Макс Маругин, Максим Благоразумов
Принося жертву

Пролог

Каждый смертный должен написать книгу о своей жизни. И неважно, считаешь ли ты земной отрезок интересным приключением или не очень. Людям следует писать книги, дабы зафиксировать яркие воспоминания и беспристрастно проанализировать ошибки, что поможет избежать их. Здесь, на небесах, любая повесть, написанная живущим, на вес золота. Повествование может быть коротким, а может быть и длинным, в зависимости от того, какая участь выпала человеку. Жизнь на земле очень интересна и стоит того, чтобы о ней рассказать.

Вот уже тысячу лет я принимаю произведения тех, кто вел дневники или писал книгу жизни. Нет, авторы не приходят самолично, ведь они мертвы, – тексты приносят их покровители, которых люди привыкли называть ангелами-хранителями. Красивое название, ничего не скажешь, хотя я их называю просто писарями или графоманами. Конечно же, они не утратили ангельских способностей и порой становятся на защиту подопечных от темных сил, однако побеждают крайне редко. Тысячи людей гибнут ежедневно в автокатастрофах, от неизлечимых болезней, по нелепому стечению обстоятельств… Каждые девять секунд умирает человек на планете Земля. Каждые сорок секунд происходят самоубийства, и это на пятнадцать тысяч оргазмов, причем только некоторые пары занимаются зачатием ребенка, остальные просто трахаются или предаются сексуальным фантазиям. И лишь один прозревает и благодаря внутреннему голосу задумывается о чем-то вечном. И этот голос есть голос ангела-хранителя.

Блаженны те, кто его слышат, и мертвы те, кто слышат только себя.

У нас на небесах тоже есть таланты и каждый проявляется в чем-то своем. Согласитесь, любой из нас в чем-то особенный. Взять, допустим, меня. На первый взгляд, простой библиотекарь, отвечающий за многотомные рукописи, принимающий написанные книги и выдающий чистые священные листы. Они еще совсем девственные и требуют новых сюжетов, поворотных линий, героев второго и третьего плана, характеров, описаний – да много чего требуют. Просто невероятных усилий! Вот иногда смотришь на ангельских покровителей и видишь наперед, кто с интересом вовлечется в творческий процесс, а кто – чтобы отцепились. Выслужиться и уйти в отставку. Создать видимость борьбы и состряпать собственноручно кульминацию. Давно наблюдаю за такими и понимаю: будь ты ангел-хранитель, творческий человек или библиотекарь – всё надо делать по призванию. Иначе работа пойдет насмарку. Безалаберность оборачивается непоправимыми последствиями.

Темные тоже не дремлют и пишут собственную книжицу о человеке. И далеко не одну – у них имеется множество копий. Поди отличи оригинал… Там тоже ведется непрестанная работа. С помощью своих сил они вносят в человеческую жизнь такие корректировки, которые смогут доказать в суде, что душа грешного по всем законам мироздания должна быть низвергнута прямиком в ад. Они пытаются распоряжаться судьбой, где-то прибегая к магии, а где-то – к хитрым уловкам. Я хорошенько изучил их почерк – ничего оригинального, много орфографических и грамматических ошибок, а если присматриваться к смыслу, то грехи высосаны из пальца, много лжи и пафоса, в общем, никакой объективности. Я всегда был приверженцем того, чтобы люди писали самостоятельно без чьей-либо помощи: честно и беспристрастно. Но, в конце концов, не мне решать. Решает Совет. Я лишь библиотекарь на небесах, не единственный в канцелярии, но немало повидавший на своем тысячелетнем посту.

По первым строкам произведения можно уже понять, насколько серьезно потенциальный писатель подойдет к своему делу. Насколько, порывшись в архивах, изучит все нюансы перед воплощением души в теле героя – его родословную, грехи предков, наследство, в том числе и кармическое, связь родственников с потусторонними силами, есть ли в роду монахи, сектанты или колдуны. Множество нюансов, которым мало кто придает значение. Мне о них известно, а потому любую книжицу считываю, как нотную тетрадь, стараясь уловить весь спектр звуков. Порой ставлю себя на место главного героя и думаю, как бы я поступил в той или иной ситуации, выпади на мою долю подобный случай.

Как бы там ни было, о каждом живущем на земле пишется книга жизни. Вашему вниманию хотел бы представить одну из них, дабы открыть некоторые тонкости жизнеописания. Не по моей личной инициативе: пришло поручение от идеологического отдела небесной канцелярии – выложить любую книгу жизни на мое усмотрение в открытый доступ, желательно в сети Интернет.

Я долго выбирал рукопись, однако потом принял предложение ангела-хранителя со стажем, настоятеля древнего духовно-рыцарского ордена «Ореол святых праведников-воинов», члены которого вот уже на протяжении многих веков искореняют всякого рода чернь типа обрядов магии и колдовства. Если что, сжигали ведьм на костре именно они. Кто-то говорит, что орден создан чисто в политических целях, дабы получить право голоса в Совете Двенадцати, но я далек от политики, да и ту работу, которую его сторонники проделали за все время, считаю существенной. Так вот, я рассказал настоятелю ордена о поручении руководства, и он предложил свою книгу, которую как раз собрался писать об одном американце. На мой вопрос, чем она будет полезна обществу, ответил, что пока секрет. Но добавил, что будет очень интересно и что данная книга полностью поменяет мироустройство. Правда, с этим у нас не любят шутить!

Несомненно, меня предложение заинтересовало. Я всегда взахлеб читал его произведения, меня можно назвать его поклонником. Он умеет сделать из любого грешника чуть ли не святого, а потом защитить его права в суде. А главное, остается непонятным, почему до сих пор никто из его подопечных не попал в ад. Серия сухих поединков с темными придавала ему вес в небесной канцелярии – к нему прислушивались, хоть проводи тренинги по безгрешности души. Да, он обладал здесь авторитетом, и именно авторитетом повлиял на мое решение. Поэтому я согласился и публикацию передал под его ответственность. Возможно, там и всплывут личные амбиции, но, судя по прошлому опыту, он пишет честно и бескомпромиссно, не жалея ни подопечных, ни темных, ни даже светлых сил. Когда он внутри творческого процесса, им полностью овладевает страсть, он поглощен, для него перестают существовать «свои» и «чужие». Все равны! Мне это качество в нем импонирует, хотя и по призванию он больше походит на адвоката дьявола или на политика, а многие здесь зовут его аферистом.

– Ты веришь этому аферисту? – часто спрашивали меня завсегдатаи библиотеки жизней. – Он и тебя втянет в авантюру! Выбери лучше сам.

– Я верю в силу таланта! – отвечал я. – Талант способен закрыть все недостатки несовершенного. Сам талант и есть проявление совершенства, другое дело, как мы его используем… – философствовал я. – Между неидеальным талантом и бездарным совершенством я больше поверю талантливому, потому что Бог с талантами не ошибается. Если Он кого-то чем-то вознаграждает, значит, в том есть смысл…

Я ни разу не усомнился в собственном решении – мудрая часть меня подсказывала, что мы на верном пути. Настоятель ордена «Ореол святых праведников-воинов» взял чистые священные листы и обещал вернуть шедевр для публикации в Интернете на официальной веб-страничке небесной канцелярии.

Часть I

Глава первая

Неизлечимая болезнь

Если кто-то спросит, о чем эта история, я отвечу: «Это история о мальчике, которого невзлюбила жизнь». С раннего детства его преследовали различные страхи, один из которых – старуха в капюшоне. Что она собиралась ему сказать, непонятно, но мальчик пугался ее и звал маму, а когда мама не приходила, писался, отчего взрослые решили, будто у него проблемы с мочеиспусканием. Иначе как объяснить мокрую постель по ночам? Именно по ночам, потому что старуха являлась к нему во сне. «Старая закоренелая детская травма, – скажете вы, – связанная с боязнью темноты». Всему детские психологи найдут объяснение, словно сами не были детьми. Они-то и выписали мальчику препараты то ли от недержания, то ли от страха, таким образом приучив мальчика с раннего детства к таблеткам. Про старуху, правда, мальчик никому не рассказывал: не хватало, чтобы его еще отвели к пастору и спросили за грехи человечества. Он никому не рассказывал свои тайны и со страхами боролся самостоятельно. А таблетки не помогали. Лучший способ справиться со страхом (если нельзя звать маму на помощь и писаться в постели) – от него убежать, а других способов он не знал. Потом вдруг ребенок перестал плакать, и все подумали, будто таблетки помогли. Но отсутствие слез совсем не говорило о разрешении внутренних проблем, скорее напротив, не плакал он, потому что настолько был подавлен собственным страхом, что не мог произнести ни слова, а про слезы и вовсе речи не шло. Он думал, что если заплачет, то старуха заберет его с собой. Вот так он перестал звать маму, писаться в постели и плакать. Значит, мальчик полностью здоров и готов встретиться лицом к лицу со взрослой жизнью. Когда он подрос, на неоднократные вопросы школьного психолога: «Вас что-то беспокоит?» – всегда уверенно отвечал: «Нет, мисс, всё в полном порядке». С этого, пожалуй, и начинается наша повесть о мальчике, которого невзлюбила жизнь.

О-о-ох, если бы все повести писались по рецепту, как лечились психологические недуги парня, то нам достаточно было бы указать «ночь», «улица», «фонарь»… ах да, «проливной дождь», чтобы наши герои сами досочиняли сюжет, а дорогие читатели его додумали за нас. Почему бы и нет? Зачем Толстому понадобилось четыре тома «Войны и мира», когда всю войну и мир можно разыграть в кабинете психолога и получить в качестве вознаграждения две упаковки перкодана? Сто таблеток за тысячу долларов – и вся ваша проблема решена, и весь ваш роман закончен. Медицинская страховка способна компенсировать любые ваши затраты, в том числе и в области искусства и спорта.

Но здесь представлен такой герой, чья болезнь не лечится с помощью химических веществ. И зовут его Джонатан. Да, это он уже не зовет маму по ночам. Да, это он уже не писается в постели. И да, черт возьми, ему кажется, что помощь ему не нужна, потому что с ним все в порядке, ведь так живут все. Именно этого персонажа мы выбрали для публичной книги жизни.

Чужой среди чужих

А может, это вовсе не болезнь, ведь если посмотреть на нашего персонажа сейчас, то ничего такого и не скажешь со стороны – довольно успешный мэн, работающий топ-менеджером в крупной холдинговой компании. Его статусу может позавидовать почти каждый, кто имеет представление, как выглядит настоящая американская мечта. Прибавьте сюда супругу, двоих детей, большой дом в престижном районе за городом и получите весь комплект счастья. Да, несомненно, Джонатан обладал всеми атрибутами счастья, однако самого счастья не имел. Сугубо по его личному мнению… Общество же считало иначе. Общество в лице близких людей постоянно упрекало: мол, чего тебе не хватает? У тебя ведь всё есть… А дальше давно знакомые обвинения сыпались в его адрес: «Ты просто с жиру бесишься». Если бы мы не знали Джо чуть лучше, чем все остальные, то тоже прошли бы мимо него и никогда не предали бы огласке его историю. Так бы и пылилась на полках рукопись. Но чем-то он нас зацепил. По крайней мере, некоторые фрагменты из его повседневности мы пересматриваем с удовольствием, словно захватывающий приключенческий фильм, и каждый раз открываем в них что-то новое. Из него бы вышел отличный голливудский актер. А что, он умел играть на публике, вызывая у присутствующих любовь, ненависть, жалость и сострадание одновременно. Этого у него не отнять… В этом весь Джонатан или просто Джо – так его называли друзья и близкие, так будем называть его и мы.

А теперь к его болезням… ой, точнее, проблемам…

Спросите, что мне больше всего нравится в этом парне, и я вам тут же отвечу: «Его скелеты в шкафу». Он их умело прятал от посторонних. Пока все думали, что Джо уехал на Гавайи и здоровски проводит там время, он лечился от кокаиновой зависимости в одной из лучших клиник Штатов, где днями и ночами его пичкали барбитурой и прокачивали на двенадцатишаговой программе анонимных наркоманов. Там его окружала целая свора психотерапевтов, которые задавали один и тот же вопрос: «Что ты помнишь из своего детства?» После этого он действительно пожалел, что не отправился с семьей или лучше с новоиспеченной любовницей на Гавайи. Всё познается в сравнении. А Джо любил сравнивать! Он постоянно сравнивал собственную жизнь с жизнью других людей, которые казались более успешными. Не берем сейчас его начальника Пола, с тем и так понятно, а вот его сверстники из далекого прошлого, которых он боялся и ненавидел, при одном воспоминании заставляли понервничать. Люди для него чужие. Какое-то чувство вселенской несправедливости грозовым облаком накрывало его и вот-вот готово было извергнуть свой гнев. И он сам взрывался без видимого повода, когда на вечерних группах поддержки поднимались вопросы смысла жизни.

Вот послушайте, что он нес:

«Я бросил всякие попытки поиска смысла еще в детстве, потому что это напоминало мне какую-то рекламную акцию, типа открой крышечку пепси и отыщи на дне бутылки собственное счастье. Разве этому можно верить? Все мои сверстники верили, что в кока-колу добавляют грамм кокса, а потому пили взапой и считали себя прожженными торчками. Я, в отличие от них, не притворялся, и, пока они запивали пепси-колой свой чизбургер, я пудрил носик с подругами в женском туалете… Поиск смысла я считал бесполезным занятием для домохозяек. Оно упало в цене настолько, что о нем заговорили даже таксисты. А представьте пилота пассажирского боинга, совершающего рейс из Сан-Франциско в штат Флорида, представьте, что на высоте десять тысяч метров он себе не ответил на вопрос, в чем смысл жизни, и, пока мы здесь с вами трындим, самолет врезается в нашу клинику…»

У кого-то из присутствующих данные слова вызвали смех, у кого-то панику, а Джо среди всех единственный, кто искренне желал, чтобы всё так и произошло. Но разве ему можно верить? А ведь ему верили!

Кто же его так сильно обидел в раннем возрасте, что он стал опасным для социума человеком? Настоящим паразитом, загоняющим в головы людей с неустойчивой психикой мыслевирусы? Позвольте пару слов о том… Мыслевирусы надолго или навсегда засели в головах миллиардов по всему миру. В головах президентов, губернаторов, миллионеров, менеджеров высшего и среднего звена. Весь офисный планктон давно заражен ими. Мыслевирусы глубоко проникли в сознание домохозяек, врачей, педагогов и тех, кто отвечает за нашу с вами безопасность. За наших с вами детей. За наше с вами будущее… А также спрятались в подсознании тех, кто отвечает за ментальную оболочку, о которой многим лучше не знать. Чертовы мыслевирусы заразны и передаются воздушно-капельным путем. Случайно услышанные на остановке, в общественном транспорте, на высоте десяти тысяч метров над уровнем моря сплетни, идеи, мнения… «Боже, храни Америку, смертоносный ураган надвигается на США!» – кричат первые заголовки в прессе, и их цитируют конгрессмены, вице-премьеры, вице-губернаторы, мать их, кандидаты в президенты или кандидаты на пост пресс-секретаря Белого дома. Да-да, спичрайтеры просто соревнуются между собой, кто напишет ужаснейшую новость и быстрее протолкнет ее в прессу. Желательно на первую полосу! И вся их забота – о том, чтобы мирные жители ни о чем не беспокоились. И все они ищут спокойствие в этом урагане хаоса и лжи. Задача неврастеника – доказать окружающим, что мир враждебен, что мир – царство зла. Одного такого неврастеника достаточно в редакции «Нью-Йорк таймс», чтобы убедить преданных подписчиков в том, что с людьми что-то не в порядке и они страдают неизлечимой болезнью. Им нужна срочная помощь! Убедить в том, что они носители смертельного мыслевируса, клетка за клеткой парализующего их мозг. Не зря говорят: журналистика – не профессия, журналистика – диагноз. Смертельный диагноз! Планета Земля – большая свалка ментального мусора! Человечество кормится из одной кормушки СМИ и Интернета. Никому не избежать заражения. Мыслевирусы заразят всех!

Да, Джо не единственный на планете, кто смотрел шире, кто видел картинку целиком, кто отслеживал причинно-следственные связи, кто задумывался и приходил к выводам, инсайтам, прозрениям, пусть и с помощью наркотиков; он не единственный, кто стоял на границе жизни и смерти, реального и потустороннего, кто не боялся пойти против системы, рискуя быть сломленным. Он не единственный, кто признавал у себя наличие ментального мусора, но в отличие от многих он понимал, точнее, догадывался, откуда идет вся эта бесовская чертовщина. Он мог рассказать о своих догадках консультанту реабилитационного центра, но тот бы упек Джонатана надолго в психиатрическую лечебницу.

К счастью, наши врачи, психологи, психиатры, психотерапевты, журналисты, педагоги, близкие и родственники, и те, кто нас любит, и те, кто в ответе за надежность системы безопасности, ничего не знают о наших с вами снах. А та-а-ам кроются настоящие тайны, корнями уходящие не только в детство, но и далеко за пределы реального мира. Именно сны, кошмарные сны каждую ночь качали Джонатана по волнам, а наутро со страшной силой выбрасывали на берег, словно рыбу, спасшуюся от стаи акул. Но на берегу он тоже задыхался… Где бы Джо ни находился, он чувствовал себя отвергнутым, чужим… И да, не таким, как все…

Избранный

Но существует еще что-то более страшное, чем мыслевирусы, загоняемые Джонатаном в неустойчивую психику пациентов. Их по крайней мере можно отследить или хоть как-то проконтролировать, в отличие от бесконтрольных сновидений, где всплывает всякая чертовщина. Вот там да… Вот там мыслевирусы даже рядом не стояли, там мыслеформы иного пошиба, исходящие далеко не от рода человеческого. Некоторые ученые говорят, мол, есть всеобщее информационное поле, к которому пытаются подключаться умы планеты, дабы брать гениальные идеи для своих проектов. Но тогда почему каждый второй киберпанк, кто подсоединился незаконно (например, с помощью наркотиков) либо истратил бесплатный лимит, сходит с ума или умирает не своей смертью? Подумывали даже полностью закрыть это поле от людей, но руководство высказалось за свободу: мол, без него не быть эволюции человечества – зачем отключать? Хороший вопрос, над коим мозговали лучшие умы международных конференций по нейролингвистическому программированию. Как говорила моя тысячелетняя бабушка, там тоже не дураки сидят! И эти недураки пришли к выводам, что информационное поле не такое уж и добро, как его рисуют. И эти умники для собственной безопасности решили создать альтернативу информационному полю, дабы ограничить трафик желающих воспользоваться бесплатной сетью, и теперь оно у них называется Интернетом. Но никто из этих умников вам не скажет, что Интернет лишь эксперимент американской разведки. Из многотомных военных документов, зачитанных на закрытых совещаниях и до сих пор не опубликованных в СМИ, следуют выводы: раз Интернет имеет такое колоссальное влияние на человека, что способен лишить его воли и выбора, то информационное поле, равное Интернету по функциям, никак не уступает ему по силе. Ведь так? Значит, верно, что информационное поле не всегда во благо и что оно способно воплощать сценарии высшего замысла. Никто не сомневается, что за ним стоят какие-то силы. А теперь представьте, что информационное поле захвачено темными сущностями и они дезориентируют абонента – выдают те знания, которые направлены не на благо, а на вселенское зло. Правда, тут и представлять не надо – отчасти всё так уже и есть. Но лишь отчасти… пока что. Отчасти информационное поле действительно заражено, но не мыслевирусами. Там есть нечто другое… Более опасное… о чем мало кто знает. Данное поле отвечает не только за наши бесконтрольные мысли, но и за наше поведение, порой предопределяя его на несколько шагов вперед. Да, здесь существует множество вариантов реакций на одни и те же ситуации, однако в приоритете всегда единственный, преобладающий над остальными… И человеку далекому, спящему наяву, вряд ли удастся увидеть альтернативные сюжеты, дабы воплотить их в жизнь, поэтому грешный идет по судьбе, которую предопределяют темные, а мы ему помогаем. По крайней мере, он так думает и вряд ли посмеет подумать иначе. Среди таких людей числятся и антихристы, и Наполеоны, и машины для убийств, и диктаторы-людоеды, и террористы… В этом списке нашлось место и Джо. Судьба перечисленных выше лиц предопределена. Тут не поспоришь. Но кто-то из них ведь должен разорвать этот замкнутый круг? Кто-то должен прозреть и сказать во всеуслышание: «Какого черта вы нас наебываете?» Ну а пока город спит и никто о том не думает… Спящим людям легче всего внушить, что они не хозяева собственной жизни, что есть информационное поле и оно решает за них, какой завтрак приготовить, какой фильм посмотреть на досуге, какую покупку совершить, какую девочку пригласить на свидание.

План на Джонатана

…Джо проснулся в поту. Кошмарные сны преследовали бедолагу на протяжении десятка лет. Чего они ему только не предвещали! Вместо того чтобы раз и навсегда разобраться в проблеме, покончить с нею, он от нее убегал. Строил укрытия из песка и прятался в них. Наркотики. Секс. Алкоголь. Азартные игры. Он все это перепробовал. Например, обезболивающие помогали Джо забыть о детстве, словно оно являлось тенью, призраком, следующим по пятам. А однажды он настолько сильно нафигачился, что оказался в центре осознанного сновидения. Люди годами копят энергию, личную силу, ведут аскезу, ездят в Тибет, посвящают кучу времени медитациям, чтобы оказаться там, а Джонатан лишь заглотил таблетку MDMA, как сразу и улетел в неизведанный экзотический мир. Осознанное сновидение – привилегия для избранных, и Джо незаслуженно вошел в их ряды. Однако за любым избранным стоит толпа демонов, каждый из которых так и норовит сбить праведника с пути. Но Джо об этом не думал.

Глаз на него положила Альцена – ведьма и потомственная колдунья, имеющая влияние в трех мирах. Эх, Альцена, Альцена, сколько она нервов потрепала всему белому свету! И не только белому. Некоторые ангелы перешли на ее сторону, а некоторых, умело подставив, она низвергла в ад. Абсолютно всё ей сходит с рук! Говорят, за ней сам дьявол стоит, но как по мне, идет демонизация ее образа с помощью современных политтехнологий. Как и другие темные, она думает лишь о своей карьере. Чем выше, тем больше власть и влияние. Именно она собственной персоной и являлась бедолаге в кошмарных снах. Что там говорить, Джо очень боялся эту проклятую старуху. При виде ее ему становилось прям жутко, душа уходила в пятки. И хоть иногда она приходила под масками близких Джонатану людей, например отца или матери, он всё равно испытывал страх. От нее исходил ужас и смрад. Некому его было защитить, кроме ангела-хранителя. Вступить в прямую схватку с Альценой означало сразу проиграть. Не потому, что она суперсильная, а потому, что слишком хитрая – обманет и добьется своего. Наверняка у нее есть план как на Джонатана, так и на его небесного покровителя. Ей нужно держать Джо в страхе, ибо страх является сильным рычагом управления человеком.

Ну, о таких глубинах подсознания терапевты, естественно, не догадывались. Они повторяли заученные фразы из книг по психологии, призывая Джонатана капитулировать перед болезнью: «Лишь однажды признав болезнь, ты выздоравливаешь». А чего Джо, собственно, боялся? Вскрывать ящик Пандоры? Мол, оттуда повалит всякое дерьмо и он не сможет с ним справиться? Возможно. А кто потом будет справляться со всем этим дерьмом, как не он, когда останется наедине с собой? Поэтому он и не доверял врачам – держал в себе, в редких случаях по пьяни мог извергнуть лучшему другу Брэнту, рассчитывая на его ограниченность. Так и было: Брэнт в психологии ни черта не смыслил, поэтому предпочитал молчать. А врачи – нет! Они постоянно задавали один и тот же вопрос: «Что ты помнишь из детства?» Когда психиатр сказал о каких-то серьезных блокировках в тех уголках подсознания Джо, где кроются решения всех его проблем, он вполне сдержанно ответил: «Доктор, наверное, вы правы… Наверное, если я не расскажу вам о своем детстве, то через год снова окажусь здесь… Но сейчас мне пора возвращаться на работу. Может, просто забудем наш разговор и оставим всё как есть?» Врач с какой-то жалостью посмотрел на Джо, словно хотел сказать: «Джонатан, неужели не понимаешь?..», на что Джо хотел честно ответить: «Fuck you!», но каждый из них держал дистанцию и соблюдал этикет. Сложно представить, что бы люди без него себе позволяли…

На выходе из клиники встречала его новая любовница. Он поцеловал ее и запрыгнул в тачку. Некоторых любовниц Джо даже по имени не помнил, настолько для него они были одинаковыми. Называл он их просто суками, потому что они вились вокруг него ради бабла, секса и наркоты. Не хватает только рок-н-ролла для полного счастья, чтобы его воспринимали как настоящего рок-идола. А рок-идол особо не выбирает… выбирают его, как правило, по крутизне. Женщины поддерживали его крутизну и давали то, чего он хотел. Он включил в машине на максимальную громкость свою любимую группу «Металлика», и под композицию «Master of puppets» на бешеной скорости они вылетели на хайвей. На ходу Джо затянулся двумя дорожками кокса для остроты ощущений. Славный малый, ничего не скажешь, только идет по наклонной прямиком в ад. А ведь дома его ждет жена Джессика и двое детей – они не знают, какая сволочь их папочка.

Зажравшаяся скотина

7 мая 2007 года, понедельник

На следующий день Джонатан выглядел отдохнувшим, словно действительно побывал на Гавайях. На работе все к нему подходили и спрашивали, классно ли оторвался. Он уныло качал головой и на все вопросы коротко выстреливал: «Все окей». Вот в этот самый момент, придерживаясь лучших традиций голливудских фильмов, принято ставить кадр на паузу и пускать закадровый текст о главном герое. Правда, не стоит его рассматривать под увеличительным стеклом, вы не найдете там ничего схожего с красавцами на красной дорожке. Вряд ли бы его лицо когда-нибудь засветилось в глянцевом журнале, разве что в криминальных новостях об облажавшихся неудачниках. Для наглядности посмотрите фильм с участием Джареда Лето «Глава 27». Актеру пришлось набрать тридцать килограмм, чтобы сняться в роли Марка Дэвида Чепмена, убийцы Джона Леннона. Иногда кажется, что и Джонатан специально набирает килограммы для какого-то крупнокалиберного проекта, но это не так – просто семейная жизнь его подпортила. Жены красавчиков порой намеренно пичкают мужей всяким дерьмом, чтобы те быстрее поправлялись и никому не нравились. Совсем уж толстым Джо не был, но спортивную форму, которую имел в колледже, конечно, растерял, лицо округлилось. Иногда на работе или на важных встречах надевал очки с тонкой оправой, чтобы делать умный вид. Но, несмотря на свою обыкновенность, небритые подмышки, не всегда опрятный вид и вечное нытье в стиле «пошло всё к черту!» Джо каким-то удивительным образом привлекал женщин. Может, срабатывало, что у него член двадцать пять сантиметров? Именно это он говорил каждой понравившейся чике, подогревая ее похотливый интерес. И хоть многие разочаровывались в его словах, однако дело было уже сделано. И чтобы не казаться полной дурой, наивно клюнувшей на размер члена, они на прощание ему говорили: «А ты прикольный…»

Начальник Пол, сам не красавец, со слегка искривленным носом и маленькими глазами, недоумевал, что женщины находят в Джо. Дело явно не во внешности – получалось, чтобы понравиться девушке, достаточно быть просто придурком и не вписываться ни в какие нормы поведения. Конечно, о Поле есть отдельная книга жизни, но здесь хотя бы скажу, что именно Пол заключил с Джо контракт, а в скором времени и хорошей должностью вознаградил. Многие удивлялись, почему именно Джонатану досталось место под солнцем, почему не другим сотрудникам, которые работали не хуже, а порой намного лучше. Но знали бы они всю подноготную его взаимоотношений с шефом, наверняка даже при всей ненависти к Джо хором сказали бы: «Бедняга!»

Честно признаться, Джонатан действительно получил должность топ-менеджера не по заслугам… скорее по связям, но такие связи врагу не пожелаешь. Вряд ли он сам догадывался об этих связях. Пол попустительствовал подчиненному. Например, Джо единственный из всех сотрудников получил в этом полугодии отпуск, хотя работы было так много, что некоторые сидели по выходным. Пол никому ничего не дает просто так, а если дает, то потом забирает вдвойне, поэтому поведение босса иногда казалось странным. Еще страннее, куда тот сам временами пропадал. Об этом история пока умалчивает.

Да, в последний период что-то в отношениях Пола и Джонатана пошло не так. Закончились сладкие дни для обоих… и наступило горькое послевкусие. Попахивало серьезным раздором. Пока Джо не было на рабочем месте, Пол присматривал на должность кого-то другого. Об этом Джонатана предупредил его верный и преданный друг Брэнт, когда они спускались по лестнице, но Джо никого не желал слушать.

– Ладно, приятель, давай до завтра! – попрощался Джо с лучшим другом, выходя из бизнес-центра. – Еще пару лохов – и, глядишь, на мазерати накоплю, – украдкой улыбнулся он, надевая темные очки и глядя через них на солнце.

– Ага, мечтай… – ответил Брэнт и сел в свою развалюху, которой сильно дорожил, ведь машина досталась ему от предков, отчего он гордо считал ее единственной в своем роде, неповторимым раритетом. Поэтому, в отличие от Джо, о мазерати и не мечтал…

Джо любил крутые тачки не меньше, чем классных девочек. Какая-то связь между дорогими автомобилями и девочками, одевающимися по последнему слову моды, все-таки прослеживалась. Он их постоянно сравнивал между собой. Например, к спортивному люксовому порше смело относил звезду фильма про Гарри Поттера Эмму Уотсон, а на астон-мартин вполне тянула представительница «Людей X» Дженнифер Лоуренс. Категориями знаменитых голливудских актрис лучше всего определять типаж и цену поклонниц Джо. В сторону развалюх вроде тачки Брэнта он даже не смотрел, да и любительницы выпить на районе и покричать на соседей вряд ли включат Джонатана в список друзей, которых можно пригласить к себе на вечеринку. Он для них являлся слишком лощеным и мажористым, короче говоря, кайфожором или зажравшейся скотиной, а такие способны испортить не только вечер, но и всю жизнь.

И вот эта зажравшаяся скотина старалась не пропускать ни одного шумного мероприятия, где реально прокатиться на следующей невинной особе женского пола. Да-да, здесь нет никакой путаницы. Джо приходил на показ мод словно в салон автомобилей. Топовых моделей на подиуме Джонатан оценивал профессиональным взглядом, будто дегустатор винной лавки приценивался к новым поставкам из погреба умершего в возрасте девяноста лет коллекционера. Зубы, цвет глаз и волос, размер груди, длина ног – Джо ничего не упускал из виду. Манера говорить, чувство юмора, женственность, обаяние – это как характеристики машины; характер, темперамент и акцент – это как мощность двигателя. Существовало множество различных нюансов вербального и невербального плана, на которые Джо обращал внимание. Непросто ему угодить как с новеньким порше прямо с витрины автосалона, так и с красавицами-моделями с показа мод. Разницы здесь почти никакой – от первого и второго он получал эстетическое удовольствие, так как в очередной раз доказывал окружающим, что хорошо в этом разбирается и у него прекрасный вкус. Правда, девочек он менял чаще, чем авто, хотя бы потому, что они обходились ему куда дешевле. Иногда бесплатно… Посудите сами: он бы никогда не отвалил за красотку сто штук зелени, чтобы разок-другой поездить на ней. Легче взять в аренду и, накатавшись вдоволь, сдать предмет плотского удовлетворения обратно. Пусть еще кто-нибудь попользуется, тем более (он постоянно напоминал себе, когда сильно увлекался) у него есть любящая жена.

Теперь, кажется, и не надо объяснять, куда он направился сразу после работы, предварительно набрав жену и сочинив очередную выдумку: «Я сегодня задержусь: ублюдок Пол загрузил по горло. Меня не жди. Буду поздно!» Конец связи. Джессика принимала его слова за чистую монету. Вряд ли данную валюту примут в каком-нибудь американском банке. Ложь лишь сувенирная продукция, которой он щедро одаривал семейство взамен на их наивность и преданность. Но не хотелось бы вдаваться в подробности их отношений и выносить сор из избы, тем более что ничего нового там не увидите. Достаточно лишь сказать, что Джо женился с надеждой, что его кто-то сможет придержать или вовсе остановить в случае, если рванет башню и потянет на приключения, за которые потом стыдно перед всем миром. Джессика должна была выступить сдерживающим механизмом, предохранителем. Однако, как показала семейная жизнь, надежда не оправдалась…

А теперь для приправы доля правды в море лжи. Пол действительно загружал Джонатана, и не только по работе. Была пару месяцев у него внеурочная работа… точнее, подработка, о коей никто из сотрудников не догадывался, даже мысли о подобном не допускал. Итак, начнем с того, что Пол прекрасно знал, куда время от времени ходит его подчиненный после работы. А также босс знал, каким успехом пользуется Джо у противоположного пола. Он этому удивлялся, но больше, конечно, завидовал, потому что бедолаге Полу такого успеха было не видать, даже если он будет ночевать в тренажерном зале. Его разрывала слепая ярость! Как так?! Он по должности куда выше и успешнее Джо, однако цыпы на него не обращают внимания и не принимают за мужчину. Секретарша и та не дает… угрожает вызвать полицию. Однажды даже шлюха так расхохоталась из-за его слишком маленьких, как две монетки, глаз, что не смогла с ним спать, но это только слухи. Да, именно девочки делали босса крупной компании несчастным. Что там говорить… При одном лишь виде жены Пол чуть не в обморок падал, ее внешность больно била по мужскому самолюбию. Сколько раз он обвинял жизнь в несправедливости! Наверное, именно столько, сколько видел свою жену в постели.

И однажды Пол не выдержал. Он вызвал к себе в кабинет Джо и спросил:

– Сукин сын, как тебе это удается?! – Буквально так и спросил.

– Пол, просто будь самим собой! – посоветовал Джонатан.

– Давай ты мне поможешь с девочками, а я тебе по работе выбью преференции…

Джонатан, конечно, согласился. А куда деваться? Да только их сотрудничество долго не продлилось. Сколько бы Джо ни приводил к Полу на офис разогретых цыпочек, при виде босса у них тут же появлялась куча дел и они просили немедленно им вызвать такси. Это еще больше возмущало Пола: падать лицом в грязь не только перед девочками, но и перед подчиненным, с которым у него давние счеты, о чем еще пойдет речь. Не ожидал Пол, что развести девушек на секс так сложно – в фантазиях и порнофильмах всё куда проще суровой реальности. Разница прям колоссальная. В итоге он просто начал им приплачивать за секс. А платить Пол не любил никому, он любил получать бесплатно, держать всех в узде, а лучше, чтобы ему платили.

Изо дня в день нереализованные фантазии начальника далеко не последнего звена делали его всё несчастнее и несчастнее, пока он не захотел искупать в данном несчастье собственное окружение. С тех пор жизнь подчиненных превратилась в ад. А для Джо Пол приготовил особый котел.

Лучше не придумаешь

8 мая 2007 года, вторник, вечер

Но вернемся к Джонатану. В его жизни работали другие принципы, однако они не делали его лучше – скорее напротив, циничным и непристойным. Этим поведением он сильно отличался от остальных, многих раздражал и несколько раз рисковал получить по роже. Ну, если разобраться чисто по-мужски, то кому захочется делить свою девочку с каким-то мажором и выскочкой? Те приемы, которые он использовал в отношении женщин, не добавляли, по мнению того же общества, ему достоинства. Поэтому, пока Джо развлекал и баловал очередную цыпу, окружающие на него смотрели с диким презрением, словно он перетрахал все их племя и оставил свой ген чуть ли не в каждой пещере. Вообще, если бы речь шла об угрозе вымирания всего человечества, то Джонатан был бы просто незаменимым, так называемым спасителем, носителем сильного гена. А так как в мире наблюдается явное перенаселение и число абортов с каждым днем растет, то он как кость в горле у социума – отсюда и такая реакция окружающих. Мне порой хочется присоединиться к обществу, чтобы проучить наглеца. Например, подговорить какого-нибудь здоровяка, чтобы врезал в нос хорошего прямого. Возможно, после точечного, согласно боксерским правилам, удара Джо осознает собственную ошибку и наконец вспомнит о жене и детях.

Ну а какие еще знаки придумать?

Ладно, признаюсь, сегодня ему здорово досталось… терпению нашему пришел конец. Правда, мы так не договаривались – просто ситуация вышла из-под контроля и удар оказался сильнее, чем ожидалось. Джо закусился с охранником клуба и получил по щам. Стоит признать, держался молодцом, оттого чуть не вынесли вперед ногами… Аварийное столкновение произошло в присутствии его новой пассии. Позволил лишка – доездился, называется! Договорился! Решил выпендриться и проскочить на красный сигнал светофора, думал, все позволено, однако не рассчитал силы. Будем считать, вселенское возмездие по всем «правилам дорожного движения» состоялось. Теперь, перед тем как нарушать рамки приличия, десять раз подумает, оглядится по сторонам, а потом только посмеет чирикнуть.

В этот раз Джонатан вернулся домой раньше обычного (раньше обычного считалось время до того, как Джессика уложит детей спать). Салли и Сэм встретили его прямо на пороге, пристально посмотрели на Джо и поразились, словно вместо папочки домой пришел чужой дядя. Они никогда не видели отца в таком ужасном состоянии.

– О-о-о, дети… – промычал Джонатан, щурясь, как будто со всех сторон его слепила яркими прожекторами полиция штата. – Привет… А чего вы еще не спите?

– Мама сказала, что дождемся папу и ляжем спать… – От младшего сынишки Сэма это прозвучало подобно «вы имеете право хранить молчание. Все, что вы скажете, может и будет использовано против вас в суде. Ваш адвокат может присутствовать при допросе…».

– Смотрите, что я вам принес! – Джо достал из-за пазухи мурлыкающего котенка, которого подобрал во дворе дома: бедняжка застрял между заборами и его пришлось вытащить оттуда.

Джонатан сам на тот момент походил на истерзанного котенка, поэтому и нашел брата по несчастью, только застрял он не между заборами, а между семейной и разгульной жизнью, не определившись до конца, чему отдать предпочтение. Конечно, он-то не наделял этот случай каким-то сакральным смыслом, но тем не менее звоночек от небесной канцелярии поступил: смотри, мол, застрянешь, и никто тебя не вытащит. Если бы тот котенок умел разговаривать, то он бы дословно передал.

– Кто тебя обидел, папочка? – не сдержала чувств Салли, выступающая в роли адвоката, и протянула руки, чтобы взять котика.

Папочка обнял детей осторожно, чтобы не запачкать кровью, и вошел на кухню, в комнату для допросов, где ждал его следователь, она же супруга Джессика. Вот-вот начнется семейный суд над злостным нарушителем законов общества. Держу пари, опять подлеца оправдают. Снова поверят в его гнуснейшую ложь.

Жена сидела за столом и маленькими глотками попивала какой-то травяной настой, глупо поведясь на очередную рекламную акцию сетевиков, распространяющих волшебные снадобья от всех болезней. Вполне возможно, это настой для подкормки растений, ну, сетевой маркетинг в своих «научных открытиях» человека к чему угодно приравняет, даже к папоротнику. Хотя, наверное, Джессика бы сейчас мечтала оказаться на месте какого-нибудь комнатного растения и не принимать участия в семейных разборках. Сколько бы она ни пыталась уходить от конфликта, терпению рано или поздно наступает the end. Рано или поздно ситуацию приходится брать под свой контроль, иначе если Джонатан будет и дальше сидеть за баранкой семейных отношений, то он погубит и себя, и детей. Тут больше сработал материнский инстинкт, нежели собственная гордость, – последнюю она давно запила холодной водой. Вот так…

– Зачем ты принес его? – кивнула она в сторону котенка, которого гладили дети. – Ты же знаешь, что у меня аллергия на животных. – Не выслушав ответа, по-видимому интересовавшего ее меньше того, что последует далее, она обратилась к Сэму и Салли: – Идите к себе… – Мама желала отправить за кулисы тех, за чью психику беспокоилась больше всего. – Папа скоро к вам подойдет…

Дети стали медленно подниматься по лестнице, как бы пытаясь оттянуть время слушаний, но слушания по делу Джо не оттянешь, их уже некуда оттягивать, если только в реальный зал суда для дачи показаний перед разводом.

Итак, семейные слушания начались сразу же, как только захлопнулась дверь в детскую.

– «Я сегодня задержусь: ублюдок Пол загрузил по горло», – проговорила Джессика слова мужа, словно прокрутила на диктофоне. – Это тебя Пол так поколотил из-за того, что ты вовремя не справился с работой? – подкрепила реплику наводящим вопросом. – Или ты лез через забор за котенком и проехался головой по асфальту? Какая из дурацких версий более правдоподобная?

– Ой, давай не будем… – сопротивлялся Джо.

– Мне каждый раз звонить Полу и узнавать, где ты?

– Ты звонила моему начальнику?

– Нет, – отрезала Джессика, – я звонила своему одногруппнику. Не забывай, Пол учился с нами в одном колледже. Оказывается, о твоих приключениях он знает гораздо больше меня… Обещал скоро все рассказать. Еще признался, что знает личные секреты каждого сотрудника. Быть может, и на тебя у него есть компромат?

– Я-то думаю, чего он за мной подглядывал в студенческом сортире? – съязвил Джо.

– Очень смешно… По крайней мере, он закончил колледж с отличием…

– Так почему ты не вышла за такого умника замуж? – пошел в наступление Джонатан.

– Потому что, дура, повелась на твои сказки о счастливой жизни… – Джессика произнесла это искренне, и у нее от слез заблестели глаза. – Он, в отличие от тебя, домой приходит вовремя, находит время погулять с детьми, пообщаться с родными и близкими, с женой, наконец, поговорить по душам. И при этом он в твоем представлении – проклятый Пол, которого тайно ненавидят все сотрудники компании, а в моем… он идеальный муж и семьянин. Вот что я искала в тебе и не нашла… – Она ненадолго замолчала, чтобы перевести дыхание и сдержать слезы обиды. – Быть может, стоит уже перестать винить окружающих и поискать причину в себе?

– Многого ты о Поле не знаешь… – в ответ зачитывал собственные показания Джо. – Во-первых, он не любит свою жену, в отличие от меня. Во-вторых, Пол – извращенец: он ищет девушек для того, чтобы воплотить в жизнь свои нездоровые сексуальные фантазии. В-третьих, Пол с прибабахом… Мне о том по секрету рассказал один медик, который подрабатывает в психиатрической лечебнице. Пол частенько бывает у них на обследовании. Ты еще не передумала выходить за него замуж? О-о-ох, ты столько упустила! – Джо присел на стул. – А что касается меня, то да, мне действительно не хватает приключений. Семья – моя отдушина, но мне нужен и драйв, адреналин, эмоции. Джессика, я ведь не какой-нибудь старик – сидеть в кресле-качалке, читать газеты и думать о прожитых годах! И не маньяк Пол, выискивающий жертв для сексуальных утех. Я нормальный, здоровый мужик! Именно поэтому я и решил записаться… в бойцовский клуб, куда хожу после работы… – (Джонатан в совершенстве владел простой формулой: «Чем наглее ложь, тем легче в нее поверить».) – …где собираются настоящие мужики и бьют друг другу рожи. И вот сегодня я встретился на ринге с самым злобным соперником, давно хотел его размазать по стенке… и показать… кто настоящий чемпион… – Джо даже стал имитировать удары, показывая, как он с ним расправлялся.

– Когда ты уже повзрослеешь? – с грустью вздохнула супруга. – Остается надеяться, что они выбьют всю дурь из твоей головы. – Джо в ответ улыбнулся, довольный тем, что она поверила в его спонтанную выдумку. – Из всего этого радует только то, что ты не по бабам шлялся… – Джессика поднялась, чем Джонатан воспользовался, чтобы подойти и обнять ее, так обычно заканчивались любые ссоры в семье. – Пойми, Джо, – с каким-то состраданием взглянула Джесс на мужа, – я беспокоюсь за тебя… Я не хочу, чтобы ты вляпался в какую-нибудь авантюру и потерял работу. Пообещай мне, что все будет хорошо?!

Вместо ответа, Джо крепко обнял супругу и поцеловал.

– И да, уложи детей. Сэм опять подрался – поговори с ним, прояви свои мужские качества: они в семье нужнее, чем там, куда ты ходишь… – После чего она вылила содержимое кружки в раковину со словами: – Какая гадость! – имея в виду биохимические добавки для папоротников.

Джонатан развернулся и, после имитации пары боксерских движений, направился к детям. Только кого он нокаутировал на самом деле, супругу или охранника, пусть читатель домыслит самостоятельно.

Дети о чем-то переговаривались. Когда папочка зашел, тут же затихли, как мыши, желая по его поведению распознать, чем закончился серьезный разговор с мамой. Джо находился в приподнятом настроении, потому что отделался условным освобождением из зала суда, а это означало, что он и дальше может вести беспорядочный образ жизни.

– Па-а-а-ап, – медленно поднял расцарапанную руку Сэм, – а я тоже подрался с мальчишкой из старших классов. Давно хотел его проучить… он обижает наших девчонок.

– Это он просто хочет быть таким же крутым, как и ты, – засмеялась Салли.

– Мама меня за это отругала, – добавил Сэм.

– Не переживай, сынок, – папа присел на кровать сына и посмотрел на его царапины. – Парни есть парни. Рано или поздно каждому приходится постоять за себя.

Кажется, сегодня все обстоятельства складывались в пользу Джо. Цепляющиеся одно за другим совпадения лишь укрепляли ложь главы семейства. Ну, раз Сэм в школе подрался, то почему и Джо не может? И раз мама простила сына за драку, то и мужу прощается мальчишеское поведение…

Папочка пожелал детям спокойной ночи и спустился с котенком обратно на кухню, где напоил того молоком, а сам достал из бара бутылку виски и наполнил стакан, после чего поднял его и про себя сказал, глядя на кота: «Ну, давай, за тебя!» Котенок в ответ лишь махнул головой после короткого «мяу».

Джонатан надеялся, что алкоголь поможет ему быстро заснуть и не увидеть тот повторяющийся дурацкий сон, который приводил его в ужас. К счастью или к сожалению, сны вне его компетенции, поэтому приходится часто напоминать этому парню, что смерть совсем рядом, что если в ближайшее время ему не разобраться с главной проблемой, то наступит конец. Ну а какие еще знаки придумать?

Может, опять заехать ему по роже?

Глава вторая

Спор с отцом

Декабрь 2006 года

Как же сильно Джо походил на отца! И речь не о внешности, хотя нос с горбинкой и карие глаза у Джонатана, говорили, папины, – речь о характере. Оба упрямые и свободолюбивые. Оба слабы к противоположному полу, несмотря на возраст и семейное положение. Отец Джонатана был трижды женат и от каждой жены имел по сыну и дочери; это если не брать в расчет внебрачную связь с мамой Джо, с которой папа состоял в особых отношениях. Пока Джо не имел второй и третьей супруги, но, по всей видимости, дело к тому шло. По крайней мере, часть миссии с двумя детьми он исправно выполнил.

Джонатану не нравилась данная схожесть, он всячески ей противился, потому что тут нечем было гордиться: отец не являлся примером для подражания. И чем больше Джо узнавал в себе папины черты, тем большей ненавистью преисполнялся. Везде, как в зеркале, он видел отражение папиных следов.

Окружающие Джо его отца не знали, поэтому позволяли в разговоре с ним такие, например, шуточки: «Жизнь нужно прожить таким образом, чтобы каждый встречный ребенок говорил тебе: „Привет, папа!“» «Что за дерьмо?» – поморщился Джо, как будто действительно залез в него по уши. Шутка одного из пациентов клиники во время перекура ему показалась идиотской, по крайней мере себя он в ней не увидел. Зато увидел отца, причем явно… прям стоит перед его глазами и ехидно так улыбается, словно насмехается над сынишкой. От этой шутки ему не смеяться хотелось, а плакать. Его обостренное восприятие заставляло думать, что все обо всем знают, а потому смеются над ним: дескать, недолго тебе осталось, скоро пойдешь по стопам папочки искать собственное счастье. Да, здесь нет ничего смешного: число жен и детей отца Джонатана можно объяснить душевными поисками. Правда, от этих поисков никому не становилось лучше. Разве возможно отыскать счастье за те пару часов в неделю, когда папочка виделся со своими детьми? А с Джо и вовсе не виделся после достижения им шести лет, так как считал пацана уже взрослым. «Вырастет – поймет», – оправдывался его отец за свой беззаботный образ жизни. Вот она, жестокая правда, отравляющая детское представление о сказочном мире. Естественно, мальчик затаил обиду. Проглотив горькую пилюлю, пытался навсегда забыть о его существовании. Но не тут-то было – отец умудрялся являться в снах, как бы компенсируя то время, которое отсутствовал.

И вот однажды, незадолго до своей смерти, он пришел попрощаться с сыном. Сказал, что уходит туда, откуда никто никогда не возвращался. Джонатан понял, о чем речь, и захотел на прощание хоть в чем-то с ним не согласиться, выразить протест:

– Нет таких мест, откуда нельзя вернуться.

– Плохо ты знаешь жизнь, сынок, – устало проговорил отец.

Тогда Джонатан решил с ним поспорить. Отец протянул сыну руку для прощания, а Джо попросил какого-то незнакомца перебить. Правда, на что именно спорил Джонатан, он так и не припомнил, когда проснулся. Отец вскоре ушел на тот свет, а сын, несмотря на все просьбы Джессики навестить его перед смертью, так и не сделал этого. По-видимому, глубоко засела проклятая обида. Очень глубоко, зараза…

Джонатан не догадывался, что во сне к нему приходил совсем не отец, а перевоплощенная Альцена. Как вам такой поворот? Отец Джо – наиболее подходящий образ для ее целей. Через него она могла, например, сбивать с пути, запутывать, пугать, внушать, подвергать опасности – широкое поле для манипуляций. Никто не способен противостоять ей. С улыбкой на лице она может затянуть петлю на шее противника так умело, что ни у кого не возникнет сомнений в суициде. И даже записочку оставит. Альцена захотела загнать Джонатана в могилу вслед за отцом. И даже точную дату определила – пятнадцатое мая. В таком случае оставалось совсем немного времени Джонатану жить, а Альцене – претворять свой план по отправке бедолаги туда, откуда не возвращаются, чтобы выиграть спор… И не только спор, но и целую битву…

Разговор по душам

9 мая 2007 года, среда

Когда с разбитым лицом Джо пришел на работу, с ним даже здороваться боялись, не говоря о том, чтобы посметь о чем-то спросить. Один лишь Брэнт крутился вокруг и прикалывался с каким-то извращенным подтекстом типа «ты полюбил грубый секс», «ролевые игры», «садомазо». Джо обрубил шутки друга: «Не знал, что в голову девственникам лезут такие пошлые мысли». Хорошо хоть не затронул его религиозных чувств и не ляпнул о воспитании в духе десяти заповедей, иначе бы навсегда лишился дружбы. А хотел ведь сказануть! Рвало наружу. Но в последний момент сдержался и предложил пройтись в обеденный перерыв и опрокинуть по чашке кофе. Брэнт кивнул в ответ и поспешил на рабочее место, так как издалека увидел надвигающегося шефа.

Вид у Джо действительно был жуткий. Если сейчас в его сторону и посмотрит какая девушка, то чисто из жалости, а девушки с мужиками из жалости точно не спят. Единственный человек, кого Джо обрадовал своим видком, был Пол. В честь такого праздника Пол даже первым поздоровался, проходя мимо, а потом улыбнулся. Такое складывалось ощущение, что тот злорадствовал, так как давно собирался нечто подобное сделать сам, но сдерживался. Во взгляде Пола пощады не было никакой, от него человечностью и не пахло.

Джо реагировал на начальника враждебно: тот накануне говорил его супруге о каком-то компромате. Утром Джо переспросил Джессику о нем, но та ничего больше не знала. Если бы знала, наверняка сказала бы: Джесс можно верить, она не станет скрывать, ведь от благополучия мужа зависит и будущее ее детей. Джо хотел поскорее выведать, к какому сценарию ему готовиться, потому и предложил Брэнту сходить попить кофе.

– Слушай, Брэнт, – обратился к другу Джо, когда они шли с одноразовыми стаканчиками по улице, – помнишь, ты упомянул, мол, шеф присматривает на мою должность кого-то другого? Не успел вчера тебя об этом расспросить.

– Ну конечно, спешил к своим… – Брэнт откашлялся. – Как ты успеваешь везде мутить: на работе, дома…

– Я хочу знать, откуда у тебя такие сведения? – прервал его нотации Джо.

– Вообще-то, об этом давно и всем известно, кроме тебя, – шеф метит на твое место Гарри.

– Теперь понятно, почему Пол отпустил меня в отпуск, – хотел, чтобы Гарри поработал с моими клиентами, в том числе и с итальяшками. Значит, следующий мой отпуск будет очень скоро и насовсем…

– Да ладно, приятель, тебя никто не уволит, просто понизят в должности, но от этого твой овальный кабинет не уменьшится.

– «Просто понизят в должности», – повторил слова друга Джо и остановился, чтобы взглянуть Брэнту в глаза. – «Просто понизят», – вновь проговорил он и посмотрел на мимо проходящую симпатичную длинноногую цыпу. – Слушай, Брэнт, вот скажи мне честно: если бы ты погонял месяцок на астон-мартин, а потом пересел бы на свою развалюху, как бы тогда чувствовал себя? Хорошо? – Брэнт в недоумении смотрел на приятеля. – Ладно, приведу другой пример. Видел ту цыпочку?

– Какую? – оборачивался по сторонам Брэнт, так как не понимал, о ком идет речь.

– О-о-о-о, черт возьми! – злился Джонатан, глядя в небо, словно умоляя Господа, чтобы друг-кретин поскорее сообразил, а лучше навсегда усвоил его жизненную философию. – Смотри сюда, на меня. Представь классную чиксу. Бедра упругие, попка круглая, грудь третьего размера, лицо, как у Дженнифер Лопес. Ты провел с нею всю ночь в президентском номере люкс-отеля. Она с утра приняла душ, сделала тебе прощальный минет и ушла. Приходит уборщица, обычная филиппинка, маленького роста, с узкими глазенками. После бурной ночи с Дженнифер Лопес ты посмотришь на нее как мужчина? То есть захочешь ее трахнуть? Начнешь ее соблазнять? – Терпению Джо наступал конец, так как он не мог дождаться положительного ответа от Брэнта или хотя бы намека на то. – Уложишь ее в постель?

И тут Джо врезался в толстуху-филиппинку и разлил на себя кофе, при этом выслушал череду оскорблений в свой адрес:

– Смотри, куда прешь, придурок! – И в таком же духе.

– Дура, ты всю дорогу перегородила, – успел крикнуть он ей вслед.

– Будь осторожен со своими мыслями, они имеют свойство воплощаться… – возобновляя движение, пошутил Брэнт.

– Башка у тебя пустая – вот тебе и все равно, с кем спать и на чем ездить! – не выдержал Джо. – А мне далеко не по фигу. Хуже унижения, чем понижение в должности, для меня не существует. Пусть лучше уволят сразу, и я никогда не увижу этого мудака Пола, чем стерплю плевок от тех, у кого в жизни нет ни девок, ни классных тачек. Я намного успешнее их в этом, и они мне лишь завидуют. И никто из них не знает и никогда не узнает, через что мне пришлось пройти, чтобы получить все эти блага!

Вообще, Брэнт не понимал, о каком успехе говорит Джо, потому что находился вне круга его интересов, вне его суррогатов по повышению собственной значимости. Да-да, словно желания и даны были Джо, чтобы он доказывал всем свою крутость: куча бабла, кокс, алкоголь, девочки, дорогие тачки и прочее дерьмо. Разве нет?

Хороший у них получился разговор. По душам… Но пока Джо не занесло дальше, следовало его словесный понос прервать. Вовремя подвернулся идущий навстречу старик-бомж с тележкой. Он смотрел на людей с позиции Бога из Ветхого Завета, который собирается извергнуть свой гнев на все человечество. Бомж обратил внимание на Джонатана, чья светлая рубашка была испачкана темным кофе, словно его пометили свыше. Избранный, ха! Старик с ненавистью глянул на Джо и со всей жестокостью выдал:

– Ты совсем в желаниях запутался, уже запинаешься, как бы не упал…

– Сегодня что, в психушке выходной? Что с людьми происходит?

– С пути сбился, потерял себя, одумайся, пока не поздно! – выкрикивал бомж. – Вы все одумайтесь, люди! Вы все погрязли…

– «Слушай, что тебе говорят другие: даже у дураков и невежд есть что сказать», – внезапно выстрелил Брэнт цитатой из какой-то религиозной книги.

Знал бы Джо продолжение этого отрывка: «Остерегайтесь людей крикливых и агрессивных, они травмируют твою душу». Но он не знал, поэтому холодно ответил:

– Не верю я во всю эту хрень…

Тут же к лицу Джонатана прилипла какая-то газета с большим заголовком на первой странице «Help me», отчего Брэнт громко засмеялся. Джо сорвал ее, смял и со всей дури бросил в лоб приятелю.

– А если в следующий раз кирпич прилетит? – на полном серьезе выдал Брэнт.

После этого они молча направились в бизнес-центр.

История про муху

Если бы Джо был мухой, его бы давно прихлопнули. А вообще, он мало чем отличается от мухи, такой же слепой по натуре, как и всеми нелюбимое насекомое. Бьется о стекло, тогда как рядом открыта форточка. Противное существо. И чем оно навязчивей, тем более самонадеянно. На что надеялся Джонатан – непонятно. Быть может, он думал, что в любой момент сможет воспользоваться шансом, чтобы вылететь в открытую форточку? Но всегда найдется тот, кто ее закроет, если однажды шанс не использовали. Неужели думал, что и дальше будет летать по комнате, раздражая своей навязчивостью гостей?! Каждый из присутствующих давно мечтал его прихлопнуть. Просто из вежливости его не трогали, терпели, не хотели об него руки марать. А хозяин в лице Пола наблюдал за этой назойливой мухой, выжидая, пока она залетит в темную комнату, где он сможет незаметно для всех с нею расправиться. Джо – своенравная назойливая муха, мешающая людям жить. Она портит людям праздник. Таких, как Джо, в конце концов ждет мухобойка. Имеет ли такое насекомое право на существование?..

Они влетели с Брэнтом в офис – влетели, прямо как мухи, потому что сильно опаздывали. С обедом они явно затянули… По дороге обсудили еще пару рабочих вопросов, в том числе и сделку с итальянцами, хотя Брэнт не имел к ней никакого отношения. И вместо того, чтобы пулей полететь в свой овальный кабинет и не мозолить глаза начальству, Джо решил лишний раз пожужжать перед Гарри, так сказать, напомнить о себе.

Гарри был невысокого роста, и этот недостаток он компенсировал хитростью, подхалимством и вылизыванием вышестоящих задниц. Пригодилось и дорогое образование в Англии, которое оплатил папа, и, видимо, отсутствие рвотного рефлекса. Он старался быть во всем идеальным: идеально уложенные волосы, идеально блестящие туфли. Но все равно производил на окружающих двоякое впечатление: то ли рыжий, то ли шатен; то ли учтивый, то ли подхалим; то ли сноб, то ли прихвостень. Гарри недолюбливал (мягко сказано!) Джонатана, в принципе, как и многие другие. Именно Гарри повеселил итальяшек на первой встрече историей про муху. Рассказал им, как приехал по работе в Милан и остановился в пятизвездочном отеле, где случайно оказался свидетелем сцены – администратор отчитывал швейцара за то, что он впустил в помещение муху, которая впоследствии попала в суп владельца этого заведения. Не знаю, правда это или Гарри специально выдумал, чтобы развлечь итальяшек, но своего достиг – смеялись все до колик. Все, кроме Джо… Ладно ничего смешного в истории Джо не увидел, но ради приличия можно было хоть улыбку выдавить. Ан нет. Не смеялся Джо потому, что после рассказа, когда все рассмеялись, Гарри украдкой взглянул в его сторону, словно тот и являлся этой самой наглой мухой, ворвавшейся в пятизвездочный отель. На чужую встречу. Туда, куда не приглашали. Да-да, именно так показалось Джонатану, по крайней мере, он уловил в этом какой-то намек. И он почувствовал себя тогда мерзким, противным слабым насекомым, над которым угорали все. После того случая Джо и утратил преимущество в переговорах с итальянцами…

Гарри-остряк поставил мат в два хода. Теперь настало время отыгрываться.

– Привет, Гарри! – залетел в кабинет Джо. – К тебе программист еще не заходил?

– Нет, а что? – тот оторвался от монитора и поднял на вошедшего тяжелый взгляд.

– Срочно нужно перенести важные файлы, у нас в сети вирус… – задребезжал голос Джо, словно утренний будильник, отчего Гарри аж подскочил на стуле:

– Какой вирус?!

– Вирус… вирус… – бормотал Джо, садясь на место коллеги. – Сейчас все исправим, у меня такое уже было… Где у тебя тут важные документы?

Много ума Джо не понадобилось, чтобы, не дожидаясь ответа, выделить все и отправить в корзину.

– Вот так! – выпрямился он. – Теперь и ты почувствуй, каково это, когда год работы идет в корзину, – похлопал Гарри по плечу и пожелал на прощание удачи.

Вот и вся история про муху.

Рабочие будни

10 мая 2007 года, четверг

Джо, развалившись в кожаном кресле в своем овальном кабинете, досматривал порноролик, который висел у него в закладках со вчерашнего вечера. Сколько раз его просили не лазить по сомнительным сайтам, так как в большинстве своем они вирусного содержания. В прошлом месяце, до того как уйти в отпуск, он явился виновником перегрузки сети, опять же из-за порнухи. Владельцы ресурса всех пользователей подключали к майнингу – добыче криптовалюты Verge, а это тянуло немало электроэнергии и задействованных на содержание корпоративной сети мощностей. Сисадмины, наблюдая за очагом возгорания, думали, что Джо посреди рабочего дня устроил в своем кабинете вечеринку с блек-джеком и шлюхами, причем последние настолько сильно проголодались и вымотались, что включили одновременно микроволновку, электрочайник, тостер, утюг, фен, водонагреватель, стиральную машину, пылесос и кондиционер. И все по максимуму. Тогда Пол был вне себя от ярости. Он ворвался к Джо, но не увидел ничего, кроме жующего сэндвич подчиненного. Предчувствуя опасность, Джо им чуть не подавился…

С тех пор, если в сети появлялся какой-то вирус или происходили внештатные ситуации, все бочки сразу катились на Джо. Да за что его так невзлюбили? Кто-то даже написал петицию и собирал подписи, чтобы Джо вовсе отключили вайфай, так как он препятствует работе своих же подчиненных. Но Пол сжалился и не поставил финальную подпись, хотя обиду за его прошлые грехи по-прежнему держал. Буквально через неделю Verge прислала руководителям и акционерам компании, где работал Джо, письма с благодарностью за исключительный вклад в развитие порноиндустрии, а именно ресурса PornHub, откуда Джонатан все и качал. Вместе с почтой адресаты получили фирменные футболки, наклейки, признания в любви от лучших порноактрис и несколько видеоновинок, еще не вышедших на экраны. Также приглашения на какую-то порновечеринку с участием голливудских звезд. Понятное дело, Джо не досталось ни первого, ни второго, ни третьего. Ничего, кроме выговора от начальства и отпуска за свой счет. Самое интересное, Джо не чувствовал за собой какой-то вины и не видел ничего противоправного в собственных деяниях, особенно после того, как узнал о благодарственных письмах. Скорее напротив, он даже почувствовал себя настоящим героем, рассказав об этом случае в клинике: мол, смотрите, какое сотрудничество получилось с известной компанией Verge – что тут скрывать?!

– Неблагодарные! – с пониманием подытожила тогда рассказ одна из пациенток, в прошлом стриптизерша и эскортница в ночном заведении на окраине Лас-Вегаса. – Я тоже работала за так, но никто моих стараний не оценил, принимали как само собой разумеющееся…

Пожалуй, она была единственной, кто искренне посочувствовал Джо, кто понимал, какой неоценимый вклад он внес в общее дело. Поэтому теперь, развалившись в кожаном кресле, Джо считал себя в полном праве досмотреть порноролик. Более того, он думал, что делает этим компании одолжение. Он просто неисправимый… Его наглость дошла до того, что он разбил три дорожки кокса. И собирался вот-вот занюхнуть, если бы в кабинет Джо без стука не вошла сотрудница-филиппинка, которая и нарушила его сиесту. Хорошо хоть успел резким движением закрыть ноутбук и прикрыть им же дорожки…

Девушку совсем недавно пригласили на работу и, наверное, забыли предупредить, что нужно стучаться перед тем, как войти. По-видимому, на Филиппинских островах об этом еще не знают, не прижилась в их пещерах американская культура. Верилось с трудом, но Пол назначил ее ассистентом топ-менеджера. И смешно здесь не то, что филиппинка занимает в довольно крупной компании серьезную должность, вместо того чтобы прибираться в номерах отеля, а то, что ассистирует она именно Джо. Такое ощущение, будто шеф решил над ним постебаться и свести с уборщицей перед тем, как понизить в должности или вовсе уволить.

Девушка тенью ходила за Джонатаном, а иногда ему казалось, что специально за ним следит и на диктофон записывает его разговоры. Паранойя, что ли, преследующая практически всех торчков? Хотя после того, как Джонатан узнал про компромат, можно кого угодно подозревать в шпионаже за собой. И филиппинку в первую очередь…

– У вас там, в Филиппинах, все друг на друга похожи? – еле сдерживался от крика он.

– Нам часто задают этот вопрос, – в ответ улыбнулась ассистентка, стоя с кипой бумаг. – Хотя мы американцев хорошо различаем… – решила пошутить та.

– Да, мы, американцы, тоже умеем отличить хамло от человека культурного.

– Простите, я что-то сделала не так? – сразу повелась на чувство вины сотрудница.

– Первое, что ты сделала не так, – это не постучалась перед тем, как зайти. А второе, оно намного хуже первого, заключается в том, что ты устроилась не на свое место. Ну, давай начистоту, лично между нами: нравится тебе здесь?

– Ну… – засмущалась та. – Я, наверное, еще не привыкла…

– Давай я тебе найду классную работу по душе…

– Правда? – сразу засияла та.

– Конечно! Я сегодня же поговорю с управляющим пятизвездочного отеля и попрошу его взять тебя на высокооплачиваемую работу…

– А в чем она заключается?

– Надо убирать номера на пару со своими сестрами-филиппинками. Уверен, делать будешь лучше всех! Ну, согласись, не идет тебе работа с бумагами, куда лучше швабры, тряпки, моющие средства – с ними ты сочетаешься просто идеально. Обещаю тебя навещать, скорее по утрам, когда время моего пребывания подойдет к концу. Туда ровно в полдень ты можешь входить без стука… Я разрешаю…

– Я вообще-то пришла вам сказать, – догадавшись, что Джо над ней насмехается, она попробовала перевести разговор в серьезное русло, – тут цифры не сходятся.

– Проваливай! – выстрелил Джо. – Проваливай туда, откуда приехала! Иначе мне придется вызвать миграционную службу и депортировать тебя навсегда!

Девушка в слезах вылетела из кабинета, а Джо испытал удовлетворение из-за того, что отыгрался за пролитое толстухой-филиппинкой кофе.

Не успел он отойти от первой ассистентки, как через минуту в полуоткрытую дверь ворвалась вторая. Тоже без стука. Джонатан собирался уже громко выругаться, так как ему показалось, что сработала женская солидарность (если она действительно существует) и та поспешила вступиться за обиженную коллегу, но его догадки мигом развеялись.

– У вас совещание через пятнадцать минут…

– Почему я всегда узнаю об этом в последнюю очередь? – не сдержал возмущения Джо, хотя с симпатичными девушками типа второй ассистентки, коренной мексиканки, он так себя никогда не вел.

– Потому что ваш кабинет находится рядом с залом для переговоров, – улыбнулась она в ответ: по-видимому, ей не хотелось оказаться на месте филиппинки.

– Но твой гораздо ближе? – решил пошутить Джо, чтобы разрядить обстановку, которая накалилась по вине первой ассистентки.

– Мой, если вы забыли, расположен рядом с вашим…

– Расценивать это как намек? – подмигнул Джонатан, одновременно открывая ноутбук, откуда сразу полились стоны, которые судорожно пытался приглушить, нажимая на все кнопки клавиатуры.

– Опять перегружаете сеть? – пошутила острая на язычок девочка, но при этом неприступная, прям в его вкусе. По просьбе Пола Джонатан ее не трогал.

Джо закрыл ноутбук и начал собирать на столе какие-то бумаги и папки, чтобы на переговоры прийти не с пустыми руками и создать видимость бурной деятельности. К коксу он не успел притронуться. Отвлекли… Честно, он даже не знал, чему посвящена сходка. И никто ему об этом не сказал. Опять сюрпризы? В последнее время он стал их бояться, так как ничего хорошего они не несли. Перед тем как выйти, Джо остановился посреди кабинета и на минуту задумался: кто займет его кресло, если он уйдет? Кто будет работать на его компьютере, просматривать на нем интересные видосы? Как-то от этих мыслей повеяло тоской, потяжелело на душе. Джо реально не хотел отсюда уходить. Любой ценой ему нужно было тут удержаться. Его кабинет – это его крепость, его песочница в детстве, где он мог позволить себе делать все. Он здесь царь и бог!

Если бы только Джо знал, что ждет его впереди… Он представлял наихудший сценарий. Как он забаррикадируется тут, закроется на все замки, достанет дедушкин обрез, откроет окна и начнет отстреливаться от тех, кто захочет его отсюда выдворить. И первым будет непременно Гарри. На следующий день по телевизору в выпуске новостей обязательно покажут Джонатана крупным планом, сообщат о тридцати шести жертвах, объявят самым злостным преступником в истории Штатов. Да, он бы вошел в историю… Тогда его поклонницы, видя Джо по телику, про себя будут думать, что переспали с самым опасным человеком на земле и что их дети будут носителем его гена и будут представлять реальную угрозу для всего человечества… И какие только сценарии он не рисовал в своей голове, когда не прикасался к дорожкам кокса на протяжении суток! Страшные сценарии, которых он очень боялся, – они-то его и привели тогда в клинику. Об этом стоит сказать пару слов.

«Дьявольское дерьмо»

Декабрь 2006 года

Под Рождество Санта-Клаус с напудренным носиком подогнал новую партию наркоты из Колумбии. В ограниченном количестве, чисто для вип-персон типа голливудских звезд, один грамм – чуть не штука бачинских. Дорого оказалось даже для Джо, но раз товар эксклюзивный, то чем он не голливудская звезда? Решил затариться на десять штукарей. Употреблял только сам и ни с кем «дьявольским дерьмом» не делился. Для тех, кто не знает, «дьявольское дерьмо» – это такая разновидность кокса, нетрудно догадаться, название носит из-за своего дьявольского эффекта. А по поводу голливудских звезд – это не выдумка. Чистая правда! Просто личный дилер Джо, кто постоянно поставляет ему наркоту, работает продюсером сериалов для домохозяек на телевидении, в свободное время подрабатывая на детских праздниках, поэтому он точно знает, кому и для чего толкает. Вы не подумайте, барыга выглядит вполне прилично, дети его совсем не шугаются. Вряд ли кто-то из их родителей догадывается, какой чернухой тот промышляет. Короче, на свою беду Джонатан решил закупиться. Первые два-три дня вставляло не по-детски, а на третий пришла расплата…

Сначала он стал мало спать, потом вовсе перестал ложиться в постель. Сутки за сутками проносились мимо него, как вагоны скорого поезда, – быстро и незаметно. В результате внимание расстроилось, аппетит пропал, ухудшилась работоспособность, мозг отказывался выполнять примитивные команды. Но то были лишь предупредительные выстрелы. Джонатан не собирался останавливаться и продолжал поглощать «дьявольское дерьмо». Далее пошли выстрелы малокалиберные – обострилась паранойя, прибавилась тревога и нервозность. За ним поспешил калибр побольше – панические атаки и страх сойти с ума. Любые звуки, которые достигали его слуха, усиливались и становились невыносимыми. В ушах гудело. Его здоровью реально грозила опасность. Джо боялся появляться на улице и с кем-то разговаривать.

Брэнт первым заметил неладное и предложил отвезти в клинику. Джо не сопротивлялся, он понимал, до какой крайности себя довел. Они сели в колымагу Брэнта и отправились к врачу. По дороге Джо закрывал руками голову, уши, лицо, не желая слышать противный звук мотора. Конечно же, Брэнт смотрел на него, как на идиота, не видя ничего страшного в том, что его железный конь так ревет, похоже, ему даже нравилось. Естественно, Джонатан ни в чем Брэнту не признался, а сослался на переутомление, связанное с работой. «Дьявольское дерьмо» сделало свое дело и отправило бедолагу в клинику для наркозависимых. К тому времени Джо пропустил через себя почти весь товар…

Интересно, что когда Джо лечился в реабилитационном центре, то в соседний госпиталь для вип-персон стали доставлять на лечение голливудских звезд. Поговаривали, виной тому «дьявольское дерьмо». Именно в тот период Бритни Спирс постриглась налысо и набила себе две татуировки – на затылке и лодыжке. Она ворвалась в парикмахерскую Esther’s Hair Salon в Лос-Анджелесе и истерично просила владелицу Эстер Тоньоции побрить себя наголо. В тот же день поп-звезда угодила в психиатрическое отделение 5150 клиники Cedars Sinai из-за передозировки амфетамина. Так звучит официальная версия. Но мы-то знаем, на пару с Джо, что виной тому «дьявольское дерьмо». Опять же, на Джо накатило чувство гордости, что он лечится в лучших клиниках Штатов вместе со звездами – за одно это оставался благодарен дилеру-продюсеру за крутой подгон. Продюсера с тех пор он не видел: говорят, повязали. Чтобы вы понимали, исчезновение продюсера-дилера – большой урон для всего американского шоу-бизнеса… Первое время не ждите хорошего кина на телеэкранах. Настало время великой депрессии. И для Джонатана в том числе.

Недипломатический подход

С дипломатией у Джо никогда не было особых трудностей – он красиво и с эффектом умел говорить и договариваться. Возможно, на это повлияли наркотики, потому что каждый торчок, чтобы достать заветную дозу, обведет вокруг пальца кого угодно, хоть самого Бога. Прибавьте сюда воспитание, среду и приличное образование и на выходе получите президента Соединенных Штатов или по крайней мере лидера какой-нибудь политической партии. Иногда удивляешься, что они там курят, чтобы создавать такие умопомрачительные законы.

Джонатан всегда хорошо учился. Он один из немногих, кто мог семестр ничего не делать, а сессию на зависть однокурсникам сдать лучше всех. Необходимые знания он получил в детстве, перечитав всю библиотеку бабушки – школьной учительницы. Джо читал целыми днями, пока его сверстники гуляли на улице. Однако заучкой или вундеркиндом его не называли. Просто умный мальчик, правда слегка неуравновешенный, раздражительный и импульсивный. Повзрослев, он стал проявлять свою крутизну. Он мог развеселить любую компанию, даже незнакомую, легко подкатывал к самым красивым девушкам.

Должность топ-менеджера для его самооценки подходила лучше всего. И дело не только в образовании, но и в умении договариваться с людьми, хорошими или плохими, неважно. При определенных условиях он мог бы договориться хоть с чертом лысым. Быть может, это в его крови, генах, и в этом мы с ним схожи… Искусство переговоров он не осваивал по учебникам – Джо познал его на практике, особенно когда требовалось кого-то обмануть. Он не мучился по ночам угрызениями совести, как его коллеги типа Брэнта, он просто выполнял свою работу, будто рожден только для нее. И пока остальные отличники, хорошисты и другие неудачники сражались за место под солнцем, Джонатан грелся в лучах славы.

Его дипломатия распространялась далеко. Он находил общий язык даже с оторванными от цивилизованного общества людьми, попросту варварами. Нет, сейчас речь не о его личном наркодилере и не о тех, кто по неосторожности загремел на лечение в реабилитационный центр. Речь о людях иного социального круга… далеко не высшего… – о русских, которых прозвали здесь варварами. Они держали в страхе весь бизнес-центр и имели на то полное юридическое право, потому что выкупили здание несколько лет назад, вступив в долевое строительство с американскими коллегами и вышвырнув тех за борт, когда корабль причаливал к берегу. Как говорится, деньги решают все! Этих испачканных в крови фантиков у них хватало. На их совести висело множество громких убийств, совершенных в России в начале девяностых, когда проходил передел государственной собственности. Потом, завязав с заказными убийствами, они решили покаяться, и сам дьявол выбрал им сферу попроще – проституция, продажа оружия и наркотрафик. В Америку они попали на заре тысячелетия, скупив на грязные деньги движимое и недвижимое имущество. Они не хотели сдаваться русским властям и переехали на ПМЖ сюда, дабы узаконить собственную деятельность. Благо здесь у них нашлись лоббисты, тоже из криминального мира, кто помог освоиться и почувствовать себя как дома. Таким же полулегальным путем, как и все остальное, за что эти бандиты брались, бизнес-центр перешел в их «законное» владение.

Русских владельцев недолюбливали (мягко сказано!), никто не желал с ними оставаться с глазу на глаз, даже ехать в одном лифте. Почти на каждого, кто попадал в зону их видимости, бандиты нагоняли жути, излучая прямо-таки дьявольскую энергетику. Про них ходила масса слухов – впору составлять сборник мифов и легенд, просто никто не догадался коллекционировать эти истории. Нарытый Полем компромат нервно курил в сторонке. Даже стали появляться пугающие выражения типа «не будешь слушаться взрослых – и русские однажды придут за тобой», которые вполне тянули на слоган голливудского блокбастера с многомиллионным бюджетом и Брэдом Питтом в главной роли. К тому же Голливуд явно соскучился по подобным завораживающим сценариям – тут и острота, и сюжет, и кровь, и драма, и политика, и колоритные персонажи. Чего еще не хватает для полного счастья рядовому американцу? Экшен, треш, боевик с примесями детектива и триллера… Даже в кинотеатр можно не ходить – достаточно заполнить анкету, успешно пройти собеседование и устроиться на работу в одну из фирм данного бизнес-центра, и все тут же с полнотой развернется перед твоими глазами. Русские мафиози делали здесь погоду и определяли, кому и как жить. Одним словом, добро пожаловать в Россию начала девяностых, где медведей разделали на шкуры, а балалайки пустили на дрова. «Калинка-малинка» еще не спета, но ее мелодия уже проигрывалась в чьих-то кошмарах. Грех этим потенциалом не воспользоваться…

«Как же проявился навык дипломатии Джонатана?» – спросите вы.

Все очень просто. Однажды Джонатан спускался на лифте, чтобы в обеденный перерыв побыть одному. Но мы-то знаем, что для Джо быть наедине с собой смерти подобно, поэтому он и прихватил чашечку кофе… в которой содержалось несколько доз «дьявольского дерьма», поэтому один глоток уносил его о-о-о-о-очень-прео-о-очень далеко за пределы сознания… А перед тем как покинуть стены фирмы, Джо наткнулся на интересную статейку в журнале, которые обычно валяются возле кофемашины. Название статьи – «Возможность другой жизни». И пока кофе со сливками и кокаином готовилось, Джонатан успел выхватить оттуда пару строк. Автором была изложена любопытная мысль. Оказывается, когда мы пересекаемся взглядами с другим человеком (естественно, Джо сразу представил красивую девушку), мы отворяем потайную дверцу «новой реальности». Если поставить этот взгляд на паузу и рассмотреть его повнимательней, то открываются превеликие перспективы для долгосрочного знакомства и приключений. Автор приходил к выводу: два мимолетных взгляда уже почти «новая жизнь» или по крайней мере надежда на это, способная перебросить тебя на другие линии судьбы. Эта «гениальная» мысль поразила Джонатана. Он вышел на лифтовую площадку, нажал на кнопку вызова и вдруг резко понял – надо поэкспериментировать. Поиграть, так сказать, с реальностью, ведь все познается на практике. Медленно спускаясь, Джо через прозрачное стекло лифта старался впиваться в глаза сотрудниц, будто выискивая там какие-то потайные смыслы. «Да-да, это работает!» – поражался он гениальному наблюдению автора.

И вот коробка с Джо остановилась на нижних этажах, ее двери открылись, и в лифт вошли два громилы и один мужчина среднего роста, средних лет, который казался очень интеллигентным, но почему-то его взгляд страху нагонял больше, чем оба его, надо полагать, охранника. Один из вошедших грубо нажал на первый, остальные двое не отводили пронзительных взглядов от Джо. «Видимо, – подумал тот, – они тоже в курсе… они тоже только что прочли эту статью». И не успел додумать, как похолодел: «Русские, это, черт побери, русские!» Джо захотелось закричать, словно он попал в плен, где его вот-вот начнут пытать с помощью электрошокера, паяльника и ослепительного света настольной лампы. Три секунды в одном лифте с русскими показались Джо вечностью. Они продолжали сверлить Джонатана глазами, будто требовали от него объяснений, какого черта он здесь делает. «Тварь дрожащая или право имею?» – единственные строки Достоевского в оригинальном переводе всплыли в его памяти.

И тут Джо возьми и ляпни:

– Не хотите ли угоститься кофе?

«Заткнись!» – закричал его внутренний голос.

Вот и весь дипломатический подход под кодовым названием «нассал в штаны»… Но Джо в последнюю очередь думал о дипломатии, для него встреча с русскими бандитами – это чуть ли не вопрос жизни или смерти, и чтобы как-то избежать участи тех, кто, по словам многих, уже пострадал от русской агрессии, требовалось что-то придумать оригинальное… и оригинальнее чашечки кофе с кокаином тут не придумаешь. Вот что страх делает с людьми, вот где следует писакам поискать шедевральные идеи для очередной статьи.

Один из громил максимально близко подошел к Джонатану и молча выхватил у него стаканчик…

– Видимо, федерал! – на русском произнес тот. – Отравить хочет…

После чего все трое взорвались смехом.

– Да сделай глоток, ничего с тобой не станет! – предложил второй, у которого виднелось за пазухой оружие. – Нельзя американцам отказывать, иначе они выпустят на нас свои ядерные боеголовки…

Опять в лифте раздался страшный русский хохот, отчего у Джонатана подкосились ноги.

И бандос сделал глоток… волшебный глоток, не менее волшебный, чем тот взгляд, способный изменить судьбу. С того момента, считайте, Джонатан приобрел партнеров, потому что того вправило так сильно, что он не мог оторваться от стаканчика. Благо он поделился с другими, и те по достоинству оценили чудо-напиток. Когда они доехали до первого этажа, то все трое пребывали в очень даже приподнятом настроении…

– Слушай, – обратился главный из них к Джонатану, – не подскажешь, где делают такой крутой кофе?

Тут Джо понял, что настал его звездный час. И он слил итальяшек русским гангстерам. Да-да, в итальянском ресторане, по его словам, готовят наилучший кофе во всей Америке. Действительно, что может быть вкуснее итальянского кофе? Разве что итальянские макароны! И пицца… И, чуть не забыл, паста. Именно в их ресторане готовят самые вкусные завтраки, обеды и ужины. Нет. Это не реклама… это чистой воды подстава. Джонатан их подставил под бандитов не просто так, а с умыслом. Конечно же, уже сегодня русские заявятся к ним не для того, чтобы поужинать, а для того, чтобы изведать их чудо-напиток с наркотическими добавками, а после будут настойчиво требовать рецепт приготовления, постукивая прикладом по башке администратора. А потом с огромным удовольствием примутся пытать с помощью электрошокера, паяльника и ослепительного света настольной лампы, откуда наркота появилась в кофе и кто им разрешал банчить в обход хозяев. Итальяшки лишь недавно поняли, в какую ж… они попали, открыв десятый ресторан в их бизнес-центре, а русские им о том в очередной раз напомнят.

Конфликт русских с итальянцами выгоден, и даже не с точки зрения геополитики, а чисто коммерчески. В этом Джо видел свой интерес. Их компания занимается скупкой неликвида. Правда, есть оговорочка, корнями уходящая в наши убеждения… или заблуждения, как знать. Короче, «дело чести» любого сотрудника их фирмы – убедить владельцев представляющих коммерческий интерес компаний в том, что их бизнес убыточен, имеет высокие риски и скоро загнется. Именно такие «радужные» перспективы умело рисовали Джонатан и K°. Они, словно коршуны, слетались на падаль и разделывали ее по частям. «Но у нас профит икс десять в прошлом месяце!» – утверждали жертвы развода, когда к ним заявлялись их люди из разведывательного отдела. На следующий месяц после ряда налоговых проверок оптимизма у потенциальных партнеров убавлялось. А на следующий… в гости к ним приходил департамент по ценным бумагам, и тогда из их мыльного пузыря «X10» оставался лишь пшик. Поэтому бандосы, встретившиеся в лифте с Джонатаном, являлись последним клином в активную предпринимательскую деятельность ресторана. Песенка итальянцев спета. И все накроется медным тазом. Ради этого пришлось пожертвовать стаканчиком кофе с двумя дозами кокса. Назавтра, по расчетам Джонатана, итальяшки притащатся к ним на поклон, чтобы продать их фирме резко упавшие в цене акции, которые те выставят на продажу втрое дороже.

Вот, оказывается, что скрывалось под настоящей дипломатией.

Пауки в банке

10 мая 2007 года, четверг

Джонатан знал про бизнес итальянцев практически все. Разбуди его ночью и спроси – он тебе тут же ответит о задолженностях компании, о количестве убыточных франшиз, о составе совета директоров поименно, с красочной предысторией, о стоимости любовницы каждого, если захотите. Раздобывать такую информацию было его профессиональной обязанностью. Как говорится, в мире бизнеса выживает сильнейший. Только сам Джо не считал себя бизнесменом. Топ-менеджером – это да, а вот предпринимателем – однозначно нет: он боялся брать на себя лишнюю ответственность. В случае чего он знал, за кого спрятаться, а когда ты один на один с законом (порой несправедливым), спрятаться не за кого. Внутри компании легче затеять игру, чего не сделаешь в собственной фирме, потому что легко скомпрометируешь неприятелей, которые утопят тебя вместе с твоим детищем. Джо много раз думал над тем, чтобы подлезть под крыло русских, но что-то его в последний момент останавливало, он словно чувствовал от них опасность. А вот теперь, когда те же русские наехали на итальянцев, все стало на свои места и игра наконец завязалась, пошла по его правилам.

И вот наш герой уже почти обрадовался победе, собираясь ее отпраздновать, как на горизонте показался чертов Гарри. Это и подкосило. Эту пешку на шахматной доске Джо упустил из виду. Ладно пешку, ее действительно можно было и не заметить, – а что прикажете делать с ферзем в лице Пола, который встал за этой пешкой, готовый испортить весь сценарий боя? Джонатан не мог прийти просто так в кабинет к шефу и сказать: «Слушай, не мешай», иначе пришлось бы озвучить план, чего нашему стратегу больно не хотелось, тем более он знал, как сильно любит срывать чьи-то планы Пол. Вот и пришлось Джо ввязаться в мексиканскую дуэль между Полом и Гарри, итальянцами и бесстрашными русскими.

Наш герой появился в конференц-зале с тяжким грузом на душе и, как всегда, с опозданием. Обстановка явно нагнеталась, что повергло сотрудника далеко не среднего звена в уныние. Ему больше не хотелось бороться за место под солнцем, он добровольно тянул голову в петлю, чтобы Пол и ему подобные лишь выбили из-под его ног стул – все то, за что долгие годы держался Джо. «Какие же они противные! – с презрением смотрел он на присутствующих, щелкая шариковой ручкой и представляя на ее месте курок пистолета. – Каждый так и норовит насолить ближнему, чтобы самому взобраться на вершину. Пауки в банке». Да, Джо именно такими их и видел. Он фантазировал, в какой последовательности разделался бы с ними, окажись у него под рукой «магнум» или «дезерт-игл», кого бы пожалел, а кого бы прикончил контрольным выстрелом…

– Джо, что там у тебя с анализом? – донесся, словно из тумана, голос Пола. «С анализом… анализ», – повторял слова начальника Джонатан, стараясь понять, о чем речь, ведь в его голове, будто барабан пистолета, крутился иного рода анализ. – Где на них можно надавить? Рассказывай!

«Надавить… давить этих пауков» – совершенно другие картины виделись Джо в противовес ожиданиям начальника.

– Все очень просто, – на автомате ответил он, – у них есть проблемы с соблюдением санитарных норм. – Представил, как давит этих мерзких пауков в виде Гарри и Пола, тем самым наводя чистоту и порядок в офисе. – И мы можем раздавить, ой, простите, надавить на них… – Главное, чтобы никто не догадался переспросить у Джо, о чем он говорит.

– Что за проблемы? – поинтересовался Пол, не подозревая о мыслях подчиненного.

– Они пытаются выползти из банки… Понимаете?

– Джо, изъясняйся понятнее, мы ведь в офисе, а не на твоих гулянках… – вдруг встрял Гарри, паучище еще тот.

– Выползти из банки – значит выйти из игры… вывести капитал… – выкрутился Джонатан. – «Понял? Мудак!» – про себя выругался он. И не упустил случая поддеть Гарри: – Я, в отличие от тебя, анекдоты про мух не травлю… Хотя они не лучше пауков…

– Он издевается над нами? – от возмущения аж привстал Гарри.

– Да успокойтесь вы оба, наконец! – призвал Пол. – Джо, я задал тебе конкретный вопрос: что за проблемы у наших итальянских партнеров?

– Если я вам скажу, а назавтра это просочится в прессу, – перешел в нападение Джо, – то вся прокуратура штата набросится на меня с обвинениями в получении инсайдерской информации. Любой из здесь сидящих может меня легко слить, легче, чем нажать на кнопку сливного бачка. Пусть сейчас поднимется тот, кто встанет на мою защиту…

В воздухе повисла напряженная тишина.

– Ладно, не хочешь – не говори! – согласился Пол.

– Пусть Гарри скажет. Он наверняка лучше меня знает, – строго придерживаясь закона животного мира «выживает сильнейший», выдал Джо. – Он копал под них куда глубже меня… – И самодовольно улыбнулся, чувствуя себя королем марионеток.

– Ой, насмешил! – наигранно усмехнулся Гарри. – Но за санитарию тебя ведь никто не отшлепает по попке? Это далеко не инсайдерская информация, если ты, конечно, не блефуешь, – с важным видом раскинулся он в своем кресле.

– Санитарные проблемы у тебя в компьютере, и мы об этом уже говорили, – отстреливался Джонатан.

– Гарри мне сказал, что ты стер документы с его винчестера, – вступился за подчиненного Пол. – А ты, Джонатан, теряешь очки, твой рейтинг значительно падает, даже твои подчиненные катают на тебя кляузы. Но я дам тебе шанс. Ты завтра пойдешь на переговоры с итальянцами вместе с Гарри, и от вашей сделки будет зависеть, останешься ты на своем месте или пойдешь на понижение… Смотри, упадешь до уровня ассистентов – больше не вскарабкаешься. После падения гораздо сложнее выползать из банки… – двусмысленно произнес начальник.

Джонатан не поднимал головы до конца совещания. Ему казалось, что множество взглядов впились в него, запустив щупальца в виде злорадства и презрения, и тем самым сосут из него кровь, вытягивают остатки энергии, словно энергетические вампиры. Как же он всех ненавидел, особенно Гарри. Тяжело было признаться самому себе, что он ничем от них не отличается, что он такой же мальчик в песочнице, как и остальные. Ему свойственны те же качества, что и всем присутствующим здесь человеческим созданиям. Была бы только его воля наделять правами людей, он бы никого не оставил в лодке. Да, именно чувство собственного превосходства над другими, некой избранности не давало ему ощутить себя частью команды. Джо – одиночка, коллективная работа не его конек. И почему он лишь теперь это осознал, когда успел уже в своих мыслях всех перестрелять? По-видимому, одно слово «топ-менеджер» прельстило его, за него он сильно держался, боялся потерять, однако за этим словом ничего не стояло, кроме хорошей заработной платы и полного социального пакета. Ровным счетом ничего, в чем он по-настоящему нуждался. Кризис среднего возраста настиг его слишком рано, чтобы побудить провести инвентаризацию и переоценку ценностей, и одновременно слишком поздно, чтобы попытаться что-то менять.

Он вышел из конференц-зала подавленный, по-прежнему не поднимая головы и не прислушиваясь к тому, что могли ляпнуть его ненавистники. Джо чувствовал на себе горячие взгляды, которые, казалось, в спинке его костюма прожгут дыру. Миновав овальный кабинет, он решил немного проветриться. Перед самым выходом его догнал Брэнт, говорил о чем-то, о какой-то фирме по ремонту машин, которую желал на пару с Джонатаном открыть, но слова друга проплывали мимо сознания и никак не хотели причаливать к его бухте. «Какая фирма? Какие машины? – думал Джо. – Все кончено!» И если бы не кокс, преданно дожидающийся своего хозяина, то он, наверное, достал бы дедушкин обрез, отворил окна и начал палить. По крайней мере, этого никогда не делал его отец. Вот такой вот финал.

Глава третья

Джо должен умереть. Часть 1

Ночь на 11 мая 2007 года

С тех пор как умер отец, Джо ни разу не приходил к нему на могилу. Возможно, когда-нибудь, если простит его, то и навестит, но не сейчас. Джессика говорила твердолобому Джо: «Тебе бы на могилу отца сходить, проведать, а то мало ли какой беды навлечешь на себя… Ты не был даже на его похоронах…» Но у Джонатана на этот счет всегда находился один и тот же ответ: «А он часто ко мне приходил, когда я в нем нуждался?» Что тут скажешь? Разве можно противостоять такому железобетонному аргументу? Джессика, как мудрая женщина, не лезла в их семейные отношения, тем более она была шапочно знакома с родителями мужа и судила только по своим отношениям с мамой и папой. Правда, мудрости ей иногда не хватало в горячих разборках, и она способна была выдать следующее: «Как же сильно ты на него похож… Оба такие упрямые и гордые… Оба не созданы для семьи». Знала бы она, что эти слова куда больнее пощечины. Лучше вытерпеть десяток крепких оплеух, чем услышать подобное. Хотя, наверное, знала, раз смела сказать, болезненный эффект на то и рассчитан. После таких слов загоны Джонатана превращались в серьезный внутренний конфликт убеждений, где опять побеждала его темная сторона. Она ему шептала: «Ты все правильно делаешь!», а с другой стороны звуки сирены: «Полиция нравов! Просим остановиться у обочины и предъявить документы на право вождения собственной жизнью в безумном состоянии». И как порой становилось противно от самого себя, настолько противно, что жить не хотелось. А тут еще Альцена в образе отца давила на болевые точки, отчего бедолага Джо каждое утро просыпался разбитым.

Восстановиться на трезвую голову не представлялось реальным. Значит, раны действительно загноились и требовали серьезного вмешательства, даже не на уровне врачей-психотерапевтов, которых он ближе километра к себе не подпускал, а на более высоком, ментальном уровне. Он слишком запустил свое душевное состояние, так как не обращал внимания на знаки и проходил мимо них. И сколько таких уже пропустил? Старик-бомж с призывом опомниться, или пролитое кофе по вине филиппинки, или то же «дьявольское дерьмо», приведшее его в реабилитационный центр. Знаки и даны, чтобы задуматься, а туда ли мы идем, в верном ли направлении. Или следует сменить курс на противоположный?

Движение на предельной скорости восприятия подвергало Джо смертельной опасности. Вскоре он может не справиться с рулевым управлением и вылететь за ограждение. Тогда его никто не спасет. И пока не поздно, пришлось вмешаться мне – его личному покровителю, ангелу-хранителю, благодаря кому он все еще пребывал на грешной земле. Время было подобрано специально, в канун его решающих переговоров с итальянскими партнерами.

Вряд ли он знал, какой страшный эгрегор качнул, занимаясь ими. Да и откуда ему знать? Итальянцы и были подброшены Джонатану темными силами, чтобы он с помощью их угробил собственную жизнь. Именно с ними связано все самое худшее, что стало происходить с нашим героем. Сколько предупреждающих знаков он получал, чтобы отойти в сторонку и не трогать итальянцев. И то, что Пол передал проект Гарри, это даже к лучшему, это к его спасению, но и тут Джонатан не рассмотрел никаких подсказок. Ну это свойственно не только Джонатану, но и всем людям. Из-за поверхностности чувств и неумения управлять ими люди не понимают, где тот самый знак, где знак двигаться вперед и проявить настойчивость, а где – отступить и принять благословение свыше. Гордыня взяла над Джо верх – он хотел всем доказать, что чего-то стоит, на что-то еще способен. Гордыня и пожирающее чувство власти, позволяющей править балом и вершить судьбы других. Многие люди до сих пор думают, что мир вертится вокруг них и что с уходом их на тот свет произойдет апокалипсис, прописанный в последней книге Нового Завета. И Джонатан был один из них… Хренов эгоцентрик, весь в отца пошел, но до небес ему, как до Луны, даже дальше на несколько миллионов световых лет. Мне пришлось лично прийти к нему в сон накануне встречи с итальянцами, чтобы объяснить одну простую истину, вмещающуюся в три слова: «Ты скоро умрешь». А это значит, пора довериться голосу совести и уладить наконец внутренний конфликт, превращающийся в настоящее поле битвы между темными и светлыми силами. Действительно, неплохое место выбрали для сражения две противоборствующие стороны, правда, проигравшим в нем будет лишь Джонатан. Поэтому мне требовалось как-то вмешаться, чтобы мой подопечный на следующем повороте не вылетел на обочину жизни, где ему уже никто не сможет помочь. На первый взгляд, Джонатан был не из тех, кто жадно хватался за жизнь, но это лишь на первый взгляд.

Последнее, о чем помнил Джонатан, – как он пошел спать. Во сне ему вдруг захотелось проветриться, и он вышел на веранду, где заглатывал свежий воздух и продумывал завтрашнюю встречу. И тут… из-за кустов появился я. В простом свитере и потрепанных джинсах, не отличишь от обычного человека. Хорошая маскировка, чтобы не пугать и так до смерти запуганных всякого рода чудищами землян. Они у нас народ пугливый, дикий. А мне главное, чтобы Джонатан от страха не проснулся: сон его обычно совсем неглубокий.

Я подошел к нему поближе и как ни в чем не бывало поздоровался, протянув ему руку для приветствия:

– Здорово, мужик!

– Здорово… – настороженно ответил Джонатан, пожимая мою руку. – Мы знакомы?

– Найдется сигаретка для соседа?

– Бросил! – с гордостью сообщил тот, после чего добавил: – Недавно…

– Однако пачечку еще с собой носишь, – указал я на его карман, и Джо с удивлением обнаружил там сигареты. – Да ладно, по одной можно, – улыбнулся я. – Тем более, смотрю, и пепельница еще не убрана, значит, не спешишь бросать…

– Да-а-а – выдохнул с тяжестью Джо и передал мне пачку, после чего помог прикурить. – Ты наш новый сосед? – с подозрением переспросил Джо, сам закуривая сигарету. – Чего-то раньше тебя здесь не видел… Давно заехал?

– Совсем недавно, – ответил я. – С женой и детьми.

– С женой и детьми… – задумавшись, повторил Джо.

– Хороший вечер, не правда ли?

– Да-а-а, хороший… – Взял в руку пепельницу и сбил туда пепел он. – А ты откуда к нам?

– Из Аризоны.

– Из пустыни, что ли, вышел? – усмехнулся Джо. – Сколько уже дней без воды? – нагло насмехался надо мной.

– Ага… – не стал углубляться я.

– А сюда зачем?

– В долгосрочную командировку отправили. А ты чем занимаешься? – попытался я переключиться на него.

– Топ-менеджер крупной компании, перепродаем неликвид… – Джо с наслаждением выдохнул дым. – Иногда покровительствуем финансово слабым компаниям. Бизнес-сопровождение – наша основная деятельность… А ты чем занимаешься? – поинтересовался из вежливости у меня.

– Тем же… – коротко выдал я.

– Не понял? – посмотрел он на меня большими глазами, задержав в легких дым.

– Покровительствуем слабым, беззащитным людям…

– Бомжам, что ли? – рассмеялся Джо. – Это же невыгодно. Знаю одного… Ходит по улице, всех жизни учит… пугает народ. Да только не понимаю, чего с них взять-то? Они и копейки не заплатят. Так это, значит, ваши там на помойках шатаются? – продолжал смеяться засранец.

– В том числе, – подтвердил я. – Свалки и помойки тоже крышуем…

– Бандит, что ли? – улыбался Джо, хитро поглядывая в мою сторону.

– Не-е-е-е, упаси бог! – ушел в отрицание я.

– Ну, видно, что не бандит, раз Бога упоминаешь, – сказал он и после очередной затяжки добавил: – А ты что, веришь во всю эту чушь? Про Бога там…

– Не верил бы, если бы не имел к тому прямого отношения.

– Я до сих пор удивляюсь, как люди слепо верят во всю эту лабуду, не зная, как устроен мир, – выдохнул клубок дыма Джонатан. – А ты, наверное, пастор… кормишь там бездомных собак, котов, людей… говоришь им часами о Боге…

– Уже теплее, Джо!

– Слушай, а откуда тебе известно мое имя? – попытался словить меня он.

– Как откуда? Я тебя и назвал Джонатаном… Точнее, поучаствовал в выборе твоего имени…

– Ха-ха, классная шутка! – похлопал он меня по плечу. – Завтра на работе расскажу!

– Тебе лучше завтра там не появляться… Посиди дома, отдохни… А еще лучше возьми отпуск и свали куда-нибудь подальше… Пропусти завтрашний день!

– Ух, какие заявки от странника из пустыни, который приехал в Нью-Йорк, чтобы покровительствовать бомжам с городской помойки… Я обязательно прислушаюсь к твоему мнению… Обязательно! – он вновь похлопал меня по плечу и с пренебрежением затушил бычок, как обычно тушат последнюю сигарету в жизни.

– Ладно, приятель, не хочешь слушать – не слушай! Но обрати внимание хотя бы на завтрашние знаки… Они скажут тебе гораздо больше, чем ты сейчас способен услышать от меня.

– Я же тебе говорил, что не верю во всю эту хрень?! Тебе что, перед сном некому на уши подсесть? Иди найди молоденьких прихожанок и им зачесывай…

– А если я скажу, что завтра ты должен умереть? Ты поверишь?

– Поверю… если умру! – громко рассмеялся Джо.

– Тогда договорились! По рукам? – протянул руку я, перед этим стрельнув сигаретой в кусты.

– Смешной ты, однако, странник из Аризоны! – Улыбка резко спала с его лица.

– Дорогой! С кем ты там разговариваешь? – послышался голос Джессики.

– А-а! – громко произнес Джо, поворачиваясь в сторону дома. – Иди познакомься! Как тебя, кстати, жене представить? – обернувшись назад, он никого перед собой не увидел.

И Джо проснулся.

Джо должен умереть. Часть 2

11 мая 2007 года, пятница, утро

Ничего другого я не мог ему сказать, так как Джонатан не был способен слышать, поэтому приходилось жестко вмешиваться в его реальность с самого утра, вырубив мобильник из зарядки. Правда, жесткое вмешательство в жизнь человека преследуется вселенскими законами. Пока душа грешного на земле, ничто не должно влиять на его выбор. Зато потом спросят сполна – сначала с человека, а после с его небесного покровителя, то есть с меня. Для вмешательства в личное пространство подопечного надобно брать специальное разрешение, и не факт, что быстро его получишь. А ситуация не терпела отлагательства.

Итак, Джо проснулся, понял, что проспал, и хотел позвонить шефу, однако обнаружил темный экран. «Мать его!» – выругался Джо, и с этих двух слов начался его ничего хорошего не предвещающий день. Дальше последовали обвинения в адрес жены, что именно она, когда вставала ночью, задела провод ногой и отключила питание батареи. Джесс спихнула, естественно, на безобидного котенка, мурлыкающего с самого утра и просящего очередную порцию молока. Ему тоже досталось… Джо даже немного пожалел, что его подобрал. К сожалению, он помнил номер Пола наизусть, а стирать человеческую память уже вне моей компетенции.

Джонатан воспользовался трубкой Джессики и вдруг услышал: «Да, дорогая!» «Дорогая? С каких это пор Пол называет супругу своего подчиненного дорогой?» Но было не до разборок: итальяшки и переговоры с ними заняли все мысли. Начальник на том конце провода выслушал жалобную речь Джо, что немного опоздает, так как утром не сработал чертов будильник.

С мобильного Джесс он вызвал себе такси. Взял кейс, закинул туда тоже разрядившийся ноутбук и принялся быстро одеваться, чтобы пулей выскочить из дома. Но его остановил Сэм:

– Папа, папа, мы так рады тебя видеть!

За ним вбежала Салли, и они оба крепко обняли отца.

– Может, ты отвезешь нас в школу? – спросил Сэм.

«Давай не сегодня?» – собирался выдать Джонатан, но что-то вдруг его остановило, наверное, внезапно проснувшаяся совесть.

– П-а-ап, мы и так мало проводим с тобой времени… – ангельским голосочком заговорила Салли, будто в эту самую минуту спустились все ангелы с небес, чтобы остановить упрямца.

– Послушайте, дети, я бы вас с удовольствием отвез, но… – Джонатан опять запнулся, так как увидел в проходе Джессику со скрещенными на груди руками, которая ожидала, какую на этот раз сказку-отмазку придумает добрый папа.

– Давайте так, дети. Если сегодня переговоры пройдут успешно, я буду возить вас каждый день в течение месяца туда, куда вы только скажете. Вот мама судья! – бросил он взгляд в сторону Джессики, но встретился, как обычно, с недоверием супруги. – А-а-ах, если бы вы понимали, в каком затруднительном положении ваш папочка… – поцеловал он в лоб Сэма и Салли, – то не смотрели бы на меня так…

– Пап, мы вообще-то не дети! – серьезно произнес Сэм. – Давно не дети… И все понимаем. Но иногда нам кажется, что ты специально убегаешь от нас.

– Нет, Сэм! Это не так! – запротестовал Джонатан. – На следующих выходных мы устроим настоящее путешествие… Собирайте вещи – полетим в Майами! – воскликнул он, и дети запрыгали от радости.

– Им не нужен Майами… Им нужен отец! – испортила весь праздник Джессика.

Три грозных взгляда вцепились в Джонатана, словно он находился под прицелом снайперов и не знал, куда от них деваться. И тут Джонатан увидел в сыне самого себя, когда получал подарки от отца, но радовался им уже без него, так как тот уходил не попрощавшись. Возможно, Сэм вырастет и тоже будет говорить своей жене, что его отец не уделял ему должного внимания, не приходил к нему на праздники, не поздравлял с днем рождения, не интересовался его учебой и тем, кем он хочет стать, когда вырастет. И потом… когда жизнь Джонатана оборвется, не захочет к нему даже прийти на могилу, а до могилы, по предсказаниям соседа, пришедшего во сне, рукой подать…

Какой низкий уровень осознанности, когда не прислушиваемся к тому, о чем просят нас близкие. Вы даже не можете представить, каково нам, высшим существам, наблюдать за вами из иного измерения. Мы знаем практически каждый ваш шаг, каждую мысль, предугадать ваше поведение не составляет никакого труда, особенно если оно не отличается оригинальностью. Тут искушенного зрителя новыми сюжетами вряд ли удивишь, а про подвиги и вовсе можно позабыть. Однажды кто-то из наблюдателей поднимется со своего кресла и скажет: «Да черт побери, борись ты или умри!» Да так скажет, что данные слова дойдут наконец до сознания героя. И я был тем самым, не способным больше молчать наблюдателем. Не способным больше видеть, как уроки, припасенные для моего подопечного, остаются без внимания.

Джо смотрел на сына и не мог поверить: неужели тот вырастет таким же, как и он, подлецом? Неужели для него когда-нибудь перестанут существовать родные и близкие? Да, это его воспитание… его так воспитывали, и он передает «лучшие» традиции по наследству сыну. Однажды и для него слова утратят смысл… однажды он поймет – словам нельзя верить.

Джонатан посмотрел на Джесс с немой мольбой: «Ну, скажи им что-нибудь!», так как был бессилен что-либо предпринять. И ему казалось, что Джессика прекрасно понимает, видит насквозь, о чем он думал. Она, наверное, думала о том же. Точнее, не хотела думать, что Сэм когда-нибудь превратится в папочку. Всячески отгоняла от себя подобные мысли, но они преследовали, навязчиво преследовали ее. Джессика кивнула головой, как бы отвечая: «Езжай! Решил – значит, езжай!», а детям сказала то, что говорила каждое утро:

– Сэм, Салли, в машину! Мамочка сейчас придет…

Да, поколение подлецов на руку Альцене. Она давно готовила для Джонатана смертельную ловушку. И вот он пошел у них на поводу – сегодня звезда рок-н-ролла умрет без прикола. Так было решено за Джонатана темными силами. Никто в этом случае не связывается с человеком и не спрашивает у него разрешения. Люди каждый день умирают сотнями… тысячами… без разрешения или собственного согласия. Бах – и нет человека! Джо в смертельном списке не исключение – там его имя числится в первых рядах. Вы только не подумайте, это никак не связано со спором с отцом. И с нашим высшим руководством тоже никак не связано. По сценарию Альцены он должен уйти из жизни тихо и незаметно. Без единого выстрела, без шума в прессе, без затяжных расследований. И если кто-то из журналистов или детективов вдруг вздумает ворошить прошлое и возьмется за это гиблое дельце, то следует заранее разочаровать старательных сотрудников – ничего у вас не выйдет. До истины докопаться не удастся, она скрыта за семью печатями. Хотите истины – разрешите себе умереть прямо сейчас, и все узнаете. До того света не дольше, чем на самолете ночным рейсом из Лос-Анджелеса до Сан-Франциско. Не дольше, чем спуститься на эскалаторе в метро. Только потом ни на кого не обижайтесь, мало ли, вам истина совсем не понравится, и вы скажете: «А я не так представлял (или представляла) загробную жизнь. Верните меня обратно!» Такого шанса вам не представится. Оттуда не возвращаются. Истина узнается лишь однажды и навсегда.

Итак, хочет он того или нет, решение по Джонатану принято… принято подлецами. Жалкими подлецами, которые почувствовали вседозволенность, безнаказанность. С тех пор, как их с позором выбросили из небесной канцелярии, они тут, на земле, возомнили себя хозяевами. Отдать душу подопечного в руки подлецов сродни предательству, поэтому я боролся за его жизнь до конца. Если бы он хоть немного присматривался к знакам, все пошло бы иначе. А так, получается, подопечный шел по сценарию, прописанному для него Альценой.

Джо дождался такси, сел в машину и поехал на работу. Выезжая со двора, он увидел того самого соседа в уродском свитере, явившегося к нему во сне, чтобы предупредить о смерти. Тот стоял с женой и детьми, но, увидев в машине Джо, пристально взглянул на него, отчего бедолага всем телом вжался в спинку пассажирского кресла. Пот выступил на лбу. «А если я скажу, что завтра ты должен умереть? Ты поверишь?» – вспомнил он слова соседа и его загадочную усмешку, будто он знает гораздо больше остальных. Но теперь было не до него… Сосед долго смотрел Джонатану вслед, словно провожал на погибель. Печальный такой взгляд, наполненный тоской и жалостью, прям мурашки по телу. Последний знак уходящему смертнику, когда ничто другое не сработало. Нет. Он бы не вернулся, даже если бы ярким пламенем за его спиной вспыхнула надпись: «Воротись обратно».

Джо повернулся к водителю:

– Езжай осторожнее!

Да куда уже осторожнее? Да и автомобильная катастрофа не его смерть, тем более таксист здесь ни при чем (почему кто-то должен страдать за чужие грехи?). Водитель ехал очень аккуратно, чтобы никого случайно не задеть, пока Джо не начал его подгонять: «Ну, давайте, давайте же быстрее! Объехать никак нельзя?» И так, пока они не попали в пробку на ровном месте. По-видимому, километровые пробки образовались как раз из-за аварии, но тут тоже нет никакого тайного умысла. И сколько бы машины ни сигналили друг другу, дальше метра они продвинуться не могли. «Чертовщина!» – ругался Джо и материл всех на чем свет стоит. Досталось и таксисту, миссия которого заключалась лишь в том, чтобы довезти пассажира до места смерти.

Потом раздался звонок ассистента.

– Не начинайте без меня! – просил, умолял Джо. – Я везу очень важные документы! Они повлияют на исход встречи.

– Итальянцы просят начать поскорее, – сообщила ассистентка, – так как через час у них встреча в министерстве. Без наших документов они не могут там появиться.

– Везу… – ответил Джо. – Дождитесь только…

Больше ни слова. Автомобильные сигналы слились в жалобную трель, накаляя без того тяжелую обстановку. Складывалось такое впечатление, словно все они сигналили одному Джо: мол, смотри, придурок, до чего ты докатился. Звоночек с этого и того света… Казалось, будто весь мир ополчился против нашего героя, выражал недовольство его жалким и пустым существованием, будто все кругом сговорились и ожидали только его скорой погибели, дескать, уйди с дороги, неудачник, не мешай другим наслаждаться жизнью, тебе здесь не место.

Если человек становится опасным для социума, то его, как правило, изолируют. Так работает общественный механизм правопорядка, но, помимо придуманных людьми законов, существует закон вселенский. И он куда серьезнее бесполезной человеческой выдумки. Пусть он не всегда справедлив с точки зрения великих мыслителей, но с ним волей-неволей приходится считаться каждому. Вселенский закон также предусматривает исправительные работы, многими называется кармой, что является наказанием за смертные грехи. Исправительные работы назначает верховный судья, а сам суд проходит на небесах. Будем считать, что Джонатан, сидя в машине, просто ожидал вынесения приговора, в то время как режущие слух сигналы поторапливали процесс.

После смерти Джонатана в Америке точно не объявят траур, скорее напротив, похоронят его в какой-нибудь всеобщий праздник, а лучше к премьере нового фильма «Человек-паук» или к выходу сингла Рианны и Бейонсе. По правде, его исчезновения никто не заметит, кроме близких. Так размышлял Джонатан, обливаясь потом в такси. Паранойя его, как видим, разыгралась не на шутку. Теперь Джо с трудом представлял встречу с итальянцами, потому что его предчувствия, суеверие на пару с расшатанными нервами одержали над ним верх. Мои слова стали навязчиво крутиться в его голове, но уже поздно. Слишком поздно. Он сделал выбор. Назад дороги нет.

Привычным движением он набрал код на кейсе, чтобы достать лекарство. Судорожно перебирал все бумаги, но никак не мог найти его, потом вынул их из кейса и в итоге наткнулся на сверток с остатками кокса. Закрутив в трубочку пятидолларовую купюру, глубоко затянулся.

– Вот вам всем! – самодовольно провозгласил Джонатан непонятным голосам, которые пыталась напугать бедолагу. – Теперь я вас не боюсь… Говорите что хотите! Я вам все равно не поверю…

– Поверишь как миленький, – прошептал ему я.

– А ну, на хер иди! – отмахнулся Джо.

– Сэр, вы с кем разговариваете? – испуганно посмотрел таксист на пассажира.

– Я просто слегка приболел… простуда, черт побери, обуяла… – выдавил безумную улыбку Джо, растирая между зубов остатки порошка.

– Тогда, может, в больницу?

– Не надо в больницу…

Джо увидел, как прямо перед ними промелькнула тень. Похоже, водитель тоже увидел, так как от испуга дернул руль влево.

– Чертовщина какая-то! – сказал водитель.

– Может, и тебе сегодня дурной сон приснился? Нет? – злорадно произнес Джонатан, набравшись смелости. – Люди не приходят с того света? Не говорят, что ты скоро умрешь? У-у-у…! Страш-ш-шно?! – для пущего эффекта скорчил зловещую гримасу Джо, после чего громко рассмеялся. – Веришь во всю эту чушь?

– Кретин! – выругался таксист.

– У-у-у-у! – продолжал «пугать» Джо и строить рожи.

– А ну, выметайся, псих! – Водитель остановил машину.

Джо схватил свои вещи в охапку и выскочил из машины. На обочине снова скорчил страшную гримасу, после чего захохотал и громко хлопнул дверью.

Да, иногда кокс пробивал Джонатана на смех – он мог часами ржать без причины. Джо шел вдоль дороги и громко смеялся. Смеялся так, как не смеется нормальный трезвый человек. Проезжавшие мимо оглядывались на городского сумасшедшего и крутили пальцем у виска.

Джо должен умереть. Часть 3

11 мая 2007 года, пятница, утро

Воспитатели частного садика, куда когда-то со своей развлекательной программой приезжал дилер-продюсер, ждали обещанного мороженого. Чтобы было сразу понятно, детский сад не простой, а для подрастающих мажоров, поэтому детей тут постоянно чем-то баловали. Сегодня у одного мальчика день рождения, и его богатый папа, средний акционер крупной компании, которого звали Пол, пообещал подогнать целый фургон мороженого и всяких сладостей. Он сделал заказ у фирмы, с которой давно сотрудничал, особенно когда дело касалось откатов и обналички. По-видимому, с данного мероприятия тоже многие останутся в выигрыше, в том числе и разбалованные детишки. Детишки больше всего! Только об этой полукриминальной афере мало кто знал. Поэтому водитель желтого фургона с мороженым ехал по хайвею как ни в чем не бывало. Он превышал скорость, потому что опаздывал на целых полчаса. Ему уже неоднократно звонили воспитатели детского сада и допытывались: «Стоит ли выносить торт со свечами или же дождаться сладостей?» Тот обещал скоро подъехать, а потом снова переключался на параллельный вызов и продолжал трепаться со своей подружкой, готкой до мозга костей, увлекающейся анимешными комиксами, хоррором и всякого рода ужастиками. Теперь они обсуждали какой-то непонятный фильм Дэвида Линча, который буквально вчера вместе с друзьями смотрели на DVD.

– Все. Больше никакого Линча, – жаловался парень. – Мне после него снятся кошмары. Ночью приходила во сне бабка и в подробностях описывала, как на дороге я собью какого-то бомжа. Причем в красках… с кишками по окну и заляпанными кровью сидушками. Представляешь?

– Кру-у-у-уто! – завизжала девушка. – Вот это Линч! Вот это молодец! Просто романтика! Настоящий хоррор… – ее любимое слово, которое она вставляла вместо мата. – Считай, ты прошел обряд «линчевания»… – засмеялась она в трубку телефона. – А что ты сегодня развозишь? Опять куриные головы или верблюжьи кишки?

– Нет! Сегодня без экзотики, всего лишь морожко для спиногрызов. Воспиталки каждую минуту названивают, спрашивают, не сожрал ли я их сраное мороженое… – смеялся водила. – Опять, суки, звонят… Переключаюсь!

Но в этот момент мобильный выскользнул из рук водителя и упал на пол.

– Алло! Алло! – в трубке был слышен голос воспитательницы. – Где наше мороженое?! Мы уже трижды спели «Хэппи бёздей» и задули свечи, а вас все нет и нет! – перешла на ор воспиталка.

Водитель попытался дотянуться до телефона, подбил его к себе ногой.

– Алло! Вы меня слышите? Вы меня слышите? – доносилось из трубки.

И нужно же было в самый неподходящий момент попасться Джо, который, будучи под кайфом, решил перебежать через дорогу. Теперь вот спасай его, опять нарушая вселенские законы, рискуя получить первое серьезное предупреждение, а со второго раза быть дисквалифицированным и выкинутым из жизни моего подопечного, чего, в принципе, друзья Альцены и добивались, подбрасывая мне различного рода проверки и провокации. Пришлось устроить настоящий хоррор… поднять с обочины залежавшуюся газетенку с большим кричащим названием на заглавной странице «Help me», понести ее навстречу желтому фургону и приклеить прямо посередине лобового стекла. И тут, конечно, водитель не справился с управлением и все равно сбил нашего героя. Джонатана отбросило на обочину. Кейс остался на дороге. А кругом разлетались бумаги, но теперь и они не более чем хлам.

Трещина между мирами

12 мая 2007 года, суббота, утро

Сначала ему слышались восторженные детские голоса, потом эти дети ему сами показались. Джонатан стал звать Сэма и Салли, думая, будто это они. Но нет, пред ним появились совершенно чужие дети. Они сидели вокруг на каких-то маленьких скамейках и ели мороженое. Самый толстый, по-видимому именинник, который занимал добрую треть лавочки, взрослым мужским голосом говорил остальным:

– Это он из-за нас попал, поэтому мы должны сделать все, чтобы вытащить его отсюда.

– Но как? – не понимала маленькая девочка. – Мы ведь не знаем дорогу обратно.

– Блин! – не выдержал именинник. – Три года назад ты, когда только появилась на свет, не задавала подобных вопросов, ты просто появилась, и все…

– Давайте позовем воспиталку, пусть она вызовет службу спасения… – вмешался худой малый, с головы до ног испачканный мороженым.

– Никаких воспиталок. Смотри он какой… У меня родители точно такие же, когда к ним друзья в гости приходят… Хочешь, чтобы они вызвали «небесную полицию»?

– А что же нам делать? – поддалась панике толстуха с набитыми сладостями щеками.

– Берите в песочнице ведерки, набирайте воду и тащите сюда! Нужно его привести в чувство! – приказал главный здоровяк.

– А может, мы его угостим мороженым? – предложила смышленая девочка.

Дети устремили злобные взгляды на нее, отчего та сконфузилась и замолчала.

– Нет. Не поможет, – выдал именинник. – Он не ест морожко!

– Что мы скажем родителям? – запаниковала худышка. – Мы убили человека!

Детишки поднялись со скамеек и направились за ведерками. От обычных земных детей их отличало то, что за спинами находились золотые крылья, прикрученные к лопаткам какими-то железными острыми прутьями. То ли дети, то ли ангелы-хранители тех, по чьей вине он попал под колеса грузовика, то ли просто невиданные доселе существа типа инопланетных пожирателей мороженого. Хорошо хоть они вспомнили о нашем герое, иначе ему пришел бы конец. Самая умненькая догадалась взять марлю, смочить ее в ведерке и протереть Джонатану лоб. Вторая взялась обрабатывать окровавленные раны на руках и ногах. Именинник отвечал за поставку воды. Третья девочка перелила жидкость в кружку и поднесла ко рту Джонатана:

– Пе-е-е-ей. Это святая водица! – И добавила: – Из чистой лужи…

Джо сделал глоток и посмотрел на умненькую. Ему на момент показалось, что над ее головой ярко засиял нимб.

– Чего уставился? – выжимала она марлю в ведерце. – Вот если бы слушался родителей и не переходил улицу в неположенном месте, то не случилось бы с тобой такого…

Джо закашлял и вновь отключился.

Дети продолжали подносить ведра с водой, пока главный не сказал:

– Хватит! Ему воздуха не хватает! Надо на него подуть!

– Думаешь, поможет? – больше всех сомневался испачканный в мороженом.

Детишки обступили Джо и стали на него что есть мочи дуть, отчего сразу повеяло свежестью и прохладой. Джонатану показалось, что он лежит на морском берегу и пребывает в глубокой медитации. Если бы так… На самом деле он лежал на больничной койке в реанимационном отделении, где пробудился под утро от яркого света из окна. При клинической смерти одна минута может идти за день. Зато теперь все позади. Можно спокойно выдохнуть…

К счастью, обошлось без кишок, расплывающихся по лобовому окну, и заляпанных кровью сидушек. А могло быть иначе… Его отбросило на обочину, а не на встречную полосу, как планировалось Альценой. В вечернем выпуске новостей его не показали. И никто даже не вспомнил о нем. Темные тщательно подчищали следы за собой. Им назло быстро приехали полиция и скорая. Полиция, переписав данные водителя, сопроводила грузовик со сладостями к детскому саду. А служба спасения, не найдя при пострадавшем ни документов, ни медицинской страховки, а только закрытый кейс, записала: «Личность не установлена» – и отвезла в ближайшую больницу.

Ветер, играя с бумагами и газетенкой, то поднимая их в небо, то опуская на дорогу, унес их в итоге далеко-далеко. А потом и он затих, вместе с детьми, в пятый раз задувающими свечи и исполняющими любимую песенку «Хэппи бёздей», которая заканчивалась словами: «Мой милый друг, пусть Господь благословит тебя!»

Возможно, благодаря детям Джо и выжил – Господь услышал их молитвы!

Вне социума

12 мая 2007 года, суббота, утро

Седовласый врач зашел в реанимационное отделение в сопровождении молоденькой медсестры. Она что-то ему эмоционально рассказывала, а он постоянно комментировал: «Какой ужас! Какой ужас!» Джонатан подумал, что речь о его случае, но, прислушавшись, понял, что говорят о другом. «Представляете? Отравились все! – говорила медсестра. – Сладостями… на дне рождения… Да лучше бы этот фургон с мороженым до них не доехал, лучше бы сломался, чем такое…» Ну что мог ответить врач? Конечно же – «Какой ужас!» И добавил: «Надо подключать все инстанции! Центральное разведывательное управление, Госдепартамент – пусть разбираются, какую гадость возили в том фургоне до сладостей… Дети хоть живы?!» Этот вопрос он задал уже тогда, когда они оба стояли над Джонатаном и смотрели на него.

– Кто у нас здесь лежит?

– Тот, кто пытался остановить желтый фургон! – выдала медсестра.

– А как звать нашего героя? – поинтересовался врач.

– При нем не было документов – личность не установлена.

– Неизвестный герой, пытавшийся спасти детей от отравления! Громкий заголовок для прессы. Ты ему ввела морфий в качестве вознаграждения? Молодец! Надо было больше!

– Больше?! В его крови обнаружен кокаин.

– Ого, хорошо, что не умер у нас тут, – заключил врач. – Ладно, пусть полежит денек. А будет выпрашивать наркоту, сразу вызывай легавых.

– Поняла…

– Кто у нас еще тут?

Дальше Джонатан не слушал. Он закипал от стыда и негодования, что так поверхностно о нем судят как о законченном наркомане и не знают всех его заслуг. «Дожил, – думал Джо, – выбросили из социума без моего на то разрешения и еще высмеяли при всех», имея в виду молоденькую медсестру. Если бы Джо мог говорить, то он бы непременно сказал, но приборы, трубки, кислородная маска не позволяли ему даже пошевельнуться. Да, они воспользовались его положением, чтобы унизить такого «ценного» пациента.

К счастью, Джессика вовремя спохватилась и сначала позвонила на работу, где от Пола услышала, что Джонатан на переговоры не явился. Потом стала прозванивать все учреждения, где мог оказаться муж: полицейские участки в округе, больницы, морги… Нигде Джонатан не числился. Вот оно как происходит: стоит человеку выпасть из социума – и его будто в мире не существует. Пришлось обратиться в Главное полицейское управление, но там своих дел хватало, особенно после нашумевшего отравления детей. Наконец Джессика не выдержала и позвонила в Госдепартамент с угрозами и обвинениями. Только после этого в системе что-то пошатнулось – Джо попал в списки без вести пропавших.

На следующий день супруге сообщили, где находится ее муж. Еще день-второй – и его бы выставили на улицу, не забыв на прощание выписать вместо справки почетного генеральского пенделя. Так здравоохранение боролось за каждого американца!

Аритмия

13 мая 2007 года, воскресенье, утро

Джессика стояла на ресепшене больницы и оформляла карточку на мужа, предоставив необходимые документы. Они долго пересматривали медицинскую страховку Джо, паспорта, сверяли по базе данных, дабы точно убедиться, что их пациент тот самый, что и в предоставленных документах. Даже пару раз вслух выражали свое удивление, что Джессике, его законной супруге, показалось унизительным. Она обещала найти на всех управу. Так яро она заступалась за мужа, не скупясь на оскорбления. Хорошо хоть не при детях, коих она отвезла к своим родителям, чтобы разбираться с Джо и перевести его в другое лечебное учреждение, где к нему будет человеческое отношение.

Прибыл медперсонал частного госпиталя и под присмотром Джессики забрал пациента к себе. Страховка делала свое дело. Никто из персонала принявшей Джо после аварии больницы даже не вышел, чтобы извиниться.

В новом месте Джонатану стало получше – здесь пахло цветами и свежестью, здесь хотелось жить. Пациенту сразу полегчало, когда он увидел приятную улыбку доктора:

– Поздравляю! Скажите спасибо вашему ангелу-хранителю!

– Что с детьми? – протянул Джо, обратившись к рядом стоявшей жене.

– Я отвезла их родителям.

– Что с детьми, которые отравились мороженым? – через силу повторил он.

– Не понимаю, о чем он, доктор?

– Не беспокойтесь, с детьми все в порядке! – успокоил пациента врач.

– Они мне спасли жизнь! – произнес Джонатан и тут же отключился.

Джесс бросилась к мужу, увидев, что тот потерял сознание.

– Не переживайте, это лекарство так действует. Ему нужно сейчас поспать.

После этого врач рассказал Джессике про общее состояние пациента: легко отделался, один перелом и пару порезов. Пустяки! Могло быть и хуже… Сделают анализы, кардиограмму и, если все в порядке, долго держать не станут.

Когда врач вышел, Джессика взяла руку Джо и заплакала. Теперь она почувствовала, насколько супруг ей дорог. Какая-то особая связь между ними существовала с самого знакомства, но Джонатан то и дело обрывал ее похождениями, относился к жене так же, как к остальным родственникам: Джо был чужим для всех и только в тяжелые минуты он шел на сближение с теми, кто оказывался рядом. Вот и сейчас, когда очередной раз пробудился, тогда и сказал любящей жене: «Прости меня, дорогая… За все прости!», чего искренне не говорил очень давно. Знала бы она, что скрывается за этим «прости», – никогда бы в жизни не простила. Даже одна измена ранит. А две? Три? Сотня измен? Разве такое вообще прощается? А простил бы сам Джо, если бы узнал, что его жена переспала с десятком мужчин?! Вряд ли… Но Джо продолжал просить прощения, скрывая за этими словами роковой обман, за который даже близко не искупил вины и не покаялся. Поэтому все самое тяжелое ждало его впереди, когда врач вернулся с анализами и провозгласил настоящую цену искупления:

– Аритмия, вызванная пороком сердца. Понадобятся дополнительные исследования. Боюсь, придется повременить с выпиской.

Глава четвертая

«Какая же я дура!»

Что мы все про папу да про папу, надо пару слов посвятить и маме нашего героя.

Матери Джо не везло с мужчинами, прямо какое-то проклятие. Сколько ни пыталась найти собственное счастье, это непослушное счастье поворачивалось к ней спиной и оборачивалось неприятностями. Не сказать, что она была дурна собой. Совсем нет. Вполне привлекательная особа, не топовая модель, которых любил Джо, но достойный кандидат, с хорошим чувством юмора. Выражаясь языком маркетологов, каждый, кто встречался на ее пути, легко нащупывал ценности, выявлял потребности, а потом давал надежду на их закрытие, но по непонятным причинам не закрывал их. Аналогичным образом разрушаются воздушные замки еще неопытных и наивных девчонок. Таким же образом обходился и Джо со своими любовницами. Например, если девушка мечтала стать актрисой, то он обязательно называл имя режиссера, с которым якобы имел знакомство, а потом как бы между прочим добавлял: «Быть может, когда-нибудь познакомлю». Естественно, девушка заглатывала наживку и питалась надеждой на скорую встречу с режиссером, представляя себя в главной роли в голливудском фильме. Так же он поступал с моделями, певицами, карьеристками, только вместо режика подставлял продюсера или генерального директора. И данный трюк забавлял Джо. Он не понимал, какой нужно быть тупой телкой, чтобы вот так легко повестись на его обещания и лечь в постель. Конечно, Джо и другими вещицами заманивал, не только пустыми надеждами, но почему-то этот трюк ему нравился больше всего, ведь он мог в любой момент сказать: «Послушай, малыш, я ведь ничего не обещал…» – застегнуть ширинку и свалить. И девушка чувствовала себя полной дурой, оставаясь сидеть у разбитого корыта. Золотая рыбка оказывалась подделкой…

Примерно так сидела мать Джонатана, правда, вместо корыта была смятая постель, со слезами на глазах и думала: «Какая же я дура!» Только она не хотела стать киноактрисой или известной фотомоделью, не искала знакомств с режиссерами или продюсерами – она искала всего-навсего простого семейного счастья. Ради призрачного счастья она и не пошла на аборт, когда забеременела, наивно полагая, что ребенок сможет удержать отца Джо. Но ребенок не помешал уйти от нее… так же безапелляционно застегнуть ширинку, отстегнуть немного зелени на первое время и свалить навсегда. Джо точь-в-точь копировал поведение папочки и проделывал с каждой девушкой то же, что и отец однажды сделал с его матерью. Сделал несчастной и озлобленной на мужиков, на судьбу и даже на Бога, создавшего мужчин по образу и подобию. Несколько раз она пыталась покончить с собой, но жизнь не отпускала ее, продолжая причинять боль новой серией измен и обманов.

Говорят, дети не отвечают за грехи своих родителей. Но бывает, что дети – продолжатели тех самых грехов. Джо причинял много боли своим любовницам, и любая из них могла быть чьей-то матерью. Такой вот получается замкнутый круг… Выбраться из него сложнее, чем верблюду пройти через игольное ушко.

Семейного счастья мать Джонатана так и не отыскала, зато нашла венерическую болезнь, которой наградил ее очередной свободолюбивый художник. Эта болезнь и подкосила ее – она оказалась смертельной. Мало кто в семье говорил о причинах смерти матери, лишь однажды отец Джо выдал: «Твоя мать всегда была шлюхой – таков окончательный вердикт!» То ли по пьяни, то ли от злости сказанул он. Уже не имеет значения, потому что эти слова навсегда останутся в памяти сына. Данный вердикт послужил главной причиной, почему Джо не пришел на похороны отца.

Последний шанс

13 мая 2007 года, воскресенье, вечер

Услышав о проблемах с сердцем, Джо впервые задумался над вопросами жизни и смерти. Они всегда миновали его, а теперь настигли врасплох, в самый неожиданный момент. Наверное, наш герой был одним из тех, кто думал, что будет жить вечно. Что без него мир скатится в тартарары и все станут ждать второго пришествия Джонатана на протяжении следующих сотен лет. Что высшие силы не заинтересованы в его скорой смерти, так как он избранный, с особой миссией. Какая чушь еще должна прийти в голову, чтобы он оправдал свое существование? Спустись я к нему сейчас в своем естественном облике, с двухметровыми крыльями и всеми атрибутами, и спроси: «Зачем ты тут нужен?», он наверняка ответит какой-нибудь заученной фразой из учебников биологии. На полном серьезе… Джо не обладал никакой идеей, не осознавал собственного предназначения, не занимался личностным ростом, не вел здоровый образ жизни, не увлекался восточными духовными практиками, не являлся примерным семьянином, да и работник из него так себе. Так зачем он нужен? Если честно, я и сам ума не приложу, почему из-за него у меня такое жесткое противостояние с темными в лице Альцены. Но этот раунд за мной. Именно поэтому он проснулся в палате, осознавая, что до сих пор жив.

Увидев перед собой Джессику, он по-иному на нее взглянул. Она казалась ему какой-то другой – почти совершенной, словно за сутки переродилась в иного человека. Перед ним сидела не просто женщина – перед ним сидела мать его детей. Насколько Джессика похожа на его маму, прямо копия. Дело даже не во внешности, хотя и здесь были едва заметные схожие черты. А в целом – такая же манера поведения, повадки, поступки, такая же манера изъясняться и выражать собственные чувства, при этом не выставлять их напоказ, на всеобщее обозрение. Ей никогда не быть киноактрисой или гламурной девочкой с глянцевой обложки журнала – она идеально в себе сочетала все необходимые качества любящей матери. Поэтому ее продюсер в этой сфере – Джонатан, и только от него зависит, по какой линии жизни она пойдет дальше. Закончит как его мать или же наконец будет счастлива. Практически вся ее жизнь в его руках. От данного осознания у нашего героя-любовника накатывались слезы на глазах, но он сдерживался до последнего, чтобы не заплакать, чтобы она не заметила, как Джонатан на протяжении часа за нею наблюдает. Таким образом проявлялась у него жалость к себе, она приходила в кризисные моменты. Обычно, переживая подобные состояния, Джо предпочитал оставаться наедине, но тут по воле судьбы ему пришлось разделить одиночество со своей супругой. Оказалось, не зря. Потому что заметные признаки перерождения происходили в нем самом, а не с окружающими людьми, словно ему не только собирались, а уже провели операцию на сердце и по ошибке заменили на сердце монаха. Знаете, действительно легче в это поверить, чем в то, что Джонатан способен измениться, полностью пересмотреть свое прошлое и настоящее. Притворяясь спящим, он много мыслей прокручивал в голове, много мимолетных слайдов, и среди них нет тех, за которые ему искренне хотелось бы порадоваться. И лишь сейчас к нему подкралось чувство сиюминутного счастья, всецелого всепоглощающего счастья.

– Знаешь, Джесси, – прохрипел он, держа ее нежную руку, – знаешь, о чем я подумал? – Ему хотелось поделиться чем-то сокровенным, божественным, потусторонним, но он до конца не осознавал, чем именно. – Я подумал о том, что нет ничего важнее момента здесь и сейчас…

Джо улыбнулся сквозь слезы и боль, и Джессика улыбнулась ему в ответ, отчего на ее лице образовались такие же ямочки, как и у его матери, точь-в-точь, не отличишь… «Как же они, черт возьми, похожи, – продолжал удивляться Джонатан. – Клянусь никогда больше ее не обидеть…» Кому он клялся, одному Богу известно, наверное, таким образом он желал искупить вину и получить прощение за все прегрешения.

Да, эта невысказанная просьба о прощении имела совершенно иной характер, более осознанный, что ли, по сравнению с теми, которые он произносил вслух. Теперь он действительно каялся, а значит, есть что-то, что способно его полностью изменить. Тогда, наверное, все небесные покровители улыбнулись и решили дать Джонатану последний шанс. А вдруг? Надобно за это его как-то поощрить – подать какой-нибудь знак…

В палату зашел врач, который сообщил Джессике, что ее муж идет на поправку стремительными темпами. Джонатан выдохнул с облегчением.

Что идет за прощением

14 мая 2007 года, понедельник

Сначала ты возвращаешь себе право на жизнь и благодаришь Бога за то, что Он предоставил тебе второй шанс. В этот момент кажется, будто ничего нет дороже самой жизни! И правильно кажется… Жаль только, данное чувство держится совсем недолго. Забывается, растворяется почти сразу, словно пару дней назад не ты висел на краю пропасти, а кто-то иной, кого ты не знаешь и знать не желаешь. Итак, после того как ты приходишь в себя, возвращаются повседневные заботы. И ты уже не просишь в слезах: «Дай, Господи, прожить день по милости твоей». Нет. Ты негодуешь: «Где, мать вашу, мобильный? Где чертов вайфай? Как? Здесь нет вайфая? Там, наверное, миллион пропущенных вызовов и три миллиона неотвеченных сообщений!» В твоей голове они похожи на снежный ком, который вот-вот тебя придавит к земле – от одной мысли о неотвеченных звонках можно свихнуться. Звонки, естественно, рабочего характера… Да, смотри как быстро ты переключаешься снова на будничные проблемы – они поглощают тебя целиком и полностью, они позволяют тебе забыть о том, где ты был совсем недавно. И от твоей благодарности не остается ровным счетом ничего. Ни следа… Скорее напротив, ты уже не благодаришь, ты готов проклясть все на свете, лишь бы от тебя отстали. Дали расслабиться, успокоиться, отвлечься… а лучше в компании с длинноногими цыпочками. Почему нет? Наплевать на прощение… наплевать на обещания… все опять возвращается на круги своя. Ситуация до боли знакома… Будто нам удалось перехитрить целый мир: всем сказали, что изменимся, а сами за старое!

Джонатан не был исключением из правил, он ведь такой же обычный человек, как и все остальные. Он ждал, пока ему принесут телефон, чтобы позвонить на работу и узнать, как прошла встреча с итальянцами. За это время продумал, о чем будет говорить с Полом. Джо полагал, что трюк с просьбой о прощении круто прокатит и с начальством. Не все, наверное, такие наивные, как наши родные и близкие, или как Всевышний, который верит людям в надежде на то, что те покаются и непременно изменятся. Но, вместо обещанного телефона, лично явился сам Пол. За несколько дней ничего не поменялось, такой же беспощадный мистер Пол.

– О-о-о-о, Джо, не ожидал тебя здесь встретить… – Такая же ехидная ухмылка.

– Я тоже… – виновато пробормотал Джонатан.

– Слушай, ты извини, что я порылся в твоем кабинете, – присел он напротив. – Мы там с филиппиночкой сделали кое-какую перестановку под open space, а тебя… – Не стал договаривать. – Думал найти там документы, да вот, кроме твоих тайных пристрастий, больше ничего не нашел. Вот тебе, – кинул он на стол кипу порнушных журналов, – чтобы не скучал. Может, подскажешь, где документы?

Данный вопрос и был объяснением, зачем явился Пол.

– Да, конечно! – совсем не сопротивляясь, ответил Джо. – Они на дороге…

– На какой дороге? – не понял тот. – На дороге личностного роста?

– На автомобильной, где я попал под колеса грузовика…

– Ты попал под колеса грузовика? – прикинулся дурачком Пол.

– Вообще-то да, Пол… Спасибо, что поинтересовался моим здоровьем… – съязвил Джо.

– Ой, прости! Не смею шутить… Просто все на работе говорят, что ты на Гавайях… – ответил он той же монетой. – Бумаги были с тобой?

Вообще, может показаться, что это глупый вопрос, но иногда в этих глупых вопросах скрывается разгадка, о которой лучше узнать сейчас, чем не узнать никогда.

Развернутый ответ на глупый вопрос

11 мая 2007 года, пятница

Прокрутим пленку обратно до момента, когда я пришел к Джо во сне и сказал о смерти. Утром Джонатан подошел к сейфу и открыл его. В сейфе, помимо бумаг, хранился револьвер и пакетик кокса. Часть он разбил и занюхнул сразу, а часть взял с собой, на случай стрессовых ситуаций. Пушку он тоже забросил в кейс, так как очень серьезно отнесся к моим словам и подумал, что не исключено покушение. Паранойя разыгралась не на шутку. Джо подумал, что его неприятели в лице Пола и Гарри готовят провокацию. Он, конечно же, не знал, где его поджидает смерть, а потому наивно делал расчет на то, что отстреляется. Хотя не припоминаю, когда Джо в последний раз стрелял и до каких чертиков его нужно довести, чтобы он осмелился нажать на курок. А вот документы он не стал брать с собой, точнее, сделал копии, а оригиналы положил обратно и поменял пароль в сейфе. Здесь он продумал все четко… Кейс тоже запаролил для безопасности. Вся подготовка заняла около пяти минут. И все же, чем бы закончилась встреча с итальянцами, если бы наш герой на нее попал?

У темных был план на все случаи жизни…

Переговоры бы провалились. Итальянцы обвинили бы компанию Пола в саботаже и обратились бы с бумагами Джо в международный суд по экономическим преступлениям. И тогда бы Пол наехал на Джонатана, дескать, зачем ты притащил эти сраные документы, которые раскрывают всю суть их преступной деятельности. Пол надавил бы на подчиненного и сказал, что Джонатан пойдет под суд и возьмет вину на себя, отсидит десять лет и вернется обратно на то же место, овальный кабинет будет его ждать. Естественно, Джо не захотел бы отдавать десять лет жизни во имя какой-то чертовой компании, независимо от будущих привилегий. И Пол пригрозил бы ему: «Не хочешь по-хорошему, тогда будет по-плохому» – и описал бы в цвете «радужные перспективы»: конфискация дома, так как фирма не захочет выплачивать штраф, жена из-за несостоятельности и банкротства мужа лишается родительских прав и отправляет детей в приют, Джо в тюрьме без защиты адвокатов. Ах да, забыли сговор с русскими ему приписать – это политическое дело, за которое с удовольствием возьмется ЦРУ, а значит, светит пожизненный срок. И тогда-то выяснилось бы, что Пол специально предоставил Джонатану кресло топ-менеджера, дал ему возможность зацепиться за итальяшек, чтобы надолго засадить за решетку. Высокая должность – это ловушка. Мало кто знает из подчиненных, сколько уже судеб покалечено Полом, сколько семей лишилось своих мужей и сколько овальных кабинетов так и не дождалось своих топ-менеджеров.

И тогда-то, после заранее приготовленного арсенала угроз со стороны Пола, Джонатан съехал бы с катушек. Он вернулся бы в свой кабинет за револьвером, чтобы засадить свинцовую пулю в голову босса, потом взял бы в заложники половину персонала, затащил их к себе, по пути размазав мозги филиппинки. Держа в заложниках до смерти запуганных сотрудников, Джо бы открыл окно и стал вести прицельный огонь по тем, кто над ним когда-либо смеялся. Таким образом, тридцать шесть жертв, павшие от его руки… и в вечерних новостях по всем телеканалам показывали бы Джо, точнее, его мертвое окровавленное тело, потому что один из полицейских, награжденный за геройскую отвагу, не промахнулся.

Такая участь ждала нашего героя, а не желтый фургон с мороженым, ехавший к детишкам. Какую из смертей предполагали темные, сложно сказать, но вторая явно в их стиле. Грузовик оказался спасительным для жизни – будем считать его направление моей заслугой. Конечно же, небесная канцелярия это не признает заслугой, но все же из двух зол выбирают меньшее. Поэтому «Джо должен был умереть» – в трех частях нашего повествования, и пусть скажет спасибо мне, иначе сейчас лежал бы в могиле.

Короткий разговор

14 мая 2007 года, понедельник, утро

Джонатан прекрасно знал, какие бумаги нужны боссу, – их оригиналы остались дома в сейфе под паролем, который известен лишь ему. «Если они сделали перестановку в моем кабинете, – размышлял Джо, – и если они временно собираются перевести меня на другое место, значит, я пойду на проклятое понижение. Наверняка они вскрыли мой сейф и нашли массу улик для компромата». Он посмотрел на порнушные журналы и хотел было заикнуться про заначку с коксом, но сдержался, вспомнив слова полицейских во время рейдов: «Это будет использовано против вас в суде». Джо понимал, чем станет манипулировать Пол, дабы получить ценные документы, – он пойдет на все. И доки ему нужны не для заметания следов рейдерского захвата итальяшек, а для того, чтобы итальянцы воспользовались ими в суде и спихнули все на Джонатана, который играл в этой постановке роль козла отпущения. Такова схема. И вместо того, чтобы подставить партнерское плечо, Пол собирался кинуть бедолагу через него. Компромат босса лишь дополнил список плохих дел подчиненного. Если бы Джо об этом знал, он бы прямо сейчас пристрелил ублюдка, но его непросто пристрелить, потому что именно за Полом стояла свора темных сил во главе с Альценой. Они пришли за Джо…

– Значит, на понижение? – осторожно поинтересовался Джонатан.

– Все только в твоих руках, друг! – ушел от прямого ответа Пол, продолжая ехидно улыбаться.

«Дразнит, мерзавец! – про себя выругался Джо. – Хочет, чтобы задницу ему полизал», – накручивал больше негатива он, ничего хорошего от босса не ожидая.

Пока между ними разворачивалась словесная перепалка, на тонком плане между мной и Альценой также нарастало напряжение.

– Дело против твоего подопечного закрутилось, – обратилась Альцена ко мне. – Назад дороги нет. Поэтому проси его все делать так, как ему говорят, и не оказывать сопротивления. Хуже будет!

– Откуда такая уверенность? – поинтересовался я.

– Мы получили разрешение от небесной канцелярии на задержание твоего дружка. Остаток жизни он будет изолирован, потому что опасен для окружающих.

– На каких основаниях?

– Он портит людям жизнь и разбивает семьи.

– Значит, дело итальянцев подстроено?

– Скажи ему, чтобы со всем соглашался, – настойчивее повторила Альцена. – Иначе его ждет смерть. Хотя если каким-то чудом твоему подопечному удастся избежать пожизненного срока, то смерть ему покажется лучшим исходом. Мы ему подготовили еще много сюрпризов…

Не желая отвлекаться на перепалку, я вернулся к разговору Джо и Пола.

– Что у тебя с рукой? – поинтересовался босс. – Писать можешь? – Достал из папки листок, ручку и протянул нашему парню.

Не глядя в содержание документа, Джонатан подписал два экземпляра и вернул их Полу. Конечно же, Джо понимал, что шефу нельзя доверять и что тот способен подсунуть на подписание даже смертный приговор. Но у него не оставалось выбора. Хуже, чем есть, уже не будет – наивно полагал наш герой. Это «хуже» на самом деле могло продолжаться бесконечно, потому что темные всерьез взялись за бедолагу. Их совсем не устраивало то положение, в котором находился мой подопечный, им необходимо было все в разы ухудшить. Поэтому Пол начал с малого.

– Один экземпляр оставь себе! – холодно распорядился шеф, бросив подписанный лист на подчиненного. – Теперь ты официально уволен! А твое место займет Гарри!

– Нет! Ты не можешь так поступить со мной… – запротестовал Джонатан, не принимая сложившиеся обстоятельства, которых давно ожидал, но до конца с ними не смирился.

Если бы одним лишь взглядом можно было убить, то шеф давно бы купался в луже собственной крови на пару с Гарри. Дай Джонатану только возможность, и он бы осуществил задуманное. Как же он их всех ненавидел! Какой-то голос провоцировал его: «Ты не сделаешь этого! Нет. Тебе не по зубам убить человека».

– По зубам, по зубам! – отвечал я темным. – Или вы желаете сделать ставки, господа?

– Как бы ни развернулся сценарий, смертельного приговора ему не избежать! – заявила Альцена.

Наперекор внутреннему голосу Джо выхватил из кейса пушку и направил на босса.

– Ты просто так не уйдешь! – сказал Джо, когда тот засобирался к выходу. – Вернись и сядь на то место, где сидел. Не выводи меня! – отвел курок он, продолжая прицеливаться.

– Ладно-ладно, Джонатан, – поднимая руки, забормотал Пол. – Только не делай глупостей… Ты же знаешь, у меня семья, дети…

– У меня тоже семья и дети, однако тебе на это минуту назад было наплевать! Садись! – прокричал Джо. – И не смей шевелиться… пока до конца не выслушаешь меня…

Признание Джо

14 мая 2007 года, понедельник, утро

И вот теперь началось самое интересное. Джонатану представился шанс высказать начальнику все, что он о нем думает. Напрямую. Не боясь ничего потерять. Все, чего следовало опасаться, уже произошло минуту назад. Теперь осталась только ненависть между ними, способная привести одного из них к тяжелым последствиям. Повисла напряженная пауза, которая могла взорваться в долю секунды оглушительным выстрелом.

– Дети, говоришь, – вполголоса произнес Джо. – Дети – это хорошо…

Он резко замолчал, так как увидел темный силуэт, пробежавший поперек палаты и шмыгнувший через форточку на улицу. Джо явно почудилось, но он старался не подавать вида, чтобы не разряжать обстановку, а вместе с тем револьвер. Тот же голос, который заставлял не брать в руки пушку, дразнил его: «Джонатан – трус», «Джо – серливый кот, никогда не пользовался пистолетом», «Брось пукалку и не позорься перед начальством», а потом опять – «Ты не сделаешь этого… даже не пытайся». И множество незнакомых голосов. Но Джо не обращал на них внимания, он просто хотел поговорить по душам, высказаться, черт побери, иначе… если этого не сделает, то точно нажмет курок, дабы проверить собственную смелость.

– Знаешь, я тут, пока лежал, много о чем передумал. Подумал о прощении… Долго думал, как могут люди простить предательство? Вот ты, допустим, сейчас извинишься передо мной, а я тебя все равно не прощу. Даже если ты мне яйца вылижешь, моя совесть не проснется после этого, потому что между нами, кроме ненависти и отвращения, больше ничего нет. Да и ты, уверен, даже если извинишься, продолжишь и дальше меня презирать и унижать за глаза, мол, посмотрите, какой неудачник у нас работал… – Джонатан ухмыльнулся. – Помню, в детстве меня обижал один мальчонка, постоянно чего-то доколупывался, особенно при виде моих крутых игрушек. Байстрюком называл, говнюк, знал же, что обидно слышать такое. Однажды я не выдержал, подошел и ударил его со всего размаха кулаком в голову, да так, что бедолага покатился с лестницы. Понимал последствия, но ударил. Забрали того в больничку с сотрясением мозга. Директор вызывает на ковер меня вместе с мамой, говорит, если не принесу извинений, то отчислят из школы или отправят в колонию для таких же малолетних придурков, как я. Мне плевать было на его угрозы. Мне самому захотелось поговорить с пацаном по-человечески, как сейчас с тобой мы разговариваем. И я пошел… Встал с утра, умылся, почистил зубы и пошел в больничку. Прихожу, мама и папа его в слезах, мол, чего приперся. Короче, впустили меня к нему в палату на пару минут. Он открывает глаза, видит меня и говорит: «О-о-о-о, привет, байстрюк! Пришел извиниться… Я тебя не прощу!» Типа вали на хер… Но знаешь, Пол, когда он снова назвал меня байстрюком, мне уже не хотелось извиняться. А с мыслью, зачем такие люди живут, хотелось, наоборот, подойти к аппарату и перекрыть кислород. Вот чего мне хотелось. И когда я прикоснулся к вентилю, чтобы сделать это, почувствовал какое-то облегчение на душе… Мне как-то сразу стало легко… В тот момент, решая, жить ему или умереть, я, понимаешь, Пол, выступил в роли вершителя судьбы. Вот что меня вдохновляло – роль Бога! И я принял решение простить, дать парню шанс, чтобы он изменился. Вот, оказывается, в чем дело – не он должен был меня прощать, а я его. Я вышел тогда из палаты окрыленный и счастливый! Мой внутренний вопрос раз и навсегда решился… А когда парниша выздоровел и пришел вновь в школу, я ни разу больше не слышал, чтобы он называл меня байстрюком. Вот она – сила прощения, Пол!

– Хорошая история, Джо, – Пол присел на стул рядом с входом, понимая, что их разговор затянется надолго, – только к чему ты это?

– К тому, придурок, что я сейчас в роли вершителя! И мне решать, жить тебе, гниде, или сдохнуть! Достоин ты существования или нет…

– Если я сейчас попрошу у тебя прощения, с меня корона не слетит…

– Да к черту прощение! Ты не способен просить прощения, а я так и не научился прощать.

– А если я приму тебя обратно на работу, ты поверишь моим словам?

Воцарилась длительная пауза. Джо долго раздумывал, он реально не знал, что ему на это ответить.

– Внутренний голос шепчет отпустить тебя… – Вдруг темный силуэт снова выскочил из окна и побежал по направлению к двери, отчего Джонатан вновь на минуту замолк. – Если ты примешь меня обратно на работу, то я не снесу того унижения, которое ты мне уже причинил, поставив вместо меня Гарри. Переносить издевательские усмешки подчиненных, катающих жалобы начальству… не-е-е-е-ет… с меня хватило вашего дерьма. Спасибо! Сыт по горло…

– Чего ты хочешь тогда?

– Хочу, чтобы каждый по очереди извинился передо мной. Искренне!

– Вряд ли, Джонатан, тебе это поможет, – как-то с сочувствием ответил Пол.

– Когда я ехал на переговоры с итальяшками, я ненавидел вас настолько, что собирался разделаться с вами, по одному. Твоя пуля преданно ждала тебя в этой обойме. И она тебя до сих пор ждет… Детей твоих не трону – обещаю…

– Ладно-ладно, – со смирением произнес Пол. – Хочешь убить меня – стреляй, но только после того, как выслушаешь мою историю.

Откровение Пола

14 мая 2007 года, понедельник, утро

– Если ты думаешь, что мое детство было беззаботным и сладким, ты глубоко ошибаешься, Джо, – начал Пол. – Мой отец был вором, тащил все, что плохо лежит. Трейлер, в котором мы жили, и тот был угнанный. У нас не было ни одной собственной вещи. Все где-то и когда-то украдено: на рынке, улице, в метро, гостинице, супермаркете… Отец приносил мне сворованные игрушки, а я к ним даже не прикасался – чужими они были для меня, ненастоящими, неродными, не такими, какие были у моих сверстников. Мама тоже не надевала ничего из подаренного папочкой: ни шмоток, ни драгоценностей. Правда, долго они у нас не задерживались, всегда отец находил кому спихнуть. На этом он и зарабатывал: воровал и продавал.

Однажды мы с пацанами играли во дворе, и мне понравилась у одного парня игрушка типа машинки-модельки с открывающимися дверцами. Она была настолько миниатюрная, что можно было легко потерять в траве. И вот парень ее потерял. Когда все ушли по домам, я решил отыскать модельку, чтобы забрать себе. Я нашел машинку и принес домой. Отец строго спросил: «Откуда у тебя это?» Я ему рассказал, после чего он ударил меня по лицу так, что звезды из глаз посыпались, и сказал: «Завтра же верни и больше никогда не воруй!» На следующий день я отнес модельку парнишке, за что в знак благодарности получил от его родителей много сладостей. Мы сидели с другом, пожирали пончики, а в голове крутились слова отца: «Никогда не воруй! Никогда не воруй!»

Через пару лет, когда я ходил в первый класс, отец принес домой кольцо с бриллиантом. Его один парень собирался подарить своей девушке, чтобы сделать предложение. И он каким-то образом проследил за моим отцом до самого трейлера. Через день пришел с дробовиком, когда дома никого, кроме меня, не было. Он прострелил дверь, дернул ручку с другой стороны и зашел. По-хозяйски зашел. Я понимал приближение опасности, поэтому успел спрятаться под кровать. Парень без проблем нашел кольцо, потому что оно лежало на видном месте. Я постоянно проходил мимо него и любовался. Парень с дробовиком не стал довольствоваться возвратом, а дожидался папочку, чтобы разобраться с ним. Он сидел на кровати, под которой лежал я и почти не дышал. Но долго так продолжаться не могло, и я выдал себя кашлем. Парень нагнулся, увидел меня и вытащил за шкирку, напуганного до смерти. Он приказал мне сесть напротив себя. Мне никогда не забыть того, что сказал мне тогда парень с дробовиком.

«Ты понимаешь, малой, что скоро твоего отца не будет с тобой?» – начал он. Честно, я был настолько мал, что действительно не понимал, как это отца может не быть со мной. Вроде всегда он есть – что должно случиться, чтобы его вдруг не стало? Не осознавал я и риска для собственной жизни. Да, угрозу какую-то чувствовал, но смертельную опасность – нет! А все потому, что ничего не знал о смерти. Парень-то думал: сейчас упаду на колени и буду молить о пощаде, а тут полное непонимание и безразличие. Он продолжил: «Ты понимаешь, что сделал твой отец? Он разрушил мою судьбу. Я должен поквитаться – его место в могиле! Согласен?»

Нет. Конечно же, не согласен. И это он увидел по моему лицу. То есть парень с дробовиком пытался объяснить мне, ничего не смыслящему малому, почему мой отец недостоин ходить по земле. Он смотрел на меня, в мои глаза, полные слез, и, видимо, не счел свою ненависть веской причиной для того, чтобы убить человека… Мы не дождались папу. Парень ушел и больше не возвращался. Не знаю, простил он отца или нет, но благодаря мне трагедии удалось избежать.

Поэтому, Джонатан, если ты найдешь хоть одну причину, почему я недостоин жить, то можешь стрелять…

– Что было дальше? – продолжая целиться в Пола, спросил Джо.

– Отец пришел поздно. Спрашивал, куда делось кольцо. Я сказал про парня, но не упоминал о дробовике. Отец, чтобы не навлекать на себя лишних подозрений, заверял, что это приходил его друг. Но я-то знал, что это не его друг. Что это приходила за ним смерть, с которой у меня состоялась встреча.

В тот самый момент в комнате, где сидел Джонатан и Пол, вновь прошмыгнула тень.

«Он, сучонок, сделал меня…»

14 мая 2007 года, понедельник, утро

– У тебя хоть отец был, который каждый день возвращался домой, а у меня и того не было… Я понимаю, Пол, к чему ты клонишь… нет ни одной причины, чтобы тебя убивать, да и ты, я вижу, не настолько повзрослел, чтобы чувствовать смертельную угрозу. По-прежнему, наверное, думаешь, что смерти нет? – ухмыльнулся Джонатан, разрядил револьвер и бросил его на пол. – Можешь идти… Но знай: я тебя не прощаю.

– Наверное, только один из нас уйдет отсюда с чистой совестью… – Пол бросил второй подписанный лист на кровать Джо. – Если хочешь, можешь вернуться. Обещаю никому не говорить о нашем разговоре. Но все же, где бумаги?

– Они у Джесс.

Джонатан демонстративно закрыл глаза и отвернулся. Пол вышел из палаты, наверное, зараза, очень довольный. Джо сделал ему услугу не только тем, что не стал убивать, но и тем, что помог выговориться. Польза от того не сказалась на Джонатане, по крайней мере, предательский внутренний голос, шепчущий пять минут назад: «Ты не сделаешь этого», уже намного громче орал: «Проклятый трусишка, почему ты не прикончил его? Ты никчемный, ты ничтожество». О душевном покое можно надолго позабыть. Джо так и не получил и никогда не получит от небесной канцелярии способности прощать ближнего. Любой из его окружения, будь то жена Джессика, Брэнт, Пол, и те умеют делать это. Даже папа неоднократно приходил во сне, чтобы попросить прощения, но сын и его не простил. Никого он не простил – в том и трагедия его.

Подстрекаемый внутренним голосом, он готов был взяться за пистолет и отстрелить мозги самому себе, чтобы потом их соскребали со стенки. «Проклятый Джо!» – мучился наш герой, купаясь в море жалости и ощущении какой-то вселенской несправедливости, обделенности, ущербности, неполноценности и все в том же роде. Конечно же, он на этот раз не вернется на работу, не скажет всем, мол, славно отдыхал на Гавайях. Нет. Не хватит сил наступить на горло собственной гордости, ведь он все время думал, что круче всех… и смог многих в том убедить. Однако сейчас ему не хотелось никому и ничего доказывать, потому что Джо чувствовал полное поражение взрослого Джо, чье место сейчас занял глупый и наивный мальчонка, о коем десять минут назад рассказывал Пол. Да, имелся у Джо один способ – обвинить жестокую судьбу в несправедливости по отношению к нему, но и это бы ему никак не помогло.

Джонатан поднялся с постели. Впервые за долгое время ему не нужно никому звонить, писать, отправлять отчеты, не нужно бороться со спамом и перенаправлять левые звонки – он теперь полностью свободен. Бессрочный отпуск, прям как у того бомжа, повстречавшегося однажды на улице. Джо подошел на ресепшен и попросил у медсестры телефон, чтобы рассказать обо всем Джессике.

– Что у тебя с голосом? Что-то случилось? – сразу почувствовала неладное Джессика.

– Да так, Пол приходил по душам поговорить…

– Да, он мне только что звонил, просил какие-то документы передать. Сказал, вы договорились обо всем.

– Нет. Не договорились. Он, сучонок, сделал меня…

– Что? – не понимая, переспросила она.

– Перезвони ему и скажи, что нет никаких документов.

– Но он уже едет за ними!

– Ты слышала? Их нет у тебя! – И Джо проговорил по слогам, чтобы лучше дошло: – Я их ему не от-дам. Так и передай! – Джонатан бросил трубку.

Он пожалел, что не прикончил ублюдка Пола, что поддался внутреннему голосу. И хоть этот голос стих, ощущение трусости осталось. Он впервые задумался над тем, кто есть настоящий Джонатан: тот, кто нажимает на курок и разделывается с неприятелями, или тот, кто вечно сдерживает себя, словно запуганный до смерти мальчонка, боящийся последствий. Кто из них Джо? И пока над этим неразрешимым вопросом думает наш герой, я вам отвечу: никто. Здесь вы не найдете ответа, потому что за каждым действием или бездействием скрываются потаенные мысли, желания, неразрешенные чувства – а какие из них ваши, а какие нет, вряд ли сможет определить хоть один умник. И пока кто-то держит пушку напротив врага, он и не догадывается, что за него кто-то действует и кто здесь истинная жертва. Человеку никогда не стать Богом, потому что от его воли ровным счетом ничего не зависит. Все решается за людей, абсолютно все! И если темные дали Джонатану сейчас отсрочку от смерти, то лишь потому, что я их вовремя остановил, но впереди его ожидали девять кругов ада. О том я прекрасно знал, продолжая продумывать, каким образом можно отразить их изощренные атаки, чтобы выпутать подопечного из беды.

Был и другой вариант – отказаться от борьбы и пойти на сделку с Альценой. Она этого как раз и ждала. Многие ангелы-хранители напрямую пытались договориться с ней, но ничем хорошим их сотрудничество не заканчивалось. Я же хотел просто поговорить, пока не поздно, понять ее основные требования. Мой проигрыш с жизнью Джонатана, конечно, ее устраивал, но не настолько, чтобы отказаться от возможности выиграть большее при нашей встрече. «Либо договориться, либо сдаться» – так Альцена говорит обычно каждому, кто находился на грани поражения. И в такие минуты мы, небесные покровители, думаем: «Почему мы определяем судьбу людей? Почему бы им самим не решать, когда и сколько им жить перед тем, как душа отправится на небеса?» Опять приходится за них отвечать, и не только перед Богом, но и перед дьяволом.

Глава пятая

Подслушанный разговор

Ночь на 15 мая 2007 года

Джо снились сплошные кошмары, из-за чего он просыпался несколько раз в поту. Кто его только не навещал с того света! Отец, бабушка, дедушка… Мерещились какие-то черти, демоны, словно его конец совсем близок. Но главная встреча состоялась около его дома под утро. Он вновь увидел того самого соседа, предупредившего о смертельной опасности, а именно меня. Но я был не один – прогуливался по лужайке с Альценой. Джонатан следовал за нами, стараясь быть незаметным.

– Я знала, что ты попросишь встречи со мной! – самодовольно провозгласила Альцена. – Все, рано или поздно, обращаются. Правда, признаюсь, насчет тебя возникали некоторые сомнения. Ты у нас гордый ангел и неуступчивый, прям как мы. Твое место среди нас, – заулыбалась Альцена. – Помню, как ты спасал своих подопечных от геенны огненной, только на этот раз мы твоему Джо приготовили настоящий котел. Кстати, это твоя идея была с фургоном? Мои молчат, не признаются… Неплохо придумал! – похлопала она меня по плечу. – Только пусть в следующий раз его переедет поезд и он останется жив – так будет эффектнее! – засмеялась Альцена. – Сколько раз мы просили не вмешиваться в реальность подопечного без нашего ведома, и вы все равно пытаетесь что-то сделать, как-то противостоять нашему замыслу.

– Если бы не мы, вы бы их давно поработили – пили кровь, ели их мясо, вдыхали их души. Благодаря нам у них есть надежда на спасение.

– Бесполезно! – перебила та. – Легче с нами договориться либо сразу сдаться, ибо хуже будет. – Она помолчала, потом продолжила: – Зря ты взялся покровительствовать Джо: не твой персонаж. Убийцы, насильники, маньяки, пребывающие сейчас в раю, – это твой контингент, а вот тупой наркоман, не способный отличить знак пешеходного перехода от знака судьбы, – не твое. Хочешь мой тебе совет? – остановилась Альцена и хитро взглянула на меня. – Оставь его нам… За него бороться уже бесполезно. Столько ловушек, сколько мы поставили, – качала она головой, – надо быть святым, чтобы не угодить в них.

– Я знаю, к чему ты клонишь, – пришлось вступиться за Джо. – Сейчас ты скажешь, что за его провал мне ничего не будет, но дело даже не в последствиях, ладно, я их как-нибудь переживу, дело в принципе. В моих прежних чистых победах. Я не хочу портить собственную репутацию нераскаянным грешником. Вы можете сделать с ним что угодно: спалить, сжечь, стереть в порошок, но на том свете Джонатан мне нужен раскаявшимся. Мне наплевать, умрет он сейчас или завтра, мне важно, чтобы он успел искренне произнести три слова: «Прости меня, Господи». И больше ничего! – твердо ответил я. – Если вы думаете, что я борюсь за его выживание, то глубоко ошибаетесь. Если понадобится, могу подстроить и поезд, и авиакатастрофу, но он мне нужен чистым.

– Ты очень многого просишь, – улыбнулась Альцена, не ожидавшая такого поворота.

– Я прошу того, чего не просят другие! Они наивно выпрашивают у тебя годы жизни в надежде, что их подопечный обратится к Богу. Я в это не верю! Мне нужен быстрый эффект, как с моими убийцами, насильниками и маньяками на эшафоте, когда они успели произнести во всеуслышание: «Прости меня, Господи». Больше ничего не нужно! Хоть подмешайте ему в стакан какого яда, но главное, чтобы в конце он прозрел и покаялся… или обратился к Богу… или попросил прощения…

– Ты у нас этого просишь? – усмехнулась Альцена. – Мне казалось, духовное перевоспитание – это все-таки задача ангелов-хранителей. Или что-то поменялось на небесах с тех пор, как нас оттуда изгнали? И во многом, голубчик, изгнали по твоей вине.

– Ничего не поменялось… – холодно парировал я, собираясь продолжить.

– Духовное перевоспитание не происходит за один день, – не дала досказать Альцена. – Это работа не одного десятка лет. Мне ли тебе рассказывать? Именно поэтому другие ангелы-хранители и выпрашивают у меня годы жизни, а ты просишь что-то нереальное.

– Ты сама знаешь, какой силой я обладаю, поэтому мне не нужны годы, чтобы привести подопечного к Богу. Мои прошлые кейсы доказывают: грешник может искренне покаяться в последнюю минуту жизни и быть прощенным Господом.

– Так о чем нам с тобой договариваться? – недоумевала Альцена. – Давай каждый будет выполнять свою работу: мы ведем твоего подопечного к смерти, а ты ведешь его к покаянию. В принципе, – усмехнулась она, – мы преследуем одну и ту же цель!

– Я думал, встреча с желтым грузовиком поможет ему осознать прошлые ошибки, и на время он действительно раскаялся во многих вещах, но дальше вы подослали ему босса, чтобы снова вывести его из равновесия и снова окунуть в эту бесполезную борьбу…

– А что ты хотел, чтобы мы его по головке погладили? Наша задача в том и заключается, чтобы Джонатан разочаровался в жизни, а лучше довел самого себя до самоубийства. На небесах, насколько я знаю, суицидников никогда не прощали, а твой птенчик как раз и летит на огонек, – ухмыльнулась Альцена.

– Вы хотите довести его до самоубийства? – не сдерживая эмоций, спросил я.

– Именно! Насколько я знаю, после суицида подопечных их покровителей навсегда лишают права занимать какую-либо должность на небесах, – ехидно произнесла старуха. – И поверь, мы доведем его до самоубийства, у нас для этого есть все рычаги давления… – Альцена ожидала моей реакции. – Ставки возрастают, не правда ли?

Мы с Альценой остановились и повернулись к Джо.

– О-о-о-о, Джо, и ты здесь? – она изобразила на лице удивление. – А мы как раз о тебе вспоминали. Твою дальнейшую судьбу решали…

– А разве не я волен ее выбирать? – огрызнулся в знакомой манере Джо.

– Да, мальчик Джо, – подтвердила Альцена, – ты волен выбирать. Ты же избранный! – усмехнулась она. – Вы все на земле избранные! – И засмеялась.

– Какой, к черту, избранный? – возмущался Джонатан.

– А ты поди открой дверь, а то к тебе гости, – непонятно к чему сказала Альцена.

И в этот самый миг Джонатан проснулся. К нему действительно нагрянули нежданные гости, моментально стерев из его памяти сновидение.

«Какого черта?»

15 мая 2007 года, вторник, утро

«Какого черта?» – успел задаться вопросом Джонатан, когда увидел улыбающуюся девушку в короткой юбке и чулках. После искренних просьб о прощении Джо никак не хотелось попасться за встречи с теми, кого он мог едва вспомнить. Трудно объяснить внезапное появление девицы легкого поведения, когда та даже его номера не знала. Джо оставлял контакт в редких случаях, чтобы они не названивали при жене, а в остальном – списывались через Wickr Me, где при регистрации никаких персональных данных не требуют, только логин и пароль, а сама переписка стирается на пятый день. Но девушка его как-то нашла.

– Как поживает мой зайка? – поцеловала гостья Джо, а потом присела на край кровати.

– О-о-о, привет, не ожидал тебя здесь увидеть! – Джо перебирал в голове имена, чтобы вспомнить для начала, как ее звать, а потом названия клубов, чтобы вспомнить, в каком они пересекались и, наконец, была ли между ними близость. Не вспомнив, решил спросить: – Как ты сюда попала?

– Ты не рад меня видеть? Тогда я пойду, – та обиженно поднялась с места.

– Нет! Я просто спросил, – стал оправдываться Джон, заглядываясь на ее грудь.

– Ты каким-то совсем другим стал… Это не тот Джо, которого я знала. Мой Джо веселый и жизнерадостный, постоянно шутил, рассказывал интересные истории… Мой Джо – настоящая рок-звезда!

– Рок-звездам тоже бывает хреново… – холодно отрезал Джонатан, после чего добавил: – Не видишь, меня машина сбила.

– Ах да, как же я сразу не догадалась… Надеюсь, твоего преданного друга не задело? – Ее руки тут же потянулись под одеяло Джо, но тот отстранился. – Ну, разреши мне поухаживать за тобой! Так ты быстрее пойдешь на поправку. – Она медленно принялась расстегивать блузку, которая очень сексуально смотрелась на ее теле.

– Давай не будем! Нас могут увидеть… – сопротивлялся Джо.

– Расслабься, – успокаивала она. – Мы ничего плохого не делаем. Мы просто обнимаемся… – Девушка наклонилась над Джо, чтобы поцеловать и коснуться его своей грудью, отчего, как и любой мужчина, бедолага возбудился и потянулся в ответ.

И тут в палату зашла Джессика и застала их обоих, хотя между ними ничего не было – ни сейчас, ни в прошлом, о том вспомнил Джонатан уже спустя некоторое время. Чертова подстава! По-видимому, девицу и раньше подкладывали под тех, кому нужно испортить жизнь. В этом деле, несомненно, она профи. Итак, господа, если каким-то образом в ваш дом пробралась незнакомая красивая длинноногая особа и пытается вас соблазнить, то первый вопрос, который нужно задать себе (естественно, после «Какого черта?»), – это «Кому может быть выгодно?». Не могла же она прийти по собственной инициативе? Значит, кто-то за вами присматривает… Сейчас много развелось интересных профессий, в том числе и связанных с девушками, но этой пока еще не дано официального названия. Где-то оно зависло посередине между частным детективом и просто шлюхой, так как, если надо для общего дела, она готова с вами и переспать, даже забесплатно, войдя в доверие, а может и сразу прикончить, или отравить, или заразить СПИДом. В зависимости от пожеланий заказчика. Конечно, девушка действует по строгому сценарию и регламенту, знает ответы на все вопросы, способна выйти сухой из воды и красиво загладить любой конфликт. Знала бы Джессика, что существует такая профессия, то, наверное, не поспешила бы с выводами. Только она не знала…

– Какого черта? – с порога выдала Джессика.

– Джо, кто это? – ничуть не растерявшись, показала пальцем в сторону супруги девица и принялась застегивать блузку.

– А вы, черт возьми, кто такая? Я, вообще-то, жена его.

– Очень даже вовремя! Если я представлюсь его любовницей, то это будет не совсем правда, потому что между нами ничего никогда не было. Зато я знаю, с кем у него точно было. Вам лучше присесть…

– Не верь ни единому ее слову! – прорычал Джо, делая усилия, чтобы подняться на постели. – Что бы она ни сказала… сплошная ложь… Это подстава… подстилка…

– Заткнись! – обрубила его Джессика. – Я сама разберусь, кому верить, а кому нет. – Она села на стул и обратилась к незнакомке: – Продолжайте, леди, я готова вас выслушать…

Тут зашли санитары и забрали Джо на обследование. По дороге ему сделалось плохо. Хоть он и не знал, о чем собирается поведать незнакомка, но что-то подсказывало ему: это хуже, гораздо хуже истории детектива, любовницы, шлюхи, вместе взятых, компромата Пола, коего он боялся больше всего на свете. Такое складывалось ощущение, будто все его скелеты в шкафу разом заговорили.

Грязное белье Джо

15 мая 2007 года, вторник

– Я представляю независимую организацию феминисток, – издалека начала незнакомка. – Наша главная задача – защита прав женщин по всему миру. Мы уже многим женщинам открыли глаза на то, кто такие эти мужчины! – Последнее она произнесла с презрением. – Особенно если дело касается семей, тут мы готовы предоставить любую помощь, защиту от любых посягательств. А они будут – после того как узнаете всю правду и ваш муж попытается вас вернуть. Итак, после короткой преамбулы, пожалуй, приступим.

Два года назад в нашу организацию поступило несколько заявлений от женщин, над которыми надругался ваш муж. Надругательства выглядели по-разному. Одной он что-то пообещал, чтобы воспользоваться ею, – естественно, своих обещаний так и не сдержал. Вторую влюбил в себя, а потом бросил, исчез бесследно. Третьей, доверием которой тоже воспользовался, купил порше, а через неделю машина оказалась в розыске, так как являлась собственностью салона, сдающего авто в аренду. В нашей организации решили провести расследование и установить, кто же такой Джо: мошенник или герой-любовник? – на последнем сделала презрительный акцент. – К нашему удивлению, он оказался «примерным» семьянином. Ну, «примерным» следует взять в кавычки. Жена, двое детей – и при этом куча любовниц.

Мы установили слежку за вашим муженьком. И вот что обнаружили. Изо дня в день он, как по расписанию, посещал клубы, рестораны, показы мод, разные злачные места… – Она достала из сумочки конверт с фотографиями и передала Джессике. Пока Джессика рассматривала супруга в окружении девиц, незнакомка продолжала: – И знаете для чего? Правильно! Чтобы познакомиться, а потом соблазнить, обмануть, воспользоваться и выбросить из своей жизни. А каково женщине жить с обманутыми надеждами, раненым самолюбием? Разве мы, женщины, этого заслуживаем? Разве мы не должны объединяться против подобного рода мужского произвола? Должны! И нас уже поддерживают тысячи… миллионы людей по всему миру. Но я отвлеклась… – Активистка набрала в легкие воздуха, словно и не собиралась заканчивать. – Мне нужно было больше собрать информации и выяснить его мотивы, поэтому я пошла с ним на сближение. До постели дело не дошло, потому что в тот вечер ваш муж подрался с охранником. Может, помните, когда он вернулся домой побитый?

– Да. Он мне сказал, что по вечерам ходит в бойцовский клуб и дерется там…

– Да-да, это он придумал! В тот вечер он был со мной, точнее, я была на задании с ним. Потом мы еще выследили девушек, которых он пытался соблазнить. Тут не пересчитать количество измен и обмана… Это неполная база девочек, которых мы опросили, – она указала на фотографии. – Некоторые не пошли на контакт с нашей организацией, так как боялись огласки в прессе. Но мы дойдем и до журналистов, чтобы устроить над ним показательную порку во избежание подобных случаев. Возможно, другие мужики посмотрят и задумаются. А свободные женщины перестанут доверять женатым мужчинам. Вам советую уходить побыстрей от него и развестись. Наша организация возьмет на себе расходы, даже если вы решите уехать с детьми на край света. Вашего мужа, скорее всего, привлекут к уголовной ответственности. Многие девушки согласились написать на него заявление об изнасиловании, к тому же многих он накачивал наркотиками, а это тянет на пятнадцать лет лишения свободы. Поэтому предлагаю уже сейчас подыскивать себе достойного кандидата. И смотрите, второй раз не обожгитесь…

Незнакомка резко остановилась, так как увидела заплаканное лицо Джессики, которая не могла дальше слушать доклад активистки, бросила фотографии на пол и выбежала из палаты, не желая больше никогда и никого прощать.

Компромат Пола

Если вы думаете, что здесь нет следов Пола и его темных покровителей, то вы глубоко заблуждаетесь. Иначе какой смысл нам говорить о компромате на Джо? На самом деле, Пол все это с организацией феминисток и заварил. Зная слабые места своего подчиненного, он стал собирать на Джо компромат. На случай, если тот начнет качать права после увольнения и будет таскаться с адвокатами по судам, чтобы отсудить компенсацию в десятки тысяч долларов. На случай, если Джонатан не вернет документы. Вот тогда-то, чтобы Джо не обратился в суд, Пол и задумывал выстрелить, точнее, применить компромат в качестве шантажа. Таков был замысел.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.