Олег Глинозём
Из праха искры

Устойчивость в Вере подобна стеблю растения, а достижения в Ней – цветению.

Олег Глинозём

Рассказы

*

Испытание

В городе-миллионнике есть один дом. Три этажа с мансардой, стены белые. Затерян он среди красных коробок, а напротив подъезда стоит брошенный серебристый внедорожник. Офисное здание переделали под общежитие с автономными комнатами, коммунальный платёж небольшой, что привлекало небогатых людей. Однако это было и ловушкой…

Начало октября. Ночь. В комнате 26 рыжеволосая девушка воткнула себе в горло вилку, после чего раздался звонок по домашнему телефону. На стене висела буддийская свастика. Позвонил сосед из 25 комнаты. Он почувствовал неладное, но опоздал… Кошмар. Оба проснулись, девушка прибрала причёску, а парень полез в холодильник.

Состоялся мысленный разговор:

– Опять это видение, в последние годы оно болезненно участилось.

– Не переживай, Лиса, может быть, это ничего не значит, мы ещё живы.

– Ты так всегда говоришь, Волк. Хватит есть, за последнюю неделю ты поднял ещё 5 килограмм, ты конечно парень рослый, но весишь уже более 120-ти. Мне надоела твоя отдышка. Давай кого-нибудь подушим или войдем в чужие сны.

– Хорошо…

Остаток ночи одни жильцы просыпались от удушья, а другие в поту от внушённых ужасов.

Утром в студии на мансарде собрались трое. Вокруг минимализм: кровать, шкаф с разбитым зеркалом, четыре стула, кухонный столик. Хозяин без правого уха и гости в спортивной одежде распивали чай с пряниками.

– Как успехи? – спросил крепкий заросший мужчина в красном шарфе и пижаме в горошек.

– Печально… Снова старый кошмар, не знаю что делать. – Ответила рыжая девушка с чёрными глазами.

– Хуже того, этой ночью мы ничего не выручили. Внушения не сработали, никто после пробуждения не отдал нам ни копейки. – Добавил полный черноволосый парень с заострёнными ушами.

Лиса и Волк были любовниками, но жили как соседи из-за малого метража. Они копили на хорошую квартиру в городе, но покупка была ещё очень далека. Для этого они, с помощью магии, заставляли жильцов выносить ночью наличные деньги в коридор. Жильцы клали деньги на пол и уходили по комнатам досыпать. Но эта операция не всегда срабатывала, но была безопасна, поскольку в случае неудачи, жертвы ничего не помнили. Жильцы и квартиранты старались съехать после нескольких месяцев кошмаров и странной потери денег.

– Лиса, будь спокойна, мы тебя защитим. Хочу похвастаться. Ночью я пожирал энергию уже пятерых, а одного заставил выпить два литра воды, в приступе лунатизма. Я ему показал во сне, что он тонет в колодце. – Причмокнул Безухий.

Они ещё поговорили о старшей сестре Безухова, которая помогала ему деньгами и ничего не знала о темных делах. Обсудили удорожание недвижимости и разошлись. Никто из колдунов не работал.

На следующий день в комнату 27 заехал новый квартирант. Он поставил ноутбук. Старые холодильник и стиральная машина оказались рабочими, электроплиту поменял. Одна сумка вещей. На стену, напротив дивана, повесил картину с рыкающим львом на рассвете. Мужчина средних лет, лысый с зелёными глазами, высокий, стройный, восточный стиль в одежде. Позже он окурил комнату: шкаф, технику, диван, столик. Вечером поздоровался с рыжеволосой соседкой, но та ему ничего не ответила.

Неделю квартирант просыпался от удушья и кошмаров. Ему снились крысы и насекомые, которые заполняли его комнату. Но в отличие от других, он не боялся.

После этого днём пошёл сильный дождь. Снова трое в студии на мансарде. С озадаченными лицами они принимали укрепляющий отвар.

– Я всё узнала про нового соседа. Это буддист. Но он слабый, медитации ему мало что дают, пожалуй, немного успокаивают. У него привязка к земному, он жаден. Зарабатывает трейдингом, хочет разбогатеть, купить дом, завести собак и кошек. Однако доход нестабилен, вряд ли цель будет достигнута. – Улыбнулась Лиса.

– Хорошо. Я проверял на страхи, остался один – потеря имущества, бумажных активов. На внушения о наличных деньгах он не поддался. – Протянул Волк.

– Я вас понял. Значит нужно давить на жадность. Со своей стороны я пытался пожрать его энергию. Туго идёт. Быстро восстанавливается. – Нахмурился Безухий.

После этого они составили план и дожидались удобного времени.

Днём позже, когда буддист изучал графики и цены акций, появился отдалённый шум. Горло трейдера напряглось, и он услышал слово «привет». Сладкий женский голос. Подумав, что это у соседей, он открыл закладку с Роснефтью. Через пять минут слово повторилось. Колючий мужской голос. Снова трейдер сменил закладку и прочитал комментарии.

– Почему ты не отвечаешь? – спросил хриплый мужской голос.

Буддист откинулся от столика на спинку дивана и прислушался.

– Мы духи. Мы у тебя в голове. Поговори с нами. – Тот же голос.

Буддист отпил воды из стакана и мысленно сказал:

– Не может быть. Реализация ума или самообман?

– Ни то, ни другое. Нас Будда послал помогать тебе. В курсе, что хочешь финансовой независимости и свой дом. Но ты действуешь неверно. – Вкрадчиво сказал женский голос.

– Хм. Я удивлён. Вы, действительно, духи? И как вы мне поможете? – буддист коснулся испарины на лбу.

– Есть один способ. Тебе нужно ночью выйти в коридор и положить наличные под свой коврик. Так мы задобрим бога богатства Дзамбалу. Утром заберёшь в пять раз больше. Чтобы ты не волновался, в первый раз положи тысячу рублей. Невелика потеря, если это неправда. – Прошептал колючий голос.

– Соглашайся… – Послышался хрип.

– Заманчиво… И это будет физическим следом, что я не сошёл с ума.

Буддист сделал, как ему посоветовали, и утром получил обещанную прибыль.

Вечером, когда он ужинал гречневой кашей с фасолью и зеленью, снова состоялся контакт. Ему намекнули, что все прошло гладко и теперь можно увеличить сумму. Предложили положить 100000 рублей. До ночи буддист думал и всё-таки отказался, помолившись перед сном.

Несколько раз он просыпался от жжения и боли в горле, а когда крепко заснул, увидел странные вещи. Вечерняя заря. Каньон с почти пересохшей рекой, которая уходила за горизонт. На краю обрыва стоял буддист и следил за потоком воды. И тут полетели камни, два пришлись в спину, а один в затылок. Буддист сморщился, пошатнулся, но не упал. Развернувшись, он увидел трёх детей-демонов с острыми зубами и мутными глазами. Он спросил: "Зачем вы это делаете?" Самый рослый ответил: "Это предупреждение, делай, что говорят. Не гневи ни духов, ни богов, они знают как тебе будет лучше…" Хорошенько пропотев, буддист проснулся ещё до рассвета, встал и помолился.

В пасмурный полдень он сидел в осеннем пальто на лавочке в парке, в окружении опавшей ржавчины. Появилось напряжение в горле, и зашелестела листва, при отсутствии ветра.

– Ну, здравствуй, Ратибор! Отдыхаешь, хорошо выспался? – обратился колючий голос.

– Язвишь? Я догодался, что это вы вошли в мой сон. Больше с вами дел не имею. – Мысленно ответил буддист.

– Очень жаль… Тогда ты больше не жилец, а деньги твои и так наши будут. – Стихал колючий голос.

– Неделя у буддиста выдалась очень тяжёлой. Его аура получила множество атак. Враги поджигали лучами область груди, затем цеплялись за выпуклый силуэт сердца астральными руками и давили. Ещё били в область груди, по глазам и в печень астральными копьями и стрелами. Хотели, чтобы и самовнушением буддист себя добивал, нагоняли на него стах смерти, но он всё выдержал. Но кроме этого воровали энергию лярвами и заставляли его больше внутренне болтать, цепляясь за его мысли и таща их. Мешали просто дышать и восстанавливаться, пробивая его разум мыслями. Не давали ночью подолгу уснуть, даже с облепиховым снотворным, а потом, когда он засыпал под утро, насылали кошмары и требовали денег. Буддист устал от такого режима и решил привести в норму биоритмы. Кроме того ему пришла идея о разрыве связи с духами при увеличении расстояния от очага. Он обратился к друзьям на другом конце города и переехал.

Двухкомнатная квартира. Буддист получил ее в полное распоряжение, но не надолго, пока не вернётся владелец. В первую же ночь он принял снотворное в таблетках и быстро уснул. Правда, пробудился задолго до утра. Снова атаки врагов. В следующие ночи он обходился без таблеток. Спал на диване, складывая его, чтобы медитировать. На электрическом камине стоял телевизор. Буддист выходил в интернет через него и слушал инструментальную музыку.

Однажды вечером, буддист, ни о чем не думая, вошёл в квартиру и сел напротив камина. Смотрел на исчезающие огоньки. Машинально закрыл глаза, но не уснул. Тепло разлилось по телу, и он ощутил присутствие света. Ясно увидел врагов. Это не духи, а колдуны. Увидел их внешность, услышал замыслы, понял мотивацию. Вспомнил, что в том доме осталась картина со львом, доставшаяся от дедушки, а он был военным и никогда не сдавался. Открыв глаза и улыбнувшись, он собрал вещи и вернулся в странное место. Эффект расстояния не сработал, но биоритмы немного восстановились, оказалось, что колдунам тоже хотелось спать.

… Солнечно, городская улица, редкие прохожие. Ратибор в мундире своего дедушки, советского летчика-испытателя, медленно шел по дороге между тротуарами, поднимаясь на пригорок, и оставив позади справа мясной магазин. Когда он подошёл к перекрёстку, из-за правого угла показался Волк в спортивном костюме и автоматом в руках. Рожок быстро опустел. Буддиста отбросило и он лежал, а Волк посмотрел на жертву и пошёл к мясному магазину. Прохожие разбежались. Вместо пуль в Ратиборе чернели саморезы разной величины. В глазах побелело, а потом свет угас. Так лежал он бездыханно пару мгновений, пока не послышался голос: "вставай". Это голос из прошлого, голос его дедушки. Буддист осознал, что спит. Открыл глаза, сел и осмотрел себя. Достал из дёсен и щёк снаряды, остальные сами вылезли и осыпались. Раны заросли. Он поднялся, посмотрел в сторону врага, взял правой рукой из пространства двустволку дедушки и нацелил ее на ноги Волка. Первый выстрел смазал. Волк подпрыгнул от неожиданности, и только он повернулся, чтобы оглядеться, как второй выстрел повалил его. Дробь задела обе ноги. Буддист отпустил ружье обратно и пошёл к цели. Между ним и Волком в деревенском сарафане появилась полупрозрачная Лиса, с копьём в левой руке. Она усмехнулась и бросила снаряд. Копьё угодило в грудь буддиста, сбив того с ног. Без увечий, но с болью воин поднялся. Он улыбнулся, и молния с ясного неба поразила Лису. Та разлетелась на сотни огоньков. Буддист снова направился к Волку. Из мясного вышел Безухий в кровавом фартуке и загородил собой раненного. Сжал левый кулак и Ратибор рухнул лбом на дорогу. Сжал ещё сильнее и стал вдавливать его голову в асфальт. Стерпев боль, буддист представил как под Безухим появляется дыра, и тот падает в поток лавы. Так и получилось. С третьей попытки он добрался до цели. Волк плакал. Буддист безмятежно сказал: "Убирайтесь. Убирайтесь подальше от людей, если хотите жить". Все проснулись…

Пару дней было тихо, буддист следил за колдунами, а те за ним и не трогали других жильцов. В одну ночь враги сказали, что скоро съедут, но буддист не поверил. Помолился и как только они заснули, он почувствовал, что время пришло войти в сон Лисы и у него получилось… Комната на 12 квадратных метров. В люстре горела последняя лампочка – черная свеча. У окна в халате рыжая девушка с затуманенным лицом. На голове две косички, похожие на уши лесного зверька. Левой рукой держала вилку, а правой держала левую. Сопротивлялась. Пришёл через стену буддист в одежде монаха и выбил вилку на пол ребром правой ладони. Затем схватил обеими руками Лису за лицо и впитал глазами ее туман. Она прояснела и с тревогой посмотрела на гостя. Он твердо сказал: "Живи… Живи Лиса, но не здесь, забирай Волка и уезжай в самую глухую деревню. Безухий тебя почти убил, он долго готовил твою психику к этому. Потом он хотел убить Волка и забрать скопленные деньги. Зря вы согласились снимать его комнаты и оплачивать их с воровской прибыли. Теперь в этой жизни не сможете купить квартиру". Образ буддиста улетучился искрами, а Лиса пробудилась. Она, действительно, стояла у окна в халате, а на полу лежала вилка. Постучался Волк, обнял ведьму и погладил ее по голове. Они всё поняли, за несколько часов собрали вещи и уехали на такси…

Трое суток буддист и Безухий не спали, колдун по ночам ослаблял противника воровством энергии, а буддист возвращал ее и оглушал ударом по уху. Наконец, когда стемнело, Безухий сказал: "Это мой дом. Последний бой на моих условиях, я усну и все приготовлю. Заходи". Буддист согласился… Большой двор, слева цвели вишни, а справа стояла пагода с молитвенным барабаном. Навстречу Ратибору выбежали две немецкие овчарки, они встечали хозяина. Он, в белой рубашке и классических чёрных штанах, аккуратно приласкал их, повалял по скошенному зелёному газону и направился внутрь кирпичного двухэтажного дома. Осмотрел позолоченную мебель и прошел на кухню. На длинном столе дымились разные кушанья, маня расписной посудой. Буддист сел во главе стола и забылся, всё так, как он хотел. Очнулся он тогда, когда услышал шорох за спиной и, почувствовав опасность, машинально вскочил со стула. Преступник в чёрной маске натолкнулся на стул и воткнул нож глубоко в стол. Буддист схватил белую сахарницу и стал ею бить врага, попадал по плечам и голове, но тот не падал, а только отходил назад. Немного устав, буддист разглядел неподвижные глаза врага и понял, что это мыслеформа, а её можно нейтрализовать только более сильной мыслью. Он вошёл в состояние осознанности и произнес: "Исчезни". Нападавший рассеялся, а после него и дом. Буддист оказался в комнате с выключенным светом, по центру неё стоял компьютерный стол и на нём ноутбук. Подойдя ближе, Ратибор увидел надпись на экране: "купи акции Распадской, утрой капитал". И ниже: "нажмите ввод". Буддист заглянул вглубь себя и закрыл ноутбук. Сделал несколько шагов назад и сказал: "Безухий, хватит фокусов, я пришёл за тобой". Вспышка света. Перед гостем появился замок на высокой горе. Ощущения вывели буддиста в тронный зал с колоннами и золотым троном. В подсвечниках на колоннах горели чёрные свечи, а на троне сидел Безухий в пурпуровом классическом костюме. Между ним и буддистом сидели восемь львов. Колдун скомандовал: "Растерзать!" Большие кошки в пару прыжков добрались до цели, сверкнув металлическими клыками. Снова мыслеформы, но буддист выставил руку, и они остановились. Погладил одного льва и сказал: "А теперь обратно. Окружить!" Колдун не ожидал предательства и спрятался за троном, задерживал порождения красным пламенем из рук, но не обуздал их. Буддист отвлёк его пролетевшим копьём, а потом глазами впитал его силу. Колдун остался беззащитен и только переводил взгляд с одной пасти на другую. Буддист неспеша приблизился. Безухий простонал: "Ты победил. Садись на трон, я буду твоим советником". Ратибор провёл правой рукой по изгибу спинки трона и еле улыбнувшись ответил: "Теперь я живу не для себя… Помнишь, как ты потерял ухо? В детстве ты украл из мясного магазина кусок говядины, а потом тебя нашёл владелец… Но ты не выучил урок… Знай же, хозяин дома, ты не выйдешь из этого сна, а твоё тело впадёт в кому…" Образ буддиста растаял.

Сестра Безухого навещала его несколько раз в неделю, она и нашла его в жалком состоянии и перевезла в больницу. Потом продала комнаты, купленные брату для сдачи в аренду. У неё появилась вакансия в туристической фирме, и Ратибор, узнав об этом, трудоустроился, стал более общителен и, если время позволяло, работал волонтером. Из дома никуда не съехал, взял под защиту его жильцов. По ночам приходил мирный сон, а днём проливалась радость жизни…

17.04.2022

*

Личность

Десятый этаж. Квартира-студия. До рассвета, под золотистыми лучами ночника на замшевом кресле сидел не молодой и не старый мужчина. Около хозяина дремал древний компьютер, зеркальный шкаф высился до потолка, однако пространство не казалось безжизненным…

Под настойчивым ветром скрипела крыша, воздух увлажнялся, но хозяина не беспокоило открытое мансардное окно, он вслушивался в прерывистый шёпот, исходивший из-под кровати, стола, и всматривался в зеркала, где мелькали силуэты людей без лиц…

Разрозненный шёпот крепчал. Наконец, он вылился в единственный голос, зашипевший из тёмного угла.

– Николай, я знаю, о чём ты думаешь, ты не должен туда ехать, тебе уже ничем не помочь, лучше умри…

Николай вздрогнул, левой рукой провёл по бритой голове, прищурил каре-болотные глаза и осмотрел неосвещённое место.

– Наверное, я схожу с ума и, наверное, говорю с больным подсознанием, с куском самого себя, а может здесь есть ещё кто-то?

– Как ты думаешь?

– Я неуверен.

– Но ты помнишь судьбы родителей: отец сидел в тюрьме за воровство, спился и умер, мать болела шизофренией и рано скончалась. Ты не имеешь талантов и бездарно проедаешь небольшое наследство, нигде не работаешь, не имеешь друзей и не общаешься с людьми. Когда твои деньги закончатся, ты станешь преступником или шизофреником, не допусти этого фарса, прояви смелость и покончи с собой, прыгнув с крыши сегодня…

Ливень, ударив, намочил хозяина, и тот закрыл окно. Сняв фиолетовый халат, он подумал: «Самоубийство… Рано… Использую последний шанс».

К полудню Николай приехал в Свято-Духов мужской монастырь и устроился трудником. В храме отстаивал службы и ходил на строительные работы: заливал полы в кельях и делал опалубку для будущих теплиц.

На шестую ночь он долго не мог уснуть, затем увидел судьбоносный сон: огромный чешуйчатый монстр бежал на четырёх лапах и крушил здания. В его широкой пасти три ряда зубов и клыки бегемота. Он ревел и звал последнего человека в городе. Николай спасался как мог, перепрыгивая с крыши на крышу, наконец, он остановился, потому что ряд построек пресёкся. Герой подобрал пару автоматов «калашникова» и, стреляя монстру в пасть, прыгнул на него с десятиэтажного дома; темнота и тишина…

Николай проснулся и ударился головой о второй ярус кровати; медленно, никого не разбудив, оделся и вышел во двор, задолго до колокольного звона. Конец февраля: снега нет, облаков нет. Сходил на «телеграф», так здесь назвали туалет. Потом Николай уставился на Бетельгейзе: «Нет, я ещё поживу и сломаю барьеры психики… У каждого человека есть главное испытание в жизни, после которого он либо раскроет себя, либо никогда не раскроет… Страдают и объекты космоса… Живи, далёкая звезда…»

Вечером он впервые исповедался и заплакал оттого, что хоть с кем-то поговорил по душам. Николая не хотели отпускать, но он уехал в свой город следующим утром, а когда вернулся домой, то не слышал разнородного шёпота и странного голоса из угла, не видел силуэтов без лиц. Вместо этого в его сердце боролись два противника, две силы. Старое и новое столкнулись.

– Коля, сиди дома и никуда не ходи; кому ты нужен, ты получал какую-то пользу от двуногих?

– Коля, ты часть мира, часть человеческого общества, ты раскроешь потенциал среди себе подобных.

– Чушь… ты только пополнишь ряды слабаков, рабов и неудачников, включай интернет: слушай музыку и смотри кино или развлекайся в онлайн играх.

– Время не восполнить, торопись стать кем-то, не бойся, действуй…

Три дня Николай голодал и только сомневался в себе. На третью ночь ему не спалось и он читал «Поднятую целину», сидя на том же кресле… Но, что-то дёрнулось в зеркалах и стукнуло под кроватью, хозяин, отложив книгу на тумбочку, уверенно встал: «Решено… Иду к людям!»

Утром он посмотрел список вакансий и через пару часов устроился портовым грузчиком; он отработал четыре месяца, но каждый день боролся с собой, шёл на контакт, хотя в глазах коллег оставался замкнутым и мутным человеком.

Бронзовые волосы пробились на его голове. Он отрастил бородку. Каждый раз, когда подходил к зеркалу, чтобы почистить зубы, удивлялся: глаза становились зеленее и зеленее.

Однажды Николай возвращался домой поздно ночью и, проходя автобусную остановку, различил в полумёртвом свете фонаря подвыпившую компанию. Четыре парня и одна девушка; на лавке стояли бутылки с вином и пивом; крики девушки остановили Николая, когда он отошёл от остановки на двадцать шагов и сворачивал за угол…

Николай со школы малодушничал и окаменел, развернувшись обратно…

Его кромсали изнутри отчаянные мысли: «Всегда считал себя трусом… Так и буду им всю жизнь?.. Кто ещё сейчас поможет?.. Кто если не я?.. А если уйти, у меня ещё будет время измениться?.. А что станет с девушкой?.. Что я теряю?.. У меня никого и ничего нет… Будь что будет…»

Через мгновение Николай подбежал к месту, но, вместо борьбы за жизнь, брюнетка громко смеялась…

На остановке веселились не люди, а тонкие существа из иного мира. На них грязные спортивные костюмы и балахоны, из пустых глазниц вырывался чёрный дым, зубы не полностью закрывались губами; они обернулись в сторону человека, и брюнетка (с надорванным левым ухом), вскочив, подошла к нему.

– Мы те, кого ты видел и слышал в своей квартире. Ты думал, что самокопанием избавился от нас?

Николай стоял, вспоминая свои годы и то, как упускал хорошие возможности стать лучше…

– Не молчи, прими нас назад, иди на крышу и навсегда попрощайся с людьми.

Девушка бросилась Николаю на шею, а другие существа, прыгнув, обняли его с боков и сзади, и через свои глазницы всосались в его жизненные силы…

– Нет! – Рыкнул Николай. – Нет, убирайтесь! Вы мне не нужны… Я человек, я личность!

Он оттолкнул врагов, затем одного парня поднял над головой и бросил в стеклянную стенку остановки. Она разбилась, ударил второго парня в живот – тот согнулся и упал на дорогу. Третий набросился на Николая и, свалившись, они схватили друг друга за горло; скоро подключилась брюнетка и, встав на колени, положила ладони на лицо Николая…

Опустился чёрный туман, и борьба кончилась. Утром граждане обнаружили разбитую остановку и бутылки с алкоголем…

16.09.2018г.

*

Снег, боль и дружба

В комнате нет лампового освещения, только большой, почти во всю стену, белый экран отгонял тьму от человека. Мужчина лежал на кровати на левом боку и пытался что-то разглядеть в источнике света. За стеной на операционном столе свежие органы. Рядом стояли три женщины. Правая рука, парящая отдельно, чей указательный палец украшен золотым кольцом с топазом, ножницами резала языки; окровавленные лезвия приблизились к последней даме…

В 9-30 утра в телефоне прозвенел будильник, мужчина с облегчением выключил его. Сделал пятьдесят отжиманий, умылся, почистил зубы и сел на коврике в позу лотоса. Мысли растворились в малозаметном дыхании. Вибрации воздуха ласкали лицо…

Через двадцать минут, когда внутреннее тепло уравновесилось в теле и сердце отяжелело, медленно встал и, размяв окаменевшие суставы, включил компьютер. Надел мятые джинсы, футболку, поставил чайник на электрическую плиту и осмотрелся. Вроде ничего не поменялось: последний этаж, студия, чёрные обои, окно в небо, но тревожно…

Он сел в игровое кресло и уставился на монитор. На экране виднелись графики, состоявшие из японских свечей. Наблюдал за котировками акций на московской бирже, искал восходящие и падающие тренды, но по ликвидности рынка понял – сегодня боковое движение.

Просвистел зелёный чайник, мужчина заварил шиповник и с первым глотком вспомнил сновидение. Закрыл болотные глаза и задумался: «Какие страшные образы, это я на кровати? И что я хотел от пустого изображения? Так, за стеной женщины… третья…» Тронул русые волосы и позвонил матери. Гудки…

***

Через час пересёк город на маршрутке, въехал в посёлок и ступил на твёрдый снег, что в конце февраля ослеплял чистотой. В чёрном пуховике, хромая на левую ногу, подошёл к трёхэтажному коттеджу. Потянулся к звонку на калитке, но та щёлкнула и открылась, вышла дама: 45-ть лет, синие глаза и волосы. Синее платье и розовая куртка. За ней шагнул мужчина. Пятьдесят, лысый, полноват, под левым глазом шрам, одет в смокинг и дублёнку. Они остановились и переглянулись.

– Почему ты не отвечаешь на звонки?

– И тебе привет. О чём нам говорить? – возмутилась женщина.

– Я видел сон и подумал… А кто это с тобой?

– Не говори мне о снах. Знакомьтесь. Кирилл Шварц, хирург, мы соседи по кварталу, – она взяла его под руку и, нахмурившись, легонько толкнула собеседника в плечо, – а этот грубый мальчишка – мой сын, Матвей.

– Здравствуй, – знакомый матери протянул руку.

Матвей застыл, заметив на указательном пальце золотое кольцо с топазом, и не пожал руку.

– Да, действительно грубоват. Ладно, Вика, садись в машину, нас ждут в детских домах.

– Мать, ничего не угрожает? Что за детские дома?

– Всё нормально. Дети – не твоя забота, – женщина закрыла калитку и пошла к немецкому внедорожнику.

– Матвей, я знаю, как ты живёшь, где-нибудь устрою тебя, – Кирилл подмигнул и развернулся…

***

В три часа дня, когда Матвей снова изучал графики в уединении, ему позвонил старый друг, Иван; давно не общались и договорились о встрече в кафе.

На улице стемнело, водители изредка сигналили в пробке, и Матвей, поёжившись, открыл стеклянную дверь. Помещение отделано под салон автомобиля: кожаные коричневые диваны, приборные панели у окон. На чёрной стене фотографии известных гонщиков и рули разных эпох. Спускался бирюзовый свет, и корица перебивала другие запахи. Никого, кроме официантки и двух мужчин; Матвей потоптался на коврике, сбил снег с пуховика и продвинулся к чёрному столику, где сидел друг в красном свитере. Тот встал, показав большой рост, крепкую шею и блеснув тонкими усами. Они обнялись и упали, заняв два дивана, заказали салаты и сок.

– Рад видеть. Пару лет прошло, как мы переехали из курортного городка?

– Да, но не вспоминай, пожалуйста, прошлую жизнь. Чем занимаешься, как дела у мамы, с ней ещё живёшь?

– Я трейдер, торгую акциями. Делаю от 10-ти до 20-ти тысяч рублей в месяц, иногда вкладываюсь в голубые фишки, ради дивидендов. Торгую в своей квартире, редко гуляю. С матерью так себе отношения, однако благодарен за то, что купила мне студию. Нашла кого-то, но у меня плохие мысли…

– Да не переживай. Может Виктория Александровна избавится от одиночества и будет любить не только кошек. А ты значит трейдер? Спекулянт. Ничего не создаёшь и играешься с ценами, ну-ну, а ещё приобретаешь компании и пьёшь прибавочную стоимость. Вредные вещи. – Иван отодвинулся от столика.

– Почему такая реакция? Прибавочную стоимость скорее берут менеджеры с миллионными зарплатами. Мне нужна финансовая независимость, я работаю на себя, формирую пенсию и точно до неё доживу. Ты стал коммунистом?

– Хм. Пенсия. В том-то и суть, что ты думаешь о себе. А есть народ, и он хочет управлять природным богатством, хочет развивать науку и технику. Да, я коммунист и работаю простым курьером. Я знаю, кто победит в борьбе классов.

– Ты читал «Капитал»? Что ты сделал как коммунист? – Матвей попробовал апельсинового сока и брезгливо закусил помидором.

– Пока в комиксах читал, пока. К сожалению, ничего не сделал, только подошёл к этому, но будь уверен, правда победит.

– Комиксы, ха-ха. Посмотри фильм «Коммунист». А вообще смысл, коммунизм проиграл, ты хочешь из обломков собрать страну, но кто или что за тобой? За тем, чьё имя не называлось, хотя бы школьники идут.

– Фильм посмотрю. Ошибка многих людей в том, что они хотят поменять лица во власти, но не саму систему. Только одна система может сломать другую и изменить ситуацию в стране. Да коммунизм проиграл, но всё передовое вначале слабо и проигрывает старому. Но со временем крепнет и в новой битве побеждает. На стороне мыслящих людей диалектика и исторический опыт.

– Снова репрессии и цензура?

– Репрессии – момент каждого уклада, но следующая попытка построить и развить коммунизм будет совершеннее. – Иван пластиковой вилкой наколол моцареллу.

– Хорошо… Нас рассудит жизнь. Хватит пафоса, хватит спорить, я тебе ещё зачем-то нужен?

– Прости, звал для другого. Под нами подвал и скоро там начнётся поэтический вечер, выступит девушка, которая мне нравится. Составишь компанию?

– Хорошо, дружище…

***

В подвале стояла маленькая сцена со ступеньками, по бокам над чугунными трубами горели жёлтые электрические свечи, люстра пятиконечной звездой свисала над рядами стульев. Мало людей, они поднимались на сцену и читали стихи серебряного века.

Наконец девушка в зелёном платье, с фиолетовыми волосами и пирсингом в левой брови, ступила на хлипкую конструкцию. Оглядев пришедших, смущённо прочитала стихи Зинаиды Гиппиус. Редкие аплодисменты. Стройный блондин в тёмном костюме с золотыми запонками взял её на руки и спустил на стул. В процессе узнал старых знакомых, и они кивнули друг другу.

Через полчаса стояли в кафе. У девушки, которая представилась Машей, разболелась голова, блондин поцеловал её в лоб и отпустил домой. Мужчины заказали горячий шоколад, кофе и уселись за круглым столиком у окна.

– Интересный случай. Друг, спасибо за приглашение, не ожидал встретить Петра. Ты хотел в подвале… – Матвей прервался – его ноги коснулся сапог Ивана.

Блондин улыбнулся.

– Как поживаешь, Пётр? Что у тебя с ФСБ, как-то встретил твоего отца в парке, он уже не работает? – пылко произнёс Иван.

– Что ж, два месяца назад меня и отца уволили. Меня отговаривали от одного дела, но я не послушал, подробностей не выдам. Сейчас работаю в ППС, однажды уеду из страны. Что у вас?

– Биржевик.

– Доставщик еды.

– Ясно. Что ж, ребята, я следил за вами, знаю ваши дела. Думал, достигните большего. Странно, что переехали в один город. Что ж, лучшего момента, чтобы рассказать, не будет. Простите меня… – Пётр опустил глаза на чашку кофе.

– Рассказать что? – скрестил руки Иван.

Блондин сделал три глотка, поставил чашку на приборную панель и опёрся о колени.

– Были у нас общие приятели, когда мы заканчивали выпускной класс. Они уже учились в университете и любили курительные смеси, в том числе и запрещённые… Я курил вместе с ними. Однажды проследил и узнал, где спрятаны вещества. Забрал себе. Потом они опрашивали всех, кто курил с ними, но я струсил и сказал, как Матвей и Иван крутились у ржавых гаражей. Я видел, что ублюдки с вами сделали…

– Мразь! – вырвалось у Ивана. Он вскочил и правым хуком повалил Петра. Схватил куртку и быстро ушёл.

Пока блондин поднимался, Матвей оживил воспоминание. В темноте за гаражами пятеро избивали двух, одному сломали ногу, а другому ножницами написали на голой спине: «Неудачник».

Пётр приложил платок к разбитому носу и продолжил:

– Я отдалился от вас, и мы перестали общаться. Но боль забрал с собой и всегда хотел загладить вину… нужен шанс.

– Если ты честен… Мне казалось, ты отстранился, потому что выше нас, ведь твой отец в ФСБ… Я не злюсь, цифр во мне больше, чем эмоций, но помощь пригодится. Ты знаешь мою мать. Она спуталась кое с кем, выясни, кто такой Кирилл Шварц.

Пётр удивлённо посмотрел на Матвея.

– Неужели. Дай время подумать…

Школьные друзья обменялись телефонными номерами и расстались.

***

Пётр позвонил на следующий день, когда Матвей покупал акции газовой компании.

– Значит так, эту ночь я не спал и думал, соображал, поднимал старые связи. Ты должен знать, из-за Кирилла Шварца меня выгнали из ФСБ. Его покрывают городские власти. Есть информация, он разбирает людей на органы, и сегодня вечером будет новая жертва… С ним живут немые особы.

Тишина.

– Ты молчишь, как будто знаешь…

– Не совсем… Что делать, если жертва моя мать? – трейдер посмотрел в окно.

– Не знаю, кто жертва, но если так… слушай, мы можем рассчитывать только на себя. Мы ворвёмся к нему в коттедж и обезвредим. Возможно, там будут улики. Их не примет полиция или суд, но увидит общественность, я сделаю фото и видеосъёмку и распространю в интернете. Быть может, кто-то подключится из СМИ.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.