# Магия четырех стихий. Девочка по имени Ива

Сабина Больманн

Ива и не думала, что с ней случится такое! Девочка унаследовала от тётушки лес, покосившийся домик в чаще, а вместе с ними… магический дар. Оказывается, Ива – потомственная чародейка. Вот только она обладает магией лишь одной стихии – огня. И теперь ей предстоит не только учиться чародейству, но и найти других девочек с даром воды, земли и воздуха. Иначе Ива никогда не обретёт полную магическую силу…

> Наше сердце стучит в ритме леса.
> Наше дыхание созвучно течению реки.
> Наша душа летит на крыльях сокола.
> Доверившись силе природы,
> Мы станем частью этого мира.

Sabine Bohlmann, Simona Ceccarelli (ill)

Ein Mädchen Namens Willow

* * *

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.


© 2020 by Planet in Thienemann-Esslinger Verlag GmbH, Stuttgart

All rights reserved

© Привалова Е. П., перевод на русский язык, 2023

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2023

* * *

## Глава 1

> Тебе откроет ключик дверь
> В мир новый, прежде неизвестный.
> Но выбирая ключ, проверь,
> Будь сам с собой предельно честным.
> Не торопись с принятием решенья,
> Но и не мешкай, если выбор пал.
> Ведь каждый – не без прегрешенья,
> И всё же каждый уникален, как опал.

Ива смотрела в окно, прижавшись носом к стеклу. На улице лило как из ведра, и лишь смутно угадывались очертания лесочка, граничащего с садом у её дома.

– И зачем мне этот лес? – прошептала Ива. В этот момент ей на голову упала тяжёлая капля. Девочка взглянула вверх и увидела на потолке большое мокрое пятно. – Ну вот, ещё и крыша течёт! Только этого не хватало! – простонала она.

– Ива! – позвал папа из гостиной внизу. – Подойдёшь на минутку?

Ива нехотя соскользнула с подоконника и побрела вниз по лестнице.

Папа стоял среди бесчисленных коробок, беспомощно почёсывая голову:


– Поможешь мне, дочка?

– А что нужно сделать, пап?

– Пора распаковать коробки.

– Это обязательно? – нахмурилась Ива.

– Да, птенчик, обязательно. Видишь ли, теперь мы будем жить здесь.

– Ты говорил это в пяти последних городах, где мы побывали. Но стоило нам распаковать вещи, как мы снова их укладывали и отправлялись дальше!

– Ну, птенчик, не преувеличивай. Как-никак в Сингапуре мы прожили два года, – возразил Адам Флинн.

– Один!

– Нет, два.

– А я точно знаю, что один. Ты ещё купил мне китайский фонарик на Новый год, но я проспала праздник, и ты пообещал, что мы запустим его в следующую новогоднюю ночь. Но на следующий Новый год нас там уже не было.

– Разве? – Папа задумался. – А для меня словно два года прошло.

– Может, потому, что там не менялись времена года и почти всё время было жарко.

– Точно! Но всё-таки мы продержались в Сингапуре целый год! – ответил папа, и Ива закатила глаза. – Птенчик, мне нужно место, где я мог бы спокойно работать. И тут самая подходящая обстановка, да ещё мы с тобой так удачно получили этот дом в наследство. Поэтому мы наверняка останемся тут надолго. Я смогу работать и одновременно начну писать книгу. Это будет бестселлер! Мы разбогатеем и будем жить долго и счастливо!

Ива застонала. Стоя на коленях перед коробкой, она доставала из неё книгу за книгой и нехотя расставляла на полке.

– В моей комнате течёт крыша. Дождь капает прямо на голову! – пожаловалась она.

– Ого! – удивился папа.

– Это всё, что ты хочешь сказать, пап? Ого – и больше ничего? – Ива вопросительно посмотрела на отца.

– Я займусь этим вопросом, обещаю!

– Тогда ещё займись, пожалуйста, плесенью на потолке, запахом сырости в подвале, пауками в кладовой, прогнившей доской на полу у входа, сломанным выключателем в коридоре, неработающим сливом в туалете, а ещё краном, который плюётся ржавой водой…

– Да я всё это отремонтирую быстрее, чем ты скажешь «вафли со сливочным мороженым и голубикой»! – сказал папа.

– Папа! Ты же не умеешь работать руками, молоток и гвозди – твои заклятые враги!

– Ивушка, дружочек, с этого дня всё станет по-другому! Теперь я всё буду делать сам. Своими волшебными руками! Ни один мастер-неумёха не переступит порог этого дома! Потому что здесь живёт суперпапа! – Отец взобрался на коробку, широко расставил ноги и, воздев руку к потолку, принялся напевать мелодию из фильма про Супермена.

Ива невольно расхохоталась.

– Именно так! Ведь настоящие супергерои – это папы! Пускай у них пригорают спагетти и зияют дыры на штанах, но зато они умеют делать так, чтобы дети летали! – Папа подхватил Иву и закружил её в воздухе.

Ива захихикала. Вообще-то в свои одиннадцать лет она была слишком взрослой, чтобы кружиться на руках у папы, но ей всё равно понравилось! Папа опустил её на пол.

– А ещё папы-супергерои лучше всех танцуют! Можно вас пригласить? Станцуем мозольный танец: ты будешь наступать мне на мозоли, но мы всё равно будем здо́рово смотреться!


Они кружились среди картонных коробок, и папа старался придать своему лицу серьёзное выражение, как у настоящего танцора. Ива повторяла за папой.

– Жюри присуждает десять очков за мозольный танец в исполнении Адама Флинна по прозвищу «суперпапа» и его восхитительной дочери Ивы Флинн по прозвищу «птенчик»! – крикнул он.

Расхохотавшись, они споткнулись о стопку книг на полу и повалились на зимние пальто, которые уже достали из коробок, но ещё не убрали в шкаф.

Адам Флинн ласково погладил дочку по голове и чмокнул её в щёку.

– Я тебя очень люблю, птенчик. Вот увидишь, мы хорошо тут заживём! Наконец-то у нас появился дом, где мы можем осесть.

Ива вздохнула:

– Этот дом очень старый, пап.

– Но это наш дом, и ты уже жила здесь несколько лет, когда была маленькой девочкой. Разве ты совсем ничего не помнишь? Тебе здесь нравилось.

Ива огляделась по сторонам и попыталась выудить из недр памяти хоть какое-то воспоминание. Но дело обстояло примерно так же, как обычно бывает с песнями. Мелодии, которые ты слышал однажды, хранятся в каком-то дальнем ящичке в голове. И если ты откроешь нужный, то сможешь подпевать, совершенно не понимая, как это у тебя выходит. Каждая нота и каждая строчка оказываются тебе знакомы. Но Ива так и не смогла найти ящичек с воспоминаниями об этом доме.

– А ведь тебе в наследство достался целый лес, птенчик. Слушай, у какой одиннадцатилетней девочки есть свой лес? – улыбнулся папа.

– Класс, – проворчала Ива, убирая с лица рыжую прядь. – Я что, лесник? Или Гном-Тихогром? Зачем мне лес? Деревья валить? Или играть в Гензеля и Гретель?

Адам Флинн покачал головой:

– Знаешь что? Я как раз нашёл в одной из коробок твои резиновые сапоги. – Он вытащил красную в белый горох обувь.


– И что? – Девочка вопросительно взглянула на отца.

– Ступай! Познакомься со своим лесом!

– Но там же дождь!

– Дождь – это всего лишь вода. И хотя ты очень сладкая девочка, всё-таки ты не из сахара.

– А если я заблужусь?

– Разве это не я должен был сказать? – смутился Адам Флинн. – Птенчик, этот лес не такой уж большой. Это скорее рощица, и ты в ней гуляла ещё в три года. Иди, пройдись! – И, изменив голос, папа добавил: – Но не сворачивай с тропинки и не разговаривай с незнакомыми волками!

– Хорошо, бабуля! – улыбнулась Ива. Девочка накинула дождевик, сунула ноги в резиновые сапоги и вышла в сад. «Всё лучше, чем распаковывать коробки», – подумала она.

На улице и вправду было неуютно, сыро и холодно. А для конца мая и вовсе слишком сыро и чересчур холодно. Как хорошо, что на носу праздник Троицы и каникулы, поэтому целых две недели Ива могла привыкать к новому дому и городу – в общем, к совершенно новой жизни. Она втянула голову в плечи и, бросив угрюмый взгляд на тучи, затопала в сторону леса.

Итак, Иве после смерти оставила лес тётушка Альвина. Быть наследницей приятно, но в этой истории есть и плохое – чтобы оставить наследство, кто-нибудь должен сначала умереть. Ива напряжённо пыталась вспомнить лицо тётушки. Папа рассказывал Иве, что раньше, когда Ива была ещё маленькой девочкой, между ней и Альвиной было некое родство душ. Почему-то в памяти Ивы сохранился лишь образ с фотографии, которая стояла на комоде в их прежнем доме. Приветливая женщина с очень длинными седыми волосами, в свободном коричневом платье, немного напоминавшем средневековые наряды. На шее тётушка носила множество цепочек. На одной из них висело пёрышко, на другой – амулет в форме спирали. Рядом с тётей сидел пёс, похожий на волка.

Раньше Ива частенько останавливалась перед фотографией и размышляла о женщине на ней в полной уверенности, что тётушка Альвина была не совсем обычным человеком. Странно, но папа никогда не отвечал на вопросы о тёте. Он всегда делал вид, что чем-то ужасно занят. И теперь тётя умерла. Отец получил в наследство древний дом, а Ива – лесок по соседству.

Девочка посмотрела на кроны – деревья были настолько высокими, что казалось, взобравшись по ним, можно коснуться облаков.

«Как же войти в лес?» – подумала Ива.

Среди деревьев было очень много кустов и упавших веток, росла высокая трава, и зайти в лес казалось невозможным. Но вдруг девочка увидела прямо перед собой тропинку.

– Странно, – пробормотала она. – Как я могла её не заметить?

Наконец Ива вошла в лес. Её лес! Слышалось, как барабанит дождь, но кроны деревьев образовали такой плотный навес, что внутрь проникали лишь самые тяжёлые капли. Ива вдохнула полной грудью: пахло потрясающе! Запах мха, коры и грибов. Аромат окутал девочку с головы до ног и проник в самое сердце. Никогда в жизни Ива не ощущала такой защищённости и уюта. Она закрыла глаза.

И вдруг в её воображении возникла морщинистая рука, которая с нежностью взяла маленькую детскую ладошку и приложила её к дереву. Ива увидела овчарку, с которой она прогуливалась по лесу, поглаживая её по шерсти. А ещё она увидела маленькую плошку, в которой разгорался огонь. Дым от него рисовал в воздухе причудливые картины: вот крылья и дерево, а вот запутанная спираль. Видения становились настолько отчётливыми и ясными, что у Ивы участилось дыхание. Её сердце часто забилось, и она распахнула глаза.

Девочке показалось, что впереди что-то движется. Ветки качнулись. Ива сглотнула. В эту секунду ей показалось, что лес одновременно вселяет ужас и притягивает. Часть её души стремилась вернуться домой, но другая, более сильная часть шаг за шагом вела её дальше в чащу. Ива прислушалась. Она не слышала ничего, кроме дождя, который казался совсем далёким, и собственных шагов. Но вот снова раздался шорох. Теперь совсем близко.

Ива встала как вкопанная, всматриваясь в заросли. Ветки опять качнулись. Девочка отступила на несколько шагов назад. И тут она увидела, кто там прячется. Из кустов выглядывал… лис! Зверёк посмотрел Иве прямо в глаза, и девочка, боясь пошевелиться, выдержала этот взгляд. Её сердце рвалось из груди. Какое-то время они стояли друг напротив друга. А потом лис склонил голову, словно прощаясь, и исчез.


Ива хотела бы повнимательнее рассмотреть лиса. Нужно ли его бояться? Верного ответа на этот вопрос Ива не знала, однако страха не чувствовала. Девочку заворожила красота зверька: гладкий, блестящий мех, к которому очень хотелось протянуть руку и погладить.

И тогда Ива кое-что поняла. Она унаследовала не только лес, но и всех животных, которые в нём обитали! Каждый цветок и ветку, всё – до малюсенького листочка – теперь принадлежало ей. Значит, и лис тоже стал частью богатства Ивы. Вот это да! Интересно, какие ещё животные есть в её лесу?

Ива положила ладонь на ствол дуба.

– У меня есть свой лес, – прошептала она. – Собственный лес! – громко воскликнула девочка и, хохоча, запрыгала через корни и лежавшие повсюду ветки.

Потом она запрокинула голову и закружилась, широко раскинув руки. Ива кружилась и кружилась, пока ей не стало дурно. Тогда она опустилась на мягкую лесную подстилку из листьев и мха.

Подняв голову, девочка крикнула:

– Здравствуй, лес! Это я, Ива! Думаю, у нас с тобой впереди много интересного!


Вернувшись домой, Ива застала папу сидящим на полу среди коробок. Перед ним лежал фотоальбом. Одной ладонью папа прикрывал глаза.

Ива осторожно приблизилась и обняла его. Она совершенно точно знала, что это за альбом.

Папа поднялся, только сейчас заметив появление дочери.

– Меня снова одолели воспоминания, птенчик. Я чувствую, будто она снова здесь, в этом доме. Я вижу её тут и там – в каждом углу, повсюду. Я слышу, как она напевает, как смеётся…

Ива закрыла глаза, пытаясь тоже ощутить присутствие матери. Но у неё не получалось. Ива была совсем маленькой, когда её мама погибла в аварии. Тогда папа не захотел оставаться в этом доме, потому что всё здесь напоминало о жене. Но вот они вернулись, и Адам надеялся, что память перестанет его мучить. У Ивы же всё было иначе: её воспоминания до того, как ей исполнилось четыре, казалось, просто стёрлись из головы.

Ива с нежностью прижалась к отцу.

– Но это даже хорошо, – прошептала девочка. – Это же прекрасно, что мама по-прежнему в этом доме. Было бы грустно, если бы от неё совсем ничего не осталось! – попыталась она успокоить отца.

Тот улыбнулся в ответ.

– Ты права. И пока мы оба помним твою маму, она будет жить: не только в этом доме, но и в наших сердцах.

Ива неуверенно кивнула. Она совсем не помнила маму, и ей казалось, что это неправильно. Папе девочка предпочитала об этом не рассказывать.

## Глава 2

> Прислушивайся к предчувствиям и к тому, что хочет сказать тебе природа.

> Замечай совпадения и умей видеть маленькие чудеса, которые тебя окружают.


Ива, ну разве так можно?! Я уже несколько часов тебя жду, зову тебя. Еда давно готова. Я уже начал беспокоиться!

– Я была в лесу! – с набитым ртом ответила Ива. – Ты же сам сказал, чтобы я изучила лес, пап. И ты постоянно отправляешь меня подышать свежим воздухом, потому что он нужен детям и всё такое. И ты сказал, что в лесу не опасно. Это маленькая рощица, и скоро я буду знать её как свои пять пальцев. Я изучу каждый уголок, каждое дерево, познакомлюсь с каждым муравьишкой. Я даже начала вести дневник. Смотри! – девочка протянула тетрадку, в которой начала делать записи.

Папа с интересом листал тетрадь. На первых страницах Ива попыталась начертить точный план леса, но пока успела зарисовать только четверть. Помимо плана, здесь были страницы с засушенными и вклеенными листочками разных деревьев. А ещё список животных, которых ей к этому моменту удалось обнаружить.


Ива бывала в своём лесу каждый день. К сожалению, лиса с тех пор она больше не видела. Но зато девочка повстречала семейство мышей-полёвок, четырёх белок, чёрного дятла, пять соек и нашла гнездо зябликов. Обо всех она сделала записи в тетрадке, назвав животных и описав в подробностях, чтобы в следующий раз легко их узнать. А ещё девочка наткнулась на маленький ручей, бегущий через лес.

– Лиса? – Папа поднял удивлённый взгляд от тетрадки.

– Да, я встретила её в первый день. Теперь я пытаюсь снова найти её или хотя бы её нору, но пока не выходит, – ответила Ива.

– Вообще-то это странно, ведь обычно лисы бродят в сумерках или по ночам. А тут посреди бела дня? Ты уверена, что это была лиса, птенчик?

Ива кивнула. Её рыжие кудряшки взметнулись в воздух.

– Во всяком случае, это точно была не корова! – ответила она и рассмеялась. – В лесу живёт очень много птиц, названий которых я не знаю. И многие растения я раньше не видела. Хотела поискать их в интернете, но в лесу нет связи. Поэтому я их зарисовала. Смотри, пап! – Ива взяла тетрадку и пролистала на несколько страниц вперёд.

– Где-то у нас был атлас птиц… Все книги я уже достал и поставил на полку. Посмотри-ка там, среди альбомов. Энциклопедию о птицах ты сможешь взять с собой в лес и в любой момент с ней свериться! – предложил папа и внимательно посмотрел на дочку. – Ты какая-то растрёпанная, птенчик, – заметил он, поглаживая дочь по рыжим локонам.

Мгновенно перевоплотившись, Ива театрально закричала:

– Я вырежу себе гребень из ветки дерева в моём лесу! Тогда я снова стану ухоженной и аккуратной и перестану походить на лешего! – девочка рассмеялась, и папа следом за ней.

– Погоди-ка, что я вижу? – Адам Флинн наклонился, изучая лицо Ивы.

– Что там? – забеспокоилась девочка, ощупывая щёки.

– Подожди, подожди… одна, две, три… – принялся считать папа, – триста шестьдесят семь! Вот это да!

Ива непонимающе посмотрела на отца:

– Триста шестьдесят семь – это что?

– Триста шестьдесят семь веснушек! Похоже, прогулки по лесу идут тебе на пользу.

Ива улыбнулась, прожевала последний кусочек хлеба и, прихватив книгу, встала из-за стола.

– Куда ты теперь собираешься, птенчик?

– Я должна вернуться в лес. Там ещё много чего нужно отыскать и много о чём позаботиться, пап!

– Ага! А можно спросить, о чём именно?

Ива задумалась, а потом, набрав в грудь побольше воздуха, начала перечислять:

– О гусеницах, чтобы им никто не помешал, пока они растут. О прекрасных бабочках, ведь кто-то должен любоваться их полётом. Нужно позаботиться о муравьях, чтобы они не заблудились. Сойкам понадобится помощь, когда в их гнёздах вылупятся птенцы. Ещё мне нужно подложить орешки белочке и собрать грибы, листья и цветы, чтобы изучить их дома. Ты видел мой подоконник? – Папа покачал головой. – Там я всё сушу, а листья кладу между страниц толстой книжки, чтобы хорошо их прижать и потом вклеить в тетрадь. И ещё мне нужно… – Ива вдруг замолчала. – Почему ты так странно на меня смотришь?

– Ивушка, ты сейчас снова такая, какой была в четыре года. Больше всего на свете ты любила играть в лесу.

– Да? Правда?

– Ну да. У маленькой Ивы из волос всегда торчали листья, каждый вечер, когда она приходила домой, её ладошки были испачканы землёй, карманы набиты камнями, ветками и иногда насекомыми. Однажды ты даже притащила жабу в кармане куртки.


Ива расхохоталась:

– Хотела бы я с ней познакомиться, с той малышкой! Забавная, наверное, это была девчонка.

– Да, забавная. Такая же, как сегодняшняя Ива, – улыбнулся папа.

Взяв ещё один кусочек хлеба, Ива сунула его в карман куртки и выбежала на улицу.

– До вечера! – крикнула она на бегу. Папа посмотрел ей вслед, качая головой.


Однажды, гуляя по лесу с тетрадкой под мышкой и вглядываясь в землю под ногами в поисках чего-то не замеченного раньше, Ива вдруг почувствовала на себе взгляд. Подняв глаза, она увидела знакомого лиса! Зверёк стоял неподвижно и смотрел на девочку.

Ива опустилась перед ним на землю.

– Меня зовут Ива, – прошептала она. – Мы уже встречались, ты меня помнишь?

Лис с любопытством смотрел на девочку. Ива сунула руку в карман и нащупала там кусок хлеба, припрятанный за обедом. Осторожно, очень медленно она положила угощение на землю.

– Это всего лишь кусочек хлеба. Я не знаю, что любят лисы. Но если мы подружимся, я каждый день буду приносить тебе что-нибудь вкусненькое. – И Ива медленно попятилась на несколько метров назад.

Лис продолжал смотреть ей в глаза, но потом наклонил голову и сделал несколько шагов вперёд. Понюхав хлеб, зверь съел его без остатка.

– Вкусно? – тихо спросила Ива, ласково улыбаясь лису. – Могу принести тебе ещё. Каждый день понемножку. Что же ты любишь есть? С мышками или чем-то таким я тебе помочь не могу. Но если хочешь, принесу тебе фруктов. – Лис ещё раз взглянул на Иву и исчез в кустах.

– До встречи! – крикнула Ива ему вслед. Она была уверена, что лис её понял и скоро они снова увидятся.

Так и произошло. Впрочем, к фруктам, которые Ива принесла на следующий день, лис интереса не проявил. Но и в кустах не спрятался. Он отошёл от Ивы на небольшое расстояние и обернулся, словно приглашал девочку последовать за ним. Ива поняла и медленно пошла за зверьком.

Лис то и дело убегал вперёд и останавливался, и тогда Ива делала ещё несколько шагов. Ближе лис её не подпускал. Вскоре лис побежал быстрее, и Ива с трудом за ним поспевала.

– Ты что-то хочешь показать мне, да?

Не успела Ива произнести эти слова, как увидела то, ради чего лис и привел её сюда: маленькую деревянную хижину прямо в гуще леса. Покосившаяся от ветра и увитая плющом, хижина стояла между деревьев в окружении зарослей шиповника. Небольшие окошки со ставенками, остроконечная крыша с наклонившейся дымовой трубой, а рядом, на верхней ветке огромного дерева, – качели на длинных-предлинных верёвках. Перед домом Ива заметила заросшую сорняками клумбу, окружённую пёстрым резным заборчиком.


– Что это за дом? – удивилась девочка, с недоумением смотря на лиса, который неизвестно почему казался очень довольным и гордым.

И тогда произошло нечто особенное. У Ивы закружилась голова, и, прикрыв глаза, она увидела перед собой низкую рыжеволосую девочку, которая бежала к домику.

– Тётушка Альвина! – звала девочка. – Тётушка Альвина!

– Я здесь, дитя моё, здесь, в Птичьем городке! – голос доносился с дерева, к которому была приставлена длинная лестница.

И Иве вдруг показалось, что та маленькая девочка – это она сама.

Она взглянула наверх, туда, где кончалась лестница.

– Что ты там делаешь? – спросила Ива.

– Вешаю новый скворечник. Обитателей Птичьего городка становится всё больше и больше! Жилья на всех не хватает.

Ива разглядывала бессчётные скворечники, которыми были увешаны и толстый ствол, и ветви дерева. Многие просто покачивались на ветках на ветру. Ни один скворечник не был похож на остальные. Каких только цветов, размеров и форм здесь не было! Домики с одной дверцей и для нескольких птичьих семейств; круглые и квадратные; скворечники, похожие на настоящие, и просто выдолбленные пеньки. Больше всего скворечников выстроилось снизу вверх по всей длине ствола. Они так плотно облепили его, что кору дерева почти нельзя было разглядеть.

Вокруг тётушки Альвины взволнованно порхали птицы, то и дело присаживаясь ей на плечо или даже не голову.

– Да-да, мой воробушек! – смеялась Альвина. – Скоро у вас снова наступит тишина и покой, ещё и появится парочка свободных квартир в придачу!

Неожиданно картинка исчезла. Ива открыла глаза.

– Это дом Альвины! – догадалась девочка. В этом она была совершенно уверена. Ну разумеется, это дом тётушки Альвины, и теперь всё здесь казалось Иве очень знакомым. – Как же я тебя раньше не заметила? – обратилась она к домику. – Ты прятался от меня?

Конечно, ответа не последовало, и Ива продолжила рассуждать:

– Возможно, я просто не заходила в эту часть леса. – Она огляделась по сторонам. – А где это я? Я совсем не следила за дорогой. Ну ладно, неважно, как-нибудь выберусь. Ведь мой лес не такой уж большой. – Ива подошла к домику. – Зайдёшь со мной, лис? – Но лис, выполнив свою задачу, бросил на девочку прощальный взгляд и исчез в зарослях.

– Лучше бы он остался со мной, – пробормотала Ива. – Эй? Есть здесь кто-нибудь?

На дереве над входной дверью были вырезаны незнакомые слова.

– «Слушай своё сердце!» – прочитала Ива и осторожно нажала на ручку.

Дверь поддалась и со скрипом, словно сама по себе, открылась. Ива испугалась. Не лучше ли ей вернуться? А вдруг здесь кто-то уже поселился? Например, шайка разбойников?

Ива покачала головой:

– Что за глупые мысли! Это же мой лес, а значит, и дом тоже мой! – собравшись с духом, девочка переступила порог.

Внутри пахло пылью и старой мебелью. Ива открыла окна и ставни, впуская в дом свежий воздух и солнечный свет. В углах пауки сплели огромные паутины. Девочка была почти уверена, что краем глаза видела, как в норку юркнула мышка. Впрочем, ни мышей, ни пауков она не боялась.

В доме нашлись метла и ведро. Недолго думая, Ива наполнила ведро дождевой водой из бочки у домика и начала уборку. Ей вспомнилась Белоснежка из мультфильма, которая, напевая и пританцовывая, наводила порядок в домике гномов. Поэтому Ива тоже стала потихоньку напевать и пританцовывать.

Когда девочка вытирала пыль с книжной полки, её сердце замерло. На полке стояли старые толстые тома в тяжёлых кожаных переплётах. Ива провела рукой по корешкам и попыталась вытащить одну книгу, но они стояли на полке так плотно, что даже не шевельнулись.


– Похоже, вы не хотите, чтобы я вас читала, да? – спросила Ива и поняла, что, разговаривая с книгами, выглядит странно. Девочка пожала плечами. – Ну и ладно!

И тут она увидела две фотографии в рамках. Слой пыли, лежавший на них, оказался таким толстым, что изображение не сразу можно было разглядеть. Ива вытерла пыль тряпкой и обнаружила на одной из фотографий тётушку Альвину, а рядом с ней – маленькую рыжеволосую девочку. Одной рукой девочка обнимала тётушку, а другой – овчарку. Сердце Ивы забилось быстрее. Она с нежностью провела пальцами по фотографии.

«Почему я этого совсем не помню?» – подумала Ива и поставила рамку обратно на полку. На другой фотографии были четыре молодые женщины. В одной из них Ива узнала тётю Альвину. Остальные были ей незнакомы. У всех на шее висели одинаковые цепочки с символами. Ива поставила и эту фотографию обратно и перевела взгляд на ещё один шкаф. Девочка подошла к нему и подёргала за ручку. Заперт. И ключа нигде не видно.

– Понятно! Ты тоже не хочешь, чтобы я тебя открывала! – Ива снова пожала плечами, а потом огляделась, чтобы оценить свою работу. – Ну что же – до идеальной чистоты здесь пока далеко, – заключила она, – но для первого раза вышло неплохо.