Роман Горбунов
Распределение

Настоящие пособие является объектом авторского права, исключительные права, на использование которого принадлежат Автору. Копирование, размножение, распространение, перепечатка (целиком или частично), или иное использование материала без письменного разрешения автора не допускается. Любое нарушение прав автора будет преследоваться на основе российского и международного законодательства. Свободное и безвозмездное использование любых материалов, входящих в состав настоящего пособия, ограничено использованием в личных целях и использованием в случаях, указанных в статье 1274 ГК РФ. Использование материалов, статей, входящих в состав настоящего сайта, на основании пункта 3 части 1 статьи 1274 ГК РФ не допускается. Нарушение вышеуказанных положений является нарушением авторских прав и влечет наступление гражданской, административной и уголовной ответственности в соответствии с действующим законодательством, Статья 1299 ГК РФ (Технические средства защиты авторских прав). Связаться с автором данной книги можно по телеграмм-каналу: https://t.me/gorbrom

Собственность

Мое всегда лучше, чем наше. (Б.Франклин)

Основой развития общества является частная собственность, которую каждый собственник стремиться увеличить и сохранить. Собственность предполагает личный контроль, а не просто владение ею на бумаге. К примеру: инвестор будет нести убытки, если купит квартиру в другом городе для сдачи в аренду, потому как лично не сможет постоянно контролировать этот процесс.

Собственник, сдающий комнату в своем же доме, к примеру, на первом этаже гораздо эффективнее будет справляться с контролированием своего дохода, и гораздо чаще и больше будет получать прибыль. Собственность, которая находится вне расстояния вытянутой руки будет неизбежно приносить убытки, единственным выходом из этого положения – сделать управляющего недосягаемой собственности своим со-собственником.

Согласно этому принципу создаются эффективные группы компаний и даже транснациональные компании. Собственность по факту не может расти без увеличения количества со-собственников, но в реальности это не просто рост акционеров, находящихся в дали от производства и сбыта, а именно благодаря управляющим на местах. Это необходимо учитывать всем кто, собирается масштабировать свои компании или просто увеличивать прибыль.

В широком смысле понимания отличие частной собственности от общественной (государственной) можно определить таким образом: частная собственность всегда нуждается в личной охране и постоянном контроле, а государственная собственность в силу своей необъятности не предполагает охрану, ведь ее можно лишь повредить частично, но не украсть целиком.

Чем меньше дополнительных расходов требует государственная собственность на свое содержание, тем лучше для каждого налогоплательщика, об этом в первую очередь должны задумываться при ее создании чиновники. Именно личный непосредственный контроль делает частную собственность более эффективной, чем государственная.

Неэффективность всегда развивается из-за ослабления должного контроля. Если бы государство объясняло на чьи налоги была создана та или иная собственность, то контроль за ней был бы более эффективным посредством возникновения, пускай и косвенного, но чувства личной собственности. Государственная собственность чаще всего ассоциируется с понятием ничья собственность, поэтому мотив ее сбережения отсутствует у всех сразу.

История знает насильственные попытки отмены частной собственности, проводимые в СССР, которые лишили миллионы людей мотивации делать свою работу лучше, накапливать и сохранять. Накопление собственности – единственный способ выделиться из толпы, а запрет на предпринимательскую деятельность обрекает граждан на криминал и безделье.

Можно заставить человека работать, но нельзя заставить его работать более эффективно, этого можно достичь только благодаря стимулам. Каждый советский человек мечтал о богатстве, но не мог зарабатывать пропорционально своему труду. Можно изменить устройство жизни, но невозможно изменить природу человека – его стремление выделиться.

Понимание того, что люди не равны по природе и отличаются по своим физическим, моральным, эмоциональным и интеллектуальным качествам подтверждает и тот факт, что равное распределение собственности невозможно. Нельзя заставить людей делиться деньгами, которые они заработали своим трудом, с теми, кто по их мнению ничего не делал. Точно так же нельзя заставить красивых людей любить некрасивых людей только из солидарности.

Неравенство дано человеку с рождения, и только своим трудом он может исправить это положение, если для этого имеются экономические условия. Государство не может изменить природу человека, но может создать условия для того, чтобы он сам менялся в лучшую сторону.

Моральное совершенство и вера в справедливость, имеют бесспорно так же мотивационную силу, но по количеству и силе энергии, гораздо больше уступают желанию иметь личную собственность. Ведь размер собственности сопряжен с каждодневными человеческими потребностями, которые напоминают о себе постоянно, в то время, как моральные качества, дают о себе знать лишь время от времени, однако в такие моменты люди охотно занимаются благотворительностью, но это скорее исключение, чем правило.

Личные потребности напоминают о себе чаще и острее чем общественные, поэтому последние индивид может игнорировать в отличии от первых. Иногда каждому хочется сделать что-то во благо общества, но постоянно это делать никто не будет, поскольку «своя рубашка всегда ближе к телу», какие бы благородные чувства внутри не возникали.

Нельзя заставить или научить человека заботиться о других людях больше, чем о своих. Пока будет дефицит ресурсов (качественных товаров или услуг, транспорта, недвижимости), человек не сможет быть по-настоящему добрым. Это все равно, что заставить красивых людей любить некрасивых.

Однако никакие предпринимательские начинания не начинаются с желания иметь больше собственности, все начинается с простого желания иметь достаточно, а вот понятие нормы у каждого разное. Холостяку без интересов нужно не многое, женатому с тремя детьми нужно гораздо больше собственности и т.д.

Ища, то необходимое для нормы существования, люди выходят на незнакомую тропу предпринимательства, которая дает им гораздо больше чем они ожидали. Многократное увеличение собственности возможно только в случае пробоя границы непонимания как образуется доход в современном товарообороте.

Ведь тот, кто сумеет заработать первые сто тысяч с большей вероятностью сможет в будущем заработать и миллион, просто масштабируя свою деятельность, и в данном случае увеличение собственности идет как дополнительная награда, а не пропорциональный результат труда. Таким образом, накопление частной собственности является главным мотивом лишь на начальной стадии предпринимательской деятельности, затем она плавно заменяется мотивом самореализации до микроэкономических пределов.

Предприниматель на ранних стадиях похож на экспериментатора, а на поздних стадиях больше на сумасшедшего. Экономическая прибыль похожа на волшебство, которой сначала удивляются, а потом проверяют – до каких пор она не кончается. Это магия приводит многих предпринимателей к неминуемому краху, потому что это вовсе не магия никакая, а обычная организация труда сотрудников. Экономическая прибыль – это всегда сумма самореализаций.

По факту предприниматель это не тот, кто жадно накапливает свою личную собственность, а главная его функция в экономике – это помогать накапливать личную собственность другим, как можно большему количеству своих сотрудников посредством стабильности и увеличения зарплат, поскольку без увеличения чужой собственности просто не возможен и его успех. Без роста чужой собственности не может быть роста и личной. Предприниматель – это экономический хаб по организации и распределению собственности между различными классами производителей.

Деньги

Многие из богачей – хранители, а не хозяева своих богатств. (Демокрит)

Сами по себе деньги не очень надежный инструмент в качестве накоплений, однако он самый лучший из всех имеющихся в экономике, если принимать во внимание то, что они не средство обмена, а такой же «товар», как и все остальные. Однако деньги на протяжении многих веков вводили потребителей и инвесторов в грандиозные заблуждения по поводу своего богатства и нищеты.

Дело все в том, что номинальные деньги не фиксированы во времени, а имеют свою собственную стоимость. К примеру: сто рублей сегодня стоят один стул, а через год уже полстула; это означает, что стоимость денег упала в два раза по отношению к стульям. И если вы в будущем планируете сидеть на новых стульях, то вам лучше хранить деньги не в валюте, а в стульях.

Деньги, это такой же товар как стул и многие другие, и его стоимость котируется на бирже в форме государственных облигаций. Единственное отличие денег от стульев, это в том, что в обменных операциях стулья будут использоваться так часто, как часто готовы будут сидеть будущие покупатели на новых стульях.

При этом товары в отличие от денег слишком уникальны и по дизайну и по своим свойствам, в отличии от универсальных денег, которые как говорится, нравятся всем без исключения. Если заменить стул на иностранную валюту, то мы получаем механизм определения валютных курсов.

Как говорят простые потребители: «я же не сто рублей, чтобы всем нравится», подтверждая гипотезу, что деньги нравятся всем без исключения, без каких либо условий и ультиматумов. Их легко сложить в карман, в отличии от стульев, легко переносить на большие расстояния, в отличии от огромных товаров или той же недвижимости. Деньги позволяют сложить любой товар в независимости от его размеров себе в карман, что же это если не волшебство.

Проблема приращения богатства, как ни странно, вертится вокруг его физического хранения. И именно поэтому деньги стали самым распространенным средством торговли. Только представьте, если бы вы копили богатство в золоте, то тогда бы вам его приходилось дополнительно охранять, за обслуживание недвижимости тоже нужно платить. Не зря товарные биржи торгуют золотом только посредством трехмесячных фьючерсов, которые вы должны выкупить по истечении срока. Невозможно так дешево и просто торговать сырьем, как это происходит с акциями и валютой.

Однако главная миссия денег это не альтернатива бартеру, и не легкость перемещения богатства, а мотивация людей. Ничто кроме денег не может заставить людей делать для других так же хорошо, как и для самих себя. В этом весь секрет любого бизнеса, – делать другим так же как себе, и тогда они понесут вам свои деньги. Лучший повар, который готовит не для потребителей, а как для друзей и родственников. Формула приращения капитала проста, она должна сближать незнакомых людей со знакомыми.

Деньги сами по себе, и цены, и зарплаты, может быть и отдаляют людей, делая их злыми и недружелюбными, но вот приращение этих денег не может быть без превращения незнакомцев в друзей, без равной отдачи как для близких так и для далеких людей. Однако, если считать потребителей глупыми и недалекими, которые купят все что им предложат, то можно потратить ресурсы и кредиты, так и не получив прибыль.

Как отмечалось ранее, деньги – это тот же товар, которые как не странно то же имеет свою цену. Чем выше ставка по облигациям, тем меньше спрос на деньги, а значит их стоимость дешевле товаров. Чем ниже ставка по облигациям, тем больше спрос на деньги, а значит их стоимость дороже товаров.

При этом ставка по гособлигациям отражает спрос на деньги со стороны финансовых кредиторов, в отличии от ключевой ставки, которая отражает спрос со стороны частных заемщиков. Мы видим, что одна свободно котируется, а вторая планируется регулятором. Цель первой бороться с дефляцией, а второй – с инфляцией, однако их рост как раз усиливает оба эти процесса.

В обоих процессах товаром выступают деньги, и отличаются они лишь участниками, их количеством и возможностями. Средняя статистическая инфляция по всем товарам одновременно и за одинаковый период – главная причина глобальных экономических просчетов и заблуждений, опираться на нее – значит опираться на среднюю прибыль по всем компаниям сразу.

Например, по статистики в среднем каждый из участников съедает в день по куску хлеба с мясом. По статистике в среднем – это означает, что половина съедает только кусок хлеба, а другая половина только кусок мяса. Полагаться на статистику – это значит полагаться лишь на одну часть объективной реальности, и закрывать глаза на другую.

Когда результат более оптимистичен в абсолютных числах, его представляют в абсолютных, а когда в относительных, тогда в процентах; когда более внушительны изменения за прошлый год, или за прошлый месяц, всегда представляются более оптимистичные цифры. Однако за таким цифровым оптимизмом всегда скрывается опасная ловушка самообмана, которая подменяет человеческие эмоции цифрами, и начинает стремится к улучшению лишь цифровых показателей, а не человеческих.

Вообще большинство ошибок в истории экономики и не только было совершено именно с помощью формул или на их основе, когда компетентный специалист или наблюдатель доверял им больше, чем собственному здравому смыслу. Необходимо понимать, что изменение цен в различных категориях товаров при ограниченном количестве денег не может быть одинаковым.

Лучше всего определять инфляцию в уровне зарплаты по вашей квалификации, то есть сравнивать с тем, что вы приобретаете регулярно в обмен на свой труд. Если зарплата падает, а продукты растут, то это уже отрицательная инфляция, когда изымаются деньги из оборота посредством «косвенных» налогов.

Проще говоря, ваша личная инфляция должна рассчитываться из цен того, что вы продаете ежемесячно и того, что покупаете ежемесячно, все прочее это избыточные обобщения, или сведение категории к частному из другой категории. Экономические процессы не могут сводиться к средним и обобщенным результатам.

Большинство потребителей оценивают свой доход в росте цен на собственную недвижимость или ценные бумаги, однако это не всегда объективно. Это лишь означает, что в данных отраслях происходит инфляция, которая может скоро закончится выводом этих денег. Лучше всего измерять инфляцию в тех товарах, которыми мы обме5ниваемся регулярно, то есть продуктах питания, коммунальных платежах и прочих повседневных расходах.

В период экономического роста увеличивается количество банковских кредитов, которые появляются из потребительских депозитов в соотношении 10:1, то есть происходит фактически банковская эмиссия денег. Разрешено законом это потому, что предполагается, что банковские кредиты берутся на покупку товаров, стимулирующих производство, однако если бы это происходило, дополнительные деньги бы не обесценивались.

Что самое характерное: инфляция в нерегулярных циклах (автомобили и недвижимость) считается ростом доходов, а инфляция в регулярных циклах (продукты и одежда) считаются ростом расходов. Наверное, потому что исторически потребители оценивали богатство с покупкой наиболее дорогих вещей, при этом рост цен на дорогие вещи говорит о росте числа богатых покупателей, или как в нашем случае, о росте числа банковских заемщиков.

О том, что потребители не отличают инфляцию от дохода говорит и тот факт, что в периоды инфляции автомобилей и недвижимости приоритет отдается отечественной валюте, в то время как от иностранной стремятся избавиться. Мало кто подозревает, но лучшей стратегией для обогащения является как раз обратный механизм: покупать иностранную валюту в период инфляции и продавать ее в период дефляции, так как избыток национальных денег их обесценивает внутри экономики, а стоимость иностранной валюты зависит от дефицита платежного баланса в период дефляции.

В экспортно-ориентируемых странах неизбежно накапливаются избытки денежных сбережений, поэтому потребители исходя из логики: что, чем дороже товар, тем он ценнее, начинают покупать недвижимость и ценные бумаги. В связи с чем экспортно-ориентированные страны обречены на чередование бумов то на недвижимость, то на ценные бумаги.

Таким образом, развивается инфляция в длинных нерегулярных циклах товаров (автомобили и недвижимость) основанная исключительно на повышенном спросе потребителей. При этом на рост цен в коротких регулярных циклах товаров (продукты и одежду) влияет не рост совокупного спроса (как принято считать), который преобразуется в имущественные сбережения или длинные инвестиции, а исключительно низкое предложение со стороны конкурирующих производств.

Иными словами на рост дешевых товаров влияет низкое предложение, а на рост цен дорогих товаров влияет высокий спрос. При этом на первое влияет дефицит денег у производителей, что и приводит к банкротству большинства из них, а на второе влияют высокие зарплаты и доступные кредиты. Первая ситуация характерна для периода дефляции, а вторая для периода инфляции.

Рост цен на дорогие товары формируют новые покупатели, приток которых не может продолжаться бесконечно. Стоит так же отметить, что владеть дорогой недвижимостью, которую невозможно продать, убыточнее, чем не владеть ею вовсе.

Импортно-ориентированные страны зависимы в основном от иностранных заимствований, которые приходится отдавать, либо за счет сокращения расходов бюджета, либо – падения курса валюты, и им не до длинных инвестиций в недвижимость или ценные бумаги. Богатые страны, если не научатся экспортировать сбережения частного сектора, будут бесконечно страдать от бумов и кризисов на рынке дорогих товаров.

Бедные страны, если не научатся импортировать сбережения из частного сектора богатых стран, будут страдать от бесконечного роста дешевых товаров, в том числе и продуктов питания. Таким образом, для кого-то избыток денег проблема, а для кого-то спасение, их ценность всегда относительна.

Цены

Вся мировая гармония построена на разногласиях. (Сенека)

В современном мире ценность товара определяется субъективной ценностью, в связи с чем, многие из нас переплачивают за товары гораздо больше, чем они на самом деле стоят. Полезность покупки мы оцениваем степенью удовлетворенности, или снятием беспокойства (идея Л.Мизеса), не всегда понимая, что сам товар создал это любопытство или обеспокоенность.

Это спорно, но точно можно сказать, что психологически само по себе потребление есть следствие стресса. Я ни разу не видел спокойного человека, который гонялся бы за новинками и брендами. Потребление – это выражение внутреннего беспокойства, или стресса, в котором цена товара, а не само качество, является степенью внутреннего удовлетворения.

То есть потребление снимает не саму причину стресса, а просто унимает внутренний зуд и не более. Рыночное потребление это не столько лекарство, а сколько просто отвлечение внимания. Когда от чесотки в одном месте, мы просто расчесываем в другом. Иными словами, рыночная экономика развивается только в условиях повышенного стресса населения. Молодые люди самые беспокойные и потому самые активные потребители.

До появления лекарства от загадочной болезни не было этой болезни, до появления красивой сумочки старая была еще пригодна к применению, до появления разноцветной этикетки мы пробовали только с серой, и так можно продолжать до бесконечности. Мы покупаем новую одежду гораздо быстрее, чем успеваем изнашивать старую.

Истинную ценность покупки товаров нерегулярных циклов нельзя измерить деньгами, но можно определить с помощью сравнений с товарами из регулярных циклов. Сравните сколько хлеба или мяса можно купить вместо нового платья – это и будет реальная ценность, после этого вы вряд ли так часто будете менять свой гардероб.

При этом потребителям нужны не хорошие товары по дешевой цене, а лучшие, по сравнению с теми которые у них уже есть (или у них были раньше), но не дороже их. Потребители находятся в вечном поиске более качественного аналога, они не хотят потреблять одно и тоже, вечно. При росте дохода они выбирают среди дорогих аналогов, при падении – среди более дешевых.

Согласно кейнсианцам, цена товара определяется его количеством, в то время как на самом деле, цена определяется количеством текущих и будущих покупателей. А вот субъективное восприятие качества товара зависит от количества запасов и продавцов. Для увеличения желаний можно использовать добровольные ограничения; ни к чему так сильно не тянет, что заканчивается или кончилось.

Покупатель совершает покупки не стихийно как принято считать, а в определенном индивидуальном порядке, и когда эти порядки совпадают у большинства, их называют экономическими порядками (мнение Ф.Хайека). У любого потребителя есть не просто список покупок в голове, а определенный порядок товаров, начиная от тех без которых он и дня не может прожить, до тех которые его пока не интересуют.

Количество денег в кармане может удлинять этот список пропорционально желанию все попробовать (спонтанные покупки) или сокращать этот список, ища более дешевые аналоги или заменители тех товаров, которые идут с конца в пользу тех, с которых начинается список (рациональные покупки). Так потребитель может покупать совсем не нужные вещи из-за избытка средств, или экономить на еде ради новой книги любимого автора.

Эти порядки не так очевидны, как кажутся, зачастую даже сами потребители не всегда их осознают, поэтому производители по крупицам собирают эту информацию, и думают, что разгадали рынок, если нашли совпадения у нескольких потребителей. Из-за невозможности собрать все эти порядки в единое целое перестал существовать СССР, который часто производил не то, что ожидали покупатели. Из-за этой же невозможности бизнесмены до сих пор терпят неудачу. Экономические порядки формируют циклы регулярных товаров в магазинах.

Как бы это ни странно было, но цену товара в глазах потребителя определяет вовсе не качество, а мера траты на этот товар. Иными словами, большинству людей не жалко отдать сто рублей на алкоголь, но почему-то жалко заплатить ту же сумму за книги или спорт.

Суть в том, что сама категория товаров не располагает к подобным тратам, когда на красивой одежде люди не экономят, но на собственном питании пытаются снизить расходы. Во многом это не логично, и не всегда оправдано, но именно сама категория товаров диктует норму траты на них.

Нормы трат формируются нашими индивидуальными привычками вроде семейных стереотипов и социальными предпочтениями в виде моды или тренда. И в то же время мы наблюдаем множество ненужных покупок, при объяснении, что это слишком дешево для этой категории товаров.

Люди легко покупают ложки и вилки по 20 рублей, несмотря на то, что они в них не нуждаются, как и в гвоздях по 1 рублю. Слишком дешевая цена повышает необходимость в этом товаре в будущем, а слишком низкая цена снижающуюся необходимость в будущем. Поэтому по мелочам люди тратят гораздо больше, чем по крупному.

Потребители всегда делят бюджет на основные категории товаров, и чаще всего эти траты бывают равны по соотношению, но не равны по смежным категориям. То есть на одежду и питание стараются тратить одинаково, но образование и спорт при этом игнорировать так же одинаково. Поэтому имеет смысл не повышать рекламу товара, если интерес к новой категории товаров отсутствует или занижен их ценовой лимит.

Перед производством определенных товаров необходимо проводить исследование какую сумму готовы тратить потребители на более качественный товар из конкретной категории. На этом принципе и строится грамотная рекламная компания – формирование завышенной меры трат на новый товар, как повседневной норме для всех. То есть вписывание своего товара в экономический список потребителя на как можно более высокой строчке.

Появление новых продавцов никогда не меняет ценовую политику рынка, поскольку последним приходится подстраиваться под первых в цене, а по технологиям и производительности – первым под последних. При этом цену конкретного товара определяет не его узкий специалист в рамкой отдельной категории, а продавец с наиболее широким ассортиментом, где этот товар является вспомогательным, а не основным.

Расширяя ассортимент, продавец расширяет свои полномочия диктовать цены на подконтрольные ему товары. Потому что каждый потребитель, ценит свое удобство и время выше экономии денег, и предпочитает покупать все нужное в одном месте, а не искать узких продавцов с более низкой ценой. Это касается товаров повседневного регулярного цикла, а вот за товарами дорогими и редкими люди готовы охотиться.

Цену нерегулярных товаров снижает не покупатель, а уже продавец, потому что последнее слово всегда остается за ним. Покупатель лишь делает предложение, а продавец волен принять его или отклонить, до ожидания более лучшего предложения. Продавец бы не снижал цену максимально долго, если бы не наличие кредитов с ежемесячными выплатами.

Цена падает из-за невозможности продавца дождаться лучшего предложения. Таким образом, падению цен способствует не падение спроса, а нетерпеливость предложения – ограниченность во времени, порожденное кредитом. В свою очередь, постепенное снижение цены оказывает обратный эффект – покупатели боятся подвоха или надеются на еще большее снижение.

В свою очередь нетерпеливость покупателей усиливает рост цен (инфляцию), они хотят успеть купить до подорожания, с целью сэкономить или даже заработать. Кредитная доступность порождает так же и нетерпеливость покупателей, которые выстраиваются в очереди и пытаются приобрести уже то, что еще не создано.

Объем кредитной нагрузки на потребителей и производителей должен быть уравновешен, иначе цены будут падать быстрее, чем приобретаться товары, или расти быстрее, чем те производится. Это касается только длинных кредитов и капиталоемких отраслей экономики.

Таким образом, рост цены зависит от количества покупателей на единицу товара. Если, к примеру, двое покупателей хотят купить последний мотоцикл, то у производителя два пути – создать еще один по этой же цене или продать оставшийся по аукционной цене, а это зависит от его страхов по поводу стабильности спроса.

Торги покупателей за цену зависят от их количества, производитель может не видеть самих покупателей, но он о них всегда знает по скорости обращения своего товара, тем самым регулируя ценник. При этом производитель не может поднимать цену на свой товар до бесконечности, этому препятствует три фактора: 1) ограниченный капитал потребителей, 2) насыщение потребителя «вкусом» товара, 3) конкуренция аналогичных товаров или их белее дешевых заменителей.

Стоимость товаров определяется спросом в период инфляции и издержками производства в период дефляции. Стоит так же отметить жесткость цен на конечные потребительские товары, которые охотнее растут, чем снижаются. Цены чаще падают на факторы производства, котируемые на биржах товаров или труда, но не на готовые товары с максимальной добавочной стоимостью.

При этом снижение конкуренции среди промежуточных и вспомогательных производств способствует монополизации сырья и увеличения его стоимости для производителей готовой продукции. Цикличность цен на сырье и труд позволяет производителям получать дополнительную прибыль в межсезонье, а исходные товары всегда будут стоить дешевле уникальных конечных продуктов, созданных на их основе.

Практика показывает, что многие не правильно понимают суть кредитного цикла, который заключается в формировании цен, и соответственно предпринимают не те шаги для выхода из дефляция, стагнации и рецессии.

Смысл заключается в том, что именно кредитные деньги, которые не принадлежат заемщику, поднимают ценники на покупаемые им товары. Это деньги, которых у него нет, потому что он их обязан вернуть. За счет только личных сбережений цены не смогли бы так сильно вырасти.

Увеличение цен в одной из отраслей тянет за собой увеличение цен в смежных и вспомогательных отраслях, что провоцирует иллюзию роста будущих доходов, в соответствии с которой степень рискованных операций потребителя расширяется. Видя и чувствуя будущие прибыли люди охотнее тратят сбережения в настоящем. Это делают даже те, кто не задействован напрямую в фантастическом спросе той отдельной локомотивной отрасли.

Затем, в случае неизбежной паники, которая может произойти по множеству причин отдельно или одновременно как снежный ком, ценники на покупаемые товары падают, и будущие прибыли растворяются, как дым, в то время как сбережения уже растрачены. В итоге заемщик остается с завышенной ценой товара и долгом, который зафиксирован по конечной пиковой цене.

Иными словами в случае кризиса кредитные деньги не остаются на руках заемщиков – они растворяются в воронке формирования цен. В магазинах продавцы просто меняют ценники, а не складывают разницу себе в карман. То есть заемщики сами поднимают цены на покупаемые товары благодаря низкому залоговому требованию банка к кредиту.

Эти самые значительные кредитные деньги, а не жалкие личные сбережения заемщика, провоцируют фантастический рост цен. И при возврате цены в до-кредитное состояние заемщик остается в убытке, по причине переоценки стоимости товаров новыми покупателями. Потому как избыточная надбавка в цене купленного товара сокращается, а долг, номинированный в ней, остается.

Экономисты исходят из пресловутой математической логики, что если кредиты не вернулись в банк, значит, они остались у заемщиков, ну или у их контрагентов, но в любом случае в обращении. Наблюдая совокупное падение цен, они справедливо считают, что теперь на обслуживание пониженной стоимости товарооборота требуется меньшая денежная масса, но не учитывают то, что для обслуживания образовавшихся долгов номинированных по старым ценам так же потребуются деньги.

Безусловно, количество наличных денег (монет и ассигнаций) осталось неизменным, растворилась лишь часть стоимости в ценниках. И теперь для покрытия образовавшихся долгов, оставшиеся наличные деньги, будут изъяты из менее значимых товаров нерегулярного цикла, что приведет к падению продаж и сокращению либо зарплат, либо самих сотрудников в этих отраслях.

Что в такой ситуации делает регулятор: считая, что кредитные деньги осели в виде избытка денег в карманах заемщиков или их контрагентов, он повышает налоги с целью их немедленного изъятия. Лучшее, что в таком случае происходит – это банкротство заемщика, а худшее – что он начинает экономить теперь не только на товарах нерегулярного цикла, но и товарах повседневного регулярного цикла, сокращая еще больше производств и рабочих мест в экономике.

Изъятые с помощью налогов деньги, расходуются на бюджетное стимулирование – программы по созданию временных рабочих мест (вместо длительных производств), для создания неактуальной инфраструктуры в период сокращающегося производства (вместо его прямой поддержки или помощи заемщикам).

Деньги, изъятые у нуждающихся заемщиков в пользу менее пострадавшей группы, усложняют процесс восстановления с длительным лагом пока бюджетные деньги не дойдут до нуждающихся в них заемщиков. Теперь, чтобы выйти из кризиса во всей экономике, заемщики должны каким-то образом ухитриться и вернуть большую часть изъятых денег к себе обратно для погашения кредитных долгов.

Можно возразить и сказать, что для покупки растущего актива, кредитные деньги передаются покупателем продавцу и таким образом пускаются в повседневный оборот. Да это так, но происходит это гораздо реже, чем ситуации, когда цены растут быстрее, чем меняются собственники.

Поскольку при росте цен количество продавцов сокращается, а количество покупателей увеличивается, цены растут одновременно при снижении количества сделок и росте желания их совершить. Экономический рост – это не работа с деньгами как таковыми, это лишь игра в ценники и не более того, которая сначала создает иллюзию богатства, а затем отбирает последнее.

Во время ажиотажа, по сути, потребители покупают ценники, а не сами товары. Самое интересное, что эта игра заканчивается как раз в тот момент, когда инвесторы начинают обращать эту бумажную прибыль в звонкую монету. Очевидно же, если экономика так долго тормозится, значит – ее что-то тормозит.

Повышение налогов снижает потребительскую активность еще больше и соответственно производственную, что выливается в рост безработицы и рост государственных расходов, которые брать уже не откуда. Никто не в состоянии признать, что кредитные деньги просто растворились в ценниках, что они уже не вернуться ни в банки, ни останутся у заемщиков. Их просто уже нет и попытки реструктуризировать долги – это попытки заставить заемщиков вернуть деньги, которых у них нет, и никогда не было.

Все это затягивает процесс восстановления экономики на долгие годы (так называемое «потерянное десятилетие»). Поэтому увеличение денежной массы, не решает проблему напрямую, поскольку упрощает положение заемщика лишь только через общую инфляцию. Все что нужно – это ускорить процесс списания всех проблемных долгов через усовершенствованную систему банкротства экономических субъектов, и в следующий раз контролировать залоговые требования, к выдаваемым кредитам, чтобы не провоцировать ложные иллюзии у потребителей.

Стоимость

Лучше разочароваться в цене, чем в товаре. (Б. Грассиан)

Цена это не просто согласие двух сторон, но и уровень качества товара. Мы знаем, что существуют аналоги товаров по более низкой и по более высокой цене, и все они отличаются качеством. Когда потребители жалуются на рост цен, то в большинстве случаев это означает, что они субсидируют своими покупками производства более качественных товаров, или банкротят, своим отказом от покупки, более дешевые некачественные товары.

Если посмотреть на динамику потребительских регулярных цен во всем мире, большинство всегда голосует за более высокое качество товаров, подстегивая рост цен для всех остальных. Согласно Д.Рикардо именно самые дорогие товары являются якорем и неким ориентиром для установления цен более дешевых товаров.

Он уверял, что рост цен дорогих товаров подстегивает рост цен более дешевых товаров, а вот падение цен дорогих товаров подстегивает банкротство более дешевых товаров. Это то, что он называл плодородными землями и неплодородными: когда спрос превосходит первые – начинают пользоваться спросом вторые, но когда первые лишь немного снижается интерес к первым, то вторые просто забрасываются.

Таким образом, он превосходно описал взаимозависимость качества товаров от их цен, и разделил процесс формирования дефицита на сегменты. При этом количество денег на руках у потребителей не имеет значения, так как цены на недвижимость для большинства недоступны, но все для этого используют ипотеку. Рост цен – это следствие желания покупателей иметь более качественные товары, а не их дефицит как таковых.

Иногда, даже в кризис, при дефиците денег, люди готовы переплачивать за качество, снижая количество товаров, подстегивая тем самым рост цен. Надо понимать, что если цены в магазинах кажутся дорогими, тут же появляются магазины с дешевыми товарами более низкого качества. И если потребители снижают вкусы, то снижаются и цены.

Высокая цена это не всегда бич экономики, а как раз наоборот, показатель уровня жизни граждан. Если посмотреть на самые благополучные и счастливые страны мира (Швейцария и Норвегия), то их уровень цен кажется невероятно высоким для стран менее развитых. Однако надо понимать, что чем дороже услуги и товары, тем выше их качество, очевидно же что дворник будет гораздо лучше мести, а парикмахер стричь, если будет гордиться своей зарплатой.

В менее развитых странах это особенно заметно: слабенькое благоустройство, хлипкая инфраструктура, и все это следствие низких зарплат, а не дефицита денег. Старая поговорка: «как мне платят – так я и работаю» справедлива везде. Никто не будет перерабатывать за оклад, на который он не способен себя прокормить, а будет экономить свои силы и ресурсы для того, чтобы найти вторую работу, и в итоге: качество исполнения обоих будет значительно снижено.

Высокие цены и есть показатель высокого качества, так как если работник понимает, что ему переплачивают, то ему будет совестно недорабатывать или халтурить. Китайцы всегда отличались от других стран своими низкими зарплатами, но так же и всегда славились товарами более низкого качества. В свою очередь стоит отметить, что даже при сдержанной монетарной политики, цены в любой стране со временем будут расти по одной простой причине – повышения запросов граждан к качеству своей жизни.

Сравнивая местный образ жизни с более развитыми странами, потребители хотят жить не хуже остальных, и готовы за этот комфорт переплачивать. То, какие товары и по каким ценам готовы приобретать покупатели отражает структура импорта, который заменяет несуществующие аналогичные отечественные товары.

Во многом рост цен зависит от цен экспортных и импортных товаров, качество которых превышает качество отечественных. Обеспеченной страной принято называть ту страну, которая может позволить себе неограниченное количество импортных товаров, то есть переплачивать за более качественные товары.

Цены со временем не растут только на те товары, качество которых ухудшается, однако их стоимость почти никогда не падает ниже первоначального уровня. Делать ставку на повышение цен в перспективе, – одна из беспроигрышных финансовых стратегий, особенно если известно, что качество и редкость этих товаров будет повышаться. В результате жалобы на бесконечный рост цен являются жалобами на повышения уровня жизни.

Вторым значительным моментом является редкость товара или оригинальность услуги. Недвижимость делиться на категории по возрасту зданий. Новые всегда стоят дороже, потому что их мало и они быстро устаревают, а старые дома всегда дешевеют, потому что их много и становится еще больше. Однако старые поколения товаров не всегда устаревают и дешевеют по мере появления новых.

Экономист Д.Рикардо, писал о том, что по мере того, как станут заняты все плодородные земли, фермеры начнут обрабатывать земли менее плодородные, на которые требуется больше усилий и затрат, чем на плодородные, для выращивание того же количества хлеба. Соответственно если издержки старых поколений растут или не падают, то их цена так же остается высокой.

Высокая цена плодородных земель и новых поколений товаров поддерживается ценой предыдущих поколений. Поэтому там, где издержки или спрос остаются высокими, то каждое новое поколение товаров будет гораздо дороже предыдущего. Если спрос и издержки старого поколения сокращаются, то цена нового поколения товаров редко превышает изначальный уровень цен состарившегося поколения.

Таким образом, цены нового поколения определяются ценами предыдущего и наоборот, поэтому не стоит оценивать одно без другого. Если стоимость постройки нового дома возрастает вдвое по сравнению со стоимостью покупки старого дома, то цена последнего начинает возрастать в зависимости от накопленной амортизации.

Стоит так же задуматься перед покупкой товаров нового поколения, если спрос на предыдущие поколения полностью прекращается. Спрос на новые товары гарантируется спросом на повышение качества старых товаров. Потребительский спрос регулирует как редкость, так и качество самих товаров, цена лишь показатель этих двух величин.

Те, кто не могут платить более высокую цену за товары более высокого качества, вынуждены приобретать хлеб менее плодородных земель, а те, кто не хотят потреблять более низкое качество товаров, переходят на хлеб из плодородных земель. Поэтому если цены в стране растут, это значит что и качество самих товаров и услуг в стране растет. То есть инфляция от уровня жизни отличается лишь качеством товаров, которое при первом не растет, а при втором повышается.

То есть экономический рост – это рост качества товаров, а не рост производительности труда, ведь при росте зарплат избыточные деньги переполнят спрос на старые товары. Если цены могут расти на товары одного и того же качества, то рост зарплаты стимулирует технологические совершенствования, а так же творческий и ответственный подход к их реализации. Уровень зарплат характеризует качество предоставляемых услуг и товаров в первую очередь, а уже недоступность благ – во вторую.

Потребности

Беден не тот, кто мало имеет, а тот, кому всегда мало. (Сенека)

Считается, что если денег больше, чем совокупная стоимость товаров, то цены начинают неизбежно расти, однако это не всегда так. Экономисты не выделяют в своих универсальных формулах различные настроения потребителей. Количество денег должно расти соразмерно количеству потребностей в обществе, и если количество потребностей сокращаются, а количество денег увеличивается (что чаще всего происходит во время стихий и эпидемий), то только в этом случае возможна инфляция в общепринятом негативном смысле этого слова.

Потребности в стране растут в свою очередь в двух случаях: одновременно с ростом населения, и с уверенностью в перспективном будущем. Опять же и население растет только в случае уверенности в будущем. Именно поэтому, оптимизм потребителей можно назвать единственным лекарством от экономического спада, но как его добиться при негативном фоне и свободной прессе не понятно. Это подтверждает и непрекращающийся рост населения и благосостояния в Китае, где все это время строго фильтруется вся публичная информация и интернет.

Потребители готовы потреблять до тех пор, пока им не покажется, что это потребление может скоро закончиться, только после этого они начинают экономить, как это происходит в той же соседней Японии, жители которой склонны перестраховываться. Экономика сама вырастит, если не мешать потребителям потреблять. При этом не важно, за свой счет или даже в кредит происходит это потребление.

Ведь при росте денежной массы, новые потребности будут создавать новые товары, постепенно поглощая новые деньги. Для полноценного функционирования количество денег должно быть равно количеству совокупных потребностей в обществе, а не количество товаров которые уже учтены в производстве.

Нельзя привязывать количество денег к количеству товаров, так как товары не могут формировать спрос на другие товары, а потребители могут. При банковской эмиссии, где новые деньги поступают из кредитов, которые формируют предприниматели, а не потребители, возникает максимальный риск инфляции, если это производство не будет завершено, и если новые товары останутся не востребованными.

Единственный и возможный риск инфляции – это когда за потребителей кто-то другой решает, на что будут потрачены их деньги, что почти всегда приводит к ошибочному и невостребованному производству, и как следствие росту безудержной инфляции. При росте существующих потребностей расширяются существующие производства, а при росте новых потребностей – развиваются технологические или более качественные сегменты.

Однако в любом случае без потребителей, количество денег не имеет значения. При этом страхи населения способны сокращать их потребности, что может приводить к инфляции. Поэтому вместо повышения налогов необходимо сокращать страхи, чтобы избыточные деньги сами нашли свое производство.

Бедные страны потому и не могут просто печатать деньги и богатеть, потому что они обладают скудным набором потребностей, которые вызовут рост ограниченного производства. Богатые страны богатые не потому, что у них много денег, а потому что у них много разнообразных потребностей, которые не позволяют перегреваться отдельным производствам, стимулируя постоянно новые.

В основе развития любой экономики лежат не деньги, а развитие новых потребностей. Инфляция – это не избыток денег, а отсутствие разнообразия в потребностях. Бедные потому и бедные, что стесняются и боятся расширять свои потребности, они привыкли к нищете, и потому ограничиваются скудными привычными потребностями. А если, нет спроса на новое производства, то откуда оно тогда возьмется.

Именно поэтому раздача денег в кризис (период сокращения потребностей) вызывает инфляцию и еще больший кризис, а раздача денег в период кредитного цикла (расширения потребностей) вызовет экономический рост. Если бы не было спроса со стороны богатеющего среднего класса в Британии на разноцветную ткань, то не было бы никакой промышленной революции. Чем шире и разнообразнее потребности населения, тем быстрее богатеет страна.

Инфляция это не просто рост цен, а рост цен, опережающий рост зарплат, это то главное, что многие предпочитают игнорировать. Когда рост зарплат происходит быстрее роста цен, никто не говорит об инфляции, несмотря на то, что обесценивание денег все равно происходит.

Зарплаты растут быстрее цен лишь в двух случаях: первый, когда производимый товар идет на экспорт. Тогда работодатель может увеличить зарплату в большей пропорции, чем он имеет расходы. Второй случай, когда большую часть производимого товара потребители покупают за счет кредитных средств. В данном случае работодатель так же склонен делиться сверхприбылью. В остальных случаях рост зарплат крайне маловероятен.

Так что те, кто работают в экспортируемых или кредитно-ориентированных отраслях склонны первыми скупать дешевые внутренние товары за счет более высокой зарплаты, повышая цены для тех, кто в таких отраслях не работает. Однако это происходит только с теми немногочисленными товарами, которые совпадают. Но как только экспортный или кредитный спрос начинает сокращаться, потребительские предпочтения сотрудников этих и прочих производств начинают выравниваться, так и начинается инфляция.

Таким образом, чем разностороннее и более различен спрос внутри страны на разные товарные категории, тем ниже уровень инфляции. Пока у каждого потребителя есть свой любимый магазин, инфляция будет распыляться между товарами-аналогами разных сегментов, но как только все потребители начнут ходить в один и тот же магазин – инфляция начнет сразу расти.

При росте разницы между доходами богатых и бедных часто встает вопрос: кто должен сделать первый шаг, потребители тратить или производители продавать. Однако если исходить из предположения, что потребители сокращают траты из-за дефицита денег, то очевидно, что первый шаг должны сделать производители, которые все эти деньги аккумулировали на своих счетах.

Но если потребители остались без денег, то кто станет потреблять производимые товары, подобные рассуждения заводят в тупик многих экономистов и политиков. Ответ прост и одновременно сложен: те, кто нуждается в деньгах, должны создавать товары для тех, кто имеет их в избытке, то есть бедные должны заинтересовать богатых. Проблема в том, что в кризис бедные создают продукты для тех же бедных и жалуются, что их компании банкротятся. С другой стороны, бедные не могут создать продукты для богатых, поскольку не имеет представления об их потребностях и проблемах.

Остается последний шанс – перераспределение денег, это когда богатые будут перестраивать свой бизнес с бедного покупателя на богатого, сохраняя рабочие места и увеличивая их оплату. Но почему это не происходит каждый раз, когда происходит расслоение общества на богатых и бедных. А потому, что богатые не склонны тратить заработанные деньги там, где они их зарабатывают. Богатые умеют зарабатывать только на бедных, а продать что-то богатым у них уже не получается, а там где это получается – кризисы проходят мягче.

Наемный труд

Исторически труд предшествует капиталу, и не зависит от него. (А.Линкольн)

Труд оценивается в деньгах страны, в которой он осуществляется, при этом низкий курс валюты делает труд их жителей более дешевым по отношению к другим странам. Считается, что низкая стоимость труда является источником привлечения необходимого иностранного капитала, однако в данном случае труд является лишь одним из факторов производства, но далеко не единственным.

Ведь дешевый труд привлекает лишь часть капитала для производства продукта, а основной доход получает тот, кто устанавливает потребительские цены. Чаще всего дорогие продукты на основе дешевого труда, реализуются в других более богатых странах, нежели тех, в которых он произведен.

Страны, производящие наукоемкий труд, не нуждаются в низком курсе валюты, и могут устанавливать максимальную наценку на свои услуги, в отличии от стран, преимущественно предлагающих лишь физический труд. Однако не всякий наукоемкий труд высоко оценивается, поскольку высокая стоимость труда зависит не от качества самого труда, а от высокой стоимости конечного продукта на его основе. Необходимо еще знать, как его выгодно использовать в продукте, ведь можно создать космический корабль, но не продать ни одного билета на него.

Снижение валютного курса может понизить стоимость труда для иностранного капитала, но не сможет повысить его квалификацию. Поэтому прежде чем создавать благоприятные условия для экономики, необходимо обучить экономических субъектов. Страны с высокой долей образования, развиваются несмотря даже на завышенный курс их валюты, поскольку прибавочная стоимость от их креативного труда превышает разницу в валютных курсах.

Все сотрудники мечтают работать на себя самого и заниматься любимым делом, но экономика для этого не приспособлена. Кто будет подметать улицы или убирать туалеты, если все будут музыкантами и художниками. Нам говорят, что преуспеть можно только в том, что ты любишь, но именно там самая жестокая и массовая конкуренция.

Одно дело, когда твои вкусы не похожи на предпочтения большинства, тогда шансы на успех стать звездой значительно повышаются. Но большинство людей мечтают об одном и том же, поэтому рынок им предлагает менее конкурентные вакансии дворников и уборщиц. Однако большинство работников согласятся на эти должности только при одном условии, что в процессе работы никто из знакомых их не увидит. Поскольку подобный стресс для них гораздо тяжелее самой работы.

Развитые страны используют миграцию из развивающихся стран для того, чтобы освободить свое население от постыдного труда, обещая прибывающим равные права с местными. В то же время физический труд отрывает людей от наукоемкого труда, который в разы рентабельнее для страны, и поэтому без миграции невозможно дальнейшее развитие страны.

Что касается траты времени, которое работники могли потратить на себя вместо коллективной работы на кого-то (мнение Л.Мизеса), то большинство из них наоборот рады были бы отвлечься от повседневных бытовых проблем. Работа для большинства – это самый простой способ переключить внимание и немного отвлечься от повседневных семейных проблем.

Можно распределять однообразную, но не регулярную работу сотрудников по разным функциям в назначенное время, которое не отвлекает их от другой не регулярной работы, то есть объединять штучные дискретные работы в одну постоянную.

Труд может быть разным, может быть простым физическим, а может быть наукоемким. Зависит ли от качества яблок цена труда при их сборе: мы понимаем, что на разные сорта и разные по битости, устанавливаются совершенно одинаковые ставки заработной платы.

Там, где от труда не зависит качество конечного продукта, стоимость такого труда остается неизменной и низкой. Неважно насколько чисто будут вымыты полы, очень хорошо до блеска или просто сносно, уборщица все равно получит одну и ту же зарплату. В данном случае добавочный труд не увеличивает конечную ценность.

В то же время стоимость наукоемкого или творческого труда напрямую зависит от его качества, так как даже если исполнитель будет выглядеть всего на одну йоту лучше конкурентов, он будет способен забрать себе все аплодисменты и доходы. Физическая работа сопряжена со стыдом, а интеллектуальная – с совестью.

Рабочие готовы работать за меньшее, лишь бы их никто не видел, а офисные работники – лишь бы никого не обманывать. Таким образом, тягость труда это не просто отвлечение свободного времени (Л.Мизес), а постыдная или бессовестная деятельность. Люди увольняются не от тяжести труда как такового, а от психологического диссонанса в процессе труда.

Очень часто между наемными работниками и их вознаграждением стоит не лень, а обычная гордость и стыд за то, что им предстоит сделать. Работа на кого-то и работа на себя имеют колоссальную разницу. Работая на кого-то, сотрудник понимает, что ответственность за его ошибки ограничена, поскольку работодатель все равно их решит за свой счет.

В случае предпринимательства за каждую совершенную ошибку придется платить сполна самому, в этом и заключается отличие от наемного труда. Предприниматель берет на себя ответственность за действия работника, но получает неограниченную выгоду от его способностей, которые тот боится реализовывать самостоятельно или не может в силу их узости.

Предприниматель сам по себе редко бывает талантливым, главный его талант это организовать вокруг себя талантливых людей, многие из которых даже не подозревают о своих талантах. Сотрудник, который знает или уже догадывается о своих талантах стоит уже дорого, поэтому предприниматели стараются искать тех, кто еще не раскрыл свой потенциал в полной мере.

Наемный работник всегда оценивает свои способности в рамках оклада, в то время как предприниматель в прибыльности для компании. Представим например, что вы для того чтобы удержать сотрудника договорились с ним о том, что он теперь будет получать зарплату не раз в месяц а раз в год, то есть превратили оборотный капитал в основной; как вы думаете в какую сторону измениться эффективность его работы.

Человек знает тяжесть своего труда, поэтому легко тратит только те деньги, которые легко к нему поступают. Если деньги достались ему с большим трудом, то и обменяет он их, не на меньший труд других. С возрастом люди становятся бережливее, потому что деньги им достаются все тяжелее.

А легче и больше всех тратят те, кто зарабатывает свой доход обманом других. Чем бы не занимался наемный сотрудник, он всегда либо торгуется со своим стыдом, либо с совестью. Наемный сотрудник чаще всего выполняет ту работу, которую не смог бы выполнить для самого себя.

В данном случае предприниматель – это такой посредник, который предлагает хоть и за небольшие, но все же деньги, оплатить стыд или совесть работника, которые тот не может продать самостоятельно. Наукоемкий труд стимулирует спрос на физический труд, поскольку идеи нужно воплощать в материю.

Наукоемкий труд более оплачиваемый поскольку создает дополнительную наценку и прибыль в перспективе, в отличии от физического труда, который может только незначительно снизить издержки. Однако чаще всего работник считает себя безработным, потому что не встречает вакансии по своим талантам отдельно, он стесняется предложить свои способности там, где о них не говорят. Инвесторы наукоемкого и творческого труда знают, что в данном случае совокупные затраты на неудавшиеся попытки со сторицей окупает всего одна суперзвезда и его творения.

Продукты физического труда в большинстве своем не сильно отличаются друг от друга, поэтому и не могут рассчитывать на высокое вознаграждение. Пока доход предпринимателя от работы сотрудника превышает оклад – такой работник считается ценным, но как только он начинает требовать больше чем может приносить дохода, то ценность его резко падает, несмотря на то, что качество его работы не снижается.

Предприниматели никогда не держаться за сотрудников, когда те шантажируют их более высокой зарплатой, потому что ясно понимают, что на такие повышенные расходы не согласятся и их конкуренты, о чем вскоре узнают и сами сотрудники. Каждый наемный работник стыдится своего труда, и только через раскрытие своих талантов ему удается это подавлять. Т.о. предприниматель, вынуждая к постыдной работе сотрудника, невольно увеличивает его производительность труда.

Э.Деминг предположил, что расходы на контроль за эффективностью работников, окупаются доходами на всю компанию. В большинстве случаев сотрудники работают без удовольствия и достаточных стимулов. Работодатель не может делиться своей прибылью в соответствии с их вкладом в общее дело, поскольку всякий излишек это прибыль предпринимателя.

Но главная проблема эффективности – это отсутствие определения виновных в происходящих ошибках, которое стимулирует их появление в геометрической прогрессии. Каждый риск производства должен быть застрахован отдельным сотрудником или целым отделом, за каждую потенциальную ошибку должен быть назначен ответственный.

Однако контроль – это насильственная ответственность, вместо того чтобы принуждать сотрудников необходимо определить их зону ответственности как данность, четко разделенную и не пересекающуюся с другими. Предприниматель знает, что ответственность должна расти быстрее роста зарплат, в этом и заключается его доход.

Д.Рикардо считал, что если рабочий не сможет купить больше труда, чем потратит в процессе своего заработка, то он не возьмется за эту работу. В век традиционной доиндустриальной экономики это более чем оправдывало себя, но сейчас, когда труд заменили машины, в ценность труда ставится риск потери капитала и имущества.

Согласно трудовой теории мы обмениваемся не деньгами, а трудом, и чем больше чужого труда (нужно понимать риска) мы можем получить за свой труд (риск при заработке денег), тем заманчивее кажется нам предложение. Высокие зарплаты не только стимулируют высокие траты, сколько спрос на дорогие и новые товары.

Без высоких зарплат невозможно создание новых производств, а так же рост благосостояние среднего класса, когда бывшие бедняки начинают жить как вчерашние богачи. В свое время именно высокие зарплаты побудили производителей Британии совершить промышленную революцию, что позволило ей обогнать остальные страны, особенно те, где труд рабочего оценивался как рабский крайне дешево. Сегодня технологический прогресс осуществляется так же только в странах с самыми высокими зарплатами.

Совершенно однозначно, что высокие зарплаты рабочих и сотрудников – это основной источник технологической революции в экономике. Те же страны, что наоборот пытались повысить производительность труда за счет снижения зарплат, потерпели экономический крах, поскольку основной источник экономического роста – это творческий человеческий капитал, а он стимулируется исключительно ростом зарплат.

Главная проблема экономики: как заставить людей работать за деньги, и в то же время, не загонять их в нищету дефицитом денег. Государству жалко каждого гражданина, но выдавая пособия нуждающимся, оно стимулируют инфляцию, и прежде всего де-мотивируют на активный труд получающих. Без труда своих граждан, государство потеряет свою внутреннюю силу и международную репутацию.

Однако стоит заметить, что люди достигающие успеха, делают это не ради денег, а ради самореализации, иначе они бы остановились на начальном этапе. Исходя из этого, можно утверждать, что нельзя никого де-мотивировать, если создавать условия для его самореализации.

Люди уклоняются от работы, потому что они конкретно к этой работе не склонны, или может быть не приспособлены от рождения. Легенда русского рока В.Цой, работал кочегаром, и все работодатели отзывались о нем как о бездельнике, а лауреат нобелевской премии по литературе И.Бродский был осужден за тунеядство. Каждый из них внес огромный вклад в развитие культуры страны и мира, которую не внес бы ни один передовик производства, но после долгих и непрекращающихся гонений со стороны административных и контролирующих структур.

Уклонение от работы не означает саботаж, это поиск новых вариантов и возможностей. Лишь та страна развивается, у которой уже созданы условия для развития разных талантов, а не только тех, которые сегодня требуются государству или обществу в большем количестве.

В этом отношении СССР был организован как наукоемкая и индустриальная страна. Другой пример показывает США, которые сумели привлечь со всего мира известных режиссеров и актеров, и создать мощнейшую индустрию голливудского кино, только лишь потому, что в других странах условий для реализации этих профессий не было, или они были значительно хуже.

Поэтому вместо пособий по безработице важнее искать скрытые таланты безработных, и инвестировать в их развитие. По такому пути стали развиваться Япония, Южная Корея и Китай, они создают благоприятные условия для развития научного таланта всех своих граждан.

Технологический прогресс отобрал у множества людей работу, но и породил еще больше рабочих мест, поскольку каждое производственное открытие порождает еще больше производственных возможностей, а соответственно рабочих мест. Появление автомобилей лишило заработка кучеров, но создало массу водителей и автослесарей.

И так каждая технология, которая разрушая 10 старых рабочих мест, одновременно расчищает поле для 1000 новых. По мере автоматизации и роботизации уровень безработицы не будет расти, ведь удовлетворить растущие потребности человека невозможно.

С ростом роботизации будет просто дешеветь товарное производство, но дорожать творческие и обслуживающие услуги. Люди лишенные работы на производстве просто начнут пробовать себя в услугах, создавай творческие высоко-маржинальные продукты.

Работа будет всегда еще по причине того, что предприниматели будут пытаться придумывать все больше новых потребностей для покупателей, создавая в большинстве своем убыточные компании, но которые так же обеспечивают людей работой до своего банкротства. Эти тщетные попытки не прекратятся никогда, поэтому потребности людей будут расти бесконечно и пропорционально росту их уровня жизни.

Сокращение числа наемных рабочих приведет к неизбежному росту предпринимателей, если их не поглотит госаппарат. Уровень жизни значительно вырастит, поскольку за необременительное человеческое творчество, которое нельзя ни скопировать, ни смасштабировать, будет обменивать гораздо большее количество материальных ценностей, производимых машинами в огромных количествах.

Чем быстрее будет происходить технологический прогресс, тем больше и труднее мы будем работать в обсуживающем секторе в будущем; все меньше в творческом. Оплата обсуживающих услуг будет напрямую завесить от уровня доверия к исполнителю. При этом как не было раньше, так и не будет в будущем, установленных стандартов оценки качества творческого труда.

Поэтому любой перформанс будет приравниваться к куску золота, если оно еще будет востребовано, как украшение или инвестиция. Если бы потребности человека были ограничены, то человечество остановилось бы в своем развитии на своей первобытной форме существования, когда ему стало хватать минимума калорий на пропитания и теплый ночлег. То, о чем мечтает наше поколение, не могли даже вообразить наши деды. Увеличение денежной массы порождает производство новых товаров, и не важно нужных, или просто возбуждающих любопытство.

Вероятно, даже неограниченные потребности стали проявляться с момента первого появления денег, при одновременном отказе от бартерных отношений. С тех, пор человек смог покупать не только то, что видел, но и то, о чем мечтает или хочет получить.

Развитие экономических отношений совершило скачок: появились, страховка, заем, и прочие услуги, которых не было во время бартера. Люди стали тратить деньги на искусство, любовь, и прочие развлечения, возникла индустрия услуг. Рынок появился благодаря появлению денег, которые фактически изначально так же были элементом бартера, ведь создавались из драгоценных металлов – золота и серебра, реже из драгоценных камней.

Второй скачок произошел при росте зарплат, когда альтернативой дорогому труду стало машинное производство, когда расходы на машинное производство стали ниже физического труда для производства того же количества товара. Сейчас все больше физического труда заменяется машинным с помощью уже наукоемкого труда, но подобное как раз наоборот освобождает низкоквалифицированные трудовые ресурсы для заполнения ими ниш высококвалифицированного труда, а не приводит к росту безработицы.

И это знаменует третий скачок экономических отношений. По сути, рост безработицы означает, что отдельные отрасли внутри страны уже устарели, по сравнению с их развитием за границей, но в то же время новые более передовые отрасли – еще не созданы. Именно поэтому более дорогие и качественные товары создает та страна, в которой рост зарплат растет быстрее остальных.

Высокие зарплаты это преимущество, а не недостаток общества. Благодаря росту спроса обеспеченного среднего класса создаются первые качественные (технологические) товары внутри одной страны, которые потом расходятся по всему миру среди самых богатых людей в самых бедных странах. К сожалению, именно так и не иначе устроен, весь технологический прогресс.

Сначала деньги создавали обмен, потом производство, а позже они стали создавать – новые потребности, ведь большинство людей мечтают о несметном богатстве, еще не решив на какие товары его потратят. С другой стороны деньги стали производить деньги, когда их стало не хватать на окончание сложного проекта, который вышел за смету, а чтобы вернуть потраченные нужно найти новые деньги.

Распространен метод усреднения позиции на финансовых рынках, когда падение актива пытаются компенсировать покупкой того же количества уже по более низкой цене, усреднив так сказать общую прибыль. Деньги тянутся к деньгам, и не важно, где они находятся в прибыли или в убытке. В итоге получается так, что рыночная экономика устроена так, что деньги тянутся к деньгам и от людей, которых они не признают за своих.

Именно поэтому почти все деньги возвращаются в центральные банки, удовлетворив лишь некоторые потребности предпринимателей и покупателей. Срок обращения такого денежного цикла говорит не о скорости развития экономики, а о наличии коротких или длинных потребностей в настоящий момент времени в обществе. Удлинение денежного оборота, говорит о том, что люди стали чем-то обеспокоены и стали урезать свои потребности до первобытного уровня.

Ценность

Каждый стоит столько, сколько стоит то, о чем он хлопочет. (Марк Аврелий)

Известный принцип диалектики, согласно которому количество переходит в качество прекрасно объясняет и все экономические процессы, и не только. Если у нас больше какого-то блага (воды), тем ниже ее ценность, и в то же время, чем меньше у нас какого-то блага (золота), тем выше его ценность. Опять же, если пойти еще дальше то можно сказать, что все измеряемое определяет ценность не измеряемого, или все объективное определяет все субъективное.

То, что в свое время К.Маркс определил, как «бытие определяет сознание», в принципе актуально и сейчас. Однако, он не уточнил и не определил зависимость количественного от качественного, ведь количество не переходит в качество, а теряет свою ценность для обладателя при увеличении, и повышается при ее снижении.

То есть цену измеряемого определяет его количество, поэтому стоит смотреть не на текущую цену товара, а на текущее количество товара, чтобы понять его ценность. Иными словами, цена это текущая оценка блага, а ценность это будущая оценка блага, и переход от цены к ценности определяет изменение количества блага в будущем.

Чем больше у вас капитала, тем ниже его ценность, и легче им рисковать. Именно поэтому бедные слои населения редко становятся успешными предпринимателями, для них ценность даже заемных денег гораздо выше, чем для наследников капитала.

В то же время предпринимательский талант никак не зависит от наследуемого капитала, а как раз наоборот он выше у тех, кто им не обладает. То есть всякая экономика сталкивается с разрывом между людьми, которые легко готовы рисковать капиталом, но не знают, как его правильно инвестировать, и людьми, изобретательными, которые боятся вложить даже рубль, несмотря на то, что точно знают, что будет востребовано большинством потребителей.

Экономисты скажут, что таких людей соединяет процесс предпринимательства, где наследники капитала рискуют, а наемные сотрудники изобретают, однако это не всегда так, поскольку наследники уверены в том, что обладают видением, таким же как у тех, кто не обладает аналогичным им капиталом. Именно поэтому, большинство предпринимательских начинаний заканчиваются провалом, ведь наследники идут на необдуманный риск, продвигая невостребованный товар, а бедняки слишком много экономят на рекламе и продвижении, акцентируясь лишь на качестве товара.

Капиталист исходит из той точки зрения, что не сам рабочий оценивает стоимость своего труда, а его работодатель. Но стоимость результатов труда оценивает уже не работодатель, а непосредственно потребитель. Ценность блага, по мнению маржиналистов относительна, относительно количества тех же благ или их заменителей.

То есть, ценность каждого товара оценивается исходя из его количества, и чем больше коллекция – тем ниже ее ценность. Это относится только к товарам регулярного и нерегулярного цикла, но не к товарам инвестиционным и деньгам. То есть каждая картошка из пяти картошек, будет оцениваться его владельцем ниже, чем в наборе из трех картошек.

Чем меньшим количеством мы обладаем, тем выше ценность каждого из этих элементов. Таким образом наибольшую скидку можно получить у того, у кого этот товар в избытке. С другой стороны, инвестиционные товары, такие как недвижимость, ценные бумаги и валюта, наоборот увеличивают свою ценность с каждой новой единицей, а при потери каждой новой единицы обесценивают всю коллекцию.

Теория предельной полезности противоречит сама себе, поскольку не может быть универсальна для всех товаров сразу. В определении ценности больше прав был А.Маршалл, который утверждал, что стоимость складывается от количества покупателей и продавцов на данный товар в данный момент времени.

Даже на ненужный товар, который собственник готов был отдать даром или выкинуть, вдруг повышается ценность если количество желающих его приобрести резко возрастает; таким образом, и мусор может превращаться в золото. С другой стороны владелец картинной галереи считает свою коллекцию бесценной, но при этом никто не готов ее приобрести. Это значит, что коллекция не бесценна, а не оценена, то есть не имеет покупательной стоимости.

В итоге ценность можно охарактеризовать как будущий спрос, поскольку после покупки недвижимости ее цена может резко упасть, потому что будущих покупателей она может разочаровать. Ценные бумаги чаще других подвержены колебаниям, из-за разницы в количестве продавцов и покупателей. Ценность это не то, сколько людей хочет владеть или избавиться от этого в данный момент, а то, сколько людей хочет это сберечь на будущее.

Когда старые покупатели превращаются в новых продавцов, то предложение резко увеличивается и падает не только цена, но и ценность всей категории товаров. Маржиналисты ошиблись, ведь в итоге ценность определяется не количеством этих благ, и даже не количеством покупателей, а количеством продавцов и владельцев этих благ.

Количество покупателей определяет стоимость и цену товара, за который готовы продать продавцы, а вот именно ценность товара определяется количеством продавцов, которые хотят ее сохранить на будущее. Чем меньше продавцов, тем ниже предложение, и выше текущая цена и будущая ценность товара.

Цена может колебаться, если один продавец продал со скидкой, а другой наценил. Но ценность останется по-прежнему высокой, если это две единственные сделки. Ценность резко возрастает, если старые покупатели решаются на новую покупку, это говорит о том, что те кто уже попробовали продукт, оценили его высокое качество.

Спрос растет за счет старых покупателей, не говоря уже о тех кто еще будет приобретать его впервые, экспериментируя или руководствуясь личными соображениями, или рекомендациями. Высокую ценность характеризует не цена, а повторные покупки и желание сохранить товар.

Однако сделки постоянно происходят по ценам, но не по ценностям. Как говорил У.Баффет: цена это то, что вы платите, ценность – это то, что вы получаете. Именно разница в этих составляющих позволяет зарабатывать и спекулировать товарами.

В большинстве случаев люди продают ценный товар по низкой цене из-за текущих надобностей, или из-за отсутствия информации о будущих событиях. Мало кто готов выжидать, когда количество продавцов сократиться до минимума, а ценность вырастит до максимума, большинство продает при первом удобном случае.

Причина постоянных убытков – это не терпение и не компетентность, когда срок владения товаром слишком короткий, или выбран не тот товар. Очень часто простаков зазывают в лотереи, на биржу, в жилые кварталы и т.д., однако перед покупкой стоит определять сколько продавцов на обратной стороне сделки, и если их достаточно для всех желающих приобрести, то приобретать такой товар не стоит.

Часто после первичного размещения акций (IPO) котировки резко падают, потому что первичные собственники продают свои пакеты вторичным собственникам, однако если бы они захотели их придержать у себя по данной цене, обвала бы не произошло. Если все что вы хотите купить вам готовы продать в том же количестве и по той же цене, то значит оно не имеет ценности в будущем.

Ценность товара определяют его долгосрочные владельцы, а цену товара его краткосрочные собственники. Для инвестора покупающего ценные бумаги на десятилетие цена кажется заниженной, а для того кто приобретает на неделю – слишком завышенной. Ценность товара определяется его дефицитом в будущем, а не в настоящем, при сохранении спроса на него конечно.

То, что кому-то нужно прямо сейчас, другому может и не потребоваться вовсе, неизвестно какой именно промежуток времени каждый из них рассматривает в качестве будущей предусмотрительности в результате потери текущего дохода. Сколько человеку придется жить в состоянии неопределенности и как в будущем он определяет то, как будут оценены публикой сегодняшние блага. У всех этот промежуток владения активом разный, поэтому и разная оценка предлагаемых товаров.

Ценность – это не измеримое значение, а оценка товаров между собой по шкале лучше или хуже. Стоимость товаров нерегулярных циклов определяется не только их физическими свойствами (объем и красота), на которые ориентируется большинство покупателей, а еще и амортизационными свойствами, которые со временем могут превысить покупаемую стоимость.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.