Михаил Григорьевич Талалай
Сказания о Сицилии. Подвижники, паломники, путешественники

© М. Г. Талалай, 2023

© Издательство «Алетейя» (СПб.), 2023

Предисловие

В конце прошлого века наши соотечественники стали вновь осваивать далекий итальянский остров, овеянный легендами, былями и небылицами. Сюда потянулись туристы, курортники, трудовые мигранты, а также деловые люди, политики, деятели культуры. Свидетельством повышенного внимания новой России к Сицилии стало открытие тут в 2003 г. Генерального консульства РФ.

Многим было важно открыть остров своим собственным «русским ключом» и этому были посвящены, в начале нового века, разные мероприятия, научные встречи, публикации. При этом выявилось несколько судьбоносных моментов российско – сицилийских отношений, повлиявших и на их последующую историю.

Романтическим флером покрылось пребывание царской семьи в Палермо в 1845–1846 гг.: тут побывали Николай I и Александра Федоровна, и их дети – Ольга и Константин. Сама по себе жизнь северных монархов на крайнем европейском Юге была необычным явлением, однако следует подчеркнуть, что вместе с ними на остров прибыл целый русский культурный «десант», в составе литераторов, музыкантов, художников. И обратно, в Петербург, все они, начиная с венценосцев, привезли специальный «сицилийский багаж».

Непреходящее значение для отношений России и Италии имеет героическое участие российского флота в оказании помощи пострадавшим от землетрясения в Мессине в 1908 г. Распространенное в ту эпоху среди европейской общественности мнение о деспотизме царского режима стало меняться новым представлением о стране, становившейся на путь реформ. Это предопределило дипломатический успех государственного визита Николая II на Апеннины в 1909 г. и последующее присоединение Италии к победоносной Антанте. Поэтому все сицилийцы приветствовали торжественное открытие в 2012 г. в Мессине памятника российским морякам и сопутствующие ему события (с русской стороны следует назвать ключевых участников тех дел – Фонд Андрея Первозванного и Генеральное консульство РФ, возглавляемое тогда В.Л. Коротковым).

В 2013 г. вышла наша коллективная монография – «Русская Сицилия» (изд – во «Старая Басманная»), где усилиями двадцати авторов был проложен особый фарватер к достопримечательностям края. Помимо уже упомянутых сюжетов в книге были подробно представлены визиты на остров русских дипломатов, археологов, ученых, художников, писателей (самый известный – визит Анны Ахматовой в 1964 г. ради получения литературной премии «Этна – Таормина»).

Казалось бы – тема исчерпана…

Однако стал вырисовываться новый подход к острову – через его духовность, византийско – восточной матрицы, через жития и реликвии его местных подвижников – миссионеров, проповедников, мучеников, праведников. О них на русском языке прежде практически не существовало литературы, и теперь в этом знании возникла насущная потребность, особо зримая для паломников и членов новых православных общин.

Этой сицилийской агиографии посвящена первая часть нашей книги.

Спустя десять лет после выхода монографии «Русская Сицилия» нам показалось полезным дать основные сюжеты «светского» освоения острова, теперь помещенные во вторую часть книги.

Часть 1
Византийский след

Пролог
Восточная душа Сицилии

Для современного русского человека Сицилия – это экстремальная итальянская земля, со всеми полагающимися атрибутами, тут доведенными до крайности: преданность традициям, семейственность, горячий темперамент, примат гастрономии, церковные кортежи, пышная природа, пляжи (и кто – то добавит: мафия).

Однако пытливому взгляду здесь предстанут разные культурные пласты, антропологические коды, особая духовность.

Этот остров своей географией предопределен к плодородному разнообразию, и один из ликов Сицилии, это, вне сомнения, – греко – византийский.

Античная Эллада пустила тут корни более могучие, чем в Афинах и на Пелопоннесе – достаточно посетить археологические зоны Агриджента, Селинунта, Сегесты. Остров, имевший исконное италийское население – сикулов – очень быстро и охотно эллинизировался, особенно его восточная часть.

Христианство проникло сюда в апостольские времена – именно с Востока. На Сицилии (кратко) останавливался апостол Павел, а другой первоверховный апостол – Петр – послал сюда своих первых миссионеров.

При разделении Римской империи на Западную и Восточную остров сохранял свое промежуточное состояние и номинальную юрисдикцию Рима Первого, тяготея при этом к Риму Второму. Юстиниан I в 535 г. посчитал нужным это узаконить, объявив остров византийской провинцией. Край сохранял свою восточную ипостась, уберегшись от варварского нашествия лангобардов (боровшихся с Византией). Об этом сейчас мало вспоминают, но в Сиракузах, при императоре Константе II, в течении пять лет (663–668 гг.) находилась столица Византийской империи.

С середины VII в. ориентализм острова еще более усилился, так как он принял ряд беженских волн от мусульманской экспансии – из Сирии, Египта, Палестины. Сюда же позднее бежали православные монахи и миряне, которых преследовали в родной Византии иконоборцы. В VIII–IX вв. тут наступил расцвет византийской культуры, в том числе церковной, о чем свидетельствуют и многочисленные греческие имена святителей и преподобных той поры. Тогда же Сицилийская Церковь была выведена из – под юрисдикции Римских пап и переведена под омофор Патриархов Цареградских.

Увы, этот христианский край пал жертвой алчности агарян – отсчет их ига идет с 827 г., когда тут успешно высадился первый мусульманский десант. Через полвека пали столичные Сиракузы…

Много лиха претерпело тогда местное население… После начального периода кровавых репрессий завоеватели стали применять экономические рычаги – налоги и поборы. Часть сицилийцев бежала – в Калабрию (где византийский губернатор сохранял даже сан «стратега Сицилии») или еще далее. Но некоторые остались…

Когда в конце XI в. арабов с Сицилии выбили норманны, их сначала встречали как освободителей – единоверцев. Во многом, именно так и происходило, однако постепенно новые владыки «сдали» местное православное население Риму с последующей латинизацией: епископ Палермо, триумфально встречавший варягов, был греком, однако это был и последний грек в истории палермитанской кафедры.

Во втором тысячелетии остров постепенно утрачивал свое богатое восточное наследие, но за первое тысячелетие его накопилось так много, что оно не могло полностью сгинуть.

…Император Николай I, прибывший на Сицилию в 1845 г. и посетивший собор в Монреале (украшенный византийцами уже при норманнах), воскликнул, что «только ради этого стоит приехать из Петербурга».

И восточные знаки сицилийской души – христианки тут остались не только внешние, материальные, в церковных апсидах и мозаиках, но и духовные: это почитание священных образов и мощей, это предания об аскезе монахов – калогеров и о чудесах мучеников и святителей[1].

Апостол Павел, заклинатель змей

Когда же Павел набрал множество хвороста и клал на огонь, тогда ехидна, выйдя от жара, повисла на руке его. Иноплеменники, когда увидели висящую на руке его змею, говорили друг другу: верно этот человек – убийца, когда его, спасшегося от моря, суд [Божий] не оставляет жить. Но он, стряхнув змею в огонь, не потерпел никакого вреда

(Деян. 28:3–5)

Богословы и иконописцы мало уделяют внимания мальтийскому эпизоду земной жизни апостола Павла.

Необычный сюжет прославлен на самой Мальте, где ехидна, «вышедшая от жара», становится чуть ли не главным атрибутом св. Павла, по которому его сразу опознают островитяне и туристы.

Отзвуки чудесного усмирения змеи достигли соседнего острова – Сицилии, ведь после Мальты корабль с апостолом и его верными учениками – Лукой и Аристархом – бросил на три дня якорь у восточного сицилийского берега, в Сиракузах.

Вышел ли апостол на берег, осмотрел ли он достопримечательности великого города? Ведь Сиракузы в ту эпоху своим блеском соперничали с Римом и Афинами. Но новозаветные тексты ничего, к вящей досаде сицилийцев, не сообщают…

Остается домысливать.

Апостола везли на кесарев суд в Вечный Город как римского гражданина, неподвластного судебным инстанциям в Иудее.

Известно, что в Риме он вел некоторое время свободный образ жизни, проповедуя Евангелие, значит, и на Сицилии, пусть и в сопровождении стражи, пусть даже и в кандалах, но он мог бы сойти на берег.

Наверняка спутники апостола по плаванию, хоть и язычники, или иудеи (а может, даже новообращенные христиане), уже поведали сиракузянам о мальтийском чуде с ехидной, добавив, что Павел тогда же предрек исчезновение с Мальты ядовитых змей – что и в самом деле удивительным образом вскоре произошло. Сицилийцы этому исчезновению поражались, но воистину ехидно комментируя, что теперь яд из змеиных пастей перешел на уста самих мальтийцев.

На Сицилии же змеи продолжали свои смертоносное поведение, и кто как ни апостол Павел должен был с этим управиться? Так возникла устойчивая местная легенда, что Павел во время своего трехдневного пребывания передал свои необыкновенные способности заклинать змеи одному местному клану, который он весь обратил в христианство.

Так в Сиракузах, а затем и в остальных краях острова появилась особая людская категория – чараулу (полагают, что слово происходит от греческого кералис, «дудочник»): их призывали на помощь при змеиных укусах не только людей, но и домашних животных. Сфера деятельности чараулу с веками расширялась: они научились обезвреживать яд не только змей, но и разнообразных вредных насекомых, буйно плодящихся при благоприятном климате. Во время целительных акций чараулу взывали к «основателю» их ремесла, апостолу Павлу, распевая специально написанные по этому поводу гимны.

В древности, кроме нападений змей и насекомых, островитяне страдали и от других напастей – в первую очередь, от засухи. И здесь не могло обойтись без заступничества апостола – говорят, что в одном бедном квартале Сиракуз, топнув трижды ногой, он извел источник. Только вот спустя две тысячи лет, после разного рода гидротехнических успехов, запамятовали горожане, где он был. А ядовитые змеи расползлись куда – то, подальше от цивилизации, а вместе с ними канули в прошлое и их загадочные заклинатели, чараулу, они же ревностные почитатели Павла.

В Ортигии, самом древнем районе Сиракуз, рядом с руинами древнегреческого капища Аполлона – его не мог не увидеть апостол, даже если оставался в гавани на борту корабля, – стоит небольшая базилика. Как справедливо полагают горожане, это одна из самых древних церквей на всем острове. Посвящена она, естественно, апостолу Павлу, неся на фасаде значительную надпись, на латыни: Храм св. Павла, некогда проведшего три дня в Сиракузах.

…Из Сиракуз корабль с апостолом поплыл по Тирренскому морю к Путеолам, современному Поццуоли, где на морской набережной водружена мемориальная доска в память Павла Тарсийского. Здесь апостол провел с неделю, писал послания, отсюда отправился на римский суд, а затем и на плаху. Местные жители уверяют, что именно в Путеолах находятся апостольские истоки христианства в Италии (Павел прибыл на полуостров ранее Петра), но с этим не согласны в Сиракузах. В особенности – прихожане базилики св. Павла в квартале Ортигия, где сами стены чествуют трехдневное пребывание первоверховного апостола.

СИРАКУЗЫ. Ортиджа

«Скажите музам, чтобы помнили Сиракузы и Ортигию» – такой гимн сложил греческий поэт Пиндар; спустя столетия римский оратор Цицерон назвал Сиракузы «прекраснейшим среди греческих городов, да и прекраснейшим в мире». Преодолевшая времена, Сиракузы (современная Сиракуза) прекрасны и обворожительны.

Они очаровывают в первую очередь островком Ортигия, современный Ортиджа (один кв. км), как бы повисшим над водой и с гордостью являющим всем посетителям двадцать девять (!) веков местной истории; они очаровывают своим белым камнем, «дышащим» преданиями.

С морем, давшим населению силу и богатство, город связан глубоко, неразрывно. Это сияющее зеленоватое море появляется повсюду, видимое со стригас – улиц и петляющих переулков, из двориков, из – под сводов. Море повсюду распространяет густой и приятный запах соленой воды, а при шторме его пена лижет стены и подъезды.

Когда же с моря дует беспощадный африканский сирокко, эти улочки и проулки защищают от пронизывающего ветра.

Ортиджа – сердце города. Она радостна, расцвечена и изящна; это изысканный музей под открытым небом. Именно тут, у раскопок языческого храма Аполлона, и расположена древнейшая на острове церковь – базилика первоверховного апостола Павла.

* * *

Маркиан, первый епископ всего Запада

Об этом забыли на Западе, а на Востоке и не знали: первый христианский епископ в Западной Европе – это Маркиан (он же Марциан, или Маркелл), священномученик Сикелийский, т. е. Сицилийский.

…Когда апостолы начинали свои миссии, бросив в Иерусалиме «географический» жребий, Петр – Кифа получил Италию, однако сначала он послал туда своего ученика, грека Маркиана. Он – то и стал первым епископом Запада, ведь сам Петр еще оставался на Востоке.

Сведения об апостольских временах собирались значительно позднее, и агиографию Маркиана составляли уже сами сицилийцы, гордившиеся греческим фундаментом Сикелийской Церкви.

Вот что в итоге рассказывают о «протоепископе» Маркиане.

Юношей Маркиан был последователем Симеона – волхва и воочию узрел просрамление мага молитвами апостола Петра. Уверовав во Христа, высокообразованный грек получил апостольское благословение отправиться на Сицилию – нести благую весть тамошним язычникам и иудеям и основать на острове христианскую Церковь.

По другой версии, Петр просветил юношу своей проповедью в Антиохии, где жил юный Маркиан. Из Антиохии он и отплыл, около 40 г. после Рождества Христова, на Сицилию, получив от апостола хиротонию.

Позднейший византийский кондак, который приписывают св. Иосифу – песнописцу, выходцу с Сицилии, славит Маркиана как «первую звезду, взошедшую с Востока, дабы светить народам Запада».

Маркиан несколько десятилетий проведывал неведомое тут прежде Евангелие, крестил островитян, устраивал храмы.

Он уже давно нес свою миссию в Сиракузах, когда тут в порту бросил свой якорь корабль с арестованным апостолом Павлом. В местных преданиях их возможное сослужение отнесено к катакомбам, носящим сейчас имя св. Иоанна Богослова.

Приоритет христианской миссии на Сицилии при этом всегда оставался за апостолом Петром, как, само собой, и его приоритет в Риме (лишь несколько городов в Италии осмеливаются «уклониться» от главенства петровой миссии, как, например, в Милане, где утверждают, что их Церковь основал апостол от 70 – ти – киприот Варнава).

Значение Петра для Сицилии усилил Симеон Метафраст (Х в.), который утверждал, что Первоверховный и сам лично прибыл на остров, дабы поддержать своего посланца Маркиана.

Сиракузцы сохранили память о первой церкви, устроенной протоепископом – это небольшой пещерный храмик, называемый теперь криптой св. Маркиана.

О мученичестве миссионера существуют разные предания: самое устойчивое, что он был замучен фанатиками – иудеями. Мнения историков на этот счет разделяются: кто – то полагает, что это весьма достоверное обстоятельство, имея ввиду наличие тогда большой массы евреев – рабов на Сицилии, которым дозволяли устраивать синагоги и открыто исповедовать иудаизм. Другие считают, что это – позднейшее дополнение, отражающее реальный конфликт в Сиракузах в раннем Средневековье между христианами и иудеями.

Мощи священномученика, положенные в крипту его имени при катакомбах, при мусульманском нашествии византийцы перевезли в греческие Патры, где их затем взяли итальянские купцы (за внушительное «пожертвование»), и перенесли в порт Гаэту, где они почивают и поныне и где св. Маркиан, первый епископ Сицилии и всего Запада, чествуется как небесный покровитель.

В последующие столетия среди предстоятелей Сиракузской кафедры к лику святых были причислены: Максимиан (конец VI в.), современник святителя Григория Двоеслова, который его упоминает в своих «Собеседованиях о жизни италийских отцов и о бессмертии души», и Зосима (середина VII в.).

СИРАКУЗЫ. Катакомбы

В черту современного города попали старинные подземные пространства. Особый интерес всегда вызывают Латомии (от греческих слов lithos и temno – резка камня), которые служили каменоломнями: здесь, начиная с V в. до Р.Х. добывали белый известковый камень, шедший на строительствo. Впоследствии они стали тюрьмой, где греки – узники, потерпевшие поражение от римлян в 413 г. до Р.Х., вынуждены были долбить камень на глубине около 40 м.

Сейчас латомии окружены прекрасными садами с цитрусовыми, олеандровыми, индийским инжиром и акантом, а одна из них стала даже называться Райской латомией (Latomia del Paradiso). В ней находится знаменитое Ухо Дионисия, искусственная пустота, имеющая форму огромного уха. Рассказывают, что благодаря исключительной акустике этой латомии подозрительный древнегреческий тиран Дионисий, стоя наверху, подслушивал стенания и протесты узников.

Главная же христианская святыня – катакомбы св. Иоанна Крестителя (Сан Джованни), где почивали прежде мощи св. Маркиана, первого епископа Сицилии. По своим размерам и историческому значению сиракузские катакомбы идут следующими за римскими (обнаружены еще два больших подземных комплекса, Винья Кассиа и Санта Лючия, закрытые для посещения). Их средоточие – крипта св. Маркиана, по преданию, самая первая христианская молельня на Сицилии, а значит и на всем Западе.

Одно из местных преданий утверждает, что в ней молился сам апостол Павел, хотя историки полагают, что катакомбы – позднейшего происхождения, III–IV вв., и использовались в первую очередь для достойного погребения христиан, которые, в отличие от язычников, не использовали кремацию и в ожидании всеобщего воскресения хоронили целые тела единоверцев. Здесь же сицилийские христиане укрывались во времена преследований римлян и варваров.

Главный туннель катакомб был устроен по трассе старого греческого акведука. Наверху, над криптой, в раннем Средневековье выросла базилика, ставшая первым кафедральным собором Сиракуз: от нее в настоящее время остались внушительные руины, так как собор в 1693 г. разрушило землетрясение.

* * *

Панкратий, второй епископ

Сицилийские предания в других краях острова, вне Сиракуз, рассказывают, что епископ Маркиан прибыл на остров возвестить Евангелие не один.

Среди других имен чаще всего называют Панкратия, которого по сию пору истово чтят в прелестном городке Таормине, что высится над Мессинским проливом, между небом и землей.

О св. Маркиане рассказывается изначально много больше, и посему жития епископа Таормины находили опору в перекличке с житием епископа Сиракуз. Даже день празднования на Сицилии им установили один и тот же – 9 февраля.

Панкратия также, как и Маркиана, считают выходцем из Антиохии, приписывая ему великую честь – он отроком удостоился увидеть в Иерусалиме Самого Спасителя (благодаря отцу, услышавшему о Мессии и поспешившему в Иудею), затем принял крещение от апостола Петра и в 40 г., при императоре Калигуле, послан на Сицилию, уже как епископ.

В Таормине уверяют, что Панкратий и Маркиан получили петрово благословение одновременно. Они и выплыли вместе, но на разных кораблях, которые в море как будто бы пустились в соревнование – в итоге первым приплыл Маркиан, ставший и первым епископом на Западе. Ему же и достался в удел главный город тогдашней Сицилии, Сиракузы. Так из – за неудачи в регате Панкратий остался в тени.

Таормина, называемая греками Тавромений, была местом поскромнее, но аристократического характера. Здесь миссионер с Востока учредил общину, обратив многих, и даже самого префекта Таормины.

Согласно преданию, Панкратий закончил свой жизненный путь при императоре Траяне, и если это так, то он управлял городской общиной почти полвека.

Его успешная миссия в конце концов возбудила злобу среди язычников и они задумали сгубить епископа.

Заговор устроили следующим способом: убоявшись открытого нападения на Панкратия, снискавшего любовь жителей, злодеи пригласили его на банкет к одному закоренелому язычнику, Артагату. Во время ужина хозяин предложил Панкратию оказать почести почитаемому им божеству: епископ, не вступая в спор, осенил крестным знамением идола, и тот рассыпался в прах. Оскорбленные за свое божество язычники бросились избивать Панкратия, и настолько зверски, что лишили его жизни.

Боясь наказания за свое чудовищное преступление, убийцы скрыли тело мученика в колодце, но оно было обретено учениками епископа (житие рассказывает, что к колодцу – могиле их привел яркий солнечный луч).

Когда Сицилия вошла под омофор Константинопольского Патриархата, внимание к первым восточным епископам усилилось, и св. Панкратий стал широко чествоваться как небесный покровитель Таормины.

В день его памяти по городу и поныне проносят крестным ходом его образ – вместе с образом апостола Петра, благословившего его на сицилийское служение.

Мощи святого после разгрома города мусульманами пропали – горная Таормина сопротивлялась на Сицилии дольше всех и завоеватели жестоко ее покарали, когда захватили – одним из последних городов – в 902 г.

В Риме в базилике св. Панкратия почивают мощи тезоименитного мученика, погибшего при гонениях Диоклетиана, в начале IV в., – в литературе иногда эту святыню ошибочно соотносят с именем святителя из Таормины.

Интересный факт: когда англо – американский десант готовился к высадке на Сицилии в 1943 г., для двойной массивной бомбежки Таормины был избран именно день св. Панкратия, когда в городе шел престольный праздник.

ТАОРМИНА

Известная и прославленная во всем мире, Таормина, прошедшая через длинную историю, осчастливлена природой: в её микроклимате цветет всё, даже самые прихотливые экзотические растения. Ее любил Гёте, а с точки зрения Мопассана, в её пейзаже имеется «всё, что создано на земле и что обольщает сознание, глаза и фантазию людей». Она издавна привлекала к себе аристократов, интеллектуалов, царствующих особ, художников, фотографов, писателей, политиков. Местоположение Таормины необычно: она стоит на цветущем мысе горы Тауро (отсюда древнее название поселения Тавмерион), на отметке 200 м над Ионическим морем, против калабрийских берегов, у подошвы вулкана Этны.

У Таормины – древняя душа, в первую очередь, эллинская, с VIII в. до Р.Х., когда потерпевший кораблекрушение халкидонец Феокл выплыл на этот берег. Место ему крайне понравилось и он основал тут полис, назвав его Тавмерионом.

От эллинов тут остался памятник – символ, важнейший для Сицилии – древнегреческий театр, второй по величине на острове после театра в Сиракузах (вмещал пять тысяч зрителей). С главной площади города, с барочным фонтаном и Часовой башней, открывается волнующий вид на бухту Таормины и вулкан Этна. На площади находятся церкви св. Августина Блаженного и св. Иосифа – плотника.

За Часовой башней начинается античная Таормина с узкими улочками, спускающимися к морю. Здесь же – кафедральный собор Таормины: первый собор, связанный с именем св. Панкратия, погиб при арабах, и при норманнах тут возник новый – теперь уже в честь святителя Николая Чудотворца, на протяжении веков не раз перестраиваемый. В XVII в. горожане однако возвели особый храм, посвященный святителю Панкратию Тавроменийскому (Сан Панкрацио).

* * *

Леонтины: сицилийская Голгофа

Начальные времена христианства на Сицилии были относительно спокойными: после гибели самых первых епископов, Маркиана и Панкратия, местным общинам в течении почти столетия довелось достойно вести свою жизнь.

Однако Римскую империю периодически сотрясали государственные гонения на христиан.

Одно из них пришлось на середину III столетия, при императоре Декии. Его преемник, император Требониан Галл, продолжил жестокую антихристианскую политику, разослав по Апеннинскому полуострову военные экспедиции с целью искоренения новой веры.

Один из таких отрядов был направлен в Апулию, где воины схватили трех юношей, братьев Алфия (Алфея), Филадельфа и Кирина – по именам можно судить об их греческих корнях (при этом имя Кирин восточные святцы передают по – разному: то Киприн, то Киприан).

Братья предстали перед судом императорского сановника Нигеллиона, который пытался склонить их к поклонению идолам.

Наткнувшись на решительный отказ, сановник отослал братьев в Рим, где их бросили в тюрьму для государственных преступников – Мамертинскую темницу: двумя веками ранее тут содержались перед казнью Первоверховные апостолы. В Риме же решили, что будет полезнее устроить показательный процесс и склонить братьев к отступничеству (или же их казнить) на Сицилии, где христианство еще только начинало свой путь.

Восточной частью острова тогда правил молодой честолюбивый патриций Тертулл (иначе Тертилл), имевший резиденцию недалеко от Сиракуз, в местечке Леонтины (совр. итал. Лентини; в то время как на Сицилии произносят Линтини). Рассказывают, что направляясь к этому местечку, переходя через разлившийся бурный горный проток, братья перешли через него как посуху, в то время как несколько римских стражников утонуло.

В Леонтинах, несмотря на заточение в пещере, братья своими молитвами – к особо почитаемому ими апостолу Андрею Первозванному – сумели вылечить больную местную девушку, по имени Фекла. Это исцеление еще более озлобило Тертулла, повелевшего – после серии неудачных увещеваний – публично казнить трех юношей. Казнь провели с особой изощренностью, которую умели выказывать в таких случаях фанатики – язычники.

Изуродованные тела братьев бросили в лесу, но Фекла, ставшая христианкой, их разыскала и погребла с почестями.

По одному из преданий, сам Тертулл (или, быть может, его верный секретарь), увидев несгибаемость юношей, обратился ко Христу.

Над мощами мучеников возникла церковь, с епископской кафедрой. В начале IX в., при наступлении мусульман, последний епископ Леонтинский перенес мощи в монастырь св. Филиппа во Фрагале, где их в 1517 г. обнаружили рабочие – строители.

Жители Лентини, услышав об обретении святыни, послали делегацию к монахам с просьбой её отдать, но те отказали.

Тогда жители не погнушались снарядить военную экспедицию в составе 80 рыцарей, которые штурмом взяли обитель и триумфально привезли в Лентини мощи. Впрочем, в городке понимали, что решили проблему чересчур по – сицилийски и собрали щедрое пожертвование для обители, а также для Ватикана, где папа римский оформил задним числом документ о «добровольном» возвращении святыни. В 2017 г. в городке торжественно отметили 500 – летие обретения мощей.

В Лентини показывают и пещеру, где томились братья. На ее стене сохранились следы лошадиных копыт – полагают, что они остались от коня Тертулла, который допрашивал тут братьев.

Существует и один современный обычай. Однажды, когда было решено вынести, по какой – то надобности, образа трех мучеников из церкви, началось сильное землетрясение. Когда же образа срочно вернули на их прежнее место, землетрясение тут же прекратилось. С той поры местные жители никогда не выносят святые изображения мучеников наружу: даже их реставрация всегда производится исключительно внутри храма.

ЛЕНТИНИ

Городок Лентини находится в провинции Сиракузы. Сегодня скромное поселение, оно имело большое значение в римскую и византийскую эпохи: при византийцах тут существовала даже епископская кафедра. Главная достопримечательность Лентини – собор во имя мучеников Алфия, Филадельфа и Кирина. По преданию, его основала Фекла, исцеленная братьями и сама прославленная как местночтимая святая, устроительница Леонтийской Церкви.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

При написании этой части книги автор пользовался разнообразными, исключительно итальянскими источниками, трудно доступными для отечественного читателя, и поэтому они не указаны. В целом и характер данного текста трудно согласуется с библиографическими примечаниями.

Вернуться