Алина Воронина, Владимир Батаев
Следствие ведёт полукровка

Глава 1

Суп всё никак не хотел закипать, а вот я сама уже была близка к точке кипения. Рафа только за смертью посылать, а не за картошкой! Сама я в ближайший магазин больше не пойду, а если мне придётся таскать ещё и несколько кило овощей пару-тройку километров – зачем тогда вообще мужик в доме нужен?

Вообще-то, я сегодня собиралась обойтись пельменями на обед, но кое-кто, не буду показывать пальцем, оголодал среди ночи и выковырял из них всё мясо! Причём, сожрав сырым, разумеется, и вряд ли даже разморозив. А мне теперь на обед достался суп с «галушками», если вот эти разодранные куски теста вообще имеют право так называться. И нет, на мой взгляд – не имеют они такого права.

А теперь эта «кое-кто» сидит тут у окошка на высоком барном стуле и болтает голыми ногами, вместо того, чтобы заняться делом. И зачем мне эльфийка-подопечная, если всё равно всё приходится делать самой?

Хотя сама виновата. Знала же, когда оформляла опеку над Евой, что эльфийки бесполезны в домашнем хозяйстве и годятся только для сексуальных утех. Полагаю, Раф-то об этом прекрасно помнил, когда настаивал, что нам нужна именно эльфийка. А ведь могли нанять какую-нибудь трудолюбивую орчиху, чтоб приходила два-три раза в неделю, готовила и убирала. Но нет, проклятая конспирация!

Теперь каждую ночь эта парочка мешает мне спать своими стонами и скрипом дивана. Этак скоро мебель менять придётся, а квартирка-то съёмная. Зато на любое замечание напарника у меня теперь есть отговорка и отмазка. А нечего мешать людям спать после трудового дня! Хотя насчёт людей я погорячилась…

– А не хочешь заняться чем-нибудь полезным? – обернулась я к эльфийке. – Квартиру пропылесосить, например. Да и вообще прибраться.

Ева помотала головой, не переставая болтать ногами. От чего футболка, бывшая её единственным одеянием, задиралась всё выше, уже открывая середину бедра. Конечно, это футболка Рафа, а орк – здоровый, как шкаф. Но ему-то эта футболка в обтяжку…

Я снова отвернулась к супу. Вода, наконец, закипела. Но всплывшие обрывки теста смотрелись не слишком аппетитно, даже вперемешку с морковкой. Вот будь Раф нормальным орком, зеленокожим вегетарианцем, запас овощей в доме всегда бы нашёлся. Но эта серая туша предпочитает жрать бифштексы с картошкой-фри в ближайшей забегаловке. Впрочем, я тоже…

Эльфийка подкралась сзади, одной рукой обняла меня за талию, а другой стиснула грудь. И прижалась своим бюстом к моей спине. Спасибо, что хоть под футболку не полезла.

Я погрозила ей поварешкой:

– Отвали, остроухая!

– От остроухой слышу, – не растерялась Ева и лизнула меня в шею длинным, как у змеи, языком.

– Побереги силы для твоего возлюбленного орка, – посоветовала я. – А лучше правда займись делами. Ты целыми днями только сидишь в Эльфограме и на диване валяешься!

– А в тебе точно есть эльфийская кровь? – промурлыкала девушка, прижимаясь теснее. – Как можно быть такой холодной и равнодушной?

Я вздохнула. А как можно быть настолько похотливой и развратной?

Тридцать восемь лет назад, когда в наш мир пришли эльфийки и орки, порноиндустрия чуть не потерпела крах. Кому нужны картинки и видео, когда улицы заполонили длинноухие красавицы с внушительными формами? Легкодоступные и всегда готовые?

И беззащитные. По определённым причинам эльфийкам не дали гражданство, только тем, кто обладал магическими способностями. Так что воспользоваться гуляющей без присмотра остроухой может любой желающий, а если она хорошо ублажит – оформить опеку, по сути, рабовладение.

Не все девушки живут на положении домашних животных. Некоторых балуют, любят, заботятся и даже берут в жены. Да и эльфоактивисты не дремлют. Что ни день, то акция в защиту остроухих. То подписи собирают, чтобы все эльфийки без исключения гражданство получили. То с плакатами бегают: «Эльфы – тоже человеки», «Не спи с эльфийкой – найди себе девушку», «Люди и эльфы – братья навек». То флешмобы устраивают. Вчера видела, как на центральной площади города десятку остроухих целовали ноги.

Но пока правозащитники добились одного: тем эльфийкам, которые родились на Земле, давали гражданство при условии, что девушки закончили закрытую школу с нормальным аттестатом. Но Ева-то у нас не из молодняка. Считать умеет – и на том спасибо. Читать вроде тоже – с мемами в интернете справляется, но вот с книжкой в руках я её никогда не видела. Правда, в магазин её всё равно не пошлёшь, разве что там знакомый продавец без расистских замашек…

Ева потянулась пальцами к кастрюле. Видать, заметила мелькнувший там кусочек курицы. Я шепнула её по руке:

– С ума сошла! Вода же кипит! И вообще, у тебя опять несварение будет от варёного мяса. Жри свою рыбу, хищница!

Это не оскорбление. Все эльфийки и правда плотоядные. Питаются сырым мясом и рыбой, так что подопечная обходится недешево. А вот орки, наоборот, строгие вегетарианцы, за исключением серокожих.

– Займись уже уборкой! – повторила я Еве.

Эльфийка ущипнула меня за грудь и заканючила:

– Но ведь надо убрать целых три больших комнаты, кухню, коридор, ванную и туалет. Может, перенесём на завтра? Голова болит… Ножки не ходят, ручки не работают.

– Как трахаться с Рафом, так голова не болит? – я выключила газ и закрыла кастрюлю крышкой. – И вообще это ты ещё не убирала дом с бункером, лентяйка длинноухая.

– Так ты не в духе, потому что кассирши в магазине сменились? – уточнила Ева.

Что ж, в проницательности ей не откажешь. Вчерашний случай меня всё ещё бесил. Сначала заставили снять капюшон, засветив острые уши, а на паспорт смотрели, как на клочок туалетной бумаги! Если уши не круглые, так предъявляй им QR-код с гражданством!

Ещё и тип какой-то мутный привязался… Правда, совет дал дельный – демонстрация вполне человеческого языка и зубов сняла вопрос о происхождении. Но как же это унизительно! А тот придурок ещё и долго потом докапывался с глупыми вопросами, мол, кто такая и откуда взялась. Пришлось звать Рафа, чтобы шугнул его.

– И ещё ты забыла купить шоколадки, поэтому такая злая, – хихикнула Ева.

Зато рыбу ей купить не забыла! Радовалась бы, а не мои пельмени наворачивала. Иждивенка бессовестная.

Эльфийка опять начала тереться об меня грудью, подёргала за острый кончик уха и попыталась облизать мочку.

– Да хватит! – вырвалась я из объятий. – Отработка натурой со мной не прокатит! Ведро, швабру в руки и вперёд!

Хлопнула входная дверь, спасая наглую остроухую от работы. Она тут же умчалась в коридор, встречать любовничка.

– Картошку принёс? – хмуро поинтересовалась я, глядя на Рафа, едва протискивающегося в дверь кухни.

Повисшая у него на шее эльфийка орку ничуть не мешала и не отягощала. Серокожий-то покрупнее своих зелёных сородичей будет, не зря их некоторые ограми кличут.

– Лина, почему на звонки не отвечаешь? – мрачно поинтересовался мой напарник. – Где твой «Эльфон»?

– В комнате валяется, – пожала плечами я. – Я тут готовила… Из того, что осталось.

Мой намёк орк проигнорировал и пакет с продуктами не предъявил. Ну и где он шлялся? Ещё и без маскировки, камушек в броши-амулете разрядился, пришлось на себя его цеплять для подзарядки. Эх, надо было вчера того придурочного круглоухого мага попросить зарядить, хоть какая-то от него была бы польза.

– Собирайся, у нас новое дело, – буркнул Раф, отстраняя от себя Еву.

Хм, он какой-то нервный сегодня, что ли? Конечно, с виду и не скажешь, вон, стоит, будто каменная глыба. Только что-то бледноват и с ноги на ногу перетаптывается. Обычно за ним такого не водится.

– Чего случилось-то? – вздохнула я.

– Увидишь на месте. Задание прямо будто специально для тебя.

Я печально покосилась на супчик на плите. Ладно, плевать, прихватим бургеров по дороге. А эту бурду Рафу вечером скормлю, благо он всеядный. Себе на ужин надо будет жареных куриных крылышек прикупить, что ли… Или пиццу заказать?

– А чего там для меня-то? – поинтересовалась я. – Что, опять в эльфийскую шалаву переодеваться придётся? Давай вон лучше Еву задействуем.

Хоть у меня от эльфийки только уши, но мало кто это замечает. Как говорится, дарёной эльфийке в зубы не смотрят. Ну, если дело не доходит до минета… К счастью, у меня не такая работа. Хотя в нашей профессии бывает всякое. Такая уж служба в ОЭП – Отделе Эльфийских Преступлений.

Глава 2

Мы уже битый час ехали по проселочной дороге. Орк нахмурил брови, поджал тонкие губы и вцепился в руль, а на все мои вопросы отвечал рассеянным угуканьем.

– Так скажешь, наконец, куда мы едем? – не выдержала я, провожая взглядом корову.

Животина беспечно вышла на середину дороги, так что Рафу пришлось её объезжать.

– В Эльфийский заповедник, почти на месте, – соблаговолил ответить начальник. – Там труп нашли.

– Убили остроухую? – удивилась я. – В заповеднике? Бьюсь об заклад, было и групповое изнасилование.

– Всё вопросы – потом, – отрезал Раф. – Скоро сама увидишь. Тьфу, чертовщина какая-то…

Я откинулась на спинку кресла, затем включила подогрев – мёрзну даже в сорокоградусную жару, одна из неприятных особенностей моего организма. Думаю, в старости буду той самой бабкой, которой везде дует. Если, конечно, доживу с такой-то работой.

Положила "Эльфон" в бардачок – в этой дыре, простите, заповеднике, все равно сеть не ловит. Задумалась.

Тридцать восемь лет назад люди попали в сказку. Вернее, сказка пришла в наш мир через магические порталы в лице орков и эльфов. Сначала случились всеобщие истерика и ликование, которые сменились недоверием и расистскими лозунгами. Оркам дали гражданство сразу, как представителям развитой цивилизации. А вот с эльфийками вышла заминка. Считалось, что они ближе к животным, чем к людям, потому что едят сырое мясо и с трудом контролируют половой инстинкт. Проще говоря, кровожадны и легко доступны.

В итоге дали гражданство, только тем, кто обладал магическими способностями. Остальные стали живым мясом без права голоса. Правозащитники, конечно, бьются в истерике и машут флагами. Ах да, кое-где создавались заповедники, где эльфийки жили в дикой природе, как в старые времена. Обычно такие резервации курировал кто-то из крупных чиновников, куда обычному круглоухому вход был запрещен.

– На месте, – затормозил Раф.

Не дожидаясь особого приглашения, я вышла из машины. Прищурилась на солнце. В двадцати метрах уже отгородили территорию красными лентами. Туда-сюда сновали криминалисты в защитных костюмах. А ещё я с удивлением узнала двух влиятельных эльфийских магичек. И что им понадобилось на месте преступления?

Раф вдруг взял меня за руку и повёл на осмотр тела. Это что за телячьи нежности? Орк сегодня очень странный…

Я коротко поздоровалась с криминалистами – почти со всеми пересекались по разным делам, а эльфиек проигнорировала. Те же перешептывались и буквально пожирали меня глазами, даже не скрываясь. И с чего такое неуемное любопытство? Как минимум, они обо мне слышали. И вполне вероятно, что приложили руку к тому эксперименту…

Я переоделась в защитный костюм, затем подошла ближе и наклонилась над телом.

– Твою ж мать! – и сама зажала себе рот.

Ребята поймут, а перед эльфийками лучше воздержаться от ругани. Нельзя давать слабину перед трехсотлетними хрычевками – никогда не знаешь, на что они способны. Теперь понятно, почему орк так нервничал, что даже взял меня за руку.

Я внимательно осмотрела тело на наличие повреждений. Девушка лежала на боку, лицо прикрывали рыжие волосы. Белая кожа, почти как у альбиноса. Широкие бедра и большая грудь. Худощавая спина и маленькие руки. Я осмотрела лицо и признала невозможное.

Убитая была моей копией. Не просто похожей, она выглядела, как сестра-близнец, как двойник, как зеркальное отражение. Девушка будто украла у меня всё! Рост, фигуру, лицо. Не удивлюсь, если и голоса у нас были одинаковые. Вот почему невозмутимый орк был на грани истерики – на долю секунду он подумал, что погибла я.

Никаких повреждений и следов насилия, лишь на сгибе локтя пара дырочек с запекшейся кровью. Я взяла рыжий локон и убрала с уха.

– Эльфийская сила! Раф, ты знал?

– О том, что она человек – да, – кивнул начальник.

Ухо было круглым. Моя таинственная близняшка не имела ни капли эльфийкой крови. Да нет у меня никакой сестры, и быть не может! От остроухой не родится человек. Если только папаша в молодости согрешил, но тогда "сестрица" была бы старше, а погибшая выглядит моей ровесницей. Может, двоюродная? Нет, с кузенами я знакома, и они точно поведали бы о существовании ещё одной родственница. Так, надо узнать её возраст для начала.

К горлу подкатил комок. Я едва сдержала слезы. Так, магички смотрят. Нельзя расклеиваться под их ехидными улыбочками. А и хрен с ними… Подумаешь, разревусь. Не каждый раз видишь себя мёртвой, если можно так сказать.

Раф придвинулся ближе и приобнял меня за талию:

– Ты как, Лина? Тошнит?

– Сразу не мог сказать?! – Накинулась я на орка. – Подготовить?

– Знаешь, как-то было не до твоих эмоций. Ну, извини, Лин, не хотел.

Я вздохнула. Что взять с этого серомазого?

– Окей, ты тоже натерпелся. Проехали.

– Да уж, я пережил пару неприятных минут, – признался орк. – Когда увидел, как вы похожи… А ты ещё имеешь дурную привычку не отвечать на звонки!

Так вот почему Раф так нервничал… Можно сказать, в истерике бился. Но оправдаться я не успела. Один из ассистентов привёл грузного круглощекого мужчину лет тридцати. В буквальном смысле привёл – тот опирался на руку помощника, прощупывая дорогу тростью.

– Это предполагаемый муж, Сидоров Валентин, – сообщил ассистент. – Разрешите провести опознание тела?

– Разрешаю, – рявкнул орк. – Судмедэксперты уже закончили работу. Осталась наша часть, нашего ведомства…

Мужчина наклонился над трупом, руки забегали по лицу, затем спустились ниже… Блин, только слепого нам не хватает для полного счастья.

– Это, это и правда Аня, – дрожащим голосом сказал мужчина.

И рухнул на колени, сжимая ладонь погибшей. Эх, все отпечатки потрет, но Рафу виднее. Раз сказал, что криминалисты закончили, значит, так оно и есть.

– Аня, Анютка, Анечка! – надрывался вдовец.

Мы дали ему несколько минут на проживание горя. Не звери же, все понимаем…

– Как она умерла? – наконец Валентин поднял на нас голову.

Необычно для слепого. Или он недавно потерял зрение? Ассистент, воспользовавшись передышкой в рыданиях, сунул пострадавшему стакан воды.

– Мужайтесь, смерть Анны была страшной, – ответил Раф и даже вздохнул, копируя человеческое поведение. – Она умерла от потери крови. Да что скрывать, из вашей жены выпили все до капли!

Я захихикала, наверное, от стресса:

– Ты серьёзно? "Сумерки" пересмотрел, да? Сама люблю этот старенький фильм. Там такой секси-орк в роли вампира Каллена. Думаешь, девушку тоже кровопийцы порешили?

– Каэтана, – машинально поправил муж погибшей. – Так звали мою любимую. Аня – это сокращение. И почему "выпили"? Вы подозреваете вампиров? Согласен с вашей сотрудницей, это бред. Ещё бы барабашек и оборотней приплели.

– Каэтана?! – воскликнула я. – Ну, и имечко. У нас же российская глубинка, а не Испания. Или у неё папа горячий каталонский мачо? Ой, простите…

На самом деле у меня от сердца отлегло. Если бы погибшая оказалась моей тезкой для полного счастья…

– Когда познакомились, любимая представилась Аней, – пояснил вдовец. – Но вскоре поменяла имя и фамилию, так что женился уже на Каэтане Исиде. Вроде как это было нужно для продвижения в "Эльфограме". Да и вообще жена подражала остроухим, что уж тут скрывать. Так вы серьёзно думаете, что вампиры выпили её кровь?

М-да, зачем в паспорте-то было имя менять? Просто в качестве псевдонима не устраивало? Одно дело называться так в «Эльфограме», а другое – в счетах за коммунальные услуги. У нас наверняка большинство даже не поймёт, что это в общем-то обычное в Испании имя.

– Да, вампиры, – серьёзно ответил орк. – Или те, кто под них косит. Так значит, вы подтверждаете, что погибшая – ваша жена Каэтана Исида? Та самая?

– Да, та самая, – пожал плечами Валентин.

– В смысле та самая? – удивилась я. – Она что, знаменитость?

– Девушка, у вас что, «Эльфограма» нет? – спросил вдовец, шмыгая носом. – Это непростительно, в вашем-то возрасте.

Кажется, мужик в себя приходит. Уже хорошо! Постараюсь его разговорить.

– Мне эльфийских проблем и на работе хватает. Так ваша жена была популярна в соцсетях для остроухих? Но она же человек!

– Вот именно! – воскликнул Сидоров. – Каэтана Исида – известная правозащитница, активистка за права эльфов и блогерша. Как же она ненавидела нашу фамилию, говорила, что не сочетается с именем. Даже паспорт поменяла…

– А ещё куратор в заповеднике для эльфиек? – осторожно уточнил Раф.

– Да, она в последний год жила со своими подопечными, – вяло ответил вдовец. – Зимой – в охотничьих домиках, вы же знаете, что эльфийки обожают охоту? А на лето они всей толпой переселялись в кемпинг.

– Вы знаете, чем занималась там ваша жена? – Раф похлопал мужчину по плечу.

Опять изображает дружелюбие!

– Да я всего пару раз был в заповеднике. Ну, чем? Тем же, чем все половозрелые эльфийки – охотой, медитацией, магией, кто может. И, конечно, плотскими утехами. Каждую пятницу в заповедник прибывал отряд студентов из технических вузов. И тем девственникам – счастье, и эльфийки спокойны и довольны. Такая уж у них животная природа.

– А вы не слишком толерантны! – не выдержал орк.

– И я в этом не одинок, – тихо сказал Валентин. – У Ани было много недоброжелателей. Но точно не безмозглые эльфийки. Не там хотите искать вашего вампира, ох, не там.

– Про тот заповедник много слухов ходит, – невзначай сказал Раф. – Якобы там эксперименты проводят над остроухими.

– Не замечал, – равнодушно ответил Валентин. – Да и если вы посадите парочку спятивших эльфиек, то это не вернёт мне жену.

– Вы серьёзно?! – заорал орк. – Стоите над телом супруги, и не желаете наказать убийцу?!

Валентин закрыл лицо руками и опять зарыдал. Я со всей дури наступила орку на ногу. Задолбал! Совершенно не умеет работать с людьми. Учу, учу, а все без толку. Раф даже не поморщился – как об стенку горох. Это надо корове встать ему на ногу, может, прояснится в голове.

Я подошла к слепому и провела его рукой по своему лицу.

– Чувствуете? Я очень похожа на вашу жену.

Валентин тут же прекратил рыдать. Его пальцы застукали по моим щекам и глазам, даже чуть ущипнули за нос.

– Да вы двойник Каэтаны! – воскликнул вдовец.

Чуть помолчал. И добавил:

– Лицо точно одинаковое. А вот про фигуру не знаю, не щупал.

Еще не хватало, чтоб он за грудь меня ухватил, проверяя сходство с женой.

– Знаете, зачем я здесь? Мы сделаем все возможное, чтобы найти убийцу Каэтаны. Неважно, кого – эльфа, вампира, человека. Если надо, поймаем на живца. Но нужна ваша помощь, Валентин! Мы не справимся своими силами.

– Лина правильно сказала, на живца, – вступил в разговор Раф. – Мы планируем спровоцировать убийцу. Пусть он думает, что жертва выжила.

– Я помогу, – выдавил вдовец. – Но чем? У меня мысли в кучу. Жизнь потеряла смысл. Я остался совсем один.

– Какой была Каэтана? – спросила я.

– Лёгкой, – прошептал муж. – Как весенний дождик.

– Нам нужна вся информация о ней. Во сколько пошла на горшок, любила ли математику, во сколько потеряла девственность, – без церемоний сообщил Раф. – Собираемся внедрить Лину в заповедник. Она станет Каэтаной 2:0 и выманит убийцу.

– Ну, про девственность и горшок я не в курсе, – промямлил Валентин.

Я вздохнула:

– Раф утрирует. Нужна информация о настоящем времени: фото, видео, ваши воспоминания.

– Так в Эльфограме всего навалом.

– Мне надо будет превратиться в вашу жену, чтобы никто не заметил подмены, – повторила я. – Важны любые мелочи.

– Я готов к сотрудничеству, – прошептал Валентин, – но не сейчас. Ноги подкашиваются.

– Разумеется, вызовем вас завтра в Управление, – кивнул Раф.

Ассистент подошёл к слепому и, поддерживая под локоть, вывел за огороженный периметр.

– Поверить не могу, что мне придётся играть не эльфийскую шлюху, а круглоухую, – фыркнула я, когда Валентин скрылся. – Не просто так Каэтана липла к ним.

– Да, репутация у неё подмоченная, – согласился орк. – Значит так. Первое задание – зарегистрироваться в Эльфограме под фейковым аккаунтом.

– За этот подвиг требую премию! – протянула я. – Мало мне эльфийских шалав на работе. Ещё в интернете должна на их прелести любоваться?

– Так пусть тебя Ева проконсультирует, – сразу пошёл на попятную орк.

– Окей, отберу у неё "Эльфон" и полюбуюсь на весёлую двойничиху. Что ты думаешь о Валентине? По статистике, большую часть женщин убивают их мужья и партнёры. Или ты это на серьёзных щах задвигал про вампиров? Думаю, такую версию ОЭП не одобрит.

– Я никогда не шучу, – буркнул Раф. – И привык рассматривать все версии, даже невероятные. А что касается мужа… Сложновато слепому убить, но, возможно. У него скомпенсированное заболевание. Сама видишь. Да и мотив имелся. Жена развлекалась с эльфийками, забыв про супружеский долг.

Я поморщилась:

– Слабоватый мотив, скажем прямо. Но пока не будем муженька со счетов сбрасывать. Может, увалень окажется нашим вампиром?

– Не будем, – согласился орк. – Кстати, Лин, скажи честно, у тебя профдеформация? Ты себе никак мужика не найдёшь. Даже не пытаешься. Боишься, что грохнет?

Я покачала головой. Затем, не таясь, чмокнула Рафа в серую щеку. Сотруднички все поймут, а на заносчивых магичек – плевать.

– Не-е. Просто меня никто замуж не берет с таким прицепом. Орк и эльфийка на шее – это нехилый багаж. Любой мужик сбежит, роняя тапки.

Глава 3

Я лежала на диване в гостиной с "Эльфоном" в руках, периодически отхлебывая чёрный кофе из чашки и заедая долькой апельсина. Да, вкусы у меня специфические. Но что вы хотите от полуэльфийки? Ева массировала мои ступни, периодически поднимаясь вверх, к внешней стороне бедра. Это очень отвлекало, так что приходилось брыкаться. Похотливая эльфийка демонстративно надувала губы, но поползновения не прекращала.

– Ева! Я вообще-то работаю!

– Линочка, ты сидишь в "Эльфограме" с моего аккаунта! Мне вообще-то скучно. Рафик, ну скажи ей…

– Скучно – иди помой пол, – по привычке сказала я эльфийке, зная, что она шарахается от швабры, как от Зелёной Плесени.

Неожиданно орк меня поддержал:

– Лина и правда работает. Ей надо изучить все материалы из "Эльфограма", чтобы скопировать образ покойной Каэтаны.

– Этого недостаточно, – повторила я уже в десятый раз. – Каэтана Исида и Каэтана Сидорова могут быть двумя разными людьми. Нужны домашние видеозаписи или фотки с близкими друзьями.

– Друзья ничего знать не должны! – поморщился Раф. – Ты вообще-то агент под прикрытием.

Орк сидел в кресле-качалке, одетый в банный халат, и уморительно шевелил пальцами на ногах. Ева наконец поймала его, зажала в угол и сделала маникюр. А нечего такие когти отращивать, что аж рвут ботинки! Не напасешься обуви на нашего хищника. Я, конечно, всё понимаю, что когти необходимы серым оркам для охоты, такая же мутация, как длинный язык и мелкие зубки у эльфиек. Но задолбало каждый месяц сопровождать Рафа в обувной, будто я мамочка-наседка. Ева, любовница и сердечная подруга, ходить с ним отказывается, ссылаясь на расистские предрассудки.

Зажатый в угол, орк согласился не только подстричь ногти, но и накрасить их оранжевым лаком. Всё-таки эльфийка вертит им, как хочет. И сейчас Раф сидел, вытянув ножищи вперёд, и шевелил пальцами, чтобы лак быстрее просох. На лице у него красовалась тканевая маска для жирной кожи, а на голове – повязка для волос с заячьими ушками. И зачем её нацепил орк, лысый, как яйцо? Наверное, Ева уговорила. Картина – загляденье! Хорошо, что сотрудники ОЭП не видят сейчас своего сурового начальника.

Закончив сушить ногти, Раф взглянул на меня:

– Что тебя смущает, Лина?

– Всё!

– А конкретнее?

– Да мы вообще не похожи ничем, кроме внешности! Каэтана одевается, как эльфийская шалава. Постоянно кривляется на камеру и сюсюкает. Или демонстративно рыдает в камеру, рассказывая, как очередную остроухую изнасиловали вдесятером. А ещё её лучшая подруга, София, – магичка не из последних и двухсотлетняя эльфийка.

– За это не волнуйся, тебе помогут навести морок и изменить ауру, – заверил Раф.

– Кто поможет? Уж не те ли древние мощи, что были на опознании трупа?

– Они самые, – кивнул орк. – Какой бы… лёгкой ни была Каэтана, её уважали. Магички жаждут крови. Они сделают всё, чтобы найти убийцу. Кстати, завтра ты встречаешься с ними сразу после допроса Валентина.

– Везёт! – присвистнула Ева. – Они крутые тётки.

– Не завидуй, дорогуша, тебя тоже возьмём в оборот, – хмыкнул Раф. – Поедешь вместе с Линой в заповедник.

– А что я-то?! – возмутилась эльфийка. – Я же не спецагент.

– Зато у тебя длинный язык. Сможешь разговорить своих товарок, – объяснил орк. – Тебе могут рассказать такое, о чём побоятся поведать Лине. Всё-таки она будет работать под личиной человека, а твои соплеменницы не слишком уважают круглоухих, даже таких, как Каэтана.

– И ты разрешишь мне развлечься с ними?

– Если это будет необходимо для дела, – вздохнул орк. – Для отвода глаз придётся тебе и с мальчиками, и с эльфийками…

Ева состроила несчастную мордашку, но я-то видела, как загорелись её глаза.

– Совсем забыл! – хлопнул себя по лбу Раф. – Из заповедника прислали пакеты с вещами Каэтаны. Ева, принеси. А ты, Лин, примерь. Пора входить в роль и репетировать.

– Фу-у, я такое не надену! – возмутилась я.

– Да брось, сто раз же наряжалась в эльфийку! – удивился Раф.

– Так то эльфийка, а ты мне подсовываешь вещи покойницы! Неужели наше ведомство не может выделить финансы на моё обмундирование?

– Нет, – отрезал начальник. – Мы не можем рисковать! В заповеднике хорошо знают Каэтану и её шмотки. Если будет хоть малейшее подозрение…

Я замахала руками:

– Поняла, поняла. Хватит уже!

Ева притащила пакеты, сияя, как противень после "Пемолюкса". Эльфийка обожает меня наряжать, но это ей не часто удаётся.

Я брезгливо выудила из кучи тряпья миниатюрную жилетку и мини-юбку из такой же ткани.

– Наконец-то ты будешь выглядеть как нормальная эльфийка! – воскликнула Ева. – А то вечно кутаешься в свои толстовки с капюшоном. Такую красоту скрываешь от мира!

– Вот-вот! – поддержал её Раф. – Хоть на женщину станешь похожа.

– Без ножа режете, – я едва втиснулась в юбчонку.

И как Каэтана её носила? Мне точно мало, а у нас одинаковые фигуры. С жилеткой получилось ещё более грустно: она стиснула мою грудь, как корсет, и сильно приподняла.

– Я не могу дышать!

Ева осматривала меня, цокая языком. Орк покачивал головой,

– Не хватает сапог на каблуке.

– Ты издеваешься?! – вспылила я. – Какие сапоги? На улице сорок градусов.

– Терпи ради дела! – рефреном ответили орк и эльфийка!

Как же я их иногда ненавижу…

Эльфийка покачала головой и скомандовала:

– Раздевайся! Надо примерить другие шмотки.

Я обречённо вздохнула и достала из пакета микро-шорты с блестками, больше похожие на трусы, и топик, едва прикрывающий грудь. Вот почему у моей близняшки вкусы, как у стриптизерши?

– Про каблуки не забудь, – напомнила Ева, когда я втиснулась в одежонку. – Ты вообще умеешь на них ходить?

Я надела босоножки и демонстративно прошлась по комнате. Спецагенты ОЭП умеют всё!

– Тебе очень идёт, – похвалил начальник. – И почему так в жизни не одеваешься?

– Потому что я – не Каэтана, звезда "Эльфограма". Я – полуэльфийка, которая не хочет привлекать лишнее внимание!

Ева вдруг помрачнела, поджала губы и уселась на колени к Рафу.

– Ты че скисла? – поинтересовался орк.

– Да норм всё, отвали, – огрызнулась эльфийка.

Вскочила на ноги, подпрыгнула и показала мне язык:

– Не хочешь наряжаться, тогда я померяю шмотки.

– Можешь выбрать, что понравится, – разрешила я.

Ева взвизгнула и кинулась ко мне на шею.

– Только все тряпки себе не загребай, – вставил орк. – А то Лина будет ходить голая.

– Ещё чего, размечтался, – я отвесила Рафу подзатыльник.

И пофиг, что начальник. Заслужил.

Весь вечер Ева крутилась перед зеркалом, заливаясь смехом. Так что мне даже стало стыдно, что ни разу не сводила её в магазин одежды, отделавшись футболкой с орочьего плеча.

Но ночью эльфийка заявилась ко мне в кровать, прижавшись обнажённым телом к моей спине.

– Отвали, ты холодная, – пробормотала я спросонья.

Но Ева вдруг захныкала, так что пришлось мне проснуться.

– Не плачь, маленькая, всё хорошо. Я рядом.

Я перевернулась на другой бок и крепко обняла девушку, поглаживая по плечам. Эльфийка приходит ко мне ночью, когда испугалась или загрустила. От серокожего придурка сочувствия не дождёшься.

– Мне приснился кошмар про заповедник.

– Понимаю, тоже не хочу туда ехать, но придётся. Работа такая.

– Наша служба и опасна, и трудна, – пропищала Ева. – А расскажи про отца и про то, как вы жили в бункере…

Я вздохнула – кажется, поспать сегодня не удастся. Ева обожает слушать истории про моё детство, а я рассказываю, как Шахерезада.

– Давным-давно, тридцать лет назад, родилась девочка. Её папой был человек, а мама – эльфийка. Мама работала на спецслужбы, и девочка никогда её не видела, а папа… папа боялся всего на свете – эпидемии, войны, собак, пауков и крыс. Он построил дом с бомбоубежищем, чтобы защитить девочку от враждебного мира.

Ева закинула на меня ногу, притянула к себе и поцеловала в губы, затыкая рот своим длинным языком.

Я вырвалась и так грубо толкнула эльфийку, что бедолага свалилась с кровати.

– За что? – Ева обиженно потерла ушибленный копчик.

– За всё хорошее! Сейчас вообще из комнаты выгоню. Вали к своему любовничку!

– Я буду хорошо себя вести, – пообещала эльфийка, присаживаясь на край кровати.

– Последнее китайское предупреждение!

– Даже обнять тебя нельзя? – скуксилась девушка.

– Это можно, так и быть.

Ева крепко обняла меня. Я даже взвизгнула – эльфийка гораздо сильнее, хоть мы и весим одинаково. Мстит, зараза, за ушибленный копчик. Уснули мы уже через десять минут в обнимку. Всё-таки эльфийка – прекрасная грелка для вечно мерзнущей полукровки.

***

Вчерашние магички расселись в кабинете Рафа, сразу потребовав чёрный кофе со льдом. На меня они смотрели, как на говорящий кусок мяса, а вот брутальному орку строили глазки.

– Лина, познакомься с нашими помощницами, – заискивающе сказал начальник. – Виола и Лилия обещали замаскировать твою ауру и… острые уши.

– Зачем они тут? Я и сама могу это сделать.

– Ты не так сильна в магии, дорогуша, – улыбнулась Виола, блондинка с синими прядями.

– Уж морок я навести в состоянии!

– В тонком и деликатном деле требуется помощь профессионала, – пропела Лилия, одетая в сиреневое платье до пола с вырезом почти до задницы. – А ты – дилетант, хоть и способный экземпляр.

– Лина, иди и сделай дамам кофе, будь добра, – попросил орк.

– Что?! Я вообще-то спецагент, а не секретарша! И знаю, зачем ты меня выгоняешь. Эти бабки тянут ручонки к твоей ширинке.

– Лина, – простонал Раф.

– Ты не слишком воспитанная для юной эльфийки, – усмехнулась Виола.

Я показала ей язык. К слову, абсолютно человеческий.

– Разуй глаза, тётя, я – не эльфийка.

– Мы в курсе, кто ты такая, – пожала плечами Лилия. – Уникальная, не спорю, но не зазнавайся. Пока ничего выдающегося ты не умеешь.

– Лина, пойми, хамство и истерики ни к чему не приведут, – вздохнул Раф. – Участие магичек в расследовании санкционировано высшим руководством.

– Давайте жить дружно! – голосом кота Леопольд сказала Виола.

Я молча вышла за дверь. Обычно я терпелива и вежлива даже с самыми противными свидетелями и подозреваемыми. Но эти дамочки известны своими расистскими убеждениями и презрением к круглоухим. И они не правы, что я – неумеха. Быстро заряжаю кристаллы, в отличие от эльфиек, которые делают то же самое в три раза медленнее. Владею основами морока и маскировки – никто ещё не просек, что орк – серокожий. Если настроиться, слышу разговоры из прошлого. Есть и более прикладные умения. Например, могу останавливать, отменять и переносить критические дни. Этой сверхспособности любая девушка позавидует.

И все же я погорячилась с магичками. Если они участвуют в расследовании, значит, помощь действительно нужна.

Я тихонько толкнула дверь, приготовившись извиниться. Но… начальник предпочел это сделать за меня. Эльфийки стояли на коленях и ублажали орка, облизываясь и причмокивая.

А пойду-ка и вправду куплю всем кофе, заодно и сырой рыбы в соседнем магазине, чтоб эльфийки восстановили силы. Они обычно зверски голодные после любовных утех.

Глава 4

Я купила сырую рыбу в ближайшем магазине, а вот за кофе отправилась в кофейню подальше. Надо дать орку и эльфийкам время, чтобы нарезвиться.

Деликатно постучала, прежде чем войти. Раф ответил сразу же, значит, закончили, и я верно рассчитала время.

Виола и Лилия выглядели раскрасневшимися, но в порядке, а вот начальник тяжело дышал. Давненько он не сдавал нормативов по физкультуре. Аж задыхается, бедолага. Или это Ева его так заездила?

Я протянула Рафу стаканы с капучино, а магичкам – рыбёшку и покаянно опустила голову.

– Простите за грубость сегодня утром. Не хотела никого обидеть.

– Да забудь, – Лилия добродушно улыбнулась. – Мы же все понимаем – у тебя стресс. Если бы я увидела мёртвым своего двойника, спалила бы к чертям ближайший эльфийский притон. Ненавижу этих тварей, которые насилуют моих сестёр и подсаживают их на "эльфийскую пыль".

Хорошо Раф поработал, ублажил старых нимфоманок на славу. Я ни капли не раскаиваюсь, просто магички – сильные союзники. А ещё могут пролить свет на моё рождение и наличие сестры-близняшки.

– Вы правы, я просто в шоке. Каэтана – моя копия и при этом человек. Это странно, не находите?

– Очень, – кивнула Виола. – Но могу тебя уверить, в животе матери ты была одна. Я присутствовала при родах. Все эльфийки – прирождённые повитухи. Кроме того, могла потребоваться помощь лекаря, но все прошло хорошо. Образцово-показательные роды!

– Спасибо, вы меня успокоили, – я прервала магичку, пока та не пустилась в описание родов.

– Почему бы тебе не расспросить отца? – поинтересовалась Лилия. – Уж он точно знает больше всех о твоих потенциальных сестрах.

– Мы давно не общались, – промямлила я.

Не хочу говорить, куда подевался мой папаша. Уж слишком тяжёлые воспоминания. Да и со старыми швабрами не хочется делиться наболевшим.

Спас меня Раф:

– Давайте обсудим план внедрения агента в эльфийский заповедник, пока не пришёл муж погибшей. Некоторые детали не для его ушей. Предлагаю объявить, что на Каэтану совершено покушение, когда она прогуливалась по заповеднику. Девушку ранили в бок, оглушив ударом по голове. Отсюда – потеря кратковременной памяти.

– Логично, – согласилась я. – Не хотелось бы попасть впросак, если какая-нибудь подопечная вспомнит, как тусила со мной неделю назад. Как мы спали с красивыми студентами под звёздным небом…

– Каэтана никогда не изменяла мужу! – возмутилась Лилия.

– А вы-то откуда знаете? – не удержалась я. – Свечку держали или являетесь её закадычной подружкой?

– Насчёт подружки, – перебил Раф, пока я не наговорила лишнего. – Нужен качественный морок, чтобы магичка ничего не заподозрила. Надеюсь, вы помните, что лучшая подруга погибшей – Марла?

– Сделаем, – пообещала Лилия. – А Марла не так уж крута, как вы думаете. Хотя если с Линой сравнивать…

Я поморщилась. Не может она без подколов по поводу моих способностей.

– В общем, не о чем беспокоиться. Если Марла вдруг посмотрит на ауру Лины, то увидит ауру Каэ.

– Каэ?! – орк поднял брови.

– Да, Аней её называли люди, – пожала плечами Лилия. – Так что привыкай и к этому обращению, полукровка.

Вдруг раздался стук. Он шёл откуда-то снизу, будто из преисподней.

– Войдите! – крикнул орк.

Дверь открылась, и я поняла, что Валентин стучал палкой по низу. Меня передернуло. И зачем подчёркивать, что ты слепой? Чтобы получить ещё больше жалости?

– Заходите, присаживайтесь, – Раф кинул на меня испепеляющий взгляд.

Ах да, я же купила кофе только магичкам, позабыв о потерпевшем.

– Как у вас дела, Валентин? – дружелюбно спросила Виола.

– Плохо, очень плохо без жены, – вздохнул вдовец. – Мы были очень близки, хоть и жили в разъездах. Ну, тут и моя вина была…

– Почему? – спросил Раф. – Это же Каэтана Исида была звездой "Эльфограма".

– Так я тоже блогер и вечно в дороге, – пояснил Валентин. – У меня, конечно, в два раза меньше подписчиков, чем у Анюты. Но на пенсию по инвалидности не проживёшь, вот и пришлось завести блог "Слепой путешествует". Не слышали?

– К сожалению, у сотрудников ОЭП нет времени следить за деятельностью блогеров, – выкрутился орк. – Но на ваш блог я подпишусь.

– Спасибо! – просил пострадавший. – Может, и донат скинете? Мне деньги понадобятся на похороны. А вы скоро отдадите тело?

– Возможно, – на оба вопроса ответил Раф. – Всё зависит от сведений, которые добудет Лина.

Я вздохнула. Все меньше вероятности, что вампир – это муж. Кажется, он прекрасно жил в разлуке с Каэтаной – путешествовал, вёл блог, тряс донаты с подписчиков. Ни одного мотива для убийства!

– Вы готовы сотрудничать со следствием? – уточнил Раф. – Даже если это причинит вам боль?

– Сделаю, что смогу, чтобы найти убийцу, – пообещал Валентин.

– Тогда представьте, что вы приехали в заповедник с женой. Каэтана рядом. Вы болтаете с ней при посторонних. Так, Лина, твой выход!

Я присела на колени к вдовцу. Тысячу раз видела эту позу на фотографиях в "Эльфограме". Тот рефлекторно дёрнулся.

– Если вам будет неприятно, сразу скажите.

– Нет, все нормально. Просто на секунду показалось, что жена жива. Вы даже пахнете, как она. Продолжайте!

– Любимый, сладенький мой! – пропела я. – Давай сфоткаемся для наших блогов. Так, улыбочку, обними меня крепче, роднулечка!

– Стоп! – прервал меня Валентин. – Каэтана была милой, а не приторной. Она бы никогда не произнесла столько уменьшительно-ласкательных на одно предложение. Как только, вы открыли рот, то выдали себя. И ещё… Аня всегда интересовалась делами других людей. Она не была зацикленной только на себе эльфограммщицей.

– Лин, ты же смотрела видео, – пробурчал Раф. – Давай попробуем ещё раз.

– Как дела с блогом, милый? – уже другим тоном спросила я. – Напишешь пост про заповедник? Нам нужна помощь спонсоров и добровольцы для сексуальные утех.

– Твою ж мать, – вдруг сказал Валентин. – У меня мурашки по коже. Ты заговорила, как Каэтана.

– У меня хороший инструктор.

– Сегодня не смогу, должен выложить пару рекламных постов, – Сидоров продолжал играть роль, но его голос дрожал. – А вот завтра обязательно выложу пост и видео про заповедник.

– Спасибо, мой хороший, что бы я без тебя делала!

– Молодец, – кивнул Валентин. – "Мой хороший" – это у неё слово-паразит было. А как твои дела, Анюта?

– Привезла в заповедник новую эльфийку, выкупленную из притона. Бедняжечка! Кожа да кости.

Валентин вдруг охнул, провел по моему голому бедру, а другой рукой сжал грудь:

– Любимая, нет… Ты со мной? Ты жива?

***

– Лина, ты раздолбайка! – отчитывал меня начальник. – Просил же каждый день приносить воду для пострадавших. Это лучшее средство от истерик!

– Не самое лучшее, – хмыкнула я. – Коньяк рулит.

– Это всё из-за тебя! – ещё больше разъярился начальник. – Из-за тебя мне пришлось открывать бутылку коньяка! Коллекционного между прочим, две тысячи пятого года! Сам куратор подарил за хорошую службу!

– Так давайте допьем, – предложила я. – Мне не помешает, после ручонок новоиспеченного вдовца хочется в душ сходить.

– Ну, облапал он тебя, и что? – вступила в разговор Виола. – Эльфийская кровь не заговорила? Могла бы потерпеть и поддержать пострадавшего. А ты, ты чуть до инфаркта его не довела!

– Уж извините, что я не такая шалава, как ваши соплеменницы! И ничего я ему не сделала, просто оттолкнула.

– "Оттолкнула", – передразнил Раф. – Так, что бедный мужик отлетел на другой конец комнаты. Когда же ты поймёшь, Лина? Когда осознаешь, что физически сильнее большинства женщин?

– Но не сильнее эльфийки.

– Это точно. Не сильнее эльфийки. А ещё менее одарённая в магии. И уж точно не такая озабоченная. Бракованный экземпляр!

– Ну, хватит размусоливать эту тему! – рявкнула Лилия. – Ты, Лина, гордись не фригидностью, а достижениями в магии. А они у тебя ещё будут, просто полукровки развиваются с отставанием. И ты, Раф, перестань страдать из-за коньяка. Если дело выгорит, подарю тебе бутылку от двухтысячного года. А пока разливай! Нам всем не помешает расслабиться.

Орк открыл рот для возражений, но тут же захлопнул. Молча достал из шкафа рюмки и разлил остатки коньяка. Я хлопнула, не глядя, хоть и недолюбливаю крепкое спиртное.

– Вы были знакомы с Каэтаной, – наконец произнёс Раф. – Как думаете, удалось Лине вжиться в роль? Сможет она работать агентом под прикрытием?

– Несомненно, – кивнула головой Лилия. – В штатных ситуациях. А если случится форс-мажор, мы подстрахуем.

– Вы поедете с Линой в заповедник? – уточнил Раф.

– Разумеется.

Под шумок я налила себе ещё коньяка. Да что такого особенного в этой Каэтане, если влиятельные магички бросают все ресурсы на расследование её гибели?

– Приглядывайтесь к истеричному муженьку, – вставила Виола. – В тихом омуте черти водятся. Так ведь говорят у вас в России?

– Думаете, он мог выпить кровь у любимой жены? – усмехнулся Раф. – Если только в фигуральном смысле.

– А я верю в вампиров, – серьёзно сказала Лилия. – Тем более в том заповеднике что-то нечисто. Странное место. Ну, Лина сама все увидит. Лина? Ты решила всё вылакать без нас?

Раф быстрым движением разлил коньяк по рюмкам, а мою перевернул.

– Иди домой, отоспись. Завтра трудный день.

– Для молодого неокрепшего организма алкоголь вреден, – поддержала его Лилия. – И позвони отцу. Передавай привет от Лилечки. Он тебе расскажет, как тридцать лет назад мы рубились в покер.

Я молча вышла из-за стола. В покер с моим отцом? С сумасшедшим параноиком, который не выдержал такого счастья, как воспитывать полуэльфийку, единственную в мире?

Накрапывал дождь. Я раскрыла зонтик, который засунула мне в рюкзак Ева. Умеет же эльфийка быть заботливой! Правда, редко. Обычно она подкладывает в рюкзак конфеты.

Мне пять лет. Отец напяливает на меня панамку во дворе и шипит: «Прикрой уши, запятая, а то вчера бабки шушукались. Мне не нужны проблемы!»

Звякнул "Эльфон". Открываю сообщение от Рафа: "Как ты? Закажем вечером пиццу? Никак не могу выпроводить остроухих шалав. Уже в третий раз за сегодня лезут в штаны".

Мне десять лет. Выпрашиваю у отца новую юбку – старая уже не сходится на талии. Но тот пожимает плечами. Все деньги, которые правительство выделило на моё содержание, ушли на постройку бункера.

Еще одно сообщение от орка: "Лина, ты в порядке? Ну не злись. Прости, что накричал. Но ты выжрала весь мой коньяк!"

Мне пятнадцать лет. Отец кричит и выгоняет из дома. В холодильнике пусто, и я украла банку тушёнки из бункера, когда мыла в нем пол. Меня тошнит от голода. Отец трясётся от ярости и говорит, что я закончу в притоне, как остроухая шлюха, которая продаётся за еду.

Позвонить и расспросить о возможной сводной сестрице? Да я бы не смогла, даже если бы и захотела.

Мой отец сошёл с ума и заперся в бункере три года назад. Не знаю, жив ли он вообще. Хотя с голоду помереть не должен – припасов и воды в "подземной темнице" хватит лет на десять.

Я ускорила шаг, стиснув в руках зонт – подарок Рафа. Нет у меня больше отца, а мать я не знала. Моя семья – орк и эльфийка, и больше никого не надо.

Глава 5

Мы сидели в машине, рядом с воротами в заповедник, и Раф раздавал последние ценные указания.

– Не забудьте, что на вас жучки! Да, Ева, голышом не побегаешь. Да, Лина, прослушка ведётся круглосуточно, так что вздумаешь обматерить начальство, знай, я всё слышу.

Я хмыкнула:

– Да у тебя моральных сил не хватит слушать всю чушь, которую несут остроухие.

– Много ты с эльфийками общалась, – закатила глаза Ева.

– Ты стоишь десятерых. Кто опять облился моими духами? Ты похожа на куст с розами.

– Да-а, спасибо, – протянула подопечная, облизывая губы.

Раздался звук клаксона, так что даже Раф вздрогнул. Это приехали Валентин, Виола и Лилия, чтобы подстраховать меня на первых порах. Начальник обещал, что ненадолго, если буду справляться. А я справлюсь.

– Всё, пора, – неожиданно орк притянул меня к себе и чмокнул в щеку.

Что это за телячьи нежности?

– Да всё нормально будет, успокойся.

– Если не будет… Если тебя разоблачат, прячься в своей комнате, скажи, что приболела. Я тебя вытащу, не бойся. Остерегайся Марлы! Она гораздо умнее и хитрее, чем думают магички.

– А меня обнять?! – надула губки Ева, сидевшая на заднем сидении.

Орк нагнулся к ней и тут же стукнулся макушкой об крышу. Ну, не приспособлены наши российские автомобили под орочьи габариты. Морщась от боли, Раф целомудренно поцеловал эльфийку в лоб. Та скорчила рожицу, но комментарии оставила при себе.

– Помните, что вы спецагенты, а не супергерои, – напоследок сказал начальник. – Ваша задача – не поймать убийцу, а навести оперативную группу на его след. И не злоупотребляй магией, полукровка.

Когда вышли из машины, я сразу заметила магичек, одетых в шёлковые платья до пола. И почему им можно нормальные шмотки, а я должна выглядеть, как шалава, в куцей юбчонке? Хорошо, отвоевала право на толстовку. Отмажусь ранением, если кто спросит. Виола и Лилия приветливо помахали нам, а Ева буквально бросилась к ним на шею. Вот предательница!

Лилия похлопала нашу остроухую по пятой точке и спросила:

– Готовы к бою?

– Да пойдёмте уже, – не выдержала я. – Здрасте, Валентин.

– Здравствуйте, Лина. Уж извините за вчерашнее, – тихо сказал слепец. – На секунду я поверил, что вы – моя жена.

– Значит, хорошо отыграла роль. Я не в обиде, не беспокойтесь.

Виола с улыбкой подхватила Валентина под руку и повела за собой, периодически задевая мужчину пышной грудью. Ну просто испанский стыд за этих остроухих! Даже самые умные магички выпрыгивают из трусов при виде любого существа мужского пола, да и женским не брезгуют.

У входа в заповедник стояли две магички и два мага. Они напряглись, когда увидели Виолу и Лилию, но заметив меня, просияли.

– Мы вместе, все хорошо, – заверила я охранников.

Нас пропустили.

За воротами Ева взяла меня за руку и защебетала:

– Смотри, как здесь классно! У нас будут настоящие каникулы!

Я промолчала, но в этом была с ней согласна. Воздух в заповеднике хотелось пожевать и проглотить, насколько он отличался от загазованного в городе. Кругом росли цветы и неизвестные мне деревья, пели птицы. Надо признать, что там, где живут эльфийки, природа расцветает и активно размножается. А вот мне не дано, несмотря на наличие острых ушей. Даже кактус на подоконнике погиб, который как-то спьяну Раф притащил мне в подарок. Жаль, Евы тогда ещё с нами не было. Она бы точно реанимировала несчастное растение.

Через несколько минут мы набрели на довольно большой пруд, где рыбачили три остроухие. Судя по пятикилограммовой щуке в ведре, дела шли неплохо.

– Каэтана! – одна из девушек бросилась мне на шею и впилась поцелуем в губы.

О таком Раф не предупреждал! Обязательно потребую премию размером в пять окладов. Я едва подавила порыв оттолкнуть эльфийку, вместо этого притянула к себе и похлопала по пояснице. Шлепать по заднице? Увольте, за такую-то зарплату пусть другие обжимаются с остроухими.

– Как ты себя чувствуешь? – озабоченно спросила девушка. – Видела вчерашний пост в "Эльфограме", что на тебя напали.

– Да, скорее всего, какой-то сумасшедший расист. Не переживай, милая, у меня все нормально. Только память подводит… Как уж тебя зовут?

– Эльза. Да, тяжело тебе пришлось, если забыла меня! – глаза девушки наполнились слезами.

– Зато как интересно будет узнавать друг друга заново! – вмешалась Ева.

– Это Виола и Лилия, знаменитые магички, – представила я своих "надзирательниц". – А белокурая с розовыми прядями наша новая подопечная Ева. Будьте к ней добры!

– Разумеется, – усмехнулась Эльза и поцеловала мою остроухую с языком, чему та была только рада. – Я так понимаю, ты – одна из первых, вошедших в Берлинский портал, поэтому имя такое?

– Ты права. Пушечное мясо, – пожала плечами Ева. – Маги заставили нас идти первыми.

– Забудь и не думай о плохом, – улыбнулась Эльза. – В заповеднике ты в безопасности. А какие к нам мальчики приезжают, закачаешься! У каждого по двадцать пять сантиметров! А вчера ещё волонтёр появился, красавчик, но с ним ни-ни.

– Нам пора к Марле, – вмешалась я.

– Идите скорее, она на ушах стоит после твоего поста, – сказала другая эльфийка. Поймала карася и продемонстрировала нам. – Смотрите, какой. Вот это красавчик!

– Зельда, не будь занудой, – отмахнулась Эльза. – Тот пост собрал почти миллион лайков, а карась – максимум пятьдесят.

Ева послала воздушный поцелуй девушкам, и мы двинулись по тропинке. Если Раф не ошибся, она приведёт нас к охотничьим домикам. Летом они обычно пустуют. Остроухие хотят жить ближе к природе и в тёплое время года разбивают кемпинг около озера. В домиках живут кураторы и обслуживающий персонал, а ещё приезжающие студенты.

– Ева, думаю, тебе тоже выдадут спальник и палатку, – сообщила Лилия. – Насколько я знаю устройство заповедников.

– Ой, хочу жить с Линой. Мне без неё страшно! – заканючила остроухая.

– Твоя задача – собирать слухи и сплетни, а у Лины под юбкой это делать не получится, – отрезала Лилия.

Пока они пререкались, я решила проверить связь:

– Раф, приём, вызывает Лина. Раф, приём.

– Приём, Лина, – раздалось в ухе.

Наушник – микроскопический, даже глазастые эльфийки не заметят.

– Как связь?

– Слышу тебя хорошо, и писклявый голосок Евы – тоже. Скажи престарелым шалавам, чтобы не обижали нашу девочку.

– Передам, – пообещала я. – Поговорим вечером, до связи.

Как только эльфийки на минуту заткнулись, я погрозила пальцем:

– Хватит трындеть не по делу. Раф же все слышит! Пожалейте бедолагу.

– Ты всё равно будешь жить отдельно от Лины. Это не обсуждается, – вмешалась Виола. – К чему нам лишние подозрения? Каэтана никогда не приближала к себе ни одну эльфийку, кроме Марлы. Это вызовет ненужную ревность и ненависть.

Я не ответила. Из-за деревьев показались охотничьи домики, и у меня замерло сердце. Всегда мечтала жить в таком. Самый большой был в два этажа с башней, в которой и останавливалась Каэтана, когда приезжала в заповедник.

Я закрыла глаза, вспоминая занавески в горошек, круглую комнату с деревянным полом. Горшки с фиалками на полках. Книжный шкаф со старыми томами классики. "Эльфограмщица" уважала Чехова, Булгакова, Бунина. Каэтана часто снимала видео из этой башни, где рассказывала о своей жизни и взглядах на мир.

Хвала "Эльфограму" и тому, что дива фотографировала каждый свой шаг. Мы без проблем нашли комнату куратора Марлы, кабинетом это помещение язык не повернётся назвать: в центре стояла двуспальная кровать с пологом, на полу разбросаны подушки, кальяны и курительные трубки. В центре комнаты валялись три жирных кота: чёрный, белый и рыжий, а на единственном стуле сидел мужчина лет тридцати.

Высокий, широкоплечий, с бритой головой, но при этом располагающий. Мы зашли как раз тогда, когда он что-то говорил, и я заслушалась. Какой тихий и приятный голос! Может, он маг? Только не это!

Судя по горящим глазам Евы, она тоже почувствовала к мужчине необъяснимую симпатию, чего не скажешь о Марле. Это была непривычно тощая магичка без форм, с грязными волосами, убранными в два пучка. Под глазами красовались мешки, у губ появились морщинки – разгульная жизнь даже остроухим не идёт на пользу. Конечно, эльфийки живут очень долго и большую часть существования выглядят, как одиннадцатиклассницы. Но алкоголь, сигареты, бессонные ночи и, главное, "эльфийская пыль" никого не украшают.

Марла, как и Эльза, бросилась мне на шею. Я крепко обняла остроухую, стараясь не дышать. Пепельница на ножках! А ведь Каэтана с ней в десны целовалась на фотографиях.

– Как ты всех напугала, родная! – воскликнула Марла. – Как ты себя чувствуешь? Чёртовы расисты! Они заплатят за каждый волосок, который упал с твоей головы. Поймаю, сделаю кастратами…

– Моя хорошая, не волнуйся, – я чмокнула "пепельницу" в щеку. – Виола и Лилия меня подлечили. Одна беда, я потеряла кратковременную память…

– О, это моя тема. Я помогу восстановить воспоминания, – вмешался мужчина.

– Да неужели?! – Марла даже всплеснула руками. – Тогда повторю, рада видеть тебя в наших рядах! Добро пожаловать! Дорогая, это Кирилл – новый психолог, волонтёр. Ты же знаешь, многие наши подопечные имеют посттравматическое расстройство. Он будет с ними работать, заодно и тебе поможет справиться с проблемами.

Только психолога мне не хватает для полного счастья!

– Но со мной всё нормально. Память восстановится потихоньку. Свежий воздух и любимые друзья творят чудеса!

– Ах да, спасибо, что помогли, уважаемые Виола и Лилия, – сказала Марла, но по тону было понятно, что она не считает магичек уважаемыми и вообще недовольна их приездом. – Пообедаете с нами? Наш повар шикарно готовит рыбу. А затем будем вынуждены попрощаться.

– Мы бы хотели понаблюдать за состоянием Каэтаны, – ответила Лилия. – Уж позвольте остаться на пару дней. Марла, пойми, нападение на правозащитницу – это то, что касается всех нас. Забудь на время о старых обидах.

– Чтобы вы сунули нос не в свое дело? – Марла потеряла остатки вежливости. – Ну уж нет, спасибо за лечение, но Каэтана в надёжных руках.

– В надёжных?! – Лилия закатила глаза. – Да в двадцати метрах от вашего заповедника чуть не убили активистку!

– Мы удвоим охрану, – пообещала Марла. – Я вызову дополнительные резервы из города. Если понадобится, подключим магов.

– Согласен с Марлой, – вдруг вмешался Валентин. – В заповеднике безопасно, главное, не выходить за ворота.

Я вдруг подумала, что Марла старательно игнорировала вдовца. Даже не поздоровалась с ним. Кажется, эльфийка относится к нему с неприязнью.

– А ты как думаешь, Каэ? – спросила Марла. – Справишься?

Я неопределённо пожала плечами. С одной стороны, очень хочется избавиться от магичек. Думаю, они будут путаться под ногами. С другой, Раф мне потом по шее даст за самодеятельность.

Решил дело психолог:

– Каэтана будет в безопасности. Теперь я отвечаю за это.

Вот только телохранителя мне не хватало!

– Твою ж мать! Эльфийская сила! Что за хрень у тебя там происходит? – орал в наушниках Раф. – Ты себе рыцаря нашла? Дон-Кихота?

– Раз так, мы уходим, – с усмешкой сказала Лилия и подмигнула мне. – Обращайтесь, если чё!

Эльфийская сила! Тяжела и неказиста жизнь простого спецагента…

Глава 6

В нашем Отделе Эльфийских Преступлений все, как у людей. Начинаем следствие с опроса свидетелей и поиска улик. Общение с эльфийками, я, конечно же, пока сбагрила на Еву, отделываясь от остроухих обнимашками.

Честно, мне стало завидно. Каэтану встретили с искренней теплотой и заботой. Эльфийки интересовались моим здоровьем и пытались услужить. Рыбачка Зельда даже испекла ягодный пирог и торжественно мне вручила. Хорошо, что я сидела на полу в башне, а то бы упала от удивления. Встретить остроухую, которая умеет готовить, такое же чудо, как увидеть единорога в городской пивнушке. Каэтану в заповеднике называли "наша круглоухая" или "эльфийка с круглыми ушками". Везёт же моей близняшке! У меня и друзей-то нет, кроме коллег. Ева и Раф не считаются. Они – семья.

Я сидела на полу, перебирая вещи Каэтаны. Погибшая – звезда "Эльфограма", девушка облегчённого поведения. Я – спецагент и полуэльфийка, чужая среди своих и своя среди чужих. Но как же я влезла в её личину, как в домашние ношеные джинсы? Как смогла обмануть всех и долго ли продержусь в этой роли? Может быть, у нас с Каэтаной куда больше общего, чем кажется на первый взгляд.

Дверь открылась. На пороге стояла Ева:

– Тук-тук!

– Входи. Как обустроилась?

– Шикарно. Девчонки просто душки, встретили меня сердечно. Но ты видела, что на заборе написано?

– На каком ещё?

– Ты что, не видела забор? Его сложно не заметить! Там у девчонок что-то типа спортзала для тренировок, но не физкультурой там занимаются…

– Короче, Ева!

– Там… как его, режим дня.

– Что?! Как в детском садике

– Да, весь день расписан по часам: зарядка, труд, занятия, прогулки, охота, секс, свободное время. Попросили не нарушать график.

Я была озадачена:

– Первый раз о таком слышу. Я бывала в заповедниках, там обычно анархия. Секс, наркотики и рок-н-ролл.

Эльфийка потянула меня за руку:

– Пошли, пройдемся по заповеднику. У меня в расписании как раз стоит прогулка.

Я захихикала:

– Как ты тут выживешь, бедняга. Ты же сутками зависаешь в "Эльфограме", а тут придётся учиться, трудиться, да ещё зарядку делать.

– Я надеюсь, что мы тут ненадолго, – протянула Ева. – И ты скоро вычислишь убийцу.

– И я, хотя мне тут нравится. Но это опасно. Нельзя забывать, что мы здесь не на каникулах. Ничего, я смогу защититься.

Магический посох всегда при мне – привязан к ауре. Я – не крутой маг, поэтому посох у меня самый простенький, служебный. Не такая я шишка в ОЭП, чтоб снабжали крутым оружием. Но это лучше, чем ничего.

– Боишься, что эльфийки нападут и изнасилуют? – закатила глаза Ева.

– И это тоже, Каэтана, кажется, лобызалась с ними в десны. А так… Если убийца из заповедника, то надо быть настороже. Он явно в шоке, что жертва выжила. Что ж, тем лучше. Будем ловить на живца.

– Странное место этот заповедник, – покачала головой Ева. – Ну, не могут эльфийки жить по графику. По расписанию есть, спать, трахаться. Что за бред?

– Кто живёт по графику? – пробормотала я. – Те, кто преследуют какую-то цель. Но какую? Будем разбираться.

Я взяла остроухую под руку, и мы вышли во двор заповедника.

Мы хотели пройти в лес незаметно, но вскоре я поняла: не получится. Праздношатающиеся эльфийки просто преследовали меня. За полдня я получила больше обнимашек, чем за всю жизнь. Наконец, подошла Марла с сигаретой в зубах.

– Брысь, остроухие! – скомандовала кураторша. – Дайте Каэтане прийти в себя, человечка чуть не убили. Как ты, любимая?

– Хорошо, солнышко, – я выдавила улыбку. – Вот решила прогуляться с новенькой и все показать.

– Может, возьмёте с собой Кирилла? – подмигнула Марла. – Кажется, волонтёр на тебя запал. Да и мне спокойнее будет.

– Всё нормально, моя сладкая, – повторила я.

– Ну, смотри сама, – с сомнением протянула эльфийка. – Ладно, если ты так себя хорошо чувствуешь, встретишь завтра волонтёров?

– Э-э… Хорошо, попробую.

– Ты же любишь сама все организовывать, – удивилась Марла.

– Ты забыла, что я частично потеряла память.

– Ах, да, конечно, любимая, прости.

– А что делать-то надо?

– Следить, чтобы озабоченные эльфийки в течке не порвали волонтёров на фашистские знаки, – хмыкнула Марла.

– С этим справлюсь, можешь на меня рассчитывать.

– Не сомневаюсь, – эльфийка поцеловала меня в щёку, – ты всегда обожала пятницы-развратницы.

Когда мы отошли подальше в лес, Ева тихо спросила:

– Подозреваешь Марлу?

– Скажем так: не списывают со счетов. У неё были все возможности убить подружайку и выпить её кровь.

– А мотивы?

– Тут элементарно, Ватсон. Марла явно влюблена в Каэтану. А наша жертва, мне кажется, всё-таки предпочитает мужиков. И мужа бросать не планировала, хоть и лобызалась с эльфийками почём зря.

– Че за Ватсон? – поинтересовалась Ева. – Чувак из "Эльфограма"?

Я не стала читать остроухой нотации и упрекать в невежестве. Уже привыкла к её провалам в образовании. Лишь терпеливо объяснила:

– Ватсон – это друг Шерлока Холмса, знаменитого сыщика, героя серии романов и рассказов Конан Дойля. Хочешь скину на "Эльфон"? Я этой книгой зачитывалась. Помню, сидела в бункере с ворованными сухарями, которые папаша заныкал на случай ядерной войны. Зажигала свечи и погружалась в приключения и расследования.

– Тяжёлое у тебя было детство, – посочувствовала Ева. – Читать заставляли, бедняжка!

Я закатила глаза. Она безнадежна… Нет смысла спорить, вместо этого я попросила эльфийку:

– Ладно, помолчи пока, буду колдовать.

Когда Ева заткнулась, я уселась на траву в позе лотоса и закрыла глаза. Эльфийки и маги оперируют энергией, которую пропускают через свои посохи. Я тоже, конечно, пользуюсь посохом и кристаллы могу зарядить. Но ещё умею проводить энергию из своего тела и направлять. Правда, получается через раз. Хотя вроде одно магическое действие освоила неплохо. Я могу слышать те разговоры, что происходили в прошлом. Мужские голоса едва различаю, а вот женские разбираю нормально, надо только настроиться и выбрать дату. Каэтану убили вечером двадцать второго июня, значит, возможно, в заповеднике будут зацепки…

Это заклинание я называю "наушники". Хотя "заклинание" тут неверное слово. Хотя "обряд" тоже не подходит. Я тру уши и вставляю в них пальцы, будто наушники, потом настраиваюсь и слушаю разговоры преступников. Конечно, такую улику в суде не предъявить, но как зацепку я использовала много раз.

Ева вела себя тихо, как мышка. Умница, девочка. Мы двинулись вперёд по тропинке и вышли из леса к берегу огромного водохранилища, которое у нас в городе почему-то называют N-ское море. Меня это всегда удивляет и немного бесит. Ну, какое, блин, море? Просто огромная пресная лужа. Впрочем, эльфиек это не волновало. Они весело плескались голышом. Кажется, здесь собралась половина обитательниц заповедника. Я отметила, что все девушки фигуристые, как и положено этой расе. Однозначно, кормят их хорошо. Может быть, провести пятничную встречу с волонтёрами на берегу? Заодно помоются после утех.

Я отбросила навязчивые мысли. Мне сейчас надо искать улики, а не думать о голых девицах. Я поманила Еву за собой, и мы вернулись в лес.

Некоторое время ничего особенного я не слышала. Обычный эльфийский трёп. Наконец, мы вышли на заброшенную тропинку, заросшую папоротником. Я вздохнула: сколько мне ещё ходить? Территория заповедника огромная. Понадобится минимум несколько дней, чтобы все обойти и изучить. А у меня есть выбор? Вдруг я вздрогнула. Где-то за спиной раздался голос звонкий Каэтаны, уж его я отличу из тысячи, как и свой.

– Да не хочу я с ней знакомиться! Меня это вообще не касается. Отвали!

Мужской голос, не могу разобрать слова.

– Не надо, скажи, что я не приду, пожалуйста.

Мужской голос. Да почему я его не слышу толком?

– Ладно, но только в заповеднике. Пусть будет пикник. Приведи её. Но больше меня не донимайте.

Мужской голос. Я чуть не завыла от обиды.

– Кровь, кровь, – усмехнулась Каэтана. – Я про него ничего не знаю. И меня не волнует его судьба…

Она не договорила.

– Каэтана, извините.

Да твою ж мать! Что тут делает этот волонтёр? Подкрался сзади! Ладно, я была в трансе, но как Ева его не услышала? Острые уши – это лучшие локаторы.

– Что вам надо? – без церемоний спросила я.

Вот ведь придурок, всё испортил. На сегодня точно сеанс окончен.

– Я же обещал куратору приглядывать за вами.

– Со мной же Ева, не видите! – рявкнула я. – Почему вы подкрадываетесь? Чуть до инфаркта меня не довели.

– Извините, не хотел напугать. Я – охотник, привык ходить по лесу бесшумно.

– Ладно, спасибо за заботу, но со мной всё нормально.

– Нет, не нормально, – Кирилл взял меня за руку. – Каэтана, очень плохо выглядите. Я издалека заметил вашу отрешенность, как будто вы находитесь не в нашем мире.

Ну, конечно, я в трансе была, поэтому и ходила с кислой рожей.

– Спасибо, вы очень внимательны, – процедила я.

– У вас посттравматическое расстройство, – долбаный психолог не отпускал мою руку. – Приходите ко мне на сеанс, скажем, сегодня после ужина? В восемь?

– А можно мне на сеанс? – вклинилась Ева. – У меня тоже посттравматическое расстройство.

– Конечно, но сначала я побеседую с Каэтаной, – кивнул волонтёр.

Вот ведь прилипчивый! Может, переспать с ним, чтобы отвязался? Кажется, это вполне в духе Каэтаны.

– Ладно, я приду.

– Вот и отлично, – улыбнулся психолог. – Больше не буду мешать вашей прогулке. Увидимся на ужине!

Ладно, хоть меня и прервали, кое-что узнала. Надеюсь, завтра смогу дослушать разговор Каэтаны с неизвестным мужчиной. А ведь жертва не сюсюкающая овца из "Эльфограма", в её голосе звучали стальные нотки. Кто ты такая, Каэтана Исида? С кем должна была встретиться погибшая?

Так, мне нужен совет начальника.

– Приём, Раф, вызывает Лина. Приём, Раф…

– Приём, Лина. Как связь?

– Ты весь день сидишь на прослушке?

– Ага, наслаждаюсь твоими чмоками с остроухими. Рад за тебя! Может, воспользуешься ситуацией и наладишь, наконец, личную жизнь?

– Пошёл ты! Меня не возбуждают остроухие!

– А психологи?

– Раф, отвали, я вообще-то на работе.

– Раз на работе, то слушаю твой отчёт, – начальник тут же сменил тон. – Надеюсь, ты не только прохлаждаешься и нежничаешь с эльфийками.

– Я разговаривала с куратором Марлой.

– И мастерски выпроводила магичек, – хмыкнул Раф. – Это я знаю, расскажи, как прошёл осмотр заповедника.

Я вкратце отчиталась, что слышала разговоры из прошлого.

– Неплохо для первого дня, – сказал начальник. – Продолжай в том же духе. И Ева пусть не ленится и собирает сведения. Всё, что угодно: сплетни, слухи, обмолвки. Думаю, остроухие захотят посвятить новенькую в местные порядки.

– Всё по плану? – подытожила я.

– Всё по плану, – подтвердил Раф. – И не забудь предупредить, если снимаешь с себя жучки. Не должно быть серых зон.

– Окей, будем работать.

– Привет Евочке, уже скучаю по вам, девочки, – вздохнул орк.

– Лина, нам пора на ужин, – потянула меня за рукав эльфийка. – Здесь не принято опаздывать.

– Да, да, идём, – я ускорила шаг.

И всё же мы явились в столовую последними, когда эльфийки уже вовсю глотали сырое мясо и живую рыбу из вёдер. Некоторые пили яйца, запивая их вином. Б-р-р, меня чуть не вывернуло. Я вдруг вспомнила, что видела здесь курятник и целый выводок гуляющих гусей.

К счастью, за отдельным столом сидели волонтёры и маги. Ели они вполне человеческую еду: обжигающую молодую картошку из чугунка, куски свинины и даже покупные рулеты.

Я присела рядом с Кириллом, а Ева тихонько проскользнула за соседний стол. На неё не обратили никакого внимания, зато мне замахали и заулыбались.

Вдруг Зельда встала из-за стола с блюдом в руках и подошла ко мне. Я уж надеялась на вкусняшку типа ягодного пирога, но эльфийка подала мне окуня. Живого.

– Милая, большое спасибо, – сказала я как можно мягче. – Ты забыла, я – человек, и не могу есть сырое мясо или рыбу.

– Что?! – воскликнула Зельда и выронила блюдо.

Хорошо, что оно было серебряным, не разбилось. И откуда у эльфиек такая дорогая посуда? Да и зачем им вообще посуда?

– Что?! Ты же просто обожаешь сырое мясо и рыбу, Каэтана! – завизжала Зельда. – Я же каждый день угощала тебя. Мы ещё смеялись, что ты круглоухая эльфийка.

Так. Это катастрофа. Спецагента под прикрытием раскрыли в первый же день!

Глава 7

– Что с тобой творится, Каэтана?! – воскликнула Зельда.

– Посттравматическое расстройство! – отчеканил Кирилл.

В зале повисла тишина. Я закрыла лицо руками и захныкала:

– За что ты так на меня набросилась? Разве я виновата, что сама себя не узнаю? Я не сплю уже двое суток.

– Действительно, Каэтана пережила тяжелое потрясение, – вмешался психолог. – Она может вести себя странно и даже заговариваться. В моей практике была женщина, которая после изнасилования возненавидела собственного сына. Ей казалось, что он пахнет кровью.

– Что ты пристала к моей жене?! – вдруг завизжал Валентин. – Она и раньше не всегда набрасывалась на сырое мясо. Только… хм… в определенные дни цикла. А сейчас ты пристаешь. Расстраиваешь ее своей болтовней.

– Извините, я не хотела никого расстроить, – тихо сказала Зельда.

О, муженёк здесь. А я его и не замечала. Валентин немного потусил со мной, а потом уехал на съемки для своего блога.

Я продолжала хныкать. Эльфийка неловко перетаптывалась с ноги на ногу. Конец сцене положила Марла. Она вытащила изо рта сигарету, сунула Зельде и шлепнула ту по заднице.

– Сходи за веником и убери тут. А ты не плачь, подружаня. Всё будет хорошо. Кирюха тебя подлечит. Будешь, как новенькая.

Я бросилась Марле на шею. Надеюсь, Каэтана бы поступила также.

– Твою ж мать! – я услышала в ухе голос Рафа. – Тебя чуть не раскрыли. Кто ж знал, что эта извращенка жрёт сырое мясо. Необычное хобби.

Я теснее прижалась к Марле и шепнула:

– Ничего, скоро войду в колею. Завтра развеюсь со студентами. Будет весело, обещаю.

– Узнаю прежнюю Каэ! – Марла заглянула мне в глаза. – Обещаю, что мы отлично повеселимся.

Я вернулась за стол, но теперь кусок не лез в горло. Вяло поковыряв свинину, откинулась на спинку стула.

– Не нравится? – спросил один из волонтёров. Кажется, его звали Игорь. – Ну, ты-то готовишь вкуснее. Обожаю твой мясной пирог, Каэ.

– Да нет, всё вкусно.

Так, придётся лезть в интернет искать рецепт. Да нет же, Каэтана выкладывала его в "Эльфограме", но, естественно, я не стала читать.

– Ты, наверное, слишком слаба для стряпни, – продолжал Игорь. – Пока кухня на мне, но жду твоего активного участия. Ох, Каэ, мы с тобой единственные коки на этом корабле.

– Меня подташнивает от запахов. Последствия травмы головы, – я решила раз и навсегда закрыть тему со стряпней.

Готовить умею, от орка и эльфийки не дождёшься горячего питания. Но вот изощряться в кулинарии и готовить фирменные блюда Каэтаны не собираюсь. Слишком велик шанс попасть впросак.

– Ох, совсем забыл, мне же надо в аптеку съездить, – Кирилл хлопнул себя по лбу. – Марла попросила купить кое-какие лекарства эльфийкам.

Лекарства эльфийкам? Да они здоровые, как лошади. Даже насморком не страдают.

– Придётся перенести сеанс терапии на завтра, – вздохнул Кирилл.

Блин, большое искушение отвязаться от него. Но надо узнать, что за препараты понадобились Марле.

– Но мне так нужна поддержка, – заканючила я.

– Да? – удивился волонтёр. – Ты же вроде не горела желанием меня лишний раз видеть. И вообще считала слишком назойливым.

– У меня сейчас вообще-то паническая атака случилась! – возмутилась я. – Кажется, переоценила свои силы. Мне действительно нужна психологическая помощь. Давай поговорим в машине по дороге в аптеку.

– Это против правил, – отрезал Кирилл. – Приходи вечером в мой кабинет после десяти.

– И что о нас подумают? У меня вообще-то здесь муж, – напомнила я. – Думаю, ему не понравится, если поздно вечером жена уйдет к другому мужику.

– Ладно, тогда выезжаем через полчаса, – сдался волонтёр.

Я кивнула и ушла в свою комнату. Надо было переодеться. Мы едем в маленький городок, где меня изнасилуют, едва выйду из машины в таком виде. Я выбрала из шмоток Каэтаны вещи поприличнее, если их так можно назвать. Чёрные джинсы, рваные на коленях, такого же цвета майку и сапоги на огромной платформе. Это лучше юбки, которая больше похожа на пояс, и микроскопического топика, захватанного эльфийскими лапками.

Не думаю, что психолог сможет защитить меня от гопоты. Качки обычно не умеют драться. Хоть этот и двигается так, как будто служит в армии. В профессиональной, контрактной. Да нет, такого быть не может. Если наш психолог и проходил воинскую службу, то только в срочной армии. А она сейчас больше напоминает детский садик с утренниками и тихим часом.

Конечно, я и сама могу себя защитить. И дело не только в подготовке спецагента, но и в эльфийской крови. Часто остроухие даже сильнее среднестатистического мужчины. Вопрос в том, что светить боевые навыки мне точно нельзя. Эльфограмщица единоборствами не владела, максимум стилем "укушу".

– Раф, приём, вызывает Лина.

– Лина, приём, я на связи.

– О чем говорить с психологом?

– Ну, обычно на сеансах трындят о детских травмах, – чуть помедлив, ответил начальник. – Каэтана у нас из полной семьи. Родители живы, имеется младший брат. Пока проверяется информация, приёмная она или нет. Родственники у нашей дивы не такие уж гламурные. Их она почти не светила в соцсетях. Недавно её братец женился на женщине с шестью детьми. Каэтана была в шоке. Можешь муссировать, сколько хочешь, эту благодатную тему.

– И ещё вопрос. Я подозреваю, что психолог из наших. У меня глаз намётан на таких мужиков.

– Лина, не лезь в это! – рявкнул орк. – У тебя есть свое задание. У нас в ведомстве никаких Кириллов не числится, но, возможно, это спец из филиала. Продолжай отыгрывать свою роль и ныть о тяжёлом детстве и сучке, которая заманила твоего брата в сети. Даже если он на работе, не пытайся шантажировать своими догадками и домыслами.

Послушай начальника и сделай наоборот.

– Спасибо, до связи.

– До связи, Лина.

Когда садились в машину, я в очередной раз подумала, что психолог ой как не прост. Может, он мой коллега из ОЭП? Да нет, всех наших я знаю. Да и не стало бы ведомство засылать двух агентов одновременно. Хотя есть только один способ проверить и вывести его на чистую воду. Если он действительно из наших, это можно использовать в своих интересах.

Всю дорогу я болтала о любимых предметах в школе, раскрасках с эльфийками и сумасшедшем братце.

– Он женился на женщине с шестью детьми! – повторяла я на все лады. – Да как он посмел! Я ведь предлагала трех эльфиек на выбор: сочных, как персики. А братец влюбился в человека. Не будет у меня племяшек-эльфят.

Кирилл терпеливо слушал эту ахинею. Лишь однажды его прорвало:

– Какие нахрен эльфята? ДНК человека и эльфа несовместимы, это программа пятого класса по биологии. Ой, прости, Каэтана, я позволил себе некорректную оценку. Пожалуйста, продолжай.

Я ненадолго замолчала. Кажется, переиграла. Каэтана уж точно не была малограмотной тупицей.

К счастью, через несколько минут мы подъехали к аптеке.

– Посиди, пожалуйста, в машине, я тебе за это куплю гематоген.

– А что там за лекарства? Кто-то из эльфиек болен? – невинно спросила я.

Кирилл на секунду замялся.

– У Марлы ужасный почерк. Только фармацевт и разберёт. Они уже натренировались на врачах. Посиди, я быстро.

– В машине душно, – заканючила я, но психолог уже отошёл.

Вот ведь паразит, не хочет делиться информацией.

Я стянула майку, оставшись в одном бюстгальтере, и улеглась на капот, призывно раздвинув ноги в джинсах. Поступок вполне в духе Каэтаны. Металл раскалился на солнце, да и от движка изнутри тоже, так, что я взвизгнула, обжегшись. И как эти дивы лежат на капотах? Я – не эльфограмщица, не пойму.

И нет, помощь мне не нужна. Сама разберусь, кто убил правозащитницу. Просто хочу избавиться от навязчивой заботы псевдопсихолога. Задолбал уже.

А вот и симпатичные гопники! Просто в лучших традициях: позолоченные цепи толщиной в палец, спортивные штаны и лакированные ботинки с узкими носами. Мне сегодня повезло. Я перевернулась на живот, демонстрируя задницу. Ну, идите же ко мне, миленькие! А то сейчас припрётся бравый психолог.

Гопники не подвели. Быстрым шагом они подошли ко мне. Самый старый, в тельняшке, хлопнул меня ниже спины.

– Привет, крошка!

Чувствую себя, как в плохом сериале про ментов. И что дальше?

– Отвали, придурок, я загораю.

– Насосала на крутую тачку?

Насчет тачки он прав. Не слишком разбираюсь в марках, но эта явно выглядит слишком дорогой, даже для психолога с большой зарплатой.

– Что-то ты не вежлива.

Меня грубо развернули, сдернув с капота. Отличная позиция, удобно будет бить с ноги, если Кирилл таки окажется обычным психологом.

– Рот открой! – скомандовал тип в тельняшке.

– Миленькие, какой формы у меня уши? – спросила я сладким голосом.

– Э-э-э, круглые.

Я высунула язык. Подмигнула. Обернулась на аптеку. Да куда же запропастился этот Кирилл? Он решил скупить весь ассортимент?

– А язык?

– Обычный, человеческий!

В этот момент из здания, наконец, вышел Кирилл. Пора!

– Так с какого хрена вы, тупоголовые ублюдки, перепутали меня с эльфийской шлюхой?!

Один из гопников грубо дернул меня за плечи. Я бухнулась на колени, по своей инициативе. Кирилл стоял и хлопал глазами.

– Помогите!!!

Тип в тельняшке ухватил мои волосы и намотал на кулак. Кажется, я ошиблась. Кирилл – обычный психолог со спортивным телосложением. Чуйка меня подвела. Придётся махаться самой.

– Ребята, отпустите девушку, – вдруг сказал Кирилл и подошёл чуть ближе.

– Чё?! Да пошёл ты нахрен, красавчик, – рявкнул тип в тельняшке. – Твоя баба сейчас поработает ротиком.

Волонтёр вздохнул, затем достал кошелёк и протянул две красные бумажки гопникам.

– Отпустите девушку, что вам, эльфиек не хватает?

– Чё ты сказал?! – захлебнулся слюной гопник. – Этих нелюдей трахать? Ты с дуба рухнул, пацан?

– Он нас оскорбил, в натуре, – промычал тип в тельняшке. – Думает, нам нормальные бабы не дают. Сам и трахай этих остроухих чмошниц.

Психолог развёл руками:

– Ребят, ну хватит… Мы сейчас уедем.

В этот момент гопник в тельняшке ударил его кулаком в нос. Ну, как ударил, скорее замахнулся. Кирилл присел и с вертушки ударил гопника в живот. Тот улетел на обочину, будто кегля. Следующим ударом в кадык ниндзя-психолог выбил второго гопника, а третий бросился наутек, забыв про товарищей.

– Идем в машину, – бросил мне Кирилл.

Я уселась на переднее сидение и спросила:

– Так что за лекарства?

– Каэтана, что ты творишь! – прошипел волонтёр. – Это уже ни в какие рамки. Неужели не знаешь, какая здесь криминальная обстановка?

– Слушай, я, может, и дамочка из "Эльфограма", но вас, легавых, за километр чую. У меня дядя – мент. Ты из Отдела Эльфийских Преступлений или другое ведомство?

– Что ты несешь?! – рявкнул Кирилл.

– "Что несёшь?", "Что творишь?" – передразнила я. – Психолог из тебя, как из меня розовый слон. И не надо мне заливать про то, что в школе занимался каратэ. Говорю же, я таких, как ты, легко вычисляю.

– Каэ, ты больна. Ну, хватит уже, поехали в заповедник.

– ОЭП вообще в курсе, что ты здесь? И вообще на законных ли ты здесь основаниях, уважаемый психолог? Или фрилансом занимаешься в свободное время? Работаешь на частных лиц.

– Могла бы и поблагодарить. Я ведь тебя дважды спас, – тихо сказал Кирилл.

– Спасибо большое. Но думаю, мне надо доложить Марле. Нельзя такую инфу скрывать от подруги.

– Я не из ОЭП, я из КГБ, – вдруг хриплым голосом ответил Кирилл. – И если хочешь доложить Марле – пожалуйста. Только потом попробуй объяснить, почему у её подруги вдруг выросли острые уши.

– Что?!

– У тебя качественная иллюзия, девочка, но мой амулет её глушит на раз-два. У тебя острые уши, но язык человеческий. Кто ты такая, ответь. Ты – кто угодно, но не Каэтана Исида. Думаю, Каэтана мертва.

Глава 8

Я отвернулась от Кирилла и уставилась в окно, пытаясь скрыть бурю чувств. Он с самого начала знал, что я – не Каэтана. И не выдал. Да ещё и помог, когда меня чуть не разоблачили за ужином.

– Меня Лина зовут, – я постаралась добавить в улыбку теплоты. – Спасибо, что заболтал эльфиек на ужине. И за то, что заступился тоже.

– Да уж не за что, – закатил глаза волонтёр. – Кстати, уж не ты ли убила Каэтану, чтобы занять её место?

Я покачала головой:

– Всё проще. Я – спецагент и работаю в Отделе Эльфийских Преступлений. Внедрили меня в заповедник, потому что очень на неё похожа. Другому агенту пришлось бы делать еще более серьёзную маскировку, а у ОЭПа нет таких возможностей…

– Знаю, знаю про ваш нищебродский отдел, – усмехнулся Кирилл. – Тебя даже посохом нормальным не снабдили, да? Я чувствую!

– Мне больше нравилось, когда ты разыгрывал из себя доброжелательного психолога, – кисло сказала я. – Ты ещё и маг для полного счастья?

– Именно, но довольно слабый, – усмехнулся кгбшник. – И психолог тоже, это правда. Только военный, работаю с пациентами из силовых структур.

Кирилл завёл машину и откинулся на спинку кресла. Я вдруг сообразила, что так и сижу перед ним в одном бюстгальтере, и торопливо натянула топик.

– Сейчас отвезу тебя в заповедник, коллега, – насмешливо сказал Кирилл.

– Я не собираюсь рассказывать про тебя Марле.

– Уже понял.

– Может, расследуем это дело вместе? – предложила я. – Готова поделиться информацией.

– Какое дело? Убийство Каэтаны Исиды? Но я здесь совершенно по другому поводу.

– Заповедник на карандаше у КГБ? – уточнила я.

– Именно, – кивнул Кирилл. – Я здесь под личиной волонтёра, чтобы выяснить, чем они занимаются на самом деле.

– Возможно, Каэтана напрямую связана с тёмными делишками эльфиек. Поэтому мы должны сотрудничать.

Кгбшник косо взглянул на меня:

– Ты стала гораздо любезнее и сговорчивей. Признайся, что позарилась на моё оборудование. Твоя нищебродская контора даже не выделила тебе нормальный посох. Тьфу…

– И это тоже, – призналась я. – Но и я кое-что узнала по поводу смерти. Возможно, полезное для тебя. Я – полуэльфийка, у меня есть особые способности. Например, могу слышать голоса людей из прошлого. Вот и сегодня, когда осматривала заповедник, услышала разговор Каэтаны и какого-то мужчины.

– Может быть, ты и будешь мне полезна, – протянул Кирилл.

Я взбесилась:

– Да пошёл ты, высокомерный идиот! Думаешь, твоя сраная контора чем-то круче моей? Да чума на эти оба дома!

– Лина, не психуй! – раздался в ухе голос Рафа. – Ты на работе!

– А ты гораздо больше похожа на эльфиек, чем тебе кажется, – усмехнулся кгбшник. – Очень эмоциональная. Наверное, и в постели ничего.

– Уж этого ты не узнаешь!

– Ладно, Лина, я просто тебе мщу за гопников.

– У меня не было другой возможности тебя расколоть, уж прости. Ты намертво вжился в роль добренького психолога.

– Понимаю. На самом деле я не против сотрудничества, и устав наших ведомств это позволяет. Попробуем. Нам же не детей вместе крестить. Не понравится, не притремся друг к другу – значит, каждый будет заниматься своим расследованием. И я готов прямо сейчас доказать свою лояльность. Ты спрашивала, какие лекарства попросила купить Марла. Сейчас перечислю несколько: Феррумтаб, Сорбифер Дурулез, Ферранум, гематоген. Кстати, хочешь плитку?

– Все эти препараты нужны для повышения уровня гемоглобина в крови, – заключила я. – Для лечения железодефицитной анемии. Но какая анемия у эльфиек, которые три раза в день жрут сырое мясо?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.