Алсу Гулевская
Смерть на Нобилисе

Глава 1. Новое начало

Внезапно я услышал звонок телефона из дальнего угла комнаты…

Комната… Моя комната… Или моя бывшая комната? Можно ли это вообще назвать комнатой? Она больше похожа на какое то заброшенное место: пустой чердак или подвал. Раньше здесь было много вещей, которые могли бы тебе рассказать, что я за личность, какие у меня интересы, но сейчас это просто серое помещение: ни стиля, ни образа, ни души. Четыре стены. Обставил своё жилище я немногим из того, что смог найти в округе. Или скорее – из того, что уцелело. Старая кровать без ножки, тумбочка из-под умывальника, на которой так нелепо стояла керамическая статуэтка балерины, гитара (зачем она мне, я всё равно не умею играть!) и неработающий холодильник, который использовался вместо шкафа. В нём я хранил пару маек и шорты. Впрочем, ходил я всё равно в одном и том же. Куртка-плащ, в которой очень много внутренних карманов, лёгкий чёрный свитер, джинсы. На моих ногах – самые простые кроссовки, а на голове – шапка-бини, совсем не закрывающая уши, но она мне очень нравится. Есть ещё кое-что. С моей шеи свисает подвеска-ключ. Откуда он у меня? Расскажу позже.

Ах, да, телефон! Подозреваю, что техники во всём мире осталось не так много, да и пользы от неё никакой, потому что сейчас происходит самая настоящая перестройка всего и вся. Позволь объяснить. Неделю назад соседнее государство прибегло к крайней агрессии, которая ни с точки зрения мировых соглашений, ни исходя из человеческой морали не должна была проявиться никогда. «Что же это за такое?» – спросишь ты. Ядерка. Ядерный удар. Бомба. Мы оказались в этом конфликте совсем случайно. На наш остров не должны были попасть даже пылинки, но какой-то мудак промахнулся при расчёте координат, когда собирался атаковать. И вот теперь наша страна в таком состоянии, что только и сравнивать с апокалипсисом. Только ли наша страна? Я лишён какой-либо информации о том, что происходит в соседнем районе, не говоря уже о других государствах. Понятия не имею, что там. Но есть ощущение, что нам сейчас хуже всех. В данный момент мой сотовый – последняя отрада в этом мире. У тебя наверняка ко мне вопрос: «Какой телефон после ядерного взрыва, и почему он вообще работает?» Ответить я не смогу, потому что сам ничего не понимаю. Когда всё это случилось и я впервые открыл глаза после катастрофы, аппарат лежал возле моих ног, хотя за час до этого он был на зарядке в другом углу комнаты…

Итак, мне звонили… Взяв трубку, я понял, что упустил шанс. Скорее всего, даже на спасение. На маленьком экране красовалось уведомление о пропущенном вызове от неизвестного абонента. Какой, к чёрту, абонент? Кто мне звонит? Я абсолютно не понимал, как такое возможно. Однако именно эти звонки в итоге сыграют ключевую роль в моей истории.

Я собрался с силами и вышел на улицу. Зачем? Возможно, я встречу её, а может быть, новые проблемы. Я шёл неизвестно куда, словно в тумане. И вдруг меня будто разбудил звук собственного телефона. Неожиданный звонок показался мне настолько резким, что мое сердце бешено заколотилось. На экране высветилось: «Служба спасения»…

– Какого?.. 911? – произнёс я вслух.

Если бы она увидела моё лицо в этот момент, клянусь своей жизнью, она бы упала со смеху. Я не то что удивился, я был шокирован. Неуверенно приблизившись указательным пальцем к экрану телефона, я всё-таки смахнул вправо, чтобы ответить.

– Алло?..

– Тебе пора, – сказал некто.

– А кто это? Почему мне звонит 911?

В ответ – раздражающее молчание, зловещая тишина, а ты всё ждёшь, будто кто-то тебе ответит. Даст знак, подскажет… Но – нет. Я слышу резкие нервные гудки, отдающиеся в моей черепной коробке бешеным пульсом.

Я решил, что это чья-то дурацкая шутка. Но кто мог позволить себе шутить в такое время?!

Глава 2. Она

Увидев её впервые, я подумал: «Что за глупое выражение лица…» На самом деле в ту первую встречу меня раздражало в ней буквально всё. Вот, например, её безудержный оптимизм и гиперактивность. Ей уже двенадцать лет, а она всё ещё ведёт себя несерьёзно. Я так считаю, потому что я в её годы уже был относительно взрослым. Пора становиться ответственнее и разумнее. А особенно сейчас. Хотя порой я ловлю себя на мысли, что ей завидую, но, с другой стороны, чему бы в реальности я мог завидовать…

Медленно я приближался к её дому, а точнее – к тому, что от него осталось. Я увидел её. Она спала на улице, облокотившись на стену. Её лицо было закрыто капюшоном. Я тихо и очень осторожно приблизился к ней, затем присел, чтобы оказаться ближе… и тут её крик пронзил округу. Мне кажется, даже мелкие букашки разбежались, испугавшись этого звука.

Выдохнув и успокоившись, она повернулась в мою сторону с таким осуждающим взглядом, с каким на меня не смотрела даже моя старшая сестра.

– Ты идиот, Кенни…

– Ну извини, – с сарказмом ответил я.

Она отвернулась от меня и легла прямо на землю, свернувшись в позу эмбриона.

– Ты чего тут разлеглась? Почему ты не внутри?

Она приподнялась и сделала такое лицо, будто вот-вот расплачется.

– Ладно, я понял. Ты всё ещё ждешь их.

Она ночевала под открытым небом уже неделю. Всё это время каждое утро я приходил к ней, кормил её тем, что ещё осталось в моём жилище, пытался как-то развлечь своей болтовней, делал вид, что всё будет хорошо, и лишь к вечеру шёл обратно к себе. Она ждала, когда её семья вернётся обратно. Честно говоря, я был уверен, что все её родные превратились в пепел, но не хотел ранить хрупкое и чувствительное сердце девочки, хотя, возможно, она уже и сама обо всём догадалась…

– Давай, Селина, вставай… сегодня переночуешь у меня, – я протянул ей руку, чтобы помочь встать, но она отрицательно покачала головой, надула губы и сложила руки на груди. Я не-довольно фыркнул. И правда, какого чёрта она тратит моё бесценное время и безграничную щедрость?

– Давай вставай! Живо! – крикнул я.

Я схватил её за предплечье и силой поднял на ноги.

– Пошли!

Я сам не ожидал, но она покорно встала и поплелась рядом до моего такого же полуразрушенного дома. Я решил ей помочь, уговаривая себя, что так мне хотя бы не будет скучно.

– Кенни, скажи… – опустив взгляд в пол, шёпотом спросила девочка.

Я вопросительно промычал в ответ и сел на свою кровать. Она тем временем села на пол. Я окинул взглядом свою комнату. Краска слезла, и всё вокруг было тёмно-серым. Было очень влажно. Пахло сыростью. По ночам здесь стоял невыносимый холод; учитывая нынешнее время года и одежду, которая была на мне, я дрожал как лист. Греться мне было особо нечем, и оставалось только разжигать огонь прямо в помещении, для чего нужно было постараться найти побольше спичек, досок и бумаги для розжига. Окон не осталось, и это порой вызывало у меня страх. Страх увидеть незнакомца у себя в комнате.

Я вновь оглядел жилище, и мой взгляд остановился на Селине. У меня совсем вылетел из головы её вопрос.

– Ты что-то хотела спросить?

Она кивнула головой и смущённо посмотрела на меня.

– Спрашивай, пока я в настроении…

– Кенни, а ты что-то видел, когда всё это случилось?

– Дай подумать…

Я стал вспоминать тот день, после которого жизни многих людей изменились, да что уж там – сломались! Мы жили в небольшом районе. Не богатом, но относительно новом и ухоженном, где у большинства семей был свой домик и садик; многоэтажки у нас тоже встречались. Здесь была пара скверов, и в один из них я любил приходить после школьного дня. Кстати говоря, я почти заканчивал восьмой класс, и пару дней назад мне исполнилось пятнадцать. Так вот, в этом сквере я и познакомился с Селиной. Я сидел на скамейке возле фонтана, и мой взгляд привлекла одна девочка. Она встала на край фонтана и пошла по кругу, пытаясь держать равновесие. И… она упала. Чего и следовало ожидать! Она вынырнула из воды и стала убирать свои длинные каштановые волосы с лица, а после начала проделывать целую процедуру по извлечению воды из ушей и носа… Это вызвало у меня неприятные ощущения, но всё-таки я переборол себя и подошёл к ней.

– Эй, тебе помочь? – спросил её я.

Девочка посмотрела на меня без каких-либо эмоций, а затем громко рассмеялась. Я вопросительно оглядел её и демонстративно убрал руки в карманы, показывая, что я передумал.

– Ну, и что смешного?

– У тебя… такая… смешная жаба на рюкзаке, – задыхаясь от смеха, еле выговорила она.

Я цыкнул, закатил глаза от её глупости, вытащил одну руку из кармана и протянул ей. Она схватила её и вылезла из фонтана. Выжав копну своих волос, она смущённо посмотрела на меня и сказала:

– Меня Селина зовут, а тебя?

Я обратил внимание на её лицо. Округлое, черты его мягкие и аккуратные. У неё были большие глаза, цвет которых плавно переливался из синего в голубой. В общем и целом, она красивая, но одна мелочь приковывала моё внимание постоянно. У неё был шрам, который шёл от крыла носа и до верхней губы. До сих пор не знаю, откуда он у неё появился. Да и неловко было спрашивать, вдруг у неё и так комплексы по этому поводу, и она возненавидит меня за мои вопросы. Не хотелось бы оставлять такое пятно неприятных воспоминаний о себе.

– Кенни…

Мы смотрели друг другу в глаза, и внутри меня образовался какой-то ком смешанных чувств, которых я никогда не испытывал раньше. Я посмотрел в сторону, чтобы оторваться от своих мыслей.

– А где твои родители? Ты далеко живёшь? Может, тебя проводить? – я быстро протараторил вопросы и сделал глубокий выдох.

– Я твоя соседка уже как неделю, – в её ответе чувствовалась лёгкая обида.

– Что ж, теперь я знаю, чьё прекрасное пение я слышу по утрам, – с сарказмом сказал я.

Девочка развернулась, её мокрые волосы словно плёткой прошлись по моему лицу, и она стала уходить. Я в недоумении быстро схватил свой рюкзак и побежал за ней.

– Эй, постой!

– У меня имя вообще-то есть! – крикнула она.

– Селина, стой… я провожу тебя.

Мы шли совсем недолго. Около пятнадцати минут. Она задавала мне вопросы, а я отвечал. Я рассказывал ей про нашу местную школу, о том, какие хорошие ребята там учатся. Селина должна была пойти туда лишь через пару дней, ведь она только недавно переехала к нам, и её семья пока была занята всякими взрослыми делами, вроде таких, как оформить регистрацию, прикрепиться к местной больнице, заключить договоры с провайдерами и электрокомпанией… и куча другого занудства.

Было ощущение, что я всё время старался замедлить шаг. Придумать ещё какую-то тему для разговора. По какой-то причине остановиться. «Смотри, какая бабочка!» «Ох, снова развязывается шнурок»… Но вот – мы у наших домов. Ей направо, мне налево. Я не хотел прощаться с ней… С другой стороны, это всего лишь расставание до завтра. Утром меня снова разбудит её новая забавная песенка, одна из тех, что она исполняет по утрам. Она выглянет в окно, увидит меня, спешащего в школу, и теперь уже помашет мне рукой… Но этого всего не про изойдёт. Уже никогда.

…Мы сидели в гостиной вместе с мамой, папой, старшей сестрой и смотрели телевизор. Я уже собирался уходить в свою комнату, как вдруг началась новостная программа, в которой говорили о конфликте двух соседних стран и о том, что может произойти в ближайшие дни. Вопрос об эвакуации населения в нашей стране даже не поднимался, да и мои родители не знали, куда нам всем бежать в таком случае.

– Боже, ну и чушь! – довольно громко сказала моя старшая сестра.

Я лишь фыркнул и отправился спать. Лёг в кровать, накрылся одеялом и закрыл глаза, но тут вошла мама.

– Кенни, солнце, я люблю тебя, – улыбнувшись, сказала она.

– И я тебя.

– Ничего не бойся. Сладких снов.

Она встала, вышла из комнаты, слегка прикрыла дверь, взглянула на меня и ушла. Я лёг и стал поправлять одеяло, как вдруг почувствовал, словно что-то лежит поверх него. Это был ключ. Только я хотел спросить маму, что это, как вдруг раздался оглушающий грохот. Я немедленно посмотрел в окно и увидел, как какая-то вспышка, которая взялась из ниоткуда, затухает, но в этот же самый момент… не помню. Когда я очнулся, я не понял, где нахожусь. Это была пустая серая комната с бетонными стенами. Я ужаснулся, запаниковал. Выйдя в коридор, я истошно звал родителей, обыскивал комнаты, и каждая была клоном предыдущей: серый одинокий квадрат с парой оставшихся на полу вещей. Меня не покидала надежда, что моя семья здесь. Не в этой комнате… но в другой они точно должны быть! Ноги сами вели меня по тому, что осталось от моего дома. Я не мог лишний раз повернуть голову, будто моим телом управлял кто-то другой, точно не я.

Обойдя весь дом, я понял, что мои старания тщетны. Я забился в угол, прижал обе руки к голове, и слёзы сами полились из моих глаз. Моё дыхание было хаотичным, я будто всматривался куда-то и в то же время не смотрел никуда. Помню, стал бормотать что-то… Просто я остался один, и мне было страшно. Я не знал, что мне делать и куда идти. Неожиданно для себя я вспомнил о Селине. «Боже, да она же там… что с ней?» Я моментально помчался на улицу, но, увидев, что стало с окружением, замер. Уже не было того зелёного и спокойного уголка. Всё превратилось в груды руин. Вместо травы – пепел, на дорогах – глубокие трещины, те дома, что уцелели, – без стёкол и дверей, со многих сорвана крыша. И самое страшное… Не было ни единой души в округе. Люди будто исчезли. Ни мёртвых, ни живых.

Потрясённый увиденным, без движения и, казалось, даже без дыхания я простоял довольно долго. Я просто не мог поверить в происходящее и задал себе банальный вопрос: «А может, я просто сплю?» Но, увы, это была реальность. Моя реальность. Тут же я вспомнил о вчерашних новостях и, конечно же, сделал вывод, что это ядерный удар. Я мало что знал про это оружие, но некоторые вещи совершенно не вязались с моими представлениями о последствиях ядерного взрыва. Например, что я остался жив и даже невредим, хотя других будто и не было… Телефон, который я уже упоминал. Каким-то чёртом он работал.

С трудом выйдя из ступора, я сделал первый шаг и пошёл к ней. Почему-то я чувствовал, что она жива. Как? Это тоже загадка. Переступив порог её дома, я заметил, что он почти обвален. Мне стало страшно за девочку, но, к счастью, она была недалеко от входа.

– Селина! Боже…

Я сел на корточки и дотронулся до неё. Она не плакала. Она была в панике. Я чувствовал, что вопросов у неё не меньше, чем у меня. Вот так мы с ней и оказались в этом… новом мире. С того дня она ночевала на улице и ждала своих родителей.

…Оторвавшись от воспоминаний и вернувшись в реальность, я покрутил головой и посмотрел на Селину.

– Я видел вспышку. Уверен, это была ядерная бомба. Ты же наверняка слышала о том, что две соседние страны конфликтуют друг с другом.

– Кенни… ты не понимаешь… – глядя в пол, пробормотала она.

– Что?! Чего я не понимаю? Тут всё предельно ясно, неужели ты не видишь? – почти крича ответил я.

– Кенни… не всё так просто, как кажется на первый взгляд…

Я сложил руки на груди и молча ждал продолжения её мысли. Она выдохнула, потёрла ладонями лицо и посмотрела на меня.

– Забудь.

– Что? Раз уж начала, то будь добра, продолжай.

– Нет, ты не поймёшь меня сейчас.

Она виновато посмотрела и опустила свой взгляд в пол. Мне стало жаль, что я вспылил.

– Ладно, слушай, мы не можем здесь больше находиться. Это ты понимаешь, да? Вся еда, которую я мог найти, закончилась. За эти дни не произошло абсолютно ничего, что дало бы надежду на спасение наших семей. Просто прими тот факт, что ни твоя, ни моя родня не вернётся. Я без понятия, почему мы живы, а они чёрт знает где! Нам нужно пополнить запасы еды, но главная наша цель – сбежать с острова. Находиться здесь небезопасно, особенно после взрыва, а мы здесь уже приличное время. Я понимаю, что за пределами может быть хуже… но это всё, что нам сейчас остаётся.

Она встала с пола, одобрительно кивнула и посмотрела на один из моих карманов на штанах.

– Что там?

– А, это телефон. Представляешь, даже работает.

Она злобно посмотрела на гаджет, а затем перевела взгляд на меня. Я не понимал её.

– Что-то не так?

– Я думаю, его лучше оставить здесь.

– Да ладно тебе.

Она попыталась выхватить телефон у меня из рук, я сопротивлялся.

– Что на тебя нашло, козявка? – раздражённо спросил я.

Она молчала и упорно пыталась забрать у меня вещицу. Я, не выдержав, оттолкнул её от себя и встал.

– ТАК! – крикнул я. – Если ты хочешь выбраться из этого ада, слушайся меня и перестань делать глупости, ясно?!

– …ладно… – смирившись, прошептала Селина.

Я вздохнул и взял её за руку. Выйдя за порог комнаты, я ещё раз оглядел её, прощаясь с некогда беззаботным прошлым и готовясь к новому и неизвестному будущему.

Глава 3. Первая находка

Выйдя на улицу, я замер, как в первый раз, когда всё это увидел. Снова пустошь, разбитые дороги и пыль. Жизнь полностью покинула этот район. Всё было так, как показывают в типичных фильмах про постапокалипсис, но это была реальность. Мне было очень тяжело смириться и отпустить то, что было. А было, по сути, детство. Мне пришлось повзрослеть за каких-то пару дней, ведь я понимал, какая ответственность теперь лежит на мне. Я должен был спасти нас. Нам нужно было чёткое понимание того, куда и зачем идти, и решать это должен был я… Подумав о новом месте, где мы могли бы переночевать, я не нашёл ни единой хорошей идеи. Но тут будто бы кто-то перехватил мои мысли. На телефон, который всё ещё удивительным образом принимал сигнал, пришло сообщение от уже известного мне номера 911: «На северо-восток». Да, это, очевидно, и был ответ на мой вопрос, но как и почему… если честно, я уже не мог о чём-либо думать, мне надо было просто как можно скорее куда-нибудь уйти отсюда. И я зацепился за эту смс как за спасительную соломинку.

– Что такое? – с волнением спросила девочка.

– Посмотри.

Я дал свой телефон ей и стал ждать реакции. Она молчала.

– Что скажешь?

– Ты точно уверен в том, что это безопасно? Ну, делать всё то, что тебе пишет… 911?!

– Нет, но я без понятия, куда мы можем сейчас пойти.

– Ладно, но пообещай, что мы не станем абсолютно всё делать по указке этого «911», и если этот абонент вдруг скажет нам спрыгнуть с крыши, нам этого не придётся делать… Впрочем, и крыш-то в округе никаких не осталось… – кажется, даже в стрессе она не теряла чувства юмора.

– Хорошо, – кивнул я, но сделал это лишь для того, чтоб успокоить её, ведь я понятия не имел, что будет дальше.

Мы отправились в путь. Не нужно вопросов. Мне хватает мозгов знать, где Север, Юг, Запад и Восток.

Каждый из нас тонул в потоке собственных мыслей. Я мог лишь догадываться, о чём она сейчас думает, но лично моя голова была забита только тем, что нам делать. Как нам дойти до конца? Сможем ли мы? И в чём, собственно, этот конец?

Пока мы шли, до моего мозга неизбежно дошёл сигнал о том, что я голоден, а не ели мы с самого утра. Я посмотрел на Селину и понял по её взгляду, что не один ужасно хочу есть.

– Если память мне не изменяет, где-то неподалёку должен быть супермаркет побольше того, что был рядом с нашими домами…

И я задумался, ведь если это и вправду был ядерный взрыв, нам не стоит есть и пить всё, что находится на территории нашего острова, но с другой стороны – куда нам деваться? Я не хотел умереть от голода. Свернув пару раз налево, а потом направо, мы оказались у входа. Ранее красно-белый магазин с большими окнами и автоматической дверью превратился в облезлое, страшное и разбитое здание. Правой рукой я отодвинул Селину за свою спину и первым вошёл внутрь. Нам нужно было действовать тихо и осторожно. Я аккуратно перешагивал через битые стекла и обломки бетона. И через пару таких маневров – мы внутри. Мы разделились и стали искать всё, что уцелело. В наших руках оказались четыре банки фасоли и столько же банок с тунцом. Негусто, но всё же…

Мы вышли из магазина, и я заметил, что стало темнеть. Солнце – как тусклое, еле видимое пятно – стремительно укатывалось за горизонт, и температура стремительно падала. После взрыва мы ожидали такое явление, как «ядерная зима», но и тут была несостыковка. Как таковой ядерной зимы не было, но как только темнело, становилось ужасно холодно.

– Селина, нам нужно поскорее найти хорошее место для ночлега. Улица нам не совсем подходит.

– А может, дойдём до школы?

Это была хорошая и одновременно плохая идея, ведь такое большое здание, как наша школа, уже могло быть занято кем-то, но там мы смогли бы найти что-то полезное и нужное. Долго думать не было времени, и я согласился.

Мы снова отправились в путь. Было ли мне страшно, пока мы шли? Немного… Больше всего я боялся незнакомцев. Точнее, я переживал, что меньше чем за неделю люди могли обезуметь, как в фильмах про апокалипсис. Ну, знаешь, где люди убивают людей, грабят и ещё куча жутких вещей. С другой стороны – я был бы рад встретить кого-то. Меня пугало, что все люди просто так бесследно исчезли. Я пару раз предпринимал попытки найти хоть кого-то. Я проверил домов пятнадцать в округе: ни души, ни единой ниточки надежды, за которую можно было бы зацепиться. На улицах – то же самое. Селина была единственной выжившей, кроме меня. У меня всё это не укладывалось в голове. Я просто был вынужден принять это как данность, новую реальность, в которой нам надо жить.

Спустя минут двадцать я увидел знакомое здание. Как и у всех остальных построек в нашем районе, окон у школы не было, зато сама она была почти не тронута, что вызывало удивление и лёгкий шок.

– Предлагаю начать со спортивного зала, посмотрим, что там… – почти шёпотом сказал я.

Я держал Селину за руку и шёл вперёд. Осторожно на цыпочках. И вот – мы у огромной двухметровой двери, которая ведёт прямо в зал. Я сильно нервничал, но пытался не показывать это ей, ведь если я буду трусом, она засмеёт меня.

Лёгкий скрип. Дверь медленно открылась и упёрлась ручкой в стену. Тьма. Я ничего не мог разглядеть в этом помещении, хоть окна здесь были размером с входные двери. Я взял телефон и включил фонарик. Слабый лучик не мог осветить всё помещение, но так хотя бы что-то было видно. Знаешь, это ощущение, когда во время летних каникул ты заглянул в спортивный зал… я чувствовал примерно то же самое. Так пусто, но так приятно на душе. Однако первые впечатления от чего-то знакомого, привычного быстро ушли. Мы стали осторожно продвигаться вперёд. Эти минуты казались мне вечностью. Она и я. Страх поглощал меня всё больше. А что если за тем углом стоят люди с битами или, ещё хуже, с ружьём и выжидают удачного момента, чтобы прибить нас? Именно сейчас я стал чувствовать пронизывающий холод. Я задрожал. С каждым шагом я нервничал всё больше. Я пытался сконцентрировать все свои мысли на том, куда мне бить противника, если тот внезапно появится.

Резкий скрип!

– А-А-А!

Я закричал что было сил.

– А-А-А?! – послышалось в ответ.

Боль в копчике дала о себе знать спустя лишь пять секунд. Я сильно шлёпнулся на пол от испуга. Мой телефон упал экраном вверх, и свет погас. Не было видно ни Селины, ни того, кто кричал.

– Селина?.. – еле слышно прошептал я.

Меня кто-то тронул за плечо, я понял, что она рядом, и сразу успокоился. Она дотянулась до телефона, встала и посветила вперёд, но я никак не мог разглядеть, кто там, на другом конце зала. Белый силуэт приближался. Он был всё ближе и ближе. Осторожно поднявшись, я прищурился и наконец…

– Профессор Кайто?! – удивлённо вскрикнул я.

Он подошёл и стал разглядывать нас. На его лице сменялись эмоции. Непонимание перешло в удивление, а затем в радость с облегчением.

– Кенни! Это же ты? Это твоя подруга? – профессор не знал Селину.

– Да, она недавно здесь и скоро должна была прийти в эту школу… но теперь… сами понимаете… никто никуда уже не придёт.

– Да-а-а… – медленно и печально сказал он, но вдруг оживился. – Так, ребята, пойдёмте-ка за мной скорее. Холодает, а вы наверняка замёрзли.

Мужчина умчался вперёд, и мы старательно пытались не отстать от него. Поначалу я думал, что прекрасно знаю, куда он нас ведёт, но всё оказалось иначе, когда он открыл дверь, на которую я никогда не обращал внимания. Это была простая железная дверь в классе физики. Пройдя в комнату, я заметил, что везде горят свечи. Это было неудивительно, ведь кроме еле светящего солнца у нас ничего не было. Профессор закрыл за собой дверь и встал перед нами, облокотившись на стол. Он снова принялся рассматривать нас. У него было такое лицо… я не понимал, то ли он сильно задумался, то ли вот-вот расплачется. Я осмелился прервать гробовую тишину первым.

– Профессор Кайто?..

Я будто отвлёк его от каких-то своих мыслей, и он тут же пришёл в себя от моего вопроса.

– Да, Кенни… как вы? Как вы здесь оказались?

– Видите ли, наши родители, моя сестра… их нигде нет. Их просто не стало после той вспышки. Мы решили выбраться с острова, иначе нам не выжить. На самом деле… я не то что не ожидал Вас увидеть, я даже не думал о том, что могу хоть кого-то встретить.

Я стал вытаскивать из карманов всю еду, что была у нас с Селиной, и продолжил свой рассказ.

– Мы нашли немного продуктов и отправились сюда, чтобы переночевать и, если возможно, согреться.

– Ты сказал, твоя сестра… её не было с вами?

– Нет.

– Ясно… – в его глаза читались грусть и скорбь.

Профессор Кайто. Мужчина лет сорока пяти. Его чёрные волосы с проседью всегда были зализаны назад. Самой выразительной частью на его тонком лице с чёткими чертами были скулы. В его карих глазах я всегда замечал какую-то тоску. Когда-то он преподавал в местном университете и даже был научным руководителем моей сестры… Но пару лет назад перевёлся в нашу школу и стал преподавать химию. Он не просто преподавал эти предметы, он готовил сильных учеников к выпускным экзаменам. Кайто – мой любимый учитель и хороший друг… Наша семья его любила. Он стал мне как дядя, но я всегда помнил о границах «учитель и ученик». Он очень нравился мне как человек, но на самом деле его предмет казался мне скучным. Конечно, я никогда не позволял себе забрасывать учёбу, просто пытался проявить интерес к тому, что было реально любопытным для меня. Профессор Кайто родом из Пионии, но, как он сказал: «Когда мне было двадцать и я впервые приехал сюда… Я влюбился дважды. Сначала в это место. Потом здесь же я встретил свою жену…» Наша семья его любила.

Моя старшая сестра была его фанаткой. Не в том смысле что ей нравились мужчины постарше, ей хотелось стать такой же умной и мудрой, как её наставник, и я её прекрасно понимаю…

– А Ваша дочь? Она с Вами? – с надеждой в глазах спросил я и моментально пожалел о своём вопросе, ведь велика вероятность, что он остался один… Вообще, по моим подсчётам, его не было на острове во время взрыва. Возникал вопрос: как он здесь очутился?

– Мирта. Она со мной, но она не здесь.

Мирта – классная девчонка, хотя она и полная противоположность своему отцу. Ей семнадцать, и ей совершенно неинтересно то, что интересно ему. Мы с ней хорошо общались и даже гуляли вместе, и это всё благодаря моей старшей сестре, ведь они были подругами, а ещё… она мне нравилась, но теперь это всё в прошлом!

– Скажите, Вас же не было здесь, когда всё это случилось?

– Это так. Я был на съезде докторов наук, но я понятия не имею, каким чудом меня занесло обратно сюда… Звучит как бред, наверное, но это так.

– Вы можете сказать, что это было? Вы что-то видели в тот момент?

– Я видел вспышку… Могло показаться, что это ядерное оружие, да и недавние события указывают на то.

– Вот видишь, Селина! Даже сам профессор имеет такую же точку зрения, как и я! – обрадовавшись, что кто-то думает так же, я вскрикнул.

Она закатила глаза и отвернулась.

– Кенни, ты сказал, что твоих родителей не стало, как бы пропали, верно? – пробормотал Кайто.

– Да! Да! Да! – с энтузиазмом закивал я.

– Тебе не кажется странным, что люди словно исчезли? Ведь нет никаких признаков их смерти. Короче говоря, я не видел ни одного трупа или даже костей…

– ВОТ! – крикнула девочка.

Я вопросительно посмотрел на неё. Резко вспомнив про свой телефон, я решил узнать мнение профессора об этом.

– Есть ещё кое-что… – я достал трубку. – Он совсем не разряжается. И на него мне приходят смс.

– Дай взглянуть, – он протянул руку.

Покопавшись в гаджете, профессор осмотрел его со всех сторон, забавно потрясывая им, будто он пытался что-то извлечь оттуда. Даже вынул и обратно вставил симку. Моё любопытство было на пределе, я подошёл к нему и глядел на телефон.

– А ты не пытался звонить с него?

– Нет…

Он тут же засунул симку обратно, ткнул на иконку телефона, набрал на клавиатуре номер и нажал на вызов, поглядывая куда-то в сторону. Устремив свой взгляд туда же, я обнаружил, что на столе стоит телефонный аппарат, вероятно, подключённый к городской сети вместе с другими школьными телефонами. Мы слушали гудки довольно долго, и когда наконец прозвучал протяжный звук, мы поняли, что функция звонка теперь недействительна. Конечно, можно было и догадаться об этом. Но раз уж он не разряжался…

– Интересно…

– Что думаете?

– Не могу сказать точно, ведь мы впервые столкнулись с таким. Время покажет. Возможно, твоего телефона надолго не хватит. В общем, странно это всё…

– Кенни, разве ЭТО тебе ни о чём не говорит?

– Что ты имеешь в виду?

– Я уже говорила, что не всё так просто. Это не просто взрыв.

Это…

Размышления девочки прервал мужчина.

– Послушайте, сейчас это не имеет никакого значения. Нам нужно выбираться. В порту стоит катер. Места там на шестерых. Но прежде мне нужно найти дочь.

Я был ужасно рад тому, что мы теперь не одни, и нам будет проще с этой минуты. «Неужели всё скоро закончится хорошо? Селина, профессор Кайто, Мирта и я, мы все будем спасены!» – думал я, пока этот же самый якорь спасения, то есть Кайто, не разрушил все мои надежды.

– Только вот… перед побегом отсюда мне нужно кое-что забрать, и вас с собой я не смогу взять.

– ЧТО?! Но почему?! – чуть ли не топнув ногой, как маленький ребёнок, прорычал я.

– Дети… мне правда это необходимо, и я прекрасно понимаю, что на кону наши жизни, но я реально не могу уйти отсюда, пока не закончу начатое.

Мне хотелось плакать. Да. Я не понимал, почему мы не можем уйти прямо сейчас? Почему мы не можем пойти искать Мирту и уплыть за горизонт, туда, где нас ждёт нормальная жизнь? Обида поглотила меня. Чего хотел профессор? В этот момент я задумался… Он рассказал нам про катер, и пока он медленно убивает себя пребыванием на этой мёртвой земле, мы могли бы… угнать катер и сбежать вдвоём с Селиной. Эгоистично? Да, но что бы сделал ты, находясь в такой ситуации?

– Хорошо. Тогда мы будем ждать вас у порта. Как выглядит Ваш катер?

Он кивнул и сказал:

– Красный.

Глава 4. Недопонимание

После разговора с профессором каждый занялся своими делами: Селина медленно ела и смотрела в пол, Кайто что-то писал в своём маленьком блокноте, а я сидел на полу напротив и, как обычно, много думал. Спустя время я оглядел комнату и увидел, что Селина уснула в позе эмбриона. Сколько раз я наблюдал за ней, но она засыпала исключительно так. Профессор тоже задремал прямо на столе, держа в руке карандаш. Некоторые свечи в комнате потухли, и вместо прежнего умиротворения стал подкрадываться страх. Тихонько поднявшись с пола, я решился выйти из секретной лаборантской и самостоятельно исследовать школу. Но! Точно! Сначала надо проверить тот самый телефон. Я подошёл к школьному аппарату, поднял трубку и не услышал никаких гудков. Зачем профессор пробовал на него позвонить? Надеялся на чудо или просто сглупил?

Нащупав свой сотовый, я взял его в руку и включил фонарик. Школьный коридор в полутьме больше не казался мне таким приветливым, как раньше. Проводя мысленные параллели того, как школа выглядит сейчас, я чувствовал себя опустошённым. Мне было жаль. Жаль себя и свою школьную жизнь, которой больше не будет здесь. Я действительно любил это место. Тут я чувствовал себя нужным и принадлежащим чему-то. У меня было много друзей и хороших учителей. От понимания того, что умерла не только школа, но и, наверняка, большинство людей из моих воспоминаний, мне хотелось рыдать.

Почему я должен был потерять это всё? Почему я? Из-за какого-то идиота, который сейчас сидит у себя дома со своей семьёй. «Да чтоб он!» – пронеслось у меня в голове, но в этот момент я осознал, что не смог бы даже мысленно пожелать кому-то смерти. Этот апокалипсис ещё больше дал мне понять, насколько хрупка человеческая жизнь. Вчера ты жил, а сегодня и следа твоего нет… Страшно. Очень страшно…

Вот, я уже миновал спортивный зал. Узнав в сером лабиринте свой класс, я немедленно вошёл и сел на своё место. Я устремил свой взгляд вперёд и вновь отдался воспоминаниям, которые связаны с этой комнатой.

– Эй…

От испуга я вздрогнул и резко повернулся в сторону, откуда исходил голос.

– Ты чего тут?..

Я выдохнул, ведь это была она. Селина сидела по правую сторону от меня в соседнему ряду. Я никак не ожидал её здесь увидеть. Она резко встала. Я продолжал сидеть и пытался понять, как она тут оказалась и чего хочет.

– Не молчи. Зачем пошла за мной?

Она потянулась к моему лицу. Её ладонь касалась моей щеки. Меня это очень сильно смутило, и я понял, что тут что-то не так. Я схватил её за запястье и убрал от себя руку девочки. Встав из-за парты и подойдя к ней, я взял её за плечи и нахмурил брови:

– Что происходит?

Она посмотрела в пол, а затем мне в глаза.

– Скажи… Зачем нам уходить отсюда?

– Что? – я был слегка шокирован её вопросом, ведь всё это время, что мы вместе, я только и думал о том, как спасти нас. – Всё и так уже кончено. Никого и ничего. Ты правда хочешь начать заново? Кто ты без своей семьи, дома и этого места? Что с тобой будет без всего этого?

Её вопросы поставили меня в тупик. Подумав пару секунд, я ответил:

– Селина, какая разница? Ты что, не хочешь жить? Сама подумай, наши родители желали бы, чтоб мы спаслись, и я уверен, что они бы даже пожертвовали своими жизнями ради этого, – у меня подступили слёзы, когда я заговорил о маме и папе. Я всё ещё не мог отпустить.

– Кенни, с каждым днём я чувствую себя всё более опустошённой. Я не могу смотреть на это… Мне плохо от того, что ты такой тупица!

– Я ничего не понимаю… и хватит уже обзываться!

– Мне не хочется…

Слова стали растворяться, голова закружилась, а ноги подкосились. Всеми силами я пытался удержать равновесие и вслушаться в то, что она говорила, но я всё равно потерял сознание. Тьма поглотила меня.

– Эй…

Глубокий вдох, открываю глаза, и я снова в лаборантской. Я быстро поморгал и стал оглядывать комнату. Все и всё на месте. Селина сидит прямо передо мной на корточках, а профессор изумлённо смотрит на меня, сидя за столом.

– …какого чёрта? – прошептал я.

– Ты долго спал.

Её лицо не меняло выражение с тех пор, как мы оказались в школе. Грусть, отчаяние, злость.

– Держи, – профессор подошел ко мне, наклонился и протянул связку ключей.

– А что это, профессор?

– Это ключи от разных школьных помещений, в том числе от кладовки, библиотеки и непосредственно от этой комнаты.

– Я понял. Спасибо, – разглядев связку, я положил её в карман и встал.

– А теперь подойдите сюда! – Кайто жестом позвал нас к столу. Там лежала карта, и на ней были сделаны какие-то пометки карандашом. Профессор ещё раз оглядел меня и Селину, убедившись, что мы готовы внимательно слушать.

– Смотрите, эта точка означает наше настоящее местоположение, то есть школу, – он ткнул в карту карандашом и стал проводить линию. С каждой секундой мне становилось не по себе от её длины. Казалось, рука профессора никогда уже не остановится…

– А здесь… находится порт. Я отдам вам эту карту, вам она нужнее, а я дорогу помню.

– Спасибо, профессор.

Я посмотрел на Селину, но она будто не замечала меня. Это обижало и раздражало.

– Что ж, будьте осторожны и лучше не доверяйте никому.

Люди могли потерять рассудок в нынешней ситуации. Связи с вами у меня не будет, но под ковриком на катере лежит ракетница. Когда достигнете места, выстрелите, и я пойму, что там именно вы. Я верю в вас!

Мы кивнули. Я скрутил карту в трубочку и положил во внутренний карман куртки.

Через десять минут мы все оказались на заднем дворе школы и попрощались друг с другом, ещё раз проговорив, как и где мы встречаемся. Порт находился примерно в 35 километрах от школы. Путь предстоял нелёгкий и морально, и физически, ведь долгий маршрут вёл нас мимо наших домов. Пока мы шли в полной тишине, я осмелился спросить Селину о том, что произошло вчера ночью.

– Ты о чём? – в её словах не чувствовалось даже капли интереса.

– Ты вчера задавала мне странные вопросы. Сказала, что не хочешь уходить отсюда…

– Я не помню ничего такого.

– Послушай, я на полном серьёзе… Мне тоже страшно, я понимаю тебя, но нужно собраться, хорошо? Нам надо выбраться отсюда любой ценой.

– Кенни, я не знаю, о чём ты говоришь, правда.

– Но ты же пошла за мной в класс…

– Какой класс?! Я спала!

– Спала, значит… – я задумался. Да, конечно, это был сон. Я ведь сам не помню, как отключился, а ещё я уверен, она бы не стала говорить, что всё это бред и что нам никуда не деться.

Она испугана и скучает по родителям. Вот и объяснение её замкнутости. Её нужно просто поддержать.

Я остановился, посмотрел на неё и обнял. Спустя пару мгновений она обняла меня в ответ. Я отстранился от неё, улыбнулся, и мы отправились в путь…

Глава 5. Наш дом

Ты наверняка уже задумывался о том, как выглядит наш остров и что это вообще за место…

Он не большой и не маленький. Это остров-государство из тридцати семи городов, один из которых – главный. Интересно, но столица меньше всех по площади. Именно в ней мы и живём. Много районов отданы под фермы, а ещё тут – большие территории нетронутых лесов.

Наша страна называется Нобилис, что в переводе с латыни означает «благородный» или «известный», и эти слова говорят сами за себя. Хоть мы и находимся вдалеке от всего остального мира, наш остров известен тем, что этот небольшой клочок земли и есть страна будущего. А мы гордые граждане Нобилиса! Ежегодно к нам приезжают лучшие и выдающиеся учёные, которые разрабатывают здесь передовые технологии. Это наш национальный проект! Откуда у нас столько денег? Что ж, мы практически единственные, кто смог избежать экологической катастрофы. Во всём мире ужасная ситуация: земля перестала быть плодородной, реки практически иссохли, воздух загрязнён настолько, что в некоторых странах используют противогазы. Наше правительство очень давно в тайне от всего мира проектировало невероятное.

Несколько десятилетий назад над островом возвели купол. Новаторская и величайшая разработка наших учёных. В радиусе этого купола можно контролировать погодные условия, например, создавать дождь, уменьшать или повышать температуру и многое другое. Да, порой странно ощущаешь себя, когда под куполом безоблачно, а над ним сгущаются дождевые тучи… Но многие уже привыкли к такому. По словам учёных и политиков, купол сделан из самого прочного материала. Не знаю… Вероятно, то, что происходит сейчас, есть следствие этой защиты. В конечном итоге что-то и кто-то на острове всё-таки уцелели. Мне трудно судить, остался ли нетронутым сам купол. Но, если задуматься, ведь именно с его помощью мы пережили как минимум экологическую катастрофу. Ходили слухи, что материал привезли с другой планеты, но скорее всего это просто домыслы. Как нам объясняли, купол «дышит» – в его поверхности большое количество маленьких отверстий. Это что-то вроде маленькой сеточки. За его исправной работой следят тысячи учёных и инженеров! Можно подумать, что это крепость, в которую не зайти и не выйти, но на самом деле это не так. На границах стоят пропускные пункты, которые патрулируют военные. Каждый из них – это что-то вроде огромной стены, которая поднимается вверх, а затем опускается обратно. Это и есть двери в другие страны.

О строительстве купола никто ничего не знал. Для большинства людей это было полнейшей неожиданностью. Так что с одной стороны – нас всех просто поставили перед фактом, не спросив нашего мнения. С другой – подарили шанс на лучшую жизнь, безопасность и надежду на будущее для детей. Со всем этим в других странах дела обстоят весьма плачевно. И если где-то климат ещё позволяет перебиваться простой пищей, то с социальной точки зрения жители большинства государств ущемлены в правах и свободах. С одной стороны они абсолютно зависимы от своих лидеров, с другой – от нашей страны. Ведь именно наш остров является основным мировым поставщиком жизненно важных ресурсов: от продуктов питания до энергетики. Купол прозвали «крепость эгоиста», потому что наша страна ни с кем не делилась этой разработкой. Именно из-за купола мы смогли сохранить нашу страну.

Почему люди не уезжают из тех мест, где не живёшь, а выживаешь? Прекрасный вопрос! Только куда и как? То, как мир выглядит сегодня, – это всё последствия страшной войны, которая закончилась 47 лет назад. Некоторые страны объединились с другими, и с того момента в них действует жёсткий тоталитаризм. Да, и Нобилис не может принять всех желающих тут поселиться. Раз в год с помощью случайного выбора наша страна разрешает въезд ста гражданам других государств, заботясь в первую очередь не об их жизнях, а о своем генофонде и разбавляя местную кровь другими национальностями. Так что нам ужасно повезло родиться здесь. У нас есть та свобода, о которой другие могут только мечтать.

На острове нет культа денег. Тут живут самые разные люди. Наша семья не особо богатая. Моя мама была домохозяйкой, а отец таксистом. Мы были не бедняками, обычной семьёй, которая могла себе позволить взять недвижимость в кредит и при этом иметь какое-то количество свободных денег.

Моя старшая сестра всегда была отличницей, ведь за хорошую успеваемость и в школе, и в университете давали компенсацию примерно в восемьдесят процентов на покрытие стоимости учёбы. Так наши власти стимулировали жителей быть успешными. Твое хорошее (и при лучшем раскладе – почти что бесплатное) образование было гарантом твоей стабильной и высокооплачиваемой работы. Особый статус всегда имели учёные, такие как, например, профессор Кайто. Я тоже старался быть гордостью и надеждой семьи, но, честно признаться, никогда не знал, кем бы хотел быть в будущем. Я поставил своей целью получить любое востребованное на момент окончания мною школы высшее образование, если, конечно, не будет откровенной неприязни к этой сфере. Мне не нужно любить свою работу, мне просто хочется получать достаточно денег, чтобы поселиться в хорошем районе и не иметь долгов.

Безусловная заслуга нашей страны – сохранение уникальной природы. Не знаю, есть ли на Земле ещё одно место со столь величественными пейзажами. В основном наш остров был холмистым, но жить на возвышенностях – прерогатива элиты. Простые районы, вроде нашего, расположены у подножия гор. И всё же я ежедневно восхищался видами, которые мог наблюдать из своего дома. Здесь природа почти не тронута руками человека. Голубые реки, которые обвивают наш остров и входят в огромный и бескрайний океан, зелёные горы, на которые ранним утром опускался туман. Завораживает… сразу забываешь обо всём, когда смотришь на такую красоту и гармонию.

Что ж, теперь у нас ничего этого нет. У нас всё отняли, и ничего уже не вернуть. Я держусь стойко, не опускаю руки и всё ещё хочу начать жизнь заново, но одновременно понимаю, что такой жизни, как здесь, у меня больше никогда не будет. Забавно, что я пытаюсь сбежать с острова, который называли лучшим местом для жизни на Земле…

Глава 6. Выбора нет

Сквер. Тот самый, в котором мы встретили друг друга впервые. Выглядит он таким же разбитым, как мои мечты и надежды. От фонтана остались обломки, деревья лишились своей густой зелёной листвы, и ветки их опущены вниз. У меня возникла ассоциация, будто бы люди опустили свои руки и окончательно сдались в борьбе за жизнь. Я понял, на кого это было похоже. Селина. Хоть тот ночной разговор и оказался плодом моего воображения, я всё равно чувствую, что она сама не своя. Пока мы шли сюда, всё это время мне было неловко, сам не знаю почему, хотя догадываюсь. Я умалчивал, скрывал в тайне свой гадкий и эгоистичный план. Не думаю, что профессор Кайто мог стать для Селины кем-то значимым за такой короткий срок, и поэтому, даже если я решусь ей рассказать, я думаю, она поддержит меня. Она должна.

Мы встали прямо на то место, где впервые заговорили. Я повернулся к ней, сделал глубокий вдох, посмотрел вниз, выдохнул и взглянул ей в глаза.

– Послушай, мне нужно кое-что тебе сказать, но я не знаю, как ты это воспримешь…

Девочка будто ожила. В её глаза появился еле заметный блеск.

Я вновь посмотрел в сторону и попытался собраться с силами.

– Селина, я считаю, что нам нужно сбежать самостоятельно…

– Что? Что ты имеешь в виду?

– Профессор хоть и умный, но… он оказался полным дураком. Он раскрыл нам все карты. Мы знаем местоположение его катера. Понимаешь, что это значит?

Она находилась в ступоре несколько секунд и затем сказала:

– Ты хочешь оставить его здесь? Погоди… ты же не?..

Секундная пауза. Она открыла рот и смотрела на меня будто на предателя.

– Кенни, ты правда такой эгоистичный мудак? Я знала, что ты самолюбивый, но чтоб настолько… Скажи, это действительно твой выбор? Ты понимаешь, что профессор пожертвовал для нас буквально своими последними шансами на выживание? Он мог спокойно сбежать в одиночку, но по счастливой случайности мы нашли его.

Я уже не был шокирован её мнением, отличным от моего. Мне было всё равно, как долго и как много она будет поливать меня грязью, и всё же, несмотря на это, мне было важно спасти её и себя. Мне было важно сохранить наши жизни. Почему-то я на момент отпустил то, что долго держал в себе. Я говорил, что думаю. От души.

– Селина, можешь сказать мне всё, что угодно, но я очень дорожу тобой. Я хочу, чтоб мы выбрались отсюда. Профессор Кайто мне не чужой, но с самого первого дня для меня существовали только ты и я.

Её глаза округлились, будто бы я открыл ей страшный секрет. Она не ожидала услышать такое от меня. От такого, как я.

– Спасибо… но всё это бессмысленно…

Я схватил её за плечи и притянул к себе. Между нашими лицами оставалось расстояние около десяти сантиметров.

– Я понимаю твои чувства, но перестань. Со стороны ты выглядишь как депрессивный подросток, и это раздражает. Пожалуйста, услышь меня. Я хочу помочь нам.

Она кивнула, и вновь в её глазах виднелась грусть. Хоть мои ожидания по поводу её поддержки не оправдались, я был доволен нашим разговором. Мы открылись друг другу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.