Анна Чаадаева
За пределами

Глава 1

«Пустота. Кругом одна пустота. Настолько глубокая, что, казалось, стоит лишь протянуть руку, и пустота сама нежным клубком свернётся в ладони. Пустота наполняла лёгкие, она звенела в ушах и обманывала глаза. Как далеко она простирается? Есть ли границы этой пустоты? Почему пустота вокруг меня? Где я? Как выбраться? Разве мне страшно? Зачем мне куда-то уходить? Как бесконечно ничего? Есть ли ему предел?

Я попыталась сдвинуться с места, упорно шевелила руками и ногами, точно плыла под водой. Но в пустоте не было ориентиров, и я не понимала двигалась или нет. Я продолжала безуспешно барахтаться, пока не зацепилась взглядом за точку. Маленькую, блекло сияющую далёкую звезду. Мою путеводную звезду, мою точку отсчёта, моё спасение. Я устремилась к ней. Точка росла по мере моего приближения, становилась больше, и, наконец, начала приобретать очертания. «Брат», – пронеслось в голове. Мой спасательный круг в бушующей, бесконечной пучине, мой оазис в пустыне. Он стоял ко мне спиной, немного ссутулившись, со слегка растрёпанными светлыми волосами, в своём безукоризненно белом плаще. Я пыталась дотянуться до него, дотронуться, коснуться пальцами его волос, мягких, пшеничных. Кожа загудела, а лёгкие сжались в беззвучном крике. БРАТ! Всем нутром я желала, чтобы он увидел меня. И он обернулся. Моё сердце замерло от переизбытка радости. Он здесь, а значит всё хорошо. Но его глаза… Серые глаза брата, словно смотрели сквозь меня, в пустоту, холодно и отчуждённо. Мне стало страшно, не только от того, что я не существовала для него, казалось, что вся пустота вокруг берёт начало именно из этих серых глаз. Попыталась остановиться, крича в беззвучном ужасе, но неподвластная сила продолжила тянуть вперёд. Мгновение – и я разобьюсь о ледяную глыбу брата. Но в долю секунды он развеялся туманом, а я иглой проткнула оболочку, и пустота лопнула. Вакуумный купол исчез. И я оказалась внутри чего-то живого, осязаемого, огромного. Тьма. Я чувствовала всем телом её изучающий взгляд, хоть и не видела ничего. Она принюхивалась ко мне и пробовала на вкус. Она копировала мои движения и повторяла за моим дыханием. И наконец, показалась сама. У тьмы было моё лицо».

Девушка подорвалась с кровати и закашлялась. От испуга всё тело покрылось мелкими капельками холодного пота. Воздуха не хватало. Потребовалась не одна пара минут, чтобы прийти в себя. Ко всему в комнате было темно, и пришлось постараться, чтобы понять, прошёл сон или ещё продолжается. Постепенно громкое и частое дыхание пришло в ному, холодный пот высох, а остатки сна – растворились на просторах памяти.

Щёлкнул дверной замок. Девушка спрыгнула с кровати и побежала ко входной двери, чуть помедлив перед выходом из комнаты.

– Лаурель! – Взвизгнула она, бросившись навстречу входящей фигуре. – Брат! Я так тебя ждала!

Вошедший слегка приобнял сестру, но быстро отстранил её, углубляясь внутрь жилища.

– Брат, брат! Подожди! Лаурель! – Поплелась она за ним. -Ты целыми днями пропадаешь в своей башне! А возвращаешься глубоко ночью! Лаурель! Я уже устала скучать! Ты опять всю ночь просидишь в своём кабинете? Брат! Давай хотя бы поужинаем вместе? Ладно? Я сейчас! Я быстренько!

На кухне загремела посуда, квартиру наполнили ароматы еды.

– Знаешь, пусть раньше ты тоже дни и ночи напролёт с головой уходил в чтение книг, но был дома, а теперь ещё и в эту башню ходишь. Я не вижу тебя совсем! Если бы мы могли видеться чаще? А то ты и дома не бываешь, и к этой своей башне не подпускаешь! А я скоро совсем смешаюсь с пылью в этой квартире. Да и то, ты узнаешь об этом. Если только тебе скажет кто-либо. Марта, например.

– Миррель, мы уже обсуждали это, – устало вздохнул Лаурель, садясь за обеденный стол.

– Брат, просто я очень скучаю по прежним временам. Мне так тебя не хватает. Может, ты хотя бы обедать домой будешь приходить? Или твои начальники и это тебе не позволяют? Ты один на весь Предел работаешь? – Начала заводиться сестра, громко зазвенев посудой.

– Миррель! – Раздался хлопок ладони по столу. Лаурель подарил своей сестре сердитый взгляд. Дождавшись, пока она остановит поток чувств и опустит в повиновении глаза, он сухо продолжил: – Как, кстати, твои занятия с Мартой? Какой прогресс?

Девушка застыла с тарелкой в руке, так и не поставив её на стол. Молчаливая и долгая пауза затянулась. Лаурель повторил вопрос. Тарелка опустилась на приготовленное для неё место. Сев напротив брата, Мирра принялась лениво шкрябать ложкой, не проявляя никакого интереса к еде. Разговоры про тренировки с Мартой, обычно не приносили девушке радости.

– Знаешь, Брат, если бы ты чаще бывал дома, – Мирра принялась выплёскивать недовольства на поздний ужин, но заметив суровый вид собеседника, осеклась. – Ничего нового. Мы уже который год с ней занимаемся, но, как видишь, я до сих пор без праета. Мне кажется, она меня не учит ничему. Давай найдём другого учителя!

– Миррель, тебе следует заниматься усерднее. Марта отличный преподаватель!

– Да она заставляет меня изо дня в день проделывать одни и те же манипуляции! «Держи символы! Контролируй стабильность потока!» – Собезьянничала девушка.

– Миррель!

– Да, брат! Ничего не меняется! У некоторых праеты уже с пелёнок есть! А меня до сих пор ничего услышать только не могу. Никому я не нужна! – Почти зарыдала Миррель.

– Отсутствие твоего праета меня не на шутку беспокоит. Ты же сама понимаешь, что…

– Вот если бы со мной занимался ты, Брат, – прервала его девушка, наклонив голову на бок и загадочно улыбнулась, словно и не расстраивалась. – Думаю, что это было бы намного лучше.

До этого суровое выражение лица Лауреля обрело ещё более грозный вид. Зубы скрипнули. Брови слились в одну линию.

– У. Меня. Нет. Сил, – Лаурель цедил каждое слово, с отвращением, прежде всего к самому себе. – Уже очень поздно, ложись спать.

Мужчина вышел из-за стола и покинул кухню. Девушка картинно сложила руки на груди и надула губки. Она искренне не понимала по какой причине брат так резок. Каждый день Мирра выбрасывала на ветер часы своей жизни, занимаюсь с Мартой, послушно выполняя её нудные задания, смиренно вычерчивая символы, вливая в них энергию, проводя изнурительно безрезультатные призывы праета или слушая никак не звучащий зов. А брат даже не ценил усилий сестры. И раз Мирра никак не сдвигается с мёртвой точки, то скорее всего методика обучения Марты в корне не верна. Почему брат до сих пор держит её? Тем более всё чаще и чаще девушка стала замечать за своим учителем признаки сил «радара». Что же она тогда за учителя для «источника», коим была Миррель? Ведь «радары» нужны только для идентификации типа энергии. А у Мирры уже сформировавшийся белый поток, с большим запасом энергии. К чему её приставлять «радара»? Так и не найдя в своём поведении причинзлости брата, Мирра вознамерились получить хоть крупицу семейной любви и внимания.

Лаурель нашёлся в своём в кабинете, утонувши в окружении старых книг. Он мог посвящать недели чтению этой древней, бесполезной макулатуры, забыв про еду и отдых. Именно ревность к тому, что брат уделял этому занятию так много внимания, послужило причиной нелюбви Мирры к книгам. Вторая причина отсутствия интереса была невозможность непосредственного чтения: текста порой были настолько древними, что напоминали больше каракули, чем нечто связное. Но брат понимал их без труда, и эта его способность восхищала Мирру ещё больше.

Брат сидел в кресле, привычно ссутулившись, подперев голову рукой. Девушка, точно маленький ребёнок, прошмыгнула в комнату и устроилась подле брата, настойчиво ожидая, пока на неё обратят внимание. Наконец, Лаурель перевёл взгляд на сестру. Мирра была уже совсем взрослой и красивой девушкой, в меру настойчивой и требовательной, возможно, как и подобает всем девушкам её возраста. Инфантильность была ей совсем не к лицу, что злило брата, и, тем не менее, он не пытался бороться с этой чертой, принимая как плату за своё обращение с сестрой. Девушка сложила губы трубочкой и попросила почитать ей на ночь. Будучи совсем ребёнком, она часто приходила к Лаурелю с такой просьбой, в те дни отказать ей было трудно, сейчас – времена изменились. Хотя…, времена остались прежними.

– Миррель, – Он протёр рукой глаза, откинулся на спинку кресла и отодвинул книги. – Тебе самой не приелись эти детские забавы? Сколько ты ещё будешь играть? Или тебя совсем не заботит ничего? Отсутствие пары-праета, не раскрывшие до конца способности источника? Назови мне хоть одного жителя Ядра твоего возраста, кто ещё не разделил энергию? Я не хочу, чтобы о нашей семье говорили…

Но девушка уже не слушала брата. Её глаза наполнялись слезами, а к горлу подступала истерика. Чем он так недоволен? Почем он говорит ей всё это в ответ на простую просьбу прочесть на ночь?

– Тебе назвать человека? – Рыдая, проговорила девушка, отвечая на единственный вопрос, который запомнила. – Имя, для которого нет пары? – Мирра с обидой, вызовом и страхом смотрела на брата. Она знала, что следующие слова заденут брата до всей глубины его души. Ею саму травил ядовитый привкус от грядущей фразы, но механизм запустился. – Это мой брат! Лаурель!

Лицо мужчины осунулось, уставшие плечи опустились ещё ниже, глаза превратились в стеклянные бусины. Брат резко отвернулся от сестры и подошёл к окну. Лаурель был одним из немногих жителей Ядра, кто не мог ни делить, ни принимать энергию. Он не был ни «источником», ни «защитником», ни даже «радаром». Ноль. И пусть язык энергетических символов светлых энергий был ему знаком, говорить на нём он не был в состоянии. Энергетическая пустышка, чего нельзя было сказать о Мирре. Потенциал сестры был в разы выше средних показателей. Она продуцировала светлую энергию, как безустанный генератор. И когда для неё отыщется прает, её «защитник», то это будет самая сильная пара в Ядре. Лаурель одновременно хотел и боялся приближения данного события. И завидовал. «Неудачная первая попытка и успешная вторая», – часто повторял он себе.

Мирра стояла, прикрыв рот рукой, ошпаренная своими словами, ещё больше, нежели брат, который уже привык мирится с положением дел.

– П…прости, Брат! Брат, прости…. Я не хотела… Я не хотела….

Брат осёк её:

– Довольно Мирра, иди к себе.

– Извини! Это не то, что…

– Это как раз то. Ты сказала всё, как есть.

Девушка с мольбой о прощении устремилась к брату. Она рыдала взахлёб и обнимала его своими тонкими ручками. Лаурель стоял и смотрел в окно, не утешая и не отстраняя сестру. Постепенно, когда её всхлипы стали реже, а речь – разборчивее, он положил руку ей на голову. Всё ещё ребёнок.

– Завтра, – шептал он ей. – Завтра я приду пораньше и обязательно тебе почитаю.

– Я люблю тебя, брат.

– И я тебя. Ложись, мне нужно ещё поработать.

Ночной Предел был прекрасен. Днём его энергетические мерцания, практически, не были видны глазу, но ночью разливались прекрасными узорами. Даже ослепительно сияние Ядра не мешало любоваться этой красотой, а тёмный, почти не освещённый, Периметр добавлял ещё большего шарма. Нерушимый купол Предела не один десяток лет защищал жителей от внешнего мира и его опасных сущностей.

Мирра стояла на балконе своей комнаты и рассматривала ночной город и небо. Теплая и безветренная погода, неторопливый гул Ядра, как колыбельная, убаюкивали девушку. Внезапно, в небе над Периметром, дальней кольцевой территории предела, опоясывавшего Ядро, возникла вспышка, затем ещё одна, и ещё. Свечение в небе разливалось разноцветными волнами, погасало и начинало с новой силой. Мирра поудобнее устроилась на своей смотровой площадке, облокотилась на локти и принялась наблюдать. Через некоторое время от светящегося пятна стали расходиться мерцающие ручейки, а на их окончаниях появляться не менее захватывающие энергетические узоры. В последнее время вспышки на небе случались всё чаще и чаще. Обычно они быстро исчезали, но сегодня ночной фейерверк огней буйствовал на славу. Девушке, не смотря на запреты и всеобщий страх перед предводителем тёмных, захотелось туда, на территорию Периметра, где разыгрывалось это восхитительное шоу, ведь здесь, в пределах Ядра, никогда ничего подобного над головой не происходило. Она представляла, как там всё обозримое пространство сияло, перетекая от размеренного фиолетового во взрывной жёлтый и обратно, как палитра разводов отражалась в стёклах окон Периметральных домов, бежала по светлым тротуарам, липла к белым стенам, смешиваясь с восхищением в глазах жителей. Настоящий карнавал красок и красоты.

Зазвонил телефон, брат ответил, разговор был коротким. Лаурель выбежал из квартиры, кинув телефонную трубку так сильно, что она слетела с креплений и осталась висеть на проводе, крича о помощи короткими, монотонными гудками. Мирра поспешила в холл, но застала только закрытую входную дверь, Брата вызвали. Что стряслось? Раньше, ни поздние звонки, ни сверхурочные часы не были привычном делом. Сейчас такое случается несколько раз в неделю. Что происходит? Девушка зашла в кабинет, положила трубку и вернулась к просмотру восхитительного небесного явления, а по его окончанию, уставшая, утонула в нежности своих одеял и подушек, с мыслью о брате и мечтами о завтрашнем вечере.

Глава 2

Солнце беспощадно било в окна, норовя растопить последние крупицы сна. Мирра безуспешно пряталась от него под одеялами, оттягивая пробуждение. Но встать с кровати её всё же заставили. Назойливые телефонные трески барабанили на всю квартиру. С трудом поднявшись с кровати, раскрыв один глаз, позволив второму досыпать, девушка побрела к телефону. Звонила Марта, преподаватель, она сообщила, что заболела и не сможет сегодня проводить занятия.

Утренняя меланхолия Мирры растворилась на глазах! Девушка завизжала от радости после окончания разговора. Наконец-то! Расправив руки-крылья Мирра принялась, буквально, летать по квартире. Она сделала петлю в своей комнате, обогнула несколько раз зал и холл, заглянула в комнату и кабинет брата, которые ожидаемо пустовали, и приземлилась на кухне. Радостные ликования пробудили к жизни великий голод, и Мирра, не собираясь проигрывать урчаниям в животе, решила незамедлительно приступить к завтраку.

Интересно, заходил ли Лаурель домой после ночного вызова, или так и остался ночевать в башне? Ответ нашёлся на верхней полке холодильника, сложенный ещё с вечера и старательно завёрнутый Миррой обед говорил сам за себя. Брат был на работе, а его еда – дома. Решение пришло в мановение ока, стремительное и яркое, как вспышки на небе прошлой ночью.

Уличное солнце сияло ярче комнатного. Тысячи его копий в полупрозрачных стёклах плавили всё вокруг. Мирра щурилась и почти не смотрела на дорогу. Башня находилась в самом центре Ядра. Она была так высока, что с любой точки предела можно было видеть её. Казалось, она упиралась в небо, давая ему начало, а тросами упиралась в границу периметра. Но, несмотря на всю свою монументальность и массивность, была в башне некая лёгкость, невесомость. На долю секунды девушке показалось, что башня на самом деле парит в воздухе, а все крепления к земле – служат лишь для её удержания.

Вскоре башня сравнялась высотой с солнцем, а через несколько кварталов пути переросла его. Затем его лучи заиграли в переплетении несущих балок, мелькнули в последний раз и исчезли вовсе, оставив Мирру в холодной тени сооружения. Резко запахло прохладой и сыростью, поднялся ветер. Прежде пустующая улица, начала наполняться людьми. Чаще парами, которые в белых униформах служащих, подобно тле, спешили по своим делам. Девушка, сначала опускала глаза, встречаясь с заинтересованными взглядами: ей в своей цветной одежде было немного неуютно среди безупречного монохрома, но вскоре любопытству и даже в некотором роде зависти удавалось заставить Мирру задерживать взгляд на прохожих на пару секунд дольше. Она их видела, сформированных светлых праетов, разделивших энергию. Видела «защитников» и спешащих за ними батареек-«источников». Только сильнейшие принимались на службу в башню. Внезапно, в памяти затрепетали обрывки ссоры с братом, а прохлада тени превратилась в настоящий холод. Девушка поёжилась, но взгляд не отводила, теперь, им управляла увлеченность. Она пыталась разглядеть, понять, разгадать тайны формирования пар, найти недостающую деть её самой. Но глаза как-то соскальзывали, их уносило белым шумящим потоком, и не было никакой спасительной веточки, отличительной черты, чтобы зацепиться. Рой служащих становился гуще, ветер сильнее, а лица превращались в маски. Толпа уплотнялась и шумела, давила со всех сторон. Ранее широкий путь к парадному входу сузился до маленькой точки. Обрывки разговоров, остатки жестов и белое марево вокруг. В вестибюль башни девушка буквально вбежала, спасаясь от уличного безумия.

Двери с грохотом захлопнулись, звук громом пронёсся по просторному и тихому помещению. Мирра, попала в другой мир: в разрез с шумом и суетой улицы, внутри башни было спокойно и немноголюдно, даже больше пустынно. Девушка немного отошла от дверей, чтобы перевести дух и отдышаться, но её дыхание, как ей самой показалось, зазвучало слишком громко. Она осмотрелась: холл светлый и просторный, с высокими потолками и окнами во всю стену, причём окна, видимо, покрыты чем-то матирующим, так как скрывали всё, что происходило снаружи здания, пропуская лишь свет и покой. Кроме административной стойки и нескольких скучающих посетителей, утопающих в белых креслах, внутри ничего и никого не было. Мирра направилась к девушке-администратору за стойкой, ведь кроме того, что брат служил в башне, девушке ничего конкретно известно не было. По пути пара скучающих взглядов посетителей скользнула по ней, но, не найдя интереса, исчезла.

Тишина оглушала.

– Извините, – обратилась Мирра к администратору почти шёпотом. – Мне необходимо встретится с братом. Он здесь работает, но я не знаю, как найти его.

Администратор подняла глаза на девушку, намереваясь уточнить запрос, но перехватив её, Мирра добавила:

– Лаурель. Имя брата – Лаурель.

Девушка за стойкой побледнела на глазах, точно статуя, а царящая в холе тишина разорвалась оглушающей бомбой ещё большего беззвучия. Мирра не поняла, что произошло. От чего имя её брата возымело такой эффект? Она огляделась по сторонам: немногочисленные посетители собрались в опасливо озирающиеся скукоженные комки. Статуя-администратор дрожащей мраморной рукой указала девушке на единственный лифт в холле. Мирра уточнила этаж, но вопрос так и остался без ответа. Девушки это несколько озадачило, тем не менее, она поблагодарила администратора за помощь и лучезарно улыбнулась. Ощущения были схожи беседе со стеной. Какие они странные, эти работники башни. И как брат терпит это каждый день? Он безусловно прав, что не советует приближаться к этому месту. Всеобщее безумие заразно и наиболее опасно, если официально разрешено.

В кабину лифта девушка зашла убеждённая в мысли, что из всех сотрудников башни, кого она сегодня видела, брат истинно самый замечательный и понимающий. Не удивительно, что он стал в последнее время несколько сух: такое рабочее окружение кого угодно обездушит. Внутри кабины была всего одна кнопка. Теперь ясно, от чего администратор не дала ответа на вопрос об этаже, но Мирра здесь ни разу не была, откуда ей было знать о таких особенностях устройства.

Двери захлопнулись, лифт шустро поехал вверх. От неожиданности девушка оперлась на одну из стенок. Казалось, от скорости рябит в глазах, но присмотревшись, Мирра поняла, что стены меняются, подобно текущему серому песку, изменяющему свой цвет от непроглядно-тёмного до почти ослепляюще-белого. А потом ударило солнце, и перед взором показался весь Предел. Каждый дом, каждая улица были видны, как на ладони. Светлые кварталы Ядра и тёмные проулки Периметра. Мирру настолько очаровала панорама, что она даже забыла о страхе, о прозрачных стенках кабины, о безумной скорости подъёма. Она уже не была собой, она была птицей, пикирующей и взлетающей в этом контрастном величии всего Предела.

Движение прекратилось. Нужный этаж. Хотя, сложно назвать этаж для огромной остеклённой площадки на вершине башни. Самый верх. Теперь страх вернулся к Мирре, вдвойне. Она не могла ступить и шагу. Во-первых, под ногами была пропасть с кишевшими белыми сотрудниками на дне, а во-вторых… Лаурель… однозначно, не из тех, кто внизу. Из оцепенения девушку вывел женский голос. Ещё один администратор за стойкой, удивительно походивший на нижнего. Но в этот раз женщина была живой, разговаривала и даже помогла Мирре сделать несколько шагов, взяв её за руку. Старше, но ненамного, сёстры – по-другому сходства не объяснить. Вскоре под ногами появилась спасительная непрозрачность поверхности и Мирра смогла объяснить цель визита.

– Очень интересно, – удивилась женщина. – Советник Лаурель не предупреждал о Вашем визите.

Советник? Нет! Достаточно новых частей пазла на сегодня. Мирра просто хотела передать обед брату.

– Но придётся подождать, советник занят. – Женщина указала на диван, но гостья не двинулась с места. – Обед – это чудесно, а то они с ночи там уже сидят! А у Вас какая разница в возрасте? И на тебе вся забота о доме? Советник, небось, и дома такой же, неудивительно, что ты такая запуганная! Вообще, конечно, жаль, что информации про ваших родителей не осталось. Насколько мне известно они были высшими праетами и тоже входили в совет, – женщину остановил сигнал на настольном устройстве. – Думаю, они уже скоро закончат. Ещё пара минут.

– Хорошо, – Мирра подошла ближе к краю своего островка спасения, так чтобы была видна улица внизу. – Но я совершенно не помню своих родителей, для меня семьёй всегда был и останется мой брат.

Девушка взглянула на администратора, но та уже была занята своими делами и не слушала. Мирра вернулась к пропасти под ногами, затем перевела взгляд на прозрачные стеклянные стены. Весь Предел. Каждый его уголок…. Если только у неё получится. Хотя, теперь-то точно получится… Как же будет рад Лаурель!

Девушка втянула в грудь побольше воздуха. Стоя на самом верху мира она сможет почувствовать свою пару. Своего праета. И если раньше, возможно, мешали дома, то сейчас всё, как на ладони. Мирра ушла в себя и растворялась, теперь она и антенна, испускающая сигнал, и приёмник, который ищет нужную ему частоту. Вот! Вот она! Девушка мысленно потянулась к тому, что так манило, а мир вокруг начал исчезать. Последнее, что видела девушка – выбегающего из кабинета брата. Сознание покинуло её.

Глава 3

Светлая мебель в домах, светлые цвета в одежде, строения и тротуары, выкрашенные в белый цвет и тем более белоснежная униформа сотрудников башни. С самого рождения каждому жителю Ядра навязывается это исключительная привилегия обладания светлой энергией. Энергией, зарождающейся в самом человеке, в «источнике». Истинной энергией, не собранной извне, а являющейся чистым ресурсом организма. Жертвы и мученики этого мира, готовые отдать себя без остатка, единственные созидатели, неопороченные, незапятнанные, безупречные. Творцы и хранители, исключительно достойные. Истинные герои и спасители. Что в разрез идёт с представлением о жителях Периметра: опоясывающие, побочные, не разумеющие гордецы, что посягнули на мироустройство. Заёмщики и собиратели. Люди, черпающие энергию извне, ничего не создающие, а подобно саранче, пожирающие всё кругом.

Жива легенда о том, что именно непомерные амбиции тёмных стали причиной нынешнего положения дел. Именно тёмные в своей ненасытной жажде призвали сущностей. А не сумев совладать с мощью последних – обрекли всё человечество на жизнь в тесных клетках. Но Предел стал не только темницей, но и оплотом спасения, невидимым куполом, отгораживающим и уберегающим жителей от внешнего мира, от древних сущностей, ножами отражая их нападки, проявляющиеся разноцветными пятнами на небосклоне. Даже не присматриваясь с обобым пристрастием к структуре предела, можно ощутить всю силу светлых символов, именно из светлой энергии соткана материя купола, именно светлые праеты отдали свои жизни во имя спасения жизней грядущих поколений. Поэтому тёмные в неоплатном долгу перед ними, поэтому тёмные в ответе за деяния своих предшественников, и именно поэтому, искупая грехи прошлого, только тёмные обязаны бороться с сущностями, попадающими сквозь бреши в Предел, чтобы хоть как-то обелить себя перед светлым.

К чувствам Мирру вернула нестерпимая боль. Всё тело разламывало и выворачивало наизнанку. Конечности были настолько тяжёлыми, что не представлялось возможности их поднять. В голове трещал белый шум, в животе бушевал ураган, а вот рту царила засуха. Возможно, ещё никогда в жизни Мирре не приходилось ощущать себя настолько плохо и настолько беспомощно. Кто-то огромный и невидимый, давил её, словно букашку, вжимая панцирем под землю. Что происходит?

– Брат, – прохрипела девушка, хотя звуки, которые у неё получилось из себя извлечь, в ряд ли можно было связать в это словно.

Послышалось шуршание. Мирра чуть приоткрыла глаза. Она увидела стоявший напротив неё диван и какой-то большой свёрток чёрной ткани на нём. Свёрток пошевелился. Человек – не сразу догадалась девушка. Он вскинул руку и что-то промычал. Так обычно ведут себя люди во время пробуждения. Внезапно недомогание девушки исчезло. Боль утихла, мысли обрели ясность, глаза раскрылись, словно пружинный механизм, сжимавший веки, пришёл в действие. Мирра попыталась привстать на локтях.

Девушка находилась в незнакомом помещении. Три стены комнаты отливали тёмно-зелёным цветом – редкость для Ядра, где все надлежало выкрашивать в белый. Четвёртую стену во всю её высоту занимал оконный пролёт. Свет, проникающий через него слепил глаза, но не дотягивался до диванов вдалеке, на одном из которых лежала девушка, а на втором – незнакомец в чёрном. Из-за вороха ткани и полумрака Мирра не могла рассмотреть его лучше.

Какой-либо декор в комнате отсутствовал напрочь, даже мебели было немного, и ребус о её местонахождении оставался неразгаданным. До ушей донеслись голоса. Девушка сощурилась – постепенно на фоне окон начали проявляться две мужские фигуры. Первая – высокая, одетая в белое, с немного сгорбленной спиной и непослушными светлыми. «Это же брат! Брат!» Но спасительного облегчение не пришло. Интуиция била тревогу. Дело в человеке рядом с братом? Он был значительно ниже ростом, облачённый в плащ, подобный плащу Лауреля, но только абсолютно чёрный. Это тёмный? Человек, почувствовав на себе взгляд девушки и быстрыми шагами направился в её сторону. Это произошло так стремительно, что Мирра не успела среагировать и осталось неподвижной, ожидая худшего. Но человек лишь мельком взглянул на неё и подошёл к лежащему на соседнем диване.

– Два стакана воды, – Лаурель отдал кому-то приказ через устройство на столе поодаль. Там он и остался, не смея приближаться к сестре.

Тем временем подошедший человек стянул со второго дивана ворох одежд на пол. Под ними действительно оказался человек, и тут Мирра пришла в недоумение, тоже тёмный. Он тяжело дышал, лицо покрывали крупные капли пота. Но подошедший ни коим образом не старался исправить такое состояние, казалось, она не переживал, а, наоборот, вздохнул с облегчением и присел на край дивана, опустив. Непроизвольно девушка стала рассматривать его. Смуглая кожа. Тёмные волосы, собранные в пучок на затылке. А за границей роста волос – татуировки, уходящие на спину, под одежду.

– Миррель, – голос брата оторвал девушку от излишнего интереса. Повинуясь его звучанию Мирра попыталась сесть удобнее и развернуться, но Лаурель остановил её. – Создай символ, – требовательно приказал он.

Мирра, удивилась просьбе брата и ничего не предприняла. Тогда Лаурель повторил требование настойчивее. Девушка облокотилась на спинку дивана и поджала под себя ноги. Воспроизвести серию заученных с наставницей Мартой движений не казалось ей сложной задачей. Она делала это каждый день, сделает и сейчас. Только почему брат просит о таком в данной ситуации? Пальцы рук на автомате воспроизвели необходимые движения. Но за этим ничего не последовало. Словно девушка отгоняла мух, а не обращалась к светлой энергии.

– Ещё раз! – скомандовал Лаурель.

Картина повторилась. Ни колыханий в воздухе, ни лёгкого светлого сияния – ничего. Мирра насупилась. Она повторяла выверенные движения, но ничего не менялось. Девушка предпринимала попытку за попыткой, почти плача к концу.

– Довольно, – шёпотом сползло с Лауреля. Он медленно развернулся спиной к происходящему и подошёл к окну.

Тогда в дело вступил сидящий напротив девушки тёмный. Он резко наклонился к ней, привлекая внимание, и пристально на неё взглянул. Глаза в глаза. Такие тёмные, почти чёрные, с неотличимой от зрачка радужкой. В полумраке этой части комнаты, казалось они забирали весь свет в свою глубину. Не разрывая зрительного контакта, человек поворачивал голову из стороны в сторону, точно хищное животное, изучающее свою жертву. У Мирры по телу пробежала дрожь.

– Повторяй за мной, – сердце Мирры дребезжало в тон низкого голоса незнакомца. Такого ли незнакомца? Видела… она его уже видела. Нет, не лично. На обрывках газет, мельком в заголовках новостей. Это не заурядный житель периметра…это…

У девушки похолодели ладони. Этот мужчина, сидевший напротив, и рассекавший воздух чёткими движениями, он –… Внезапно он остановился. Секундное недовольство мелькнуло на его лице. Он требовал повторять за ним. Зачем? Структура построения походила на обычные символы светлой энергии, но было в них отличи. Что он хочет от девушки.

Неосознанно и смазано Мирра повторила последовательность жестов незнакомца. В её голове ещё не успела сформироваться мысль о бесполезности действия, как все тени в помещении ожили и пришли в движение. На стенах комнаты выступили тёмные пятна и гроздями тумана стали опадать на пол. Тёмные гейзеры вырывались из-под пола и, поедая свет, заклубились на полу, подобно змеям. И даже чернота одежд незнакомцев, казалось, рекой потянулась к девушке. Мирра завизжала и вскочила на диван. Она принялась махать руками, отгоняя увиденное, но и её кисти и ладони уже целиком окрасились в чёрный, словно их окунули по локоть в краску.

– Брат! – В отчаянии она молила о помощи. Но фигура Лауреля оставалась неподвижной.

Он лишь слегка повернул голову, обращаясь, явно, не к сестре:

– Забирайте.

Глава 4

Машина удалялась от центра Ядра. Белые кварталы темнели, становились мельче и врастали в землю. Но башня так и оставалась неизменно высокой, подпирающей небеса. Она включённым тумблером сигналила о неисправимой ошибке. Мирра смотрела на неё сквозь всхлипы и неудержимые потоки слёз. Дыхание не восстанавливалось, а руки уже тряслись от продолжительных истерик. Этого не могло с ней случится. Слишком неправдоподобно и наигранно. Как такое возможно, чтобы тёмная энергия пробудилась в светлом источнике? Мирра тряхнула головой, развеивая собственные мысли, а верзила, сидевший напротив и не сводивший с неё взгляда всю дорогу, подался вперёд. Девушка заметила это движение. Ярость добавилась к горькому коктейлю чувств. Она что – преступник? Что она сделала, что к ней приставили эту громадину? Того самого, что усаживал её в машину, что нёс её вниз по винтовой лестнице, вырывающуюся и кричащую, того, кто схватил её в кабинете брата. Лаурель… Спина брата растворилась в ярком свете оконных проёмов. Брат не мог так поступить. Мирра не верила в это.

Наконец, белая краска совсем исчезла с пейзажа за окном, тихое шуршание дороги сменилось дребезжанием и толчками, вокруг показалась сетка забора, отделяющего Ядро от Периметра. Девушка опасливо озиралась по сторонам: машина въезжала на территорию тёмных. Клетка захлопывалась. Если не сейчас, то шанса вернуться уже не будет. Мирра вскочила и накинулась на верзилу. Но тот, не ожидая такой выходки, всё же сумел быстро сориентироваться и в доли секунды сильно скрутил руки девушки. Она закричала от боли. Но попыток вырваться не оставила, продолжая звать брата по имени, громко и отчаянно. Верзила опешил. Он чуть ослабил хватку, и девушка почти вырвалась. Пришлось скрутить её ещё крепче и ехать так всю дорогу, случая непрекращающиеся крики о помощи. Только под конец пути, её стоны стали тише, а тело мягче. Когда Мирру выводили из машины она уже не сопротивлялась, когда её вели по коридорам, она молила лишь об одном – позвонить, а когда в комнате её положили на кровать, она забылась сном, но даже через закрытые веки текли слёзы.

Весь следующий день Мирра металась по маленькой комнатушке словно загнанный зверь. Она била и пинала дверь, кричала, плакала, но ничего не происходило, комната к ней была глуха. Еду принесли дважды. Тот верзила из машины. Памятуя о заломленных руках, девушка сторонилась его. Это точно ошибка, её не имеют права здесь держать! Почему брат до сих пор не пришёл за ней? Почему?

Вечером, когда верзила принёс очередную порцию еды, он застал девушку сидевшей на кровати, обхватившей колени руками. Она не билась в истерике, не вопила. Возможно, она даже не заметила, как кто-то вошёл, раз никак не отреагировала. Мужчина так же, как и в прошлые разы, безмолвно поставил разнос с едой, собрал посуду с нетронутым обедом и уже собрался уходить, как девушка окрикнула его. Значит, заметила. Верзила обернулся. Мирра сначала вся сжалась, но рассмотрев человека получше, даже удивилась своему расшатанному воображению. Пришедший совсем не походил на верзилу. Да, он был высокого роста и атлетического телосложения, но везде: в его одежде, взгляде, причёске просматривалась…утончённость. Видом он превосходил зелёного юнца, но и до зрелого старца ему далеко. Взгляд серых глаз светился разумом. Девушка поёжилась. Этот цвет напомнил ей о брате.

Слова не подчинялись, губы сохли. Человек подал стакан с тёплым напитком. Мирра насторожилась, но потом жадно сделала пару глотков и резко отскочила, в ожидании дальнейших действий от оппонента. Но человек не двигался и ждал.

– Позвонить, – просипела Мирра из тьмы кровати. – Мне нужно позвонить брату.

Человек нахмурился, поставил стакан на место и отошёл к двери. Он тяжело вздохнул и отрицательно покачал головой и вышел. Прозвучал щелчок дверного замка. Это щелчок переключателем подействовал на Мирру. Она спрыгнула с кровати и забила в дверь.

– Нет! Вы не можете так поступить! – Кричала она. – Мне нужно позвонить брату! БРАТ! Это ошибка! ОШИБКА!

Мирра тарабанила в дверь пока совсем не выбилась из сил. Заснула она полу. Когда ночью её переносили обратно на кровать, сквозь дремоту девушка умоляла о своей просьбе.

На следующее утро девушка проснусь от ощущения, что в комнате находился кто-то посторонний. Испугавшись, она вскочила и натянула одеяла по глаза. Напротив неё находился тот тёмный из кабинета брата, за которым она повторяла жесты. На мужчине, был надет плащ, как и у Лауреля, только чёрного цвета, волосы аккуратно собраны, губы поджаты. Он сидел в кресле и рассматривал Мирру, хмурив брови. Всклокоченные волосы девушки, опухшие от слёз глаза, разбитые в кровь руки. Даже узники, иной раз, выглядели лучше, чем она сейчас.

– Я приношу извинения, за то, что держим здесь, – начал мужчина после продолжительной паузы.

– Кто Вы? – Мирра смотрела на незнакомца так же изучающе, как и он несколько минут назад. Это лицо и татуировки, тёмный плащ и голос. Мирра знала этого человека, но никак не могла выудить из памяти имя. Не могла соединить концы головоломки. Казалось, вспомни она, всё бы разрешилось само собой. Хотя, откуда маленькой домашней девочке знать что-либо о тёмных, тем более о таких тёмных, кому разрешён вход на территорию Ядра. Не говоря уже о доступе в самое сердце Предела – башню. Мирра встретилась взглядом с сидящим. Вот оно! Кому ещё разрешал вход в башню? С кем мог разговаривать совет Ядра всю ночь?

– Норд.

Тёмные. Их свора кишит по периметру Ядра. Им нельзя внутрь от того они лают, воют и грызнуться, как бешенные собаки. А во главе всей этой стаи находится вожак. Он безумен, неуёмен и жесток, и каждую ночь кидает своих подручных на сетку забора, чтобы те грызли железо, рыли норы, просачиваясь чёрными каплями в чистое Ядро. Вожак – сильнейший среди тёмных, а власть его зиждиться лишь на страхе. И сама тьма льётся из его глаз.

Нет! Нет! Нет! Самый настоящий животный страх ударил в грудь! Ходячий ночной кошмар каждого жителя Ядра сидел перед ней. «Он убьёт меня?»

Норд прочитал каждую мысль и каждую эмоцию на лице девушке. Ничего нового и непредвиденного он там не разобрал. Мужчина поднялся, никак не отреагировал на вжавшуюся в угол девушку, молча занёс в комнату проводной телефон и вышел. Дверь осталась не заперта.

Если бы только вещи были живыми, а не бездушными служителями, то, возможно, телефон и сам бы сходил на территорию Ядра. Ни на секунду Мирра не выпускала его из рук. Она набирала номер раз за разом пока продолжительные гудки не сменялись прерывистыми. Потом сбрасывала и принималась набирать вновь. Она звонила и на работу, домой, Марте, оборвав все линии. Было бы облегчением, если бы на самом деле это телефон оказался нерабочим, но Марта сняла трубку сразу, после первого гудка, а значит аппарат исправен.

Мирра засыпала с телефоном, а просыпаясь, не выпускала его из рук. Так прошло несколько дней, пока однажды, уже глубокой ночью на том конце всё же ответили. Девушка сначала даже не поверила.

– Не звони больше, Мирра.

«Не звони больше, Мирра» Голос Лауреля был сух, холоден. Мирра хотела думать, что ошиблась номером, что попала не туда, но… Она позвонила ещё раз и ещё, но больше ответов не последовало.

Девушка отбросила телефон, как будто он ужалил её, схватилась за волосы и сползла по стенке на пол, отказываясь принимать происходящее! Её выкинули, точно сломанную вещь, отдали тёмным, как кусок мяса, неужели она больше не нужна? Нет! Нет! Нет!

Мирра собралась с духом и стала повторять заученные с Мартой движения светлых символов. Снова и снова, остервенев от усердия. Но ничего, абсолютно ничего, не происходило, светлая энергия не отзывалась. Девушка зарыдала от безысходности и уже в отчаянии повторила движения, которые показал ей Норд в кабинете брата. Тогда ситуация в корне изменилась, и всё вокруг наполнилось тьмой.

Тьмой.

Чёрной! Едкой! Сжигающей воздух.

Мирра выбежала из своей темницы, хлопая ртом, подобно рыбе. Ей было холодно и жарко одновременно. Наружу, на поверхность. Вон из кожи! Ноги её несли в неизвестном направлении. Глаза не разбирали пути. Лишь бы прочь! Лишь бы подальше! Казалось, тьма гонится за ней, а сил убежать становится всё меньше.

Наконец, Мирра выбежала на улицу. Ночной воздух сбавил шквал эмоций. Вокруг неё, во дворе, суетились люди, но девушка не видели их. Она просто упала на колени и подняла голову к небу, словно ища там спасение.

А наверху, красными кровяными пятнами разливались узоры.

Они не были столь прекрасны, как виделись с балкона её комнаты в Ядре. Здесь, на территории Периметра они разрядами сотрясали купол Предела, расходились потёками от ударов и накрывали ужасом.

Мирру затрясло. Она боялась, ей захотелось забежать обратно в дом, спрятаться под землю, испариться, но страх и усталость сковали тело. Ноги не слушались. Люди вокруг продолжали свою суету. Они бегали, они что-то кричали, но до девушки доносились только отголоски их речей. Глаза заволокла пелена. Шум оглушил уши.

Внезапно, сквозь всю эту сумятицу девушка увидела второго тёмного, из кабинета брата. Он единственный выделялся на размытом фоне чётким силуэтом. Девушка сама поразилась ощущениям. Человек посмотрел на Мирру. Высокий, тёмные волосы с забритыми висками, вытянутое лицо. Цветастая рваная одежда, через которую местами виднелись татуировки, покрывающие почти всё тело. По щелчку чёрная ширма отделила весь остальной мир, оставив лишь этого тёмного перед глазами. На его лице рисовалось не меньшее удивление. Человек изменил свой путь. Теперь он шёл прямо к Мирре. А девушке стало так важно и жизненно необходимо, чтобы он оказался рядом. От этого зависело всё.

Как только человек поравнялся с Миррой, она машинально схватила его за кисть и крепко сжала свою холодную руку. Медленно опустил голову и презрительно посмотрел на стоящую на коленях девушку подле него. Его глаза сливались с чернотой ночи, и если бы небо не утопало в крови, то точно бы виднелось через них. Две пустоты, два выстрела-туннеля на красном от света атаки лице. Под глазами, на шее, на любу выступали татуировки с непонятными символами. Секунды останавливались. Мирра чувствовала, как невидимые нити начали оплетать их двоих, и видела, что незнакомец испытывает те же ощущения. Но внезапно он с силой выдернул кисть, зло посмотрел на девушку и пошёл прочь. Реальность вернулась и оглушила. Мирра не двигалась с места. Она была изваянием, камнем из которого только что с силой выдернули душу. Небесные взрывы грянули с новой силой, земля дрогнула. Возможно, пошёл дождь, но разве это было так важно?

Кто-то поднял девушку с земли и понёс в дом. Уже в комнате девушка признала в спасителе утончённого-верзилу, что приносил ей еду и забирал её из башни.

– Мне страшно, – прошептала она, хватаясь за верзилу, когда тот укладывал её в постель. – Что со мной будет?

– Всё будет хорошо, – неожиданно добро отозвался человек. Он убаюкивающее провёл рукой по голове девушки и повторил: – Всё будет хорошо.

Спаситель собрался уходить, но краем уха услышал:

– Что со мной стало…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.