Ольга Эр
Незваная невеста мага

Глава 1.

‒ Ко-оти, коти-коти-коти, ‒ шепотом звала Криста черного котяру триса Эйса. С завтрака осталась добрая порция сливок и приходящая экономка, как ни ругался трис, что кота безобразно раскормили, не могла не побаловать своего любимца. Украдкой, конечно, чтобы хозяин не заметил. Как назло, Бафо не спешил показывать ни свою пушистую морду, ни даже дрыгнуть лапой из‒за угла, мол, уйди, женщина, я занят! Может, заснул в шкафу, старательно шерстя постельное белье, а, может, инспектировал вкусно пахнущие крысами углы дальних комнат.

‒ Коти-коти-коти, ‒ женщина остановилась у лестницы, ведущей на второй этаж дома. Ладно, не совсем дома. Небольшой и не самой гостеприимной Крепости, недалеко от Края.

Экономка, придерживая левой рукой длинную юбку, медленно поднялась по ступенькам. Несколько минут назад, Арвор, приходящий смотритель триса Эйса, прошел в кабинет мага с письмом в руке. И, судя по лицу смотрителя, это письмо трису не могло понравиться ну никак.

‒ Приходящий смотритель, приходящая экономка… Хоть какого бы постоянства, ‒ вздохнула Криста.

Послышались громкие голоса. Экономка замерла на верхней ступеньке и тихо спустилась обратно на первый этаж. Не то, чтобы она специально хотела подслушать, но кот вдруг удачно появился как раз возле приоткрытой двери кабинета. Кончики его ушей подрагивали, и Кристе показалось, что Бафо тоже подслушивает. Самым бессовестным кошачьим образом. Еще немного ‒ и приложит лапу к пасти: тс-с-с, мр-р-мяу, не шуми.

‒ Я тебе уже сказал, не надо носить мне эти проклятые писульки! Жги их в камине и все! ‒ голос Эйса звучал сердито.

‒ А я вам говорю, что это письмо придется прочесть… трис, ‒ Арвор не распространялся о своем прошлом до службы в Крепости, но Криста знала, что суровым голосом его было не напугать. Скорее, наоборот: экономке было интересно, что вообще способно вывести смотрителя из равновесия. А еще и она, и Арвор прекрасно знали, что Эйс никогда не позволит себе перейти черту, которая отличает благородного триса от кхарха, почтенного не более, чем навоз под лошадиным хвостом.

‒ На письме печать Совета, – безмятежности смотрителя можно было только позавидовать. – От любых внешних посторонних воздействий.

‒ Так добавь заклинание, сломай ее и в огонь, ‒ теперь голос триса звучал устало. Сегодня в ночь он снова ходил проверять стабильность Края и вернулся уже с рассветом. ‒ Боги Светлейшие, Арвор, ты же искусник почти пятого уровня.

– Искусники, обычно, создают закрывающие заклинания, а не ломают их, ‒ голос смотрителя был исполнен достоинства. ‒ И, кстати, письмо все равно не горит.

Повисла пауза. Экономка с котом синхронно подались вперед, чтобы лучше слышать.

‒ Значит, запечатано высшей печатью, ‒ пробормотал Эйс. ‒ С чего бы такая честь.

‒ Рискну предположить, трис, с того, что вы выбросили прошлые шесть писем?

Послышалось шуршание бумаги. Какое-то время за дверью стояла тишина, а потом трис негромко засмеялся и от этого смеха у женщины мурашки пошли по спине. Лучше бы ругался, честное слово.

‒ Да уж. Такого я не ожидал. Мало им было засылать ко мне комиссии, словно я вот-вот сойду с ума. Они активировали старую брачную договоренность моего отца, Арвор. Мне полагается аж целая невеста, представляешь? Боюсь, это в камин я выкинуть уже не смогу.

Судя по звукам бумага скомкалась.

Бафо и экономка переглянулись.

‒ Ну вот и что-то постоянное, ‒ пробормотала женщина, бесшумно отступая от двери и открывая тяжелую дверь на улицу. Кот побежал за ней следом.

Сливки. Сливки и хороший травяной настой, вот что было нужно обоим сейчас. Слишком громкие новости для одного тихого утра прозвучали только что. И Криста не была уверена, что трис Эйс по-настоящему готов бы принять эти новости.

Сейчас это явление называли Краем. Потому, что привычная реальность обрывалась там, у краешка этого явления, у самой границы. У переливающейся пленки, за которой чернела темнота. Если везло и Край оказывался не слишком прожорливым, то темноту даже можно было обойти. И там, за ней, снова начинался привычный и знакомый мир. Иногда Край вытягивался на часы пути. Иногда был похож на узкий лаз. А иногда он начинал расползаться и поглощал все, до чего мог дотянуться. Без остатка.

Маги мира Кхен предчувствовали появление Края. Пятнадцать лет назад то тут, то там в разных землях начали появляться дыры. Разрывы, идущие из ничего и ведущие в ничто. Иногда оттуда появлялись незнакомые насекомые, животные и птицы. Кто-то дох почти сразу, кто-то пытался атаковать находившихся рядом людей, а кто-то – убежать, улететь или уползти. Разумеется, гостей старались отлавливать, но никто не мог поручиться, что это удалось во всех известных случаях. Про неизвестные старались пока даже не думать. Некоторые земли поспешно засекретили появление таких «дыр», другие, наоборот, объединились, пытаясь понять, с чем имеют дело. После того, как вылетевшая из разрыва стрекоза принесла с собой незнакомую болезнь, на исцеление от которой были брошены объединенные силы лучших лекарей, стало ясно, что больше никаких секретов друг от друга у правителей земель быть не может и не должно. Некоторое время опасались вторжения: ведь если есть птицы и звери, значит, могут быть и люди? Шли месяцы напряженного ожидания, круглосуточной боевой готовности и дежурств, но никто не выходил из разрывов. Зато некоторые разрывы стали разрастаться и получили название Края. Места, где пожранное пространство перетекает в ничего. После ряда совещаний и обсуждений общая Комиссия Исследований решила отправить разведывательные заклинания на ту сторону. Группа добровольцев, которая должна была отправиться следом за заклинаниями, начала тщательную подготовку. Но здесь всех ждал неприятный сюрприз. Никто и ничто не могло перейти Край с этой стороны. Ни человек, ни животное, ни импульс, ни поисковый сигнал, ни механизм, ни самое сильное заклинание.

Более того: Край жадно тянул силы из магов при любой попытке взаимодействия. Вторым неприятным сюрпризом стало непостоянство нового явления: иногда Край пытался разрастись еще больше, новыми разрывами, только по одному ему ведомым причинам. Невероятным везением было то, что до сих пор ни один Край не возник на месте какого-либо поселения. Но если новые колебания отслеживали созданные специальные магические ведомства, то с уже существующими Краями никто не мог поручиться, что, разрастаясь, Край не захватит ближайшую деревню или не доползет до города.

Сначала самым разумным решением казалось переселить всех, кто оказался неподалеку от Края. Но люди отказывались подчиняться, бросать свои дома, свою работу, свои корни. Да и сколько понадобится таких переселений, если Край начнет активно расползаться?

Тогда-то по миру Кхен и были построены Крепости. К каждой Крепости был предписан сильный маг, Наблюдатель, заключавший щедро оплачиваемый контракт. Сроком службы от двух лет обязательно, а далее – по желанию, состоянию здоровья и магического фона. После нескольких неудач было создано стабильное заклинание, связывающее мага с Краем. Маг-Наблюдатель улавливал малейшие колебания разрыва и безошибочно определял место расширения Края, существо, перешедшее границу оттуда, и подлежавшее отлову и уничтожению и любые другие изменения. В крайних случаях маг использовал свою силу, чтобы остановить разрастание Края, и запрашивал срочную помощь через специальный канал. Спустя два года от появления Краев в одной из Крепостей земли Эркхен случился инцидент. Маг, следящий за совсем небольшим Краем, получил сильнейшее магическое истощение. В бреду он утверждал, что видел кого-то там, за Краем, и пытался связаться с ним всеми возможными заклинаниями, необдуманно вбрасывая их в ненасытное ничто. Спустя еще год стало ясно, что тесная связь с Краем не для всех проходит бесследно. Некоторые маги тайно пытались изучать Край, что было опасно и для них, и для магического фона в целом, другие начинали терять голову от постоянного контакта с Краем, кто-то внезапно разрывал все общение с близкими, замыкаясь в работе, а кто-то становился опасен для окружающих, полностью потеряв связь с реальностью. После не самых мирных обсуждений общая Комиссия приняла Положение. Каждому Наблюдателю отныне обязательно полагался помощник. Связанный заклинанием, он был обязан доложить местному Совету Магов о любых изменениях в поведении Наблюдателя. Или подозрении на них. Впрочем, помощника могли заменить семейные узы. В этом случае муж или жена связывались точно таким же заклинанием. Наличие постоянно находящегося рядом помощника стало обязательным условием для работы с Краем.

Крепость Золотой Долины в земле Митрас была построена одной из первых, неподалеку от тихой деревушки Золотые Рохи. Поля ярких, золотисто-желтых цветов рохи тянулись к горизонту вокруг деревни, дав ей такое поэтичное название. Край, к счастью для жителей, возник вверх по дороге, пройдя сквозь гору, и остановился в семи столбах¹ от деревни. Крепость выстроили, прижав к горе, так, чтобы маг мог тропой пройти вдоль видимой части Края и при этом спокойно спуститься по дороге к деревне, в случае необходимости. Строили быстро ‒ боялись, что Край может разрастись ближе к деревне. Вот и вышла она неловким трехэтажным строением, спрятавшимся в тени горы. При желании, конечно, можно было и разбить сад на участке, куда ласково светило солнце. И пустить лозы винограда по стенам. И развесить гобелены из окон, чтобы ярким своим узором оживляли они вид Крепости. Но ни один из Наблюдателей Крепости этого делать почему-то не стал. А два года назад Край внезапно решил разрастить. И следящий за Краем Наблюдатель влил почти всю свою силу, чтобы удержать его ‒ поговаривали, что до полного исчезновения магии. Его помощник активировал срочные порталы так быстро, как мог, и прибывшие маги остановили разрастание. Но к тому моменту стоять на ногах Наблюдатель уже не мог. Провожали героя всей деревней, осыпая цветами и ставя ему в экипаж корзинки с угощением, от души, как могли, говоря «спасибо».

Нынешнему Наблюдателю ‒ трису Эйсу ‒ на внешний вид Крепости и ее внутреннее убранство было плевать. Как и на предписания. От него сбежали уже несколько помощников, коих он категорически не желал видеть рядом с собой, презрев все правила. Арвор и Криста были единственной уступкой, на которую согласился Эйс, и то после визита какого-то мужчины, который телепортировался прямо ко входу в Крепость. Приходящая экономка и приходящий помощник, предпочитавший называть себя смотрителем. Именно Криста договаривалась в деревне о продуктах, о запасе мыльного порошка, об утвари и предметах, которые хоть как-то скрасили бы холодную пустоту Крепости ‒ в общем, пыталась навести уют как могла. Благо, трис Эйс никогда не скупился ни на жалование, ни на расходы. Арвор взял на себя все контакты Наблюдателя с внешним миром и иногда выполнял персональные поручения триса.

В деревне сам Эйс появлялся крайне редко.

Несколько месяцев назад от Совета Митраса пришло первое письмо, которое Эйс велел сжечь. Как и все последующие. Арвор и Криста подозревали, что в них трису снова выговаривают за отсутствие помощников.

‒ Почему Совет просто не заменит триса Эйса, если он так упрям? ‒ спросила дней десять назад Криста. Они с Арвором сидели на кухне, по сложившейся традиции выпивая по чашечке травяного настоя с кексом перед уходом. Арвор всегда галантно провожал Кристу до поворота к ее дому, прятавшемуся в уютном переулке, а сам шел прямо, мимо пекарни, в свой маленький домик, зажатый между гончарной мастерской и другим домом, побольше.

Арвор вскинул на женщину свои пронзительно-голубые глаза, и Криста замахала руками.

‒ Ты не подумай, мне нравится трис Эйс. Он вежливый, не пытается лезть в хозяйство, делая вид, что что-то в нем понимает. Но…

Арвор добродушно усмехнулся.

‒ Ты же ходила в школу, Криста?

‒ Конечно, ‒ вскинула голову экономка. ‒ Как и все мы в нашей деревне! Все пять классов почитай и закончила! И считаю, и пишу, и даже картографии обучена! Меня учитель хвалил, как я ловко страны да моря на картах нахожу!

‒ Тогда и историю ты должна была учить, ‒ мягко продолжил мужчина. И пододвинул к себе еще один кексик ‒ пекла Криста восхитительно.

‒ Историю не любила, ‒ призналась женщина. ‒ Ее у нас вела такая барышня… молоденькая, вся в думах, как начнет рассказывать, замолчит, мечтает о чем-то… Она потом за травника нашего прежнего замуж вышла, да и уехала с ним в город.

Смотритель аккуратно смахнул крошки со стола в ладонь, повернулся и кинул их на подоконник распахнутого окна ‒ на радость налетевшим птицам.

‒ Ну хорошо. Ты знаешь, сколько рождается магов по отношению к обычным людям?

‒ Слышала, что один из сотни, ‒ неуверенно сказала Криста. Арвор кивнул.

‒ А сильных магов, по-настоящему, не на уровне бытовых да мастеровых заклинаний, еще меньше. Свой дар без ослабления они передают первым двум детям. Следующие дети наследуют дар минимум на ступень ниже или не наследуют вовсе. Исключения есть, но их крайне мало и их природу до сих пор не удалось понять. К тому же, если один из родителей маг, а второй нет, то дети могут родиться и вовсе без дара.

Криста кивнула. Ей нравилось, как рассказывает Арвор. Голос у него был спокойный, мягкий и речь текла гладко, без запинок да покашливаний.

‒ В давние времена некоторые маги пытались подчинять себе безмагов, обычных людей. Запугивали, требовали дань, почитания наравне с богами. Но каждый раз люди обнаруживали, что источник силы мага ‒ не бесконечен. И даже самому могущественному магу нужен отдых. И какие бы охранные заклинания он ни ставил, толпа с камнями и дубинами все равно сильнее даже трех истощившихся магов. Убей с десяток, еще два десятка до тебя доберутся. Кроме того, не все маги жаждали власти. Были и те, кто учили безмагов создавать защитные амулеты. Использовать специальные кристаллы, блокирующие часть сил магов. Полировать их в отражающие зеркала. Никому разумному не хотелось проснуться однажды в , где власть захватила кучка безумцев.

‒ А потом случилась Единственная Магическая война, ‒ вспомнила Криста. ‒ Когда сильнейшие маги нескольких земель объединились, чтобы попытаться свергнуть правителей и захватить власть.

‒ Правильно, ‒ кивнул смотритель. ‒ Это была быстрая, жестокая и кровавая война. И потому и единственная. На сторону безмагов встали многие маги. Да и сами безмаги к тому моменту поднаторели в создании защитных и отражающих амулетов. Там, где в пламени заклинания горела сотня безмагов, еще две сотни вставали и забивали магов до смерти. Восстание захлебнулось в крови, в пепле сгоревших городов и деревень. В конце концов всех сторонников восстания жестоко казнили, а созданный Первый Всеобщий Совет Магов постановил начать повсеместное производство амулетов. Все маги выше четвертой ступени были взяты под жесткий контроль. И магам это не понравилось. Многие принципиально запечатывали магию у своих новорожденных детей, превращая их в обычных безмагов. И те уже не могли передать свою силу дальше в роду. В конце концов, стало ясно, что сильных магов перестает хватать, а катаклизмы, болезни, необходимость защищать свои границы, необходимость в помощи на производстве, добыче ископаемых и прочем никуда не делась. Без помощи грамотных магов стали чаще страдать безмаги. Так что землям, одной за другой, пришлось ослаблять контроль и выстраивать разумный баланс между магами и безмагами. Но до сих пор магов выше четвертой ступени немного по сравнению с остальными. А все Наблюдатели ‒ именно такие маги. Маг с меньшей силой может не справиться с Краем. Так что каким бы ни был трис Эйс, не так уж просто взять и найти нового Наблюдателя в Крепость.

Сейчас экономка, рассеянно наблюдая, как лакает сливки довольно жмурящийся Бафо, вспоминала тот разговор. И не смотря на весеннее солнце за окном и пение птиц, на сердце у нее было тяжело. Брачный договор ‒ надо же такому приключиться!

Это была старая, уже отживающая свое традиция. Главы семейств ‒ по дружбе ли, в обмен на услугу или еще по каким причинам заключали договор, по которому сговаривались о свадьбе своих детей. Причем, дети могли быть еще младенцами. От таких детей никогда не скрывалось предназначенное им будущее, они могли знать своего суженного или суженную с детства или не видеть их долгие годы, и разорвать такой договор было крайне сложно. На то требовалось либо согласие обоих глав, либо, в случае смерти хотя бы одного из них ‒ прошение одного или обоих обрученных с передачей дела в суд. Ну а в случае, если хотя бы один из заключивших договор был магом, дело переходило еще и в ведение магического Совета. Все потому, что маги скрепляли свой договор крайне сложным заклинанием, и разбивать его должны были маги высшего уровня. Ни суд, ни Совет такие дела не любили, считая, что этот архаизм отвлекает от по-настоящему важных судебных процессов, поэтому удовлетворялись такие дела обычно быстро. Была еще одна лазейка: если договор не был активирован до тридцати лет хотя бы одного из обрученных, он считался разорванным по умолчанию.

На кухню неслышно вошел Арвор. Кинул взгляд на слизывающего с усов сливки кота, но промолчал. Отодвинул стул, взял с тарелки кусок пирога и сел напротив экономки.

‒ Плохо дело? ‒ не стала скрывать, что слышала разговор Криста.

Арвор пожал плечами.

‒ Насколько может быть плохо, когда человеку, не переносящему любое давление, навязывают аж целую жену.

Впрочем, тон у смотрителя был не слишком огорченным.

‒ Что за девушка? ‒ в Кристе проснулось любопытство.

‒ Дочь бывшего сослуживца отца триса. Тайлин. Диа Тайлин.

‒ Значит, не магичка, раз диа, а не триса, ‒ кивнула экономка. ‒ Благородная, но безмагичка. И что думает делать трис?

‒ Отец триса жив, а насчет отца невесты мы пока ничего не знаем, ‒ Арвор встал, чтобы налить себе воды. ‒ Но я не думаю, что трис сейчас будет подавать на разрыв договора.

– Суд все равно назначает три или четыре месяца ожидания с момента активации договора, – вспомнила Криста. – Вдруг нареченные присмотрятся друг к другу и решат, что свадьбе быть.

Смотритель покачал головой.

– Не в этом дело.

Поскольку дальше Арвор замолчал, доедая пирог, экономка выжидательно смотрела на него, не сводя глаз. Арвор тихо вздохнул.

– Ладно. До недавнего времени Совет хоть и ворчал, но мирился с тем, что трис в Крепости без напарника. Никаких срывов у него не было. Никаких, по крайней мере заметных нам, проблем с Краем – тоже. И вдруг Совет начинает слать письмо за письмом, а теперь вытаскивает на свет старый договор. Прежде, чем ссориться с Советом, разумнее попробовать выяснить, что изменилось. Поэтому, трис присмотрится к девушке. Ну а девушка… если в дело вмешались главы Совета, возможно, ее и ее семью особо и не спрашивали.

‒ Не очень-то ей повезло, ‒ покачала головой Криста, пододвигая блюдо с пирогом поближе к смотрителю.

‒ Почему же? ‒ лукаво прищурился Арвор. ‒ Ты что же, не веришь в чудеса и искреннюю любовь? А вдруг они с трисом окажутся прекрасной парой?

От его пристального взгляда Криста вся вспыхнула и отвернулась, чтобы скрыть смущение.

‒ Почему не верю, как не верить, хочется верить, ‒ пробормотала она, поднимаясь и делая вид, что занята перемешиванием соуса, тихо булькающего на плите ‒ новенькой, между прочим, не на дровах, а на загорающихся от простейшего кристалла с многоразовым заклинанием, не дымных брикетах! Которые горели в три раза дольше!

‒ Да только где любовь, а где эти холодные стены и Край, который все силы, прости боги, высасывает.

‒ А ты верь в лучшее, ‒ рассмеялся за спиной Арвор. Скрипнул стул, смотритель подошел ближе и коснулся плеча Кристы. ‒ Спасибо за пирог. Пойду я, дела.

Соус задумчиво плюнул пузырьком. Положив ложку на подставку, Криста медленно повернулась. На столе, возле тарелки, лежал браслет. Аккуратно сплетенный из кожи, с зеленой крупной бусиной посередине. Солнечные лучи пронзали бусину насквозь, делая ее похожей на спелую виноградину. Женщина прижала браслет к груди и снова покраснела.

Глава 2

Смутное предчувствие беды преследовало Тайлин за несколько дней до того, как в дверь их дома постучал Старший Маг местного представительства Совета. Наверное, с его стороны это было знаком уважения к ее семье: прийти самому, не отделаться письмом или приглашением нанести визит в Дом Заседаний. Конечно, Тайлин, мама и брат знали о брачном договоре. Трис Кшесто, отец юного триса Эйса рассказал о нем, в тот же день, когда принес известие о смерти отца. Много лет назад, в начале службы в Департаменте Раскрытия Магических Преступлений, трис Мейлис, отец Тайлин, спас трису Кшесто жизнь. В этот роковой раз трис Кшесто не смог сделать то же самое в ответ. Зато принес клятву магического брачного договора, обручив юную Тайлин со своим подросшим сыном. Попробовать в будущем обеспечить защиту своей семье, связав ее со старинным родом, было лучшим, что смог придумать умирающий трис Мейлис.

Трис Кшесто пообещал окаменевшей от горя вдове, что никогда не воспользуется этим договором, если на то не будет согласия самой Тайлин.

И вот он нарушил свое слово. Нарушил гадко и подло, и даже не соизволил сказать об этом лично. Не пригласил невесту в свой дом, чтобы представить семье и роду. Не пришел с визитом в их дом, предлагая породниться. Скупое известие, нет, практически приказ от Совета, словно она не невеста, а какая-то преступница, которую наконец-то нашли. Не опротестовать, не отказаться, не в их случае, нет…

‒ Мам, я не понимаю, почему я? ‒ снова и снова спрашивала Тайлин, лежа на коленях у матери. Диа Силити гладила дочь по голове, отчим растерянно топтался рядом, а младший брат в саду яростно кромсал сорняки, вымещая на них свои злость и бессилие.

‒ Ты же слышала. Отец триса внезапно потребовал активации договора. А в случае с магом такого уровня Совет лично контролирует такие дела, ‒ растерянно ответила диа. ‒ Правда, я совсем не понимаю, почему ты обязательно должна ехать в Крепость. Почему нельзя просто написать этому… трису Эйсу, подождать три месяца и разорвать помолвку.

‒ Я навел справки, какие мог, – глухо сказал отчим. – Говорят, трис не ужился ни с одним из напарников в Крепости. Возможно, трис Кшесто уговорил сына на женитьбу.

– Мол, с женой будет проще? – Тайлин медленно обводила пальцем один из цветков на юбке диа Силити. – Но мы же знаем, что не будет.

– Мы – знаем, – подчеркнутое мы повисло в воздухе. Все и так было ясно. Так же как и ясно было, что спорить с Советом и настаивать на отмене поездки было просто невозможно.

‒ Трис Кшесто ведь обещал, что никогда не активирует договор, ты сама говорила, – этот разговор уже был, и этот вопрос уже тоже звучал, едва за Старшим Магом закрылась дверь.

‒ Я уже пробовала связаться с ним, ‒ в голосе матери звучало отчаяние. ‒ Но мне сказали, что он уехал. По делу такой важности, что меня просто не могут с ним связать… Не знаю, так ли это или он просто не хочет со мной говорить. Но я буду пробовать снова, и снова.

На плечо девушки легла рука отчима.

‒ Если он хоть чем-то тебя обидит ‒ пиши нам, и я тут же за тобой приеду, ‒ твердо сказал он. ‒ И мне не важно, что там будет думать по этому поводу Совет.

‒ Спасибо, ‒ пробормотала Тайлин. Ей казалось, что голова у нее распухла и превратилась в большой гудящий колокол.

‒ Не надо ничего никому писать, ‒ в дверях показался Дайс. Младший брат выглядел уставшим, повзрослевшим сразу лет на пять. ‒ Я поеду с тобой. Поселюсь в деревне рядом с Крепостью. Найду какую-нибудь работу и буду приглядывать за тобой.

Отчим и мать переглянулись.

‒ Неплохая идея, ‒ медленно, что-то прикидывая в уме, сказал отчим. ‒ Мне нужно будет около недели, чтобы договориться взять внеочередной отдых и передать дела, но, думаю, у меня получится.

‒ А я просто уволюсь! ‒ выпалила мать, сжав руку дочери. ‒ Как стыдно, что эта идея пришла в голову не мне первой. Дайс, какой ты молодец!

Тайлин, моргая припухшими от бессонной ночи глазами, обвела взглядом своих самых близких, самых дорогих ей людей. Готовых бросить все ради нее, безо всяких колебаний.

Девушка боялась, что нити снова появятся от такого всплеска эмоций и на всякий случай закрыла глаза, перед которыми тут же возникли отпечатки-слепки. Ее отец был героем. Ее мать ‒ прекрасная, умная, достойная женщина, лучше нее никто не составляет лекарственные сборы во всем краю. Даром, что она диа, а не трис. А брат ‒ подающий большие надежды трис-артефактор, которому никак нельзя сейчас бросать учебу. И которому надо проявить себя в лучшем виде. Любой скандал, любая отсрочка от обучения точно пойдут ему не на пользу. Отчим готов подставить себя, а ведь он столько трудился, чтобы его повысили до главного планировщика в архотделе Строительного Ведомства. И что же, она не вытерпит каких-то там три месяца? Не в кандалах же ее держать будут, в конце-то концов. Скорее всего, трису Эйсу на самом деле и не нужна эта помолвка так же, как и ей. А что там задумал его отец – при согласии обоих расторгнуть договор будет уже не важно.

‒ Не надо ничего разрушать и менять ради меня, – открыла глаза Тайлин. И слабо улыбнулась. – Но я обещаю, что если что-то будет не так, я сразу же сообщу.

Дайс шумно сопел, старательно смотря в пол и моргая, чтобы не дать слезам навернуться на глаза.

Девушка поднялась и, подойдя к брату, крепко обняла его.

– Давайте устроим щедрый ужин? – предложила она. Щедрый ужин, семейная традиция, пришедшая в дом вместе с отчимом. Когда на стол достается все, что есть и запрещено грустить. А вот смеяться и делиться самыми забавными историями – можно и даже нужно. Отказываться от щедрого ужина нельзя. Если поссорился, если плохое настроение, если что-то случилось – надо собираться за столом, мириться и делиться своими проблемами. Чтобы они растаяли как пар над чашкой ароматной розовой травы.

Дождавшись, когда все потянулись в сторону кухни, Тайлин достала из кармана пузырек с плотно скатанными темными шариками. Сегодня ей, пожалуй, нужно будет два.

Из Кайшса к Крепости не было прямого портала, только до ближайшего к Золотым Рохам города, Трисвела. Оттуда Тайлин выделили от Совета прекрасный экипаж с молодым боевым магом в качестве сопровождающего. Всю дорогу в голове у Тайлин звучал шепот брата, крепко обнявшего ее на прощание:

‒ А если этот Эйс сможет… помочь тебе? Вдруг это то, о чем мы молились богам?

И шепот этот не смолкал ни когда она шагнула в портал, ни когда села в экипаж. Солнце ярко светило над полями, простирающимися по обе стороны дороги ‒ золотой, алый, васильковые цвета до самого горизонта. А впереди уже проступали очертания гор, поддернутых дымкой. Там, у подножия, раскинулась деревня Золотые Рохи. Там, у горы, Тайлин ждала Крепость, Край и жених. Эйс рода Дарго, которого она никогда не видела. Ну, если не считать слепок.

Девушка прикрыла глаза, вспоминая вечер накануне отъезда. Дайс поцарапался в ее дверь, когда Тайлин безуспешно пыталась читать книгу. Уснуть она все равно не могла.

‒ Заходи, ‒ отозвалась девушка. Брат тихо открыл и так же тихо закрыл за собой дверь.

‒ Смотри, ‒ без всякого вступления протянул он слепок и сел рядом с Тайлин на кровать.

Тайлин, отложив книгу в сторону, растеряно взяла слепок в руки. Дорогой, цветной, в отличие от обычных слепков, он был перенесен на плотную карточку. На слепке были отпечатаны семь мужчин в парадных костюмах, стоящие в богато украшенном зале.

‒ Это кто? ‒ перевела взгляд со слепка на Дайса девушка. ‒ И зачем мне это?

Дайс ухмыльнулся.

‒ Это мне дала триса Мельмек. Мы с ней учимся на одном курсе. Она из очень родовитой семьи, с хорошими связями. Милая девушка, нос лишний раз не задирает. Я ей с парой занятий помог, так и подружились.

‒ И-и? Я пока все равно не понимаю, ‒ поторопила брата Тайлин.

Дайс лег, опершись на локоть.

‒ Я спросил у нее, не знакомо ли ей имя Эйс Дарго. Ну или хотя бы сам род Дарго. Они ведь из высокой знати, так? Значит, есть шанс, что этот трис или его семья могли пересекаться где-то с семьей Мельмек. И ты знаешь, идея оказалась хороша!

‒ Твоя Мельмек знает триса Эйса? ‒ подалась вперед Тайлин.

Дайс погрозил ей пальцем.

‒ Не моя Мельмек, а триса Мельмек. Мы друзья, но не настолько, чтобы я присваивал себе несуществующие победы. Дарго ‒ это трисы-арсы, старая знать Митраса. Прадед Эйса был приближен к прежнему Правителю. А его сын, трис Ейсах выбрал для себя вместо теплого местечка и участия в политике службу в только созданном Департаменте Раскрытия Магических Преступлений. Из-за этого они жутко поссорились. Да так, что трис Ейсах почти перестал использовать на публике имя рода Дарго. Представляясь родом жены. Его старший сын, трис Кшесто, тоже поступил на службу.

‒ Где они с папой и познакомились, ‒ грустно кивнула Тайлин.

‒ Да. Только к тому моменту род Дарго из активной политической жизни уже выпал. Но все равно, достаточно было достать любую газету со слепками Ежегодного Благотворительно Бала Высокого Сезона ‒ и пожалуйста. Ни один слепкарь-хроникер не обойдет вниманием старую знать. Вот он, твой трис Эйс. Вместе со своим отцом, шесть лет назад. Здесь ему двадцать три года. Слепок из личного альбома трисы Мельмек, ‒ брат ткнул пальцем в центр фото.

Тайлин поднесла слепок к глазам, чтобы разглядеть поближе.

Красивым в классическом понимании назвать молодого мужчину на слепке было нельзя, в отличие от его отца, триса Кшесто. Сильно очерченные скулы, резкие черты худощавого лица, брови вразлет, нос чуть длиннее, чем можно бы, губы чуть тоньше, чем надо бы. Словно художник нанес на холст портрет ломанными линиями. Но странным образом он притянул внимание Тайлин. В этой резкости черт была своя красота, своя гармония, как из отдельных нитей и стежков вдруг складывается удивительный узор. И глаза ‒ черные, неулыбающиеся, в противовес вежливой улыбке на слепке. Ростом трис Эйс был чуть выше среднего, парадный костюм сидел на нем просто отлично, подчеркивая разворот плеч, но при этом, парадоксальным образом, Эйс выглядел в нем… неловко. Неуверенно.

‒ Теперь ты хотя бы знаешь, как выглядит человек, к которому ты едешь, ‒ сказал Дайс, наблюдая за реакцией Тайлин. Та почему-то почувствовала смущение.

‒ И… что триса Мельмек рассказывала о нем?

‒ Из личных подробностей? ‒ ничего. На том балу он почти ни с кем не разговаривал, кроме отца, братьев, и пары друзей семьи. Был вежлив, спокоен, но не более. А вот пару лет назад он страшно поссорился с семьей. Уволился из Департамента, куда успешно пошел по стопам триса Кшесто, подал прошение на перевод в Крепость и это прошение сразу удовлетворили. И никто не знает, что произошло и почему трис Эйс принял такое решение.

‒ Как-то странно, ‒ пробормотала Тайлин. ‒ Он так хотел служить нашей земле? Быть… полезным?

Дайс посерьезнел.

‒ Быть полезным можно и в Департаменте. Тем более, он прекрасно проявил себя в выслеживании остаточных следов заклинаний. Дело не в этом, Тай. Трис Эйс ‒ третий сын триса Кшесто.

Девушка непонимающе уставилась на брата.

‒ И что?

Дайс терпеливо ждал. И тут Тайлин поняла.

‒ Но в Крепость не назначают Наблюдателей ниже третьего уровня. В случае спонтанного разрастания Края маг, уровнем ниже, просто не успеет держать его до прихода подмоги. Или запечатать. Для магов уровнями ниже это чревато полнейшим истощением магии.

‒ Трис Кшесто маг третьего уровня, ‒ кивнул брат. ‒ Поговаривают, даже ближе к четвертому, просто очень хорошо научился управлять своим даром. Его мать была магом четвертого уровня. Трис Эйс просто не мог быть магом выше четвертого уровня ‒ и то, если ему бы сильно повезло. И нет, сомнений в отцовстве старших братьев нет, это было первое, что я спросил у трисы Мельмек. Она показала мне другие слепки, где есть братья триса Эйса. Они очень похожи на триса Кшесто.

‒ Но… как? Дар природы? ‒ пробормотала Тайлин. ‒ Но это редчайшее явление…

‒ Твой жених ‒ необычный человек, сестренка, ‒ сказал Дайс. ‒ Я не знаю, как сложится ваше общение, но думаю, тебе важно понимать, к кому ты едешь. У него… тоже могут быть секреты, которые он хранит. Уважай их, чтобы он понимал, что ты тоже имеешь право на уважение. Понимаешь, о чем я?

‒ Понимаю, ‒ Тайлин сжала руку брата. ‒ Я давно научилась держать все под контролем, ты же знаешь.

‒ Ничего не делать и жить так, словно тебе все безразлично ‒ не называется держать все под контролем, ‒ покачал головой Дайс.

‒ Все хорошо, ‒ Тайлин обняла брата. ‒ Спасибо тебе, за все. Правда.

‒ Через три месяца я приду к тебе, в эту же комнату, когда ты вернешься, ‒ твердо сказал Дайс. ‒ И мы с тобой вспомним этот вечер и будем радоваться, что все позади. Хорошо?

‒ Хорошо, ‒ улыбнулась Тайлин. У нее начали дрожать руки и ей не хотелось, чтобы брат это заметил. ‒ Я попробую поспать, ладно?

‒ Крепких снов, Тай, ‒ брат поцеловал Тайлин в лоб и мягко ступая вышел, напоследок внимательно посмотрев на сестру. Тайлин сделала вид, что ложится в кровать. Когда дверь за Дайсом закрылась, она снова села и уставилась на свечу, горящую в позолоченном подсвечнике. Ей было страшно до похолодевших кончиков пальцев. Нервы, напряженные в последние дни до предела, начали сдавать. Тайлин прищурилась, глядя на подсвечник.

Это просто предмет. Просто предмет. Просто предмет.

– Мертвый предмет. Посмотри, нити, из которых он сплетен, мертвы.

‒ Я не знаю, что значит мертвы, ‒ Тайлин зажала уши руками. ‒ Они все выглядят одинаково!

‒ Нет, просто ты не смотришь. Подойди к цветку на окне.

‒ Нет!

‒ Подойди!

‒ Нет!

Зуд стал нестерпимым и руки затряслись так, словно Тайлин вышла из ледяной воды.

Она подошла к цветку на подоконнике ‒ его листья и бутоны казались почти черными в неверном свете свечи.

‒ Посмотри на нити.

‒ Они одинаковые!

‒ Ты не смотришь!

Тайлин знала, что спорить бесполезно. Она будет говорить сама с собой, на разный лад, пока не сдастся. Наугад она потянула за одну из нитей и замерла, ожидая, что цветок увянет.

Какое-то время ничего не происходило. А затем бутоны, один за другим, начали медленно распускаться.

Тайлин опустилась на пол, прижалась спиной к стене и закрыла глаза.

Прошедшая ночь опять высосала из Эйса почти все силы. Он чувствовал колебания Края. Он чувствовал, что вот-вот появится разрыв, он прошелся вдоль всей границы, прощупывая, вливая силу с избытком. Но разрыва не было. Он чувствовал две точки. Две точки с разными колебаниями. Его магия откликалась и волновалась, он отдавал свою силу, но разрыв все не проявлялся. А колебания не исчезали. С каждым разом истощение после таких проверок становилось все сильнее, и с каждым разом Эйс выпивал все больше восстанавливающих зелий, молясь, чтобы они подействовали как можно быстрее.

Этим утром он мечтал просто отоспаться. Позволить себе расслабиться, ни о чем не думать, ничего не чувствовать и просто провалиться в сон. Но едва его голова коснулась подушки ‒ мягкой, набитой ароматными успокаивающими травами ‒ как тихо зазвенел кристалл вызова. Вспыхнули знаки над кристаллом, сообщение от боевого мага, сопровождавшего его, так называемую, невесту. Экипаж собирался выезжать и примерно к обеду прибыть в Крепость. Эйс сел, глубоко, медленно вдохнул и выдохнул. Ничего. Ничего, сейчас он приведет себя в порядок, оставшееся время подремлет и будет готов встречать незваную гостью. Он будет вежлив, спокоен, поздоровается с этой Тайлин и поручит ее заботам Кристы.

А когда девушка освоится, попробует объяснить ей, в какую задницу она попала.

Трис невесело усмехнулся.

Жаль, что у него нет даже слепка. Посмотреть хоть, кто упал ему на голову. Хотя, какая разница. Создавать семью ‒ настоящую семью ‒ Эйс все равно с ней не собирался. Лишь бы не оказалось какое-нибудь взбалмошное создание. Хотя, хрупкий цветок, боящийся поднять на собеседника глаза, вариант ничем не лучше.

Раздался деликатный стук в дверь.

– Три пасти стража Предвечности, – раздраженно пробормотал Эйс. – Да?

Дверь медленно открылась и в комнату шагнул Арвор.

– Я получил ответ на запрос в Канцелярию, как вы просили, – без лишних предисловий сказал смотритель, с одного взгляда поняв, что маг держится из последних сил.

– Трис Ксен узнал все, что смог. Диа Тайлин Айки, двадцать четыре года. Отец – Мейлис Айки, служил с вашим отцом еще в должности простого деловеда, спас ему жизнь во время поимки группы взломщиков. Почти одновременно с ним сделал карьеру до мастера опросов. Во время расследования дела о запрещенной секте Серого Знамени попал с вашим отцом в засаду и был смертельно ранен. Вдова – диа Силити. Прекрасная травница-интуит, не смотря на отсутствие магического дара. Работает в крупнейшей лавке-лечице при главной городской целильне Кайшса. Девять лет назад снова вышла замуж за триса Боро, маг восьмого уровня, работает в архотделе Строительного Ведомства, известен своей честностью и принципиальностью. Брат – трис Дайс Айки, талантливый маг почти пятого уровня, двадцать один год. В следующем году заканчивает Академию по специализации арктефакторика. Живут в пригороде Кайшса. В город выбираются редко. Ни в чем противозаконном не замечены.

– Но? – Эйс уже научился различать эти, едва уловимые нотки в голосе Арвора, которые значили, что смотритель выяснил что-то интересное.

– Трис Ксен поспрашивал по неофициальным каналам. Может, кто-то что-то об этой семье слышал. Диа Тайлин заочно окончила школу диа Лейн по специализации естественные науки. Говорят, что по причине здоровья иногда пропускала часть обучения. Но диа Лейн очень была очень высокого мнения о способностях диа Тайлин. О ее способности «докопаться до сути» – чтобы это ни значило. Диа была очень разочарована, что диа Тайлин не продолжила обучение в высшей школе и сразу стала помогать матери в лавке-лечице. Живет она замкнуто, в отличие от брата – тот не пропускает почти ни одного мероприятия Академии. Тем не менее, несколько раз ее видели на приемах архотдела отчима и на вечере памяти сотрудников Департамента Раскрытия Магических Преступлений.

– ДеРаМаП, – буркнул себе под нос Эйс.

– Прошу прощения? – Арвор еле заметно приподнял бровь.

– Говорю, язык сломать можно, научились бы уже сокращения ведомствам давать, – трис устало помассировал себе виски. – В общем, понятно. Тихая девица, которая выбирается из дома только по необходимости или на те мероприятия, которые было крайне невежливо проигнорировать, если приглашена вся семья.

– Гхм, – кашлянул смотритель. И этот кашель тоже был знаком трису Эйсу.

– Не тихая?

– Говорили, что на одном из приемов архотдела диа была замечена в не самой пристойной ситуации. Возможно, она целовалась на балконе с одним из приглашенных юношей.

– О, боги, – выдохнул Эйс. – Какая чушь. Наверное, оценку пристойности ситуации делала какая-нибудь из престарело-вышезнатных сплетниц, да?

– Это я не могу знать, – с достоинством ответил Арвор.

– Да хоть бы и лицо облизала, мне-то что, – снова пробормотал Эйс, вспоминая давний рассказ отца о несомненно достойной молодой диа, к несчастью, пристрастившейся к порошковым смесям дурмана. Голова у триса просто раскалывалась.

– Думаю, такое бы не пропустили даже не престарело-вышезнатные гости, – возразил Арвор, улыбнувшись краешками губ.

– В тот раз и не пропустили – с первых полос не сходило дней пять точно, – кивнул трис. И, сдавшись, лег обратно на подушку.

– Спасибо, Арвор. Кстати, наша гостья приедет где-то к обеду. Попроси Кристу подготовить ей комнату, пожалуйста.

– Разумеется, трис, – Арвор бесшумно вышел, лишь тихо скрипнула затворяемая дверь.

Надо было бы привести себя в порядок, чтобы встретить диа, но сил не было никаких.

– Давай же, вставай, – уговаривал себя Эйс. – Приди в себя, ты глава Крепости, ты крепок как гора, у которой эта Крепость стоит…

Глаза Эйса начали слипаться. Рука бессильно свесилась с кровати, и маг уснул крепким сном без сновидений.

‒ Денек сегодня хороший, ‒ буднично заметил Арвор, заливая кипятком травяной сбор в двух кружках. Это был еще один их с Кристой ритуал. Перед тем, как приступить к делам, ( и в перерывах между оными ) они выпивали по кружке такого сбора, сидя друг напротив друга и переговариваясь о всякой пустяковой всячине. О том, что бакалейщик перекрасил дверь лавки. О том, что местные кошки совсем обнаглели и теперь отказываются брать дань потрошками. И мясник ‒ вот тебе слово ‒ каждое утро выставляет за дверь огромную миску с обрезками. Травы собирала Криста, сама, с весны по осень. И это тоже было темой для разговора: правильно ли Арвор перечислит состав очередного сбора или нет. Можно было бы сказать, что утренний ритуал ничем не отличался от вечернего, но тогда пришлось бы признать, что им двоим просто нравится как можно чаще видеть друг друга. А это было… преждевременно.

‒ Солнце пригревает и ветра нет, ‒ кивнула Криста. Арвор кинул быстрый взгляд на кисть ее левой руки ‒ там светилась бусина браслета. Ничего не сказал, только довольно улыбнулся, а Криста улыбку заметила, зарделась и быстро отвернулась к окну. И охнула.

‒ Арвор, смотри, к нам гости!

Мужчина проворно встал рядом, едва касаясь плечом плеча Кристы. Та отодвигаться не стала. Во двор Крепости действительно медленно въезжал экипаж, запряженный парой крепких вороных. Сидевший на козлах молодой мужчина затормозил, проворно спрыгнул вниз, и принялся оглядываться по сторонам.

‒ На дверце знак Совета Магов, ‒ пробормотал Арвор. ‒ Быстро ехали, трис Эйс ждал ее только к обеду.

‒ Неловко как-то получается, невеста приехала, а где трис Эйс? ‒ Криста быстро просчитывала в уме, что надо сделать. Очевидно, показать, где конюшня, чтобы кони отдохнули. Накормить мага ‒ а такой экипаж точно мог вести только маг, чужих Совет Магов не нанимал. Разместить диа в подготовленной комнате и, конечно, тоже накормить!

‒ Наверное, еще спит. Когда я видел его утром, он был совсем без сил, ‒ Арвор покачал головой. ‒ С каждым разом они обходятся ему все дороже…

‒ О трисе Эйсе побеспокоимся потом, ‒ решительно тряхнула головой Криста. ‒ Сейчас наша задача встретить диа Тайлин. И так стыдоба, жених не вышел.

Арвор не шевелился, продолжая изучать экипаж.

Прежде чем сопровождающий маг подошел к дверце, чтобы опустить ступеньку и помочь даме выйти, дверца распахнулась сама и наружу показалась нога в высоком шнурованном сапоге. Затем вторая. Из экипажа, уцепившись за край дверцы, неловко выпрыгнула невысокая шатенка, одетая в брюки, рубашку и жилет. Сверху на плечи была наброшена куртка. От прыжка куртка свалилась на землю и девушка, быстро наклонившись, подняла ее.

‒ Последнее веяние просвещенной женской моды, ‒ заметил Арвор. ‒ Мужской дорожный костюм.

‒ И очень даже удобно, ‒ вступилась за диа Криста.

‒ Так я и не спорю, ‒ примирительно похлопал экономку по руке смотритель.

Откуда-то из кустов вышел Бафо, недовольно подергивая хвостом. Чужаков котяра не любил и делил на два типа. Первый тип получал когтями по протянутой руке или метку на обувь, второй – удостаивался чести угостить Бафо чем-нибудь вкусным. Потом, когда он захочет. Кот по дуге обошел мага, стоявшего возле лошадей, приблизился к диа и сел напротив нее, уставившись немигающим взглядом желтых глаз. Тайлин склонила голову набок. Затем присела на корточки и медленно, осторожно вытянула руку вперед. Бафо повел носом и дернул кончиком уха. Тайлин ждала. Наконец, кот медленно, лениво поднялся и вразвалочку подошел к девушке. Принюхался к пальцам, подумал и зевнул. Диа так же медленно опустила руку и, не делая попыток погладить пока еще незнакомого кота, выпрямилась.

‒ Буду рада с тобой познакомиться, ближе. Ты ‒ очень красивый кот, ‒ сказала она.

Бафо снисходительно махнул хвостом и отправился за ближайший куст по каким-то своим, чрезвычайно важным кошачьим делам.

‒ Позорище, ‒ сказала Криста. ‒ Первой невесту встретил кот. Идем уже, скорее, хватит торчать у окна.

Проследив взглядом за кошачьим хвостом, деловито исчезающим в кустах, Тайлин настороженно огляделась. Экипаж стоял во дворе полукруглой формы, окруженном высокими стенами. Позади ‒ распахнутые ворота, в которые они въехали. Впереди ‒ Крепость. Темная, нависающая и, на первый взгляд, не особо приветливая. Тяжелые двери из темного дерева были закрыты, окна ‒ отражали свет солнца так, что слепило глаза. За крышей Крепости устремлялись к небу горы. Горы виднелись и за стеной с левой стороны, а за ними ‒ облака и густой туман, куда ни посмотри. Слева же от ворот была небольшая каменная постройка, с зеленой дверью. Справа ‒ еще одна, только в ней, вдобавок к прикрытой двери, было и окно, за которым любопытно подергивалась наполовину отодвинутая занавеска и виднелись две фигуры. Посередине двора стоял крепкий, сложенный из крупного камня колодец, которому отправился маг, чтобы взять ведро и напоить коней. Тайлин, стараясь не выдавать волнения, подмечала детали. Камни во дворе, вжатые в землю. Камень Крепости. В щелях мох и какая-то вьющаяся травка в мелкий голубой цветочек. Вдоль стен кустарник, кажется, мавник, но цветы еще не распустились. Прищурившись, девушка разглядела искорки, поднимающиеся от растений ‒ то ли обман зрения, то ли…

Тайлин поежилась. Привезший ее маг, которого, кажется, звали Дрейс, неторопливо вращал поскрипывающую ручку колодца, поднимая ведро с водой, кони фыркали, но кроме этих звуков вокруг стояла тишина. Даже кот казался темной тенью, которая мелькнула в воображении девушки и пропала. Никто не вышел ее встречать, словно ее и не ждали. Не ждали, но, судя по продолжающей трепыхаться занавеске ‒ наблюдали.

Пока Тайлин раздумывала, не следует ли ей сесть обратно в экипаж и потребовать вернуться домой, занавеска, наконец, успокоилась. И почти сразу дверь постройки распахнулась.

‒ Добро пожаловать, добро пожаловать! Прошу прощения, что сразу не встретили вас! ‒ к Тайлин, добродушно улыбаясь, шагала высокая, крепко сбитая женщина. Ее начавшие седеть волосы были аккуратно заплетены в две косы и уложены в кольца на голове. Голубое платье очень шло ее серым глазам, а фартук, надетый поверх платья, сиял белизной. Позади нее шел высокий, сухопарый мужчина, темноволосый, с седеющими висками. Его волосы были небрежно перевязаны позади лентой, а вот костюм ‒ бархатный, бутылочного цвета ‒ сидел как влитой и явно был сшит на заказ. Цепким взглядом мужчина окинул Тайлин сверху донизу.

‒ Меня зовут Криста, ‒ женщина склонила голову перед диа, а затем коротко кивнула Дрейсу. Тот быстро окинул незнакомцев взглядом, кивнул в ответ и отвернулся к коням. ‒ Я, можно сказать, экономка Крепости. А это ‒ Арвор. Смотритель триса Эйса.

‒ Я ‒ Тайлин. Тайлин Айки.

Крис и Арвор понравились Тайлин с первого взгляда. Не вызывали доверия ‒ доверие надо заслужить. А понравились, первый шаг к тому, чтобы присмотреться к людям ближе.

‒ Диа, если позволите, я предложу вам перекусить на кухне, ‒ кивнула в сторону постройки Криста. ‒ Честно говоря, в гостиной Крепости довольно… просторно и одиноко. Мне кажется, вам будет там неуютно.

Тайлин оценила добродушную искренность женщины.

‒ С огромным удовольствием, ‒ согласилась она, вслед за Кристой проходя в просторное помещение с выбеленными стенами. Залитое солнечным светом, аккуратно прибранное, сияющее чистой кухонной утварью оно показалось Тайлин очень домашним.

‒ Вы садитесь, диа, сейчас и каша будет, и пирожки, если не побрезгуете вчерашними, и жаркое скоро готово будет, ‒ экономка засуетилась, проворно убрала со стола стоявшую там пару кружек и смахнула ладонью несуществующие крошки. Тайлин поняла, что женщина волнуется.

‒ А почему «можно сказать, экономка»? ‒ полюбопытствовала девушка. Криста вздохнула и покачала головой.

‒ Вы уж, диа, не удивляйтесь. У нас тут все… не слишком привычно. Трис Эйс человек хороший и справедливый, но очень уж замкнутый и привыкший все решать сам. Неприятно ему, чтобы тут, рядом с ним, своей жизнью рисковали простые люди. Он и нанимать-то никого не хотел, пока Совет не настоял. Сам хозяйством да делами управлять пытался. Только вот когда ты по ночам вдоль Края ходишь да слушаешь, днем-то какие дела? Мы с Арвором тоже упрямиться умеем. Вот и стали приходить, да помогать. Раз пришли, два пришли, трис нас и нанял, да и жалование хорошее поставил. Но чтобы мы здесь жили ‒ ни в какую. Отправляет домой и все тут. Приходите, говорит, раз в три дня, мне хватит.

‒ А вы? ‒ Тайлин смотрела, как Криста, не переставая говорить, ловко засыпает крупу, греет молоко и размешивает кашу. Пирожки и кружка с заваренными травами появились перед Тайлин почти сразу, моргнуть, можно сказать, не успела.

‒ А мы каждый день приходим, нам тут недалеко. В непогоду трис экипаж в деревне нанимает и оплачивает… стыдоба-то какая, словно мы немощные да от дождика развалимся, ‒ покачала головой Криста.

‒ Если он такой внимательный, то почему он меня не встретил? ‒ вырвалось у Тайлин прежде, чем она успела подумать.

Криста вопросу ничуть не удивилась. Отставила в сторону кастрюльку с кашей, накрыла ее полотенцем и, помолчав, присела на стул напротив девушки.

‒ Тяжело ему, диа. Край-то спокойно себя ведет, да думаем мы, спокойствие это за счет силы триса питается. Ищет он все что-то. Тревожно ему. Ходит по ночам, слушает, штопает разрывы. Как ни спросишь ‒ отмахнется, мол, все хорошо. Иногда и правда хорошо. А иногда по утрам кажется, что из триса словно все силы высосали. Сегодня вот такое утро. Вы не обижайтесь, диа. Не со зла он.

Криста поколебалась, словно не знала, имеет ли она право продолжать дальше. Потом, решившись, наклонилась к Тайлин ближе.

‒ Честно говоря, диа, очень я за триса беспокоюсь. Последнее время он сам не свой, совсем обессилевший.

Тайлин кольнуло в сердце.

Магическое истощение? Да нет, маг Крепости не может быть настолько легкомысленным. Или может? Сообщить в Совет? Истощенный маг пропустит разрыв и не сможет защитить жителей, если разрыв начнет расползаться. Хороша будет невеста, сдала жениха в первый же день. С другой стороны, что значит сдала, есть правила…

‒ Думаете, трису нужен хороший отдых? – осторожно спросила Тайлин. Экономка снова вздохнула.

– Да конечно, нужен. Только где ж его взять. Край отслеживать – трис, вон, в Каменном пролеске волшба странная творится, аж мурашки по коже. Тоже трису разбираться.

‒ Волшба? ‒ незнакомое слово понравилось диа. Оно звучало так, словно пришло из какой‒то сказки.

Женщина кивнула.

‒ Магия. Волшба, мы так говорим, в нашем краю. И знаете, что…‒ Криста скосила глаза на окно.

‒ Что? ‒ почем-то шепотом ответила диа. Экономка наклонилась к ней ближе.

‒ Волшба мага, который вас привез, мне совсем не нравится. Он слабее триса Эйса… но такой холодный. Я это чувствую.

У Тайлин на спине выступил пот. Девушка обхватила кружку с травами обеими руками.

‒ Вы чувствуете магию? У вас такой дар?

‒ Не всегда и не всю, ‒ призналась Криста. – Но иногда знаю точно, сама не знаю, как.

Тайлин сделала маленький глоток. Ее пальцы едва заметно дрожали.

‒ Если вы готовы, диа, я покажу вам вашу комнату, чтобы вы могли отдохнуть, ‒ сказала Криста. – Думаю, Арвор уже отнес туда ваши вещи.

Девушка кивнула.

‒ Да. Да, спасибо большое, вы потрясающе готовите и, кажется, я объелась, ‒ искренне поблагодарила экономку Тайлин. Криста добродушно махнула рукой.

‒ Ну что вы. Приходите как‒нибудь в деревню, я вас познакомлю с моей матушкой. Вот ее жаркое… это что‒то!

Под рассказ экономки о потрясающих способностях ее родительницы Тайлин дошла до входа Крепости. При ближайшем рассмотрении оказалось, что двери не деревянные, а сделаны из какого-то камня. Поверхность была испещрена знаками, которые тихо светились изнутри ‒ скорее всего охранные и защитные заклинания. Тайлин положила руку на дверь, ожидая ощутить холод, но поверхность оказалась неожиданно теплой.

‒ Потрогайте стены, ‒ посоветовала Криста. Девушка провела рукой по воротам в сторону и пробежалась пальцами по шершавому серому камню стены. Тот оказался на ощупь неожиданно мягким и тоже теплым. Кое-где в щелях рос нежно-зеленый мох и над ним танцевали крошечные изумрудные пылинки. Неприступная, хмурая Крепость вблизи оказалась неожиданно живой.

‒ Удивительно, правда? ‒ в голосе Кристы слышалась гордость. ‒ Этот камень называется талорит. Его сюда перебрасывали через порталы. Он хорошо сохраняет тепло, а усиленный заклинаниями становится крайне прочным.

Поймав удивленный взгляд Тайлин, Криста слегка покраснела.

‒ Пока здесь шло строительство, мы всеми Рохами сюда приходили смотреть. Все было очень быстро. Одни маги держали порталы, вторые переправляли талорит. Несколько групп, посменно, вели строительство. Еще группа держала защитный купол и следила за Краем. Управились за неделю. Магия тут так и искрила.

‒ Неделя с таким количеством человек? ‒ удивилась Тайлин. Криста поднесла руку к дверям ‒ вспыхнули алым несколько знаков, признавая экономку, и женщина, с некоторым усилием потянув на себя правую дверь, зашла внутрь Крепости.

‒ Так ведь и не таверну строили, ‒ голос Кристы звучал приглушенно.

Тайлин, справившись с охватившим ее вдруг волнением, шагнула следом за экономкой и оказалась в небольшом, пустом холле. Девушка окинула его быстрым взглядом. Одинокий столик, притаившийся у ведущей на второй этаж лестницы из темного дерева, да одинокая ваза на нем. На полу сиротливо лежал маленький плетеный коврик. Ни гобеленов на стенах, ни цветов, зато вдоль стен стояло несколько подставок с «огоньками», причем не заряжающимися от солнечного света, а умевшими держать свет долгое время сами по себе. Стоили такие заметно дороже обычных. В доме Тайлин они стояли только в гостиной и в обеденной комнате.

– Трис Эйс мало внимания обращает на обстановку в Крепости, – развела руками Криста. Было видно, что ей неловко. – Я стараюсь, как могу, но сложно что-то делать, не зная пожеланий хозяина дома. Но вы не сомневайтесь, я все держу в чистоте!

– Не сомневаюсь, – искренне подтвердила Тайлин.

– Слева библиотека, рядом с ней – кабинет триса, справа гостиная, она же по совместительству обеденный зал. Раньше через обеденный зал можно было попасть в старый кабинет, но прошлый Наблюдатель Крепости распорядился переделать его в кладовую. А из кухни убрали кладовую, расширив саму кухню. Не очень удобно, если нужно, чтобы все было под боком, но зато столько места! Если хотите, можете все осмотреть, – экономка по очереди показала на закрытые тяжелые деревянные двери.

– Чуть позже – обязательно, – вежливо улыбнулась девушка. Ей ужасно хотелось смыть с себя дорожную пыль и немного собраться с мыслями, а еще больше – поговорить с трисом и разобраться во всей этой нелепой ситуации.

– Конечно, идемте за мной, диа, – Криста начала подниматься по лестнице, на ходу продолжая рассказ.

– На втором этаже три гостевые комнаты, туалетная комната и ванная. На третьем – комнаты для прислуги, смотровая площадка и… – тут Криста замялась, – должен был быть сад, но трис Эйс совсем им не занимается, а у меня и Арвора не хватает времени и навыков.

– Довольно много помещений, – заметила Тайлин, проводя рукой по гладким перилам. Экономка оглянулась через плечо.

– Так ведь всегда есть надежда, что Наблюдатель обзаведется семьей, что Край будет вести себя спокойно. Семья приживется, разрастется… Да и даже если вдвоем: лучше иметь возможность отдохнуть друг от друга, чем сталкиваться носами. Так, по крайней мере, говорит трис.

Лестница заканчивалась широкой площадкой, от которой вперед уходил коридор с закрытыми дверьми по бокам. В конце коридора темнела еще одна лестница наверх.

– Вы знали прошлого Наблюдателя? – полюбопытствовала диа. Криста покачала головой. – Мы несколько раз сталкивались в деревне. Очень достойный человек, как мне показалось. Когда Край начал разрастаться, трис Лейно получил магическое истощение, спасая Золотые Рохи, – голос Кристы дрогнул. – Прошу, диа, это ваша комната.

Криста, резко переводя тему, распахнула первую дверь слева и посторонилась, пропуская диа вперед. Тайлин шагнула внутрь и замерла. Комната была просторной, чисто прибранной и неплохо обставленной. Окно с распахнутыми коричневыми ставнями, перед ним столик с маленькой вазочкой и букетиком полевых цветов – чувствовалась рука Кристы – и стул с высокой спинкой. В углу трюмо с зеркалом и рядом платяной шкаф. Напротив – небольшая этажерка, на которой стояло несколько новых свечей. Впрочем, рядом с ней возвышался и светильник на тонкой ножке с «огоньками». Широкая кровать, заправленная кремовым покрывалом, стояла напротив окна. Оба чемодана диа уже ждали Тайлин на кремовом же прикроватном коврике. А на одном из чемоданов, сосредоточенно принюхиваясь, сидел большой черный крыс с белым брюшком и длинным темно-розовым хвостом.

– Добрый день, – поздоровалась Тайлин от неожиданности. Крыс повернул к ней морду и пошевелил усами. Протиснувшаяся мимо девушки экономка всплеснула руками.

– Арво-о-ор! – крикнула она так громко, что диа вздрогнула, а крыс нервно дернул ушами.

Смотритель, казалось, возник из неоткуда. Еще несколько мгновений назад в коридоре было абсолютно пусто, и вот уже Арвор, деликатно кашлянув, встал на пороге комнаты.

– Прошу прощения, – чуть склонил голову мужчина. – Кусь никого не хотел напугать. Он просто пришел познакомиться с новым жителем Крепости.

Смотритель тихо поцокал языком и крыс, проворно спрыгнув с кровати, широкими скачками пробежал расстояние до Арвора и взобрался к нему на плечо.

– Я не боюсь крыс, просто… удивилась, – Тайлин рассматривала принявшегося умываться зверька. – Вы… дрессируете крыс, Арвор?

На лицо смотрителя набежала еле заметная, тут же исчезнувшая тень.

– Дрессирую? Нет. Я… люблю их компанию, а они не против моей. Скажем так, – мужчина ласково почесал мордочку Куся.

– А Бафо?

– А Бафо знает, что крыс Крепости трогать нельзя, иначе Арвор расстроится, – вмешалась в разговор экономка. – И укоризненно посмотрела на мужчину.

– Девушке надо отдохнуть, Арвор. А тут мы со своими историями и крысами, – крыс потянулся к Кристе и та, вздохнув, погладила Куся по мордочке.

– Так и быть, пойдем на кухню, налью тебе самую капельку молока. Но не больше! Отдыхайте, диа.

– Спасибо, – искренне поблагодарила Тайлин. И, уже закрывая дверь, окликнула экономку.

– Криста, а где комната триса Эйса?

Экономка остановилась и повернулась к диа. Выглядела она немного смущенной. Смотритель встал на несколько шагов впереди. Куся на его плече сосредоточенно выкусывал что-то из шерсти.

– Раньше его комната была напротив вашей. Но трис Эйс переехал в одну из комнат для прислуги. Сказал, что ему много места не надо.

– Спасибо… – интересно, что-то кроме службы в Крепости интересует ее новоявленного нареченного?

Когда Тайлин закрывала дверь, вдоль стены за Арвором, пригнувшись, пробежала парочка маленьких серых пасючков. Мужчина пошевелил пальцами, и пасючки, почти не сбавляя хода, запрыгнули к нему на спину и перебрались на левое плечо. Крыс Кусь продолжал важно восседать на правом. Диа поежилась. Дрессированные крысы, кто бы мог подумать, а! Интересно, сколько их вообще в Крепости? Нет, Тайлин ничего не имела против крыс. Но одно дело наблюдать за ними издалека, а другое – принимать ванную в окружении десятка любопытно поблескивающих глазок. Или проснуться и увидеть свиту, которая, шевеля чешуйчатыми хвостами, отконвоирует тебя к завтраку. Интересно, что по этому поводу думает трис Эйс? И увидит ли она его сегодня вообще?

Глава 3

Криста в самом деле была хорошей экономкой. На одной из полок шкафа Тайлин обнаружила стопку пушистых, еле уловимо пахнущих мыльным корнем полотенец, рядом – аккуратно запакованный в бумагу новенький набор маленьких мылец для волос и тела. На соседней полке, тоже новые, гребни, расческа и даже флакончик духов. Ненавязчивая «летняя трава», аромат, не выходящий из моды, кажется, никогда. На полке выше аккуратно была сложена тоже новая ночная рубашка, простая, скромного кроя с длинными рукавами и полностью закрытой грудью. И то правда, вдруг невеста от волнения забудет с собой привезти. На рубашке кокетливо прилег пакетик травяных леденцов «для успокоения нервов». Диа хмыкнула, взяла одно из полотенец и закрыла дверцу шкафа. Хотелось помыться и переодеться, а еще пройтись по Крепости одной, без чужих глаз. Заглянуть в каждый уголок и, если повезет, из какого-то уголка выколупать триса Эйса, все еще не снизошедшего до знакомства с невестой.

Аккуратно приоткрыв дверь и прижав к груди сменное платье, полотенце и комплект своих собственных туалетных принадлежностей, диа выглянула наружу. Ни крыс, ни людей, лишь тишина и ветерок, гуляющий по коридору. Тайлин дошла до ванной и потянула на себя неожиданно легко поддавшуюся дверь. Зашла внутрь и уважительно покачала головой. Ванная комната была хороша. Обтесанные стены сохранили легкую шершавость, по которой было приятно провести ладонью. Светильники с горящими «огоньками» давали достаточно света, чтобы не надо было напрягать зрение. На полу лежали чисто вычищенные плетеные циновки, но и без них ногам было бы не холодно – камни подогревались, то ли благодаря теплому источнику, идущему где-то под горой, то ли благодаря поддерживаемому бытовому заклинанию. Хотя, заряженного энергокристалла Тайлин нигде не увидела. Сама ванная на тяжелых ножках стояла у одной из стен. В стене была выдолблена ниша, в которой стояло несколько флакончиков, мыло на деревянной подставке и почему-то лежал пояс от халата. Положив вещи в нишу, диа покрутила краны. Холодная, очень теплая и пахнущая серой вонючая, видимо, целебная, из третьего крана. Критически осмотрев ванную (чисто) и на всякий случай протерев ее стенки ладонями, Тайлин подняла голову и столкнулась со звериной мордой, смотрящей на нее сверху, из стены. Рядом примостился еще один кран. Диа покрутила его и в лицо ей тут же плюнуло водой из львиной пасти.

– Ага, – сказала Тайлин, вытирая лицо рукавом рубашки. Выкрутив краны, она отрегулировала температуру воды и принялась расстегивать пуговицы. На предпоследней ей пришло в голову, что она не закрыла дверь на засов, и в любой момент в ванную может зайти тот же трис. Рубашка скользнула на пол. Следом отправилась короткая сорочка, и диа обхватила себя руками за плечи. Допустим, дверь откроется. Трис шагнет вперед и увидит спину диа. Она резко обернется и…

– И он извинится, выйдет, а ты будешь стоять дура дурой, – сказала самой себе Тайлин и, подойдя к двери, задвинула засов. Такой же дурой, как тогда, на приеме одного из высоких руководителей архсовета, куда отчима пригласили вместе со всей семьей. За полгода до этого в городе открылась книжная лавка, где, среди прочего, продавались пикантные романы. Неслыханная дерзость и разврат по мнению старшего поколения. Незамужним женщинам и юношам, младше двадцати трех, романы не продавали. Но, к счастью, совладелица лавки, поставлявшей сырье для лавки-лечицы, была дамой и замужней, и весьма прогрессивных взглядов. А еще они подружились с Тайлин, которая пару раз в месяц забегала в лавку, передать очередной список заказов. Так что после каждого визита диа уносила с собой очередной роман, где лобзали, вздыхали, касались и целовали до головокружения. Диа, выросшая в любви и уважении к старым добрым сказкам (в детстве) и серьезным книгам по естественным наукам (во время учебы) и сама не могла бы сказать, откуда в ней такой интерес к таким историям. Может из-за привычки докапываться до самой сути каждого интересующего ее явления – а отношения между мужчиной и женщиной точно были не тем явлением, которое стали бы с ней обсуждать. Может из-за того, что она не видела будущего для себя. Того будущего, где касаются и просят оказать честь и согласиться на обряд. А, может, не было никакой важной причины. Просто Тайлин нравились эти истории и все. Накрученная романами, восемнадцатилетняя Тайлин пообещала себе, что непременно узнает, что же это такое: головокружительный поцелуй. Случай представился как раз на приеме архотдела, куда была приглашена знакомая семья, иногда бывавшая у них в гостях. И их сын, высокий юноша, загорелый и белозубый, который всегда так живо поддерживал разговор и был так мил и вежлив. Дис Нелис. Его-то Тайлин и увела на балкончик через несколько часов от начала приема, под предлогом, что у нее ужасно закружилась голова от всего этого шума, танцев и количества людей. До этого она несколько раз невзначай коснулась руки Диса и получила одно касание и один долгий взгляд в ответ. Но оказалось, что Дис Нелис был совершенно не готов к тому, что его лицо вдруг обхватят руками. И что потом его поцелуют. А Тайлин с разочарованием обнаружила, что мокрые вялые губы не имеют ничего общего с теми сценками, которые так живо описывали авторы романов. Ну а две престарелые диа, как раз решившие приобщиться к свежему воздуху и созерцанию звезд были шокированы, возмущены и «потеряли дар речи», как они потом выговаривали матери и отчиму Тайлин. Дис Нелис, пробормотав что-то невнятное, покинул балкон, Тайлин под вспотевшие от волнения руки вывели в зал и отконвоировали к родным, поджав губы и приговаривая, что только из уважения к трису Боро не стали поднимать шум. Хотя, Тайлин так и не понимала, что такого произошло, чтобы шуметь. Но самой неприятной была реакция мамы. Милая, добрая, всегда готовая выслушать дочь диа Силити превратилась в незнакомого человека, окаменевшего лицом. Ее тон был холоден и полон горечи. В молчании она ехала до дома, а затем, поднявшись в комнату дочери, прочла ей целую лекцию о том, что еще десять лет назад эта история поставила бы под удар репутацию всей семьи. Что ей стыдно за необдуманное поведение дочери и что это ужасно пошло в таком возрасте, без обручения, позволять себе такое. Словно ржавым ножом она ковырялась в душе Тайлин, выпытывая у нее, как ей вообще пришло это в голову. Были ли у нее поцелуи до этого и как далеко она планировала зайти. После разговора у Тайлин осталось ощущение, словно в нее плеснули грязью. Отчим отмалчивался, не решаясь вмешиваться, и лишь Дайс, дождавшись, когда мать выйдет из комнаты, зашел и обнял сестру.

– Если хочешь знать, в моем кругу никто бы тебя не осудил, – утешил он. – У нас в Академии давно уже куда более современные взгляды.

Диа тоже не стала себя осуждать, просто сделала выводы. Была граница откровенности и понимания, переходить которую было нельзя. Потом уже отчим устроил щедрый ужин, за которым Тайлин и мама помирились, потом уже все сгладилось и забылось, и они с диа Силити шутили, шептались и смеялись как прежде. Но невидимая граница, прочерченная Тайлин, так и осталась. И иногда диа казалось, что она не смеет переходить ее даже наедине с самой собой.

…И все-таки получилось почти как в романе. Заросший щетиной мужик в несвежей рубашке, со спутанными волосами и залегшими под глазами тенями не очень-то походил на свой элегантный слепок. Но это был ее жених, трис Эйс, спустившийся с третьего этажа и, судя по переброшенным через руку вещам, идущий в ванную комнату. Увидев Тайлин он остановился и недоуменно нахмурился.

– Я тоже рада вас наконец-то увидеть, уважаемый трис, – не сдержалась диа. Трис почесал рукой щеку и кивнул. Ни он, ни Тайлин обременять себя церемониальными приветствиями не стали.

– Диа Тайлин. Я прошу прощения, что не встретил вас как полагается. Мой ночной обход затянулся как и мой утренний отдых. Такая служба, сами понимаете.

«Нет, не понимаю» после такого ответить было бы глупо. Кроме того, Тайлин не обижалась. Чувствовала себя немного задетой – да. Но не более. В конце концов, какое ей дело до того, насколько ей не рад человек, с которым она надеялась скоро попрощаться?

– В какой комнате вы расположились? – так вежливо-непринужденно осведомился трис Эйс, словно они вели светский разговор в какой-нибудь гостиной. Диа показала рукой.

– Если вы не против, я зайду за вами немного позже. Думаю, нам надо многое обсудить, – предложил маг.

– Согласна с вами, – кивнула диа. И, посторонившись, пропустила триса в ванную. Постояла возле закрывшейся за ним двери и тряхнула головой. Неопрятный, заросший, усталый, но глаза выдают. Как там сказала Криста? «Волшба»? Магия. Чистая, мощная, ощущавшаяся каждой клеточкой тела. Диа зашла в свою комнату и без сил опустилась на кровать.

– Боюсь, братишка, тут помощи можно не искать, – пробормотала она. Наклонившись, достала из-под кровати один из чемоданов и, открыв его, потянулась к вшитому, неприметному на первый взгляд кармашку. Потом убрала руку и, откинувшись на подушки, закрыла глаза. Нет. Нет, сейчас ей нужна не легкая зыбь и туманная безмятежность, а ясная голова. Тайлин повернула голову и прищурилась, глядя на стену перед собой. Все те же искорки, что и поднимающиеся от цветов во дворе. Не нити, хвала богам, но проявление той магии, которую диа видеть точно не должна. Крепость была прошита заклинаниями насквозь. Дайс как-то, очень давно, пытался объяснить Тайлин, как маги видят магию.

– Это похоже на слои, – втолковывал он. – Разного цвета, разной интенсивности. Потоки, которые могут двигаться, а могут быть неподвижны. Есть так называемые общие слои. Это то, на чем строится вся наша магия. А есть кратковременные слои, которые создает маг, плетя заклинания внутри общих слоев. Чем сильнее маг, тем больше этих слоев и потоков он может видеть. Самые сильные видят даже скрытые, замаскированные слои чужой магии. Или вплетенные в чужие. Некоторые умеют видеть остаточные следы. Зависит еще и от таланта мага. Искусники, например, больше по заклинаниям, которые связаны с охраной, защитой, печатями, замками. Стихийники могут вытягивать магию или направлять ее не только из своего резерва, но и из общего магического фона. Кто-то лучше с водой, кто-то с огнем, кто-то с природой, потому и зовут «стихийниками». Есть еще универсалы-стихийники, но это большая редкость.

– Папа «говорил» с землей, – вспомнила Тайлин. Дайс вздохнул. Он плохо помнил отца и иногда это ужасно его мучило.

– Есть как я, по артефакторике, – продолжил брат. – Мы умеем спрессовывать слои и заключать их в разные амулеты, обереги и механизмы. И чинить их. Ну, про бытовое сама понимаешь. Архведомство – туда идут бытовые маги, но у которых лучше получается со структурами. Это важно в строительстве и планировке. Лекарство там, хотя это сложно, слишком большая ответственность и вероятность ошибки. В общем, сама знаешь основные деления. Но самое главное это то, насколько ты научишься работать с тем, что видишь. Есть еще специальные жесты, которые помогают направить сформировать и направить слой, и работать со своим резервом. Раньше считалось, что можно еще работать со словом. Что слова и звуки помогают менять структуру слоев и создавать новые заклинания. Но это так и осталось теорией. Хотя, это открыло бы такие перспективы…

Сейчас, прикрыв глаза и смотря на искры, Тайлин вспоминала тот разговор с братом. То, каким оживленным он был, тогда еще младший ученик, начавший постигать основы магии. И то, как ей хотелось хоть ненадолго увидеть магию самой. Потерев глаза, диа посмотрела на брошенные на пол грязные вещи. Надо бы найти Кристу и узнать, как передать в деревню стирку. Хотя, возможно, предполагалось, что жители Крепости не должны побрезговать делать это самостоятельно. Вздохнув, Тайлин снова поднялась на ноги. Хотя она и чувствовала себя уставшей, заснуть сейчас она точно не смогла бы. Перекинув одежду через руку, диа снова вышла из комнаты. Спустившись по лестнице, прошла через отозвавшийся гулкой пустотой холл и, с трудом толкнув массивную дверь, вышла на залитый солнечным светом дворик. Ни экипажа, ни Дрейса, никого. Лишь стрекозы тихо звенели в воздухе и легкий ветерок касался прядей волос.

От пристройки с приоткрытой зеленой дверью раздался шум и тихое позвякивание.

– Криста? Арвор? – позвала Тайлин, подходя к пристройке и заглядывая за дверь. – Я хотела спросить… ох ты ж ничего себе!

Смотритель, сидевший на корточках у большой глубокой миски с молоком поставил на пол пустой кувшин и, поднявшись, молча и внимательно посмотрел на диа. Та, широко раскрыв глаза, смотрела на пару десятков крыс, которые, элегантно раскинув хвосты, пили из миски.

Воздух наполнило деловитое лакание. Серо-рыжие, темно-серые, светло-серые, крысы как по команде повернули к Тайлин свои морды, заставив девушку попятиться.

– Не бойтесь, моя команда вас не тронет. Они никого не тронут, – поспешно сказал Арвор.

«Пока я не прикажу», – пронеслось в голове у диа почему-то.

– Я не боюсь, просто для одного дня две подряд встречи с вашей… командой как-то неожиданно, – честно призналась диа. Крысы, отвернувшись, вернулись к трапезе.

– Вы знали, что крысы могут предчувствовать изменения магического фона? – наклонившись, Арвор почесал за ухом толстого крыса. – Трис, конечно, регулярно проверяет защиту Крепости и фон вокруг, но сила и влияние Края до конца не изучены. Крысы беспокоятся, если в защите появляются, скажем так, трещинки. Приходят, зовут. Главное, чтобы их услышали.

– Вы их так каждый день кормите? – Тайлин залюбовалась изящной, маленькой, темно-серой крыской, как-то особенно деликатно пьющей из миски. Если, конечно, про крысу вообще можно сказать «деликатно».

– Нет, часто давать молоко нельзя, для здоровья вредно , – серьезно, будто о детях ответил Арвор. – Но они и так знают, где достать вкусный кусочек.

Тайлин, оторвавшись от созерцания грызунов, наконец огляделась вокруг. Пристройка была разделена на две части. Меньшую занимала пара пустых стойл со свежим сеном. Видимо на тот случай, если в Крепость прибудут верхом. Ну или как Тайлин, в экипаже. Большая была отведена под хозяйственную часть. У одной стены чинно выстроились в ряд садовые инструменты, часть их висела на специальной стойке. Рядом стоял длинный стол с аккуратно выставленными коробками, корзинками, бутылками и еще какими-то инструментами, назначения которых Тайлин и не знала. Напротив стола возвышалось нечто белое, похожее на широкую и высокую металлическую бочку с хитрой системой рычагов и шестеренок. Кажется, диа видела похожее в прачечной, куда они с мамой регулярно сдавали белье. Магия магией, но тратить ее на каждую сторону быта было бы слишком расточительно даже для сильного мага. Смотритель проследил за взглядом Тайлин и затем посмотрел на перекинутую через ее руку одежду.

– Если вам удобно, вы можете оставить все, что нужно для стирки, в вашей комнате, в специальной корзинке. Криста заберет. Либо, если хотите, Криста покажет вам как пользоваться «чистожимкой». Последняя модель, трис Эйс заказал сразу же, как появилась в продаже. Чтобы не тратить много времени на стирку и сушку.

Почему-то Тайлин показалось, что выбрать вариант «Криста покажет» будет правильнее. А еще она вдруг поняла, что выглядит, мягко говоря, странно, стоя перед Арвором с брюками и рубашкой в руках. В их семье нравы были достаточно вольные для пусть небогатого, но все же благородного рода. Тайлин спокойно могла гоняться за братом, пытаясь попасть ему по спине своим платьем за то, что он назвал его цвет «цветом печальной болотной кочки». Они спокойно обсуждали с родителями самые разные темы, не брезговали относить свои вещи в стирку, почти не пользовались услугами слуг, разве что периодически приглашали садовника да помощницу по дому. Наверное, придется пересмотреть некоторые свои привычки. Хотя бы на время пребывания в Крепости.

– Благодарю, Арвор. Я тогда… сама найду Кристу.

– Она в кладовой, выбирает продукты на ужин, – невозмутимо сообщил смотритель.

– Из всех богов прошу я внимания покровительницы дев Цилин, – пробормотала Тайлин, быстрым шагом идя обратно к Крепости и старательно глядя на мыски своих сапог, чтобы спрятать от стрекоз и солнца стыдливый румянец. – И зачем ты меня наградила такой способностью попадать в глупые ситуации. Лучше бы подарила мне большие сиськи.

На последнем слове диа подняла голову и резко остановилась.

– Что-что вы сказали? – переспросил гладко выбритый, одетый в чистейшую рубашку и прекрасно сидевшие на нем брюки трис Эйс. Эта версия жениха выглядела намного более опрятнее предыдущей, встреченной в коридоре. Тайлин распрямила плечи, чуть выше вздернула подбородок и спрятала за спину руки вместе с уже надоевшей ей грязной одеждой.

– Я говорю, прошу прощения, вы можете зайти за мной через несколько минут, – с достоинством ответила она и, обогнув триса, зашла внутрь Крепости. Рукав рубашки грустно волочился за ней по земле.

Проснулся трис от того, что солнце светило ему в глаза. Моргнув, маг потер лицо руками, медленно сел, поведя затекшими плечами и бросил взгляд на часы. Кристаллики помутнели на четверть.

– Четверть кристаллов, скоро должна прибыть диа Тайлин, – вспомнил трис. И, принюхавшись к себе, нахмурился. Надо было срочно приводить себя в порядок. Каким бы нежеланным ни был визит, трис должен был встретить нареченную, показать ей Крепость, дать отдохнуть и уже потом объясниться с ней. С первыми тремя пунктами маг опоздал. Увидев выходящую из ванной невысокую шатенку, чьи ноги обвивало простого кроя, нежно-голубое платье, трис чуть не споткнулся. Остановившись, он скользнул быстрым взглядом по влажным, собранным в тугой пучок волосам, четкой линии скул и, столкнувшись с недобрым пристальным взглядом больших, окруженных длинными ресницами глаз, недоуменно нахмурился.

– Я тоже рада вас наконец-то увидеть, уважаемый трис, – сказала шатенка. Голос у нее был звонкий, как капли дождя. Как капли, стекающие по ее шее и теряющиеся в ткани платья на границе с ключицей. Трис заставил себя сфокусироваться. Некрасиво вышло, но не нарочно. Что он и постарался пояснить, как он теперь понял, своей невесте. К его приятному удивлению диа не стала ни злиться, ни делать грустное лицо. Молча выслушала его короткое объяснение, согласилась с тем, что им нужно объясниться и ушла. Трис постоял, глядя ей вслед, неопределенно хмыкнул и зашел в наполненную горячим паром ванную, еще хранившую легкий ягодный запах, видимо от мыла. Нежеланная невеста, видимо, тоже любила воду погорячее. А года три назад, кажется, в моде были холодные умывания.

Быстро приводя себя в порядок, Эйс строил в голове порядок разговора. Возможно, ему повезло и диа Тайлин действительно сдержанная, разумная девушка. Значит, есть шансы, что она быстро поймет и примет его аргументы. Если так, то это значительно упростит дело.

Скинув грязную одежду в корзинку у ванной для Кристы (заниматься стиркой Наблюдателю Крепости не то, чтобы было не по чину, а просто некогда), трис вышел, прошелся по коридору, восстанавливая почему-то сбившееся дыхание, и, подойдя, постучался в дверь диа. Ответом была тишина. Трис постучал снова, подождал немного и решил, что вряд ли девушка забыла об их договоренности и легла отдохнуть. В конце концов, ей наверняка неприятно, что жених ее не встретил и наверняка любопытно, что он из себя представляет. Спустившись вниз трис заглянул во все комнаты, но нашел только Кристу, сосредоточенно складывающую что-то в кладовой. Мимо прошуршала крыса, быстро перебирая лапками. Наверное, сегодня Арвор снова кормил всех в подсобке. Любовь смотрителя к крысам казалась магу странной, учитывая, что магическим талантом Арвора была вовсе не анималистика. Но неудобств эта странность трису не причиняла. К тому же, смотритель, видимо, неплохо понимал своих подопечных. Во всяком случае, уже несколько раз он предупреждал триса о найденных крысами мелких трещинках в магической защите Крепости. Учитывая необычный фон, идущий от Края, маг считал важной любую мелочь. Пройдя через холл Эйс окинул быстрым взглядом скудную обстановку и в который раз вспомнил элегантное убранство отчего дома. Нет, трис спокойно бы жил и в куда более скромных условиях, но где-то в глубине души он, все же, не отказался бы от того, чтобы Крепость стала чуть больше похожа на дом, а не на работу. Криста старалась как могла, но Крепости нужна крепкая рука настоящего хозяина. Или хозяйки. Усмехнувшись, трис толкнул дверь и вышел на залитый солнцем двор. Подняв голову к небу он принялся изучать редкие прозрачные облака. Хозяйка… Хозяйка должна любить свой дом. Хотеть согреть его для себя и своей семьи. Вряд ли уместно ждать этого от девушки, которую силком вытащили сюда.

Солнце грело, ветер легонько обдувал кожу и Эйс на какие-то мгновения позволил себе расслабиться, закрыть глаза и ни о чем не думать. Скрипнула дверь, то ли кухонная, то ли подсобки. Трис привычно заглянул внутренним взором в защитные слои Крепости – полный порядок – со вздохом открыл глаза, опустил голову и увидел идущую прямо на него невесту. Пряди ее волос высохли, выбились из пучка и пушились по плечам, платье чуть сползло с одного плеча, а через руку были перекинуты рубашка и… брюки? Трис приподнял бровь. Тайлин смотрела себе прямо под ноги и триса, кажется, не видела.

– …сиськи, – расслышал трис Эйс, когда девушка уперлась в него и, наконец, подняла на него глаза. Впрочем, ему наверняка показалось.

– Что-что вы сказали? – решил уточнить трис. Девушка раздраженно повела плечами и спрятала одежду за спину.

– Я говорю, прошу прощения, вы можете зайти за мной через несколько минут, – отчеканила она и, обогнув Эйса, скрылась в Крепости. Мужчина проводил ее взглядом и неопределенно хмыкнул.

– Арвор, – негромко позвал он, но смотритель услышал. Вышел из подсобки и неторопливо подошел к трису.

– Что хотела диа?

– Диа Тайлин искала, куда можно деть грязную одежду, трис. Очень… сдержанная диа, если позволите отметить.

Эйс удивился. Обычно смотритель не делился своими наблюдениями без запроса триса.

– И в чем же это выражается?

– Она не стала кричать на моих крыс, трис, – да, не оценить этого Арвор просто не мог.

– Все-таки магия иногда ошибается, – покачал головой трис. – Тебе определенно нужно было родиться анималистом, Арвор. Или твоя любовь к животным распространяется только на крыс?

– Позволю себе не согласиться, трис, – что-то глубоко затаенное мелькнуло и пропало в глазах смотрителя. Слой едва заметно всколыхнулся, словно откликаясь, и тут же успокоился. – Магия никогда не ошибается. Вопрос в том, куда она нас приведет. Если я вам сейчас не нужен, с вашего разрешения займусь корреспонденцией. Вам сегодня пришло с десяток писем из города.

– Ерунда, наверное все старые знакомые интересуются насчет ежегодного семейного вечера где я, конечно же, опять не буду, – Эйсу не очень понравился уклончивый ответ смотрителя равно как и колебание слоя его магии. С другой стороны, Арвор ни разу еще не дал повода усомниться в нем. А причины лезть в детали прошлого смотрителя больше, чем он уже знал, у триса не было. Отпустив Арвора, Эйс постоял еще немного, выжидая приличное время, и отправился за своей невестой. Пришла пора откровенного разговора. Хорошо, почти откровенного. Тайлин открыла дверь сразу, как трис постучал, видимо, ждала. Она успела перезаплести волосы в недлинную косицу и теперь нервно подергивала ее кончик, смотря на Эйса так пристально, что тот засомневался, может, у него на лице что не так?

– Вы уже осмотрели Крепость? – вежливо спросил Эйс. Тайлин покачала головой.

– Тогда предлагаю начать с библиотеки. Там будет удобнее вести разговор, – трис галантно предложил девушке руку. Шла диа быстро, трису даже не пришлось подстраиваться под ее шаг. И молчала, то ли от волнения, то ли робела, то ли не считала нужным начинать сейчас бессмысленную болтовню. Впрочем, на пороге библиотеки девушка нарушила молчание восхищенным и искренним «вот это да!», чем, откровенно говоря, трису польстила. Библиотека была единственной комнатой, которой маг действительно уделил внимание и сделал под себя. Высокие стеллажи были заставлены книгами до самого потолка. Часть уже была здесь, часть трис привез из дома или выписал из книжных лавок. Пол был покрыт мягким ковром темно-синего цвета, вдоль одной стены стоял диван с подушками – когда-то у триса Эйса даже было время полежать на нем с книгой. Напротив, у камина с аккуратно сложенной стопкой дров, стояли пара кресел и низкий столик. И, конечно, светильники. Много светильников с высокоуровневыми «огоньками». Окно в комнате было одно, прямо за диваном. Высокое, широкое и смотрящее прямо на гору. С этого ракурса из него не было видно даже бегущую внизу реку, так что трис большую часть времени держал окно занавешенным тяжелыми темно-зелеными шторами.

– Прошу вас, – трис предложил Тайлин сесть в одно из кресел, а сам опустился в другое.

Девушка опять пристально смотрела на него, взгляд у нее был такой, словно она хотела бы разобрать триса по косточкам. Маг даже быстро пробежался по слоям магии вокруг – ничего. Лишь по краешку взгляда прошло какое-то быстрое серебрение, но слои в принципе не славились стабильностью цвета, а серебристый не значил ничего. Его не существовало в классификации каких-либо заклинаний.

– Уважаемая диа, – начал было маг. Тайлин моргнула, словно выплывая из какого-то сна.

– Вы же тоже не хотите этой свадьбы, правда же? – выпалила вдруг она. Эйс осекся. Тоже?

– Давайте просто подождем три месяца и подадим в суд. Я могу уехать хоть завтра и обещаю, больше вы обо мне не услышите, – девушка говорила уверенно, но пару раз ее голос все-таки дрогнул. – Я не знаю, почему ваш отец решил активировать договор, но…

– Милая Тайлин, – «милая» прозвучало так, словно трис говорил с маленьким ребенком, который вот-вот раскапризничается. – Я не думаю, что именно мой отец вспомнил о договоре. Возможно, он не сказал «нет», но я уверен, что сама инициатива исходила от Совета. От кого-то очень влиятельного из членов Совета, если быть точнее. Во всяком случае, если бы отец был против, он бы… связался со мной, чтобы обсудить это решение.

– Но мы же все равно можем сказать в суде, что не согласны на этот брак? – голос Тайлин звучал так, словно она совсем не ожидала, что трис не схватится радостно за возможность отказаться.

Трис Эйс побарабанил пальцами по ручке кресла.

– Можем, но пока что я не готов вам этого обещать.

Девушка глубоко вздохнула и сцепила пальцы рук так крепко, что аж костяшки побелели.

– Почему? – казалось, сил у нее хватило только на этот короткий вопрос.

– Потому, что по правилам я не должен жить в Крепости один. И хотя до сих пор мне удавалось отбиться от навязываемых мне напарников, Совет попыток не прекращает.

Включая регулярные проверки от этого самого Совета. Если я оставлю вас здесь, я получу передышку. И постараюсь понять, как убедить Совет отвязаться от меня.

– А если нет? – опять этот немигающий взгляд. Совы у нее в роду были, что ли.

– На первый взгляд вы кажетесь разумной девушкой. Мы можем поладить.

– Я могу очень быстро исправиться.

Трис едва заметно улыбнулся. Ему понравился этот неожиданный ответ. Как и реакция девушки на, надо признать, не самую галантную постановку вопроса.

– Я обещаю не надоедать вам, оплачивать ваши расходы, не лезть в то, как вы будете вести хозяйство в Крепости и по возможности составлять вам компанию за ужином. Я не буду препятствовать приезду ваших родных сюда, в гости, и, когда Совет успокоится, я готов дать вам развод, если дело все-таки дойдет до брачной церемонии. Я даже попрошу близких друзей пустить в свете слух, что я оказался настолько уныл, невыносимо зануден и побит работой, что вы стали чахнуть рядом со мной от скуки и я принял решение отпустить вас.

– Вы прекрасно знаете, что суд крайне редко допускает разводы, – вздернула подбородок Тайлин. – Для этого должны быть очень, очень веские основания.

Трис скользнул взглядом по длинной белой шее. Опять серебристая вспышка на краю сознания. Надо будет все-таки проверить слои тщательнее. Или магия так реагирует на его эмоции? Или эмоции диа, если Крепость уже решила признать ее хозяйкой? Интересный феномен, надо будет послать запрос, может, кто-то из Наблюдателей описывал схожий.

– Не переживайте, роду Дарго, да еще и Наблюдателю Крепости полагаются некоторые… привилегии. Обещаю дать вам щедрые отступные. Вы будете молодой, независимой, обеспеченной и уверен, у вас не будет недостатка в поклонниках.

– Мне не нужны такие привилегии. Цилин, в конце концов, сейчас не Робкий век, когда у женщины не было права на какое-либо сопротивление и принятие решений! – все-таки выдержка изменила диа. Вскочив с кресла, она принялась нервно расхаживать по библиотеке, перебирая пальцами косицу. – Несколько дней назад я знать про вас ничего не знала! Жила себе спокойно, помогала маме в лавке-лечице, ужинала со своей семьей, читала книги. Сначала меня как собачонку выдергивают сюда – ваш отец даже не удосужился связаться с моей семьей! Теперь вы со своими… глупыми планами! И моя семья любит меня достаточно, чтобы мне не нужно было переживать о своей независимости, будущем или чьем-то там внимании! – от избытка эмоций Тайлин даже топнула ногой. У триса внезапно похолодели кончики пальцев, как бывало иногда, если он выкладывался в особо мощном заклинании единым выбросом силы. Наверное, где-то в глубине души он тоже волновался на тему разговора с невестой. Слишком контролировал свои эмоции, чтобы казаться абсолютно уверенным в своем плане, вот и «вылезло» в теле. Правда была в том, что трис допускал и такую мысль, что девушку мог завербовать Совет, чтобы она докладывала о его состоянии. А покинуть Край трис сейчас не мог. Никак не мог. Хотя, если так, то актерскому мастерству диа оставалось только позавидовать. Бледность лица сменил румянец, глаза горели от злости, губы налились алым. Трис Эйс тоже поднялся с места и подошел ближе к Тайлин. Та притихла, смотря на мага. Странно, он ведь ничего не сделал, ничего еще не сказал. Разве что слой магии рядом колыхнулся, отзываясь на усталое раздражение и кончики пальцев снова потеплели. Нет, трис не злился на диа. Ее чувства были вполне понятны. Скорее, на ситуацию, на которую он был вынужден теперь тратить время и силы.

– Уважаемая диа, я приношу свои извинения за поведение моего отца, – искренне сказал Эйс. – Честно говоря, меня он так же проигнорировал и об активации договора я узнал из письма Совета. Но вы должны понимать, что Совет это очень влиятельная организация, это одна из основ, на которой держится наше общество. У Совета есть свой, достаточно строгий кодекс. И свои ограничения в праве использования магии и власти. Но Наблюдатели слишком ценны. Я слишком ценен. Нас не так просто заменить другим магом, но если мы выгораем и не признаемся в этом, может случиться огромная беда, когда мы просто не сможем справиться с Краем и какими-либо его проявлениями. Я уверен в том, что со мной все в порядке. Совет – нет, ведь некому доложить обо мне, в случае того, если я стану не в порядке. Некому поддержать меня. И если Совет решит чем-либо шантажировать вашу семью, чтобы хотя бы вы удержались рядом со мной – он это сделает.

Тайлин опустила голову. Казалось, вся энергия вдруг покинула ее и она выглядела теперь очень уставшей. Трис протянул руку и деликатно коснулся ее плеча кончиками пальцем.

– Я обещаю, что если получится, я не стану удерживать вас здесь, – мягко сказал он.

– Тебя, – отозвалась девушка.

– Прошу прощения?

– Я предлагаю перейти на «ты». Нас тут всего четыре человека, странно вести себя так, словно мы незнакомцы на званном вечере, – Тайлин подняла голову и посмотрела на триса. Нет, она даже не сделала попытки вежливо улыбнуться, но хотя бы и плакать не стала.

Эйс кивнул.

– Согласен. Тогда надеюсь увидеть тебя сегодня за ужином. Криста обещала приготовить отбивную с брусничным соусом и овощами и свой фирменный пирог. Это очень вкусно, честно.

– Я не против, – вот теперь на губах девушки появился какой-то намек на улыбку. – Встретимся за ужином.

Дверь в библиотеку уже давно закрылась за ушедшей Тайлин, а трис все еще стоял и задумчиво потирал кончики пальцев друг о друга.

Глава 4

– Посмотри, как красиво.

Тайлин замотала головой и зажмурилась. Нити, пронизывающие комнату, сейчас были едва заметны. Но в этой призрачности картины была своя красота. Казалось, будто все пространство укрыто тонкой серебристой паутинкой.

– Чего ты боишься?

Всего. Что она коснется нити и что-то сломается. Что она заденет нить и магия Крепости обрушится на нее. Что она в принципе видит какие-то там нити. Идущие из неоткуда в никуда. И слышит шепот в своей голове. Может, она проклята? Ведь будь в ней хоть капля магии, это давно заметили бы. Но ни один маг, ни один человек не видел в ней ничего необычного. Шепоток исчез, нити тоже и Тайлин, выдохнув, открыла глаза. По-хорошему, было самое время выпить парочку травяных шариков мамы, чтобы обрести то знакомое состояние безразличной расслабленности, когда никакие эмоции не вызывают видение нитей. И вообще почти ничто не вызывает эмоций. Но не перед важным разговором с трисом Эйсом, нет.

Трис зашел за Тайлин очень скоро и диа, стараясь сосредоточиться, молча шла за ним до библиотеки, даже не пытаясь завязать разговор. Судя по тому, что Эйс тоже молчал, его это вполне устраивало. Ходить вокруг да около Тайлин не хотела, поэтому задала вопрос сразу, без обиняков. Пусть маг быстрее поймет, что ей не льстит этот брачный договор и для нее это наказание, а не возможность. Девушке казалось, что трис будет рад ее откровенности и честности, решению, которое она приняла. Тем неожиданнее был его ответ. Разочарование было таким острым, что Тайлин до боли сплела между собой пальцы – отвлечься на физические ощущения. Не помогло. Когда она подняла голову и снова посмотрела на триса, то замерла, не в силах отвести взгляд. Нити оплетали мужчину большим сияющим коконом, пронзая тело с ног до головы. Часть нитей, ближе к сердцу и горлу была немного темнее, но даже она все равно испускала свет намного ярче, чем какие-либо виденные до этого Тайлин нити. Собственно, людей она раньше такими и не видела. Зрелище было незнакомым и прекрасным. Вдвойне прекрасным от того, что почему-то диа была уверенна, что даже если она попробует коснуться нити, даже если желание станет непреодолимым, она ничего не сможет сделать магу. Красота и ужасающая сила его магии были столь очевидными, что диа…расслабилась. Видение нитей исчезло и трис снова стал трисом. Говорящим такие несправедливые вещи, что от злости у Тайлин перехватило дыхание. Злость была, страха и печали – не было, а нити больше не появлялись. Зато появилось что-то, отдаленно напоминающее сочувствие. В жесте и тоне мага. И как бы диа не хотелось возразить, справедливость и разумность его слов она понимала и принимала. Не было смысла обижаться на триса, требовать, угрожать или закатывать сцены. Он был честен с ней и в глубине души Тайлин была с ним согласна. У нее не было уверенности, что Совет оставит ее семью в покое. Проще было заключить с Эйсом соглашение о мирном сосуществовании в Крепости. К тому же Тайлин верила, что он действительно будет всеми силами стараться найти способ убедить Совет в том, что жена ему не нужна. А если не получится… заглядывать на три месяца вперед у диа пока что не было никакого желания. В конце концов, если трису правда полагаются особые привилегии, пусть поставит персональный портал к ней домой, чтобы родные могли свободно приходить в Крепость, а она – к ним. Хотя, наверное, это будет слишком дорогим удовольствием даже для Эйса.

Возвращаться в комнату Тайлин не стала, а решила, наконец, осмотреть Крепость. Первым делом диа зашла в гостиную. Большая комната освещалась солнцем, чьи лучи проходили через несколько окон в стене, справа от входа. Золотистые шторы были отдернуты и перевязаны завязками с тяжелой бахромой. Стена напротив окон была удручающе пустой, все тот же обработанный камень, ни картины, ни гобелена. Напротив входа была закрытая дверь, видимо, ведущая в кладовую, слева от нее стоял большой, сияющий начищенными стеклами шкаф для посуды. Полки в нем были заполнены от силы на треть. Посередине комнаты лежал темно-зеленый, квадратный ковер. На нем стоял большой овальный стол из темного дерева и вокруг – шесть стульев из того же материала, обитые зеленой тканью. Пожалуй, единственным примечательным пятном во всей гостиной была воистину огромная, развесившая в разные стороны «паучьи лапки» люстра, на которой Тайлин насчитала аж пятнадцать «огоньков». В пустоте комнаты казалось, будто неведомое чудовище готовится напасть на стол.

– Удручающее великолепие, – пробормотала девушка, закрывая дверь. В кладовую она пока решила не заглядывать. Было бы странно изображать из себя хозяйку в первый же день в Крепости. В гостевые комнаты Тайлин решила не заходить, в туалете, приятно удивившем ее фарфоровой роскошью расписанного цветами бачка, и, о боги, полочкой для книг она уже была, так что, девушка сразу поднялась на третий этаж. С трудом подавив соблазн посмотреть, как и в какой из комнат для прислуги расположился трис – просто интересно, насколько маг неприхотлив и погружен в работу – Тайлин остановилась между двумя небольшими коридорами. Поколебавшись свернула вправо и, дойдя до массивной двери, с трудом потянула ее на себя. Дверь вела на смотровую площадку. Широкую, огороженную высокими каменными перилами. С площадки просматривался внутренний двор, дорога, вплоть до поворота, и даже можно было разглядеть кусочек реки, текущей внизу. Тайлин высунулась по пояс за перила и ей показалось, что там, где гора сливалась со стеной Крепости, она увидела краешек переливающейся пленки, переходящей в черноту. Чернота пульсировала, наливаясь чем-то чужим. Тайлин поспешно отвернула голову и посмотрела в другую сторону. Там золотилось цветочное поле и за ним виднелся лес, заманчиво зеленевший листвой деревьев. Смотреть туда было намного приятнее.

Больше ничего примечательного на площадке не было, так что диа без сожалений покинула ее. Второй коридорчик так же закончился дверью, на сей раз с неожиданными витражными вставками, изображавшими цветы. Витраж было бы неплохо как следует отмыть, сейчас цветы выглядели скорее удрученными, нежели радовали глаз, и, проведя пальцем по пыльному лепестку, Тайлин открыла дверь.

– Цилин, да как так можно! – охнула огорченная девушка. Когда-то тут был маленький сад. Небольшая площадка смотрела на горы, в это время дня еще пропускавшие достаточно света. На полу стояли пара десятков горшков, с тем, что отчаянно цеплялось за жизнь. Было видно, что цветы старались поливать – одна из плетистых роз даже смогла дорасти до своей опоры. Но, в целом, сад был скорее мертв, чем жив. Прежний владелец, видимо, заботился о цветах. Горшки были подобраны по размеру и их было удобно переносить в дом в холодное время года. По площадке были размещены опоры для вьющихся растений, которые так же можно было перемещать. Вот этот вьющийся горошек, например, прекрасно смотрелся бы у одной из стен в гостиной.

Сердце Тайлин дрогнуло.

– Посмотри…

– Нет! – вслух ответила девушка. – Смотреть я буду только на цветы и видеть только их. Сейчас я найду Кристу или Арвора, спрошу, что есть для сада и попрошу триса купить то, чего не достает. И вдохну сюда новую жизнь. И я не буду видеть никакие нити, слышать голоса или бояться, что я опять что-то трону и цветок просто рассыплется в пыль. Понятно?

Злость помогла не хуже маминых травяных шариков. Подтянув рукава, Тайлин быстро спустилась вниз, во двор. Арвора нигде не было, зато Криста магичила на кухне, мурлыча под нос песенку и помешивая что-то ароматное в небольшой кастрюльке.

– Как вы, моя дорогая, – так искренне спросила она диа, что «дорогая» выглядело не фривольно, а вполне по-родственному и заботливо.

– Кажется, застряла тут на какое-то время,– не стала лукавить и изображать вежливую радость Тайлин, присаживаясь за стол. – Криста, я хотела спросить вас. Кто ухаживал за садом там, наверху Крепости, до триса Эйса?

– Трис Лейно, предыдущий Наблюдатель, – со вздохом отложила в сторону ложечку экономка. Она казалась расстроенной. – Всегда в молитвах его вспоминаю. Надеюсь, он смог поправиться. Если бы не он, сожрал бы Край наши Золотые Рохи и не подавился бы. Он иногда приходил в деревню лично, выбирал удобрения для своих растений, инструмент сам осматривал. И посоветовать сам мог, что вдоль дорожки к дому лучше посадить, что в тени, а что солнышко любит. Говорил, цветы его успокаивали.

– Я бы хотела попробовать снова заняться садом, – не стала ходить вокруг да около Тайлин. – Вы можете сказать, к кому обратиться в деревне? И что осталось из инструментов триса Лейно, удобрений и прочего?

Криста задумчиво прижала палец к подбородку.

– Все, что осталось, я попрошу Арвора поднять наверх, в Крепость. А что нужно докупить… Вы, диа, лучше у триса Эйса попросите.

– Мне совершенно не сложно прогуляться до деревни самой, заодно и познакомлюсь со всеми, – упрямо мотнула головой Тайлин. И только потом до нее дошло, что, наверное, обустройство сада это тот пункт расходов, который лучше утверждать у триса лично, а не через Арвора или Кристу. Да и вообще, что там трис говорил? Обещает оплачивать расходы? Вот пусть и начинает.

Тайлин улыбнулась своим мыслям.

– Спасибо, Криста.

Остаток дня диа провела, раскладывая вещи и обживаясь в комнате. Рутинная и несложная работа тем не менее довольно сильно ее вымотала. Эмоционально Тайлин было тяжело привыкнуть к мысли, что она на самом деле остается в Крепости. И что никто не может пообещать ей сейчас, что это время ограничится тремя месяцами. А свадебный обряд? Даже думать про это было страшно, это что-то из другой жизни, из одной из тех книжек, в которых обязательно «жили долго и счастливо». Проводить обряд, заранее зная, что это фарс и с ее стороны, и со стороны Эйса, разве Тайлин это заслужила? Диа села на пол, прижимая к себе слепок семьи, который как раз собиралась поставить на столик. Внезапная мысль пронзила ее. А что, если к тому моменту, когда трис сможет действительно устроить развод, для нее будет слишком поздно? И никто уже не повстречается ей на ее пути.

– Пока мама не придумала рецепт, ты была уверена, что состаришься в своей детской комнате, – сказала Тайлин вслух, восстанавливая дыхание. – Поэтому хватит додумывать проблемы раньше времени. Трис найдет способ скорее решить этот вопрос.

Закончив разбирать чемоданы, Тайлин быстро написала несколько строк родным. Все равно надо будет завтра сходить и отправить письмо. А еще спросить у триса, наверняка в Крепости есть свой кристалл вызова. Можно будет поговорить с братом и рассказать о первом впечатлении от триса Эйса. Читать длинные письма Дайс не любил.

До ужина оставалось совсем немного времени. Тайлин, посмотревшись в зеркало, пригладила руками волосы, отряхнула платье и, расправив плечи, уверенным шагом спустилась в гостиную. Трис уже был там, за сервированным белоснежным сервизом столом. По центру стола уже исходило паром большое блюдо с отбивными и овощами, рядом, в изящном соуснике, расписанном цветами, стоял соус. Пирог, прикрытый чистым полотенцем, ждал чуть ближе к краю.

– Добрый вечер, Тайлин. – Эйс, поднявшись, отодвинул для диа стул. – Надеюсь, ты не против, если нам придется самим ухаживать за собой за столом? Я всегда отпускаю Арвора и Кристу до конца ужина. Не вижу смысла им задерживаться в Крепости. Посуду я в состоянии отнести на кухню и положить в воду и сам.

– Я тоже не вижу никакой проблемы в том, чтобы самой отрезать себе пирог, – кивнула Тайлин. – Но уверена, что Криста хотела бы сразу вымыть посуду перед уходом домой, а не отскребать ее утром. Пусть даже она отмокала всю ночь в воде.

Сразу в хозяюшки? Резво, но почему бы и нет.

Трис выразительно приподнял правую бровь. Тайлин, усилием воли стараясь не обращать внимание на голосок в голове, через силу улыбнулась.

– У нас дома нет постоянной прислуги. Иногда приходят помощница по дому и садовник, но мы с братом привыкли с самого детства помогать родителям. Наш род не из богатых, никто из нас не видит смысла тратить нелишние деньги на то, чтобы нам вытерли пыль или прислуживали за столом.

– То есть, Криста не стала возражать мне только потому, что стесняется? – уточнил трис, разрезая мясо на тарелке и аккуратно накалывая кусочек вместе с тушеной морковкой на вилку. – Та Криста, которая в первый же день работы отчитала меня, что в моей кладовой даже крысам Арвора есть нечего?

– Возможно, она не хотела показаться невежливой или чтобы вы… ты подумал, что она не ценит твою заботу? – Тайлин попробовала мясо. Оно просто таяло во рту и проголодавшаяся диа решила, что нет смысла тратить время на вежливые разговоры. Лучше сосредоточиться на еде. Судя по аппетиту, с которым трис ел, он полностью поддерживал этот настрой, и некоторое время в гостиной царила тишина, нарушаемая только позвякиванием вилок. Тянуться за второй добавкой Тайлин постеснялась, хотя не отказалась бы. Но, в конце концов, нужно было еще попробовать многообещающе пахнущий пирог. Трис собственноручно разлил в чашки горячий, ароматный настой на травах и ловко нарезал пирог.

– Хочешь узнать что-нибудь о деревне или Крепости? – спросил Эйс, кидая на диа мимолетный, но внимательный взгляд.

Тайлин кивнула.

Сложно было сказать, что маг был хорошим рассказчиком. Скорее, он излагал факты, подкрепляя их какими-то своими заметками и наблюдениями, но в какой-то момент диа поймала себя на том, что заслушалась. Ей понравился голос триса: спокойный, глубокий, мягкий и неторопливый. Эйс не частил, не пытался вставлять шуточки для того, чтобы расцветить рассказ, но знал несколько действительно интересных деталей и про строительство Крепости, и про Золотые Рохи, и про историю всей местности. Тайлин хотелось спросить, почему и как трис Эйс оказался здесь, расспросить его о семье, узнать о нем что-то за пределами понятия «Наблюдатель». Пусть младший, но все же сын одного из самых старых, знатных родов, сильный маг, невозмутимо сгребавший остатки пищи в специальный мусорный ящик и ставящий оставшееся жаркое и пирог на нетающий лед в кладовой в голове у диа не сходились в одного человека никак. Но задавать такие вопросы в первый же день знакомства, наверное, было неуместно. Или надо было быть увереннее в себе и чуточку наглее. К просьбе купить все для сада трис отнесся с равнодушным спокойствием. Цветы мало его волновали, но денег ему было не жаль.

– Как я и сказал днем. Заказывай все, что тебе нужно. Я оплачу присланные расходы, – ответил трис, выслушав Тайлин.

– Я ведь могу и попросить прислать модные каталоги из города, – попыталась пошутить Тайлин. Эйс не улыбнулся, лишь пожал плечами.

– Значит, я оплачу эти каталоги. Но ты не кажешься девушкой, которая побежит скупать все лишь потому, что ей стало доступно чуть больше возможностей.

Можно было бы обидеться, приняв это сомнительное замечание за намек на то, что Тайлин не знает, как жить в настоящем достатке или как позволить себе красиво побаловать себя, но смысла не было. Эйс сказал лишь то, что успел и смог увидеть в диа. А это было чистой правдой: у Тайлин и в мыслях не возникло идеи пуститься в лишние расходы. Нет, она не откажет себе, если ей будет нужно новое хорошее белье. Но в Крепости рядом с Золотыми Рохами ей точно не понадобится кружево-паутинка от «Уважаемой диа Тервор». Перед кем здесь в нем красоваться? Перед крысами? О да, они, возможно, не отказались бы попробовать обновку на зубок.

На том и распрощались, вежливо пожелав друг другу доброй ночи. Диа отправилась к себе, а трис, по его словам, готовиться к ночному обходу Края. Тайлин решила даже не уточнять, почему обход нужно делать ночью. Медленно и сыто поднялась по лестнице на второй этаж, потянулась от души, благо, никто не видит и решила, что и правда лучше бы лечь спать пораньше, чтобы с утра сразу отправиться в деревню. Закрыв за собой дверь в комнату, Тайлин повернулась к кровати и, вскрикнув, подбежала к оставленному на полу открытым чемодану. Мешочек с ее травяными шариками был вытащен из закрытого кармашка, точнее, в нем была прогрызена внушительная дыра. Сам мешочек был распотрошен, все шарики – тщательно обкусаны, а на полу возле чемодана, скрючившись, лежала темно-серая крыска с длинным хвостом и трогательными розовыми ушками.

– Нет. Нет-нет-нет-нет-нет! – Тайлин опустилась на колени и схватила зверька на руки. Видение – так же сложенные чашечкой руки, такая же отчаянная мольба – нахлынуло на диа, заставив часто-часто задышать, прогоняя непрошенные слезы.

– Что ты видишь?

На этот раз девушка даже не сопротивлялась зову. Нити были тусклые, почти прозрачные, ни импульса, ни сияния, ничего. Тайлин наугад провела пальцами над нитями, чувствуя себя абсолютно беспомощной. Никакого толку. Голос в голове, да и только.

– Да как же так, – прошептала девушка. – Это же просто мамины травы. Там нет ничего такого…Глупая, зачем ты вообще к ним полезла?

Прижав неподвижную крыску к себе, диа думала, что делать дальше. Найти Эйса? Исключено. Да и что она скажет? Что боится, что Арвор расстроится? Что не может просто так выбросить трупик? Что ей жалко обычную серую крысу, зачем-то решившую издохнуть в ее комнате? Нити были все так же тусклы. Крыса же была еще теплой и мягкой, видимо, умерла незадолго до прихода Тайлин. Может, положить крыску в шкаф и утром отдать Арвору? Диа была вынуждена признаться самой себе, что ей очень не хочется видеть лицо смотрителя в тот момент, когда она передаст ему грызуна. Конечно, можно это пережить, посочувствовать и убежать, но… если трис узнает? Если решит спросить, что именно случилось с крысой? Глупо звучит, конечно. Какое Эйсу дело? С другой стороны, когда она ехала в Крепость, она точно не ожидала обнаружить тут кота у которого договор о ненападении с ручными крысами. Или экономку, которая чует волшбу. Или засохший сад с видом на горы. Впрочем, кто сказал, что Арвор знает каждую крысу Крепости в… морду? Тайлин повернула голову к окну. Солнце уже почти село, но до полной темноты время еще было. Неподалеку от Крепости ведь есть лес. Хорошее место для того, чтобы похоронить пострадавшую, в общем-то по вине Тайлин, крысу. Можно было бы зарыть и в поле, но вдруг трис Эйс выглянет из неподходящего окна и увидит невесту, сосредоточенно ковыряющуюся в земле. А так можно сказать, что ей просто захотелось прогуляться перед сном.

– Надеюсь, тут не водятся змеи, – пробормотала диа, заворачивая крыску в один из своих шарфиков. Накинув куртку, она прикрыла шарфик, придерживая его рукой, и выскользнула из комнаты. В Крепости царила тишина. С уходом Кристы и Арвора дом словно погрузился в сон. Ни крыс, ни Бафо, ни хозяина Крепости, триса Эйса.

Пока диа шла к воротам, ей пришло в голову, что те могут быть уже закрыты на ночь. Створки действительно были сомкнуты, но стоило Тайлин потянуть одну из них за кольцо, как ворота беззвучно стали открываться. Видимо, трис Эйс уже внес невесту в список доверенных лиц, которым было разрешено управлять базовой защитой Крепости. Хмыкнув, Тайлин вышла на похрустывающую песком под ногами дорогу. Справа возвышалась стена гор и неприятно темнел обрыв. Подойдя, девушка разглядела блестевшую внизу реку, но подходить еще ближе не решилась. Слева золотилось в последних лучах солнца поле, а за ним темнел лес – не так уж и далеко, если идти быстрым шагом. Сойдя с дороги, диа кораблем, взрезающим золото моря, направилась сквозь поле. От цветов поднимался тонкий, нежный аромат, мошкара почти не кусалась, ночной холод еще не опустился на землю, и, если бы не трупик крысы под курткой, прогулку можно было бы назвать приятной. Такой она оставалась чуть дальше середины поля, а потом солнечные лучи как-то резко скрылись, небо из розово-лилового выцвело в просто лиловый и стало промозгло. Тайлин зябко поежилась и ускорилась, а затем и вовсе побежала. Идея с похоронами крысы стала казаться глупой, и чем ближе был лес, тем глупее. Это были обычные деревья, зеленевшие налившейся листвой. Под ними росли нежно-голубые цветы и белел ковер ползучки. Но отчего-то диа было так неуютно, словно она пришла на заброшенное кладбище. Дойдя до края леса Тайлин остановилась.

Видишь?

Вижу.

Нити. Черные, серые и темно-синие, где-то сияющие, где-то тусклые, оплетали деревья и уходили вглубь леса, насколько Тайлин могла видеть. Повинуясь зову, Тайлин, пригнувшись и пройдя под тремя тусклыми нитями, приблизилась к пульсирующей черной. Нить казалась живой. Не злой, ни доброй, ни страшной, но другой. Это слово всплыло в сознании диа и казалось удивительно подходящим. Другая. Просто другая.

Опустившись на коленки, Тайлин взяла так вовремя подвернувшийся под руку толстый обломок ветки и принялась копать ямку. Положив в нее шарфик с крыской, засыпала землей и провела ладонью, поглаживая.

– Пусть милосердные боги покоя примут тебя, – прошептала Тайлин. И с внезапной ясностью поняла, что ей пора. Сумерки сменились ночью за пару морганий. Вот еще вокруг все было видно, а теперь – лишь очертания, пульсация нитей и холодный свет луны, заливающий пространство вокруг, но беспомощно тонущий там, в глубине леса.

Положив палку, Тайлин поднялась, нырнула обратно под нити припустила бегом через поле, уже не задумываясь ни о возможно прячущихся в траве змеях, ни о ямках или бугорках, о которые можно споткнуться. Возвышающаяся впереди Крепость с одиноким сияющим окошком казалась ей оплотом уюта и надежности.

От дороги через поле к ней навстречу шла мужская фигура. Тайлин вздрогнула и тут же облегченно выдохнула.

– Я думал, ты отправилась спать, – заметил трис Эйс хмуро. Диа взяла его под руку, с радостью ощутив теплую ауру силы и надежности, исходящую от мужчины. Ей до сих пор казалось, что что-то пристально смотрит ей в спину из леса.

– Мне захотелось прогуляться перед сном. Поле выглядело очень красиво, я и не знала, что так быстро стемнеет, – стараясь не дрогнуть голосом соврала Тайлин. Свечения от Эйса она, хвала богам, больше не видела. То ли переволновалась и устала, то ли это был разовый «подарок». Трис покачал головой.

– Вон тот лес за полем это Каменный пролесок. Я попрошу тебя не ходить туда одной.

– Почему?

Потому, что там паутина из нитей и что-то, чему я не могу подобрать название?

Трис помедлил с ответом, вглядываясь за плечо диа. Потом отвернулся и повел Тайлин обратно к воротам в Крепость.

– Если зайти чуть глубже, то туда, проходя сквозь гору, выходит Край. Он «съел» часть леса. Обойти можно, но без меня лучше не пробовать. Местные жители заходят в лес ближе к деревне и в эту сторону не приближаются.

Тайлин показалось, что трис что-то не договаривает, но куда как важнее была информация про Край. Очень неприятная информация.

– Подожди, ты сказал «сквозь гору»? То есть, Край проходит внутри нее?

– В том числе, – кивнул трис. Они подошли к воротам и маг остановился.

– То есть, Крепость находится еще ближе к Краю, чем кажется? – не унималась диа.

– Тебе ничего не угрожает. Я отслеживаю все возможные колебания Края. На Крепости стоят очень сильные защитные заклинания. Если будет хоть малейшая опасность, я открою экстренный портал и отправлю тебя прямиком в отделение Департамента Магической Защиты в Трисвеле.

– Сделаю вид, что меня это успокоило, – пробормотала диа. – Ты идешь внутрь?

Трис покачал головой.

– Нет, я начинаю свой обход снаружи Крепости. Точнее, со смотровой площадки. Оттуда я тебя и увидел.

Тайлин медленно высвободила свою руку.

– Тогда еще раз доброй ночи. Спасибо, что встретил меня. Обещаю, я не пойду одна в Каменный пролесок.

– Доброй ночи, диа, – Эйс подождал, пока девушка зайдет внутрь дома и снова вышел за ворота. Повернул направо и начал обходить Крепость по узкой тропинке между обрывом и стеной. Внизу глухо журчала река, поблескивая в лунном свете. Маг медленно шел вперед, гоняя в голове мысли. Мысли прыгали с неожиданно спокойного и приятного вечера до внезапно полученного сообщения. Думать о вечере было приятно. Думать о сообщении – нет. Трис вспомнил, с каким аппетитом диа накинулась на мясо и улыбнулся краешками губ. Второй раз за этот день его нежданная невеста выдавала себя, выходя за рамки образа сдержанной, скромной, тихой девушки. Первый раз когда разозлилась в библиотеке. Второй раз, когда даже не смутилась невежливому в приличном обществе молчанию за ужином. По всем правилам трису полагалось развлечь диа беседой, а диа – не давать этой беседе потухнуть. Но, кажется, голод интересовал Тайлин куда как больше правил приличия, а трису и вовсе было не до этих игр. Тем неожиданнее было для него, когда беседа вдруг потекла сама собой. Да, на общие темы, про Крепость, про деревню, но разговор шел легко, без неловких пауз, без контроля что, как, каким тоном ты говоришь – вдруг нежная диа решит, что ты слишком скучен и слишком много говоришь о своей, прости боги, работе. Хотя, когда-то его рассказы о Департаменте вызывали восторг и неподдельный интерес…

Непрошенное воспоминание кольнуло триса и он, поморщившись, заставил себя думать о сообщении. Меньше всего он ожидал получить весточку от своего бывшего лучшего друга. Тем не менее, трис Кейсо, нарушив молчание, писал, что в узких кругах ходят слухи, что Совет, отчаявшись, раскопал где-то для триса невесту. Не может же это быть правдой? И если да, то что по этому поводу думает сам трис? Сообщение Эйс пока оставил без ответа. Отчасти потому, что не ожидал получить что-то от триса Кейсо и был взволнован, отчасти потому, что ему нужно было подумать. Эйс дошел до конца стены, спустился вниз по мшистым камням, заменяющим ступени на склоне, к берегу реки и остановился. Вода была будто разрезана вдоль на неравные части. Часть реки, пенясь, вытекала из-за поворота справа. Вторая часть возникала из неоткуда. Черная, переливающаяся пленкой стена шла до самого поворота, разделяя реку надвое, и трис знал, что дальше стена тянется до самой горы, входя в нее, проходя насквозь, уже за «спиной» Крепости, и выходя из горы в Каменном пролеске. Край высотой был в половину Крепости и истончался вверху до прозрачности, сквозь которую видно было небо. Сквозь черноту же не было видно ничего. И ничего там и не было. Река, гора, узкая полоска берега, все растворилось в Крае. Трис сплел знакомое до автоматизма заклинание и присмотрелся. Серая воронка потенциального разрыва не увеличилась, но странно мерцала, словно Край потревожили где-то в другом месте. В лесу? Надо будет сходить днем, проверить. Трис дошел до поворота, пристально вглядываясь в холодную, омерзительно чуждую пустоту. Знакомые серебристые искорки мелькнули и исчезли. Что бы то ни было, сегодня, кажется, оно было не активно. Вздохнув, Эйс сел на прохладный камень. Почему-то именно к ночи колебания Края были наиболее заметны в последнее время, но сейчас все притихло. И все же Край дышал и был жив, если эти слова вообще можно было применить к этому явлению. Трис вбрасывал заклинание за заклинанием, чувствуя, как они потихоньку вытаскивают из него силы. Поисковое. Взламывающее. Посылающее сигналы на общей магчастоте. Заклинание размытия слоя. Боевое, выжигающее все на расстоянии пары метров вокруг. Путевой клубок, разматывая который можно было найти дорогу или связаться с другим магом. Серая воронка сжирала все без следа, не реагируя никак и ничем. Серебряные искорки и вовсе отказывались складываться в обычную маленькую серебряную воронку, крутящуюся неподалеку от серой.

– Когда ж тебе икаться начнет, – устало сказал трис уже ближе к рассвету. Умом он понимал, что раз за разом бесполезно истощать свои силы было ужасно глупо. Но сидеть рядом с этой загадкой и просто ждать было вне правил триса. С Краем происходило что-то необычное, пока никому не угрожающее, но требующее понимания и разгадки. Так говорила интуиция, а трис ей верил. Иначе, будучи еще юным следочетом, пару раз просто бы не выжил. Та же интуиция сейчас шептала ему, что включать свои смутные подозрения в регулярный отчет будет лишним. Маг потер глаза и поднялся. Пора было идти спать. Шатало триса так, что он с трудом поднялся по склону и остановился, чуть нахмурившись. Наверху, обернув лапы хвостами, сидели два здоровых, рыже-серых пасюка. Увидев, что трис возвращается в Крепость, они как по команде подскочили и быстро убежали куда-то в сторону задней стены подсобки, где наверняка была незаметно прогрызена дыра. Крысы стали появляться через несколько дней после того, как Эйс начал свои ночные дежурства. Точнее, после того, как Арвор заметил «Вы выглядите очень усталым, трис. Что-то случилось с Краем?». А маг отмахнулся, сказав, что просто кое-что проверяет. Крысиная охрана наверняка была послана смотрителем. Убедиться, что с магом все в порядке? Сообщить, если ему станет плохо и он не вернется в Крепость? И что они тогда сделают, пробегут до Золотых Рох и пропищат сигнал тревоги? По-хорошему, история с крысами не укладывалась в биографию Арвора, даже с учетом всех известных трису деталей. Но та же интуиция упрямо говорила, что Арвор никогда не причинит Эйсу зла. И каким бы ни был секрет странного взаимопонимания смотрителя и крыс, помимо того, что магия Крепости несомненно резко усиливала умственные способности и Бафо, и грызунов, Арвор, скорее, беспокоился за мага, но не шпионил за ним. Да и странно было бы шпионить настолько неприкрыто.

Уже зевая и почти засыпая на ходу, трис добрел до своей комнаты и рухнул на кровать, не раздеваясь. Черный заспанный ком шерсти вылез из-под кровати, недовольно щурясь. Потоптавшись на месте, Бафо все-таки прыгнул на кровать и, басовито мурча, улегся рядом с Эйсом. Трис положил руку на кота и подтянул к себе ближе.

– Хорошо иногда, все-таки, кого-то обнять, – пробормотал Эйс, проваливаясь в сон.

Утром, после прогулки в лес, Тайлин с тревогой вглядывалась в Арвора. Но если тот и заметил пропажу одной из крыс, то ничем не выдал своих эмоций. Лишь вызвался проводить диа, узнав, что она собирается в деревню, но Тайлин вежливо отказалась. Ей хотелось пройтись по окрестностям одной, побыть наедине со своими мыслями. Впрочем, такая возможность представилась уже за завтраком – Эйс его проспал и Криста, качая головой, посетовала, что с таким режимом уже не знаешь, как позаботиться о трисе.

– Вчера за ужином вы очень о нас позаботились, мясо было просто потрясающим, – утешила зардевшуюся экономку Тайлин. И, поколебавшись, спросила:

– А можно я приглашу вас позавтракать со мной?

Экономка, хоть и была польщена, тем не менее категорически отказалась завтракать в гостиной. Сошлись на кухне.

– Криста, можно я буду задавать вам неловкие вопросы? – отхлебнув сладковато-мятных трав сказала девушка.

– Можно, диа, – улыбнувшись ответила Криста, поправляя полотенце на свежеиспеченном пироге.

– Что вы знаете о семье триса? – Тайлин с трудом удержалась, чтобы не приподнять полотенце и не отщипнуть свежую корочку, как всегда делала дома. Мама шутливо хлопала ее по рукам, потом отламывала кусочек, прибегал брат, если это был не учебный день и, конечно, тоже тянулся к пирогу… Усилием воли диа прогнала воспоминания. Нет, здесь она не дочка любящей мамы, а диа, невеста триса. Пусть она не знает всех тонкостей и правил, но щипание пирога точно входит в какое-то из них, причем в значении «нет».

Между бровями Кристы появилась морщинка.

– Только общие слухи, диа. С отцом трис почти не общается, мама триса умерла, когда он был совсем маленьким. Несчастный случай возле одного из разрывов.

– Она входила в группу исследователей? – удивилась Тайлин. Криста покачала головой.

– Этого я не знаю. Дочка нашего пекаря вышла замуж и уехала в Трисвел, а ее муж вел дела с кем-то из Кайшса. Он, узнав о назначении триса сюда, и поделился тем, что слышал в Кайшсе о семье Дарго. Еще у триса есть старшие братья, но я ничего про них не знаю.

По правде говоря, никто из них ни разу не приехал к трису в Крепость, – оживившись, экономка спросила:

– А вы, диа? Вы будете приглашать кого-то из семьи в Крепость?

Тайлин замялась.

– Честно говоря, мы были уверены, что трис Эйс… согласится с тем, что… что все это несколько поспешно и мы совсем друг друга не знаем, – попыталась подобрать она нейтральные определения. – Но, пока что я здесь и, думаю, прежде чем кого-то приглашать, мне надо самой освоиться в Крепости.

Криста оказалась чутким человеком. Поняв, что Тайлин неловко говорить на эту тему, она тут же увела разговор в сторону забавных деревенских историй и сплетен, так что время пролетело совсем незаметно и приятно для обеих собеседниц. Когда Тайлин, попрощавшись, вышла, уточнив, точно ли одна дорога ведет в Золотые Рохи и как долго ей идти, на кухню почти сразу зашел Арвор.

– Дичка пропала, – сходу сообщил он. – Может, нашла себе пару и загуляла, но она совсем маленькая, ей еще рано.

– Не расстраивайся. Бафо точно никого не мог тронуть. А чужим в Крепость не попасть, – положила руку на плечо смотрителю Криста.

– К Крепости нет, а снаружи, если Дичка вышла… Арвор быстрым движением положил свою ладонь на руку Кристы и тут же убрал. – Ты не слышала, что утром говорили в лавке Итины?

– Сегодня утром я слышала только ворчание своей мамы, – отмахнулась Криста, ставя на плиту ковшик и разводя огонь, чтобы заварить новую порцию трав.

– У нее пропала курица. А у мясника пару дней назад кто-то напугал коров в хлеву. Голодных собак и кошек у нас нет, значит, звери из леса. А с чего бы вдруг им сейчас рисковать и выходить к людям, когда полно пропитания? Даже зимой такого не бывало.

– Думаешь, что-то случилось?

– Думаю, что надо рассказать трису. Мало ли что.

Арвор замолчал и Криста поняла, что он думает, не могло ли это «мало ли что» напасть на Дичку. Кому-то любовь взрослого серьезного мужчины к каким-то крысам могла показаться нелепой, но кузнец, например, каждое утро ворковал со своими курицами. И вряд ли кто-то рискнул бы назвать нелепым человека, чей удар мог отправить в могилу с первой попытки. Кроме того, Кристу искренне восхищало умение Арвора найти общий язык со своими подопечными. Пусть у них и были такие чешуйчатые хвосты.

Вдруг Кристе пришла в голову неприятная мысль.

– Диа Тайлин собралась идти в Золотые Рохи сейчас. А что, если это небезопасно?

– Ну мы-то с тобой дошли сюда без каких-либо проблем, – резонно возразил Арвор. – Не думаю, что животное, ворующее куриц по ночам, решит под ярким солнцем напасть на человека.

Криста вздохнула.

– Все равно как-то мне неспокойно. Не знаю уж, почему. Вроде, неплохая девочка. Ведет себя совсем по-простому, не как диа, а как обычная лин. Но все равно чувствуется, воспитана, образована, не болтает глупого. Но мне кажется, что-то с ней не так. Что-то ее постоянно беспокоит. Словно внутри нее кипит все и скоро пар пойдет, как из-под крышки кастрюли.

– Она несколько дней назад узнала, что ей придется выйти замуж за незнакомца и жить рядом с Краем,– напомнил смотритель. Криста легонько шлепнула его полотенцем по плечу.

– Я не дура, Арвор, конечно, будь дело только в этом, я бы ничего не говорила. Но есть что-то еще…

– Мне не понравился тот маг, что привез ее, Дрейс, – сказал вдруг Арвор. – Он очень торопился вернуться, даже не стал отдыхать и почти не дал отдыха коням. И держался так, словно приехал не в Крепость, к своему же соратнику-магу, а на боевое задание.

– Может, его пугала близость Края? Ты сказал трису Эйсу?

Арвор покачал головой.

– Не вижу смысла напрягать триса каждой деталью. В конце концов, Дрейс уехал, – смотритель потер ладонью об ладонь. – Кстати, о трисе. Надо разобраться с напором воды из источника, пойду проверю, не проснулся ли.

– Тоже мне придумали, вонючка из источника, – проворчала Криста. – Обычной воды мало что ли.

– Так она и силы лучше восстанавливает, – назидательно поднял палец Арвор и Криста снова легонько шлепнула его полотенцем.

Прогулка до Золотых Рох была спокойной и приятной, хотя под солнцем Тайлин слегка вспотела. Она разглядывала цветы на обочине дороги, лениво летающих стрекоз, легкие облачка на небе и чувствовала себя неожиданно умиротворенной.

В какой-то момент дорога раздвоилась и показались первые дома, одно- и двухэтажные, сложенные из камня или кирпича, с крышей, покрытой черепицей и обязательным палисадничком. Заборы между домами были низкие, так что Тайлин могла разглядеть и огороды, засаженные почти позади каждого дома, и клумбы с цветами. Ямы на дороге, ведущей, видимо, в центр деревни, были аккуратно засыпаны щебнем. Жители Золотых Рох явно любили свою деревню и заботились о ней. Навстречу диа попались несколько жителей, внимательно оглядевших ее с ног до головы, но здороваться никто не спешил. Впрочем, Тайлин тоже не торопилась завязывать разговор. Дорога быстро вывела диа к маленькой квадратной площади. Традиционных для города памятников или фонтана на ней не было, зато по всему периметру сосредоточились лавки, над входом в которые висели большие таблички с изображениями мяса, башмаков, хлеба и прочих продаваемых товаров. Удивившись обилию торговли для простой, пусть и большой деревни, Тайлин обошла площадь и остановилась возле лавки, над которой был изображен топор. Возможно, садовый инструмент следовало искать тоже там.

Потянув на себя дверь, диа услышала как звякнул колокольчик. Войдя, Тайлин оглядела на удивление просторное помещение, разделенное на несколько частей высокими стеллажами. На полках и у стен стоял не только инструмент (ура, и садовый тоже!), но и кухонная утварь, горшки, флакончики с средствами против муравьев и тли, ведра, веники и прочий полезный в хозяйстве скарб. Хозяин лавки стоял за прилавком в конце, беседуя о чем-то с двумя посетителями. Впрочем, едва диа вошла в лавку, как беседа замолкла. Три пары глаз выжидательно уставились на девушку.

– Доброе утро, уважаемые ланы и лин, – поздоровалась Тайлин.

– День. Утро в деревне начинается с рассветом, – вместо приветствия ответил хозяин, буравя чужачку взглядом. Второй лан и лин на приветствие ответили молчанием.

– Уважаемая лин Криста посоветовала мне самой прийти сюда и заказать инструмент и удобрения для Крепости, – сразу зашла с главного Тайлин. И обворожительно улыбнулась. Лицо незнакомой лин пошло пятнами смущения и она неловко улыбнулась в ответ, сообразив, что склонять голову в знак вежливого приветствия диа уже как-то поздно.

– Так вы невеста триса? Добро пожаловать, я Керс, хозяин лавки, – вышел мужчина из-за прилавка. – Говорите, наша Криста посоветовала здесь купить, не из города заказывать?

– Так и сказала, лучше, чем у вас для Крепости товара не найти, – не моргнув глазом соврала диа. И добавила:

– Она у вас просто чудесная, я таких пирогов нигде никогда не ела.

Сердца присутствующих дрогнули. Видимо, Кристу в Золотых Рохах любили и уважали, и похвала в ее адрес стала тем ключиком, благодаря которому для Тайлин из задней комнаты достали «специальный инструмент, особая заточка, а как ножницы садовые в руку ложатся, вы только попробуйте», и удобрения, которые стоили на несколько монет дешевле всех прочих, а делались «только для своих, еще моя бабушка рецепт придумала, вы ни в одном городе такого не укупите!» и был кликнут сын хозяина, которому и поручили взять телегу и отвезти все в Крепость незамедлительно.

– Трис Эйс сказал, чтобы все счета присылались к нему, – поблагодарив хозяина сказала Тайлин. Керс добродушно махнул рукой.

– Там Арвор, он все решит и без того, чтобы триса тревожить. Хороший мужик, хоть и пришлый. Никогда не откажет в помощи, да и языком попусту не мелет.

– Пришлый? – переспросила диа. Керн кивнул.

– Ну так да, лет пять назад у нас поселился как. Сначала домик снял у Терсы, ее брат как помер, так она его домик сдавать начала. А потом как стал служить у триса Эйса, так и выкупил. Каждый месяц Терсе деньги отдает, трис сам договоренность заверил. Арвор ее составил так, что комар носа не подточит.

– В Рохах продаются домики? – удивилась Тайлин.

– Так вы не знаете разве? – в свою очередь удивился Керн. – У нас же тут целебный источник неподалеку. Прошлый Наблюдатель даже провел его в Крепость. С зеленолистня до опада сюда гости приезжают. Наш землеправитель здесь даже несколько домов построил чуть подальше, под сдачу. Можно приехать в Трисвел, оформить договор и внести задаток. Ну и мы, кто может, тоже сдаем. Кто комнатку, кто половину дома, кто и дом может.

– И что, близость Края никого не пугает?

– Так у нас же есть Наблюдатель, чего нам пугаться? – искренняя вера в силы триса Эйса была так трогательна, что диа подумала, что понимает, почему трис делает все эти ночные обходы и, по словам Кристы, выкладывается за пределами своих сил. Тайлин не очень представляла, что именно нужно делать, чтобы так тратить силы, но подвести людей, которые верят, что ты справишься с любыми проявлениями Края действительно никак нельзя. Попрощавшись, Тайлин вышла из лавки и, поймав еще несколько любопытных взглядов, медленно пошла обратно, в сторону Крепости. Едва она успела выйти на главную дорогу, как ее догнала телега, в которую была запряжена чистенькая белая кобылка. Управлявший ею уже знакомый диа мальчишка вежливо склонил голову перед девушкой.

– Милостивая диа, давайте я вас до Крепости довезу, если не побрезгуете рядом со своим инструментом сесть? Солнце уже вовсю печет. Меня, кстати, Ейго зовут.

Милостивая диа не побрезговала, облокотилась на бортик телеги и, прикрыв глаза, даже немного задремала, пока кобылка трусила вперед. Пока Арвор поднимал в сад покупки, кобылку напоили водой из колодца, а для Ейго Криста вынесла большой кусок пирога. Вернулся смотритель с деньгами и мальчишка, попрощавшись, уехал.

Следующие три дня Тайлин с утра до вечера пропадала в саду, медленно приводя растения в порядок, пересаживая, копая, удобряя, подпирая, обрезая и поливая. Триса Эйса она видела только за ужином, время которого трис попросил сдвинуть немного раньше. К приятному удивлению диа, маг серьезно отнесся к ее замечанию про Кристу и посуду, так что теперь экономка и смотритель уходили не до ужина, а после. По взаимному молчаливому согласию, Эйс и Тайлин ели в тишине, а за десертом говорили о чем-нибудь отвлеченном. Вечером третьего дня, например, это были книги.

– Я мало читаю, – сказал трис, зачерпывая ложечкой воздушный мусс – сегодня Криста превзошла саму себя. – В основном по древней истории и по истории магии. Мне нравится узнавать про то, как раньше жили и думали люди. Какие ошибки совершали и какие уроки из них извлекали. Иногда полезно оглянуться назад и сравнить то, что было с тем, что есть сейчас.

– А я люблю приключения, – призналась диа. Говорить о любовных романах она не решилась, а вот приключения хоть и были жанром легкомысленным, но, хотя бы, не порицаемым. – Конечно, это вымысел за гранью возможного. То, в какие переделки попадают герои, как ловко они из них выпутываются, какие совпадения у них случаются. Но все равно, жутко интересно.

– Как по мне, самое невозможное пишут в любовных романах, – заметил трис. Тайлин поперхнулась.

– В… романах?

Маг отпил из чашки и поднял на Тайлин спокойный взгляд.

«Как темнота в колодце источника, – подумала диа. – Ты знаешь, что на дне целебная полезная вода, но всматриваться в эту темноту все-таки жутковато».

– Прошу прощения, я не должен был касаться этого щекотливого жанра, – таким же ровным тоном Эйс мог сделать замечание о том, что сейчас начнется дождь или что нужно зажечь больше «огоньков».

«Во имя всех богов, не начинай этой ерунды!», – хотелось огрызнуться Тайлин, но она заставила себя сделать глубокий вдох и выдох и медленно досчитать до пяти.

Терпение. Спокойствие. Контроль. Три залога ее жизни.

Надо было промолчать, кивнуть и сделать вид, что смутилась. Надо было смотреть в тарелку, на ложечку, на скатерть. Куда угодно, а не снова ловить взгляд триса. Невозмутимый, непроницаемый. Не ясно было, трису правда жаль или не жаль ни капли, но он озвучивает все положенные в этом случае извинения. И зачем озвучивает, не глуп же, знал, что касается не самой приличной темы. Забылся? Провоцирует специально? Или просто говорит, что думает, потому что ему все равно, кто перед ним сидит?

От последнего предположения у Тайлин сдавило виски. Долгие годы она училась быть не очень заметной, но и не привлекать излишнего внимания своей незаметностью. Не самое простое занятие, если подумать. Неужели и здесь, окруженная горами, Краем и стенами не самой уютной, но безопасной Крепости она продолжит это делать?

Хочешь сказать, у тебя вдруг появился выбор?

Тайлин вонзилась ногтями себе в ладони.

– Это вовсе не обязательно, – спокойным ровным тоном сказала она вслух.

– Что именно? – поставив чашку на блюдечко, Эйс откинулся на спинку стула и посмотрел на диа. Та уже намеренно встретилась с ним взглядом.

– Извиняться не обязательно. Мы же просто говорим о разных книгах. И нет повода, чтобы краснеть щеками.

– А чем еще можно краснеть? – кажется, заинтересовался трис. Теперь, против воли, «покраснела щеками» диа.

– Мой брат так говорил, когда был маленьким. Вот у нас в семье эта шутка и прижилась, – ответила она, опустив глаза. Ничего особенного Тайлин не рассказала, но все равно ей не хотелось выдавать магу хоть что-то «домашнее». Дом – там. Рядом с родными.

– Звучит мило, – опять этот нейтральный тон. Милое пирожное. Милая традиция. Милая шутка. Тайлин вздохнула.

– Чего я не понимаю в любовных романах, так это главных героев, – похоже, трис отнесся к словам диа серьезно и решил не изображать ненужную неловкость.

Тайлин отодвинула пустую вазочку из-под мусса в сторону и взяла в руки чашку. Настой уже успел немного остыть, а диа любила горячий, чтобы пить, обжигая рот. Но звать из-за этого Кристу девушка постеснялась.

– Героев? Не героинь? – переспросила Тайлин. Трис кивнул.

– Да. У меня была… я знал трису, которая увлекалась любовными романами. Мне стало интересно, что же такого она в них находит и я прочел несколько. Я не могу понять, если все главные герои, как на подбор, сильные, таинственные, красивые, ловкие и прочие, почему же они влюбляются в женщин, которые не могут дать им ничего, кроме дурного характера? То глупышка, то грубиянка, то хамка, то слезливая затворница. И ко всем ним герои проникаются любовью с первых же страниц, прощая самые нелепые поступки. Это… нелогично.

– Любовь не всегда логична, – возразила Тайлин. Эйс пожал плечами.

– Но она должна строиться на чем-то, кроме хорошенького личика или желания автора, – возразил он. Диа поставила чашку на место и повернула за ручку туда-сюда, разглядывая рисунок из переплетенных между собой листьев. Ответ на это замечание уходил, пожалуй, в область личного. Правильнее всего было бы промолчать и сделать вид, что ответить вообще нечего. Правильнее, проще и привычнее. Но вместо этого Тайлин вдруг, удивляясь самой себе, ответила:

– Может, так и должно быть? Чтобы каждая из читательниц, какой бы она ни была, могла просто отвлечься на историю, в которой будет настоящая любовь и счастливый конец? Хоть на пару мгновений поверить, что бывает красиво, бывает ошеломительно, бывает страстно, в конце концов…

Против ожидания Тайлин, Эйс не удивился ее ответу и даже не усмехнулся. Наоборот, нахмурился, словно что-то вспомнил.

– Страсть вообще не имеет ничего общего с настоящей любовью, – ответил он, чуть помедлив. – Страсть пройдет, а потом окажется, что люди смотрят совершенно в разных направлениях. Что тогда будут делать начитавшиеся красивых историй здесь, в реальной жизни?

– Но, например, в «Искре и льде» любовь как раз и строится на том, что герой и героиня сильные личности, полностью противоположные друг другу. И им приходится учиться уважать друг друга, чтобы вместе идти к общей цели: изучать Край, – тут же нашлась, что возразить Тайлин. Эту книгу она очень любила и даже взяла с собой в Крепость вместе с несколькими другими.

Глаза Эйса потемнели, но маг ничего не успел ответить – беседу прервали вошедшие в гостиную Криста и Арвор. Криста пришла убрать со стола, а Арвор задать пару вопросов по какой-то переписке триса. Тайлин вертела в руках чашку, вспоминая сюжет книги. Это было очень деликатное и очень искреннее произведение, не похожее на те, что диа удалось прочесть до этого. Казалось, его автор действительно прожила эту историю и вложила в нее что-то очень личное, не решившись раскрывать совсем уж личные детали, но умело интригуя легкой недосказанностью.

Еле слышное поскребывание со стороны входной двери вклинилось в мысли диа. Она повернула голову, прислушиваясь. Скребущий звук, усилившись, повторился. Словно коготком по камню провели. У Тайлин встали дыбом волоски на шее.

– Это Бафо? – спросила Криста, замерев с кувшином в руках. Видимо, ей звук тоже не понравился.

– Нет, я только что видел Бафо в библиотеке, – покачал головой Арвор. – Он так крепко спал, что даже не зашипел на Куся, как обычно.

Поскребывание стало еще громче и настойчивее. Определенно, оно доносилось снаружи, от входной двери.

– Может, кто-то из твоих крыс? – посмотрел на Арвора Эйс.

– Из крыс Крепости, трис, – вежливо поправил его смотритель. – И нет, крысы Крепости не имеют привычки скрестись… они знают, как попасть туда, куда им нужно, не прося, чтобы им открыли.

Скреб, скреб, СКРЕБ, – с такой силой ломиться в дверь должна была бы целая стая.

У Тайлин неприятно засосало под ложечкой, хотя тому не было никаких причин.

– Ладно, теперь мне действительно интересно, кто в состоянии царапать талорит так, чтобы аж здесь было слышно, – положив салфетку на стол встал трис. Арвор невозмутимо пожал плечами, но к двери подошел бок о бок с Эйсом. Трис на всякий случай сплел пальцы, готовясь вкинуть заклинание в незваного гостя. Конечно, Крепость была защищена, но кто его знает, какие еще сюрпризы может подкинуть долгое соседство с Краем.

Криста и Тайлин замерли поодаль в напряженном ожидании.

СКРЕБ.

Арвор вытянул руку и сделал пас, не подходя к двери близко. Та издевательски медленно, повинуясь заклинанию, открылась и Тайлин отчетливо поняла неумолимость выражения «все тайное однажды станет явным». Ее пованивавшая очень грязной крысой тайна, непостижимым образом вымахавшая размерами едва ли не больше немаленького Бафо, стояла, подняв лапку, и внимательно смотрела на людей. Испачканный в земле шарфик кокетливо обмотался вокруг туловища крысы и стелился по земле вторым хвостом. Не таким чешуйчатым, но почти таким же длинным.

– Писк! – радостно сказала крыса, выплевывая на землю палку. Кажется, ту самую, которой Тайлин выкопала крысиную могилку. Смотрела несостоявшаяся покойница прямо на диа.

– Ёж твою мать, это что?! – выдохнула экономка, не сдержавшись.

– Это крыса, – вежливо пояснил трис, не торопясь, впрочем, расплетать пальцы.

– Это Дичка, я не видел ее уже несколько дней, – дрогнувшим голосом уточнил Арвор. Смотритель все-таки знал каждую крысу Крепости в морду. Он сделал шаг вперед и медленно вытянул руку. Крыса понюхала воздух и, подумав, решила не клацать зубами. Запах был знакомым. Почесывание у носа – тоже. Но больше всего крысу интересовал запах от человека, который спас ей жизнь. Выдернул из черноты и положил в полную непонятной, щекотной силы землю, где крыса и пришла в себя. Сильнее, больше и бодрее, чем до этого. Кипучая, иная жизненная энергия переполняла Дичку, обостряя все инстинкты и привязывая к тому, кто в последний момент выдернул ее обратно из лапок смерти. Подойдя к Тайлин, крыса благодарно заклацала зубами. Со стороны казалось, словно она собирается наброситься на девушку и та сделала шаг назад.

– Все хорошо, – медленно сказал Арвор, обходя крысу и покачивая головой. – Она не укусит, это ее знак… признательности. Кажется, вы понравились ей, диа Тайлин.

Да уж, все просто замечательно.

– Ничего не хочешь рассказать? – безошибочно сделал выводы трис Эйс, поворачиваясь к Тайлин. Девушка неловко улыбнулась.

– Может, в библиотеку?

Глава 5

Расставаться с любимой новообретенной хозяйкой Дичка отказалась наотрез. Впрочем, смилостивившись, оставила грязную палку за порогом. Криста и Арвор провожали триса, диа и крысу взглядами. Криста – ошарашенным, Арвор – задумчивым. Идти просто убирать со стола и возвращаться домой после таких событий было решительно невозможно, так что экономка заварила обоим по свежему настою трав и они сели на кухне. Молча делая глотки и покачивая головой.

– Как такое вообще возможно? – нарушила, наконец, тишину Криста.

– По крайней мере, Дичка жива, – отозвался смотритель глухо. И кухня снова погрузилась в молчание.

Трису тоже было очень интересно, каким образом в его Крепости оказалась вонючая и ненормально большая крыса, и, главное, откуда она пришла в таком виде. Распахнув дверь библиотеки, он посторонился, пропуская Тайлин, но первой внутрь любопытно шмыгнула Дичка. Увидев спящего кота она вздыбила загривок и заскрипела зубами, на сей раз точно не дружелюбно. Проснувшийся Бафо моментально соскочил с дивана на пол и пространство комнаты наполнилось утробным воем. Забывшись, кот швырнулся к крысе – на это странно пахнущее существо уговор о ненападении точно не распространялся – и тут же получил когтями поперек морды.

– Дичка, не смей!

– Бафо, пошел вон!

Как ни странно, крыса действительно послушалась Тайлин не хуже собаки. Сделала шаг назад и села, не сводя взгляда с кота. Бафо, продолжая рычать, по дуге обошел Дичку, кинул на мага полный презрения взгляд и, распушив хвостище, выбежал в холл. Трис закрыл дверь.

– Прошу, – показал он жестом на уже знакомые диа кресла. Дождался, пока девушка опустится в одно из выбранных и сел в соседнее.

– Рассказывай, – не сводя с диа тяжелый, внимательный взгляд сказал трис. Сердце у Тайлин стучало как молот. Ни глубокие вздохи, ни счет про себя не помогали. Свечение окутало мага и нити, проходящие сквозь него, взвились вверх как диковинные растения.

– Красиво, – забывшись, выдохнула Тайлин, смотря на этот танец магии.

Трис выгнул бровь. Получалось у него как у истинного отпрыска древней знати. С должной пропорцией удивления и готовности ждать, пока собеседник не почувствует себя неуютно и не выложит все, что нужно магу.

– Что именно?

– Ты красивый, – быстро нашлась диа. Не говорить же, в самом деле, про нити. По правде говоря, Эйс действительно был хорош собой, но Тайлин относилась к этому так же, как к красивой картине на выставке. Она существует, но к самой диа не имеет никакого отношения. Вместо ответа Эйс выразительно перевел взгляд на крысу. Дичка, устроившись возле дивана, упоенно пыталась выгрызть в нем дыру. Почувствовав, что на нее смотрят, крыса подняла голову. Маг-Наблюдатель был Дичке явно не по резцам, поэтому резко поумневшая за последние дни крыса просто оставила диван в покое. Смутное чувство тоски по смотрителю всколыхнулось в Дичке. Уж он бы сейчас насыпал зерен, а не разглядывал с непонятным выражением лица.

– Я так понимаю, крысе ты хорошо знакома, – вернулся к разговору Эйс. – Ну или у тебя скрытый талант анималиста, который все проглядели. А тебе насколько она знакома?

Отпираться смысла не было.

– Я похоронила ее в лесу, – призналась Тайлин, поняв, что если будет врать, сделает только хуже. И рассказала трису все самого начала. Ну, почти все.

– Честное слово, шарики абсолютно безобидны, это просто смесь трав для… успокоения, – почти не соврала диа. – С Дичкой ничего не должно было случиться. Я вообще не понимаю, зачем она забралась в мой чемодан и чем ее так эти травы привлекли.

Трис потер подбородок.

– А где все разгрызенное? – поинтересовался он. Диа опустила голову.

– Я выбросила остатки сразу же утром.

– Почему мне не сказала? – чуть склонив голову набок, маг внимательно разглядывал Тайлин, словно прикидывая, верить ей или нет. Диа прикусила губу.

– Не хотела беспокоить тебя из-за крысы. И боялась, что Арвор огорчится.

– Но отправиться вечером в незнакомый лес не побоялась, – Эйс побарабанил пальцами по подлокотнику кресла. – Вот что. Пусть Арвор завтра попробует хотя бы вычистить шерсть этому дурно пахнущему недоразумению, потом решим, что с ней делать. А мы с тобой утром первым делом прогуляемся до Каменного пролеска.

– Мы же не отдадим Диченьку Совету Магов? – всерьез встревожилась Тайлин. Трис посмотрел на нее с искренним удивлением.

– Зачем Совету крыса-переросток?

– Ну, это же необычная крыса-переросток. Совет наказывает все, что выбивается из правил магии, – странно, но несмотря на то, что тревога Тайлин усиливалась, она перестала видеть нити. Может быть из-за того, что трис наклонился вперед, вглядываясь в лицо диа с недоумением и она вдруг увидела, что у него на носу есть несколько веснушек. Едва заметных, но так не вяжущихся с его отстраненными резкими чертами. Когда сосредотачиваешься на веснушках и потом взглядом скользишь по скулам, сложно одновременно разглядывать нити.

– Кого же по-твоему наказал Совет? – спросил Эйс. Тайлин постаралась, чтобы ее голос не дрожал. Даже столько лет спустя вспоминать про отца – живого отца – было мучительно грустно.

– Папа рассказывал, незадолго до… смерти. Что Совет забрал на изучение несколько магов, потому что их сила… была не похожа на все известное. И сказал, что вряд ли они… выйдут на свободу.

Эйс не мигая смотрел на слезу, застывшую в уголке глаза Тайлин. Девушка сердито сморгнула ее. Вот еще, ее воспоминания и ее семья это только ее дело, ее уголок в сердце. И если она и будет плакать, то одна, в комнате. А не здесь. Дичка, почувствовав настроение диа, поднялась с места и, подойдя, положила голову Тайлин на ноги. Маг едва заметно прищурился, словно что-то обдумывая.

– Я тоже до сих пор скучаю по матери, – неожиданно сказал он. По всем законам романов, сейчас трис должен был бы податься еще ближе и нежно стереть слезу Тайлин пальцем, но вместо этого маг наклонился и неожиданно погладил крысу за ухом. Та отозвалась бодрым чесанием задней лапой и принялась сосредоточенно выгрызать что-то из когтей.

– Твой отец не должен был рассказывать это семье, в то время дело секты Серого Знамени проходило как особо важное, с условием неразглашения, – воистину, трис умел переходить с темы на тему так быстро, словно с камня на камень перепрыгивал.

– Сейчас запрет с дела снят в связи с завершением расследования. А суть в том, что группа магов была поймана за… скажем так, противоестественными экспериментами над членами своей секты. Они утверждали, что знают, как использовать силу Края, чтобы изменить свою магию. Превратить ее в нечто иное, способное снести прежний порядок. Их эксперименты и идеи были сочтены настолько опасными, что Совет действительно поместил их под особую охрану. Но поверь, никто никого не хватал на улице и у них не было обнаружено никакой магии, не похожей на ту, что уже нам известна.

А вот и нет.

– А почему секта Серого Знамени? – отвлекаясь от шепотка в голове спросила Тайлин.

– Потому, что они были частью Ордена Серой Завесы. Орден считал, что Край может подсказать способ перейти границу между жизнью и смертью. Убрать завесу между миром живых и посмертием, вернуть того, кто умер недавно, оттуда. Они называли эту границу Серой Завесой. А одним из их символов было серое знамя. В честь того, что однажды Завеса будет пройдена. И мертвые близкие снова вернутся к своим родным.

Тайлин посмотрела на умиротворенно лежащую на ее ноге крысу.

– Край проходит в Каменном пролеске, – сообразила она. – Но честное слово, я ничего не знаю ни про какую секту. Да и я не уверена, может, я только решила, что Дичка умерла и…

– И она отлежалась в земле три дня, подросла как корнеплод и вернулась к тебе, – усмехнулся трис Эйс. – Не волнуйся, разумеется, я не думаю, что ты какой-то запоздалый поклонник и последователь секты. Тем более, для этого нужно, все-таки, быть магом. Край действительно иногда может оказывать влияние на живые организмы, но, пока что считается, что это влияние укладывается в рамки допустимого. Иначе, как понимаешь, рядом с ним не разрешили бы жить. Бафо явно умнее и покрупнее обычных котов, да и крысы тут… непростые. Вполне возможно, что Дичка это еще не изученное, более сильное проявление Края. И конечно же я не думаю, что она восстала из мертвых. Скорее всего, ты просто не поняла, что она еще жива. Она смогла разрыть землю сразу после того как ты ушла, отлежалась где-нибудь, изменилась и пришла к тебе. Из-за этого я точно не буду отдавать Дичку Совету. Но хочу, чтобы ты показала мне завтра, где именно оставила крысу.

– Спасибо, – искренне сказала Тайлин. – Тогда, до утра?

– До утра, – попрощался маг.

Дождавшись, когда диа и ее верная крыса выйдут и закроют дверь, маг поднялся с кресла и прошелся по комнате. Пожалуй, придется ответить на письмо. Не смотря на ссору, Кейсо оставался тем, кому трис готов был осторожно довериться. При некоторых условиях. Маг не сказал Тайлин, что не все члены секты были пойманы. Трис Кшесто, тогда еще разговаривающий с сыном, поделился с ним своими подозрениями по результатам внутреннего расследования. Вполне возможно, что среди членов секты были достаточно влиятельные и высокопоставленные люди, оставшиеся в тени. Возможно, секта снова подняла голову и если так, то Кейсо мог быть тем, кто подтвердит это трису Эйсу. Правда, и помудрить с защитной печатью послания придется, мало ли. Наверное, имеет смысл привлечь к этому Арвора – для искусника пятого уровня он был удивительно хорош в деле замков, печатей и маленьких охранных заклинаний.

Трис подошел к окну, отодвинул занавеску и вгляделся в темноту и свое собственное отражение. Надо было давно проверить Каменный пролесок. С тех самых пор, когда он засек там движение слоев. Но движение было единичным, неповторяющимся, и в своей попытке поймать разрыв Края, маг непростительно забыл про лес.

Конечно, он соврал диа. Он не был уверен, что крыса не была мертва. Возможно, каким-то образом сила Края, скопившаяся в пролеске, вернула крысу к жизни. Возможно, бредни Ордена были не такими уж и бреднями. И если так, то у него под носом может быть очень неприятный секрет. Который он не знает, кому доверить, а потому безопаснее пока будет держать все составляющие этого секрета при себе. Хотя бы некоторое время.

Трис вспомнил, как встревожилась Тайлин и усмехнулся. Неожиданно для себя он понял, что не отдаст Дичку Совету, даже если тот лично придет на порог Крепости. Просто это было бы неправильно, несмотря ни на что. А трис Эйс больше не собирался подводить кого-либо. Маг отвернулся и пробежался пальцами по корешкам книг на ближайшей полке. Усталость навалилась на него с новой силой. Сейчас бы лечь на диван, закинув ноги на подлокотник, взять в руки книгу и попросить принести бокал подогретого вина с пряностями. Погрузиться в чтение, а потом, подняв глаза от страниц, увидеть родную улыбку. Эйс с силой стиснул край полки и заставил себя прогнать мысленную картинку. Вдох-выдох, тишина, темнота. Равновесие. Не было больше у него никого, кого он хотел бы видеть в этой картинке.

Хватит.

– Крепость и долг, – напомнил себе маг, окончательно приходя в себя.

Впереди было еще много дел.

Приведя себя в порядок перед сном, Тайлин легла в кровать, приглушив несколько «огоньков». Она собиралась немного почитать, и только удобнее пристроила за спиной подушки, как Дичка, спрятавшаяся под кроватью, едва они вернулись в комнату, решила выползти. Покружив туда-сюда возле кровати, Дичка поскреблась в дверь.

– Даже думать не хочу, в туалет ты или на охоту, – пробормотала диа, открывая крысе.

Едва она погрузилась в чтение, как за дверью снова раздалось поскребывание.

– Вот ты… крыса, – проворчала Тайлин, со вздохом снова вставая.

Повеселевшая Дичка вспрыгнула на кровать, ввинтилась под одеяло, и, обхватив ногу легшей следом Тайлин жестким хвостом, кажется, собралась спать.

– Ты грязная и это негигиенично, – упрекнула Дичку Тайлин. Как ни странно, она совсем не боялась. Словно большая, вылезшая из могилы крыса была самым обычным делом. Хотя, кто его знает, что тут в Крепости рядом с Краем обычно, а что нет. Лично сама диа не поручилась бы уже ни за что. Девушка хотела вернуться к чтению, но поняла, что глаза у нее слипаются. Мелькнула мысль, что нужно отправить маме сообщение, получить от нее посылку и в этот раз хорошенько спрятать травяные шарики от возможных новых посягательств. Хотя, история с Дичкой наверняка научила уже прочих крыс Крепости. А заодно надо было спросить маму, что такого могло быть в составе, чтобы крыса отравилась. Мысли стали путаться, веки отяжелели и закрылись словно сами собой. Почему-то Тайлин увидела триса Эйса, который гладил ее по голове и говорил: вот глупая, здесь, рядом со мной, тебе совершенно не о чем волноваться. И Тайлин ему верила, ведь в самом деле, ничего страшного не случилось и она вполне могла держать себя в руках. Образ мага стал расплываться, оставляя лишь ощущение прикосновения теплых рук и диа крепко уснула.

Проснулась она от странных звуков, доносившихся откуда-то снизу. Солнце недавно встало, уже освещая комнату, но пока не согревая ее, и Тайлин, сев в кровати, покрутила головой. Клацанье стало громче. Диа встала и, идя на источник звука, обнаружила Дичку, сидевшую у окна со странно выпученными глазами. Зубами она издавала громкие, неприятные звуки, а глаза выпучивались все больше и больше, словно выдавливаясь из головы.

Тайлин попятилась.

– Диченка…– не зная, то ли звать на помощь, то ли бросаться к непутевой крысе пробормотала она. В дверь очень вовремя постучали.

– Тут Дичке плохо! – выпалила диа, распахнув дверь и увидев триса Эйса – бодрого, свежевыбритого и одетого на прогулку. Куртка явно знавала лучшие дни, зато рубашка под ней была отглажена тщательнее, чем иные платья Тайлин. Эйс молча обогнул застывшую на пороге диа, прошел в комнату и остановился перед крысой.

– Все хорошо, она просто стачивает зубы, – повернулся он к Тайлин. Дичка, раздраженная суетой вокруг обычной процедуры прошмыгнула в дверь, а диа, вспомнив, что стоит перед трисом в простецкой ночной рубашке с глухим воротом, растрепанными волосами и нечищеными зубами поспешно схватила со стула халат.

– Прошу прощения за вторжение, – внешний вид диа, похоже, волновал Эйса не более, чем точащая зубы крыса. – Мы не договорились, в каком именно часу отправимся в Каменный пролесок. Предлагаю сделать это до завтрака. Буду ждать тебя внизу.

Предложение больше походило на приказ, но диа не обиделась. Все равно уже не получится вернуться в кровать и уснуть. Тем не менее торопиться Тайлин не стала. Спокойно привела себя в порядок, надела уже выстиранные штаны и рубаху и сверху накинула куртку. Волосы она собрала в тугой пучок, воткнув в него одну неброскую длинную шпильку с красиво сверкающим на солнце камушком. Трис обнаружился во дворе, беседующим с Арвором. У ног смотрителя крутилась Дичка, на плече сидел Кусь, подозрительно смотревший на резко прибавившую в весе состайницу.

– Доброе утро, диа, – поздоровался Арвор. – С вашего позволения, я Дичку вычешу и накормлю. Посмотрим как отнесется к ней стая теперь, но думаю, что ей полезно сохранить хотя бы часть прежних привычек.

– Доброе утро, Арвор. Спасибо огромное, честно говоря, за ночь у меня от нее вся постель провоняла, – призналась Диа.

– Я скажу Кристе, чтобы поменяла, – кивнул смотритель. – Кстати, если она вдруг попис… слегка намочит на ногу или руки, знайте, это она от нежности.

– О, боги, – стало неловко Тайлин. – Может, она просто попросит почесать себя за ушком?

Судя по серьезному лицу Арвора и подозрительно осмысленно прислушивающейся к разговору крысе, надеялась диа напрасно.

До Каменного пролеска они дошли быстро и молча. Раньше Тайлин всегда стеснялась молчания, ей казалось, что оно означает неловкость и ставит ее как собеседницу в глупое положение. Но с трисом молчание было просто молчанием. Спокойным, без подтекстов и не гнетущим. Проходя через поле Тайлин выставила руку ладонью вниз, проводя по цветам, и на ладони осталась золотистая пыльца. Маг обернулся в тот момент, когда диа лизнула ладонь, проверить, сладкая ли пыльца на вкус. Пыльца оказалась горькой, а маг все так же молча отвернулся. На границе с первыми деревьями трис остановился.

– Иди за мной, прямо за спиной. Ничего не трогай, не торопись и если что, сразу замирай, – негромко сказал он, вглядываясь в обманчивую пустоту между стволами и ветками. Тайлин прекрасно видела нити, темные, тусклые и светлые, протянутые из ниоткуда в никуда. Видела их свечение, в которое словно вплетался запах леса и легкой гнили. Видела, но не могла выдать себя и признаться в этом. Пришлось изображать небольшую неуклюжесть и старательно идти след в след за трисом.

– Магия Края дотягивается даже досюда, слой на слое. Пройдем между ними, – похоже, маг видел не нити, но магию, недоступную взгляду Тайлин. Он ловко проходил ровно там, где между нитями были зазоры и пустоты, ориентируясь так же хорошо, как шла бы между нитями сама Тайлин. Впрочем, и идти-то было недалеко.

– Вот здесь, – почти сразу сказала диа, указывая рукой на разрытую землю. Темные нити вились над ней как недовольные черви. Маг повел рукой туда-сюда и от его прикосновений нити растворялись, оставляя после себя темный дымок.

– Колебания Края, – задумчиво сказал он. – И… что-то еще. В слое есть отголоски.

– Отголоски? – переспросила Тайлин. Маг не ответил, что-то прикидывая в уме.

Осторожнее.

Темная вспышка дальше, за деревьями, словно заворочался клубок потревоженных змей. Волоски на руках диа встали дыбом. Вся эта напитанная солнцем зелень листьев, этот запах травы и листьев, все это вдруг померкло перед наполненной чем-то иным тишиной. Тайлин только сейчас поняла, что не слышит ни птичьего гомона, ни шорохов.

– Я провожу тебя обратно к полю, – сказал трис, что-то для себя решив. – Возвращайся в Крепость, а мне давно пора осмотреться здесь внимательнее.

Холод затопил все существо Тайлин. Нити зашевелились, тянясь к магу и сгорая, не касаясь его. Защита? Сила, с которой нитям не справиться? А будет ли этот клубок змей так же бессилен перед трисом? Или опутает его, сплетется с его сияющим коконом и заставит тот погаснуть вместе с самим магом? Картинка в голове была до того яркой, что у Тайлин перехватило дыхание.

– Нет! – забывшись, схватила Эйса за руку диа. – Не надо, пожалуйста! Не ходи туда, дальше!

Маг озадаченно посмотрел на руку девушки, державшую его, и перевел взгляд на диа. Та разжала пальцы.

Сказала раз, говори два. Иначе выглядит глупо.

– Не бойся, если хочешь я провожу тебя до Крепости, потом уже вернусь, – неверно истолковал ее слова трис.

– Я боюсь не за себя, а за тебя! – эмоции переполняли диа и сдерживать их было все труднее. Нити волновались, шевелились, и темное там, в глубине, тоже заволновалось, словно почуяв Тайлин. Пространство вокруг них взорвалось светом – диа снова увидела нити, окутывавшие триса Эйса, взмывающие вверх от его тела и покачивающиеся, словно живые.

– Там опасно. Там страшно. Я просто знаю это, – твердо сказала диа, глядя Эйсу прямо в глаза. Нельзя, совсем было нельзя, чтобы маг столкнулся с этим темным и страшным. Вдруг окружающий его свет окажется недостаточно сильным? В какой-то момент диа показалось, что трис сейчас разозлится и прогонит ее. Но вместо этого он сделал несколько быстрых движений руками, его нити вдруг распушились и, вытянувшись, опутали Эйса и Тайлин коконом.

– Я поставил защитный купол вокруг нас, – пояснил трис. – Он забирает довольно много энергии, но на осмотр леса возле Края нам хватит.

Тайлин прикусила язык, чтобы не сказать «я вижу» и просто кивнула. Почему трис вдруг поверил ей и решил взять ее с собой она спрашивать не стала. Не время и не вовремя.

Снова пошли след в след. Темные нити становились плотнее, толще, но и сгорали в радиусе много большем, чем до этого. Маг шел через вперед, раздвигая ветки деревьев руками и огибая кусты, а темное нечто становилось все ближе и ближе. В какой-то момент стало ясно, что оно словно нависает над небольшой полянкой, заросшей травой. И тут же слева от Тайлин возникло нечто другое. Ударившее ее холодом под дых и заставившее, вскрикнув, остановиться. Маг взял ее под локоть и диа была безмерно благодарна ему за это теплое прикосновение. Потому, что холод и чуждость, излучаемые Краем, выросшим словно из неоткуда слева от нее, ужасали, вбивали в землю и подавляли волю.

Край пульсировал. Край волновался. Край жил и для Края не было проблемой вобрать в себя все и сразу, прямо сейчас. Его инаковость, исходящие от него волны чужеродности потрясли Тайлин. Никогда она не чувствовала еще такого ужаса, граничащего с полным отключением эмоций.

– Прости, я не ожидал, что Край так на тебя подействует, – в голосе триса, однако, не было сожаления. Скорее недоумение. – Зрелище неприятное, согласен. Ощущения и того хуже. Маги младше пятого уровня, бывало, падали в обмороки. Но обычные люди воспринимают Край не так остро. Они не чувствуют его магию.

– У меня очень развитое художественное воображение, – сиплым голосом нашла в себе силы соврать Тайлин. – Я сразу представляю себе, что могло случиться с теми, кто попал туда… внутрь? Вдруг мы не знаем о каких-то людях? А животные, птицы?

– А ты не представляй, – неожиданно жестко ответил маг. И, сжав диа за локоть, повел в сторону полянки. – Никто не знает, что там. Мы можем только надеяться, что милосердное «ничего». И не стоит забивать себе… о…

Трис замер в нескольких шагах от полянки, выпустив Тайлин и завороженно уставился куда-то в сплетение темных нитей, грибами проросших из земли. То есть, это Тайлин видела их как нити – шевелящиеся, колышущиеся завесой, скрывающие центр поляны, а что видел маг она и представить не могла. Эйс прошелся вдоль нитей туда-сюда и повернул к диа сияющее воодушевлением лицо. Таким мага Тайлин еще не видела.

– Ты только посмотри, какое плетение, а! Это ж надо было отводящее глаза вплести в обманку так, чтобы даже не фонило! Ого… А это как сюда втиснули? Переделанное заклинание Шели-Трюго?

Эйс словно забыл, что Тайлин не маг. Он качал головой, шевелил пальцами, расплетая что-то видимое только ему – для диа это выглядело как обрывающиеся и исчезающие одна за другой нити. Наблюдать мага таким увлеченным и возбужденным было необычно, но теперь Тайлин стала на маленький шаг ближе к пониманию того, каким человеком был ее жених. Он был влюблен в свое дело, в магию и ее проявления крепче, чем иные возлюбленные друг в друга. Сердце диа кольнуло. Пожалуй, она понимала триса. По крайней мере, могла вспомнить, почему понимает. Когда-то она так же была влюблена в свою учебу. До того момента, как стала видеть нити все чаще и чаще, теряя способность себя контролировать.

– Что такое заклинание Шели-Трюго? – спросила диа с искренним интересом. Эйс, стоявший к ней спиной, посмотрел через плечо.

– Прости, забылся. Это заклинание искривления видимой части пространства. Оно работает только на маленьких площадях, потому что очень энергоемкое и трудное. Все попытки сделать это в больших пространствах закончились провалом. Грубо говоря, ты хочешь что-то спрятать. Ты вешаешь отводящее глаза заклинание или заклинание маскировки. Или оба, если у тебя хватит опыта сделать так, чтобы они не отталкивались друг от друга. Но тебе еще нужно, чтобы человек мог пройти мимо и не наткнуться на твой секрет. Тогда ты создаешь для него «тропинку», а со стороны спрятанного объекта помеху. Допустим, иллюзию высокой травы или лужу, в которую не хочется наступать, или валун. Дерево. Злую рычащую собаку, которая вдруг вышла из-за угла. За счет искривления пространства оно становится плотным и если ты заденешь плечом кору дерева, она будет шершавой. Трава будет пахнуть травой и ощущаться руками. Лужа будет отражать небо.

– Но я же могу прыгнуть в лужу, попробовать забраться на дерево или решить пройти через траву, – возразила Тайлин. Эйс кивнул.

– Верно. Но обычно такие уловки используются в мало проходимых местах. Где тебе проще обойти траву, валун или дерево, чем лезть напролом. Или обойти собаку по дуге, а не бросаться к ней.

Пока они говорили, нитей становилось все меньше и меньше. Когда последняя нить исчезла, воздух перед трисом и диа вдруг пошел волнами и спустя пару мгновений они увидели полянку такой, какой она была на самом деле.

– Хорошая работа. Интересно, к какому источнику подсоединили, – пробормотал трис, окидывая взглядом затоптанный костер с опрокинутым котелком, тент, растянутый на палках, свернутый спальный мешок под тентом и пару мужских сапог, валяющуюся рядом.

– Что такое источник? – диа скользила взглядом по предметам, пытаясь понять, кому понадобилось прятаться в лесу рядом с Краем.

– То, что питает заклинание, если мага нет рядом. Обычно это энергокристаллы. Либо природные источники магии. Они слабенькие, но на время могут сойти…

Трис быстрым взглядом окидывал слои. Нет, кто бы тут ни прятался, здесь его не было.

Беглый преступник? Одинокий паломник, решивший отгородиться от всех людей? Какие же нервы надо иметь, чтобы прятаться так близко к Краю.

– И что теперь… –диа осеклась, услышав какой-то треск позади. Эйс моментально встал перед ней, готовый атаковать. Нити шарахались в стороны, словно через лес шло что-то, что их пугало. Спустя несколько томительных мгновений к поляне вышла… Дичка.

– Ты-то как здесь оказалось, отродье Бездны? – безобидно ругнулся трис. Крыса выглядела получше, чем вчера и даже, вроде, меньше пахла. То ли Арвор постарался, то ли сама вылизалась. Проигнорировав триса, Дичка подошла к растерявшейся Тайлин и, прихватив ее зубами за штанину, потянула к себе. Хвост крысы напряженно подрагивал.

– Ты хочешь, чтобы мы пошли с тобой? – догадался трис. – Что-то случилось?

Дичка коротко пискнула.

Трис нахмурился. Случиться в Крепости ничего не могло, он бы почувствовал. Скорее всего, что-то случилось в деревне. А, значит, вернуться в Каменный пролесок придется позже. Маг вплел в чужой слой свой маячок и замаскировал его. Заклинание было сложным и редким, но и трис не был рядовым магом.

– Ну, веди, – с усмешкой скомандовал он крысе и та действительно пошла назад к Крепости. Наблюдать за Дичкой было интересно. В том месте, где она проходила, слои магии истончались, словно отступая. Может быть, признавали крысу как такой же сгусток магии? Или наоборот, чем-то она пугала? Но Эйс никогда раньше не слышал и не читал о том, чтобы слои имели способность «пугаться». Маг сделал пометку в голове полистать старые фолианты в Крепости и сделать запрос в библиотеки Трисвела и Кайшса.

Ворота в Крепости были открыты, возле них стоял Арвор и рядом с ним какой-то мужчина. Знакомая телега со знакомой уже кобылкой стояла чуть дальше на дороге.

Увидев весело бегущую Дичку незнакомец сотворил охраняющий знак и попятился. Проигнорировав его, крыса юркнула в ворота и отправилась прямиком в подсобку. Она привела хозяйку и этого странного мужика, который насквозь фонил опасной магией и теперь заслужила свое право подкрепиться. Сидевшие возле миски с зерном состайники напряглись. Дичка пахла знакомо и незнакомо одновременно. Она всегда была мирной крысой и не претендовала на лидерство ни в своей стае, ни в чужой, но теперь была больше и опаснее любого вожака. Дичку терзания сородичей волновали мало. Да, ей было бы приятно, если бы сейчас, как и раньше, ей дружески повыкусывали шерсть, но теперь находиться рядом с хозяйкой ей нравилось больше. Послышалось шуршание и к миске вышел вожак ее стаи. Рыже-серый, крупный, он, неторопливо волоча за собой хвост, подошел к зерну и показательно залез в миску. Подумав, Дичка шагнула назад. Законы стаи оставались законами и она продолжала уважать их. Посидев и почесавшись, вожак решил, что на сегодня демонстрации власти хватит, так же неторопливо ушел, и проголодавшаяся крыса, наконец, смогла поесть. До этого ей не давал подойти к миске Арвор, вцепившийся в нее с какой-то щеткой, которой противно расчесывал шерсть. Потом прибежал тот вопящий мужик, который срочно искал мага и кричал, что случилось страшное. Маг ушел с Тайлин и Дичка подумала, что нужно привести их, чтобы этот громкий человек замолчал. Теперь он и правда говорил тише, но взволнованно, путаясь в словах и шумно, испуганно дыша.

– Трис, всеми богами заклинаю, идемте со мной! Не видано такого, чтобы звери дикие такое творили! Да и Олшо клянется, что не зверя видел, а ему верить можно, он надежный человек, не пьет и не врет!

– Да погоди ты, – прервал поток слов трис. И, посмотрев на Тайлин, чуть склонил голову.

– Очевидно, мне придется ехать в Золотые Рохи. Ты оставайся в Крепости, чтобы ни случилось, это самое надежное место.

– Но… – Тайлин осеклась. Но «мне любопытно и я хочу поехать с тобой»? Так себе признание. Кивнув, Тайлин прошла в ворота и направилась прямиком к кухне. Криста была там, стоя в облачке муки она нежно похлопывала рукой только что скатанное тесто, то и дело поглядывая в окно в сторону ворот.

– Криста, что стряслось? – с порога выпалила Тайлин. Экономка, казалось, только и ждала вопроса.

– Через три дня открывается сезон источника. Все комнаты, все дома, все уже выкуплено. И вот в одном из гостевых домов устроили настоящий погром! Мало того, что все перевернули, еще и… – тут Криста понизила голос до шепота, – разорвали несколько куриц и оставили в доме, прямо с потрохами.

– И ради этого прибежали к Эйсу? – недоуменно свела брови диа. – То есть, звучит, конечно, неприятно, но он же маг. Пусть обращаются к следочету.

– Так это он у ворот и орет, – спокойно ответила Криста, прищипывая тесто. – Конечно, всякое случается. В полудне пути отсюда есть гремсвельские источники. Они, бывало, подсылали людей, то вход в источники ночью испакостят, то пустят слух, что все дома уже выкуплены, а у нас на самом деле половина еще свободна. Разное было, пока землеправитель не взялся за это всерьез. Так что теперь если и пакостят, то исподтишка и редко. Курица она что. Ну вымоют пол. Комнату проветрят. Если к трису прибежал, значит не только в курице дело.

– Интересно, Эйс расскажет подробности? – диа тут же прикусила язык, но экономка не усмотрела в этом любопытстве ничего предосудительного.

– Не он, так мы с Арвором вечером в деревне все и узнаем. Вы, диа, поели бы. Ушли спозаранку без завтрака. Триса-то в деревне накормят, не отвертится.

– Спасибо, Криста, с радостью. Только умоюсь, – поблагодарила Тайлин. И заставила себя медленно и спокойно выйти из кухни, хотя ей хотелось бежать. Любопытно. Ей было любопытно. Ей хотелось событий, узнать, что случилось, принять участие, выведать все детали, даже если это будет выглядеть неприлично. А это значило, что пора было срочно проводить курс. Она снова становилась живой. Самой собой, той диа Тайлин, которую сейчас и вспомнить было трудно. Резко развернувшись на пятках, диа вернулась на кухню.

– Криста, в Крепости ведь есть кристалл вызова?

– Только у триса Эйса, – отозвалась экономка. – Магия Крепости создает очень много помех, поэтому кристалл тут нужен очень сильный и дорогой. Но трис не откажет вам, я уверена, если вы захотите связаться с родными.

– Спасибо, – отозвалась Тайлин.

Нет уж, лучше просто отправить письмо. И держаться до получения посылки. В конце концов, ничего страшного пока что не произошло.

Только очень обидно будет снова не жить, а перетекать изо дня в день в равнодушной дымке. Сейчас, когда она только начала вспоминать, что такое краски вокруг и сильно бьющееся сердце.

– Это б-было так страшно! – всхлипывая, рассказывала молоденькая брюнетка с убранными в две косы вокруг головы волосами. Темная подводка под ее глазами расплылась от слез и стекала по щекам дорожками – видимо, дешевая, купленная в ближайшей лавке.

Она, Эйс и следочет Хессо сидели за столом в единственной на всю деревню едальне. Месте сбора всех местных жителей и надежде на сытный обед всех путников, проезжающих мимо Золотых Рох. Торговля в деревне, благодаря приезжающим на источник, в сезон шла бойко, а вот множить едальни деревенские не стали – отдыхающие больше предпочитали домашнюю еду, платя за ее приготовление отдельно.

Сама едальня была чистой, уютной, в ней успокаивающе пахло тестом и кашей и трис решил, что непринужденность обстановки будет лучше казенной чопорности дома следочета, одновременно являющегося и его рабочим местом. Впрочем, работы-то в деревне было всего ничего. Попробуй побалуй, когда все на виду, да еще и Крепость под боком. Девушка была прислана из Трисвела, чтобы проверить, что все гостевые домики готовы к приему гостей, а источник в полном порядке, но обнаружила она полнейший беспорядок.

– Я п-приехала в ночь, – сморкаясь в сероватый платочек рассказывала брюнетка. – Лошадь захромала, пришлось сворачивать в ближайшей деревне, договариваться с кузнецом и еще платить за то, чтобы одолжили другую. Оплачивает все казна Трисвела, но она и спрашивает отчеты по полной. Пока мой возница торговался, пока все устроилось…

Лин шмыгнула носом.

– Надо было бы заночевать там, но мне хотелось успеть все сделать в срок. Хорошим работникам могут и сверху зарплаты выплатить немного, – свидетельница мечтательно улыбнулась и тут же снова погрустнела.

– Я занесла вещи к лин Кайо, я всегда у нее останавливаюсь, и немного поспала. Встала еще до рассвета и сразу пошла к гостевым домам. В первых двух все было в порядке, а когда я шла к третьему, то увидела, что дверь приоткрыта. Я не подумала, что может быть что-то плохое, это же Золотые Рохи…– девушка зажмурилась. Трис Эйс успокаивающе коснулся кончиками пальцев ее руки.

– Все хорошо. Я здесь и поверьте, вы в полной безопасности. Обещаю вам.

– Я… зашла внутрь. И увидела кровь. Много крови. И эти бедные птицы… их словно разорвали. Постель была скинута на пол и почему-то одеяло было мокрым. Я это точно знаю, потому что оно валялось почти у входа и я на него наступила. А потом я посмотрела в окно… Клянусь вам, я видела человека.

– Можете его описать? – быстро спросил Хессо. Лин помотала головой.

– Нет, не смогу. Я так испугалась, что сразу закричала и убежала. Но, думаю, это был мужчина.

– Мы сразу же осмотрели всю местность, – следочет посмотрел на задумчивого триса. – С мужчинами обошли всю деревню. Заглянули в купальни источника, во все дома. Осмотрели все дворы. Ничего. Никто не видел ничего, никаких посторонних. И я отправился к вам, трис.

– Но в лесу вы не смотрели, – утвердительно сказал маг. Хессо поджал губы.

– До леса еще добежать надо. Да и кого мы там среди деревьев искали бы?

– Совершенно верно, кого, – пробормотал трис. Резко встав из-за стола он положил руку следочету на плечо.

– Полностью вам доверяю, но, надеюсь, вы поймете, если я еще раз все осмотрю? После этого можно будет убирать гостевой дом.

– Да конечно, как же я могу быть против, – растерявшись, забормотал следочет. Уважительный вопрос от мага, который по силе и власти был так же недосягаем, как звезда в небе, стал для мужчины полной неожиданностью.

«Вот это я понимаю, настоящий человек. Знает, что каждый тут на своем месте и нос не задирает», – почти с нежностью подумал следочет. Трис тем временем вышел из едальни и огляделся. Вопрос он задал для проформы, осмотр он бы сделал в любом случае. Но, пожалуй, стоило подбодрить Хессо, дать ему чувство уверенности, что у него и без мага все будет под контролем. Трис переплел пальцы и нырнул в первый слой. Вылепив внутри него несколько поисковых заклинаний второго уровня, он запустил их по деревне и к границе леса. Сам быстрым шагом дошел до гостевого домика с распахнутой дверью и заглянул внутрь. Одеяло действительно лежало почти у входа. А пол за ним был усеян перьями, кровью и потрохами. Поморщившись, трис медленно обошел домик, всматриваясь в землю и траву. Трава загадочно молчала. Пришли отклики от поисковых заклинаний – ничего. Но «ничего» не разрывает птиц, спрятавшись в полумраке пустого дома. Хотя, конечно, может у кого-то из жителей деревни непорядок с головой. Днем, допустим, печет хлеб, а ночью потрошит куриц в тишине. И все же…

– Ну, попробуем, – сказал сам себе трис, остановившись позади домика. Прикрыв глаза, маг начал плести второй слой. Заклинание было его тайной. Он сам не мог толком пояснить, как оно пришло ему в голову. Просто однажды, еще в бытность работы в Департаменте, он таращился в слои своей магии, пытаясь понять, как из ничего найти след сбежавшего, не оставившего никаких магических хвостов преступника. И вдруг слои стали разделяться. Не на обычные цветовые потоки, обозначая цветами разные заклинания, а на серебристые искры, закручивающиеся в воронки. Эти воронки возникли внутри первого и третьего слоя заклинаний триса и маг вдруг понял каким-то непостижимым знанием, в каком порядке надо выцепить эти искры-воронки. Словно в голове у него ткался новый слой, нигде и никем ранее не используемый. Трис знал. Получившееся заклинание складывалось из пяти комбинаций жестов от частей пяти уже известных заклинаний, в определенной последовательности вытаскивающихся из первого и третьего сформированных магом слоев. Трис никогда не использовал его при ком-то.

Будь трис восторженным щенком, он бы немедленно побежал в отделение местного Совета делиться своим открытием. Внести свой вклад в развитие магии, разве не об этом мечтает каждый маг. Но… Но незадолго до этого восторженным щенком он как раз быть перестал.

Заклинание сработало как надо. Обычное поисковое действительно не засекло бы никаких остаточных следов магии, потому что то, что оставил после себя незнакомец, обычной магией не было. Частично след ощущался как магия Края, а частично… Эйс не мог подобрать этому определения. Оно ощущалось мурашками по коже, привкусом железа на кончике языка и фантомным запахом гнили, забившим ноздри. След действительно вел к лесу и, пожалуй, теперь можно было и пробежаться. Утоптанная тропинка вела в изумрудную глубь деревьев – ягод и грибов в лесу было вдоволь, чем деревенские, разумеется, и пользовались. Остановившись, трис снова сплел заклинание и запустил его. Отклик пришел почти сразу: слабый след вел в сторону от тропинки, в гущу деревьев. Выругавшись, трис двинулся вперед, обходя низко наклоненные ветки, перешагивая через корни и продираясь через кусты. Пара особо вредных сучков прорвали ему куртку, а один царапнул по щеке. Впрочем, скоро трису пришлось остановиться: очередное заклинание вернулось почти сразу, без ответа. Вблизи Крепости было несколько магических жил и источников, на базе которых, в том числе, защита Крепости и строилась. Заклинание трисом было еще не доработано – точнее, он не очень понимал, как именно его доработать – и столкнувшись с такими помехами след теряло.

Еще какое-то время маг потратил на то, чтобы выбраться к дороге и, отряхнувшись, быстро зашагал в сторону Каменного пролеска. Нестерпимо хотелось пить и, чуть меньше, наконец позавтракать. А еще смыть с себя пыль и пот и переодеться. Но, в первую очередь, трис оставался Наблюдателем, бывшим старшим мастером. Подумав, Эйс снова поставил защиту перед тем, как зайти в Каменный пролесок. Все заклинания защиты довольно бодро тянули из магов силы, так что обычно их дублировали амулетами резерва. Но трису размениваться на это было некогда. Знакомая уже полянка встретила мага тишиной. Ни куриц, ни людей, ни каких-либо следов новых заклинаний на ней и вокруг не появилось. Трис медленно двинулся вдоль Края, вглядываясь в его неприглядное ничто. Страшно магу не было, но неуютно – да, до мурашек по спине. В Каменном пролеске Край ощущался еще более инаково и чуждо, чем рядом с Крепость. Один из слоев дрогнул.

– Стой, – скомандовал сам себе маг. И вгляделся, расплетая хаотично перемещающиеся вдоль края слои магии. Брови его поползли вверх.

– Однако…

Через некоторое время трис вернулся на дорогу. Подумав, он достал из кармана кристалл для портативного открытия портала. Безумно дорогой, использующий энергию из сжатого слоя магии и рассчитанный на ограниченное количество перемещений. В обычном обиходе таких кристаллов не было, к тому же маг, открывающий такой переход, должен был либо четко и ясно представлять точку, в которой он хочет выйти, передавая слепок картинки кристаллу, либо «сообщить» кристаллу, чтобы он настроился на обычный портал, если тот был в нужной точке. И хотя Эйсу сейчас был нужен переход на короткое расстояние, он счел, что время важнее. Активировав портал кодовым словом, трис шагнул в открывшуюся воронку, чтобы выйти уже возле приемной старшего главы отдела Департамента Раскрытия Магических Преступлений в Кайшсе. Разумеется, Департамент был напичкан магической защитой под крышу, но портал триса входил в число исключений.

Стряхнув с руки зацепившуюся сухую веточку (ковер на полу тут же уничтожил ее как потенциально возможный объект переноса плесени и насекомых), трис подошел к двери и услышал оклик за спиной.

– Трис Эйс? Мои глаза меня правда не обманывают?!

Резко обернувшись, маг увидел коротко стриженного подтянутого блондина в форме Департамента Магической Защиты, который быстрым шагом шел по пустому коридору.

– Не обманывают, – с легкой запинкой ответил маг. С трисом Асто они вместе учились в Высшей Академии Объединенных Департаментов, а их семьи имели общий круг знакомых, где молодые люди так же периодически встречались. Амбициозность Асто не мешала ему оставаться доброжелательным, легким на подъем, веселым человеком. С ним всегда было интересно поговорить, он не чурался хороших шуток, но никогда не переходил границы. Его мать построила прекрасную карьеру в Главной Лечице города Рихан, второй столице Митраса, а отец был известным в своих кругах писателем, но сын решил пойти по стопам покойного деда и метил в Департамент Магической Защиты. Он с блеском окончил Академию и Эйс был уверен, что Асто отправится во внешнюю разведку. Край Краем, но и проблемы безопасности и конкуренции между землями никуда не девались. Но Асто выбрал безопасность внутреннюю, а потом их с Эйсом пути разошлись и трис потерял старого знакомого из вида. Был момент, когда трис Асто, вроде бы, собирался подавать прошение на перевод в Крепость, но Эйс опередил его. И, судя по всему, Асто об этом не жалел ни капли.

– Какими судьбами? Выглядишь так, словно шел досюда пешком прямо из Крепости. Ты, кстати, не надумал еще передать пост кому-то другому?

Эйс внутренне поморщился. Все-таки, служба накладывает свой отпечаток, раньше трис Асто не стал бы задавать такие вопросы в лоб. Особенно зная предысторию.

– Не надумал, – коротко ответил маг. Асто дружелюбно хлопнул его по плечу.

– Друг, не куксись как девица на душном приеме. Я не имел ввиду ничего дурного. Скажу честно: перед тем, как ты так скоропалительно покинул ваш Департамент, я думал уговорить тебя перейти к нам. С твоими-то талантами. И я все еще не теряю надежды.

Трис заставил себя снова улыбнуться.

«Что-то ты совсем одичал в своей Крепости, везде тебе чудится подтекст», – одернул он себя мысленно.

– Кстати, тут среди наших прошли слухи, что ты нашел себе невесту. Это правда? Неужто и ты покинешь наш редеющий строй холостяков? – весело посмотрел на Эйса трис. Маг не успел ответить: дверь в приемную бесшумно и быстро распахнулась. На пороге стоял молодой человек в безукоризненно сидящей на нем форме. Трис привычно считал уровень мага и молодой человек недоверчиво распахнул глаза.

– Все в порядке, я трис Эйс, Наблюдатель Крепости Золотой Долины, – быстро сказал маг, пока молодой человек не активировал заклинание тревоги. И мысленно снова себя обругал. Прочесть тройку, увешанную амулетами, доводящими ее до уровня почти двойки, могли от силы пара человек во всем Департаменте. И Эйс, даже будучи Наблюдателем, не должен был принадлежать к их числу.

– Трис Асто, старший мастер пятого отдела МагЗащиты, – скороговоркой выпалил Асто. Что за пятый отдел Эйс не знал и спрашивать даже не хотел.

– Пропусти их, Зайно, – раздался спокойный, чуть усталый мужской голос. Трис Глено сам вышел из кабинета, чтобы поздороваться с магами. Невысокий, чуть располневший, с цепким взглядом и обманчиво-добродушным лицом маг был правой рукой старшего главы Департамента Раскрытия Магических Преступлений Кайшса.

– Здравствуй, Эйс. Здравствуй, Асто. Трис Айин уехал по важному делу, так что придется довольствоваться мной, – сделал вид, что пошутил маг, вглядываясь в лица обоих визитеров. Эйс заставил себя не ставить блок, хотя первым порывом было именно это.

– Ты по делам Крепости? – первым спросил Эйса трис Глено.

– Скорее, по делам безопасности в Золотых Рохах, – ответил Эйс. Откровенничать при Асто, пусть он и служил теперь в МагЗащите, ему не хотелось. Как оказалось зря.

– Раз по делам безопасности, то и Асто пусть тоже послушает. Да и своим передаст, – веско сказал глава. Трис мысленно дал себе подзатыльник.

Кабинет старшего главы, который временно занял трис Глено, был знаком Эйсу до мелочей. Вот стол, чистый, словно за ним почти не сидят, вот стеллаж с документами, вот сейф, вот старый диван, на который упал Эйс однажды сразу после доклада – лекарские заклинания давались ему не очень, а рана была достаточно серьезной. Трис моргнул, прогоняя воспоминания, и быстро изложил суть дела. Единственное, о чем умолчал Эйс, это о находке на полянке. Сказал, что поисковое заклинание никаких следов не нашло и вскользь упомянул, что при этом общий фон вокруг Крепости остается в пределах нормы.

Будь на месте триса Глена сам старший глава, трис Айин, Эйс бы выложил все без сомнений. Наставник был тем человеком, которому маг был готов довериться полностью. Но связаться с ним вне стен Департамента трис не стал бы рисковать. А раз его сейчас нет, придется выложить усеченную версию событий. Кроме того, Эйс и сам не был уверен в том, что странная активность в Каменном пролеске и случай в Золотых Рохах были связаны.

– Бывают же такие совпадения, – покачал головой трис Асто, когда Эйс закончил свой по служебному четкий и быстрый рассказ.

– Поясни, – тут же повернул к нему голову Глено. Асто помолчал.

– Хорошо, – решился он. – В общем-то, особой секретности на деле нет, хотя оно и не для широкой огласки. Я шел к вам, трис Глено, именно по этому вопросу, но уверен, я могу озвучить все и при трисе Эйсе.

Глава коротко кивнул. Эйс сделал вид, что это хождение вокруг да около его вовсе не задевает – разве статус Наблюдателя не так же важен (или даже более важен!) чем его бывший статус старшего мастера?

Асто потер подбородок.

– У нас проходит дело о компании молодых магов, которые связались с запрещенными составами. Нашли какого-то умельца, который доделывает «обычные» рецепты и тихо начали распространять по узкому кругу знакомых. Проблема в том, что от этих составов не просто рвота кровью или провалы в памяти. И скакать, сняв юбку, на столе там тоже не будешь. Эти составы сначала дают огромный прилив сил и концентрации, бодрость, легкость. Но через несколько приемов вышибают мозг. Человек перестает понимать кто он и где. Сонливость сменяется яростью. Проблески разумности – затмением.

– Почему нам об этом неизвестно? – перебил триса Асто глава Департамента. Эйсу тоже был интересен этот вопрос. Асто замялся.

– Один из организаторов – из очень влиятельной семьи. Собственно, там и все клиенты непростые. Мы не могли допустить такой репутационной утечки. При необходимости, трис Торке может дать больше деталей.

Эйс приподнял бровь. Член Совета Магов Кайшса, а, может, уже и кандидат во Всеобщий Совет – это серьезный свидетель. Что ж за род замешан в такой дряни, что его так старательно прикрывают? Неужели… Нет. В его семье такого быть просто не могло.

– Допустим спрошу, – Глено, севший в кресло за столом, прикрыл глаза и чем-то стал похож на поджидающую добычу ящерицу. Поджидающую и очень терпеливую.

– Тогда почему сейчас я слышу об этом деле?

– Именно потому, что один из участников по неосмотрительности дал состав своему приятелю. Обычный маг низкого уровня, практикант в отделении изучения биоразнообразия при каком-то там учебном заведении в Трисвеле. Увы, он сбежал до того, как мы его нашли. Видимо, именно его и видели в Золотых Рохах. И, увы, учитывая историю с курицами, надеяться на просветление уже не имеет смысла. Его поимка больше в вашем ведении, чем в ведении нашего Департамента. Поэтому я и пришел к вам.

Трис Асто закончил рассказ и в кабинете повисла тишина.

– Хорошо, – резко поднялся трис Глено, давая понять, что время визита истекло. – Я благодарю вас обоих за информацию и за бдительность. Трис Асто, я свяжусь с пятым отделом для уточнения деталей. Эйс, если в Золотых Рохах снова будет какой-либо инцидент, докладывай на мое имя.

Маги склонили головы, прощаясь, и вышли из кабинета.

– Ну, посидеть, вспомнить старые времена не предлагаю, Крепость нельзя оставлять надолго, – сказал Асто. – Но, возможно, скоро увидимся. Наслышан о целебном источнике в Золотых Рохах. Последнее дело так меня измотало, что я малодушно подумываю взять несколько дней вне очереди и прийти в себя. Скажи, источник правда настолько хорош?

– Честно говоря, ни разу не удалось его посетить, – признался трис, решив умолчать о вонюченькой струйке источника у себя в ванной. Он до сих пор не был уверен, что это нововведение в Крепости было одобрено Советом. Скорее, выглядело частной инициативой триса Лейно.

Напоследок улыбнувшись и кивнув Эйсу, Асто активировал портал. Видимо, у неизвестного Эйсу пятого отдела также было исключение из защиты Департамента. Магу тоже было пора возвращаться в Крепость, Асто был прав. Наблюдатели не могли отлучаться надолго, хотя трис поймал себя на мысли, что ему хочется просто выйти на улицу и вспомнить, как выглядит суета большого города. Возможно, быстро купить что-то к ужину в ближайшей пекарне, вежливый жест, не более. Для диа и для Кристы, чтобы не обижалась, что трис предпочел ее десерту что-то «городское». Да, немного времени у него еще есть. Может быть, воздушное безе? Малиновый мусс? «Трепетное сердце»? Нет, «сердце», обычно, дарят возлюбленным. Эйс, конечно, относился к этому десерту просто как к сладкому, но кто знает, как воспримет такой подарок его невеста? Вроде бы, она кажется девушкой разумной, но мало ли.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

1 столб ‒ около 250 метров

Вернуться