Лана Яриволина
Янтарный свет во тьме луны

******

Пролог

Одним мигом мир разделился на двое. Спокойная и размеренная жизнь кончилась, словно сон сменился кошмаром. Прижимая обожженные ладошки к груди, маленькая девочка смотрела как ревущее пламя пожирает дом. Ее дом. В котором она выросла и где была сосредоточена вся ее жизнь. Ее и брата, который так и остался дома.

– Рури!

Девочка обернулась на голос. Опершись плечом на забор ее звал старик. Он нетвердой рукой отчаянно пытался упереть костыль в землю, но тот постоянно выскальзывал из его пальцев.

– Дедушка! – взвизгнув, девочка метнулась к старику и, подбежал, обвила худенькими ручками за пояс, – Дедушка, А-Ко не вышел!

– Пойдем-ка подальше от огня, – он взял внучку за локоть и, опираясь на костыль, похромал на стремительно наполняющуюся народ деревенскую улицу. Соседи уже бегали у себя во дворах, размахивая руками и вскрикивая, видя летящие в сторону их домов искры.

– Нет!!! – Рури завопила, упираясь босыми ногами в землю, – Брат остался там! За ним надо вернуться!

Девочка рванулась назад к дому, но старик крепче вцепился в ее локоть. Сухие старческие пальцы побелели от натуги, удерживая вырывающегося ребенка одной рукой и костыль в другой.

От толпы на улице отделилось несколько фигур. Сын деревенского кузнеца помог старику встать ровнее и подставил плечо для опоры, а еще двое мужчин схватили вопящую и упирающуюся девочку и потащили прочь от дома. Передав ее в руки нескольким пришедшим на помощь женщинам, они поспешили присоединиться к тащившим с реки воду людям.

– Мой брат! – вцепившись в рукава ханбока одной из женщин, Рури потянула ее в сторону пылающего дома, – Он остался! Вытащите его!

– Обязательно, обязательно, только успокойся. Ему помогут, все будет хорошо.

Женщины осторожно стали гладить девочку по голове, не отпуская ее дрожащих обожженных ладошек. Они переглянулись друг с другом и на их лица застыли сочувствующие выражения. Рури почувствовала, что ее кровь заледенела. Они жалели ее, жалели. Но не спешили спасать брата.

Злость накатила волной. Зарычав словно дикий зверь, она забилась в их руках с удвоенной силой. Женщины что-то говорили, перебивая друг друга и пытаясь схватить девочку за одежду, но она не слушала. Им все равно! Им всем все равно! Брат остался там, он не сможет выйти сам, но никто не хочет помочь ему. Никто! Извернувшись, Рури куснула вцепившуюся в ее плечо руку. Женщина вскрикнула от неожиданности и отшатнулась, толкнув двоих стоявших рядом. Девочка резко подалась вперед и вырвалась из ослабившейся хватки.

– Стой, Рури! – перед ее лицо мелькнула дедушкина рука, но старик был слишком медлителен. Девочка легко увернулась и побежала к полыхающему яростным огнем дому.

Она бежала так быстро, как могла, но казалось, что невероятно медленно. Позади слышались крики, девочка слышала, как дедушка звал ее охрипшим голосом, но она не останавливалась. Она должна спасти брата.

Сильная рука ухватила ее поперек пояса у самой калитки, где уже стояло несколько деревенских мужиков с ведрами воды. Они старательно заливали бушующее пламя, но меньше оно не становилось, только в воздух взмывали сомны жгучих искр. Поймавший Рури мужчина легко поднял ее от земли и громко крикнул:

– Все вон оттуда! Это демонический огонь, вы не затушите его водой!

В его голосе слышалась сила и власть. Мужики мгновенно замерли и обернулись. Они неуверенно переглянулись, не зная как поступать.

– Чего замерли, остолобы, – от толпы отделилась низенькая округлая фигурка старейшины и торопливо направилась к ним, – Делайте что велено! Бросайте ведра и вон, – старейшина пыхтя приблизился и залепетал, – Как вы вовремя, господин заклинатель!

Он явно хотел что-то еще сказать, но мужчина перебил его.

– Никому не приближаться, отряд оммедзи скоро будет здесь. Всех, кого коснулось багровое демоническое пламя собрать отдельно, их осмотрят. Отведи ребенка к семье, – поставил Рури на землю, и староста тут же взял ее за руку. Но она больше не вырывалась.

«Багровое демоническое пламя». Эти слова стучали в ее голове, вызывая дрожь в коленях. Этого не может быть. Не может. Нет. Так просто не должно быть!

Но одного взгляда на дом было достаточно, чтобы понять, что заклинатель прав. Пламя полыхало всеми оттенками насыщенного красного цвета, а кончики метавшихся языков багровыми полосами разрывали темноту ночного неба. Яркие всполохи окрасили все вокруг в темно-алый, отчего казалось, что сам мир окрасился кровью.

– Господин Лю, – дрожащим голосом пролепетала Рури, хватаясь за край плаща заклинателя, – Мой брат… Он остался там… Но он не виноват! Это не он!

– Я знаю, – мужчина аккуратно высвободил одежду из ее цепких пальчиков и легонько подтолкнул в сторону скопившейся позади толпы, – Возвращайся к дедушке, Рури, а я пойду за ним, хорошо?

Несколько длящихся целую вечность секунд они смотрели друг на друга. В свете пламени его лицо окрасилось красным, отсветы исказили ровные черты лица, но глаза остались того же льдисто-голубого оттенка. Рури показалось, что в этот момент он видит ее насквозь, знает все страхи и тайны. Наконец, отрывисто вдохнув, девочка робко кивнула.

– Вот и отлично, – перевел взгляд на старосту, и девочка спиной почувствовала, как тот ощутимо вздрогнул, – Отведи ее подальше отсюда. И пусть никто не приближается к дому до прихода отряда оммедзи, ты понял?

– Да г-г-господин, – севшим голосом пролепетал староста.

Удовлетворенно кивнув, заклинатель отвернулся, словно стоявшие рядом люди его более не интересовали. Он смотрел на огонь и искры плясали в блеске его глаз.

Староста ринулся прочь и потащил за собой Рури. Безвольно обмякнув, она плелась следом за ним. Девочка не смотрела, куда он ее ведет, она продолжала следить за мужчиной, чей силуэт четко вырисовывался на фоне яркого огня.

Вот быстрым движением он развязал шнуровку плаща и тот упал на землю. Оставшись в одном своем обычном синем ханьфу, расшитом серебристыми узорами, заклинатель направился к дому. Его фигура стремительно удалялась, пока не крылась в огне.

Послышались вздохи вскрики. Рури и не заметила, как оказалась, в самой гуще толпы. Чьи-то руки подхватили ее и перенесли к нескольким сидящем в стороне людям, на одежде которых виднелись следы гари. Вспомнив о собственных ладонях, девочка неловко потерла их друг о друга, но, не ощутив боли, опустила руки.

Опираясь на свой костыль, ней подошел дедушка. Осторожно приобняв внучку за плечи, он повернул ее лицо к себе.

– Ты в порядке, милая? – спросил он, напряженно вглядываясь в лицо внучки.

Она отрицательно помотала головой.

– Он сказал, что пойдет за ним, дедушка. Он ведь поможет ему?

– Я не знаю, – тяжело вздохнув, ответил старик, – Он ведь оммедзи, Рури.

– Он сказал, что пойдет за ним! – упрямо повторила девочка опустилась на землю. Дедушка сел рядом. Люди вокруг бегали и что-то кричали, все вокруг было окружено суетой, а они просто ждали.

1

*

С заходом солнца мир окрасился сизыми оттенками. Теплые лучи уступили место рассеянному сумраку, стремительно сменявшемуся ночной темнотой. Но на горизонте еще алела нежным светом полоса заката, даря миру последние капли солнечного света. Но под кроны могучих деревьев они не проникали. Тут уже царила мгла, сгущавшаяся с каждой минутой.

Зябко поежившись, Кохэку поплотнее запахнул верхнюю накидку. Его ханьфу было пошито из плотной ткани, которая, к сожалению, не обладала греющими свойствами. А воздух вокруг тем временем стремительно холодал.

– Замерз? – ехавший чуть впереди мужчина остановил лошадь, дожидаясь своего спутника. На его губах появилась сочувствующая полуулыбка. – Ничего, скоро приедем.

– Вы говорили то же самое два часа назад, – буркнул Кохэку, поравнявшись с его лошадью. Их было только двое. Два всадника, а вокруг лес, уже павший в объятия ночи. Толстые стволы многовековых деревьев молчаливой стеной росли вдоль кривой и узкой дорожки, по которой с трудом пробирались кони, а далеко наверху кроны сплелись в сплошную зеленую завесу, сквозь которую даже днем с трудом можно было разглядеть небо.

– Да, но кто же знал, что мы так задержимся на мосту, – вздохнул мужчина, что-то ища в своей сумке. Вынув тонкую полоску талисмана, он взмахнул ею и подкинул перед собой. Талисман завис в воздухе, аккуратно нарисованные иероглифы вспыхнули белым светом, – Ну вот. Так гораздо лучше. Смотри внимательно на дорогу, здесь камни памяти уложены белее редко, лошадь может споткнуться.

– Мгм.

Юноша наклонился в седле, вглядываясь в путаную паутину из травы и пляшущих теней у копыт животного, но даже в свете талисмана не разглядел синевато-зеленых камней.

– Эти камни памяти и днем то не видно, – вздохнул Кохэку и, задрав голову кверху, тоскливо оглядел черноту наверху, – Ни единой звездочки не видать. Мы как в пещеру спустились.

Мужчина тоже взглянул наверх, но ничего не сказал. На его красивом лице застыло задумчивое выражение. В свете талисмана белоснежная кожа казалась мертвенно бледной, напоминая о недавней встрече. Тихий шепот Кохэку прервал повисшую тишину.

– Как думаете, откуда они взялись? Жители сказали, что не видели этих тварей уже много лет.

Ответа не последовало. Мужчина по-прежнему смотрел наверх.

– Учитель Лю? – робко окликнул его юноша.

Он вздохнул, переводя тяжелый взгляд на ученика.

– Дело в моей… природе, да?

– Не неси чепухи, – раздраженно повел плечами Лю, – Нормальная у тебя природа. Да и почуять они ее не могли, ты в печатях как мумия, я тебе даже на лошадь парочку прицепил. Нет, тут скорее дело в другом. Поехали, ночевать в этом лесу то еще удовольствие.

С этими словами он отвернулся и направил лошадь вперед. Кохэку ехал следом. Решив не спорить с учителем, он молча думал, что же все-таки привлекло упырей на мосту. От других заклинателей, путешествующих по округе, они ничем не отличались, Лю Пхинхан позаботился об этом заранее. Обычная одежда, без каких-либо опознавательных символов, простые чехлы для мечей. Даже лошадей где-то откопал весьма повидавших жизнь. О том, что они собираются уезжать на Пике не знала ни одна живая душа, только прислуга в их доме, но о месте назначения не известно было и им. Даже сам Кохэку не знал, куда именно они направляются.

«Однозначно из-за меня. Они почуяли кто я по сути. Вечно все порчу» – сделав мрачный вывод, парень покосился на ободранный край накидки, покрытый черными пятнами запекшейся крови. Один из упырей дотянулся до него, не зацепив тело по чистой случайности.

– Нет, – твердый голос Лю заставил Кохэку подпрыгнуть в седле от неожиданности.

– Что «нет»? Я ничего не говорил.

Мужчина резко обернулся и прожег ученика взглядом. Юноша съежился, отчаянно желая утонуть в своей накидке.

– Хватит себя накручивать. Ты здесь не причем, мелкий.

– Да я ничего такого… – промямлил Кохэку, отводя взгляд в сторону и делая вид, что разглядывает деревья вокруг. Он осознавал, как по-глупому выглядит, любуясь чернотой, но это всяко лучше, чем смотреть в глаза учителю, который будто мысли читать умеет.

– Будь добр, не вешай мне лапшу на уши. Я прекрасно знаю, что ты винишь себя в нападении упырей. Не могли они тебя почуять, а даже если так, с чего им атаковать тебя? – мужчина развернулся, вновь глядя на дорогу, превратившуюся уже в узкую тропку. – Скажи мне, что ты заметил странного в этих тварях?

– Кроме того, что они хотели нас сожрать? Не знаю, я таких упырей раньше только на картинках в книге видел. Если честно, художник явно смягчил действительность. И воняло от них как от прошлогодней говядины.

– Вот. Именно.

– Что? Вонь?

– Да, – кивнул Лю, – Их запах. Эти живут в воде, так с чего бы такой запах?

– Может потому что они по сути трупы? – горько усмехнулся юноша.

Мужчина впереди рассмеялся.

– Вернемся домой, я тебя эту книгу от корки до корки перечитать заставлю. Упыри, живущие в воде. Кто они? Я жду верного названия.

– Ммм… Русалки?

– И выкину этот чертов сборник сказок.

– Гули?

– Наконец то, – видевший учителя со спины Кохэку был уверен, что он при этом закатил глаза. – Да, эта разновидность упырей называется гули. Живут в воде и там же охотятся. Топят лодки, утаскивают на дно людей.

– По-моему, живут это громко сказано. Они же трупы!

– Верно, но все же их существование форма жизни. В них течет энергия, как и иных живых созданиях. Но суть не в этом. Я хотел сказать вот что. Во-первых, твоя природа им до одного места, важно только наличие мяса на костях. С их точки зрения я более лакомый вариант, так что серьезно, заканчивай заниматься самобичеванием, ты знаешь, как меня это бесит. Ходишь потом по три дня как туча. Если накосячишь, я тебе это прям скажу, идет?

Насупившись, Кохэку шумно вздохнул.

– Лисенок?

– Ладно. А во-вторых что?

– Каких вторых? Ах да, во-вторых. Вернемся к природе этих созданий. Что тебе сказали местные, которых ты спрашивал?

Жители городка, что расположился неподалеку от моста, не были в восторге от разговоров об упырях. Кохэку трижды пришлось улепетывать от впавших в истерику горожан, прежде ем нашелся адекватный мужчина, с которым удалось поговорить. Быстро выяснилось, что вся жизнь городка зиждилась на реке. Помимо ловли рыбы, оттуда брали и воду, а также это был основной торговый путь. Большой мост, на котором путники наткнулись на целый выводок этих тварей, был буквально основой связи городка с большим миром. Сам городок расположился на острове Сенлин, затерявшемся в месте слияния двух крупнейших рек провинции. Основную часть острова занимал лес, по которому и путешествовали Лю с Кохэку.

– Сказали что не видели тут нежить уже очень давно.

– Хм, – мужчина задумчиво потер подбородок. Он всегда так делал, когда размышлял, что выглядело странно, ведь на его идеально гладкой коже не было и намека на щетину. – А более точных дат не назвали? Хотя бы сколько лет приблизительно.

– Один старик-рыбак провопил что-то про свою бабку, вроде как с ее времен в реке никто не жил. Вернее, не обитал.

– Прям таки провопил? – усмехнулся Лю, = Хотя бедняг можно понять, для них река важна… Значит старик про бабку вопил? Ну лет тридцать значит точно. А то и все сорок. В таком случает вариант с тем, что они проснулись от спячки отпадает. Эти гады дрыхнут от силы лет пять.

– А есть еще какой-то вариант? – Кохэку наклонился вперед, не желая пропустить ни слова. Ему стало до жути любопытно, что же надумал учитель.

Лю нервно щелкнул языком и сказал:

– Имеется. Гулей сюда подослали.

Парень хохотнул от неожиданности.

– Подослали? Разве этой жутью можно управлять?

– Вообще считается что нет. Сейчас будет довольно крутой подъем, смотри внимательнее, веди лошадь аккуратно.

Кохэку открыл было рот для вопроса, но не успел произнести и звука, как копыто его лошади со скрежетом съехало с булыжника, на который она шагнула. Громко заржав, животное рванулось в сторону и чудом устояло на ногах, угодив при этом в жижу лесной почвы и обрызгав седока грязью.

– Тихо-тихо, – похлопал ее по шее юноша и натянул поводья, выводя на тропу, – Ну и грязища вокруг. Похоже недавно дождь был.

– Не, тут кругом болото. Я же сказал, не сворачивать с дороги.

– Про болото вы забыли похоже упомянуть, – отплевываясь от попавших на лицо брызг проворчал Кохэку.

– Да? Наверное. Ну что, едем дальше? На холме болота нет, не переживай.

– А что там есть? Замок с феями?

– Нет, точно выкину эту треклятую книжку со сказками.

Лю приподнял парящий у него над головой талисман повыше и пришпорил лошадь. Кохэку направил свою следом, теперь уже вдвойне внимательнее вглядываясь в заросли травы вокруг.

«А по виду и не сказать, что тут такая топь» – оглянувшись на ямку, оставленную его рыжей зверюгой подумал он.

Дорога действительно пошла вверх и довольно резко. Лошади то и дело спотыкались о булыжники и недовольно фыркали. Кохэку почувствовал, как начинает мелко дрожать от холода, а держащие поводья пальцы потихоньку немели.

Подъем окончился до невозможности резко. В непроглядной темноте, царившей вокруг, вершину холма было не видно, но едва оказавшись на ней, всадники остановились. Дальше холм плавно шел вниз, в огромную долину, в глубине которой виднелись окна и садовые фонари огромного особняка.

–Что это за место? – восхищенно спросил Кохэку. Россыпь огоньков вдали казалась отсюда маленьким кусочком ночного неба, которое не давала увидеть крона леса.

– Узнаешь, поехали. Там твердая земля. Кто быстрее? – рассмеялся Лю и, не дожидаясь ответа, пришпорил лошадь.

2

*

Кроткий скрип ступеней лестницы оповестил Лю о том, что в библиотеке он больше не один. Старый особняк простоял брошенным не один десяток лет и требовал основательного ремонта. Пыль и грязь были меньшими из зол. В некоторых комнатах сквозь под проросла трава, а в левой части дома стена полностью покрылась мхом. Домик прислуги так и вовсе стал частью окружающего леса, его удалось отыскать только по оставшейся черепице и двери. Остальное настолько поросло растительностью, что казалось обычным холмиком на заднем дворе.

Сейчас тут было не так уж и грязно, как по первому приезду Лю сюда. Сестры Шуо отлично поработали, а их брат оказался неплохим плотником и успел обновить некоторые предметы мебели. Заниматься стенами Чжуджи пока не решался и просил нанять опытных мастеров, но это казалось заклинателю плохой идеей. Об этом месте забыли даже хозяева и хорошо бы такому положению дел оставаться и дальше.

– Это единственное место в Царстве людей где вы можете быть в безопасности, – ответил Лю Чжуджи на это предложение. – И оно должно оставаться в тайне. Людям вообще о нем лучше не знать.

– Горожане стали замечать, что мы уходим в лес. Некоторые спрашивают, не духи ли мы. Может лучше сказать, что я живу с сестрами в лесу? Попросим какого-нибудь плотника поработать, может и …

– Нет. Обязательно найдется сердобольная, которая захочет помочь сиротинушкам по хозяйству, такие везде есть. Им лишь бы сунуть нос не в свое дело.

– Но нас считают духами… – попытался было заспорить змееныш.

– Пусть считают. Духи не несут людям прямой опасности, даже если поползут слухи, ничего страшного не случится. Заклинатели редко бывают в этих землях, а тех, кто сюда сунется, таким не заинтересовать. Бабья болтовня, никто не прислушается. А вот слухи про особняк могут дойти до Айджи. Представляешь, что будет, если он явится проверить, кто тут живет?

Обреченно вздохнув, Чжуджи согласился.

Признаться честно, в глубине души Лю был согласен с ним. Аккуратно раскладывая старые книги на столе, который начинал сыпаться от каждого движения, он подумал, что хорошо бы сладить новый, потому что чинить этот не имело смысла. Откровенно говоря, большая часть утвари уже вряд ли поддастся ремонту. Скорее рассыплется в руках, как случилось с кухонными стульями.

– Господин Лю, – подал голов вошедший.

– Яо Ло, – не поворачиваясь откликнулся заклинатель.

– Я кое-что нашел, но если вы сильно заняты…

– Нет, просто пересматриваю старые записи, – Лю отодвинул желтовато-серый лист, который силился прочесть последние три часа, – Не спалось, решил заняться чем-то полезным.

– Удалось вынести пользу? – с усмешкой поинтересовался Яо Ло.

– От борьбы с бессонницей было б больше пользы, – покачал головой Лю, поворачиваясь к собеседнику. Он утомленно помассировал переносицу и виски, надеясь хоть немного разогнать ощущение песка под веками, – Этим свиткам слишком много лет, часть текста стерлась, а оставшаяся написана на каком-то странном языке…

– Это диалект северных демонов. Старый, на нем уже не говорят, но можно найти того, кто прочтет.

– А ты можешь? – встрепенулся Лю. В нем мгновенно вспыхнула надежда узнать тайны старинной библиотеки. Раньше он бы без труда прошел мимо. Но последние годы в нем пробудилось любопытство, которое не досаждало ему даже в детстве. Многие сверстники считали Лю скучным, ворчливым и раздражительным. Будучи мальчишкой, он много времени посвящал учебе и делал исключительно то, что велели отец с матерью или старший брат. Хотел быть тем, кого хотели видеть они. Игры казались пустой тратой времени. Ему не было интересно искать сокровища, разгадывать загадки и изучать нечто непонятное, но удивительное. Однако оказалось, что это все ему не чуждо. Нет, ворчливым и раздражительным он как был, так и остался, но появился в жизни некий смысл. Смысл, толкающий вперед. Заставляющий сидеть ночами над старыми рукописями, в надежде открыть их тайны, узнать, как было раньше, до Великого раскола.

– Вынужден вас разочаровать, я не помню этого диалекта, – беззастенчиво зарубил на корню надежду Яо Ло и добавил, пресекая вопрос, уже готовый сорваться с языка заклинателя, – И не знаю никого, кто мог бы прочесть.

– Но ты же только что сказал, что можно найти того, кто его знает! – возмутился Лю.

– Да, в Северном королевстве наверняка можно. Но, боюсь, те, кого знаю я, уже давным-давно кормят червей. Образно выражаясь, так сказать.

Откинув голову, Лю удрученно взвыл. Как это мучительно, держать в руках ответы на свои вопросы и быть не в силах их прочесть. По крайней мере, он надеялся найти ответы в этих свитках.

«Преотвратительнейшее чувство – надежда! Редкостная гадость» – мелькнула скользкая мысль.

– Зато я нашел то, что вполне может вас порадовать, – елейным тоном произнес Яо Ло. Демон растянул губы в довольной усмешке и протянул покрытую пылью и ржавчиной трубу длиной чуть больше локтя.

– Что это? – нахмурился Лю, принимая ее. Судя по весу, она была полой. Заклинатель потряс трубу. Изнутри послышался шорох, будто что-то мягкое, вроде ткани или бумаги, неплотно лежало внутри.

– Осторожнее! – вскрикнул Яо Ло и Лю послушно замер, – Там карта местности, в основном имение. И немного прилегающих к нему границ. Я подумал, что вам будет любопытно взглянуть. Эта карта особенная. На ней указано расположение камней памяти.

– Ты серьезно? Быть того не может…

Лю открутил резную крышечку с трубы и аккуратно вытряхнул скрученный лист. Расчистив на столе пространство, он расправил его, стараясь при этом не сильно давить на стол, который и так возмущенно обронил несколько трухлявых щепок и скрипнул.

Это действительно была карта. И какая! Сработанная из волокон дорсия, редкого и очень дорогого растения, чуть пожелтевшая по краям, но с яркими и насыщенными красками. От карты пахло немного сыростью и сладковатым специфическим запахом чернил из цветка ликориса. Такие чернила были очень стойкими, практически не потеряли насыщенности цвета даже за десятилетия, что пролежали в этой трубе. Витые узоры по краям тонкими линиями плавно перетекали в четкую, проработанную до мелочей схему участка, занимаемого поместьем.

– Поразительно, – прошептал Лю, осторожно разглаживая пальцами края карты. Она легко расправилась и не пыталась снова скрутиться в трубочку, как это было бы с обыкновенной бумагой, – Тут и имение, и домики для прислуги, и даже беседки указаны…

– Ну беседки то точно существуют уже исключительно на карте, – хмыкнул Яо, – А вот камни памяти в большинстве своем целехоньки. Я проверял.

– Спасибо. Самое важное, это камни на границе.

– Да, ими я и занялся в первую очередь. Есть небольшая прореха – вот здесь.

Демон склонился над столом и указал пальцем в правый нижний угол участка. Его черный коготь стукнул по нескольким точкам, показывая места повреждений.

– Здесь камни немного разъехались. Ничего страшного, сама ограда цела, но некоторые мелкие духи снуют по саду. Я видел одного в доме, но он куда-то запрятался, – Яо Ло неопределенно махнул плечами.

– На кухне под жаровней, – сообщил Лю, не отвлекаясь от рассматривания карты.

– Откуда вы знаете? – нахмурился демон. Его синие глаза заинтересованно сверкнули в свете газового фонаря, освещавшего библиотеку, – Неужели заклинателей стали обучать работе с духами? Мне казалось, это только ведьмовская специфика…

Лю тихонько хихикнул и взглянул на Яо. Он все еще не привык общаться с демонами, постоянно забывал, что эти создания, несмотря на всю свою похожесть на человеческий род, живут совсем по иным законам, как социальным, так и биологическим. Яо Ло отличался от обычного человека не сильно, лишь его кожа была серого оттенка, да на лбу мерцала в темноте демоническая печать, представляющая собой закольцованный виток чуть меньше монетки в диаметре. Иногда он выпускал когти и клыки, но вполне легко мог скрывать их по своему желанию. В имении демон не особо волновался о внешнем виде и первое время до судорог пугал Лю, когда выходил из-за угла в своем неизменном сером танджуане. В темноте его вовсе было не видно, только глаза по кошачьи сверкали в коридоре. Однако, вскоре заклинатель заметил, что блеск глаз завит не от освещения помещения, а от настроения демона, как сейчас.

– Что? – непонимающе нахмурился Яо Ло. Смеялся Лю нечасто.

– Нет, не учат нас, – покачал головой он, – Просто я его видел, когда ходил за ужином для Кохэку

– Ясно, – протянул Яо, откидываясь назад и потягиваясь. Высокий и гибкий, он напоминал кота, – А я то уж подумал что ваш брат извел ведьм потому что нашел управу на духов, а нет, – В его голосе скользнуло некоторое разочарование.

– Сам хочешь с духами поболтать? – усмехнулся Лю.

– А почему нет, – пожал плечами демон, -Это же души, странствующие буквально повсюду. Вот уж кто, а они точно могут многое поведать.

– Так бы и стали они с тобой болтать, как же.

– Как знать. Многое из былого потеряно, кому как не вам это знать. Возможно, с духами можно договорится. Многие из них даже не пытаются проникнуть на территорию поместья. Может у них был договор с теми, кто его строил.

– Камни памяти их отгоняют, все это знают, – буркнул Лю, -сворачивая карту, – К тому же некоторые то лезут. И весьма успешно. Вон, один гнездо похоже под жаровней свил.

– Может это из тех, кто появился после строительства? Этому лесу многие тысячи лет и он единственное обиталище духов под небом.

– Ага, а остальные под землей века коротают. Знаю, изучал спиритию. Что ж, спасибо за карту, но вынужден оставить тебя наедине с твоими рассуждениями.

– Это не рассуждения, а лишь предположение, – проворчал Яо Ло. Разговор о возможности общения с духами он начинал не впервые, поэтому Лю довольно быстро определял момент, когда стоит собраться с духом и гордо ретироваться, пока не пришлось позорно сбежать.

Быстро убрав свиток, который безуспешно изучал полночи на полку, он подхватил карту и торопливо направился к лестнице. Уже поднявшись до середины, остановился и спросил:

– Ты не знаешь, Кохэку уже встал? Хочу показать ему владения.

– Да, хозяину бы знать их надо, – усмехнулся Яо, – Посмотрите на балконе на втором этаже. Чжуджи тащил туда онигири и данго, предполагаю, что второе предназначалось моему племяннику.

Кивнув, Лю поднялся наконец на последние ступени.

Длинный коридор был залит оранжевато-сиреневым сумраком. Несколько сваленных у стены коробок и ваз терялись в размытых тенях. Проникающий сквозь широкие окна свет был ровным и мягким, но все вокруг словно расплывалось в нем, границы стирались, таяли и размывались.

Прежде чем подняться наверх, заклинатель зажег несколько газовых светильников, вделанных в стены. Одно из главных достоинств этого имения то, что с болотным газом, который обладал свойством светится, не было проблем. Достать его проще простого – десять шагов от забора и кругом болото. А вот одной из главных проблем была как раз-таки задача не утонуть в этом самом болоте.

Освещенный голубоватым светом газа коридор тут же приобрел приятную человеческому глазу четкость. Удовлетворенно кивнув, Лю направился к лестнице в восточном крыле.

Имение было довольно большим и имело три основных крыла: восточное, южное и западное. Было еще две пристройки, но их изначальное предназначение так и не удалось определить, они обрушились слишком давно, а еще рядом с домиком прислуги стояли конюшни и загон. По-видимому, прежние хозяева создавали тут уютный уголок, полностью отрезанный от внешнего мира.

Второй этаж сохранился несколько хуже первого. Большая часть окон отсутствовала, лишь в нескольких рамах торчала пара осколков. Неограниченный в своих передвижениях ветер лениво витал по коридорам, заглядывая в приоткрытые комнаты и шурша там бамбуковыми ширмами.

Обойдя разлитое по полу пятно света, Лю недовольно взглянул на дыру в потолке в форме многоконечной звезды и направился к главному балкону, занимавшему всю наружную часть восточной стены. Кохэку облюбовал его едва они подъехали к дому. Балкон смотрелся весьма внушительно, украшенный растительным орнаментом и выкрашенный серебристо-черной краской, бросался в глаза еще издали. А поднявшись на него, они обнаружили, оттуда открывался еще и самый великолепный вид. Было видно весь участок, который освещался лишь тусклым светом газовых фонарей, а на границе величавой черной стеной возвышались деревья леса. Сквозь их кроны не просматривалась ни одна звездочка, создавая ощущение некоего замкнутого пространства.

Еще не дойдя до выхода на балкон, Лю услышал голоса. Негромкий смех звенел в тишине пустующего дома легкой трелью, отскакивая от голых стен и медленно затихая. Голос Кохэку, мягкий и ровный, с нотками урчащего бархата, начал что-то рассказывать, но через несколько предложений был прераван быстрыс сбивчивым вопросом Чжуджи. Тихий и немного свистящий говор демона-змея был легко узнаваем.

– Думаешь все так и останется? Они же с самого детства вместе.

– Жизнь меняется и меняет нас, сам знаешь, – ответил Кохэку, – Разве мог ты предположить, что окажешься здесь и вместо меча будешь держать рубанок и кисть?

– Нет конечно, – в голосе Чжуджи явно слышалось облегчение. Лю остановился у приоткрытой ширмы, за которой виднелся вход на балкон. Прерывать разговор было как-то неловко, в конце концов двое ребят были друзьями и не виделись долгое время.

«Одному из этих ребят годов больше, чем тебе» – сердито напомнил себе Лю. Откровенно говоря, точного возраста Чжуджи заклинатель не знал, известно было только то, что слугой ордена он был больше ста лет, до тех пор, пока не перешел в собственность ему самому.

– Но честно признаться, я не жалуюсь, – продолжал тем временем змей, – Меня всю жизнь учили убивать в угоду владельцам моего камня, что я даже и не задумывался, а способен ли хоть на что-то иное? На создание чего-либо? Не резать провинившихся и безвинных, а давать этому миру пользу. Господин Лю первый, кто дал мне хоть какой-то выбор. Он по-прежнему мой хозяин, но он первый, кому я готов служить не через ненависть и злобу.

– Учитель не станет заставлять тебя убивать, – мягко сказал Кохэку, – Ты теперь волен создавать лучшее. Хоть и только на территории этого поместья, но все же…

– Это в стократ лучше того, что было, знаю. Честно говоря, мне здесь сначала не понравилось. Дом полуразрушен, даже спать поначалу приходилось в змеиной форме прямо на полу. Да еще и это болото вокруг, словно эдакая клетка. А потом вдруг я понял, что стены этой клетки не держат меня, а наоборот, защищают. Люди не суются в лес, духов боятся, – Чжуджи шипяще хихикнул, – Самое безобидное, что есть из этого леса пугает их больше всего. Оказалось, еще и что болото то совсем не повсюду, есть множество сухих и плотных троп, а в глубине леса много дичи и ягод. Здесь мои сестры стали улыбаться. Не теми мерзкими заискивающими улыбочками, а искренне. Они играют в озере и иногда ходят на реку. Твой дядя отличный управляющий, он точно смог определить, чем следует заняться в первую очередь и вот, дом пригоден для жилья. Не шедевр архитектуры, работы много осталось, но все же.

– Вы отлично поработали. Этот дом простоял пустующим лет пятьсот! А то и больше. Я не был тут в первый ваш приезд, но учитель сказал, что ты отлично управляешься с работой по дереву.

– П-п-правда так сказал?

– Ага. Да ты сам взгляни на этот столик.

– Косой и кривой, – буркнул Чжуджи, – Такой же как мои руки. Ты просто хочешь меня подбодрить.

– А вот и нет. Учитель правда так сказал, а столик отличный. Стоит ровно, что еще от него надо? Не танцевать же!

– Может ты и прав, – тихо согласился с ним друг, – Я только начал этим заниматься, но, если господин Лю считает, что выходит неплохо, буду пробовать и дальше сам. Боюсь только, что со стенами не справлюсь.

– Попроси дядю Яо помочь.

– Похоже придется.

Они замолчали и со своего места Лю слышал только как несколько раз звякнула посуда. Подслушивать было некрасиво, прерывать разговор тоже не хотелось, но и осмотреть границы участка надо, а для этого Лю нужен был Кохэку. Но едва заклинатель сделал неуверенный шаг на балкон, как юноши возобновили разговор.

– И все-таки жаль, – вздохнул Чжуджи, – Чжао и Лунми… Они мне казались чем то неразделимым. Если видишь одного, то и другой где-то рядом…

– Ожидать подобного от Чжао можно было вполне. Твой ход, – раздался деревянный стук, похоже ребята играли в сеги.

– И когда ты научился такому жульничеству, – недовольно прошипел Чжуджи и со стуком передвинул фишку, – Я, конечно не спорю, что Чжао достаточно мерзкая личность, но все же Лунми за ним хвостом ходил едва ли не с пеленок.

– Это не жульничество, а тактика, – усмехнулся Кохэку, – Вся их дружба строилась на договоренности семей, теперь ее нет.

– Ни договоренности, ни дружбы, – протянул Чжуджи, стукнув по доске фишкой, – Если она была, конечно. Ты проиграл, у твоей тактики куча дыр.

Кохэку недовольно заворчал.

– У тебя просто опыта больше.

– Конечно больше, – рассмеялся низким шипящим смехом змей, – Я сыграл тысячи партий, еще до того, как ты родился!

– Давай еще раз?

– А вот это позже.

– Учитель! – подскочил Кохэку навстречу зашедшему на балкон Лю и едва не опрокинул стол с сеги, – Вы рано проснулись, только недавно стало светлеть.

Лю окинул взглядом раскинувшийся пейзаж и едва подавил восхищенный вздох. Все-таки эти места были невероятно прекрасны. Серовато-голубой свет заливал долину, раскинувшуюся вокруг. Ночью не было возможности увидеть ее истинных размеров. Граница уходила далеко, даже со смотрового балкона дома было не видно, хотя сам особняк тоже стоял на возвышении, на вершине самого большого холма. Вся долина была скоплением нескольких холмов. Четыре больших, на которых выстраивались здания, и с десяток более мелких. В южной части виднелась рощица из фруктовых деревьев, по большей части вишневых и яблоневых. Было еще несколько персиковых деревьев, но познания Лю в садоводстве были весьма скудными, поэтому до момента созревания плодов он не смог определить есть ли там другие виды. Можно было так же увидеть с балкона остатки какого-то здания, довольно длинного, но расположенного достаточно далеко от главного имения. Обломки каркаса вырисовывались в бледных лучах подобно скелету, а вокруг покачивалось море насыщенной зеленой травы. Несмотря на конец весны, тут не распустились еще цветы, но кое-где можно было заметить наливающиеся бутоны. Тонкая лента ручья вилась между парой дальних холмиков, поблескивая в траве и скрывалась между корней огромного дерева, росшего у самой границы. А дальше шел лес. Бесконечная череда величавых многовековых деревьев. Они были настолько огромны, что даже двадцать человек вряд ли бы обхватили ствол одного из них.

Посмотрев наверх, Лю с прищуром проследил за несколькими пробившимися сквозь переплетение крон лесных великанов лучей.

– Падают почти ровно, – негромко произнес он.

– Д-да, тут становится светло только к п-п-полудню, – кивнул со своего места Чжуджи и вжал голову в плечи, как только заклинатель перевел взгляд на него. Демон весь сжался в углу, где пару минут назад вальяжно развалившись беседовал с Кохэку. Его смуглая кожа покрылась пятнами румянца, отчего он очень забавно смотрелся со своими всклоченными рыжими волосами, только шрам на левой щеке выделялся неровным белым пятном.

– Полудню? – удивился Кохэку. Парень тоже посмотрел на лучи света и нахмурился, – Уже так много времени? А я-то думал, что ночь мне просто показалась очень долгой.

– Увы, – пожал плечами змей, ерзая на подушке для сидения, – Тут по-настоящему с-с-светло лишь около ч-ч-четырех часов. Все утро и вечер сплошной сумрак. Н-но зато много светляков, да и газовые светильники отлично помогают.

– Думаю это и вправду красиво, но сейчас у нас есть дела. А-Ко, идем!

Не дожидаясь ответа ученика, Лю развернулся и ушел обратно в дом. Спустя пару секунд за спиной послышался топот.

– А куда мы идем? – спросил Кохэку, – Вы не говорили, что мы еще куда-то поедем, я думал провести время с Чжу.

– А мы никуда и не едем, осмотрим границу. Яо нашел карту, посмотрим, насколько тут поработало время.

– Хорошо, – кивнул парень, – А это надолго?

– Успеешь ты еще реванш в сеги взять, – закатил глаза Лю, – Мы здесь на неделю точно задержимся.

Они спустились по лестнице под скрипучий хор ступенек и вышли в коридор первого этажа.

– Какое же тут запустение, – пробормотал Кохэку, мрачно оглядев стену и с писком отскочил, завидев толстого черного паука, безмятежно устроившегося в центре своей паутины.

– Ну почему же, обитатели есть, – усмехнулся заклинатель.

– Так себе жильцы.

Недовольно насупившись Кохэку, демонстративно обошел паутину подальше.

– Тут около пятисот лет никого не было, кроме вот таких ребят, – Лю махнул рукой и порыв ветра, посланный его энергией, подхватил паука и унес куда-то в ближайшее окно, – Может даже больше. Дом строился еще до Разлома. Я нашел много старых документов в библиотеке, может там осталось что-то дельное, но написано на непонятном языке.

– Здесь есть библиотека?

– Ага, правда ее легко принять за подвал. По крайней мере я и принял, а потом Яо решил там прибраться. К слову, он нашел там много интересного, включая эту карту, – Лю помахал трубой перед носом у парня и вышел на улицу.

– Это карта дома?

– Нет, всей территории, хотя дом тут тоже есть.

Они вышли на просторную террасу и Лю вытряхнул карту. Развернув, подозвал Кохэку поближе и дал ему рассмотреть.

– Взгляни, сколько тут было всего. Сама усадьба в стиле сыхэюань, почти как наш дом. Четыре здания помещаются фасадами внутрь по сторонам прямоугольного двора, только в сам двор пока нет смысла соваться, там жуткая разруха, несмотря на все старания ребят. Ремонт более важная задача, завалы разгрести успеем. Сами Шуо сказала, что видела там пару костей, по размеру очень похожих на человеческие, так что во дворе может быть опасно, тебе туда нельзя.

– Учитель, но я же не маленький ребенок, – недовольно фыркнул Кохэку.

– Я сказал нет. Сунешься, я тебе все твои пять хвостов узлом завяжу. Ладно, с главным зданием ясно. Что тут еще есть… – Лю наклонился было над картой, но вдруг резко обернулся к ученику, – Кстати, насчет хвостов. А чего ты их все прячешь? Неудобно же.

Юноша нервно дернул плечами.

– Да мне и так нормально, я уже давно привык находится в обычной человеческой форме.

– Не смеши меня, хватит стеснятся. В этом имении нет никого, от кого требуется прятать твою природу. Вон, Яо, ходит светит своей каменисто-серой мордой и ничего, а у тебя всего то несколько хвостиков.

Изобразив вполне удрученный вздох, Кохэку тряхнул головой и по его телу прошла чуть заметная рябь от легкой волны энергии, являющей его настоящий вид. Зрачки в его янтарно-желтых глазах вытянулись, став узкими вертикальными щелками, кончики ушей заострились и покрылись черной бархатистой шерсткой, в тон вихрастым волосам, падающим волнами на плечи, а за спиной взметнулось пять пушистых черных лисьих хвостов с багровыми кончиками. В остальном внешность парня особо не изменялась, все такой же подросток пятнадцати лет, каким он и был.

– Так лучше? – буркнул Кохэку с заметным облегчением в голосе. Поддержание человеческой формы требовало немало внимания и концентрации, а теперь он наконец мог расслабиться. Лю беззвучно хмыкнул.

– Намного, но это ты и без меня знаешь. А теперь идем, хозяин должен знать свои владения, не так ли?

3

Весенний день заканчивался медленно, солнце лениво опускалось за горизонт. Прогретая по-летнему жаркими лучами земля начала остывать, а духоту разгонял слабый ветерок. Ясное небо теряло свой насыщенный голубой оттенок, уступая место нежным пастельным цветам.

Спустившись по ступеням с залитой золотистым светом террасы, Цинь очутилась прохладной тени сада. Терпкий аромат жасмина защекотал нос и, не удержавшись, девушка звонко чихнула. Отец засадил этим кустарником весь сад, в каждой его части хоть одно деревце да есть. Для него они значат очень много. Хотя Цинь и не любила запах этих цветов, она тоже с нежностью любовалась ими. Мама обожала их, все эти кусты росли в память о ней.

Проходя под покрытыми белыми запашистыми цветками ветвями, девушка с тоской вспоминала их совместные прогулки. Мать тогда рассказывала ей, еще маленькой девочке, разные истории. О храбрых самураях, о екаях и о демонах. о приключениях и невероятных открытиях. А особенно часто рассказывала легенды. Их она знала десятки. Иногда Цинь казалось, что не может быть столько легенд, но мама тут же начинала рассказывать новые, так что дочери оставалось лишь завороженно слушать.

А вот о заклинателях она упоминала редко. Даже в разговорах родители старались поднимать эту тему как можно реже, щадя чувства дочери, лишенной заклинательского дара. У всех в роду Пхинхан был хотя бы небольшой талант, но ядро Цинь было совершенно обыкновенным, не способным к развитию. Мать винила себя в отсутствии у нее способностей, ведь она была родом из семьи обыкновенного деревенского знахаря, без какой-либо родословной. Если бы только она могла узнать, какой великолепный дар она подарила дочери…

Глубоко вздохнув, Цинь постаралась унять бешено колотящееся сердце. Сад всегда напоминал ей о маме, но сегодня никак нельзя было отвлекаться. Она ждала этого дня больше полугода и, как знать, сколько лет ждать следующего шанса. Печаль и боль потери уже давно остыли, лишь изредка напоминая о себе, словно саднящие раны, которым сейчас ну совсем не время!

Торопливо покинув цветущую часть сада, Цинь направилась к кленовой роще. Она шла прямо по коротко остриженной садовниками траве, игнорируя выложенные гравием дорожки. Некогда ей было петлять и любоваться красотами отцовских оранжерей, нужно быть на месте еще до темноты, чтобы успеть все подготовить к ритуалу.

Привычный путь до рощи сегодня показался девушке невероятно длинным. Но стоило ей войти, как волнение накатило с новой силой. Она едва сдерживалась, чтобы не побежать, хотя небо еще не потемнело и времени было достаточно. Нет. В ее душе внезапно проснулся страх. Страх того, о чем многократно предупреждала наставница, того, что казалось таким далеким. Страх ошибки.

– Если сделаешь неверный выбор, то платить за него будешь всю жизнь и даже после, – прошелестел в голове тихий голос. Наставница всегда говорила полушепотом, отчего все ее уроки походили на мистический ритуал, – Договор свяжет ваши души. Подумай хорошенько, прежде чем принять решение. Помни, что духи прежде были людьми и им не чужды человеческие пороки.

По коже пробежал холодок, несмотря на царящее вокруг тепло. А может все бросить? В конце концов, развиваться можно и без фамильяра. Нет! Мотнув головой, Цинь твердым шагом пошла вперед. Она не будет трусить. Она не отступит, когда до цели остался лишь шаг.

– Не дай страху ввести себя в заблуждение.

– Не дам, – твердо ответила она. И пусть наставницы нет рядом, она справится. Все предыдущие ритуалы получались отлично, без сучка и задоринки. И в этот раз все будет хорошо.

«Вот только раньше ты призывала духов для кратковременного разговора» – напомнила себе девушка.

Наконец показался пруд. Затерянный посреди рощи, он был словно маленький мирок спокойствия в вечной суете, царившей в их доме. С самого детства Цинь пряталась здесь ото всех, сидя на камнях или играя в песок. А потом отец построил берегу небольшую беседку из белого дерева. Туда-то девушка и направилась.

Это место было ее личным уголком, прекрасным замком, где она представляла себя принцессой. Увитые лозой столбцы и клетчатые пересечения боковинных прутьев были нерушимыми стенами, деревянные скамеечки шикарными балконами, а прудик с покачивающимися на поверхности кувшинками бескрайним океаном с множеством морских чудищ. Теперь же эта беседка была для нее чем-то вроде пещеры уединения. Она могла оставаться здесь одна, зная, что никто не потревожит ее покой и не нарушит ход ритуала, если вдруг его потребуется провести. А именно этим она и собиралась заняться сегодня.

На полу уже стояли приготовленные заранее склянки и пучки трав. Горшочек с сухой глиной скуриах, которую используют для начертания, курильница для трав в форме ворона и несколько пучков самих трав для нее и горстка ягод шимуа. Эти ягоды обладали уникальным свойством истончить грань между живыми и духами, благодаря чему было легче их слышать и видеть. Конечно, человеку, лишенному ведьмовского дара и тонна этих ягод не помогла бы, но для Цинь они были очень полезны. Впервые ей удалось четко разглядеть образ духа именно благодаря им, а сегодня необходимо будет видеть каждую деталь. Горсть чудесных ягод без труда умещалась в кулаке, но при этом стоила отцу немалых денег. Нельзя позволить всему пропасть зря!

Сняв хаори, Цинь осталась лишь в легкой белой рубахе, перекрещенной на груди и в своих темно-синих штанах хакаме. Солнце уже почти село, а на посиневшем небосводе появились первые самые яркие звезды. Пока что они были только бледными точками, но уже вскоре обещали сиять как россыпь бриллиантов и разгонять своим холодным светом ночную темноту. Но нынешней ночью им предстоит делать это в одиночестве, потому что луны не будет. Этим и особенна сегодняшняя ночь – ночь лунного затмения. Ночь, когда возможно единение душ, когда есть шанс найти духа, желающего вновь ощутить жизнь и помочь ведьме овладеть новыми силами. Именно такой дух и может стань фамильяром.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.