Артем Лукьянов
Звездный Патруль. Книга VI. Артефакты

Пролог

Иносказательно, «артефактами» называли в Патруле тех, кто ушел со службы и примкнул к другим.

(Из разговорного сленга)

Черноту космоса озарила вспышка света. Однако она произошла в столь плотном скоплении астероидов, что датчики слежения охранной системы «Пирамида» никак на это не среагировали. Данный комплекс безопасности находился на дежурстве тут не просто так. Над поясом астероидов на орбите планеты «Крон» в системе двойной звезды Альфа-Бета-Капелла располагалась полностью автоматизированная гига-фабрика по производству межзвёздных двигателей и разгонных колец. То, без чего немыслимы полеты больших космических кораблей. Сам заводской комплекс «Крон-Стар-Фьюжен» предоставлял полный цикл выпуска ПВК-ВК-двигателей от технической схемы до готового изделия. Близость пояса астероидов «Крона» была выбрана неспроста, так как она обеспечивала строительным материалом в избытке, коими и являлись богатые редкими сплавами камни. Сейчас же после яркой вспышки, которую в толщие и плотности астероидов охранная система не зафиксировала, начали происходить ощутимые изменения в упорядоченном движении больших и малых тяжелых валунов и булыжников. И даже на подобное охранная система отреагировала вполне штатно, ибо случались катаклизмы и похуже. Сам производственный гига-комплекс был вполне себе готов к подобным выходкам астероидного поля, и его ИИ активировал захват строительного материала в секцию руды. Подобная, как у некоего гигантского кита, открылась жерло-пасть, и принялась поглощать большие и малые камни. Крупные астероиды попадали в «мембрану», отсеивались в «дробилку» и превращались в более мелкие. Те, в свою очередь, сливаясь в единую каменную массу, затягивались в трубы, где высокая температура и давление превращали содержимое в жидкий металл. Расплавленная жижа словно через пчелиные соты гигантского улья, гонимая давлением, расползалась в отдаленные уголки огромной видоизменяющейся формы, которую задавал ИИ согласно требованиям технической схемы изделия. Все происходило в абсолютном вакууме при высоких температурах и при минимальных энерго-потерях. Внеплановый запуск производства не имел последствий, потому что автоматизированный комплекс выполнял список заказов на месяцы вперед и, можно сказать, никогда не останавливал свое производство, если только не случалось действительно что-то из ряда вон выходящее. Именно сегодня это и случилось. Волна астероидов оказалась слишком большой. Словно некто в паре тысяч километров по курсу движения пояса по орбите толкнул сразу множество камней. Именно в подобных внештатных ситуациях включался в дело охранный комплекс «Пирамида», на узлах которого активировались излучатели для сжигания излишне ретивых камней. Как и всегда в таких случаях и на этот раз уничтожение излишков сопровождалось обильными облаками крошева, пыли и пара, которое проходило через мембранные слои огромной фабрики-кашалота и извергалось вон из его противоположной стороны. Однако именно в этот раз гига-зверь неожиданно «поперхнулся». Охранная система продолжала уверенно делать свое дело, а тот, которого она создана была защищать уже издал последний «вздох» и прекратил производство, полностью отключившись, будто в цехах и ангарах закончилась энергия. Разогретый до состояние жидкой массы металл за считанные часы остыл и закупорил «соты» лишив фабрику надежды восстановить производственный цикл без помощи извне. В ангаре готовой продукции на магнитных рамах ждали своей отправки разгонные кольца для чего-то внушительного и большого. Однако им так и не было суждено отправиться своим ходом к заказчику на Би-Проксиму.

Ветер перемен

Наша задача в Секторе не столько выстроить добрососедские отношения с космическими державами, сколько создать условия для Звездного Патруля выйти сначала на самоокупаемость и независимость. Если думаете, что это противоречит нормам Конвенции, то ошибаетесь. Мы же не будем колонизировать или экспроприировать для этого планеты. Зато мы создадим научно-техническую базу для постройки передового в Галактике звездного флота. А уже это, в свою очередь, при грамотном использование приведет к коммерческой успешности. Каким образом спросите вы? А при помощи Конвенция Бодента.

(Из выступления на совете Сектора Ориона Звездного Патруля.

Адриан Фьюри. Аламах.)

Встреча

Эйли Хоуми прогуливалась по развалинам сгоревших строений космопорта. Вокруг еще суетились спасательные дроны, разгребая завалы после пожарищ. По левую руку от нее мерно и аккуратно вышагивал, выбирая путь, Антон Коприн, командир отряда «Вихрь» Звездного Патруля. Несмотря на удручающее зрелище вокруг он внутренне радовался от того, что Эйли была жива. Увидеть ее снова он уже и не надеялся. Еще тогда 3 года тому назад после внезапной смерти ее матери, когда Густав решил покинуть Би-Проксиму, убедив присоединиться свою 32-летнюю дочь, Антон сильно расстроился. Он мог бы вполне и сам уйти на покой, завести семью. Однако свой шанс он тогда упустил, видимо рассчитывая что Эл всегда будет рядом.

– Тут у нас раньше был исследовательский центр по изучению планеты… Мы совсем не знаем Парпланд, в котором живем, Антон – неожиданно прервала его воспоминания Эйли.

«Сколько мы не виделись, а она ни чуть не изменилась. Все такая же целеустремленная и жизнерадостная… И такая же красивая». Эти мысли невозможно было держать внутри без «последствий». Антон весь светился изнутри, словно выиграл самую важную битву своей жизни.

– Что с тобой? Ты меня слушаешь? – обратилась она к нему, остановившись и серьезно посмотрев в глаза.

– Все хорошо, Эл. Все замечательно. Ты даже представить не можешь, как я рад снова тебя увидеть! – выпалил он на одном дыхании.

– Хм… Я тоже рада – улыбнулась она, увидев, как тот весь светился от счастья, и добавила: – Но есть некоторые вопросы, на которые хотелось бы услышать ответы.

Эйли сделала паузу, чтоб убедиться, что собеседник ее внимательно слушает. Тот действительно сконцентрировался.

– Что нам ждать от Патруля?

Эл смотрела прямо в глаза Антону, чуть приподняв голову. Тот при своих почти 2-х метрах роста был заметно выше собеседницы. Однако сразу Антон не ответил. Он увел глаза в сторону как бы осматривая останки какого-то выгоревшего здания.

– Капитан крейсера весьма резкая на поворотах особа. Дочь самого Кирилла. Хотя тебе это имя, скорее всего, ничего не скажет… Преторы точно получат по заслугам… Но и вашему Боло О-Хара достанется. Думаю Парпланд может перейти под внешнее управление Патрулем…

На этих словах Эйли заметно приуныла и даже отвернула голову, чтоб не смотреть на Антона.

– Ну, я попробую ее убедить, оставить Боло в качестве наместника… Больше вряд ли смогу… С «Гекторами» вы перестарались… Надо было атаковать «Гулливер» Альянса на самой орбите, чтоб преторы успели покинуть корабль, и чтоб он не упал обратно, угробив еще столько же на поверхности.

На этих словах Эйли совсем притупила взор, чувствуя за собой вину.

– Это я вела их до колодца, пока связь не пропала… Откуда мне было знать, что они атакуют корабль в этой трубе!

На последней фразе она повысила голос, помолчала чуть-чуть и добавила:

– Нас оставалась горстка обреченных. Наши дома разрушены… Провизии, амуниции и медикаментов на 2 цикла максимум. Эти «Гекторы» были нашей последней надеждой, соломинкой для утопающего. Боло хотел и ждал вмешательства Патруля, поэтому и вывел их на орбиту.

– Ну, хотя бы тут он не ошибся – приободрил ее Антон и продолжил, – Всего тебе сказать не могу, но тот, кто дал вам этих «Гекторов» знал, что делал.

Эйли, слушая его, подошла к стене ангара, как будто что-то заметила. Поковыряв немного ногой пепел и обломки, она увидела рукав темно-синего комбинезона. Тот торчал прямо из-под груды мусора, оставленного пожаром. Сам костюм местами оплавился от температуры, но в общем оставался цел. Эйли присела на корточки и, раздвинув остатки мусора, вытащила его.

– Это кого-то из наших. Возможно Ишбэла… Кого-то из плененных наемниками.

Она осмотрела рукава, затем плечи и ворот. Снизу внутри была лазерная гравировка с именем «Брод».

– О, а это уже интересно! … Надо отдать Кристал. Это ее определенно взбодрит.

Эйли еще покрутилась возле стены в поисках найти какие-нибудь останки, но тщетно. Зато своими манипуляциями она привлекла внимание Антона.

– Что-то нашла? Кто-то из ваших? – спросил он, глядя на темно-синий комбинезон, который та вытащила из золы.

– Нет, Антон. Из ваших – улыбнулась она в ответ.

Он с недоумением посмотрел на Эйли, затем на комбинезон, и снова на Эйли.

– Шутить изволишь… Наши серебристые – выдал он.

– Ну, если ты не понял, о ком я, то дам тебе подсказку: у вас он числится в розыске. Даже награду за поимку назначили.

На этих словах Антон подошел поближе и взял комбинезон в свои руки, будто пытаясь найти в нем что-то или кого-то.

– Ох, Антон-Антон. Ты все такой же меркантильный – с грустной улыбкой произнесла Эйли и добавила: – Мы его тоже ищем, но вам ни за какие деньги не выдадим! Хорошими людьми не разбрасываются!

– Так значит он нарушил присягу…. У нас, Эл, с этим очень строго, ты ж знаешь.

Антон вздохнул и вернул ей комбинезон. Эйли, тем временем, отвлеклась на нейро-линк, используя обруч. С моря подул противный ветер, который начал поднимать золу и пепел в воздух, затрудняя и без того не самую лучшую видимость.

– Предлагаю вернуться к нашим баракам, Эл, пока нас с тобой не сдуло – громко проговорил Антон, прикрывая рукой лицо.

«Нашими бараками» были несколько жилых блоков у восточной стены космопорта, которые чудом уцелели при пожаре.

– Ждем тут. Я вызвала транспорт.

Эйли зашла за полусгоревшую стену, чтоб спрятаться от прямого ветра. Антон последовал за ней.

– Скажи, Эл, вы хоть пытались его отговорить? – снова вернулся к теме тот.

– Послушай, Антон, он свалился к нам, как снег на голову. Я не принимала решения тогда. Все решали О-Хара. Но и у них был спор, что с ним делать. Боло и Мирэн были против, и даже хотели вернуть его капитану, который доставил его к нам…

– Что? Кто? – перебил ее Антон, недоумевая, о чем та говорит.

– У-у-у, да ты много не знаешь… Этот ваш пилот попал сюда на «Ковчеге» в разобранном виде. Его выковыривали из «Гладиатора». Потом собирали по кусочкам и лечили. Но, он поправился быстро. У него там симбионт, который поспособствовал… Мы фактически вытащили его из того света, а он, надо отдать ему должное, вытащил потом всех нас…Иначе, Тони, от меня сейчас был бы только некролог, как и от отца.

Она запнулась и замолчала, вспомнив про Густава, и как тот погиб.

– И что ж он такого совершил? – вернул ее к началу разговора Антон.

– Да, вроде бы, ничего особенного. Он взломал систему локации, разведки и мониторинга наемников…

– Эка невидаль. Взломал БИС – улыбнулся тот и добавил: – Видимо вышки плохо охраняли, ну, или вы их удачно штурманули, не привлекая внимания. Иначе взлом терял бы всякий смысл – подытожил Антон.

Среди развалин вынырнула юркая 4-колесная машина. Она остановилась прямо напротив стены, где стояли Эйли и Антон.

– А вот и Эрл. Быстро он – выпалила она, прыгая в открывшуюся дверь «Квадробота».

Антон последовал за ней. Внутри было тихо и темно. Одно из 2-х сидений напротив было занято. Эрл взял у Эйли комбинезон и еще раз проверил лазерную гравировку. Затем он обратил внимание на Антона.

– Эрл, это Антон. Он из Патруля – сказала Эйли.

Эрл представился в ответ и пожал ему руку. Затем он быстро осмотрел гравировку и ощупал рукава.

– Это точно его. Тела, я так понимаю, рядом не было. Значит он жив. Это очень хорошо… Я на Кристал спокойно смотреть не могу… Теперь она немного приободрится.

Эрл принялся осматривать костюм более детально. Антон и Эйли лениво следили за ним, пока «квадробот» колесил между развалин.

– На комбинезоне засохшие следы крови, но ожогов нету… Мне кажется, он его сменил на что-то еще.

Юркая машина, тем временем подкатила ко входу в барак за которым высился большой «Груффало». Несмотря на сильный ветер, возле него продолжали суетиться дроны-техники. Антон вышел из «квадробота» следом за Эйли и посмотрел в ту сторону.

– Ого! Это вам от наемников перепало!? Вблизи он, конечно, впечатляет!

Эйли, двигаясь в направлении двери, мельком глянула на «Груффало» и сказала:

– Да, только панель управления сильно повреждена. Грузовой отсек опустошен… Кстати, там возле него Вили, сын Боло. Захочешь разузнать больше о Броде, поговори с ним.

Антон пожал плечами вместо ответа, давая понять, что сам Брод его не сильно интересует, куда более привлекала его поимка в свете открывшихся фактов.

Работа с последствиями

Кирилл спал плохо. Во сне на него то и дело накатывало чувство незаконченности, упущения чего-то важного. То он забыл какие-то нужные вещи, то не мог найти свой обруч, который почти никогда не снимал. Даже «нейродиактор» последнее время был постоянным его спутником. С тех пор, как руководство Сектора Ориона там на суде на Арктуре старательно и планомерно «перекладывало» всю вину за провалы на низший офицерский чин и, в том числе, на исполнителей, сам Кирилл катастрофически не справлялся. Даже с родной дочерью, которая сейчас играла ключевую роль в его планах, он не мог нормально поговорить уже более 2-х недель. В конец разбудил его входящий, который не ждал отлагательства до утра. ИИ выдал, что пришло сообщение по дипломатическому каналу от самого Грос-Хана Преторианского Альянса. Кирилл, не вставая с постели, надел очки и перевел его на проекцию. Пользуясь наставлениями дочери он старался избегать частых нейро-сеансов, хоть это и давалось с трудом. Сообщение было весьма пространное и пафосное. Кирилл сразу уловил шаблонность и попытку подлизаться. «Да, мои дорогие преторы, на Альфе Гастергауза вы вляпались по самые брови». Однако ближе к середине он призадумался. Грос-Хан вежливо и тактично просил Кирилла повлиять на принятие решения в пользу Альянса, предлагая весьма солидный откуп. Сами стар-креды Кирилла мало интересовали, хотя и их в сообщении было изрядно «намазано», но более всего подкупило содействие в развертывания КСП и половина от добычи и переработки кристаллида. «Глазам не верю!». Кирилл снял очки и, возбужденный, сиганул в душ, чтоб немного успокоиться. Сон, и без того «рваный», как рукой сняло. Выйдя освежившимся, он снова напялил очки и еще раз погрузился в сообщение. Грос-Хан просил скорейшего ответа. Сам Кирилл прекрасно знал, что для преторианцев был важен именно скорейший ответ, ибо он означал проявления глубокого уважения. Кирилл сначала решил отложить решение, понимая, что такие вопросы находятся выше его компетенции. Однако и сам Форкман и все остальные из совета сейчас были по понятным причинам вовлечены в не очень приятный процесс, и всем в Секторе рулил именно он. «Раз уж волею судеб я тут главный, то почему бы и нет!» Убедившись еще раз, что сообщение адресовано именно руководству Звездного Патруля, а значит ему, как его полноправному представителю в Секторе, взялся за скорейший ответ.

Крейсер «Экскалибур» двигался вокруг Парпланда, повинуясь гравитационным силам, параллельно «Шафрату» Альянса и «Токуши» наемников. В силу особенности самой планеты с ее комета-подобным шлейфом, находиться на орбите представлялось возможным только на специальных условных линиях. ГЛТ-спутник так же занимал одну из них.

– Говорун, рассчитай предполагаемое расположение станции КСП для наилучшего мониторинга зоны посадки в районе колодца космопорта.

Ив сидела в своей любимой позе и обдумывала план действий. Официальные приглашения согласно протоколу Конвенции уже были разосланы всем сторонам кроме наемников «Зова». И местные и Альянс подтвердили участие.

– Капитан, расчеты показывают что идеальное место – на гравитационной линии спутника ГЛТ. Это позволит нам всегда держать его в поле видимости и ускорять галактические коммуникации, но сам участок планеты с колодцем будет доступен лишь 2 раза в суточный цикл – ответил ИИ.

– А если ускорить вращение? – спросила Ив, все так же сидя на полу сложив ноги крест-на-крест.

– Если ускорить вращение КСП, то риск соскочить с орбиты или столкнуться со спутником повышается на 75%

– Многовато… Хорошо, Говорун, приготовь финальные расчеты с рекомендацией по типу и классу КСП для Парпланда. Учти так же пожелания Преторианского Альянса, которые рассчитывают иметь свою постоянную базу на орбите… Хотя, с другой стороны, это мы им легко можем запретить.

Ив встала и, сделав пасы руками, активировала 3-мерную проекцию системы Альфа Гастергауза. Провернув орбиту Холотерии, она устремила свой взор на саму звезду, которая находилась на большом удалении от обитаемого Парпланда.

– Эти колонисты никогда не видят солнце. Как они живут в столь унылом мире? – риторически спросила она сама себя.

Однако «Говорун» воспринял этот вопрос буквально и тут же ответил на него.

– Капитан, орбита Холотерии на самом деле эллиптическая, хоть это и почти не заметно. Полное обращение вокруг светила происходит за 155 годичных циклов. Сейчас идет сближение со звездой. По моим расчетам через 36.6 годичных циклов Холотерия окажется всего в 0.65 АЕ от Альфа Гастергауза. И в течение следующих 13 месячных циклов Парпланд будет интенсивно облучаться звездой дважды в суточный цикл.

– То есть через, условно, 37 лет жители Парпланда увидят свет, который будет освещать их почти целый год дважды в день? – уточнила Ив.

– В общем, да. Однако могут быть некоторые неприятные последствия для планеты особенно в месте расположения колодца. Так же высокая звездная активность ускорит процессы в аномальной атмосфере планеты.

– Ну, что ж. Значит они могут с оптимизмом смотреть в будущее.

Сказав, Ив улыбнулась и вытянула руки заложив их за спину.

– Входящий на «Раме». Зачитать?

– Давай. А то тут умереть от скуки можно.

– Это от вашего отца, капитан – уточнил «Говорун».

– О, папа вспомнил обо мне. Читай!

– Капитану «Экскалибура» Ивьерре Викенз. Дорогая моя Ив, планета Парпланд имеет важное стратегическое значение. Самый ценный для нас ресурс – кристаллид. По результатам переговоров Звездный Патруль должен контролировать половину всей добычи этого минерала. 2-ю половину – Преторианский Альянс. Он должен быть удовлетворен переговорами, потому как система прилегает к их основной территории. Иди на уступки, но добейся одобрения со стороны Альянса. Люблю тебя. Твой папа Кирилл.

Ив, дослушав до конца, обхватила голову руками и присела. «Ну, папа, ты мне и услужил! Да по Конвенции я имею право их вышвырнуть за границы системы! К чему эти заигрывания!? Никак Альянс по своей старой доброй традиции решил выбить нужный исход дела при помощи финансов! Как же я ненавижу весь этот подковерный договорняк! … Ладно, папа, только ради тебя». Ее симбионт пытался с ней подискутировать об этом, но Ив дала понять, что ей нужно приготовиться к новым вводным предстоящих переговоров.

Боло находился в одном из уцелевших ангаров, где размещали раненых. Тут же располагался их временный штаб. На уцелевшей «взлетке» покоились «Сапсаны». Помещение наполнялось контейнерами с провизией и медикаментами, который доставляли дроны Патруля.

– Вы Боло? – спросила подошедшая к нему очень привлекательная белокурая женщина в серебристом комбинезоне.

Боло от волнения встал со своего кресла-ковша и отложил в сторону нейро-шлем. Его отгороженный ширмой импровизированный узел связи таки привлек внимание пришельцев, хотя он искренне рассчитывал на некоторое уединение. Там в виртуальной консоли осталось незаконченным сообщение Квику.

– Я … Боло О-Хара. С кем говорю? – немного растерянно ответил тот.

– Эйла Борк-Валиот. Отряд «Вихрь». Звездный Патруль… Мне необходимо забрать всех преторианцев на шаттл, включая трупы. Собираетесь ли вы предъявить им что-то или допросить, ну, или какие-либо претензии? – спокойно и чеканно сказала Эйла, глядя прямо в глаза Боло.

– Нет… Забирайте. И скажите им, что бы больше сюда не возвращались! Им тут не рады! – жестко ответил он.

Эл ухмыльнулась, задумалась на секунду и сказала:

– Не мое дело, Боло О-Хара, но вам не стоит рассчитывать на уединение. Альфа Гастергауза часть Рукава Персея и полностью под колпаком Альянса. Конвенция, без сомнения, наложит некоторые ограничения на их деятельность на Парпланде, но вам лучше уже сейчас найти способ поладить. Поверьте мне.

Боло посмотрел на нее, потом на свое кресло, затем на дверь и снова на Эйлу. Та намек поняла без лишних слов и, не задерживая Боло, снова улыбнулась и вышла вон. «Может мне еще с ними побрататься прикажете!? Ну, уж нет!». Боло вернулся к сообщению.

Эйла следила за тем, как дроны вывозили мед-капсулы с ранеными преторианцами наружу. Другие тем временем размещали их в шаттле. Ей на глаза попала совсем мелкая и худая светловолосая девушка в форме локалов. «Странный у нее вид. Лицо будто опухшее. Может, чем больна? Может у этих местных лекарств нету, чтоб вылечить ее». Присмотревшись повнимательнее, она заметила, что та помогала особо тяжелым преторианцам, которые были на замедлителях. По щекам девушки то и дело скатывали слезные капельки, которые та незаметно смахивала с лица и, продолжая делать свою работу, обслуживала раненых. «Во, дела! Может у нее родственник среди преторов?». Она повернулась и неспешно, тихо пошла в ее сторону. Тем временем в капсуле прямо у той из-под рук дроны увозили очередного пострадавшего. Эйла не успела дойти нескольких шагов, как та будто почувствовала ее приближение, встала на ноги и повернулась. Их глаза встретились.

– Эйла Борк-Валиот. Отряд «Вихрь». Звездный Патруль. Как тебя зовут?

– Кристал… Кристал О-Хара. Медицинский полк сил обороны Парпланда, мэм – четко ответила та.

На какой-то момент Эл почувствовала себя глупо. Слез не было видно, да и от расстройства у той и следа не осталось.

– Ты дочь Боло? – спросила она.

– Нет. Сестра. Младшая.

– Слушай – не уверенно начала Эл, – Не мое дело, но… Я заметила слезы… Может тебя кто-то обидел или это из-за болезни?

Кристал отвела глаза в сторону и быстрыми движениями отерла щеки.

– Со мной все в порядке, мэм, нет повода волноваться. Если вы о цвете кожи, то я просто 100-процентая парпландка. Это естественный цвет кожи всех, кто тут родился или долго жил.

Тем временем дроны начали заметно торопиться с загрузкой раненых. Снаружи послышалось сильное завывание ветра. Начиналась буря. Эйла не стала больше расспрашивать Кристал, а принялась помогать ей и дронам с погрузкой в шаттл. Через некоторое время открылись ворота с другой стороны ангара. В проеме показались трое. Эйла заметила среди них Антона. Справа и слева от него шли двое в форме сил обороны Парпланда. Среднего роста мужчина слева нес нечто похожее на одежду. Он высматривал кого-то и, заметив Кристал, прибавил шаг. Сама не понимая зачем Эйла шагнула на встречу и перегородила им путь.

– Антон, может познакомишь со своими новыми друзьями? – улыбаясь спросила она.

Тот сразу же обратил на нее внимание и представил их:

– Эл, это … Хм… Эл… В смысле Эйли. Та самая Эйли Хоуми, дочь Густава Хоуми. Я тебе о ней рассказывал.

Эйла удивленно посмотрела на нее. Та была пониже ростом, но также смотрела прямо в глаза, не смущаясь. Она подошла ближе, подала руку для пожатия и четко сказала:

– Эйли Хоуми. Главком силами обороны Парпланда.

– Ну… У меня все попроще, милая. Я просто Эйла в полном и беспрекословном подчинении у этого замечательного человека по имени Антон.

– Это мой зам, Эрл Грин – указала Эйли на того, кто держал в руках сильно растрепанный и местами слегка подгоревший комбинезон локалов.

Эрл также пожал ей руку и, торопясь, направился к Кристал. Эйла проводила его взглядом.

– Куда это он так торопится? – спросила она.

Антон загадочно улыбнулся и посмотрел на нее веселыми глазами.

– Есть у нас с тобой шанс, напарница, сорвать куш, если найдем пропавшего пилота… Это его форма. И, как видишь, его останков там нет.

Тем временем Эрл показал Кристал форму, что-то попутно объясняя. Лицо ее прямо-таки просияло, и она на радостях обняла того, прижавшись к груди, как ребенок. Эйла, слушая Антона, не отрывая глаз молча наблюдала.

– Я, так понимаю, для этой девочки наш потеряшка больше, чем просто куш, а, Антон?

Тот посмотрел, куда указывала Эйла, но ничего не сказал. Зато среагировала другая Эл.

– Она его любит не ужели не ясно. Для нее он был мертв, а теперь ожил! Эх, будь я помоложе тоже влюбилась бы в него! Такой вроде хвастун, всезнайка и выскочка, но на деле показал, что может!

– Эл, не начинай! У нас подобное в Патруле каждый может провернуть! – заулыбался Антон.

«Эстрада» посмотрела на Антона, затем на Эл и снова на Антона.

– А мне, вот, интересно и что ж такого он тут провернул, кроме того, что нарушил присягу? – спросила она.

– Да ничего такого. Хвастанул перед локалами, эффектно взломав БИС. Потом украл сердце принцессы Парпланда и сбежал… Да, да… Я думаю на Парпланде его уже нет…. Зато теперь можем попробовать отследить и поймать… Я уже запросил нашу стальную леди, Ив, пробить через «Раму» векторы двух кораблей наемников. Тем более один из них все еще на орбите.

Эйли Хоуми посмотрела на него недоверчиво и даже немного презрительно.

– Какая глупость, Антон! Если бы он хотел сбежать, сделал бы это раз 5! Ему давали такую возможность неоднократно! … У них любовь, понимаешь!?

Она посмотрела ему в глаза и добавила:

– Должен понимать!

Антон потупил взор, а вот «Эстрада», заметив волнение напарника, сказала:

– А с чего вы решили, что он влюблен в вашу принцессу так сильно, что готов остаться здесь жить? … Мы тут всего-то пару суточных циклов, а уже хочется на «Экскалибур» и домой на Аламах.

Она глянула на Эйли и уточнила:

– Извини, подруга, но ваш этот Парпланд ни разу не курорт. Эти вечные сумерки здорово щекочут нервы, как ни крути.

Та никак не среагировала. Лишь посмотрела в сторону туда, где Кристал заканчивала уборку за ранеными. Делала она это так бодро и весело, что, казалось, ее подменили.

– Надежда дала ей крылья!

Крейсер «Экскалибур» находился на орбите Парпланда, заняв наиболее удобную позицию, чтоб видеть всех и каждого, кто влетает и вылетает на планету, даже если это был бы крошечный космолет класса «Гуч» или «Москито».

– Капитан, входящий от преторианца Арсалана. Принять?

Ив сидела в привычной позе, но как раз собиралась посетить кают-компанию. Запрос «Говоруна» задержал ее. «Как же ты меня достал, Арс!»

– Ну, давай. Что уж теперь.

На проекции у стены в каюте управления появилось лицо капитана крейсера «Шафрат». Ив встала на ноги и сложила руки за спину.

– Капитан Ивьерра Викенз, у меня есть для вас очень важная информация. Тот «Ковчег», что вы отпустили, прилетал сюда уже не в первый раз… Это он доставил сюда оружие, боевые системы и этих злополучных «Гекторы», что натворили тут столько бед.

Ив слушала его, но в какой-то момент сделала знак рукой, чтоб тот дал ей прокомментировать.

– Арсалан, я понимаю, что вы хотите повлиять на решение по Конвенции, выдав информацию по возможному каналу незаконной поставки оружия на Парпланд… Однако, тут вам ничего не светит. В системе Альфа Гастергауза действовали ваши законы Альянса. Вашему руководству надлежало раньше обратиться в Звездный Патруль и ратифицировать нормы Конвенции по грузоперевозкам. Только в таком случае можно было бы переложить это на нас.

– Вы меня не правильно поняли, капитан Ивьерра! – уже более резко продолжил Арсалан, – позвольте закончить!

Ив внимательно сосредоточилась на его лице, будто силясь прочитать мысли.

– Местные сепаратисты специально довели ситуацию до войны. По данным разведки наших союзников из «Зова» этот «Ковчег» уже прилетал сюда, и именно он вооружил население против нас! … Хочу, чтоб вы серьезно отнеслись к подобному и со своей стороны опросили местных на предмет каналов поставки! … Я лишь хочу добиться мира на этой планете!

– Ха-ха-ха! … А давайте-ка напомню наш разговор около месячного цикла назад, где я так же допытывалась по поводу «Ковчега»! … Что вы мне тогда сказали!? «Убирайтесь. Это не ваше дело»! – съязвила Ив, припомнив ему кое-что из прошлого.

Видя подавленное состояние того, она немного успокоилась и сказала:

– Теперь-то мы друг друга поняли. Так, капитан? … А по тому «Ковчегу» мы обязательно расспросим местных. Это уже теперь и в наших интересах.

На этом сеанс связи был закончен, и Ив, направляясь к выходу из каюты, обратилась к «Говоруну», чтоб тот подключил ее к ГЛТ-спутнику для получения данных за время инцидента.

Дружественный огонь

С некоторых пор в большом грузовом ангаре космопорта на Парпланде стало тихо и спокойно. Тела найденных погибших преторианцев, а так же тяжелораненых транспортные шаттлы увезли на орбиту. Прямо у выхода в сторону взлетки, на которой расположились «Сапсаны» Патруля, стоял большой импровизированный стол, за которым сидели Антон с Эйлой, а так же Боло, Эрл и Эйли. И Кристал была там, но она не сидела, а обслуживала компанию, распаковывая контейнеры и ставя на стол еду и напитки.

– Кристал, я так понимаю, сегодня в качестве прислуги. Не проще ли дрона активировать для этого? – сказал Антон, наблюдая, как та суетится возле стола.

– Спасибо за заботу, но мне в удовольствие – прощебетала Кристал, не сбавляя темп движения.

Антон посмотрел на Эйли Хоуми, на Боло, на Эрла и вздохнул.

– Чего вздыхаешь, Тони? Хорошо же сидим? И напиток местный необыкновенно хорош – толкнула его в плечо «Эстрада».

– И в самом деле, Антон. Вы ж гости у нас. Тем более нам есть, что отметить!

На этих словах Эйли встала и подняла бокал, добавив:

– У меня тост. За приход мира на Парпланд!

Боло и Эрл с радостью поддержали ее. Эйла так же чокнулась, а вот Антон не испытывал столь бурной радости. Отчасти это было связано с тем, что при недавнем разговоре Эйли дала ему понять, что на Аламах с ним она не полетит, и что Парпланд стал ее новым домом. Однако это было еще не все. Антон знал некоторые детали плана по дальнейшей судьбе планеты, которые тяготили его.

– Антон, ты что хочешь нас обидеть? – вежливо и с улыбкой в полу-шутовском тоне поинтересовалась Эйли.

– Нет, что вы. Я прошу прощения. Просто есть некоторые неразрешенные моменты, которые меня тяготят.

– Ну, так расскажи нам. Разложим на всех твои моменты, сразу полегчает – тут же вмешался Эрл.

Антон, поняв, что его сейчас могут раскрутить на ненужный ему разговор, попытался соскочить с темы.

– Слушайте, там в 50-и километрах разбитая «Горгона» наемников. Мы оттуда 7 трупов достали. Всех идентифицировали и передали «Зову» … Я не пойму, как и чем вы смогли уработать эту громадину. Я не видел ни следов боя, ни разбитых роботов вокруг, только отметины от удара «огненным дождем» … Но у вас же нету ничего подобного, способного так ударить.

– А это не мы – тут же ответил Эрл, посмотрев на Эйли и Боло.

– То есть, как это не вы? А кто?

Антон открыл глаза от удивления. Бокал с «парпуркой» так и замер в его руке не выпитым.

– А это по военной терминологии называется «дружественный огонь» – снова ответил Эрл и осушил свой бокал.

– То есть как? Наемники открыли огонь по своим? – переспросил Антон и засмеялся.

Однако ни Эрл, ни Эйли, ни Боло, ни даже «Эстрада» не поддержали его, сохраняя спокойствие. Зато самому Антону стало совсем уже некомфортно. На его щеках выступили розовые пятна от стыда. Он резко замолчал и серьезно посмотрел в глаза Эрлу.

– Так это не парпландская шутка с дружественным огнем? … Вы тут нас за дурачков держите!? «Зов Вальхаллы», это вам не драгуны Альянса! Даже я 10 раз подумал бы, ввязываться ли мне с ними в стычку!

Антон хлопнул бокалом о стол так, что жидкость частично выплеснулась наружу.

– А я вот не поняла, Антон, что тебя так разозлило? – спокойно спросила его Эйли.

– Меня злит то, что на серьезный вопрос вы отвечаете шуткой при этом делаете такой вид, будто к вам обращается недоразвитый с какой-нибудь Софокры! … А между тем, это вы находитесь в ситуации, когда вашу судьбу будет решать 3-ка офицеров Патруля на совете согласно Конвенции!

Наступила тишина. Каждый думал о своем. Между парпландцами и представителями Патруля словно пробежала черная кошка.

– Это Брод сделал – сказала проходя мимоходом и вытирая пролитый напиток Кристал.

Антона словно током ударило от неожиданности. Он придержал ее за руку и решил уточнить:

– Как? На «Ласточке» что ли?

Кристал аккуратно извлекла свою руку из Антоновой и, посмотрев тому в глаза, слегка улыбнулась.

– В первом бою с «Зовом» … Хотя боем это можно назвать разве что с натяжкой, скорее «бойня» … Я попал в плен, а наши пленили одну из наемниц по имени Тулулу – снова вступился Эрл.

Антон уже с некоторой брезгливостью посмотрел в его сторону, ожидая очередного подвоха, но тот продолжал.

– В общем, Мирэн сразу знала, что с ней делать, но наемники опередили… Видимо там за своих тоже вписываются…

Он замолк на некоторое время и отхлебнул из своего бокала.

– Но обмен не состоялся. «Зов» сработал на опережения и переиграл нас, устроив засаду на конвой с пленной, в которую угодила и Мирэн. Так в одночасье мы потеряли и главнокомандующего и пленника…

– Я так понял, ты решил на этот раз начать из далека. Надеюсь в конце не получиться что-то вроде «дружественного огня» … Если нет, то лучше скажи сразу и избавь меня от выслушивания всей этой истории.

– Да, как хочешь, Фома неверующий! – буркнул Эрл и замолчал.

Зато теперь проявила неподдельный интерес «Эстрада», сидевшая до этого в тишине и думавшая о чем-то своем. На всегда веселую и «зажигательную» Эйлу Парпланд действовал весьма и весьма удручающе. Могло показаться со стороны, что она отсчитывает время по секундам до своего отбытия домой.

– А, кто такой Фома? – неожиданно спросила она.

Снова повисла тишина. Эрл не знал, что ответить. Выражение это он слышал от старших, но что и кто за ним стоит не знал.

– Фома это один из 12 апостолов Сына Бога – все так же невзначай проговорила Кристал, убирая грязные тарелки со стола.

– Что? Кто?

Эйла и Антон спросили одновременно, глядя в лицо Кристал, которая делала свое дело, не отрывая взгляда от поверхности стола.

– А неверующим его назвали, потому как он единственный из 12-ти не поверил в воскрешение Сына Бога, вынудив Того снова явиться им, чтоб Фома неверующий удостоверился и поверил… Все прямо как про вас, Антон – чуть улыбнувшись закончила свою речь Кристал, собрала тарелки и исчезла за ширмой.

– Вот, блин, и поговорили! – буркнул Антон и залпом допил свой бокал.

– А, вот, мне интересно, что же там дальше с Эрлом случилось.

Сказав, «Эстрада» посмотрела на того в ожидании продолжения. Эрл взял большую бутыль с «парпуркой» и наполнил опустевшие емкости Эйлы и Антона, и свою заодно.

– В плену у «Зова», конечно, не курорт. Я думал, что живым не выберусь уже никогда. На моих глазах до смерти избили Стефана, командира моей группы разведки, затем принялись за Ишбэла… У наемников для этих целей была некто Куцако… Вот уж не думал, что кто-то мог бы получать удовольствие от жестоких пыток и убийств… Она могла и получала… Ишбэлу она сломала все пальцы на руках, затем, когда тот, не выдержав боли, все рассказал, она просто срезала ему пятки, и он, будучи подвешен крюками за лопатки, истек кровью… Меня тогда спас наметившийся обмен, который правда не состоялся, но состоялась атака на «Горгону», которую возглавил «Седой», взявший командование нашими силами на себя после гибели Мирэн – рассказал он.

– Ну, а сразу не мог сказать, что Густав Хоуми взял ситуацию в свои руки и решил исход? – вмешался Антон.

Эйли, услышав про своего отца, потупила взор. Воспоминания того боя нахлынули на нее, как селевой поток в горах родной Би-Проксимы. Но поняв, что Эрл умолк, решила вмешаться.

– Антон, та атака была провальной. Мы потеряли почти все силы. Почти всю нашу армию. Мой отец пал в том бою. Я должна была погибнуть вместе с ним. Он вынудил меня катапультироваться и увести оставшихся, намереваясь повредить ядерный реактор вражеской машины… Но ничего не вышло.

– Нет, Эйли, вышло. Вы нанесли очень существенный урон «Горгоне», после чего больше недели та была на ремонте… А Тулулу в этой неразберихе освободила меня из плена, ничего не сказав своим! – вмешался Эрл.

– Стоп-стоп… Наемница Тулулу, которая «Одала», помогла тебе бежать? – перебил его Антон и добавил:

– Ты хоть знаешь, кто такая «Одала», и как попала в «Зов»? Там вообще нету случайных людей. У них очень строгая дисциплина. Это фанатики, которые искренне верят, что попадут в некую Вальхаллу, сказочно-прекрасную загробную страну для воинов. Предательство и трусость для них, это путь в такой же мифический загробный ад… Я пересекался с ними ранее. Это чокнутые фанатики, но профи в своем деле… А ты мне тут рассказываешь, что «Одала», черная пантера, одна из лучших воинов-мехводов у «Слейпниров» Карлсона Виндильхаймера освободила тебя из плена!? … Может хватит уже!

Антон встал из-за стола и направился к выходу из ангара. Однако на пути ему снова встретилась Кристал.

– У Эрла погибла вся семья в пригороде Нектауна. Не думаю, что он шутит или дурачится – тихо почти на ухо сказала та ему.

Антон, услышав это, остановился и, постояв некоторое время у выхода, как бы любуясь почти отсутствующим освещением космопорта и вечными сумерками Парпланда, медленно пошел обратно. Эрл, тем временем, продолжал рассказ.

– … Это была идея Брода. В вашей базе Патруля он взял данные по наемникам «Зова». Там их полное досье. Даже голосовые сэмплы…

Антон, вернувшись, уселся на свое прежнее место. «Эстрада» подмигнула, дав понять, что тут интересная история «нарисовалась». Эрл, между тем, продолжал:

– Брод и Мирэн разыграли Тулулу, будто Карлсон продал их с этим как его, Бомбастой… Мирэн поначалу посчитала это бредом, но Кристал и Грим убедили ее попробовать.

– Погодь. А что именно решили наплести ей? – снова вмешался Антон.

– Брод, вроде как, разбирался в тонкостях этой их мифологии, а «Одала» со своим… хм… мужем были единственными чернокожими в подразделении… Брод нам тогда сказал, что это древняя скандинавская мифология Земли расово-нетерпимая… Я не знаю, где он это взял, но Тулулу поверила, что ликвидацию ее и мужа уступили нам за деньги.

– Не верю. «Одала» опытный воин. Вряд ли повелась бы на такой «блудняк» – не унимался Антон.

– А мы подкрепили нужным финансовым вливанием на счет наемников… Боло конечно упирался, но Гримен, брат Боло и Кристал…

На этих словах Эрл посмотрел на Боло, который время от времени отвлекался на свой обруч, видимо общаясь с кем-то через нейро-линк, а затем на Кристал, которая наконец присела за стол возле Боло и, не видя возражений, продолжил:

– Он убедил перевести им круглую сумму… Это озвучила Мирэн, тогда еще пленной Тулулу… Ну, а Брод смонтировал нужное кино… Как-то так.

Антон молчал. Эйла покосилась на него и начала неспешно, но все громче и громче аплодировать. «Поэт» слегка угрюмо покосился на нее, не понимая радости напарницы.

– О! А хотите я покажу вам это кино!? – обрадованный овациями продолжил удивлять Эрл.

Не видя возражений, он пропал на время за ширмой, а позже принес небольшой кубической формы предмет и положил его на середину стола. Над поверхностью прямо в воздухе нарисовалась 3-мерная проекция. Эрл, управляя через обруч, активировал проигрывание. На «экране» появилось изображение женского лица с темными вьющимися волосами и глубоко-посаженными широкими немного грустными глазами. Антон обратил внимание, что запись как будто делалась в кокпите боевой машины. Сверху левее появилось еще одно изображение на которой он узнал Карлсона, командира наемников. Все действо длилось не долго, но по окончанию наступила тишина.

– Ну, как вам кино? – нарушил ее Эрл.

Антон, потупив взор, смотрел на бокал, делая вид, что вопрос не к нему. Зато «Эстрада» словно ожила и приободрилась.

– Упасть-не-встать! То есть ты хочешь сказать, что это «фейк»!? … Обалдеть! Я реально поверила! … Даже кокпит! Это ж «Голиаф»! Кабина 2-го пилота! … А у того – это «Горгона»! … Тони, что ты надулся и молчишь!?

Эйла пнула напарника в плечо, чтоб расшевелить его.

– Ваш… Наш… Брод мог очень сильно облажаться с изображением Карлсона… Я, например, теперь вижу, что это сэмпл с нашей базы данных… Ему повезло, что наемники «Зова» крайне редко меняют привычки. И эта бородка и стрижка у «Локи» … Поменяй он ее тогда и вся ваша затея накрылась бы медным тазом… Ну, а стилистика речи… Ну, че… Ну, браво… Тонко уловил… Я прям поверил, что говорит реальный Карлсон. Тем более, что имел опыт общения с ним – спокойно проговорил Антон.

– Ну, наконец-то ты поверил! Тулулу помогала нам весь тот длинный день от самого поединка – добавил Эрл.

Он отпил немного из бокала и продолжил:

– Я, конечно, сильно рисковал. Весь груз переговоров возложили на меня, ну, и на эту систему локации и таргетирования у наемников, что так удачно и к месту была взломана.

– То есть, вы взломали БИС и вызвали командира «Зова» на дуэль!? Ха! То же мне рыцари! – неожиданно перебила его «Эстрада», которая начала проявлять к повествованию куда больший интерес, чем ее напарник.

Эйли на последних словах глянула на ту строго и вмешалась:

– Это не ради рыцарства или чести. Нам нужно было выиграть время, чтоб рассредоточиться и встретить наемников, как подобает. Заодно Эрл убедил Тулулу, что у нее будет время отключить ПВО для пролета «Гекторов».

– С «Гекторами»       вы, определенно, перестарались… Достаточно было лишь убрать «Горгону» и все! – с умным видом заключил Антон.

Эйли посмотрела на него и слегка улыбнулась.

– Это тебе сейчас так легко рассуждать. А у нас ситуация аховая. Армии почти нету. Наемники наступают по всем фронтам… Еще и Брод в плен попал к «Вестникам».

На последней фразе Антон напрягся, будто думая над чем-то.

– Спасибо, что напомнила. Трупы Хугина и Мунина не найдены. С «Токуши» рвут и мечут, и просят нашу бравую капитаншу Ивьерру Викенз поспособствовать розыску пропавших «Вестников». В «Горгоне» их не было, а вы утверждали, что посадили всех на нее и отправили в космопорт… Кто-то врет!

– Все так и было, Антон… Хорошо, что ты сейчас нам сказал. Мы были уверены, что те успели улететь на «Токуши», как и Агла «Буря» из «Альв».

– А я смотрю, Эл, ты в курсе всех наемников и их подразделений. Весьма похвально – удивленно сказал Антон.

– Не льсти мне. Приняв управление силами обороны, я первым делом собрала всю информацию о противнике. Благо БИС была мне в помощь… Да, и как по-другому. Чтоб понять сильные и слабые стороны врага, нужно его как следует изучить. Не согласен? … Ну, и не забывай, они ударили по нам сразу с 4-х направлений… И пригород Нектауна оказался по итогу самым ключевым.

– Ну, ты молодец! Достойная дочь Густава! … И это не лесть, а комплемент, Эл – парировал Антон.

Эйли же вместо ответа отвела глаза в сторону и посмотрела на фиолетовый «закат» в распахнутых настежь дверях ангара.

– Не, Антон, я бы облажалась. Пригород убедил нас держать ваш Брод… Но к сожалению, убедил он тогда не меня, а половину моего окружения, чем вынудил пересмотреть планы.

– А что за пригород? Такой же красивый и современный как и Топ-Сити? Надо бы слетать туда, а, Тони? – вмешалась «Эстрада», – А то мы дальше останков «Горгоны» еще не выбирались.

– Не надо вам туда пока. Там еще не всех павших похоронили. Да, и на главном тракте вдоль пригорода сильная вонь … Дроны до сих пор разгребают и идентифицируют… Там более 2-х тысяч мирных. Женщины дети, старики в основном.

Эйли замолчала и потупила взор. Зато вмешался Боло, который, видимо, решив какие-то свои дела, внимал повествованию.

– По поводу этого злодейства учиненного «Зовом». Мы б хотели инициировать расследование по линии Лиги – аккуратно, но уверенно начал он.

Услышав это, «Поэт» и «Эстрада» переглянулись, но быстро сообразили, что ответить.

– Если ты про ту колонну мирных, что Эл упомянула, то шансов нет. В «Зове» не глупцы, и они наверняка перестраховались, убедив вас выйти с оружием на транспорте, включая военном. Так? – начал было Антон.

Боло в ответ лишь кивнул головой, но уже понял, к чему тот клонил.

– Сожалеем, но не сможем ничем помочь. Эти наемники, не ангелы, мы это знаем. Война их ремесло. И кодекс чести у них своеобразный. Вы этого не учли – попыталась немного успокоить «Эстрада».

– Да, не учли, но какой был выход, когда большая часть населения потеряла веру в благоприятный исход войны и запросила возможность покинуть планету – грустно сказала Эйли.

– Бабушка Кси сгорела там – очень грустно и чуть слышно проговорила Кристал.

По ее щекам покатились маленькие слезинки. Она ловко и незаметно смахнула их и сделала вид, что ничего не было.

– И все-таки зря вы «Гекторы» ввели в дело. Ведь убедили же Тулулу ударить с «Груффало» по «Горгоне» – попытался сместить акценты Антон.

Эрл и Эйли с ухмылкой переглянулись, но ничего не сказали.

– Да ладно! Или я что-то опять не понял с этим вашим «дружественным огнем», а!? – возмутился Антон.

– Ну, Тулулу, конечно, помогала нам, хоть и не бесплатно – начал было Эрл, косясь на Боло, который теперь следил за разговором, но особо не влезал.

– Ну, не бесплатно, это мягко сказано! – не выдержал тот, – Думаю, теперь госпожа Тулулу ни в чем себе не будет отказывать!

На этой фразе все заулыбались, подумав каждый о своем.

– Да, ее помощь обошлась недешево. Но! … Антон, мы не просили ее ударять по своим! – с серьезным видом выдал Эрл, глядя прямо в глаза «Поэту».

И снова наступила тишина, которую сам Антон и нарушил:

– Что ж, значит выходит это ее личная инициатива! Думаю, если принять во внимание то, что она поверила в ваше кино, тогда это похоже на месть.

Он замолчал буквально на секунду и добавил:

– М-да… Прошу прощения, что сразу не поверил. История, так история.

«Эстрада» демонстративно приобняла Антона за плечи и сказала:

– Не переживай, Тони. Просто научись верить людям… Кстати, от нашей стальной леди капитана Ивьерры Викенз тоже есть один вопрос.

Парпландцы переглянулись между собой, но ничего не сказали, ожидая самого вопроса. Эйла обвела всех глазами. Немного остановила взгляд на Боло и спросила:

– Каким образом «Ковчег» смог проникнуть к вам на Парпланд в обход космопорта? Наш бравый капитан утверждает, что ГЛТ-спутник ничего не заметил, однако есть данные разведки вашего противника, которые свидетельствуют об обратном.

Она замолчала, ожидая хоть какую-то реакцию, но наступила тишина. Эрл и Эйли словно в рот воды набрали и косились на Боло, как бы молча спрашивая у него некоего разрешения.

– А почему ваш капитан не спустится к нам на шаттле? Сел бы за общий стол, может и вопросы решились бы быстрее, а?

Спросив, Боло прищурил левый глаз и посмотрел на «Эстраду». Та сделала вид, что совсем не замечает этого, либо то, что пристальные взгляды на себя воспринимала как само собой разумеющееся.

– Ни капитан, ни кто-то из экипажа покинуть корабль не может по причине того, что кроме нашего «Экскалибура» на орбите присутствует крейсер Альянса и военно-транспортный корабль наемников… Резолюция по Конвенции будет принята на общем заседании на палубе крейсера Звездного Патруля, которое состоится днями позже, когда будут решены вопросы с пропавшими без вести – вмешался и пояснил Антон.

– Ты о пропавших «вестниках» из «Зова»? – уточнил Эрл.

– Да, именно… Наемники без них не улетят. Живые или мертвые они им нужны. Это их кодекс чести – уточнил Антон.

Со стороны локалов началось презрительное гудение, которое прервал Боло.

– Эти упыри, если живы, сами сюда придут. Идти им больше некуда. Нектаун и его пригород превращены в развалины. Там жизни нет. И они это прекрасно знают.

– Возможно они нуждаются в медицинской помощи. Выжить после удара «огненным дождем» без последствий для здоровья маловероятно – вмешался Антон.

Боло ухмыльнулся, но чуть подумав, сказал:

– Эйли, мы можем выделить группу на поиски пропавших. От старой фабрики до пригорода Нектауна?

Та помолчала немного, обдумывая что и как сказать, и ответила:

– Можем, но пусть «Сапсаны» прикроют нас с воздуха. От этих «вестников» можно ожидать чего угодно, только не сдачи в плен.

– Ну, а тот раз вы их как пленили-то? – неожиданно вмешалась «Эстрада».

– Взяли в бессознательном состоянии во время боя – тут ответил ей Эрл.

Антон и Эйла снова посмотрели на него недоверчиво.

– Что? Опять не верите? … Меня там не было. Передаю со слов Нормана и Фернана. Это был их участок обороны… Заманили в ловушку трофейным «Сегуном». Вмазали инфразвуком почти в упор. Их «Нодачи» влетел в стену и переломал себе ноги. Потом пехота забросала его ЭМИ-гранатами… Видимо, что-то сломалось в системе автоматического катапультирования. Обе капсулы, как бы, выскочили из пазов, но никуда не отстрелились. Так мы их сразу и взяли.

– И что? Они сдались без сопротивления? – уточнил Антон, продолжая морщить лицо в неверии.

– Оба были без сознания. Уши и глаза в крови. Думали, хана, но вкололи интенсив, очухались быстро – спокойно пояснил Эрл.

Снова наступила тишина, которую прервала «Эстрада».

– Так, что там с «Ковчегом»? Может поделитесь секретом?

– Большого секрета тут нет – начал Боло – Мы еще перед подготовкой экспедиции на Парпланд сделали свои расчеты. Самая прореженная и менее опасная часть атмосферы у планеты со стороны хвоста даже с учетом его длины в десятки тысяч километров. Вот оттуда и заходили на посадку, в отличие от преторианцев, которые до нас пытались «оседлать» ее в лоб… Ну, и корабль лучше примитивной формы и побольше. Так он менее подвержен…

Однако он не договорил. В нейро-эфире прозвучала тревога, поднятая кем-то из местных. Со стороны сломанного «Груффало» были атакованы ремонтные дроны.

«Вестники»

– Опаньки! Хуги, «Груффик» на месте! Охраны нету! Только несколько тех-дронов, что-то ремонтируют!

Голос принадлежал серовласому серобородому коротышу-крепышу.

Их было двое. Оба, пользуясь уже разбитой технической дверью, проникли на территорию космопорта и сейчас сидя за горой мусора наблюдали за работами у большой боевой машины.

– Я смотрю, они даже не удосужились поворот башни поменять, чтоб отойти на дозарядку – прокомментировал второй.

Ему на глаза попала огромная клешня-лапа машины, у основания которой дымился остов какого-то боевого робота.

– Едрить-колотить, Муни! Да это же «Снайпер» Ирмы! Упасть-не-встать! … Подтолкни меня выше, а то ноги онемели почти не чувствую.

Тот, которого звали Мунин, подставил плечо напарнику и чуть подтолкнул его. Оба коротыша были ранены и ноги того, кого звали Хугин, были зафиксированы полимерными шинами. То, как он ими двигал, говорило о том, что обе его ступни были с переломами. Повреждено было также колено и локоть. Второй с именем Мунин, выглядел более здоровым. Полимерные фиксаторы покрывали его левую руку до самой кисти. Оба перемещались крайне неуклюже, однако для еще более нерасторопных тех-дронов представляли серьезную опасность, будучи вооружены и почти незаметны в своих грязных кое-где пропаленных темно-серых комбинезонах. Две вспышки бластера смели двух дронов-ремонтников почти одновременно. Мунин скатился с горы мусора и обломков зданий кубарем, не совладав с равновесием. С диким рычанием от боли следом за ним съехал его напарник с больными ногами.

– Муни, Хель тебя бери! Меня почему бросил!? – ревел он на него.

Тот повернулся к нему, чтоб помочь, как из жерла «Груффало» показалась фигура в темно-синем костюме локалов и тут же снова спряталась. До черноты входа оставалось всего 4 метра, как дверь закрылась прямо перед носом «вестников».

– Вот гад! Там внутри еще один был! – взвыл от досады Хугин.

– Быть того не может! Мы с тобой 2 часа пролежали на куче, наблюдая за движениями! – не согласился Мунин.

На какой-то момент наступила тишина. Огромная машина не проявляла признаков жизни. Ее «брюхо» все так же было «припарковано» к площадке.

– Ха! Да он не умеет управлять им! Помоги мне подойти к двери!

Сказав это, Хугин облокотился на Мунина и потихоньку ковыляя добрел с ним вместе до входа и, прислонившись к броне, активировал аварийный код открытия. Дверь тут же открылась обнажив свое темное нутро.

– Ну, вот и все! Выходи, дурень, иначе мы тебе кишки выпустим! – крикнул он что было силы.

Однако ответа не последовало. Тогда оба «вестника», прислонившись к стенкам слева и справа, выставили вперед свои бластеры и неспеша двинулись к лифту и аварийной лестнице. Внутри было тихо и темно. Из нутра шел заметно разбавленный но чувствующийся запах гари и оплавленных метало-волокн.

– Что за запах! Они тут что, перестрелку устроили!? … Теперь ясно, почему «груффик» как неживой. Видимо, кокпит поврежден… Муни, давай в ангар. Он ближе.

Лифт не работал, но используя поворот в коридоре оба «вестника» вышли в ангарное помещение. Было пусто и тускло. Путь освещали только блеклые красные аварийные огни вдоль прохода.

– Как все запущено! Капец! – вырвалось у Мунина.

Откуда-то с другого конца ангара послышался возглас:

– Вы «вестники»!?

Оба коротыша выстрелили одновременно в сторону звука. Оба попали во вскрытый и вывернутый контейнер, пробив и оплавив в нем металлическую лицевую плоскость.

– Да, не стреляйте вы! Война окончена! Вас ищут ваши с «Зова»!

– А ты кто такой? – спросил его Хугин.

– Я из технической бригады сил обороны Парпланда. Пытаюсь починить этот агрегат. Кто-то из ваших испортил тут все внутри перед тем, как сбежать.

Хугин и Мунин, кряхтя и постанывая, неспешно приближались к источнику звука с двух сторон.

– Я уже послал сигнал Патрулям, что вы тут. Они сейчас придут!

На этой фразе Мунин и Хугин замерли, как по команде.

– Патруль!? Звездный Патруль!? Они уже тут!?

В ответ на эти слова где-то снаружи раздался очень громкий и четкий голос через усилитель.

– Говорит Антон Коприн, командир отряда «Вихрь», Звездный Патруль! Война окончена! Немедленно выходите! Повторяю…

– Не надо повторять! – взревел Хугин, не желая еще раз слушать этот раскатистый голос, прошибающий броню машины и добивающий до самых отдаленных нервных окончаний головного мозга.

Однако тот, кого звали Антон, не слыша ответных воплей, повторил свой приказ еще раз. Спустя некоторое время Хугин и Мунин с кряхтением и стонами добрели к выходу и сморщились от боли. Резкий яркий свет ударил прямо им в лицо у самого выхода. На другом краю площадки в 20 метрах с мерным гулом в воздухе висел космолет с включенными яркими прожекторами.

– Ну, точно. Узнаю Звездный Патруль. Эти всегда орут, будто все кругом глухие.

Мунин помог напарнику выйти и направиться к источнику света.

– Да, выруби ж ты фонари! – заорал Мунин.

Освещение тут же поубавилось, и перед их взором предстал «файтер» класса «Сапсан». Чуть в стороне от него сложив руки за спину в серебристом комбинезоне стоял высокий лысоватый гладко выбритый мужик лет 40-45. На бедре висела кобура с бластером.

– «Какой самоуверенный! Даже бластер не достал!»

– «Думаешь, успеем срезать? А потом его птичка от нас мокрого места не оставит».

Оба «вестника» обменялись мыслями через свои обручи, неспешно приближаясь к Патрулю.

– Хугин и Мунин? «Вестники»? – спросил Антон.

– Ну, допустим! – ответили оба.

– «Токуши» на орбите ждет вас.

– Так мы что, не пленники?

Вместо ответа тот из Патруля просто улыбнулся. Хугин же повернул голову назад и взглянул на «груффика».

– Нам надо забрать свое, командир! Без этого не улетим! – уверенно сказал Хугин.

– Тут, боюсь, помочь не смогу.

На этих словах Антон повернул голову и показал рукой.

– Вон там штаб локалов. Хотите отведу вас. Сами договаривайтесь. Только оружие придется сдать мне.

– А, ну ясно. Патруль же теперь у нас за сепаратистов! А то ж я забыл совсем! – пробурчал Хугин вместо ответа.

Улыбка сошла с лица Антона. Он слегка положил правую ладонь на кобуру и ответил:

– Звездный Патруль, нейтральная организация. Окончательной резолюции по планете еще нету. Мы сотрудничаем с теми силами, кто способен представлять Парпланд. Преторианский Альянс сбежал отсюда, как собственно и ваши бойцы.

Антон закончил речь, похлопал ладонью по кобуре и добавил:

– Хочу, чтоб вы кое-что уяснили. Если оба погибните при перестрелке или умрете от своих ран тут, на площадке. Ваши на орбите получат наши искренние соболезнования.

Договорив Антон снова улыбнулся.

– Ага! Поняли мы! Не тупые! … Хотя бы корабль наш вернуть мы имеем права или нам с прыжка в «колодец» нырять? – пробурчал Хугин.

– «Гунгнир», это ваше судно? – задал встречный вопрос Антон.

Из-за спины чуть запыхавшись вышла очень красивая белокурая женщина в таком же серебристом комбинезоне и внимательно осмотрела «вестников».

– Антон, это те самые «Вестники Одина»? – спросила она, глядя на гостей.

– А ты, красотуля, не стесняйся. Спроси нас самих. Мы ж не кусаемся – чуть улыбаясь пробурчал Мунин.

– Ага. Те самые. Только вид жалкий! – парировал Антон.

На этих словах оба «вестника» выровнялись как по стойке смирно и гордо посмотрели в сторону Патрулей.

– Пригрело бы тебя «огненным дождем», мы б посмотрели, герой, едрить-колотить! – выдали оба.

– А кто по вам стрелял, знаете? – спросил Антон.

– Догадываемся. Но уж точно не эти аборигены – процедил сквозь зубы Хугин.

– Тулулу? – неожиданно произнесла блондинка и эффектно улыбнулась.

Чуть помедлив и насладившись реакцией она добавила:

– О, так это тот самый «дружественный огонь», что нам ребята рассказали.

Хугин и Мунин так и замерли, открыв рты и не зная, что сказать. Зрелище было жалкое. Оба израненных кое-как добревших до космопорта два лучших наемника «Зова» выглядели сейчас хуже тех самых измотанных боями аборигенов, проведших не один день под обстрелами и бомбежками. Неизвестно сколько бы еще длилось обоюдное молчание, если бы тишину не нарушил сам Антон:

– Ах-да. «Гунгнир» … Ну, так его нет. Ваша Тулулу и забрала, сказав, что вы погибли.

– Вот, тварь черномазая, кобыла бешенная! – прошипел Мунин.

– Что за бред!? «Гунгнир» защищенный корабль! Это лысая не в жизнь не взломала бы! – огрызнулся Хугин.

– Ну, значит смогла. Или защита была не на столько хороша. Согласны? – улыбнулся на их выпад Антон.

– Если вам нужно подтверждение наших слов, их есть для вас у меня – весело пролепетала белокурая напарница.

Прямо под висевшим все это время «Сапсаном» запустилась 3-мерная проекция записи переговоров «Гунгнира» и капитана звездного крейсера. Посмотрев небольшой отрывок, где Тулулу берет на себя роль главной на судне, оба «вестника» ничего не сказали, но неспеша побрели за Патрулями в сторону взлетки.

Клуб по интересам

В кают-компании «Экскалибура» было светло и прибрано. У входа в сам отсек стояла охрана, представлявшая собой весьма «пестрое» сборище. Один в черном был из преторианской гвардии. Эмблема на груди в виде ракеты с надписью «Шафрат» говорила о том, что этот из экипажа одноименного крейсера Альянса. У противоположной стены от входа стоял лысый мужчина с недельной щетиной на уставшем лице и очень добрыми голубыми глазами. Темно-синий костюм с красными нашивками выдавал в нем командира боевого подразделения местных сил обороны Парпланда. Он искоса посматривал на представителя Альянса, который не удосужился даже снять шлем, оставаясь полностью закрытым для какого-либо стороннего контакта. Последним персонажем этого сообщества был короткостриженый парень крупного телосложения в серебристом костюме Звездного Патруля. Все трое молчали, зато было жарко за дверью в самой кают-компании. Дрон класса «Хронолог» вел запись того, что тут происходило прямо на ГЛТ-спутник.

– И так я, Ивьерра Викенз, капитан звездного крейсера «Экскалибур», войдя в космическое пространство звезды Альфа Гастергауза и получив данные с ГЛТ-спутника, зафиксировала грубое нарушение Конвенции по орбитальной безопасности. По классификации оно подпадает под 1-ый класс с неприятными для всех вас последствиями.

Ив стояла у стола со стороны холо-проектора, на котором проигрывались записи о той самой ситуации, вынудившей Патруль вмешаться. Справа и слева от нее за столом сидели Антон и Эйла. Нормы Конвенции обязывали принимать любые решения только при одобрении так называемой офицерской «тройки». Слова Ивьерры заставили сидевшего в черном костюме мужчину с ровной постриженной бородкой и подведенными глазами поежиться и слегка скривить «физиономию», выражая таким образом свое явное несогласие.

– Это был всего лишь досадный инцидент, который к вашему прилету был фактически под нашим полным контролем – как можно более спокойно и четко произнес преторианский капитан Арсалан.

Сидевший по другую сторону стола рыжеволосый уже немолодой человек в темно-синем костюме с рыжей бородой и копной таких же рыжих волос с прищуром посмотрел на собеседника, но ничего не сказал. Ив так же спокойно повернулась в сторону говорившего и произнесла:

– Арсалан Кхан, позвольте вам на пальцах объяснить суть Конвенции и особенности данного нарушения.

Дрон «Хронолог», будучи каплевидным по форме но не более 40-ка сантиметров в длину, переместился ближе к Ив. Для левитации по воздуху этот весьма легкий аппарат использовал магнитные отражатели, как бы отталкиваюсь от стен, потолка и пола каюты и таким образом перемещаясь в закрытом пространстве корабля. Вместо лицевой пластины у него было что-то на подобии объемного зеркала, где каждый желающий мог увидеть то, что записывает дрон, и как это выглядит со стороны.

– Нарушение орбитальной безопасности 1-ого класса согласно Конвенции Бодента, подразумевает: 1-е – наличие обитаемой планеты. В нашем случае это Парпланд. 2-е – инцидент в непосредственной близости от гравитационной силы притяжения или в верхних слоях атмосферы. Тут мы имеем бой, произошедший в колодце вылета непосредственно над обитаемым космопортом планеты. 3-е – повлекший за собой крупные разрушения и человеческие жертвы. Падение «Гулливера» и катастрофические разрушения на поверхности с множественными жертвами… Попадание по всем 3-м пунктам… Или вы с чем-то несогласны?

Арсалан поежился от этих слов, но решил снова попытаться возразить. Тем более, что и шанс такой ему дали.

– Альянс объявил карантин в системе Альфа Гастергауза еще 3 месячных цикла тому назад. Мы проводили военную операцию по принуждению к миру. Однако именно вмешательство со стороны Звездного Патруля позволило возникнуть подобной ситуации!

Ив пристально посмотрела на него. «Хронолог» снова описал полукруг в просторной кают-компании и направил свой «объектив» прямо на говорившего Арсалана. Тот рефлексивно поежился и сбавил эмоциональный накал.

– Если вы сможете доказать вмешательство Патруля, это несомненно может повлиять на окончательное решение.

– У вас на проекции – приободрившись сказал Арсалан.

Внимание аудитории приковалось к «экрану» у стены справа от стоявшей Ивьерры. Некто из наемного подразделения с позывным «Джаггер» вступил в переговоры с неизвестным, управлявшим космолетом класса «Ласточка». После недолгой «словесной» перепалки тот атаковал машину наемника и уничтожил ее. Не успела Ив прокомментировать, как последовал второй фрагмент, где «файтеру» чудом удается избежать поражения, буквально из-под носа робота «Ниндзя» уведя поврежденную машину. На этом фрагменты закончились, и Ив, наконец, смогла прокомментировать, пустив на «экран» выписку из официального протокола, признававшего офицера патруля по имени Бродерик Новен пропавшим без вести.

– И если Арслан посмотрит дату протокола о пропаже офицера, то заметит, что объявлен он был в розыск до того, как вмешался в события на Парпланде… И еще я напоминаю вам о нашем последнем контакте, где вы повели себя весьма негостеприимно к нам и отказали в помощи при розыске пропавшего пилота… И тут я хочу задать вопрос к главе сил сопротивления планеты. Боло О-Хара, вы знали, что офицеры Патруля под присягой, и не могут участвовать ни на чьей из сторон планетарного конфликта?

Боло потупил взор, не зная, что ответить. «Хронолог» тем временем снова облетел каюту и завис прямо на против лица того.

– Да, я слыхал об этом, но в сложившейся ситуации все равно попытался вовлечь его. Мы надавили. Так что всецело сознаю и нисколько не преуменьшаю свою вину в этом.

Ив строго посмотрела на него и тут же выдала:

– Не пытайтесь брать всё на себя. Это и глупо и не в ваших интересах. Присяга весьма четкая и однозначная. Единственная признаваемая уважительная причина, это близкие родственные связи, но, на сколько мне известно, Бродерик Новен не имеет родственников на Парпланде.

Боло приподнял голову и посмотрел Ив в глаза.

– Это не так.

«Хронолог» выписал изящную дугу чтобы запечатлеть реакцию присутствующих. Ив удивленно посмотрела на него. Арсалан, даже будучи больше погруженным в себя, тоже среагировал, покосив взгляд.

– А поподробнее – сказала Ив.

– Ну… Они не успели официально пожениться с ГЛТ-регистрацией из-за военных действий.

В комнате раздался смех Арсалана. Боло же снова потупил взор.

– А что! Это удобно! Прилетает такой беглый из Патруля, вступается за сепаратистов, а потом думает «Хм… Как бы мне наказания избежать. А не вступить ли в брак с местной красоткой» – выдал преторианец.

Ив строго глянула на него и тут же спокойно объяснила:

– Арсалан, на подобную глупость действительно можно было пойти от безысходности, и даже преценденты были… И некоторым подобное удавалось, но…

Ив сделала многозначительную паузу, чтоб привлечь внимание Боло в первую очередь, и продолжила:

– Нет официальной регистрации через ГЛТ – нету и родства! «Не успели из-за войны» – это скорее аргумент против нарушившего присягу, который лишь подчеркивает желание уйти от ответственности за содеянное!

Она замолчала, глядя на реакцию собеседников. Убедившись, что никто из них более не хочет обсуждать измену присяге беглого офицера, продолжила:

– И так, нарушение Конвенции со стороны законной власти Парпланда более обсуждению не подлежит. Таким образом я оставлю трактовку события, как орбитальный инцидент 1-го класса, без изменений.

На этих словах Арсалан снова задергался и выдавил:

– Кто-то снабжал их современным оружием извне! Организовывал поставки!

Ив повернулась в его сторону и спокойно сказала:

– А, вот, это уже вопрос к вам и вашему руководству. Орбита, якобы, под надзором, а кто-то спокойно завозит одной из сторон оружие. Этим заявлением вы только лишь подтверждаете неспособность контролировать ситуацию.

– И что, по-вашему, мог сделать флот Альянса, чтоб не допустить подобного!? … Даже ГЛТ-спутник ничего не заметил!

Ив повернула голову в его сторону и ответила:

– По-нашему вам надлежало найти компромисс с вашим оппонентом, а не доводить ситуацию до конфликта. Откройте Устав Колоний, который мы настоятельно предписываем изучить каждому правительству. Более половины всех планетарных конфликтов рано или поздно переходят в орбитальную фазу, что автоматически подпадает под Конвенцию.

Закончив фразу, она повернула голову в сторону Боло и добавила:

– Вас это тоже касается. Использование орбитального оружия, коими являются «Гекторы», само по себе чревато последствиями.

Ив смотрела на собеседников с нескрываемым презрением. В ее глазах оба представителя были виновны в том, что произошло и на обоих лежали смерти сотен людей. Боло и Арсалан пытались еще какое-то время спорить и аргументировать, но капитан «Экскалибура» была непреклонна. «Ну, папа, а теперь все как ты хотел».

– А теперь тихо всем! – громко сказала она.

– Пользуясь правом, данным мне Конвенцией, я выношу на голосование тройки следующую резолюцию:

1. Признать виновными в конфликте обе стороны.

2. Создать КСП на орбите для предотвращения подобных инцидентов.

3. Оставить юридическое право владения колонией за Преторианским Альянсом, но только лишь потому, что система является неотъемлемой частью Рукава Персея.

5. Доверить право добычи кристаллида Преторианскому Альянсу, а межзвездную охрану – Патрулю, и тем самым гарантировать безопасность логистики столь важного и нужного всем ресурса. Доли в доходах оставить равные.

4. Всем сторонам конфликта предписываю прекратить любые военные действия по отношению друг к другу.

5. Любые внешние силы будь то дополнительные воинские контингенты или силы наемников на Парпланде объявляются вне закона.

6. В качестве примирения обеих сторон, планета Парпланд наделяется правом ограниченной автономией с самоуправлением для жителей и приезжих, но в составе Преторианского Альянса. Все пленные должны быть амнистированы и отпущены с обеих сторон. Пусть дальнейшие выборы решат, кого во главе себя хотят иметь местные и по чьим законам жить. Все ресурсы планеты, кроме кристаллида, оставляются им на развитие.

Она сделала паузу и осмотрела присутствующих. Арсалан был рад и даже не скрывал этого. Боло же был напротив сильно подавлен. Он о чем-то думал и даже не поднимал лица, глядя куда-то в пол под собой. Антон слегка возмутился столь резким «наездом» Ив и решил прокомментировать:

– Капитан Ив, при всем уважении, я покопался в истории конфликта. Местные во главе с Боло О-Хара имели декларацию независимости, подписанную его отцом с Преторианским Альянсом. Все, что в ней оговаривалось, это совместное освоение месторождений парпурита с выкупом добытого по оговоренной цене… И всё… Планета отдана во владение местным самим Преторианским Альянсом. Информация открытая. Вы так же можете с ней ознакомиться.

Эйла, делая вид, что ей все это не сильно интересно, глянула на напарника и снисходительно улыбнулась, мол, понимаю, любовь нашел и теперь обеими руками буду «топить» за местных. Зато на это замечание отреагировал Арсалан.

– Без сомнений такой договор был составлен. И он неукоснительно соблюдался до тех пор, пока трагически не погиб человек, его подписавший.

На этих словах Боло дернулся, как ужаленный, и поднял взор на говорившего.

– Ложь! Это было убийство с вашей стороны! Мой отец погиб, как только вы поняли, что он не откажется вернуть вам планету после открытия месторождений кристаллида!

Арсалан ехидно улыбнулся и возразил:

– Это был несчастный случай. Доказательств, что это убийство нет и не найдено. Так что прекратите ныть.

На этот раз снова вмешался Антон, который отвлёкся на проекцию, загружая туда что-то через свой обруч

– Вот еще один договор о вступлении в Лигу Свободных Колоний, который заключил Парпланд, будучи еще независимым от Альянса… Договор этот между коммуной и Терра-Новой, в то время как преторианцы заключили договор непосредственно с тогдашним руководителем колонии. На мой взгляд это лукавство со стороны Преторианского Альянса, чтоб всегда иметь возможность «соскочить» ведь все мы смертные, так или иначе.

Арсалан грозно глянул на Антона и выпалил:

– Вы хотите в чем-то обвинить руководство Альянса в лице его светлейшего Грос-Хана!?

– О, нет! Что вы, уважаемый Арсалан! Но у меня на памяти инцидент с Найромой! … Напомнить вам или вы сами!?

Лицо преторианца побагровела от злобы.

– Извольте объясниться!

Антон встал и подошел к проекции.

– Все под копирку. Альянс заключает договор с главой колонистов, но не с коммуной, которая вполне себе получила регистрат и даже вступила в ЛСК. И, о несчастье, глава колонии умирает от какой-то тропической лихорадки.

– Там еще несколько тысяч умерло от нее! И что!? – тут же перебил его Арсалан.

– Конечно, конечно… Все верно. А еще на планете неожиданно оказалась возможным собирать по урожаю каждые две недели. Все растет, как на дрожжах. Палку воткни, завтра на ней плоды срывать можно… И с местной флорой и фауной колонисты справились, и даже тропическую заразу одолели, хоть и не без потерь… Только Альянс вдруг решает резко разорвать договор вместо того, чтоб продлить его с новым лидером, ну, или заключить его нормально с коммуной, как все.

Арсалан неожиданно сменил гнев на улыбку и спокойно пояснил:

– Все верно. Но ведь Найрома имеет свою независимость, и мы этому совершенно не препятствуем, как видите. Так что пример, при всем уважении, скорее подтверждает наше великодушие и дружелюбие… Ну, и после гибели их главы, мы лишь только хотели навести порядок и помочь местным с решением проблем, поделиться опытом управления… Поэтому и договор не перезаключали.

Теперь настала очередь Антона улыбаться:

– Все так, но уходить-то вы после решения проблем не собирались. Пока местные не организовали устойчивое сопротивление… Они вам жизни не давали. Все рейды оканчивались оглушительными разгромами и десятками убитых и раненых… Да и сама Найрома кроме, как «биофармой», больше ничем не привлекала… Вот, и бросили вы ее, как надоевшую игрушку, которая начала приносить больше проблем, чем дохода.

Неожиданно в словесную перепалку вмешалась Ив.

– Так! Довольно нам экскурса в историю! … 10 минут на обсуждение вышло. Предлагаю голосовать.

Ив покосилась на Эйлу. Та в ответ спокойно подняла руку, мол, согласна на все, продолжая при этом смотреть куда-то в потолок.

– Ты, Антон, я так понимаю, против резолюции. Твое право. Итого: 2 голоса – «за» и один – «против» … Принята большинством!

Разочарование и надежда

Погода стояла теплая. Вечные сумерки Парпланда предавали некую таинственность этому окончанию дня. За столом на небольшой смотровой площадке на горе сидели люди и что-то бурно обсуждали. У края возле самых перил стояли две невысокого роста женские фигуры в темно-синих комбинезонах локальных сил обороны и любовались видом на комплекс по переработке кристаллида, где совсем недавно шли бои. Теперь же все выглядело так, что ничего этого и не было.

– Не могу поверить, что теперь это все уже не наше – сказала та, что была помоложе со светлыми волосами и красивыми и чуть грустными васильковыми глазами, глядя на комплекс у подножия.

– Никто не может. Идея привлечь Патруль оказалась так себе… Но и выбора у нас уже по сути не оставалось – с грустью поддержала вторая постарше с убранными в хвостик прямыми и светлыми волосами.

– Эйли, ты как думаешь, он действительно сбежал? Считаешь, что Антон прав?

Та, которую звали Эйли, повернула голову и посмотрела прямо на вопрошавшую. Она развернулась спиной к перилам и уперлась локтями в них, скрестив ноги. Ее лицо в свете мягких белых фонарей подсветки озарилось улыбкой.

– Нет, конечно! Сама подумай, стал бы он нам помогать, если бы хотел просто сбежать? Ему ж давали возможность связаться со своими и улететь… Антон, конечно, опытный офицер, я его знаю очень давно. Он сильно изменился. И раньше я замечала за ним некую меркантильность, желание получить больше, но теперь к этому добавилась скрытность. Много чего он недоговаривает. Еще больше утаивает… Я считаю, что ему нельзя верить до конца. Вот и всё.

Собеседница поправила прядь, убрала волосы с лица и так же повернулась к сторону посиделок, уперевшись спиной в ограничитель.

– Что же случилось? Его нигде нет. Ни среди мертвых, ни среди живых. Патруль тоже не знает, где он. Или знает?

– Крис, я не знаю, что тебе сказать. Просто радуйся тому, что он жив. Рано или поздно, если Брод действительно тебя любит, найдет способ вернуться или хотя бы выйти на связь.

Та, кого звали Кристал, слегка улыбнулась и снова повернулась в сторону холмов. Огни снизу красиво подсвечивали комплекс, возле которого суетились дроны, заканчивая восстановление и наладку оборудования для ввода в эксплуатацию. Тем временем в нескольких метрах у выходы из тоннеля, почти на середине площадки на горе шли нешуточные споры.

– Боло, скажи, как нам жить дальше? Как нам привлекать колонистов? Как развиваться? Кристаллид – это ж главный источник дохода!

Вопросы шли один за одним. Говорившим был Эрл, который пребывал в расстроенных чувствах. Его друг Финч сидел рядом и в основном кивал, соглашаясь с соседом. Боло же молчал, потупив взор, не зная, что ответить. За него отдувался Норман.

– Что-нибудь придумаем, Эрл. Переберемся в Топ-Сити…

– В Топ-Сити? Там сейчас уже разместилась преторианская администрация. Не знаю, как ты, Норм, а, я не смогу вместе с ними жить.

Эрла можно было понять. В пригороде Нектауна под бомбежкой преторианцев погибла вся его семья. Все понимающе посмотрели на него.

– Когда мы прилетели на Парпланд… Хотя «прилетели», это пожалуй слишком громко звучит… Когда мы шмякнулись на этот остров с отказавшими двигателями, имея только боковые тяги. Я подумал, что это все, конец – неожиданно заговорил Боло.

За столом наступила тишина. Историю первых колонистов из присутствующих никто не знал. Потому что все они, кроме О-Хара, были переселенцами последующих «волн».

– Наши расчеты подтвердились отчасти. А вот данные от зонда «Кочевника» – в мусорку. Вы даже не представляете какой ужас объял, какое отчаяние поразило нас в те первые дни, когда стало ясно, что быстро отремонтировать корабль и покинуть планету мы не сможем… Эти жуткие головные боли. Из 250-и прилетевших сюда в первые 2 недели умерло или покончило с собой 67 человек!

– Ты никогда об этом не рассказывал, Боло! – неожиданно вмешалась только что присевшая на свое место Эйли.

Кристал же, наоборот, поняв, про что рассказывает брат, решила удалиться по делам.

– Как же так? Вы же знали, должны были знать от «Кочевника», что на планете вечные сумерки? – неожиданно спросил Норман.

– Нас, Норм, подкупило другое. Альянс щедро кредитовал миссии подобно этой. А «Кочевник» по спектральному и магнитному анализу выявил наличие атмосферы, воды, пригодного грунта и, самое главное, парпурита в больших количествах. Мы сразу же ухватились за это. Тогда вечные сумерки и густая облачность никого не пугали. Да и как могли испугать! Мы были уверены, что летим на планету уже пригодную для жизни. Никакого терраформирования! Никакой зависимости от поставок из-вне! Да и еще парпурит в избытке! Строй фабрику по переработке, продавай и развивайся.

– А как же Альянс? Они же вам ограничили рынок сбыта? – вмешался на этот раз Фернан, сидевший возле Нормана.

– Даже с учетом ограничений, это было выгодно вполне… Это сейчас вы прилетаете на Парпланд и проходите вакцинацию, употребляете местную пищу и напитки. Попробовали бы вы прожить хотя бы неделю без всего этого! … Вы все воспринимаете, как данность, а, между тем, за этим жизни колонистов первой и второй волны.

– Ого! Разве 2-я волна не прилетела на все готовое? – тут же спросила Эйли.

Боло улыбнулся и, прищурив левый глаз, посмотрел на нее.

– Преторианцы перестраховывались и продали квоту на Парпланд не только нам. 2-я партия колонистов прибыла сюда уже через месяц. Они доставили оборудование, много оборудования. У нас появилась призрачная надежда, что все получится. Еще через месяц на наших глазах произошло крушение 3-й волны. Там были в основном семьи, молодые мужчины и женщины, которых подкупили деньгами и будущими благами, совершенно не объяснив им, что пролет через атмосферу чреват проблемами. Они воспользовались «кривыми» официальными расчетами Альянса и поплатились за это. «Луч надежды» был недостаточно крупным для этой миссии. Он развалился на фрагменты. Никто не выжил.

– Стоп. А как следующие за вами колонисты смогли узнать как правильно лететь сквозь атмосферу? – поинтересовался Финч.

– Они учли наш опыт и уже использовали наши расчеты…. А сравнить было с чем. Мы ведь были не первыми. До нас на этой планете пропала не одна экспедиция от самих преторианцев… Это все мой отец Пирс О-Хара. Его группа провела много изысканий на этот счет. Много исследований и расчетов. Детальный анализ данных с «Кочевника». Результатом их работы стала динамо-аксонометрическая функция пролета через разряженный газовый шлейф атмосферы планеты к замеченному зондом участку суши, острову. К сожалению, на то время не совсем точную и спорную ее запатентовали и опубликовали в научной среде, еще до экспедиции О-Хара… Но и Парпланд тоже подбрасывал сюрпризы.

Боло замолк, обдумывая как и что сказать дальше, осматривая присутствующих. Никто его не перебивал. Все ждали продолжения.

– Стоп. А как вы смогли сообщить наверх, что у вас все хорошо, и вы совершили более-менее удачную посадку? – вмешался Норман.

Боло бросил на него взгляд, слегка улыбнулся и, немного помедлив, ответил:

– «Волчок», прибор который мы запатентовали еще до старта экспедиции… Упрощенная версия того большого, что работает в космопорте. Мы смогли его запустить и переслать сообщение на орбитальный исследовательский зонд «Кочевник» … Правда энергии «волчок» сожрал, мама не горюй! … Ну, а зонд уже по цепочке сообщил всем остальным… С тех пор со связью с внешним миром ничего принципиально не изменилось. Только вместо «Кочевника», удобный квантовый ГЛТ-спутник с защитой и конфиденциальностью.

Ответив, Боло снова всех окинул взглядом и продолжил:

– 2-я волна прилетела на «Ковчеге». Капитан был балбес, сделал много ошибок при пролете и грубо утопил корабль, не справившись с гашением скорости… Это потом мы узнали, что посадка была успешной, но в воздушном пузыре под водой возле острова.

– Ясно, откуда возникла идея подводной базы – улыбнулась Эйли.

– Да, первый наш полноценный лагерь колонистов расположился именно в воздушном кармане. Там мы прятались от непогоды… Потом выбирались и обустраивались на острове. Как непогода, снова уходили в карман… Жить там долго тоже не могли. Если на Парпланде был свет хоть и сумеречный, то под воду он почти не проникал, а это еще сильнее вгоняло в депрессию.

Боло опять замолк. Он погладил свою рыжую бороду. Снова прищурил глаза и посмотрел на Кристал, которая принесла еще напитки из пещеры. Однако заметив, что от него ждут продолжения, снова заговорил.

– И вот мы начали неплохо развиваться. Мелкие козы из Гватории прижились и отлично ели местную траву и кустарники … А мы пили козье молоко и ели мясо… Наши женщины родили первых детей. Отец и мать вели всех вперед своим примером. Так появилась моя младшая сестра Кристал. Мы с Верой не отставали.

На последних словах Боло помрачнел. По его щеке покатилась небольшая прозрачная слезинка. Он умолк на малое время, чтоб немного успокоиться.

– У нас с Верой появился Вилиант. Мой сын…. Были дети и у других. Не мало детей… Было… Мы давали им козье молоко и пили его сами… Сами тоже пили его, будь оно не ладно.

Сказав последнюю фразу чуть слышно, Боло потупил взор и замолчал совсем.

– Я маму совсем не помню. Мне всегда казалось, что моя мама это Мирэн, а Кси моя бабушка. И Вили тоже так думал, но он очень быстро догадался, что Мирэн это его тетя, а не мама. Я ж почему-то очень долго ему не верила – громко сказала Кристал, выставляя напитки, чтоб отвлечь всех и дать брату немного успокоиться.

Тот совладал со своими чувствами и продолжил.

– Это была эпидемия неведомой для нас тогда болезни. Та самая вакцинация, что вы проходили в первый месяц пребывания тут, это от нее. Хотя сейчас в этом уже нет нужды. Мы сами во всем виноваты. Мы боялись планеты. Хотя нам никто не угрожал. Страх был вызван депрессией от пребывания тут. Это он порождал фобии… Мы ели только ту пищу, которую привезли с собой. Благо ее было много. Как и воды. Местную мы пить боялись даже после кипячения… Мы не перестроили наш иммунитет для жизни тут. В итоге, когда начали пить козье молоко… Не сразу, конечно, а позже начались болезни. Это было подобно лихорадке. Человека трясет день два, затем он начинает бредить и умирает. За меньше, чем год наше и без того не очень многочисленное население сократилось почти вдвое. Первыми умирали дети. Кристал…

Боло снова посмотрел на свою сестру, ожидая чего-то от нее. Та поймала взгляд брата и тихо удалилась, захватив с собой некоторые пустые бутылки и посуду.

– … Кристал лихорадило 4 дня. Два раза мы ее хоронили, принимая за мертвую и оба раза бабуля Кси нас останавливала. Часть колонистов, решив, что это конец, покинула планету на том самом «Ковчеге». Так мы остались без билета обратно. Спустя месяц умерла моя мать, а затем почти сразу же, жена Вера. Затем ее участь постигла старшего брата Дункана. Еще через месяц умерли Самсон и Теодар. Так уже к началу следующего годичного цикла семья О-Хара сократилась вдвое.

– И как же вы совладали? – спросил Норман.

– Маленькая Крис выжила. Некоторые другие дети тоже выжили. Как мы потом узнали от бабули Кси наши малыши играючи ели местную темно-фиолетовую траву и кору кустарников вместе с козами. Сначала мы думали, что это стало причиной их лихорадки… Козье молоко для нас неподготовленных стало ядом, отравой. А нужно было просто делать, как козы, есть траву. Парпурит, содержащийся в микро-дозах везде, был лекарством. Просто их детским организмам нужно было слегка потрудиться, чтоб побороть болезнь. Мы это слишком поздно осознали.

– А, так вот почему все парпландцы так гордятся своей кухней, а особенно этой «парпуркой»! – неожиданно выразилась Эйли, чтоб чуть скрасить грустную атмосферу посиделок.

Все немного зашумели и засмеялись. Боло также отошел от грустных воспоминаний и повеселел.

– И почему ты только сейчас соизволил вдруг это все рассказать? – спросил Эрл.

– Потому что, те трудности которые мы имеем сейчас, это ничто в сравнении с тем, что было. Мы заново отстроим Нектаун и будем в нем жить. Фабрики парпурита остаются нам и мы сможем продавать его кому сами захотим. Ограничения с нас сняли. Наши алчные соседи из Альянса ничего не видят кроме кристаллида. Что ж пусть забирают его. Мы справимся. Раньше же как-то справлялись.

– Боло, оглянись! Нас осталось сотни 3 от силы! Большая часть из них хочет покинуть Парпланд! Я хочу покинуть планету! Я не вижу будущего!

За столом снова зашумели. На этот раз высказалась Эйли.

– Эрл, я не узнаю тебя. Не ты ли готов был на любые авантюры особенно с этой пленной, хотя все сомневались в успехе и небезосновательно… Что ж ты теперь сдаешься!?

– А какие у нас перспективы!? – возмутился Эрл.

Боло улыбнулся и сощурившись посмотрел в глаза тому.

– У нас отличные перспективы! Никаких больше войн! … Патруль запустит свою КСП на орбиту. Нас ждет большая стройка. Работы хватит всем. Мы привлечем людей, много людей. Предложим им прилететь к нам, как мы это делали раньше. Создадим благоприятную среду… Вспомни, Эрл, как ты оказался тут. Что тебя убедило бросить все и податься на далекую планету… Так сделаем же это снова!

Сны

Кристалл спала плохо уже несколько дней как. Яркие сны ее начали посещать, как только закончились дожди и поменялся ветер. В них к ней приходила бабушка. Вначале было радостно увидеть ее хотя бы во сне такую счастливую и, будто, помолодевшую. Именно такой нестарой почему-то запомнила Кристал бабулю Кси со своего детства. Однако сон с каждым днем превращался в кошмар. Бабушка ругала ее, что та не делает, как она велит и тем самым все усугубляет. Теперь же дошло до того, что Кристал боялась спать. В своей комнате в пещере в одиночестве ей было страшно. Она зажигала «светлячка» и часами стояла на коленях возле икон, как учила ее бабушка. В тот раз сон застал ее прямо на полу.

– Кристал! Кристал!

Зов бабушки она не могла спутать ни с чем.

– Бабушка, это ты!? Я тебя не вижу! – отозвалась та.

Следуя знакомому голосу она вышла на небольшую полянку. Несколько карликовых коз паслись на ней. Следящих хозяйственных дронов не было. Казалось, козы были предоставлены сами себе.

– Кристал, иди за мной – произнесла бабушка, схватив ее руку откуда-то из сумрака.

Был ранний рассвет. Крис научилась отличать рассвет от заката на Парпланде, хотя для неместного это было крайне сложно. Она посмотрела на бабулю, но та, не поворачивая лица, тянула ее куда-то за собой в сторону коз.

– Нам надо козочку, чтоб покормить, Крис – уверенно, как и все предыдущие разы проговорила старушка.

«О, нет! Только не это! Опять!». Кристал попыталась вырвать руку из бабушкиной, но снова как и всегда у нее ничего не получалось. Не в силах больше терпеть, она ударила ее свободной рукой со всей силы прямо по локтю. На этот раз хватка ослабла, и она вырвалась. Бабушка не пыталась больше хватать ее, но упала на колени и посмотрела в лицо. Ее глаза почернели в впали в глазницы. Кожа иссохла. Теперь на Кристал смотрела не ее бабушка, а некое жуткое существо.

– Покорми меня, Кристал, иначе я умру! – взывала лже-бабушка каким-то не своим голосом.

Плат слетел с ее головы, обнажив копну коротких бледно рыжих седых волос. Только на этот раз Кристал отскочила в сторону и бабушка не смогла укусить ее за ладонь. Зато она видела, как слюна стекала с губ, капая на темно-фиолетовую траву. Одна из коз подошла совсем близко к бабуле и заблеяла. Та словно завороженная смотрела в лицо Кристал и не шевелилась, а тем временем животное принялось копошиться прямо у нее за спиной. В следующий момент баба Кси словно хищный зверь, как пружина разрядилась и прыгнула себе за спину, ухватив обоими руками козу, и впилась зубами в горло животного. Все произошло на столько стремительно, что Кристал даже не успела понять, как немолодая старушка все это провернула. Ее объял ужас. До этого сон обрывался на том месте, где бабуля очень больно кусает ее за руку. Теперь же она разгрызала козу от шеи до груди, глотая крупные куски, даже не пережевывая, и смотрела, не отрываясь, на нее. Кристал боялась пошевелиться, думая, что та кинется за ней и разорвет, как несчастное животное.

– Бабушка, что с тобой!? Почему ты это делаешь!? – закричала она.

– Я очень хочу есть! Дай мне еды! – взвыла бабуля.

Теперь ее лицо слегка просияло. Большие зеленые глаза словно 2 изумруда смотрели на нее в упор. Рыжие волосы чуть заблестели в рассветных сумерках.

– Ты не бабушка! – в ужасе закричала Кристал, пятясь назад.

Чудовище скорчило рожу в подобии скорби и взмолилось к ней:

– Крис, это я! Я твоя бабушка! Иди ко мне! Покорми меня!

Ноги Кристал внезапно стали ватные и отказывались слушать ее. Бабушка же, как какой-то хищный зверь, в один миг прыгнула и оказалась прямо перед ней. На лице были видны кровавые подтеки от съеденного мяса. Лицо лже-бабушки больше не выглядело ужасным. Оно просто было чужим. Кристал снова попыталась вырвать руку, но та была намного сильнее ее.

– Куда ты меня тащишь!? – взвыла Кристал, пытаясь вырваться снова и снова.

На этот раз удары по локтю никак не помогали ей освободиться. А ужас объял ее куда как сильнее, чем прошлый раз. Бабушка тянула ее очень быстро. Кристал думала, что вот-вот упадет лицом в грунт, но она справилась. Через какое-то время бега они оказались на берегу моря, прямо у гор. У берега валялись разбитые контейнеры. Тут их было множество. Все они лежали хаотично будучи выброшенными на поверхность с уничтоженной подводной базы. Взгляду Кристал попался совсем черный будто обгоревший достаточно крупный ящик, по форме отличавшийся от всех остальных, что были тут. Рыжая бестия тем временем, претворявшаяся бабушкой, попыталась силком засунуть ее в открытую секцию большого 6х3 контейнера, который качался на волнах у самого берега. Верхней крышки почти не было. Вместо этого лишь кусок прикрывал часть бокса. Кристал упиралась, но силы были не равны. Она оказалась на дне контейнера. Из глубины темной прикрытой части ящика на нее смотрели 2 пары испуганных круглых глаз. От страха она подалась в противоположную сторону контейнера и припала к бортику. Ее глаза посмотрели наверх, и увидели стоявшую прямо с расставленными в сторону руками лже-бабушку. Комбинезон на ней был разодран в лохмотья, которые сейчас ловили усилившийся ветер и толкали контейнер по воде на встречу океану. Кристал заметила отдаляющуюся линию пологого берега и закричала. Ее крику вторило блеяние испуганных коз из темноты ящика. Это именно их глаза ее так испугали всего секунду назад. Кристал, не долго думая, перемахнула за борт и упала в воду. Ее комбинезон словно налился свинцом и потянул на дно. Она попыталась закричать и позвать на помощь. Навстречу ей устремились когтистые руки лже-бабули, глаза же смотрели с отчаянием и тоской.

– Кристал, куда же ты!? А как же Брод! – прокричала та в след, пытаясь вырвать ее из пучины.

Однако было поздно. Тяжелые свинцовые воды парпландского океана сомкнулись над ней и быстро утащили на дно морское.

– Крис! Крис! Проснись!

Над ней стоял брат Гримен и тряс за плечи. Не сразу поняв, что она уже не на море, Кристал кричала еще какое-то время, пока не пришла в себя и не успокоилась.

– Что случилось? Кошмар приснился? – попытался он ее утихомирить.

– Грим, я так больше не могу. Меня преследует один и тот же сон уже 4-ую ночь. Я боюсь спать, понимаешь?

Кристал посмотрела на него заплаканными глазами. Тот помог ей встать и сесть на кровать.

– Расскажи мне про свой сон? – попросил он.

– Я не могу. Извини. Он все еще у меня перед глазами. Там наша бабуля Кси, но это не она, а оборотень… Мне страшно. Выведи меня на воздух.

– Ветер поменялся. Тихие дни закончились. На смотровой очень сильно дует. Ты ж знаешь, что в такие дни выходить туда опасно.

– Грим, мне надо выйти на воздух! – снова заплакала Кристал.

– Хорошо, хорошо. Давай тогда через восточный тоннель к морю. Правда оно сейчас неспокойное, но там ветра так сильно не ощущается. Что скажешь?

– Хорошо.

Квадробот на своих широко расставленных 4-х колесах выскочил из тоннеля прямо к побережью. Было позднее утро. И в свете сумерек Кристал заметила множество разбитых контейнеров, которыми был усыпан берег. Дверь открылась и из нутра машины выскочила светловолосая низкого роста худенькая девушка в темно-синем комбинезоне с оранжевыми полосками на плече и груди.

– Грим, оставь меня здесь. Я хочу прогуляться вдоль берега – сказала она, используя свой нейро-обруч.

– Ты уверена? Давай я просто постою тут, пока ты погуляешь – возразил тот.

Девушка ничего не ответила, а просто неспешно побрела вдоль берега. Море, словно услышав ее шаги, на время затихло. Ветер все еще дул на восток, но уже не поднимал волны. Та, гуляя вдоль линии суши, неожиданно остановилась. Ее внимание привлек полуразрушенный контейнер у самой воды. Она подошла к нему и заглянула внутрь.

– Крис, что случилось? Тебе помочь – обратился к ней тот, кто остался в машине через нейро-линк.

– Нет, Грим. Не надо. Я уже возвращаюсь.

Какое-то время она еще покрутилась возле найденного контейнера, то ли обдумывая что-то, то ли просто праздно шатаясь, и неспешно направилась обратно. Чуть поодаль немного в воде она заметила сильно обгоревший необычной формы контейнер. От чего-то он привлек ее внимание, потому что был похож на тот, что она увидела в последнем сне. Кристал позвала брата. Тот помог ей оттащить его дальше на сушу, чтоб лучше рассмотреть и изучить. Гримен нашел заляпанную густой сажей гравировку и очистил ее.

– Крис, это не наш… Видишь эту звезду? Это Патруля – возбужденно произнес брат.

– Откуда же он тут взялся? – удивлялась она.

– Думаю, это один из чудом уцелевших, что сбросил капитан Мекелдоно там на орбите… Ну, помнишь, Боло упоминал о нем?

Кристал ничего не ответила, но лишь кивнула головой, соглашаясь с братом.

– Мы можем его открыть?

– Конечно! Капитан передал нам коды… Думаю прошлому владельцу он уже без нужды.

Сказав, Гримен вздохнул и применил радио-ключ.

Контейнер с неприятным скрежетом и скрипом открылся. Верхняя пластина, отъехав, обнажила аккуратно сложенного и зафиксированного вдоль стенок необычного дрона. Он был компактным, чуть более метра в диаметре, каплевидным слегка вытянутым, и обладал крылышками и соплами для левитации. По бокам располагались подвижные панели и боковые форсунки. С низу плоскость имела следы задвижки, как у отсеков.

В передней части располагался универсальный оптический глазок, который применялся как правило на дронах разведки и целеуказания. Гримен рассматривал его какое-то время, а потом внезапно вскрикнул от радости и обнял сестру.

– Крис, ты нашла тул-дрона! … Не знаю, как тебе удалось заметить этот небольшой невзрачный обугленный ящик среди множества ему подобных… Это очень полезная находка, поверь мне!

Затем он, уже успокоившись, попробовал его активировать, но тот оставался «мертвым». Гримен почесал голову на уровне затылка и грустно сказал:

– М-да… Возможно падение не прошло бесследно… Жаль.

– Грим, ты ж умный. Ну, посмотри его у себя в ремонтной… Может починишь.

Находки и сборы

Кристал весь тот долгий день собиралась. Делала она это в тайне от других. В правильности своих поступков сомнений у нее не было. А вот на счет того поверит ли ей Боло или хотя бы Гримен, она не сомневалась. «Запрут меня дома и будут пытаться лечить». Да и она сама никогда бы не предала значения этим странным снам, если бы в самом конце, некто в облике лже-бабули, не прокричал имя Брода. План в голове формировался у нее все утро. Ближе к полудню Кристал направилась к побережью, загрузив квадробот всем, как ей казалось, необходимым. Труднее всего было понять, как сделать парус и мачту. То, что именно так должен двигаться ее контейнер по морским волнам она приняла на веру со своего собственного сна. Уверенности добавило то, что использование электронных модулей и устройств может в любой момент прекратиться из-за сбоев и отказов, как это бывало не раз при попытки уплыть дальше, чем на 50 километров от берега.

Ее квадробот притормозил совсем близко от лежащего полу-разрушенного грузового контейнера. Кристал вышла наружу и активировала «Скаута». Того самого найденного ей рано утром тул-дрона, которого она забрала уже отремонтированным братом. То, что дрон имел именно такое название, ей сообщил сам Гримен после его починки. «Скаут», используя складные гофрированные телескопические манипуляторы, принялся ловко загружать вещи и снаряжения, включая костюм военного медика, запасные топливные элементы, лекарства и провиант. Затем тул-дрон достал металлические трубки и детали будущей конструкции: задвижки «трюма», руля, якоря, мачты и паруса, и занялся варкой всего этого по схеме. Парусом ее плоту послужили старые спаянные между собой комбинезоны. Понимая, что после всего, что она совершит, ее будут искать, Кристал оставила сообщение у себя в комнате в пещере. Хотя все это походило больше на какую-то детскую глупость с ее стороны, чем на ответственный шаг взрослого человека. Однако и жизнь без Брода, да еще и с этими ужасными снами каждую ночь, вгоняла в тоску, наполняя сердце чувством бесцельности и отчаяния. Когда приготовления закончились и пришел час к отплытию, на нее напал страх. В какой-то момент она осознала, что отправляется в совершенную неизвестность, доверившись снам, и даже не снам, а лишь только самому последнему сну. «Может я сейчас посплю еще ночь, потом с раннего утра отправлюсь в путь». Ее мысли искали уважительную причину, чтоб не садиться в этот «кораблик» хотя бы сегодня. В животе заурчало. «В начале поем как следует, потом вернусь сюда и уплыву… А вдруг где-то там Брод, и он умирает, и ему нужна помощь!». Какое-то время она стояла в нерешительности прямо у выхода из пещеры, посматривая то на бескрайнее море, то на контейнер-кораблик. Не придумав ничего лучше, она рухнула на колени и начала молиться, как ее учила бабушка. Ей стало легче. Страх отошел куда-то вглубь и притаился до времени. Вместо него пришло чувство уверенности. «У меня ж полно сух-пайков! Голодной не останусь точно!». Не оборачиваясь более назад, она устремилась к «лодке», чтоб покинуть родной берег, возможно, и навсегда.

Боло был в центре связи в горе очень рано утром. Настроение у него было поганое. Кристал вчера проснулась очень рано и с криками. Весь день была словно сама не своя. Заперлась в комнате и часами не выходила. Сам Боло немного привык, что она всегда где-то рядом, то тут, то там помогает. Но мрачные мысли о ее самочувствии не покидали его даже этой ночью. В итоге спал он плохо и решил ни свет ни заря выйти на орбитальную связь и оставить сообщение Квику, тем более, что тот будто пропал совсем. Однако текст сообщения никак не давался ему. Он надиктовывал снова и снова, но после проигрывания полученного, тут же удалял. «Почему ты оставил нас? Почему сам не пишешь больше?». Не придумав ничего лучше он просто кинул короткий текст о том, что капитан покинул Парпланд так и не приземлившись. Груз утерян, но с ним за него расплатились. Глаза Боло слегка отяжелели, и его начало клонить ко сну. Разбудил его голос Гримена через нейро-линк.

– Боло, Кристал пропала! Ее комната закрыта на замок! Ее обруч не отвечает! Трэкер, вообще, его не видит!

Боло подскочил, как ужаленный, но первые секунды не мог сообразить, что это не сон. Услышав повторный призыв от брата, он оставил узел связи и направился вниз. Гримен ждал его у двери в комнату Кристал.

– У меня нету кода? Может у тебя? – быстро проговорил Грим, силясь подобрать что-то базовое, что бы открыть комнату.

Аварийный код сработал, и дверь открылась. Внутри было убрано, кровать заправлена, а сама Кристал отсутствовала.

– Где же она? Может отправилась в космопорт снова Брода искать? Почему нам не сказала?

Боло не находил себе места. Гримен, тем временем, осмотрел ее комнату и заметил кубик холо-проектора лежащий по центру убранного стола. Он активировал его, и развернулась проекция. Появилось грустное лицо Кристал. Под глазами были заметны синие круги от недосыпа. Ее голос звучал тихо, но четко. Она рассказала про свои сны и особенно про последний, упомянула про разбитый контейнер на берегу, из которого соорудила лодку. Запас припасов она так же взяла приличный, чтоб не умереть от голода и жажды. В конце Кристал извинилась перед Грименом, что в тайне забрала найденного и отремонтированного «Скаута» и просила не волноваться, но верить, что у нее все получится.

– Гримен, как давно она пропала? Может успеем найти и вернуть?

Сказав, Боло сел за стол и обхватил голову руками.

– Я отправлю дронов в сторону северо-востока, по ветру. Другие направления думаю нет смысла проверять… Думаю, если она стартанула утром, то нагоню.

Боло приподнял глаза и, задумавшись, посмотрел на младшего брата.

– Помнишь, еще до войны ты хотел сконструировать лодку с «волчком» для движения по воде, чтоб преодолевать магнитные аномалии? … Вот сейчас самое время… И побыстрее.

Гримен ответил не сразу. Он присел и тяжело вздохнул.

– Проблема в энерго-установке. «Волчок», даже маленький вроде нашего в горе, потребляет уйму энергии. Под него работает целая приливная электростанция… Это при том, что мы используем его раза 2 в день… В случае транспорта по воде его придется питать энергией в непрерывном режиме.

– А если использовать накопители с боевых машин? – снова спросил Боло.

– Это вариант, конечно… Но проблема увязать множественные кристаллидные пластины контроллерами для равномерного выделения энергии высокой мощности… Хм… Даже не знаю. Надо подумать… В идеале нужен один энергоемкий эррэй, иначе надежность и компактность такой лодки под большим вопросом.

Боло молчал, не зная, что еще предложить. Морщины на его лбу заметно проступили, как бы намекая, что он серьезно думал над этим.

– Один большой и мощный эррэй говоришь? – пробурчал он поглаживая рыжую бороду.

– Да… Проект под него у меня где-то пылится на одном из дата-кристаллов… Буду с тобой честен. После пропажи экспедиции Даггита, я пытался соорудить небольшой прототип, но все упиралось в размеры «волчка» … А минимальные, это те что у нашего на горе… И, Боло, ты должен понимать, что еще один «волчок» мы изготовить сами не сможем. Надо заказывать и искать того, кто нам его привезет… И на капитана Мекелдоно наверное больше не стоит рассчитывать. Альянс на него когти точит. Да и с Патрулем у него не лады, вроде.

– Значит нам нужно что-то придумать, Грим… А мне искать варианты по изготовке и доставке нового «волчка».

Неведомо где

Первая ночь Кристал вне дома прошла без эксцессов и трудностей. Ветер гнал контейнер по ровной и достаточно спокойной глади моря куда-то на северо-восток. Родной берег давно исчез за горизонтом. Точных карт того, что ее там ждет, не было. Ни развед-дроны, ни шаттлы, ни корабли, ни какая техника так далеко еще не забирались, кроме экспедиции Даггита, которая пропала и так и не вернулась. Кристал потеряла счет времени, потому что ни один из взятых с собой приборов не включался, а смены дня и ночи она в какой-то момент пропустила, заснув в «трюме» от мерного покачивания ее «корабля». Сколько она проспала Кристал не знала. Зато впервые за эту тяжелую неделю она выспалась полностью. Ни какие сны или кошмары больше ее не мучили. Это обстоятельство еще более вселило в нее оптимизм и веру в правильность своего поступка. Однако этой веры хватило не на долго. Через какое-то время ветер усилился на столько, что начал больше походить на ураган. Даже спаянные комбинезоны пришли в негодность. Импровизированный парус ее «лодки» стал больше походить на рванину. Прыгая по волнам как кузнечик, корабль-контейнер совершенно плохо слушался руля, и Кристал более не могла совладать с ним, просто зафиксировав его в определенном положении. Ее «посудину» теперь сильно трясло и ударяло о волны, вытряхивая из нее всю душу. Разбушевавшаяся за бортом стихия первый раз за все время пути вогнала ее в ужас от беспомощности. Не имея сил больше выносить это, она задраила трюм и зафиксировала себя ремнями к стенке. По лицу текли слезы. От страха дрожали руки и колени ног. В какой-то момент она вспомнила про бабушкины молитвы и начала их читать по памяти. Сколько все это длилось Кристал не знала, потому что в какой-то момент она отключилась и уснула.

– Бабушка, а куда мы идем? – кричала Кристал следуя за бабулей Кси по пятам.

– Как куда? Мы идем кормить козочек, Крис – весело отозвалась та.

– Бабушка, как же мы будем их кормить, если мы их с собой не взяли? – неожиданно спросила Кристал.

Бабушка, услышав это, встала, как вкопанная и, резко обернувшись, посмотрела на ту. Ее глаза округлились от удивления. Лицо постепенно побледнело словно та увидела или почувствовала что-то нехорошее.

– Как же так, Крис! Где же наши козочки!?

По лицу бабушки текли слезы. Кристал смотрела на нее своими еще детскими глазами как бы снизу вверх и не понимала, почему бабушка так сильно опечалилась.

– Не плач, бабушка, я что-нибудь придумаю. Мы с тобой что-нибудь придумаем. Обязательно придумаем.

«Повелитель глубин»

Вопрос: Несет ли угрозу для самого Звездного Патруля столь тесное сотрудничество в научной и военной сфере с Федерацией в лице ее столицы Би-Проксимы?

Ответ: Мы не имеем доступа к важным и ценным для развития ресурсам. Мы не имеем ни одной планеты во владении, потому что это нам запрещает Конвенция. Наша вотчина это космос и то, что мы в нем соорудим для себя. Без сотрудничества с космическими державами Звездный Патруль обречен. Федерация Свободных Миров является для нас наиболее удобным государственным образованием в силу преобладающей децентрализации власти.

(Из цикла бесед с представителями Сектора Ориона Звездного Патруля. Аламах. 2545`)

В сознании

Брод стоял в паровом душе и неспешно обрабатывал раны и ожоги. Мягкий приглушенный свет струился по коридору между душевыми кабинками, давая едва достаточное освещение. Брод стоял в самой дальней из них в торце коридора. Боль под холодным водяным паром постепенно уходила. Тело было в расслаблении, но мысли по прежнему роились вокруг случившегося там в ангаре. «Кто это был? Что за костюмы из огня? Как вообще тут оказались? Или это кто-то из своих, из курсантов? … Надо будет Саю рассказать, может он что видел». Дверь в душевую открылась. Послышались тихие и мягкие, будто кошачьи, шаги вдоль коридора.

– Кто здесь? – немного испуганно спросил Брод.

Звуки сразу исчезли, будто и не было. Брод выглянул, присмотрелся и заметил темную женскую фигурку у дальней стены. Она неспешно шла к нему по коридору. В тусклом свете фонарей он заметил, что та была совершенно голая. Ее темная кожа лоснилась и капельки пара отражались от округлых форм. Весь черный силуэт контрастировал с мягким освещением и будоражил воображение. Она приблизилась на столько, что Брод смог разглядеть черты ее лица. Он сразу узнал ее, но не подал виду.

– Это я. Не пугайся – шепотом, но громко сказала та.

– Кто «я»? – снова спросил он, хотя в ответе не нуждался.

Фигура подошла совсем близко, мягко ступила через порог и оказалась у него в кабинке под струями пара.

– Ньюта… Ты помог мне там, а я струсила и убежала. Прости пожалуйста.

Договорив она припала к нему на плечо. Брод немного застонал из-за прикосновений к только-только переставшим саднить ранам.

– Ой. Прости. Тебе больно? … Я могу полечить. Сейчас.

Брод, слушая ее, выключил пар. Ньюта осталась стоять возле него. Ее немелкая грудь с почти черными как смоль крупными торчащими вперед сосками вздымалась и опускалась на ее таком же почти черном теле в такт дыханию. Она волновалась и стеснялась смотреть ему в лицо. Ньюта плюнула себе на ладонь, растерла пальцами слюну и начала медленно и нежно втирать ее в воспаленные ожоги на его плечах и груди.

– Не надо, Ньюта… Мой симб все сделает в лучшем виде. Чуть-чуть потерпеть и всё… И ему тренировка навыков – попытался он объясниться.

Однако Ньюта не слушала, а, нашептывая что-то, размазывала тягучую слюну пальцами по ладони и аккуратно втирала в раны. В воздухе появился приятный, чуть терпкий запах муската и чего-то еще с горчинкой. Точно так же пахла ее кожа. Голова у Брода закружилась и он, сделав шаг назад, спиной уперся в стену. Очень большой ожог был на животе. Ньюта заметила и нанесла «мазь» туда тоже.

– Твоя слюна, это что? Лекарство? Как это возможно? – спросил он.

Его вопрос остался без ответа. Она наконец подняла глаза и посмотрела на него. На черном лице большие карие и такие добрые глаза побудили его, прижать к себе.

– Скажи, Нью, а ты, может, знаешь, кто были те люди, в огне, что хотели сжечь тебя?

Она оторвала от плеча голову и посмотрела ему в глаза. Ее такое милое в тусклом свете лицо покачалось в стороны в знаке отрицания.

– Вот и я не знаю… Только голоса у них, хоть и искаженные были, а, все равно, знакомые.

Брод, выговорившись, повел глазами в сторону. Она же наоборот присела на корточки и принялась мазать ожоги на животе и бедрах, где кожа пострадала очень сильно. Ее мягкие и нежные прикосновения в интимной зоне смутили Брода.

– Нет. Спасибо, но там, все же, не надо… Это как-то неправильно.

Брод попытался отстранить ее руки от себя. Ньюта тут же спрятала свое лицо в ладони и зарыдала.

– Нет. Не плачь. Ты хорошо мажешь… Я даже не знаю, что за волшебная слюна у тебя… И жжение не ощущаю совсем.

От этих слов на ее лице снова «зажглась» улыбка. Ньюта обильно плюнула на ладони и равномерно размазала густую слюну в руках. Немного смущаясь и как-то виновато посмотрела ему в глаза, и, присев на корточки, провела увлажненными ладонями по паху. Брод тяжело вздохнул и резко отстранился. Кровь прилила в таз, голова же его наоборот закружилась.

– Ньюта… Послушай… Это ж уже не смазывание ран.

Она хотела было опять спрятать лицо в ладони и заплакать, но Брод мягко перехватил их и положил себе на плечи. На глазах Ньюты опять выступили слезы.

– Что со мной не так!? – слегка резко выдала она, глядя полными слез большими глазами.

– Да все так, Нью… Ты ж сама видишь, на сколько все так.

Он взглядом вниз указал на орган, который втянул в себя уже достаточно крови со всего тела и не думал на этом останавливаться.

– Ты не должна делать подобное в качестве благодарности, понимаешь? Это неправильно.

– Но почему? В моем народе издревле так заведено благодарить мужчину-заступника… Ты ж спас меня, значит хочешь иметь своей женщиной. Разве нет?

– Откуда ты вообще помнишь, как было в вашем народе? Тебя ж, как и меня, с 5-и лет забрали у родителей – удивился Брод.

Она подняла голову и с улыбкой посмотрела ему в глаза.

– Я, последняя из Нуба… Мою маму с позором выгнали из племени, когда старейшина узнал, что она вступила в эмбриональную программу Патруля… Она в изгнании скиталась в поисках своего уголка пока где-то в овраге среди горы мусора не родила меня… Старейшина племени послал людей, сильных воинов, чтоб изловить ее и меня и убить, потому что само существование нас с мамой было пятном позора для общины.

Внезапно ее лицо изменилось. Улыбка сошла с него. Глаза заблестели и с них крупными прозрачными каплями потекли слезы.

– Мама защищала меня до конца. Три воина били ее мачете по голове, спине, рукам, но она до последнего, истекая кровью, закрывала меня от них… Я запомнила ее лицо, ее глаза… В какой-то момент они просто устали рубить и ушли, а мама была все еще жива. Она лежала, накрыв меня своим изрубленным телом, как одеялом, и напевала мне песню о нашем племени… Я помню ее губы. Они были ярко-красные от крови…

Брод привлек ее к себе и очень крепко обнял. Ее дыхание участилось и губы слегка приоткрылись. Брод, видя, что она и сама не знает, что дальше делать, но смущается все сильнее, нежно провел своей ладонью по ее мелким и частым кучерявым локонам. Потом сделал это еще раз, но другой рукой.

– Ньюта, ты самая чудесная. Я тебя люблю очень сильно… Как маму, как родную сестру – прошептал он ей нежно в ушко.

Она замерла, будто услышав нечто совсем неожиданное, сама немного отстранилась и уставилась на него широко открытыми удивленными глазами. Ее лицо медленно расплывалось в широкой белозубой улыбке. Брод снова прижал к себе и крепко поцеловал в щеки и шею. Ньюта глубоко вздохнула.

– Как мать и сестру? – переспросила она.

Брод, улыбаясь ей в ответ, кивнул головой. Ньюта снова заплакала, но это уже были слезы радости.

– Мама… Я так тоскую без нее, Брод… Мне бывает ужасно страшно тут. За что они меня невзлюбили, за что хотели сжечь?

– Это злые люди, они никого не любят. Теперь ты моя сестра. Я тебя буду защищать… Идем одеваться.

Ньюта снова посмотрела на него добрыми, полными внезапной радости глазами, улыбнулась широкой белозубой улыбкой и шагнула к выходу.

– Хочешь, я расскажу тебе о своем доме, о народе? – спросила она, ступая впереди него.

– Конечно!

Просыпаться не хотелось от слова совсем, но кто-то или что-то настойчиво будил его.

– Подъем! Подлетаем уже! – раздался чей-то знакомый голос.

Брод открыл глаза и осмотрелся. Он находился в мед-капсуле, прозрачный купол которой как раз открылся. Чуть в сторонке сбоку на него смотрели большие и выразительные на фоне лысого и черного лица глаза. Брод совершенно не помнил, как сюда попал, зато воспоминания о лошадиной дозе замедлителя быстро отрезвили его и привели в чувства.

– Зачем ты вырубила меня!? Я ж тебе и так помогал! Добровольно!

Брод медленно встал и сделал несколько шагов вперед. Он осмотрел себя. На нем был лишь нательный боди-сюит. Тулулу стояла у выхода в позе надсмотрщика и беззастенчиво разглядывала его, сложив руки крест-на-крест. Его вопрос она проигнорировала. Рядом с ней находился «Джингвей», который всем своим видом намекал Броду не дурить. Тула махнула ему рукой следовать за ней. Видя нерешительность и недоверчивость Брода сказала:

– Да, двигай ты уже смелее! Чего крадешься? Хотела бы убить, приказала бы дрону! – резко выдала она.

Брод зашел внутрь каюты управления, где еще совсем недавно отдавал приказы ИИ корабля. Его взгляд тут же скользнул на проекцию, где отображался маршрут в систему Альхена. Это его сильно смутило.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.