# Тайна старой газеты

Наталья Александрова

В разных странах и в разных эпохах, словно время и пространство над ним не властны, появлялся загадочный седовласый старец, который предлагал всем желающим сыграть с ним партию в кости. Тайна его личности была покрыта мраком: одни видели в нем ученого-алхимика, другие считали чернокнижником и обвиняли в общении с дьяволом. Как бы то ни было, но любой, кто принимал его предложение, становился свидетелем череды странных, необъяснимых событий…
В современном Петербурге детективу-любителю Надежде Лебедевой попадает в руки стопка старых советских газет, и что удивительно: происшествия, описанные на их страницах, странным образом начинают повторяться в настоящем. Будучи человеком здравомыслящим и не верящим в мистические совпадения, Надежда желает разобраться в происходящем. И поиски истины приводят ее к злополучным игральным костям…

© Н. Александрова, 2023

© ООО «Издательство АСТ», 2023

* * *

Пожилая интеллигентная женщина вышла из подъезда и неспешно пошла по двору, аккуратно ступая по влажным плиткам.

Ночью прошел дождь, и сейчас с неба еще сыпалась какая-то морось, но в ноябре почти всегда так бывает. А гулять все равно надо, иначе ослабеешь и по ночам не сможешь спать, сердце будет ныть, и полезут в голову нехорошие мысли. О том, что возраст солидный – уже далеко за восемьдесят – и силы убывают с каждым днем. О том, что сколько веревочке ни виться, а конец все ближе и ближе. И встретить этот конец придется в одиночестве, потому что мужа нет уже давно, сын с семьей живет отдельно, и даже кот умер в прошлом году, а другого заводить не стоило, он явно переживет свою хозяйку, и что тогда будет с животным?

Налетел порыв ветра, и женщина зябко втянула голову в плечи. Где-то хлопнуло окно, с ближайшего куста сирени вспорхнула стайка воробьев – этим все нипочем, хоть зима, хоть лето, хоть дождь, хоть град. И вдруг сквозь тучи, похожие на грязно-серую вату, чудом просочился луч солнца, отразился в стекле распахнутого окна и на миг ослепил дворничихину кошку Катю, которая выглядывала из подвального окошка в раздумьях, идти на улицу, или все же посидеть в тепле.

Тучи тут же сомкнули ряды, и лучик исчез, но все же успел поднять всем настроение. Воробьи снова облепили куст сирени, на котором остались кое-какие листья, и громко зачирикали. Кошка Катя отважно шагнула из подвала и пошла по направлению к кусту, брезгливо дергая лапой, когда наступала на мокрое. А пожилая интеллигентная женщина улыбнулась и выпрямила спину.

Все не так плохо. В свои годы она вполне может ходить без палки, все видит, более-менее слышит, а главное – все помнит. Старость, конечно, вещь малоприятная, но то, что последует за ней, гораздо хуже. А ведь многие ее подруги и знакомые уже по ту сторону… Ну, не будем о грустном.

Она пересекла двор, краем глаза заметив соседа с собакой из второго подъезда. Собака была огромная и чрезвычайно любвеобильная, при встрече тут же вставала лапами и начинала облизывать. Не всем такое нравилось, но иногда хозяин просто не мог удержать этого бегемота.

Женщине совсем не хотелось пачкать приличное пальто, поэтому она сделала вид, что не заметила приветственного жеста хозяина собаки, и свернула в сторону помойки. Помойка у них во дворе располагалась в довольно симпатичном ярком домике, а дверь запиралась на кодовый замок, но сейчас возле этой двери валялась пачка старых газет, кое-как перевязанных бечевкой. Видно, кому-то из жильцов было лень заходить внутрь, или он не знал код замка.

В эту минуту налетел новый порыв ветра, бечевка развязалась, и газеты полетели – одна, вторая, третья…

– Да что же это такое! – возмутилась женщина. – Куда только дворник смотрит? Теперь газеты по всему двору разлетятся, мусору-то сколько…

Она наклонилась, чтобы поднять ближайшую газету и вдруг увидела фотографию. Черно-белую, старую, выцветшую, как и сама газета. Не веря своим глазам, женщина вгляделась в снимок. Не может быть! Этого просто не может быть!

Под фотографией стояла подпись, напечатанная мелким шрифтом. Ох, в этих очках не разглядеть… а очки для чтения лежат в сумке. Дрожащими руками женщина поменяла очки и поднесла газету к лицу, с трудом разобрав подпись под снимком. После чего в глазах у нее потемнело, сердце стремительно опустилось куда-то вниз, всю левую сторону заломило…

Перед тем как отключиться, она успела опереться о дверь и сползла на мокрые плитки двора.


Огромный пес вдруг отвлекся от упоительного обнюхивания ствола дерева, поднял голову и заскулил.

– Что такое, что с тобой, Гаричка? – встревожился хозяин.

Пес не ответил, уселся поудобнее и вдруг завыл.

– Да что с тобой?

– По покойнику воет, – безапелляционно заявила неизвестно откуда материализовавшаяся дворничиха Зинаида. – Собаки всегда чувствуют, когда покойник в доме.

– Типун тебе на язык! – сказала появившаяся из подъезда Антонина Васильевна, личность в доме известная и уважаемая. Правда, не всеми.

Будучи в курсе всех событий не только во дворе, но и в микрорайоне в целом, кое-какие наблюдения она держала при себе, кое-какими делилась с участковым. Таким образом Антонина Васильевна предотвратила парочку краж, одно ограбление и угон машины, после чего жильцы перестали ворчать и дали ей прозвище Недреманное око.

– Анатолий! – строго сказала она. – Опять вы во дворе собаку выгуливаете?

– Да мы домой идем, а Гаричка вот…

Пес самозабвенно выводил рулады.

– Говорю, по покойнику! – Дворничиха оперлась о метлу и настроилась поболтать. – Вот у нас в деревне случай был…

– Шла бы ты, Зина, двор мести! – прервала ее Антонина Васильевна.

– А что случилось? – спросила Надежда Николаевна Лебедева, робко выглядывая из подъезда. Пса Гарольда она заметила еще с лестницы и теперь, опасаясь его чрезмерных ласк, вела себя осторожно.

Зинаида не ответила и с метлой наперевес направилась к помойке, а через несколько минут послышался ее истошный крик. Дворничиха размахивала руками, указывая на какой-то то ли тюк, то ли еще что-то, валявшееся на земле.

Анатолий от неожиданности выпустил поводок, и пес понесся к помойке огромными скачками.

– Стой! Гарольд, назад! – закричал хозяин.

Но куда там! Пес, и всегда-то непослушный, сейчас просто ополоумел.

– Ой, и правда, там что-то неладно! – Антонина Васильевна, переваливаясь как утка, тоже устремилась к помойке, крикнув: – Надя, бежим!

Но Надежда Николаевна была уже впереди. На повороте ее догнал Анатолий, едва не столкнув с дорожки, и вскоре они оказались возле помойки, где дворничиха безуспешно отгоняла пса. Тюк вблизи оказался человеком, а точнее женщиной, лежавшей у стенки домика, безвольно опустив голову.

– Говорила, что не зря он выл! – Зинаида метлой указала на пса, которого хозяин все же умудрился взять на поводок. – Вот покойница и образовалась!

– Да погоди ты! – Надежде Николаевне показалось, что женщина слегка шевельнулась. – Надо еще посмотреть, как она и что, и вообще, «скорую» вызвать!

Она присела перед женщиной и тронула ее за плечо. Плечо казалось неподвижным и неживым.

– Вероника Пална! – сказала запыхавшаяся Антонина Васильевна. – Это же Вероника Пална, ее пальто!

– Померла! – уверенно припечатала Зинаида. – Инфаркт хватил или инсульт!

– Не каркай! И вообще, отойди со своей метлой! – рассердилась Надежда и, заметив, что пес наступил на очки и сломал оправу, рявкнула Анатолию: – А ты держи своего бегемота крепче!

Кстати, оправа была дорогая, потому что и Вероника Павловна являлась человеком непростым. В прошлом довольно известный адвокат, она всегда была готова помочь юридическим советом или найти нужного специалиста. Связей у нее имелось несметное количество, да и с памятью пока было все нормально, несмотря на достаточно преклонный возраст.

Неужели эта болтушка Зинаида права и Веронику Павловну настигла неприятная старуха с косой? Не может быть. Не такой она человек, чтобы закончить свою жизнь на помойке.

Отогнав всех, Надежда решилась и тихонько приподняла Веронику Павловну за голову. Веки пожилой женщины слегка шевельнулись.

– Жива она, «скорую» нужно вызвать!

– Уже, – отозвалась Антонина Васильевна, – уже вызвала. Сказали, скоро будут. К упавшим на улице они быстро приезжают.

Голова Вероники Павловны безвольно качнулась и едва не стукнулась о каменную стену, но Надежда Николаевна в самый последний момент успела подложить свой шарф.

Пес снова принялся выть, и хозяин от греха увел его домой. Зинаида побежала искать управляющего, чтобы открыл ворота для машины «скорой помощи». Антонина Васильевна отгоняла любопытных жильцов, выбежавших посмотреть, что случилось.

Таким образом ненадолго Надежда Николаевна осталась с пострадавшей одна и, услышав ее тихий стон, присела рядом на стопку старых газет.

Пожилая женщина открыла глаза и с трудом сфокусировала взгляд на Надежде.

– Вероника Павловна, дорогая, ничего не бойтесь, сейчас «скорая» приедет, в больнице подлечитесь… – Надежда Николаевна без устали молола языком, чтобы удержать внимание пострадавшей.

– Надя… – с трудом произнесла Вероника Павловна, – это ты?

– Я, конечно! Вы только не отключайтесь!

Вероника Павловна шевельнула рукой, и Надежда решила, что та просит ее замолчать, но пенсионерка явно что-то искала. И нашла старую газету, валявшуюся рядом.

– Сохрани ее! – сказал Вероника Павловна, смяв газету в руке. – И никому не показывай! Поняла? Это очень важно!

– Конечно! – Надежда осторожно вытащила газету, чтобы ненароком не порвать, сложила ее вчетверо и сунула в карман пальто, прихватила еще и сломанную оправу.

– «Скорая» приехала! Слышу гудок за воротами! – крикнула Антонина Васильевна.

Вскоре от ворот уже спешили санитары с носилками и толстая докторша.

Антонина Васильевна оперативно выяснила у водителя «скорой», куда повезут пострадавшую, и через несколько минут возле помойки остался только Надеждин шарф.

– Я позвоню ее сыну, – сказала Антонина Васильевна, – у меня телефон есть.

Зинаида заперла ворота, любопытные разошлись. Надежда увидела на пальто пятна грязи и пошла домой чиститься и стирать шарф. Про то, что собиралась в химчистку за джемпером мужа, она благополучно забыла.


Дома было тихо, кот Бейсик безмятежно спал на кухне возле батареи отопления. Для этой цели к батарее был приставлен специальный мягкий пуфик. С возрастом кот возмужал и прибавил в весе, так что на пуфике помещался с трудом. Надежда Николаевна даже предрекала, что однажды кот с него свалится. Бейсик обиженно надувал щеки и делал вид, что с Надеждой вообще не знаком.

Первым делом Надежда Николаевна почистила пальто, затем выстирала шарф в теплой воде, прополоскала в слабом растворе уксуса, чтобы не полинял, а потом долго трясла над ванной, чтобы не свалялся. После чего разложила сушиться на махровом полотенце, чтобы многострадальный шарф не потерял форму.

Здорово утомившись от трудов, она решила выпить чашечку кофе и перекусить чем-нибудь не слишком калорийным.

Заправив кофеварку, она съела яблоко и осознала, что вот теперь захотела есть еще сильнее.

Стараясь не думать о том, какие цифры покажут ей завтра весы, сделала большой бутерброд с ветчиной, сыром, помидорами и маринованными огурчиками, налила большую чашку кофе, но не успела сесть за стол, как из коридора донеслось негромкое, но весьма подозрительное шуршание.

Зная хулиганский характер Бейсика, Надежда Николаевна заподозрила неладное и направилась в сторону коридора, крикнув по дороге:

– Бейсик, прекрати немедленно!

Кот сидел на полу и опасливо трогал лапой сложенную вчетверо пожелтевшую газету.

Прежде Надежда Николаевна не замечала за ним такого настороженного обращения со старыми бумагами: он их просто и незатейливо драл когтями, пока не превращал в бесформенную труху, сейчас же только осторожно дотрагивался лапой, как будто ожидал от газеты какого-то подвоха.

– Прибраться нужно… – вполголоса проговорила Надежда, наклоняясь, чтобы поднять газету, но тут вспомнила, что это именно та, которую просила сохранить Вероника Павловна. – Хорошо, что ты не успел ее разодрать! – сказала она коту, поднимая газету с пола и невольно приглядываясь к ней.

Несомненно, газета была очень старая.

Почему же Вероника Павловна так о ней беспокоилась? Что в этой газете может быть важного или интересного?

Она вспомнила, как рука старой адвокатши бессильно скребла по земле и как просветлело ее лицо, когда та нашла газету. Нет, с этой газетой не все просто, в ней явно было что-то важное.

В эту минуту у Надежды Николаевны закололо в корнях волос, а это чувство ей было хорошо знакомо. Оно возникало только в одном-единственном случае: когда госпожа Лебедева сталкивалась с очередной криминальной загадкой.

Дело в том, что Надежда Николаевна, приличная, интеллигентная женщина среднего возраста, имела весьма необычное хобби. В свободное время она не вязала носки внукам, не складывала пазлы, не занималась оригами и даже не разводила комнатные цветы. Вместо этих уютных и необременительных дел она расследовала криминальные истории, время от времени случавшиеся с ее многочисленными друзьями и знакомыми.

Муж Надежды Николаевны не одобрял такого увлечения и, хоть был человеком воспитанным, разумным и спокойным, в данном случае держался твердо, поскольку точно знал, что где криминал – там серьезная опасность. А Сан Саныч очень любил свою жену и боялся ее потерять. Надежда в глубине души признавала его правоту, но ее авантюрная натура всегда брала верх, и пару раз в семействе Лебедевых даже случались крупные скандалы. После чего Надежда Николаевна приняла мудрое решение не рассказывать мужу ничего такого, о чем он стал бы волноваться. Вернее, почти ничего.

Будучи женщиной честной, она не любила попусту врать, так что просто умалчивала о своих похождениях. И всех знакомых и друзей предупредила, чтобы не было никакой утечки информации.

Пока все удавалось держать от мужа втайне, но что будет дальше, никто не знал…

Надежда Николаевна развернула газету. Что же так взволновало Веронику Павловну?

Называлась газета «Светлое завтра» и была датирована первым января 1983 года.

Что же случилось в том давнем году?

На первой странице сообщалось, что труженики четвертой кондитерской фабрики досрочно перевыполнили план по производству апельсиновых вафель, сливочных тянучек и мятных леденцов, в соседнем районе открыт памятник известному селекционеру, а также пущен новый маршрут трамвая.

Дальше шла заметка об открытии нового Дома культуры и даже помещена фотография с этого мероприятия. В разделе «Новости культуры» сообщалось, что известный мастер миниатюры Константин Левшин создал точную модель Петропавловской крепости такого размера, что она поместилась на кончике швейной иглы. Кроме этого, была еще одна жизнерадостная новость – в городском зоопарке родился детеныш суринамского оцелота.

– Какая замечательная была жизнь в то время! – сказала Надежда коту, который явился на кухню и в полном удивлении воззрился на хозяйку, возившуюся со старой газетой, вместо того чтобы немедленно ее выбросить мусоропровод и тщательно вымыть после этого руки. – Ни одной плохой новости.

Бейсик посмотрел очень выразительно.

– Да шучу я, шучу! – рассмеялась Надежда Николаевна. – Просто в то время была такая установка – печатать только хорошее, чтобы поднять у людей настроение.

Конечно, Надежда слегка переоценивала умственные способности кота и его выразительный взгляд относился вовсе не к содержимому газеты, а к запаху. А пахло от газеты застарелой пылью, старой выцветшей бумагой, типографской краской… и, естественно, мышами и крысами.

Сан Саныч, который обожал Бейсика без меры, утверждал, что он не только кот большого ума, но и замечательный охотник, ибо летом на даче ловил мышей, ящериц, кротов, лягушек, мух, бабочек и мелких птичек. Последнее, правда, уже давно не случалось, чему Надежда очень радовалась, потому что кот хоть и любимый, но птичек все-таки было жалко, а мышек не очень.

Но крошечный полевой мышонок – это не матерая подвальная крыса, прошедшая огонь и воду, с такой не каждый дворовый кот справится, что уж говорить об изнеженном, избалованном домашнем котике… Бейсик никогда не имел дела с этими отвратительными созданиями, но их запах отлично знал, потому и подходил к газете с опаской.

В общем, кот еще раз недоуменно посмотрел на хозяйку и с достоинством удалился, а Надежда продолжила изучение газеты.

На самой последней странице, в разделе «Происшествия», она обнаружила такую заметку:


Вчера на углу Кузнецовской улицы и Малого Зеленного переулка случилось дорожное происшествие, только чудом не обернувшееся трагедией.

Около шестнадцати часов пенсионерка Марфа Петровна Закускина выгуливала своего фокстерьера. Она не смогла удержать собаку, фокстерьер выскочил на дорогу, хозяйка бросилась за ним и едва не попала под колеса проезжавшей «Волги».

К счастью, водитель «Волги» успел своевременно изменить направление и врезался в киоск «Союзпечати». И фокстерьер, и его хозяйка отделались испугом.


– Надо же, и о такой ерунде писали в газетах! – проговорила Надежда, обращаясь с Бейсику, который почему-то снова заглянул на кухню. – Неужели не было ничего более интересного…

Кот выразительно мяукнул, поднял хвост трубой и направился к своей миске. А спустя минуту снова замяукал, причем так громко, что Надежде ничего не оставалось, как идти разбираться, что произошло.

А произошло то, что кошачья миска оказалась пуста. Бейсик сидел перед ней и возмущенно мяукал.

– Что, корма подсыпать? Одну секунду…

Надежда открыла кухонный шкафчик, где хранился кошачий корм, и ахнула.

Случилось страшное: корм закончился.

Обычно его покупал Сан Саныч, но сейчас он был занят делами перед очередной сложной командировкой, а Надежда вовремя не озаботилась пополнением запасов.

И вот результат…

Кот снова жалобно мяукнул, давая понять, что, если его сейчас же не накормить, он умрет с голоду… вот прямо тут, на кухонном полу…

– Не преувеличивай! – фыркнула Надежда Николаевна. – Утром я насыпала полную миску!

– Так то было утром! – ответил Бейсик выразительным взглядом.

– Ну ладно, признаю, виновата, и сейчас же схожу за кормом! Надеюсь, ты доживешь до моего возвращения!

Кот всем своим видом дал понять, что не доживет, и Надежда положила ему приличную порцию фарша, который размораживала для приготовления котлет.

Сан Саныч считал, что такая еда Бейсику вредна, но сам кот был другого мнения и принял дар благосклонно, после чего дал понять, что часик, пожалуй, проживет.

Надежда Николаевна торопливо оделась, вышла из дома и через несколько минут уже стояла у ближайшего зоомагазина, где обычно покупала припасы для кота.

На двери магазина висела табличка: «Закрыто по техническим причинам».

– Что же делать? – в отчаянии проговорила Надежда.

– Женщина, что вы так переживаете? – прозвучал рядом незнакомый голос.

Надежда Николаевна оглянулась и увидела высокую брюнетку с мальтийской болонкой на руках.

– Да вот корм для кота закончился, а магазин закрыт… кот мне этого не простит!

– А тут рядом есть другой магазин, – проговорила брюнетка. – Зайдите в эту арку, пройдите через двор – и окажетесь как раз рядом с зоомагазином.

Надежда Николаевна поблагодарила брюнетку и, направившись в указанном направлении, действительно без труда нашла зоомагазин, где купила большую упаковку кошачьего корма.

Выйдя из магазина, она огляделась в поисках обратной дороги и наткнулась взглядом на миниатюрную старушку, семенившую по улице с симпатичным джек-рассел-терьером на поводке.

Внезапно на их пути появилась тощая ободранная кошка. Песик подскочил на всех четырех лапах, громко взлаял и бросился на кошку. Та в первый момент возмущенно зашипела и выгнула спину, изготовившись к смертельной схватке, но потом передумала и выскочила на мостовую.

Песик бросился за ней, волоча на поводке свою хозяйку. Старушка попыталась удержать его, но силы были неравны и разбушевавшийся терьер вытащил хозяйку на мостовую… Прямо под колеса проезжавшей мимо «Волги».

Надежда Николаевна ахнула, старушка вскрикнула, тормоза машины взвизгнули… В последний момент водитель все же смог вывернуть руль, и машина врезалась в киоск с надписью «Пресса».

Зазвенели стекла.

Лежа на тротуаре, старушка безуспешно пыталась встать, терьер с лаем носился вокруг нее, и только кошка с невозмутимым видом удалялась прочь.

Надежда Николаевна бросилась на помощь старушке. Та, к счастью, не пострадала, с помощью Надежды поднялась на ноги и, схватив своего непослушного пса, стала осматривать его со всех сторон. Убедившись, что он тоже не пострадал, она принялась отчитывать его за отвратительное поведение.

В это время из машины, под колесами которой едва не погибла старушка, выскочил толстый краснолицый мужчина и испуганно заверещал:

– Она жива? Она в порядке?

– Жива, жива! – заверила его Надежда Николаевна.

– Да конечно, я жива. Вы что, не видите, молодой человек? – поддержала ее старушка.

– Что же вы за своей мамой так плохо следите? – воскликнул водитель, переключившись на Надежду. – Мама не должна ходить по улицам одна! Вот кто теперь мне ремонт оплатит? Я на этой «Волге» тридцать лет ездил, и ни одной аварии…

– Во-первых, это – не моя мама, – начала Надежда Николаевна.

– Ну, тетя, не знаю…

– И не тетя. Я ее вообще первый раз вижу… – на всякий случай открестилась Надежда. А начнется разбирательство, еще в свидетели призовут.

В эту минуту к ним подбежала взволнованная женщина средних лет и бросилась к старушке:

– Марфа Петровна, милая, с вами все в порядке?

– Марфа Петровна?.. – удивленно повторила Надежда.

– Ну да, это Марфа Петровна, соседка моя! – подтвердила женщина. – Она не пострадала?

– Да вроде нет… отделалась легким испугом. Но врачу надо бы показать…

– Знаю, знаю! – Женщина торопливо фотографировала номера многострадальной «Волги». – На всякий случай, – шепнула она, – мало ли что… Бывает, человек сперва на адреналине встанет и пойдет, а потом, оказывается, шейка бедра сломана или еще что похуже… Хоть денег с него на операцию получить…

Женщина куда-то повела старушку, пристыженный терьер семенил следом. Владелец разбитой «Волги» охал, махал руками и бегал вокруг своей машины.

Заметив, что пакет с кормом прорвался сбоку, Надежда Николаевна подхватила его поудобнее и поплелась к дому, в последний момент случайно взглянув на табличку с названием улицы: «Малый Зеленной переулок».

– Ага… а там наверняка Кузнецовская улица… – проговорила она вслух.

Перед глазами возникла заметка из газеты сорокалетней давности.

Но этого просто не может быть!

Происшествие, описанное в газете, почти в точности совпадало с тем, что только что произошло на глазах Надежды. Только собака – не фокстерьер, а джек-рассел, да киоск – не «Союзпечать», а «Пресса». А в остальном – один в один… даже имя и отчество старушки! Даже марка машины, под которую она едва не попала! А ведь сейчас не часто встретишь на дороге «Волгу»… Когда-то эти машины считались самыми престижными, но их время давно прошло.

Чудеса, да и только…

Вернувшись домой, Надежда Николаевна еще раз внимательно просмотрела загадочную газету, но не нашла в ней ничего странного или необычного. Газета как газета, заполненная сомнительными новостями и сообщениями о малозначительных событиях.

Однако в заметке о происшествии с Марфой Петровной Закускиной на первый взгляд тоже не было ничего странного… до тех пор, пока происшествие сорокалетней давности не произошло снова. Да уж, это факт, который она видела собственными глазами. А своим глазам Надежда Николаевна вполне доверяла, равно как и остальным органам чувств.

У нее никогда в жизни не было видений или галлюцинаций, она не грезила наяву, не пыталась выдать желаемое за действительное, все знакомые признавали ее человеком здравомыслящим. Стало быть, ей ничего не привиделось, происшествие в переулке имело место быть. И время, кстати, почти совпадало. Все произошло в четверть пятого, Надежда машинально посмотрела на часы.

В эту минуту Надежда Николаевна снова почувствовала сильный зуд в корнях волос, что только подтверждало ее догадку – с этой газетой все не так просто, не зря Вероника Павловна как увидела ее, так и грохнулась на землю.

Кстати, надо бы узнать, как она, у Антонины Васильевны. Та всегда в курсе всех новостей.

На полях газеты неровным, торопливым почерком были написаны буквы и цифры: «Кузнец. 24–42».

Ну, ясно – это адрес доставки, написанный почтальоном. Кузнец. – наверняка Кузнецовская улица, на которой Надежда только что побывала, а 24–42 – несомненно, номер дома и квартиры. Надо же, столько лет прошло, а надпись карандашом хорошо сохранилась.

Надежда отметила про себя, что следует потом сходить по этому адресу. Хотя за прошедшие годы жильцы квартиры наверняка сменились, но, возможно, удастся найти хоть какой-нибудь след. Чей след, она пока не думала, просто отложила в памяти еще одно нужное дело.

Но это потом, потому что ни дом, ни квартира за день-другой никуда не денутся. А в первую очередь…

А в первую очередь нужно проверить, не уцелели ли остальные газеты. Ведь утром на тротуаре лежала целая стопка. Может быть, в них можно будет найти какое-то разумное объяснение странным событиям сегодняшнего дня?

Надежда Николаевна вспомнила, как сидела на стопке газет. Сколько там было? Да уж не меньше десятка. И если в каждой отыщется что-то интересное, все вместе они могут навести на мысль.

Но газеты в отличие от квартиры очень даже могли пропасть. Их могли выкинуть в мусорный контейнер, сдать в макулатуру, в конце концов, ветер мог их разнести по всему району… А значит, следовало поторопиться.

Надежда вышла во двор и направилась к яркому домику, внутри которого располагались мусорные контейнеры. Код от замка на двери домика знали все жильцы дома – дата рождения дворничихи Зинаиды. Она не так давно справляла пятидесятилетний юбилей, и жильцы, скинувшись, подарили ей плазменную панель.

Надежда набрала код и вошла в домик. Он был настолько большой, что кроме мусорных контейнеров в нем могло бы разместиться два-три трактора и снегоуборочный комбайн. Но делать это запрещалось, и большая часть помещения пустовала. Как говорила несравненная Антонина Васильевна по прозвищу Недреманное око: «Хоть танцуй».

Оглядевшись, Надежда сразу заметила в углу за контейнерами сложенные картонные коробки, которые Зинаида приготовила для сдачи в макулатуру, и среди них разглядела стопку пожелтевших от времени газет.

Тех самых, которые утром лежали на улице…

Надежда сложила их в предусмотрительно захваченную сумку, вышла из домика и прямо нос к носу столкнулась с Антониной Васильевной.

Глазастая соседка бросила взгляд на Надеждину сумку и тут же перевела его на саму Надежду, причем этот взгляд был очень выразительный: мол, что это ты, соседушка, с помойки несешь?

– А я окна решила утеплить! – залопотала Надежда Николаевна. – Старый способ, меня еще бабушка учила… нарезаешь газеты узкими полосками, варишь клейстер и оклеиваешь… в окна сразу дуть перестанет… теплее в квартире…

– Надя, ты что такое говоришь? – удивилась Антонина Васильевна. – У нас же во всем доме давно стеклопакеты! И если уж приспичило щели оклеить, есть специальный скотч, в любом канцелярском магазине продается. – Она сделала выразительную паузу и добавила: – Я же тебя ни о чем не спрашивала. Не хочешь говорить – не говори, но ерунду такую рассказывать не надо.

– Извините, Антонина Васильевна, – смутилась Надежда, – я рассказала бы, да пока и сама ничего не понимаю.

– Ну-ну…

Тут у Надежды хватило ума сменить тему разговора, и она поинтересовалась здоровьем Вероники Павловны. Антонина обстоятельно ответила, что сообщила все ее сыну, тот буквально через два часа приехал в больницу и тут же оформил матери отдельную платную палату. Кстати выяснилось, что никакой у нее не инфаркт, а просто сердечный приступ. Бывает, сказали врачи, все же возраст солидный. Так что подержат недельку и выпустят. Сын принес матери кое-что из вещей, а она очень просила очки для чтения, которые при ней были, но в суматохе куда-то подевались.

– Ой, они же у меня, на них бегемот Анатолия наступил! – спохватилась Надежда Николаевна.

– Так ты, Надя, завтра сходи в больницу. Сын Вероники Павловны сказал, что никак не сможет, у него суд начинается, а пропуск выписан. Так что утром можно зайти.

– Схожу! Вот мужа вечером на поезд провожу, а утром сразу в больницу!

С этими словами Надежда проскользнула в подъезд и ретировалась в свою квартиру.

Бейсик встретил ее в дверях, однако при виде хозяйки попятился, шерсть на загривке встала дыбом, а затем и вовсе скрылся в неизвестном направлении.

– Что это с тобой? – удивленно проговорила Надежда Николаевна вслед коту. – Собакой, что ли, эти газеты пахнут?

Если бы Бейсик мог, он покрутил бы лапой у виска. Какие собаки? Крысы! Не к ночи будут помянуты…

Надежда спрятала газеты на лоджии под пустовавшими сейчас цветочными ящиками и сосредоточилась на заботах о муже.

Сан Саныч вернулся пораньше, сытно поужинал, долго перебирал бумаги и кому-то звонил, а затем взял собранный Надеждой чемодан, поцеловал жену, сердечно простился с котом и отбыл на вокзал.

Надежда Николаевна тяжко вздохнула, уже зная, что будет скучать, и решила заняться делом.

Она отнесла газеты в кабинет мужа и разложила на полу. Всего их было семь, и все старые, примерно одного года выхода. Две газеты назывались так же, как первая, «Светлое завтра», еще две – «За передовую геодезию», а остальные три и вовсе невнятно – «К новым высотам».

Как бывший инженер, Надежда любила во всем строго системный подход. Поэтому первым делом взяла чистый лист бумаги и выписала на нем все семь газет, указав против каждого экземпляра его название, дату выпуска и адрес доставки. Сама еще не зная, что хочет найти, внимательно перечитала эти сведения… и тут же нашла очевидную несообразность.

Первая газета была выпущена пятого августа, вторая – первого января, третья – второго марта, а четвертая…

В выходных данных четвертой газеты была указана фантастическая дата – 13.21. Тринадцатое число несуществующего двадцать первого месяца…

Явно опечатка, подумала Надежда Николаевна. В советские времена за хорошую работу к Новому году иногда выплачивали тринадцатую зарплату, но это не значит, что в году появлялся тринадцатый месяц. А уж о двадцать первом и говорить не приходится…

Но версия с опечаткой просуществовала недолго, потому что в выходных данных следующей газеты стояли и вовсе уж несуразные цифры – 34.55. Тридцать четвертое число пятьдесят пятого месяца!

– Нет, это явно не даты! – проговорила Надежда Николаевна.

Кот, который, оказывается, уже давно проник в кабинет, привстал и удивленно посмотрел на хозяйку: с каких это пор она разговаривает сама с собой?

– С кем хочу, с тем и разговариваю! – отмахнулась от него Надежда, но больше не стала озвучивать свои мысли.

«Это не даты. Тогда что же?»

Для начала она поменяла газеты местами, расположив их по порядку возрастания сомнительных дат. Первой положила газету от первого января, второй – от второго марта, третьей – от пятого августа, и так далее. Потом выписала в одну строчку подозрительные цифры – 1.1; 2.3; 5.8; 13.21; 34.55 и, наконец, совершенно фантастические – 89.144 и 233.377.

Этот ряд цифр определенно ей что-то напоминал…

Надежда Николаевна несколько минут безуспешно пыталась вспомнить, что именно, но в голову ничего не приходило.

Тогда она решила отвлечься и заняться чем-нибудь другим, более полезным. Например, домашним хозяйством.

Вспомнив, что давно уже собиралась разморозить холодильник, она отправилась на кухню. Бейсик, естественно, увязался за ней и выразительно уставился на пустую миску.

– Как? Уже? – изумилась Надежда. – Я же буквально полчаса назад ее наполнила!

Кот возмущенно мяукнул: мол, и вовсе не полчаса! И вообще, у меня молодой, растущий организм, и меня нужно кормить семь… ну, в крайнем случае пять раз в день!

– Да уж молодой! – отмахнулась от него Надежда. – А витамины почему-то принимаешь для котов пожилого возраста.

Не обращая внимания на вконец разобидевшегося кота, она выдвинула нижний ящик холодильника и обнаружила давно забытый ананас. Она купила его неделю назад и хотела разрезать перед ужином, но отвлеклась и забыла.

«Это же надо – забыла про ананас!» – подумала Надежда, разглядывая экзотическую шишку, которая на одном конце начала уже немного подгнивать.

Узор из выпуклых ячеек на ананасе что-то ей напомнил… Тут она сложила два и два – и сразу вспомнила, что за цифры выписаны на листке.

Бросив ананас обратно в ящик, Надежда Николаевна захлопнула холодильник и помчалась обратно в кабинет мужа, чтобы проверить догадку.

Газеты по-прежнему лежали на полу, кот не успел до них добраться.

1, 1, 2, 3, 5, 8, 13, 21, 34, 55… – было выписано на листочке.

Ну да! Числа Фибоначчи!

Числовой ряд, изученный итальянским математиком Леонардо Пизанским по прозвищу Фибоначчи. Он ввел этот ряд, решая математическую задачу о количестве регулярно размножающихся кроликов.

Впоследствии многочисленные проявления этого ряда обнаружили в природе – в частности, в соответствии с числами Фибоначчи располагаются семена подсолнуха, сосновые шишки, лепестки некоторых цветов, листья деревьев и – внимание – ячейки на поверхности ананаса.

Поэтому подпортившийся ананас и навел Надежду на мысль о последовательности Фибоначчи, которую она изучала в институте, когда проходила курс математического шифрования.

Но что это значит? Это не может быть случайным совпадением. Вероятность такого совпадения для ряда из четырех чисел меньше одной тысячной, для ряда из семи чисел уже меньше одной миллионной, а дальше вообще стремится к нулю…

«Все-таки высшее техническое образование не проходит бесследно», – с удовлетворением подумала Надежда Николаевна.

Значит, тот, кто поместил числа Фибоначчи в выходные данные газет, ставил перед собой какую-то цель. Но какую?

Может быть, в этих газетах зашифрован какой-то текст, какое-то сообщение, и для кодирования использовали шифр на основе чисел Фибоначчи?

Надежда вспомнила, что в большинстве таких шифров первоначально выбирается только последний знак числа и дальше на основании новой последовательности строится выборка, при помощи которой можно прочесть зашифрованный текст.

Она выписала последние знаки из ряда Фибоначчи: 1, 1, 2, 3, 5, 8, 3, 1, 4, 5, 9…

Теперь нужно было найти только текст, из которого следовало выбирать соответствующие буквы… Однако что это за текст, Надежда не представляла.

Таким образом, у нее в руках был ключ, но она понятия не имела, какую дверь этот ключ открывает.

Зато теперь Надежда Николаевна точно знала, что столкнулась с очередной загадкой и не успокоится, пока ее не разгадает.

В ванной ее настиг звонок мужа. Он сказал, что поезд подошел вовремя, проводница симпатичная и сосед по купе с виду человек приличный и тихий. Надежда пожелала Сан Санычу счастливого пути, а он ей в ответ – спокойной ночи.

Кот уже занял свое место в кровати, чего Надежда, в общем, не одобряла, но сегодня решила смириться.

– Ладно уж, – она почесала его за ушами, – пока Саши нет…

Ночью ей снился странный сон: все числа Фибоначчи в образе людей в странной черно-белой форме выстроились в ряд, но Надежда знала, что они всё сделали неправильно, и замучилась, отыскивая ошибку. Поэтому утром, попивая кофе, она точно знала, что это дело так не оставит.

Вымыв оставшуюся после завтрака посуду, подметя пол и запустив стиральную машину, Надежда Николаевна на мгновение задумалась… и осознала, что сидит за столом перед теми же злополучными газетами.

Однако они не спешили открывать свою тайну, и Надежда решила начать с малого – найти те квартиры, куда эти газеты в свое время были доставлены.

Конечно, маловероятно, что почти через полвека в них живут те же самые люди, но чем черт не шутит?

Тут позвонила Вероника Павловна, и Надежда очень обрадовалась, что ей лучше.

– Как вы? – спросила она.

– Да ничего, – вздохнула старая адвокатша, – только скучно очень. Все есть, даже телевизор в палате, да что там смотреть-то? А читать без очков не могу.

– У меня ваши очки, собаченция Анатолия на них наступила, но не сломала, а только погнула.

– Принеси, Надя, а то я сыну говорила, где запасные лежат, а он не нашел.

– Да когда эти мужчины могут что-то найти? – поддакнула Надежда Николаевна. – Им все надо в руки положить и под нос подставить!

Вероника Павловна заметила, что хорошо бы прийти в больницу после двенадцати, а то с утра обходы и разные процедуры, спокойно поговорить не дадут. И Надежда решила, что у нее есть время кое-что поразведать.

На газете от первого января наискосок был написан адрес: Кузнец. 24–42, то есть Кузнецовская улица, дом двадцать четыре, квартира сорок два. Совсем рядом, так что, по крайней мере, много времени она не потеряет.