Самвел Лазарев
1720 год

Глава 1

Преступление.

Винсент остановился у распахнутых кованых ворот. Отсюда, вдоль цветущего сада, к дому Стерлингов вели две дорожки: широкая для заезда экипажей и пешая. Роскошный старинный особняк в колониальном стиле с флигелями на покатой черепичной крыше, фасадом, украшенным лепниной, белыми ставнями и шикарным подъездом утопал в пышных кустах сирени и густых кронах столетних дубов и вязов.

Утром Винсент отправил родителям записку, уведомив о своём твёрдом намерении встретиться с ними за ужином. Питая в сердце надежду и веря в удачу, он собирался просить предков назначить дату помолвки и благословить его брак с Британи.

Ответ не заставил себя долго ждать. Ещё до обеда слуга доставил письмо, в котором отец и мать желали видеть любимого сына и тем же вечером приглашали посетить родовое поместье.

Уверенной походкой, собравшись духом, Винсент шагал вперёд. Сегодня решалась его судьба. Будучи человеком трусоватым и робким, он вряд ли пошёл бы на столь отчаянный поступок. Так бы и жил холостяком, пока родители не женили своего сына на какой-нибудь занудной аристократке. Но теперь, когда он встретил её… Винсент изменился. Ну, или ему так казалось. Взбежав по ступенькам, он на мгновенье застыл перед массивной парадной дверью. Огромные петли скрипнули, и на пороге возник пожилой дворецкий Бенни.

– Господин, Вас уже заждались! – мажордом учтиво поклонился, приглашая его зайти.

В лицо приятно пахнуло тёплым ароматом домовитой старины. Винсент любил этот запах. С его последнего визита в отчий дом прошёл год, но здесь ничего не изменилось: всё те же рыцарские доспехи, расставленные у колонн, подпирающих свод вестибюля; широкая мраморная лестница с высокими ступенями, устланными красной ковровой дорожкой и причудливой балюстрадой; свисающая с потолка на тонкой нити резная люстра с десятком зажжённых на ней свечей; на окнах портьеры из драпированной ткани; огромная картина, обрамлённая массивной багетной рамой, покрытой бронзой, занимавшая полностью одну из стен: лорд Стерлинг, одетый в парадный мундир полковника, позировал на шикарной фризской вороной масти. Даже воздух остался здесь тем же.

– Позвольте ваши плащ и шляпу, – мажордом замер в ожидании.

– Отец в кабинете? – поинтересовался Винсент, снимая с себя верхнюю одежду и головной убор с высокой тульей.

– Лорд Стерлинг и матушка ожидают Вас в столовой. Скоро подадут ужин, так что нужно поторопиться.

Они поднялись на второй этаж, прошли вдоль длинного коридора, украшенного полотнами известных мастеров и изысканными предметами интерьера. Миновали библиотеку и остановились напротив закрытого портала, за которым ожидали родители. Винсент поправил высокий накрахмаленный воротник рубашки, зелёный бант, пригладил короткие, аккуратно подстриженные усики и подал знак слуге.

Бенни распахнул расписанные золотом двери, и молодой человек вошёл в зал. За большим продолговатым столом, накрытым белоснежной скатертью, напротив друг друга сидели родители. Глава семейства курил трубку, мать читала. Она первая заметила сына и, отложив в сторону книгу, раскинула объятия. Винсент подбежал к ней, припал на колени, поцеловал руку, после подошёл и крепко обнял отца. Поздоровавшись, он поспешил на своё обычное место, сев между ними. Прислуга принялась торопливо накрывать на стол.

– Я рад, что ты, Винсент, не забываешь о нас с матерью. Склонен думать, работа забирает у тебя всё время. Тем не менее, ты постоянно пишешь нам и осведомляешься о нашем здоровье. Это знак хорошего тона. Надеюсь, ты успешно ведёшь дела компании?

– Всё замечательно, отец. В этом месяце мы утроили доход. В аристократическом обществе стало модно курить, так что наше начинание на подъёме. Во всех портах мои люди скупают большую часть табачных листьев, ввозимых в Англию. Парочка конкурентов уже ушла с рынка, продав нам свои активы. Остался последний. Его компания совсем не приносит денег и почти разорена, но он по-прежнему не хочет уступать. Не переживай, совсем скоро этот упёртый кретин сам приползёт к нам и, стоя на коленях, будет умолять купить его убыточное предприятие за гроши.

По мере разговора настроение Стерлинга старшего улучшалось на глазах.

– Что с налогами?

– Выплачиваем в срок!

Пожилой лорд был предельно внимателен, но в этой предупредительности не чувствовалось ни любви, ни нежности, отчего на сердце у Винсента стало тяжело.

– Что ж, очень хорошо, сын. Очень хорошо! – отец кивнул собственным мыслям.

Заметив нежную улыбку, не сходящую с лица матери, Винсент решил не дожидаться окончания трапезы и сразу рассказать о причине своего визита:

– Отец, матушка! Я собираюсь жениться на Бриттани! Помните, в своих письмах я много рассказывал вам о ней?

Стоило ему обмолвиться о девушке, как атмосфера в комнате вмиг изменилась. Родители переглянулись, после чего их суровые взгляды обратились к сыну. Лицо леди Стерлинг окрасилось в пунцовый цвет.

– Что за вздор, Винсент?! Она ведь даже не англичанка! Жениться на этой девице – всё равно, что предать ценности и интересы нашей семьи! Ты не можешь сочетаться с ней браком!

Винсент собирался возразить, но мать остановила его.

– Ничего не говори, сначала я выскажу своё мнение. Во-первых, она эмигрантка! Во-вторых, что ты знаешь о её прошлом? Дорогой, не молчи, – обратилась она к мужу.

На лбу лорда проявились глубокие морщины. Видимо, он размышлял, что скажет после того, как его дрожайшая супруга закончит говорить. – Ты писал, что эта твоя Бриттани – графиня, бежавшая из Ингрии в Англию. Мы заинтересовались ею, отец пролистал кучу архивов, исторических фолиантов и не нашёл ни одного упоминания о династии Лимар. Наши знакомые дипломаты тоже ничего не слышали об этой семье.

Кулаки Винсента сжались. Он твёрдо решил не отступать и стоять за любимую до конца.

– Не нашли, потому что архивы Ингрии уничтожены огнём, а в британских такой информации может не быть. Как только Великая Северная война закончится, мы отправимся к ней на родину и восстановим документы. У меня нет ни малейшего повода не доверять её рассказу. К тому же слова Бриттани подкреплены письмом.

– Что ещё за письмо? От кого оно? – удивилась леди Стерлинг.

– От одного офицера, подробно описавшего мне непростую ситуацию, в которую она попала. Он спас Бриттани от неминуемой гибели и отправил в Англию, просил меня встретить её в порту и устроить на месте.

– Этот офицер – Даррелл? – встрял в разговор лорд Стерлинг, нахмурив тёмные густые брови, – я склонен не доверять этому пройдохе и авантюристу. Он постоянно крутился возле тебя и, пока не пошёл служить в армию, вечно вляпывался в дурацкие истории!

– Даррелл воюет за интересы Англии, а значит, и за наши! Пока он проливает свою кровь, мы делаем деньги! Вам стоило бы проявить к нему если не уважение, то каплю снисхождения! – Винсент ликовал. Впервые в жизни он так отвечал отцу.

– Это мало что меняет. Я не позволю смешать чистую английскую кровь с германской, прусской или какой-то там ещё! Моё отцовское чутьё подсказывает, что ты ещё хлебнёшь горя с этим Дарреллом и его очередной глупой выходкой!

– Милый, твой прадед жизнь положил, чтобы род Стерлингов стал известен на всю Англию. Завёл знакомства с людьми из высшего общества, посещал светские приёмы, дослужился до генерала, был радушно принят окружением монарха, стал вхож в королевский дворец. Не нужна тебе эта сомнительная особа. Мы уже нашли для тебя выгодную партию. Джоан Оксли – дочь любезного лорда Эштона, самого влиятельного человека в Лондоне. Лучшей невесты и придумать нельзя! Она умна, красива. Род Оксли – один из древнейших и богатых в Англии!

Винсент отвернулся и уставился в окно.

– Выкинь из головы мысли об этой девке, – не унимался лорд Стерлинг, – или можешь не рассчитывать на нас!

– Она не девка, а благородная леди! И, к слову сказать, для меня Бриттани прежде всего человек, с желаниями, мечтами и сердцем! Так что, если потребуется, ради неё я готов поступиться репутацией!

Глаза лорда Стерлинга расширились от ярости, он стукнул кулаком по столу так, что зазвенело столовое серебро, а леди Стерлинг даже испугалась.

– Наглый дурак! Как ты смеешь перечить мне? Если продолжишь крутить шашни с этой мошенницей, пострадает наша семья, мой титул и твоё наследство! Ослушаешься, и я не оставлю тебе ни пенса!

Слезы навернулись на глаза Винсента, когда он осознал всю серьёзность ситуации. Родители никогда не примут Бриттани, и теперь ему придётся выбирать. В глубине души он понимал, что не сможет отпустить любимую, даже если это будет означать потерю всего.

– Так ты поступил с моим братом? Выгнал его из дома?

– Вена сам ушёл! Сначала он не мог простить меня за то, что я отправил его чокнутую мать в дом для умалишённых. Потом, как тебе известно, изводил твою! Это его выбор! Должен признать, что я не жалею. С тех пор, как Вена переехал в Лондон, скандалы закончились, а наша жизнь стала нормальной. Здесь совсем другое!

– Мне нужно выйти ненадолго, – пробормотал Винсент, – я вернусь, и мы продолжим.

– Нечего тут продолжать! Будет так, как я сказал, и не иначе!

– Прискорбно это осознавать, отец, но я вижу, что репутация для вас куда важнее счастья собственных детей!

– Прочь из моего дома! – взревел лорд Стерлинг, – убирайся! Вернёшься, когда порвёшь с этой проходимкой.

Мать подскочила к лорду, обняла его и принялась успокаивать. Винсент встал из-за стола и вышел из столовой, сильно хлопнув дверью.

– Не провожай меня! Я знаю, где выход! – тихо сказал он слуге. С трудом сдерживая слезы, Винсент зашагал по коридору и повернул за угол, но вместо того, чтобы спуститься в холл, поспешил вверх по лестнице в кабинет отца.

После ужина лорд Стерлинг спускался в гостиную и читал любимую газету, потом ложился спать. Мать же не покидала столовую, ожидая, когда прислуга уберёт всё со стола. «Кражу обнаружат только утром. К этому времени мы с Бриттани уже покинем Англию», – размышлял Винсент.

Заветная потайная дверца тайника находилась за обрывком какой-то древней карты, нарисованной на листе потрескавшегося от времени папируса, закреплённого на холсте, натянутом на деревянный подрамник и прикреплённый к стене. Винсент хорошо знал об этом. Взяв ключ от замка из верхнего ящика рабочего стола отца, снял со стены карту и быстро вскрыл тайник родителей, в котором хранились векселя и замшевый мешок, развязав который, он обнаружил кучу золотых гиней и материнские украшения, инкрустированные драгоценными камнями и жемчугом.

Глаза его заблестели! Несколько монет Винсент сунул в карман, схватил краденое и, выскочив из кабинета, наткнулся на Бенни, стоящего в коридоре. Оба на мгновенье застыли, как вкопанные. Побоявшись, что пожилой слуга поднимет шум, он размахнулся и со всей силы ударил дворецкого по голове тяжёлым мешком. Тот потерял сознание и упал без чувств. Чтобы окончательно замести следы, Винсент нанёс ещё несколько ударов. Остановился, когда увидел, как из разбитого виска мажордома заструилась кровь. Испугавшись содеянного, трясясь от страха, он переступил через тело и со всех ног побежал прочь.

Отныне в усадьбе Стерлингов ему не было места.

***

Смеркалось. Уличные фонари уже зажгли, и теперь их огоньки освещали фасады двухэтажных каменных зданий, огибающих гавань. Редкие припозднившиеся прохожие, идущие ему навстречу, и шевелящиеся от ветра деревья, высаженные вдоль улочек, отбрасывали на мостовую длинные тени. Полная луна взошла на небо и осветила мачты торговых судов, плавно покачивающихся у пирса в спокойных водах городского порта Брок.

С наступлением ночи песнопения моряков и оживлённые разговоры служащих смолкли, хотя совсем недавно они переплетались в симфонию голосов, звучавшую в воздухе до отплытия последнего корабля.

Винсент бродил вдоль причала в поисках «Призрака». Он твёрдо решил бежать. Путь лежал океаном вплоть до Нового Света. Нужно было убраться из родных мест поскорее, плыть прочь, бежать, как позорный трус, бросить всё, во что он так верил… Но от подобных мыслей, положа руку на сердце, в груди становилось холодно. Правда, стоило ему подумать о Бриттани, как вся ненависть к себе таяла, оставляя за собой лишь шлейф небывалой решительности. Нет, он не мог оставить любимую, лучше уж покинуть порт Брок!

Даррелл как в воду глядел: знал, что разговор с родителями обречён на неудачу, оттого и посоветовал своему лучшему другу запасной план. Сейчас его предложение казалось единственно возможным и не таким уж неправильным вариантом.

Вскоре Винсент нашёл корабль, который искал. Возле трапа, ведущего на палубу «Призрака», он заприметил троих. Гладковыбритый мужчина с парочкой плохо зарубцевавшихся шрамов на лице, в потрёпанной двууголке с золотым кантом и тёмно-синем капитанском мундире выделялся на фоне остальных.

Винсент одёрнул фрак и, нервно теребя в кармане выпуклые шершавые монеты, подошёл к незнакомцам, сидевшим на ящиках за игральной бочкой. Лысый семифутовый громила с вытянутым овальным лицом, смеющийся во весь голос, наблюдал, как парочка раскладывала "Кита" – любимую карточную игру моряков.

– Добрый вечер, – поздоровался Винсент.

Овальнолицый в дружественном жесте поднял полную до краёв кружку и, расплескав добрую половину, с жадностью отхлебнул грог. Мужчина в двууголке, увлечённый игрой, никак не отреагировал.

– Карта бита, говорю! – с ухмылкой кинул он худому жилистому моряку, – Бита карта!

Худощавый в сердцах откусил и бросил на бочку чёрствый чесночный корж.

– Жульничаете, капитан! Я видел: вы подмешали шестёрку русалок!

– Молчи, чёрт морской! У меня отродясь русалки не водились. Всегда играю кальмаром, а крою корсаром!

– Так я вам и поверил, – обиженно прошепелявил худощавый, роняя крошки из беззубого рта на разложенные карты. – Ваше счастье, что вы мой капитан, а иначе я давно бы навалял вам. Зуб даю!

– Не буянь, Рей! Проиграл, так выплачивай, – поучительным тоном буркнул «овальное лицо». Казалось, что он видит сию сцену уже не в первый раз. – Тебе ли не знать, капитан – мастер раскладывать «Кита».

– Да, мухлевал он… Эй, оборчатый! – Рей обратился к стоящему подле них Винсенту. – Я знаю, ты точно видел, как капитан тянул спрятанную в рукаве карту.

– Простите, вы капитан Вольт?! – повысив голос, переспросил Винсент, не ответив худощавому моряку, зубами походившему на корабельную крысу. Человек в мундире поднял глаза и посмотрел на Винсента.

– Допустим, а ты кто?

– Я хотел узнать, во сколько монет мне станет парочка кают на вашей посудине?

Капитан вопросительно поднял брови.

– Ты назвал мой корабль посудиной? Шёл бы ты, малой, отсюда подобру-поздорову!

Винсент не шевелился. При желании эти трое без труда могли пересчитать ему рёбра, но он остался стоять. Каким-то чудом ему всё же удалось наскрести немного смелости.

– Вы же отправляетесь в порт Айн, верно? – уточнил он, – мне так сказали.

Громила присвистнул и зловеще ухмыльнулся:

– А паренёк-то с яйцами! Хотя по виду и не скажешь.

Вольт нахмурился.

– Порт Айн? Хм… – не сводя глаз с Винсента, капитан задумчиво покачал головой. – Вот тебе мой совет, приятель: разворачивайся и ступай домой, приласкай свою жену, выпей вина, погрейся у камина. Поверь мне на слово, тебе там нечего делать!

– Старик дело говорит, шёл бы ты восвояси, в опасные места тебя несёт… – подтвердил овальнолицый.

– Что вы имеете в виду? – недоумевал Винсент. – Я слышал, Айн – оживлённый город-порт.

Капитан колебался…

– Возможно, это и так, – сказал он наконец, – но воды вокруг Айна коварны и мало изучены. В тех местах исчезают не только торговые шхуны, но и целые галеоны. Некоторые моряки поговаривают, что видели там чудовищ, от которых кровь в жилах стынет! К тому же посреди океана легко наткнуться на испанцев или пиратский корабль.

Винсент не выдержал. Все вокруг указывали ему, что и как надо делать.

– Хватит меня пугать детскими историями, капитан! – он кинул на бочку золотую монету, которая сверкнула в лунном свете и, притягивая взгляды троицы, завертелась на ребре.

– Это задаток! Доставите нас в порт Айн целыми и невредимыми, получите сверху ещё по четыре гинеи за каждого пассажира. Так что скажете? Я ведь могу поискать и другого, более сговорчивого шкипера.

– Говорю же вам, малыш с яйцами, ну или попросту дурак, и не знает слово «опасность», – хихикнул лысый громила и принялся обгладывать куриное бедро, держа его двумя кончиками огромных пальцев на манер аристократов.

– Бери деньги, Вольт: если платит, нам-то что… – зашепелявил Рей, – он схватил и прикусил монету. – Смотри-ка, не фальшивая… и впрямь золото!

– Вы хорошо платите, господин… – задумчиво произнёс капитан Вольт.

– Я Винсент!

– Думаю, мы могли бы взять вас на борт. Утром нам всё равно отплывать в Америку. Но при одном условии: заплатите половину денег вперёд! Моим ребятам понадобится прикупить больше пистолетов и пороха.

– Согласен! – Винсент протянул капитану руку, чтобы скрепить сделку.

– Коли так, я доставлю вас и ваших компаньонов. Отплываем на рассвете, молодой человек, не опаздывайте! Корабли выходят из порта в строгом соответствии, так что ждать не будем, – скупо выронил он, тяжело вздохнув. – И запомни, слово капитана крепче любого рукопожатия.

Винсент кивнул и направился прочь. Не пройдя и двадцати ярдов, он чуть не завалился наземь, когда что-то толкнуло его в бедро.

– Береги ноги! – крикнул проходящий мимо матрос.

Винсент обернулся. Несколько человек с соседнего корабля уносили тело, завёрнутое в грубую окровавленную парусину.

– Извините, что это с ним?

– Неужели не видишь? Помер он! – рявкнул другой.

– Откуда вы прибыли?

– Порт Айн, Новый Свет.

– Порт Айн? И часто ли такое случается?

– Чаще, чем нам хотелось бы, но мы должны как-то сводить концы с концами.

Винсент вздрогнул, почувствовав, как в животе завязывается узел ужаса.

***

Прежде чем вернуться домой к Бриттани, Винсент решил в последний раз заглянуть в бар «Ржавый якорь». Он сидел на веранде второго этажа за одним из столиков и попивал бренди. Внизу какой-то бродячий музыкант насиловал потрёпанное временем и привезённое из-за океана банджо. Здесь пахло застоявшимся табачным дымом, но даже сквозь него в воздухе угадывался сладковатый запах рома, который навевал воспоминания о беззаботной юности до того, как он стал взрослым. Огненная жидкость обжигала горло. Винсент пропускал один стакан за другим.

Неожиданно среди шумной толпы посетителей его взгляд выхватил знакомое девичье лицо. Это была Марго, взбалмошная подружка Бриттани. Ещё несколько дней назад она шаталась с одним дворянином, а нынче каким-то образом подцепила главного судью города. Старый хмырь размахивал руками и возбуждённо лепетал о том, как сильно её любит. Говорил, что готов бросить семью и уехать с ней на край света. Девушка игриво хлопала своими прелестными ресницами и кокетливо улыбалась.

Винсент понятия не имел, как держаться с Марго. Эта миловидная особа оставалась для него загадкой: казалась ему девицей, которая только вышла в свет, резкой и язвительной. Но с Бриттани она вела себя мягко, как заботливая мать, наставляла свою лучшую и единственную подругу слушаться Винсента и не делать никаких глупостей. Из-за их связи он не мог испытывать к ней злобы. Девушки были лучшими подругами с самого детства. Со стороны могло показаться, что они родные сёстры.

Когда едкий взгляд её зелёных глаз скользнул в сторону Винсента, он приветственно махнул рукой. Марго встала из-за стола и, позабыв о своём новом воздыхателе, прямиком направилась к нему.

– Привет, Винсент. Как дела у Бриттани? – спросила она, отобрав у него и осушив очередной стакан с бренди.

– Мы покидаем порт Брок, – ответил Винсент с безразличным выражением лица.

Глаза Марго расширились в недоумении.

– То есть как покидаете? Когда, дьявол тебя дери? Зачем? Почему я ничего об этом не знаю?

Винсент пожал плечами.

– Бриттани всегда говорила о том, что хочет увидеть мир. В конце концов она уговорила меня.

Марго дёрнула его за манжету и подтянула к себе.

– За дуру меня держишь? Выкладывай, что у вас происходит?

К концу дня у него не осталось сил изворачиваться и спорить.

– Мы убегаем, уплываем в порт Айн, это в Америке…

– Ты в своём уме?

– Мои родители не дают согласия на наш союз. Они уже нашли мне невесту. Если я не расстанусь с Бриттани, останусь ни с чем, – процедил Винсент сквозь стиснутые зубы.

Марго закатила глаза.

– И это проблема? Детка, просто веди себя хорошо, и со временем они смирятся с твоим выбором и примут её. В такой благополучной семье, как ваша, никто не откажется от собственного сына из-за предубеждений.

– Увы… Ты их совсем не знаешь, – запротестовал Винсент.

Марго вздохнула:

– Очнись и иди домой, пока не наделал глупостей!

Винсент грустно хмыкнул, достал из-под стола и положил перед ней мешок, дёрнул за шнурок. Сапфиры и изумруды сочно засверкали.

– Скажи мне, что это не то, о чём я подумала.

– Назад дороги нет! – он опустил глаза.

– Ты чёртов дурак! – Марго отвесила ему хлёсткую пощёчину.

Они сидели молча, пока не прекратился звук банджо. Какой-то напившийся мужик молил повторить композицию за двойное вознаграждение, остальные предлагали заплатить втридорога, лишь бы эти двое заткнулись.

– Вернуть не получится?

Винсент не отрывал взгляда от донышка пустого стакана и молчал.

– Подумать только. Я считала тебя нормальным, а оказывается, доверила свою подругу идиоту… – она рассмеялась. – Я плыву с вами! Придётся тебе раскошелиться ещё на одну каюту.

***

– Как всегда поздно, мой милый, – промурлыкала, стоя около двери, Бриттани, одетая в малиновое платье, мало что оставлявшее для воображения. – Ты говорил с родителями?

– Говорил.

– И что они решили?

По её лицу Винсент видел, что она обо всём догадалась, но зачем-то хотела, чтобы он сам произнёс вслух правду.

– Неважно. Корабль «Призрак» ждёт нас в гавани на рассвете. Наконец-то мы своими глазами увидим бескрайний океан. Ты ведь всегда об этом мечтала!

Бриттани не ответила, она поднялась на носочки и нежно прислонилась кончиком своего острого носика к его щеке. Ни одна другая женщина не имела над ним такой власти. Она была его возлюбленной, его суженой, его всем. Мешок выпал из рук. Драгоценности и монеты посыпались, как игральные кости, звеня о мраморный пол.

Винсент схватил её, прижал лопатками к холодной каменной стене одного из владений, дарованного ему семьёй, и поцеловал. Вкус её губ обжигал сильнее виски. Не раздумывая, он поднял её юбку, стянул с себя брюки. Одним плавным движением вошёл в неё, почувствовал, как по трепещущему девичьему телу пробежала дрожь. Атласная ткань зашуршала, стоны разнеслись по освещённым свечами залам, отражаясь эхом. Он любовался роскошными изгибами её фигуры, сходил с ума от блеска лазурных глаз. Липкие от пота, глотая воздух, они ласкали друг друга, двигались вместе, потерявшись в лабиринтах страсти. Всё закончилось так же быстро, как и началось. Бриттани манила Винсента, как свет масляной лампы в кромешной темноте, и он, будто светлячок, готов был сделать всё, чтобы её пламя всегда горело ярко.

Глава 2

Побег.

Ранний утренний свет освещал порт завораживающими красками. Небо отражалось от морской глади так чётко, что у самого горизонта их границы растворялись, становясь одним целым. Красивое и неподвластное времени место, казалось, существовало в собственном мире, далёком от хаоса и шума. Со стороны моря редкие крики чаек нарушали окружающий покой, а гонимые лёгким бризом волны вспенивались и с шипением накатывали на корпус «Призрака». В воздухе витало чувство предвкушения, как будто порт затаил дыхание, готовясь к грядущему напряжённому дню.

Бесчисленное количество раз Винсент стоял на пирсе и наблюдал, как швартовались и отчаливали корабли. Сейчас всё иначе. Его жизнь изменилась в одночасье. Он чувствовал тяжесть руки Бриттани в своей ладони, ощущал, как нарастало её волнение.

Трап прогнулся под сапогами новоприбывших. Корабль, на котором им предстояло отправиться в дальнее и опасное плавание, был прекрасен. Теперь Винсент мог лучше рассмотреть мейфлауэр. Его тёмный корпус с высоченными мачтами походил на великана, запутавшегося в паутине, сплетённой из такелажа, канатов и верёвочных лестниц. На корабле кипела жизнь: матросы сновали туда-сюда, проверяли паруса и заполняли трюмы провизией.

Марго стояла возле корабельного колокола и кокетничала с тощим Реем, по-видимому не оценившим её невероятной красоты. Боцман был всецело увлечён работой. Удивительно, но женские чары, которыми она владела в совершенстве, совсем не действовали на него. Пока девушка что-то рассказывала, Рей беззаботно ковырял в носу, изредка выплёвывая крепкие слова в адрес нерасторопных матросов. При этом он, не стесняясь, демонстрировал Марго свою единственную и неповторимую пару крысиных зубов. Заметя Бриттани, она налетела на подругу, обняла её за шею и поцеловала в щёку.

– Вот как! Баба на корабле – к беде, а тут аж целых две! За такое и доплатить не грех! – усмехнулся Рей, вытирая палец о потёртый жилет.

На бушприте и корме вывешивали флагштоки, когда Винсент обернулся на знакомый голос:

– Под английским флагом идём! Берегись, пираты! – крикнул Даррелл, ступая на борт. – Привет, Винсент. Готов делать деньги?! Экономика Флориды только зарождается, и неплохо бы успеть к принятию родов.

Винсент улыбнулся. Он был рад увидеть Даррелла. С другом детства и его отрядом на борту «Призрака» ему будет куда спокойнее. Неделю назад они повстречались на одной из улиц Брока. Тогда-то Даррелл и рассказал Винсенту, что Англия выходит из Северной войны. Высшее командование направило лейтенанта, подающего неплохие надежды в Америку, где Даррелл станет начальником одного из фортов. Так как свободного боевого корабля не нашлось, в Новый Свет он и его люди поплывут на торговом судне капитана Вольта.

Именно Даррелл предложил Винсенту забрать Бриттани, похитить у несговорчивых предков деньги и бежать вместе с ним. В случае если разговор с родителями получился бы неудачным, они планировали доплыть до порта Айн, а оттуда по суше добраться до форта, к которому прикомандировали молодого и амбициозного офицера. Пока он будет командовать вверенным ему гарнизоном, Винсент сможет открыть своё дело и наладить торговлю табаком. Если понадобится, солдаты устранят конкурентов. Так что Винсент станет монополистом. Позже его лучший друг планировал начать карьеру политика. Для этого ему потребовался бы начальный капитал, а Винсент выступил бы в роли инвестора.

Отряд, шедший позади лейтенанта, выглядел довольно разношёрстным: на одних солдатах красовались красные мундиры с позолоченными пуговицами и знаками отличия, на других – поношенная гражданская одежда. Последние скорее походили на заключённых, сбежавших с каторжных работ, нежели на профессиональных военных.

– Этих людей тебе выделило командование? – поинтересовался Винсент. – В Британии не осталось нормальных солдат?

Даррелл усмехнулся:

– Учитывая то, чем мы собираемся заниматься, нам понадобятся свои люди, – он подмигнул Винсенту. – Тех, что в красном, мне передал генерал, других я отобрал сам. Среди них есть парочка ветеранов, остальные новички или добровольцы, желающие проявить себя и заработать денег. То, что нам нужно!

Винсент кивнул в знак понимания, но напрягся.

– Дело в дисциплине и порядке. Вот увидишь, как только они поймут свои роли и обязанности, всё встанет на свои места.

Тем временем Вольт вышел из каюты и подошёл к штурвалу.

– Всем построиться! – громогласно скомандовал он, и команда тут же повиновалась. Худощавые матросы в обносках выглядели ничуть не лучше новоиспечённых вояк Даррелла. А Рей и овальнолицый громила напоминали, настоящих пиратов. Капитан окинул строгим взглядом свою команду.

– Боцман, дайте сигнал к отплытию!

Худой Рей отсалютовал и, набрав полную грудь воздуха, раздув впалые щёки, дунул в свисток. Резкий звук вспугнул пару крачек, влюблявшихся на рее. Люди засуетилась. Похожие на муравьёв матросы забегали по палубе, выполняя приказы:

– Убрать трап! Поднять паруса! – Вольт отдавал указания, шепелявый Рей ему вторил. Несколько человек принялись рубить швартовы.

Бриз, гулявший над портом, наполнил тёплым воздухом белоснежную ткань. Послышался плеск воды и хлопанье парусины. Вольт крутанул рулевое колесо, и корабль словно вздрогнул. Палуба заскрипела, принимая на борт накатившую волну. «Призрак» нехотя отошёл от пирса.

Винсент с изумлением наблюдал за происходящим вокруг. Бриттани положила свою голову ему на плечо. Её шикарные волосы развевались на лёгком ветру и щекотали лицо.

– Ну вот и всё, милая. Мы плывём в наше будущее. Отныне никто не сможет разлучить нас! – она сжала его ладонь и наградила нежным поцелуем.

– Ой, хватит ворковать, голубки! Пойдём к капитану, пусть он поручит кому-нибудь проводить нас и показать наши каюты. Плавание обещает быть долгим, ещё успеете насладиться компанией друг друга.

– Признайся, ты просто мне завидуешь, – усмехнулась Бриттани.

– Что за нелепость? Я никогда не влюблюсь! – Марго щёлкнула подругу по носу, засмеялась и побежала на капитанский мостик. Бриттани пустилась её догонять. Винсент оглянулся, окинув порт Брок прощальным взглядом.

На причал вышло несколько служителей закона, одетых в чёрные костюмы и треуголки. Они о чём-то расспрашивали моряков и докеров. Один из них указал в сторону отплывшего корабля. Законники засуетились. Послышались свистки, но «Призрак» уже набрал ход и был достаточно далеко от берега. Винсент с издёвкой помахал им рукой, хотя в глубине души боялся погони. Судно вышло в спокойные воды залива и встало на курс. Улыбка тронула его губы, когда в поле зрения остались лишь мерцающие береговые огни. Он больше не был безучастным наблюдателем – он был главным участником авантюры и хотел извлечь из этого максимальную выгоду.

***

Солнце находилось в зените. Его лучи ниспадали тёплым золотистым светом, играли зайчиками, отражаясь от водной ряби. Винсент глядел на мерцание сине-голубой поверхности, и ему казалось, будто океан посыпали миллионами кристаллов. Солёный морской воздух наполнял лёгкие, а шум волн, бьющихся о корпус мейфлауэра, убаюкивал. Со всех сторон судно окружали бескрайние просторы Атлантики.

Бриттани была в восторге. Она заглядывала в пучину, бегала от одного борта «Призрака» к другому, как маленький ребёнок. Временами Винсенту приходилось сдерживать девушку, чтобы та не вывалилась за борт; правда, он и сам испытывал примерно те же эмоции.

Команда работала не покладая рук: регулировала паруса, натирала палубу, бдительно следила за горизонтом. Матросы переговаривались между собой: одни травили байки о жутких существах, живущих в глубинах океана, другие рассказывали о собственном опыте общения с морскими обитателями.

В глаза Винсенту бросилась массивная тень. Она скользила под водой, следуя за судном. Иногда догоняла, временами отставала и исчезала из поля зрения.

– Дорогой, смотри, что это там? – руки Бриттани сцепились вместе от волнения. Она тоже заметила странное движение вдоль борта.

Горбатый кит вынырнул на поверхность, его мощное тело взмыло из воды и с громким всплеском рухнуло обратно. Девушка чуть не задохнулась от восторга, даже команда остановила свою работу, чтобы полюбоваться этим удивительным созданием. Кит некоторое время плыл вместе с кораблём. На палубе собрались все: Винсент, Бриттани с Марго, Даррелл и его люди. Под смешки бывалых матросов, не обращая внимания на ворчливое бормотание боцмана Рея, экипаж и пассажиры с замиранием сердца ждали очередного водного представления.

– Это так красиво! – ликовала Бриттани. – Не могу поверить, что я не сплю.

– То ли ещё будет, пока мы доберёмся до Америки, – Винсент улыбнулся ей. – Это совершенно новый мир, в котором возможно всё. Представляешь, если мы могли бы прокатиться на его спине!

– Думаю, это было бы здорово!

За несколько последних дней он совершенно позабыл о страхе. Врождённая трусость и чувство самосохранения сопровождали его с детства. Он завидовал Дарреллу, который самостоятельно решил отправиться на войну. Эх, как ему хотелось быть похожим на своего друга! До встречи с Бриттани Винсент много раз пытался избавиться от этих характерных черт, но всё никак не получалось. Теперь всё было по-другому. Он нашёл в себе силы воспротивиться воле родителей, набравшись храбрости, совершил двойное преступление, нарушил закон и сбежал от служителей закона, пустился в столь опасное путешествие – и всё это ради любимой.

Винсент ощущал себя героем! Впервые его охватило чувство гордости. Долгие годы он был прикован к дому, заперт в кругу ограничений. Нынче плыл по открытому океану навстречу судьбе. Желание строить свою жизнь самостоятельно, обещание безопасности, данное другом, жажда лёгкой наживы и светлого будущего манили его. Перспективы отчётливо вырисовывались перед глазами, наполняя сердце нескрываемой надеждой.

Гигант вынырнул рядом с бортом, возле которого, обнявшись, стояла влюблённая пара, и изверг высоченный фонтан воды. Холодные солёные капли попали Винсенту на лицо. Кит медленно развернулся и поплыл прочь от «Призрака». Бриттани помчалась по палубе, на прощание махая исполину своим белым шёлковым платком.

– Божественное создание из другого мира, – робко сказала Марго, подойдя и встав рядом с Винсентом. – Знаешь, я много чего повидала на своём коротком веку, но это нечто особенное. Глядя на него, я почувствовала внутри огонёк, который, как мне казалось, уже давно погас. Спасибо тебе за то, что делаешь Бриттани по-настоящему счастливой.

– Помнится, недавно ты назвала меня идиотом, – Винсент посмотрел на неё и улыбнулся.

– Знай, если тебе когда-нибудь понадобится моя помощь, я буду рядом, – она похлопала его по плечу, коснулась щеки губами и пошла к люку, ведущему на нижнюю палубу.

***

Каждый вечер с наступлением сумерек капитан Вольт собирал в своей каюте гостей «Призрака». Двери его святая святых открывались, и компания садилась ужинать. Обычно к ним присоединялись худощавый Рей, судовой врач Фицджеральд и овальнолицый здоровяк Боб, служивший на судне коком.

Капитанская каюта была небольшим, тускло освещённым помещением. В центре стоял потрёпанный, израненный временем стол, окружённый шестью различными стульями и табуретами. Мерцающий свет единственной свечи отбрасывал тени на лица собравшихся. После принятия пищи компания доставала карты и раскладывала «Тень». Вольт вечно проигрывал, изрядно матерился, обвиняя всех в подтасовках и нечестной игре.

– Господа! К чёрту вашу «Тень»! Разложим «Кита». Я настаиваю!

Винсент вспомнил, как при первой их встрече Боб «Овальное лицо» поговаривал, будто Вольт – лучший игрок в любимую игру моряков.

– Играем по-крупному! – капитан кинул на стол пару гиней, тех самых, что Винсент заплатил ему за путешествие. – Или у Вас кишка тонка? – не унимался подвыпивший Вольт.

– Кишка тонка? А вот и нет! – выкрикнул Даррелл. – Ставлю на кон свой стилет! Вещь ценная, наградная и очень дорога мне, – он вынул клинок из ножен и передал его Вольту, – сами посмотрите.

– Отлично! Есть ещё желающие? Или остальные струсили? – капитан допил содержимое своей чаши.

– Ненавижу мужчин, считающих девушек за слабый пол. Я в игре! – отозвалась Марго.

– На что играете, несравненная вы наша? – полюбопытствовал Вольт.

– Извольте! Я подарю победителю флорентийский поцелуй!

За столом воцарилась тишина. Затем раздался длинный свист шепелявого Рея:

– Ю-ху! Вот это я понимаю! Что и меня поцелуешь, красотуля?

– И тебя, крысолюд, тоже, но сперва выиграй! – она подмигнула боцману.

– И выиграю! Закладываю свой зуб! Он для меня дороже золота!

– Что ж, я готова в это поверить, – хихикнула Марго.

Компания расхохоталась.– Дудки! Один зуб против двух гиней? Он у тебя что бриллиантовый? – пошутил капитан, – монеты две, а значит и зуба должно быть два!

– Ради поцелуя этой красотки я готов! Гулять – так по полной!

– Если моя подруга играет, то и на нас с Винсентом раздавайте.

– Ставка? – Даррелл встрял в разговор.

– Драгоценности моей матушки, – ответил Винсент, положив рядом с прочими вещами пару золотых серёжек с рубинами, – одна за меня, вторая за мою благоверную. Думаю, этого будет вполне достаточно!

– Да чтоб вас! Погодите, я только сбегаю на камбуз, – кок выскочил из каюты и вскоре примчался с бочонком, – это отличнейший бренди! Я держал его на всякий случай… Жаль проигрывать, но называть меня трусом не позволю!

Доктор Фицджеральд долго думал, но в итоге согласился и он. К бочонку с бренди добавилась серебряная фляга, полная чистейшего спирта. Вольт попросил Марго сесть рядом собой. Капитан, старый проныра, наверняка знал, что выиграет. В надежде получить награду, решил не отпускать девушку слишком далеко. По правую её руку посадили Фицджеральда. Доктор стыдливо поглядывал на очаровательную северянку, а когда взгляды их пересекались, краснел и походил на варёного рака. Винсент сел напротив судового врача. Бриттани разбавила компанию Рея и овальнолицего. Даррелл держался особняком. До этого момента они играли на всякую ерунду, но сейчас ставки взлетели.

Чтобы исключить жульничество, капитан тщательно перемешал колоду. Марго раздала. Игра в «Кита» началась. Они по очереди скидывали карты в центр стола. Если кому-то удавалось сложить набор из трёх одинаковых символов, он забирал сброс себе. Партия заканчивалась, когда в колоде не оставалось карт. На каждой карточке были изображения персонажей, существ и предметов. Винсенту всё время попадались утопленники.

В каюте слышался грубый мужской смех, прерываемый мелодичным девичьим хихиканьем. Капитан Вольт умело притворялся профаном, водя Даррелла за нос. Марго демонстрировала чудеса тактической игры. Рею постоянно не везло. На стол сыпались акулы, мурены, скаты и кальмары. Когда мелочовка закончилась, начали заходить с крупных: корсаров, русалок, тритонов, артефактов.

К полуночи в игре остались трое, остальные, затаив дыхание, ожидали развязки. Винсент с вожделением наблюдал за тем, как его возлюбленная сосредоточилась на игре. Она не говорила ни слова, сидела тихо, задумчиво, хмуря брови. Капитан не сводил с Даррелла глаз, стараясь угадать, какие карты скрываются в руках молодого офицера. По грустному лицу Вольта становилось понятно, что отпетого картёжника терзают смутные сомнения. Видимо, страх потерять гинеи, в пьяном угаре оторванные от сердца, не давал ему, как следует сосредоточиться на игре.

Винсент обратил внимание на Даррелла. Друг слишком пристально и долго смотрел на его невесту, которая сидела напротив, с головой погрузившись в игровой процесс, и совершенно этого не замечала. Беспокойство росло.

Репутация Даррелла в отношениях с женщинами не являлась для него секретом, не хотелось, чтобы его суженая стала очередной зарубкой на спинке кровати этого ловеласа. В какой-то момент Винсент почувствовал, как в нём снова проснулся страх, который разжёг невероятное чувство ревности.

Всю следующую игру Даррелл оставался на высоте. Комбинации складывались каким-то странным образом – каждая его карта перебивала карты Бриттани и Вольта. И снова этот взгляд! О нет, это не было обычным взглядом игрока… Это был хищный ястребиный прищур, высматривающий добычу, пожирающий невесту Винсента с потрохами!

– Бриттани, да вы отлично играете! – выпалил капитан Вольт в надежде раззадорить Даррелла, ожидая, что тот допустит ошибку.

– Полно вам. Перестаньте мне льстить, – хихикнула она.

– Отчего же? Капитан Вольт прав. Ты всегда была грозой азартных игроков! Все картёжники и шулеры Ингрии разбегались, когда Бриттани садилась с ними за один стол! – подхватила Марго, осушая очередной бокал.

Винсент вопросительно поднял бровь. Слова подруги на миг заставили позабыть его о ревности и насторожили: «Что делала высокородная дама в столь опасных местах среди отбросов общества?»

– Я смеюсь в лицо опасности, – улыбнувшись, ответила Бриттани.

Винсент собирался вмешаться в разговор и спросить у девушек, что это за история про азартные игры и почему он слышит о подобном впервые, но мимолётный ласковый взгляд Бриттани, скользнувший по лицу Даррелла, нарушил планы. Винсент заметил, как их глаза встретились, знал, если Даррелл напьётся, добром дело точно не кончится.

– Кхе-кхе, – пытаясь отвлечь друга от любимой, Винсент откашлялся. – Итак, Даррелл, может расскажешь нам о Северной войне? Мне было любопытно читать твои письма, однако ты не сообщал, почему Англия решила кинуть союзников.

– Британцы – отличные стратеги, – Даррелл усмехнулся, – мы не вступали в конфликт напрямую, плели заговоры за спинами наших врагов. Но как только запахло жареным и русские разбили шведов, король решил, что с нас довольно. А ввязываться в кровавую бойню мы не собирались с самого начала. Колонизация новых земель куда выгоднее войны в Европе. Политика – хитрая штука, мой наивный друг. Уверен, леди не интересно слушать всю эту чушь. Пусть лучше Бриттани расскажет нам о своих впечатлениях, – он одарил её белоснежной улыбкой.

– Вы первый раз выбираетесь из четырёх стен вдвоём? Винсент рассказывал, что ты часто мечтала о подобном путешествии.

– О, это плавание превзошло мои ожидания. Я вся в предвкушении.

Винсент, наблюдавший за Дарреллом и Бриттани, заметил, как её глаза заблестели, а по выразительному лицу растеклась краска смущения.

Не дав ему произнести и слова, Даррелл продолжил:

– Бриттани, боюсь мне придётся расстроить тебя. По окончании нашей волшебной прогулки Винсент с головой окунётся в дела. Думаю, ты понимаешь, о чём я говорю, – он не сводил с неё своего хищного взгляда. – Незнакомая страна, конкуренция, изучение рынков и поиск клиентов. Твой суженый будет проводить на работе дни и ночи. Не удивлюсь, если Винсент вложит в своё предприятие все имеющиеся у вас деньги. В Англии империю Стерлингов основал и построил его прадед. Дома на Винсента работала куча людей, нанятая отцом. Поэтому он и чувствовал себя так вольготно: как рыба в воде! Я ведь прав, Винсент? Так что тебе, Бриттани, на время придётся позабыть не то что о новых путешествиях, но и о богатых модных туалетах, дорогих румянах, духах, – он злорадно ухмыльнулся. – Нет никаких гарантий, что без поддержки лорда Стерлинга старшего, Винсент не прогорит и не лишится средств. В противном случае, чтобы выжить, вам обоим придётся наняться в услужение какому-нибудь ирландскому толстосуму.

После слов Даррелла блеск в глазах Бриттани угас. Сидящие за столом позабыли про игру и молча слушали рассуждения молодого офицера.

– Ты сгущаешь краски, Даррелл! Возможно, на начальном этапе будет трудно, но это временно, рано или поздно я начну хорошо зарабатывать. Вот увидишь, любимая, у нас всё получится, – неуверенно ответил Винсент. – Думаю, нам пора заканчивать, – он старался скрыть беспокойство в своём голосе. – Я чувствую себя немного уставшим. Бриттани, пойдём спать.

Глаза Даррелла сверкнули озорством.

– Да ладно, Винсент. Ты же не собираешься уйти и испортить нам веселье? Мы ведь ещё не закончили игру. А впрочем, можешь идти, я присмотрю за девушками. И он кинул красноречивый взгляд на декольте Бриттани.

Винсент чувствовал, как внутри закипала кровь. Он не мог поверить в то, чему только что стал свидетелем. Даррелл, друг детства, пытался избавиться от него, чтобы в его отсутствие соблазнить ту, ради которой он, Винсент, пошёл на преступление. Нужно было срочно придумать, как разрядить обстановку, не устраивая сцен.

– Я думаю, что мы достаточно сегодня повеселились. Предлагаю закончить игру и всем согласиться на ничью.

Даррелл усмехнулся:

– Винсент, ты верно не заметил, что мне везёт. Я уже выиграл поцелуй Марго, бочонок бренди, флягу спирта, зубы боцмана… – тут он сделал паузу и посмотрел на стол, – одну из серёжек твоей матери. Теперь я собираюсь стать богаче на пару гиней, остаться при своём стилете и выиграть вторую серьгу, – Даррелл подпёр подбородок рукой, делая вид, будто погрузился в глубокое раздумье, – кто знает, возможно, я расщедрюсь и подарю украшения Бриттани? – он подмигнул его невесте.

Та улыбнулась в ответ. Её глаза засветились, излучая радость.

Винсент почувствовал, как все напряглись, слушая их словесную перепалку. Неожиданно ему на помощь пришла Марго:

– Знаешь, Даррелл, – голос её был полон нескрываемой злобы, – раньше жизнь подруги устраивала я. Теперь, когда она нашла любимого состоятельного человека и вполне счастлива, ты пытаешься лишить её надежды на светлое будущее?! По какому праву ты обсуждаешь Винсента?! Расскажи лучше о себе! Младший офицер, не отличившийся на войне, непризнанный герой, отправленный генералом в ссылку на край света. Ты позвал своего друга с собой, решил плыть в Новый Свет и там жировать на его деньги? Лучше бы тебе прямо сейчас заткнуться и не искушать судьбу! – её взгляд пылал, – ты верно позабыл, что у тебя за душой ничего нет, как собственно нет и самой души. В твоём арсенале имеется лишь высокомерие, самолюбие да голая задница.

Слова Марго прозвенели в воздухе корабельным колоколом.

– Даррелл, всегда был слишком велик для своих штанов, – хохотнула Бриттани.

– Винсент! Помнишь, ещё в Броке, когда ты настаивал на отплытии в порт Айн, я сказал, что у тебя есть яйца, – забасил Боб, – сдаётся мне, что и у Марго они имеются. А вот лейтенант может похвастаться только длинным языком, который стоило бы укоротить, – он усмехнулся.

Такое оскорбление Даррелл вынести не мог. Его лицо исказилось от гнева, а пальцы сжались в кулаки.

– Поддержу предложение Винсента: всем согласиться на ничью! Пожмём руки и разойдёмся по каютам. Уверен, мои зубы, поставленные на кон, со мной полностью согласны, – попытался разрядить обстановку Рей.

– Я не согласен! Мне глубоко наплевать на мнение Винсента и уж тем более на твоё, боцман! – возразил Даррелл. – Задета честь офицера!

– Тише, господа! Напомню, что вы всё ещё находитесь на моем судне. Остыньте, лейтенант!

– Не смейте мне указывать, Вольт! Я выигрываю и намерен довести игру до конца! Что же до вашего корабля… Стоит мне лишь захотеть, и это корыто станет собственностью британской короны! Не навсегда, конечно же, а лишь на период нашего плавания. Не забывайте, капитан: мы в нейтральных водах. К тому же идёт война!

– Я же говорил, что женщины на корабле – это не к добру! – зашепелявил Рей, переводя взгляд с лейтенанта на Бриттани и Марго.

Овальнолицый резко встал, смахнув лежащие на столе карты на пол, схватил кинжал Даррелла.

– Угрожаешь моему капитану?! Я не посмотрю, что на тебе мундир Его Величества! Вскрою тебя от горла до пупка, разделаю, как морского окуня и нафарширую золотыми пуговицами.

– Попробуй! И я посмотрю, что из этого выйдет, – осклабился Даррелл, вставая из-за стола, хватаясь за рукоять своей шпаги.

Вольт положил на стол пистолет.

– Игра окончена! Пора расходиться!

– Ладно, ладно. Я просто немного повеселился, перебрал лишнего, господа, как и все мы, – лейтенант поднял руки в успокаивающем жесте.

Бриттани смотрела на Винсента широко раскрытыми глазами, на её лице читался страх. Даррелл ухмыльнулся и направился к выходу. У двери он задержался.

– Винсент, друг мой, напомни мне, с каких это пор правда стала для тебя ложью? Я ведь ничего не выдумал. Сказал, как есть. Может, ты ревнуешь?

– Ты не спускал с Бриттани глаз весь вечер. Мне знаком этот взгляд, Даррелл.

– Хоть я и амбициозен, но привык жить по средствам. На кой чёрт мне сдалась твоя безродная аристократка?

– Не смей говорить о ней в таком тоне! – прорычал Винсент, вскакивая из-за стола, – не пытайся отнять её у меня!

– Отнять? Этого ещё не хватало. Чтобы я выкидывал свои кровно заработанные на бабские тряпки и разные побрякушки? Нет уж, деньги я привык тратить с умом и исключительно на себя. Хоть мой темперамент и привлекает женщин из разных слоёв общества, да я и сам к ним неравнодушен, но претендовать на аристократок – не мой удел. Дайте мне кого попроще! Без королевских замашек! Или ты боишься, что я разболтаю правду о том, откуда у тебя деньги?

– Немедленно покиньте мою каюту, Даррелл! Я не желаю выслушивать всякую грязь! Уверен: остальные со мной согласны!

– Что, капитан Вольт? Боитесь замараться о краденые гинеи, которыми Винсент заплатил вам за путешествие?

– Я убью тебя!

Стилет воткнулся в дверной косяк.– Убьёшь меня? Ты хоть раз держал в руках оружие? Странные метаморфозы творятся на борту «Призрака». Правду выдают за ложь! Цыплёнок за пару дней вырос до петуха. Капитан прячется за спину кока! – сказал Даррелл, выходя из каюты.

Даррелл выдернул клинок, сунул его в ножны и вышел прочь.– Проваливай! – бас овальнолицего прервал сцену.

В каюте воцарилась тишина, её нарушал лишь тихий скрип деревянного корпуса корабля, плывущего сквозь ночь.

Пару дней Винсент не выходил на палубу. Он всё время проводил за чтением книг, которые Боб «Овальное лицо» охотно приносил ему из скромной библиотеки капитана. Исключением оставались лишь прогулки до каюты Бриттани. Сказать по правде, Винсента раздражало, что он и его невеста не могут плыть вместе. Увы, с этим он ничего не мог поделать. Капитан и так выделил для них самые лучшие места, приказав картографу, боцману Рею и доктору Фицджеральду переехать на время плавания в кубрик для матросов.

Глава 3

«Серый лис».

– Господин Винсент, – из-за двери донёсся голос Фицджеральда. – Вы несколько дней не поднимались на верхнюю палубу. Корабль скоро бросит якорь, и, как судовой врач, я настоятельно рекомендую вам прогуляться, – в его голосе слышалось беспокойство. – Мы с коком собираемся на берег и не откажемся от приятной компании.

Вздохнув с облегчением, Винсент тотчас отворил доктору:

– Земля? Мы что, уже прибыли в Новый Свет?

– Что вы! Это лишь небольшая остановка на пути в Америку.

– Вот как? Хм… Пожалуй, вы правы. Мне действительно необходимо сменить обстановку и проветрить мозги от наболевшей чепухи и беспокойства. Я с удовольствием разомну кости.

– Отлично, встретимся у трапа. Пойду, обрадую нашего повара. А знаете, Боб мало к кому привязывается. Он не меньше меня переживает за вас. Каким-то чудом вам удалось расположить к себе здоровяка, – Фицджеральд подмигнул ему и зашагал прочь.

Винсент не знал, успокоился Даррелл или затаил на него обиду. Ни тайника, ни железного ящика с замком в каюте не нашлось, так что после недавней ссоры появился риск быть ограбленным. Возможно, он не станет воровать лично, но запросто может приказать кому-то из своих людей. Тем более, что некоторые из его отряда совершенно не походили на добропорядочных граждан и солдат британской армии.

«Остаться без средств к существованию в незнакомой стране, вдали от дома, где всё отличается от родной Англии, нет поддержки отца и матери – равносильно смерти. Даррелл знает, что я не доверяю Марго, так что искать золото в её нижнем белье точно никто не станет». Винсент разделил монеты и драгоценности матушки на небольшие кучки, завернул их в тряпки и направился к подруге Бриттани. К счастью, девушки на месте не оказалось. Воспользовавшись моментом, он распихал узелки по укромным местам и сундукам, доверху набитыми платьями, после чего поспешил покинуть каюту и уже через минуту стоял на верхней палубе, облокотившись на поручень одного из бортов «Призрака», ожидая, когда команда спустит шлюпки на воду.

Оставляя за собой огненный шлейф, солнце клонилось к западу. Его золотые лучи отражались от океана и каскадами ниспадали на крыши домов, окрашивая протянувшуюся вдоль линии горизонта гряду белых облаков, похожую на длинную стену, в оранжевые, розовые и фиолетовые цвета. Тёплый свет угасающего огненного шара ласкал побережье и длинные мачты, отбрасывающие на причал тени от неубранных парусов. Пышные зелёные холмы Азорских островов, поднимающиеся из бирюзовой воды, словно изумруды, казались раем после пары недель, проведённых в бескрайнем океане.

Бриттани подошла и положила руку ему на плечо.

– Словами не передать красоту этого места! Не могу поверить, что мы сбежали из Англии и теперь стоим здесь, любуемся этим сказочным закатом, – она чуть поёжилась от налетевшего с северной стороны промозглого ветерка, вдохнув полной грудью прохладный вечерний воздух.

Винсент кивнул в знак согласия, повернулся и обнял любимую, наслаждаясь теплом её тела.

– Обокрав родителей, я поступил какпоследний мерзавец, и теперь всякий имеет полное право презирать меня. Вот увидишь, как только мы встанем на ноги, верну им всё до последнего пенса!

– Полно, милый. Это скорее моя вина. Если бы я не бежала из Ингрии, мы не встретились бы, и тебе не пришлось бы ссориться из-за меня с родителями, воровать и плыть на край света, скрываясь от властей. Я никак не могу привыкнуть, настолько это всё неправильно.

– Ты тут не причём! Будь у моих предков хоть на чуточку больше человечности, сдержанности и рассудительности, а не эгоизма, вельможной спеси и ханжества, всего этого не случилось бы! Мне кажется, я начал понимать брата. Он, как и я, сбежал из дома.

– Ты и словом не обмолвился, что не единственный ребёнок в семье.

– У нас разные матери, так что мы с ним особо не общались, да и не виделись много лет. Повстречайся он мне на улице, я вряд ли узнал бы его. Знаю только то, что он служит закону и считается лучшим в своём деле.

Бриттани хихикнула:

– Надеюсь, его не отправят в погоню за нами?

– Нет. Мы бежали с Брока, а брат обитает где-то в Лондоне.

– Так вот кто послужил для тебя примером?

– Вена? Возможно, от части, но лишь благодаря тебе я стал другим человеком. Наша с тобой встреча изменила меня, и я рад, что ты со мной.

– Я люблю тебя, – её лазурные глаза плутовато блеснули, а уголки губ коварно приподнялись, словно она знала что-то такое, чего не знал он.

Уста влюблённых слились в поцелуе. За их спинами кто-то откашлялся.

– Добро пожаловать на архипелаг Эспуар! Надеюсь, я не помешал вам? Вольт встал рядом с влюблёнными, разглядывая город-порт.

– Разумеется, нет, капитан, – Бриттани смущённо улыбнулась.

– Знаете, Бриттани, я и мои люди готовы избавиться от предрассудков вопреки дурной, но верной примете. Ну, той самой, про женщин на корабле. Могу утверждать, что вы и ваша очаровательная подруга Марго – настоящие талисманы. Если хотите – обереги. Чёрт бы меня драл! Всё это очень странно, но по пути сюда мы не встретили ни одного вражеского корабля. Редкая удача!

– Опять вы мне льстите, – Бриттани хихикнула.

– Отнюдь, вы – наш ангел-хранитель. Другого объяснения я просто не нахожу.

– Как бы вам не сглазить, капитан Вольт. В любом случае боюсь: вы преувеличиваете моё влияние на наше путешествие. Скажите, вы бывали здесь раньше?

– Много раз, девочка моя. Пожалуй, это единственное место в Атлантике, где можно почувствовать себя в безопасности и чуть выдохнуть. Вокруг архипелага идёт война. Англичане, испанцы, французы и голландцы. Каждый надеется урвать кусок пожирнее. Добавьте к ним пиратов. Но здесь, в Сан-Мигеле, всегда тихо. Нет, ну вы только посмотрите на эту завораживающую красоту! – Вольт передал подзорную трубу девушке.

– Расскажите мне об этих островах, капитан.

– Что ж, извольте слушать, милочка. Примерно триста лет назад на архипелаге поселились люди. Поговаривают, они прибыли сюда из Франции и Фландрии. Нынче островами владеет Португалия. Азоры находятся примерно на одинаковом расстоянии от Европы, Африки и Америки. Сан-Мигель – жемчужина судоходства! Воды, омывающие порт, нейтральны. Это место – настоящий оазис Атлантического океана. Взгляните на крепостные стены. Видите пушки? Их стволы пристально следят за каждым кораблём, что заходит в гавань.

Винсент не мог оторвать взгляда от батареи. Её мощь впечатляла. Орудия стояли в ряд, как молчаливые часовые. Пока капитан рассказывал, Винсент чувствовал пульс этого места и ритм жизни, царящие вокруг. С борта «Призрака» порт совершенно не походил на родной Брок.

Первая лодка уже направилась к берегу. Под весёлое песнопение матросы дружно налегали на вёсла. Стоило второй шлюпке коснуться воды, как к ней тут же подали штормтрап.

На палубе показались овальнолицый Боб с доктором Фицджеральдом. Позади них маячила Марго. Она судачила с сержантом Даррелла. Высокий, подтянутый молодой человек стоял и внимательно её слушал. Винсент не разобрал, о чём эти двое говорили. Но стоило ему окликнуть Марго, как собеседник девушки тут же поспешил скрыться.

Взяв с Бриттани слово не покидать мейфлауэр в его отсутствие, а с Марго обещание не выпускать любимую из виду, Винсент спустился в лодку.

Пока шлюпка не причалила к берегу, он ни с кем не обмолвился ни словом. Все его мысли занимала возлюбленная. В памяти раз за разом прокручивалось неприятное воспоминание. Бриттани улыбается Дарреллу, когда тот грозится выиграть в карты серьги матери Винсента, чтобы после игры подарить их его невесте. «Неужели Даррелл понравился ей?» От подобной мысли на душе у Винсента заскребли кошки. Сердце в груди билось и рвалось наружу, как пойманная в клетку птица. Он никак не мог понять, почему мерзавцы, вроде Даррелла, привлекают порядочных девушек.

Незаметно для него самого одно раздумье сменилось другим. Внезапно Винсент поймал себя на мысли, что соскучился по суше. Морское путешествие уже не приносило столько радости, как в первые дни. Затаив дыхание, он ждал момента, когда ступит на твёрдую поверхность. Наконец лодка причалила, и Винсент сошёл на берег. Коснувшись земли, которая в отличие от палубы не качалась и не пыталась выпрыгнуть у него из-под ног, он испытал истинное наслаждение.

Несмотря на то, что солнце почти скрылось за горизонтом, на причале царила суматоха. Жизнь здесь бурлила и била ключом: капитаны и шкиперы отдавали команды матросам, к пришвартованным судам тянулись очереди докеров, несущих бочонки с ромом и вином, мешки с зерном, ящики с амуницией. Погрузка и разгрузка прибывших и отчаливающих шхун, не останавливалась ни на минуту. Корабли из Африки, Вест-Индии, Америки, Европы заходили на Азорские острова в надежде набить доверху трюмы провиантом или встать в док на починку. Тут и там слышался звук плотницких инструментов: молотков, забивающих гвозди, топоров, пил, стамесок и рубанков. Судовые рабочие откачивали из полузатопленных трюмов воду, плотники заделывали пробоины.

Рядом с причалом установили несколько медицинских шатров. Доктора осматривали раненых солдат и моряков. Одним накладывали повязки, другим проводили ампутации прямо на месте. Позади палаток стояло несколько подвод, в которые санитары сносили тех, кому медицина была уже не в силах помочь. Ещё живые, истекающие кровью люди, обезумевшие от страха перед неминуемой смертью, походили на червей опарыша в отхожей яме. Смертельно раненные, они стонали, хрипели и шевелились среди своих мёртвых боевых товарищей не в силах выбраться из труповозок. Жуткое зрелище на фоне красивой островной жизни!

От этой картины Винсенту стало не по себе, а к горлу подкатил ком тошноты. Только сейчас он полностью осознал, в какое опасное приключение пустился, захватив с собой Бриттани. Страх, живший внутри него на протяжении всей жизни, ожил и заговорил с ним откуда-то из самого тёмного уголка мозга:

– Смотри внимательно, на их месте мог оказаться ты.

Винсент зажмурился, сдавил ладонями виски и заорал:

– Заткнись! Оставь меня в покое! Я сильный и смелый!

– Неужели? Тогда почему ты слышишь меня? – не унимался внутренний голос.

– Уходи прочь из моей головы! Я не боюсь! – Винсент открыл глаза и увидел перед собой судового врача. Фицджеральд стоял напротив и смотрел на него вопросительно-недоумевающим взглядом.

– С Вами всё хорошо?

– Всё отлично, док! Не обращайте внимания.

Тыльной стороной ладони Фицджеральд дотронулся до лба Винсента.

– Температуры нет. Скорее всего обычная мигрень. Помните, что я говорил про свежий воздух?

– Я совершенно здоров. Извините, но мне нужно идти, собираюсь приобрести одну вещицу. Док, пожалуйста, не отплывайте без меня. Не хочу возвращаться на корабль в компании людей Даррелла.

– Ступайте, Винсент, но не задерживайтесь слишком долго. – Фицджеральд отвернулся, продолжив торговаться с арабом, разодетым в дорогой шёлковый наряд. Его интересовали травы и порошки, разложенные по склянкам и аккуратно выложенные на импровизированный прилавок, наскоро сложенный из пустых ящиков. В паре десятков шагов Винсент заметил Боба. «Овальное лицо» уже прикупил бочку солонины, два мешка галет и несколько корзин с фруктами. Кок окликнул двух человек из отряда Даррелла и попросил тех покараулить провиант, пока не разузнает, где можно пополнить запасы пресной воды и как добраться до ближайшего ручья.

К этому моменту солнце опустилось за горизонт, ночь сменила сумерки. В порту и на прилегающих к нему улицах зажгли огни. От горящих факелов небо над Сан-Мигелем воссияло ярким оранжевым заревом. Город-порт погружался в ночную жизнь.

Винсент покинул причал и оказался на площади, заполненной торговыми рядами. Вокруг пахло экзотическими специями и свежевыловленной рыбой, отчего слюна текла сама собой. Какофония различных языков и акцентов доносилась до его ушей отовсюду. Наряду с честной торговлей в городе процветало воровство. Пока Винсент торговался с несговорчивым французом за пышный политый шоколадом круассан, на его глазах произошла кража. Прямо из-под носа торговца, расхваливающего свой ювелирный товар, темнокожий парнишка умыкнул серебряный браслет, украшенный шпинелью и аметистами.

– Держи! Хватай! Лови его! – завопил купец с тюрбаном на голове, указывая пальцем в сторону воришки.

За время путешествия Винсенту никак не удалось проявить себя: на протяжении всего плавания он оставался обычным пассажиром. Наконец-то ему выпал шанс сделать что-то полезное: захотелось догнать мелкого разбойника. Но тут он вспомнил, что сам ничуть не лучше вора. К этому времени пацан растворился в толпе и был таков. Винсент расстроился, но сразу нашёл себе оправдание. «Я не знаю, как долго шлюпки будут стоять на берегу, а мне срочно нужно найти оружейника. Ведь от пропажи одной безделушки толстяк не обеднеет, а мальчишке, возможно, нечего есть. К тому же поимка ребёнка – отнюдь не геройский поступок». Потоптавшись на месте, он зашагал в сторону городских построек.

За рынком вдоль всей береговой линии тянулась вереница постоялых дворов, таверн и вент. Из распахнутых настежь окон стоявшей неподалёку харчевни слышались весёлые крики изрядно подвыпивших постояльцев и громкая музыка: под аккомпанемент литавры перебор лютни вторил мелодичному звучанию флейты. В моменты, когда мелодия и вопли затихали, улица наполнялась звонкими голосами и смехом местных «ночных бабочек», заискивающих с богатенькими клиентами. Распутные девицы в откровенных платьях демонстрировали свои прелести, предлагая провести с ними ночь любви за серебряную монету. Возбуждённые их бесстыдными словами и не менее бесстыдными движениями тел похотливые почитатели любви за деньги жадно выкатывали свои пьяные глаза. Они хватали случайных пассий за самые интимные места, осыпая полуобнажённых женщин кучами пошлостей, которые, по-видимому, служили шлюхам лучшими комплиментами.

С каждым новым шагом Винсент всё дальше удалялся от порта и шума, царившего на берегу. Мощёная дорога уводила от океана к подножию холма. Выложенные брусчаткой широкие улицы переплетались с узенькими проулками, превращая Сан-Мигель в настоящий лабиринт. Они тянулись вдоль склона до самой вершины, петляли серпантином между каменных домов, вилл и дворцов богатых купцов и аристократов.

Винсент шёл, вдыхая сухой древесный запах кедров. Тёплый и амбровый аромат с нотами прогретой на солнце древесной коры вскружил ему голову. Цветущая на клумбах гортензия покачивалась от дуновения лёгкого ветерка. Он собирался прикупить огнестрел и надеялся встретить на улочках города хоть одного прохожего, кто смог бы указать дорогу к лавке или дому оружейника. Но улицы Сан-Мигеля словно вымерли.

За время его блужданий воздух успел остыть, и на город опустилась лёгкая дымка. Двигаясь быстрым шагом, Винсент, погружённый в свои мысли, поднялся довольно высоко. Прогулка измотал его: рубашка под пиджаком промокла от пота, мышцы болели, ноги заплетались.

Из-за холмов, поросших невысоким лесом и кустарником, освещая острова серебряным светом, взошёл бело-голубой диск луны. Винсент никогда в жизни не видел ничего подобного! В Англии она была с перепелиное яйцо, здесь выглядела больше страусиного. Отсюда, со склона холма, открывался фантастический вид на гавань. Внизу по-прежнему бурлила жизнь. В отражённом от воды лунном свете маячил тёмный силуэт стоящего на якоре «Призрака». Огней на палубе Винсент не разглядел. Очевидно, люди, оставшиеся на борту корабля, спали.

Сизые клубы быстро сгущались. В нескольких шагах от него скользнула размытая приземистая тень. «Ну, наконец-то. Вот и прохожий!»

– Уважаемый! – он окликнул безликого незнакомца. Тот не ответил, юркнул в узкий проулок. Руками разгоняя перед собой серое марево, Винсент поспешил за неизвестным. Не пройдя и двух десятков шагов, он упёрся в дубовую дверь, над которой висела красивая вывеска, украшенная вычурной надписью на нескольких языках: «Оружие от Альфонсо Бертуччо». Ниже, на цепочках, жалобно скрипела и покачивалась рамка с двумя скрещёнными деревянными пистолетами, обрамлёнными витиеватыми вензелями.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.