Юрий Бушин
Сумерки времён

Пролог. Аномалия

Ледник Ламберта, Антарктида.

Полярный день в Антарктиде подходил к концу. Пять вездеходов двигались через плато Советское к горе Мензис. Машины на огромных колёсах прокладывали путь от станции Восток-2 до ледника Ламберта. Россия не планировала эту экспедицию. Поначалу она была сформирована американцами и европейцами. Их путь к горе пролегал от станции Амундсен-Скотт. Однако на полпути к горе два из трёх вездеходов сломались. Дальнейшее продвижение на одной машине было невозможно. И правительство США обратилось за помощью к России. В Москве охотно откликнулись на просьбу и выделили пять вездеходов, которые помогли застрявшим полярникам. Так спасательная операция превратилась в совместную научную экспедицию, командовал которой Андрей Тернов, у которого за спиной было семь зимовок. В экспедицию также входили американец Эндрю Крейг, французский геофизик Луи Дебрё, ирландский гляциолог Эрик МакКин и несколько инженеров, отвечавших за научное оборудование.

Тернову не нравилась эта затея. Он предпочёл бы отвезти иностранцев на Восток-2 на зимовку. Но из Москвы пришёл твёрдый приказ: помочь во имя престижа Родины!

Температура за бортом опустилась до минус 36 градусов Цельсия. Дул пронзительный ветер, а снег шёл густым занавесом. Караван экспедиции двигался медленно, прокладывая извилистый путь в обход снежных гребней. В Антарктиде основной опасностью были не холод, снег и ветер, а трещины, постоянно возникавшие в движущемся льду разломами глубиной в несколько сотен метров. Хотя машины были оборудованы лидарами, позволяющими обнаруживать пустоты во льду, водителям приходилось трудно. Они неотрывно всматривались в ослепительную белизну, чтобы не сорваться в пропасть.

В течение восьми часов вездеходы продвигались вперёд на сотню километров к намеченной цели. Во время остановок для отдыха машины заряжали аккумуляторы при помощи солнечных батарей, пока солнце ещё оставалось над горизонтом. До цели оставалось немного меньше одного дневного перехода.

Тернов был в нервном напряжении. Последние спутниковые данные указывали на скорое приближение мощного циклона, который принесёт сильный буран. Ураган и обильный снегопад могли засыпать машины или даже перевернуть их, и экспедиция рисковала застрять в снегах на несколько дней или даже недель. Полярная ночь наступала через сутки, и уже завтра солнце больше не поднимется над горизонтом на долгие месяцы. Без солнечных батарей они могли бы продержаться на аккумуляторах и поиздержавшихся запасах топлива до прихода помощи. Но любая неприятность или поломка могли бы поставить жизни учёных под угрозу. Думая об этом, Андрей изучал спутниковые снимки циклона.

Люк вездехода распахнулся, и внутрь вошли двое мужчин в оранжевых комбинезонах, окутанные снежным вихрем. Старший из них снял очки и утёр ладонью бороду, покрытую инеем. Затем обратился к Андрею:

– В чём дело, господин Тернов? Почему мы остановились? – на Андрея посмотрел здоровяк с рыжей бородой и усами.

– Я приказал. У нас возникли проблемы, – ответил он, жестом приглашая американца присесть рядом.

Крейг, немного помявшись, согласился. Он был не очень доволен неожиданной остановкой и в целом относился к их сотрудничеству с недоверием.

– Что случилось? – спросил Эндрю.

Андрей повернул ноутбук и показал экран.

– Нам придётся разворачиваться. Сюда идёт циклон и ожидается сильный буран.

– Чёрт возьми. Нет! Мы уже почти на месте, вы не можете нас развернуть, господин Тернов! – возмутился американец. – До ледника рукой подать!

– Это слишком опасно. Я не могу продолжать экспедицию, – отрезал Андрей.

– Свяжитесь с Москвой! Вам подтвердят. Мы должны достигнуть точки назначения. Наши правительства обо всём договорились!

– Послушайте, здесь командую я. На меня возложена ответственность за жизни всех членов экспедиции. Мистер Крейг, вы прекрасно знаете, что ни Москва, ни Вашингтон не могут повлиять на моё решение, если вопрос касается безопасности. Мне очень прискорбно, что мы вынуждены остановиться в одном шаге от намеченной цели. Но придётся…

– Нет, это вопрос чрезвычайной важности.

– Да что тут важного? Этот чёртов ледник никуда не денется! Вернётесь сюда через полгода…

– Позвольте мне объяснить вам месьё, – вмешался в разговор стоявший рядом француз.

– Вы позволите? – обратился он к американцу за одобрением.

– Валяйте, – Крейг махнул рукой.

Дебрё сел рядом. Его карие глаза поверх крючковатого носа пристально смотрели на русского.

– Вы что-нибудь знаете о дрейфе магнитных полюсов Земли?

– Конечно, – усмехнулся Тернов. – Каждый полярник знает, что магнитные полюса смещаются. Причём тут это? Вы хотите проверить мои знания азов геофизики?

– Отлично! Тогда вы должны были слышать о загадке Южного полюса, – француз замялся, подыскивая подходящие слова. – Так вот, несколько лет назад направление его смещения изменилось. А завтра он должен оказаться в этой точке.

Дебрё ткнул пальцем в карту. Андрей понимал, что геофизик пытался ему объяснить важность предстоящего события. Но почему он должен был изменить своё решение?

– Давайте проще. Вы хотите завтра зафиксировать этот момент смещения?

– Именно, – в голос ответили американец и француз.

– Допустим. И что тут важного? Его «ловили» и не раз…

Дебрё достал из-за пазухи планшет и протянул его.

– Да, но поверьте, это особенный случай! Посмотрите сюда…

Андрей взял планшет. Учёный попросил его нажать на кнопку Play. На экране появилась знакомая карта, на которой красной точкой отображалось местоположение Южного магнитного полюса с течением времени. Она пришла в движение и постепенно сместилась к Морю Росса, перепрыгнула к центру континента и поплыла по размашистой дуге к горе Мензис.

– Видите, он стал дрейфовать по новой траектории, – сказал Дебрё. – Это очень необычно!

Андрей был озадачен. Траектория действительно выглядела странной, но мало ли как складывались геофизические процессы там, глубоко под землёй?

– Смотрите дальше! Я нанёс на карту данные сейсмоактивности за тот же период времени, и вот что получилось!

На карте появились синие точки, обозначавшие эпицентры землетрясений. Красная и синяя линии соединились, образовав кривую в виде вытянутой S, а место их пересечения лежало у подножия ледника Ламберта. Глаза учёного заблестели. Он явно упивался своим интеллектуальным превосходством.

– Видите? Нам нельзя пропустить это событие! Что-то есть там, под землёй. Оно притягивает полюс, и через четырнадцать часов его траектория пересечёт эту точку. Мы можем стать очевидцами важнейшего события, а может, даже найдём ответ на вопрос природы смены полюсов Земли. Мы можем войти в историю!

Картинка выглядела убедительно. Андрей знал, что каждые полмиллиона лет на Земле происходила смена полюсов, когда Южный и Северный меняются местами. Но почему и как это происходит, оставалось загадкой. Может быть, Дебрё был прав, и они стоят на пороге важного открытия?

– А вы не думали, что это просто совпадение? – спросил Андрей.

– Вот и узнаем! – воскликнул американец. – Все ответы рядом!

– Хорошо, – нехотя согласился Андрей.

«Погода здесь непредсказуемая. Возможно, успеем проскочить?», – рассудил он про себя.

Учёные продолжили свой путь, сократив время отдыха водителей на два часа. Тернов решил выиграть небольшую фору у надвигающейся непогоды. Это позволяло им добраться до места назначения заблаговременно и успеть расставить аппаратуру. Затем он планировал отвести отряд подальше от фронта циклона и переждать бурю в безопасности. Когда непогода уляжется, они вернутся за оборудованием, соберут ценные данные и благополучно вернутся на базу. Таков был его план.

Через десять часов вездеходы спустились в долину, к подножию ледника. Им открылась величественная картина: горный массив, протянувшийся на четыреста километров вдоль шельфового льда, и огромная стена ледника, простиравшегося почти на семьсот километров вдоль побережья. Рёбра крупных и мелких трещин избороздили всю поверхность ледника. Ширина некоторых из них достигала сотен метров, а длина – десятков километров. Учёные могли видеть лишь небольшую часть ледяного щита, но даже она производила неизгладимое впечатление.

Люди вышли из машин и застыли, любуясь пейзажем. Тернов, как и остальные, повидал в Антарктиде многое, но столь масштабной природной конструкции, простиравшейся насколько хватало глаз, и ему не доводилось видеть раньше.

Крейг подошёл к Андрею и спросил:

– Не правда ли красиво?

– Да, это нечто невообразимое! – восхитился Андрей. – Мы на месте?

– Да. По расчётам нам туда. Метров триста, – подтвердил американец, указывая перчаткой вправо.

Андрей взял бинокль и снял солнцезащитные очки, чтобы посмотреть в нужную сторону.

– Идти опасно. Тут могут быть трещины во льду. Вы уверены? – спросил Андрей.

– Да, – кивнул Крейг. – Часть оборудования поставим здесь, но основные датчики нужно доставить точно в эпицентр.

– Хорошо. Пойдем в связке. Михаил, готовь страховки и «кошки»! – скомандовал Тернов, обращаясь к старшему механику.

К месту назначения пошли четверо: Тернов, Крейг, Дебрё и МакКин. Остальные оставались устанавливать магнитометр, сейсмограф, видеокамеры и другие приборы. На лыжах учёные быстро добрались бы до нужной точки, но характер ландшафта не позволял этого. Поэтому группа, облачившись в специальное альпинистское снаряжение, пошла связкой. На ботинки прикрепили зубастые «кошки» и все обвязались страховкой. Вооружившись лыжными палками и альпенштоками, они начали спуск.

Андрей вёл группу, проверяя каждый шаг палкой, чтобы не провалиться в пустоту под снегом. Несколько раз они натолкнулись на глубокие расщелины, и им пришлось сделать большой крюк. Солнце упрямо клонилось к горизонту. До ожидаемого события оставалось чуть больше часа.

Группа остановилась.

– Всё, пришли! Устанавливайте оборудование. У нас минут сорок, скоро стемнеет, – обратился Андрей к спутникам.

Все оглядывались по сторонам, изучая отвесные стены ледяного каньона. Крейг помог Дебрё снять тяжелый рюкзак. Тернов сверился с компасом. Полюс смещался. МакКин достал из рюкзака какой-то прибор и обратился к Крейгу.

– Я отнесу это туда? – спросил он, указывая на глубь ледяного разлома. Крейг согласно кивнул и отпустил коллегу, чтобы тот мог приступить к монтажу оборудования.

Через десять минут была смонтирована стойка с приборами, к которой были подключены провода от аккумуляторной батареи. Француз ловко и уверенно настраивал аппаратуру, несмотря на мороз.

Внезапно в наушниках шлемофона раздался возглас МакКина:

– Эй, сюда! Тут что-то есть. Я такого ещё не видел!

– Что случилось? – спросили Тернов и Крейг одновременно.

– Вам лучше на это посмотреть самим! – ответил МакКин взволнованно.

Учёные оставили Дебрё и побежали к ирландцу, который скрылся за ледяным выступом. Когда они подошли, то увидели, что тот стоит посреди ледяного разлома, а под его ногами распростёрлось огромное чёрное пятно. На первый взгляд они подумали – это обнажённый выступ скалы, но, приблизившись к нему, увидели идеально очерченный чёрный круг на снегу. Он был чёрный как смоль, идеально правильной формы, словно дыра в пропасть, в которой не отражалось ни единого светового блика.

– Холи шит… Что это? Камень? – удивился Крейг.

– Не знаю, но точно не камень. Я попробовал, но ничего не почувствовал, – ответил Эрик.

Тернов подошёл ближе, встал на одно колено и пристально присмотрелся. Поверхность круга была абсолютно плоской, без малейшего искажения. Он был настолько чёрен, что взгляд утопал, а в глазах начинало рябить от невозможности зацепиться хотя бы за малейшую неровность. Ещё одной странностью была граница круга. Она то была, то исчезала, а переход между чернотой и снегом не улавливался.

Андрей снял перчатку и попробовал смахнуть снег с края, чтобы посмотреть, может ли это быть вершина чего-то, скрытого под ним. Но там ничего не было. Попытавшись дотронуться до поверхности, как и сказал Маккин, он ничего не почувствовал, как если бы засунул руку в пустое ведро и попытался нащупать воздух.

– Вы тоже это чувствуете? – взволнованно спросил МакКин.

– Да. То есть нет… Я ничего, абсолютно ничего не чувствую, – в замешательстве подтвердил Андрей.

– Это ещё что! Смотрите…

МакКин зачерпнул горсть снега, подбросил его над кругом. Снежное облако опало, начало разбегаться по его краям, словно живое.

– Видите?

– Это и есть ваша аномалия? – спросил Андрей.

Но американец отрицательно мотнул головой.

– Я понятия не имею, что это!

– У нас проблемы с расчётами, – раздался голос Дебрё в наушниках. – Он ускорился!

Все переглянулись.

– Сколько у нас времени? – спросил Андрей.

– Думаю, одна-две… – Француз не успел договорить. Люди почувствовали, как на их головы словно бы рухнули горы окружающего льда. Сокрушительная тяжесть навалилась на сознание. Лишь отрывочные мысли успели промелькнуть и угасли.

Невооружённым взглядом увидеть смещение силовых линий магнитного поля было невозможно. Человеческий организм в нормальных условиях к ним невосприимчив. В момент, когда полюс совпал с кругом, произошло нечто необъяснимое. Чёрный круг мгновенно трансформировался в сферу. Она в мгновение ока увеличилась в размерах и одним стремительным скачком поглотила полярников в ледяном ущелье, оборудование, вездеходы и ничего не подозревавших учёных рядом с ними…

Глава 1. Командировка

Штаб-квартира СВР, Москва.

Директору Службы внешней разведки России генерал-лейтенанту Святославу Игоревичу Бодрову недавно исполнилось шестьдесят пять. Можно было бы задуматься об уходе на покой, но он ещё был полон сил, а руководство страны высоко ценило его заслуги. Вверенная ему служба надёжно стояла на страже внешней безопасности страны.

В этот апрельский день в районе деревни Бачурино в Новомосковском округе Москвы, где располагалась штаб-квартира СВР, стояла тёплая солнечная погода. Но на душе директора, что называется, кошки скреблись. Забот, как никогда, было много. К задачам СВР по ведению политической, экономической и научно-технической разведки добавилось ещё и обеспечение глобальной безопасности от угроз нового характера. Одной из таких угроз была аномалия в Антарктиде, появление которой тридцать лет назад привело к бесследному исчезновению научной экспедиции.

С самой аномалией ни СВР, ни всё человечество сделать ничего не могло. Но вокруг неё образовалось множество более мелких, но очень коварных угроз безопасности как для России, так и для человечества в целом.

У Бодрова, военного человека, слова: аномалия, феномен и экзотический, которыми описывали это явление, вызывали раздражение, потому что несли в себе неопределённость и непредсказуемость. Они требовали внесения ясности, объяснений и оценки угроз, что отнимало у службы много ресурсов.

Согласно преобладающему мнению ученых, аномалия представляла собой спонтанную развёртку дополнительных пространственных измерений, наличие которых было предсказано теорией струн, но не было экспериментально подтверждено до того момента. Согласно теории, Вселенная изначально была одиннадцатимерной, но дополнительные измерения свернулись до планковских размеров[1] и не наблюдались людьми.

Генерал обладал хорошим воображением, но не мог представить движение в других направлениях, кроме как вверх-вниз и вперёд-назад. Поэтому разговоры о четвёртом измерении, вообразить которое он был не в силах, хотя и пытался, вызывали только раздражение. Не говоря уж о пяти, шести и даже одиннадцати степенях свободы. Возникали закономерные вопросы: четвёртое направление – это как и куда? Понимали эти вещи только математики и физики с большим воображением, да и то далеко не все. Или только думали, что понимали.

Как бы там ни было, образовалась Гиперсфера, как её окрестили учёные. И этот беспрецедентный феномен попал в центр интереса научного мира. Сразу же на неё попытались «наложить лапу» американцы под предлогом того, что именно их учёные предсказали появление аномалии. Пытались захватить контроль над объектом и китайцы. Просто по праву сильного. Не осталась в стороне и Россия. Для решения спора, кому должен принадлежать этот объект, к берегам Антарктиды были стянуты военные флоты мировых держав. Развязался кризис, по остроте сравнимый с Карибским. В воздухе пахнуло ядерной войной.

К счастью, здравый смысл возобладал. Ценой огромных усилий мировое сообщество договорилось сообща изучать Гиперсферу и поровну делить новые открытия. Для этих целей в Антарктиде был построен научно-исследовательский комплекс Центр изучения гиперфизики[2] Альфа, вокруг которого немедля закипела бурная шпионская война. Каждая сторона старалась всеми правдами и неправдами получить преимущество, узнать что-то раньше других и извлечь свою выгоду, несмотря на подписанное соглашение о разделе научных открытий. С тех пор Центр находился под пристальной опекой СВР. Задачей офицеров разведки было обеспечить безопасность научного объекта учёных и проследить за тем, чтобы никто из вороватых «партнёров» не смог единолично присвоить ценные научные достижения.

Учёные много лет пытались проникнуть в тайны Гиперсферы, но она оставалась неприступной крепостью. Дроны, посланные внутрь, исчезали без следа, никто из них не возвращался. Однако десять лет назад всё изменилось. Удалось обнаружить квантовую флуктуацию, которая формировалась каждые двести двадцать пять дней, позволяющую проникнуть внутрь сферы и вернуться обратно. Благодаря этому открылся путь в удивительный и крайне необычный мир. Не на другую планету, а именно в другую вселенную – Иномир, названный Аидом. Люди обосновали в нём научную колонию Омега, и теперь два научных центра являли собой Альфу и Омегу современной физики.

В дверях кабинета появился Первый заместитель директора полковник Ярослав Королёв.

– Святослав Игоревич, разрешите?

Бодров кивнул и предложил заму присесть.

– Присаживайся, Ярослав Викторович. Что у тебя?

Королёв доложил, что подобрал на утверждение группу кандидатов для отправки в Иномир. Он протянул Бодрову кожаную папку с бумагами. Директор изучил содержимое папки.

– Ты как в воду глядел. Только что думал об этой многомерной напасти. Провались она пропадом, – пробурчал он.

Королёв хмыкнул.

– Вы, как всегда, не в бровь, а в глаз, Святослав Игоревич!

– В каком смысле?

– Ну, про «провались». Умники из Института стратегических исследований пришли к выводу, что Гиперсфера – это многомерная яма в другой континуум. В иную вселенную. Можно сказать, она уже провалилась, – ухмыльнулся заместитель.

Генерал закончил читать документы.

– Значит, ты предлагаешь послать майора Белова и физика Лужина? Ты в них уверен? Надёжные ребята?

– Так точно, Святослав Игоревич, уверен! Белов из Заслона[3] – отличник[4]. На его счету больше дюжины командировок. Владеет несколькими языками. У него превосходная огневая подготовка, и он мастер рукопашного боя.

– Языки ему помогут освоиться в интернациональном коллективе. Хорошая форма и боевые качества – это прекрасно. Но с кем драться-то? Важнее, что у него с головой!

– Простите, не могу согласиться. Обстановка в Аиде сложная. В коллективе базы большинство составляют иностранцы. Плюс ксено-фактор[5] – фауна Аида не дружелюбна к людям. Так что добрый кулак там очень даже востребован. А с головой у Белова хорошо. Смышлёный малый и с людьми ладить умеет. Я знал его отца.

Директор одобрительно кивнул.

– Хорошо. А второй?

– Кирилл Лужин – вундеркинд! В пятнадцать лет поступил в МФТИ. Закончил с красным дипломом. В двадцать семь защитил докторскую. Специализируется в вопросах физики многомерных пространств. Работает у нас в Институте стратегических исследований. Прошёл курс начальной боевой подготовки.

Генерал помолчал несколько секунд и вернул папку заместителю.

– Хорошо, Ярослав Викторович. Если ребят подбирал ты сам, я возражать не буду. Молоды они, конечно, ещё. Белову всего тридцать два, а Лужину итого меньше. Приходится посылать таких зелёных в Аид, – помолчав добавил: – Не могли придумать более радостное название?

– Не нам выбирать было. Но что-то в этом есть! Мир Аида практически мёртв. Наши парни считают, что его цивилизация исчезла четверть миллиарда лет назад. В каком-то смысле это большое многомерное кладбище, – развёл руками Королёв.

– Понять бы ещё, что их сгубило, и не повторить нам чужих ошибок, – глубокомысленно пробормотал Бодров. – Ладно, Ярослав Викторович, инструктируй парней, и Бог в помощь!

* * *

Артём шёл по длинному коридору штаб-квартиры СВР. Это был выходной день. На этаже не было ни души. Галогенные лампы холодно отражались бликами в начищенном лакированном паркете. Каблуки его ботинок чеканили шаг, а доски поскрипывали под ногами. Майора Белова вызвали из отпуска досрочно, и это могло означать что угодно. Его ждала встреча с Первым заместителем директора службы.

Офицер связи дал добро на свободную форму одежды, так что Артём был одет в гражданку. Тёмно-серый костюм, подчеркивающий атлетическое телосложение, сидел на нём идеально.

Он сделал ровно двести шагов по коридору, прежде чем остановиться. Дверь нужного кабинета была приоткрыта. В приёмной за большим столом сидела женщина средних лет. Она перебирала бумаги на столе, когда подняла взгляд на Артёма и тут же расплылась в приветливой улыбке.

– Майор Белов, здравствуйте! Как отдохнули? – искренне поинтересовалась она.

Артём улыбнулся в ответ.

– Спасибо, отлично! Так, рыбу успел половить. Но вот вызвали… Ольга Павловна, он у себя? Мне к одиннадцати назначено, – Артём бросил короткий взгляд на часы на руке. Явился без опоздания. Было без нескольких секунд одиннадцать.

Ольга сочувственно вздохнула.

– У себя, у себя. Занят был только. Секундочку, я доложу, – она нажала кнопку на пульте внутренней связи. – Ярослав Викторович, к вам майор Белов.

– Пусть заходит, – раздался строгий голос полковника. Ольга бросила короткий взгляд на дверь в кабинет руководителя, дав понять Артёму, что тот может войти.

Артём улыбнулся секретарю и откашлялся, прежде чем распахнуть дверь. Переступив порог, он оказался в просторном кабинете, залитом солнечным светом. Ничего лишнего здесь не было. Полковник имел аскетичный вкус. В центре кабинета стоял большой Т-образный стол и несколько кресел. Вдоль стен тянулись книжные шкафы, а за спиной висел большой экран. На столе перед полковником стоял большой вогнутый монитор.

В кресле за столом сидел коренастый мужчина. На вид полковнику было под пятьдесят. Его волосы уже обильно тронула седина. Он был одет в тёмно-зелёную форму с красными кантами и лампасами. Гладко выбритое лицо было словно высечено из мрамора, а по его выражению нельзя было прочитать никаких эмоций. Строгий взгляд серых глаз изучал что-то на мониторе компьютера.

– Товарищ полковник, майор Белов прибыл по вашему приказанию, – доложил Артём. Королёв перевёл на него взгляд и махнул рукой.

– Вольно, майор! Присаживайся. Сегодня без формальностей, – сказал он, указав Артёму на кресло рядом.

– Извини, испортили тебе отпуск, – продолжил полковник, когда Артём устроился в кресле. – Успел хоть немного отдохнуть?

– А то, Ярослав Викторович, порыбачил!

– Завидую! Я на рыбалке лет пять не был, – вздохнул полковник. – Ну, то есть хотя бы немного отдохнуть успел? Это хорошо!

Он помолчал несколько секунд, затем встал из-за стола. Артём было дёрнулся следом, но тот жестом дал понять, что не стоит. Заложив руки за спину, Королёв подошёл к окну и стал вглядываться в даль.

– Ты сколько уже в Заслоне?

– Одиннадцать лет.

– Да-а, не мало, но и не много. Как группа?

– Отлично, Ярослав Викторович! Мои парни молодцы! За каждого готов поручиться головой.

Полковник повернулся.

– Прямо за каждого?

– Да, – не раздумывая, кивнул Артём. – Что-то случилось?

– Случилось. Вот что, майор Белов, готовься сдавать группу.

В сердце Артёма защемило. В голове веером пронеслись разные мысли. Но приказ есть приказ.

– Есть сдавать группу. Кому передать дела?

Королёв прищурил левый глаз и бросил на Артёма длинный взгляд, изучая его реакцию.

– Сам решишь, кого оставить вместо себя, – Артём было заикнулся с предложением, но полковник продолжил. – Потом. Это всё потом! Тут дело такое… Принято решение отправить тебя на очень ответственное задание. Это займёт около года, поэтому на это время надо передать группу.

Он присвистнул про себя. Ого! Такой длинной командировки у него ещё не было! Разное бывало. Иногда специальные операции СВР требовали длительного проникновения в другую страну, подготовки и разведки, но обычно это не превышало одного-двух месяцев. А здесь – целый год! Что это? Резидентура? Нет, он не нелегал, а боевой офицер, оперативный работник и не подходит для таких операций.

– Есть передать группу. Готов к новому заданию.

– Даже не спросишь, к какому? – удивился полковник.

– Узнаю, когда придёт время, – Хмыкнул Артём.

– Вот поэтому я и выбрал тебя. Ты мне напоминаешь отца. Мы вместе служили. Мужик он был что надо! И вот так же готов был к любой авантюре. Как мушкетёр. Мы так и звали его между собой – Д’Артаньяном…

Артёму стало немного грустно. Он вспомнил своего отца. Тот тоже служил в СВР, но три года назад родителей не стало в злополучной аварии.

– Спасибо, Ярослав Викторович, за добрые слова.

– М-да… Лучшие уходят первыми. Ну, не буду тянуть. Ты отправишься в Аид. Знакомое название?

Артём кивнул. Он слышал об Иномире. Да, собственно, кто о нём не слышал сейчас? Сегодня о нём знал каждый школьник. Но Белов даже подумать не мог, что его туда отправят.

– Что я должен делать?

– А вот тут давай поподробнее. Королёв вернулся к своему столу и включил большой экран на стене, после чего провёл брифинг для офицера.

Белов должен был отправиться в составе усиления экспедиции на Омегу. Научная база в другом мире позволяла поддерживать жизнеобеспечение для пятидесяти человек. Год назад из-за трагических обстоятельств в Аиде погибли двое – учёный и офицер службы безопасности научной станции из числа сотрудников квоты Российской Федерации. Спустя цикл представилась возможность восполнить потерю. Приближалось время открытия очередного окна в Иномир. Артёму предстояло сопровождать физика Лужина, обеспечивать его прикрытие в Аиде и включиться в работу службы безопасности станции. Мир Аида, несмотря на свою пустынность, был опасен. Хотя местная разумная форма жизни давным-давно исчезла, там всё ещё обитали организмы, враждебно настроенные к пришельцам с Земли.

– Не будет преувеличением сказать: тебя ждёт самое захватывающее путешествие в твоей жизни! Наверное, это даже поинтереснее, чем побывать на Марсе. Но твоя задача будет не только присматривать за Лужиным. Наш офицер погиб при не совсем понятных обстоятельствах. Капитан Альфы Алехандро Гомез – мой старинный приятель и наш друг[6]. Он поддержит тебя, поможет разобраться во всём перед отправкой. Ксенологи[7] Омеги изучают руины города аидян. Твоя задача – понять, не ведут ли «партнёры» нечистую игру. Нам известно об утечке некоторых артефактов из Аида на чёрный рынок. Но чьих это рук дело, пока непонятно.

Королёв замолчал, пристально смотря на Белова. Артём тоже молчал, переваривая свалившееся на его голову задание.

– Сколько у меня времени на подготовку?

– Сорок восемь часов. Сдашь группу и отправишься в наш центр. Там познакомишься с Лужиным, – полковник протянул ему небольшой блестящий предмет. – Здесь всё, что тебе надо знать. Внимательно изучи. Время будет в дороге.

Артём взял флэшку из рук полковника и встал из-за стола. Королёв подошёл к нему и хлопнул по-отечески рукой по плечу.

– Держись там и возвращайся!

________________________

[1] 1,6·10−35 метра.

[2] Область физики, изучающая пространства с числом измерений выше трёх.

[3] Отряд специального назначения СВР.

[4] Имеется в виду – награждён медалью СВР «За отличие», за конкретные результаты в оперативной и служебной деятельности.

[5] Ксено – от латинского xeno, обозначающее отличие, чужеродность к чему-либо. В данном случае, фактор влияния чужеродной жизни.

[6] В разведке другом принято называть лицо, сотрудничающее со службой, не обязательно агент, но так называют и полезные, лояльные контакты.

[7] Ксенология – наука по изучению инопланетных форм жизни.

Глава 2. Подготовка

База СВР, Владимирская область.

Через двое суток после встречи с полковником Белов прибыл на секретную базу СВР в глубоких лесах Владимирской области. Здесь, скрытый от посторонних глаз, располагался секретный центр подготовки, где Артём познакомился со своим напарником.

Кирилл был невысок ростом, на вид щупл и бледен. На голове красовалась копна взъерошенных, непослушных светло-русых волос. Но субтильный вид учёного был обманчив. Первая же тренировка в спортзале показала, что под одеждой скрывалось жилистое тело.

Подготовкой Артёма и Кирилла руководил Инструктор – офицер среднего роста, коротко стриженый, смотрящий на окружающий мир холодным, оценивающим взглядом голодного питона. В его движениях, осанке и манерах чувствовался большой опыт. Инструктор не расставался с секундомером и планшетом, в котором то и дело оставлял пометки. Имени и звания его Артём не знал. Здесь царило правило: ни имён, ни фамилий, ни званий. Только товарищи Слушатели и товарищ Инструктор. По окончании тренировок он давал им лаконичные советы, указывал на допущенные ошибки и отправлял на медосмотр.

Артём быстро сработался с Кириллом. Уже к третьему занятию между ними выработалось чувство локтя, как будто они тренировались в связке длительное время.

Было шесть утра. Они сидели в отдельном боксе столовой за завтраком.

– У тебя отличная форма! Встреться с тобой на ринге, ни за что не подумал бы, что ты ботаник, – стуча ложкой в тарелке и жуя хлеб, заговорил Артём.

– Физик-теоретик, если быть точным, – поправил его Кирилл.

– Ну да, физик. Служил?

– Нет, только военная кафедра в МФТИ. А это, – он хлопнул себя по груди, – По наследству досталось. У нас в роду мужики все такие.

– Ну, если тебе надоест физика, приходи к нам! Тут такие нужны, – одобрительно ответил Артём. – Кстати, что ты думаешь о Гиперсфере и Аиде?

Артём ознакомился с досье, которое передал ему полковник, но хотел услышать мнение специалиста. Это было важно для сокращения психологической дистанции между ним и Кириллом, а также для поиска новых деталей, которые могли быть упущены аналитиками.

– Здесь больше вопросов, чем ответов. Некоторые учёные в институте считают, что Гиперсфера – это случайная развёртка одинадцатимерного континуума в нашем четырёхмерном пространстве-времени, – ответил Кирилл, но его голос не звучал уверенно.

– А ты сам что думаешь? Случайная ли?

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, посуди сам… Допустим, мы понимаем, что случилась эта развёртка. Как там его?

– Одинадцатимерного континуума.

– Вот-вот, допустим. Но почему именно тогда и там? Почему не на Луне, а в Антарктиде? – задавал вопросы Артём, жуя кусок мяса.

– У нас пока нет ответов, мы не знаем причин этого события. В нормальных условиях вероятность такого события ничтожно мала и превышает время существования вселенной. Тем не менее, оно произошло, что, конечно же, вызывает беспокойство, – парировал Кирилл.

– Хотя вероятность такого события была крайне низка, оно все же произошло. Может быть, это случайность. Но как объяснить, что Гиперсфера всё ещё существует? Она уже существует три десятка лет и должна получать энергию откуда-то. Как она работает? За счёт чего?

– Справедливости ради, она не работает, а просто существует. Это не солнце и не машина. Ей не нужна энергия, чтобы существовать. Представь посреди замёрзшего озера круглую полынью. Она имеет форму и размер. Мы можем её измерить, пощупать край, дать ей название. В неё можно что-то кинуть или оттуда может что-то всплыть. Но для существования полынье ничего не нужно. Она просто есть. Точнее, в этом месте нет льда. Но мы воспринимаем это как объект, хотя его и нет, но есть форма.

– То есть, ты хочешь сказать, что Гиперсфера – это просто плод нашего воображения и её нет?

– Нет. Сфера есть, но это не какой-то объект, а изменённое пространство. Как бы сказать. Например, если в мыльном пузыре надуть ещё один пузырь поменьше, то этот второй пузырёк и есть Гиперсфера. Только чтобы выпирать из нашего трёхмерного пространства, ему нужно больше измерений, – пояснил Кирилл, положив вилку на стол.

– То есть это как чёрная дыра? Но почему тогда она не разрушила Землю?

– Нет, она не имеет с ней ничего общего. Чёрная дыра состоит из материи, сжатой до определённого предела, после которого внутриядерные силы больше не могут отталкивать частицы друг от друга. И под действием гравитации она сжимается в бесконечно малую точку. Вокруг неё образуется горизонт событий, и всё, что его пересекает, пропадает для внешнего наблюдателя навсегда. Мы не знаем природы образования Гиперсферы, но она не имеет массы, у неё нет гравитационного поля и нет горизонта событий. Это многомерное Ничто. Она существует как трещина в стекле.

– Мне больше понравилась аналогия с пузырём. Тогда уж скорее нарост или пространственный волдырь, – предложил Артём.

– Весьма метко!

– А почему она не лопается, как мыльный пузырь?

Кирилл, не скрывая своей растерянности, замялся.

– Это сложный вопрос, – ответил Кирилл, задумчиво морщась. – Физики обычно оперируют понятием пространства, но мы не знаем, что оно такое на самом деле. В квантовой физике пространство описывается как вероятностное поле, в котором непрерывно кипит пена из появляющихся и взаимоуничтожающихся пар частиц и античастиц. Они существуют и не существуют одновременно. Но в таком случае возникает вопрос: а в чём они появляются? А если ничего нет, то, что искривляется? Мы не знаем. Если сравнить пространство со стеклом, то мы можем прикинуть, какую надо приложить энергию, чтобы расколоть его. Но нужна ли энергия для поддержания существования трещины и будет ли она затягиваться? Ответ на этот вопрос зависит от того, насколько хорошо мы понимаем природу стекла, но, увы.

– А Иномир, Аид, как он оказался связан с этой дырой?

– Вопрос, что называется, на миллион. Фишка в том, что в Аиде нет нашей Гиперсферы. Судя по всему, цивилизация негуманов…

– Кого? – вскинул бровь Артём.

– Негуманоидов. В общем, раса аидян научилась пользоваться нашей Гиперсферой и создавать в ней проход.

– Стоп. Как это проход в дыре? – удивился Артём.

– Дыра – это примитивное сравнение. В некотором смысле сфера представляет собой яму в пространстве, но объёмную. Или, наоборот, это нарост, волдырь на ткани нашего пространства. Однако это не открытая дверь, в которую может зайти кто угодно. Точнее, зайти можно, но куда она ведёт? Нет ответа. Аидяне, которые исчезли сотни миллионов лет назад, создали машину, которая соединяет миры. Там есть перемещатель, который создает похожий пузырь в их вселенной. Эти пузыри соединяются, образуя проход между мирами, – попытался объяснить Кирилл, активно жестикулируя руками.

– Прости, но тут какая-то нестыковка. Сфера появилась у нас тридцать лет назад, а аидяне исчезли сотни миллионов лет назад. Как они могли научиться пользоваться нашей Гиперсферой, если её при них не было? И почему перемещатель включился только сейчас?

– Ты задаешь неудобные вопросы. На них нет ответа. Есть объективная реальность. Сфера появилась, и мы нашли способ через неё проникнуть в Аид. Почему и как это происходит, никто не знает. Но обязательно узнаем!

– Ты назвал их негуманоидами. Что ты имел в виду? – сменил тему Артём.

Кирилл помолчал секунду и ответил:

– Во вселенной Аида условия сильно отличаются от тех, что мы знаем на Земле. И жизнь там развивалась совершенно по-иному. Неизвестно, как выглядели её обитатели, но по сохранившимся структурам можно судить, что их создатели были существами сильно не похожими на людей. Их постройки напоминают огромные термитники, а известная жизнь в Аиде кремнийорганическая, в отличие от кислородно-углеродной на Земле. Это означает, что аидяне имели другую биологию и не были похожи на нас. По выбранным создателями пропорциям термитников можно сделать вывод, что они использовали нецелочисленную систему счисления, в основе которой лежит дробное число. Оперировать такой математикой в уме нам не под силу. А вот насекомые такое делают. Поэтому я готов биться об заклад, они не были гуманоидной формой жизни!

– Кремний? Значит, они были живыми камнями?

– Скорее, нет. В их биохимии место углерода занял кремний. Это удивительно. Хотя кремний в нашей Вселенной и сопоставим по распространённости с углеродом, и на Земле его даже больше, всё же он проигрывает в возможностях образования стабильных ферментов, необходимых для сложной органической жизни. Но на планете Аида всё совсем иначе…

– Планете? Хм… Странное определение. Аид не похож на планету…

Кирилл снисходительно улыбнулся.

– Вселенная Аида устроена иначе. Её вакуум не невещественный, как наш, а наоборот, возбуждённый, состоит из кварк-глюонной плазмы. Это нечто среднее между твёрдым, жидким и газообразным телами. То есть вакуум там вполне реален. Там есть звезды, как и у нас, но физика их отличается. Излучение звёзд формирует вокруг них пузыри пустоты, на внутренней поверхности которых формируется корка материи. Это похоже на материки, плавающие по мантии Земли.

– Прямо как сыр с дырками…

– Отличная аналогия! Да, Вселенная Аида – это гигантский кусок сыра, в дырках которого светят звёзды. На внутренней поверхности сырных пузырей образуются материки – подобия наших планет. У звезды Аида их девять. Но все они расположены на равном расстоянии от солнца и вращаются очень медленно по сложным орбитам. Из-за этих особенностей космического пространства мы пока не можем изучать остальные звёзды. Возможно, там даже есть какие-то подобия галактик. Ксенологи нашли на Аиде шахты, ведущие на другую сторону, и некоторые считают, что это остатки космодрома аидян, откуда космические корабли буквально прогрызали ткань пространства. Глупо полагать, что цивилизация, создавшая перемещатель между вселенными, не покорила свой космос. Вероятно, их корабли бороздили его…

– Как черви в яблоке?

– Бинго! Прогрызали космос, как черви в яблоке.

– Так, может быть, аидяне и были червями? – пошутил Артём.

– Скорее всего, нет. В общем и целом, механика Аида похожа на земную, а значит, и разумные существа там должны были иметь какие-то конечности, чтобы создавать механизмы и управлять ими.

– А что стало с ними?

– Мы не знаем. Они просто исчезли, оставив только руины. Мы не нашли никаких тел, но учитывая, что они были негуманоидами и, скорее всего, довольно большими, нам трудно определить, что именно мы ищем. Их мир огромен. Это как искать чёрную кошку в тёмной комнате…

– Особенно, если её там нет. – Закончил Артём известный афоризм.

– Но в любом случае они пропали. Возможно, они вымерли, – сказал Кирилл задумчиво. – Или покинули свою планету.

Наступила тишина.

– Гораций, в мире много кой-чего, что вашей философии не снилось, – задумчиво продекламировал Артём стихотворение классика.

– Ого! Шекспир в переводе Пастернака. Я думал, вас учат только стрелять, – пошутил физик.

– И стрелять тоже, – парировал Артём. – Спасибо за беседу! Ладно, давай поторопимся, не будем заставлять Инструктора ждать.

Они продолжили молча доедать завтрак.

* * *

Артём и Кирилл вошли в просторный зал для тренировок. Инструктор уже был на месте, но не один, а в компании мужчины средних лет в форме погранвойск, судя по погонам – капитан. В зале были ещё четверо в белых защитных комбинезонах. Все они стояли около двух блестящих металлических контейнеров, к которым от стойки с пультом управления тянулась вереница проводов. Люди в белом суетились вокруг больших ящиков, а военные следили за их работой.

– Товарищ Инструктор, слушатели явились для прохождения тренировки, – доложил Артём. Тот обернулся и кивком поприветствовал. – Какие будут указания?

– Капитан вам всё объяснит. – Инструктор бросил взгляд в сторону офицера.

– Товарищи слушатели! Рад приветствовать! – обернулся капитан и бодро пожал обоим руки. – Капитан Зеленов, отдел спецтехники погранслужбы. Мы тут вам гостинцы привезли!

– Василий, вы готовы? – Зеленов повернулся в сторону одного из техников. Тот молча кивнул в ответ. – Тогда начинаем!

По его команде створки контейнеров с тихим жужжанием сервоприводов начали раскрываться.

– Прошу любить и жаловать. Силовая броня 6Б416, известная как РКПЗ[1] Витязь. Командирская и разведывательная модели, – гордо произнёс пограничник, отходя в сторону, чтобы они могли разглядеть содержимое контейнеров.

Софиты осветили металлические саркофаги, раскрывающиеся перед ними, и открыли костюмы, напоминающие рыцарские латы, но изготовленные из материала карбонового цвета. Массивные бронепластины покрывали торс, плечи, предплечья, голенища и другие части тела, а на голове были шлемы, похожие на мотоциклетные, с непрозрачными забралами. На левом плече командирского Витязя выделялась небольшая турель.

Артём не удержался от возгласа:

– Ого! Я думал, что они ещё не вышли за пределы прототипов. Можно посмотреть?

– Милости прошу, – улыбнулся капитан. – Они ваши. Это первые серийные образцы. Таких нет ни в НАТО, ни в Китае!

Белов подошёл ближе к одному из бронекостюмов и начал его рассматривать. Он чувствовал в нём скрытую силу, грацию и угрозу затаившегося хищника. Артём протянул руку и дотронулся до нагрудной пластины. Она была прохладной, гладкой и шероховатой, как морская ракушка. Кирилл подошёл к другому костюму.

– Из чего они?

– Костюмы имеют экзоскелетное шасси и внешнюю броню из композитного материала. При ударе создают на своей поверхности графеновую плёнку, твёрже алмаза. Точные характеристики – государственная тайна. Но могу сказать, что кинетическая защита костюмов высочайшего класса благодаря наноструктурам, позволяющим регенерировать защитный слой после повреждений, – пояснил Зеленов.

– Это оружие? – удивился Лужин, указывая на костюм Артема.

– Ваш костюм не имеет вооружения, так как вы являетесь научным сотрудником. Командирский оснащён подвеской для установки тяжёлого вооружения на плече и турелью с импульсным лазером. Его применение в бою приводит к кратковременному ослеплению и дезориентации противника, а также может вывести из строя оптико-электронные приспособления врага. Боевая скорострельность составляет два выстрела в минуту. Кроме того, командирский костюм оборудован системой РЭБ[2], которая блокирует связь в радиусе двухсот метров. Оба костюма имеют систему адаптивного камуфляжа типа «УльтраХамелеон» которая обеспечивает незаметность в инфракрасном диапазоне спектра, но не в оптическом.

Артём похлопал ладонью по грудной пластине своего костюма.

– Удивительная машина! Не терпится опробовать его в деле!

Зеленов расплылся в довольной улыбке.

– Я понимаю. У американцев есть похожие разработки, но их броники не имеют встроенной системы вооружения и не могут восстанавливать свои защитные функции. Китайцы преуспели в технологии маскировки в оптическом диапазоне. Но по всем остальным параметрам их броня не может сравниться с нашей. Это настоящие танки на ногах! Кроме того, командирский Витязь имеет УИК[3] класса «Советник» с нейроинтерфейсом. Конечно, это не квантовый суперкомпьютер, но поверьте, это очень ценная вещь!

– Несправедливо! Всё лучшее тебе, – в шутку огорчился Кирилл.

– Не переживайте. Ваш Витязь имеет интеграционный модуль. Оба костюма работают в едином информационном поле, и у вас будет свой канал закрытой связи с УИКом. На месте вы сможете подключаться к Титану, БИКу[4] Омеги.

– Ну хоть так. Сойдёт, – воодушевился Кирилл.

– Ну что, господа, по коням! – нарушил молчание Инструктор.

Зеленов согласно кивнул. Люди в белых комбинезонах засуетились вокруг бронекостюмов. Один из них встал за пульт управления и, поколдовав на клавиатуре, поднял правую руку.

– Витязи готовы к контаминации.

Артём и Кирилл переглянулись, услышав незнакомое слово.

– Это наш жаргонизм. Так как управление бронекостюмами осуществляется через нейроинтерфейс, нужно пройти процесс слияния нервной системы пилота и интерфейса костюма, в результате чего формируется уникальная связь. Это и называется контаминацией. Кстати, после этого костюмы бесполезны для других. Управлять каждым из ни сможет только один пилот, – пояснил Зеленов.

– Как в него войти? – поинтересовался Кирилл.

– Всё просто. Встаньте перед ним и положите ладонь на грудную пластину. Датчики считают вашу биометрию, и вы сможете войти.

– А по размеру подойдёт? – с сомнением спросил Артём.

– Не беспокойтесь, будет сидеть как влитой! У него адаптивная форма.

Артём подошёл к своему костюму и решительно положил правую ладонь на грудную пластину бронекостюма. Несколько секунд ничего не происходило. Внезапно бронеплиты дрогнули. Он отдёрнул руку. Пластины на груди, руках и ногах, а также шлем разделились пополам, с тихим шелестом раздвинулись в стороны, сделав костюм наполовину открытым.

– Прошла первая фаза. Теперь прислонитесь спиной. Бояться не стоит, ничего не прищемит, – пошутил капитан.

Артём набрал полную грудь воздуха и, повернувшись спиной, откинулся назад. Внутри костюма он ощутил упругость и податливость. Как только тело Артёма соприкоснулось с внутренней поверхностью брони, пластины быстро сомкнулись, сковав его тело, а электроды опутали голову. Всё погрузилось в темноту и тишину. В ушах стал отчётливо слышен шум собственного сердцебиения. В то же мгновение перед глазами вспыхнул свет, и он увидел всё, что его окружало. Различные надписи и индикаторы висели в воздухе, будто до них можно было дотянуться рукой. Эффект дополненной реальности был опробован в разных коммерческих системах, но лично Артём столкнулся с ним впервые.

Секунду спустя он почувствовал, как что-то мягко, но настойчиво начало проникать в его сознание. В ушах раздался приятный баритон:

«Процедура контаминации завершена. Соединение установлено. Добро пожаловать в систему, пилот».

Артём вздрогнул и пошевелился, оглядываясь в поисках источника голоса. Костюм практически не сковывал его движений. Руки, ноги и тело двигались свободно, но каждому движению добавилась скорость, сила и некоторый момент инерции.

Инструктор и капитан Зеленов подошли к нему вплотную. Они о чём-то говорили, но Артём их не слышал, хотя отчётливо слышал все остальные звуки. Ему даже стало казаться, слух стал острее, а окружающие краски – более яркими и контрастными.

«Ваша нервная система ещё адаптируется. Скоро вы перестанете замечать разницу в моторике движений. Акустические фильтры пока блокируют человеческую речь, а светофильтры улучшают качество изображения, которое проецируется на ваши зрительные нервы», – снова раздался баритон у него в голове.

– Кто ты?

«Я бортовой универсальный интеллектуальный компьютер. Серийный номер Эс ноль-ноль четыре».

– С тобой можно говорить только вслух?

«Вы можете обращаться ко мне мысленно. Я услышу».

«Ты читаешь все мои мысли?» – Артём обратился к компьютеру мысленно.

«В каком-то смысле».

«Ты запрограммирован давать неопределённые ответы?» – удивился Артём.

«Я не запрограммирован давать какие-либо ответы. Моя нейросеть выбирает наиболее точные и подходящие из возможных ответов».

«Тогда уточни. Что означает – в каком-то смысле?»

«Соединение с пилотом предполагает доступ ко всему спектру активности вашей центральной нервной системы. Можно сказать, я читаю все ваши мысли. Но у меня есть фильтр, который позволяет получить прямой доступ только к информации, прямо относящейся ко мне. Таким образом, я читаю все ваши мысли, но слышу только адресованные непосредственно мне».

«То есть, если я буду думать о тебе, но мои мысли не будут адресованы тебе, ты не услышишь их?»

«Совершенно верно».

«Ух ты! Как тебя зовут?»

«Пилот может дать мне любое имя. Моё рабочее имя Визирь. Я могу быть сконфигурирован на ваше усмотрение. Можно настроить голос, его тембр, гендерные и иные предпочтения. Желаете перейти в режим настройки?»

«Нет-нет. Пусть всё остаётся как есть. Может быть, я иногда буду называть тебя более коротким именем – Виз. Как тебе?»

«Как вам будет удобно».

«Каково состояние брони? Можешь провести диагностику?»

«Костюм в исправности. Все системы функционируют штатно. Заряд батарей полный».

«Как долго ты можешь работать без подзарядки?»

«В штатном режиме энергорасхода водородных топливных элементов хватит на два земных года непрерывной работы. Для подзарядки батарей необходим доступ к подходящему сырью».

«Ладно. Мы с тобой ещё пообщаемся. Можешь выключить аудиофильтр и дать внешний канал связи?»

Визирь ничего не ответил, но послушно исполнил приказ. Инструктор и Зеленов о чём-то говорили между собой. Артём их услышал на полуслове.

– …говорю вам, всё в порядке! Сейчас обвыкнется. Он ещё не слышит нас, – говорил капитан.

– Я вас уже слышу. А вы меня?

Оба повернулись в его сторону.

– Ну вот видите, я же говорил. Как вы там?

– Нормально. Осваиваюсь!

– С УИКом познакомились?

– Да, приятный малый. Поболтали малость.

Зеленов улыбнулся.

– Время идёт. Необходимо приступать к тренировке, – пробурчал инструктор. – Где второй?

Он обернулся в сторону, ища глазами Кирилла, когда из-за его спины вышла фигура в чёрном костюме, таком же, как у Артёма.

– Эй, ребята, это потрясающая штука! Я поверить в это не могу! – раздался восторженный голос физика.

– Вам нужно установить соединение с его костюмом, – обратился капитан к Артёму.

– Как это сделать?

– Попросите об этом УИКа.

«Виз, слышал?» – мысленно обратился Артём к бортовому компьютеру.

«Да, пилот».

«Эээ… Можешь обращаться ко мне как-то менее формально?»

«Например?»

«Ну не знаю, командир, подойдёт».

«Хорошо, командир. Я услышал».

«Можешь установить соединение со вторым костюмом?»

«Режим соединения?»

«А какие есть?»

«Доступны: режим ограниченной функциональности – только голосовая ментальная связь пилотов; боевой режим – обмен тактическими данными в режиме реального времени; режим VIP – выделение моей консорт-линии, пилот другого костюма сможет общаться со мной напрямую по выделенному каналу; аварийный режим – командир получит возможность управлять шасси второго костюма».

«Давай сначала просто связь».

«Есть, командир. Связь установлена».

Артёму показалось, что-то изменилось. Помолчав, он попробовал мысленно обратиться к Кириллу:

«Эй дружище! Ты меня слышишь?»

После секундной тишины в его ушах раздался приглушённый возглас физика.

«Чёрт возьми, как ты это делаешь? Я слышу твой голос в своей голове!»

«Виз, нас кто-нибудь слышит ещё?»

«Нет, командир, это закрытый канал связи».

«Кирилл – это ментальная рация! Ты не сошёл с ума».

«Вот чертовщина!» – удивился напарник.

«Ладно. Нас ждут. Я сейчас дам тебе доступ к Визирю, вы познакомитесь».

«К кому дашь доступ?» – удивился Кирилл.

«УИКу моего костюма. Его зовут Визирь. Можно коротко Виз. Виз, дай Кириллу доступ к твоей консорт-линии».

«Исполнено, командир», – подтвердил компьютер.

Напарники потратили некоторое время на знакомство с возможностями Витязей. Капитан Зеленов, преисполненный гордостью, рассказал им обо всех тактических возможностях нового комплекса. Витязи не были просто бронекостюмами на стероидах. Они были важным средством выживания в Иномире. При перемещении через Гиперсферу пилоты подвергались воздействиям высоких энергий, радиации и сильных электромагнитных полей. Силовая броня, первоначально разработанная американцами, защищала пилотов от пуль, взрывов и осколков, а также обеспечивала выживание в экстремальных условиях: в жерле вулкана, на большой глубине и в безвоздушном пространстве. Оружие было необходимо для защиты от агрессивных форм жизни, встречающихся в Аиде, в то время как мощный искусственный интеллект использовался для обнаружения внешних угроз. Все это позволяло спасти хрупкие тела людей от опасностей чужого мира.

Артём и Кирилл оттачивали мастерство управления экзоскелетами, отрабатывали тактические навыки и слаженность взаимодействия несколько дней. После подготовки инструктор и капитан Зеленов, наконец, признали, что они готовы отправиться в Антарктиду для прыжка в Аид.

___________________

[1] Роботизированный костюм повышенной защищённости.

[2] Радиоэлектронная борьба.

[3] УИК – универсальный интеллектуальный компьютер – класс портативных компьютеров, имеющих операционную систему с искусственным интеллектом.

[4] БИК – большой интеллектуальный квантовый компьютер.

Глава 3. Чрезвычайное происшествие

Альфа-Центр, Антарктида.

Артём и Кирилл завершили подготовку и были переброшены на военный аэродром. Оттуда их доставили самолётом транспортной авиации в исследовательский центр в Антарктиде. Во время захода на посадку они внимательно наблюдали за аномалией.

Внизу до самого горизонта простирался ледник, усеянный витиеватыми трещинами. Прямо под ними располагался огромный шар, переливающийся всеми цветами радуги. Иногда объект казался не простой сферой, а набором вложенных друг в друга мыльных пузырей, образующих округлые грани, которые появлялись на мгновение и тут же исчезали.

Вокруг шара виднелся лес из металлических ферм, к которым тянулись наезженные дороги. На расстоянии нескольких сотен метров от сферы возвышался многоэтажный комплекс зданий исследовательского центра. Каждое здание было большим серебристым кубоидом, стоящим на стальных сваях, вбитых в лёд.

– Она прекрасна! – восхитился Кирилл.

– Похожа на мыльный пузырь, – пробормотал Артём. – Мне кажется, или внутри неё что-то есть? Как будто кипит пена…

Кирилл отрицательно покачал головой.

– Нет, это трёхмерная тень одинадцатимерной сферы. Наши органы чувств не могут воспринять её истинную форму. Из-за смены углов зрения кажется, что меняется её структура.

– Понятно, – сделал вид Артём, что понял путанное объяснение физика. – Чертовщина какая-то…

Через пятнадцать минут тяжёлый транспортный самолёт начал посадку на аэродром. Борясь с подъёмной силой встречного ветра, водя носом из стороны в сторону, самолёт грузно просел, коснувшись льда своими шасси.

К остановившемуся самолёту подъехал гусеничный вездеход, из которого вышел человек в утеплённом оранжевом комбинезоне.

– Пора! – сказал Артём, затягивая капюшон своего полярного костюма.

Их встретил португалец Хорхе. Когда они расположились в машине, люк вездехода захлопнулся и, рыча двигателем, машина понеслась по льду и снегу к постройкам Альфы.

Кирилл проявлял живой интерес ко всему вокруг и вёл себя как непоседливый ребёнок, донимая Хорхе вопросами. Артёму тоже было любопытно. По долгу службы ему довелось побывать в разных странах: в горах, пустынях и заснеженной тундре. Но впечатления от пребывания здесь не шли ни в какое сравнение. Здесь дышалось совершенно иначе, чувствовались высота над уровнем моря, и всё пронизывал антарктический холод.

Вездеход довёз гостей до главного здания научного комплекса. На прощание португалец улыбнулся и пожелал им удачи.

Им были выделены отдельные каюты в центральном боксе, отличавшиеся аскетизмом и простотой убранства. В каждой каюте была кровать, небольшой стол, стул, книжная полка и шкафчик для личных вещей. Молодой физик расстроился, что у него нет окна с видом на Гиперсферу, но Артём утешил его тем, что совсем скоро представится возможность познакомиться с ней, что называется, вплотную.

Белов едва успел поставить сумку с вещами, как в голове через клипсу рации в ухе раздался голос Визиря.

«Командир, Центр на связи. Срочный вызов».

«Что случилось?»

«У меня нет информации. Соединяю».

Артём достал из нагрудного кармана очки для видеосвязи. Перед глазами майора появился полковник Королёв.

«Здравья желаю!» – поприветствовал его Артём.

Королёв приветственно кивнул. Выглядел он озадаченно, если не сказать больше – мрачно.

«Вы уже на месте?»

«Так точно, Ярослав Викторович! Вот расквартировались только…»

Полковник помолчал секунду, подбирая слова.

«Пока вы были в пути, кое-что случилось, майор. ЧП в Аиде. Ваша миссия меняется».

«Что случилось?»

«Мы точно не знаем. Пять часов назад открылось квантовое окно в Иномир. Но Омега не вышла на связь ни в установленное, ни в резервное время. А три часа назад мы получили сигнал бедствия с той стороны. Я сбрасываю тебе запись, посмотришь. Ситуация критическая. Похоже, Омега подверглась нападению!»

«Черт возьми! Характер угрозы?»

«Неизвестен. Только что закончилось экстренное заседание Совбеза ООН. Решено безотлагательно отправить спасательный отряд. Его возглавит капитан Альфы Алехандро Гомез. Пока в курсе подробностей только он и узкий круг лиц. От нас в отряд войдёте ты и Лужин. Там кроме тебя сейчас есть несколько офицеров безопасности – американцы и китаянка. Они пойдут с вами. В группу включат двоих гражданских: ксенолога из Франции и инженера по квантовым сетям из ФРГ».

«Вас понял», – Артём кивнул. – «Какова задача?»

«Рекогносцировка на местности. Найти и эвакуировать выживших и по возможности извлечь уцелевшие данные из Титана. Ты из Заслона. Это всё по твоему профилю», – полковник, помолчав, добавил, – «Дополнительную помощь выделить вам не сможем. Шторм накрыл Антарктиду и небо закрыто. Проход в Аид будет открыт ещё сто двадцать часов».

«Что будет, если мы не успеем?»

«Когда проход закроется, все оставшиеся по ту сторону будут отрезаны больше чем на полгода, если не навсегда. Мы не знаем ни масштаба, ни характера угрозы».

Они замолчали.

«Ярослав Викторович, задача понятна».

«Да ни черта подобного. Береги себя там, сынок!» – не сдержался полковник, – «Все детали получите у Гомеза. Всё, отбой. Ни пуха!»

– К чёрту, – пробормотал Белов вслух, когда связь оборвалась. Он снял очки и зажмурился, снимая накопившееся напряжение в глазах.

«Виз ты получил запись?»

«Да, командир», – беспристрастно ответила машина.

«Показывай».

Он вновь надел очки, и перед ним вспыхнуло изображение: слабоосвещённое помещение со столом, приборами и несколькими пустыми креслами. Шум и треск помех заполняли эфир, когда женщина в тёмно-сером комбинезоне подошла к экрану. Её лицо и руки были испачканы тёмной жидкостью, оказавшейся запёкшейся кровью. Бледное лицо, расширенные зрачки, дрожащий голос – всё это указывало на то, что учёную охватили страх и отчаяние. Поправив камеру, женщина дрожащим голосом заговорила:

«Я – Луиза Сейфир, младший научный сотрудник Омеги. У меня мало времени. Три дня назад мы были атакованы и потеряли связь с постом перемещателя. Я боюсь, что мы не доживём до открытия портала на Землю. Поэтому я записываю это сообщение и отправляю его с дроном. Может быть, ему удастся прорваться», – за её спиной раздался жуткий скрежет металла и шум, похожий на взрыв газового баллона. – «Чёрт возьми, нас осталось всего пятеро в лаборатории, и мы не знаем, сколько ещё сможем продержаться! Всё началось, когда мы обошли Цербера. Нагуаль! Я уверена, что всё из-за него. Они пришли за ним!»

Женщина вскрикнула. Рядом упало что-то тяжёлое. Луиза вздрогнула и склонилась над камерой. Теперь можно было рассмотреть крупным планом полное ужаса и отчаянья лицо учёной.

«Мы должны закрыть портал! Взорвите его! Любой ценой! Не присылайте никого сюда, они не должны попасть на Землю!» – женщина отвернулась на несколько секунд смотря на что-то вдали. Затем повернулась и, прежде чем запись закончилась, прошептала: – «Томми, сынок, прости меня! Я люблю тебя!»

Запись оборвалась. Артём несколько минут молчал, переваривая увиденное и услышанное. Взгляд этой несчастной женщины стоял перед его глазами.

«Это всё?»

«Да, командир».

«Очень странно. Нам передали сообщение с таким трудом, но его информационная ценность близка к нулю. Что ты думаешь об этом?»

«Судя по записи, Луиза Сейфир была в глубоком шоковом состоянии. Я обнаружил у неё множественные ушибы. Возможно, и перелом ключицы. На момент записи её пульс был очень высоким, около двухсот ударов в минуту. В таком состоянии вероятны проявления нарушений психики, такие как несвязность речи и невозможность адекватно воспринимать реальность. Однако фоновый шум указывает на то, что жизнь женщины была в опасности. Всё, что она сказала, нуждается в дополнительной проверке. Не исключается, что она была в остром психозе, вызванном стрессом, или же было на неё совершено внешнее воздействие, что может указывать на реальность событий», – разъяснил Визирь.

«Да уж. Ты понял, о чём она говорит? Что такое Нагуаль и Цербер?»

«У меня нет информации о Нагуале. Анализ указывает на то, что это некий предмет. Возможно артефакт, обнаруженный в Аиде. Цербером называют пояс скал, образующих непроходимый барьер на пути к городу аидян».

«Час от часу не легче!» – Белов хотел ещё поговорить с Визирем, когда в дверь каюты постучали.

– Да-да! – отозвался он, снимая очки. – Открыто!

С тихим шелестом дверь отъехала в сторону. Артём сильно удивился. На пороге стояла красивая стройная блондинка. У неё были правильные черты лица и строгие тёмно-синие глаза. Ростом она была на половину головы ниже Артёма. От неё веяло свежестью, непринуждённостью и лёгкостью, совершенно несвойственными этому месту.

– Мистер Лужин? – раздался приятный голос с лёгким акцентом, в котором отчётливо звучали нотки французского. Скорее всего, это ксенолог, которую включили в отряд, подумал Артём.

– О нет, вы ошиблись! – ответил майор. Девушка ему понравилась с первого взгляда. Помимо изысканной красоты, было в ней то, чем могла похвастаться далеко не каждая женщина. Она приковывала к себе внимание с первого взгляда, – Каюта Кирилла рядом.

Блондинка не растерялась, сделала шаг вперёд и уверенно протянула руку.

– Анжелика Дебрё. Добро пожаловать на Альфу! – она бросила на Артёма длинный изучающий взгляд. Пауза затянулась и, слегка улыбнувшись, спросила: – А вы?

– Белов. Артём Белов. Майор, – спохватился Артём, пожав протянутую ему руку, отметив про себя силу её рукопожатия: – Можно просто Артём.

Он был не робкого десятка и не стеснялся присутствия красивых женщин, да и сам пользовался заслуженным вниманием противоположного пола. Но увидеть такую особенную девушку здесь, в Антарктиде, можно сказать, у чёрта на куличках, не ожидал. Почему-то ему казалось, что учёная, да ещё и специалист по чужим формам жизни, должна была быть женщиной далеко за сорок. Этакий сухарь с противным характером.

– Прямо как в старых фильмах о шпионах! – улыбнулась Анжелика, отреагировав на его приветствие. – Значит, вы наш офицер безопасности?

– Что-то вроде того…

– Вы уже бывали в Аиде?

Артём отрицательно мотнул головой.

– Значит, новенький.

– Боюсь, что так, – согласился он. – А вы?

– Два раза, – уверенно кивнула девушка.

За её спиной появился Кирилл.

– А вот и Лужин. Вы его искали?

Анжелика повернулась к физику и поприветствовала его.

– Я искала вас обоих. Анжелика Дебрё – ксенолог. Мне поручено отвести вас к капитану.

– Очень приятно. Кирилл. Лужин Кирилл, – онемев от изумления, представился он. – Физик. Физик-теоретик…

Анжелика усмехнулась.

– У вас, русских, у всех принято представляться на манер киношных шпионов? Ладно, джентльмены, у нас ЧП. В Аиде что-то случилось. Капитан объявил сбор.

Кирилл бросил на Артёма полный удивления взгляд, но тот дал понять, что в курсе и объяснит напарнику всё позже. Девушка развернулась, они последовали за ней. По пути Артём кратко пересказал Кириллу, что ему стало известно о происшествии в Иномире.

Пока они шли по длинному коридору станции, Артём мысленно обратился к Визирю. Хотя сам костюм находился где-то в грузовом отсеке, рация позволяла держать с ним связь на достаточно большом удалении.

«Виз ты меня слышишь?»

«Да, командир. Слышу».

«Отлично. У тебя что-нибудь есть на Анжелику Дебрё?»

«Формат запроса?» – уточнил компьютер.

«Общая информация».

«Анжелика Дебрё – гражданка Франции. Двадцать девять лет. Родилась в Ницце. Кандидат биологических наук. Старший научный сотрудник Лаборатории ксенологии и палеонтологии при Национальном музее естественной истории в Париже. Индекс цитирования научных работ…»

«Достаточно», – перебил он Визиря. – «Знакомая фамилия. Где я мог её слышать?»

«Мисс Дебрё – внучка геофизика Луи Дебрё, члена экспедиции, пропавшей при возникновении Гиперсферы».

«Ах, вот оно что! То-то она мне показалась знакомой. У тебя что-нибудь есть на неё?»

«В досье Службы на неё мало данных. Мисс Дебрё – мастер спорта международного класса по хафпайпу».

«Личное?»

«Любит читать Шекспира в оригинале. Любимый цвет – аквамарин. Цветы – орхидеи. В браке не состоит», – бесстрастно доложил Визирь.

«Негусто, но уже что-то…» – пробормотал про себя Артём. – «Спасибо. Отбой!»

Визирь молча отключился от канала связи.

По коридорам Альфы, точно в муравейнике, сновали люди. Некоторые, завидев Анжелику, приветливо улыбались ей и бросали вопросительные взгляды на двух новичков в её компании. Артём отметил про себя, что девушка пользовалась популярностью среди сотрудников станции. Лужин всю дорогу донимал её расспросами. Его волновало, что могло случиться в Аиде, но она сказала, что знает не так уж много и что обо всём расскажет капитан.

Наконец они остановились.

– Вот мы и пришли, – улыбнулась Анжелика, указывая на дверь. – Это каюта капитана. Остальные уже на месте. Капитан Гомез ждёт нас.

– Ну что ж, не будем задерживать капитана, – ухмыльнулся Артём.

Дверь открылась, и они втроём перешагнули порог каюты.

* * *

Капитанская каюта была просторной, с подковообразным столом в центре, уставленным мониторами, создающими общую картину, как у биржевых маклеров. На экранах отображался незнакомый пейзаж – скалисто-песчаные тона, похожие на марсианские пустыни. «Аид», – догадался Артём.

Пять человек стояли перед экранами спиной к двери. Коренастый мужчина с короткой стрижкой и седой шкиперской бородой обернулся первым на шум открывающейся двери. Артём догадался, что это Алехандро Гомез, капитан Альфы и руководитель спасательной экспедиции. Он был одет в комбинезон с нашивкой на правом рукаве в виде греческой буквы Альфа – эмблемы научной станции. Здоровенный американец стоял рядом, справа от него, а темноволосая азиатка-метиска – слева. Остальные – худощавый чернокожий парень и мужчина со слегка выпученными глазами и густой копной волос на голове, очевидно, немец, стояли поодаль.

Все пятеро выглядели озадачено, даже угрюмо.

– Buenas tardes[1], камрад Белов и господин Лужин! – поприветствовал капитан россиян. – Алехандро Гомез. Капитан этого богом забытого места.

Гомез производил приятное впечатление уверенного в себе человека.

– Мы должны были познакомиться при иных обстоятельствах. Но жизнь вносит свои коррективы. Впрочем, все в сборе, – он окинул собравшихся взглядом. – Господа, минуту внимания! Знакомьтесь, майор Белов и физик Лужин, наши друзья из России и участники спасательной экспедиции.

Артём поприветствовал собравшихся и поймал на себе совершенно разные взгляды. Здоровый американец смерил его долгим холодным взглядом. Темнокожий сглотнул слюну, давя в себе недружелюбную ухмылку. Китаянка бросила на Артёма и Кирилла долгий изучающий взгляд. Впрочем, прочитать на её лице какие-либо эмоции было затруднительно. Лишь немец приветливо кивнул, поймав на себе беглый взгляд Артёма.

– Это капитан Генри Мартин. Он будет отвечать у нас, как и вы, за безопасность. – Гомез повернулся в сторону американца. Тот поправил Алехандро.

– Корпус морской пехоты США. – Генри сделал ударение на принадлежности к элите американского военно-морского флота.

– Сержант Ларри Уайт. Космические войска США. Специалист по космической технике.

Гомез перевёл взгляд на китаянку.

– Мисс Лю Син, специалист Главного разведывательного управления НОАК.

Азиатка вышла вперёд, пожала Артёму и Кириллу руки.

– Ральф Розенберг, старший инженер по квантовым компьютерным сетям. Поможет нам с Титаном, если мы, конечно, доберёмся до него.

Капитан перевёл взгляд на Анжелику, стоящую рядом с Кириллом.

– Мисс Анжелика Дебрё. Вы наверняка уже знакомы. Наш ксенолог.

Артём поймал жадный взгляд Мартина, который тот бросил на девушку. Это был взгляд голодного волка, не предвещавший ничего хорошего. Но тень чувств на его лице была мимолётной. Через мгновение американец унял в себе зверя, и его взгляд снова стал стеклянным и безучастным.

– Ну вот мы и познакомились. А теперь, господа и дамы, давайте вернёмся к делу.

Все подошли к экранам мониторов.

– Думаю, что все вы должны были получить вводный инструктаж ваших правительств. В Аиде случилось чрезвычайное происшествие, но связи с Омегой нет. Груз с той стороны не прибыл. Мы получили только сигнал бедствия, переданный вместе с дроном. Если всё, что сказала миссис Сейфир, правда, мы имеем дело с нападением.

– А в её словах можно сомневаться? – Спросил Уайт.

– Хотелось бы, но запись говорит сама за себя. Там что-то происходит, – со вздохом ответил капитан.

– А вы не пробовали послать туда дроны? – Спросил Артём.

– Тоже мне умник, – презрительно хмыкнул морпех. Гомез бросил в его сторону осуждающий взгляд.

– Пробовали, камрад Белов. Но есть проблема. Время в Аиде течёт не с той же скоростью, что и у нас. В результате временного смещения накапливается очень заметная задержка, делающая невозможным дистанционное управление. Это всё равно, что на Марсе управлять машиной с Земли. Мы послали роботов, но ни один из автономных дронов не вернулся.

– То есть мы слепы?

– К сожалению, да. А времени не так много, чтобы ждать. Меньше, чем через пять дней проход в Аид закроется, – с горечью констатировал Алехандро.

– Тогда каков наш план, геноссе Гомез? – спросил немец.

– Мистер Мартин, вам слово, – обратился капитан к американцу.

Тот насупился и подошёл к центральному монитору.

– Вот здесь, – он ткнул пальцем в центр экрана, – располагается перемещатель. Сюда мы высадимся. Рядом с ним находится грузовой терминал. Проверим, есть ли на его компах полезная информация. На станции должны быть краулеры. С их помощью мы доберёмся до Омеги быстрее, чем своим ходом. Омега примерно в пятидесяти километрах от терминала.

Американец перевёл чуть в сторону руку, указав на группу серебристых пятен построек научной станции.

– Здесь мы разделимся. Розенберг и Ларри доберутся до вычислительных блоков Титана и снимут всё, что смогут…

– Вы, – американец указал на китаянку, – капитан Гомез, мистер Лужин и мисс Дебрё отправитесь к Церберу. Нужно выяснить, что там происходит и определить характер угрозы. Я и русский майор займёмся поиском выживших и их эвакуацией. Таков наш текущий план, господа.

– Вы не могли бы рассказать больше о Цербере и Нагуале? – нарушил тишину Артём. – Мне кажется, или я один не понимаю, о чём речь?

На вопрос Белова ответила Анжелика. Она подошла к монитору.

– На Плато Титанов расположен город аидян, который выглядит как множество термитников. Некоторые из построек похожи на электростанции и периодически сбрасывают энергию в сторону светила Аида, – Анжелика помолчала, оценивая, понимают ли её остальные. – Вокруг города находятся искусственные скалы, которые напоминают волчью пасть. Каждый из сорока зубов является конденсатором огромной мощности. Эту гряду называют Цербером. Разряды энергии в сотни тысяч ампер срываются с зубов, уничтожая любые объекты. Никто не смог проникнуть внутрь города…

– А Нагуаль? – переспросил Артём.

Девушка подняла на него синие глаза.

– До сегодняшнего момента я думала, это сказка. Я не была в Аиде два года. Но раньше мы допускали, что Цербер охраняет сердце Аида, источник энергии, питающий эти постройки и защитный периметр. Этот гипотетический объект, в виду его скрытой и необъяснимой природы, с лёгкой руки одного ксенолога назвали Нагуалем.

– Выходит, не такой уж он и тайный. В этом сообщении о нём говорится. Кажется, они до него добрались, – вмешался Лужин.

– Да, господа, за минувшее время в Аиде могло случиться что угодно. Судя по всему, наши коллеги нашли способ обойти защиту Цербера и проникли внутрь города. Остаётся только гадать, что они там нашли, – подытожила Дебрё.

– Кто мог на них напасть? Может быть, это аидяне вернулись? – спросил немец.

– Я знаю не больше вашего, – развела руками ксенолог. – Никаких их следов мы не находили.

– Ну, это сейчас не так уж важно. Что будем делать с предупреждением? – спросил Уайт.

– Вы о том, чтобы взорвать портал? – уточнил Гомез.

– Именно.

Все зароптали. Лужин возмущался, что они не знают, о чём идёт речь. Может быть, они не справились с психологическим давлением и никакого нападения не было? А может, это первый контакт с высокоразвитой цивилизацией, и им не нужно использовать ядерное оружие?

Испанец успокоил команду, сказав, что у них есть только мобильный реактор, как источник энергии, который можно использовать для безопасности, если понадобится. Их задача – разобраться в ситуации, спасти людей и вернуться домой. Никакого геройства!

Артём чувствовал настороженность, так как команда была разношёрстная. Но все было логично. Специалисты по технологиям должны были добраться до суперкомпьютера Омеги и разобраться в его данных. Учёные должны были выяснить, с чем столкнулись люди, а военные – искать выживших и вернуть всех на Землю.

– Последнее, что хотел сказать… Мы будем действовать в обстоятельствах крайней неопределённости. Никакой самодеятельности! В случае опасности отступаем к перемещателю. Если по каким-либо причине отряд разделится, он будет точкой сбора. И помните, у нас осталось чуть меньше пяти суток, после чего проход закроется. Даю пять часов на сборы. Встречаемся в погрузочном ангаре, – закончил инструктаж капитан Гомез.

___________________

[1] Добрый день (исп.).

Глава 4. Road to Hell

Терминал перемещателя между мирами. Аид.

Сборы не заняли у Артёма и Кирилла много времени. Они даже не успели распаковать вещи. Большую часть из отведённого капитаном времени он провёл за изучением доступных сведений об Иномире. В очередной раз просмотрел карту местности и изучил личные дела всех сорока восьми человек команды Омеги. После этого отправился в грузовой отсек станции. Вместе с костюмами из Москвы прислали несколько металлических контейнеров с боевым снаряжением.

Сорвав пломбы с большого алюминиевого ящика, он распахнул крышку. Внутри лежала чёрная пластиковая труба диаметром около пятидесяти миллиметров и длиной примерно полтора метра. Рядом с трубой лежала толстая «консервная банка». Артём безошибочно узнал гранатомёт Корунд. В «банке» был упакован боекомплект: восемь 45-миллиметровых выстрелов, четыре осколочно-фугасных и четыре кумулятивных. Потратив около четверти часа, он установил Корунд на плечевую подвеску Витязя, а на пояс подвесил короб с выстрелами. Теперь костюм полностью оправдывал определение танка на ногах, данного Зеленовым. Каждый выстрел гранатомёта имел систему наведения и коррекции траектории полёта, интегрированную с системой управления Визиря, а сто двадцать граммов взрывчатки позволяли уверенно бороться с любой живой силой и бронетехникой.

Закончив с установкой гранатомёта, Артём вскрыл второй ящик. В нём были две крупнокалиберные автоматические винтовки Иволга-338 калибра 8,6-миллиметра с магазином на два десятка патронов и тактические разгрузки. Винтовка была тяжела, её масса составляла около восьми килограммов, но опять же рассчитана она была на бойцов в экзоскелетной броне. Прицельный комплекс позволял вести точную стрельбу на дальности до полутора километров. Боекомплект включал как снайперские патроны с обычной пулей, так и патроны с бронебойно-зажигательными пулями. Помимо снайперского одиночного огня, из винтовки можно было вести и автоматический огонь с отсечкой по три выстрела.

Последними Артём извлёк из ящика два пистолета Ласточка калибром девять на двадцать один миллиметр и ножи разведчика с острыми калёными клинками. Это, так сказать, «на всякий пожарный случай».

Распределив боекомплект между двумя Витязями, Белов проверил настройку прицельных механизмов и надёжность связи с Визирем. Всё работало точно, как швейцарские часы.

Остальные члены экспедиции готовились каждый в своём ангаре. За полчаса до назначенного времени, облачившись в походное обмундирование, все начали собраться в грузовом ангаре в ожидании прибытия шаттла, который доставит их к стартовой платформе. Чтобы попасть в Иномир, необходимо было воспользоваться ракетопланом, который с огромным ускорением выстреливался в квантовое окно Гиперсферы. Если хочешь попасть на другую сторону целым и желательно в том же виде, в каком покидаешь этот мир, а не по частям или в виде атомарной взвеси, барьер нужно было проходить на очень большой скорости. Это была ещё одна причина, по которой преодолеть путешествие в мир Аида можно было только в защитном костюме. Максимальные перегрузки при старте доходили до 20-30 g, выдержать которые человек без защиты, не потеряв сознание, смог бы не более секунды. Им же предстояло испытывать чудовищные перегрузки гораздо дольше.

Первым в погрузочный ангар, облачённые в Витязей, вошли Артём и Кирилл. Через минуту двери открылись, и появилось ещё две фигуры. Одна из них была в броне белого цвета с текстурой молочного суфле. Костюм был похож на мотоциклетную защиту типа «черепаха», но с усиленными защитными вставками, прикрывающими уязвимые места и сочленения. По мягким обводам, комплекции и росту в нём без труда узнавалась Анжелика Дебрё. На голове девушки был защитный шлем. В правой руке она несла кейс с какими-то приборами, а из оружия у неё был только пистолет в кобуре на поясе и небольшой нож.

Рядом с Анжеликой стояла Лю Син, одетая в гибкий тёмно-серый костюм, похожий на костюм аквалангиста. В одной руке она держала шлем, а в другой – снайперскую винтовку. Лёгкость её костюма была обманчива. Китайцы преуспели в создании жидкой брони – уникального материала, который не сковывал движений человека, но в случае нанесения удара моментально превращался в непреодолимую преграду для кинетического объекта. Также этот материал позволял сделать носителя костюма невидимым в оптическом диапазоне. Китайцы ревностно хранили свои стелс-технологии в секрете, но чрезвычайное происшествие в Аиде было тем случаем, когда они решились задействовать всё самое лучшее, что было в арсенале НОАК.

Завидев россиян, женщины подошли поближе. Син бросила на Артёма оценивающий взгляд с ног до головы и кивком одобрительно оценила мощь Витязя. Анжелика дотронулась правой рукой до своего шлема, и тот сложился на затылке.

– В этом костюме вы выглядите более внушительно, мистер Белов, – рассмеялась синеглазая девушка. – Чего не скажешь о вас в первую нашу встречу. Зачем вам столько оружия? Мы же спасательная команда!

– Si vis pacem, para bellum[1], – отшутился Артём.

«Командир, фиксирую попытку просканировать мои электронные системы», – раздался шёпот Визиря в голове Белова.

«Заблокируй. Видимо, это мисс Син пытается прощупать нас».

«Сделано, командир», – подтвердил компьютер.

– А вы полны сюрпризов, – двусмысленно высказалась китаянка, то ли отметив эрудицию Артёма, то ли похвалив систему кибербезопасности Визиря.

Не успели они закончить разговор, как в ангар вошли ещё двое в массивных бронекостюмах. Это были американцы Мартин и Уайт. Их силовые костюмы класса Паладин отличались большими габаритами. Морпех и сержант космических войск выглядели как средневековые рыцари, закованные в тяжёлые доспехи. Плечи и грудь защищали массивные накладки. Бёдра и голени также прикрывали тяжёлые бронепластины. Оба костюма были окрашены в пиксельный камуфляж песочного цвета.

Шлем Мартина был открыт. Американец был вооружён не хуже Артёма. В его руках был шестиствольный пулемёт, от которого тянулся рукав к заплечному патронному коробу. На поясе висел пистолет, а из-за плеч торчали два тубуса одноразовых гранатомётов. Уайт был вооружён длинноствольной электромагнитной винтовкой Гаусса, выстрела из которой стоило опасаться даже россиянам в Витязях.

Генри окинул собравшихся взглядом и остановился на Артёме. В его взгляде чувствовалась неприязнь, граничащая с брезгливостью. Подойдя ближе к ксенологу, американец осклабился в улыбке.

– Мисс Дебрё, позвольте заверить, вам ничего не угрожает. Дьявольские псы всегда на страже, – попробовал приободрить девушку морпех. – Будем работать вместе[2]!

Американец сыронизировал над девизом своего подразделения и кивнул на предплечье костюма, на котором красовалась эмблема Корпуса морской пехоты США – красный круг на синем фоне. По центру сверкал золотой орёл, державший в своих лапах земной шар, пронзённый якорем.

– С чего вы взяли, что мне что-то угрожает? – отшутилась Анжелика.

– Не угрожало, пока не появился этот ковбой в жестяных штанах, – сыронизировала китаянка.

Сержант Ларри усмехнулся над грубой шуткой.

– Генри, кажется, тебя только что слили в унитаз!

Мартин резко развернулся в сторону Син и смерил её испепеляющим взглядом.

– В Штатах ты не посмела бы со мной так разговаривать! – прошипел он.

Син подняла выше своё оружие.

– Но мы не в Штатах. Хочешь обсудить? – прорычала сквозь зубы китаянка.

Их прервали вошедшие в ангар Алехандро Гомез, одетый в броню, как и у американцев, но серого цвета, и Розенберг в лёгком снаряжении цвета хаки, по покрою похожем на костюм Анжелики.

– Мальчики и девочки, брейк! Не будем задерживаться, – прервал разгорающуюся ссору Алехандро. – Это нам ни к чему.

– Что это с ними? – тихо спросил подошедший Кирилл.

– Кажется, янки не очень нравится Син, и это у них взаимно, – ответил Артём. – Впрочем, нас он тоже не очень любит. Чую, этот малый будет занозой в заднице.

– А ещё он явно подкатывает свой броник к Анжелике, – пробурчал недовольно Кирилл.

– Ну, за неё переживать не стоит. Она себя в обиду не даст, – уверенно кивнул Артём, вспоминая её крепкое рукопожатие.

Ворота в ангар открылись, и вместе с арктическим морозным воздухом въехал транспортный шаттл. Рампа опустилась, приглашая гостей. Гомез повернулся к отряду.

– Дамы и господа, добро пожаловать! Дорога в Ад! Для тех, кто не в курсе, так мы называем систему доставки в Аид. Чтобы пройти квантовое окно, наши тела и всё, что мы туда посылаем, распадается на связку струн, а потом собирается вновь по ту сторону. Если вы хотите, чтобы ваши тела собрались правильно, а не по кускам, то неукоснительно соблюдайте инструкции безопасности. Это последний момент, когда ещё можно передумать. Есть желающие остаться? Осуждать не буду.

Испанец обвёл всех взглядом. Но никто ничего не ответил.

– Excelente[3]! Я так и думал. Тогда милости прошу на борт. Весь груз уже на ракетоплане.

Восемь фигур повернулись и грузно зашагали по железному полу в сторону шаттла. Когда все поднялись на борт и рампа со скрежетом закрылась, шаттл неспешно поднял отряда на стартовую площадку.

Посредине круглой площадки, продуваемой всеми ветрами, лежала огромная труба, похожая на пушку. Ствол трубы под углом был нацелен на переливающуюся разными цветами Гиперсферу. Внутри неё проходил монорельс, а у основания пушки стояла серебристая стальная сигара ракетоплана с небольшими крыльями. Из хвостовой части сигары выступали сопла твёрдотопливных ракетных ускорителей. Гигантская пушка должна была выстрелить реактивным «снарядом» со скоростью тысячу четыреста метров в секунду точно в сердцевину сферы, где располагалось проницаемое окно перехода в другую вселенную.

Каждый пассажир занял отведённое ему место в специальном кресле, которое позволяло максимально погасить действие перегрузок на хрупкое человеческое тело.

Перед глазами загорелся зелёный циферблат обратного отсчёта.

– До старта тридцать секунд, – раздался бездушный голос автомата.

Цифры дрогнули, и начался обратный отсчёт: 30, 25, 20, 15 секунд. Непроизвольно сердцебиение участилось от волнения. Артёму приходилось проходить испытания в центрифугах, но до реальных полётов на ракетах дело не доходило. Самое скоростное, чем ему доводилось управлять, был двухместный спортивный самолёт.

«Кирилл, страшно?», – обратился он по мыслесвязи к Лужину.

«Есть мальца».

«Не дрейфь, прорвёмся!» – приободрил его Артём.

Осталось 10, 7, 5, 3, 2, одна секунда…

«Понеслось!» – успела промелькнуть в голове мысль.

Загорелся ноль.

– Старт! – казалось, проревел робот.

Включились реактивные двигатели. Корпус ракетоплана задрожал. Тело мгновенно налилось свинцом. Было невозможно пошевелить ни одним мускулом. Веки слиплись, глаза заслезились, а губы моментально пересохли. Артём пытался мысленно сосчитать до пяти. Один, два, три… Время между тремя и четырьмя секундами растянулось в бесконечность, а боль и тяжесть пронзали всё тело. Четыре. Пять… Серебристая пуля на огромной скорости вонзилась в сверкающую сферу.

Мир померк, сознание озарилось вспышкой и угасло. Тела экипажа, да и сам корабль расщепились на энергетический поток струн. Стрелки всех часов остановились, а время путешествия между мирами уместилось ровно между тиком и таком.

Корабль исчез из вселенной Земли, чтобы появиться в Иномире, где совершенно в других условиях сверкала похожая сфера. Сигара корабля пулей вылетела из неё в небо Аида. На высоте нескольких километров сработала тормозная система. По организму людей снова ударило кувалдой немыслимых перегрузок. А затем вибрации стихли и воцарилась тишина.

Хлопнули пиропатроны, отстрелив защитные колпаки, и раскрылись посадочные парашюты. Через некоторое время в нескольких километрах от сферы корабль мягко приземлился на грунт, окутавшись облаком инопланетной пыли.

– Все целы? – раздался в шлемофоне голос капитана Гомеза.

Откашлявшись и придя в себя, все семеро отрапортовали, что они в порядке.

– Вот дерьмо! Я думал, меня вывернет на изнанку, – прохрипел Ларри.

– Нечего было жрать перед полётом! – подтрунил над ним Мартин в ответ.

Первой свой костюм разблокировала Анжелика, ловко спрыгнув на пол.

– Как вы, Артём? – спросила девушка, подойдя поближе и дотронувшись до его брони рукой.

– Честно? Бывало получше.

Она бросила быстрый взгляд за его спину, туда, где стоял Генри, и он почувствовал на своём затылке тяжесть враждебного взгляда американца. Ну, или ему так показалось в тот момент.

* * *

Люк распахнулся, и Артём вышел из ракетоплана, ступив на землю чужого во всех отношениях мира. Открывшийся пейзаж завораживал, пугал, восхищал и угнетал одновременно. Аид совершенно отличался от всего привычного взору человека. Хотя Артём и ожидал увидеть нечто подобное, но одно дело фотографии в досье, другое – увидеть воочию.

Вокруг корабля простирался марсианский ландшафт: каменисто-песчаная жёлто-бордовая равнина, беспорядочно усеянная крупными и мелкими острыми валунами и мелкими камнями. Изредка монотонный пейзаж разрывали холмы и чёрные скалистые выступы. Горизонт Аида тоже отличался от земного. Его края заламывались к небу и скрывались в бурой дымке. Оглядываясь по сторонам, люди чувствовали себя на дне исполинской чаши.

Артём поднял глаза вверх. В зените тускло светило багровое солнце Аида, окутанное голубовато-зелёным маревом. По небу неслись лохматые тёмно-синие тучи.

Остальные члены отряда тоже вышли из корабля и стали озираться по сторонам. Увереннее всех держались капитан, ксенолог и китаянка, которая, впрочем, вроде бы была в Аиде впервые, но даже виду не подавала, что её здесь что-либо удивляло.

Майор посмотрел себе под ноги и с удивлением отметил, что следы на кварцевом песке испускают тлеющее, словно угли, тусклое свечение.

«Виз, ты тут?» – обратился Артём к компьютеру.

«Конечно, командир».

«Как прошёл полёт? Ты в порядке?»

«Переход в Аид прошёл в штатном режиме. Все системы функционируют исправно».

«Эй, Кирилл, ты меня слышишь?»

«Да! Чёрт, никак не могу привыкнуть к этой мыслесвязи. Чувствую себя сумасшедшим», – откликнулся физик.

«Как тебе всё это?»

«Потрясающе! Аид прекрасен!» – восхитился Кирилл.

«Мрачно тут как-то», – буркнул Артём в ответ, – «Виз тут дышать не опасно?»

Он и так знал, что атмосфера Иномира пригодна к дыханию, но предпочёл переспросить.

«Атмосфера Аида полностью пригодна к дыханию», – сухо подтвердил компьютер.

Артём скомандовал разблокировать шлем, чтобы подышать полной грудью. Забрало открылось, в ноздри немедленно ударил «свежий» ветер. Воздух был сух, как в пустые и стерилен, как в медицинском кабинете. Тут не было никаких знакомых запахов, а тишину нарушали лишь лязг брони, бормотание спутников и шелест ветра по песку.

Лю Син приблизилась.

– Добро пожаловать в Страну Багровых Туч, мистер Белов, – проговорила китаянка, оглядываясь по сторонам.

– Вы здесь уже были?

– Физически – нет, но двести часов в симуляторе дают хорошее представление о местности.

Она хотела ещё что-то сказать, но за спиной раздался неприятный голос Генри Мартина.

– Хватит щёлкать клювами, красотки, пора за дело! – прорычал американец. – Этот чёртов корабль сам себя не разгрузит!

– Ублюдок, – тихо прошипела в его адрес китаянка.

– У вас есть причина недолюбливать этого парня? – спросил Артём.

В глазах Лю Син проблеснули молнии.

– У меня найдётся тысяча причин. Но вас это не касается!

– Хорошо, как скажете. Но он прав, надо разгрузить корабль…

Китаянка надела шлем и молча пошла к грузовому отсеку корабля.

– Сержант Ларри, как далеко мы от терминала? – обратился к чернокожему американцу капитан Гомез.

– Два с половиной километра, сэр… Эээ… Вон туда… – Он замялся, подбирая направление, но на Аиде не было классического севера и юга, поэтому сержант просто махнул рукой в нужную сторону.

– Что в эфире? – обратился капитан к Ральфу.

Немец почесал рукой в затылке и угрюмо ответил.

– Тихо, только писк приводного маяка. Я пытался установить связь с Омегой и Титаном, но никто не отвечает. На аварийной частоте тоже штиль.

Отряд приступил к разгрузке грузового отсека. Поимом оружия они везли запас провизии, компактный ядерный реактор, большой бур и другие инструменты и оборудование на случай, если придётся вести спасательные работы на Омеге. С перевозкой всего этого добра им помогали три колёсные платформы роботов-мулов.

Перегрузка заняла около часа. Всё это время Розенберг пытался связаться с научной базой, но было тщетно. Отряд не мог сразу отправиться к научной станции. До неё было около полусотни километров. Для начала им необходимо было добраться до терминала возле перемещателя и обзавестись более быстроходным транспортом.

Закончив с погрузкой, отряд выстроился в цепочку и побрёл в нужную сторону. В броне они могли бы преодолеть это расстояние минут за десять-пятнадцать, но гружёные колёсные платформы не могли ехать с такой скоростью по песку.

Через четверть часа на горизонте показалась гиперсфера. Здесь, в Аиде, она отличалась от земной и выглядела огромной ртутной каплей. Кирилл пояснил, что сфера Аида имеет иную размерность, поэтому и выглядит не так, как земная. Неподалёку от неё располагалась знакомая эстакада со столом и направляющей "пушкой" для ракетоплана. Рядом со стартовым комплексом раскинулись кубоиды построек терминала.

По приказу Гомеза Розенберг пытался связаться с дежурным персоналом станции на всех доступных частотах. Но ответом было гробовое молчание.

Артём включил режим увеличения и стал разглядывать окрестности. Казалось, терминал был абсолютно безжизненным, хотя внешние световые маячки на крышах комплекса продолжали мигать голубыми огоньками. Значит, энергосистема станции была в порядке.

– Пусто. Провалились они, что ли? – пробурчал Генри.

– Не будем забывать, они могли подвергнуться нападению. Оставим мулов тут. Мисс Дебрё, Лужин и Розенберг останетесь здесь. Я и Мартин осмотрим стартовую площадку ракетоплана. Камрад Белов и сержант Уайт пойдут к главному зданию, но внутрь не входить! Мисс Син, вы отсюда прикроете нас, – скомандовал Алехандро. – Всё понятно?

– Так точно, – откликнулись военные.

Гражданские нехотя повиновались. Все понимали, что капитан отдал разумное распоряжение.

«Эх жаль, я не с вами», – посетовал Кирилл по мыслесвязи.

«Успеешь ещё! Будь начеку!»

Группа разделилась, и они стали приближаться к постройкам терминала.

Впереди их ждала неизвестность…

___________________

[1] Хочешь мира, готовься к войне (лат.). Крылатое латинское выражение, принадлежащее римскому военному писателю Флавию Вегецию.

[2] Один из девизов корпуса морской пехоты США – «Гун хо», работать вместе.

[3] Отлично (исп.).

Глава 5. Есть кто живой?

Терминал перемещателя. Аид.

После распределения обязанностей спасательный отряд приступил к обследованию терминала. Капитан и морпех отправились осматривать стартовый стол ракетоплана, чтобы убедиться, что он исправен, поскольку тот был единственным средством возвращения домой для всех людей. Белов и Уайт отправились обследовать подходы к главному зданию терминала, а Син, вооружившись снайперской винтовкой, осталась прикрывать их тылы и присматривать за учёными.

Они шли медленно, оставляя позади цепочки тускло светящихся следов на песке. Спустя некоторое времени пары разделились. Артём с Ларри приближались к зданию. Большой серебристый короб на стальных сваях безжизненно возвышался над багровыми песками. На крыше кубоида вращалась антенна. Габаритные маячки мигали, но больше никакого движения не наблюдалось.

Когда до здания оставалось полсотни метров, Артём поднял правую руку, дав сигнал напарнику остановиться.

– Сержант, минуту. Что-то мне здесь не нравится, – обратился он к американцу, прислушавшись к голосу интуиции.

Ларри послушно остановился, взяв наизготовку винтовку.

Артём сосредоточил все свои рефлексы и чутьё в кулак, что называется, включил инстинкты. Так их учили в разведшколе, когда готовили к службе в Заслоне, доверяться своему внутреннем зверю. И этот зверь подсказывал, что-то здесь было не так.

«Эй, Виз, как дела? Мне здесь не по себе. Тревожно. Ты что-нибудь чуешь?»

«Фиксирую повышенный радиационный фон. Опасности не представляет», – бесстрастно ответил компьютер.

«Тут дело в чём-то ещё…»

– Капитан, как у вас дела? – перешёл он на открытый канал связи.

– Всё нормально. Мы почти у цели. Никого не видно, всё тихо. А у вас? – отозвался Гомез.

– И у нас чисто. Только фонит немного. Мне здесь не нравится. Что-то нечистое…

– Не нравится ему… Подойдите ближе, осмотритесь. Если у тебя кишка тонка, это сделает Ларри, – встрял в разговор Мартин. – Эй, сержант, покажи русскому, как Дядя Сэм умеет работать!

Уайт повернулся в сторону Артёма, приготовившись что-то сказать, но Белов жестом попросил его не двигаться. Внутри всё сжалось в пружину. В эфире раздался треск и шипение помех.

– Эй, парни, что у вас там происходит? – продрался сквозь шум помех голос Лужина, – Вы в порядке? Что это за шум в эфире?

«Командир, фиксирую двукратное усиление радиационного фона», – пробубнил в голове голос Визиря.

Артём огляделся по сторонам, но ничего не происходило. Шум пропал так же внезапно, как появился.

– Снова всё чисто. Может рация барахлит? – заговорил Гомез, – Ральф, проверь станцию.

– Уже, капитан. С железом всё в порядке. Я не понимаю, откуда эти помехи, – озадаченно ответил немец.

Артём сделал несколько шагов вперёд.

– Ладно, давай продолжим. Может быть, это и правда мелочи, – нехотя сказал Артём, но ощущение напряжения внутри не пропадало.

Через несколько минут они подошли к главному входу терминала. От серебристого кубоида под углом в сорок пять градусов спускалась труба шлюзовой камеры. Люк рукава был закрыт. Рядом на стене висел терминал, зелёный огонёк которого мигал, как бы приглашая внутрь.

Артём попробовал толкнуть люк, но тот не поддался. Он попробовал нажать кнопку вызова интеркома, но никто не ответил. Казалось, терминал был брошен.

– Закрыто изнутри. Тут кодовый замок. Придётся вскрывать…

Он отошёл на полшага и прицелился из винтовки, чтобы попробовать вскрыть замок.

– Попробуйте: 18 96 20. В мою экспедицию код был таким. Может быть, его не изменили? – раздался голос Анжелики в наушниках.

Уайт быстро набрал код на замке. Световой индикатор мигнул. Несколько секунд ничего не происходило. Раздался громкий щелчок, и массивная дверь люка пришла в движение.

– Сработало! Капитан, какие будут указания? – обратился Артём к Алехандро.

– Дождитесь нас. Мы на месте. Поднимаемся к кораблю, – отозвался Гомез.

Они остались снаружи, осматриваясь по сторонам. Тянулись минуты, пока Алехандро и Мартин изучали ракетоплан. Тем временем поднялся ветер и станцию накрыли клубы мерцающего призрачным светом песка. Видимость стремительно ухудшалась.

– Парни, вы там ещё долго? Поднялась буря, – заволновался Ральф.

– Уже скоро. Мы почти закончили. С виду посудина исправна. Я провёл диагностику – корабль готов к старту. Сейчас проверю рубку, там должен быть бортовой журнал, – Ответил Алехандро и замолчал на некоторое время.

– Cagada[1]! Тут все залито каким-то мазутом. Ну и вонища… Да что у них тут сдохло что ли, – раздался голос капитана в эфире.

Артём заволновался.

– Что у вас случилось?

– Да ничего страшного. Видимо здесь что-то протекло… Сейчас разберёмся, – отозвался Алехандро. В эфире снова раздался треск помех.

«Командир, фиксирую всплеск радиоактивного излучения. На этот раз сильнее», – отрапортовал Визирь.

– Это чёрное дерьмо тут повсюду! Но я очистил терминал. Всё работает. Они готовили полёт. Судя по записям бортового журнала, на станции было три инженера. Но старт так и не состоялся. Куда же они подевались? – пробубнил капитан.

– Вижу движение… Эй, Мартин, это вы? – раздался оклик Ларри.

Артём обернулся. Сержант смотрел по направлению стартового стола.

– Что значит вы? – удивился Генри.

– Я вижу двоих! Идут сюда! Подумал, это вы, – ответил Ларри.

Артём посмотрел в сторону, куда указывал сержант. Сначала он ничего не увидел, но, скомандовав Визирю переключиться на инфракрасный диапазон, тоже отчётливо разглядел метрах в ста две человеческие фигуры. Песчаная буря не позволяла разглядеть детали. Незнакомцы медленно приближались.

– Подтверждаю. Есть контакт, – подтвердил Белов.

– Может быть, это кто-то со станции, – неуверенно пробормотал Уайт.

«Дай максимальное увеличение», – мысленно скомандовал Артём.

Картинка перед глазами увеличилась в несколько раз. Тёмное пятно фигуры ближайшего человека превратилось в отчётливый контур. Он был одет в защитный костюм. Судя по всему, это был кто-то из членов экспедиции Омеги. Однако что-то было не так с его походкой. Он шёл медленно, слегка волоча правую ногу. Незнакомцы должны были их заметить, но, казалось, не обращали никакого внимания.

«Командир, радиационный фон возрастает», – сообщил Визирь.

«Можешь опознать их?»

«Никак нет. Транспондеры костюмов выключены или не работают».

«Ладно. Разберёмся!»

– Ларри, прикрой меня! Я попробую с ними поговорить.

Американец кивнул и взял незнакомцев на прицел. Артём пошёл на встречу. Когда до людей оставалось метров пятнадцать, он поднял правую руку и приветливо помахал рукой.

– Эй, ребята, привет! Мы свои! Что у вас тут случилось?

Фигуры, окутываемые клубами песка, остановились. Определённо, они заметили Артёма и Ларри, но ничего не сказали. Через секунду они возобновили движение, ускорив шаг, но не проронив ни звука.

– Почему вы молчите? У вас всё в порядке? Вам нужна помощь? – снова окликнул незнакомцев Артём.

– Майор, мне не нравится их поведение. Почему они молчат? – занервничал сержант.

– Капитан, они молчат. Какие будут инструкции? – обратился Артём к Гомезу за указаниями. Но канал связи заполнился невыносимым треском помех. Казалось, с той стороны послышались неразборчивые слова Лю Син, Гомеза или кого-то ещё из членов отряда.

«Кирилл, ты меня слышишь?» – обратился Артём по мыслесвязи к напарнику, но ответа не последовало. – «Виз, что со связью?»

«Связь с Лужиным отсутствует. Фиксирую помехи».

«Источник помех?»

«Не поддаётся определению».

Зверь в его душе ощетинился, зарычал. Ситуация разворачивалась в нехорошую сторону.

– Сержант, полная боевая готовность! – скомандовал он американцу. – Стрелять только по моей команде! Сначала попробуем установить контакт…

Сержант Уайт кивнул и приготовился открыть огонь в случае опасности.

Датчики перед глазами Артёма заморгали красными индикаторами, сигнализируя о значительном повышении уровня радиационного излучения. В броне они были в безопасности, но само по себе это было ненормально. Незнакомцы приближались, а помехи в эфире не смолкали.

– Эй! Остановитесь и назовите себя! Я приказываю! – попробовал Артём ещё раз вступить в контакт.

Пелена песчаной бури резко утихла. До незнакомцев осталось около семи метров. Они продолжали двигаться, не обращая внимания на Артёма и его компанию. Теперь он понял, что насторожило его. Люди, которые приближались к ним, всего лишь казались людьми. Их костюмы ранее оранжевого цвета были изорваны и испачканы кровью. Забрала шлемов усеяны трещинами и частично разбиты. Нога одного из них была сломана, и кусок кости торчал из обрывков ткани. Как они могли передвигаться, оставалось непонятным. Тела их были покрыты пятнами засохшей крови.

– Холи шит! Это что за хрень? – заорал Уайт.

«Командир, опасность. Фиксирую признаки биологической угрозы. Эти люди, вероятно, подверглись неизвестному заражению. Возможно, мы имеем дело с последствием нападения, о котором говорилось в сигнале бедствия. Рекомендуемые меры – уничтожение. Контакт опасен!», – пробубнил Визирь.

– Огонь! – не раздумываясь, скомандовал Артём.

Белов вскинул винтовку. По мысленной команде перед глазами загорелся визир прицела. Он прицелился в ближайшего чужака и выстрелил ему в грудь. Пуля с лёгкостью пронзила защитный костюм и прошла тело навылет. Сержант Уайт сделал прицельный выстрел из винтовки Гаусса во второго. Гиперзвуковая пуля в мгновение ока пронзила цель, разнеся вдребезги остатки защитного шлема, да и то, что скрывалось под ним.

«Грёбаная срань! Что это?» – прорычал Артём про себя.

Тела чужаков отлетели назад от силы отдачи. Но они не заметили, как Артём нанёс им урон, который, казалось бы, несовместим с жизнью. Чужаки повертелись и двинулись к людям. Артём переключил винтовку на автоматический режим и выстрелил двумя короткими очередями. Сержант Уайт вскинул винтовку и, отойдя на несколько шагов назад, дожидаясь, пока перезарядится электромагнитная катапульта, сделал ещё один выстрел, на этот раз в живот второго. Существо лишилось ног и упало на песок. После выстрела стало видно, что на спине некогда человеческого тела был нарост чёрного студенистого желе.

– Это что ещё за дерьмо? – заорал Уайт.

Артём не ответил. Существа были уже слишком близко, на расстоянии трёх-пяти метров, и огнестрельное оружие было недостаточно эффективным против них. Если Визирь прав и речь идёт о биологической угрозе, контакт с этими тварями опасен. Не раздумывая, он скомандовал компьютеру привести в боевую готовность Корунд. Гранатомёт вздрогнул, сработал механизм перезарядки и через секунду, окутавшись облаком дыма, труба выплюнула гранату.

– Пригнись! – успел скомандовать Артём, когда граната врезалась в землю под ногами чужака. Последовал оглушительный взрыв. Всё вокруг заволокло облаком пыли и пламени. По броне застучал град осколков и камней. Но они не могли причинить людям вред.

Сразу после взрыва помехи в радиоэфире пропали, и шлемофон затопили голоса товарищей:

– Майор, приём! Что у вас происходит? Ни черта не видно! – вызывала их Лю Син.

– Эй, вы в порядке? Мы подверглись нападению! – раздался голос Генри Мартина. – Здесь творится какая-то хрень! Отовсюду полезли чёрные слизни.

– Мы ничего не видим, у нас всё чисто! – доложил Лужин, – Артём, что с вами?

– Кажется, помехи пропали. Эй, вы нас слышите? – обратился Ральф к членам отряда.

– Перекличка. Доложить обстановку! – скомандовал Гомез.

Голоса товарищей были взволнованы и перепуганы.

Артём перевёл дух. Вроде бы все были целы.

– Говорит Белов. Мы с сержантом в порядке. Был контакт. Я не знаю, что это было. Похоже, эти люди инфицированы какими-то паразитами. Пришлось применить тяжёлое оружие, – облако песка развеялось, стали видны два неподвижных изуродованных человеческих тела, покрытых чёрной субстанцией. – Угроза ликвидирована.

«Эй друг, как ты? Что там было?» – раздался в голове голос Лужина.

«Я не знаю. Тут тела двоих. Точнее то, что от них осталось. На них какие-то наросты, похожие на гриб трутень. В общем, чертовщина какая-то…»

«Как думаешь, им можно было помочь?»

«Едва ли. Судя по всему, они уже были мертвы. Как ты? Анжелика?»

«В порядке. Все очень испугались, когда поднялась буря и пропала связь».

«А мисс Син? Что она делала?»

«Она сказала, что потеряла вас из виду из-за бури».

«Странно это», – засомневался Артём.

«К чему ты клонишь?» – удивился Кирилл.

«Я слишком хорошо знаю возможности китайских технологий. Уверен, песчаная буря не мешала ей видеть цели в инфракрасном. Думаю, она хотела оценить новую угрозу и просто наблюдала за нами».

«Это серьёзное обвинение!» – усомнился Артём.

«Потом обсудим», – прервал связь Белов.

Когда все собрались у терминала, то отправились на осмотр тел существ. Анжелика достала кейс с инструментами и, дождавшись результатов экспресс-теста, приободрила отряд.

– Всё относительно в норме. Лишь слегка повышенный остаточный радиационный фон. Никаких известных токсинов или ядов я не нашла, – девушку скрывал защитный костюм, но Артёму показалось, она бросила на него долгий взгляд. – В следующий раз, майор, постарайтесь при первой встрече с чужими формами жизни не применять сразу тяжёлое вооружение.

– У нас не было выбора, мисс, – серьёзно ответил Белов. – Эти штуки не собирались останавливаться и вступать в диалог. И от них очень сильно фонило радиацией.

– Странно. Сейчас почти ничего нет…

Алехандро подошёл поближе к обезображенным останкам.

– Похоже, эти твари выползли из песка. Когда мы с Мартином закончили осмотр ракетоплана, – он ткнул стволом пистолета в сторону бесформенного чёрного желе. – Они обступили нас и плевались похожей слизью!

– В вас не попали? – обеспокоено спросила ксенолог.

– Нет. Мартин открыл огонь по ним из пулемёта, и они полопались как мыльные пузыри. Но их было много. А потом, когда вы убили этих, те твари ретировались и зарылись обратно в песок, – описал Алехандро контакт с неизвестными существами.

Анжелика хотела взять с помощью щупа образцы тканей чёрного гриба. В его туловище что-то булькнуло, надулся пузырь, который смачно лопнул, разбрызгав чёрную субстанцию вокруг. Алехандро успел оттащить ксенолога в сторону, чтобы на неё не попали капли.

– Вот что. Пока мы не знаем, что это такое, ничего не трогать! Очевидно, эти твари способны паразитировать на человеческом теле.

Девушка не стала возражать. Морпех Мартин подошёл ближе и ногой пнул обезображенное тело второго, чтобы то перевернулось.

– Кейт Дениел. Инженер… – прочитал он надпись на нагрудной бирке.

– Кажется, мы знаем, что сталось с двумя членами экипажа терминала, – пробурчал Алехандро.

– А если третий тоже такой? И он рядом, – спросила Син.

Артём повернулся в её сторону.

– Когда они появились, я зафиксировал всплеск радиации. Думаю, что эти твари сильно фонят. Если они появятся снова, мы узнаем.

– Да, мои датчики тоже зафиксировали радиацию, когда выползли слизни. Вот только это не объясняет помехи в радиоэфире. Ладно, давайте тащить сюда платформы. Осмотрим терминал. Нам всё равно нужны краулеры, – скомандовал капитан.

Все разошлись. Артём подошёл вплотную к Лю Син и, открыв забрало шлема, обратился к ней.

– Мисс Син, помехи, это ваших рук дело?

Китаянка замерла. Обернулась. Сняв шлем, она смерила его долгим взглядом.

– Что за вздор вы несёте, майор?

Белов ткнул пальцем в её винтовку.

– Думаете, я поверю, что вы потеряли нас из виду из-за песчаной бури? Если не ошибаюсь, это Шу Йен[2], мультиспектральный прицел… Вы не могли нас не видеть!

Китаянка побагровела.

– Да, чёрт побери! Я всё видела!

– Тогда почему не вмешались?

– Во что именно? Связи не было. А в прицел не разобрать, люди это или кто.

– Откуда они появились?

– Не знаю. Они вышли из-за ракетоплана. Я хотела предупредить, но связь прервалась. А потом… Потом мне стало просто страшно!

– Я знаю, что эта броня, – Артём ткнул пальцем в её костюм, – напичкана электроникой. Там, на базе, ты пыталась меня хакнуть. Думаешь, я этого не заметил? Поклянись, что блокировка связи – это не твоих рук дело!

Женщина прикусила губу, злобно сверкнула глазами и отрицательно мотнула головой.

– Что у тебя с этим янки?

– Какое тебе дело до этого? – огрызнулась Лю.

– Хочу понимать, можно ли тебе доверять.

– Этот урод был в отряде, который американцы высадили на Тайване. Его головорезы убили мою сестру! Как ты думаешь, как я к нему должна относиться? – прорычала китаянка.

Артём мысленно запросил оценку правдивости слов у Визиря, но чутьё, итак, подсказывало ему, что девушка говорила правду.

«Капитан Генри Мартин участвовал в высадке в Тайване. Его подразделение обвинялось в убийстве сотрудников дипломатического посольства КНР, но они ушли от ответственности», – доложил Визирь известные ему факты.

– Ты сможешь быть над всем этим и держать ненависть в узде?

– Постараюсь! – прорычала Лю Син. – Моё руководство приказало помогать вам, а не угробить. Я действительно просканировала твой костюм, но взламывать не собиралась. И к этому всему не имею никакого отношения!

К ним подошла Анжелика.

– У вас всё в порядке?

Китаянка ничего не ответила, закрыла забрало шлема и ушла в сторону.

– Да просто поговорили по душам… – отшутился Артём.

Девушка подошла ближе и тронула его руку.

– Извините за мою реакцию тогда. Вы были правы. Это очень опасная штука. Мы не знаем, с чем имеем дело.

– Да бросьте. Всё нормально!

– Капитан предлагает остаться на ночь в терминале. Если там безопасно. А завтра уже выдвигаться к Омеге.

Артём понимающе кивнул. Хотя в мире Аида солнце всегда висело в зените, здесь был свой суточный цикл. Каждые тридцать часов светило тускнело в десять раз. И без того сумрачный мир погружался в непроглядный мрак. Учёные связывали это с появлением холодных тёмных пятен на поверхности звезды Аида.

Подогнав роботов-мулов к главному входу, отряд проник внутрь терминала, закрыв за собой шлюзовую камеру. Белов и капитан Гомез шли впереди. Замыкал группу морпех Мартин. Держа оружие наизготовку, они обошли все помещения. Двери послушно открывались. Помещения были пусты, будто люди просто встали и ушли со станции. Впрочем, они знали, что случилось с двумя членами экипажа. Вскоре отряд добрался до центрального поста, и стала известна судьба третьего инженера. Его тело лежало рядом со столом, в правой руке он сжимал пистолет. Бедняга застрелился. Мониторы были включены, компьютеры работали.

Ральф выпотрошил компьютерные записи, и понемногу стала проясняться картина происшествия. Судя по записям, неделю назад новая бригада инженеров заступила на дежурство. Они готовили ракетоплан к старту на Землю. Сначала прервалась связь с Омегой. Люди заволновались. Они хотели вернуться назад, но база не отвечала. А затем Майкл Палмер, тот, кто покончил жизнь самоубийством, стал очевидцем нападения чёрных слизней на его коллег. Ужас и страх, который тот испытал, и ощущение безысходности привели к трагедии. Палмер предпочёл свести счёты с жизнью, чем стать симбиотом для этих мерзких тварей. Хорошей новостью было то, что слизни появлялись только за пределами построек терминала, и люди оставались внутри в относительной безопасности.

Тело Палмера отнесли в холодильник. Гомез собрал всех в центральном посту. Выглядел он уставшим, если не сказать болезненным. Сняв защитную броню, отряд собрался обсудить сложившуюся ситуацию.

– Давайте посмотрим, что мы имеем. Кхе-кхе, – прокашлялся Алехандро. Анжелика дёрнулась было помочь ему, но он махнул рукой. – Всё в порядке!

– Итак, судя по всему, люди здесь подверглись биологической атаке. Масштаб которой оценить мы пока не можем. Там, – капитан показал на камеры наблюдения, – в песках прячутся какие-то твари. Что они делают с людьми – непонятно. Кхе-кхе. Но ничего хорошего, это уж точно!

– Капитан, а это не может быть местной формой жизни? – спросил Кирилл.

– Нет, на Аиде ничего такого до сих пор не было найдено, – возразила Анжелика. – Здешние формы жизни достаточно просты. В пещерах и скалах живут песчаники. На людей нападают только по неосторожности.

– Но всё же этого нельзя отрицать? – спросил Лужин.

– Нет, конечно. Не проведя анализов, я ничего утверждать не могу. А вы не дали мне взять образцы, – она бросила недовольный взгляд на капитана.

Алехандро насупился.

– Если я прав, и это дерьмо и есть то, что напало на базу. Там нас ждёт ещё сорок пять образцов. – Повисла тишина. Все обдумывали сказанное. Неужели все погибли? – Ральф, проверь узел связи. Есть возможность связаться с Землёй? И что с Омегой?

Немец поколдовал с пультом связи.

– Связи с Землёй нет. Похоже, антенна не работает. Омега тоже молчит. Титан не выходит на связь.

– Maldita sea[3]! Мы отрезаны от Земли и нет связи с Титаном. Что ж, предлагаю переночевать здесь, а утром забрать краулеры и выдвинуться к станции. В случае биологической угрозы немедленно прерываем миссию и возвращаемся на Землю.

– Да порешать их всех надо! Оружия у нас хватит! – фыркнул Генри.

– Я согласен с капитаном. Надо осмотреться и отступать. Мы не знаем, с чем имеем дело. А оружия может не хватить, – возразил Артём. – Я разрядил полмагазина в этих двоих, но им было всё нипочём. Помогла только артиллерия.

– А я согласен с Генри. Надо там всё взорвать к чёртовой матери! – поддержал коллегу Уайт.

– Мы должны изучить то, с чем имеем дело! Это уникальный шанс! – возмутился Кирилл.

Испанец закашлялся и стукнул кулаком по столу.

– Хватит. Делаем, как я сказал. А сейчас отдыхать. На караул по двое. Первыми заступают Белов и Розенберг. Остальным отбой. Занимайте каюты, там на всех хватит…

___________________

[1] Дерьмо (исп.).

[2] Глаз змеи (кит.).

[3] Чёрт побери (исп.).

Глава 6. Нет пути назад

Терминал перемещателя. Аид.

Перед тем, как разойтись на отдых, члены отряда перекусили продуктами, найденными на базе. Анжелика провела экспресс-тест – никакой инфекции или чего подозрительного в консервах не было. Капитан покинул команду первым и уединился в одной из кают.

В отсутствии Алехандро, поев, Генри почувствовал себя вольготно. Он достал из внутреннего кармана комбинезона пачку Мальборо и предложил сигарету Уайту.

– На, друг, вспомни вкус Родины!

Сержант взял сигарету и, щёлкнув зажигалкой, оба затянулись, выпустив сизые клубы дыма.

– Надеюсь, не сработает противопожарка, – пробурчал Ларри.

– А что, док! – обратился морпех к Анжелике, устроившись поудобнее в кресле и закинув ноги на стол. – Может, изловить одну такую гадину? Как думаете, много за неё дадут на Земле?

– Я не знаю, сколько могло бы стоить это существо. Но определённо оно представляет большую научную ценность. Вот только, зная, что случилось с теми несчастными, ловить его опасно, а тем более привозить на Землю!

– Ой ли? Да дело нехитрое – заманить и засунуть в бочку…

– Я боюсь, капитан Гомез не одобрит это, – ответила девушка.

– Капитан… Да к чёрту капитана! Если скажете, что оно вам нужно, мы его поймаем! – разошёлся американец. – Да, брат?

– Эй, приятель, сбавь обороты! Мы здесь не на сафари. Эти твари убили как минимум двоих. И бог знает, на что они способны! – повысил голос Белов.

Артём заметил, как китаянка сжала кулаки и привстала, чтобы высказать американцу всё, что думает. Мартин поймал на себе неодобрительные взгляды и ретировался.

– Да успокойтесь вы. Я просто пошутил. Сдались мне эти слизняки! Просто хотел сделать докторше приятное…

Анжелика шутку не оценила и наградила капитана полным раздражения взглядом. Американцу это не понравилось. Он кинул окурок на пол и вскочил.

– Да ну вас. Собрались тут неженки. Я спать! – затушив ботинком дымящуюся сигарету, морпех удалился.

Розенберг подошёл к мониторам слежения за периметром и окликнул остальных.

– Эй, посмотрите, что тут происходит!

Все подскочили и подбежали к нему. Немец ткнул пальцев в один из мониторов.

– Scheisse[1]! Вот смотрите, оно тут!

Камера смотрела прямо на шлюзовой рукав. Сначала Артём ничего не заметил, снаружи было довольно темно. А потом в песке появился бугорок. Он зашевелился и стал перемещаться, описывая петлю.

– Смотрите, вот ещё! – воскликнула Лю Син, указав на соседний монитор. – Тут их два… Нет, три, пять…

– Боже, сколько же тут этих тварей! – охнул Кирилл.

– Не меньше двух десятков, – подсчитал Артём шевелящиеся бугорки. – Можно понять, почему нервы Палмера не выдержали.

– Они чувствуют наше присутствие и поэтому вьются рядом, – уверенно заключила Анжелика. – Разбудим капитана?

– Зачем? Что это изменит? Он прав, надо отдохнуть. Кто знает, может быть, с рассветом эти твари уползут, и мы сможем что-то сделать, – подумал вслух Артём. – Идите отдыхать. Я с Ральфом останусь на посту.

– Поспишь тут… – проворчал Лужин.

Отягощённые дурными мыслями члены отряда разошлись по каютам. Артём с немцем остались следить за камерами наблюдения.

* * *

Прошло три часа. Ральф не выдержал, и откинувшись на спинку кресла, крепко заснул, изредка похрапывая. Предательский сон наваливался и на Артёма, но он боролся с ним что есть силы. Через час его должен был кто-нибудь сменить. Снаружи ничего не менялось. Слизни, не ведая ни сна, ни отдыха, продолжали копошиться в песке вокруг терминала.

В коридоре раздались тихие шаги. Артём встрепенулся. В душе ему захотелось, чтобы это была Анжелика, но он моментально прогнал неожиданную мысль.

Шаркая ногами, в зал вошёл капитан Гомез. Выглядел он неважно: лицо осунулось, побледнело, глаза покраснели. Ему явно нездоровилось, но одет он был в походный комбинезон. Артём встал с кресла.

– Капитан?

Алехандро приложил указательный палец правой руки к губам, кивнул на соседнюю дверь и молча вышел из зала. Он не хотел, чтобы их услышал Розенберг.

Когда Белов зашёл в соседнюю комнату и прикрыл дверь за собой, Гомез встал у дальней стены.

– Что-то случилось?

– Да, – испанец помолчал, подбирая слова. – Я заразился.

– Вы уверены? Давайте позову остальных!

– Нет! – резко оборвал его капитан. – У меня мало времени.

Он закатал рукав на правой руке и показал вздувшиеся иссиня-чёрные волдыри.

– Как это случилось? – опешил Артём.

– На корабле. Пульт управления был залит мазутом. Я счистил его. А потом, когда появились эти criaturas[2], они плевались такой же дрянью.

– А Мартин? Он тоже?

– Нет, я был там один. А потом… Потом было не до того, пока я не увидел тела тех двоих.

– Давайте позову Анжелику, у неё есть приборы и антибиотики. Мы попробуем вылечить вас!

Капитан согнулся в приступе кашля. А когда встал, показал Артему окровавленные ладони.

– Думаю, мне уже ничего не поможет. Майор, ты видел, во что превратились те люди. Я не знаю, что это и с чем мы… С чем вы будете иметь дело. Я опасен для всех. Стой на месте и не приближайся! Вдруг эта зараза передаётся по воздуху – он опять закашлялся. – У меня мало времени. Слушай внимательно! Вот что мы сделаем…

Артём мысленно обратился к Визирю.

«Виз, ты это видишь? Какова твоя оценка?»

«Да, командир, вижу. По всем признакам состояние капитана Гомеза критическое. Мы имеем дело с инвазивным организмом. Контакт с капитаном опасен. Рекомендую прибегнуть к экстренному протоколу».

«Что ты имеешь в виду?»

«Ликвидировать угрозу. Изолировать и кремировать тело».

«Должен быть другой способ!»

– Я не успел с тобой толком познакомиться. Вижу, что ты нормальный парень… Я сейчас уйду и…

– Но там же эти существа?

– Не перебивай! Я постараюсь заманить их на корабль. А потом… Потом включу двигатели и сожгу всё к чёртовой матери. Кораблём пользоваться всё равно нельзя, он заражён. Никто не вернётся на нём на Землю!

Повисла тишина. Артём не знал, что сказать.

– Ты остаёшься за старшего. Это мой последний приказ! Эта хрень не должна попасть на Землю! Помнишь, о чём нас предупреждали?

– Но как мы вернёмся без корабля?

– Придумаешь, – Алехандро закашлялся ещё сильнее. – Дальше сами. Но если там, на Омеге, всё так же плохо, поклянись, что ни один заражённый не вернётся на Землю! Ты сможешь принять правильное решение?

Несмотря на плохое самочувствие, взгляд Алехандро был полон решимости.

– Да, смогу, – не колеблясь, подтвердил Артём. Капитан имел в виду, что в случае угрозы ему надо будет позаботиться, чтобы никакая зараза не попала на Землю даже ценой жизней членов отряда.

– Прекрасно, сынок… Уверен, ты не подведёшь. А теперь, сделай милость, помоги старику. Отвлеки Ральфа и не дай остальным помешать мне!

– Да, сэр! – Артём козырнул капитану и вернулся в зал.

Через десять минут Алехандро, облачившись в свой силовой костюм, начал спускаться по шлюзовому рукаву. Когда сработал зуммер открывающейся двери, Розенберг проснулся и подскочил на ноги.

– Что случилось? – а – увидев по камерам выходящего на улицу капитана, воскликнул. – Это ещё что? Куда он? Что происходит?

Артём коротко объяснил ему задумку капитана. На крик немца сначала прибежала китаянка, затем проснулись и остальные. Все зароптали, не понимая, что происходит.

Когда Гомез вышел наружу, слизни активизировались и начали двигаться в его сторону. Они выползли на поверхность и плевались в него сгустками чёрной субстанции. Но Алехандро не обращал на это внимания и, слегка прихрамывая, направился к кораблю. Твари начали сползаться со всех сторон, преследуя человека.

– Да что он творит? Старик совсем ополоумел! – возмутился Уайт.

Фигура капитана отдалилась, преследуемая слизнями. Через пять минут в эфире раздался голос капитана.

– Я на корабле. Мне нужно несколько минут. Он сильно закашлялся.

– Капитан, что вы творите? Зачем это? – недоумевала Анжелика.

– Майор всё объяснит. Я больше не могу говорить. Они повсюду. Передаю полномочия Белову. Прощайте. Честь имею, – капитан замолчал.

Все, оцепенев, продолжали наблюдать за происходящим.

Включилась камера с мостика управления ракетомпланом. Гомез, чей костюм с ног до головы был покрыт сгустками чёрной слизи, стал переключать тумблеры на панели управления кораблём. Загорелись индикаторы предстартовой готовности, и начался обратный отсчёт. Но Алехандро не занял кресла пилота. Он просто упал без сил, навзничь. Ему было очень трудно дышать.

– Vete al infierno![3] – прохрипел умирающий Алехандро, когда робот досчитал до ноля.

Стартовая площадка задрожала. Включились двигатели и ракетоплан окутался клубами дыма и огня.

– Он бросает нас! – возмутился Ларри.

– Спасает! – возразил Артём.

Сверкнула ослепительная вспышка. Гул взрыва сотряс весь комплекс. Гомез включил стартовые двигатели, но не разблокировал удерживающие упоры, и из-за возникших перегрузок корабль взорвался огненным фейерверком, уничтожив стартовый стол, а заодно и слизней.

– Shit![4] Как мы отсюда теперь выберемся? – разозлился Генри.

* * *

Пыль от взрыва ракетоплана улеглась. Отряд взорвался возмущёнными голосами. На Артёма накинулись все, включая Лужина. Они требовали объяснений, возмущались безответственностью поступка Гомеза и недоумевали, что им теперь делать и как вернуться домой.

– Артём, я не понимаю! Как вы могли это допустить? Почему не остановили Алехандро? – с ужасом в глазах спросила Анжелика.

– Что нам теперь делать? Ты понимаешь, что мы застряли тут? – недоумевал Лужин.

– Этому русскому болвану наплевать на всех нас! – рычал Мартин.

– Капитан сошёл сума, а вы? Вы нормальный? Как вы могли допустить, чтобы он так поступил? – возмутилась Лю Син.

– Если бы я только сразу понял, что он задумал! Но вы меня отвлекли, – сокрушался Розенберг.

– Да выкинуть его к этим слизням, – сплюнул на пол Уайт. Теперь мы все тут сдохнем!

Артём молча выслушал команду и подождал пока все выговорятся.

– Всё сказали друзья? А теперь послушайте. Мне всё это нравится не больше вашего. Я пытался остановить Алехандро и предлагал ему помощь. Но это было его решение!

Все опять зароптали.

– Другого выхода он не видел. И надо уважать его мужество. Он был болен. Эти твари его заразили. На теле начали формироваться чёрные волдыри.

– Ну и что! Я бы изучила, помогла. У меня с собой полно всяких антибиотиков! – возмутилась Анжелика.

– Я вас понимаю, мисс. Но он не хотел рисковать. Вы видели тех людей и во что они превратились. С момента заражения прошло несколько часов, а уже проявились клинические признаки. Эта инфекция, или что бы это ни было, очень быстро берёт верх. Он чувствовал, что умирает и решил спасти нас, – постарался оправдать испанца Артём.

– Спасти? – зарычал Мартин, – Болван! Оглянись! Он взорвал корабль! Единственное, что могло унести наши задницы домой! Почему он это сделал? Сам подыхал и нас обрёк на гибель?

– Как он заразился? – спросила Анжелика.

– Я точно не знаю, но Алехандро сказал, на корабле…

– Быть этого не может! Мы были вместе, – перебил его морпех.

– Не перебивайте! Продолжай, Артём. Что ещё он сказал?

– Да не так много. Сказал, что рубка корабля была испачкана «мазутом» и он его убрал. А потом, когда на них напали слизни, плюющиеся такой же дрянью, понял, что заразился. Да, ему практически сразу стало хуже. Вспомните, как он кашлял.

Все замолчали.

– Если всё так, боюсь, мы действительно столкнулись с крайне агрессивным инвазивным организмом. Мои приборы ничего не показали там, – ксенолог помолчала, – Мы зря срываемся на майоре. Он и капитан поступили правильно. Если корабль был заражён, мы бы не вернулись назад здоровыми…

Генри зашипел от злости.

– Мисс, и вы туда же? Как-нибудь разобрались бы! А что нам теперь делать по их милости? Как мы вернёмся домой?

Собравшиеся посмотрели на Артёма.

– На корабле, – ответил Белов.

– Der Irre[5]! Вы смеётесь? – кричал Ральф. – Его нет! Он разлетелся на куски вместе с нашим капитаном!

– И этими тварями, – добавил Артём, – Да, ситуация сложная! Но у нас ещё есть шанс выбраться отсюда. Наш корабль, на котором мы прилетели, исправен. Нужно только перезарядить его двигатели. На Омеге должны быть запасные твёрдотопливные ускорители.

Все замерли. Казалось, это звучало неправдоподобно.

– Donnerwetter[6]! А он прав… На Омеге были запасные ускорители. Надо только доставить их с помощью краулеров, – сказал Ральф.

– Без стартового стола будет сложно взлетать, но я смог бы переписать программу бортового компа и рассчитать манёвр с подскоком и падением точно в сферу, – поддержал Кирилл. – Это должно сработать!

– Сколько нужно времени на перезарядку двигателей и перепрошивку программы полёта? – спросил Артём.

– Думаю, максимум тридцать часов, – ответил Розенберг. Лужин согласно кивнул.

– Значит, на всё про всё осталось около трёх земных суток. Не так плохо! – постарался воодушевить товарищей Артём. – Вы со мной?

– Конечно, с тобой! – первым отозвался Кирилл.

– И я с вами, – не задумываясь согласилась Анжелика.

– У нас нет другого выбора. Я с вами, – согласилась китаянка.

– Ну, я хочу отсюда убраться, поэтому – за, – поддержал Ральф.

Американцы молчали. Уайт нарушил тишину первым.

– Мне не нравится эта затея, но выбора нет. Я в команде!

Всё посмотрели на Мартина. Тот от злости жевал нижнюю губу.

– Да что вы на меня уставились? Вы сумасшедшие! Но особого выбора нет…

Анжелика повернулась к Артёму и пристально посмотрела ему в глаза.

– Не подведите нас, капитан! – она сделала ударение на последнем слове.

Артём прокашлялся и подумал, что всё могло пройти сложнее. По воле случая он оказался участником этой экспедиции, а по прихоти погибшего капитана теперь должен был возглавить её. Им предстояло выполнить свою основную миссию – узнать, что случилось на Омеге, по возможности спасти людей и выжить самим. Только времени на это оставалось всё меньше.

– Тогда не будем медлить. Собираемся! Через два часа выступаем. Ральф, Кирилл, подготовьте краулеры. Генри, Ларри, помогите перегрузить наше оборудование. Анжелика, вы здесь уже бывали. Поможете спланировать маршрут. Мисс Син, мне нужна ваша консультация по Омеге.

После того, как все разошлись по своим делам, в помещении остались только трое человек: Артём, Анжелика и Лю Син. Артём заинтересовался устройством научной станции и начал расспрашивать Лю о деталях и особенностях Омеги. Он хотел узнать, что могло быть не указано на схемах, например, наличие аварийных закладок или недокументированных функций программного обеспечения. Лю Син рассказала всё, что знала об её слабых и сильных сторонах, где располагались элементы критически-важной инфраструктуры.

Анжелика, которая бывала здесь несколько раз, помогла Артёму проложить безопасный и короткий маршрут. Белов предположил, что если научная станция была атакована слизнями, то наиболее безопасным маршрутом было бы проехать по каменистой равнине, где эти твари не могли прятаться в песке. Приближаться к Омеге с взгорья тоже было лучше, так они смогли бы получить лучший обзор и более детально изучить произошедшее на станции.

Тем временем, остальные члены отряда подготовили краулеры и перегрузили в них всё оборудование с роботов-мулов предварительно убедившись, что ни груз, ни машины не были заражены опасной слизью. Ровно через два часа, когда солнце Аида стало светить более ярким светом, приготовления были окончены и, пополнив припасы, люди заняли места в просторных шестиколёсных вездеходах. Машины зарычали электродвигателями и понеслись по песчаному бездорожью в сторону взгорья, туда, где скрывалась Омега.

___________________

[1] Дерьмо (нем.)

[2] Твари (исп.)

[3] Пошли к черту! (исп.)

[4] Дерьмо (англ.).

[5] Шизанутый (нем.)

[6] Чёрт возьми (нем.)

Глава 7. Омега

Окрестности станции Омега. Аид.

Краулеры, покачиваясь и подскакивая, ехали по багровой степи. Подвеска машин хорошо амортизировала удары, но всё равно экипаж прочувствовал на себе каждый ухаб и кочку.

Машина резко остановилась.

– Ну что, приехали? – окликнул Артём сержанта.

– На месте, – отозвался Уайт.

Остальные вездеходы тоже клюнули носами и замерли.

Артём сверился с картой. Вроде на месте. Там впереди, в тридцати метрах за большим валуном был обрыв, откуда они смогли бы осмотреть Омегу.

– Что в эфире? – спросил майор.

– Тишина, – ответил Розенберг.

– Вымерли они, что ли? – пробормотал Лужин.

– Я, Кирилл и Лю Син, осмотримся. Остальные ждите. Смотреть в оба! Слизняков тут только не хватало.

Три человека вышли из вездехода и начали оглядываться вокруг. Ветер дул сильно, поднимая клубы пыли. Артём с друзьями направились к краю ущелья. Здесь всегда было светло, потому что солнце Аида висело всегда в зените. Тени не двигались, но в тени нависающей скалы было прохладнее, и земля покрылась синеватым инеем. Белов прошёл вдоль нависающего камня, и снег, или что-то похожее на него, заскрипел под его ногами. Остановившись на краю, он осмотрелся.

Станция была в дне небольшого извилистого ущелья, окруженного пологими стенами песчаника кирпичного цвета. На расстоянии семисот метров от отряда расположился научный комплекс. Шесть кубоидов из серебристого металла на трубчатых сваях образовывали правильный шестигранник, а в центре располагалась ребристая полусфера из крупных многогранников. Все здания соединялись между собой толстыми трубчатыми перемычками, а на крышах были замысловатые антенны. Рядом с комплексом расположились несколько крупных ангаров для техники.

Лаборатории и жилые модули расположились в корпусах вдоль периметра шестигранника, а в центральной части были энергоблок и дата-центр, где находился интеллектуальный суперкомпьютер по имени Титан – сердце и мозг станции.

Это и была Омега. Цель была достигнута.

– Красивая! – прошептал Кирилл, словно боялся, что их подслушают.

Артём молча сосредоточился на изучении станции.

«Виз, есть признаки радиации?»

«Радиоактивный фон выше нормы».

«Это похоже на то, что было у терминала?»

«Характер излучения сопоставим, но несколько отличается».

– Похоже, эти твари здесь. Будьте осторожны! – предупредил Артём коллег.

«Дай максимальное изображение. Мультиспектр!», – скомандовал майор Визирю.

Всё вокруг изменилось, предметы, которые обычно не видны невооруженным глазом, теперь были окрашены в холодные тёмные цвета, а горячие инфракрасные источники светились красными, жёлтыми и оранжевыми оттенками.

На картинке, которая стала живой, здания по периметру сверкали яркими оранжевыми и красными разводами, что означало, что системы жизнеобеспечения работали. Но центральная полусфера светилась ярче всего, потому что там располагались реактор и вычислительный центр – мощные источники теплового излучения.

Периферийные корпуса выглядели целыми, но Артём заметил в мультиспектре холодные тёмно-синие пятна, которые означали провалы в стенах. Кроме того, внешняя обшивка кубоидов была повреждена в некоторых местах. Но самое главное, вокруг базы было полно движущихся объектов в виде тёмно-фиолетовых точек и жирных красных клякс.

«Увеличение!», – скомандовал он.

Картинка послушно увеличилась в несколько раз.

«Вот срань!» – выругался про себя Белов. Фиолетовые точки оказались знакомыми чёрными слизнями. Температура их тел была немногим выше окружающей среды, что было само по себе странным. А вот большие красные кляксы оказались людьми или тем, что от них осталось. Он насчитал пятерых. Они были одеты в силовую броню и вооружены.

«Сканирование!», – скомандовал Артём.

«Транспондеры выключены, сигнатуры не опознаны», – ответил Визирь.

– Вы их видите? – обратился Артём к коллегам.

– Gàn![1] – выругалась Лю Син. – Они другие.

– Эти отличаются от тех, что мы видели раньше, – подтвердил Кирилл. – Они больше. Метра полтора в длину. И люди не похожи на больных. Я не вижу симбиотов, как у тех.

Артём присмотрелся. Действительно, пятеро «человек» не имели внешних признаков поражения. Их костюмы были целы, они были вооружены и передвигались осмысленно. Двое патрулировали периметр станции, а трое гуськом шли по направлению к одному из ангаров. Если бы не три крупных слизняка рядом с ними, он никогда бы не подумал, что тут что-то не так.

– А это ещё что такое? – удивился Лужин.

– Где?

– Там, в ангаре. Посмотри. Похоже на ракету!

Визирь показал Артёму в увеличенном виде участок ангара, на который обратил внимание физик. В глубине постройки виднелась часть довольно большого веретенообразного объекта.

«Можешь идентифицировать?» – спросил он Визиря.

«Объект не значится в перечне оборудования Омеги. Отсюда можно рассмотреть только часть. Диаметр около полутора метров, длина, оценочно чуть более десяти. Материал корпуса по большей части состоит из карбона. Для более точной идентификации необходимо больше информации», – выдал компьютер своё заключение.

– Ладно, мы увидели достаточно. Возвращаемся! – скомандовал Артём.

Едва они собрались отойти от края обрыва, как Визирь обратился к Белову.

«Командир, фиксирую сигнал транспондера».

«Чей?»

«Сигнал слабый. Сигнатура соответствует костюму Луизы Сейфир».

«Откуда идёт сигнал?»

«Определил направление», – Визирь отобразил на карте источник сигнала. Это было в горах, в двух километрах в стороне от Омеги.

«Что там?»

«Система пещер. Эта область Аида ещё не изучена», – через секунду Визирь добавил: – «Сигнал пропал».

* * *

– …расклад такой. Имеем слизней в большом количестве, вооружённую охрану с выключенными транспондерами и непонятный объект в ангаре. Станция имеет незначительные повреждения, – закончил Артём доклад отряду по результатам их вылазки. – Какие будут мнения?

– Может быть, у них всё в порядке? Просто связь не работает, – спросила Анжелика. – Хотя понимаю, звучит бредово.

– Очень много вопросов, – начал Розенберг. – Почему молчат? Откуда повреждения? Почему выключены транспондеры?

– Вопросы правильные, но ответов у нас нет, – сказал Артём.

– А меня больше волнует, почему рядом с людьми спокойной разгуливают эти слизни? – высказалась китаянка.

– Вдруг, это разумные существа, и наши коллеги смогли найти с ними общий язык? – поразмышлял вслух Кирилл.

– Ага, нашли! Видели мы их контакт! – фыркнул Мартин. – Печёнкой чую, эти твари обработали всех!

Нужно было решить, что делать дальше.

– Перед нами несколько задач. Выяснить, что случилось с людьми и попробовать найти выживших. Если эти слизни заразили всех, то шансов немного. Тогда нужно ликвидировать угрозу, – он помолчал и продолжил. – Важно понять, что случилось с Титаном. В его записях должны быть ответы на все вопросы. И надо разобраться, почему единственный работающий транспондер, да ещё принадлежащий Луизе Сейфир, оказался в неисследованных пещерах в нескольких километрах отсюда. И немаловажно, нам надо забрать топливные баки, а они как раз в том ангаре, где находится эта непонятная штука. Какие будут предложения?

– Я предлагаю вывести реактор в критическое состояние и взорвать всё там к чёртовой матери, – высказался сержант Уйат.

– Тебе б только взорвать, – сказала Син. – Значит, взорвём, а потом как будем оттуда вытаскивать топливные баки?

– Тогда порешать всех и делов-то! – усмехнулся Генри, потерев стволы своего пулемёта ладонью.

– А вдруг это контакт? Почему бы не попытаться вступить с ними в переговоры? – предложил Кирилл.

– Ты видел, как те двое вели переговоры? Хочешь так же? Валяй, – усмехнулся Мартин.

Артём придумал план:

– Давайте разделимся. Часть людей пойдет на поиски Сейфир, возможно, мы найдем там ответы. Здесь мы будем отвлекать слизняков. Если они больше не люди, мы их обезвредим. Затем мы проникнем на станцию через пролом в стене и попытаемся добраться до ядра Титана. Если всё подтвердится, мы зачистим базу и заберём топливные баки. Однако нам нужно решить, как отвлечь врагов. Какие у вас есть идеи?

Первым высказался Розенберг.

– Герр Белов, а что, если мы используем краулер? Мы выкатим его ближе к слизнякам, чтобы их привлечь, а затем взорвем его. Если мы прикрепим взрывное устройство к аккумуляторной батарее вездехода, взрыв будет такой, Donnerwetter, что мало не покажется!

– Хорошая мысль! – похвалил его Артём.

Артём посмотрел на Анжелику и Лужина. Они были недовольны.

– Мисс Дебрё, вы не согласны? – спросил он.

– Я считаю, что ваш план опрометчив и силы нужно использовать с умом. Нас послали, чтобы спасти людей, а не ввязываться в бой. Мы уже потеряли капитана, и мистер Лужин предлагал попробовать вступить в контакт. Почему вы не рассматриваете этот вариант? – ответила Анжелика гневно.

– Я понимаю ваши опасения, но учитывая то, что мы все видели, вероятность того, что на Омеге просто пикник людей и неизвестных чужаков мала. Но вы и мистер Лужин правы, мы должны попытаться вступить в контакт. Установим на краулер мегафон и радиопередатчик. Попробуем все возможные способы. Если не получится, вернёмся к первоначальному плану, – сказал Артём, попытавшись успокоить Анжелику.

Ксенолог признала, что план Белова имеет право на жизнь.

– Значит так. Лю Син, Лужин и Анжелика отправятся искать Сейфир. Я и Розенберг пойдём внутрь. Капитан Мартин и сержант Уайт выполнят отвлекающий манёвр и прикроют нас. Всё понятно? Есть возражения? – объяснил план Артём.

Никто не спорил. Они принялись готовить ловушку из краулера. Артём достал осколочно-фугасный выстрел от своего гранатомёта и присоединил к нему дистанционный детонатор, который прикрепили к аккумуляторной батарее. Пульт от взрывного устройства передали сержанту Уайту. Мартин проверял свой пулемёт, а Розенберг и Лужин смастерили установку для контакта. На крышу краулера установили динамик и сделали запись с обращением, которую продублировали на радиопередатчике. Также на машину установили проблесковые маячки. Это должно было привлечь внимание людей или нелюдей на Омеге.

Когда все было готово, группа во главе Син включила джамперы на своих костюмах и быстро побежала в сторону горного массива, где был замечен маячок Сейфир. Мартин и Уайт сели в краулер и обезопасили ущелье, чтобы вступить в контакт с обитателями базы или привлечь их в ловушку, если они проявят агрессию. Артём и Ральф остались у обрыва, чтобы следить за развитием событий и в нужный момент прорваться к Омеге.

«План рискованный. Возможны потери. Но эффект неожиданности может сработать», – констатировал Визирь, но Артём это понимал и без компьютера.

* * *

Через полчаса машина с американцами неспешно въехала в ущелье и остановилась примерно в четырёхстах метрах от базы. Артём внимательно наблюдал за происходящим с вершины ущелья.

– Врубай музыку, – скомандовал Мартин. Сержант нажал несколько кнопок, и станция контакта заработала на полную мощность.

– Внимание! Станция Омега, прошу отозваться! Говорит командир отряда землян майор Белов. Мы пришли с миром! Прошу выйти на связь! – начала громыхать запись. Затем последовательно прозвучали обращения на китайском, английском, немецком и французских языках голосами членов отряда. Также запись вещалась на всех доступных частотах радиосвязи. Мигалки машины вспыхивали красными и белыми огнями, дублируя сообщение азбукой Морзе. Их должны были услышать.

Американцы взяли оружие и готовились к огневому контакту в случае опасности, в то время как Артём внимательно следил за происходящим из укрытия.

Минут через десять их услышали.

Никто не ответил по радио, связи не было. Визирь доложил, что радиационный фон резко подскочил. Это указывало на активность слизней. Земля перед станцией буквально забурлила. Визирь определил около двадцати огромных тварей, двигающихся под землёй. В тепловом спектре также были замечены «горячие» фигуры людей. Семь человек в броне вышли с разных сторон и направились в сторону контактёров.

Ближайшая к краулеру фигура остановилась, «человек» вскинул своё оружие и открыл огонь по машине с людьми.

– Переговоры провалились, – прорычал Белов.

Эфир заполнил шум помех. Связи с бойцами не было. Оставалось полагаться на выдержку и боевую выучку морпеха и сержанта.

Вскоре обстреливать машину с людьми стали и другие. Но в соответствии с планом, Мартин и Уайт выжидали. Их задачей было оттянуть на себя как можно больше сил противника, чтобы Артём и Ральф смогли пробиться в Омегу.

– Ральф, побежим по моей команде. В случае опасности стреляйте во всё, что движется. Связи нет, поэтому внимательно следите за моими командами. Если прикажу уходить, отступайте, не раздумывая! Это приказ!

– Понял, герр майор.

– Когда проникнем внутрь, держитесь за мной и не отставайте! Мы не знаем, что там нас будет ждать.

Немец послушно кивнул. Ему было страшно, но держался он достойно.

В это время ситуация становилась всё напряженнее. Слизни выбрались на поверхность и двадцать тёмных существ, похожих на гусениц, быстро сжимались и совершали прыжки вперёд на два метра. Семь человеческих фигур медленно следовали за ними, стреляя из своего оружия. Когда расстояние сократилось вдвое, капитан Мартин и сержант Уайт открыли ответный огонь.

Сначала Мартин выстрелил из гранатомета. Огненная стрела быстро пролетела и взорвалась, убив ближайшего слизня. Он разлетелся кляксами во все стороны, издав громкий чавкающий звук. Осколки гранаты убили ещё троих. Слизняки замерли и расплылись в чёрных лужах. Затем сержант Уайт прицельно выстрелил из винтовки Гаусса в ближайшую человеческую фигуру. Пуля на гиперзвуке пронзила цель, разбрызгивая во все стороны осколки бронекостюма. Фигура вздрогнула, уронив оружие из рук, и упала на землю.

«Минус четыре», – мысленно посчитал Артём.

Первый раунд столкновения был в пользу людей.

Из ближайшего ангара внезапно выехал гусеничный бульдозер. Часть врагов ретировалась и укрылась за ним. Бульдозер стал ползти в сторону краулера, прикрывая нападающих. Артём хотел вмешаться, но понимал, что открытие огня раскрыло бы его позицию и привело к провалу плана проникновения. Очевидно, что они столкнулись с разумным врагом, а не только с примитивной формой жизни, заражающей людей паразитом. Что бы эта чёрная субстанция ни делала с людьми, они сохранили способность применять оружие и управлять техникой.

Мартин выскочил из краулера и открыл огонь из пулемёта по приближающемуся врагу. Вторая граната из заплечного гранатомёта уничтожила кабину бульдозера, разворотив её на куски.

Завязалась шквальная перестрелка.

– За мной! – скомандовал Артём. Они вдвоём с Ральфом, сорвавшись с обрывистого склона, стремительным рывком бросились к ближайшему корпусу Омеги…

___________________

[1] Простое и короткое ругательство на китайском, когда что-то пошло не так.

Глава 8. Зачем вы пришли?

Пещеры. Аид.

Лю Син бежала впереди группы. На джамперах с каждым шагом-прыжком группа преодолевала несколько метров. Вскоре ущелье Омеги скрылось далеко позади за холмами, а горная гряда стремительно приближалась. Перед глазами Лю загорелась точка маркера места назначения и в шлемофоне запищал женский голос тактической системы:

– Цель. Дистанция – пятьсот метров.

– Цель. Дистанция – четыреста девяносто метров, – продолжал щебетать компьютер по-китайски.

– Замолчи. Вижу, – отмахнулась она от назойливой машины.

Компьютер замолчал.

– Уже рядом! – крикнула Лю напарникам, не оборачиваясь.

Лужин и Дебрё держались чуть позади.

– Анжелика, как думаете, что нас там ждёт? – спросил Кирилл.

– Без малейшего понятия! Надеюсь, найдём хотя бы какие-то ответы, – ответила девушка. – Интересно, как там наши парни? Вы не связывались с Артёмом?

– Увы, связи нет, – констатировал Кирилл. – А что, если это не Сейфир, а монстр? Что будем делать тогда?

– Замолчите вы оба. Мы уже почти на месте, – прервала их болтовню китаянка.

Группа остановилась у подножия отвесной скалы, вершину которой рассмотреть можно было, только сильно запрокинув голову назад.

– Это там, наверху, – Лю Син указала стволом винтовки на выступ метрах в десяти над их головами.

– Как она туда забралась? Скала кажется неприступной, – бормотал Лужин.

– Я залезу. Потом спущу вам джампы.

Китаянка без лишних слов закинула винтовку за спину и полезла на скалу. Анжелика и Кирилл отошли в сторону, наблюдая за тем, как она, распластавшись по камню пауком, цепляясь за небольшие выступы и трещины, ловко вскарабкивалась по отвесной стене. Через несколько минут Лю Син добралась до самой высокой точки. Теперь предстояло самое сложное – каким-то образом перебраться на выпирающий из скалы камень.

Син сгруппировалась, собралась с силами и оттолкнулась что есть силы ногами. Ошибись она и промахнись хоть на сантиметр, её ждало бы крайне болезненное падение с десятиметровой высоты. Но китаянка акробатически вывернулась в полёте и умудрилась ухватиться за скалистый выступ. Повисела несколько секунд. Дождавшись, пока утихнет амплитуда качания тела, подтянулась и вскарабкалась на выступ в скале.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.