# Равновесие крови

Даша Пар

В этом мире все зависит от статуса и от цвета, в который будут окрашены твои крылья, когда ты примешь драконий облик. Для каждой девушки из знатного рода весенний праздник – Равновесие невест – главное событие, ведь на нем произойдет первое обращение. Селеста едет на праздник вместе с сестрой, но почему девушка так боится самого главного события своей жизни?
Что такого важного скрывается в Селесте, что на нее открывается сезон охоты, и главными охотниками оказались русалы из подводного королевства? Или же это морвиусы обрели силу и могущество, чтобы исполнить пророчество и оживить старых богов? А может, король, самое сильное существо на планете, не так добр и хорош, как о нем говорят? Или же дело в маршале, с которым Селесте так хорошо…

© Пар Д., 2023

© ООО «Издательство АСТ», 2023

* * *

> В память о любимом папе, который всегда поддерживал и верил в меня.


## Глава 1. Столица Клэрия

> Селеста

Я бы хотела оказаться где угодно, только не здесь. Не в этой маленькой карете с закрытыми окнами, такой тесной, что даже через платье чувствую горячее бедро сестры. Здесь душно. И плохо пахнет. От спертого воздуха немного кружится голова и губы соленые.

Эта поездка длится почти месяц. До того мы бедны. Не можем позволить себе купить билет в магический портал. Одежду и личные вещи отправили почтой. Мать кривила губы, подсчитывая, во сколько встанет отправка. Вышло чуть больше, чем если самим перевозить, а риска меньше. Так что мы едем почти налегке.

Отодвинув занавеску, я уставилась на сероватую жухлую траву среди луж. Над полем в окружении светлых облачков сияет весеннее солнце. Вдалеке летит клин птиц, возвращающихся с юга. Весна в этих краях наступает раньше. Дома еще снег лежит, а здесь уже пробивается первая зелень. Через неделю все покроется травой и листвой, тогда как в долине еще месяц пройдет, прежде чем настанет весна.

Мать задергивает занавеску. Я откидываюсь на деревянную спинку, скрещиваю руки на груди и недовольно гляжу на родительницу.

– Я устала. Может, остановимся? Дышать невозможно! – тяну я тоскливо, умоляюще косясь на маму. Сестра рядом встрепенулась. Ей тоже скучно. А вот брат, напротив, углубился в какую-то книжку, и ему все нипочем. Готовится к экзаменам.

– Нет. И хватит об этом. Ты уже просила сделать остановку. Теперь едем до конца. Кучер обещал – к вечеру будем в столице.

Будто в ответ карета подскочила на ухабе, и Кристан от неожиданности чуть не выронил книгу. Этот сероглазый крепыш внешностью пошел в нашу мать, Алисту Винцель, слегка полноватую крупную женщину с роскошной каштановой гривой и пронзительными светлыми глазами. Когда-то она была красавицей. Но после смерти мужа не перед кем хранить красоту в глуши, и она изменилась.

– Можно подумать, там нам будут рады. Зеленые драконы выбрались из Сатуральских долин и пожаловали в столицу на Равновесие, – пробурчала я негромко, ища поддержку у сестры, но та отвела глаза. В отличие от меня, она на что-то надеется. Глупая, и простаку ясно – зеленым драконам ничего не светит. Мы почти что простолюдины. Почти как серые бесцветные дракоши. И к тому же с изъяном, по меркам приличных семейств.

– Хватит! – гневно воскликнула мать, а брат резким жестом захлопнул книгу. За время путешествия в узком семейном кругу он научился заранее определять назревающий скандал.

Потерев переносицу, выглянул в окно, недовольно крякнул и обернулся ко мне:

– Селеста, мы тысячу раз все обсуждали. Последние два года ты просто невыносима! Пора бы уже смириться и принять свою судьбу, – размеренно заговорил он, а мама в знак признательности сжала его руку. – Ты понимаешь, что у нас нет другого выхода? Если я не поступлю в Академию, а вы не выйдете замуж, то двоюродный дядя воспользуется правом старшего и заберет наши земли. Вы с матерью попадете под его опеку, а я либо буду вынужден работать на него, либо пойду на все четыре стороны. Ты готова поставить все на кон, зная, какой конкурс на бюджет?

– Есть же стипендия, – вновь завелась я. – Как зеленый дракон, ты можешь…

– Это Гадельерская стипендия. Ее может получить только очень талантливый зеленый дракон, такой, как сам Артан. За прошедшие годы полной оплаты обучения удостоились только четыре парня из наших долин.

– Но какой в этом смысл? – не выдержала я и повысила голос, глядя исключительно на мать. – Мы получили приглашение как дочери серебряного дракона! Но ведь и так понятно, что мы обернемся в зеленый. Кристан не пошел в отцовскую масть, значит, и мы тоже!

Мать потерла руки, поджала губы, но не ответила. Она и так это знала. Дети от одной пары всегда обращаются в одинаковый цвет.

– Да, Сэл, ты всегда умудряешься довести дело до драмы, – проворчала Калиста. – Как ты не понимаешь, столичное Равновесие – наш единственный шанс чего-то достичь. Что ждет нас дома? Нищета. Изоляция. Да еще эльфы на границе! Ты хочешь снова к ним попасть?

– Кали! – предостерегающе проговорила мама. – Не говори об этом.

– Дома нас ждет любовь, – ответила я очень тихо, опуская голову. – Зеленые драконы женятся по любви. Только после слияния. В любви рождаются дети. И каждый аристократ знает об этом. Нас будут избегать как парий. Ведь у богатых нет любви, все браки по расчету.

– Вот именно, – мягко ответила мама, наклоняясь вперед и осторожно касаясь моего плеча. – Чего ты боишься? Будущий муж точно будет любить тебя. Это покажет слияние. Да любой аристократ счастлив показать, что в его доме живет любовь. Плюс, как ты знаешь, зеленые – самые плодовитые из цветных драконов. У нас большие семьи. Какой дом может похвастаться таким? Да они бегать за вами будут!

– Мам, – укоризненно протянула я в ответ. А она только нахмурилась, сильнее сжав плечо, а после отпустила, отворачиваясь к окну. Всем было ясно, как наивны ее слова.

* * *

Зеленые драконы всегда жили обособленно в Сатуральских долинах, до которых нелегко добраться из-за горной гряды. Основное торговое сообщение шло вдоль рек, широкой сетью опутавших все драконьи владения. Была дорога и сквозь Бросвальскую гриву, выстроенная несколько веков назад благодаря тогдашнему королю Класарию. Но путь через нее облагался налогом, так как расходы по содержанию дороги лежали на плечах самой крупной и богатой долины Гадельер. Жаловаться на размеры податей бесполезно, так как один из сыновей семейства обретался в королевском дворце в качестве первого маршала. Выдающийся представитель зеленых драконов – Артан Гадельер. Говорят, лучший друг короля.

Наша долина, Винцельская, примыкает к королевской границе, за которой начинаются территории эльфов – Ауэрские леса. Давным-давно между эльфами и драконами был заключен мир, однако те времена прошли, и последние лет десять остроухие «отпустили» свой лес, который по кусочкам захватывает нашу землю.

Долина живет за счет небольших угольных месторождений плюс лесопилок. К сожалению, эльфийский лес непригоден для обработки – во время вырубки он превращается в труху. И пилить его тяжело из-за плотной структуры деревьев. Приходится выкорчевывать и рубить, чтобы он не затронул нормальные леса. Удается плохо, из-за этого мы теряем как людей, так и территорию.

Пока отец был жив, существовала сделка с эльфами, но что они получали взамен? Никаких документов не сохранилось, а папа отмалчивался. Даже любимой жене ничего не говорил. После его смерти сделка аннулировалась и возобновилась экспансия, с которой мама ничего не могла поделать. Она даже обращалась в королевский Секретариат, но ее запросы остались без ответа.

И ей пришлось выкручиваться самой. Выдерживать натиск налоговой службы. Вкладывать всю скудную прибыль в разработку новых месторождений. Давать налоговые послабления населению за работу на лесопилках и на границах долины.

Я все это видела. Знала, что нищета – единственный способ сохранить род Винцелей. Нашу семью. У мамы есть какой-то план. Всегда есть. Поэтому лет семь назад она распродала свои украшения и нарядные платья, чтобы нанять нам приличного наставника. А несколько лет назад, после отличного дебюта Кристана на Осеннем равноденствии, наняла еще несколько, чтобы дать сыну шанс поступить в столичную Военную академию.

А нас с сестрой мать начала готовить к столичному Равновесию невест. Это единственная возможность выйти замуж за пределами Сатуральских долин. Она обратилась за помощью к нашему дедушке, Брошину Адегельскому, главе Серебряного дома. Несмотря на давние разногласия, он выслал нам приглашения.

Все это – возможности сохранить род Винцель. Сохранить нашу семью.

Если мы с Калистой удачно выйдем замуж, дяде придется отстать. А если брат поступит в Военную академию, то сможет подать прошение о налоговых послаблениях. У аристократов Военной академии была такая возможность.

В этом исключительность Каргатского королевства, единственной в мире многорасовой страны. На нашей территории, кроме драконов, проживают люди, гномы, эльфы, ше´лки и многие другие расы, которых всегда привечали Каргатские короли.

Приближающееся Равновесие невест – один из наших ключевых праздников. Он одинаково важен как для цветных, так и для серых дракониц. В этот день мы впервые принимаем вторую ипостась. Аристократок выдают замуж, а серокрылые драконицы, обретая самостоятельность, покидают родительский дом. В этом главное различие между нами.

Девушка из высшего общества – способ укрепить положение рода, заключить удачную сделку, получить или обменять земли, или просто заработать на выкупе, если вторая ипостась драконицы окажется необычной. Мнение девицы в расчет не принимается. В случае отказа она вполне может оказаться на улице.

Ситуация выправляется после замужества. Особенно если муж не придерживается старых традиций. Перед девушкой открывается светская жизнь, которой до того она была лишена. Теперь она может посещать театры, музеи, выставки, ходить на балы, культурные вечера. Даже, с одобрения семьи, получить образование.

Исключение – Бирюзовый дом. Там девушек наравне с парнями обучают творческим профессиям, и родители снисходительно относятся к брачным вопросам.

Столичное Равновесие – особенное. Престиж невесты, получившей на него приглашение, взлетает до небес. Для девицы из отдаленной провинции – это возможность пожить в королевском дворце, окруженной настоящей роскошью, побыть в центре внимания, познакомиться с первыми лицами королевства. Увидеть короля! В столичном Равновесии она принадлежит себе, так как родители остаются в городе на все время праздника. Так что очень важно среди сотни соблазнов умудриться устоять на своих двоих и не опозориться. Ведь позор невесты падет и на ее семью.

Я смотрю на своих родных, и сердце замирает. Прошло два года, как я отдалилась от них, не в силах рассказать о своем позоре. Я стала изгоем семьи, а они даже не догадываются об этом! Но время на исходе, и скоро правду узнают все. И я никак не могу это остановить…

* * *

Столица встретила нас необычайно шумной и разношерстной толпой, громоздкой архитектурой жилых домов из кирпича с красной черепицей на крышах, мощеными широкими улицами, на удивление чистыми, учитывая количество экипажей, карет и повозок.

Кристана, как абитуриента Военной академии, высадили в предместье столицы – возле главных ворот внушающего доверие кирпичного здания. До вступительных экзаменов он будет проживать в общежитии.

Прощание с братом вышло скомканным, ведь мы никогда особо не были близки. В следующий раз увидимся через неделю в день весеннего Равновесия. Кристан пожелал нам удачи и велел поддерживать честь семьи. Говорил таким странным высокопарным голосом, что даже мама не сдержала улыбки.

Мы же направились прямо к сияющему королевскому дворцу, видневшемуся с пригорка. Издали открывался вид на покрытые золотом башни-площадки, с которых так удобно пронзать пространство. Талант, доступный только мужчинам.

В ближайшие дни нас ожидало знакомство с другими девицами, медицинский осмотр, репетиция надвигающегося празднества. После недельной изоляции мы предстанем перед королем и высшим светом. По устоявшимся традициям, когда девочка становится девицей, ее прячут от взглядов посторонних. Поэтому бал открытия – это действительно наш первый выход в свет.

На следующий день ни свет ни заря мы отправимся на самую высокую площадку дворца, где примем драконью форму на глазах всей столицы. Во второй половине дня состоится праздничный бал в честь нашегоРавновесия, во время которого будут объявлены договорные браки.

Затем начнутся совместные обеды и ужины, светские рауты, балы и представления для невест и женихов, чтобы те узнали друг друга поближе, а родители могли договориться о браке. Все это продлится до майского свадебного цикла, когда почти каждый день будут проходить бракосочетания. Примерно тогда же начнутся вступительные экзамены в столичные академии, а в июне уже будут готовы результаты Кристана. Получается, у нас есть всего полтора месяца на то, чтобы найти себе пару.

К счастью или к сожалению, но моя судьба решится намного раньше.

* * *

Я вижу в себе маленькую девочку, которую вытолкнули на яркое солнце, прилепили на макушку бант и велели улыбаться во весь рот.«Эй, красавица, ну что ты стоишь надувшись? Улыбнись, видишь, сколько на тебя женихов пришло посмотреть! Один из них станет твоим мужем. Разве ты не хочешь понравиться ему?..»

Как я могу хотеть того, что никогда не случится? Никто не знает, какая я на самом деле. Редкий дефект, о котором в приличных семьях не принято говорить вслух. А я так и не нашла в себе сил признаться матери. Маленькая дурочка, которая сама виновата, что попала к эльфам. Может, случившееся – это наказание за глупость?..

Как объясниться с семьей? Как признаться? Да я лучше сбегу, чем сознаюсь, кто я есть! Стану еще одной девчонкой, сбежавшей из дома. Благо есть куда бежать…

Но… всегда есть проклятое «но»!

Удрать сейчас – разбить сердце родным. Пройти через Равновесие – стать позором. Все рассказать? Я дотянула до точки невозврата. Надо было говорить, как только поняла, кто я такая, и все было бы решено. Но время не повернуть вспять. Тогда я промолчала, отложила, испугалась, а потом уже не смогла подобрать подходящих слов, чтобы объясниться. Я сама повесила на грудь этот камушек, а как его скинуть? Никак! Особенно сейчас. Я не могу подставить семью.

Поэтому молчу. Ставлю все это себе в вину, плывя по течению и надеясь, что как-нибудь рассосется. Не рассосалось. И я в капкане оказалась.

* * *

Всю дорогу до дворца сестра нетерпеливо тянулась к окну, разглядывая и запоминая каждую черточку столицы Каргатского королевства, названной в честь святой Клэрии, первой королевы.

Калиста никак не могла поверить, что такие большие города бывают на свете. Наш родной город Винц в разы меньше и скучнее, серее, грязнее, тоскливее и совершенно, просто напрочь лишен магии! А здесь было все. И это все хотелось потрогать и не выпускать из рук. И только мама мешала наслаждаться зрелищем, постоянно одергивая и возвращая на землю.

– Клянусь святыми крыльями Клэрии, ты невозможно неприлична! Вертишься как маленькая дикарка, будто я тебя ничему не учила! Посмотри на сестру, бери пример!

Я скептически глянула на мать и неожиданно показала ей язык, введя родительницу в состояние легкого ступора. Но сестра тотчас угомонилась. В отличие от меня, она действительно хотела стать частью этого мира. Ей хотелось попробовать красоту на вкус. Узнать, каково это – быть настоящей кэррой. Что и говорить, из нас двоих она оказалась примерной девочкой.

Но даже ее целеустремленность, желание узнать и понять иной мир не подготовили нас к тому, с чем мы столкнулись. Сатуральская провинция не зря называлась «венец без камушка»: наша удаленность и бедность создали настоящую оторванность от самого слова «мода». Фасоны платьев, причесок, высота каблуков, аксессуары, украшения… что это для девушек, выросших в условиях, где главная ценность – практичность и долговечность?

Наши платья с дороги запорошены пылью, подолы испачканы глиной, шеи грязные от пота, потому что в дешевой карете оказалось слишком душно, волосы, в последней придорожной гостинице убранные в косы, растрепались, а лица, не знавшие румян и теней, выглядели по-простецки. И на ногах совсем не туфельки, а обычные ботиночки, ведь обувь дорогая, жаль испачкать единственную пару в дорожной грязи.

Иное дело местные аристократки и представительницы богатых провинций. Разодетые в шелка, с лебяжьими шейками, легким дневным макияжем, окруженные флером пряных и цветочных духов, среди почтительных слуг и подле царственных матерей. Наша семья на их фоне терялась. И только фирменная драконья грация, а также фамильное ожерелье Винцелей на шее мамы выдавало в нас приехавших на столичное Равновесие представителей аристократии.

Хотя достоинство проявлялось только в том, что мы были плодом мезальянса между серебряным драконом и зеленым. Бабушка была изобретательной женщиной, чтобы тридцать лет назад устроить этот брак. Серебро в нашей крови позволило нам оказаться здесь.

– Когда останетесь среди невест, не вздумайте искать расположения девицы Гадельер. Я знаю ее мать, девочка будет воротить нос и демонстрировать отличие от вас. Держитесь особняком и с гордостью. Не позволяйте себя унизить и не опускайтесь до их уровня. Помните мои предупреждения.

Я прикусила губу, недовольно оглядываясь по сторонам. Несмотря на лоск и презентабельность окружения, двор напоминал рынок в день приезда торговцев. Было адски шумно. Девушки прощались с матерями и опекунами, слуги разносили чемоданы с вещами, где-то плакал ребенок, неподалеку лаял пес, а мажордом пытался убедить какую-то мамашу, что ее дочурка не может претендовать на отдельные покои, какого бы знатного рода она ни была.

Блондинистая девушка с прелестными голубыми глазами и розовыми губками, будто истинно королевская особа, лениво окидывала взглядом двор, едва заметным движением бровей выдавая приговор всему, что видит. Поодаль уже формировались первые группы девиц на выданье, и многие с почтением глядели на блондинку, а мне стало любопытно, кто она такая.

Кали позади меня, не скрывая чувств, выдавала первые паникующие ноты, засыпая мать сотней вопросов, что делать дальше. Нам предстояла неделя без родительского сопровождения, под присмотром дворцовой дамы, главы женского совета.

Поскольку король Никлос не женат, а его родители давно отошли в мир иной, то многие женские обязанности, обычно возложенные на королеву и ее придворных дам, необходимо было кому-то поручить. Так появился Совет Женевры, названный в честь покойной матери Никлоса. Возглавляла совет бывшая компаньонка королевы – Астерия Брунцкая, дама высокой морали, поборница этикета и соблюдения правил из Фиолетового дома.

– Девы! Оторвитесь от материнского подола! Время на прощания вышло. Вы больше не дети, а девицы на попечении короны. Так и ведите себя соответственно, – громогласно выдала строгая кэрра, встав в парадных дверях женского крыла. Она видоизменила голос, опустив модуляцию до драконьего рыка и тем самым усилив его.

Добившись тишины, она цепким взглядом окинула двор, после чего удовлетворенно кивнула, сторонясь и открывая двери во дворец.

– Мамочка, я тебя очень люблю! – Калиста вцепилась в мать, крепко-крепко обхватив ее за плечи. Я обняла родительницу лишь слегка и поцеловала в щеку.

– Пожалуйста, не позорь меня, – прошептала мама, и я стиснула зубы, выдавая кривую ухмылку. После сравнительного внешнего анализа моя самооценка упала ниже испачканных щиколоток, и мне удивительно, почему молчит сестра.

Распрощавшись с матерью, мы взялись за руки, влились в стройный ряд девиц и вошли в сверкающий дворец.

* * *

Здесь было иначе. Легче, чем дома. После закатного солнца и легкого холодка внутри оказалось на удивление тепло, не затхло и не душно. Потолки горели ровным желтым магическим светом, высвечивая каждый уголок анфилады женского крыла. По дороге кэрра Брунцкая объясняла, что в дальнейшем нас ожидает, где что находится и что будет происходить на протяжении ближайших полутора месяцев.

Двадцать девиц будут представлять свои семейства на столичном Равновесии. По заверениям кэрры Астерии – удивительно, насколько урожайным выдался год.

По напряженному молчанию я догадалась, что это плохо. Чем больше невест, тем меньше женихов. И опять прикусила губу, досадуя на свою нервозность. Лезть в пещеру горного тролля и то легче, чем находиться в этаком приличном обществе. Благодаря хорошему слуху я слышала все, что говорят о сестрах Винцель. Побродяжки, зеленая кость, почти человечки, низкородные и множество других куда менее приличных эпитетов. А Калиста, которая тоже все это слышала, все сильнее и сильнее сжимала мою руку.

– Девушки, для каждой из вас подготовлена отдельная комната с уборной и гардеробной. Эта гостиная-коридор соединяется с каждой из них. Этажом ниже есть библиотека, зал для занятий гимнастикой и выход в подвальные помещения: там сауна и бассейн с морской водой. Если будут вопросы – обращайтесь к своим личным горничным. Сейчас начнется распределение – не зевайте, дважды повторять не буду. Также запомните, что комнаты парные, с внутренней дверью, и у каждой из вас будет компания. По глазам кэрры ясно: следите друг за другом!

Откашлявшись, женщина раскрыла толстую папку и начала зачитывать имена.

– Селеста Винцель – зеленые покои, Паули ван Стейфро – золотые, Агата Вессельмайер – персиковые, Кирнан Грацбурская – покои в зеленых с золотом тонах, – монотонно зачитывала кэрра Астерия, и с каждым именем из ряда стоящих поодаль горничных кто-то выходил. Чтобы было легче ориентироваться, служанок нарядили в цвета комнат. Также в гостиной вдоль стены выстроилась старшая прислуга, заведующая вопросами о распорядке дня и всех дополнительных надобностях невест.

– Позвольте, а почему меня поселили не рядом с сестрой? – не удержавшись, я вклинилась в речь кэрры, чем заслужила ее неодобрительный взгляд.

– Именно потому, что вы сестры. И без разрешения не задавай вопросов! – вздернув бровь, резко осадила меня Астерия.

Покраснев, я расстроенно посмотрела на испуганную сестру. Кали нежнее и в чем-то слабее меня. И мы всю жизнь спали в одной комнате. Трудно представить себя порознь. Кэрра продолжила говорить, а мы отошли в сторону, чтобы разговор не вызвал недовольства придворной дамы.

– Эй, не расстраивайся. Мы все равно будем вместе. Ну и что, что по разным комнатам спим, в гости ходить будем, – попыталась я успокоить сестру, но она упорно разглядывала испачканные ботиночки и следы, оставленные на блестящем мраморном полу. Кали выглядела такой потерянной, такой неустроенной, будто думала, что ей не место среди окружающей красоты.

К нам подошла невысокая рыженькая девушка с очаровательной округлой фигуркой, похожей на налитое яблочко. Этакая куколка в бантиках и рюшах. Один только взгляд на ее украшения – и стало ясно, что девица принадлежит к очень богатой семье. А яркие янтарные глаза намекали на принадлежность к желтым драконам. В драконьей иерархии – простецкий род, но им принадлежала земля вдоль Ангусского побережья, где развивается соляная промышленность и разрабатываются месторождения глины.

– Привет, я Паули. А вы сестры Винцель? – вежливо, но фамильярно поздоровалась девушка, слегка наклоняя голову набок. – Кто из вас Селеста?

– Это я, – подняла я руку, отвечая на приветствие. – Значит, мы с тобой будем жить в соседних комнатах?

– Да, – она широко улыбнулась. – Здорово, правда? Я боялась оказаться соседкой Грацбурской или еще кого из старой аристократии. С их высокомерием – это было бы мучением. А так все удачно сложилось!

– А меня поселили рядом с Миртой Гадельер, – воскликнула негромко Кали, прислушивающаяся к словам Астерии. – Это ведь хорошо? Пойду поздороваюсь.

Я было потянулась за сестрой, но одумалась и осталась рядом с Паули. Она проследила взглядом за Кали, которая уверенно двинулась к незнакомой красивой девушке в простом светло-сером платье с вышитыми зелеными узорами. Вскоре между девушками завязался разговор, и я перевела дух.

– А кто это – Грацбурская? – чтобы отвлечься от грустных мыслей, обратилась я к Паули.

– Кирнан. Удивлена, что ты не знаешь ее. Вон та блондинка, – девушка кивком головы указала на девицу, чья мать устроила скандал во дворе. Сейчас она была окружена свитой из нескольких холеных барышень и что-то вещала, слегка задрав нос. – Синий дом.

– Неужели? – протянула я восхищенно. Можно было и раньше догадаться. Синие драконы – это очень старая знать. Обширное и ветвистое семейство, чьи представители занимали крупные посты при королевском дворе. Из этой семьи вышел нынешний канцлер – Вран Грацбурский. И из этого дома чаще всего Каргаты выбирали себе невест. Такой была Женевра, мать нынешнего короля.

– Перед ней все лебезят, но я надеюсь, ты не из таких?

Я мотнула головой, продолжая с интересом разглядывать Кирнан. Это была стройная блондинка с аккуратным бюстом, мягкими пухлыми губами и тонкими чертами лица. Ее волосы завили и спустили завитками из пучка на затылке, прикрытого тонкой серебристой сеткой. По шее нисходили крупные локоны, так что волосы в распущенном состоянии наверняка спускаются ниже талии. Нежно-кораллового оттенка платье свободного кроя подчеркивало грудь, демонстрируя глубокую ложбинку, сверху прикрытую тонкой полупрозрачной тканью до шеи, на которой покоилась белая камея. Кирнан выглядела очень открыто, но при этом обнаженными оставались только руки ниже запястий да верхняя часть шеи, а платье, расходящееся книзу, демонстрировало исключительно мыски атласных туфель.

Переведя взгляд на свой наряд, я густо покраснела. Мать одела нас в дорожные платья тускло-салатового оттенка, поверх которых каждая из нас накинула темно-зеленое болеро с бантиком. На ногах черные ботинки. Волосы уложены в простые косы, и только на шее небольшое ожерелье с зеленым камушком с гравировкой дома Винцель.

Небо и земля.

* * *

В мою комнату уже занесли чемоданы со сменными нарядами и обувью. Услужливая служанка Анишка сноровисто готовила помещение для проживания, причем даже успела заранее нагреть ванну, чтобы я могла помыться после долгой дороги. Девушка довольно быстро оставила меня одну: вещей не хватило, чтобы заполнить и треть гардеробной, а я жутко стеснялась необходимости перед кем-то обнажаться, так что отослала служанку прочь, самостоятельно уложив волосы и подготовившись к ужину.

Вернувшись в общую гостиную почти в таком же наряде, как и до этого, я почти с завистью смотрела на других. Говоря по правде, я чувствовала себя бедной родственницей на празднике богатых невест.

Заметив мои метания, Паули, только вышедшая из своей комнаты, в знак поддержки легонько сжала мое плечо, шепнув:

– Не переживай так. Я знаю, Сатуральские долины находятся далеко отсюда. И зимой не добраться… у вас было мало времени, чтобы подготовиться.

Согласно киваю, улыбаясь в ответ. Такая версия звучит красивее, чем правда о тотальной нищете нашей семьи.

Пока служанки сервировали столы для ужина, Паули, оказавшаяся любительницей сплетен, увлеченно пересказывала самые популярные слухи столицы. Девушка еще осенью приехала в город и поселилась в доме дядюшки вместе с матерью и компаньонкой из серых драконов.

– Мама говорила, что семейство Кирнан хочет выдать ее замуж за Никлоса. Поговаривают, что им необходимо вернуть былое влияние на корону, – негромко заметила она, когда Грацбурская выплыла из своей комнаты, надменно окидывая взглядом присутствующих и попутно демонстрируя очередной роскошный наряд.

– Король женится? – переспрашиваю я удивленно. Я как-то абстрактно представляла Его Величество, не отдавая себе отчета в том, что он вообще-то мужчина. Затем я сообразила, что королю уже больше пятидесяти лет, треть жизни прожита, пора обзавестись наследником.

– Все указывает на этот год. Восемнадцать лет прошло со смерти короля Словена. Траур по почившим родителям наконец-то официально окончен, сын больше не может его продлять, так что да, наш король скоро должен жениться. И неудивительно, что в этом году оказалось так много невест. У Кирнан достаточно соперниц. Да хоть бы и твоя соплеменница, Мирта! Ее дядя – лучший друг короля. Наверняка ее лично представят ему. А семья Грацбурских много поставила на Кирнан. На ее руку претендовали представители знатных и богатых семейств, но, по слухам, договор ни с кем не был заключен. Значит, она, если не станет королевой, может оказаться в пролете и по остальным пунктам. Драконы не склонны ждать, – несло по кочкам болтушку Паули, явно пересказывающую чужие слова.

– Ты говори, да не заговаривайся, – ледяным тоном оборвала ее Кирнан, словно из ниоткуда появившаяся перед нами. – Куда ящерице земляной знать, что происходит в приличных домах?! Никто не любит сплетен. И тех, кто их разносит, ожидает незавидная судьба.

Паули побледнела и опустила глаза.

– А разве в приличных семьях позволительно так отзываться о соседях? Такие речи свойственны человекам да прочим простолюдинам, но никак не представителю знатного дома! – воскликнула я звенящим голосом, заслоняя новоприобретенную подругу. Назвать дракона ящерицей считалось страшным оскорблением. И будь я дома, не раздумывая дала бы обидчику прямо в глаз!

– Ты так хорошо в этом разбираешься, наверное, потому, что сама от простолюдинки недалеко ушла? – изящно поведя головой, почти мягко парировала Кирнан, а ее подружки уничижительно рассмеялись. – Ладно, не будем обращать внимания, что там простушки несут. Не стоит опускаться до их уровня.

Девица невольно процитировала слова моей матери, и я прикусила язык. Мама просила не лезть на рожон. И если я просто в бешенстве от происходящего и мне плевать на последствия, то умом я все же понимаю, какой вред мои выпады могут нанести сестре.

Чуть позже я встретилась с весьма довольной Калистой: ей повезло с соседкой, Мирта оказалась совсем не такой, как говорила мама. Они подружились, и поэтому Кали быстро распрощалась со мной, так как договорилась быть за столиком с кэррой Гадельер и еще двумя новыми подружками.

Я же вернулась за стол к Паули и еще двум девушкам: из красных драконов – Анка Асколь и Висса Серцкая из Фиолетового дома. После ужина состыковалась с сестрой и ее новыми подругами. Мы решили сыграть в скрабб, карточную игру на шестерых, так что остаток вечера оказался весьма удачным.

Лежа в постели и анализируя прошедший день, я внезапно понимаю, насколько быстро сейчас все будет меняться. За сутки я получила больше впечатлений, чем за весь месяц нашего непростого путешествия. Неделя перед Равновесием пролетит как один миг – быстрее, чем предыдущие два года ожидания. Я упустила время, и теперь остается либо предать семью, либо понести с честью позор, который все равно ударит по родным…

Острое чувство вины вытащило меня из кровати и притянуло к окну. Так душно в этой комнате и в этом отвратительном и прекрасном дворце. Я хочу вернуться домой! Просто выбраться отсюда!..

На небе почти полная луна серебром освещает комнату и высветляет королевский парк, переходящий в лес до самого горизонта. Потянув за ручку, впускаю в комнату свежий холодный воздух. Нет. Не могу здесь оставаться!

И я вылезаю на карниз.

## Глава 2. О чем мечтают короли?

> Никлос

Наверное, ему постоянно было скучно. Как король, он знал множество способов избавиться от этого назойливого чувства, но ночью все возвращалось. Скука, непонятная тоска, оторванность. Но о чем может грустить повелитель самого большого королевства на континенте? Какая может быть у него печаль?

Во дворце регулярно устраивали сезонные балы, маскарады, приглашали фокусников, иллюзионистов, выступали музыканты, проводили приемы для иностранных послов и гостей, устраивали сессии для лиц от науки и магии. А в самом городе расцветали опера, балет и театр, все цивилизованные и не цивилизованные развлечения были в распоряжении короля. Охота, кулачные бои, скачки, магические дуэли… Все, чего он мог бы пожелать. Как и прекрасные, удивительные женщины, готовые ради него на все. Перед королем все склоняли голову. Он мог получить все, чего душа желает.

Но в этом и была проблема – душа ничего не желала. Даже войн, которые когда-то будоражили кровь отца. Не желала и затеянной дедом государственной реформы, которую с огромным сопротивлением приходилось внедрять в законодательные акты страны.

Развитие промышленности и науки, налаживание торговых путей с заокеанскими княжествами, королевствами и странами. Историки утверждали – на континент пришла эпоха расцвета. Созидания. Превосходства мира над войной.

Но это было скучно.

Каких-то тридцать с лишним лет назад мир доставлял больше удовольствия. Тогда были живы родители, а он был всего лишь молодым принцем. Тогда они завоевывали пустынную жаркую страну Абарат, полную хищных песчаных демонов, которые нападали на новые границы королевства, полученные в результате переговоров с красными драконами. Те не справлялись с соседями и предпочли стать наместниками на своей земле, чтобы не быть окончательно поглощенными зыбучими песками.

Они выиграли ту войну. Благодаря молодому адъютанту тогдашнего маршала, который разгадал уязвимость песчаных демонов. Они оба были почти одного возраста, и возникшая симпатия перешла в крепкую дружбу, которую они умудрились сохранить даже после восшествия на трон Никлоса. А Артан Гадельер сменил пожилого Рупера Свенского, оставив его рядом в качестве своего наставника и учителя.

Именно Артан помог пережить Никлосу смерть сначала матери, а потом и отца. Его единственный друг. Единственный, кому он мог доверять.

Иногда Никлос завидовал Артану, у которого была большая семья. Дяди, тети, сестра, племянники и другие близкие родственники. Молодой маршал не стремился домой из-за размолвки с отцом, но это не мешало ему регулярно переписываться с родными или приглашать их к себе в особняк. Это была настоящая большая семья со всеми своими внутренними склоками и мелкими дрязгами, но внешне – сплоченная и крепкая. Те, кто держится друг за друга.

Род короля никогда не был плодовитым. Это особенность черных драконов. Расплата за могущество. За возможность управлять почти божественной силой. Талант Каргатского рода. Плата – один ребенок за поколение. Только один… Женевра так хотела еще раз родить, что рискнула и, несмотря на все старания Словена, отца Никлоса, умерла в родах, вместе с младенцем. Случившееся подкосило короля, как и магия, к которой он обратился за помощью. Эта сила сгубила некогда великого короля, и Никлос стал сиротой.

* * *

Ник просыпался очень рано, и вместе с ним вставал весь дворец. За завтраком король предпочитал получать краткую сводку событий от канцлера Врана Грацбурского и от своего секретаря Богарта, а также от Астерии Брунцкой по делам Совета Женевры, от Артана – по делам военного аппарата, и от ряда других менее постоянных представителей разных органов судебной и исполнительной власти. По мере надобности иногда к завтраку присоединялись видные ученые, выдающиеся маги и иные гости короля.

В этот день основное внимание было сосредоточено на кэрре Астерии и предстоящем празднестве. Поэтому за столом присутствовали представители казначейства и канцелярии, а также молодой организатор первого весеннего бала – кэрра Винелия Барбская, дивная особа от мира искусств из Бирюзового дома.

Вот уже неделю восточное женское крыло было недоступно для королевских придворных. Невест держали в изоляции, и специально приглашенные эксперты из Магической академии проверяли девиц на пригодность к участию в Равновесии невест.

Сухопарая Астерия, раскрыв на коленях папку, зачитывала итоги последней проверки. И хоть король скучал, раздумывая над более важными делами, приходилось уделять внимание и этому ежегодному празднеству.

– В этом году у нас удивительно большое количество представительниц знатных домов. Некоторые уже должны были быть представлены в прошлые года, однако, судя по медицинским картам, их созревание подошло только сейчас. Поразительное совпадение! – язвительно говорила она. – А после проверок выяснилось, что девы уже давно должны были пройти превращение. Их сознательно держали на зельях, чтобы они подольше протянули в девицах. Разумеется, за такое издевательство над дочерями их семьям направили письма с предупреждениями. За такое вопиющее нарушение они лишаются права участвовать в последующих пяти столичных Равновесиях. Также есть иные нарушения…

– По-моему, все очевидно, – с мягкой улыбкой перебил ее Вран Грацбурский.

Этот немолодой мужчина, обладатель густой светлой шевелюры и пронзительно голубых глаз, сидел по правую руку от Никлоса и в данный момент меланхолично постукивал чайной ложечкой по яйцу. Его обманчивое добродушие и вид милого дядюшки вводили в заблуждение всякого, кто впервые вставал на его пути. Второй такой ошибки враги не совершали. Да и союзники тоже.

– Да? – заинтересованно протянула слегка смущенная Винелия, сидевшая наискосок от него. От волнения девушка едва притронулась к бекону, и только по чуть-чуть обкусывала остывшие тосты, даже не сообразив, что их можно подогреть руками и никто не сочтет это неприемлемым.

– Это особенный год, моя дорогая, – принялся разъяснять Вран, как только король наклонил голову в знак поощрения. – Многие семейства считают, что именно в это Равновесие наш король выберет себе невесту. – Вран говорил с Винелией, но смотрел исключительно на Никлоса, отслеживая его реакцию. Тот оставался невозмутимым.

– Да, это многое объясняет, – вмешалась Астерия, метнув на Врана недовольный взгляд, а Артан негромко хмыкнул.

– Что такое? – внезапно обратился к нему король.

Маршал, в этот момент смазывающий хлеб маслом, удивленно посмотрел на Никлоса: он вовсе не ожидал, что его реакцию заметят. И обезоруживающе улыбнулся другу.

Вообще они были совершенно разными. И многие удивлялись, как они сумели так подружиться.

Артан – обладатель светлой кожи, голубых глаз, полных губ и фигуры атлета с широкой грудной клеткой. Сидя за столом, он будто занимал сразу два места, и единственный из всех присутствующих ел с удовольствием и все, что хотел. У него были короткие золотистые волосы, а брови густые и плотно нависающие над глазами. Он казался одним из тех, кого называют «душа нараспашку». Доброжелательный и открытый – и мало кто догадывался, что такой человек не смог бы высоко подняться и столько лет удерживать важный пост. Нужно обладать особыми дипломатическими талантами, чтобы оставаться маршалом армии, которая уже почти тридцать лет не вступала в войну.

Сейчас основная задача военных – это улаживание конфликтов в Заокеании у союзников королевства. Защита границ от темных созданий, идущих из жарких тропических лесов в глубине Заокеанского континента. Разумеется, такая точечная служба не сравнится с настоящей войной, однако она поддерживала престиж Каргатской армии и приносила королевству солидные дивиденды.

Совсем иначе выглядел король Каргатского королевства. Кожа темнее, глаза глубокие, винного оттенка, крупные с черными прожилками, в обрамлении темных и густых ресниц. Такие же темные совсем короткие волосы, полные губы, узкие впалые щеки, густая колючая щетина. Он весь такой – как истинный черный дракон. Его взгляд острый и холодный, готовый в любой момент вспыхнуть гневом и яростью. В этом и была его притягательность. В том, как тихо тлеет пламя в глубине почти красных глаз. В тонких пальцах, в которых частенько клубится тьма нориуса. В мягких и плавных движениях… Короля опасались за еговездесущность.

И никто не понимал, как он мог дружить с Артаном, который, наоборот, располагал к себе людей и как золотое солнце был в центре любой компании. Никлос был из тех, кто предпочитает оставаться в тени, и как искусный кукловод руководил королевством, так что последствия его приказов осознавались спустя годы.

– Распространители слухов заблуждаются. Ваше Величество, вы не из тех, кто будет что-то делать по чужой указке. Мечты выдать дочерей за вас обернутся глубоким разочарованием. А если вы и женитесь, то только когда сами этого захотите, – спокойно объяснил маршал. Поборница этикета кэрра Астерия, судя по ее виду, была готова возмутиться, но вовремя осеклась, понимая, что королю не понравится ее реакция. А вот слова Артана вызвали довольную улыбку.

– Ты прав, – кивнул повелитель. – Отцы невест будут разочарованы, – добавил он, пристально глядя на канцлера. Король знал, что у того есть девица на выданье, и он явно желает сделать ее королевой. – Кэрра Астерия, продолжайте.

Прочистив горло, женщина переключилась на список имен достойных кэрр, добавив, что все они прошли проверку на невинность, физически и эмоционально здоровы, способны к деторождению и готовы к превращению в дракониц. В последний раз такой удачный год был почти сто лет назад, когда Словен Каргатский решил жениться. Тогда королевой стала Женевра Грацбурийская из дома синих драконов.

– Что-нибудь еще?

Астерия замялась, словно не зная, как подать имеющуюся информацию. Она отводила взгляд от Артана, думая, что расстроит его.

– В этом году у нас три особенные невесты. Зеленые драконы. Две девушки из семейства Винцель и одна из дома Гадельер.

– Зеленые? – нахмурился Вран, заглатывая очередное очищенное яйцо. Наклонив голову набок, он заморгал – в глаза попали лучи солнца, добравшиеся из-за деревьев до верхних окон обеденной комнаты.

– Да, – неожиданно оживился король. – Еще в прошлом году говорили об этом. Сатуральские долины почти семьдесят лет назад окончательно стали нашей провинцией, но от них в столицу прибывают только претендентки из дома Гадельер. Пора активнее включать долины в дела королевства. Поощрить самые богатые семейства, дать шанс разбавить кровь.

Почтительно молчащие представители знатных домов почти синхронно поморщились. Зеленая кость и кровь. Их легендарная плодовитость соперничала с выдающейся силой крови. Почти все дети от разных драконов рождались зелеными. С кем бы они ни смешивались. Зеленые дети. Это не могло радовать. И не говорило в пользу смешения крови.

– Винцель… Винцель… Почему мне кажется, что уже слышал эту фамилию? – заговорил Вран. Сощурившись, он перебирал в памяти события прошлого.

– Мезальянс, – вставила Астерия. – Милош Адегельский из дома серебряных драконов.

– Точно! – вспомнил канцлер, а за ним и многие другие.

Лет тридцать назад одна предприимчивая зеленая драконица притащила в столицу дочь, и та покорила сердце среднего сына главы рода Адегельских. Был дичайший скандал, ведь девушка не была приглашена на Равновесие. Но тогда на это закрыли глаза, ведь для Милоша такой союз неожиданно оказался весьма удачным выходом: по мнению семьи, он был непригоден к военной службе, а значит, не мог рассчитывать на наследство.

– Именно из-за того, что у девочек отец из серебряных драконов, было решено пригласить их на Равновесие, – добавила Астерия. – Это было одобрено их дедом по отцовской линии. Кажется, у него есть подходящие по возрасту женихи. И, судя по медицинской проверке, одна из дочерей не унаследовала этот…дарлюбви, – после паузы проговорила женщина, слегка покраснев и вызвав за столом аналогичную реакцию у мужчин.

– Неплохо, – заключил король, рассматривая притихшую Винелию. – Посмотрим, как покажут себя эти девушки. Если все пройдет удачно, то в следующем году пусть зеленых будет больше, – и король подмигнул довольному Арту, а потом вновь обратил внимание на организатора празднеств:

– Кэрра Винелия, теперь я хотел бы услышать, как идут заключительные приготовления к Равновесию.

Услышав его слова, встрепенулся заснувший было представитель канцелярии, но первым ответил мужчина из казначейства, возмущенный увеличением сметы. Винелия, яро болеющая за свою идею, тотчас парировала выпад, и диалог перешел в живое русло. Король был рад. Прошлые Равновесия он сознательно делал скромными и даже тусклыми – в знак скорби по утраченной семье, но траур окончен, пора вновь показать подданным, каким удивительным может быть столичное Равновесие. И Винелия Барбская не зря была выбрана организатором празднеств – молодая женщина в отличие от старших и более опытных устроителей не боялась идти на риск, чем и заслужила внимание и поддержку короля.

* * *

К концу дня Никлос остался наедине с Артаном. Они расположились в одной из малых гостиных за шахматным столом. Кофе, орехи, золотистый мед, полная тишина и неспешный разговор. Оба любили такие вечера и иногда жалели, что редко удается встретиться вот так, без свидетелей. Раньше было проще. Принц и адъютант сбегали от наставников и отправлялись на поиски приключений – на охоту за песчаными демонами. Славные были деньки.

– Ты сегодня рассеян, – заметил Никлос, захватывая очередную шахматную фигуру. – В чем причина?

– Не поверишь – Винцель, – откинувшись на спинку кресла и провожая взглядом уходящего коня, ответил Арт. Подхватив небольшую чашечку кофе, он подогрел ее руками и сделал глоток, наслаждаясь приятной горчинкой дорогого напитка.

Король не торопил друга с разъяснениями, продолжая разглядывать шахматную доску. Он чувствовал, что этой маленькой победой лишь приблизил поражение, но не понимал, где именно допустил ошибку.

– Долина Винцель находится на самой границе с Ауэрскими лесами, – начал говорить Арт, тем временем передвигая пешку на освободившуюся клетку. – И сегодня всплыли некоторые подробности, которые словно сознательно скрывали от нас в королевском Секретариате. Оказывается, последние лет десять вдова Милоша, нынешняя наместница долины, слала письма, в которых сообщала, что их территорию поглощают расползающиеся эльфийские леса. Более того, пару лет назад одна из дочерей почти три месяца провела в плену у эльфов, когда случайно пересекла «новую» границу между нашими королевствами. А самым интересным является тот факт, что Милош за нашими спинами заключил сделку с ушастыми. И никто не знает об условиях этой сделки. Как и о том, из-за чего она закончилась после его смерти.

– Почему я об этом узнаю только сейчас? – удивленно спросил король, сжимая до скрипа очередную съеденную фигуру. В его глазах мелькнул нехороший огонек.

– Я отправил туда своих людей, так что все подробности узнаем в ближайшие недели, – Арт кивнул на невысказанные мысли короля. – А виновные будут серьезно наказаны. Знаешь, у меня такое чувство, что это не единственная скрытая от нас проблема.

– Как такое получилось? – Никлос щелкнул пальцами, тотчас открылась малая дверца и служанка принесла новый кофейник со свежим кофе. А потом по приказу короля добавила в напиток немного коньяка и с поклоном удалилась.

Проводив девушку взглядом, Арт объяснил:

– Несколько причин. Секретариат увяз во взятках, на главной должности сидел Викр, представитель фиолетовых драконов, скользкий тип, но с впечатляющими родственными связями. Плюс… зеленые драконы. Сам знаешь, как к нам относится старая аристократия.

– Виновата ваша изоляция и особенности зеленых. Красных вообще не трогают и делают вид, что их нет. Наши «высокие дома» с презрением относятся к тем, у кого нет денег и влияния, как и связей. Однако стоит вспомнить, что желтые, когда присоединились, также были париями, а затем из нищего княжества превратились в одних из самых богатых наместников королевства. Брали бы с них пример!

– Чисто территориально нашим долинам до всего этого далеко. А теперь во весь рост встала проблема – как воевать с эльфами.

– Хорошо, что это случилось с семейством Винцель, – король улыбнулся, захватывая очередную фигуру. Партия начинала складываться удачно. – Кажется, у них есть старший сын?

– Да, в этом году поступает в Военную академию. У парня неплохие задатки, может претендовать на стипендию, – порывшись в памяти, подтвердил Арт. Он пару лет назад стал временным ректором Военной академии и недавно получил списки абитуриентов.

Маршал еще раз передвинул пешку, легко жертвуя более значимой фигурой. Легкая улыбка приподняла уголки его губ. Король не любил такие долгие стратегии, но тем интереснее была игра.

– Пусть получит ее, – в голове короля вырисовывалась идея. – А одну из девиц выдадим за военного с опытом. Желательно ту, которая пострадала от рук эльфов. Пусть он разведает обстановку, поговорит с ушастыми, и если те упрутся, то в дело вступит постоянная армия и ты лично. И мне действительно интересно, что такое нашел Милош, что эльфы согласились на сделку.

– Думаешь, все закончится войной? – с сомнением протянул Арт.

– Мы давно не показывали соседям, на что способны.

– А мне казалось, наоборот. Наше королевство сейчас сильно´ не армией, а академиями. Все эти годы ты сознательно собирал диссидентов со всех континентов и островных государств. Всех инакомыслящих и сторонников парадоксальных теорий привечал. Это дает плоды. У нас даже школы для человечков открываются. Светское просвещение. Мы одно из самых прогрессивных на планете королевств! В этом наша сила, как и начатая Верноном государственная реформа.

– Да-да, – кивнул король, замечая, как близко белая пешка подошла к краю доски. Он ничего не мог сделать, чтобы остановить ее. В погоне за крупными фигурами он проворонил этот маневр и теперь недовольно кривил губы. Сделав небольшой глоток кофе, король добавил:

– Ум – это хорошо, но физическое насилие запоминается куда как лучше. Вран постоянно об этом говорит, как и Адегельские. Но с другой стороны… это вопрос не ближайших лет. У нас намечается интересная сделка с подводниками, а они дружат с эльфами. Да и пока девицы замуж выйдут, пока разберемся с Секретариатом… – протянул разочарованный надвигающимся проигрышем Никлос.

– Если получится выдать замуж, – поразмыслив, сказал Арт. – Ты же помнишь? Зеленые драконы женятся по любви.

Ник посмотрел в глаза другу, словно действительно осознал и вспомнил эту особенность.

– Везунчики, вы точно знаете, что вас любят, – тихо проговорил он, наблюдая свое поражение на шахматном поле.

– Вам шах и мат, Ваше Величество, – мягко ответил друг. Они синхронно улыбнулись.

Чуть позже, переместившись на открытую веранду и расположившись в плетеных креслах у решетки с открытым огнем, наслаждаясь видом на ночной парк, украшенный сияющими гирляндами, собеседники заговорили более откровенно.

– Ник, пора двигаться дальше, – негромко заметил Арт, раскуривая трубку с вишневым табаком.

Король разглядывал звездное небо, угадывая созвездия, замечая одиноко падающую звезду. Редко тоска так просто отступала, но в этот вечер ему было хорошо. Завтра начинается Равновесие. Первый бал, знакомство с невестами, куча дел, помимо тех, что приходилось обычно делать, а значит, не скоро удастся вот так просто посидеть на веранде, наблюдая за звездами.

– Я не хочу, – еле слышно ответил Никлос, прикладываясь к пузатому стакану с коньяком. Весна еще не успела согреть воздух, а на деревьях только-только распускались первые листочки, поэтому от легкого ветра немного знобило, и приходилось частично пробуждать внутри огонь. Но так долго делать этого было нельзя.

– Одинокий король… это плохо для такого большого королевства. Как черная метка. Как мишень, – рассуждая вслух, продолжил гнуть свою линию Арт. В отличие от короля, перед выходом он накинул на себя теплое пальто.

– Даже эльфы не осмелятся напасть, – зло пробурчал Никлос, выставляя правую руку вперед и пробуждая нориус. – Знают, на что я способен.

– И тем не менее… Ты ведь даже не пытаешься. Почему?

Ник хотел ответить честно, но и в этот раз не смог, поэтому предпочел сменить тему.

– А ты? Сам тоже в женихах ходишь. А у нас разница – всего пара лет! – лукаво ухмыльнувшись, воскликнул он. Арт в ответ тоже рассмеялся.

– Сам знаешь, я могу жениться только по любви. Если в это Равновесие повезет… да благословит меня святая Клэрия, то да. Женюсь! – он еще громче рассмеялся, протягивая стакан. Стекло звякнуло, и оба сделали приличный глоток.

– Пусть тебе повезет, – искренне поддержал его король.

С минуту было тихо, слышно только, как потрескивает огонь в печке, да со стороны парка доносилось пение ночных птиц. Треск ломаемых веток разбил минорное спокойствие. Мужчины подались вперед, разглядывая, что происходит. Король, как обладатель превосходного ночного зрения, первый заметил молодую девушку, крадущуюся среди деревьев в противоположную дворцу сторону. Понаблюдав за тем, как она теряется в темноте, оба посмотрели друг на друга.

– Хм… Может, ей нужна помощь? – протянул Артан.

– А может, она бежит к любовнику, – иронично добавил Никлос, теряя интерес. – Если так, то это вскроется, как только она приблизится к границе территории дворца.

– Жалко… Не возражаешь, если я прослежу за ней?

Король возражал, он хотел больше времени провести со своим другом, но видя заинтересованность не особо жалующего женское общество Артана, предпочел кивнуть. Кто знает, может, эта непослушная девица окажется той самой и его друг обретет семейное счастье.

Знал бы король, что за этим последует, – никогда бы так не поступил.

* * *

Артаном всегда двигало любопытство. Именно оно, как и отцовское равнодушие, позволило выбраться за пределы родных долин и поступить в Военную академию. И именно любопытство сделало поначалу учебу невероятно сложной, но после настолько же легкой, когда он разгадал правила игры. Он даже получил предложение от тогдашнего канцлера перейти на тайную службу, но его таланты в стратегии и умение приспосабливаться понравились маршалу Руперу, и Арт выбрал военное поприще. Так он стал первым адъютантом и отправился с маршалом на войну, где познакомился с молодым принцем, с которым быстро спелся. Вместе они отправлялись на поиски приключений по опасным землям песчаных демонов. И однажды удача улыбнулась им.

Парни нашли замок под землей и карту к лабиринту мертвецов. Когда-то давным-давно песчаных демонов одолела загадочная болезнь, и они всех инфицированных поместили в подземный город, запечатав входные врата. Арт разобрался в зашифрованных записях в найденном песчаном замке, разгадал, как можно открыть вход, и вместе с Ником проник туда. Они нашли источник болезни, смогли вынести его за пределы территории демонов и передать в Академию общих наук, где ученые придумали, как сделать из этого оружие. Так было покончено с песчаными демонами, и так началась дружба Арта с принцем, которая не ослабла в последующие десятилетия.

Именно это сделало их дружбу особенной. Это – и то, что случилось с родителями Никлоса, когда молодой король оказался буквально раздавлен трагедией, и только Арт смог вытащить его и привести в чувство.

* * *

Артан пошел короткой дорогой: спрыгнул с веранды, бесшумно приземлился на плиточный пол. Прислушавшись, присмотревшись, направился по ступенькам вниз мимо декоративной части парка, в сторону высоких деревьев и узких тропинок. По пути ему встретился патруль, и он велел солдатам обходить дальнюю часть парка, куда они изначально направлялись.

Какое-то время мужчина стоял на месте, прислушиваясь. Сквозь легкий ветер до него доносились негромкие всхлипывания, поэтому он не торопился, давая девушке возможность побыть одной. Но он не хотел оставлять ее в таком состоянии. Его беспокоила мысль об одинокой девице в темном лесу.

Когда Арт понял, что стало тихо, то направился к ней, пытаясь хоть что-то разглядеть в густой листве. Он чувствовал, что она где-то рядом, слышал ее сбившееся дыхание, быстрое биение сердца, но не видел ее. Зато точно знал, что она видит его.

– Уважаемая кэрра, – тихо обратился он в пустоту. – Пожалуйста, не бойтесь меня. Я не причиню вреда.

– Кто вы? – раздался голос откуда-то сверху. Он не стал задирать голову, сообразив, что девушка разместилась в ветвях дерева, под которым он остановился. – Вы… охранник?

– Патрульный. Чуть дальше находится граница парковой зоны. А за ней крутой спуск и начинается дикий лес. Здесь небезопасно ночью. Почему вы сбежали из дворца?

– Я не сбежала, – ворчливо ответила незнакомка. – Просто устала от… да от всего.

Арт слышал, как она удобнее устраивается в ветвях. На него посыпались мелкие веточки, и он отошел в сторону. Так ему удалось разглядеть темно-серую тень примерно в семи метрах от земли. Да она настоящая верхолазка! Это было интересно.

– Вам не нравится быть во дворце?

– Нет, – протянула она. – Мне здесь не нравится! Я хочу домой, но… не могу.

– А вы откуда родом?

– Сатуральские долины, – ответила девушка, и у ее собеседника екнуло сердце. Подумать только! Уже который раз всплывает его родина. Интересно, кто там – одна из сестер или племянница? Наверное, Винцель. Мирта узнала бы его голос.

– Это очень далеко? – слукавил он, делая вид, будто не знает, где находится эта земля.

– Да, там очень красиво, правда, холодно. И не так цивилизованно, как здесь. Свободнее. Я поэтому и не выдержала. Тут как в золотой клетке. А мне нужна свобода. Я уже не первую ночь так поступаю. Хочется хоть немного побыть снаружи!

– Я думал, девиц держат взаперти до замужества? – со скепсисом в голосе протянул Арт, опускаясь на землю и прислоняясь к дереву напротив. Одежда испачкается, но ему хотелось поговорить с незнакомкой. Узнать ее имя.

А девица, видимо, подумав о чем-то похожем и устав громко разговаривать, очень быстро и достаточно ловко спустилась вниз. Ее вид заинтересовал его еще больше. Серая рубашка, заправленная в брюки, высокие сапоги и длинная коса до талии. Совсем не кэрра.

– А я не из таких девиц! – гордо ответила она, отряхивая одежду. – И здесь оказалась почти случайно и явно ненадолго.

– Почему же? – поинтересовался Арт. Девушка подошла к нему и встала против полумесяца, который и так давал совсем мало света. Лица в темноте не разобрать, только по голосу можно предположить, что в ней есть нечто от ехидной лисицы.

– Потому что я не хочу замуж! – гордо заявила она, опускаясь прямо на холодную землю рядом с ним. Как настоящий кэрр, Арт опустил руки, пуская волну жара, чтобы хоть немного стало теплее. Ей это понравилось, и он догадался, что она улыбнулась.

– Если вы не хотите замуж, тогда почему приехали?

– Потому что меня не спрашивали, чего я хочу. Это же очевидно! – объяснила она. – Поэтому… да ладно, все это неважно. Послезавтра будет превращение, и после него я смогу вернуться домой. И все это закончится.

– Вам так не терпится уехать… Неужели столица вас совсем не привлекла?

Девушка пожала плечами, почесала нос и негромко зевнула.

– Все-таки я девица. Что я тут могла увидеть? Раззолоченные комнаты, склонившиеся в поклоне слуги да благородные девы, смотрящие свысока! А дома настоящая свобода. Мы с братом охотились, ходили на рыбалку, лазали в горы, спускались по горной крутой реке… Как это место может сравниться с чем-то подобным?

– Как вам такое позволили? Простите за назойливость, но это… удивительно!

– Мой отец никогда не считал, что девушка должна сидеть под замком, а мать не смела возражать. Я завалила первого оленя в тринадцать лет! – с гордостью объявила она. – Так что я никакая не девица, не благовоспитанная кэрра. Я из зеленых драконов и горжусь этим.

– А можно узнать имя такой отважной деви… драконицы? – почти с восхищением спросил Артан.

– Сэл, а вас?..

– Давай на ты, я Арт.

– Патрульный Арт, приятно познакомиться! – и она протянула руку, полностью нарушая придворный этикет. Хотя о чем тут может быть речь: ночью в лесу на мерзлой земле наедине с незнакомым мужчиной… Весь этикет уже давно вылетел в трубу. И ей это нравилось. Как и ему.

Пожав руку, Арт не удержался и поцеловал пальцы Селесты, а та зарделась – еще никто так ей руки не целовал, и она порадовалась, что в темноте не видно, как покраснело ее лицо.

– А как тебе работать в королевской охране?

– Не скучно, но и не весело, – отмахнулся он. – Зато платят хорошо. Значит, смогу удачно жениться.

– Ну… сейчас должно стать повеселее – столько новых гостей во дворце, столько суеты…

– Да, это Равновесие выдалось урожайным, – кивнул Арт, а Селеста разъяснила:

– Многие невесты мечтают выйти за короля… – Ее собеседник громко расхохотался.

– Что? Что я такого сказала? Все говорят, что в этом году король выберет себе жену! – и она шутливо толкнула его в бок, вызвав очередной приступ хохота.

– О да, главная интрига сезона. Да вот только я слышал совсем иные слухи. Из достоверных источников! Король ни за что не женится по указке тех, кто с какого-то перепугу решил, что он так поступит. Нет. Его Величество если и женится, то только по необходимости. Он ведь в первую очередь король!

– Интересная точка зрения, – девушка поскучнела. – Да мне, в принципе, все равно.

И они замолчали. Беседа, которая странным образом сначала текла весьма легко и фривольно, оборвалась, и оба почувствовали себя неуютно. Словно вспомнив – так и должно быть. Неуютно. Селеста растирает плечи, глядит по сторонам, а Арт пытается подобрать новую тему, но вот досада – ничего не приходит на ум. И несколько минут они хранили молчание, пока Сэл решительно не встала, заявив:

– Ладно, спасибо за компанию, но мне пора. Завтра состоится мой первый бал. Надо хоть немного поспать.

– Я провожу тебя до дворца. Ты чудом проскочила остальные патрули, но на обратном пути может не повезти, – решительно заявил мужчина, вставая на ноги. Так оказалось, что он на голову выше девушки и гораздо крупнее, чем она думала. Смутившись, Сэл кивнула, и они пошли к выходу из парка.

По пути единственное, до чего додумался Артан, это травить приличные и не очень приличные анекдоты. И опять он удивлялся – многие из самых неприличных были ей знакомы. Вот уж действительно – дикарка. Совсем не как остальные. И это навело его на мысль, что девушке будет очень сложно пережить это Равновесие, – настолько она отличалась от других.

– Тебе помочь вернуться в комнату? – поинтересовался он, когда они оказались напротив женского крыла. – Третий этаж. Высоковато. Ты как вообще оттуда выбиралась?

– Перелезала через карниз, а дальше по колонне. Там еще несколько удобных выступов вдоль желоба – моя комната угловая, повезло, – пожав плечами, ответила она. – А потом спрыгнула. Эй, не переживай – не в первый раз! В конце концов, гораздо сложнее взбираться на горную кручу.

– Может, все-таки попробовать через вход для слуг? Коридорами вернуться? – с сомнением спросил он, когда они оказались прямо возле стартовой точки ее побега.

– Смотри и учись, – улыбнулась девушка.

Здесь было больше света, и он смог разглядеть ее лицо. Она совсем не походила на лисицу. Но что-то в ней было такое… особенное.

– Ммм… спасибо, что не сдал меня, – забирая за ухо растрепавшиеся волосы, осторожно протянула Селеста. – Я знаю, здесь это в порядке вещей…

– Да ладно. С тобой было интересно пообщаться, – усмехнулся Арт. – А ты совсем-совсем не хочешь замуж? Никогда?

Она почесала кончик носа, раздумывая над ответом.

– Я… не найду здесь жениха, – ответила она. – Мы, зеленые драконы, выходим замуж только по любви. А здесь никто не влюбится в такую, как я. И уж тем более не найдется такого, кто захочет отправиться со мной в Сатуральские долины… и дальше.

– И дальше?

– Я хотела бы увидеть мир, – Селеста впервые озвучила свою мечту и немного растерялась. Но так и было. Она хотела именно этого. – Я хочу путешествовать. Хочу приключений. И да, наверное, хотелось бы, чтобы рядом со мной был тот, кто разделит мои желания.

– Это здорово, – улыбаясь своим странным мыслям, согласился маршал Каргатского королевства.

– Спокойной ночи, Арт, – мягко сказала Сэл, а потом, повинуясь легкомысленному порыву, встала на цыпочки и поцеловала Артана в щеку. От него пахло землей и почему-то вишней. Приятный аромат.

Не дожидаясь ответа, Селеста развернулась и, разбежавшись, прыгнула, после чего удачно ухватилась за первый выступ. Она легко и непринужденно преодолела еще несколько, подтянулась и заползла на карниз, а позже и на подоконник. Помахав рукой, забралась внутрь и закрыла за собой окно.

– Забавно, – Арт вновь улыбнулся. Этот вечер был невероятно приятным. Повернувшись, он пошел вдоль стены. По пути маршал насвистывал под нос прилипчивую песенку, а сам то и дело касался щеки. И от места поцелуя где-то глубоко внутри становилось все теплее.

## Глава 3. Первый бал

> Селеста

Эта неделя пролетела как один длинный день. Несмотря на подступающую панику, я постаралась выдержать все испытания и не закатить скандал, не вцепиться в космы Кирнан, ничего не разбить и не сломать. Быть настоящей кэррой. Такой, как сестра, которая на удивление гармонично вписалась в новую обстановку. Каким-то совершенно поразительным образом она умудрялась дружить со всеми, и никто не обращал внимания на некоторую неуклюжесть и незнание столичных повадок. Она оказалась на своем месте.

А вот я не могла похвастаться тем же. Во мне совсем не было хитрости, и я постоянно говорила в глаза, что думаю, чем ставила в тупик и вызывала подсознательное раздражение у многих девиц и дворцовых кэрр. Пожалуй, только Паули действительно относилась ко мне хорошо. Ей нравилась моя прямолинейность. Она находила ее освежающей.

Гораздо сложнее было с самим временем. Оно ускользало, а я никак не могла найти выход. И, пожалуй, только ночные вылазки позволяли держать себя в руках и не кричать от страха. Я не боялась осуждения. Не боялась брезгливости или отвращения. Я боялась того, с чем столкнется мать.

Что сделает кэрра Астерия и король, когда увидят, как выгляжу на самом деле?.. Я не знаю ответа.

* * *

Равновесие невест – период покоя девушки, когда она замирает перед будущим. Промежуток времени между невинностью ребенка и зрелостью женщины. В эти годы окончательно формируется личность и женская суть. Опасный период, когда нужно найти баланс внутри себя, не скатиться до животной составляющей, но и не остаться девой, витающей в облаках.

Через Равновесие проходят каждая драконица, независимо от того, в знатной семье она родилась или среди простолюдинов. Тяжелее всего приходится богатым, так как нельзя позволить девице попробовать все разом, она должна оставаться чистой для мужа. Хорошенькой девушкой, добропорядочной и верной. Ведь если она не будет такой, как она может стать тылом для своего мужа? Как может родить хорошее дитя? Как может нести ответственность за целый замок? Как может стать наместником провинции, если с мужем что-то случится?

Если девушка не может себя контролировать, не может обуздать свои порывы, значит, в ней есть звериная дикость. А это нарушение Равновесия. Звериная «свобода» ведет к бешенству. К превращению в дракона, одержимого кровью. Ведь только кровь способна удовлетворить зверя. И чем больше он будет пожирать, тем больше будет желать. Такая жажда опасна.

Во времена старых богов на драконов охотились, использовали их магию, приручали как самых обычных животных. Это делали люди, гномы, нимфы, тролли, даже оборотни, имеющие собственные опасные наклонности. Все во благо старых богов.

Несправедливость была остановлена Каргом и Клэрией, вставшими на защиту своего вида. Они сумели снять проклятие, наложенное богами, вернули драконам разум, научили сдерживаться, контролировать свою суть. Но одно осталось неизменным:

Когда девушка теряет Равновесие, когда поддается звериной стороне, то следом за ней идет мужчина. Потому что нет ничего прекраснее сильной и огненной драконицы. Ее страсть отражается в нем, и он падает еще глубже, чем она.

Из-за этого драконицы тысячелетиями не превращались до периода созревания. Но и после не стремились к превращениям, чтобы не выпустить зверя. Они запечатывали его. Даже не понимая, что это тоже нарушение Равновесия, за которое расплачивались сниженной рождаемостью. Нередко – бесплодием.

Только в последние сто лет, благодаря королю Вернону Каргатскому, дедушке Никлоса, возникла тенденция к изменению устоявшихся правил. Теперь драконы лучше понимают свою природу и саму суть Равновесия. Женщины перестают стыдиться своей второй половины, а мужчины, наоборот, восхваляют сильных и смелых дракониц.

* * *

Первое впечатление – самое важное. Поэтому так много зависело от весеннего бала. Сможешь проявить себя – запомнят. Упадешь лицом в грязь – это будет преследовать до конца Равновесия.

Разумеется, чтобы девушки не кичились состоянием своих родителей, был создан ряд правил, как они должны выглядеть. К примеру, платье обязательно с неглубоким вырезом, никаких жестких костяных корсетов, рукава – чуть ниже локтей, а длина подола – по щиколотку. Каблуки – не выше трех сантиметров. Цвет наряда – оттенки белого, материал – простой, никакого шелка и блестящих вставок. Из украшений – фамильное ожерелье. Желательно максимально аккуратное. Браслеты, серьги, митенки – под запретом. Волосы распущены, без заколок. На лице – дневной легкий макияж. Аромат духов – весенний, не тяжелый.

Задача девушки – быть олицетворением невинности, а не богатства и состоятельности семейства. Скромность превыше всего.

Поэтому мы с сестрой были почти счастливы. Ведь у нас весьма скудный багаж по меркам других аристократов. Конечно, не все дома такие состоятельные, как Грацбурские или ван Стейеро. Были и небогатые девицы. Но не настолько бедные, как мы. Быть самой бедной – отвратительно. Над нами и так частенько подшучивали, но, если они поймут истинные масштабы нашей оторванности от остальных, станет совсем худо.

Пока я решила не думать об этом, а сосредоточиться на настоящем. На ужасных и прекрасных женских процедурах, которые требовали невероятного самообладания, так что я была как сомнамбула к концу.

С утра я приняла горячую как кипяток ванну с лесными травами. Анишка накрутила мои волосы на веревочки, чтобы усилить естественный вьющийся эффект. Она помогла с макияжем, совсем чуть-чуть осветлила кожу и добавила немного румян, чтобы щечки выглядели свеженькими. Немного теней, и карий цвет заиграл карминовыми оттенками, как бокал терпкого вина. Губы не трогали – нельзя перебарщивать. Мое платье идеально соответствовало требованиям. Легкая шнуровка на спине подчеркнула талию и грудь, а свободный воздушный подол добавил лебединой грации.

– Красавица! – восхищенно воскликнула Паули, когда горничная закончила колдовать надо мной и я вышла в общую комнату.

С Паули все немного сложнее. Ее платье максимально свободного кроя, с невидимым подъюбником, чтобы создать талию и скрыть широкие бедра. Рукава заканчивались ниже локтей, вырез на груди обнажал ключицу, но скрывал ложбинку грудей, а специально вшитые в ткань маленькие косточки маскировали складки на талии. Цвет материала – теплый кремовый, чтобы подчеркнуть легкий румянец на щеках и привлечь внимание к роскошной рыжей гриве, которая как огненное пятно выделялась на белом фоне, отвлекая внимание от полноты. Она выглядела очаровательно. И все благодаря портному, который с утра подгонял платье, чтобы оно идеально село по фигуре.

– Как и ты, – отвечаю я, не скрывая удовольствия.

Мне понравилось кружиться по комнате, наблюдая, как платье легко поднимается вверх и так же плавно опускается вниз. Я никому не говорила, что его сшила мама. Что вообще все наши наряды сшиты мамой и ее родственницами из долины Корейро.

– А на мой взгляд, слишком вычурно, – заявила прямо от дверей своей спальни Кирнан. Я думала, самая богатая девушка найдет способ и в простом выделиться, но, на удивление, она поступила совершенно иным образом.