Р. А. Курбанов

Евразийское право

Учебник для магистратуры

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 341(075.8)

ББК 67.412.1я73

К93

Автор:
Курбанов Р. А., доктор юридических наук, профессор, директор Института правовых исследований и региональной интеграции, руководитель научной школы «Экономико-правовые основы евразийской интеграции» РЭУ им. Г. В. Плеханова, заведующий кафедрой правовых основ экономической деятельности Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ.

Рецензенты:
Василевич Г. А., доктор юридических наук, профессор, член-корреспондент Национальной академии наук Беларуси, заведующий кафедрой конституционного права Белорусского государственного университета;
Марченко М. Н., доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой теории государства и права и политологии МГУ им. М. В. Ломоносова.

Процессы интеграционного взаимодействия государств набирают силу не только в Европе или на евразийском пространстве — интеграция на сегодняшний день характерна для всех регионов мира. При этом перед странами евразийского региона особо остро стоит задача построения собственной региональной архитектуры, в противном случае существует серьезный риск его политического, экономического и социального «раздробления».

Развитие евразийского права в определенной степени позволит активизировать и эффективно обеспечить процесс как создания, так и взаимодействия всех евразийских институциональных механизмов, что, несомненно, будет способствовать повышению роли евразийского полюса, продвижению и пропаганде в мире общеевразийских ценностей.

Настоящее издание является первым учебником по евразийскому праву. В его первой части изложены теоретические основы евразийского права: анализируются понятие, формы и виды региональной интеграции; теоретико-правовые особенности евразийской интеграции, в том числе исторические примеры интеграции на евразийском пространстве; рассмотрены основы евразийского права как части правовой системы Российской Федерации – сформулированы понятие и предмет евразийского права; изучены методы правового регулирования; определен круг субъектов евразийского права; исследованы принципы евразийского права. Во второй части представлено подробное исследование систем евразийских региональных интеграционных объединений как с участием Российской Федерации, так и без нее.

Законодательство приведено по состоянию на 1 июня 2020 г.

Учебник предназначен для студентов, магистров и слушателей не только юридических факультетов и вузов, но и других высших и средних учебных заведений, в том числе для всех изучающих или интересующихся вопросами евразийской интеграции.

УДК 341(075.8)

ББК 67.412.1я73

© Курбанов Р. А., 2020

© ООО «Проспект», 2020

ВВЕДЕНИЕ

Региональная интеграция неизбежна и в современных условиях становится неотъемлемой частью эволюции. Процессы интеграционного взаимодействия государств, основанные в большинстве случаев на историческом опыте стран, набирают силу не только в Европе или на Евразийском пространстве – интеграция на сегодняшний день характерна для всех регионов мира. Перед государствами в различных регионах, в том числе и в Евразии, стоят схожие проблемы, решение которых возможно только путем объединения усилий всех соседствующих стран посредством применения единых методов, при этом основным критерием выбора таких методов является «всеобъемлющий принцип эффективности»¹.

Интеграционные процессы – явление не новое, они происходили на протяжении всего периода существования государственного устройства. В Древнем мире существовала Римская империя, в средние века были созданы Франкское государство, в период своего расцвета занимавшее большую часть Европы, Византийская империя и Арабский халифат. Новое время характеризовалось повышением активности региональных процессов между государствами. Известны Кальмарская (1397–1523) и Иберийская (1580–1640) унии, Османская империя (1299–1922), конфедерации Соединенных Штатов Америки (1776–1777 и 1788–1789), Швейцарский (1291–1848) и Германский союзы (1815–1866) и т.д.

Исключением не является и евразийский регион, где и ранее существовали достаточно крупные региональные объединения и государства. Среди них можно отметить Тюркский каганат (552–603 гг. н.э.), Киевскую Русь (Древняя Русь) (862–1240 гг.), Монгольскую империю (1206–1294), Золотую Орду (1224–1483), Великое княжество Московское (1263–1547 гг.), Империю Тимуридов (1370–1507 гг.), Русское царство (1547–1721 гг.), Российскую империю (1721–1917 гг.), Союз Советских Социалистических Республик (СССР), Совет экономической взаимопомощи (СЭВ), Организацию Варшавского договора и т.д.²

Новая волна активности региональных процессов на мировом уровне пришлась на вторую половину XX в. Политические процессы породили большинство региональных объединений государств. Кроме Европейского Союза как примера региональной организации, активное развитие получили различные форматы взаимодействия стран во многих других регионах: в Азии и Африке, в Северной и Латинской Америке и т.д.³ Следует также отметить взаимодействие государств в рамках евроатлантического⁴, евразийского5 и азиатско-тихоокеанского пространств⁶.

В настоящее время в мире функционирует более 200 региональных организаций, саммитов и форумов, различных как по целям, сферам взаимодействия, так и по характеру принимаемых актов и их юридической силе. Можно отметить, что в настоящее время наблюдается тенденция усиления роли интеграционных альянсов в противостоянии государств. По мнению французского профессора М. Виралли, международная организация является главным содержанием политической жизни международного сообщества. Более того, она воспринимается как новая форма политической организации⁷.

Среди исторических примеров такого противостояния можно назвать деятельность Совета экономической безопасности (СЭВ) – межправительственной экономической организации, действующей в период 1949–1991 гг. и объединяющей социалистические страны (СССР, Болгарию, Румынию, Венгрию, Чехословакию и т.д.) – и противопоставление ее предшественнику ЕС – ЕЭС (Европейскому экономическому сообществу).

Также следует отметить функционирование Организации Варшавского договора (1955–1991), созданной с участием стран социалистического полюса со штаб-квартирой в г. Варшава (Польша) и противопоставление ее НАТО.

С момента создания ЕАЭС его также стали противопоставлять ЕС. При этом в условиях региональной интеграции развернулась очевидная конкуренция между ЕС и ЕАЭС относительно вопроса присоединения новых членов⁸.

Так, реализуемый в ЕС проект «Восточное партнерство» имеет в качестве основной цели развитие интеграционных связей Евросоюза с шестью странами бывшего СССР: Украиной, Молдовой, Азербайджаном, Арменией, Грузией и Беларусью. Со всеми этими странами заключены соглашения о партнерстве и сотрудничестве (PCA), а с Украиной, Молдовой и Грузией эти соглашения включают еще и создание зон свободной торговли – DCFTA. При этом на западе позиционируется тезис: в Европу вместо России, а не в Европу вместе с Россией. Для многих государств эта дилемма является крайне конфликтной и неоднозначной.

Поэтому перед странами евразийского региона особо остро стоит задача построения собственной региональной архитектуры, в противном случае существует серьезный риск его политического, экономического и социального «раздробления».

Неотъемлемой частью любых интеграционных процессов выступает право, которое лежит в основе организации всех отношений как на международном, так и на национальном уровнях. Региональное сотрудничество осуществляется на основе принятия актов международного регионального объединения, совокупность которых образует его систему права, регулирующую порядок создания и функционирования институтов международного регионального объединения, интеграционные процессы и связанные с этим общественные отношения.

В настоящее время в евразийском регионе действует порядка 40 региональных организаций, саммитов, программ и инициатив (далее по тексту – объединений), созданных как с участием Российской Федерации, так и без нее. Следует учитывать, что региональные акты тех объединений, в которых Россия выступает полноправным членом, являются частью ее системы законодательства. С 1 января 2012 г. вступили в силу все основополагающие акты ЕврАзЭС, направленные на формирование Единого экономического пространства. Договор о Евразийском экономическом союзе, который начал функционировать с 1 января 2015 г., был подписан 29 мая 2014 г. в г. Астане на заседании Высшего евразийского экономического совета главами России, Беларуси и Казахстана. Договор о Таможенном кодексе ЕАЭС был заключен 11 апреля 2017 г.⁹

Это позволяет утверждать о формировании в системе российского законодательства особого блока как региональных, так и национальных актов, что свидетельствует о начальных процессах становления нового системного правового элемента – евразийского права.

Теоретические аспекты евразийского права как составной части международного права должны быть, несомненно, отнесены к числу наиболее приоритетных направлений развития отечественной юридической науки, заслуживающих самостоятельного изучения и развития. Развитие евразийского права в данном контексте в определенной степени позволит активизировать и эффективно обеспечить процесс как создания, так и взаимодействия всех евразийских институциональных механизмов, что, несомненно, будет способствовать повышению роли евразийского полюса, продвижению и пропаганде в мире общеевразийских ценностей¹⁰.

Исходя из вышесказанного, изучение основ евразийского права имеет важное значение для подготовки будущих юристов, экономистов, политологов, социологов, а также для правотворческой и правоприменительной деятельности.

В Части 1 настоящего издания изложены теоретические основы евразийского права: анализируются понятие, формы и виды региональной интеграции как основы евразийского права; выявлены теоретико-правовые особенности евразийской интеграции, в том числе проанализированы исторические примеры интеграции на евразийском пространстве; освещены различные аспекты евразийского права как части правовой системы Российской Федерации – сформулированы понятие и предмет евразийского права; изучены методы правового регулирования; определен круг субъектов евразийского права; исследованы принципы евразийского права; предпринята попытка институционального структурирования евразийского права как составной части российской системы права.

В Части 2 представлено достаточно подробное исследование систем права евразийских региональных интеграционных объединений с участием Российской Федерации и без ее участия.

Учебник рассчитан на студентов и слушателей не только юридических факультетов и вузов, но и других высших и средних учебных заведений, в том числе иностранных студентов, представителей органов власти, а также на всех изучающих или интересующихся вопросами интеграции¹¹.

Часть 1.
ОБЩАЯ ЧАСТЬ:
ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ЕВРАЗИЙСКОГО ПРАВА

Глава 1.
ПОНЯТИЕ, ФОРМЫ И ВИДЫ РЕГИОНАЛЬНОЙ ИНТЕГРАЦИИ КАК ОСНОВЫ ЕВРАЗИЙСКОГО ПРАВА

Знать:

– базовые понятия интеграции, регионализации, глобализации;

– формы региональной интеграции характерные для современного этапа развития цивилизации (в т.ч. формы колониальной зависимости);

– исторические формы объединений государств;

Уметь:

– анализировать существующие концепции региональной интеграции;

– выражать собственную точку зрения по вопросам форм интеграции на территории евразийского континента;

– различать современные формы интеграции государств;

Владеть:

– навыками классификации форм экономической, социальной и военно-политической интеграции на основании юридических критериев.

1. Понятие региональной интеграции

В основе региональной интеграции лежат интеграционные процессы регионального масштаба, а наряду с термином «интеграция» очень часто используются такие как «глобализация» и «регионализация», в связи с чем принципиальное значение имеет их соотношение¹². Здесь необходимо отметить, что в современном мире эти понятия являются наиболее распространенными и в то же время весьма дискуссионными, что в первую очередь обусловлено их относительной новизной, а также отсутствием четкого понимания их реальных процессов.

1.1. Интеграция

Термин «интеграция» представляет особый интерес, поскольку, несмотря на кажущуюся однозначность, он по-разному трактуется в литературе. Это вызвано многоаспектностью рассматриваемого понятия, что и предопределило различные его интерпретации в различных отраслях знаний. Данный термин имеет латинское происхождение (integration) и означает воссоздание целого, воссоединение. Другими словами, интеграция подразумевает создание (образование) некой новой общности или новой совокупности отдельных частей, которые после такого объединения начинают себя проявлять как самостоятельное целое. Как общее понятие оно может также означать получение в результате объединения чего-то большего, чем-то, что дает сумма составляющих его частей.

Первоначально источником интеграции, ее идейным толчком, явились модернистские представления о государственном строительстве, которые совпали во времени с процессом выделения «национальных государств» в Западной Европе. В результате интеграция рассматривалась в социополитической плоскости: интеграция представлялась как проект создания «национального государства», основной целью которого было решение задач модернизации¹³.

Предполагалось, что установление единого правового поля, внутреннего рынка, осуществление общей экономической политики, а также создание центрального правительства приведут к устранению локальных культурных границ, в результате чего должна быть образована единая культурная и языковая (бездиалектальная) территория. Органичным элементом этого процесса выступает переориентация идентичности сообщества с местного уровня на общенациональный с обеспечением его легитимности. Норвежский исследователь Б. Хеттне писал, что основой интеграции является наличие объективных факторов сплочения как в социальной сфере (к примеру, этнический состав, религия, осознание общей истории), так и в экономической или политической области (торговля, инвестиции или идеология)¹⁴.

Подобные интерпретации встречаются и по сей день. Западноевропейские ученые относят к интеграции также так называемую адаптацию этнических меньшинств в обществе, для которой характерно многообразие культур. Более того, в рамках одного направления определение данного понятия на том или ином историческом этапе развития общества в целом приобретает различные оттенки в зависимости от господствующей теории интеграционных процессов. Например, в экономической, а также экономико-географической литературе, согласно рыночному подходу, господствовавшему еще 20 лет назад, процесс интеграции понимался в первую очередь как способ устранения препятствий, которые мешают интеграции национальных рынков товаров, услуг, капитала и рабочей силы¹⁵.

Этот процесс состоял из отдельных последовательных стадий, таких как отмена таможенных тарифов, создание единого рынка, свободное передвижение капитала и создание единого валютного союза.

В свою очередь, в соответствии с институциональным подходом процесс интеграции на примере Европы понимался как передача части национальных административных и законодательных полномочий государств – участников регионального объединения от национальных органов власти каждого государства к наднациональным органам (в конкретном случае – европейским институтам). Такая модель интеграционных процессов подразумевает технократический и централизованный процесс перераспределения финансовых ресурсов как основной инструмент снижения региональных различий¹⁶.

Существует также третий подход, именуемый «сетевым». Данный подход к интеграции заключается в рассмотрении социально-экономического пространства как определенной системы пересекающихся транснациональных «макрорегионов». Причем для этих макрорегионов характерно сотрудничество между различными административными областями, включенными в макрорегион, и конкуренция с областями, принадлежащими другим макрорегионам. Такими макрорегионами являются Средиземноморский и Балтийский бассейны, Альпийский регион, Средняя Европа, «Атлантическая Дуга» и область столиц в Северо-Западной Европе¹⁷.

Применительно к международной жизни понятие «интеграция» рассматривается как объединение группы государств в «интеграционный» комплекс, который в той или иной степени берет на себя управление процессом функционирования в различных областях, входящих в него государств. Интеграция ассоциируется в первую очередь с европейскими странами, именно поэтому в доктрине интеграция нередко понимается как попытка стран Западной Европы объединить усилия в целях противостояния нежелательным воздействиям глобализации.

1.2. Регионализация

Основу понятия «регионализация» составляет термин «регион». Концепция региона происходит от латинского слова regio, что означает направление, а также от латинского глагола regere – править или командовать. Термин «регион» исторически определялся прежде всего в рамках отдельных государств. Такие виды регионов называют микрорегионами, они могут существовать в определенном состоянии или быть трансграничными по своему характеру. По мнению Н. И. Лапина, «регион – это исторически сложившееся социокультурное сообщество, в котором первичные поселенческие общности и индивиды, создающие свои жизненные миры, непосредственно взаимодействуют со структурами большого общества – социальными институтами, организациями»¹⁸.

Концепция региона может также относиться к макрорегионам (регионам мира), которые являются более крупными территориальными (в отличие от нетерриториальных) единицами, или подсистемами. Наконец, между двумя уровнями существуют мезорегионы.

В международных исследованиях макрорегион является наиболее распространенным объектом анализа. Далее в контексте данного исследования концепция региона будет относиться к макрорегионам.

В отношении регионализации не все авторы единодушны в определении момента возникновения данного явления. Например, ряд исследователей склонны считать, что изначально во времени получили распространение процессы глобализации и интернационализации, а процессы регионализации были вызваны распадом биполярного мира, падением социалистического лагеря сначала в Восточной Европе, а затем и распадом СССР.

По мнению других ученых, регионализация прослеживается на протяжении всей истории человечества: «…без явления регионализации вряд ли могли сложиться и устоять средние и крупные государства не только Древности и Средневековья, но и Нового и Новейшего времени. Видимо, история складывается как последовательность циклов “стягивания” и разрушения государств…»¹⁹

Иногда под регионализацией понимают интернационализацию хозяйства на региональном уровне, которая проявляется через региональную интеграцию посредством образования региональных интеграционных группировок. При этом, раскрывая понятие международной экономической интеграции, ее понимают как «продвижение» таких понятий, как «регионализация» и «глобализация», их переплетение на наднациональном уровне²⁰.

Согласно «Большому экономическому словарю», регионализация – это явление, в процессе которого осуществляется развитие и укрепление экономических, политических и иных связей между областями или государствами, входящими в один регион; возникновение региональных объединений государств²¹.

В зарубежной научной доктрине, рассматривая «феномен» региональной интеграции, часто используются термины «регион», «регионализация», «регионализм», при этом авторы по-разному трактуют их понятие и содержание²². Необходимо подчеркнуть различие между регионализацией и регионализмом. Большинство теоретиков определяют регионализм как идею, идентичность и идеологию, связанные с региональным проектом, в то время как регионализация чаще всего определяется как процесс регионального взаимодействия (процесс объединения государств) в целях сотрудничества в тех или иных областях общественной жизни, представляющих для государств взаимный интерес и создающих региональное пространство (или результат). Ряд исследователей определяют регионализм как проект, реализуемый под руководством государства, в то время как регионализация рассматривается в основном как общественный и негосударственный процесс.

1.3. Глобализация и регионализация

Прежде всего, термин «глобализация»²³ предполагает элементы интернационализации общественной жизни, т.е. выход тех или иных отношений за рамки одного государства²⁴. Глобализация как явление представляет собой всемирный процесс образования из разрозненных государств и групп государств единой общественной системы. Можно считать, что интеграция на универсальном уровне может именоваться глобализацией.

При этом, как отмечается, «глобализация международной жизни должна развиваться в рамках принципов и норм международного права и не отвергать демократических основ национального права государств. Система мер по реализации международно-правовых предписаний должна опираться на согласование норм международного и национального права»²⁵.

В качестве негативных сторон глобализации можно отметить, что в геополитическом смысле глобализация достаточно часто воспринимается как американская политика²⁶; наряду с несомненными благами (расширение общения между народами) «глобализация без опоры на право как внутри национальных государств, так и в международных отношениях порождает произвол и нарушения прав человека, зафиксированных в международных документах и конституциях и законодательстве разных стран»²⁷.

Рассматривая соотношение глобализации и регионализации, большинство авторов выделяют как их сходства, так и отличия. Причем основное сходство заключается в том, что рассматриваемые явления своей сутью имеют объективную, исторически, социально и экономически обоснованную тенденцию к сближению территорий и государств. В числе отличий называют следующие:

– регионализация базируется на правовых основах, в первую очередь на учредительных договорах, которые предполагают равенство сторон, при этом даже самые малые государства-участники могут существенно влиять на принятие коллективных решений в рамках интеграционного строительства. Глобализм же в первую очередь диктуется политическими средствами, соответственно и более сильными участниками;

– регионализация происходит между находящимися в регионе близкими по своему социальному, экономическому характеру странами, в то время как глобализм «включает в свою орбиту и прямо противоположные по всем параметрам страны и социумы, а единственная между ними объективная связь и интерес могут ограничиваться лишь торговлей»;

– регионализм полицентричен, а глобализм моноцентричен, причем «включает в свою орбиту не только мало отличающиеся по развитию государства, но и резко, полярно различные, от самых богатых до самых беднейших»²⁸.

Подчеркивая тесную взаимосвязь между глобализацией и регионализацией, некоторые авторы фокусируют внимание на том, как глобализация и регионализация вызвали разнообразные формы взаимодействия на национальном и региональном уровнях.

Среди особенностей можно выделить направленность глобализации в отличие от регионализации на освоение внешней экономической среды, а интеграции – внутренней, т.е. на закрепление, обособление и поглощение уже отвоеванного экономического пространства; регулирование глобализации преимущественно методом координации, а интеграции – методом субординации и т.д.²⁹

По мнению ряда ученых, глобализация представляет собой продолжение интернационализации (понимая под последней процесс взаимодействия государств, направленный на достижение общих целей и задач)³⁰, а «создание региональных организаций, число которых постоянно растет, – это и есть своего рода ступени глобализации…»³¹. Более того, образование таких форм, как Европейский Союз, Ассоциация государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН), Африканский Союз и др., а также региональных объединений, возникших на евразийском пространстве, является не чем иным, как очередным этапом закономерного регионального политического объединения.

Принимая все существующие мнения и взгляды к пониманию глобализации и регионализации, необходимо сделать вывод, что интеграция отражает в целом все процессы – как глобализации, так и регионализации, является их отличительным признаком, неотъемлемой частью. Они соотносятся как причина и следствие, поскольку процессы как глобализации, так и регионализации ведут к интеграции государств.

При этом следует признать, что распространенным интеграционным объединением выступает именно региональное объединение, поскольку на локальном уровне интеграции она приобретает наиболее комплексный и управляемый характер.

1.4. Понятие нового регионализма

С конца 1980-х гг. практически во всем мире стало происходить наращивание различных форм регионализма и региональных проектов. Возрождение и пересмотр регионализма, формирование новых теорий стали доминирующими тенденциями в международных исследованиях. В связи с этим все чаще стали говорить о «новом регионализме». В рамках настоящего исследования необходимо более подробно рассмотреть не столько позиции представителей нового регионализма, сколько понять, какой же смысл современные ученые вкладывают в данное словосочетание, что в данном случае означает «новый».

Новый регионализм рассматривается как новая волна, этап или даже эпоха регионализма, который возник как ответ на новые риски в мировой экономике, в качестве стратегии для достижения социальных, политических и экономических целей, к которому прибегают, потому что старые договоренности больше не работают³². Наравне с новым регионализмом стало также применяться понятие «постбиполярный регионализм».

Зарубежные исследователи выделяют в своих исследованиях разные подходы к классификации этапов региональной интеграции.

Так, традиционно отмечается «старый регионализм», который просуществовал в период «двухполярного мира» и «новый регионализм»³³, который образовался после распада социалистического блока и СССР. Также выделяют такие этапы (поколения) регионализации как экономический регионализм (экономическое взаимодействие), новый регионализм (основанный также на политической и социальной интеграции) и внешнеполитическое сотрудничество (интеграция внешнеполитических или внешнеэкономических доктрин), что ведет к созданию межрегиональных сообществ и союзов³⁴.

Однако в зарубежной доктрине в этом ракурсе не рассматривается период «раннего регионализма» (1900–1945 гг.), когда было создано два Таможенных союза (Южноафриканский таможенный союз 1910 г. и ТС Швейцария – Лихтенштейн 1924 г.), функционировали крупнейшее евразийская региональная федерация – СССР (1922 г.), Парламентская ассоциация Содружества (1911 г.)³⁵, Содружество наций (1926 г.) и др.

Рассмотрим особенности современных этапов региональной интеграции.

– интенсивность – если в период «раннего» регионализма (1900–1944 гг. за 44 года) было создано 6 объединений, то в период «старого регионализма (1944–1990 гг. за 46 лет) уже более 60, а период «нового регионализма» (конец 1980 гг. – начало 1990 гг. до н.в.) уже более 130.

– разносферность – новый регионализм представляет собой комплексное, многомерное и политическое явление в экономике, безопасности, охране окружающей среды и других сферах³⁶. Он включает в себя сотрудничество стран во всех сферах общественной жизни. В отличие от старого регионализма, который в целом имел узкую направленность на преференциальные торговые соглашения и альянсы безопасности, региональные институты стали включать в себя целый набор новых миссий, охватывая все больше новых областей и направлений, в том числе и такие транснациональные, как экологические вопросы, стихийные бедствия, безопасность, борьба с терроризмом, коррупцией и т.д. которые ранее не входили в их компетенцию. Противопоставляя новый регионализм основной теории региональной экономической интеграции, многие теоретики стали предлагать переосмыслить экономическую интеграцию и подчеркивают необходимость разработки новой теории, которая охватила бы «политику, экономику, безопасность и культуру в качестве ключевых аспектов нового регионализма»³⁷.

– разновекторность – ряд авторов к названным признакам нового регионализма добавляют «открытость» региональных объединений³⁸, в ряде регионов государства являются одновременно участниками нескольких международных региональных объединений, отличных как по сферам деятельности, так и по целям создания, при этом эти организации могут представлять собой конкурирующих игроков на международной арене³⁹.

– разноформатность – государства-участники в современных условиях перестали ограничиваться формальными межгосударственными интеграционными объединениями, возросла роль и значения деятельности региональных сообществ, не обладающих международной правосубъектностью (саммиты, форумы, программы и т.д.)⁴⁰. Новый регионализм принимает разнообразные формы на разных континентах планеты.

– межпарламентское взаимодействие – из существующих сейчас в мире порядка 52 межпарламентских региональных организаций только 1 (Парламентская ассоциация Содружества 1911 г.) была создана в начале века, 12 в период старого регионализма, а 39 в период нового⁴¹.

– межрегиональное сотрудничество – развитие межрегиональных связей, создание межрегиональных сообществ и союзов стало отличительной особенностью современного этапа регионализации.

В концепциях нового регионализма встречаются различные взгляды на понятие «регион». Все чаще в доктрине стали отмечать трансформацию значения термина «регион», отказываясь от его географического признака, учитывая его трансграничный характер, «разброс» по всему миру, распространение на ряд разных регионов⁴², возможность образования его на функциональной основе, т.е. между странами, расположенными в разных регионах, но имеющими общие внешнеполитические/ внешнеэкономические доктрины⁴³.

Например, Х. Хеммер и П. Катценштейн понимают под регионом политические образования, которые не обусловлены географическими факторами⁴⁴. В настоящее время одним из условий объединения стран выступает наличие единых трансграничных проблем, необходимость решения которых диктует объединение стран для открытого диалога и выявления оптимальных решений. По утверждению польского экономиста Г. Мосея, «рациональная модель регионального сотрудничества открывает возможность экономической интеграции стран с большой дифференциацией экономик, с разными традициями и моделями развития»⁴⁵.

По мнению А. Харрела, «естественных» регионов не существует, а страны объединяются в условные «регионы» исходя из стоящих перед ними проблем. Другими словами, в основе интеграционных процессов лежит не географический, а функциональный подход. В результате проведенного исследования А. Харрел определяет «регионы» как деятельность, направленную на достижение общих целей, таким образом, в основе формирования регионов лежит интеллектуальная политическая необходимость⁴⁶.

К примеру, в качестве таких «регионов» можно рассматривать такие мегапроекты как Евро-Атлантический и Евразийский регионы, Азиатско-Тихоокеанское пространство.

Итак, наиболее верной представляется следующая классификация этапов регионализации: «ранний регионализм», «старый регионализм», «новый регионализм».

Таким образом, в современных условиях следует говорить о глобальном измерении понятия «регион», что предполагает его трансграничную природу, возможность его участие в качестве единого целого в политических процессах, а под регионом следует понимать политические, экономические, социальные и иные объединения государств, которые могут быть обусловлены не только географическими факторами, но также могут базироваться на функциональном подходе (т.е. страны имеют общие цели и доктрины) и иметь трансграничный (межрегиональный) характер.

1.5. Региональная интеграция

В литературе выделяют ряд признаков региональной интеграции. Среди них можно отметить:

– выход стран на иной, качественно новый уровень взаимоотношений;

– выделение региональной организации в качестве обособленной структуры;

– добровольный характер вступления участников;

– осознание участниками общности их будущей исторической судьбы;

– возможность делегирования государствами – участниками региональной организации гораздо большего объема своих полномочий по сравнению с традиционными международными организациями и т.д.⁴⁷

Предпосылками объединения государств в региональные образования может выступать также схожий уровень экономического развития стран, демонстрационный эффект, а также так называемый «эффект домино» (те страны, которые по каким-либо причинам не вошли в региональное объединение, замедляют темпы развития, в результате чего начинают стремиться войти в него).

Первоначальными шагами на пути к интеграции стран региона выступают прямые международные связи в различных областях: в сфере экономики, внешней политики, социальной, военно-политической сфере и т.д. Причем такие связи вначале формируются на уровне первичных субъектов, но в дальнейшем могут развиваться как вглубь, так и вширь, что в итоге ведет к взаимоприспособлению всех стран – участников регионального объединения в соответствующих сферах общественной жизни⁴⁸.

Региональная интеграция в общем смысле рассматривается как «объединение частей в целое», но в более конкретном смысле это, как правило, создание региональных институтов и их самостоятельная деятельность, например, Европейская комиссия или Европейский суд справедливости.

Ряд авторов утверждают, что региональная интеграция – это процесс, характерный для Европы, она несет западноевропейские идеи, весьма ограничена по своим масштабам и «относится к дискурсу старого регионализма», в то время как региональное сотрудничество или кооперация – это категория, которая характеризует региональные явления в остальном мире⁴⁹.

Рассматривая понятие региональной интеграции, необходимо принимать во внимание тенденции «нового регионализма», рассмотренные ранее.

На основании вышеизложенного под региональной интеграцией – следует понимать сотрудничество стран определенного географического, социального или функционального (общность доктрин и целей) региона посредством создания региональных объединений, как обладающих международной правосубъектностью, так и не обладающих ее (действующих в рамках консультативного формата – саммиты, форумы, партнерства, программы), в целях развития и укрепления экономических, политических, социальных и иных связей, а также достижения единых целей на основе принципов добровольности, в процессе которого происходит взаимопроникновение национальных интересов, а также сближение различных институциональных структур государств⁵⁰.

2. Формы региональной интеграции

Исторически государствами использовались различные политические формы объединения и взаимодействия с другими государствами и отдельными территориями в целях решения вопросов совместной безопасности, обороны, политической и экономической кооперации. Рассмотрим некоторые из них.

2.1. Империи и сюзеренитеты

Единое юридическое определение термина «империя» в доктрине отсутствует. Оксфордский словарь дает следующее определение империи: «…территория или группа территорий с единоличным правителем».

Чаще всего термин «империя» употребляется в следующих значениях: 1) монархия, имеющая обширные колониальные владения, которые часто находятся на значительном расстоянии друг от друга (например, Британская, Французская, Португальская, Голландская империи), или 2) монархия, являющаяся многонациональным государством, управляемым из одного центра (Российская империя). Первые именуются талассократическими (от др.-греч. qθάλασσα – море, и κράτоξ – власть, thalassokratia – власть над морем), тогда как вторые – теллурократическими (от лат. tellūs – земля, пространство). Критерием данной классификации является способ формирования империи. Талассократические империи – Венеция, Финикия, Греция, Португальская империя и Голландская Ост-Индия)⁵¹.

Часто империями именуются государства, не соответствующие указанным признакам (Центральноафриканская империя (1976–1979), Вьетнамская империя, существовавшая с 11 марта 1945 г. по 23 августа 1945 г.⁵²).

В словаре Вебстера «сюзеренитет» определяется «как отношения, в которых доминирующее государство (сюзерен) контролирует международные отношения государства-вассала, не вмешиваясь при этом в его внутреннюю политику».

Рассматривая сюзеренитет, в пример обычно приводятся отношения Оттоманской империи и ее вассалов⁵³. Современная практика далека от использования данной модели отношений. Так, до 2008 г. Великобритания признавала сюзеренитет Китая над Тибетом. В 2008 г. Тибет был признан частью КНР⁵⁴. С 1947 по 1975 г. Индия являлась сюзереном Сиккима (Сикким в настоящее время является штатом Индии).

2.2. Конфедерации, квазиконфедерации и федерации

Оксфордский словарь английского языка определяет конфедерацию как политический союз для совместных действий в отношениях с другими объединениями.

Оппенгейм определяет конфедерацию как «[некоторое] количество суверенных государств, связанных поддержкой своей внутренней и внешней независимости путем заключения международного договора о союзе, имеющие собственные органы, указания которых являются юридически обязывающими для государств, но не для их граждан»⁵⁵.

В российской теории международного права под конфедерацией понимают «объединение нескольких государств, создающих некоторые общие органы для достижения общих целей (взаимной обороны, внешних сношений, государственной безопасности, финансирования и др.)⁵⁶. Юридическим основанием для создания конфедерации практически всегда является международный договор, который позднее может быть преобразован в документ конституционного характера.

Юридическими признаками конфедерации являются право сецессии (выхода государства из состава конфедерации), наличие общих органов, общие цели (единая система обороны, единая внешняя политика, единая валюта)⁵⁷.

Профессор кафедры конституционного права Национального автономного университета Барселоны (Испания) Франческ де Каррерас Серра указывает следующие признаки конфедерации: «…ее высший орган состоит из представителей правительств государств-участников, осуществляющих свою деятельность аналогично послам в соответствии с мандатами, выданными их правительствами; акты, издаваемые конфедерацией, обязывают государства, входящие в ее состав, но не граждан, которые соблюдают их, подчиняясь напрямую нормам права соответствующих государств. Таким образом, юридическая связь граждан и конфедерации невозможна без посредничества конфедерации и государства»⁵⁸.

Ряд конфедераций были преобразованы в федеративные государства (США⁵⁹, Швейцария⁶⁰).

Примером конфедерации является Босния и Герцеговина, созданная в соответствии с Дейтонским соглашением от 14 декабря 1995 г. и включающая в себя Федерацию Боснии и Герцеговины (создана в соответствии с Вашингтонским соглашением от 1 марта 1994 г.), Республику Сербскую, созданную в соответствии с Дейтонским соглашением от 14 декабря 1995 г., и Округ Брчко, входящий в обе республики.

Единая валюта Боснии и Герцеговины – боснийская марка – используется в разных вариантах в зависимости от территории платежа. Административно-территориальное деление в обеих частях Боснии и Герцеговины различается. Республика Сербская имеет право сецессии из состава Боснии и Герцеговины. Федерация Боснии и Герцеговины такого права не имеет⁶¹.

Европейский Союз все чаще характеризуют как «обладающий признаками конфедерации»⁶². Действительно, ЕС обладает всеми признаками конфедерации: суверенность государств, образующих Союз; создание Евросоюза на основе международного по своей природе и характеру договора; наличие общих интересов и целей у государств – членов Евросоюза; существование и функционирование общих органов, вырабатывающих общую политику развития различных сфер жизни европейского общества и тем самым координирующих деятельность государств-членов. Лиссабонский договор в ст. 50 предусматривает право выхода государства из состава ЕС.

Термин «квазиконфедерация», в свою очередь, является обобщающим понятием, обозначающим самые различные модели взаимодействия государств, уровень политических отношений и взаимной зависимости которых не достиг уровня конфедерации⁶³. В силу того, что конфедерация является достаточно расплывчатым понятием, термину «квазиконфедерация» тем более сложно дать юридическое определение⁶⁴.

Квазиконфедерациями называют отношения между Британскими островами Англией и Шотландией, островами Мэн, Джерси, Гернси (British Isles)⁶⁵ и отношения государств – членов Содружества Независимых Государств⁶⁶. Исследователь из Университета Пенсильвании Дуглас В. Верни одним из признаков квазиконфедерации считает наличие региональных составляющих⁶⁷.

Федерация – это форма государственного устройства, предполагающая политическую самостоятельность административно-территориальных единиц, входящих в ее состав⁶⁸. Федеративное государство предполагает, таким образом, разграничение компетенции между федеральными (центральными) органами государственной власти и органами государственной власти административно-территориальных единиц.

Л. Оппенгейм и Р. Роксбрук определяют федеративное государство как постоянный союз нескольких суверенных государств, имеющий собственные органы, но (в отличие от конфедерации) обладающий властными полномочиями в отношении граждан⁶⁹.

В. Е. Чиркин выделяет следующие признаки федерации:

1) состоит из других государств или государственных образований, являющихся ее субъектами, но иногда включает также территории, управляемые федеральными органами;

2) в ней действуют две публичные власти (их иногда называют государственными властями): верховная власть федерации и подчиненная власть ее субъектов;

3) существует своя система органов публичной власти федерации и своя в каждом субъекте;

4) создается особая палата парламента (а иногда и другие органы) для представительства интересов субъектов федерации;

5) конституция проводит разграничение полномочий федерации и ее субъектов (теперь в соответствии с концепциями кооперативного или конкурирующего федерализма, как правило, выделяется также сфера совместной компетенции, предметов ведения);

6) существует федеральное право и право субъектов федерации, причем действует принцип верховенства федерального права⁷⁰.

Другие признаки (например, собственные конституции и свое гражданство субъектов федерации, своя судебная система) могут быть (например, в США), а могут и не быть (например, в Индии)⁷¹.

Федеративное государство отличается от унитарного государства, имеющего в своем составе автономные административно-территориальные единицы⁷². Последние являются своего рода исключениями из общего территориального устройства унитарных государств. Федеративное же устройство предполагает наличие автономного статуса у всех административно-территориальных единиц государства. Исключением же, напротив, является отсутствие такого статуса у некоторых из них⁷³.

По критерию равноправия федеративные государства делятся на симметричные и асимметричные. Симметричные федерации предполагают равноправие административно-территориальных единиц в отношениях с центром в части полномочий, тогда как государственное устройство асимметричных федераций основано на различных моделях разграничения полномочий между федеральной (центральной) властью и властью административно-территориальной единицы. Как правило, юридической основой асимметричной федерации является договор между федеральным органом власти и органом власти административно-территориальной единицы. Классическим примером асимметричной федерации является Испания⁷⁴.

Разделение федеративных государств на слабые и сильные федерации частично основано на количественном критерии, а частично – на качественном. Слабая федерация предполагает наличие существенных полномочий административно-территориальных единиц, тогда как сильная, напротив, – сильных полномочий федерального центра.

2.3. Кондоминиумы, протектораты и ассоциированные государства

Кондоминиум (от лат. con – вместе, совместно, dominium – владение) – это совместное владение двух или более государств определенной территорией, на которую распространяется их суверенитет. Юридическим основанием возникновения кондоминиума является международный договор.

Немецкий юрист-международник Вольфганг Граф Витцтум под кондоминиумом подразумевает совместное осуществление территориального суверенитета несколькими государствами⁷⁵.

В решении по делу Дрозда и Янусека против Франции и Испании Европейский суд по правам человека принял решение о том, что Княжество Андорра не является «общей территорией... Французской Республики и Королевства Испания, равно как и французско-испанским кондоминиумом», являясь суверенным государством⁷⁶.

Как представляется, случай Андорры – это типичный пример коимпериума, т.е. совместного управления несколькими государствами территорией другого независимого государства (например, совместное управление Германией после 1945 г. осуществлялось как раз на принципе коимпериума).

О. Н. Хлестов определяет коимпериум как совместное осуществление власти (юрисдикции) двумя или более государствами на территории, которая принадлежит третьему государству, оно обладает суверенитетом над этой территорией⁷⁷.

Франция и Великобритания с 1906 по 1980 г. осуществляли совместное управление кондоминиумом Новые Гебриды (в настоящее время Республика Вануату).

Озеро Титикака, находящееся между Боливией и Перу, является кондоминиумом по соглашению 1956 г. между сопредельными государствами⁷⁸.

В рамках кондоминиума на Синьцзян (ныне Синцзян-Уйгурский автономный округ КНР) в период с 1871 по 1881 г. верховные суверенные права оставались за Китаем, а реальное владение – за Россией.

Протекторат – это автономная территория, которая находится под дипломатической и (или) военной защитой иностранного государства. Энциклопедия американского права Уэста дает следующее определение протектората: «Форма международной охраны, возникающая в соответствии с международным правом, когда в соответствии с положениями международного договора более слабое государство передает управление иностранными делами более сильному государству, не теряя суверенитета. При этом государство, в отношении которого установлен протекторат, не теряет международной правосубъектности. Международные договоры, заключенные “протектором”, не обязательно являются юридически обязывающими для государства, в отношении которого установлен протекторат»⁷⁹. Классическим примером отношений протектората являются отношения Швейцарии и Лихтенштейна. Лихтенштейн, являясь государством с иной формой правления (конституционная монархия), как и Швейцария, не является членом ЕС. Валютой Лихтенштейна является швейцарский франк. Посольства Лихтенштейна существуют в Швейцарии, ФРГ, Австрии, Бельгии и США. В отношениях с иными государствами, согласно обмену письмами от 21/24 октября 1919 г. об обеспечении интересов Лихтенштейна в третьих государствах через Швейцарию (Briefwechsel vom 21./24. Oktober 1919 über die Wahrung der liechtensteinischen Interessen in Drittstaaten durch die Schweiz⁸⁰), Лихтенштейн представляет Швейцария.

Максимально высокой степенью самоуправления отличается «ассоциированное государство», современный прообраз протектората, так называемая переходная форма политической и экономической зависимости подчиненной территории от колониального статуса к самостоятельному государству. Такое государство сохраняет полную свободу в определении и реализации внутренней политики, при этом существенно ограничено в вопросах внешней политики.

2.4. Содружества и сообщества

Содружество (Commonwealth) – это объединение независимых государств, координирующих свои действия в рамках регулярных встреч глав высших органов исполнительной власти.

В 1884 г. во время визита в Австралию Лорд Розбери (Rosebery) описал преобразовывающуюся Британскую Империю как Содружество наций (Commonwealth of Nations), поскольку все большее количество ее колоний обретали самоуправление в правовом смысле этого слова. С 1887 г. стали проводиться конференции британских и колониальных премьер-министров (Conferences of British and colonial prime ministers). В 1917 г. Яном Смутсом (Jan Smuts) был предложен термин «Британское Содружество наций» (the British Commonwealth of Nations) и «будущие конституционные преобразования» на Версальской конференции 1919 г., в которой участвовали делегаты от доминионов и от Великобритании⁸¹. В Декларации Бальфура, принятой на конференции 1926 г. (Balfour Report), был обсужден и принят следующий (неформальный) статус доминионов: «…являются автономными сообществами в пределах Британской Империи, равные по своему статусу, никоим образом и ни в каком аспекте не подчиняющиеся друг другу в своих внутренних делах и внешних сношениях, хотя и объединены общей преданностью Короне, и свободно объединяются как члены Британского Содружества наций»⁸².

Доминионы, получившие независимость в 1953 г. и при этом сохранившие за британским монархом должность главы государства, приобрели статус «монархий Содружества»– Канада, Австралия, Новая Зеландия, Антигуа-и-Барбуда, Багамские острова, Гренада, Барбадос, Белиз, Ямайка, Папуа – Новая Гвинея, Сент-Люсия, Сент-Киттс-и-Невис, Сент-Винсент-и-Гренадины, Соломоновы острова и Тувалу, т.е. государств, формальным главой которых является король (королева) Великобритании.

Собственно, термин «доминион» известен с 1535 г. До 1800 г. он применялся к любым зависимым от Англии территориям (в особенности к Уэльсу⁸³). Однако до 1926 г. это понятие не имело единого юридически значимого содержания. Колония Вирджиния и доминион Новая Англия никогда не обладали правами самоуправления. Лишь на Колониальной конференции 1907 г. Австралия и Канада получили статусы доминионов. В том же году этот список пополнился за счет включения в него Новой Зеландии и Ньюфаундленда. В 1910 г. такой статус получила Южная Африка, а в 1927 г. – Ирландское Свободное Государство.

Вместе с тем, как указывает канадский юрист Френсис Реджинальд Скотт, «Первая мировая война прекратила чисто колониальный период в истории доминионов. Их участие в войне на стороне союзников дало им право на признание… и голос в сфере формирования политики. Это требование было признано Империей путем создания Имперского военного кабинета в 1917 г., кроме того, на Версальском мирном договоре стояли подписи глав доминионов и было обеспечено участие доминионов в работе Лиги Наций. Таким образом, самоуправляемые доминионы (self-governing Dominions) участвовали на правах младших членов мирового сообщества, однако было очевидно, что они более не рассматривались просто как колонии Британии»⁸⁴. При учреждении Лиги Наций в 1924 г. Конвент Лиги Наций (the League Covenant)⁸⁵ предусмотрел в ст. 1 возможность вступления в нее любого полностью самоуправляемого государства, доминиона или колонии.

Профессор Кембриджского университета, британский специалист в области международного права австралийского происхождения Джемс Кроуфорд определял «доминион» как «нечто среднее между колонией и государством»⁸⁶.

Лондонская декларация (The London Declaration) 1949 г. юридически прекратила существование Британского Содружества наций ввиду событий в Индии⁸⁷. Все государства – участники Содружества наций, кроме Мозамбика (присоединившегося к Содружеству наций в 1995 г.) и Руанды (присоединившейся в 2009 г.), прямо или косвенно подчинялись Великобритании или, по крайней мере, были административно подчинены другому государственному образованию, входившему в Содружество. Главы правительств государств Содружества в 1997 г. на саммите в г. Эдинбурге разработали критерий членства в Содружестве. Последний состоит в том, что государство-кандидат (an applicant country) должно, как правило, иметь конституционную связь с существующим государством, являющимся членом Содружества; оно должно разделять ценности Содружества, его принципы и приоритеты, установленные Декларацией Содружества в г. Хараре в 1991 г., принимать нормы Содружества и его конвенции⁸⁸.

Формально Содружество наций является межправительственной организацией и не имеет структуры органов управления, кроме Секретариата⁸⁹. Штаб-квартира Секретариата Содружества наций располагается в г. Лондоне, Великобритания. Во главе Секретариата стоит Генеральный секретарь Содружества наций (the Common-wealth Secretary-General). Весь персонал Секретариата подотчетен Генеральному секретарю. Бюджет Секретариата утверждается на встрече глав государств – членов Содружества наций. Именно Генеральный секретарь, а не глава Содружества наций (выполняющей церемониальные функции) представляет Содружество наций.

По праву Соединенного Королевства, равно как и в некоторых других юрисдикциях Содружества наций, граждане государств Содружества наций не относятся к правовой категории «иностранцы» (и приравнены в этом смысле к гражданам Ирландии и «лицам, находящимся под защитой Британии»). Вместе с тем «лица, находящиеся под защитой Британии», не обладают тем же объемом гражданских прав, каким обладают граждане государств Содружества наций и граждане Ирландии. Последние приравниваются к гражданам Великобритании.

Юридических прав, принадлежащих исключительно британским гражданам, но не принадлежащих гражданам государств Содружества наций, относительно немного, однако они касаются права на пересечение государственной границы. Граждане государств Содружества (включая британцев по праву рождения, не являющихся британскими гражданами), не имеющие права на проживание, являются объектом миграционного контроля, включая контроль за реализацией права на работу и занятие предпринимательской деятельностью. Кроме того, граждане государств Содружества, не являющиеся британскими гражданами, не могут быть заняты в таких важных сферах деятельности, как разведка и оборона, работать в Министерстве иностранных дел и Министерстве по делам Содружества.

В соответствии с правом Соединенного Королевства граждане государств Содружества также пользуются определенными привилегиями⁹⁰.

Ввиду того что в англоязычной юридической терминологии commonwealth переводится как общее благо, оно в определенном смысле является синонимом термину «республика» (от лат. res publicum – общее дело). В связи с этим ряд официальных наименований суверенных государств включают в себя этот термин – Австралия, Доминика, Багамские острова, а также некоторые штаты США (Кентукки, Массачусетс, Пенсильвания, Вирджиния) и некоторые другие территории, входящие в их состав (Пуэрто-Рико и Северные Марианские острова)⁹¹. Отношения содружества США и Пуэрто-Рико предполагают более высокую степень автономии Пуэрто-Рико по сравнению с полномочиями штатов США⁹².

Сообщество (community) как форма объединения государств не получило единого юридического определения. Под этим термином подразумеваются такие различные по степени интеграции и правовой природе формирования, как Экономическое сообщество стран Западной Африки (ЭКОВАС), Сообщество Сахело-Сахарских государств, Карибское сообщество (КАРИКОМ), Сообщество стран Латинской Америки и Карибского бассейна, находящиеся на разных стадиях интеграционного взаимодействия.

Задачей сообщества как интеграционного объединения может являться создание унифицированного валютного, налогового и таможенного режима. После достижения этих целей оно может быть преобразовано в региональную организацию более высокого уровня – конфедерацию⁹³.

Также среди признаков сообщества можно отметить то, что понятие «сообщество» исключает соподчинение или подчинение одних государств другим.

Профессор международного права Нью-Йоркского университета Томас Мартин Франк (Franck) дает следующее определение термину «сообщество»: это «социальная система длящегося взаимодействия, предполагающая наличие структурных взаимоотношений между акторами»⁹⁴. Сообщество, пишет он, «состоит из системы сознательного взаимодействия между его элементами и разделяемых ими моральных императивов и ценностей»⁹⁵.

С точки зрения Х. Булла, сообщество представляет собой систему макросубъектов и модель их поведения, которой они руководствуются при взаимодействии друг с другом⁹⁶.

2.5. Унии, фузии, инкорпорации и союзы

Одной из форм политического объединения государств является уния (от лат. unio – единение). Уния (в англоязычной юридической терминологии – union) представляет собой форму объединения монархических государств, предполагающую, что их главой является одно и то же лицо. С точки зрения международного права государства, входящие в унию, являются суверенными государствами. Дипломатический представитель унии является представителем двух государств одновременно, но не является представителем унии, поскольку она не создает субъекта международного права. Международное и, в частности, политическое значение уний не столь велико. Однако оно активно проявляется в военной сфере, поскольку с позиции права состояние войны между членами одной унии невозможно хотя бы по причине того, что подписание акта об объявлении войны одного члена унии другому означало бы объявление войны «самому себе»⁹⁷.

Уния как союз двух и более государств наиболее близка к конфедерации, однако их нельзя отождествлять. Во-первых, конфедерации могут возникать между республиками и монархиями. В то время как уния возникает исключительно с участием монархических государств. Во-вторых, конфедерация учреждается договаривающимися странами посредством заключения договора, а уния возникает в силу принадлежности монарху права престолонаследия в двух и более государствах. Однако это не исключает в дальнейшем возможности заключения договора об унии.

В-третьих, одним из непременных условий существования конфедерации является политическая общность входящих в ее состав стран, их активное взаимодействие. Для унии нехарактерно наличие тесных союзнических связей.

Различают унии личные и реальные. Юридическое различие личной (personal union) и реальной уний (real union) заключается в том, что прекращение личной унии возможно ввиду отсутствия юридической способности монарха одного государства являться монархом в другом государстве. Например, если монархом в одном государстве (части унии) становится лицо, относящееся к категории населения, представители которой по закону другого государства не могут занимать пост монарха, уния прекращается. Реальная уния предполагает наличие в правопорядках государств, входящих в унию, единого порядка престолонаследия⁹⁸.

Личные унии возникают случайно (непреднамеренно), поскольку при подобной форме унии один и тот же монарх в силу стечения обстоятельств становится престолонаследником двух монархов в различных государствах. Образовавшись, личная уния также в любой момент может и распасться, если потомок общего монарха займет престол в одном государстве, а по законам другого члена унии его восхождение на престол не состоялось.

При реальной форме унии законодательство всех ее членов определяет единый порядок престолонаследия, что во многом исключает случайный распад унии. Таким образом, реальная уния может распасться или один из ее членов вправе выйти из нее только при изменении формы правления в одной из стран.

Примером личной унии являлись унии Великобритании и Ганновера (1714–1837), Кальмарская уния (1397–1523), включавшая в себя Данию, Швецию (с Финляндией), Норвегию (с Исландией, Гренландией, Фарерскими островами и Северными Островами)⁹⁹. Юридической основой данной унии являлся Кальмарский договор от 25 сентября 1397 г.¹⁰⁰

В качестве примера реальной унии можно назвать унию Англии и Шотландии. Акт об унии, принятый парламентами Англии и Шотландии и вступивший в силу с 1 мая 1707 г., предусмотрел создание единого союзного государства – Великобритании. В соответствии с названным актом произошло объединение двух парламентов – Англии и Шотландии – в единый парламент Великобритании. Данная уния действует и в настоящее время, несмотря на воссоздание шотландского парламента и предоставление ей внутренней самостоятельности в соответствии с Актом о Шотландии 1998 г. (был принят парламентом Великобритании 17 ноября 1998 г.)¹⁰¹.

В 1800 г. британским и ирландским парламентами был одобрен Акт об унии, в соответствии с которым был объявлен союз Королевства Великобритании и Королевства Ирландии. 1 января 1801 г. был утвержден флаг Соединенного Королевства, который сочетает в себе Георгиевский крест (Англия), Андреевский крест (Шотландия) и флаг Святого Патрика (Ирландия).

В современных правопорядках трудно найти пример личной унии, однако нельзя исключать возможности ее возникновения¹⁰².

Фузия (слияние государств) также является одной из правовых форм объединения государств. В англоязычной юридической терминологии данный термин применительно к объединениям государств не используется. Этот процесс обозначается терминами «unification» и «consolidation».

В качестве примера фузий называют воссоединение Федеративной Республики Германия и Германской Демократической Республики, Народной Демократической Республики Йемен и Йеменской Арабской Республики, Северного и Южного Вьетнама (СРВ)¹⁰³. Что касается таких государств, как КНДР и Республика Корея, то их объединение возможно исключительно на основе фузии, поскольку, несмотря на дипломатическое признание КНДР в качестве субъекта международного права, Республика Корея не признает его существование в качестве такового и претендует на всю территорию Корейского полуострова, равно как и КНДР не признает существования Республики Кореи в качестве независимого государства.

С юридической точки зрения у этих интеграционных процессов отсутствуют какие-либо общие признаки, являющиеся в то же время их diferencia specifica¹⁰⁴. Если объединение Народной Демократической Республики Йемен и Йеменской Арабской Республики привело к ликвидации двух и созданию одного субъекта международного права – Республики Йемен, то этого нельзя сказать в отношении объединения, точнее, воссоединения (Deutsche Wiedervereinigung) ФРГ и ГДР, которое и с политической, и с правовой точек зрения представляло собой присоединение ГДР к ФРГ. В соответствии с положениями Договора между Федеративной Республикой Германия и Германской Демократической Республикой о реализации германского единства (Vertrag zwischen der Bundesrepublik Deutschland und der Deutschen Demokratischen Republik über die Herstellung der Einheit Deutschlands (Einigungsvertrag)) от 31 августа 1990 г.¹⁰⁵, в § 1 ст. 1 которого содержится прямое указание на вступление (Beitritt) ГДР в ФРГ, законодательство ГДР подлежало пересмотру в соответствии с Конституцией ФРГ (das Grundgesetz für die Bundesrepublik Deutschland) в редакции от 21 декабря 1983 г.¹⁰⁶ и нормами Европейского сообщества (ст. 9 Договора об объединении Германии). Международные договоры ГДР, действующие на момент объединения, должны были обсуждаться с точки зрения соблюдения договорных обязательств ФРГ (ст. 12 Договора об объединении Германии)¹⁰⁷.

22 апреля 1990 г. было заключено Соглашение о создании союза между государством Йеменская Арабская Республика (ЙАР) и государством Народно-Демократическая Республика Йемен. В соответствии с его положениями между этими государствами 26 мая 1990 г. создается союз под названием «Республика Йемен» с унифицированной системой права, системой органов государственной власти и судебной системой¹⁰⁸.

Объединение НДРЙ и ЙАР в одно государство стало катализатором принятия новой Конституции. По мнению М. А. Абдулвареса, принятие Конституции 1991 г. позитивно повлияло на состояние прав человека в обеих частях Йемена. Впервые, пишет М. А. Абдулварес, были закреплены многие права и свободы человека, которые ранее не предусматривались в основных законах обоих государств или вовсе были запрещены конституционными нормами (как, например, создание политических партий)¹⁰⁹.

Таким образом, можно выделить такие юридически значимые признаки фузии как формы объединения государств:

1) этническая идентичность населения государств;

2) вхождение ранее территории государств, объединяющихся на основе фузии, в одно государство;

3) разделение государств, объединяющихся на основе фузии, происходило по идеологическим причинам.

Именно на основе перечисленных критериев представляется возможным логическое отделение фузии от инкорпорации (оформляемой как слияние, присоединение одного государства к другому)¹¹⁰.

Инкорпорацией называют, например, присоединение Эстонии, Латвии и Литвы к СССР в 1940 г. Ряд штатов и других территорий США присоединились к США в форме инкорпорации (Аляска, Гавайские острова).

Гавайская территория (The Territory of Hawaii) существовала в качестве Королевства Гавайи с 1795 по 17 января 1893 г. и Республики Гавайи с 17 января 1893 г. по 7 июля 1898 г., когда территория Гавайских островов получила статус Гавайской территории.

Юридическим признаком инкорпорации той или иной территории в праве США является распространение правового статуса граждан США на население присоединяемой территории. Хрестоматийным прецедентом является рассмотренное Верховным Судом США дело Рассмуссен против США (Rassmussen v. United States (197 U.S. 516, 522 (1905)). В результате его рассмотрения суд пришел к выводу, что Аляска была именно инкорпорирована в состав США, поскольку в договоре о передаче Аляски между Россией и США было указано, что «жители уступаемой территории будут пользоваться теми же правами, привилегиями и иммунитетами, что и граждане Соединенных Штатов»¹¹¹.

Термину «уния» синонимичен термин «союз» (в англоязычной терминологии «union»). В этом значении данный термин синонимичен понятию федеративных государств (к примеру, СССР, Республика Союз Мьянма), международных интеграционных блоков, находящихся на самых разных ступенях интеграции (Евразийский экономический союз, Европейский Союз)¹¹².

2.6. Зависимые, заморские территории и коронные земли

В прошлом веке многие части суши, несмотря на некоторые признаки государственности (территориальная целостность, четко обозначенные границы территории, население, власть и т.д.), не обладали политической и экономической независимостью, а также полнотой суверенитета, т.е. являлись зависимыми территориями. На такие территории распространялась юрисдикция иного государства, которое имело статус метрополии.

В середине прошлого века подавляющее количество колоний получило независимость. Однако в современном мире до сих пор сохранились территории, имеющие разнообразные статусы (что в первую очередь обусловлено историческими причинами, а также характером внутреннего управления), но, по сути, все также зависимые от иного государства. Например, такие территории могут входить или не входить в территорию своих метрополий.

Ряд зависимых территорий именуются заморскими территориями, что обусловлено территориальным отделением государства-метрополии от подчиненной территории океаном или морем.

На сегодняшний день существует порядка 70 зависимых территорий, например, Австралия является метрополией для трех заморских территорий; Великобритания – для 16 территорий, из которых 13 являются заморскими территориями, а три имеют статус коронной земли, под которой понимаются владения Британской Короны, которые не являются независимыми территориями, но при этом не входят в состав Соединенного Королевства. Коронные земли являются самостоятельно управляемыми территориями и членами Британско-Ирландского совета.

2.7. Территории с особым статусом

Следует отметить территории, которые имеют особый статус. На сегодняшний день в мире существует четыре территории с особым статусом: Аландские острова, Гонконг, Макао и Шпицберген.

Аландские острова получили особый статус Финляндии в соответствии с заключенным в 1856 г. Парижским мирным договором. В 1921 г. была принята Аландская конвенция, которая подтвердила демилитаризованный статус Аландских островов, предоставленный им в 1856 г. Исходя из условий данного акта, на территории Аландских островов не могут размещаться военные базы и иные военные формирования, установлен запрет на возведение объектов военного назначения. Кроме того, мужская часть островного населения не подлежит призыву на военную службу. Жители островов имеют собственное гражданство, обладают правом избирать и быть избранными в местный парламент, который, в свою очередь, не подчинен и не подотчетен перед парламентом Финляндии. Аландские острова обладают полной автономией в решении вопросов в сфере образования, культуры, защиты памятников старины, здравоохранения, охраны окружающей среды, внутреннего транспорта, вопросов местного самоуправления, почтовой службы, радио и телекоммуникаций. Вместе с тем, если парламент островов выходит за рамки своих полномочий или если принятый закон создает потенциальную угрозу безопасности Финляндии, президент Финляндии вправе наложить на такие законы вето. В свою очередь, в ведении государственных органов власти Финляндии находятся вопросы внешней политики, гражданского и уголовного права, судоустройства, таможенная сфера и налогообложение.

Гонконг получил статус особой территории Китайской Народной Республики в 1997 г. в соответствии с заключенной в этом же году совместной китайско-британской декларации и Основным законом Гонконга. В соответствии с Основным законом 1997 г. Гонконгу предоставлен специальный статус административного района КНР с широкой автономией сроком на 50 лет (до 2047 г.). К полномочиям центральных государственных органов КНР отнесены вопросы обороны и внешней политики территории, полный контроль за органами полиции, вопросы денежной системы, иммиграционной политики. При этом в Гонконге действует собственное законодательство, принимаемое органами власти Гонконга. Более того, данный статус предусматривает право участия в международных организациях.

До 2049 г. статусом специального административного района Китайской Народной Республики обладает также Макао, который 20 декабря 1999 г. утратил статус португальской колонии и вошел в состав КНР. Основной закон был одобрен Всекитайским собранием народных представителей в марте 1993 г. и по аналогии с Гонконгом основан на принципе разделения экономических и юридических систем в рамках единого государства. Макао имеет собственное законодательство, обладает автономной денежной, таможенной и эмиграционной системами, а также правом участия в международных организациях.

Архипелаг Шпицберген также обладает особым статусом. 9 февраля 1920 г. был подписан Шпицбергенский трактат, которым был определен международно-правовой статус архипелага. До 1920 г. Шпицберген имел статус свободной территории. В соответствии с названным актом над архипелагом был установлен суверенитет Норвегии, иные же участники трактата приобрели равное право на эксплуатацию естественных ресурсов Шпицбергена и его территориальных вод. На основании ст. 9 соглашения Норвегия не вправе сооружать и допускать создание морских баз или укреплений на территории архипелага и не может использовать данную территорию в военных целях. СССР присоединился к Шпицбергенскому трактату в 1935 г.¹¹³ На сегодняшний день участниками соглашения являются более чем 50 государств. По сути, в соответствии с его условиями архипелаг является единственной сухопутной территорией «общего пользования».

2.8. Еврорегионы как особая форма европейской интеграции

Рассматривая формы интеграции, нельзя обойти вниманием «еврорегионы» как европейскую форму международной интеграции, характеризуемую взаимодействием двух или нескольких территориальных образований соседствующих стран Европы, которые расположены в приграничных районах и обладают всеми целостнообразующими характеристиками.

Создание таких регионов позволяет территориальным образованиям приграничных европейских стран образовывать самостоятельные структуры, в рамках которых они напрямую сотрудничают в определенных сферах общественной жизни посредством реализации различных проектов. Первый еврорегион был образован на границе Германии и Нидерландов в 1958 г. и получил наименование EUREGIO. Со временем на территории Европы еврорегионы получили широкое распространение¹¹⁴. Среди наиболее известных следует назвать такие как «Адриатика» (Adriatic), который был образован в 2006 г. и включает ряд территорий Албании, Боснии и Герцеговины, Хорватии, Италии, Черногории и Словении; «Баварский лес – Богемский лес/Шумава» (Euroregio Bayerischer Wald-Bühmerwald/Su-mava) 1994 г., объединяющий регионы Германии, Австрии и Чехии; «Эльба-Лаба» (Elbe-Labe), созданный в 1992 г. и объединивший территориальные части Чехии и Германии, и т.д.¹¹⁵

Примечательно, что ряд российских регионов принимали активное участие в данной форме интеграции. Так, в 1997 г. был создан еврорегион «Неман», который в настоящее время объединяет различные регионы Республики Беларусь (Гродненская область), Польши (49 самоуправлений Подлясского воеводства), Литвы (12 самоуправлений Мариямпольского и Алитусского поветов) и России (Черняховский, Краснознаменский, Озерский, Гусевский и Нестеровский районы Калининградской области).

В 1998 г. был образован еврорегион «Балтика», в состав которого входят административно-территориальные образования шести государств: Дании, Швеции, Латвии, Литвы, Российской Федерации и Польши.

Еврорегионы действуют на основании учредительных документов, как правило, на основе уставов, принимаемых их членами. Так, например, еврорегион «Адриатика» функционирует на основании Устава, принятого 30 июня 2006 г. Устав также является единственным учредительным документом еврорегиона «СаарЛорЛюксРейн», созданного в феврале 1995 г. на базе Рабочего сообщества «КОМРЕГИО» и действующего с 1988 г. В большинстве случаев в уставных документах того или иного еврорегиона определяются его правовой статус, цели сотрудничества, участники еврорегиона, их права и обязанности, органы управления и порядок принятия ими решений. Вместе с тем принятию устава, как правило, предшествует подписание соглашения о создании еврорегиона, в котором участвующие стороны выражают намерение создать еврорегион и устанавливают общие положения по их сотрудничеству¹¹⁶.

Как было отмечено, цели сотрудничества регионов приграничных стран установлены в уставных документах. Причем в различных уставах они сформулированы по-разному. Так, например, в соответствии с параграфом 1 Устава еврорегиона «Сауле» (территорию образуют территориальные образования Литвы, Латвии, РФ и Швеции) сотрудничество ведется в целях:

– улучшения условий жизни людей, проживающих на этой территории;

– облегчения взаимных контактов;

– сближения местных сообществ;

– преодоления возможных исторических и иных предубеждений;

– планирования деятельности, направленной на обеспечение всестороннего поступательного развития участников еврорегиона с учетом их экономического состояния;

– содействия деятельности, направленной на налаживание сотрудничества между региональными и местными властями.

Сотрудничество сторон в рамках еврорегиона «Карелия» (территорию образуют три финляндских региональных союза и Республика Карелия (РФ)) преследует следующие цели:

– облегчение процесса пересечения границы для людей и грузов путем упрощения пограничных формальностей и содействия открытию новых пограничных переходов;

– содействие улучшению благосостоянию населения путем увеличения его занятости;

– содействие развитию экономики;

– решение проблем безопасности местного населения и туристов;

– расширение сотрудничества в сфере культуры;

– координация проектов в рамках сотрудничества сопредельных регионов РФ и Финляндии и т.д.¹¹⁷

Вместе с тем в ряде уставных актов еврорегионов цели сотрудничества сформулированы с учетом направлений деятельности: «развитие сотрудничества приграничных районов в следующих областях / направлениях…». Подобные формулировки содержат уставы еврорегиона «Буг» (территориальные образования Польши и Украины), еврорегиона «Ярославна» (территории двух областей РФ и Украины), приграничного сообщества еврорегион «Днепр» (области Украины, Беларуси и РФ) и т.д.

В числе приоритетных направлений сотрудничества участников еврорегионов следует назвать экономическую сферу. Более того, именно эта область общественных отношений на уровне еврорегионов позволяет достичь значительных успехов, особенно в транспортном секторе экономики, что объясняется реализацией программ узкой направленности и постановкой более конкретизированных целей взаимодействия. Кроме того, формирование на территории еврорегионов свободных экономических зон способствует дополнительному притоку прямых внешних инвестиций, что, в свою очередь, позволяет реализовывать запланированные проекты¹¹⁸.

Безусловно, среди важных сфер деятельности большинства еврорегионов следует назвать социальную сферу (гуманитарные контакты и туризм, охрана окружающей среды, культура и т.д.).

Таким образом, еврорегионы представляют собой приграничные сообщества по международному сотрудничеству как в экономической, так и в социальной сфере (в том числе в сфере культуры, образования, транспорта, экологии и т.д.).

Из более полутора сотен реально действующих на сегодняшний день еврорегионов свыше ста являются членами Ассоциации европейских приграничных регионов (AEBR), которая была создана по инициативе Германии в 1971 г. В соответствии с принятым 25 ноября 1994 г. уставом Ассоциации целью ее образования было представление интересов приграничных районов в национальных и международных органах власти. Однако сфера ее деятельности намного шире, поскольку Ассоциация осуществляет поддержку и координацию связей приграничных регионов, формулирует и координирует общие интересы еврорегионов, инициирует совместные проекты и мероприятия, а также оказывает помощь в решении возникающих проблем приграничного сотрудничества. В ассоциации есть две разновидности членов – с правом и без права голоса. Членами с правом голоса могут выступать приграничные регионы стран – участников Европейского Союза или Совета Европы, а также объединения приграничных регионов, если не все члены таких объединений являются самостоятельными членами Ассоциации. Членами без права голоса являются приграничные районы, представительство которых еще не определено. Члены без права голоса имеют статус наблюдателя, который действует в течение двух лет¹¹⁹.

По мнению Министерства иностранных дел РФ, деятельность Ассоциации в значительной степени влияет на приграничную политику Европейского Союза, поскольку именно посредством еврорегионов как связующих звеньев приграничных территорий соседствующих стран происходит постепенное упразднение их государственных границ¹²⁰.

Следует отметить, что Ассоциация европейских приграничных регионов, в свою очередь, является членом созданной в 1985 г. Ассамблеи европейских регионов (AER), объединяющей порядка 300 регионов из 35 стран и 14 организаций.

В соответствии с учредительными актами Ассоциации ее деятельность направлена:

– на продвижение принципа субсидиарности как приоритетного принципа содействию европейской политики;

– повышение политического влияния регионов в европейских институтах власти;

– поддержку регионов в процессах расширения Европы и глобализации;

– облегчение межрегионального сотрудничества внутри расширенной Европы и за ее пределами¹²¹.

Разновидностью еврорегионов как одной из форм региональной интеграции является евроокруг. По сути, евроокруга представляют собой городскую агломерацию, которая занимает приграничную территорию двух или нескольких соседствующих стран. Членами такой формы интеграции являются приграничные города (коммуны). Одним из приоритетных направлений сотрудничества муниципальных образований в рамках евроокругов является сфера транспортной коммуникации. Среди самых первых образованных евроокругов можно назвать «Страсбур – Ортенау» (объединяет французский г. Страсбург и немецкие г. Кель и г. Оффенбург), который представляет собой франко-германскую совместную объединенную территорию, как отмечено на официальном сайте евроокруга, «по обе стороны Рейна, которые собрались вместе, чтобы убрать границу, сломать административные барьеры и облегчить повседневную жизнь»¹²². Устав «Страсбур – Ортенау» был подписан 21 января 2010 г. и определил достаточно широкий спектр направлений сотрудничества приграничных городов Франции и Германии. К их числу относятся экономическая сфера, а также большинство областей социальной сферы сотрудничества (культура, образование, окружающая среда, здравоохранение и спорт). В числе наиболее известных евроокругов можно также назвать «Фрайбург – Эльзас» (Германия – Франция), «Лилль – Кортрейк» (Франция – Бельгия), «Саар – Мозель» (Германия – Франция) и «Базель (Швейцария) – Леррах – Вайль-на-Рейне (Германия) – Сен-Луи (Франция)»¹²³.

В настоящее время можно утверждать о распространении еврорегионов как европейской формы сотрудничества далеко за пределами Европы.

Более того, политологи стали утверждать о формировании так называемых афрорегионов по аналогии с еврорегионами, под которыми в контексте сотрудничества по проблемам трансграничных рек Африки предложено понимать регионы Африки, основанные на совместном социо-хозяйственном использовании ресурсов трансграничных рек и принятии общих решений местными органами власти¹²⁴.

2.9. Организации водных (речных) бассейнов

Отдельно следует выделить региональные речные организации (их также именуют «организации водных (речных) бассейнов»), которых на сегодняшний день в мире насчитывается более ста. Такие организации играют существенную роль в развитии интеграционных процессов и направлены как на управление водными массивами, так и на укрепление социальных и экономических связей между прибрежными государствами.

Существенное число речных организаций было учреждено в середине прошлого века. Одной из старейших речных организаций является основанная в 1815 г. Центральная комиссия судоходства по Рейну, которую считают одной из первых региональных интеграционных образований в Европе. Ее основная задача заключалась в обеспечении безвозмездной навигации на реке Рейн¹²⁵.

Вопросы по сотрудничеству стран в сфере управления водными ресурсами предусмотрены и в ряде универсальных международных соглашений. Так, ст. 414 Соглашения об ассоциации между ЕС и государствами – членами ЕС, с одной стороны, и Украиной – с другой, учитывая трансграничную природу бассейна реки Дунай и ее историческую значимость для населяющих ее берега сообществ, предусматривает исполнение международных обязательств, взятых на себя сторонами, как в вопросах навигации, рыболовства, защиты окружающей среды, в особенности сохранения водных экосистем и их живых организмов в целях достижения благоприятной экологической ситуации, так и в других значимых сферах жизнедеятельности.

В отличие от западных стран, где речным организациям посвящено существенное количество исследований¹²⁶, в отечественной доктрине мало работ, в которых рассматриваются данные вопросы. Однако, несмотря на значительное число региональных речных организаций, в иностранной литературе остается нерешенным теоретический вопрос, что же представляет собой международная региональная речная организация, по каким признакам можно отнести то или иное объединение именно к ним.

Определенный интерес представляет следующее определение: международные речные организации представляют собой организованные формы сотрудничества, основанные на обязательных международных соглашениях, охватывающие географически обозначенную территорию международных речных или озерных бассейнов, характеризующиеся принципами, нормами, правилами и механизмами управления¹²⁷.

Представляется, что данное определение необоснованно ограничивает круг речных объединений, под его дефиницию не подпадают такие на сегодняшний день распространенные формы сотрудничества, как форумы, саммиты и иные площадки, в процессе взаимодействия на которых государства достигают в ряде случаев гораздо значительных успехов в продвижении интеграционных процессов, чем в рамках международных организаций.

Вместе с тем внимания заслуживает такой дифференцирующий признак, как транснациональный характер водного бассейна. Под формат речных организаций должны подпадать любые формы сотрудничества государств, имеющих территориальные выходы к одному водному бассейну (озеру или реке). В данном случае следует пояснить, что, если водный бассейн географически расположен исключительно в пределах территории одной страны, он не будет иметь статус международной речной (водной) организации.

По мнению зарубежных авторов, не могут рассматриваться в качестве речных организаций те объединения, в рамках которых сотрудничество стран не ограничено взаимодействием по поводу транснациональных водных объектов, а распространяется также на иные области сотрудничества (экономику, социальное развитие и т.д.), т.е. не ориентированы в первую очередь на управление водными ресурсами.

Вне всякого сомнения, все региональные объединения независимо от формы сотрудничества нацелены на выполнение определенных задач и достижение вполне конкретных целей, в том числе посредством создаваемых институциональных органов. Исключением не являются и речные организации. Однако сотрудничество в определенной сфере, в данном случае в области управления водными ресурсами, «автоматически» порождает усиление кооперации и в других областях социального и в большинстве случаев экономического взаимодействия. Деятельность целого ряда организаций речных (водных) бассейнов охватывает огромный комплекс взаимоотношений как в экономической, так и в социальной сфере.

Так, в соответствии с Соглашением о создании Комиссии реки Лимпопо 2003 г. в ее задачи входит консультирование договаривающихся сторон (Ботсваны, Южной Африки, Зимбабве и Мозамбика) и предоставление им рекомендаций по использованию водного бассейна Лимпопо с учетом необходимости его защиты и сохранения. При этом в рамках Комиссии был создан Совет, который непосредственно консультирует участников Комиссии по вопросам, касающимся разработки, использования и охраны водных ресурсов реки Лимпопо, развития сотрудничества в других сферах.

Управление бассейном реки Нигер¹²⁸ (бывшее название – Комиссия реки Нигер, переименована 21 ноября 1980 г.) исторически было создано в 1960-х гг. и в качестве основных целей ставило перед собой задачу развития сотрудничества между государствами-участниками (Бенин, Буркина-Фасо, Камерун, Кот-д’Ивуар, Гвинея, Мали, Нигер, Нигерия и Чад) и обеспечение комплексного развития бассейна реки во всех областях: энергетике, водных ресурсов, сельском хозяйстве, животноводстве, рыбном хозяйстве и аквакультуре, лесном хозяйстве и лесозаготовок, транспорте, связи и промышленности (ст. 3 Конвенции от 25 ноября 1964 г.).

В соответствии с Соглашением о создании Комиссии реки Меконг (Азия) 1995 г. сотрудничество сторон (Камбоджи, Лаосской НДР, Таиланда и Вьетнама) направлено на поощрение и координацию устойчивого управления и развития водных ресурсов реки Меконг и связанных с ними ресурсов для взаимной выгоды и благополучия населения в целях создания экономически процветающего, социально справедливого и экологически безопасного бассейна реки Меконг. При этом с учетом поставленной цели стороны взаимодействуют в таких направлениях, как сельское хозяйство и ирригация, изменение климата, защита окружающей среды, гидроэнергетика, рыболовство и т.д., что существенно расширяет рамки сотрудничества, однако не исключает Комиссию из перечня речных региональных организаций.

Сотрудничество Республики Аргентина и Восточной Республики Уругвай в области общего использования водного бассейна Рио-де-ла-Плата (Южная Америка) началось с подписания договора в ноябре 1973 г., а Соглашением от 15 июля 1974 г. государствами была учреждена Административная комиссия по Рио-де-ла-Плата. Основные задачи Комиссии заключаются в поощрении совместных исследований, в том числе научных, в области оценки, охраны и сохранения биоресурсов и их рационального использования, предотвращения и ликвидации загрязнений, которые могут возникнуть от использования, разведки и эксплуатации вод рек, установления правил рыболовства, судоходства и оказания помощи в навигации, осуществления спасательных мероприятий, в том числе поисковых мероприятий.

Целями Международной комиссии по защите реки Мозель (Европа), учрежденной Францией, Германией и Люксембургом в 1961 г., является обеспечение сотрудничества правительств трех стран в области борьбы с загрязнениями водного бассейна, восстановления и развития экосистемы.

Комиссия по рыболовству в районе Великих озер (Северная Америка), созданная в соответствии с Конвенцией по рыболовству в районе Великих озер в 1955 г. (Канада и США), реализует две основные задачи: формулирование рекомендаций по увеличению популяции рыб в районе Великих озер на основе скоординированных программ научных исследований, а также разработка и осуществление программы ликвидации или уменьшения популяции морских миног в районе Великих озер (эти хищники проникли в водный бассейн Великих озер, что привело к резкому сокращению промысловых рыб).

Союз государств бассейна реки Мано – региональная интеграционная организация, созданная 3 октября 1973 г., когда президенты Либерии и Сьерра-Леоне подписали Декларацию Малема. 25 октября 1980 г. к организации присоединилась Гвинея, а 15 мая 2008 г. – Кот-д’Ивуар. Декларация Малема от 3 октября 1973 г.¹²⁹ провозглашает, что в соответствии с волей, подтвержденной в совместных заявлениях глав государств Сьерра-Леоне и Либерии, создание СБРМ направлено на ускорение экономического роста, социальный и культурный прогресс обоих государств. Основная идея Союза заключалась в создании экономического и таможенного союза.

Проанализировав цели большинства речных организаций, можно сделать вывод, что их цели весьма различны. Как правило, основные цели сотрудничества стран сводятся к следующему:

– управление водным бассейном и эффективное использование водоресурсов;

– развитие в региональном контексте минеральных, энергетических, водных, агропромышленных и рыбных ресурсов, в ряде случаев данная цель сопряжена с сотрудничеством стран в области гидроэнергетики;

– социальное развитие и защита окружающей среды;

– экономическая интеграция.

В большинстве случаев указанные цели (условно их можно именовать базовыми) сопровождаются иными, которые направлены на решение вопросов, имеющих непосредственное отношение к развитию социального и экономического взаимодействия в рамках транснационального водного бассейна.

3. Виды региональной интеграции

Поскольку региональная интеграция представляет собой довольно сложное синергетическое явление, в доктрине выделяют множество ее видов.

В 1960-х гг. лауреат Нобелевской премии голландский ученый Ян Тинберген предложил разделять интеграцию на позитивную и негативную. При позитивной интеграции участники интеграционных процессов предусматривали переход к общим институтам, а при негативной – взаимодействие сторон ограничивалось только удалением дискриминационных норм из национальной экономической практики¹³⁰.

В 1990-х гг. профессор Роберт Лоуренс из Гарвардского университета предложил разграничивать такие формы интеграции, как deeper integration – углубленная интеграция и shallow integration – поверхностная интеграция. При этом поверхностная интеграция предусматривала только либерализацию торговли, а углубленная – также упразднение тарифных и нетарифных ограничений и т.д.¹³¹

Прежде всего, надо упомянуть о таких видах интеграции, как глобальная, межрегиональная и региональная (субрегиональная) интеграция. В основе такого деления лежит, во-первых, территориальный признак, а во-вторых, количество участников¹³².

Глобализация может выражаться в создании, функционировании и совершенствовании транснациональных рынков товаров и услуг (в первую очередь в данном случае речь может идти только о системе ВТО).

Вместе с тем интеграционные процессы на глобальном уровне находятся ныне в «зачаточном» состоянии. Мировая арена представлена большим количеством региональных объединений и государств, различных по своей сути, которым еще очень далеко до единой глобальной интеграции. На межрегиональном уровне интеграция проявляется в двух основных аспектах:

1) в процессе мировой глобализации образуются международно-правовые связи между региональными объединениями;

2) региональные организации могут состоять из участников, географически расположенных на разных континентах¹³³.

В региональных (субрегиональных) интеграционных объединениях, как правило, небольшое количество государств-участников по сравнению с международными организациями, и объединены они общей географической и (или) социально сконструированной территориальной зоной, а также могут иметь общие доктрины и цели. Классическими примерами субрегиональной интеграции являются Евросоюз, который заслуживает отдельного рассмотрения, Латиноамериканская ассоциация интеграции (ЛАИ), объединяющая 11 государств Латинской Америки¹³⁴, Ассоциация стран Юго-Восточной Азии (АСЕАН)¹³⁵ и т.д.

Различают также интеграцию на уровне государств (институциональная) и на уровне предприятий (частнокорпоративная).

В первом случае имеется в виду взаимопроникновение национальных процессов, в результате которого происходит сближение социальных, политических, правовых, экономических и иных структур интегрирующих государств.

Интеграционные процессы на уровне предприятий, когда речь идет об интеграции капиталов и активов компаний, именуются частнокорпоративным видом интеграции. В отличие от Европы, для которой характерны интеграционные процессы на институциональном уровне, интеграция, например, в Северной Америке развивается на частнокорпоративной основе¹³⁶.

Специфика интеграционных процессов стран Северной Америки заключается в высоком уровне взаимопроникновения капиталов, интегрирующих их национальные экономики, свободной миграции населения как рабочей силы. Характер такой интеграции определяли мощные американские корпорации и их канадские филиалы, превратившиеся в послевоенный период в транснациональные корпорации. Это было обосновано мировой экономической ситуацией, поскольку на том этапе Евросоюз ускорил осуществление интеграционных процессов в своем регионе, страны АСЕАН, Япония и Китай активно наращивали свой экономический потенциал и т.д.

В рамках частнокорпоративного вида интеграции следует выделить два вида:

– горизонтальную интеграцию, которая предполагает объединение предприятий, функционирующих в одной отрасли. Посредством такого вида интеграции предприятия пытаются противостоять конкурентам;

– вертикальную интеграцию, суть которой заключается в объединении компаний, специализирующихся в различных отраслях, однако их связующим звеном является последовательность производственного процесса или обращения¹³⁷.

В экономически развитых странах экономика уже давно базируется на крупных и сверхкрупных интегрированных корпоративных структурах. Более того, есть основания утверждать, что для развитых стран XX в. был веком корпоратизации¹³⁸. В современных условиях рыночной экономики кооперация и сотрудничество между предприятиями дают им гораздо более весомые конкурентные преимущества, чем конкурентная борьба, поэтому в последние десятилетия все большую роль в экономике играют горизонтальные и вертикальные структуры и связи.

Однако наиболее целесообразной представляется классификация в зависимости от сфер интеграционных процессов. Так, можно выделить экономическую, социальную и военно-политическую интеграцию¹³⁹.

Классификация по сферам взаимодействия представляется наиболее рациональной. Именно в таком направлении развивали представления об интеграции М. Вебер и Э. Дюркгейм. Эти ученые впервые заговорили о таких принципиальных аспектах интеграции, как социальная, экономическая и политическая интеграция¹⁴⁰.

Исходя из этого, необходимо детально рассмотреть виды региональной интеграции, классифицируемые по сфере взаимодействия, проанализировать их доктринальные определения, выявить возможные стадии региональной интеграции в каждой из конкретных сфер общественной жизни, а также дать определения каждой из них.

В зависимости от сферы интеграционных процессов можно выделять экономическую интеграцию (Евразийский экономический союз, Латиноамериканская ассоциация интеграции (ЛАИ), Общий рынок стран Южной Америки (МЕРКОСУР¹⁴¹) и т.д.), военно-политическую (НАТО, ОДКБ, АНЗЮС¹⁴²), в социальной сфере, к примеру, в области защиты окружающей среды (Секретариат программы защиты окружающей среды тихоокеанского региона (SPREP)), в том числе в правовой сфере (например, в области гармонизации предпринимательского права в Африке (OHADO)). Вместе с тем ряд так называемых универсальных организаций уполномочен координировать деятельность государств практически во всех областях (например, Европейский Союз, Содружество Независимых Государств, Африканский союз, Лига арабских государств, Организация американских государств и т.д.).

Как правило, региональные объединения имеют основное (приоритетное) направление сотрудничества, к примеру, экономическая, социальная или военная – политическая сфера, однако такое взаимодействие стран сопровождается интеграционными процессами в иных сферах общественной жизни. В частности, формирование общего рынка, связанного с предоставлением свободы передвижения рабочей силы, требует соответствующих изменений в социальной сфере – формирования общего миграционного пространства, решения вопросов социального обеспечения, здравоохранения, равных прав граждан и т.д., а развитие военно-политического сотрудничества сопровождается усилением кооперации в информационной сфере¹⁴³.

Например, цели Совещания по взаимодействию и мерам доверия в Азии (СВМДА) определены в принятом 4 июня 2002 г. в г. Алматы (Республика Казахстан) Алматинском акте, который является одним из двух учредительных документов СВМДА. В соответствии с названным актом основная цель СВМДА заключается в укреплении сотрудничества путем выработки многосторонних подходов к обеспечению мира, безопасности и стабильности в Азии. Однако, как отмечено на официальном сайте СВМДА, «реализация данной идеи способна… активизировать процессы экономического, культурного и социального возрождения азиатских государств»¹⁴⁴.

При этом эффективность региональной интеграции будет непременно зависеть от стремления государств развивать сотрудничество единовременно во всех сферах, что обусловлено их неразрывной связью. Невозможно достигнуть высоких результатов, к примеру, в экономическом развитии без соответствующего уровня взаимодействия в социальной или правовой сфере. Таким образом, достижение основной цели региональных интеграционных процессов – обеспечение прав и повышение благосостояния граждан – возможно только в результате развития сотрудничества стран в рамках регионального образования единовременно во всех сферах. При этом именно сотрудничество в экономической сфере является катализатором интеграционных процессов, дающим импульс развитию взаимодействия в других областях¹⁴⁵.

3.1. Экономическая интеграция

3.1.1. Теории экономической интеграции

Среди большого количества экономических теорий интеграции необходимо выделять либеральную научную школу (рыночное¹⁴⁶, институциональное¹⁴⁷ и неолиберальное¹⁴⁸ направления) и кейнсианскую концепцию¹⁴⁹ (дирижизм¹⁵⁰, структурализм¹⁵¹, неокейнсианство). Как указывается в доктрине, большинство современных западных интеграционных теорий представляют собой симбиоз неолиберализма (свободного рынка) и кейнсианского наследия (ограниченного национального регулирования при сохранении и даже расширении регулирования наднационального)¹⁵².

В конце XVIII в. в Великобритании на стадии промышленного переворота в экономической теории возникло новое движение – фритредерство¹⁵³, сторонниками которого являлись А. Смит, Д. Рикардо, Р. Кобден, Дж. Брайт, Г. Манчестер и т.д. В основе фритредерства лежит тезис о свободе торговли и невмешательстве государства в частнопредпринимательскую деятельность. Следует отметить, что идея о свободной торговле высказывалась и ранее французским экономистом Э. Крюсе, английским экономистом Н. Барбоном, французами Ф. Кенэ, П. Мерсье де Ла Ривьером и иными учеными. Возникнув в Великобритании, неудивительно, что именно в этой стране в 20-х гг. XIX в. под влиянием фритредеров была проведена реформа таможенной системы, предусматривающая отмену и снижение пошлин на многие товары, а уже к середине XIX в. были отменены все законодательные ограничения на импорт, за исключением фискальных пошлин. Такая экономическая политика была характерна и для иных стран Европы, например, Франции и России.

Следует отметить, что именно фритредерство позднее легло в основу наиболее распространенного экономического направления – либерализма.

В противовес фритредерству в XIX в. возникает новое экономическое движение – протекционизм. Сторонники протекционизма (Ф. Лист, Дж. Ст. Милль и др.) особенно жестко критиковали последствия проведения политики свободной торговли между странами с различным уровнем экономического развития. По их мнению, в свободной торговле, прежде всего, заинтересованы те страны, которые имеют высокий уровень развития, в то время как для слабо развитых государств ее последствия будут препятствовать созданию и развитию национальной промышленности. Тем не менее именно политика протекционизма, направленная на защиту национальных экономик, в свое время позволила современным развитым странам достигнуть успехов в экономическом секторе. Протекционистские меры применяются и на сегодняшний день в отношениях между странами в периоды обострения отношений, когда существует объективная необходимость для сохранения безопасности государств.

Либеральная теория основана на классическом либеральном подходе, главная идея которого заключается в «минимизации» роли государства в экономических процессах (идеи либерализма основаны на трудах таких ученых, как Дж. Локк, Р. Кобден, Д. Брайт, Б. Констан, П. Стритен, Ф. Хайек, М. Фридман, Л. Мизес и т.д.). Либеральный подход как одна из экономических теорий региональной интеграции был актуален в 50-е гг. XX в., в период активного развития интеграционных процессов в Европе. В подходе западных ученых к предмету интеграционных процессов того периода явно присутствовал прагматический аспект. Они связывали интеграционные процессы с либерализацией внешнеэкономических барьеров, которые ограничивают движение товаров, капитала и рабочей силы. По их мнению, полная либерализация создает единое экономическое пространство, свободное от всех ограничений на передвижение товаров и факторов производства (в качестве одного их таких ограничений рассматривалось влияние государства на экономические процессы). Такая экономическая ситуация должна увеличить количество конкурирующих предприятий, что повысит качество продукции, а также оптимальное международное разделение труда, что в конечном итоге приведет к экономическому росту и благосостоянию. При этом участие государств в экономике должно быть сведено к минимуму, поскольку их участие существенно замедляет развитие экономических рынков.

Экономист Пол Стритен, являющийся представителем либерального подхода к пониманию экономической интеграции, с позиции ее анализа на примере Европейского Союза определил следующие цели интеграции: реализация принципа равноправия в процессе осуществления экономической деятельности, экономический рост, наибольшая свобода выбора, равномерное распределение доходов¹⁵⁴.

Позднее, в 50–60-е гг. прошлого века, на основе либерального направления возник неолиберализм, в рамках которого традиционно выделяют ранний неолиберализм и поздний либерализм. По мнению неолибералов, интеграция представляет собой объединение нескольких государств в единое хозяйство, где обеспечено сочетание частной собственности и свободы рыночных сил наравне с государственным регулированием. Вместе с тем представителям раннего неолиберализма (Дж. Вайнер, Дж. Мид, В. Репке, Т. Скитовски и др.) характерен статистический подход к пониманию и изучению интеграции. Под интеграцией они понимали не процесс, а рассматривали ее как результат устранения административных и экономических барьеров при движении товаров. Так, канадский ученый Джейкоб Вайнер выявил статистические и динамические эффекты, которые достигаются уже в результате создания таможенных союзов. Среди статистических эффектов, по его мнению, наибольшего внимания заслуживают два: эффект создания торговли (trade creation) и эффект отклонения торговли (trade diversion). Первый из них возникает в тех случаях, когда в результате устранения импортных пошлин внутренние потребители переориентируются с внутреннего на более эффективный внешний источник поставки товаров, что ведет к увеличению роста экономик стран, как участвующих, так и не участвующих в интеграционных процессах. В свою очередь, эффект отклонения торговли проявляется в том случае, если внутренние потребители в результате устранения таможенных пошлин переориентируются с более эффективного внешнего источника поставки на менее эффективный внутренний источник в рамках созданного таможенного союза.

Среди динамических эффектов создания таможенного союза Дж. Вайнер выделял позитивные (увеличение размеров рынка, что ведет к увеличению масштабов производства, рост эффективности производства и т.д.) и негативные (уменьшение возможностей в кризисных ситуациях влиять на регулирование внешней торговли стран-участников, отток капитала из менее развитых стран в более развитые страны таможенного союза, что ведет к диспропорции в развитии и замедлению темпов развития периферийных районов и т.д.)¹⁵⁵.

Дж. Мид, помимо выявленных Дж. Вайнером эффектов, отмечает также демонстрационный эффект, который проявляется в случае увеличения макроэкономических показателей стран – членов регионального образования, что является для стран удерживающим факторов от выхода из него, а также стимулом для третьих стран к присоединению к «успешному» региональному образованию. Сформулированная им теория «второго лучшего» в международной торговле заключается в приверженности принципам свободной торговли и отсутствии иного варианта торговой политики¹⁵⁶.

Поздний неолиберализм характеризуется динамическим подходом к рассмотрению интеграционных процессов. Его представители (Б. Балашша, М. Алле и ряд иных) понимают интеграцию как процесс от низшей к более высшим стадиям объединения, которые в конечном итоге ведут к образованию единого хозяйства.

В отличие от либералистического подхода представители неолиберализма уделяли иное внимание роли государства в интеграционных процессах, которое воспринималось ими не как инструмент ограничения, а как средство расширения свободы посредством формирования особых институтов, обеспечивающих условия развития рынка.

В период экономического кризиса конца 20-х – начала 30-х гг. ХХ в. в целях выхода из него и стимулирования экономического роста возникло еще одно направление – кейнсианство. Основоположником данной концепции является Дж. Кейнс, а представителями – Р. Соланд, Э. Хаас, П. Стритен, С. Харрис.

Кейнсианская школа, анализируя развитие интеграционных процессов, основной упор сделала на институционально-политическом механизме, который создается в рамках региональной структуры, а в основе подхода лежит статистический анализ экономической теории. Именно на таком понимании интеграции был основан вывод о наличии объективной необходимости не только в ликвидации различных препятствий в национальных хозяйствах на пути международной миграции факторов и результатов производства, но также в создании единой экономической политики стран-участников в формировании специальных органов экономического регулирования в создаваемых региональных объединениях.

В дальнейшем в послевоенный период на основе кейнсианской школы получили распространение идеи неокейнсианства, идеологом которого, в частности, выступал американский экономист Ричард Купер. По мнению сторонников такого подхода (Дж. Пиндер, А. Филлип и иные), главная задача (цель) и в то же время проблема сотрудничества государств в сфере экономики на международном (глобальном) уровне состоит в том, как сохранить все возможные выгоды такого экономического взаимодействия от ограничений и при этом обеспечить максимальную выгоду для каждого государства – члена регионального интеграционного союза. Исходя из данной идеалистической цели, представители данного направления видели дальнейшие перспективы развития международной интеграции. Неокейнсианцами было предложено два возможных варианта развития международной интеграции.

Первый вариант заключается в создании регионального объединения с последующей утратой национальной свободы, но с непременным согласованием экономических и политических целей. В соответствии со вторым вариантом развитие интеграционных процессов должно пойти по пути сохранения максимально возможной национальной автономии членов регионального объединения.

Понимая, что оба из представленных вариантов невозможны для реального их внедрения в чистом виде, представители неокейнсианства рассматривали возможность их комбинирования и оптимального сочетания. Таким образом, в отличие от кейнсианства, в основе которого лежит статистический анализ экономической теории, неокейнсианство основано на динамическом анализе соответствующих процессов.

Одной из разновидностей неокейнсианского направления является дирижизм, ярким представителем которого считается голландский ученый Ян Тинберген. Отрицая основное значение рыночной экономики в интеграционных процессах, идеологи дирижизма (Р. Санвальд, И. Штолер, П. Стритен и т.д.) основной упор делают на создании эффективных интеграционных структур, что напрямую зависит от разработки интегрирующимися странами общей политики в сфере экономики, координации кредитной политики, а также в создании единого социального законодательства¹⁵⁷.

Структурализм как теоретическое направление противопоставляется либеральным подходам в понимании международных интеграционных процессов. Одним из представителей данного направления считается шведский экономист Гуннар Мюрдаль, который, равно как и иные сторонники этой теории (А. Маршаль, Ф. Перру, П. Уайлз и др.), критически относился к полной либерализации движения товаров, капитала и рабочей силы в территориальном пространстве регионального объединения, поскольку, по его мнению, свободное функционирование рыночного механизма приведет только к негативным последствиям в виде диспропорции в развитии и размещении производства, что, в свою очередь, создаст неравенство в доходах.

Отстаивая свои позиции, сторонники данного направления исходили из понимания экономической интеграции как глубинного процесса структурных преобразований экономики всех объединяющихся в региональное объединение стран, причем в результате такого объединения возникает новое пространство, которое отличается более совершеным хозяйственным механизмом. Вместе с тем плюсы интеграционных процессов, по их утверждению, заключаются в создании крупных фирм, промышленных корпораций, а также целых отраслей промышленности¹⁵⁸.

В середине 60-х гг. XX в. возникло еще одно теоретическое направление экономической мировой интеграции, получившее наименование «корпорационализм». Его представителями являются американские экономисты Сидней Рольф и Юджин Ростоу. По их мнению, интеграционным процессам в сфере мировой экономики, ее рациональному, сбалансированному развитию может способствовать не рыночный механизм и государственное регулирование, а функционирование транснациональных корпораций (ТНК)¹⁵⁹.

3.1.2. Понятие экономической интеграции

Следует подчеркнуть, что экономическое сотрудничество играет стратегическую роль в развитии интеграционных процессов, а вопросы сотрудничества стран в экономической сфере охватывают такие важные направления как определение места участников интеграционного объединения в системе международного труда в условиях глобальной конкуренции, формирование единой экономической политики государств-участников, создание и совершенствование механизмов общего рынка труда (услуг) и ресурсов и т.д.

Типам и моделям региональной экономической интеграции в научной литературе посвящено большое количество работ, в которых авторами представлены различные позиции на понимание не только сущности экономической интеграции, а также ее стадий (фаз) и их последовательности. В современной доктрине международного права было сформулировано немало определений экономической интеграции. Связано это в первую очередь с тем, что экономическая сфера является одним из приоритетных направлений сотрудничества в рамках многих региональных объединений.

Так, под экономической интеграцией понимается наивысшая ступень интернационализации, когда нарастающая экономическая взаимозависимость двух или нескольких стран переходит в сращивание национальных рынков товаров, услуг, капиталов и рабочей силы и формирование целостного рыночного пространства с единой валютно-финансовой системой, единой правовой системой и теснейшей координацией внутри- и внешнеэкономической политики соответствующих государств¹⁶⁰.

В соответствии с классической западноевропейской теорией, в основе которой лежит ГАТТ от 30 октября 1947 г., можно выделить пять форм экономической интеграции: зона свободной торговли; таможенный союз; общий рынок (единое экономическое пространство); экономический и валютный союз; полная интеграция, под которой понимается формирование единого валютного, экономического и военно-политического союза, а также осуществление единой политики в правовой и социальных сферах и т.д.

Примечательно, что полная интеграция может предусматривать введение единого гражданства для всех граждан интегрирующихся государств.

Б. Балашша выделял пять форм международной экономической интеграции. При этом такие формы одновременно являлись и последовательными стадиями развития интеграционных процессов «от низших к высшим»: это зона свободной торговли, таможенный союз, общий рынок, экономический и валютный союз и полный экономический союз¹⁶¹.

Таким образом, по его мнению, интеграция поднимается от зоны свободной торговли к таможенному союзу, далее перерастает в общий рынок и затем превращается в экономический и валютный союз, т.е. имеет ступени (уровни) интеграции. Идея, безусловно, заслуживает внимания, однако она «однобока».

Анализируя экономическую интеграцию как одну из сфер интеграционных процессов, не все исследователи рассматривают стадийность экономической интеграции в такой последовательности, более того, выделяют и иные стадии¹⁶².

Признавая существование зоны свободной торговли, таможенного союза и общего рынка (в указанной последовательности), некоторые авторы указывают на зону преференциальной торговли, которая предшествует зоне свободной торговли. По мнению других ученых, после установления общего рынка следует стадия экономического союза, далее валютного (монетарного) и политического союза¹⁶³.

Однако в литературе можно встретить иные позиции, в соответствии с которыми созданию экономического союза предшествуют такие стадии, как платежный союз и валютный союз, целью которого является введение единой валюты. При таком подходе наивысшей стадией экономической интеграции называется единое экономическое пространство, определяемое как «своеобразная экономическая конфедерация, которая, по логике развития, начинает стремиться к политическому союзу, федерализации отношений государств-участников, к глубокой гармонизации внутренних правовых систем»¹⁶⁴.

Такое разнообразие альтернативных подходов к построению этапов экономической интеграции связано с отсутствием у различных региональных объединений единых (стандартных) этапов экономической интеграции. Ряд региональных организаций Америки и Азии при объединении экономических систем не следуют классической западноевропейской модели экономической интеграции, т.е. переходу от зоны свободной торговли к экономическому и валютному союзу.

Региональная экономическая интеграция на евразийском пространстве также имеет свои особенности, не следуя в целом классической европейской модели интеграции. Так, такие этапы экономической интеграции, как создание таможенного союза, единого экономического пространства и экономического союза, получили развитие между евразийскими странами в рамках Евразийского экономического союза (ЕАЭС), при этом зона свободной торговли между ними функционирует в рамках другого регионального евразийского объединения (СНГ).

Развитие экономических процессов в различных регионах имеет свои особенности, что в целом приводит к собственным моделям региональной интеграции, обусловленным большим числом факторов: общих исторических аспектов, длительностью сотрудничества государств и их активностью в интеграционных процессах, уровнем экономического развития и экономической стабильности стран – участников региональных объединений, территориально-географическими и иными особенностями¹⁶⁵.

Заслуживает внимания стадийность и последовательность стадий экономической интеграции, предложенная Д. М. Бисваро, поскольку им выявлено максимально возможное количество стадий, которые могут пройти страны – участники регионального объединения, он также обосновал их последовательность. Вместе с тем нельзя согласиться с тем, что он относит политический союз к заключительной стадии экономической интеграции, поскольку политическая интеграция должна включаться в отдельный военно-политический блок, который должен представлять собой одну из самостоятельных сфер взаимодействия государств, в процессе которого страны решают вопросы осуществления их внешней политики и политики в военной сфере и в сфере безопасности¹⁶⁶.

Таким образом, целесообразно выделять такие стадии экономической интеграции, как сотрудничество в экономической сфере, зона преференциальной торговли, зона свободной торговли, таможенный союз, единое экономическое пространство, экономический союз, а под экономической интеграцией следует понимать сотрудничество государств, направленное на постепенное (поэтапное) объединение экономических сичстем в регионе¹⁶⁷.

3.1.3. Стадии экономической интеграции

Сотрудничество в экономической сфере

Сотрудничество в экономической сфере как первую стадию экономической интеграции характеризует установление прямых институциональных связей взаимодействующих государств на региональном уровне. При этом в ходе сотрудничества стороны развивают на взаимовыгодных условиях взаимодействие в отдельных или же во всех областях экономической сферы (транспорт, макроэкономика, сельское хозяйство и т.д.). Учредительные документы большинства региональных организаций в качестве начальной стадии экономической интеграции указывают на установление и развитие экономического сотрудничества. Такие цели предусмотрены в учредительных документах многих организаций (Содружество Независимых Государств, Организация американских государств (ОАГ)¹⁶⁸, Африканский союз (АС)¹⁶⁹ и т.д.).

Зона преференциальной торговли

На начальном этапе экономической интеграции, когда страны делают первые шаги к сближению в экономическом секторе, в большинстве случаев заключаются преференциальные торговые соглашения, ведущие к образованию зоны преференциальной торговли (ЗПТ). Как правило, такие соглашения заключаются на двух- и многосторонней основе между отдельными государствами. Однако следует также учитывать, что ЗПТ может устанавливаться не только посредством заключения соглашений, но и в рамках различных региональных объединений. Более того, есть практические примеры образования ЗПТ между уже действующей региональной группировкой и отдельным государством или группой стран одного региона (в числе таких примеров можно назвать ЗПТ Азиатско-тихоокеанское торговое соглашение (Asian Pacific Trade Agreement) – Китай, вступившее в силу с 1 января 2002 г.)¹⁷⁰.

Зона преференциальной торговли предоставляет более благоприятный (льготный) режим в торговых отношениях между ее участниками по сравнению с третьими странами. В соответствии с преференциальными торговыми соглашениями договаривающиеся стороны уменьшают взаимные тарифы по импорту товаров, при этом сохраняются национальные тарифы в отношении иных государств. Данная стадия характеризуется также отсутствием единого механизма налогообложения. Кроме того, для реализации таких соглашений не требуется создания каких-либо институциональных органов¹⁷¹. В качестве исторического примера ЗПТ можно назвать «систему преференций Содружества наций», образованной Великобританией и 48 государствами (большинство из которых являлись ее колониями) в 1932 г.¹⁷²

Зона свободной торговли

В классическом представлении ЗСТ понимается как форма взаимодействия стран, при которой отменяются таможенные пошлины, налоги и сборы, а также количественные ограничения во взаимной торговле. При этом государства сохраняют за собой право определять внешнеторговую политику в отношении третьих стран (стран, не являющихся участниками данного регионального образования).

В отличие от начальной стадии экономической интеграции создание ЗСТ может сопровождаться учреждением институционального органа (как правило, секретариата), который располагается на территории одного из участников. Вместе с тем координация ЗСТ возможна и без специального органа. В таких случаях согласование сотрудничества стран – членов ЗСТ может осуществляться на уровне государственных должностных лиц.

Зона свободной торговли является наиболее распространенной формой экономической интеграции. На постсоветском пространстве действуют и двусторонние соглашения о ЗСТ. Вместе с тем, рассматривая ЗСТ на евразийском пространстве, в первую очередь исследователи называют Договор о зоне свободной торговле, подписанный странами СНГ в 2011 г.

В числе наиболее успешных примеров ЗСТ в Америке следует отметить Североамериканскую зону свободной торговли НАФТА (NAFTA) – соглашение между США, Канадой и Мексикой, вступившее в силу в 1994 г., которое было заменено в 2018 г. Соглашением о свободной торговле между США, Мексикой и Канадой (United States–Mexico–Canada Agreement (USMCA)).

В Европе, помимо Европейского Союза, действуют Европейская ассоциация свободной торговли (ЕАСТ)¹⁷³, созданная в 1960 г. (на сегодняшний день ее членами являются Исландия, Норвегия, Швейцария и Лихтенштейн), и Центральноевропейское соглашение о свободной торговле (ЦЕФТА)¹⁷⁴, которое вступило в силу 1 марта 1993 г. (Македония, Албания, Босния и Герцеговина, Молдавия, Черногория, Сербия и Республика Косово)¹⁷⁵.

В Европе также действует целый ряд двусторонних соглашений о свободной торговле между отдельными европейскими странами. В числе таких соглашений можно назвать соглашения ЕС с Албанией (от 1 апреля 2009 г.), с Израилем (от 1 июня 2000 г.), с Тунисом (от 1 марта 1998 г.), ЕС – Южная Африка (от 1 января 2000 г.), ЕС – Центральная Америка (от 1 августа 2013 г.), ЕС – Страны Восточной и Южной Африки (от 14 мая 2012 г.) и т.д.

Таможенный союз

Таможенный союз – это следующая стадия экономической интеграции, в рамках которой стороны образуют единую таможенную территорию, где не применяются таможенные пошлины и ограничения экономического характера, за исключением специальных, защитных, антидемпинговых и компенсационных мер, осуществляется единая таможенная политика и другие меры регулирования в сфере торговли в отношении третьих стран.

Соглашение о создании таможенного союза предусматривает ликвидацию внутренних таможенных постов между странами – членами ТС и установление единого таможенного контроля по границе объединенной территории всех стран. Учитывая более высокий уровень экономической интеграции, в рамках ТС учреждается специальный орган¹⁷⁶.

По данным ВТО, всего в мире зарегистрировано 25 таможенных союзов, семь из которых связаны с расширением Европейского Союза. Отдельно действуют соглашения о ТС, заключенные Европейским Союзом с Андоррой (от 1 июля 1991 г.), с Турцией (от 1 января 1996 г.) и с Сан-Марино (от 1 апреля 2002 г.).

По данным ВТО, таможенный союз стран ЕС от 1 января 1958 г. является первым зарегистрированным соглашением о ТС. К старейшему в мире относят Южноафриканский таможенный союз, договор о создании которого был подписан в 1910 г. (в Союз входят ЮАР, Ботсвана, Лесото, Намибия и Свазиленд). На евразийском пространстве успешным примером таможенного союза является Договор о создании таможенного союза, подписанный Россией, Белоруссией и Казахстаном 6 октября 2007 г. Позднее к членам ТС присоединились также Армения и Киргизстан. С 1 января 2018 г. вступил в силу новый единый Таможенный кодекс ЕАЭС¹⁷⁷.

В азиатском регионе с 1 января 2003 г. действует таможенный союз, образованный в рамках Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива¹⁷⁸.

В Южной Америке успешно действуют два таможенных союза. Это таможенный союз, созданный в 1994 г. на основе Общего рынка государств Южной Америки (МЕРКОСУР), и таможенный союз, образованный в 1988 г. в рамках Андского сообщества (его участниками являются Боливия, Колумбия, Эквадор и Перу)¹⁷⁹.

Единое экономическое пространство

Единое экономическое пространство (ЕЭП) как одну из стадий экономической интеграции характеризуют как совокупность четырех свобод: свободное передвижение товаров, услуг, капитала и рабочей силы.

Единое экономическое пространство – пространство, состоящее из территорий сторон, на котором функционируют однотипные механизмы регулирования экономики, основанные на рыночных принципах и применении гармонизированных правовых норм, существует единая инфраструктура и проводится согласованная налоговая, денежно-кредитная, валютно-финансовая, торговая и таможенная политика, обеспечивающие свободное движение товаров, услуг, капитала и рабочей силы.

В 1991 г. между Европейским экономическим сообществом и Европейской ассоциацией свободной торговли было подписано Соглашение о создании Европейского экономического пространства, основная цель которого заключалась в создании общего рынка.

Единственным успешным примером ЕЭП на евразийском пространстве является общий рынок, созданный в рамках ЕАЭС.

Экономический союз

Создание экономического союза как следующей стадии экономической интеграции наравне со свободным перемещением товаров, услуг, капиталов и лиц предполагает также осуществление единой экономической и социальной политики в различных областях экономики: в промышленности, сельском хозяйстве, транспорте, энергетике и иных областях. При этом одновременно возможно установление валютного союза, что предусматривает введение единой валюты для стран регионального объединения с единым эмиссионным центром и осуществление общей денежно-кредитной политики¹⁸⁰.

Под экономическим союзом в доктрине предложено понимать наивысшую форму экономической интеграции, которая включает в себя гармонизацию всей экономики стран – членов регионального образования, включая сферу производства, введение единой расчетной, а затем и единой денежной единицы, гармонизацию социальных условий жизни населения в регионе, а также единой бюджетной, налоговой и внешней политики¹⁸¹.

На евразийском пространстве с 1 января 2015 г. был создан Евразийский экономический союз (ЕАЭС). Договор о его создании был подписан Россией, Беларусью и Казахстаном на базе Таможенного союза ЕврАзЭс 29 мая 2014 г. В 2015 г. к ЕАЭС присоединились Армения и Киргизия. Цель его создания заключается в укреплении экономик стран-участников и «сближении друг с другом» для модернизации и повышения конкурентоспособности стран на мировом рынке.

Развитие интеграционных процессов в экономической сфере, безусловно, имеет положительные результаты для участвующих сторон. В результате возникновения региональных объединений значительно усиливается экономический потенциал как самой региональной структуры, так и государств – ее членов, что способствует расширению товарооборота и кооперационно-производственных связей. Более того, в подавляющем большинстве региональных образований сфера экономического взаимодействия представляет собой одну из приоритетных сфер сотрудничества объединяющихся стран¹⁸².

3.2. Финансовая интеграция

3.2.1. Понятие финансовой интеграции

Одним из направлений экономической интеграции является взаимодействие государств в финансовой сфере. Несмотря на то что экономическая интеграция должна сочетаться с финансовой, анализ интеграционных процессов на современном этапе межгосударственного развития государств позволяет сделать вывод о необходимости отдельного рассмотрения данного вида интеграции и выделения ее самостоятельных стадий. При этом следует исходить из ранее сформулированного утверждения, что стадии региональной интеграции и их последовательность носят условный характер, поскольку в различных регионах модели интеграции могут не совпадать. Более того, стадийное развитие интеграционных процессов в экономической сфере может осуществляться параллельно с интеграцией в финансовой сфере¹⁸³. Участники одного и того же регионального образования в качестве наивысшей степени своей интеграции могут предусмотреть, например, создание валютного союза с введением единой денежной единицы, при этом в рамках экономической интеграции ограничиться образованием единого экономического пространства или таможенного союза¹⁸⁴.

Европейский центральный банк дает следующее определение финансовой интеграции: это состояние рынка определенного набора финансовых инструментов и услуг, когда все потенциальные участники такого рынка имеют равный доступ к этим финансовым инструментам или услугам, равные условия работы на этом рынке, а также руководствуются в своей деятельности единым сводом правил. Исходя из изложенного, целесообразно выделить такие стадии финансовой интеграции, как сотрудничество в финансовой сфере, клиринговый союз, платежный союз, банковский союз, валютный союз, фискальный союз, финансовый союз, а финансовую интеграцию понимать как составную часть экономической интеграции, в процессе которой осуществляется объединение финансовых систем и рынков стран с перспективой замены национальных валют на единую валюту и создания региональных финансово-кредитных институтов, осуществляющих единую финансовую и денежно-кредитную политику¹⁸⁵.

3.2.2. Стадии финансовой интеграции

Сотрудничество в финансовой сфере

Исследование первичных документов многих региональных организаций позволило в качестве начальной (первой) стадии интеграции назвать сотрудничество в финансовой сфере, в ходе которого стороны намерены на взаимовыгодных началах развивать отдельные (или все) области финансовой сферы (налоговую, бюджетную, валютную, банковскую и т.д.). Так, например, в рамках Инициативы стран Бенгальского залива по многостороннему техническому и экономическому сотрудничеству (БИМСТЕК)¹⁸⁶ государства определили в общей сложности 13 приоритетных областей из различных сфер сотрудничества в сфере экономики, из которых в финансовой сфере стороны договорились и о содействии в развитии банковских систем.

Клиринговый союз

В 1943 г. была опубликована работа английского экономиста Дж. М. Кейнса «План международного клирингового союза», в которой автором была сформулирована идея создания на мировом уровне клирингового союза. По его мнению, создание замкнутой мировой платежной системы заставит капиталистические страны нести коллективную ответственность за стабильность международных расчетов, а международный клиринговый союз будет выступать наднациональным органом, который будет регулировать валютные расчеты. Создание такого союза позволит заменить «рестриктивное давление на мировую торговлю экспансионистским». В целях регулирования платежного баланса каждой стране – члену международного клирингового союза должен быть предоставлен установленный запас денежных средств. При этом предполагалось, что овердрафт будет предоставлен в новых денежных единицах – «банкорах», которые со временем должны заменить золотой запас¹⁸⁷.

Начиная со второй половины прошлого века в рамках региональных объединений стал наблюдаться рост заключения многосторонних клиринговых соглашений и образования клиринговых союзов. В 1975 г. рядом стран Азиатско-Тихоокеанского региона (Бангладеш, Индия, Иран, Непал, Пакистан, Шри-Ланка, а с 1978 г. к ним присоединилась Бирма) был образован Азиатский клиринговый союз, цель которого – развитие торговли объединившихся стран, а также уменьшение зависимости от иностранной валюты, в первую очередь от долларов США и фунтов стерлингов¹⁸⁸.

С 1977 г. государства Карибского общего рынка (КАРИКОМ)¹⁸⁹ стали осуществлять взаиморасчеты посредством клиринговой системы в национальных валютах через Центральный банк Тринидада и Тобаго.

Многосторонняя клиринговая система взаиморасчетов осуществляется с июля 1976 г. между государствами – участниками Экономического сообщества государств Западной Африки (ЭКОВАС)¹⁹⁰, где действует многосторонний клиринг в составе центральных банков ряда стран Африки. Практически все расчеты осуществляются через созданную в регионе Западноафриканскую клиринговую палату. В соответствии с клиринговым соглашением страны – участники ЭКОВАС намерены поддерживать твердое соотношение между национальными валютами и региональной международной расчетной валютной единицей¹⁹¹.

Таким образом, вторым этапом объединения государств в финансовой сфере, отличающимся более глубокими интеграционными связями объединившихся стран, является создание клиринговых союзов, действующих на основе принимаемых многосторонних клиринговых соглашений, которые регулируют совместные операции на основе взаимного зачета требований. Безусловно, такая система международных расчетов снижает бремя финансовой нагрузки на государства посредством экономии официальных валютных резервов¹⁹².

Платежный союз

Несмотря на положительный эффект реализации многостороннего клиринга, он в некоторой степени препятствует дальнейшему развитию экспорта стран, поскольку в случае появления у одной из стран – участников клирингового соглашения дополнительных экспортных возможностей она непременно столкнется с трудностями в их реализации. Основная причина такой проблемы и основной недостаток клирингового союза заключается в том, что экспорт каждого участника в данном случае ограничен размерами импорта иных участников клиринга.

Данный недостаток позволяет устранить платежный союз, который является следующей стадией финансовой интеграции. В рамках платежного союза государства обеспечивают взаимную конвертируемость национальных валют и взаимное кредитование в целях покрытия дефицита платежного баланса. Сальдо по проводимым расчетным операциям в платежном союзе обеспечивается взаимными банковскими кредитами или через фонд, специально созданный за счет взносов государств – членов союза¹⁹³.

В качестве примеров данной формы интеграции можно привести Европейский платежный союз, действующий с 1950 по 1958 г. и объединяющий 17 европейских государств. Взаимозачеты в союзе проводились ежемесячно в расчетных единицах, приравненных по золотому содержанию к доллару. Для этих целей был образован Банк международных расчетов, который выводил пассивное или активное сальдо расчетов каждой страны со всеми иными участниками союза. При этом страны – участники Европейского платежного союза с активным сальдо кредитовали платежный союз¹⁹⁴.

Соглашением стран СНГ от 21 октября 1994 г. было принято решение о создании путем добровольного объединения Платежного союза стран – членов СНГ. Целью платежного союза было заявлено обеспечение бесперебойности расчетов в режиме использования взаимной конвертируемости национальных валют и формирование на этой основе платежной системы. При этом формируемая платежная система обслуживает расчеты по товарообороту в межгосударственной и предпринимательской сферах; по неторговым операциям; по услугам транспорта, связи и других отраслей; по государственным, банковским, коммерческим кредитам; обменным (конверсионным) валютным операциям; по покупке (продаже) наличной валюты через банковские системы стран – членов СНГ.

В соответствии с данным соглашением специализированным институтом Платежного союза государств – участников СНГ является Межгосударственный банк СНГ, учрежденный соглашением стран СНГ 22 января 1993 г.

Банковский союз

Следующей стадией финансовой интеграции является создание банковского союза. Показателен в данном случае также пример Европейского Союза. 18 декабря 2013 г. министры финансов государств – членов ЕС приняли решение о создании банковского союза. Банковский союз в ЕС включает три основных блока:

– систему банковского надзора (возложено на Европейский центральный банк);

– систему ликвидации и реструктуризации национальных банков, которым может грозить банкротство (данные полномочия возложены на Еврокомиссию, на этот случай предусмотрено учреждение общего для европейских банков фонда страхования вкладов);

– образование межбанковского резервного фонда¹⁹⁵.

Все банки стран зоны евро будут осуществлять взносы в общеевропейский фонд, средства которого в случае кризиса будут направлены на их докапитализацию.

Хотя в рамках ЕС создание банковского союза последовало уже после образования единого валютного союза, представляется, что в целях регулирования финансового (банковского) сектора и проведения единой банковской политики образование банковского союза должно предшествовать введению единой валюты (созданию валютного союза). Такой союз характеризуется передачей созданному единому банковскому органу региональной организации контрольных и надзорных функций за деятельностью национальных банков стран-членов, а в дальнейшем ему должен быть предоставлен доступ к общим денежным средствам в целях оказания помощи испытывающим финансовые сложности национальным банкам. Все эти меры должны быть направлены на поддержание вводимой в будущем единой валюты¹⁹⁶.

Таким образом, банковский союз основан на трех «китах»: 1) едином механизме банковского контроля и надзора; 2) едином механизме разрешения денежно-кредитных проблем и 3) системе защиты вкладов.

Валютный союз

По утверждению американского ученого Дж. Франкеля, «совокупность стран, которые высоко интегрированы в сфере торговли, капиталов, рынков рабочей силы и др., может представлять собой оптимальную валютную зону. Оптимальная валютная зона может быть определена как область, которая не является ни столь малой, ни столь открытой, чтобы она выиграла материально от привязки ее валюты к третьей валюте, ни настолько большой, что она выиграла бы материально, распавшись на подобласти с различными валютами...»¹⁹⁷. Принимая во внимание соотношение сил участников соглашения о создании валютной зоны, выделяют две ее формы. В первом случае участники валютной зоны имеют равные права и валютная зона является результатом их совместных усилий. Во втором случае страны со «слабой» валютой, с неразвитыми валютно-кредитными системами примыкают к государству с устойчивой в международном плане валютой, которое в конечном итоге и определяет реализацию политики в валютной сфере.

При этом валютные зоны делятся на пять основных типов:

1) первый тип валютной зоны устанавливается на основе соглашения, заключаемого между независимыми государствами, в соответствии с которым стороны договариваются о параллельном использовании национальных валют на территории каждого из них;

2) второй тип валютной зоны характеризуется переходом на денежную единицу одного из договаривающихся государств;

3) в соответствии с третьим типом создается единая расчетная единица, которая действует на всей территории валютной зоны параллельно с национальными валютами;

4) четвертый тип предполагает введение единой валюты, которая заменяет национальные единицы;

5) последний тип валютной зоны заключается в принятии одним государством в одностороннем порядке решения о замене национальной валюты денежной единицей иного государства¹⁹⁸.

Фискальный союз

Принимая во внимание опыт Европейского Союза, одновременно с образованием валютного союза представляется целесообразным создание и фискальног (налогового) союза. На саммите ЕС в Брюсселе 8–9 декабря 2011 г. в целях преодоления экономического кризиса было принято решение о создании в ЕС фискального союза и представлен проект соответствующего соглашения, что в дальнейшем нашло отражение в «дорожной карте» экономического и валютного союза, согласованной в декабре 2012 г.

Цель фискального союза заключается в обеспечении устойчивости зоны евро посредством контроля за бюджетами государств, входящих в еврозону. В рамках этого союза государства-участники не смогут в одностороннем порядке накапливать новые долги. Правительства государств будут ограничены только теми средствами, которые могут быть обеспечены его собственными доходами. В том случае, если государству потребуется большее количество средств, оно вправе запросить помощь у Совета министров финансов стран еврозоны¹⁹⁹.

2 марта 2012 г. главами 25 государств – членов Европейского Союза (кроме Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии и Чешской Республики) был подписан Договор о стабильности, координации и управлении в экономическом и валютном союзе, целью которого является усиление бюджетной дисциплины и введение более строго контроля в еврозоне, в частности, путем установления «правила сбалансированного бюджета». Основные положения договора включают требования к государствам-членам иметь сбалансированный или профицитный бюджет. Дефицит бюджетов государств-членов не может превышать 0,5% валового внутреннего продукта, выраженного в рыночных ценах. «Правило сбалансированного бюджета» должно быть включено в национальные законодательства, предпочтительно на конституционном уровне, спустя один год после вступления Договора в силу. В случае уклонения государства от исполнения этого обязательства автоматически должен быть запущен так называемый корректирующий механизм. В частности, Суд Европейского Союза будет следить за надлежащим выполнением государствами-членами требования по трансформации «правила сбалансированного бюджета» в национальные законодательства. В случае нарушения этого важного условия, способствующего конвергенции национальных правовых систем, Суд Европейского Союза вправе наложить на государство штраф в сумме, не превышающей 0,1% валового внутреннего продукта в пользу Европейского стабилизационного механизма²⁰⁰. С 1 марта 2012 г. финансовая помощь государствам – членам Европейского Союза будет возможна только при условии ратификации Договора и включении «правила сбалансированного бюджета» в национальные законодательства в надлежащий срок²⁰¹.

Финансовый союз

Современное развитие интеграционных процессов в Европейском Союзе также связывают с созданием финансового союза, который является наивысшей стадией финансовой интеграции и является логическим продолжением создания валютного и фискального союзов²⁰².

3.3. Социальная интеграция

3.3.1. Социологические теории

Социологические подходы позволяют выделить несколько лежащих в их основе наиболее важных аспектов (идей). Так, идея «политического объединения» акцентирует основное внимание на таких вопросах, как степень вовлечения главных действующих лиц в процесс объединения, отработка механизма и определение пространственных пределов объединения. Основой движущей силы интеграции выступают широкие народные массы.

Коммуникативная теория выдвигает на первый план различные формы социального общения, необходимость развития коммуникативных навыков и способностей у субъектов, участвующих в таком общении. Одним из направлений коммуникативной теории является социальный конструктивизм. Данный термин впервые был предложен П. Л. Бергером и Т. Лакманном еще в 1966 г.²⁰³ Это направление сочетает в себе идеи неофункционализма и либерального межправительственного подхода. Однако в основе социального конструктивизма как самостоятельной научной школы лежит идея о том, что индивид находится в постоянной зависимости от окружающей социальной среды и образуемой системы общих ценностей. Таким образом, индивиды и социальные структуры на взаимной основе определяют поведение друг друга, при этом они конституируют (определяют) идентичности друг друга, что и предопределило название теории. При этом особую роль в становлении социологического подхода приобретает и такой существенный его элемент, как политическая культура²⁰⁴.

Представителям данного подхода удалось применительно к европейской интеграции сделать ряд немаловажных выводов. Так, тезис о взаимной связи индивида и социальной структуры позволил в большей степени понять суть «европеизации», а также раскрыть ее влияние на институт государственности в Центральной – Восточной Европе. Кроме того, социалконструктивизм во многом объясняет процесс формирования социальной идентичности и интересов индивидов, а также дает возможность исследовать сложившееся мнение акторов о процессах евроинтеграции²⁰⁵.

Одной из социологических теорий интеграции является также дискурсный подход. В основе дискурсного подхода лежит анализ текстов. В процессе дискурсного анализа объектом исследования являются только публичные выступления, которые образуют коммуникационную систему. Цель такого анализа состоит в выявлении наиболее значимых смысловых групп, которые отличают конкретное дискурсивное пространство. Применительно к анализу европейской интеграции представителями дискурсного подхода (М. Фуко, О. Воевер, Т. Диез и т.д.) был сделан ряд выводов:

– выдвинут тезис о множественности Европы: следует говорить «о Европах»;

– применительно к ЕС отвергается форма межгосударственного взаимодействия и вводится новое понятие – «сетевая (постмодернистская) империя»;

– понятие интеграции на уровне дискурса определяется через решение наиболее важных задач.

Представители легалистского подхода (Е. Штейн, Ф. Снайдер, Дж. Вайлер, Ю. Халтерн) не рассматривали протекающие интеграционные процессы. В основе их анализа – примат права и непосредственно правовых норм в регулировании общественной жизни. Цель подхода заключается в выявлении и формализации роли системы европейского права. Право, единое правовое поле консолидируют идентичность населения всего регионального пространства, подразделяя все мировое население на «нас» и «их».

Однако представители легалистского подхода сами признавали невозможность анализа интеграционных процессов с позиции изучения права в отрыве от иных составляющих, и в первую очередь от политики. Как отмечает Ф. Снайдер, европейское право представляет собой «неразрывную сеть-паутину политических, экономических и юридических факторов, что требует междисциплинарного, «контекстуального» подхода к европейскому праву»²⁰⁶.

По своей сути легалистский подход ближе к теории неофункционализма, который также особое внимание уделял роли правовых норм в интеграционных процессах.

Социальная доктрина католицизма базируется на основных постулатах западноевропейской интеграции – наднациональности и элементах эгалитарности (порядок принятия решений на основе консенсуса, ратификация договоров посредством проведения референдумов и т.д.). Отмечается «полезность» учреждения структур, действующих параллельно с государствами и надгосударственными органами. Католицизм как учение предусматривает участие общины в решении проблем всех ее членов посредством оказания взаимопомощи и перераспределения средств. Применительно к интеграционным процессам речь идет об усилении контрольно-распорядительных функций организации.

В основе концепции «обучающегося региона» лежит тезис о том, что конкурентоспособность любого региона в современном мире определена его способностью к обучению, при этом основной акцент сделан на процессах обучения одновременно на трех уровнях – на индивидуальном, организационном и региональном.

Сторонниками концепции (К. Омаи, М. Сторпером, Р. Флоридом, К. Морганом, Б. Ашаймом и иными) было сформировано понимание «обучающегося региона» как региональной инновационной стратегии, в которой региональные акторы, связанные с инновациями, придерживаются определенных политических принципов; это непрерывный процесс интеграции всех региональных подсистем и институтов на основе взаимного обучения. По мнению представителей данного подхода, замедление в области обучения приводит к «торможению» всего процесса регионального развития и интеграции. Одним из основополагающих механизмов агломерации является способность знаний аккумулироваться в едином социокультурном пространстве, которое включает в себя традиции, общее восприятие мира и межличностные позитивные ожидания. В результате формулируется вывод, что понятие «обучающийся регион» включает в свое содержание многообразие политических, экономических, социальных и иных факторов²⁰⁷.

Системный подход рассматривает явления социальной интеграции по аналогии с организмом. По мнению Г. Спенсера, одним из условий интеграции является определенное сходство частей, которые формируют социальную группу. Вторым условием интеграции выступает совместная реакция таких частей на внешнее действие²⁰⁸.

Э. Дюркгейм выделял две формы интеграции: механическую и органическую. Социальная солидарность понимается им как моральный феномен, который требует «замещения» внешним символом, который бы воспринимался как «социальный факт». Таким символом является право. При этом механическая солидарность основана на сходстве и характеризуется «репрессивным правом», в то время как органическая солидарность основана на разделении труда и характеризуется «реститутивным правом», при этом реститутивное право создает все более специализированные органы²⁰⁹.

Развивая теорию Э. Дюркгейма, Т. Парсонс сформулировал несколько иной подход, им была разработана структурно-функ-циональная теория, которая была особо популярной вплоть до 60-х гг. прошлого века. По его мнению, интеграция общества обусловлена его дифференциацией. Социальная система понимается как определенная структура, элементами которой являются ценности, нормы, коллективные организации и роли индивидов. Системы формируются состояниями и взаимодействием субъектов на социальном уровне. В частности, он писал: «Проблема правопорядка, а значит, и интеграции стабильных систем в социальной интеракции, в частности в социальной структуре, фокусируется на интеграции мотивации акторов с нормативными культурными стандартами, которые интегрируют систему действия, в нашем контексте межличностно»²¹⁰. Таким образом, значительное внимание им уделяется институциональному уровню интеграции: все части системы представлены социальными институтами.

В период существенного изменения восточноевропейской конфигурации, а также активизации регионализации в 50-е гг. прошлого века британским социологом Дэвидом Локвудом был предложен новый социологический подход в понимании интеграционных процессов – теория социальной и системной интеграции. Именно им была предложена концептуализация понятий социальной и системной интеграции. Первое из них – «социальная интеграция» – относится к уровню agency, в то время как «системная интеграция» – к уровню structure. Проблема социальной интеграции делает акцент на взаимоотношениях между акторами (это могут быть как индивиды, так и социальные группы), в то время как проблема системной интеграции – на взаимоотношениях между частями самой социальной системы. При этом под «частями» Д. Локвуд понимает уровни социальных институтов и подсистем, таких как культурная и экономическая. В результате он пришел к выводу, что интеграция представляет собой «подвижное» явление: если есть проблемы на уровне структур, то одним из факторов стабильности всей системы могут стать взаимоотношения между акторами, равно как и наоборот²¹¹.

Среди последователей его теории, которые так или иначе ее интерпретировали, можно назвать Ю. Хабермаса, Н. Луманна и Э. Гидденса. Так, по утверждению Э. Гидденса, социальная интеграция осуществляется на уровне непосредственно межличностного взаимодействия, а системная интеграция – «между акторами и коллективами в рамках различного пространства и времени». Он утверждал, что структура не может существовать без активности акторов, поскольку сами структуры находятся в головах людей²¹².

3.3.2. Понятие социальной интеграции

Социологические подходы к пониманию интеграционных процессов позволяют получить максимально полное представление о движущих силах и направлениях этих процессов. Как отмечает А. Этзони, «для социолога представляет, вероятно, наибольший интерес образование новых союзов, участниками которых выступают нации и государства»²¹³.

Исходя из того, что социальное сотрудничество государств в рамках большинства региональных организаций наравне с экономической интеграцией представляет собой одну из наиболее приоритетных сфер взаимодействия, не вызывает сомнений тот факт, что данная сфера должна быть выделена в отдельный самостоятельный вид региональной интеграции и, безусловно, представляет теоретический интерес. Вопросы социальной интеграции рассматривались и в отечественной доктрине. Так, В. Д. Зорькин, к примеру, выделяет «два типа социальности», которым соответствовали две разные модели социальной интеграции – авторитарно-принудительная, ориентированная на подчинение индивида обществу и государству, и добровольная, основанная на своего рода «общественном договоре» членов гражданского общества, получающем закрепление в нормативно-правовой системе страны, и прежде всего ее Конституции²¹⁴. Модель «добровольной интеграции» вполне применима и к отношениям в рамках региональных образований.

Социальную интеграцию можно рассматривать также в качестве «мягкой силы». Это сотрудничество может проявляться в расширении деятельности национальных научных и культурных центров, развитии научных и культурных связей, активизации работы с соотечественниками и с зарубежной молодежью, продвижении своих национальных ценностей в мире.

Анализ целей сотрудничества стран в социальной сфере показал, что можно выделить такие стадии социальной интеграции, как сотрудничество в социальной сфере, единое социальное пространство, паспортный союз, социальный союз, а под региональной социальной интеграцией следует понимать сотрудничество государств, направленное на постепенное (поэтапное) сближение или объединение социальных систем в регионе²¹⁵.

3.3.3. Стадии социальной интеграции

Сотрудничество в социальной сфере

Учредительные документы большинства региональных объединений изначально в качестве основополагающей цели взаимодействия их членов в социальной сфере указывают именно на установление и развитие социального сотрудничества в целях социального и культурного роста в регионе. Так, исходя из положений ст. 2 Нахичеванского соглашения о создании Совета сотрудничества тюрко-язычных государств (ССТГ)²¹⁶, основными задачами ССТГ являются стремление к всестороннему и сбалансированному социальному и культурному развитию в регионе посредством совместных действий на основе равноправного партнерства в целях неуклонного повышения уровня и улучшения условий жизни народов в регионе; расширение взаимодействия в области науки и техники, образования, здравоохранения, культуры, молодежи, спорта и туризма, популяризации великого культурно-исторического наследия тюркских народов и т.д.

Аналогичные цели предусмотрены в учредительных актах международных организаций Франкофония (организация франкоязычных стран мира) и Содружество наций. Одной из приоритетных целей Организации американских государств (ОАГ), указанных в ст. 2 Хартии ОАГ, является продвижение социального и культурного развития²¹⁷.

В Преамбуле к Хельсинкскому договору Северного Совета²¹⁸ от 23 марта 1962 г. перед государствами северного региона поставлена задача содействия в развитии и укреплении тесных связей скандинавских народов в вопросах культуры, правовой и социальной философии. При этом в соответствии со ст. 14 Хельсинкского договора стороны должны стремиться к тому, чтобы сохранить и развивать дальше единый северный рынок труда, развивать дальнейшее сотрудничество в области общественного здравоохранения и медицинского обслуживания.

На данной (начальной) стадии социальной интеграции стран в регионах происходит налаживание прямых связей, в том числе корпоративных и институциональных, между государствами, обмен положительным опытом в рассматриваемой сфере, может осуществляться единая политика на национальном уровне стран посредством разработки и реализации общих программ²¹⁹. В случае если это предусмотрено уставными документами региональной организации, создаются условия для введения единых прав граждан для всех членов регионального объединения.

Единое социальное пространство

Установление равных прав граждан в различных областях социальной сферы представляет собой следующий этап в социальной интеграции стран в регионе, в процессе которого договаривающиеся стороны нацелены на создание единого социального пространства (единого социального сообщества) в различных областях общественной жизни.

В рамках единого-социального пространства (ЕСП) можно выделять Единое научно-технологическое пространство (вопросы формирования совместной научной и инновационной деятельности, гармонизации условий их реализации и т.д.) и Единое социо-гумарнитарное пространство (совершенствование миграционной политики, сохранение и развитие общего духовно-культурного наследия, формирование единого образовательного пространства и т.д.).

Несомненно, пристального внимания заслуживает опыт Союзного государства Беларуси и России в этой сфере.

Данная стадия социальной интеграции также прослеживается в актах Европейского Союза, в рамках которого принято большое количество документов, направленных на установление равных прав граждан государств – членов ЕС в области трудовой занятости, защиты прав работников и оказания медицинских услуг, защиты прав потребителей и т.д.

Показателен в этой сфере сотрудничества опыт АСЕАН, в соответствии с концепцией которого (Концепция АСЕАН, принятая на «Вьентьянской программе действий» на 10-м саммите АСЕАН в ноябре 2004 г.) образуется социально-культурное сообщество, ориентированное на построение единого общества, основанного на благосостоянии всех граждан в регионе²²⁰. Предполагается, что в соответствии с этой программой АСЕАН превратится в «открытый для диалога по всем азимутам, живущий в условиях мира, стабильности и процветания гармоничный союз, связанный партнерством в динамичном развитии и гуманными принципами составляющих его обществ»²²¹.

Паспортный союз

Формирование паспортного союза подразумевает введение единого паспорта граждан государств (паспорт единого образца). Особенность данной стадии социальной интеграции заключается в том, что всем гражданам в регионе выдается единый паспорт, который дает право беспрепятственного перемещения через внутренние границы договаривающихся государств без оформления дополнительных проездных документов.

Иная форма паспортного союза (Северного паспортного союза) действовала на объединенной территории государств – членов Совета министров Северных стран (СМСС) с конца 1950-х гг. Формирование Северного паспортного союза осуществлялось в три этапа (1952, 1954, 1957). Договор, отменяющий заграничные паспорта, был подписан 14 июля 1952 г. в г. Стокгольме Швецией, Данией, Финляндией и Норвегией. В дальнейшем в соответствии с заключенным в г. Копенгагене 22 мая 1954 г. договором граждане Дании, Финляндии, Норвегии и Швеции получили право перемещаться по этим странам без загранпаспорта (а также других проездных документов) и вида на жительство. 12 июля 1957 г. названые страны подписали договор, в соответствии с которым отменялся пограничный контроль на внутренних границах, при этом, однако, страны должны были усилить его на внешних границах. Вместе с тем Северный паспортный союз не предусматривал введения единого паспорта для граждан государств-участников. Его особенность заключалась в отмене любых проездных документов в пределах объединенной территории Северного паспортного союза²²².

Северный паспортный союз утратил свое значение с присоединением стран – участников СМСС в 1996 г. к Шенгенскому соглашению.

Шенгенская зона была задумана в целях реализации одного из основных принципов функционирования ЕС – свободного передвижения лиц. Соответствующее соглашение об отмене паспортно-визового контроля в пределах Шенгенской зоны 14 июня 1985 г. было подписано пятью странами, вступило в силу 26 марта 1995 г. и действовало до 1 мая 1999 г., когда оно было заменено шенгенским законодательством Европейского Союза.

Одним из примеров достижения уровня паспортного союза является Экономическое и валютное сообщество стран Центральной Африки (СЕМАК). На использование паспорта СЕМАК в качестве «инструмента свободного передвижения» указывается в специальном Регламенте № 1/00-CEMAC-042-CM-04 от 20 июля 2000 г., закрепляющем учреждение и условия применения паспорта CEMAK, который выдается всем гражданам стран данного регионального объединения.

В рамках Карибского сообщества (КАРИКОМ) единый паспорт был введен с 1 января 2005 г., что явилось безусловным прогрессивным шагом в рамках социальной интеграции стран – членов КАРИКОМ. Под паспортом КАРИКОМ понимается паспорт страны происхождения гражданина. Кроме того, в рамках КАРИКОМ с 12 марта 2010 г. вступило в силу Соглашение о едином проездном билете КАРИКОМ (CARICOM Travel Card (CARIPASS) Treaty).

Введение единого паспорта было предусмотрено в рамках стран Организации Восточно-карибских государств (ОВКГ)²²³, его введение планировалось к 1 января 2003 г. Однако с введением паспорта КАРИКОМ данный проект утратил свою актуальность.

Таким образом, можно говорить о следующей, более прогрессивной стадии социальной интеграции, о создании так называемого паспортного союза, в рамках которого обеспечивается беспрепятственное перемещение граждан государств без оформления каких-либо проездных документов либо на основании введенного специального паспорта единого образца как инструмента свободного перемещения граждан в регионе²²⁴.

Социальный союз

Социальный союз как высшая стадия социальной интеграции предусматривает введение единого гражданства. Гражданство является одним из важнейших атрибутов государственности. Введение единого гражданства подразумевает введение равных прав и обязанностей на всей территории регионального объединения во всех областях социальной сферы, что, несомненно, расширяет возможности всех граждан в регионе²²⁵.

Показательным примером является пример Европейского Союза. Учитывая особую значимость понятия гражданства, устанавливаемое в Договоре о ЕС гражданство Союза по отношению к национальному гражданству, носит субсидиарный характер. Это отчетливо прослеживается в ст. 17 Договора в редакции Амстердамского договора 1997 г.: «Настоящим устанавливается гражданство Союза. Каждый человек, имеющий гражданство государства-члена, является гражданином Союза. Гражданство Союза дополняет, а не заменяет гражданство государств-членов».

3.4. Военно-политическая интеграция

3.4.1. Политические теории региональной интеграции

Из числа политических теорий региональных интеграционных процессов необходимо в первую очередь отметить те из них, которые получили наибольшую популярность и во многом послужили основой в становлении и развитии интеграционной теоретической мысли (федерализм, конфедерализм, функционализм, неофункционализм, теория «сообщества безопасности», теория многоуровнего управления, интергавернализм и сетевой подход). Также надо остановиться на описании теорий европейской интеграции (европеизм, модель «ступенчатой интеграции», модель «Европы концентрических кругов» и модель «дифференцированной интеграции») и геополитических теориях.

В отношении европейской интеграции представителями «федерализма» (А. Спинелли, С. Пистоне, Э. Уистрич, Ж. Моннэ, А. Марк, Г. Бругманс, П. Дюкло) выдвинуто утверждение о появлении некоего особого (федерального) институционального устройства, которое включает создание наднациональных институтов и изначально выступает политическим предприятием. При этом они исходят из идеи добровольного отказа государств от политического суверенитета и самостоятельности.

В частности, А. Спинелли при характеристике распределения полномочий указал на то, что ни одна из властей соответствующего уровня не может обладать каким-либо преимуществом и вместе с тем полномочия органов власти (на различных уровнях: местных, региональных, национальных и т.д.) должны дополнять друг друга²²⁶.

По утверждению Э. Уистрича, сущность федерализма как одной из теоретических моделей интеграции заключается в децентрализации власти, причем в тех сферах и в таком объеме, как и где это необходимо. Такой принцип «децентрализации власти там, где это необходимо», лежит в основе одного из принципов, заложенных в Маастрихтском договоре о Европейском Союзе, – принципа субсидиарности²²⁷.

Современными представителями конфедерализма являются Фредерик Листер, Д. Элазар и Меррей Форсай. Конфедерация представляет собой «промежуточную стадию между межгосударственным и внутригосударственным мирами»²²⁸. Это союз государств, который основан на договоре между объединяющимися странами, причем ранний конфедерализм обусловлен решением вопросов совместной безопасности и обороны.

Ф. Листер отмечает, что «хотя этот термин (конфедерация), обозначая слабо связанную форму политической ассоциации, широко используется политологами и публицистами в общем смысле, как если бы он был слишком хорошо известен, чтобы нуждаться в определении или дальнейшем изучении, дело обстоит как раз наоборот»²²⁹.

Конфедерация не гарантирует единства стран, поскольку государства – ее члены сохраняют за собой право выхода из такого союза. Вместе с тем представители конфедерализма уверены, что на современном этапе существуют оптимальные перспективы возрождения так называемого «нового конфедерализма», в основе которого лежат не только вопросы общей безопасности, но и иные цели, причем он может послужить началом интеграции на региональном и глобальном уровнях²³⁰. Более того, по утверждению Д. Элазара, именно конфедерация является будущей моделью глобальной структуры мира²³¹.

Конфедерация может послужить альтернативной формой сотрудничества государств в различных областях. Применение модели конфедерации в целях экономического сотрудничества является основой для развития социально-экономической интеграции. При этом представители конфедерализма ссылаются на положительный опыт Европейского Союза.

Как считает Ф. Листер, в современных условиях конфедерализм можно применить в четырех основных сферах:

– в целях повышения экономического статуса для малых государств;

– как альтернативу для многонациональных государств, которые находятся на грани распада;

– для усиления коллективной экономической безопасности группы смежных государств (независимо от их размера);

– как альтернативную меру реагирования на все возрастающее количество мировых угроз²³².

Основоположником школы функционализма является англо-румынский исследователь Дэвид Митрани, который изучал интеграционные процессы с позиции провала Лиги Наций, поскольку государства, по его утверждению, видели в ней в первую очередь угрозу для своего суверенитета. В отличие от федерализма, который предполагал «жесткую» наднациональную модель интеграции, функционализм основан на идее сотрудничества.

По мнению Д. Митрани, нет смысла в создании глобальных организаций, а есть необходимость в сотрудничестве между государствами в решении общих проблем различного характера²³³. Именно решение таких общих проблем должно послужить толчком к образованию необходимых для этого межгосударственных органов, что создаст предпосылки для кооперации государств. В этом и состоит основная идея функционализма: международная интеграции должна быть максимально деполитизирована, в то время как эффективное сотрудничество между государствами может и должно быть достигнуто путем решения общих для всех проблем, возникающих как на национальном уровне, так и в мировом масштабе.

Прагматические выгоды сотрудничества в решении единых задач должны подтолкнуть государства к созданию межгосударственного органа и, как следствие, создадут предпосылки для политической интеграции. Итоговая цель – создание всеобъемлющего мирового единства. Однако этот процесс должен происходить постепенно, от традиционной интеграционной схемы к некоему функциональному сообществу.

Ряд идей Д. Митрани были в дальнейшем переработаны и легли в основу еще одного направления – неофункционализма, который часто характеризуют как «метод интеграции в рамках ЕС»²³⁴ и является симбиозом идей федерализма и функционализма. Наибольший вклад в становление и развитие этой теории внесли такие личности, как Э. Хаас, Л. Линдберг, Ф. Шмиттер, Л. Шейнеман, A. Этзони²³⁵. Представители этой теории не уделяют достаточного внимания конечному результату (цели) интеграционных процессов, отдавая предпочтение исследованию самого процесса (предпосылкам интеграции, начальному этапу интеграции и дальнейшему развитию интеграционных процессов). Однако они не исключают возможности появления некоего наднационального образования – «нового политического сообщества», которое находится «над государствами».

Сторонники данной теории исходят из утверждения, что региональная интеграция – это спонтанный процесс, которому присущи внутренние противоречия. При этом государства – члены региональных объединений все больше испытывают на себе воздействие региональной организации, в первую очередь установленных ею ограничений. В итоге предпочтительнее передать решение большинства вопросов на межгосударственный уровень, чем решать их самостоятельно в условиях регионального воздействия.

Теория «сообщества безопасности» рассматривает в первую очередь динамику политической интеграции во взаимоотношениях, которые складываются не между государствами, а между отдельными личностями, определенными социальными группами, культурными общностями и т.д.²³⁶

Иными словами, основу рассматриваемой теории составляет изучение последовательности исторических событий в целях достижения и обеспечения мирного сосуществования и дружественных отношений между государствами. Само понятие «интеграция» рассматривается представителями данного направления как процесс непрерывного движения к определенному единству, регулируемый взаимодействием людей. В свою очередь, под международной интеграцией понимается многовекторный, многоаспектный процесс.

Чтобы получить более подробное представление, необходим большой набор методов и средств познания. Именно поэтому K. Дойч, основатель данной концепции, считал необходимым использовать целую систему критериев в целях определения того, насколько государства реализовали их интеграционную инициативу в различных сферах общественной жизни, насколько эффективно их взаимодействие, а также что мешает дальнейшим интеграционным процессам. При этом приверженцы теории «сообщества безопасности» (Э. Адлер, М. Барнет, Т. Риссе-Каппен и др.) в качестве его основной цели называют уверенность в мирном развитии отношений между государствами и неприменении ими силы при возникновении между ними любых споров²³⁷.

В конце прошлого века была разработана еще одна политическая теория региональной интеграции – либеральный межправительственный подход (интергавернализм). В отличие от неофункционального подхода, представители которого рассматривают интеграцию под функциональным и социальным углом, либеральная межправительственная теория рассматривает сугубо политические процессы.

Теорию отличает последовательность и конкретика изложения, что объясняется в первую очередь ее разработкой одним автором – Эндрю Моравчиком²³⁸, одним из последователей теории является У. Уоллес. Эта теория основана на трех составляющих:

– основными акторами в политике являются самостоятельные индивидуумы и группы, которые взаимодействуют друг с другом на основе принципов собственного риска и его недопущения;

– государства понимаются как унитарные образования, при этом их внешнеполитические цели Э. Моравчик рассматривал как «производные от постоянно меняющихся запросов национальных социальных групп, чьи предпочтения агрегируются политическими инструментами»²³⁹;

– взаимодействие государств отражает природу и конфигурацию их интересов.

По утверждению Э. Моравчика, такой интеграционный процесс осуществляется на двух уровнях. Первый уровень – это формирование национальных интересов. В интеграционных процессах первого уровня действуют социологические закономерности согласования интересов различных политических и социальных групп, а также происходит взаимодействие государства и общества. В результате формируются цели и предпочтения («спрос на интеграцию»).

Второй уровень интеграционных процессов – это торг на межправительственном уровне. Теория торга, предложенная Э. Моравчиком, заключается в том, что сначала государства «выторговывают» для себя оптимальные решения первого уровня (сформированные с учетом общества цели и предпочтения), а затем, когда эти решения перестают их устраивать, формулируют следующие цели и предпочтения. Взамен государства получают ряд преимуществ упорядоченного торга в рамках интеграционных объединений, а также доступ к информации, которая при иных условиях была бы для них недоступна.

Не отрицая значимости государства, представители теории многоуровневого управления (Г. Маркс, Л. Хуг, К. Бланк, Б. Кохлер-Кох, М. Джастенфухс и т.д.) рассматривают его как «арену» для достижения общих интересов. В основе теории заложена идея о выделении институтов и политических акторов. Последние находятся в институтах и несут ответственность за политические действия. Создание нового уровня управления ведет к созданию нового уровня политических акторов, что, в свою очередь, создает предпосылки для образования многоуровневой политической системы. Таким образом, многоуровневое управление представляет собой сложную систему, которая включает в себя множество государственных и частных акторов, не имеет стабильной иерархии и четкого разграничения компетенции акторов.

Акторы являются политически независимыми субъектами, которые объединены функциональной взаимозависимостью, при этом их решения принимаются на основе многосторонних переговоров на различных уровнях.

Сетевой подход к пониманию региональной интеграции основан на анализе интеграционных процессов в Европе, и в первую очередь опыта Европейского Союза. Первые попытки объяснить интеграционные процессы с помощью сетевого подхода были предприняты еще в 1990-х гг.

Представители сетевого подхода Дж. Петерсон и Э. Бомберг предлагали именовать политической сетью «группу акторов, каждый из которых вовлечен в тот или иной сегмент политического управления, осознает в нем свои интересы и обладает способностью влиять на успех или неудачу принятия и реализации того или иного политического решения и предусмотренной им практической меры»²⁴⁰.

При этом для обоснования необходимости применения сетевого подхода при анализе интеграционных процессов в Европейском Союзе приводятся три аргумента:

– правила принятия решений в рамках ЕС варьируются в зависимости от сектора взаимодействия государств, что делает ЕС дифференцированной политической системой²⁴¹.

– установленные процедуры принятия решений в рамках ЕС схожи с процедурами в иных международных организациях (например, ВТО, МВФ).

– процесс принятия решений в ЕС обусловлен также действующей системой различных комитетов, которые непосредственно готовят основные предложения и разрабатывают проекты документации.

Сетевой подход основан на формировании интеграционных транснациональных интересов, при этом его сторонники доказывают невозможность объяснить деятельность ЕС только государственными национальными предпочтениями. В развитие сетевого подхода были сформулированы три основополагающих вывода. Первый вывод состоял в том, что на политику ЕС оказывает существенное влияние характер структурирования политических сетей, что выражается в системе комитетов, а также в заинтересованности проведения конференций, круглых столов, семинаров и форумов, в процессе которых рассматриваются специальные институциональные вопросы. Второй вывод состоял в том, что в квазифедералистских образованиях система управления основана на сетевой иерархичной системе. Третий вывод – сетевое управление приводит к постановке вопросов, связанных с эффективностью и легитимностью действующего режима.

Сторонники данного направления пытаются выявить элементы сетевого управления не только в рамках ЕС, но и в Восточной Азии и Северной Америке. В качестве примера приводится АСЕАН, в котором действует система разноуровнего механизма согласования и принятия решений.

Среди теорий, объясняющих процессы интеграции в Европе, и в рамках Европейского Союза в частности, следует назвать четыре подхода, одним из которых является европеизм. В основе европейской идеи интеграции – мысль об общем прошлом и будущем стран Европы и об исключительности западноевропейских народов. Историческое прошлое отождествляется с Римским миром, который является предпосылкой для образования «мира европейского». После Второй мировой войны идеология европеизма претерпела некоторые изменения. Стал развиваться так называемый «комплекс малых государств», который послужил толчком к европейской интеграции для ряда стран. В результате этого для нового европеизма характерно стремление малых европейских государств, в том числе и в коллективной форме, т.е. в форме ЕС, «подняться» на один уровень с основными субъектами международной политики²⁴².

В связи с расширением Европейского Союза разработан еще ряд теорий (моделей) дальнейшего развития процессов европейской интеграции. Среди них особо выделяются модель «ступенчатой интеграции» и модель «Европы концентрических кругов», в основу которых положена идея создания в Европейском Союзе «ядра», которое образуют наиболее развитые страны, вокруг этого ядра могут формироваться «круги» из других стран.

Модель «дифференцированной интеграции» предполагает географическое расширение Европейского Союза, что меняет концепцию интеграционных процессов и должно привести к дифференциации скорости интеграции по различных странам. По аналогии со «ступенчатой» моделью интеграции модель «дифференцированной» интеграции преследует цель углубления интеграционных процессов, при этом не устанавливается никаких временных и договорных рамок (ограничений). Как и модель «концентрических кругов», модель «дифференцированной» интеграции исходит из создания «ядра», но не одного, которое охватывает все сферы интеграции, а многих «ядер» с разным составом участников²⁴³.

В определенной степени характеризуют интеграционные процессы и геополитические теории, которые объясняют как внешнюю, так и внутреннюю политику государств с точки зрения географических и социальных факторов. В основе геополитических теорий государство рассматривается одновременно как географический организм и как политическое пространство. В основе всех геополитических теорий заложена единая идея – контроль над пространством. При этом изучаются основы, возможности, механизм и формы контроля пространства политическими силами государств и их союзов.

Политическое пространство определено границами государства и выступает одним из признаков последнего. Пространственные отношения в геополитике имеют существенное значение в отношениях между государствами. В тех случаях, когда между государствами начинается борьба за присоединение, освоение или контроль за политическим пространством, непременно возникает геополитическая проблема границ.

Эту особенность выявил один из основоположников геополитики – Ф. Ратцель, по мнению которого граница представляет собой периферийный орган государства и является свидетельством его роста, силы и слабости и изменений в этом организме (в государстве).

Ф. Ратцелем были сформулированы семь законов пространственной экспансии:

– пространство государства увеличивается одновременно с развитием уровня культуры;

– с увеличением пространства государства происходит развитие идей, торговли, производства и т.д.;

– увеличение географического пространства государства происходит посредством соединения и поглощения малых государств;

– граница представляет собой периферийный орган государства;

– в процессе увеличения территории государства стремятся присоединить наиболее ценные элементы географического расположения (береговые линии, равнины, районы, богатые ресурсами, и т.д.);

– исходным импульсом к территориальному росту государств является различие уровней соседствующих цивилизаций;

– практика слияния и поглощения сильными нациями более слабых переходит от одного государства к другому²⁴⁴.

Одной из геополитических теорий является теория «больших пространств», разработанная Карлом Шмиттом. Сторонники этой теории (Эрнст ван Лоэн и др.) считали, что в основе объединения государств в единый стратегический блок лежит принцип имперской интеграции на основе общей идеи – силы. Смысл концепции заключается в определении границ географического региона, в пределах которого многообразие политического самопроявления народов может достичь гармоничного объединения в рамках «большого геополитического союза».

Любое государство, являясь одновременно живым организмом и политическим объединением, стремится к расширению территориальных границ. Однако создание нового большого пространства не зависит ни от научной ценности самой доктрины, ни от культурной компетентности, ни от экономического развития составляющих частей или даже территориального и этнического центра, давшего импульс к интеграции. Интеграция стран обусловлена только волей политических сил, которые осознали историческую необходимость объединения на том или ином этапе развития государств. По его утверждению, геополитические образования могут быть стабильными только в том случае, если в процессе интеграции используются не жесткие, а органичные принципы, соответствующие воле народов. Только такие интеграционные принципы способны объединить воедино культурные, географические и государственные разрозненные массы.

При этом представители теории «больших пространств» выделяли три этапа такого расширения: города-государства, государства-территории, государство-континент.

Применительно к таким процессам на евразийском пространстве, по мнению К. Шмитта, нельзя говорить о полной континентальной интеграции, поскольку Евразия сочетает в себе необъятное многообразие этносов, культур и государств. В данном случае речь может идти об образовании нескольких крупных геополитических региональных объединений²⁴⁵.

В соответствии с иной геополитической теорией – теорией силы государства Р. Челлена – государство представляет собой живой и мыслящий организм, который проходит все стадии – от рождения до умирания. В результате такого подхода единственной естественной формой жизни любого государства является борьба за выживание. Следовательно, война представлялась им как одна из форм жизненной борьбы за географическое пространство.

По его мнению, жизнеспособность государства обеспечивает в первую очередь сила и лишь затем право, которое также поддерживается силой. Исходя из такого понимания интеграции (в основе которой лежит сила государств), Р. Челлен был уверен, что из-за своего географического расположения малые государства обречены быть поглощенными более сильными державами, которые способны присоединить их в большие географические и хозяйственные комплексы. В результате он приходит к выводу, что сильное государство, основываясь на своем военном могуществе, стремится распространить свое влияние далеко за свои территориальные границы. Такие процессы, по мнению Р. Челлена, соответствуют законам природы²⁴⁶.

В соответствии с теорией полицентрического геополитического устройства мира, сформулированной американским исследователем Солом Коэном, весь мир делится на «геостратегические районы», характеризующиеся общностью хозяйства (объединяющие промышленное ядро и аграрно-сырьевую периферию), систем коммуникаций и идеологии, в свою очередь подразделяющиеся на геополитические районы. К геополитическим районам он относил те регионы, которые в целом ориентированы на торговые отношения: это морские державы и евразийско-континентальный мир. В основе деления на геополитические районы С. Коэн выделял такие признаки, как единый образ жизни, общие исторические и культурные связи, географическая близость расположения и т.д. По его утверждению, политические отношения государств строятся на основе связей между равными по влиятельности блоками стран переменного состава.

Вместо Британского Содружества наций, по мнению С. Коэна, должен был возникнуть самостоятельный регион стран Индийского океана. К миру морских держав он относил Англию, США, Южную Америку, Карибский бассейн, прибрежные страны Европы, Магриб, южную часть Африки, островную Азию и Океанию. В свою очередь, континентальный мир состоит из двух геополитических регионов: Хартленда, включая Восточную Европу (процесс объединения Европы он видел как образование сверхгосударства), и Восточной Азии. Каждый из названных регионов должен, в его представлении, состоять из одной большой страны или нескольких малых стран. Однако в последнем случае каждая из стран имеет такие особенности, которые придают им специфику и одновременно единство²⁴⁷.

В основе геополитической доктрины «новых правых» лежит идея «общего прошлого» – единства индоевропейского происхождения народов Европы. Однако современные тенденции к стратегической и экономической интеграции, необходимой для обладания подлинным геополитическим суверенитетом, обусловливают необходимость интеграции государств. В результате представители доктрины (Жан Тириара, Карло Террачано, Ален де Бенуа и т.д.) делают вывод об «обреченности» народов Европы на «общее будущее»²⁴⁸.

3.4.2. Понятие военно-политической интеграции

В глобализирующемся мире особое значение приобретают вопросы военно-политической безопасности. Неудивительно, что в рамках многих интеграционных объединений предусмотрено сотрудничество в военно-политической сфере, что включает как взаимодействие в сфере внешней политике, так и сотрудничество в области обороны, обеспечения безопасности, борьбы с преступностью и т.д. К вопросам военно-политического сотрудничества следует относить и взаимодействие правоохранительных органов и органов юстиции государств-участников в рамках интеграционных объединений.

На доктринальном уровне военно-политическая интеграция в отличие от экономической и социальной не получила должного раскрытия. Сформулированная в литературе позиция в отношении понятия военно-политической интеграции заключается в том, что она предполагает делегирование полномочий по вопросам войны и мира на наднациональный уровень, выработку общих принципов поведения на международной арене в поисках союзников в оборонной сфере, четкие этапы военного строительства, ориентированные в конечном итоге на создание единого оборонного пространства²⁴⁹.

Анализ учредительных документов и глубины интеграционных процессов различных региональных объединений позволяет выделить такие стадии военно-политической интеграции как сотрудничество в военно-политической сфере, единое военно-политическое пространство, военно-политический союз, а под военно-политической интеграцией понимать сотрудничество государств, направленное на постепенное (поэтапное) объединение военно-политических систем в регионе²⁵⁰.

3.4.3. Стадии военно-политической интеграции

Сотрудничество в военно-политической сфере

Это начальный этап, в рамках которого устанавливаются прямые институциональные связи между соответствующими органами в различных областях военно-политической интеграции.

Помимо прямых институциональных связей, на данном этапе может быть предусмотрено сотрудничество в области оборонной политики и охраны внешних границ, борьбы с организованной преступностью, в обеспечении мира и безопасности, сотрудничество в сфере внешней политики по вопросам, представляющим взаимный интерес²⁵¹.

Так, в задачи Системы сотрудничества между американскими военно-воздушными силами (SICOFAA) входит укрепление основ международного сотрудничества на территории Северной и Южной Америки, и достижение взаимной реальной поддержки путем проведения совместных действий в военно-политической сфере.

Подобные цели предусмотрены в уставных документах большинства региональных организаций, среди которых следует назвать СНГ, ОАГ и т.д.

Единое военно-политическое пространство

Единое военно-политическое пространство (ЕВПП) характеризуется более высоким уровнем военно-политической интеграции. На данном этапе интегрирующиеся государства могут образовать общие вооруженные силы, которые проводят согласованную внешнюю политику и политику в области обороны и обеспечения безопасности, а также осуществлять на коллективной основе защиту территориальной целостности и суверенитета государств-членов.

Особо показателен пример Североатлантического альянса (Организации Североатлантического договора, НАТО), Союзного государства Беларуси и России (СГ) и Организации договора о коллективной безопасности (ОДКБ).

В соответствии с Договором об учреждении АНЗЮС (Тихоокеанский пакт безопасности) стороны на консультационной основе противостоят угрозам в области политической независимости, территориальной целостности или внешней безопасности, стоящим перед любой из сторон в Тихом океане²⁵².

Военно-политический союз

Военно-политический союз – это наивысший этап военно-политической интеграции. Существующие акты региональных организаций не позволяют определить признаки такого союза. Вместе с тем можно предположить, что формирование единого военно-политического союза предусматривает наравне с уже образованными общими коалиционными группировками войск полное расформирование национальных вооруженных сил государств-членов региональной организации с одновременной передачей всех военно-политических полномочий с национального уровня специальным органам региональной организации в целях централизованного обеспечения безопасности в регионе и осуществления внешней политики государств²⁵³.

4. Правовые основы региональной интеграции

4.1. Понятие правовой интеграции

В доктрине отсутствует единство в понимании правовой интеграции, однако правовое сотрудничество государств осуществляется в рамках каждого регионального объединения.

По мнению M. Каппеллетти, M. Секкомбе и Дж. Уэйлера, именно право определяет статус и сферу деятельности главных действующих лиц в условиях интеграции, контролирует, а при необходимости и ограничивает их действия, выполняет роль своеобразного нормативного регулятора во взаимоотношениях между участниками интеграционного процесса²⁵⁴. И это действительно так, именно право осуществляет функцию «упорядочения и стимулирования интеграционного процесса, консолидации его содержательных и организационных структур»²⁵⁵. Интеграция в Западной Европе, начавшись с права, на всех последующих своих этапах характеризовалась достаточно высоким уровнем правового регулирования²⁵⁶.

Не составляют исключения интеграционные процессы и на евразийском пространстве. Взаимодействие на региональном уровне требует от государств принятия различных правовых актов, которые могут носить для стран-участников как рекомендательный, так и обязательный характер, что влечет за собой формирование международных региональных норм. Именно поэтому в уставных актах большинства региональных организаций стороны указывают на правовое сотрудничество, при котором могут быть использованы самые различные механизмы: рецепция, гармонизация, унификация и стандартизация²⁵⁷.

Вместе с тем в ряде региональных организаций предусмотрено создание единого правового пространства, которое характеризуется единством правового регулирования социальных, экономических, внешнеполитических и иных отношений в регионе. Иными словами, сферой правового регулирования общественных отношений является объединенная территория всех государств в рамках конкретного регионального объединения. В процессе региональной интеграции в области права осуществляются мощные интеграционные процессы, большинство региональных группировок нацелены на гармонизацию и унификацию национального законодательства, что ведет к «состыковке» правовых систем и делает возможным единое регулирование. Такие процессы объединения могут отличаться по характеру, степени регионального объединения, их темпов, объективных причин интеграции и по иным аспектам²⁵⁸.

Основная особенность правовой интеграции заключается в том, что данные процессы осуществляются одновременно в двух правовых системах: на уровне международного права – посредством учредительных и иных актов региональных организаций; а на уровне национального законодательства – посредством имплементации данных норм в национальное право государств.

4.1.1. Рецепция

Правовая рецепция как один из механизмов формирования права исследуется в правовых работах, как правило, в историческом контексте. Одним из классических примеров рецепции правоведы приводят рецепцию римского права, когда многие европейские страны в процессе развития национального законодательства воспроизводили его нормы (положения). В источниках различных периодов рецепция рассматривается как «заимствование чужеземного права»²⁵⁹, как «заимствование и приспособление к условиям какой-либо страны права, выработанного в ином государстве или в предшествующую историческую эпоху»²⁶⁰, «процесс заимствования или воспроизведения»²⁶¹ и т.д.

В отечественной правовой доктрине также не выработано единого определения рецепции. Более того, было предложено рассматривать рецепцию в узком и широком смыслах²⁶². При этом выделяют следующие признаки рецепции:

– рецепция носит добровольный и односторонний характер;

– инициатором рецепции может выступать только реципиент, наделенный властным полномочием;

– его решение должно быть обеспечено государственной волей в лице законодательного органа²⁶³.

Причины рецепции могут быть самые разнообразные: политические, экономические или иные, но в любом случае необходимость заимствования обусловлена возникновением новых общественных отношений и невозможностью их урегулирования действующим (уже устаревшим) законодательством²⁶⁴.

Принимая решение о рецепции, власть определяет способы ее реализации: либо посредством заимствования (когда реципиент в целях совершенствования национального законодательства использует опыт подходящих правовых механизмов донора, выработанный в тот же исторический период, т.е. заимствуются нормы современной правовой культуры), либо посредством преемственности (предусматривает использование собственного правового опыта или правовых механизмов общества предшествующих исторических периодов).

Применительно к правовой интеграции можно сформулировать следующее его определение: рецепция представляет собой прямое заимствование одним государством – членом регионального объединения крупных правовых комплексов правовой системы другого ее участника. Однако стоит отметить, что в настоящее время такая форма при формировании национального законодательства в региональных интеграционных процессах встречается довольно редко.

4.1.2. Гармонизация

Гармонизация представляет собой целенаправленный процесс сближения правовых систем в целом или же в пределах отдельных отраслей права, установления общих (единых) институтов, а также процесс, направленный на устранение неоправданных несоответствий. Иными словами, заимствованная норма «переплавляется» с учетом национальных, исторических, социально-экономических и иных особенностей государства и только в таком виде включается в позитивное право другого государства²⁶⁵.

В процессе гармонизации государства нацелены на разработку единого курса развития их национальных правовых систем, на преодоление юридических коллизий между национальными законодательствами, а также на разработку общих юридических правил.

По утверждению И. Л. Бачило, основная цель гармонизации заключается в достижении «согласованности, стройности, как минимум непротиворечивости в системе права и в наиболее его формализованной части…»²⁶⁶.

Отметим, что для гармонизации не свойственно стремление к достижению единообразия в правовом регулировании, в процессе гармонизации важно также учитывать различия взаимодействующих стран в проведении ими экономической, социальной и культурной политики.

В международном праве гармонизация рассматривается как одна из наиболее распространенных форм сотрудничества.

Процессы гармонизации в различных сферах общественных отношений проходят, как правило, неравномерно. В одних сферах сторонам удается достичь сближения национального законодательства в полной мере, а в других – лишь частично. Более того, в ряде региональных объединений стороны изначально нацелены на гармонизацию законодательства только в строго определенных сферах взаимодействия. В первую очередь это обусловлено желанием государств сохранить свою национальную и историческую самобытность. В качестве примера можно привести интеграционные процессы в рамках Европейского Союза. В соответствии с проектом конституции ЕС гармонизация национального законодательства осуществляется в области внутренней политики и деятельности государств – его участников²⁶⁷. Например, в соответствии со ст. 18 Договора о создании Союзного государства 1999 г. Россия и Беларусь нацелены на гармонизацию национального законодательства во всех сферах сотрудничества. Также гармонизация правового регулирования во всех сферах сотрудничества была предусмотрена в учредительных актах ЕврАзЭС. Гармонизация законодательства стран ОДКБ по вопросам обороны, военного строительства и безопасности обусловлена в первую очередь учредительными целями и задачами данного военного блока²⁶⁸.

Таким образом, очевидно, что государства в рамках различных региональных объединений признают необходимость сближения их национальных правовых систем, и если не во всех областях сотрудничества, то по крайней мере в приоритетных сферах.

Вместе с тем необходимо отметить, что в правовой доктрине была высказана позиция, что согласованные нормы обычно имеют рекомендательный (факультативный) характер. При этом в качестве примера указано на известную Венскую конвенцию 1980 г. (Конвенция ООН о договорах международной купли-продажи товаров), соответственно со ст. 6 которой стороны вправе полностью исключить ее применение, частично отступить от любого из ее положений или изменить ее действие, что позволяет говорить о гармонизации²⁶⁹.

4.1.3. Унификация

Унификация законодательства представляет собой введение в национальные правовые системы государств новых единообразных норм и правовых актов. Иными словами, в ходе унификации национального законодательства стран – участников того или иного регионального объединения коллизионные нормы их правопорядков, которые используются в регламентации одних и тех же трансграничных отношений, заменяются одной единой нормой²⁷⁰.

При рассмотрении процессов унификации в международном частном праве в юридической литературе было отмечено, что цель унификации состоит не только в разработке и введении единых норм, но и в обеспечении их применения, основанном на межгосударственных актах²⁷¹, что обеспечивается их имплементацией в национальное законодательство стран – участников регионального объединения путем отсылки или инкорпорации²⁷².

При инкорпорации унифицированные нормы в полном объеме без их редактирования встраиваются в национальное законодательство стран – членов региональной организации, в их правовую систему.

Во втором случае, когда имплементация осуществляется путем включения в текст национального законодательства ссылки на межгосударственный унифицированный акт, такие нормы не «сливаются» с нормами взаимодействующих стран, а сохраняют обособленное место в их национальных правовых системах. Это обусловлено тем, что реализация унифицированных норм предусматривает обращение к первоисточнику, т.е. к межгосударственным правовым актам²⁷³.

Вместе с тем обзор большинства актов первичного права региональных организаций позволяет говорить о том, что данный механизм правовой интеграции не является распространенным, поскольку государства не стремятся принять на себя жесткие обязательства в соответствующей области. В данном смысле гораздо предпочтительнее наиболее «гибкая» форма правовой интеграции – гармонизация.

4.1.4. Стандартизация

Стандартизация в широком смысле предполагает упорядочение деятельности в различных сферах общественной жизни. В соответствии с руководством Международной организации по стандартизации ИСО/МЭК 2: 1996 «Общие термины и определения в области стандартизации и смежных видов деятельности» стандартизация представляет собой деятельность, направленную на достижение оптимальной степени упорядочения в определенной области посредством установления положений для всеобщего и многократного использования в отношении реально существующих или потенциальных задач²⁷⁴.

Стандартизация, как правило, является неотъемлемой частью экономической интеграции и выступает как один из элементов правового механизма в области технического регулирования.

Так, ст. 1 Соглашения об основах гармонизации технических регламентов государств – членов Евразийского экономического сообщества от 24 марта 2005 г. содержит развернутый понятийный аппарат. В частности, в данном документе под стандартом ЕврАзЭС понимался документ, разработанный на основе согласия большинства заинтересованных сторон, в котором в целях добровольного многократного использования устанавливаются характеристики продукции, правила осуществления и характеристики процессов производства, эксплуатации, хранения, перевозки, реализации и утилизации, выполнения работ или оказания услуг. При этом под региональным стандартом понимается стандарт, принятый региональной организацией по стандартизации и доступный широкому кругу пользователей.

Таким образом, стандартизация как одна из форм (способов) интернационализации национальных законодательств представляет собой установление в целях достижения упорядоченности в сферах производства, обращения и повышение конкурентоспособности продукции, работ или услуг единых (общих) правил и характеристик для их добровольного многократного использования²⁷⁵.

4.1.5. Единое правовое пространство

В ряде региональных организаций предусмотрено создание единого правового пространства, которое характеризуется единством правового регулирования социальных, экономических, внешнеполитических и иных отношений в регионе. Иными словами, сферой правового регулирования общественных отношений является объединенная территория всех государств-участников.

Вместе с тем в российской доктрине, рассматривая формирование и развитие интеграционных правопорядков в Европе, отмечалось, что правовая интеграция в форме гармонизации законодательства европейских государств, ведущая в ряде случаев (ЕС) к интеграции их правопорядков, способствует, к примеру, и взаимодействию судебных органов в Европе. Так, хотя и отмечалось их незавершенность, высказывались доводы о процессах формирования на европейском пространстве «европейского пространства правосудия ЕС» и «общеевропейского пространства правосудия» (в рамках СЕ), которые определяются как формирование правовых основ для взаимодействия в сфере правосудия в рамках ЕС и СЕ²⁷⁶.

Таким образом, могут быть выделены две стадии правовой интеграции:

– сотрудничество в правовой сфере посредством рецепции, гармонизации, унификации и стандартизации;

– формирование единого правового пространства (ЕПП).

А под региональной правовой интеграцией следует понимать – сотрудничество государств, направленное на правовое закрепление интеграционных процессов в различных сферах их взаимодействия посредством рецепции, гармонизации, унификации и стандартизации или на создание единого правового пространства²⁷⁷.

Вопросы

1. В чем заключается разница между глобализацией и интеграцией?

2. В чем состоит отличие конфедерации и федеративного государства?

3. Назовите современные формы интеграции государств и назовите юридические критерии их отличия друг от друга.

4. Перечислите формы интеграции государств, существовавшие в прошлом.

5. В чем состоит суть понятия «еврорегионы»?

6. Охарактеризуйте протекторат, доминион, кондоминиум и ассоциированное государство.

7. Разделите понятия зоны свободной торговли, таможенного союза и единого экономического пространства.

8. Каковы юридически значимые черты валютного, платежного и финансового союзов?

9. Какие стадии следует выделять в социальной и военно-политической интеграции

10. Дайте характеристику понятий рецепции, унификации и гармонизации законодательства. В чем их сходства и различия?

11. Что следует понимать под региональной правовой интеграцией?

Глава 2.
ИСТОРИЧЕСКИЕ МОДЕЛИ РЕГИОНАЛЬНОГО ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ В ЕВРАЗИИ

Знать:

– основные модели регионального взаимодействия на территории Евразийского континента;

– наименования, задачи, правовые основы и внутреннюю структуру интеграционных объединений с участием СССР – Совета Экономической Взаимопомощи и Организации Варшавского Договора и др.;

– основные этапы исторического развития государственности на территории бывшего СССР;

Уметь:

– кратко формулировать основные точки зрения на государствообразующие процессы на территории евразийского континента;

– анализировать и формулировать собственную точку зрения на развитие государственных образований на территории евразийского континента;

– сопоставлять процессы развития интеграции на территории бывшего СССР;

– выявлять закономерности формирования государств на территории Евразии

Владеть:

– навыками анализа логики развития государственности на территории бывшего СССР.

1. Монгольская империя (Золотая Орда)

Монгольская империя – самое большое в мировой истории государство (1206–1294), образованное в результате завоеваний Чингисхана и его преемников²⁷⁸.

В начале XII в. монгольские племена Трехречья (27 племен нирун-монголов) предприняли очередную попытку объединения, в результате чего появилось государственное образование, которое напоминало скорее союз племен и вошло в историю под названием «Хамаг Монгол»²⁷⁹. Однако постоянные междоусобные войны привели к постепенному распаду государства. Ситуация изменилась с приходом к власти Темучина, который, покорив три самых сильных племени Монголии (татарское на востоке (1202), кереитов в Центральной Монголии (1203) и найманов на западе (1204)), укрепил свои позиции. В итоге после объединения монгольских племен между Маньчжурией и Алтайскими горами на съезде знати монгольских племен в 1206 г. Темучин был избран общемонгольским ханом и получил имя Чингисхана. За период правления Чингисхана с 1206 по 1227 г. территория Монгольской империи существенно расширилась за счет проведенных военных кампаний. К империи были присоединены территории большей части Азии, включая территории Китая, Ирана и Древнерусского государства. Так, в состав империи входили Монголия, Северный Китай, Восточный Туркестан, Средняя Азия, Кавказ, степи от р. Иртыш до Волги. Монгольская империя с западной стороны простиралась от современной Польши до Кореи на востоке и с северной стороны от Сибири до Османского залива и Вьетнама с юга²⁸⁰.

После смерти Чингисхана власть в империи перешла к его потомкам (Чингизидам), которые имели свои улусы.

Крупнейшими из них были Золотая Орда (Улус Джучи (1224–1483))²⁸¹, государство Хулагуидов (Ильханат) (1256–1335)²⁸², Чагатайский улус²⁸³ и Империя Юань (Великое Юаньское государство) (1271–1368)²⁸⁴. К началу XIV в. практически было восстановлено единство империи в форме федерации независимых улусов (государств)²⁸⁵.

Золотая Орда занимала самую большую территорию по сравнению с существующими государствами, она простиралась от берегов Днестра до Урала и от Казани до Каспийского и Черного морей.

В литературе многими авторами указывается на делении Золотой Орды на Белую Орду (Ак-Орда) и Синюю Орду (Кок-Орда), но нет единства в географическом определении этих границ²⁸⁶. Так в Казахстане придерживаются точки зрения, что деление на Белую и Синюю Орду относится только к восточной части улуса Джучи, а в России под Белой ордой понималась западная часть Золотой Орды и др.

Как отмечено в литературе, окончательное закрепление независимости Золотой Орды как самостоятельной державы произошло после курултая, состоявшегося на р. Талас в 1269 г.²⁸⁷

Социальная структура Золотой Орды отражала классовый и национальный состав государства. Господствующее положение занимал аристократический род потомков Чингисхана и его сына Джучи. Им принадлежали все земли, скот, недвижимость (дворцы), множество слуг и рабов, военная добыча, государственная казна и т.д. Сам хан имел наиболее богатый и большой улус типа домена. Джучиды обладали преимущественным правом на занятие высших государственных постов. Им присваивались государственные и военные титулы и звания.

Следующую ступень в военно-феодальной иерархии Золотой Орды занимали нойоны (в восточных источниках – беки).

В компетенцию хана входили следующие полномочия: распоряжение всей собственностью, в том числе землями; назначение и смещение всех высших должностных лиц; объявление войны и заключение мира. Хан был верховным судьей, а также главой вооруженных сил.

На собрании курултая пересматривались границы улусов; решались наиболее важные споры и распри между представителями феодальной верхушки; рассматривались вопросы войны и мира; объявлялись решения хана по другим вопросам.

Центральным органом исполнительной власти являлся диван, возглавляемый высшим должностным лицом – везиром. В структуру дивана входило несколько палат во главе с секретарями²⁸⁸, в ведении которых были определенные аспекты финансовой, налоговой, экономической и внутриполитической жизни государства. В ведении везира находилась ханская казна и общее управление делами государства от имени и по поручению хана. Везир назначал на должности баскаков, секретарей диванов и других чиновников.

Судебная система Золотой Орды была аналогичной действующей системе в империи Чингисхана. Как и в Монгольской империи, судебная власть Золотой орды не была независимой, поскольку хан и ряд должностных лиц самостоятельно осуществляли правосудие по всем делам: гражданским, уголовным и иным вопросам. И только с конца XIII – начала XIV в. были образованы исламские суды кадиев, возглавляемые верховным кадием государства. Таким судам были подведомственны религиозные и брачно-семейные споры. Вместе с тем в городах назначались специальные судьи-яргучи, в компетенцию которых входило рассмотрение гражданских дел²⁸⁹. За рассмотрение спора стороны разбирательства уплачивали официальную пошлину, однако были распространены произвольные поборы.

У кочевых народов существовали традиционные суды родовых старейшин – биев.

Земли родоплеменных объединений, оставаясь в собственности Великого кагана, передавались в условное владение нойонов, переходили в распоряжение нойонов, становясь их условными владениями и оставаясь более или менее собственностью Великого кагана. Должности нойонов-темников и тысячников были наследственными, но правом собственности на кочевье и кочующее на данной земле население они не располагали (не могли разделить его по своему усмотрению, передать или продать).

Повинности обычно состояли из поставок скота и кумыса, а также службы кровью – необходимости в указанное время явиться на воинскую службу с оружием, конем и доспехами.

Торговые пути Монгольской империи того периода были самыми обустроенными и безопасными в Евразии. Так, в соответствии с «Ясой» любое посягательство на торговца наказывалось смертной казнью.

В Золотой Орде функционировала развитая финансовая система, что было обусловлено сложным государственным аппаратом. Казна в основном пополнялась за счет налоговых и торговых сборов, взимаемых с каких-либо территорий. Примечательно, что в целях систематизации налогообложения в Золотой Орде была налажена система переписи населения.

Изначально денежной единицей Монгольской империи были монеты²⁹⁰. После завоевания империей Китая, в котором были предприняты первые в мире попытки введения бумажных денежных ассигнаций (около 650 г. до н.э.), монгольские ханы не просто ввели бумажные деньги в оборот, они смогли наладить повсеместное применение бумажных денег на всей территории объединенных государств.

В 1310–1311 гг. при правлении хана Тохты прошла денежная реформа, в процессе которой в Золотой Орде стали выпускаться собственные денежные знаки, а впоследствии была налажена устойчивая денежная система.

Правовая система времен Чингисхана включала обычное право (торе, адат) народов, шариат, «имперское» право, т.е. наследие (предписания) Чингисхана в сочетании с ярлыками ханов.

«Имперское» право основывалось на своде законов «Яса», которая состояла из биликов (статей), включающих в себя нормы, регулирующие различные виды правовых отношений.

Суд в империи вершили как мусульманские судьи (кадии), так и гражданские (аргучи). Первые руководствовались шариатом, вторые – сводом законов «Яса».

По мере исламизации Золотой Орды особое значение получили нормы шариата, которые применялись главным образом в городах и в местностях с оседлым населением. Семейно-брачное право в основном регулировалось старинными обычаями и в меньшей степени шариатом. В качестве меры наказания в уголовном праве Золотой Орды преобладала смертная казнь²⁹¹.

Однако, как отмечают очевидцы (Плано Карпини, В. де Рубрук), побывавшие у монголов во второй половине XIII в., смертная казнь не применялась в том случае, если провинившийся договаривался с шаманом, и за определенную мзду тот проводил очистительную церемонию²⁹².

В уголовном процессе могли применяться жесткие пытки, привлекались свидетели, произносились клятвы. В военно-феодальной организации розыск необнаруженного или скрывшегося преступника возлагался на десятку или сотню, к которым он принадлежал. В противном случае ответственность возлагалась на всю десятку или сотню.

«Яса» также содержала положения, которые на сегодняшний день можно было бы определить, как постановления государственного права. Среди таких положений можно назвать правила о порядке административного деления страны (на десятки, сотни, тысячи, тумены, улусы и крылья), нормы, определяющие порядок прохождения чиновниками государственной службы, и т.д.

В дальнейшем военное и государственное право Золотой Орды получило развитие в так называемых биликах (от слова «билик» – знание) Чингисхана, которые преподносились как изречения хана. Билики (изречения) подлежали документированию (как правило, в виде рифмованной притчи) и обнародованию. По утверждению В.В. Бартольда, данный обычай был заимствован у покоренных монголами китайцев²⁹³. Билики почитались одинаково с «Ясой», более того, они были предметом преподавания²⁹⁴.

В форме «биликов» было запрещено пьянство, определялись взаимоотношения между членами ханского рода и т.д.

Именно в Монгольской империи зародилась международная почтовая система (маршрут «Ям»), которая охватывала огромную часть Евразии и на протяжении нескольких веков доказывала свою эффективность. Использовав опыт Китая в использовании бумажных банкнот, в Монгольской империи впервые стали выпускать стандартизированные банкноты. И это было сделано еще за сто лет до того, как бумажные деньги были введены в оборот в Европе. Большое значение придавалось образованию и развитию наук. Понимая всю значимость данных сфер общественной жизни, учителя в империи полностью были освобождены от налогов.

В итоге отметим, что Монгольская империя «являла собой образец одного из больших и могущественных центров, достигших значительных успехов в градостроительстве, скотоводстве и земледелии. Особенно высоки достижения империи Чингисхана в области государственности и культуры»²⁹⁵.

Отметим, что современные государства, занимающие соответствующие территории, в настоящее время весьма активно и успешно сотрудничают в рамках евразийских региональных объединений, например, участвуют в Шанхайской организации сотрудничества (ШОС).

2. Русское царство

Русское царство (1547–1721) к началу царствования Ивана IV простиралось от Белого и Баренцева морей на севере до Чернигова, Путивля и рязанских земель на юге; от берегов Финского залива и Смоленска на западе до Северного Урала и нижегородских земель на востоке²⁹⁶.

Вместе с тем объединение раздробленных княжеств вокруг Москвы началось еще при Иване III. Именно во второй половине XV в. к Московскому княжеству были присоединены Ярославское княжество (1463), Пермский край (1472), Ростовское княжество (1474), Новгород с его обширными территориями (1478). После присоединения Твери Иван III создал единое государство и провозгласил себя «Государем всея Руси».

В 1510 г. был присоединен Псков, в 1514 г. в состав Московского государства вошел Смоленск, а в 1521 г. – рязанские территории и т.д.²⁹⁷

В 1552 г. в состав Русского государства вошло Казанское ханство²⁹⁸, через несколько лет Астраханское ханство²⁹⁹. В последующие годы происходило активное расширение границ Русского государства на восток и на юг. Так, в 1583 г. в состав Русского государство вошло Кодское княжество³⁰⁰, в 1586 г. к Русскому государству были присоединены территории Демьянского³⁰¹ и Цингальского, а в 1594 г. – Кондинского³⁰² и Пелымского княжеств³⁰³. К 1598 г. завершилось завоевание Сибирского ханства³⁰⁴. Расширение территории Русского государства во всех направлениях продолжалось и в последующие годы.

Таким образом, процесс объединения северо-восточной и северо-западной Руси к концу XV в. завершился образованием одного из крупнейших евразийских государств – Русского царства. Образование Русского государства повлекло за собой существенные социально-экономические и политические изменения. Так, в условиях политической централизации начала формироваться сословно-представительная монархия. При этом церковь занимает в ней особое политическое место: высшее духовенство принадлежало к привилегированным слоям общества, русский митрополит избирается с согласия московского великого князя. К концу 40-х гг. XV в. при Иване IV из представителей Боярской думы сложился круг «особо приближенных» государственных деятелей, которым царь доверил ведение государственных дел. Так было образовано правительство, которое получило название «Избранная рада» (была упразднена в 1560 г., когда Иван Грозный решил «усилить» собственную власть).

Серия произошедших в государстве восстаний начала второй половины XVI в. обусловила необходимость проведения ряда реформ, в том числе по укреплению государственности и централизации власти. В феврале 1549 г. Иван IV созвал собрание, так называемый «Собор примирения», в котором, по утверждению И. Д. Беляева, приняли участие выборные от всех сословий³⁰⁵. Впоследствии такие соборы получили название «Земские». Земские соборы созывались для рассмотрения особо важных вопросов, которые не терпели отлагательств (например, вопросы войны и перемирия), в том числе на соборах принимались решения, касающиеся вопросов внутренней и внешней политики, налогов и сборов и т.д. Земский собор являлся одним из высших органов государственной власти. Однако вся полнота государственной власти была сосредоточена в руках царя. В XVI–XVII вв. Боярская дума, формируемая из высшей знати, также являлась одним из высших органов государственной власти. Ее полномочия определялись исключительно царем, при этом не существовало какого-либо законодательного акта, регулирующего ее деятельность. Судебник 1550 г. в целом определил ее как законодательный орган.

К центральным органам управления Русского царства относились также приказы, формируемые по различным признакам (территориальному, отраслевому и т.д.).

Реформаторские преобразования также коснулись системы управления «на местах». В 1556 г. были отменены «кормления» (ранее бояре «кормились» за счет управления землями; все средства, полученные сверх отправляемых в казну, поступали в их личное распоряжение). Управление на местах было передано избираемым губным старостам. Были учреждены Челобитная изба, являющаяся высшей апелляционной инстанцией, которая также осуществляла контрольные полномочия в отношении различных учреждений, Посольская изба, в ведении которой находились вопросы дипломатических сношений, и т.д. Таким образом, постепенно территориальный признак управления постепенно стал заменяться на функциональный³⁰⁶.

Очередная кардинальная реформа государственного устройства страны началась в первые годы XVIII в. В 1702 г. была упразднена Боярская дума, ее сменил вновь образованный государственный орган – Консилия министров – совет глав важнейших ведомств при царе. Консилия министров была ликвидирована в 1719 г. в связи с учреждением постоянно действующего высшего органа государственной власти – Правительствующего Сената. В тот же период стала очевидной неэффективность действующей системы приказов. Вместо них были созданы коллегии (будущие министерства).

Учитывая экономические преобразования в стране, в 1535 г. вследствие объединения Русских земель была проведена денежная реформа, в процессе которой была упразднена двойная денежная система (новгородская и московская) и установлена единая система.

Во всех сферах проявляется классовая дифференциация по имущественному признаку. Например, в соответствии с Судебником 1550 г. за «бесчестье» гостя был установлен штраф в 50 руб., за «бесчестье» «середнего» посадского человека – 5 руб. и «молодшего» – 1 руб.³⁰⁷

Период существования Русского царства нельзя охарактеризовать как значимое развитие всех отраслей права в силу действия «старого» законодательства. Однако следует отметить, что именно в этот период появляются памятники русского права – Судебник Ивана III 1497 г., считающийся первым «кодексом» Русского государства, и Судебник Ивана IV 1550 г. Кроме того, на развитие права Русского государства указывает и ряд новелл, например, в уголовном законодательстве. Так, если ранее преступлением считалось совершение конкретных действий против личности или его имущества, то теперь стали понимать всякие действия, которые так или иначе угрожают государству или господствующему классу. Впервые появляется понятие «государственное преступление», за которое устанавливается смертная казнь. Меняется цель установления наказания. Изначально наказание за совершенное преступление преимущественно носило «торговый» (имущественный) характер. Претерпев изменения, цель наказания стала заключаться в «устрашении» эксплуатируемых масс, соответственно в качестве наказания стала преобладать смертная казнь³⁰⁸.

Одним из памятников Русского царства является Соборное Уложение 1649 г., которое представляет собой свод правил феодальной Руси, принятый на Земском соборе и впервые отпечатанный в типографии. Иными словами, это первый печатный памятник русского права. Цель его принятия заключалась в придании нормативного характера правовым нормам, которые ранее носили казуальный характер. Более того, впервые в Соборном Уложении предпринята попытка отраслевого расположения норм права³⁰⁹.

Законодательство того периода остро нуждалось в упорядочении. С 1550 по 1649 г. (т.е. на момент принятия Соборного Уложения) было принято 445 указов, нормы которых в большинстве случаев противоречили друг другу. Следует отметить, что этот документ действовал порядка 200 лет и в период Российской империи³¹⁰.

Судебная власть изначально осуществлялась в рамках трех систем: государственной, церковной и вотчинной, при этом в отсутствие принципа разделения властей судебные функции выполняли органы управления. В конце XV в. судебные функции в Москве осуществляли так называемые «лучшие люди» – представители местного населения. Это правило впервые нашло законодательное закрепление в Судебнике 1497 г. Совершенствование в дальнейшем судебной системы Русского царства привело к весьма значимой судебной реформе. В начале XVII в. в нее была включена система судебных приказов (Московский, Владимирский, Дмитровский, Казанский и др.). Судебные приказы относились к высшим судебным органам, которые впоследствии были объединены в единый Судебный приказ. Судный приказ, деятельность которого уже строилась по территориальному признаку, являлся высшей судебной инстанцией по гражданским делам, судом второй инстанции по решениям, которые были вынесены судами наместников, воевод и губерных старост³¹¹.

3. Российская империя

Российская империя (1721–1917) была третьей по занимаемой площади из когда-либо существующих государственных образований (после Британской и Монгольской империй), ее территория к концу XIX в. составляла 21,8 млн кв. км³¹². В результате многовекового процесса объединения земель в началу XX в. Российская империя состояла из 78 губерний, 21 области и двух самостоятельных округов, включавших территории практических всех современных стран СНГ. В течение 123 лет Российской империи принадлежали также Аляска и Алеутские острова (с 1744 по 1867 г.), а также часть Тихоокеанского побережья США и Канады. Также в Российскую империю входили некоторые территории современного северного Ирана – иранский Азербайджан, иранское каспийское побережье³¹³.

Уже в ходе Северной войны, в 1702 г., Петр I вновь присоединяет к России Ингерманландию (Ингрию, Ижорскую землю), которая в соответствии с Плюсским перемирием, заключенным в мае 1583 г. Иваном Грозным со Швецией, являлась шведским владением и имела статус завоеванной территории. В 1703 г. основывается Санкт-Петербург, а также так называемое «герцогство Ингерманландское» («герцогство Ижорское»), которое в 1708 г. было преобразовано в Ингерманландскую губернию (с 1710 г. – Санкт-Петербургская губерния). Кроме того, к концу Северной войны (1721) к Русскому царству в соответствии с условиями Ништадтского мирного договора отошла восточная часть Карелии, включая Карельский перешеек. А также присоединяется еще ряд территорий, которые ранее не входили в состав России³¹⁴.

Ко второй половине XVIII в. Речь Посполитая³¹⁵ приходит к упадку. Влияние на Речь Посполитую со стороны России и Пруссии заканчивается тремя разделами 1772–1795 гг., в результате которых в состав России входят Белоруссия, часть Литвы, часть Украины и часть Прибалтики. В период войны с наполеоновской Францией Россия занимает уже территорию самой Польши. По результатам Венского конгресса 1815 г. образуется Царство Польское³¹⁶, в которое вошли не все ее земли (Познань отошла к Пруссии, Краков – к Австрии). С Российской империей Польское царство заключает унию³¹⁷. После ряда восстаний, организованных поляками против царской власти, имперское правительство принимает решение о ликвидации польской автономии – Царство Польское фактически распускается в период начиная с 1866 г.³¹⁸

Не менее значимым для России является и Крымский полуостров, который 8 апреля 1783 г. царским манифестом Екатерины II вошел в состав империи³¹⁹.

Присоединение к Российской империи грузинского царства Картли-Кахети³²⁰ началось с договора (Георгиевского трактата), подписанного 24 июля (4 августа) 1783 г., в соответствии с которым Грузия перешла под протекторат России в обмен на предоставление военной помощи. В связи с нарушением его условий грузинской стороной российские войска в 1787 г. вышли с территории Грузии.

В 1799–1800 гг. Павел I возобновляет договор и по ходатайству царя Георгия XII посылает в грузинскую область Картли-Кахети войска. В 1802–1805 гг. аристократия княжества приносит присягу на верность российскому престолу и высылает в Россию ряд представителей высшей знати, которым назначается императорская пенсия.

Другое грузинское княжество – Имеретия – в XVIII в. неоднократно обращается к России за помощью в противостоянии Турции. В 1811 г. Имеретинское царство³²¹ было преобразовано в Имеретинскую область Российской империи. В 1803 г. княжество Мегрелия, стремясь освободиться от вассальной зависимости от Имеретии, принимает российский протекторат. В 1810–1829 гг. происходит присоединение княжества Гурия³²².

В тот же исторический период к Российской империи в добровольном порядке присоединились Карабахское³²³ и Шекинское³²⁴ ханства. По условиям Куркчайчского трактата от 14 мая 1805 г., заключенного между карабахским ханом и Россией, ханство перешло под российское «владычество». 20 мая 1805 г. на верность российскому императору присягнуло также Шекинское ханство. Юридическое закрепление такого присоединения было зафиксировано в Гюлистанском мирном договоре, по условиям которого Персия отказалась от своих притязаний на Карабахское, Гянджинское, Ширванское, Шекинское, Бакинское, Дербентское, Кубинское и Талышское ханства, а также на Восточную Грузию и Дагестан³²⁵.

По окончании Русско-персидской войны 1826–1828 гг. был подписан Туркманчайский мирный договор, в соответствии с которым к России также отошли Эриванское³²⁶ и Нахичеванское ханства³²⁷, Ордубадский округ и другие территории.

С XIX в. в состав империи вошли Финляндия, Средняя Азия и Памир. Бухарское ханство³²⁸, Хивинское ханство³²⁹ получили статус зависимых территорий (вассалитет).

В 1914 г. под протекторат Российской империи был принят Урянхайский край³³⁰. Территория Российской империи на этом этапе делилась на губернии и области, при этом часть губерний и областей была объединена в генерал-губернаторства (Варшавское, Иркутское, Киевское, Московское, Приамурское, Степное, Туркестанское и Финляндское). Губернии и области делились на уезды и округа, последние – на волости. Кроме того, в административном делении Российской империи существовало одно наместничество – Кавказское, которое также состояло из губерний и областей³³¹.

На всем протяжении существования Российской империи главой государства являлся император. В 20–70-е гг. XVIII в. высшим государственным органом, подчиненным императору, выступал Сенат, возглавляемый генерал-прокурором. В подчинении Сената находились коллегии – центральные учреждения, ведавшие отдельными отраслями государственного управления³³².

Исполнительную и судебную власть на местах осуществляли губернаторы, которые назначались императором. Губернии были разделены на провинции, во главе которых стоял воевода. Провинции, в свою очередь, делились на дистрикты (уезды) с воеводой и уездной канцелярией. В отношении порядка управления территория Российская империя была разделена на губернии, «по общему учреждению управляемые», и губернии, области и земли, «управляемые по особым учреждениям». Таким образом, законодательство, действовавшее в определенных областях Российской империи, характеризовалось весьма существенными особенностями по сравнению с областями, «по общему учреждению управляемыми»³³³.

Главой губернского правления являлся губернатор³³⁴. Вице-губернатор возглавлял Казенную палату, ведающую всеми финансовыми вопросами (сбором податей, таможенных, кабацких и других сборов, налогов и платежей, их расходованием и т.д.). В 1775 г. в Российской империи были учреждены Приказы общественного призрения, которые находились в подчинении губернатора и предводителя дворянства. В ведении Приказов находилось управление школами, больницами, богадельнями, приютами, смирительными домами и тюрьмами.

В период XIX – начала XX в., помимо императора, в систему государственной власти входили: Правительствующий Сенат во главе с генерал-прокурором³³⁵; Святейший Правительствующий синод³³⁶; Комитет министров во главе с председателем³³⁷; Совет министров³³⁸; Государственный совет³³⁹; Государственная дума; Собственная Его Императорского Величества канцелярия во главе с управляющим; министерства (внутренних дел, иностранных дел, юстиции, финансов, народного просвещения, путей сообщения, государственных имуществ, торговли и промышленности, Военное, Морское, Министерство императорского двора), управления (Главное управление государственного коннозаводства, Главное управление землеустройства и земледелия), а также Генеральный штаб и Государственный контроль.

В результате реформ, проведенных в 1863–1874 гг. (Земская реформа), появились учреждения, которые должны были заниматься делами на местном уровне.

6 августа 1905 г. был принят Манифест³⁴⁰, учреждающий в России выборный законосовещательный орган – Государственную думу, который впоследствии стал законодательным органом Российской империи. В соответствии с данным актом Дума создавалась для «предварительной разработки и обсуждения законодательных предложений, восходящих, по силе основных законов, через Государственный совет к верховной самодержавной власти». А с 20 февраля 1906 г. Государственный совет стал законодательным органом – верхней палатой первого российского парламента наряду с нижней палатой – Государственной думой. Половина членов Государственного совета назначалась императором, другая половина – избиралась³⁴¹.

Именно при правлении Петра I в 1724 г. был впервые введен русский таможенный тариф, всячески поощрялся экспорт российской продукции, при этом высокие ввозные пошлины препятствовали большим объемам импорта иностранных товаров, которые производились на отечественных мануфактурах. Одновременно устанавливалась низкая пошлина на товары зарубежного производства, которые были нужны для российского производства, более того, некоторые товары (в первую очередь сырье) ввозились беспошлинно.

Уже во второй половине XVII в. издавались отдельные распоряжения органов высшей власти, которые были направлены на решение ряда социальных проблем. Такие акты, как правило, принимались в хаотичном порядке, и их содержание было лишено последовательности. Одним из первых таких распоряжений считается Грамота Короченскому воеводе Доможирову от 31 марта 1649 г. «О невысылке жен казачьих, стрелецких и пушкарских из дворов мужей, побитых на службе, в полон взятых или умерших»³⁴². В данном документе говорится об оказании социальной помощи семьям погибших или пострадавших на военной службе военнослужащих. Одновременно с решением об оказании материальной помощи семьям военнослужащих государством принимаются совместные с церковью меры по поддержке наиболее незащищенной категории населения империи – нищих и бродяг (например, предусматривалась периодическая раздача милостыни). Более того, акты не только устанавливали категории граждан, которым оказывалась социальная государственная поддержка, но и содержали механизмы ее реализации.

В период правления Петра I было продолжено развитие мер социальной поддержки населения. При этом законодательная база стала унифицированной. Принимаются законодательные акты, направленные на учреждение государственных медицинских организаций. Одним из первых актов в данной области является Указ Петра I от 15 мая 1706 г., в соответствии с которым в Москве создался «гофшпиталь» в целях лечения «болящих людей». Положено начало регулированию трудовых отношений: 20 января 1724 г. издается Указ «О нетребовании работников и подвод безденежно и без указов Сената»³⁴³, который устанавливал единый размер оплаты труда за выполнение конкретных видов работ.

Во второй половине XVIII в. учреждаются специальные государственные органы, в полномочия которых входило регулирование социальных вопросов. Уже на данном этапе, несмотря на то что социальные гарантии не распространяются на все население империи, социальное законодательство содержит стандартизированные меры государственной социальной поддержки для наименее защищенных членов общества.

При Екатерине II Российская империя вступила в так называемый период просвещенного абсолютизма³⁴⁴. Для социальной политики, проводимой в период правления Екатерины II, характерна новая идеология. Социальная поддержка отдельных категорий граждан была трансформирована в единую систему социальной реабилитации нуждающихся с особо развитой сферой здравоохранения и образования. Проводится активная работа в области государственного контроля в продовольственной сфере. В 1762–1775 гг. принимается ряд императорских указов, предусматривающих образование нескольких государственных лечебных и социальных учреждений для различных категорий населения, в том числе воспитательных домов для незаконнорожденных детей и детей-сирот. Однако такие меры поддержки касались исключительно свободных категорий населения империи. Крепостные крестьяне не могли свободно пользоваться предоставляемыми иным гражданам социальными благами, их социальное обеспечение полностью находилось в зависимости от воли помещиков. С отменой крепостного права многомиллионное свободное население стало объектом государственной социальной политики, что потребовало от государства нового подхода к регулированию социальной жизни общества. Наряду с государственными социальными органами создаются органы местного самоуправления, наделенные полномочиями по решению обширного круга социальных вопросов на местах. Однако, несмотря на проведение различных реформ и отмену крепостного права, к началу XX в. в Российской империи сложился режим полицейского государства, в котором отсутствовало право на свободу слова, право на свободу собраний, образования союзов. При этом устанавливалась жесткая цензура в печати, всякое «инакомыслие» жестко подавлялось и т.д.³⁴⁵ Правоспособность людей зависела от вероисповедания, национальной принадлежности и др.

Начало XX в. характеризуется исследователями как переход от абсолютной к конституционной монархии. Особо значимым документом той эпохи является принятый 17 октября 1905 г. манифест «Об усовершенствовании государственного порядка», в соответствии с которым обществу гарантировались «незыблемые основы гражданской свободы на началах действительной неприкосновенности личности, свободы совести, слова, собраний и союзов»³⁴⁶. В развитие Манифеста в Высочайше утвержденных Основных государственных законах от 23 апреля 1906 г. содержалась глава, которая была целиком посвящена правам и обязанностям российских подданных. Манифест провозглашал и предоставлял политические права и свободы, такие как свобода совести, свобода слова, свобода собраний, свобода союзов и неприкосновенность личности. За сравнительно небольшой срок в империи принимается ряд нормативных актов, направленных на регламентацию отдельных прав и свобод.

В Российской империи к источникам права относились: указы и манифесты императора; утвержденные императором уложения, уставы, положения и т.д., а также утвержденные им мнения Государственного совета и журналы Комитета министров; законы, одобренные Государственной думой и Государственным советом (начиная с 1906 г.).

С 1832 г. все законодательные акты подлежали включению в Свод законов Российской империи, принятие которого стало вехой в развитии отечественного права и юриспруденции. В 1833 г. Свод законов был объявлен действующим источником права³⁴⁷. Вместе с тем стоит добавить, что попытки систематизации дореволюционного законодательства были предприняты еще в первой половине XVII в., их результатом стало принятие в 1649 г. на Земском соборе свода законов Русского царства – Соборного Уложения, которое действовало на протяжении почти 200 лет, вплоть до 1832 г.

Источником права являлись также правовые обычаи (преимущественно в сфере крестьянского хозяйства). Помимо этого, в ряде регионов действовали местные законы³⁴⁸. В их числе можно назвать гражданский и торговый кодексы Наполеона, принятые в Герцогстве Варшавском в 1808 и 1809 гг., которые применялись на территории Царства Польского; Общее Уложение 1763 г. действовало в Великом княжестве Финляндском и т.д.³⁴⁹

Не вызывает сомнений тот факт, что история Российской империи, ставшей в результате завоевания многочисленных и разнородных государств и народов полиэтническим государством³⁵⁰, является одной из значимых и ярких страниц отечественной истории. За период правления Петра I, при котором Российское государство было провозглашено Российской империей, страна превратилась в могучую многонациональную «Великую» державу с многообразием культур и традиций. Практически с нуля были созданы русская армия и флот. XVIII в. в Российской империи считается веком развития «разума и просвещения», а XIX в. по праву называется периодом расцвета страны. Именно в то время высокого развития достигли промышленность, сельское хозяйство, было построено большое число заводов, дорог. На рубеже XX в. государственный золотой запас империи был крупнейшим в мире³⁵¹.

4. Закавказская федерация

После Октябрьской революции в России в октябре 1917 г. по инициативе Закавказского комитета³⁵² созывается Закавказский сейм, объявивший о начале национально-государственного размежевания этой территории³⁵³. Размежевание закончилось объявлением о создании трех государств: Армении, Азербайджана и Грузии, в которых было установлено собственное правительство (за исключением Азербайджана, где в пределах города Баку и ближайших окрестностей в течение непродолжительного периода времени действовала советская власть. 22 апреля 1918 г. в г. Тифлисе Закавказским Сеймом была провозглашена Закавказская Демократическая Федеративная Республика³⁵⁴.

Выход Армении из состава Федерации 26 апреля 1918 г. содействовал ее распаду. 7 июня 1918 г. в Тифлисе Грузинский Национальный Совет провозгласил создание Демократической Республики Грузии, а 26 мая (8 июня) 1918 г. в г. Батуми Закавказский Сейм констатировал прекращение существования Закавказской Демократической Федеративной Республики и сложил свои полномочия.

Как отмечают историки, просуществовавший всего четыре месяца Закавказский Сейм не смог стать общим единым парламентом для всего Центрального Кавказа в первую очередь потому, что изначально он формировался по партийному, а не по национальному признаку. Его распад был обусловлен столкновением национальных интересов представленных народов³⁵⁵. Красная армия пришла на Кавказ только весной 1920 г., что привело к падению существующих режимов в трех закавказских республиках и полной их советизации. В течение 1920–1921 гг. Азербайджан, Армения и Грузия заключили с Россией союзные договоры и соглашения³⁵⁶. В рамках Союза ССР государственный статус закавказских республик принял своеобразную форму.

12 марта 1922 г. в Тбилиси Полномочная конференция представителей Азербайджанской ССР, Армянской ССР и Грузинской ССР утвердила договор о создании Федеративного Союза Социалистических Советских Республик Закавказья (Союзный договор Закавказских Советских Социалистических Республик)³⁵⁷. Согласно Договору Азербайджан, Армения и Грузия, оставаясь независимыми и суверенными республиками, вступали в военный, политический и экономический союз, высшая власть в котором принадлежала Полномочной конференции представителей, избираемой в равном числе правительствами республик, а объединенным исполнительным органом был избираемый конференцией Союзный Совет, члены которого избираются и отзываются Конференцией. В его компетенцию входили вопросы, связанные с внешней политикой и торговлей, руководство экономической политикой, финансами, транспортом, военными делами и борьбой с контрреволюцией.

Союзный совет состоял из председателя, заместителя председателя и членов: Народного комиссара по военным делам, Народного комиссара финансов, Народного комиссара по иностранным делам, Народного комиссара почт и телеграфа, Народного комиссара внешней торговли, Начальника управления путей сообщения и Председателя комиссии по борьбе с контрреволюцией.

Для согласования действий экономических ведомств республик учреждался Высший экономический совет, который действовал на правах постоянной комиссии Союзного Совета. В состав Высшего экономического совета входили на правах его председателя-председатель или заместитель председателя Союзного совета, а на правах членов-народные комиссары по военным делам, финансов, представители экономических советов республик и др.

Отношения с РСФСР предполагалось строить на основе Союзного договора.

Федеративный союз просуществовал менее девяти месяцев. 13 декабря 1922 1-й Закавказский съезд Советов, проходивший в Баку, преобразовал ФСССРЗ в единую Закавказскую Социалистическую Федеративную Советскую Республику (ЗСФСР) со столицей в г. Тифлисе (ныне – Тбилиси) при сохранении самостоятельности входивших в нее республик. Съезд утвердил Конституцию ЗСФСР, образовал Закавказский Центральный исполнительный комитет Советов рабочих, крестьянских, солдатских и матросских депутатов (ЗАК ЦИК) и ответственный перед ним Совет народных комиссаров (СНК ЗСФСР), а также провозгласил вхождение ЗСФСР в создаваемый Союз Социалистических Советских Республик. Первая Конституция ЗСФСР от декабря 13 декабря 1922 г. имеет ряд отличий от конституций других республик, входивших в состав СССР. В частности, в ней несколько по-иному решен вопрос о выходе из состава Союза. Пункт «б» ст. 1 Конституции относит этот вопрос, как и в России, к компетенции съезда Советов и ЦИК Федерации³⁵⁸. Проблема гражданства также имела особую специфику в Закавказье, на что было указано в Конституции ЗСФСР 1925 г. Статья 6 Основного закона предусматривала единое гражданство для всех республик, входящих в Федерацию. В то же время отмечалось, что граждане ЗСФСР «являются одновременно союзными гражданами».

Как отмечалось в первой Конституции ЗСФСР, «этот союз, продолжая дело упрочения национального мира и дальнейшего сближения народов Закавказья на основе братской солидарности, принес положительные результаты в области хозяйственного и государственного строительства»³⁵⁹. 30 декабря 1922 г. ЗСФСР объединилась с РСФСР, с УССР и с БССР в Союз ССР³⁶⁰.

По Конституции СССР 1936 г.³⁶¹ Азербайджан, Армения и Грузия уже вошли в состав СССР как самостоятельные союзные республики. В феврале-марте 1937 г. были приняты новые конституции Азербайджанской ССР, Армянской ССР и Грузинской ССР.

5. Союз Советских Социалистических Республик

Союз Советских Социалистических Республик (СССР, Советский Союз) – федеративное государство Евразии, просуществовавшее с 1922 по 1991 гг.³⁶²

Советский Союз на момент распада являлся «сверхдержавой», самой крупной по площади страной в мир (практически половина евразийского континента, и третье по численности населения в мире)³⁶³.

В его состав входили 15 союзных республик: Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика (РСФСР), Украинская Советская Социалистическая Республика (далее – ССР), Белорусская ССР, Узбекская ССР, Казахская ССР, Грузинская ССР, Азербайджанская ССР, Молдавская ССР, Киргизская ССР, Таджикская ССР, Армянская ССР, Туркменская ССР, Литовская ССР, Латвийская ССР и Эстонская ССР.

В составе союзных республик – 21 автономная республика, 8 автономных областей, 10 автономных округов, 128 краев и областей.

Среди 50 стран-основателей ООН наряду с СССР были две его союзные республики: Белорусская ССР и Украинская ССР.

СССР был образован на большой части территории, на которой располагалась Российская империя, исключая Финляндию³⁶⁴ и ряд других территорий³⁶⁵.

После распада Российской империи в 1917 г. «национальные окраины» стали провозглашать свою независимость, этих районах создавались отдельные советские республики. В июне 1918 г. в России была провозглашена Советская Федеративная Социалистическая Республика (РСФСР), в марте 1919 г. Украинская Советская Социалистическая Республика (УССР), а в 1922 Белорусская Советская Социалистическая Республика (БССР). 30 апреля 1918 г. на 5-м краевом съезде Советов (Ташкент, 20 апреля – 1 мая) была провозглашена Автономная Туркестанская Республика Российской Социалистической Советской Федерации.³⁶⁶ В 1920 г. были созданы Бухарская³⁶⁷ и Хорезмская³⁶⁸ советские народные республики. В ноябре 1922 г. в состав РСФСР вошла Дальневосточная Республика³⁶⁹.

Официальной датой образования Союза Советских Социалистических Республик (СССР) как государства считается 29 декабря 1922 г., когда государства-основатели – Российская Социалистическая Федеративная Советская Республика (РСФСР), Украинская Советская Социалистическая Республика (УССР), Белорусская Советская Социалистическая Республика (БССР) и Закавказская Социалистическая Федеративная Советская Республика (ЗСФСР)³⁷⁰ подписали Декларацию об образовании СССР и Договор об образовании СССР.

В 1922–1924 гг. продолжалась разработка основ государственного устройства СССР. 6 июля 1923 г. ВЦИК формально одобрил Конституцию СССР, а 31 января 1924 г. она была утверждена Вторым съездом Советов³⁷¹.

Декларация об образовании СССР и Договор об образовании СССР вошли в состав первой союзной Конституции 1924 г., став ее основными разделами.

К ведению СССР в лице его верховных органов были отнесены внешние отношения и внешняя торговля, изменение как внешних, так и границ между союзными республиками, решение вопросов о войне и мире, организация и руководство вооруженными силами, общее руководство и планирование экономики и бюджета, установление общих начал в области народного просвещения; общих мер в области охраны народного здравия; системы мер и весов; организация общесоюзной статистики; установление единой денежной и кредитной системы, ратификация международных договоров, разработка общесоюзного законодательства, (в т.ч. в области союзного гражданства в отношении прав иностранцев; о межреспубликанских переселениях и установление переселенческого фонда; установление основ судоустройства и судопроизводства, а также гражданского и уголовного законодательства Союза; установление основных законов о труде) и т.д. (Раздел 2, глава 1 Конституции).

Суверенитет союзных республик ограничен лишь в пределах, указанных в Конституции, и лишь по предметам, отнесенным к компетенции Союза, вне этих пределов каждая союзная республика осуществляла свою государственную власть самостоятельно, за союзной республикой сохранялось право выхода из СССР, территория могла быть изменена только с ее согласия. Устанавливалось единое союзное гражданство. (Раздел 2, глава 2).

В соответствии с Конституцией СССР 1924 г. высшим органом власти являлся Съезд Советов СССР (далее – Съезд), а в период между Съездами Советов – Центральный Исполнительный Комитет Союза ССР (ЦИК СССР).

В периоды между сессиями ЦИК высшим органом власти в стране являлся избираемый им Президиум.

ЦИК СССР до 1924 г. являлся однопалатным, а по Конституции от 1924 г. он состоял из двух равноправных палат: Союзного Совета и Совета Национальностей. Союзный Совет и Совет Национальностей рассматривали все декреты, кодексы и постановления, поступающие к ним от Президиума ЦИК и Совнаркома Союза ССР, отдельных наркоматов Союза, ЦИК союзных республик, а также возникающие по инициативе Союзного Совета и Совета Национальностей (п. 16 главы IV Конституции 1924 г.).

Исполнительным и распорядительным органом ЦИК СССР выступал учреждаемый им Совет народных комиссаров (СНК), к полномочиям которого были отнесены издание декретов и постановлений, которые являлись обязательными для исполнения на всей территории Союза ССР; рассмотрение декретов и постановлений, вносимых как отдельными наркоматами Союза ССР, так и ЦИК союзных республик и их президиумами.

В целях непосредственного руководства конкретными отраслями государственного управления, которые Конституцией от 1924 г. были отнесены к непосредственному ведению СНК СССР, были образованы 10 народных комиссариатов (наркоматы) СССР, которые делились на общесоюзные наркоматы – единые для всего Союза ССР³⁷² и объединенные наркоматы Союза ССР³⁷³.

Объединенное государственное политическое управление (ОГПУ) – орган, учрежденный при СНК Союза ССР в целях «объединения революционных усилий союзных республик по борьбе с политической и экономической контрреволюцией, шпионажем и бандитизмом» (глава IX Конституции СССР 1924 г.). Председатель ОГПУ с правом совещательного голоса входил в СНК СССР.

ОГПУ через своих уполномоченных, действующих на основании специального положения, утвержденного в законодательном порядке при СНК, осуществляло руководство работой местных органов Государственного политического управления (ГПУ). При этом надзор за деятельностью ОГПУ СССР в соответствии со специальным постановлением ЦИК СССР возлагался на прокурора Верховного Суда СССР.

Высшую судебную власть в стране осуществлял Верховный Суд, созданный при ЦИК СССР (глава VII Конституции СССР 1924 г.)³⁷⁴.

В СССР была учреждена должность Прокурора Верховного Суда Союза ССР, в обязанности которого входили предоставление заключений по всем вопросам, подлежащим разрешению Верховного Суда Союза ССР и поддержание обвинения в заседании ВС СССР; в случае несогласия с решениями пленарного заседания Верховного Суда Союза ССР – опротестование их в Президиум ЦИК Союза ССР (п. 48 главы VII Конституции СССР 1924 г.).

Верховным органом власти в каждой союзной республике являлся Съезд Советов республики, а в промежутках между съездами – ее Центральный исполнительный комитет (п. 64 Конституции СССР 1924 г.). Центральные исполнительные комитеты союзных республик избирали из своей среды президиумы, которые в период между сессиями ЦИК являлись высшими органами власти (п. 66 того же документа)³⁷⁵.

Конституция СССР 1936 г. была принята VIII Всесоюзным чрезвычайным съездом Советов 5 декабря 1936 г. и действовала (с изменениями и дополнениями) до 1977 г.³⁷⁶ Конституция содержала 13 глав и 146 статей.

Конституция 1936 г. впервые в советской истории всем гражданам предоставила равные права: всеобщее, равное и прямое избирательное право при тайном голосовании; право на труд, на отдых, материальное обеспечение в старости и болезни, право на образование (бесплатное); женщине в СССР предоставлялись равные права с мужчиной во всех областях хозяйственной, государственной, культурной и общественно – политической жизни и т.д. Была провозглашена свобода совести, слова. Печати, собраний и митингов, свобода уличных шествий и демонстраций (глава Х).

В Конституции экономической основой была провозглашена плановая социалистическая система хозяйства и социалистическая собственность на орудия и средства производства, которая имела «либо форму государственной собственности (всенародное достояние), либо форму кооперативно-колхозной собственности (собственность отдельных колхозов, собственность кооперативных объединений)».

В соответствии со ст. 126 гражданам СССР обеспечивалось право объединения в общественные организации (профессиональные союзы, кооперативные объединения и т.д.), а Коммунистическая партия СССР впервые объявлялась передовым отрядом трудящихся и руководящим ядром всех общественных и государственных организаций трудящихся.

Высшей законодательной властью СССР в соответствии с Конституцией 1936 г. был объявлен Верховный Совет СССР, состоящий из двух палат – Совета Союза и Совета Национальностей (ст. 33), а в перерывах между его сессиями Президиум Верховного Совета СССР.

Верховный Совет СССР образовывал Правительство СССР – Совет народных комиссаров СССР, которое с 1946 г. было преобразовано в Совет Министров СССР.

СНК СССР (Совет Министров СССР) был подотчетен и ответственен перед Верховным Советом СССР, а в период между сессиями Верховного Совета – перед Президиумом Верховного Совета СССР (глава V).

СНК СССР (Совет Министров СССР) был уполномочен издавать постановления и распоряжения.

Народные комиссариаты СССР – отраслевые органы управления – являлись либо общесоюзными, либо союзно-республиканскими (ст. 74 Конституции 1936 г.)³⁷⁷. В 1946 г. народные комиссариаты СССР были преобразованы в министерства СССР.

Высшим органом государственной власти союзной республики являлись Верховный Совет союзной республики, члены которого избирались гражданами республики сроком на четыре года.

Высшим исполнительным и распорядительным органом государственной власти союзной республики являлся Совет народных комиссаров (с 1946 г. Совет Министров союзной республики, учреждаемый Верховным Советом союзной республики. СНК союзной республики (Совет Министров союзной республики) был уполномочен издавать постановления и распоряжения, которые не должны были противоречить действующим законам СССР и союзной республики, постановлениям и распоряжениям Совета Министров СССР.

Республиканские министерства осуществляли руководство порученной им отраслью государственного управления и находились в непосредственном подчинении Совета Министров союзной республики.

Высшим органом государственной власти автономной республики (глава VII Конституции СССР 1936 г.) являлся Верховный Совет АССР, члены которого избирались гражданами республики сроком на четыре года (ст. 90 Конституции 1936 г.). Органами государственной власти в краях, областях, автономных областях, округах, районах, городах, селах (станицах, деревнях, хуторах, кишлаках, аулах) выступали Советы депутатов трудящихся, избираемые трудящимися соответствующих территориальных единиц сроком на два года (глава VIII Конституции СССР 1936 г.)³⁷⁸.

В соответствии со ст. 102 (глава IX) Конституции 1936 г. система правосудия включала в себя Верховный Суд СССР, верховные суды союзных республик, краевые и областные суды, суды автономных республик и автономных областей, окружные суды, специальные суды СССР, создаваемые по постановлению Верховного Совета СССР, а также народные суды. Во всех судах рассмотрение дел осуществлялось с участием народных заседателей. Исключение составляли случаи, специально предусмотренные законом. Судьи всех судов избирались сроком на пять лет.

Генеральный прокурор СССР назначался на должность Верховным Советом сроком на семь лет. В полномочия Генерального прокурора СССР входило осуществление высшего надзора за точным исполнением законов всеми министерствами и подведомственными им учреждениями, равно как отдельными должностными лицами, а также гражданами СССР.

Республиканские, краевые, областные прокуроры, а также прокуроры автономных республик и автономных областей назначались Генеральным прокурором СССР сроком на пять лет. Соответственно кандидатуры окружных, районных и городских прокуроров назначались прокурорами союзных республик и подлежали утверждению Генеральным прокурором СССР (сроком на пять лет).

Конституция СССР от 1977 г., именуемая «Конституцией развитого социализма», в целом сохранила государственную систему управления. Из числа незначительных изменений следует назвать переименование Советов депутатов трудящихся в Советы народных депутатов и увеличение срока полномочий Верховного Совета до пяти лет, Советов народных депутатов – до двух с половиной лет. В соответствии с ее первой редакцией была прямо закреплена однопартийная политическая система (ст. 6). Согласно ст. 12 Конституции 1977 г. единую систему органов государственной власти составляли Советы народных депутатов – Верховный Совет СССР, верховные советы союзных республик, верховные советы автономных республик, краевые, областные Советы народных депутатов, Советы народных депутатов автономных областей и автономных округов, районные, городские, районные в городах, поселковые и сельские Советы народных депутатов.

Законы СССР принимались либо непосредственно Верховным Советом СССР, либо всенародным голосованием, проводимым по его решению.

На основании ст. 112 Конституции 1977 г. сессии Верховного Совета созывались два раза в год. Внеочередные сессии созывались Президиумом Верховного Совета СССР по его инициативе, а также по предложению союзных республик или не менее 1/3 депутатов одной из палат Верховного Совета. В период между сессиями ВС СССР функции высшего органа государственной власти осуществлял Президиум Верховного Совета СССР.

Полномочия Совета Министров СССР были определены в ст. 131 Конституции СССР 1977 г.

Постоянно действующим органом Совета Министров СССР являлся Президиум Совета Министров СССР (ст. 132 Конституции 1977 г.).

Общесоюзные министерства и государственные комитеты СССР осуществляли руководство порученными им отраслями управления или межотраслевое управление на всей территории СССР непосредственно или посредством учреждаемых ими органов. Союзно-республиканские министерства и государственные комитеты СССР руководили порученными им отраслями управления или осуществляли межотраслевое управление, как правило, через соответствующие министерства, государственные комитеты, другие органы союзных республик и управляли непосредственно отдельными предприятиями и объединениями, находящимися в союзном подчинении (ст. 135 Конституции 1977 г.).

В соответствии со ст. 137 Конституции 1977 г. высшим органом государственной власти союзной республики являлся Верховный Совет соответствующей союзной республики.

Высшим исполнительным и распорядительным органом государственной власти в союзной республике являлся Совет Министров союзной республики (Правительство союзной республики), образуемый Верховным Советом союзной республики.

Непосредственное отраслевое руководство осуществлялось союзно-республиканскими и государственными комитетами союзной республики, которые находились в непосредственном подчинении Совета Министров союзной республики и соответствующему союзно-республиканскому министерству СССР или государственному комитету СССР. В свою очередь, республиканские министерства и государственные комитеты руководили закрепленными за ними отраслями управления или осуществляли межотраслевое управление, подчиняясь Совету Министров союзной республики.

В соответствии со ст. 143 Конституции СССР 1977 г. высшим органом государственной власти автономной республики выступал Верховный Совет автономной республики. Верховный Совет автономной республики мог принимать законы автономной республики.

Органами государственной власти «на местах» (в краях, областях, автономных областях, автономных округах, районах, городах, районах в городах, поселках и сельских населенных пунктах) являлись соответствующие Советы народных депутатов (ст. 145 Конституции 1977 г.)³⁷⁹.

Из числа местных представителей Советов народных депутатов формировались исполнительные комитеты, являющиеся исполнительными и распорядительными органами.

В соответствии со ст. 151 Конституции СССР 1977 г. систему судов в Советском Союзе составляли Верховный Суд СССР, который являлся высшим судебным органом СССР и осуществлял надзор за судебной деятельностью судов СССР, а также судов союзных республик; верховные суды союзных республик; верховные суды автономных республик, краевые, областные, городские суды, суды автономных областей, автономных округов, районные (городские) народные суды и военные трибуналы в Вооруженных силах.

Все суды образовывались на началах выборности, причем как судей, так и народных заседателей. Статья 153 Конституции СССР 1977 г. определяла общий порядок избрания судей Верховного Суда СССР, устанавливая правило, в соответствии с которым судьи Верховного Суда СССР избирались Верховным Советом СССР, при этом в состав суда по должности входили председатели верховных судов союзных республик.

Рассмотрение гражданских и уголовных дел во всех судах осуществлялось коллегиально; в суде первой инстанции – с участием народных заседателей, которые при осуществлении правосудия пользовались всеми правами судьи (ст. 154 Конституции СССР 1977 г.).

Разрешение хозяйственных споров между предприятиями, учреждениями и организациями осуществлялось органами государственного арбитража (ст. 163 Конституции СССР 1977 г.).

Прокуратура осуществляла высший надзор за точным и единообразным исполнением законов всеми министерствами, государственными комитетами и ведомствами, предприятиями, учреждениями и организациями, исполнительными и распорядительными органами местных Советов народных депутатов, колхозами, кооперативными и иными общественными организациями, должностными лицами, а также гражданами (ст. 164).

Законом СССР от 1 декабря 1988 г. «Об изменениях и дополнениях Конституции (Основного Закона) СССР» был провозглашен новый высший орган государственной власти – Съезд народных депутатов СССР. Согласно ст. 108 Съезд народных депутатов СССР правомочен принять к своему рассмотрению и решить любой вопрос, отнесенный к ведению Союза ССР.

Верховный Совет СССР, состоящий из двух палат – Совета Союза и Совета Национальностей, был сохранен в качестве постоянно действующего законодательного, распорядительного и контрольного органа государственной власти СССР (ст. 11).

Президиум Верховного Совета СССР является подотчетным Верховному Совету СССР органом, обеспечивающим организацию работы Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР и осуществляющим другие полномочия в пределах, предусмотренных Конституцией СССР и законами СССР (ст. 118).

Согласно изменениям, внесенным в Конституцию СССР в связи с принятием Закона СССР от 14 марта 1990 г. № 1360-I «Об учреждении поста Президента СССР и внесении изменений и дополнений в Конституцию (Основной Закон) СССР», в структуре высших органов власти появилось новое должностное лицо – Президент СССР³⁸⁰. Президент СССР в соответствии с Конструкцией должен был избираться гражданами СССР путем прямого и тайного голосования сроком на пять лет. Однако первые и единственные выборы Президента СССР были проведены Съездом народных депутатов СССР, что было сделано «в порядке исключения». Вице-президент СССР выполнял по поручению Президента СССР отдельные его полномочия и замещал Президента СССР в случае его отсутствия и невозможности осуществления им своих обязанностей (ст. 127.4).

Порядок выхода республик из Союза с 1990 г. регулировал специальный закон³⁸¹.

Союзная республика имела право вступать в отношения с иностранными государствами, заключать с ними договоры и обмениваться дипломатическими и консульскими представителями, участвовать в деятельности международных организаций.

8 декабря 1991 г. тремя государствами-учредителями были подписаны Соглашение о создании Содружества Независимых Государств (СНГ), в состав которого вошли сразу 11 из 15 бывших союзных республик, за исключением Грузии и стран Прибалтики.

В соответствии с Соглашением стороны: Республика Беларусь, Российская Федерация (РСФСР), Украина как государства – учредители Союза ССР, подписавшие Союзный Договор 1922 г., констатировали, что Союз ССР как субъект международного права и геополитическая реальность, прекращает свое существование³⁸².

26 декабря 1991 г. Советом Республик Верховного Совета СССР была принята декларация о прекращении существования СССР, а Российская Федерация была признана де-факто государством-правопреемником СССР в международно-правовых отношениях и заняла его место в Совете Безопасности ООН.

К СССР как историческому периоду существования государственного объединения народов на евразийском пространстве можно относиться по-разному. Однако с полным убеждением можно утверждать, что СССР являлся уникальным объединением, достигшим весьма существенных успехов.

В частности, несомненный интерес в исторической ретроспективе представляет созданная в СССР система экономики, развитой в большей степени, чем позволял платежеспособный спрос всего населения страны. Значимый прорыв в развитии экономики пришелся на 30-е гг. прошлого столетия, когда было построено более 1500 промышленных предприятий, были созданы целые отрасли экономики, которых ранее просто не существовало (авиационная, автомобильная, химическая и т.д.). К 1937 г. (т.е. почти за десять лет) промышленное производство выросло практически в четыре раза. И это при условии, что по всем основным параметрам Союз уступал Западу, однако это не помешало СССР стать второй сверхдержавой в мире, активно сотрудничающей со многими ведущими странами в мире. Безусловно, основной упор во внешнеполитических связях был сделан на страны социалистического лагеря. Неудивительно, что столь значимые достижения не остались без внимания и со стороны зарубежных аналитиков³⁸³.

В целом же в Союзе был создан достаточно высокий уровень социального обеспечения³⁸⁴, а система союзного здравоохранения была заимствована многими странами³⁸⁵.

6. Евразийские социалистические интеграционные объединения

Особое место с историко-правовой точки развития, несомненно, занимают организации, созданные СССР с участием других стран в целях развития интеграционных процессов в различных областях. Это Организация Варшавского договора (ОВД) и Совет экономической взаимопомощи (СЭВ). Интеграционный опыт этих объединений, безусловно, представляет интерес с точки зрения идущих на евразийском пространстве процессов регионального взаимодействия (в рамках СНГ, ЕАЭС, ОДКБ, ШОС и др.) как в экономической, так и в военно-политической сфере.

6.1. Организация Варшавского договора

Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи между Народной Республикой Албанией³⁸⁶, Народной Республикой Болгарией³⁸⁷, Венгерской Народной Республикой³⁸⁸, Германской Демократической Республикой³⁸⁹, Польской Народной Республикой³⁹⁰, Румынской Народной Республикой³⁹¹, СССР и Чехословацкой Республикой³⁹² был заключен 14 мая 1955 г. в г. Варшаве в соответствии с итогами Заключительного коммюнике Варшавского совещания европейских государств по обеспечению мира и безопасности в Европе³⁹³. Таким образом был сформирован многосторонний военно-политический блок социалистических стран при ведущей роли СССР с общей численностью населения около 397,5 млн человек и с общей площадью примерно 23,4 млн кв. км.

Следует отметить, что вопреки распространенному мнению о наличии у Организации Варшавского договора международной правосубъектности нового субъекта международного права данный Договор не создавал. В соответствии со ст. 11 Договор оставался в силе в течение 20 лет, и если стороны за год до истечения этого срока не передадут Правительству Польской Народной Республики³⁹⁴ заявления о денонсации договора, он будет действовать еще в течение следующих 10 лет.

В соответствии с преамбулой к Варшавскому договору стороны при его заключении руководствуются целями и принципами Устава ООН, необходимостью принятия мер по обеспечению своей безопасности и в интересах поддержания мира в Европе, укреплению и развитию дружбы, сотрудничества и взаимной помощи в соответствии с принципами уважения независимости и суверенитета государств и невмешательства в их внутренние дела.

Государства-участники договорились воздерживаться в своих международных отношениях от угрозы силой, а равно от ее применения и разрешать свои международные споры мирными средствами таким образом, чтобы не ставить под угрозу международный мир и безопасность. В соответствии с положениями ст. 4 Договора в случае вооруженного нападения в Европе на одно или несколько государств – участников Варшавского договора со стороны какого-либо государства или группы государств каждое государство – участник Договора на основании положений ст. 51 Устава Организации Объединенных Наций оказывает государству или государствам, подвергшимся такому нападению, немедленную помощь индивидуально и по соглашению с другими государствами – участниками Договора всеми необходимыми средствами, включая применение вооруженной силы. О принятых мерах немедленно сообщалось Совету Безопасности ООН в соответствии с положениями Устава ООН. Данные меры должны были быть прекращены, как только Совет Безопасности ООН примет меры, необходимые для восстановления и поддержания международного мира и безопасности.

Статья 9 устанавливала открытый характер Договора, он был открыт для присоединения других государств, в то же время государства – участники Договора принимали на себя обязательства воздерживаться от участия в других коалициях, союзах и международных договорах, цели которых противоречат целям Варшавского договора (ст. 7).

В рамках Организации Варшавского договора было предусмотрено создание и функционирование следующих органов: Политического консультативного комитета; Объединенного командования вооруженными силами (ОКВС); Штаба объединенных вооруженных сил; Постоянной комиссии; Объединенного секретариата; Комитета министров обороны государств – участников Варшавского договора; Комитета министров иностранных дел государств – участников Варшавского договора (КМИД).

Основные направления деятельности можно условно подразделить на сотрудничество в сфере безопасности, внешней политики и сотрудничество в военной сфере, вместе с тем в ряде документов стороны затрагивали вопросы взаимодействия в экономической и социальной сферах.

В Будапештском заявлении государств – участников Варшавского договора от 25 февраля 1991 г. стороны отметили, что страны Европы, освобождаясь от наследия прошлого, будут строить новые отношения партнерства и сотрудничества при уважении принципов Хельсинкского заключительного акта и на основе общей приверженности демократии, верховенству права и правам человека. С учетом происходящих в Европе глубоких перемен и в осуществление решений Московского совещания ПКК от 7 июня 1990 г. государства – участники Варшавского договора, действуя как суверенные и равноправные государства, решили упразднить его военные органы и структуры к 31 марта 1991 г., что призвано способствовать дальнейшему снижению военных потенциалов в Европе и переходу от блоковых к общеевропейским структурам безопасности в духе договоренностей, достигнутых на парижской встрече СБСЕ на высшем уровне. 1 июля 1991 г. в г. Праге Болгария, Венгрия, Польша, Румыния, СССР и Чехословакия подписали Протокол о прекращении действия Варшавского договора.

Деятельность ОВД, ее положительный и негативный опыт представляют, несомненно, определенный интерес для исследований, поскольку на евразийском пространстве была создана и успешно функционировала межгосударственная военно-политическая организация, обеспечившая существование «многополярного» мира в течение 36 лет.

Анализируя цели и задачи, реализуемые государствами – участниками Варшавского договора, можно отметить, что глобальные и региональные вызовы безопасности, стоящие перед СССР (РФ), не существенно изменились с тех пор. В ОВД Советский Союз играл «ведущую роль». Варшавский блок, несмотря на то, что по уставу он был открыт для вхождения новых членов, за все время своего существования не увеличивался, а, наоборот, потерял одну из стран-участников – Албанию, однако в рамках ОВД на различных этапах и в отдельных сферах было налажено активное взаимодействие со странами, не входящими в ОВД (Монгольская Народная Республика, Китайская Народная Республика, Куба). При этом СССР приобрел интеграционный опыт межрегионального сотрудничества в военно-политической сфере (создание СОУД – системы объединенного учета данных о противнике, включающей в себя средства радиоэлектронной и космической разведки СССР, Болгарии, Венгрии, Польши, Чехословакии, ГДР, а также Вьетнама, Монголии и Кубы, не входивших в Варшавский договор). В рамках Варшавского договора на первых этапах активно шло сотрудничество с КНР (представители КНР в первые годы в качестве наблюдателя принимали участие в некоторых заседаниях органов Варшавского договора), с которой в настоящее время идет активное взаимодействие в рамках Шанхайской организации сотрудничества, саммитов БРИКС, РИК и др.

6.2. Совет экономической взаимопомощи

История создания Совета экономической взаимопомощи (СЭВ) начинается с даты созыва Московского экономического совещания 5 января 1949 г. при участии СССР, Болгарии, Венгрии, Польши, Румынии и Чехословакии. Позже к СЭВ присоединились Албания³⁹⁵, ГДР³⁹⁶, Монгольская Народная Республика (МНР)³⁹⁷, Куба³⁹⁸ и Социалистическая Республика Вьетнам (СРВ)³⁹⁹. Несколько иным было юридическое положение Югославии как участника СЭВ: с самого начала СФРЮ не принимала участия в его работе, однако с 17 сентября 1964 г. Югославия стала участвовать в работе некоторых органов СЭВ. Это участие регулировалось в соответствии с Соглашением (Коммюнике) от 17 сентября 1964 г. о соглашениях об участии Югославии в работе отдельных органов Совета экономической взаимопомощи⁴⁰⁰. Статус наблюдателя в СЭВ имели КНР⁴⁰¹ и КНДР. В дальнейшем на 42-й сессии СЭВ в качестве наблюдателей участие приняли делегации Демократической Республики Афганистан⁴⁰², Народной Демократической Республики Йемен (НДРЙ)⁴⁰³, Никарагуа, Эфиопии, Лаосской Народно-Демократической Республики, Народной Республики Мозамбик⁴⁰⁴.

В 1973 г. Финляндия подписала Соглашение о сотрудничестве с СЭВ⁴⁰⁵. В 1975 г. ее примеру последовали Ирак (4 июля 1975 г.), Мексика (Мексиканские Соединенные Штаты – 13 августа 1975 г.)⁴⁰⁶, Никарагуа в 1984 г., Народная Республика Мозамбик в 1985 г.⁴⁰⁷, Народная Республика Ангола, Социалистическая Эфиопия и НДРЙ в 1986 г. и Демократическая Республика Афганистан в 1987 г.⁴⁰⁸

К 1989 г. СЭВ включал в себя 10 государств-членов⁴⁰⁹ с общей численностью населения государств – членов СЭВ 473,7 млн чел. и общей площадью 25,4 кв. км⁴¹⁰.

Протокол о создании СЭВ был подписан 18 января 1949 г.⁴¹¹ Согласно ст. 1 этого Протокола СЭВ создавался на 20 лет, а ст. 9 предусматривала по прошествии этого срока его продление на следующие 10 лет. СЭВ являлся открытой организацией, в которую могут вступить и другие страны Европы, разделяющие его принципы и желающие участвовать в широком экономическом сотрудничестве с вышеназванными странами. Устанавливалось также, что СЭВ «будет принимать решения лишь при наличии согласия заинтересованной страны» и что он «будет собираться на периодические заседания поочередно в столицах стран-участников»⁴¹².

Первая сессия (организационное заседание) СЭВ, на котором были определены основные направления деятельности СЭВ, прошла в г. Москве 26–28 апреля 1949 г. В 1962 г. был образован Исполнительный комитет СЭВ⁴¹³, регулярно стали проводиться заседания различных органов и комиссий. Стало возможным осуществлять в рамках СЭВ экономическое сотрудничество на основе коллективно согласованных целей, решений и программ. Начав с согласованных взаимных поставок товаров, участники СЭВ перешли к более высоким формам экономического сотрудничества, охватывающим целые области производства, науки и техники⁴¹⁴.

Начало 70-х гг. ХХ в. стало в определенном смысле переломным для СЭВ. Если до этого времени в документах СЭВ для описания взаимоотношений государств – участников СЭВ употреблялся термин «сотрудничество», то с 1971 г. с принятием Комплексной программы дальнейшего расширения и улучшения сотрудничества и развития социалистической экономической интеграции государств – членов СЭВ одной из основных целей СЭВ была провозглашена интеграция в сфере производства товаров, ресурсов и услуг.

В Уставе СЭВ были отражены следующие принципы СЭВ: суверенное равенство всех стран – членов Совета; полное равноправие; уважение суверенитета и национальных интересов; взаимная выгода и товарищеская взаимопомощь (п. 2 ст. I Устава). Уставом СЭВ устанавливалась следующая структура: Сессия Совета, Совещание представителей стран в Совете, Исполнительный комитет, постоянные комиссии, Секретариат СЭВ. Кроме того, в случае необходимости могли создаваться иные органы⁴¹⁵.

Устав СЭВ предусматривал следующие самостоятельные формы юридически значимых актов, принимаемых органами СЭВ: рекомендация, решение, проект многостороннего международного договора. Пункт 4 ст. II Устава СЭВ устанавливал обязанность всех членов СЭВ выполнять принятые ими рекомендации органов СЭВ. XVI сессия СЭВ признала согласование народно-хозяйственных планов государств-участников основным методом регулирования деятельности СЭВ. Какого-либо общего, единого плана перспективного экономического развития государств – участников СЭВ не существовало. Согласованию в рамках СЭВ подлежали лишь те части национальных планов, которые были связаны с развитием отраслей экономик, связанных с другими государствами – участниками СЭВ. В целом планирование находилось в компетенции государств-участников. Согласования рекомендаций СЭВ предварялись двусторонними консультациями органов государственного планирования экономики государств-участников. Затем на основе указанных соглашений в планы вносились уточнения. Начальное обсуждение проходило в постоянных комиссиях СЭВ, далее Бюро исполкома СЭВ разрабатывало и принимало обобщающий доклад, дополняя его своими выводами и предложениями, и представляло его на согласование в Исполком. Последний давал соответствующие рекомендации, которые государства-участники могли принять во внимание во время утверждения плана экономического развития⁴¹⁶.

Таким образом, рекомендации СЭВ нельзя считать хоть сколько-нибудь юридически обязывающими. «Сами рекомендации, – уточняет Н. В. Фаддеев, – принимаются представителями стран, а не лицами, независимыми от этих стран»⁴¹⁷. Другой советский исследователь – В. И. Морозов подчеркивал, что нельзя рассматривать как неправомерный акт непринятие каким-либо государством – участником СЭВ рекомендации СЭВ. Последние, имея силу морально-политических обязательств, «не связывают страны друг с другом и с СЭВ в юридическом смысле, не порождают между ними каких-либо прав и обязанностей, касающихся содержания рекомендации»⁴¹⁸. Эта существенная черта СЭВ показывает отсутствие у международной организации нового типа каких-либо черт надгосударственности. П. А. Токарева также подчеркивала межгосударственный (координационный) характер структуры СЭВ, а также отсутствие в нем наднациональных органов и отрицала наличие у СЭВ механизма функции управления процессом интеграции⁴¹⁹. П. А. Токарева придерживается мнения, что рекомендация СЭВ по своей правовой природе является фактически не односторонним актом СЭВ, а скорее международным соглашением sui generis⁴²⁰ и, переставая быть односторонним актом СЭВ, преобразуется на практике в форму правовой связи между СЭВ и принявшими выработанную в соответствии с указанной выше процедурой рекомендацию государствами-участниками⁴²¹.

Валютно-финансовая сфера являлась одной из основных сфер взаимодействия в рамках СЭВ. В декабре 1962 г. на заседании XVII сессии СЭВ была образована Постоянная комиссия СЭВ по валютно-финансовым вопросам. В июле 1963 г. на XVIII сессии СЭВ в г. Москве был одобрен проект Соглашения о многосторонних расчетах в переводных рублях и организации Международного банка экономического сотрудничества, а на 9-м заседании Исполнительного комитета СЭВ 22 октября 1963 г. было подписано само Соглашение⁴²². В качестве расчетной единицы между государствами – членами СЭВ стал действовать переводной рубль⁴²³.

В многостороннем сотрудничестве социалистических стран в научно-технической сфере следует выделить взаимодействие в рамках СЭВ, где в 1949 г. были разработаны и приняты принципы организации научно-технического сотрудничества и обмена техническим опытом между странами – членами СЭВ⁴²⁴, После принятия странами – членами СЭВ в 1971 г. Комплексной программы социалистической экономической интеграции научно-техническое сотрудничество стало одной из важнейших сфер кооперации стран социалистического лагеря⁴²⁵.

Двухсторонние связи Академии наук СССР с другими академиями наук социалистических стран регулировались соглашениями о научном сотрудничестве⁴²⁶. 15 декабря 1971 г. в г. Москве было подписано Соглашение о многостороннем научном сотрудничестве между академиями наук социалистических стран⁴²⁷.

Организация и координация многостороннего научного сотрудничества в рамках Соглашения осуществлялись через Совещание представителей академий наук – участников Соглашения и Проблемные комиссии⁴²⁸. По отдельным направлениям работ и вопросам в рамках проблемных комиссий могли быть созданы рабочие группы, совместные научные учреждения, лаборатории и коллективы ученых.

В процессе взаимодействия с учетом возрастающей роли общественных наук возникла практическая необходимость в формировании специального постоянно действующего органа – Совещания вице-президентов академий наук социалистических стран по общественным наукам, важное значение стала играть Долгосрочная программа многостороннего сотрудничества научных учреждений социалистических стран в области общественных наук⁴²⁹.

Важное значение имела деятельность по созданию совместных научных центров

Следует отметить деятельность Объединенного института ядерных исследований (ОИЯИ)⁴³⁰ – первой международной организации социалистических стран в области научно-технического сотрудничества, Международной лаборатории сильных магнитных полей и низких температур⁴³¹, Международного математического центра имени Стефана Банаха по повышению квалификации научных кадров⁴³², Международного центра академий наук социалистических стран для повышения квалификации научных кадров по проблеме «Тепло- и массообмен»⁴³³, Международного центра академий наук социалистических стран для повышения квалификации научных кадров в области электронной микроскопии⁴³⁴, создание Международной информационной системы по общественным наукам (МИСОН)⁴³⁵ и др.

Основные правовые вопросы в рамках СЭВ рассматривались на Совещаниях представителей стран – членов СЭВ по правовым вопросам⁴³⁶ и на заседаниях Постоянной комиссии СЭВ по правовым вопросам⁴³⁷. В рамках Совещания функционировали специальная рабочая группа по арбитражу, специальная группа экспертов по вопросам повышения материальной ответственности хозяйственных организаций, специальная рабочая группа по вопросу материальной ответственности государств.

Правовыми экспертами в рамках СЭВ было разработано большое количество нормативных документов, среди которых следует отметить Общие условия специализации и кооперирования производств между организациями стран – членов СЭВ (ОУСК СЭВ) 1978 г.⁴³⁸ и Общие условия поставок товаров между организациями стран – членов СЭВ 1968–1988 гг. (ОУП СЭВ 1968–1988 гг.)⁴³⁹. Кроме того, был подписан ряд ОУП с третьими странами: КНР, КНДР, СФРЮ, Финляндией⁴⁴⁰.

Также следует отметить деятельность Совещания представителей стран – членов СЭВ по правовым вопросам, в том числе разработанные проекты Конвенции о разрешении арбитражным путем гражданско-правовых споров, вытекающих из отношений экономического и научно-технического сотрудничества⁴⁴¹, Единообразного регламента арбитражных судов при торговых палатах стран – членов СЭВ, Единообразного (унифицированного) урегулирования вопросов, связанных с заключением и реализацией договоров по специализации и кооперированию производства, Единообразных положений об учреждении и деятельности международных хозяйственных организаций в странах – членах СЭВ и др.⁴⁴²

В связи со сменой режимов в восточноевропейских странах – членах СЭВ в конце 1980-х гг. 5 января 1991 г. на заседании Исполнительного комитета СЭВ в г. Москве было принято решение о преобразовании СЭВ в Организацию международного экономического сотрудничества. Однако вопрос о создании вместо СЭВ новой структуры на сессии так и не был рассмотрен в связи с принципиальными разногласиями сторон по этому вопросу. 28 июня 1991 г. в Будапеште страны – члены СЭВ (Болгария, Венгрия, Вьетнам, Куба, Монголия, Польша, Румыния, СССР и Чехословакия) на 46-м заседании сессии Совета подписали Протокол о расформировании организации. Вместе с этим завершилась и история первой организации по социалистической экономической интеграции.

Деятельность СЭВ имела ряд важных позитивных результатов: в странах, входящих в эту организацию, с помощью других членов СЭВ создавалась развитая индустрия, осуществлялось строительство, проводилось научно-техническое сотрудничество и т.д. СЭВ способствовал интеграции экономических систем стран-участников, их прогрессу в экономическом и техническом развитии, в странах СЭВ координировалась клиринговая (бартерная) торговля между странами-участниками, проводились согласование и взаимная привязка народно-хозяйственных планов. Функционирование СЭВ дал основания констатировать формирование так называемой «социалистической интеграции» в противовес «капиталистической». Опыт СЭВ, безусловно, интересен и с точки зрения идущих на евразийском пространстве интеграционных процессов в экономической сфере (в рамках ЕАЭС, ШОС, БРИКС и др.). Особо следует отметить производственную и научно-техническую кооперацию, а также сотрудничество в валютно-финансовой сфере. СССР и Россией был приобретен колоссальный опыт по созданию организации, регулирующей экономическую межрегиональную интеграцию стран, находящихся на разных континентах.

Ряд документов, заключенных в рамках СЭВ (в КНР и КНДР), продолжает действовать. Обращает на себя внимание имеющаяся на территории Центральной, Южной Америки и государств Карибского региона тенденция к пересмотру традиционных моделей международной экономической интеграции – от западных моделей, основанных на влиянии США и Канады, к моделям, основанным на учете исторического социалистического опыта международного экономического и социального сотрудничества⁴⁴³.

Вопросы

1. В чем заключались отличия Золотой орды как государственного образования? Дайте характеристику ее правовой системы.

2. Назовите основные «жизненные циклы» периода Русского царства.

3. В чем смысл образной характеристики государственного устройства Российской империи как «лоскутного одеяла»?

4. Назовите основные этапы развития государственных образований на территории Закавказья.

5. Верно ли утверждение о том, что наряду с СССР в целом, сооснователями ООН были также две союзные республики: Белорусская ССР и Украинская ССР?

6. Назовите высшие органы государственной власти СССР согласно Конституции 1977 г.

7. Какие социалистические государства не входили в Организацию Варшавского Договора?

8. Какие документы разработанные в рамках СЭВ юридически действительны и каковы условия приобретения ими юридической силы ?

9. Какие социалистические государства не являлись членами СЭВ?

10. В каком году СЭВ юридически прекратил существование?

11. В чем состояли цели СЭВ и Организации Варшавского Договора?

Глава 3.
ТЕОРЕТИКО-ПРАВОВЫЕ ОСОБЕННОСТИ ЕВРАЗИЙСКОЙ ИНТЕГРАЦИИ

Знать:

– основные концепции «евразийства»;

– основные факторы интеграционных процессов на территории евразийского континента.

Уметь:

– логически грамотно выражать собственную точку зрения по вопросам интеграции на территории евразийского континента;

– ставить проблемы теории правового регулирования евразийской интеграции;

– различать интеграционные объединения, обладающие международной правосубъектностью от объединений, не обладающих таковой;

– выделять особенности евразийской интеграции с учетом разных скоростей интеграции в разных сферах правового регулирования общественных отношений.

Владеть:

– основными приемами классификации форматов взаимодействия интеграционных объединений.

1. Теории евразийства и отечественные подходы к региональной интеграции

В начале XX в. британский ученый Хэлфорд Дж. Маккиндер стал инициатором «теории евразийской опорной территории», а в дальнейшем теории «сердца Центральной и Восточной Европы», в основе которой находится идея о евразийском пространстве как центре мира. Не устанавливая точных границ евразийского пространства, Х. Маккиндер определил его «сердце» – Россию. По мнению ученого, кто правит Восточной Европой, владеет Сердцем земли, в свою очередь, кто правит Сердцем земли, владеет Мировым Островом, т.е. Евразией, в итоге – тот, кто правит Евразией, владеет миром⁴⁴⁴.

Теория евразийства активно развивалась в начале XX в. и в России в среде российских эмигрантов. Ее основателями считаются Н. С. Трубецкой, П. Н. Савицкий, Г. В. Флоренский, Л. П. Карсавин, П. П. Сувчинский, И. А. Ильин и Г. Н. Вернадский⁴⁴⁵. Цель данной концепции заключалась в создании новой русской идеологии, при этом Россия рассматривалось как центр Евразии, связующий страны Западной Европы и Азии.

Ведущую роль в ее развитии сыграл выдающийся философ и филолог Трубецкой Н.С., в его трудах «Россия и Европа» (1920) и «Исход к Востоку» (1921) были заявлены и обоснованы идеи евразийства как идейного течения и сформулированы его основные положения.

По мнению Н.С. Трубецкого: «Национальным субстратом того государства, которое прежде называлось Российской империей, а теперь называется СССР, может быть только вся совокупность народов, населяющих это государство, рассматриваемое как особая многонародная нация и в качестве таковой обладающая особым национализмом. Эту нацию мы называем евразийской, ее территорию – Евразией, ее национализм – евразийством»⁴⁴⁶. Таким образом, евразийцы понимали территорию нашей страны как особую географическую и историческую зону, которой присуща индивидуальность.

По утверждению П. Н. Савицкого, понятие «Евразия» охватывает не континент или материк, а идею русского пространства, культуры и цивилизации⁴⁴⁷.

Л. Н. Гумилев, который внес значительный вклад в развитие концепции евразийства, дополнил ее существенным аспектом – теорией «о кормящем ландшафте» и «о вмещающем ландшафте» – таком разнообразном, но всегда родном для конкретного этноса. Например, для русских таким родным ландшафтом являются речные долины, для финно-угорских народов – водораздельные пространства, для тюрков и монголов – степная полоса. Таким образом, в основе данной теории лежат географический (включая ландшафтный) и исторический аспекты. Л. Н. Гумилев дополняет концепцию евразийства также теорией пассионарности, тем самым заложив в основу евразийства синтез истории, географии и естествознания.

Концепция Л. Н. Гумилева во многом проясняет удачи и неудачи действующих региональных организаций. По его утверждению, не все определяется экономическими или политическими предпосылками. Для успешной интеграции необходимо еще одно непременное условие – идейное, духовное начало, когда к интеграции готовы не только экономика и политика, но и народы⁴⁴⁸.

М. Л. Титаренко рассматривает евразийство как «предвестник основы будущего нового мирового порядка планетарных межцивилизационных отношений, обеспечивающих экологию культур и цивилизаций, сохранение этнического и цивилизационного многообразия»⁴⁴⁹.

Таким образом, евразийская концепция обусловливает современные процессы как процессы реинтеграции, в основе которых заложены исконные ценности евразийского народа. При этом историко-культурная самобытность Евразии, объединение в единое политико-культурное пространство позволяют утверждать о единой самоидентификации евразийских этносов.

Следует отметить, что идеи евразийства натолкнулись в то время на ожесточенное неприятие и сопротивление, так как ставили под сомнение теории «европоцентризма», основанные на одной европейско-американской культуре, и создавали прочный фундамент и теоретические основы нового мировозрения, основанного на равноправии различных культур и мировозрений, наличии множественности векторов развития.

Проблемы интеграции занимают важное место и в отечественной науке. Подходы отечественной научной школы к изучению интеграции необходимо разделить на два условных этапа. В течение первого этапа в Советском Союзе (1950–1990) объектом исследования были как региональные интеграционные процессы в Европе (Европейское экономическое сообщество, Европейское сообщество по атомной энергии) и в развивающихся странах, так и вопросы международной интеграции в странах социалистического блока (Совет экономической взаимопомощи, Варшавский договор и т.д.)⁴⁵⁰.

Второй этап в развитии отечественной школы региональной интеграции (с 1990-х гг. по настоящее время) связан с распадом биполярного мира, развитием различных форм интеграционных процессов не только в Европе, но и в Евразии, Америке, Африке, Азии и в Океаниирегионе, появлением крупных межгосударственных и межрегиональных мегапроектов. Ряд исследователей уделяют особое внимание интеграционным процессам в экономической сфере, в работах других предметом исследования является как экономическая, так и военно-политическая и социальная составляющая интеграции⁴⁵¹.

2. Понятие евразийского пространства

В доктрине различают разные толкования понятия и географических пределов «евразийского пространства» – по крайней мере, следует констатировать наличие трех его значений: евразийское континентальное пространство (от Лиссабона до Владивостока)); «евразийское постсоветское пространство» и пространство «евразийского полюса» (Большое евразийское партнерство) в современном понимании как территория, охватываемая функционированием евразийских региональных и субрегиональных организаций. Именно третий подход является наиболее целесообразным и актуальным в современных условиях развития глобализации и интеграции.

Рассматривая географические потенциальные границы Большого евразийского партнерства (БЭП) следует отметить, что еще в 2015 г. Президентом РФ В. В. Путиным в Послании Федеральному Собранию в связи с необходимостью создания Большого евразийского партнерства (БЕП) была высказана идея о «симметричном ответе» посредством формирования экономического партнерства между Евразийским экономическим союзом (ЕАЭС), странами – членами Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) и Ассоциации государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН)⁴⁵².

13 октября 2016 г. в интервью с «РИА Новости» глава российского государства сообщил, что Россия выдвинула идею сопряжения строительства Евразийского экономического союза и Экономического пояса Шелкового пути⁴⁵³. В перспективе этот процесс мог бы послужить основой для формирования Большого евразийского партнерства с участием широкого круга стран, входящих в Евразийский экономический союз, ШОС и АСЕАН. Потенциал сотрудничества стран БРИКС также может быть задействован для реализации инициативы создания Большого евразийского партнерства. Выступая на форуме «Один пояс – один путь» в мае 2017 г. в г. Пекине, Президент России предложил создать Большое евразийское партнерство, которое свяжет Азию и Европу. В. В. Путин отметил, что сложение потенциалов таких интеграционных форматов, как ЕАЭС, «Один пояс – один путь», Шанхайская организация сотрудничества, Ассоциация государств Юго-Восточной Азии, способно стать основой для формирования Большого евразийского партнерства. Было отмечено, что Москва приветствовала бы участие и европейских коллег, государств Евросоюза в таком партнерстве. Тогда бы оно могло стать действительно гармоничным, сбалансированным и всеобъемлющим, позволило бы реализовать уникальный шанс, создать единое пространство сотрудничества от Атлантики до Тихого океана, по сути, впервые за всю историю⁴⁵⁴.

Таким образом «Большое евразийское партнерство» или понятие «Большой Евразии» должно рассматриваться не как новое «блоковое» сотрудничество или объединение государств, а как открытый и сетевой формат, цивилизационная модель, предусматривающая равноправное сотрудничество государств, представляющих различные вектора культурного и политического развития, различные локальные культуры (тюркскую, персидскую, китайскую, индийскую и др.) и имеющих собственные цивилизационные проекты и видение по дальнейшему развитию.

3. Институциональные и правовые особенности евразийских интеграционных проектов

Распад СССР в 1991 г. стал одним из значимых политических событий на мировой арене, что привело к образованию на его основе 15 независимых государств. Это неизменно повлекло за собой необходимость установления новых форматов взаимодействия в различных сферах общественной жизни, которые бы соответствовали геополитическим реалиям на данном историческом этапе⁴⁵⁵. На формирование таких связей оказывал огромное давление некогда существовавший единый политический, социальный, экономический механизм, действовавший в СССР. Столкнувшись с рядом трудноразрешимых проблем, связанных с подъемом собственной экономики, определением системы государственности бывших советских республик, а также с учетом происходящих на мировом уровне активных процессов глобализации, вновь образованные государства должны были определить свое место в мировом сообществе⁴⁵⁶.

В итоге 8 декабря 1991 г. в Вискулях (Беловежская пуща) под Брестом (Беларусь) три бывшие социалистические республики (БССР, Украина и РСФСР) подписали Соглашение о создании Содружества Независимых Государств.

Хотя поставленные цели в рамках СНГ и не были полностью достигнуты, его образование сыграло немаловажную роль в дальнейших интеграционных процессах на евразийском пространстве, не позволив окончательно разрушить экономические и технологические связи вновь образованных государств и послужив основой их дальнейшего взаимодействия. Как отмечает член-корр. РАН Р. С. Гринберг в условиях глобализирующегося мира страны СНГ могли «…быть конкурентноспособными только в рамках интеграционного союза, так как вновь наступило время «больших игроков и больших пространств»⁴⁵⁷.

В дальнейшем на рубеже XX в. в регионе был образован ряд других знаковых организаций, функционирование которых дало толчок к активному развитию евразийской интеграции.

Осенью 2011 г. Президент РФ В. В. Путин в статье «Новый интеграционный проект для Евразии – будущее, которое рождается сегодня», заявив о евразийской интеграции, выдвинул идею нового интеграционного проекта для Евразии, при этом под евразийством понимается «тесная интеграция на новой ценностной, политической, экономической основе»⁴⁵⁸.

Анализ исторических примеров евразийской интеграции во многом объясняет их современный уровень и собственный, отличный от иных регионов, путь развития. На евразийском пространстве функционирует более 40 объединений, программ и инициатив с различным правовым статусом, разнообразным составом участников и с различными приоритетными целями. Эти организации характеризуются не только разноуровневой и разноскоростной, но и разноформатной, разносферной и разновекторной интеграцией. На основе данного анализа можно выявить особенности евразийской интеграции.

3.1. Социогуманитарный фактор

Одна из отличительных особенностей интеграции на евразийском пространстве состоит в исторически налаженных связях, едином историческом прошлом стран евразийского региона, общности культурных, социальных, образовательных, языковых и иных аспектов⁴⁵⁹. «Наши страны издавна соединены многослойными и тесными связями в экономической, культурной, цивилизационной сферах. На протяжении многих лет их экономики развивались как общий хозяйственный комплекс, что обеспечило относительную однородность технологического пространства, заложило основы производственной кооперации»⁴⁶⁰.

Такой исторический «багаж» не мог не сказаться на особенностях интеграции бывших советских республик на современном этапе. В связи с этим необходимо отметить, что в отличие от общемировых и других региональных наши процессы протекают значительно быстрее, в регионе «действительно сохранилась какая-то позитивная инерция общего советского прошлого, существование единого хозяйственного комплекса наложило свой отпечаток»⁴⁶¹. Основные факторы, порождающие интеграционные тенденции на евразийском пространстве, заключаются в действующей еще с прошлых лет системе разделения труда, в плотном смешении и взаимопроникновении различных социально-культурных аспектов (смешанные браки, единое культурное и образовательное пространство, практическое отсутствие языковых барьеров и т.д.)⁴⁶².

Академик В.С. Степин справедливо отмечает, что «учет исторического и культурного контекста становится в современных реформаторских действиях важнейшей проблемой, без осознания которой мы не получим практически действенных и успешных решений»⁴⁶³.

3.2. Геополитический фактор

Вторая особенность интеграционных процессов на постсоветском пространстве заключается в особых факторах, послуживших причиной для объединения ряда стран в целях решения геополитических и/или геоэкономических проблем. При этом участники одной региональной организации могут выступать участниками других региональных организаций, действующих в том же регионе. Многие члены СНГ одновременно являются участниками иных региональных объединений. Участвуя в интеграционных процессах, государства тем не менее, по сути, могут представлять собой конкурирующих субъектов международного права, желающих упрочить свое политическое, экономическое положение на мировой арене.

Евразийские организации, саммиты, инициативы и программы (далее-объединения) условно можно разделить на несколько групп:

– объединения, образующие фундамент формирующейся архитектуры евразийской интеграции: СНГ, Союзное государство Беларуси и России, ЕАЭС, Организация договора о коллективной безопасности (ОДКБ), Шанхайская организация сотрудничества (ШОС), Совет по взаимодействию и мерам доверия в Азии (СВМДА), саммиты БРИКС, РИК⁴⁶⁴ и РКМ⁴⁶⁵. Здесь же следует выделять такие евразийские мегапроекты как, к примеру, Один пояс – один путь, реализуемые в рамках Большого евразийского партнерства (БЭП);

– объединения, представляющие из себя региональные площадки для реализации тех или иных насущных инициатив: Организация черноморского экономического сотрудничества (ОЧЭС), Саммит каспийских государств⁴⁶⁶, Евразийский исламский совет (ЕИС)⁴⁶⁷, Программа развития района (зоны) Туманган⁴⁶⁸, формирующиеся форматы АИР (Азербайджан, Иран, Россия), РТИ (Россия, Турция, Иран), АГТ (Азербайджан – Грузия – Турция); АРТ (Азербайджан – Россия – Турция).

– объединения, основной курс которых направлен на интеграционные процессы со странами ЕС и США: Организация за демократию и экономическое развитие (ГУАМ)⁴⁶⁹, Содружество демократического выбора (СДВ)⁴⁷⁰, программы ЕС Восточное партнерство⁴⁷¹, ТРАСЕКА⁴⁷², Европейская политика добрососедства⁴⁷³ (в т.ч. Черноморская синергия⁴⁷⁴), INOGATE⁴⁷⁵, формат C5+1⁴⁷⁶, деятельность Совета Евро-Атлантического партнерства (СЕАП) и программа НАТО «Партнерство во имя мира»⁴⁷⁷. Желая достигнуть большей независимости от Российской Федерации, а также играть «ведущую роль» на постсоветском пространстве, ряд постсоветских государств стал участвовать в отдельных региональных проектах (в основном без участия РФ), основной курс которых был направлен на интеграционные процессы со странами ЕС и США.

Одним из таких региональных объединений является созданная в 1997 г. Организация за демократию и экономическое развитие (ГУАМ), членами которой стали Грузия, Украина, Азербайджан и Молдова (позднее, в 1999 г., в состав членов ГУАМ вошел Узбекистан, который вышел из состава ГУАМ в декабре 2005 г.). В противовес СНГ в 2005 г. подписана Декларация, учреждающая Содружество демократического выбора (СДВ), членами которого стали Украина, Молдова, Латвия, Литва, Эстония, Грузия. Кроме того, в состав СДВ вошли Македония и такие страны – члены ЕС, как Польша, Словения, Румыния. Причем нахождение в составе СДВ стран – членов ЕС стало свидетельством намерения названных бывших союзных республик присоединения к европейской интеграции. Государства вполне отчетливо определили политические цели в качестве приоритетных областей взаимодействия в рамках СДВ с намерением тесного сотрудничества с НАТО и ОБСЕ.

– В самостоятельную группу следует объединить такие форматы, как Организация экономического сотрудничества (ОЭС)⁴⁷⁸, Совет сотрудничества тюркских государств; (ССТГ, Тюркский совет)⁴⁷⁹, Организация по совместному развитию тюркской культуры и искусства (ТЮРКСОЙ)⁴⁸⁰, Консультативные встречи глав государств Центральной Азии⁴⁸¹, созданные на основе национально-этнической общности народов, проживающих в этих государствах.

В состав Тюркского совета входят Киргизия, Азербайджан, Казахстан, Турция. При этом в ОЭС, объединяющей в основном государства с преобладающим тюркоязычным и персоязычным населением, кроме Ирана, Афганистана, Турции и Пакистана, вошли шесть постсоветских республик: Туркмения, Таджикистан, Узбекистан, Казахстан, Азербайджан и Киргизия.

Ряд организаций с участием РФ имеют узкопрофильную направленность: Евразийская патентная организацию (ЕАПО -промышленная собственность)⁴⁸², Евразийская группа по противодействую легализации преступных доходов и финансированию терроризма (ЕАГ – региональная безопасность в т. ч. в финансовой сфере)⁴⁸³; ЦАРИКЦ (противодействие незаконному обороту наркотиков)⁴⁸⁴, Евразийский банк развития (ЕБР)⁴⁸⁵, Евразийский фонд стабилизации и развития (ЕФСР)⁴⁸⁶ (финансово бюджетная сфера) и др.

Следует выделить объединения, функционирующие в сфере образования и науки: Международная ассоциация академий наук (МААМ)⁴⁸⁷, Ассоциация государственных университетов Прикаспийских государств⁴⁸⁸, Евразийская ассоциация университетов⁴⁸⁹, Евразийская ассоциация организаций поддержки научных исследований⁴⁹⁰, Международная тюркская академия⁴⁹¹.

Необходимо отметить также деятельность таких форматов как Евразийский женский форум⁴⁹², Ассамблея народов Евразии⁴⁹³ и Молодежная ассамблея народов Евразии и др., функционирующих на евразийском пространстве.

Отдельно функционирует Сообщество за демократию и права народов (Содружество непризнанных государств (СНГ-2))⁴⁹⁴, а также региональные программы СПЕКА⁴⁹⁵ и ЦАРЭС⁴⁹⁶.

3.3. Функциональный фактор

Цели и основные направления деятельности большинства функционирующих на евразийском пространстве объединений предусматривают взаимодействие как в экономической, так и в социальной (в т.ч. в социогуманитарной и научно-технологической) и военно-политической областях (в т.ч. в сфере безопасности). При этом страны используют собственные модели регионального взаимодействия в различных сферах.

К числу универсальных организаций, предусматривающих взаимодействие практически во всех областях, относятся СНГ, Союзное государство Беларуси и России, ШОС, СВМДА, ССТГ, ГУАМ, Сообщество за демократию и права народов – СНГ-2, саммиты РИК и РКМ. Вместе с тем следует отметить, что все эти объединения кардинально различаются по уровню этого взаимодействия.

Страны-участники компенсируют ослабление интеграционных процессов в определенных сферах в рамках одной региональной организации посредством значимых достижений (уровней) в рамках иных региональных объединений. Так, социальное направление развивается в рамках Союзного государства (функционирует единое социальное пространство), а экономическая сфера стала основным аспектом взаимодействия в рамках ЕАЭС (вместе с тем включает вопросы социальной сферы (трудовой миграции как важнейшего аспекта экономического развития)), ОЭС, ОЧЭС и БРИКС, в региональных программах СПЕКА и ЦАРЭС. Вместе с тем зона свободной торговли начала функционировать в рамках другой региональной организации – СНГ.

Сотрудничество в военно-политической сфере (в т. ч. информационная политика и основы информационной безопасности) активно развивается в рамках как Союзного государства, так и ОДКБ (единое военно-политическое пространство).

Взаимодействуя в рамках одного регионального объединения, государства в учредительных актах прямо указывают на развитие дальнейшего сотрудничества в рамках иной региональной организации в том же регионе. В частности, в соответствии со ст. 2 Договора о создании Союзного государства одной из целей СГ является развитие СНГ. При этом проведение согласованного курса на укрепление СНГ относится к совместному ведению Союзного государства и государств-участников (ст. 18 Договора о создании СГ).

Ряд объединений имеют узкопрофильное направление (МААМ, ЕАГ, ЕАПО и др.).

Вместе с тем в деятельности практически всех объединений предусмотрено взаимодействие в правовой сфере.

3.4. Форматы взаимодействия

В соответствии с правовым статусом можно выделять:

– объединения, обладающие международной правосубъектностью: СНГ, ОДКБ, ЕАЭС, ШОС, ОЧЭС, ЕАПО, ЕАГ, ОЭС, ССТГ, ГУАМ и т.д.;

– объединения, не обладающие международной правосубъектностью (форумы, саммиты, партнерства, программы и т.д.): БРИКС, РИК, РМК, СПГ, СДВ и т.д.;

– Союзное государство Беларуси и России как межгосударственное объединение, не подпадающее под «классические» интеграционные формы⁴⁹⁷.

На евразийском пространстве также функционирует ряд межпарламентских структур, которые можно условно подразделить на:

– функционирующие в рамках региональных объединений: Межпарламентская ассамблея государств – участников СНГ, Парламентская ассамблея ОДКБ, Парламентский форум стран БРИКС, Парламентская ассамблея тюркоязычных стран, Парламентская ассамблея ОЧЭС, Межпарламентская ассамблея ГУАМ;

– функционирующие в качестве самостоятельных структур: форум Парламентское Собрание Союза Беларуси и России, Совещание спикеров парламентов стран Евразии, Межпарламентская ассамблея православия, Межпарламентская ассамблеи Украины, Молдавии, Грузии и Межпарламентская ассамблея Литвы, Польши и Украины.

Несмотря на значительные трудности в реализации интеграционных планов на постсоветском пространстве, эксперты позитивно оценивают достигнутые результаты, а также ожидаемый эффект от проведения запланированных интеграционных мероприятий⁴⁹⁸. Исторические предпосылки взаимодействия государств в рамках региональных объединений на евразийском пространстве составляют прочную основу плодотворного и успешного развития интеграционных процессов и в настоящее время приобретают все более сложные взаимозависимые формы⁴⁹⁹.

Вопросы

1. Охарактеризуйте основные два этапа в развитии отечественных концепций евразийской интеграции.

2. Перечислите основные значения термина «евразийское пространство».

3. На какие группы и по каким критериям можно разделить объединения государств на территории евразийского пространства?

4. Перечислите основные факторы интеграции государств на территории евразийского пространства.

5. Какие межпарламентские структуры действуют на евразийском пространстве?

6. В чем состоит различие между СНГ и Союзным государством России и Беларуси?

7. Назовите основоположников теории евразийства.

8. Назовите основные направления интеграции государств бывшего СССР.

9. Назовите основные глобальные форматы межгосударственного сотрудничества на евразийском пространстве.

Глава 4.
ЕВРАЗИЙСКОЕ ПРАВО КАК ЧАСТЬ ПРАВОВОЙ СИСТЕМЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Знать:

– место евразийского права в правовой системе Российской Федерации;

– понятие, принципы и методы евразийского права;

– субъекты и источники евразийского права.

Уметь:

– выражать собственную точку зрения по вопросам развития правовых основ интеграции на территории евразийского континента;

– сопоставлять действие актов различных интеграционных объединений на территории евразийского континента;

– анализировать нормы международных договоров, актов международных организаций и принципов международно-правового регулирования и актов «мягкого права» на территории евразийского континента.

Владеть:

– навыками обобщения содержания основных международных договоров, актов евразийских объединений и принципов международно-правового регулирования, действующих на территории евразийского континента.

1. Место евразийского права в правовой системе Российской Федерации

Евразийское право и международное право

При образовании международного регионального объединения создается определенное пространство, в пределах которого действуют единые собственные правовые нормы. Кроме того, посредством интеграции возникает определенная институционная система, которая призвана непосредственно управлять интеграционным процессом в том или ином регионе.

Учитывая соответствующие отношения на межгосударственном уровне, не вызывает сомнений необходимость включения такой системы взаимодействия стран в сферу действия международного права.

Ряд авторов на примере европейского права с точки зрения его объема предлагают рассматривать европейское право не в системе международного права, а в качестве самостоятельной правовой системы. Более того, как на отдельную правовую систему указывают на право Европейского союза⁵⁰⁰.

С таким утверждением сложно согласиться. Несомненно, что в процессе взаимодействия государств в рамках регионального объединения могут создаваться нормы, которые имеют наднациональный характер, однако это не является основанием для выделения их в самостоятельные правовые системы. Наднациональность является отличительным признаком всех международных организаций, к числу которых относятся и международные региональные организации. Правовые акты, принимаемые в рамках региональных объединений, безусловно, не относятся к национальному праву, а, распространяя свое действие на государства, носят международный характер. При достижении странами наивысшей стадии интеграции (федерации, конфедерации и т.д.) они трансформируются в национальное право и действуют как национальная правовая система. Поэтому на сегодняшний день нет оснований говорить о возможности формирования отдельной (наравне с международной и национальной) правовой системы⁵⁰¹.

Евразийское право и национальное право

Евразийское право не может рассматриваться как часть национальной системы права, во-первых, в силу специфики взаимоотношений государств на региональном уровне, что свойственно именно международному праву. Во-вторых, евразийское право направлено на регламентацию тех вопросов, которые включаются в сферу интересов сотрудничающих стран, что относится к предмету международного права. В-третьих, нормы систем права региональных объединений отличаются от норм национального права. Как правило, региональные нормы могут иметь приоритет над национальным правом, т.е. обладать высшей силой по сравнению с нормами национальных законодательств государств-членов регионального объединения⁵⁰².

Вместе с тем не вызывает сомнений возможность проникновения норм национального права в систему права регионального объединения, что наиболее интенсивно происходит в экономической сфере. В основе большинства региональных объединений лежат экономические интересы стран – членов сообщества. Существуют региональные объединения, для которых экономическая сфера взаимодействия является основной или даже единственной областью сотрудничества. Организации, занимающиеся в первую очередь экономической интеграцией, являются также основной движущей силой правовой гармонизации⁵⁰³. В универсальных региональных объединениях сотрудничество осуществляется во всех основных направлениях. В качестве примера таких региональных организаций следует назвать СНГ, Евросоюз, ОАГ, Лигу арабских государств⁵⁰⁴ и ряд иных⁵⁰⁵.

Место евразийского права в правовой системе Российской Федерации

Таким образом, учитывая, что евразийское право в настоящее время находится на стадии формирования, с уверенностью можно лишь утверждать, что оно является составной частью международного права. В качестве какого структурного элемента международного права (отрасли, подотрасли, института) евразийское право займет место в системе права, спрогнозировать пока сложно.

Следовательно, можно только высказать только свои предположения о месте евразийского права в правовой системе Российской Федерации.

В решении данного вопроса, прежде всего, следует учитывать, что интеграционные процессы являются отличительной чертой современного межгосударственного взаимодействия. На сегодняшний день в интеграционные процессы вовлечены практически все государства мира. Большое количество созданных региональных организаций функционируют во всех регионах: на американском континенте, в Европе, в Евразии, Африке и т.д. Каждая организация, созданная в любом регионе, обладает по своему уникальной правовой системой, вместе с тем каждая из них основана на первичных и вторичных источниках права.

В целях действенной (универсальной) систематизации и структуризации правовых систем международных региональных организаций в качестве системообразующего критерия целесообразно использовать региональный признак. Как показывает практика регионализации, в региональные группы страны объединяются как по территориальному и социальному, так и по функциональному принципу (общность доктрин). Перед такими странами, как правило, стоят схожие проблемы, решение которых требует совместных усилий. Классическими примерами таких региональных организаций являются Евросоюз, ЕАЭС, Африканский союз и т.д.⁵⁰⁶

Еще один довод в пользу выбранного критерия заключается в том, что государства одного условного региона, как правило, являются участниками (членами) иных субрегиональных организаций, которые, в свою очередь, большей частью функционируют в пределах того же региона, что оказывает влияние на их систему права.

Кроме того, в уже сложившихся регионах в большинстве случаях действует специфическая система права. В Европе и Северной Америке параллельно функционируют континентальная и англосаксонская системы права. Завоевание колонизаторами Латинской Америки и Карибского архипелага оказало решающее влияние на гармонизацию их правовых систем. Этот процесс происходил де-факто в силу влияния норм права метрополий (Испании, Португалии, Франции и Нидерландов)⁵⁰⁷.

Аналогичным образом складывалась система права на африканском континенте, основу права каждого африканского государства образуют местные обычаи, а также правовые нормы господствующей страны-колонизатора (право на континенте формировалось еще в период существования колоний, и большинство государств в качестве промежуточного решения избрали сохранение законов, принадлежащих государствам-колонизаторам или государствам, обладающим мандатом в отношении этих стран, и действующим на дату обретения независимости).

Значительной спецификой обладает мусульманское право, действующее в регионах мусульманской цивилизации, в том числе в западной и центральной, а также в ряде субрегионов Восточной Азии. В правовой системе мусульманского права, кроме правовых норм, действуют также религиозные нормы.

Отличительными особенностями обладает также индусское право: с одной стороны – традиционное право, черпающее свои основные источники из религии, с другой стороны – современное право, обязанное английскому праву многими своими традициями⁵⁰⁸.

При этом при создании и функционировании региональных объединений происходит смешение существующих правовых систем, создаются новые правовые пространства, включающие в себя элементы различных правовых систем, различных правопорядков.

Таким образом, можно предположить, что в настоящее время на стадии формирования в системе международного права находится не только евразийское право, но и европейское право, региональное право Азии и Океании, африканское право, американское право⁵⁰⁹.

В качестве составляющей части этого интеграционного блока необходимо выделять также межрегиональное право, регулирующее трансрегиональные (межрегиональные) взаимоотношения между странами и (или) региональными объединениями, представляющие собой интеграционные межрегиональные площадки: саммит Африка – Южная Америка, саммит ИВСА (Индия, Бразилия, Южная Африка), саммит США – Африка и т.д.

Следует учитывать, что в рамках каждого условного региона действует определенное количество отдельных региональных и субрегиональных объединений со своими собственными целями, организационной структурой, численным составом их участников и иными особенностями. Каждое субрегиональное объединение имеет собственную правовую базу, на основании которой решаются все организационные и иные вопросы. Объединяющим признаком данных системных элементов международного права является общность их предмета, источников, принципов и иных отличительных особенностей, что позволяет объединить их в укрупненный элемент системы международного права.

Например, в европейском региональном праве можно назвать такие институты, как право Совета Европы, право Евросоюза, право Северного совета и т.д.⁵¹⁰

В региональном праве Африки следует выделить в качестве институтов право Африканского союза, право Восточноафриканского сообщества, право Организации по гармонизации предпринимательского права в Африке (ОХАДА), право Южноафриканского сообщества развития (САДК), право Организации общего рынка Восточной и Южной Африки (КОМЕСА), право Экономического сообщества центральноафриканских государств (ЭККАС), право Экономического сообщества западноафриканских государств (ЭКОВАС) и т.д.⁵¹¹

Говоря о формировании в системе международного права евразийского права, необходимо также учитывать, что, как и любая иная система, ее внутренние элементы должны быть согласованы и находиться в постоянной взаимосвязи.

Именно поэтому на данной стадии формирования евразийского права можно говорить исключительно о становлении и развитии искомых критериев его систематизации и структурирования⁵¹².

С структуру институтов евразийского права должно входить право объединений (организации, саммиты, форумы, программы), функционирующих в евразийском регионе: Содружество Независимых Государств (СНГ); Союзное государство Беларуси и России (СГ); Евразийский экономический союз (ЕАЭС); Организация договора о коллективной безопасности (ОДКБ); Шанхайская организация сотрудничества (ШОС); Организация черноморского экономического сотрудничества (ОЧЭС); Организация за демократию и экономическое развитие (ГУАМ); Совещание по взаимодействию и мерам доверия в Азии (СВМДА); Совет сотрудничества тюркских государств (ССТГ, Тюркский совет); Саммит БРИКС; Саммит каспийских государств (СКГ); другие евразийские объединения⁵¹³.

2. Понятие и предмет евразийского права

Для формулирования понятия евразийского права необходимо проанализировать отношения, входящие в его предмет.

В общепринятом понимании под предметом права в отечественной теории рассматривают общественные отношения⁵¹⁴. Как отмечает В. Ф. Яковлев, применительно к установлению предмета гражданского права «определить предмет гражданского права – значит установить круг регулируемых им общественных отношений, выявить сущность и характерные черты последних и тем самым обнаружить объективные основания данной отрасли»⁵¹⁵. Кроме того, изучение предмета права должно осуществляться во взаимосвязи с самим правом, в противном случае за предмет права можно выдать то, что таковым в действительности не является.

В целях выявления специфики отношений, регулируемых евразийским правом, целесообразно исследовать его предмет⁵¹⁶.

Традиционно международное право понимается как совокупность и система норм, которые направлены на регламентацию отношений между государствами и иными его субъектами⁵¹⁷.

В доктрине отношения, регулируемые нормами международного права, принято делить на две большие группы: межгосударственные и не межгосударственные.

К межгосударственным отношениям относят отношения между государствами, которые составляют основу предмета международного права. Они возникают за пределами внутренней компетенции государств и их территорий, в различных областях общественной жизни, например, в области прав человека, в сфере охраны окружающей среды, в политической, экономической и иных сферах. Международные отношения между государствами основаны на равноправии государств и осуществляются посредством совместных органов, к числу которых относятся комиссии, комитеты, совещания и иные органы, а также посредством принятия совместных решений⁵¹⁸.

Как отмечает С. В. Черниченко, для международного права характерен координационный подход, который наглядно иллюстрирует процесс его создания – путем согласования волеизъявлений участниками межгосударственных отношений⁵¹⁹. Такие отношения строятся по горизонтали, в них отсутствует жесткая система, нет единого властного органа, а также нет какого-либо подчинения. Для них характерно не просто равенство государств, но и взаимосотрудничество, партнерство.

Международное право регулирует не только межгосударственные, но и иные отношения, именуемые не межгосударственными. Таковы отношения, в которых государство либо выступает одним из участников, либо вообще не участвует. В данную группу включаются отношения между государствами и международными организациями, а также отношения между самими международными организациями⁵²⁰.

Предмет евразийского права как составной части международного права представляет собой достаточно сложную структуру отношений. На евразийском пространстве функционирует более 40 региональных объединений, которые различны по степени (глубине) интеграции, сферам взаимодействия стран в рамках каждой из них, по наличию или отсутствию постоянно действующих органов и по иным не менее принципиальным вопросам, что требует относительно обособленного правового регулирования.

Первую группу отношений, входящую в предмет евразийского права, составляют отношения государств (и (или) региональных объединений) по созданию (учреждению) регионального объединения и его ликвидации (роспуску).

В отношениях государств (и (или) региональных объединений) по созданию или роспуску регионального объединения приоритетным выступает диспозитивный метод регулирования, предполагающий равенство сторон⁵²¹.

Вторую группу отношений, которая должна быть включена в предмет евразийского права, составляют отношения созданных евразийских региональных объединений с государствами (региональными объединениями) – его участниками. Такие отношения отличаются разнообразием внутри каждого конкретного регионального объединения и обладают присущей именно им спецификой с учетом норм, принимаемых на уровне регионального объединения, а также влиянием пограничных норм международного и национального права каждого члена определенной региональной структуры. Юридическая сила норм, принимаемых на региональном уровне, различна и определяется учредительными документами самого регионального объединения. По юридической силе нормы внутреннего права регионального объединения можно разделить:

1) на акты региональных объединений, которые имеют обязательную силу для исполнения их членами без соответствующей ратификации;

2) акты региональных объединений, которые обязательны для исполнения их членами только после совершения необходимых действий со стороны последних (подписания, ратификации и т.п.);

3) рекомендательные акты региональных объединений, которые не подлежат ратификации и не обязательны для исполнения государствами – участниками региональных объединений. Такие акты определяют позицию регионального объединения в отношении поведения их участников и во многом влияют на проведение их внутренней политики. Очевидно, что эти акты обладают наименьшей юридической силой и их применение на практике может вызывать определенные сложности⁵²².

К третьей группе отношений, регулируемых евразийским правом, необходимо отнести внутриинституциональные отношения, которые условно можно подразделить на три подгруппы отношения:

– отношения между непосредственно институциональными структурами в рамках конкретного евразийского регионального объединения;

– отношения между институциональными структурами и региональным объединением в целом;

– отношения стран-членов регионального объединения между собой в предусмотренных учредительными документами сферах взаимодействия (экономической, социальной, военно-политической, правовой), регулируемые как частными, так и публичными отраслями и институтами. Отношения этих же стран между собой в иных сферах общественной жизни (сотрудничество в сферах, не предусмотренное в рамках региональных объединений) должны регулироваться иными отраслями международного права.

Такие отношения (взаимоотношения стран – членов регионального объединения между собой) нуждаются в самостоятельной регламентации (в рамках международного регионального права), поскольку межгосударственные отношения тех сторон, которые являются участниками (членами) одного регионального объединения, могут быть осложнены собственными нормами регионального объединения, а также правилами двух- и многосторонних соглашений, которые заключаются в рамках регионального объединения для достижения поставленных перед сторонами целей⁵²³.

Таким образом, отношения, регулируемые евразийским правом, образуют три самостоятельные группы, которые обладают определенной спецификой. Учитывая специфику евразийской интеграции, а также названные три группы отношений позволяют выделить евразийское право в отдельный структурный элемент международного права.

На основании изложенного можно сделать вывод, что евразийское право – это составная часть международного права, регулирующая комплекс общественных отношений евразийских государств (и/или региональных объединений) по:

– созданию и ликвидации региональных объединений;

– взаимодействию региональных объединений с их членами;

– внутриинституциональному взаимодействию.

3. Методы правового регулирования

В доктрине нет единого мнения относительно методов правового регулирования, используемых в международном праве. Например, Ю. А. Тихомиров считает, что преобладающими в методе публичного права (к которому, без сомнения, относится и международное право) являются средства-требования (обязывания и запреты), а также средства-ограничения, применение которых не зависит от воли субъектов международного права⁵²⁴. Другими словами, по его мнению, для публичных отношений характерен императивный метод правового регулирования, когда властный субъект устанавливает правила поведения в одностороннем обязывающем порядке⁵²⁵.

Критикуя эту позицию, Н. Е. Тюрина отмечает, что такие характеристики в большей степени применимы к национальному публичному праву, но большей частью неприменимы к методу международного права⁵²⁶. Действительно, императивность в большей степени присуща национальному праву, а метод правового регулирования в международном праве нельзя считать в чистом виде императивным, поскольку ему на равных началах присуща и диспозитивность.

В свою очередь, властность, о которой говорила Н. Е. Тюрина, в международном праве скорее означает не верховенство кого-то из субъектов, а их взаимодействие, основанное на равных началах. При этом императивность, которая присуща международному праву, не носит всеобъемлющего характера.

В теории международного права высказана позиция, в соответствии с которой в международном праве доминирует координационный метод правового регулирования, который предполагает равенство сторон, отсутствие какой-либо власти над субъектами международного права, а также согласованность нормативных предписаний⁵²⁷.

В международном публичном праве, несомненно, имеет место публично-правовое регулирование, которое отличается определенной спецификой. Применение императивного метода, который в большей степени характерен для публичного права, в современном международном праве противоречит сущности последнего. Отношения между государствами должны строиться на началах равенства, а не на началах власти и подчинения. Таким образом, специфика публично-правового регулирования в международном (публичном) праве заключается в том, что публично-правовой аспект может иметь место и тогда, когда отношения между субъектами строятся на началах равенства⁵²⁸.

По мнению ряда авторов, в международных отношениях все же имеет место централизованное воздействие на межгосударственные отношения⁵²⁹. Во-первых, такое воздействие выражается в нормах jus cogens⁵³⁰, которые обязательны для любого субъекта международных отношений, причем независимо от того, участвовал ли сам субъект в создании таких норм. Во-вторых, централизация выражается в обязательности решений Совета Безопасности ООН.

Централизация в большей степени присуща методу евразийского права как составной части международного права, нежели другим отраслям международного права, поскольку именно в рамках международных региональных объединений интенсивнее осуществляется правовое воздействие на их членов. Это можно объяснить особой природой норм международных региональных объединений, которым могут быть присущи более строгие структурированные институты, акты и нормы, а также тем, что управление деятельностью в соответствии с целями международного регионального объединения осуществляется из единого центра – оно исходит от высших органов управления международного регионального объединения.

Наднациональный характер, присущий, по мнению некоторых авторов⁵³¹, международному праву, по своей сути более сходен с методом публичного права в национальных правовых системах. Не оспаривая такого утверждения, тем не менее необходимо отметить, что наднациональный характер присущ и методу евразийского права, поскольку государства-члены при создании региональной организации могут наделять ее органы определенными полномочиями⁵³².

Таким