Философия в профессиональной деятельности

Учебное пособие

Под редакцией
доктора философских наук,
профессора А. Н. Чумакова

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 1(075.8)

ББК 87я73

Ч-90

Рецензенты:

Д. Е. Сорокин, член-корр. РАН, доктор экономических наук, профессор; 

В. И. Аршинов, доктор философских наук, профессор; 

А. В. Шестопал, доктор философских наук, профессор.

Авторы:

А. Н. Чумаков — редактор, д.ф.н., проф. (введение; раздел I, темы 3, 12); 

М. В. Вальяно — к.ф.н., проф. (раздел I, тема 1);

A. В. Волобуев — к.ф.н., ст. преп. (раздел I, тема 10);

B. Ф. Голубь — д.ф.н., проф. (раздел II, тема 5);

A. В. Деникин — д.ф.н., проф. (раздел II, тема 2); 

З. Д. Деникина — д.ф.н., проф. (раздел II, тема 4); 

Е. В. Зорина — д.ф.н., проф. (раздел I, тема 8);

К. А. Зуев — д.ф.н., проф. (раздел I, тема 9; раздел II, тема 9); 

Н. М. Кишлакова — к.ф.н., проф. (раздел II, тема 6); 

Д. А. Киселев — аспирант (раздел II, тема 7);

Е. В. Кораблева — д.ф.н., проф. (раздел I, тема 5; раздел II, тема 10); 

Т. М. Махаматов — д.ф.н., проф. (раздел I, тема 2); 

Е. Г. Панов — к.ф.н., доц. (раздел II, тема 8);

C. А. Просеков — к.ф.н., доц. (раздел II, тема 3);

B. П. Ратников — д.ф.н., проф. (раздел I, тема 4; раздел II, тема 11); 

Д. А. Силичев — д.ф.н., проф. (раздел I, тема 6);

М. М. Скибицкий — д.ф.н., проф. (раздел II, тема 1);

Р. П. Трофимова — д.ф.н., проф. (раздел I, тема 7);

Л. И. Чернышева — к.ф.н., доц. (раздел I, тема 11; раздел II, тема 12).

Под редакцией доктора философских наук, профессора А. Н. Чумакова.

Учебное пособие подготовлено опытными преподавателями кафедры «Философия» Финансового университета при Правительстве РФ и призвано способствовать лучшему усвоению студентами и аспирантами различных форм и направлений обучения философских проблем в области их профессиональной деятельности.

Пособие написано в качестве дополнительного материала к изучению основного курса «Философия» и рекомендуется бакалаврам, магистрам, аспирантам, преподавателям, а также всем, кто интересуется проблемами философии в тех сферах профессиональной деятельности, которые представлены в Финансовом университете при Правительстве РФ и аналогичных высших учебных заведениях.

УДК 1(075.8)

ББК 87я73

© Коллектив авторов, 2014

© ООО «Проспект», 2014

Философия и профессиональная деятельность
(предисловие)

В соответствии со станд артами высшего профессионального образования философия является обязательным предметом, который изучается во всех высших учебных заведениях России. При этом помимо изучения базового курса философии, который включает введение в философию, историю и основные проблемы философии, предполагается учитывать также прикладной аспект изучаемой дисциплины.

Содержание этого (дополнительного) раздела, который именуется «Философские проблемы в области профессиональной деятельности», определяется каждым вузом в отдельности в рамках общеобразовательных программ соответствующего направления или специальности подготовки.

Что касается базового курса по философии, то в настоящее время имеется широкий выбор учебников и учебных пособий, которые преподаватель может рекомендовать студентам в качестве основной и дополнительной литературы. В частности, в Финансовом университете при Правительстве РФ наряду с различной учебной литературой в качестве основного рекомендуется учебник по философии, подготовленный известными российскими учеными, опытными преподавателями ведущих вузов страны: Фин университета при Правительстве РФ, МГУ им. М. В. Ломоносова, Государственного академического университета гуманитарных наук РАН и Российского университета дружбы народов¹. Этот учебник, написанный в соответствии с примерной Программой по философии, рекомендованной Министерством образования и науки РФ, содержит систему базовых знаний по дисциплине «Философия», обязательных для усвоения бакалаврами всех направлений подготовки.

Вместе с тем специальной учебной литературы, которая бы целенаправленно раскрывала философские проблемы в области профессиональной деятельности тех или иных учебных заведений, практически нет. В итоге студентам, изучающим основной курс философии, порой достаточно трудно понять актуальность философской проблематики применительно к решению насущных задач современности. Еще большую сложность могут вызывать вопросы, связанные с соотнесением курса философии и тех конкретных направлений профессиональной деятельности, в области которых студенты получают подготовку. При этом чем дальше от гуманитарного знания отстоит основная специализация того или иного высшего учебного заведения, тем более остро встают такие вопросы.

В стремлении преодолеть этот недостаток в области подготовки, прежде всего финансистов, экономистов и смежных с ними специальностей, представленных в Финансовом университете при Правительстве РФ, преподавательский коллектив кафедры «Философия» подготовил данное учебное пособие, призванное способствовать лучшему усвоению студентами и аспирантами философских проблем в области их профессиональной деятельности.

При этом они ставили перед собой решение следующих основных задач:

— сформировать и развить у изучающих философию стимулы, интерес и способности к использованию в познавательной и профессиональной деятельности базовых знаний в области гуманитарных наук;

— привить желание и выработать умение выстраивать и реализовывать перспективные линии интеллектуального, культурного, нравственного, физического и профессионального саморазвития и самосовершенствования;

— культивировать уважительное отношение к этическим и правовым нормам, а также способствовать формированию соответствующей мировоззренческой позиции, направленной на неукоснительное исполнение этих норм;

— развивать способности к социальной адаптации, прививая толерантность и доброжелательность в отношениях с окружающими;

— содействовать выработке способности критически оценивать и творчески переосмысливать свои достижения и свое место в обществе.

Решая поставленные задачи, авторы выделили в учебном пособии два раздела. Первый из них призван в качестве дополнительного материала к основному курсу «Философия» расширить представление обучающихся о многообразной палитре проблем, составляющих основу и содержание систематической философии. Второй раздел посвящен уже непосредственно философским проблемам профессиональной деятельности и охватывает все направления подготовки специалистов, которые имеют место в Финансовом университете при Правительстве РФ в виде наличия соответствующих факультетов и учебных подразделений.

Пособие написано в качестве дополнительного материала к изучению основного курса «Философия» и рекомендуется бакалаврам, магистрам, аспирантам, преподавателям, а также всем, кто интересуется проблемами философии в тех сферах профессиональной деятельности, которые представлены в Финансовом университете при Правительстве РФ и в высших учебных заведениях аналогичного профиля.

Раздел 1.
ОСНОВЫ СИСТЕМАТИЧЕСКОЙ ФИЛОСОФИИ

Тема 1.
ПРЕДМЕТ И СПЕЦИФИКА ФИЛОСОФСКОГО ЗНАНИЯ

Человек, соприкасающийся с философией и по сути философствующий, может и не задаваться вопросом, а зачем она, собственно, нужна. Но каждый хотел бы понять для себя, что он собой представляет как человек, в чем смысл его существования в этом мире и каков он, этот мир. Уже поэтому каждый человек в известном смысле философ.

Всего лишь один пример, не пример даже — художественная иллюстрация.

В центре известной трилогии американского романиста Т. Драйзера «Финансист», «Титан», «Стоик» будущий финансовый воротила Каупервуд. Но он же не родился миллиардером. В начале повествования перед нами обычный подросток, любознательный, инициативный, но таких много, и вот сцена, эпизод, по сути случайный. Внимание мальчишки привлек аквариум, выставленный в витрине рыбного магазина; в аквариуме омар и каракатица. Понятно, что каракатица — пища для омара, но она противится неизбежному. Тщетно. Каупервуд видит: сожрал омар каракатицу и делает для себя вывод: так всегда в жизни — сильный жрет слабого. Значит, нужно быть сильным, способным при необходимости уничтожать, подчинять себе других.

В это время только начинающий осознавать жизнь и ее законы подросток едва ли был знаком с философской литературой, возможно, не слышал еще имени ни одного философа, но мыслил он как философ.

Каждый человек, уже потому, что он мыслит, не может не иметь определенного представления о мире, не сформировать своего к нему отношения, не определиться в своем отношении к другим людям, в своем реальном поведении, не проявить принятие или непринятие тех или иных жизненных норм и ценностей. Другой вопрос, на каком это делается уровне, в каких формах философия, если она продукт самодеятельности, основана на той информации, которую человек получает в обычной жизни. Ограниченность и противоречивость подобной информации, сложность ее интерпретации, узкие рамки личного опыта делают самостоятельную философию ограниченной и противоречивой. Оказавшись перед необходимостью самоопределиться в этом мире, человек выбирает, как тот же Каупервуд, какой-то узкий спектр действия, понятную, но ограниченную цель — деньги и власть.

Подчас человек просто теряется в непростых ситуациях, таких как ситуация сегодняшнего дня; рухнул старый, казавшийся таким устоявшимся мир с прежней системой ориентиров и ценностей. Новый, основанный на голом чистогане и примитивном эгоизме, имеет свою философию. Но она малопривлекательна, в конечном итоге разрушительна и для человека, и для общества.

Происходит то, что можно было бы назвать перерождением и вырождением философии, налицо девальвация философского знания. Особую роль в этом играют политические и информационные технологии, связанные с вольным или невольным насаждением идеологии массового потребления как чуть ли не единственной, по меньшей мере определяющей цели общества, пропагандой упрощенного, а то и откровенно примитивного взгляда на мир и все, что в нем происходит. Активно насаждаются устойчивые стереотипы, касающиеся ответа на все вопросы, философские по сути, но это уже не философия.

Речь идет о готовых и таких удобных ответах на вопросы типа: что происходит, что следует и следует ли делать? На каждый предлагается стандартный ответ, стандартный вариант решения. Думать не надо.

Выйти из системы устойчивых стереотипов, обрести интеллектуальную независимость, внутреннюю свободу непросто, но крайне важно именно сегодня сохранить возможность критического мышления. Это необходимое качество подлинной философии, важное условие действительного понимания происходящего.

Древние греки изображали богиню Афину, покровительницу мудрости, с совой, сидящей на плече. Сова, как известно, хорошо видит в сумерках и, по поверью, тем лучше, чем сумерки гуще. Именно на переломных этапах истории философия достигает вершин постижения мира, правда, не всякая философия.

Нам нужна философия с новым мировоззрением, подлинно гуманистической системой ценностей. Первый естественный шаг на пути к этой философии — овладеть мировым наследием и тем ценным, что есть в современной философии. Но столь необходимое знание не приходит само по себе — нужна серьезная работа.

Европейская цивилизация давно уже породила культ философии. Ее изучают в любом варианте университетского образования, а начинается оно еще в школе. Очевидная цель философского образования — усилить желание интеллектуального поиска, помочь формированию системы взглядов, основ мировосприятия, придав ему некоторую законченность и наполнив общечеловеческим содержанием. Но такова в конечном итоге цель любой системы образования, если брать ее в целом.

Довольно рано, однако, образование становится профессионально ориентированным, и чем дальше, тем заметнее проявляется тревога за будущее, все настоятельнее требование (оно по-разному выражено, но суть его одна): профессиональная подготовка должна быть лишь частью важной, значимой, но частью «делания человека», формирования личности.

Об опасности узкопрофессиональной подготовки, «профессионального идиотизма» говорили и говорят многие. Число профессий давно уже исчисляется тысячами, и оно растет, требуя, как правило, все более серьезной подготовки. Но чем уже профессия, тем очевиднее обнаруживается потребность в расширительном взгляде на нее. Становятся нормой совмещение и смена профессий. Пробивает себе дорогу и по крайней мере в теории уже не оспаривается идея непрерывного образования. Довольно часто она находит поддержку и у работодателя, и у государства. Несмотря на все попытки ограничить его «в цене», остается фундаментальное образование. Профессионализация, другими словами, имеет предел, и он, похоже, близок. Вновь и вновь зримо встает вопрос об основных принципах и целях образовательной политики, общих основах образования. И здесь вновь приходится вспоминать о философии. Еще не изжита из практики образования явная недооценка ее роли.

В образовании, в более широком плане формирования личности главным в конечном итоге остается вопрос: кого мы хотим получить — хорошего исполнителя, способного на деле реализовать соответствующие указания, или мыслящего человека, творца, человека, способного не только делать, но и думать, отдавать отчет своим поступкам и решениям. Первым по большому счету философия не нужна. На худой конец им вполне подходит единая, официально признанная и одобренная сверху псевдофилософия, о которой уже шла речь выше. Такая философия отучает думать, погружает разум в догматический сон. Подлинная философия делает возможным формирование всесторонне и гармонически развитой личности, позволяет раскрыть ее потенциал, и не только профессиональный. Именно она, философия, должна быть в основе современного образования. Помимо всего прочего, никак нельзя абстрагироваться и от того обстоятельства, что именно философия возвращает нас к идее системы знаний.

Философское знание — это знание о мире в целом; отдельные его области, сферы деятельности, философски осмысленные, выступают в философии как специфическая часть целого. Есть конкретное знание, фрагменты гигантской мозаичной картины, в совокупности это окружающий нас мир во всем его многообразии, а есть то, что лежит в основе этого мира, скрепляет мозаику, придает ей целостность. Это и есть философия. Но философия не сумма знаний; на подобное она не претендует.

Лишь на начальных этапах становления науки между ней и философией не проводилось никакой грани. Сказать в отношении древнего грека, что ему были известны начала математики и астрономии, как и основы медицины, что он задумывался над тем, как устроен мир и как развивается живая природа, что его волновало все: от устройства государства до тайн человеческой души, как и сказать, что он, древний грек, знал и рассуждал понемногу обо всем, или утверждать, что он философ — это по сути одно и то же. Но постепенно отдельные науки, развиваясь, приобретали самостоятельное значение и «отпочковывались» от философии, хотя еще долго сохранялась и реально, и в сознании ученых, представлявших конкретную науку, связь между ней и философией.

Те же открытия Коперника, Галилея и Ньютона рассматривались в XVII—XVIII вв. не только в границах механики, математики, астрономии. С их помощью, при опоре на них делались попытки, и небезуспешные, осветить гораздо более емкий круг проблем, потенциально — мироздание в целом. Философия, другими словами, претендовала на роль своего рода науки наук, а конкретная наука не возражала против такого рода претензий. Показательно: основной труд И. Ньютона по теоретической механике озаглавлен «Математические начала натуральной философии».

Но подобное положение не могло продолжаться вечно. По мере развития все более углубляется разрыв, увеличивается дистанция между конкретными науками и философией. Наука осталась союзницей философии или встала в оппозицию к ней (философия многолика, все дело в том, о какой философии идет речь), но она, наука, обрела самостоятельность.

Что же осталось на долю философии, что изучает она сегодня? В. Виндельбанд задался даже вопросом, не оказалась ли философия в положении шекспировского короля Лира, который раздал все свое имущество дочерям и сам был выброшен за ненадобностью? И хотя нашлись философы, которые по сути утвердительно ответили на вопрос, жизнь показала: утвердительный ответ на этот вопрос противоречит запросам и реалиям науки.

Что изучает любая конкретная наука? Те же политология, лингвистика или экономическая теория? Их называют частными науками за то, что каждая исследует лишь какую-то сторону реального мира в каких-то более или менее частных отношениях. Даже математика, к услугам которой прибегают многие науки, видит мир в его количественных характеристиках. Качественное многообразие остается в стороне. Науки к тому же постоянно дробятся, ими охватывается все более узкий спектр действительности. Правда, имеет место и обратный процесс — синтез отдельных наук. Но главное — сохраняется и даже растет потребность в едином взгляде на мир. Он не может быть получен путем механического объединения разнородных данных всех наук. Даже если предположить, что кому-то удалось практически невозможное и в одной голове уместились все достижения всех частных наук, этот кто-то оказался бы перед необходимостью прежде всего упорядочить гигантскую совокупность знаний, привести в определенную систему весьма пеструю мозаику сведений, составляющих современное знание. Такой целостный взгляд на мир всегда давала и дает сегодня именно философия.

В более широком плане философию следует определить как методологию науки. Разработка основных принципов, норм научного знания, законов, по которым это знание развивается, — вот задача, точнее, одна из основных задач философии, что дает некоторое основание рассматривать философию как науку, хотя, если быть точным, нельзя не признать: сохраняя теоретическую форму и сближаясь по ряду существенных параметров с наукой, она наукой, строго говоря, не является.

В науке на первом плане — объективность. В социальных науках личностное начало может присутствовать в большей или меньшей степени, но оно ограничено целью, задачами конкретного научного исследования и нередко специально оговаривается.

Философия имеет дело не только и не столько с объектом. Для философа всегда значимо его собственное отношение к миру, оно отчетливо проявляется в любом философском исследовании. Если же речь идет не о философии как целостной системе взглядов, а более широко — о попытке человека философски мыслить, то здесь чувственное начало еще очевиднее. Это его, конкретного человека, видение самого себя, других людей. Это его представление о мире и всем, что в нем происходит, но это не бездоказательное умствование. Человек «вписан» в окружающий его мир, в природную и социальную реальность, и он по-своему осмысливает ее в философии.

Философия многолика. Для нее характерны борьба мнений, столкновение позиций, выливающееся в разные философские школы, течения, где-то соприкасающиеся, а в чем-то по сути противоположные. Внешне это может представляться как некий конгломерат и чуть ли ни случайная смена разнообразных и малосвязанных одно с другим учений. Но это лишь внешне.

Каждая великая философия именно потому и велика, что представляет собой необходимую ступень в интеллектуальном развитии человечества. Не все в ней безошибочно. Но именно в борьбе, столкновении позиций философ приближается к истине. Нельзя не заметить и другого: в каждой великой философии (именно тем она и значима!) есть вечное, общечеловеческое содержание. Оно передается от эпохи к эпохе, сохраняется в современной философии как непреходящая ценность.

Выделив особенности философского знания и в чем-то рискуя повториться, можно сделать вывод, определить предмет философии. Признаем, однако, сразу же: сделать это очень непросто. Слишком емким, разносторонним, а подчас и трудноуловимым оказывается предмет. Всякая аналогия условна, всякое сравнение хромает — верно, но когда все же пытаешься определить специфику философского знания, приходят на ум круги по воде: хочешь решить одну проблему, ответь на один мучающий тебя вопрос, но ответ оказывается невозможным или неубедительным без решения других проблем. Да и о какого рода решении следует говорить?

Русский философ начала XX в. Л. Шестов заметил как-то: «В философии много раз ставились и разрешались последние вопросы... Как будто бы предлагаемые на вопросы ответы, положительные или отрицательные, вполне приемлемые. И как будто бы уклониться от такой постановки вопросов если не невозможно, то по крайней мере бессмысленно. Так ли это?»

Пытаясь ответить, Шестов подчеркнул одну важную особенность философских вопросов: их нельзя «делать такими, чтобы они были очевидными и по первому требованию являлись на зов. По своей природе они не могут или не хотят быть очевидными»². Можно сказать, что у каждого свой ответ, хотя это совсем не означает, что ответы не могут быть в чем-то похожими. Они неизбежно где-то совпадают, перекликаются. Ведь и вопросы, и ответы далеко не произвольны. Философские вопросы вечны, но рождаются они в головах людей определенной эпохи, похожего, хотя и многоликого умонастроения.

Гегель определял философию как эпоху, схваченную в мысли. Он подчеркивал, что в ней отражается переживаемый или уже пережитый (если речь идет о прошлом) момент истории с его смыслом и особенностями. Та же, по сути, мысль у выдающегося мыслителя XX в. Б. Рассела. В чем-то она даже более емкая, развернутая: «Чтобы понять эпоху или нацию, мы должны понять ее философию, а чтобы понять ее философию, мы должны сами в некоторой степени быть философами. Здесь налицо взаимная обусловленность: обстоятельства жизни людей во многом определяют их философию, но и наоборот, их философия во многом определяет эти обстоятельства»³. По Расселу, подчеркнем, философия не просто своего рода интеллектуальное зеркало эпохи. Уже существующая и развивающаяся в соответствии с требованиями времени философия активно влияет на содержание эпохи, ее смысл, систему ценностей.

Определений философии множество. Без труда можно привести помимо уже приведенных десятки других, начиная с античных авторов. Но на что сразу же приходится обращать внимание: во многих из них схвачено главное, наиболее существенное, но всего богатства философского знания они не охватывают. Определения приходится расшифровывать, дополнять.

Мы не претендуем на то, что сможем дать исчерпывающее определение. Вероятно, оно просто невозможно, и все же... Рискуя где-то повториться, попытаемся свести воедино уже отмеченные особенности философского знания.

Философия — это прежде всего мировоззрение как обобщенная система взглядов на мир и место в нем человека. Это учение об общих принципах бытия и познания, об отношении человека к миру. Она содержит в себе систему норм и идеалов и способствует формированию новых.

Философия — способ, средство самопознания, и это важно. Если я смог хотя бы частично постичь самого себя, то живу, думаю, действую во многом иначе. Жизнь явно зависит не только от того, каков окружающий нас мир, но и от того, каковы мы сами, как, насколько верно оцениваем мы себя и свои поступки.

Помимо философского есть научное понимание мира. Самоочевидно, что по ряду существенных параметров они не совпадают. Наука никогда не претендовала и не претендует на всеобъемлемость. Если такого рода попытки и были, они рано или поздно обнаруживали свою уязвимость, несостоятельность. Одновременно оставалась, может быть, лишь отчетливее проявлялась та потребность в целостном взгляде на мир, который дает как раз философия.

Наука стремится к истине. Ее идеал — максимально полное и точное отражение объективной реальности вне зависимости от субъективных предпочтений, оценок, того, что определяется как личностное начало. Если оно вдруг обнаруживается в науке, то рассматривается, точнее, рассматривалось — ситуация в современной науке не столь однозначна, — как нечто мешающее, затрудняющее достижение истинного знания.

Философия предполагает развернутый ответ на вопрос: что есть истина? Существует учение об истине. Но философия не претендует и здесь на единство и даже на единообразие. Учение, как и все в границах философского знания, плюралистично, притом настолько, что, не боясь ошибиться, можно сказать: каждая философская система, каждое течение философской мысли, а то и отдельный философ опираются на собственную трактовку истины или же, как минимум, существенно модифицируют уже имеющиеся, отбирая у богатого философского наследия то, что отвечает взглядам, согласуется с позицией того или иного философа или философской школы. Учение об истине, другими словами, органично вписывается в общемировоззренческую, философскую позицию, выступая как необходимый ее элемент. Наука в целом также создает определенное мировоззрение. Оно самоочевидно связано с философским: при всей специфике того и другого они подпитывают и усиливают друг друга.

Нельзя не принять во внимание следующего: есть в европейской философии и иррационализм, и взгляды, сближающие ее с религией, но в целом европейская философия рационалистична. Она формировалась и развивалась вместе с наукой и при опоре на науку. Может быть, Ф. Энгельс чересчур категоричен, утверждая, что философия — это наука, хотя и особого рода. Ее предмет, по Энгельсу, фундаментальные основы знаний, наиболее общие законы природы, общества и человеческого мышления, так называемые универсальные законы.

Но в такой постановке вопроса был немалый смысл. За последние почти два столетия после Энгельса существенно изменились и философия, и наука. Прямое приравнивание одного к другому вызывает возражения. Однако и сегодня философия остается по ряду существенных параметров (она логична, систематично опирается на развернутый понятийный аппарат, в ней господствует идея причинности) феноменом, близким к науке. Она и сегодня выступает как методология науки. Попытка оторвать философию от науки, тем более противопоставление их друг другу, во многом искусственное, вредят и философии, и науке.

В подлинной науке так или иначе всегда обнаруживает себя философская составляющая. Есть право, а есть философия права, есть политика, а есть политическая философия. Есть многообразная в своих проявлениях экономическая наука, а есть философия экономики, есть история, а есть философия истории. Философия придает науке целостность, выступает как дополнительное ее основание. Она не может дать и не дает готовых решений, но она предлагает порассуждать пока в рамках самых общих о предмете, явлении, фундаментальных вариантах подхода к их анализу.

Сами варианты нестатичны, меняются подчас радикально, в ситуациях «революций» в науке, когда старая система еще вчера, казалось бы, незыблемых научных представлений «приказывает долго жить», а новой еще нет, и даже непонятно, какой она будет. Ученый пересматривает сложившиеся научные представления, переосмысливает их, пытаясь выйти за рамки устоявшейся традиции. Но ему нужна точка опоры, исходно новая позиция. Ее и предлагает философия.

Показательно, что и Н. Бор, и В. Гейзенберг, и А. Эйнштейн, выражая мнение значительной части физиков начала XX в., когда был открыт микромир с его законами, принципиально отличными от законов макромира, подчеркивали необходимость философского осмысления новых открытий, рассматривая его как условие становления и развития физики микромира, физики в целом.

Да, философские допущения не подтверждаются напрямую научными фактами, но пусть и не прямо, опосредованно, они совмещаются с ними, накладываются на них, позволяя глубже понять, интерпретировать, подталкивая к поиску нового. Как и научные, философские допущения оцениваются, сравниваются, подвергаются критике, опровергаются. В конечном итоге каким-то из них отдается предпочтение. Но на каком основании? Допущение или их совокупность оказываются наиболее логичными, разумными, в наибольшей степени согласующимися с наукой.

Заметим, однако. Проблема: философия в науке, философия для науки — для самой философии — важная, но частность. Философия должна пониматься и оцениваться в своей значимости как естественная, органическая часть общечеловеческой культуры в целом. Нетрудно заметить, если обратиться пока лишь к художественной культуре, что любое произведение искусства до предела насыщено философской мыслью. Великие классики греческой трагедии Эсхил и Софокл, Данте, Шекспир и Сервантес, Рабле, Гете, Достоевский и Толстой подчас глубже подходили к пониманию сущности мира и сущности жизни, чем профессиональные философы. Трудно вообще представить писателя, драматурга, поэта, даже посредственного по таланту, который не занимал бы той или иной философской позиции и не проводил бы ее в своем творчестве. А возьмите живопись, скульптуру или архитектуру. Едва ли не основная в конечном итоге разница между скульптурой и архитектурой Древнего Египта и Древней Греции — это разница в понимании мира и человека в мире. То же можно сказать и о различии между полотнами Леонардо да Винчи и Рембрандта или Тициана, хотя эпохи, породившие их творчество, ближе друг к другу. Но и различие не столь разительно.

Даже отрицая значимость философии, человек творит свою философию от противного. Ведь отрицание философии тоже своего рода философия.

Хотелось бы подчеркнуть: рассматривая философию как неотъемлемую часть культуры человека и человечества, саму культуру следует понимать не только как художественную культуру. Она, философия, зримо присутствует в политической и правовой культуре, самым тесным образом связана с нравственностью. Даже религия стремится опереться на философию. Другой вопрос, какую и с какой целью.

В самом деле, политическая и правовая организация общества насквозь пропитана философской мыслью. Особенно явственно это обстоятельство проявляется в наиболее крупных, глубоких и радикальных политико-правовых решениях и действиях, захватывающих целые эпохи и народы. Масса исторических примеров, как, впрочем, и многочисленные факты современности, иллюстрирует данное обстоятельство с исчерпывающей очевидностью.

Афины и Спарта в Древней Греции, Римская империя, теократическое государство Средних веков, абсолютная монархия, буржуазно-демократическая республика — их сопровождало, а где-то и предваряло особое мировоззрение. Целью политиков было проведение его в жизнь и защита определенной формы государства или борьба с ним на том этапе, когда сама форма исторически себя исчерпала. Появились новые идеи, новое мировоззрение, в рамках которого вновь обосновывалась борьба, но теперь уже за иные цели.

Вспомним Великую французскую революцию, которой предшествовали радикальные перемены в мышлении, новая философия. Совершенно ясна, наглядна миросозерцательная природа советского государственного строя. Он возник и приводился в движение и в целом, и даже в частностях четкой концепцией — марксизмом, марксистской философией.

Конечно, миросозерцание для того, чтобы быть действенным, должно иметь благоприятную питательную почву, органично вписываться в определенный социальный контекст. Там, где это есть, возникает и глубоко проникает в сознание та философская концепция, которая в конечном итоге и подготавливает политический переворот.

Все культура человечества, таким образом, насквозь пропитана философской мыслью. Философия при этом — сердцевина культуры, ее смысловой стержень, своего рода ключ к ее богатствам.

Тема 2.
МЕТАФИЗИКА И ДИАЛЕКТИКА

Метафизика: проблемы бытия и познания

Метафизика — это раздел философии об универсальных формах и способах существования и принципы развития объективной реальности, сознания и познания. Она состоит из учения о бытии, т. е. онтологии, и учения о познании, т. е. гносеологии.

Онтология — это философское учение об общих основаниях существования объективных явлений, вещей и предметов действительности в их изменениях, развитии и переходах в иные явления. Любое научное познание начинается с выявления онтологического основания объекта, т. е. его объективности, с раскрытия и обоснования признаков его реального существования, в чем и заключается значение категории бытия.

Категория «бытие» как центральная категория онтологии отражает действительное существование вещей, предметов, явлений, их свойств и признаков, а также способы и формы их существования.

Она исторически первая, наиболее широкая и абстрактная категория философии. Ее формирование в Древней Греции связано со становлением философского мышления, рационально-логического, т. е. естественного, физического понимания человеком окружающей его природы взамен мифологического.

Первые рассуждения о бытии встречаются у Гераклита. Для него бытие означает материальное, физическое существование окружающего его мира в его изменениях, в переходах из одного качества в другое. Поэтому он считал, что бытие и не-бытие едины. Согласно Гераклиту, из не-бытия возникает бытие, возникает то, чего еще не было. например, из цветка появляется плод, из семян — растения. Но и бытие превращается в не-бытие: существующее, превращаясь в иное, само как существовавшее явление исчезает, переходит в не-бытие.

Для элеатов бытие есть лишь то, что действительно и неизменно существует, постоянно присутствует; то, чего уже нет или же еще не возникло, не существует. Следовательно, оно как не-бытие не может относиться к бытию. Все изменчивое, преходящее, возникающее и исчезающее есть мнимое бытие. Поэтому истинное бытие не может быть познано непосредственным восприятием. Его можно постигнуть только разумом, посредством мышления.

Для Платона бытие представляет собой множество идеальных сущностей (понятий), которые являются идеальными моделями, конструктами материальных, природных предметов. Материальный мир как мир единичных явлений, всегда изменчив и не постоянен, поэтому он не обладает истинным бытием, но является тенью идеальных сущностей.

В арабо-мусульманской и европейской средневековой философии формируется учение о трех уровнях бытия: а) бытие Бога как истинной и высшей сущности, б) бытие сотворенное и творящее — это человеческое бытие и в) бытие сотворенного и не-творящего, т. е. бытие природы.

Бытие субстанции. Философы эпохи западноевропейской схоластики, чтобы отображать, раскрывать творящую (первопричинную) сущность Божественного, разрабатывают категорию субстанции, отличную от аристотелевского понимания субстанции как субстрата, т. е. то, из чего состоит предмет. Теперь она рассматривается как творящее начало, как один из титулов Бога. Субстанция есть такое начало, которое в своем бытии не нуждается ни в чем другом. Такое понимание бытия субстанции, хотя и идеалистическое, было существенным шагом в развитии категорий бытия и субстанции в истории философской мысли.

В Новое время начиная с Р. Декарта происходит постепенное освобождение категории субстанции от религиозно-идеалистического содержания. Рене Декарт, предлагая вместо единой субстанции три — Бог (высшая субстанция), духовная и материальная субстанции, положил начало формированию материалистического понимания субстанции.

Декарт под материальной субстанцией понимает «лишь ту вещь, которая существует, совершенно не нуждаясь для своего бытия в другой вещи»⁴. Она является неким материальным творением бога, которое проявляет себя, свое бытие через существование единичных макротел. Но в ней нет ни активности, ни причинности; материальная субстанция получает свое движение от Бога как первотолчка. Главным атрибутом этой субстанции является протяженность, т. е. материальность субстанции неразрывно связана с пространством. Данное положение онтологии Декарта является главным вкладом в понимание формы бытия материальной субстанции, материального вообще.

Другая субстанция — духовная — проявляет свое бытие в мышлении человека. «Я мыслю, следовательно, существую». Хотя мышление и определяет сущность человека как субъекта познания, но его (мышления) бытие, т. е. существование, не зависит от материальной субстанции, которая есть лишь вместилище для духовной субстанции.

У Спинозы бытие субстанции проявляется: 1) в ее причинности самой себя (causa sui), 2) протяженности (пространство) и 3) мышлении. Одним из основных способов существования субстанции является пространство, тождественное материальности.

В материальном бытии субстанции не заключена причинность по отношению к ее идеальному бытию, т. е. к мышлению, которое не выводится из материального. Все атрибуты субстанции, в том числе и материальные, и духовные, существуют параллельно. «Природа субстанции такова, — пишет Спиноза, — что каждый из ее атрибутов представляется сам через себя, так как все атрибуты, которые она имеет, всегда существовали в ней вместе, и ни один из них не мог быть произведен другим, но каждый выражает реальность или бытие субстанции»⁵. Спиноза так рассуждает постольку, поскольку в науке его времени и у него самого еще не было понятия эволюции и развития. Но главная идея — идея материальности и причинности в бытии субстанции — им была заложена.

В механистическом материализме Нового времени бытие понимается как существование макротел, а бытие причины и следствия, необходимости и случайности — как реальность механических взаимодействий макротел, как объективно и материально существующих факторов. В это время причинные отношения рассматриваются чисто механистически, как следование одного явления за другим, как механическое взаимодействие одного тела на другое во времени и в пространстве.

Только Гегель в своей философии смог соединить категории бытия и субстанции с эволюцией, развитием. Гегелевская категория бытия означает прежде всего существование саморазвивающейся абсолютной идеи, этапы и проявления ее развития как чистое понятийное мышление, затем в форме природы («инобытие» абсолютной идеи), также исторического существования общества и развития человеческого духа. Им выделяются постепенно сменяющиеся взаимосвязанные формы и уровни бытия абсолютной идеи, тем самым разрабатывается идеалистическая концепция изменяющегося единства мира.

В его «Философии природы» было продолжено положение материалистов Нового времени о пространстве как форме бытия материального и сделано существенное добавление в понятие времени.

К. Маркс и Ф. Энгельс, перенимая гегелевскую диалектику и принцип единства бытия, развивают диалектико-материалистическую концепцию бытия.

Марксом разрабатывается понятие общественного бытия как материальной жизнедеятельности людей и доказывается его первичность, определяющая роль по отношению к сознанию людей. Таким образом, бытие отождествляется объективностью материальной субстанции не только в природе, но и в обществе.

Энгельс, углубляя марксистское понятие бытия, формулирует мысль о неразрывной связи существования с материальностью. «Единство мира, — писал Ф. Энгельс, — состоит не в его бытии, хотя его бытие есть предпосылка его единства, ибо сначала мир должен существовать, прежде чем он может быть единым». «Действительное единство мира состоит в его материальности, а эта последняя доказывается не парой фокуснических фраз, а длинным и трудным развитием философии и естествознания»⁶.

Благодаря К. Марксу и Ф. Энгельсу отождествление действительности и объективности бытия с его материальностью становится общепринятым положением современной материалистической философии.

Однако философия экзистенциализма показала, что имевшие до сих пор концепции бытия в целом, в том числе и материалистическая в частности, не охватывают некоторые его формы. Экзистенциалисты выдвинули концепцию превосходства бытия внутреннего конкретно-субъективного мира человека над его внешним бытием.

Согласно М. Хайдеггеру и К. Ясперсу, Ж. П. Сартру, А. Камю и другим видным представителям экзистенциализма человеческий индивид действительным существованием для себя и в себе обладает благодаря своим внутренним морально-этическим, психологическим переживаниям, осознанием их потока и противоречия с окружающей действительностью, их господства над своим рациональным мышлением.

Обобщая различные понимания бытия, можно сказать, что бытие — это философская категория для обозначения существования всей реальности: объективной и субъективной, материальной и идеальной, а также объективности и материальности действительного и возможного, прошлого, настоящего и будущего в структуре реальности в данное время.

Диалектика как философская теория развития

Для того чтобы раскрыть сущность развития действительности до возникновения понятийно мыслящего существа — человека — следует обратиться к диалектике как философской теории развития.

Диалектика впервые стихийно появилась еще в античности, в философии Гераклита. Однако философское понятие диалектики принадлежит Платону. Он в диалоге «Государство» пишет, что «лишь диалектический метод придерживается правильного пути» в познании, и поэтому «диалектика будет у нас подобной карнизу, венчающему все знания»⁷. Согласно Платону сущность диалектики заключается в понимании единства и взаимопереходов противоположностей.

Диалектика приобрела свою целостную и системную, но идеалистическую форму в философии Гегеля, который открыл и сформулировал ее основные законы и принципы.

К. Маркс и Ф. Энгельс раскрыли первичность диалектики материального мира и вторичность диалектики мышления. Однако они признавали специфику и опережающий характер диалектики мышления. На основе анализа достижений естественных и общественных наук, а также исследований экономических и общественно-политических процессов они дальше развили диалектику как философское учение развития природы, общества и мышления.

Принципы диалектики. Основания диалектики отражаются в ее основных принципах, некоторые из них ниже будут изложены.

Принцип всеобщей взаимосвязи. Основы этого принципа были заложены еще древнегреческими натурфилософами. Их учение о первоначале бытия означало, что все явления природы едины и взаимосвязаны, так как образуются из одних и тех же элементов. Согласно диалектике во всей действительности господствует взаимопереходы одних предметов в другие; каждая вещь различными способами и в различных формах связана с другими. Отношения и связи явлений многообразны и универсальны, что обусловливает всеобщность взаимосвязи и материальное единство мира. Принцип всеобщей взаимосвязи обусловливает свойство системности материальных образований.

Принцип диалектического отрицания. Данный принцип выражает сущность взаимопереходов явлений и предметов объективной реальности. Гераклитово рассуждение о переходе бытия в не-бытие и не-бытия в бытие является первым осознанием сущности диалектического отрицания. Именно переход явления из одного состояние в другое, в процессе которого позитивные элементы предыдущего используются в формировании нового, является диалектическим отрицанием. Этот принцип отражает момент преемственности, органическую связь настоящего с прошлым в процессе развития действительности.

Принцип развития выражает качественное поступательное изменение, совершенствование явлений и переходы в другие, более высокие качественные образования. Развитие происходит как результат разрешения внутренних противоречий, переход количественных изменений в качественные, превращение возможности в действительность и диалектическое отрицание предыдущего состояния.

История развития различных обществ демонстрирует, что сложность внутренней структуры, множественность и качественное разнообразие взаимосвязей материальной системы определяют разнонаправленность ее развития. Как писал И. Пригожин, «в критических пороговых точках поведение системы становится неустойчивым и может эволюционировать к нескольким альтернативам»⁸.

Принцип историзма. Данный принцип имеет место в обществе и раскрывает преходящий характер форм, организаций любого общественного явления: социальных институтов, политических систем и режимов, идеологий, учений и теорий, форм жизнедеятельности людей. Принцип историзма, с одной стороны, показывает отличие диалектики общества от диалектики природы, но, с другой стороны, демонстрирует, что оно, общество, как составная часть и результат развития материи также подчиняется объективным законам диалектики.

Законы диалектики

Сущность процесса развития объективной реальности отражают три основных закона диалектики. Они взаимосвязаны и являются тремя сторонами единого процесса развития. Законы диалектики объективны и универсальны, но проявляют себя через призму особенных форм движения, законов и уровней организации материи.

Закон единства и борьбы противоположностей является фундаментальным законом, ядром диалектики. Именно с обнаружения единства противоположностей и осознания его объективности начинается познание диалектики действительности, диалектическое мышление. Как известно, первым стихийным диалектиком был Гераклит, утверждавший, что единство противоположностей есть основа гармонии космоса.

Закон единства и борьбы противоположностей, или диалектического противоречия, показывает, что каждая материальная система, целостное материальное образование в своем основании имеет взаимоотрицающие и взаимозависимые стороны, полюса. Они являются противоположностями, существенные особенности каждой из которых определяется существованием, движением другой стороны. Их взаимообусловленность и взаимозависимость определяет необходимость и объективность единства противоположностей, взаимоотрицающие тенденции, отношения между ними порождают постоянную их борьбу. Единство есть основа борьбы, борьба же — форма осуществления единства противоположностей.

Закон отрицания отрицания раскрывает форму внутреннего движения противоречия. В структуре внутреннего, сущностного противоречия материальной системы один ее полюс, отрицая противоположный полюс, сам подвергается взаимному отрицанию. Другими словами, противоположности взаимно отрицаются. В экономической системе отношения между производством и потреблением, между продавцом и покупателем, кредитором и заемщиком и т. п. являются отношениями отрицания отрицания. Каждая противоположность, отрицая другую, способствует ее изменению, совершенствованию, реальное осуществление которого приводит к необходимости своего изменения. В результате происходит совершенствование не только каждой противоположности, но и всего противоречия, всей материальной системы. Такое изменение в структуре противоречия логически выступает как «тезис-антитезис-синтез». Закон отрицания отрицания раскрывает объективность преемственности в процессе развития материальных систем.

Следует отметить, что законы единства и борьбы противоположностей и отрицания отрицания как всеобщие законы действуют везде и всегда, если даже еще нет процесса развития. Например, отношение электронов и протонов в структуре атомов, производство и потребление при простом воспроизводстве и др.

Закон перехода количественных изменений в качественные и обратно — относительно простой закон и непосредственно связан с осуществлением, проявлением изменений и развития явлений действительности. Еще в древности философы заметили, что количественные изменения приводят к появление новых качеств или свойств. Например, софизмы софистов о «куче», «лысине».

Качество явления определяется формой движения, благодаря которой оно образовалось. Например, продукт труда приобретает качество товара, вовлекаясь в движение обмена, купли-продажи; язык формируется и функционирует в системе общественных отношений и т. д. Качество — это совокупность существенных свойств и особенностей предмета, объединяющих его с классом однотипных явлений, а также отличающих его от другого класса предметов. Предметы одного класса тоже имеют определенные отличия друг от друга, что связано со свойством. Например, люди, как представители рода homo sapiens, различаются по таким свойствам, как национальность, расы, вероисповедание и др.

Каждый предмет, каждое явление имеет экстенсивную и интенсивную количественную характеристику. Число явлений одинакового качества есть экстенсивное, т. е. внешнее количество, так как его изменение не приводит к изменению качества. Хотя может подготовить определенные предпосылки для такого изменения.

Число, или совокупность составных элементов, из которых образовано определенное явление, называется интенсивным количеством. Именно их организованное движение определяет качество явлений. Способ, форма организации элементов предмета есть его структура. Интенсивное количественное изменение посредством изменения структуры предмета порождает новые свойства и со временем приведет к новому качеству.

Каждое явление, каждая материальная система благодаря устойчивости внутренней структуры может сохранить свое коренное качество, т. е. самое себя, допуская изменение некоторых своих свойств. Граница количественных изменений, в рамках которой явление сохраняет свое основное качество, называется мерой.

Так как все явления и предметы находятся во всеобщей взаимосвязи и взаимодействии с множеством других явлений и процессов, в их структурах накапливается определенное число элементов, оказывающих давление на основную структуру каждого предмета, явления. Со временем это накопление приводит к коренному изменению структуры, к образованию новой структуры, нового качественного образования. Появление нового качества в результате количественных накоплений и изменения внутренней структуры называется скачком.

Принципы и законы диалектики раскрывают единство многообразного мира и особенности перехода от одного уровня организации материи к другому, формирования высшего свойства материи — сознания.

Тема 3.
ФИЛОСОФИЯ ПРИРОДЫ

1. «Природа» как философская категория

Понятие «природа» занимает особое положение в ряду наиболее значимых и широко используемых философских категорий. Этот термин имеет несколько интерпретаций и обычно употребляется в трех значениях (широком, узком и специальном), каждое из которых вытекает, как правило, из контекста.

В широком смысле им обозначают все сущее, весь мир во всем многообразии его форм. В этом контексте термин «природа» распространяется на всю объективную реальность и охватывает весь материально-энергетический и информационный мир Вселенной. Именно в этом значении понятие «природа» широко используется в той области философии, которая исследует проблемы бытия, т. е. в онтологии.

Другой, более узкий, смысл понятия «природа» стал складываться с прошлого столетия в результате новых подходов к осмыслению проблем возникновения жизни и эволюционных процессов на Земле, а также в связи с осознанием человеком своего особого положения в окружающем его мире. В этом смысле термин «природа» сузился до вполне определенного объема и стал охватывать лишь ту часть объективной реальности, которая именуется биосферой, т. е. «областью жизни». Биосфера являет собою результат предшествующего развития неживой природы и составляет тонкую оболочку Земли, где протекает жизнь, охватывая атмосферу, гидросферу и верхнюю часть литосферы.

Особое место в биосфере занимает человек, который, являясь органической частью живой природы, выделился из нее и со временем обособился в некое активное, противостоящее ей начало. Осознавать же этот факт он стал по мере накопления экологических проблем, и чем острее они перед ним вставали, тем более глубоко он задумывался над условиями своего изменившегося положения, в научном, философском и практическом плане пытаясь решить вопрос о взаимодействии природы и общества. Природа в этом контексте стала отождествляться с окружающей человека средой, т. е. лишь с той частью действительности, которая выступает как совокупность условий существования человека, включенного в биосферу в качестве биологического вида.

Наконец, специфический контекст употребления термина «природа» состоит в том, что в философии зачастую возникает необходимость выявить суть, основное содержание того или иного предмета, тела, существа и т. п. В науке также нередко требуется установить характер и принципиальные условия появления какого-то явления, события, определив, откуда и как оно произошло. В этом случае речь идет о природе данного объекта или явления в том смысле, что устанавливается его сущность, а также связь с остальной объективной реальностью — природой в широком смысле этого слова. Понятие «природа» здесь имеет вполне конкретное значение, раскрывающее корни, фундаментальные начала того, о чем идет речь. В таком контексте вполне правомерно звучит вопрос о том, какова, например, природа человека или какого-то объекта, общественного явления и т. п.

В современной философской и научной литературе широко используются все три варианта употребления термина «природа», хотя, несомненно, второе его значение (ассоциируемое с биосферой, окружающей средой) в последнее время получило наиболее широкое распространение в силу резко возросшего внимания к экологическим проблемам. В данном разделе, посвященном философскому пониманию природы, мы будем использовать категорию «природа» в ее втором, т. е. более узком, значении.

2. Исторические этапы взаимодействия природы и общества

На протяжении всей истории люди неуклонно развивали и совершенствовали свои способности воздействовать на окружающую среду. Тем самым изменялся и характер взаимоотношений общества с природой. Все имеющиеся сегодня научные данные в области истории, археологии, географии, этнографии и других дисциплин подтверждают, что антропогенное воздействие на природу неизменно нарастало пропорционально количественному и качественному росту человечества и отражало в конечном счете основные этапы общественного развития. Каждому из этих этапов были присущи свои специфические формы отношений человека с окружающей средой, сопровождавшиеся и различным отражением природы в его сознании.

Следует заметить при этом, что выделение тех или иных этапов во взаимодействии природы и общества зависит не только от объективной стороны дела, т. е. от естественных изменений, характеризующих упомянутые взаимодействия, но и от того, какие цели преследуются в результате такой градации. В данном случае нас будет интересовать характер влияния человека на окружающую среду и обратная зависимость его от естественной природы, чтобы показать, как изначально от ситуации полной подчиненности природе человек, все более активно развивая науку и технику и стремясь с их помощью покорить ее, поставить себе на службу, в итоге породил острейшие экологические проблемы.

Предфилософский этап

Первые более или менее правильные представления о земной поверхности, расположении океанов, материков и народах, их населяющих, люди получили всего лишь 400—500 лет назад, когда наступила эпоха Великих географических открытий. До этого в течение многих и многих тысячелетий люди обитали на сравнительно небольших, ограниченных территориях. И прежде чем между разрозненными сообществами (пока еще в рамках одного континента) установились какие-то связи, обусловленные торговлей или военными столкновениями, огромные пространства нашей планеты оставались за пределами влияния человеческой деятельности, которая и без того была практически безвредной для окружающей среды.

Так, первобытный человек, занимаясь собирательством, охотой, рыболовством, удовлетворял свои элементарные потребности присвоением готовых продуктов, т. е. довольствовался тем, что давала ему природа. Это было то, что вокруг него росло, бегало, ползало, летало, плавало и годилось в пищу. Тогда человек был полностью как бы растворен в природе и находился в полной зависимости от нее. Он не выделялся из нее и не противопоставлял себя ей. По этой причине, а также в силу свой малочисленности, которая в то время определялась исключительно наличием продовольствия и естественными условиями, обеспечивающими выживание, первобытный человек объективно не мог нанести ощутимого ущерба окружающей среде.

По мере перехода от собирательства к производству того, что необходимо человеку в его повседневной жизни, он все в большей степени стал вовлекать природу и ее ресурсы в хозяйственный оборот, существенно изменяя среду своего обитания. Так, с развитием скотоводства возросла нагрузка на пастбища, с которых вытеснялись традиционно пасшиеся на них дикие животные. Лишившись коренных мест обитания, они численно сокращались, а то и вовсе исчезали.

Еще большие изменения в природу были внесены человеком при переходе к земледелию, когда активно стали выжигаться и выкорчевываться леса, освобождаться места под пашни. Характер ландшафтов в местах обитания людей сильно преображался, деградируя в сторону уменьшения лесов, эрозии почв и т. п.

Нагрузка на природу возросла, когда несколько позже стали строиться каналы и оросительные системы, целенаправленно добываться полезные ископаемые. С появлением металла резко увеличились технические возможности человека, совершенствовались орудия труда, появлялись все более сложные инженерные и ирригационные сооружения и т. п. Человек из существа, тождественного природе, все активнее становился существом, отличным от нее, постепенно начиная воспринимать природу уже как внешнюю и противостоящую ему силу.

Наводнения, пожары, засухи, похолодания, ураганы и землетрясения испытывали его на выживаемость, заставляли искать способы противостоять неумолимой стихии. Далеко не всегда ему удавалось избежать опасности и защитить себя, что порождало страх и неуверенность, чувство абсолютной зависимости от всесильной природы. Такие настроения преследовали человека на протяжении тысячелетий и наиболее ярко отразились в различных мифах и сказаниях древних народов, а также в их первоначальных религиозных представлениях, где особое место занимали Солнце, Луна, отдельные предметы, которым следовало поклоняться. Стихийные же природные явления: гром, молния, ураган и т. п. — истолковывались как враждебные силы, адресованные человеку за его непочтительное отношение к природе или как наказание за непослушание богам.

Античная философия

Такое отношение к природе сформировалось в основном к середине I тысячелетия до н. э. и претерпело значительные изменения с появлением теоретического мышления, которое стало неотъемлемой и составной частью нарождавшейся тогда философии в качестве особой исторической формы мировоззрения. Уже первые античные философы, в особенности представители натурфилософских школ, видели главную задачу философии в исследовании природы с целью выяснения вопроса о том, из чего состоит мир, который они понимали как некое сооружение, космос.

В период античности природа, хотя и продолжала оставаться грозной силой, превосходящей человека практически во всем, но осмысленная теоретически, она обрела определенную ценность и воспринималась во многом уже как идеал гармонии и совершенства. Многие трактаты античных философов пронизаны идеей благоговения перед природой и призывают жить в согласии с ней и по ее законам, считая именно такую жизнь самой достойной и желанной.

В целом таких же представлений придерживались и представители древнеиндийской и древнекитайской философии, рассуждая о судьбе, всеобщих законах, к познанию которых, по их мнению, нужно стремиться и которым следует не противодействовать, а подчиняться, ибо человек не в силах их изменить.

Средневековье и эпоха Возрождения

Позже в христианском мировоззрении эта позиция слияния с природой уступила место другому отношению к ней, когда одухотворенный человек и бездуховная природа оказались на разных ступенях мироздания. Христианские догматы трактуют природу как нечто сотворенное и потому преходящее, изменчивое, в противоположность вечному, духовному началу — Богу. Отсюда ориентация на возвышение человека, наделенного бессмертной душой, над тленной природой. И хотя реальная зависимость людей от стихии природных сил при таком (духовном) возвышении не уменьшается, отношение материи и духа все в большей мере решается в пользу последнего. Наиболее сильно это проявилось в средневековой философии, когда теологические догматы доминировали над ней и составляли основу мировоззрения абсолютного большинства людей.

Эпоха Возрождения, восстановившая многие ценности и идеалы античности, характеризуется повышенным интересом к искусству, эстетике, прекрасному. На этой волне она привнесла и обновленное отношение к природе как к источнику красоты и вдохновения, возродив тем самым глубоко уважительное отношение античных мыслителей ко всему естественному, природному. Такая установка, разумеется, нацеливала на активное исследование и более глубокое познание реальной действительности.

Космологические и натурфилософские идеи, развиваемые в это время Н. Коперником, Г. Галилеем, Н. Кузанским, Дж. Бруно и др., напрямую связаны с изменившимся отношением к природе и в немалой степени из этого же отношения и проистекают.

Новое время и становление капитализма

Еще в большей степени природа становится объектом познания (прежде всего научного) в Новое время. С этих пор она начинает рассматриваться уже не только как источник теоретического или эстетического вдохновения, но и как поприще активной практической деятельности, результатом которой становится выявление и познание естественных законов, дающих человеку возможность укротить, покорить стихийные силы природы. Считалось, что инертные природные процессы могут и потому должны быть подчинены абсолютному господству человеческого разума.

Для этого нужно только познать их, подвергнуть испытанию. Подобные взгляды хорошо передают слова знаменитого английского философа того времени Ф. Бэкона (1561—1626), который писал: «Пусть никто не надеется, что он сможет управлять природой или изменять ее, пока должным образом ее не узнает»⁹.

Тенденция к овладению природой, покорению ее стихии на основе познания естественных законов с того времени неизменно набирала силу вплоть до середины ХХ столетия. Этому в значительной мере способствовали и серьезные успехи в развитии науки, и технические достижения, все больше вселявшие в человека уверенность в своих силах. Знание естественных законов и умение их использовать действительно помогали человеку противостоять могучим силам природы, на что обратил внимание Гегель: «Какие бы силы ни развивала и ни пускала в ход природа против человека — холод, хищных зверей, огонь, воду, он всегда находит средства против них и при этом черпает эти средства из самой же природы, пользуется ею против нее же самой»¹⁰.

Уверенность человека в своем неограниченном превосходстве над природой крепла по мере развития научно-технического прогресса.

Буржуазные революции в Европе дали мощный толчок экстенсивному освоению природы, что выразилось, в частности, в тенденции к постоянному увеличению объема и разновидностей природных ресурсов, вовлекаемых в хозяйственный оборот. Этому способствовало и то, что масштабы экономической деятельности практически не ограничивались в то время сырьевой базой, т. е. наличием строительного материала и полезных ископаемых, не было ограничений и со стороны энергетических ресурсов. Их вполне хватало для нужд растущего производства любой страны, и если они истощались или заканчивались в одном месте, то достаточно было обратиться к другим регионам. Дело заключалось только в экономической целесообразности использования тех или иных месторождений. Таким образом, темпы и масштабы экономической деятельности людей в тех условиях определялись практически лишь уровнем развития производительных сил и относительной доступностью природных богатств.

Густой дым из все новых и новых заводских труб, увеличивающиеся карьеры и растущие терриконы (отвалы пустой породы на поверхности земли при шахтах и рудниках) даже еще в первой половине ХХ столетия на уровне обыденного сознания людей воспринимались как символы прогресса и свидетельствовали об экономических успехах и могуществе человека. И лишь отдельные ученые, наиболее проницательные мыслители высказывали озабоченность возрастающей экспансией человека, опасностью, которую таит в себе неконтролируемый технический прогресс для окружающей человека среды, а следовательно, и для него самого.

Так, Ж. Ж. Руссо, автор концепции естественного права, полагал, что законодательство должно проистекать из естественных, данных самой природой законов человеческого общежития. Он активно критиковал науку и цивилизацию за то, что они не способствуют совершенствованию нравов и призывал вернуться «назад к природе». На это его не менее известный соотечественник и сторонник технического прогресса Вольтер язвительно замечал: «Когда я слушаю Руссо, мне хочется встать на четвереньки и бежать в лес». Эта полемика между сторонниками и противниками научно-технического прогресса, начатая еще в XVIII в. Вольтером и Руссо, не утихает и по сей день, подпитываясь, с одной стороны, реальными достижениями человека в области науки и техники, которые, несомненно, улучшили его жизненные условия и увеличили возможности противостоять стихийным силам природы, а с другой — все новыми и новыми проблемами, порождаемыми научно-техническим прогрессом и подрывающими, как теперь выяснилось, хрупкие основы жизни людей.

Анализируя экономические успехи наиболее развитых стран своего времени, когда побочные негативные явления от производственной деятельности людей еще не были столь очевидны, Ф. Энгельс в XIX столетии обратил внимание на то, что человек, добиваясь значительных результатов в овладении природой, не всегда осознает значение своих побед. В результате ему приходится расплачиваться более дорогой ценой за достигнутое, чем это можно было бы предположить заранее. И если бы такая перспектива была доступна человеческому пониманию наперед, люди, несомненно, нередко отказывались бы от многих своих затей.

История дает немало примеров того, как стихийная, направленная на получение кратковременной выгоды система землепользования приводила к нарушению экологического равновесия в естественных природных процессах, многие из которых потом так и не восстанавливались. К тому же имели место и ряд других негативных последствий. «Людям, которые в Месопотамии, Греции, Малой Азии и других местах выкорчевывали леса, чтобы получить таким путем пахотную землю, — писал Ф. Энгельс, — и не снилось, что они этим положили начало нынешнему запустению этих стран, лишив их вместе с лесами центров скопления и сохранения влаги... Еще меньше они предвидели, что этим они на большую часть года оставят без воды свои горные источники, с тем чтобы в период дождей эти источники могли изливать на равнину тем более бешеные потоки»¹¹.

Реалии ХХ в. Экологический кризис

За последнее столетие во взаимоотношениях людей с природой произошли разительные перемены. С одной стороны, сработал закон взаимозависимости количественных и качественных изменений, когда исподволь накапливавшиеся столетиями негативные последствия человеческой деятельности обрели в своей совокупности новое качество. Проявилось это в опустынивании многих, прежде жизнеспособных, территорий, катастрофическом загрязнении атмосферы, водных бассейнов и т. п. Достаточно сказать, что пустыни в настоящее время занимают более 40% всей поверхности суши, а озоновые дыры в стратосфере, проблема сохранения чистоты Байкала или малые и большие реки, превратившиеся в сточные канавы, также появились не в одночасье.

С другой стороны, планета стала слишком тесной, «маленькой» для все увеличивающегося числа людей. Сегодня практически не осталось ни одной части суши, водного или воздушного океана, которые были бы свободны от воздействия на них человека. При этом негативное антропогенное влияние на природу нередко достигает той границы, за которой деградация естественной среды принимает необратимый характер. Такое положение характеризуется как экологический кризис.

Только в последнее время люди стали осознавать, что природа в состоянии лишь в определенных пределах справляться с антропогенными нагрузками, пока сохраняется мера, в рамках которой отходы экономической деятельности утилизируются естественным путем. Нарушение же этой меры ведет к качественным изменениям биосферы, зачастую необратимым. Причем с тем загрязнением, которое возникает естественным путем в виде пыли, поднимаемой ветром или выбрасываемой вулканами, дыма от лесных пожаров или естественным выходом нефти на поверхность Земли, природа сама достаточно легко справляется. Но человек создал дополнительные нагрузки на окружающую среду, значительно превышающие ее естественные возможности противостоять такому воздействию. Все возрастающими темпами он выбрасывает на поверхность Земли, в атмосферу и водоемы гораздо больше химических элементов, особенно тяжелых, чем их содержится в естественных загрязнителях; при этом добавил к ним еще многочисленные искусственные материалы, такие как пластмассы, керамика, стекло и т. п., которые природа оказалась уже не в состоянии абсорбировать (утилизовать) без помощи человека. Отсюда отравленные химией поля и водоемы, как следствие, и наши продукты, смоги над городами, рукотворные горы мусора, отходов производства и т. п. стали постоянными спутниками человеческого бытия.

История, таким образом, подтвердила справедливость слов, сказанных еще более ста лет тому назад: «Не будем, однако, слишком обольщаться нашими победами над природой. За каждую такую победу она нам мстит. Каждая из этих побед имеет, правда, в первую очередь те последствия, на которые мы рассчитывали, но во вторую и третью очередь совсем другие, непредвиденные последствия, которые очень часто уничтожают значение первых»¹².

В попытках понять суть столь стремительно произошедших перемен в отношениях общества с природой человек, как и прежде, обращается к своему разуму, подвергая научному и философскому осмыслению происходящее.

3. Географическая среда

То, что природная среда оказывает влияние на жизнь отдельных людей, обычно не вызывает больших сомнений в силу многих вполне очевидных причин. Тем не менее, когда речь идет об общественно-историческом процессе или развитии материального производства, возникает вопрос о том, зависят ли они от естественных условий, и если да, то как. В связи с этим важное значение приобретает анализ понятия «географическая среда», которое при обсуждении данной темы активно используется в науке и философии наряду с близкими ему по значению терминами «природа», «естественная среда», «окружающая действительность», но в своем содержании к ним не сводится.

Географическая среда — это та часть земной природы, которая вовлечена в сферу человеческой деятельности и составляет необходимое условие существования и развития общества. В данном случае речь идет о влиянии различных параметров: территории, климата, ресурсов, ландшафта, рельефа местности и т. п. на темпы и характер общественного развития.

Параметры географической среды

В процессе труда и производства материальных благ люди используют различные элементы природы, вовлекая их в оборот тем активнее, чем шире становится сфера их экономической деятельности. В итоге изменяется и расширяется область непосредственного взаимодействия человека и природы, т. е. увеличиваются рамки географической среды. Так, если первобытные люди обходились главным образом естественными источниками жизни растительного и животного происхождения, а для изготовления орудий труда пользовались подручными средствами — камнем и деревом, то на более поздних этапах экономического развития все возраставшую роль играли полезные ископаемые и энергетические ресурсы, добыча которых существенно расширяла географию человеческой активности.

Наряду с этим неизменно шел процесс усложнения характера труда, обусловленный географическими факторами. Так, человек в своей практической деятельности сталкивается не только с благоприятными природными условиями, но и с суровой, малопригодной для жизни средой. Например, умеренный климат, высокоплодородная почва, достаточность влаги и т. п. дают возможность при относительно более низких затратах труда получать хорошие урожаи, а доступность и простота залегания природных ресурсов упрощают их добычу и снижают себестоимость конечного продукта.

Однако на планете таких благоприятных мест относительно немного, и постоянно растущее население Земли со временем вынуждено было осваивать все более неудобные и труднодоступные территории. Суровые климатические условия, горная или болотистая местность, затрудняющие ведение сельского хозяйства, строительство дорог, иных инженерных коммуникаций и сооружений значительно увеличивают физические, энергетические и другие затраты людей в процессе их производственной деятельности.

Разумеется, что экономическая деятельность людей сопровождается трансформацией географической среды, в результате чего меняются ландшафты, почвенный покров, химический состав воздуха, воды и т. п. Примером такого рода отношений природы и общества может служить современная Африка, где только за последнее столетие площадь лесов сократилась в два раза и составляет в настоящее время лишь четверть всей территории огромного континента. Данное явление рассматривается учеными как результат приверженности местного населения к архаичным, экстенсивным системам ведения сельского хозяйства, что приносит не меньше, а даже больше вреда, чем начавшаяся там индустриализация. В итоге на африканском континенте все шире развертывается наступление пустынь на степи, степей — на саванны, а саванн — на тропические леса. Напряженная экологическая ситуация характеризуется и заметным изменением стока многих рек, повышенной эрозией и снижением плодородия почв.

Но помимо человеческого влияния на природу географическая среда всегда претерпевала изменения, обусловленные также и естественными причинами. На это указывает вся геологическая история Земли, где случались великие оледенения и катастрофические извержения вулканов, периодически происходят подъемы и опускания суши, землетрясения, наводнения и иные стихийные бедствия, существенно меняющие облик Земли и условия жизни людей.

Общественное развитие и географическая среда

Итак, хотя, по мнению многих ученых, географическая среда не является основной причиной, определяющей общественное и экономическое устройство общества, она тем не менее, как было показано, может оказывать влияние на ход исторического процесса, ускоряя или замедляя развитие производительных сил. Заметим при этом, что вплоть до нашего столетия производственная и общественная жизнь людей тем меньше зависела от географической среды и стихийных сил природы, чем выше становился их экономический и научно-технический потенциал.

ХХ в. принципиально изменил ситуацию, не просто нарушив указанную закономерность, но и придав ей обратную зависимость; т. е. теперь, когда человечество стало планетарным явлением, его экономический рост натолкнулся на естественные границы географической среды, которая и по размерам, и по своим ресурсам оказалась слишком мала для современных, все возрастающих масштабов производственной деятельности людей. Подсчитано, что только за последние три десятилетия в мире использовано столько же сырья, сколько человечество потребило за всю свою предыдущую историю. В ближайшие десятилетия при сохранении существующих темпов экономического роста промышленное производство может увеличиться еще в 2—3 раза, что потребует дополнительно огромного количества природных ресурсов.

Еще больше изменяет облик Земли искусственно созданная человеком среда его обитания, так называемая вторая природа, о бытии которой уже шла речь в первой главе. Она являет собою огромные мегаполисы и бесчисленные населенные пункты, которыми покрылась вся хоть сколь-нибудь пригодная для жизни материковая и островная территория планеты. Это также и густая сеть автомобильных и железных дорог, каналы, карьеры, отвалы, свалки и многое, многое другое, сотворенное человеком и никогда не существовавшее до него.

Сегодня, таким образом, ведущая роль в изменении географической среды, бесспорно, перешла к человеку, но в то же время он потерял обретенную к началу нашего столетия относительную независимость от нее, натолкнувшись на уже упоминавшиеся естественные барьеры. Данное обстоятельство, как и сказанное выше, объясняет сохранявшийся не одно столетие, а время от времени и возраставший интерес к попыткам дать теоретическое обоснование роли географической среды в развитии общества.

Географические школы

Совокупность накопленных в этой сфере идей составила так называемую географическую школу с ее весьма популярными в различное время концепциями «географического детерминизма», «убывающего плодородия почвы», «геополитики» и т. п.

Хотя родоначальниками географической школы и принято считать французских мыслителей XVIII в. А. Тюрго и Ш. Монтескье, она как система различных учений, приписывающих географическому положению и природным условиям определяющую роль в развитии общества, берет свое начало еще в античности. Гиппократ, Геродот, Полибий, Страбон и другие, уделяя большое внимание климатическим различиям разных регионов, считали наиболее благоприятными для жизнедеятельности людей Грецию и Средиземноморье.

Развитие аналогичных идей в Средневековье обычно связывают с именем арабского историка Ибн-Хальдуна. Однако подлинный интерес к ним возник в эпоху Просвещения, когда идеи географического детерминизма, объясняющие общественное устройство и законы исторического развития естественными причинами, стали вытеснять господствовавшие до этого религиозные представления о божественном характере социальной жизни. Такие взгляды вполне соответствовали нарождавшимся в то время новым капиталистическим отношениям, и потому с тех пор они получают широкое распространение во Франции, Англии, Германии, а несколько позже и в России.

Возраставшему населению Земли требовалось все больше и больше средств существования, прежде всего продовольствия.

Однако его производство, как известно, находится в прямой зависимости от естественных условий, в первую очередь от наличия пригодной для ведения сельского хозяйства земли. А ее ограниченность (тогда еще относительная) стала заметной специалистам уже в XVIII в.

Концепции «естественных законов»

В связи с этим, исследуя возможность интенсификации земледелия, что определенным образом является решением данной проблемы, французский философ и экономист А. Тюрго (1727—1781) сформулировал «закон убывающего плодородия почвы». Смысл его состоит в том, что каждое добавочное вложение труда и капитала в обрабатываемую землю дает меньший по сравнению с предыдущим вложением результат, а по достижении определенного предела всякий дополнительный эффект становится невозможным.

Несколько позже английский экономист Т. Р. Мальтус (1766—1834) развил эти идеи и выдвинул ставшую затем широкоизвестной концепцию, в соответствии с которой существует «естественный закон», регулирующий численность населения в зависимости от обеспеченности его продуктами питания. Согласно этому закону количество людей на планете увеличивается в геометрической прогрессии, в то время как средства существования возрастают только в арифметической, а это неизбежно ведет к «абсолютному перенаселению» и грозит многими социальными бедами. Подчеркивая жесткую зависимость общественного развития от вечных законов природы, Мальтус отмечал: «Явления природы подчинены неизменным законам, и мы не имеем никакого права думать, что с тех пор, как существует мир, законы, управляющие населением, подверглись каким-либо изменениям»¹³. С этой точки зрения каждый новорожденный попадает в мир, уже занятый другими, где ему попросту нет места. Отсюда делается вывод, что сострадание к бедным ведет к обострению и без того сложных демографических проблемы.

Выводы Мальтуса о том, что голод, эпидемии и войны — это естественные регуляторы «перепроизводства» людей, породили не только восторженных сторонников, но и активных противников его идей. В особенности активными были Маркс и его последователи, которые резко критиковали мальтузианство за преувеличение роли естественных (географических) факторов в жизни общества и недооценку способности людей регулировать свою численность посредством целенаправленной социальной политики.

Освободившись от наиболее одиозных выводов своего предшественника, последователи идей Мальтуса продолжили его учение в виде неомальтузианства, возникшего на волне «демографического взрыва», который стал реальностью в начале ХХ столетия (подробнее об этом речь будет идти в последней главе).

Географический детерминизм

Рассматривая различные направления и течения географической школы, обычно выделяют крайнюю ее форму — механистический географический детерминизм, который утверждает почти полную обусловленность деятельности человека естественной средой. Основателем и наиболее ярким представителем этого течения является французский философ-просветитель Ш. Л. Монтескье (1689—1755). В обширном сочинении «О духе законов» он обстоятельно изложил свою концепцию, в соответствии с которой жизнь людей, их нравы, законы, обычаи и даже политическое устройство непосредственно проистекают из географических и климатических условий, в которых они живут. Признавая, что природа создала людей равными от рождения, он затем выводит различие между ними с позиции географического детерминизма. «Бесплодие земли, — говорит он, — делает людей изобретательными, воздержанными, закаленными в труде, мужественными, способными к войне; ведь они должны сами добывать себе то, в чем им отказывает почва. Плодородие страны приносит им вместе с довольством изнеженность и некоторое нежелание рисковать жизнью»¹⁴.

Подобные рассуждения Монтескье использовал в анализе общественных систем даже относительно целых континентов, сравнивая, в частности, жизнь азиатских и европейских народов. Азия, говорит он, совершенно не имеет умеренного пояса, поэтому те страны, которые расположены в очень холодном климате этого континента, непосредственно соприкасаются с теми, которые находятся в климате очень жарком. В Европе, напротив, умеренный пояс весьма обширный, и климат там становится более холодным от юга к северу постепенно. А так как каждая страна по своим климатическим характеристикам весьма сходна с соседней, то и резких различий между ними не наблюдается. «Отсюда следует, — заключал Монтескье, — что в Азии народы противостоят друг другу, как сильный слабому; народы воинственные, храбрые и деятельные непосредственно соприкасаются с народами изнеженными, ленивыми и робкими, поэтому один из них неизбежно становится завоевателем, а другой — завоеванным. В Европе, напротив, народы противостоят друг другу как сильный сильному; те, которые соприкасаются друг с другом, почти равно мужественны. Вот где великая причина слабости Азии и силы Европы, свободы Европы и рабства Азии, причина, насколько мне известно, никем еще не выясненная. Вот отчего в Азии свобода никогда не возрастает, между тем как в Европе она возрастает или убывает, смотря по обстоятельствам»¹⁵.

Соответствующие объяснения дает Монтескье и при описании специфики жизни островных народов. Они якобы более склонны к свободе, чем жители континентов, так как обычно небольшие размеры островов, по его мнению, затрудняют возможность для одной части населения угнетать другую. Острова отделены морем от больших империй, и тирания не может получить от них поддержку, море также преграждает путь завоевателям. Отсюда, считает он, «островитянам не угрожает опасность быть покоренными, и им легче сохранять свои законы».

Оценки и выводы Монтескье о жесткой зависимости общественной жизни людей от природных условий получили не только дальнейшее развитие, например, у Г. Т. Бокля, Э. Реклю, Л. И. Мечникова и других, но и были подвергнуты серьезной критике с позиции так называемого географического индетерминизма — отрицающего причинность во взаимодействии природы и общества.

Социальный детерминизм

Другая позиция, которая была противопоставлена излишне прямолинейным взглядам географического детерминизма, связана прежде всего с теорией марксизма, где уровень и направленность общественного развития определяются в первую очередь уровнем развития материального производства. С этой точки зрения природа включается в историю людей, так как в процессе производства человек преобразует не только ее, но и самого себя. В итоге меняется вся совокупность общественных отношений, которые, по К. Марксу, составляют сущность человека. Отсюда делается вывод, что и формирование отдельных качеств людей, и развитие общества зависят прежде всего не от географической среды, а от материального производства, и только анализируя исторически изменяющийся характер производственной деятельности людей, можно говорить о том, как влияют определенные природные условия на те или иные общественные процессы. При этом во взаимодействии природы и общества активной стороной всегда выступает человек, и следовательно, не характер естественной среды определяет характер среды социальной, а наоборот.

Как писал К. Маркс, люди регулируют «свой обмен веществ с природой, ставят его под свой общий контроль» и тем самым препятствуют тому, чтобы слепые силы природы господствовали над ними.

Геополитика

Отмеченное разногласие приведенных выше позиций обнаружилось еще больше во второй половине XIX столетия, когда яркий представитель географического детерминизма английский историк Г. Т. Бокль (1821—1862) в двухтомном труде «История цивилизации Англии», объясняя отсталость колониальных народов спецификой их климата и природы, сделал вывод о естественности социального неравенства. В последующем эти идеи Бокля составили основу нового направления в географической школе геополитики, главные идеи которой формировались Ф. Ратцелем и К. Хаусхофером в Германии, Г. Маккиндером в Великобритании, А. Т. Мэхэном и Н. Спикменом в США, а также Р. Челленом в Швеции, который первым употребил этот термин в 1916 г. В его работе «Государство как форма жизни» получили развитие социал-дарвинистские идеи Ф. Ратцеля, согласно которым природные условия являются определяющим фактором развития государств в мировой истории, а само государство рассматривается как биологический организм, сформировавшийся под влиянием различных факторов воздействия географической среды на его население. Отсюда, по мнению Челлена, борьба того или иного государства за жизненное пространство есть не что иное, как естественный закон борьбы за существование — закон жизни всякого живого организма. Именно это, считает он, лежит в основе того, что «жизнеспособные государства», имеющие стесненное, ограниченное пространство, руководствуются категорическим политическим императивом, согласно которому они вынуждены (и потому имеют право) расширить свою территорию путем колонизации, завоевания и т. п. В таком положении была Англия, а в настоящее время находятся Япония и Германия, писал он в упомянутой выше книге и заключал, что для них здесь имеет место «естественный и необходимый рост в целях самосохранения»; т. е. войны, по его мнению, не только неизбежны, но и необходимы.

В таком варианте геополитика, наряду с расовой теорией, составила основу официальной доктрины немецких нацистов и обосновала подготовку ко Второй мировой войне, завоевание «жизненного пространства» и массовое истребление народов оккупированных территорий. Карл Хаусхофер, наиболее яркий представитель нацистской геополитики, развил основные ее идеи, издавая с 1924 г. «Геополитический журнал», и оказал большое влияние на Гитлера и его работу «Майн кампф». После Второй мировой войны фашистская геополитика с ее идеями жизненного пространства и расового превосходства была отнесена к числу преступных концепций.

В других формах идеи географического детерминизма продолжают активно использоваться и сегодня, в частности, для объяснения (и оправдания) огромного разрыва в социально-экономическом развитии между «передовым индустриальным Севером» и «отсталым аграрным Югом», т. е. между экономически развитыми и развивающимися странами. Так, известный американский политолог З. Бжезинский, обосновывая тезис об «однополярном мире» и лидирующей роли США на мировой арене в постсоветский период, пишет: «Для Соединенных Штатов евразийская геостратегия включает целенаправленное руководство динамичными с геостратегической точки зрения государствами и осторожное обращение с государствами-катализаторами в геополитическом плане, соблюдая два равноценных интереса Америки: в ближайшей перспективе — сохранение своей исключительной глобальной власти, а в далекой перспективе — ее трансформацию во все более институционализирующееся глобальное сотрудничество. Употребляя терминологию более жестких времен древних империй, — откровенно заявляет З. Бжезинский, — три великие обязанности имперской геостратегии заключаются в предотвращении сговора между вассалами и сохранении их зависимости от общей безопасности, сохранении покорности подчиненных и обеспечении их защиты и недопущении объединения варваров»¹⁶.

Приведенная цитата — типичный пример современной американской геополитики в действии. Знание ее позволяет лучше понять природу многих военных конфликтов, в основе которых лежит борьба за сферы влияния на мировой политической арене, за обладание энергетическими и сырьевыми ресурсами.

Современные формы географического детерминизма

В современной науке имеются и другие теории общественного развития, в которых географической среде придается первостепенное значение. Так, ярким представителем новейшей формы географического детерминизма является известный российский историк, географ Л. Н. Гумилев (1912—1992), автор пассионарной теории этногенеза, в основе которой лежат представления об этносе как биосферном феномене, теснейшим образом связанном с ландшафтом. Согласно его концепции социальное развитие идет по спирали, а этническое — дискретно, т. е. имеет начала и концы. В основе как социальных, так и этнических процессов, определяя их направленность, лежат в первую очередь географические причины. «Этногенез, — пишет Гумилев, — природный процесс, флуктуация биохимической энергии живого вещества биосферы. Вспышка этой энергии — пассионарный толчок, происходящий в том или ином регионе планеты, — порождает движение, характер которого определяется обстановкой: географической, влияющей на хозяйственную деятельность этноса»¹⁷.

Данные идеи вытекают, в частности, из его анализа исторического развития азиатского региона. Как отмечал Л. Н. Гумилев, с середины VI в. глава тюркютов Бумын-каган (каган — титул главы государства у древних тюркских народов) покорил многие тюркские племена и создал Великий Тюркютский каганат, простиравшийся от Желтого моря до Черного. Таким образом, к началу VII в. положение и расстановка сил там были стабильные, но «снова в историю вмешалась природа», и произошел раскол каганата на два разных государства и этноса — восточный и западный.

«Восточный каганат был расположен в Монголии, где летнее увлажнение стимулировало круглогодовое кочевание, при котором пастухи постоянно общаются друг с другом. Навыки общения и угроза Китая сплачивали народ вокруг орды и хана, и держава была монолитной»¹⁸.

Западный же каганат находился в предгорьях Тянь-Шаня, где из-за суровой зимы нужно было запасать сено для скота. Таким образом, скот и молодежь летом уходили на горные пастбища, а пожилые работали около зимовий.

Встречи были редки, и навыков общения не возникало. Поэтому там сложилась племенная конфедерация, управляемая десятью разрозненными племенными вождями. В итоге это ослабило западный каганат настолько, что в 757 г. его легко завоевали войска династии Тан. «Но откуда взял силы Китай? — задается вопросом Л. Н. Гумилев и отвечает: — От природы! Новый пассионарный толчок вызвал новый взрыв этногенеза от Аравии до Японии»¹⁹.

С позиции своей оригинальной теории Л. Н. Гумилев объяснял также и сложившийся к сегодняшнему дню баланс общественных систем, и современные тенденции социального развития, что множит как число его сторонников, так и оппонентов. Это лишь указывает на то, что Л. Н. Гумилев затронул такие проблемы, которые все больше обнаруживают свою фундаментальность в современных условиях, когда человечество вплотную подошло к естественным пределам своего развития и столкнулось с необходимостью решать сложнейшие задачи во взаимоотношениях с природой.

4. Социальная экология

Как сфера научных и философских знаний социальная экология сложилась совсем недавно — с конца 60-х до середины 80-х гг. ХХ столетия. Это, однако, не означает, что экологические проблемы — явление только Новейшего времени. Несомненно, они имели место и в прошлом, но отсутствие достаточно полной информации о ранних этапах развития биосферы позволяет говорить о них по большей части в гипотетической форме.

История экологических катастроф

К такого рода предположениям относится, например, гипотеза о гибели динозавров в результате экологической катастрофы. Ученые, исследовавшие мелкие стеклянные шарики, которые в значительных количествах находят в отдельных регионах планеты и природа которых остается загадкой, склоняются к мнению, что они представляют собой оплавившееся вещество метеоритного происхождения. Отсюда делается вывод о столкновении около 65 млн лет тому назад Земли с огромным метеоритом, размеры которого в диаметре достигали нескольких километров. В результате такого столкновения начались сильные пожары, дым от которых густым покровом окутал Землю, что привело к резкому похолоданию и гибели живших в то время динозавров.

Имеется также немало древних источников, которые указывают на сугубо экологические причины гибели реально существовавших цивилизаций, в частности шумерской, погибшей в конце III тысячелетия до н. э. от жестокой засухи, возникшей в результате изменения солнечной активности. Считается, что превращение некогда цветущих долин Тигра и Евфрата в пустыню стало результатом неправильного ведения орошаемого земледелия, вызвавшего эрозию и засоление почвы. Можно указать и на более поздние примеры, имеющие вполне достоверное подтверждение: облысение некогда лесистых гор Греции в результате чрезмерного разведения коз или непродуманный завоз кроликов в Австралию и их ассимиляция в естественных условиях, приведшая к неимоверному размножению и, как следствие, к колоссальному ущербу для окружающей среды и сельского хозяйства.

В прошлом веке большой популярностью пользовалась теория катастроф, которую в 1812 г. выдвинул французский ученый Ж. Кювье (1769—1832). Пытаясь объяснить природу останков фауны и флоры, наблюдаемых в геологических пластах, он высказал гипотезу, согласно которой на Земле периодически повторяются внезапные перемещения горных пород, изменяющие рельеф земной поверхности и уничтожающие все живое. Эта идея, однако, не нашла широкого распространения в последующем, так как интенсивное развитие научных знаний о нашей планете, ее истории и структуре дало богатый материал для других гипотез и лишило теорию катастроф ее былой привлекательности уже к концу XIX в.

В немалой степени этому способствовало появление принципиально новой области научных знаний — экологии.

Происхождение экологии

Термин «экология» этимологически происходит от греческих слов oikos — дом, жилище и logos — учение, и в самом широком смысле этого слова означает любую организацию, систему, образованную живым организмом (или живыми организмами, существами) со средой обитания. Своим происхождением этот термин обязан немецкому биологу Э. Геккелю, который в 1869 г. ввел его в научный обиход для обозначения одного из разделов биологии, призванного изучать взаимодействие живых организмов с окружающей средой. Долгое время вопросы экологии относились к компетенции исключительно естественных наук, прежде всего биологии. Затем, по мере того как стали обнаруживаться экономические, гуманитарные и даже политические аспекты в отношениях общества с природой, экология все больше становилась предметом исследования и общественных наук. Уже первые гуманитарные и философские исследования достаточно быстро подтвердили, что проблемы взаимодействия общества и природы — это прежде всего проблемы самого общества, его социально-экономической организации, сложившейся системы ценностей и представлений об окружающем мире и месте в нем человека.

Законы социальной экологии

Так сформировалась область научных исследований, получившая название социальной экологии, а термин «экология» достаточно быстро и широко распространился, выйдя далеко за рамки биологических наук. В середине 70-х гг. нашего столетия были сформулированы четыре основных закона социальной экологии:

• все связано со всем;

• все должно куда-то деваться;

• природа знает лучше;

• ничто не дается даром²⁰.

Эти законы постулировали неразрывную взаимозависимость человека с окружающей средой и установили запрет на его произвольное и необдуманное вмешательство в природу.

По мере нарастания опасности со стороны экологических проблем они все больше становились предметом изучения. Так, помимо социальной экологии возникли и другие, совершенно новые области научного знания: экология человека, глобальная экология, экология города и т. п. В сфере взаимодействия как отдельных людей, так и общества с окружающей средой экологические проблемы в значительной мере обрели философский контекст, так как затронули фундаментальные основы человеческого бытия, по-новому поставили вопрос об уникальности жизни на Земле и необходимости сохранять ее биологическое разнообразие.

Философский контекст экологической проблемы

Выход за рамки частных наук и более широкий, философский взгляд на проблему позволили установить, что в биосфере все уникально взаимосвязано и находится в естественно регулируемом равновесии. Более того, сама биосфера является органической частью нашей планеты, образуя на ее поверхности еще более сложное образование — биогеосферу, которая подверглась серьезным изменениям с тех пор, как совокупная человеческая деятельность достигла уровня, соизмеримого с геологическими процессами Земли. Эти изменения ведут к утрате первозданного облика планеты и подрывают основы человеческого бытия, обостряя извечную философскую проблему смысла жизни и делая экологическую проблематику важнейшим разделом современной философии.

При этом философское осмысление экологических проблем имеет свою специфику. Философия не решает частные проблемы, возникающие во взаимоотношениях природы и общества, и не дает конкретных рекомендаций по их устранению. Эта задача для специальных дисциплин. У философии другая роль — анализ и обобщение конкретных результатов, выявление тенденций и динамики происходящих процессов, определение естественных взаимосвязей, исторических зависимостей и т. п. На этой основе формулируются философские обобщения, уточняются важнейшие понятия, постулируются основополагающие принципы, что не только служит познавательным целям, делу экологического образования, но является методологической базой для частных наук, решающих конкретные природоохранные задачи.

При философском подходе важно, например, различать такие понятия, как «проблемы взаимодействия природы и общества» и «экологические проблемы», которые нередко употребляются как синонимы, хотя на самом деле таковыми не являются. Но если на уровне обыденного сознания такое смешение понятий не играет существенной роли, то для научного и практического решения обсуждаемых проблем это имеет принципиальное значение.

Важным в связи с этим является понятие «среда обитания» живых организмов, которая в своем обобщенном, предельном понимании есть не что иное, как часть биосферы — земной оболочки, где протекает жизнь, и которая «включает как область распространения живого вещества, так и само это вещество».

С появлением человека как одного из составляющих живого вещества в особой (социальной) форме возникает еще более сложная система — «биосфера и человек». Она характеризуется тем, что человек, включенный в биосферу, своей целенаправленной деятельностью изменяет ее, качественно преобразуя не только условия своего существования (изменяя естественную и создавая искусственную среду обитания), но и, достигнув современных масштабов и форм экономической деятельности на основе беспрецедентного развития науки и техники, оказывает прямое и косвенное влияние на все формы жизнедеятельности в масштабах практически всей планеты. Именно в этой области, где живые организмы, в том числе и люди, взаимодействуют с окружающей средой, имеют место собственно экологические проблемы, которые, как было показано в начале этой главы, возникали в виде локальных кризисов на протяжении многих тысячелетий и не обязательно были связаны только с деятельностью людей. Это теперь, в наше время, влияние человека на среду обитания стало столь велико, что другие факторы просто померкли, представляются незначительными и потому, как правило, упускаются из виду.

Проблемы же системы «природа — общество» касаются более широкого круга вопросов, выходящих за рамки собственно экологии, и включают, например, обеспеченность человечества сырьевыми и энергетическим ресурсами, освоение космического пространства и т. п. В этом смысле их появление относится к более позднему периоду исторического развития, к началу эпохи ускоренного экономического роста, который начался около двухсот лет тому назад. Поэтому когда речь идет о проблемах взаимодействия общества с природой, имеется в виду весь комплекс проблем, связанный с природопреобразующей деятельностью человека. Это и обеспеченность всевозможными ресурсами, и поддержание окружающей среды в пригодном для жизни состоянии, и освоение новых пространств, исследование космоса, океана и т. п.

Собственно же экологическими проблемами будут только те из них, которые связаны с изменениями, вносимыми человеком в природные процессы, а также с охраной окружающей среды от загрязнения и с поддержанием способности биосферы в полном объеме воспроизводить биологические циклы. Это, собственно, и составляет предмет социальной экологии, где философский аспект играет важнейшую роль, так как дело касается вопросов фундаментальных и вместе с тем весьма широких.

Речь идет, во-первых, об изучении способности биосферы поддерживать стабильное экологическое равновесие; во-вторых, об установлении зависимости экологической ситуации от исторически определенных отношений людей в процессе производства и, в-третьих, о выявлении способности окружающей человека среды обеспечивать его основные потребности как биосоциального существа, ибо по своей биологической природе он нуждается в здоровой пище, чистой воде и воздухе, сохраненных в естественном состоянии территориях и т. п., а как существо социальное, он использует природу в качестве источника сырья и энергии в процессе своей экономической деятельности. Осмыслить и понять указанные проблемы, а следовательно, открыть путь к решению столь сложных задач невозможно без философии, без ее целостного и обобщающего взгляда на весь комплекс проблем взаимодействия общества и природы, на ближайшую и отдаленную перспективу такого взаимодействия.

5. Ноосфера

Человечество как геологическая сила

По мере нарастания опасностей со стороны нерешенных экологических проблем люди все больше задумываются над выходом из кризисной ситуации, стремятся предпринять практические шаги по ее преодолению. В связи с этим большое значение имеют своевременно и правильно сделанные выводы из накопленного опыта, изменившихся обстоятельств. Один из таких принципиальных выводов состоит в том, что еще в недалеком прошлом общественная жизнь могла протекать при соблюдении двух абсолютно необходимых условий: непрерывное производство средств жизни и воспроизводство самого человека. Природная среда при этом была как бы заранее задана, выполняла по отношению к человеку роль некой константы. Ее нужно было только использовать.

Современная эпоха внесла в этот естественно сложившийся баланс серьезную поправку. Теперь возникла необходимость в новом виде производства — в производстве и воспроизводстве самой природной среды, а это означает, что человек объективно стал активным началом уже не только в социальных, но и в подвластных ему природных процессах.

Суть произошедших перемен во взаимодействии общества и природы, а также перспективы такого взаимодействия в научном плане достаточно глубоко были вскрыты в 30—40-е гг. нашего столетия замечательным русским ученым В. И. Вернадским (1863—1945), который одним из первых обратил внимание на качественные изменения биосферы в глобальном масштабе под влиянием природопреобразующей деятельности человека. Анализируя беспрецедентные масштабы и формы проявления этой активности, он пришел к выводу, что на современном этапе «человечество, взятое в целом, становится мощной геологической силой»²¹.

Становление новой реальности

Вернадский предпринял попытку научно обосновать качественные изменения во взаимодействии общества и природы под влиянием деятельности человека, рассматривая общество как единство живой и неживой природы, как целостную систему, в которой человек доминирует в качестве активного субъекта. Достижение такого состояния во взаимодействии общества и природы, при котором разумная деятельность человека становится определяющим фактором, он определил понятием «ноосфера» (от греч. noos — ум, разум и sphaira — сфера), т. е. сферой разума. Ноосфера с тех пор мыслится как высшая ступень интеграции всех форм существования материи, когда любая преобразующая деятельность человека будет основываться на научном понимании естественных и социальных процессов и органически согласовываться с общими законами развития природы. Иными словами, это высший этап эволюции системы «общество — природа», этап, которого еще нет, но который уже начал формироваться и обязательно должен быть, если человечество хочет избежать потрясений и в будущем жить достойно.

Достижение такого этапа, по мнению многих исследователей, может состояться в том случае, если и общество, и природа будут гармонично эволюционировать в одном направлении — по пути оптимизации своего взаимодействия. Данный тип согласованного развития именуется коэволюцией природы и общества и имеет своим итогом достижение ноосферы.

Термин «ноосфера» впервые стал употребляться с 20-х гг. нашего столетия французскими учеными Э. Леруа и П. Тейяром де Шарденом, которые рассматривали ее как идеальное образование, как особую внебиосферную «оболочку мысли» планеты. Принципиально иное содержание вкладывал в понятие «ноосфера» В. И. Вернадский. Приняв этот термин в начале 30-х гг. XX в., он рассматривал ноосферу как результат человеческой деятельности, направленной на преобразование биосферы и природы в целом. С его точки зрения, вокруг Земли действительно образовалась «оболочка» антропогенного происхождения, однако это не идеальная сфера, а определенная ступень, этап в развитии биосферы, когда сознательная преобразующая деятельность людей становится реальной движущей силой этого развития, а возникшая таким образом «сфера разума» есть явление материальное, так как и биосфера, и разум человека, и его деятельность рассматриваются с материалистических позиций.

Идеи эволюции отношений общества и природы базируются на новом понимании закономерностей, определивших возникновение и развитие на земной поверхности органического, а впоследствии и социального мира. Результатом же взаимодействия живой и неживой природы стало новое качественное состояние литосферы, гидросферы и атмосферы Земли, что нашло отражение в таких синтетических понятиях, как «биосфера» и «ноосфера». Введение этих понятий в научный обиход и их философское обоснование стало качественно новым этапом в понимании преобразованной природы.

В. И. Вернадский о ноосфере

Такое единство взгляда на все три компоненты: географическую среду, органический мир и общество — принципиально отличает подход, предложенный Вернадским, от предшествовавших попыток объяснить принципы взаимодействия живых организмов с окружающей средой. В этом новом понимании биосфера являет собою не совокупность географической среды и обитающих в ней живых организмов (как то было принято считать раньше), а качественно новое состояние земной поверхности, которое она приобрела в результате длительного взаимодействия организмов с неживой природой, когда уже практически нельзя вычленить отдельно какой-либо элемент, не изменяя сложившегося качества. «На земной поверхности, — писал В. И. Вернадский, — нет химической силы, более постоянно действующей, а потому и более могущественной по своим конечным последствиям, чем живые организмы, взятые в целом. И чем более мы узнаем химические явления биосферы, тем более мы убеждаемся, что на ней нет случаев, когда бы они не были зависимы от жизни. И так длилось в течение всей геологической истории»²².

Ноосфера как философская идея

В 70—80-е гг. прошедшего столетия по вопросам взаимодействия природы и общества велись оживленные дискуссии, в результате чего термин «ноосфера» был возрожден к жизни и в последующем по существу стал священной коровой для целого поколения советских и российских экологов. Несомненно, положительным итогом возросшего внимания к указанным проблемам явилось то, что имя замечательного русского ученого и философа В. И. Вернадского, незаслуженно забытое на многие годы, обрело громкое звучание, а его работы были опубликованы в полном объеме и оказались в центре внимания. Для многих он даже стал непререкаемым авторитетом в области экологии, а его учение о ноосфере получило предельно высокую оценку в качестве «реалистического взгляда на будущее» и оптимистической перспективы для вступившего в глобальный конфликт с природой человечества. И теперь еще нередко высказываются мнения, что альтернативы ноосферной концепции человечества попросту нет, а идеи общественного развития, не имеющие ноосферного аспекта, так или иначе воспринимаются в красках катастрофизма, пессимизма и упадничества.

С другой стороны, все больше высказываются противоположные мнения, в соответствии с которыми в настоящее время не только нет реального процесса перехода биосферы в ноосферу, но даже и признаков его не наблюдается. Более того, некоторыми авторами отвергается даже сама идея ноосферы, так как, с их точки зрения, «лестное роду человеческому учение о ноосфере при очной ставке с действительностью оказалось просто красивым, но весьма опасным мифом»²³. В таких суждениях нашел отражение сугубо сциентистский подход к пониманию сложных явлений, когда увлеченность конкретными выкладками и практической стороной дела, не позволяют оценить философское содержание учения В. И. Вернадского и, в частности, его понимание ноосферы как определенного норматива, задающего необходимые условия для устойчивого развития отношений общества с природой.

Ценность философских идей в том и состоит, что, будучи умозрительными конструкциями, они, как правило, опираясь на научные результаты и теории, идут дальше них, а с религией и мифом хотя и могут быть тесно связаны, но никогда полностью к ним не сводятся, благодаря чему расширяют границы человеческого познания, выходя за рамки науки и разрывая интеллектуальные путы слепых верований. Являясь прежде всего результатом рационального мышления, они отличаются от догматов религии и мифологических верований своей открытостью к постановке любых вопросов и приверженностью к сомнению. В то же время, уходя в область, недоступную для экспериментов и проверки высказываемых положений, они не могут считаться научными и потому вовсе не претендуют на абсолютную точность и безусловную доказательность, как и не дают конкретных рекомендаций и не нацеливают на конкретные практические действия здесь и теперь.

Именно такой философский взгляд на биосферные процессы с перспективой перерастания их в процессы ноосферные и характерен для В. И. Вернадского. При этом он не говорит о безусловном и непременном переходе биосферы в ноосферу, который состоится с необходимостью и при любых обстоятельствах, а рассуждает об этом как о желаемой и наиболее приемлемой альтернативе неуправляемому общественному развитию. Он стремился увидеть контуры будущего через призму открывшихся ему естественнонаучных знаний с полным пониманием того, что будущее есть не только результат развития объективных процессов, но и целенаправленной человеческой деятельности. Однако в область социальной теории, а тем более практики, где он не был специалистом, В. И. Вернадский не вторгался. Как истинный философ и глубокий мыслитель, он не дает конкретных рекомендаций и не предлагает конкретных и немедленных шагов по реализации идей, которые в значительной степени носят спекулятивный, т. е. умозрительный, философский характер и направлены на дальнюю, недоступную точным расчетам перспективу, без осмысления которой человек теряет важные ориентиры и рискует полностью погрузиться в путину повседневности.

Человек и ноосфера

Итак, ноосферу следует понимать не как особую самостоятельно существующую оболочку, отделяющуюся от биосферы или как чисто теоретическую конструкцию, не имеющую отношения к реальности, а как итог перехода биосферы от одного ее состояния к другому, в результате чего она приобретает новое качество. При этом чисто географические параметры биосферы и ноосферы не совпадают.

Так, используя ракеты, спутники, орбитальные станции и другую космическую технику, человек выходит далеко за пределы границ естественно сложившейся биосферы, но, являясь частью этой биосферы, он тем самым расширяет и ее границы — границы ее нового качества. Вместе с тем, взаимодействуя с природой, общество как бы пронизывает, «социализует» биосферу, наполняя ее новым содержанием. Биосфера все в большей степени оказывается «включенной в ткань общественного бытия», а ее процесс бесконечного развития и совершенства затрагивает тем самым и социальную сферу. При этом человек, являясь частью природы, не в состоянии прекратить данный процесс «иначе как прекратив свое общественное бытие, следовательно, и человеческое бытие».

Переход биосферы в ноосферу, таким образом, означает прежде всего то, что человек обязан, вынужден (и у него нет возможности уклониться от этого) взять на себя всю ответственность за дальнейшую эволюцию как биосферы в целом, так и самого себя, неизменно руководствуясь в своей преобразующей деятельности принципом: «Не навреди».

Для осуществления такой задачи необходим колоссальный арсенал знаний как о самом обществе, так и о системе «общество — природа», а это, собственно, и составляет содержание практически всех естественных, гуманитарных и технических дисциплин, где философия выполняет весьма важную и специфическую роль. При этом на первое место выступает ее аксиологический аспект — способность определять, задавать ценностные установки и нравственные идеалы, формулировать моральные принципы и этические нормы.

Экологический императив

Сегодня, когда человечество столкнулось с угрозой серьезных экологических потрясений, этическая сторона поведения людей обрела особую актуальность и имеет теперь несколько иной смысл, чем до обострения проблем в системе «общество — природа», ибо, как отмечалось выше, центральное внимание в своей деятельности человек должен уделить биосфере. В сложившейся ситуации это объективная необходимость, требующая соответствующего поведения людей, основанного на новой этике, которая отражала бы не только лучшие достижения человечества в данной области, но и учитывала бы наиболее актуальные проблемы современной жизни.

Так, нравственный императив, идущий еще от библейских сказаний, а в виде всеобщего морального правила сформулированный Кантом («Поступай так, чтобы максима твоей воли могла в то же время иметь силу принципа всеобщего законодательства»), должен быть распространен теперь и на природу, став всеобщим экологическим императивом. Применительно к экологии смысл этого требования состоит в том, что каждый действующий субъект (будь то отдельный человек, общество или человечество в целом) во всех своих помыслах, делах и поступках, имеющих прямое или косвенное отношение к природе, должен вести себя так, чтобы норма этого поведения могла стать всеобщим экологическим законом.

Сам по себе этот нравственный закон, затрагивающий как общественную жизнь, так и естественные условия существования человека, конечно же, не является единственным и безусловным требованием, следование которому однозначно гарантировало бы преодоление всех проблем экологии. Но будучи принятым каждым и мировым сообществом в целом за основу в отношениях людей с природой, он с необходимостью поставит различные страны и народы в такое положение, когда они вынуждены будут в соответствии с ним перестраивать свою природопреобразующую политику, устраняя тем самым экологические барьеры на пути к более тесной интеграции в мировое сообщество, без чего не только не достичь ноосферы, но и с общечеловеческими проблемами не справиться.

Литература

1. Бродский А. К. Общая экология: учеб. для вузов. М., 2006.

2. Вернадский В. И. Философские мысли натуралиста. М., 1988.

3. Гирусов Э. В. Основы социальной экологии. М., 1998.

4. Глобалистика: Энциклопедия / гл. ред. И. И. Мазур, А. Н. Чумаков. М., 2003.

5. Кочергин А. Н. Экология и техносфера. М., 1995.

6. Моисеев Н. Н. Человек, среда, общество. М., 1982.

7. Философия природы: коэволюционная стратегия. М., 1995.

8. Философия экологического образования. М., 2001

9. Хесле В. Философия и экология. М., 1994.

10. Экологический энциклопедический словарь. М., 2000.

Тема 4.
ФИЛОСОФСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ЧЕЛОВЕКА

Человек — сложная целостная система, которая, в свою очередь, является компонентом более сложных систем — биологической и социальной. Это обусловлено тем, что он является существом как биологическим, так и социальным. С одной стороны своего существования человек принадлежит природе, с другой — социальному миру.

1. Проблема биологического и социального в развитии человека

Соотношение биологического и социального в историческом развитии человека. Первый вопрос, который в связи с этим возникает: продолжается ли биологическая эволюция человека после возникновения Homo sapiens? Другими словами, как культурная организация жизни людей, включая способы производства, развитие трудовой деятельности, образ жизни и т. д., могла влиять на биологическую эволюцию человека и влияла ли она на нее вообще?

Строго говоря, эволюция человека происходит на всем протяжении его существования. Но она относится к социальной стороне его жизни. Что же касается биологической эволюции человека, то с тех пор, как он выделился из животного мира, она перестала иметь по крайней мере решающее значение. Даже люди с ослабленным здоровьем благодаря успехам медицины могут принимать активное участие в жизни общества. Сила естественного отбора в социальном мире все более ослабевает, так как социальные институты, здравоохранение постоянно сглаживают влияние индивидуальной биологической изменчивости.

Сегодня наблюдается очень медленный темп генетических изменений, производимых отбором, и вместе с тем большое генетическое сходство между различными человеческими группами. С другой стороны, имеется огромное разнообразие человеческих культур и образов жизней, очень быстрый рост социальных изменений, свидетельствующих о происходящей культурной эволюции человечества. Поэтому можно с уверенностью говорить о ведущей роли культуры в эволюции Homo sapiens. Политические, экономические и социальные изменения во многих странах, связанные с улучшением жизни людей, прямо влияют на состояние их здоровья и, следовательно, на уменьшение зависимости человека от естественного отбора. У человека роль естественного отбора заключается в сохранении генофонда, в сдерживании мутаций, отрицательно влияющих на его здоровье.

Современные биологи и антропологи полагают, что процесс биологической эволюции человека как вида, т. е. процесс видообразования человека, прекратился со времени образования Homo sapiens. Прежде всего об этом свидетельствует тот факт, что в течение этого периода мозг человека не изменился, морфологическое изменение его завершилось. Противоположная точка зрения не имеет достаточного основания.

С возникновением человека и общества генетическая информация утрачивает свое главенствующее значение в жизнедеятельности вида человек. Она заменяется социальной информацией. А развитие последней «определяется уже не столько естественным отбором наиболее умелых и одаренных, сколько социальными факторами, которым подчиняется и общебиологический процесс»²⁴.

Соотношение биологического и социального в онтогенезе (индивидуальном развитии) человека. В современной литературе по этому вопросу существуют два различных подхода к решению проблемы. Одни авторы утверждают, что развитие человека целиком обусловлено генами, абсолютизируя, таким образом, биологический фактор. Это направление поучило название панбиологизм. Вторая точка зрения состоит в том, что все люди рождаются с одинаковыми генетическими задатками, а главную роль в развитии их способностей играют воспитание и образование. Эта концепция получила название пансоциологизм.

На сегодняшний день господствующей точкой зрения можно считать ту, которая утверждает, что наследуются не сами способности как таковые, а лишь их задатки, которые в большей или меньшей степени могут проявляться в условиях среды. Генетическим материалом у человека, как и у других млекопитающих, является ДНК, которая находится в хромосомах. Хромосомы каждой клетки человека несут в себе несколько миллионов генов. При этом генетические возможности, задатки реализуются только при том условии, что ребенок с раннего детства находится в общении с людьми, в соответствующей социальной среде. Если, например, у человека нет возможности заниматься музыкой, то его врожденные музыкальные задатки так и останутся неразвитыми.

Генетический потенциал человека ограничен во времени, причем достаточно жестко. Если пропустить срок ранней социализации, этот потенциал не успевает реализоваться и угасает. Ярким примером этого могут служить многочисленные случаи, когда младенцы, силой обстоятельств попавшие в джунгли, проводили среди зверей несколько лет. После возвращения их в человеческое сообщество они не могли уже в полной мере наверстать упущенное, не смогли овладеть речью, приобрести достаточно сложные навыки человеческой деятельности, у них плохо развивались человеческие психические функции. Это свидетельствует о том, что характерные черты человеческого поведения и деятельности приобретаются только через социальное наследование, через передачу социальной программы в процессе воспитания и обучения.

Для понимания роли наследственности и среды в онтогенезе человека важное значение имеют такие понятия, как генотип и фенотип. Генотип — это наследственная основа организма, совокупность генов, локализованных в его хромосомах; это та генетическая конституция, которую организм получает от своих родителей. Фенотип — это совокупность всех свойств и признаков организма, сформировавшихся в процессе его индивидуального развития. Фенотип определяется взаимодействием организма с условиями среды, в которых протекает его развитие. В отличие от генотипа фенотип изменяется на протяжении жизни организма. Таким образом, фенотип зависит от генотипа и среды. Одинаковые генотипы (у однояйцевых близнецов), которые оказываются в различных средах, могут давать различные фенотипы. С учетом сказанного можно выделить следующие факторы, воздействующие на человека:

• биологические задатки, кодируемые в генах;

• среду (социальную и природную);

• деятельность индивида;

• ум (сознание, мышление).

Взаимодействие наследственности и среды в развитии человека имеет место в течение всей его жизни. Но особую важность оно приобретает в периоды формирования организма: эмбрионального, грудного, детского, подросткового и юношеского. Именно в эти периоды наблюдается интенсивный процесс развития организма и формирования личности.

Наследственность определяет то, каким может стать организм, но формируется он под одновременным влиянием обоих факторов: наследственности и среды. Сегодня становится все более общепризнанным, что адаптация человека осуществляется под влиянием двух программ наследования — биологической и социальной. Все признаки и свойства любого индивида являются, таким образом, результатом взаимодействия его генотипа и среды²⁵. Поэтому каждый человек является и частью природы, и продуктом общественного развития.

Социобиология о природе человека. Возникновение социобиологии связано с выходом в 1975 г. книги американского энтомолога Э. О. Уилсона «Социобиология: новый синтез». В рамках этой концепции ставится задача по-новому подойти к проблемам морали, свободы, детерминизма, агрессии, альтруизма, эгоизма и других качеств человека. Важнейшее место в ней отводится анализу возможностей и границ применения аналогий между поведением животных и человека. Первостепенное значение при решении указанных проблем уделяется принципам и понятиям дарвинизма, в том числе и естественному отбору, и наблюдается широкая экстраполяция выводов, полученных при изучении животных, на поведение человека. С точки зрения методологии, здесь наблюдается биологический и молекулярно-генетический редукционизм: антропология сводится к биологии, а последняя — к молекулярной генетике.

По мнению социобиологов, принципиальные изменения в представления о природе человека должна внести «теория генно-культурной коэволюции». Суть ее состоит в том, что процессы органической (генной) и культурной эволюции человека происходят совместно. Гены и культура в эволюции человека связаны между собой. Однако ведущая роль в этом процессе отводится генам. Они оказываются конечными причинами многих человеческих поступков. Поэтому человек выступает на самом деле объектом биологического знания. Сам Уилсон определяет задачу социобиологии как «изучение биологических основ всех форм социального поведения... у всех животных, включая человека»²⁶. Главные положения его теории сводятся к тому, что у человека не может быть «трансцендентальных» целей, возникших вне его биологической природы. Поэтому, скажем, война в обществе — это не что иное, как проявление внутривидовой агрессии вообще. Дело доходит до того, что само сознание человека рассматривается в качестве инструмента только для исполнения биологических функций. «Человеческое сознание, — пишет Уилсон, — является устройством для выживания и воспроизводства, а разум есть всего лишь один из инструментов для биологического воспроизводства»²⁷.

Однако нельзя отрицать продуктивности и эвристической ценности самой идеи коэволюции. Хотя сразу же следует дистанцироваться от спекуляций на ней различного рода представителей и вариантов современного социал-дарвинизма, расизма и евгеники. Коэволюция как взаимодействие биологического и социального в развитии человека и общества действительно имеет место. Более того, человек и все человечество могут развиваться только в единстве с природой, т. е. в рамках коэволюции. И то, что мы сегодня называем этим словом, было осмыслено и понято замечательным русским ученым В. И. Вернадским еще в начале XX столетия. Именно он впервые научно обосновал тесную взаимообусловленность человека (человечества) и природы, и прежде всего человека и биосферы. Но все дело в том, в какой мере и до какого предела признается влияние биологического на социальное и биологическая детерминация поведения человека. Наша биология, наши гены, конечно, определяют наше поведение, человек не может вырваться за пределы своей биологической природы, даже если бы очень сильно захотел. Существует и эволюционная связь человека с животным и определенные аналогии между их поведением. Однако объяснять развитие и поведение человека преимущественно в терминах и рамках биологии, как это делают представители социобиологии, было бы неверно.

Еще один аспект влияния социального на биологическое в человеке состоит в том, что биологическое в человеке осуществляется и удовлетворяется в социальной форме. Природно-биологическая сторона существования человека опосредуется и «очеловечивается» социокультурными факторами.

Таким образом, при рассмотрении проблемы, касающейся роли биологических и социальных факторов в развитии человека, следует избегать как панбиологизма, так и пансоциологизма. В первом случае человек низводится до уровня животного, во втором — предстает как tabula rasa (чистая доска), на которой среда пишет все развитие индивида.

2. Сущность и существование человека

Социально-деятельностная сущность человека. Проблема сущности человека находится в центре философского учения о человеке. Раскрытие сущности входит в само определение любого предмета, и без этого вообще невозможно вести разговор о его функциях, значении, существовании и т. д.

В истории развития науки ее представители усматривали отличие человека от животного и объясняли его сущность, используя различные специфические качества человека. Действительно, человека можно отличать от животного и по плоским ногтям, и по улыбке, и по уму, и по религии и т. д. и т. п. При этом нельзя не заметить, что в данном случае сущность человека пытаются определить исходя не из самого человека, а апеллируя к тем признакам, которые отличают его от ближайшего вида, т. е. как бы со стороны. Однако с методологической точки зрения такой прием оказывается не совсем правомерным, ибо сущность любого предмета определяется прежде всего имманентным способом бытия самого этого предмета, внутренними законами его собственного существования. К тому же не все отличительные признаки человека являются существенными.

Как свидетельствует современная наука, в основе исторического бытия и развития человека, обусловливая его сущность, лежит трудовая деятельность, осуществляемая всегда в рамках общественного производства. Человек не может производить и заниматься трудовой деятельностью, не вступая прямо или опосредованно в общественные отношения, совокупность которых и образует общество. С развитием общественного производства и трудовой деятельности развиваются и общественные отношения людей. В той степени, в какой индивид аккумулирует, осваивает и реализует всю совокупность общественных отношений, происходит и его собственное развитие.

Отметим, что речь идет именно о всей совокупности общественных отношений: материальных и идеальных (идеологических), настоящих и прошлых. Это положение имеет важное методологическое значение, ибо из него следует, что человека надо понимать не вульгарно материалистически, не идеалистически, не дуалистически, а диалектически. Другими словами, его нельзя сводить лишь к «экономическому человеку» или только к «человеку разумному», или к «человеку играющему» и т. д. Человек есть существо и производящее, и разумное, и культурное, и нравственное, и политическое одновременно. Он аккумулирует в себе в большей или меньшей степени весь спектр общественных отношений и таким образом реализует свою социальную сущность. Другой аспект этого вопроса состоит в том, что человек — это дитя человеческой истории. Современный человек не взялся ниоткуда, он есть результат развития общественно-исторического процесса. Иными словами, речь идет о единстве человека и человеческого рода.

Однако человек — не только результат общества и общественных отношений, он, в свою очередь, и творец их. Таким образом, он оказывается в одно и то же время и объектом, и субъектом общественных отношений. В человеке реализуется единство, тождество субъекта и объекта. Существует диалектическое взаимодействие между человеком и обществом: человек — это микрообщество, проявление общества на микроуровне, а общество — это «сам человек в его общественных отношениях» (К. Маркс). Таким образом, можно говорить о социально-деятельностной сущности человека. Вне деятельности, социальных отношений и общения (как формы их реализации) человек просто не может стать человеком.

Проблема существования человека. Диалектика сущности и существования. Но человек не сводится к своей сущности. В своем реальном проявлении она обнаруживается в его существовании. И если сущность человека — это общая характеристика рода человек, то существование каждого индивида всегда индивидуально в своем конкретно-эмпирическом выражении и не исчерпывается сущностью. Оно есть бытие индивида как целостного существа во всем многообразии форм, видов и свойств его проявления. Эта целостность выражается в первую очередь в том, что человек есть единство трех основных структур — биологического, социального и психического — это, таким образом, биопсихосоциальный феномен. Уничтожив один из этих факторов, мы уничтожим самого человека. Поэтому и развитие способностей человека, и его целостное формирование всегда связано с этими основными факторами: природными задатками, социальной средой и внутренним Я (волей, стремлениями, интересами и т. д.).

Проблема человеческого существования имеет не менее важное значение, чем проблема сущности человека. Свое наиболее полное выражение она нашла в философии существования, или экзистенциализме. Человеческое существование трактуется здесь как человеческое бытие, соотнесенное с трансценденцией, т. е. выходом человека за рамки индивидуально-реального, посюстороннего мира. С точки зрения этой философии существование — это всегда индивидуальное существование. Это существование, в котором хотя и живут вместе, но умирают в одиночку. Поэтому в экзистенциализме индивид и общество рассматриваются как противоположные образования, находящиеся в постоянном и непримиримом конфликте. Индивид — это личность, общество — это безличность. Подлинное существование связывается с индивидуальным бытием личности, ее свободой и стремлением к трансценденции. Неподлинное существование — это бытие в обществе, стремление утвердиться в нем и принять его законы. Социальная сущность человека и его подлинное существование оказываются в экзистенциализме находящимися в постоянном противоречии. С точки зрения их соотношения «существование предшествует сущности» (Ж.-П. Сартр). И лишь перед лицом смерти, в «пограничной ситуации» обнаруживается, что в жизни человека было подлинно, а что нет, т. е. обнаруживается сущность человека.

Нельзя не отметить, что в тезисе экзистенциализма «существование предшествует сущности» имеется ответственно гуманистический пафос, поскольку в нем содержится тот смысл, что от самого человека зависит, каким он сам себя сделает и каким будет мир, в котором ему придется жить. Дело в том, что человек действительно лишь по мере своей социализации «приобретает» эту сущность, становится все в большей мере носителем общественных отношений, представителем и субъектом социума. Однако трудно полностью согласиться с утверждением представителей экзистенциализма, что существование предшествует сущности, ввиду того что якобы сам по себе человек — это ничто и полная внутренняя свобода. На самом деле человек — это всегда уже и нечто, с одной стороны, а с другой — он всегда развивается в определенной социальной среде, которая накладывает на него свой отпечаток и свои ограничения. Поэтому само индивидуальное существование человека невозможно вне этой необходимости, т. е. вне системы общественных отношений, составляющих его сущность. Вместе с тем и его сущность невозможна вне его существования. Следовательно, необходимо вести речь не о том, что чему предшествует, а о диалектике, о неразрывной связи и единстве сущности и существования человека.

3. Бессознательное и сознательное в человеке

С вопросами биологического и социального, сущности и существования тесно связана и проблема бессознательного и сознательного в философской антропологии, отражающая важную сторону жизнедеятельности человека.

Длительное время в философии доминировал принцип антропологического рационализма, человек, его мотивы поведения и само бытие рассматривались только как проявление сознательной жизни. Этот взгляд нашел свое яркое воплощение в знаменитом картезианском тезисе cogito ergo sum («мыслю, следовательно, существую»). Человек в этом плане выступал лишь как человек разумный. Но начиная с Нового времени в философской антропологии все большее место занимает проблема бессознательного. Лейбниц, Кант, Кьеркегор, Гартман, Шопенгауэр, Ницше с разных сторон и позиций начинают анализировать роль и значение психических процессов, не осознающихся человеком.

Проблема бессознательного и сознательного в концепции З. Фрейда. Определяющее влияние на разработку этой проблемы оказал З. Фрейд. Он открыл целое направление в философской антропологии и утвердил бессознательное как важнейший фактор человеческого измерения и существования. Фрейд представил бессознательное как могущественную силу, которая противостоит сознанию. Согласно его концепции психика человека состоит из трех пластов. Самый нижний и самый мощный слой — Оно (Id) — находится за пределами сознания. По своему объему он сравним с подводной частью айсберга. В нем сосредоточены различные биологические влечения и страсти, прежде всего сексуального характера, и вытесненные из сознания идеи. Затем следует сравнительно небольшой слой сознательного — это Я (Ego) человека. Верхний пласт человеческого духа — Сверх-Я (Super Ego) — это идеалы и нормы общества, сфера долженствования и моральная цензура. По Фрейду, личность, человеческое Я вынуждено постоянно терзаться и разрываться между Сциллой и Харибдой — неосознанными осуждаемыми «Оно» и нравственно-культурной цензурой «Сверх-Я». Таким образом, оказывается, что собственное «Я» — сознание человека не является «хозяином в своем собственном доме». Именно сфера «Оно», всецело подчиненная принципу удовольствия и наслаждения, оказывает, по Фрейду, решающее влияние на мысли, чувства и поступки человека. Человек — это прежде всего существо, управляемое и движимое сексуальными устремлениями и сексуальной энергией (либидо).

Драматизм человеческого существования у Фрейда усиливается тем, что среди бессознательных влечений имеется и врожденная склонность к разрушению и агрессии, которая находит свое предельное выражение в «инстинкте смерти», противостоящем «инстинкту жизни». Внутренний мир человека оказался, следовательно, еще и ареной борьбы между двумя этими влечениями. В конце концов, Эрос и Танатос рассматриваются им как две наиболее могущественные силы, определяющие поведение человека²⁸.

Таким образом, фрейдовский человек оказался сотканным из целого ряда противоречий между биологическими влечениями и сознательными социальными нормами, сознательным и бессознательным, инстинктом жизни и инстинктом смерти. Но в итоге биологическое бессознательное начало оказывается у него определяющим. Человек, по Фрейду, это прежде всего эротическое существо, управляемое бессознательными инстинктами.

Развитие проблемы сознательного и бессознательного у последователей З. Фрейда. Проблема бессознательного интересовала и швейцарского психиатора К.-Г. Юнга. Однако он выступил против трактовки человека как существа эротического и попытался более глубоко дифференцировать фрейдовское «Оно». В частности, Юнг выделил в нем помимо личностного бессознательного, как отражение в психике индивидуального опыта, еще и более глубокий слой — коллективное бессознательное, которое является отражением опыта предшествующих поколений. Содержание коллективного бессознательного составляют, по Юнгу, общечеловеческие первообразы — архетипы (например, образ матери-родины, народного героя, богатыря и т. д.). Совокупность архетипов образует опыт предшествующих поколений, который наследуется новыми поколениями. Архетипы лежат в основе мифов, сновидений, символики художественного творчества. Сущностное ядро личности составляет единство индивидуального и коллективного бессознательного, но основное значение имеет все-таки последнее. Человек, таким образом, это прежде всего существо архетипное.

Австрийский психиатр А. Адлер подверг критике учение Фрейда, преувеличивающего биологическую и эротическую детерминацию человека. По Адлеру человек — не только биологическое, но и социальное существо, жизнедеятельность которого связана с сознательными интересами, поэтому «бессознательное не противоречит сознанию»²⁹, как это имеет место у Фрейда. Таким образом, Адлер в определенной степени уже — социологизирует бессознательное и пытается снять противоречие между бессознательным и сознанием в рассмотрении человека.

Американский неофрейдист, социальный психолог и социолог Э. Фромм также подверг критике теорию Фрейда об антагонизме между сущностью человека и культурой. Но вместе с тем он отверг и социологизаторские трактовки человека. По его собственному признанию, его точка зрения является «не биологической и не социальной»³⁰. Одним из наиболее важных факторов развития человека, по Фромму, является противоречие, вытекающее из двойственной природы человека, который является частью природы и подчинен ее законам, но одновременно это и субъект, наделенный разумом, существо социальное.

Оценивая роль бессознательного в концепции Фрейда и его последователей, следует сказать, что сама постановка проблемы является несомненной заслугой Фрейда. Подход к человеку и его существованию через соотношение бессознательного и сознания вносил новые моменты в философское понимание этой проблемы. Однако вместе с тем у Фрейда наблюдается явная абсолютизация роли бессознательного. Выступив против абсолютизации роли сознания в жизнедеятельности человека, он впал и в другую крайность, квинтэссенцией человека оказалось либидо (сексуальная энергия).

Таким образом, разработка проблемы бессознательного внесла существенный вклад в исследование структуры сознания, разграничив область человеческой психики на сферу сознательного и бессознательного.

4. Индивид и личность

Соотношение понятий: «индивид», «личность», «индивидуальность». Человек рассматривается как индивид в качестве единичного представителя человеческого рода. Определение этого понятия не нуждается в каких-либо специфических характеристиках. Индивид — это всегда один из многих, и он всегда безличен. В этом смысле понятия «индивид» и «личность» противоположны как по объему, так и по содержанию. В понятии индивида не фиксируются какие-либо особенные или единичные свойства человека, поэтому по содержанию оно является очень бедным, зато по объему в такой же степени богато, ибо каждый человек — индивид. В понятии индивида не фиксируются ни биологические, ни социальные качества человека, хотя они, конечно, подразумеваются.

Понятие «личность» весьма богато по содержанию и включает не только общие и особенные признаки, но и единичные, уникальные свойства человека. Человека делает личностью его социальная индивидуальность, т. е. совокупность характерных для человека социальных качеств, его социальная самобытность. В понятие личности обычно не включают природно-индивидуальные характеристики индивида. И это, видимо, правильно, потому что сущность человека, как мы уже говорили, социальная. Но при этом следует иметь в виду, что природная индивидуальность оказывает свое влияние на развитие личности и ее восприятие в той мере, в какой биологическое вообще влияет на социальное в человеке.

Социальная индивидуальность человека не возникает, конечно, на пустом месте или только на основе биологических предпосылок. Человек формируется в конкретном историческом времени и социальном пространстве, в процессе практической деятельности и воспитания. Поэтому личность как социальная индивидуальность — это всегда конкретный итог, синтез и взаимодействие очень разнообразных факторов. И личность тем более значительнее, чем в большей степени она аккумулирует социокультурный опыт человека и, в свою очередь, вносит индивидуальный вклад в его развитие.

Качество общественных отношений и общения людей как в историческом плане, так и в плане наличного бытия оказывает огромное влияние на формирование исторического типа личности, ее конкретные состояния и свойства. То же самое можно сказать и о влиянии деятельности на личность. Деятельность человека — та основа, на которой и благодаря которой происходит развитие личности и выполнение ею различных социальных ролей в обществе. Только в деятельности индивид выступает и самоутверждается как личность, иначе он остается «вещью в себе». Сам человек может думать о себе что угодно, строить любые иллюзии на свой счет, но то, чем он является в действительности, обнаруживается только в деле.

Очень важной характеристикой личности является ее нравственно-духовная сущность и обусловленные ею поступки. В содержание личности и ее оценку в качестве важнейшего компонента включается направленность ее сознания, личностные ориентации, обусловленные уровнем ее сознания, мировоззрением, нравственностью и ответственностью. Безусловно, социальная среда оказывает существенное влияние на формирование и поведение личности. Но не в меньшей степени личностные ориентации и поведение обусловлены и внутренним, духовным миром человека. Не случайно говорят, что каждый сам кузнец своей судьбы и счастья. Чем ярче у человека выражены интеллектуально-нравственные и волевые качества, чем больше его жизненные ориентации совпадают с общечеловеческими ценностями, чем в большей степени он положительно влияет на развитие и утверждение этих ценностей, тем ярче и значительней сама личность. В этом плане личность характеризуется со стороны силы ее духа, свободы, творчества и добра. С этой стороны личность возвышается над своей природной основой и в известном смысле даже преодолевает ее, оставляя свой след и плоды своей деятельности и после своей биологической смерти.

Важнейшими характеристиками личности являются свобода и ответственность. Если индивид действительно считает себя личностью или стремится быть ею, он должен быть не только свободным, но и ответственным, а это всегда тяжелое бремя. Характеристика личности со стороны свободы, о необходимости которой пишут многие авторы, безусловно, необходима, свобода — это атрибут личности. Но свобода без ответственности — это произвол. Поэтому ответственность является не в меньшей, а в большей степени атрибутом личности, ибо быть ответственным труднее, чем быть свободным.

5. Социализация личности

Социализация — это процесс усвоения человеком определенной системы знаний, норм и ценностей, позволяющих ему осуществлять свою жизнедеятельность адекватным для данного общества способом. Она происходит по мере усвоения человеком социального опыта, но осуществляется прежде всего через его включенность в определенные общественные отношения, формы общения и виды деятельности. При этом социализация осуществляется и в филогенезе (формирование родовых свойств и качеств человечества), и в онтогенезе (формирование конкретной личности). Как в плане исторического развития человека, так и в онтогенезе личность есть результат социализации индивида. «Личностью не родятся, личностью становятся»³¹. Поскольку социализация носит динамический характер, то личность — это всегда процесс, это постоянное становление. Личность, застывшая в своем формировании, в своих устремлениях, — это уже деградирующая личность. Деградация личности происходит и тогда, когда индивид оказывается полностью подчинен чужой воле, а его действия оказываются в деталях запрограммированы, так что не остается места свободе выбора и действия.

Лишение индивида общения и возможности выбора, известной свободы действий также отрицательно сказывается на развитии личности и ее самочувствии. Не случайно изоляция человека от общества и общения всегда считалась одним из самых суровых наказаний, и это вполне объяснимо, ибо постоянная изоляция и одиночество противоречат самой сущности личности. Но еще более отрицательное влияние на личность имеет навязывание ей чужой воли и мыслей. Человек, полностью подчиненный чужой воле и лишенный (посредством внушения, идеологического оболванивания, пропаганды и т. д.) собственного мировоззрения, собственных мыслей и взглядов, — это уже не личность. Так же как трудно назвать личностью индивида, лишенного разума и рассудка по каким-то другим причинам.

Рыночные ценности и социализация личности. Влияние рыночных ценностей на социализацию личности — актуальная и важнейшая для нас проблема. Наше общество переживает ответственный исторический этап — становление рыночных отношений. Он связан с изменением не только экономических отношений, но и всей системы социальных отношений, которая зиждется на них. Меняется весь образ жизни людей, и это, конечно, не может не вести к изменению ценностных ориентации, мотивации поведения и всего процесса социализации личности.

Суть рыночных отношений — экономический либерализм, конкуренция, стремление к прибыли. Они влияют на ценностные ориентации личности неоднозначно. С одной стороны, они, бесспорно, пробуждают инициативу, активность, энергию людей, расширяют возможности для развития способностей и творчества личности.

Но нельзя забывать или не обращать внимания и на вторую сторону влияния ценностей рынка на формирование личности. Она состоит в том, что развитие экономического либерализма и конкуренции ради прибыли, как это хорошо показали известные западные ученые К. Хорни, Э. Фромм, Дж. Хоманс, Р. Мертон и другие, приводит к таким последствиям, как двойная мораль, всеобщее отчуждение, психические фрустрации, неврозы и т. д. Ценности личности как бы пропускаются через призму рынка и приобретают характер рыночных ценностей. Не только материальная, но и духовная жизнь общества и личности строятся по законам рыночных отношений и экономического обмена. В этих условиях личность нередко теряет свои высшие ценности, составляющие смысл ее жизни.

Сами по себе рыночные отношения и связанные с ними цели и ценности не могут иметь самодовлеющего значения, т. е. выступать как высшие (бытийные) ценности. Это всегда лишь ценности-средства для развития человека. Они, конечно, необходимы, но за ними всегда стоят (и не должны забываться) более основополагающие ценности духовного развития личности. Немаловажная роль по их утверждению в жизнь принадлежит и философии. Сегодня для нашего общества и для нашей философии особо актуально звучат слова Уайтхеда: «Сейчас философия должна выполнить свою главную функцию. Она обязана искать мировоззрение, способное спасти от гибели людей, для которых дороги ценности, выходящие за рамки удовлетворения животных потребностей»³².

К сказанному следует добавить, что хотя рынок и имеет внутреннюю логику своего развития, государственные структуры не должны отстраняться от регулирования рыночных отношений. Экономика должна быть социально ориентированной. Ценности экономического либерализма и социальной справедливости должны быть интегрированы в едином синтезе. Только при этом условии мы можем социально защитить бедных и дать свободу действий социально активной и способной части населения.

Влияние на личность иррациональных и псевдонаучных ценностей. Сегодня во всем мире, в том числе и в нашем обществе, все шире распространяются иррациональные и псевдонаучные ценности. На личность систематически обрушивается лавина информации, содержание которой связано с псевдонаукой (мистика, оккультизм, астрология, магия, колдовство и т. д.). В этих условиях непроизвольно, на бессознательном уровне формируется некритическое мышление и восприятие действительности. Рационализм заменяется иррационализмом, любой функциональный миф считается рациональным. Формируется тип сознания, в котором реальные противоречия не принимаются в расчет, принцип объективности подменяется субъективизмом, логика разума заменяется верой и внушением. Налицо, таким образом, основные признаки мифологического мышления. И если Леви-Брюль назвал первобытное мышление дологическим, то по аналогии можно назвать формирующийся тип мышления постлогическим, содержательной основой которого являются мистицизм, иррационализм и субъективизм. В наибольшей степени философское оформление существующей реальности нашло свое отражение в таком направлении, как постмодернизм.

6. Смысл и цель жизни

Философская антропология не может обойти и вопрос о смысле и цели жизни. Разные философские учения отвечают на него по-разному. Представители материализма обращаются к рассмотрению объективной действительности и реальной жизнедеятельности людей, представители идеалистических направлений устремляют свой взгляд к Богу, обращаются к разуму, духу, идеям и т. д. Но несмотря на постоянное внимание и обилие точек зрения, на сегодняшний день этот вопрос остается открытым, и нет никаких оснований считать, что он может быть решен в обозримом будущем.

Может быть, больше всех над вопросом о смысле и цели жизни размышлял и мучился Л. Н. Толстой. В результате он пришел к выводу, что и то и другое заключается в самосовершенствовании личности. Вместе с тем для него было ясно, что смысла жизни отдельной личности нельзя искать отдельно от смысла жизни других людей. Однако все это еще не говорит о том, что Толстой в конце концов разрешил для себя эту проблему. «Одна тайна всегда останется для человека, только одна: зачем я живу? Ответ разумный один: затем, что этого хочет Бог. Зачем Он этого хочет? Это — тайна»³³, — таков окончательный вывод Толстого.

Особенно много внимания вопросу смысла жизни уделяется в философии экзистенциального направления. С огромной силой и во всей своей противоречивости он был поставлен в русской философии Достоевским, доведшим его до «логического самоубийства». Так, в «Бесах» инженер Кириллов чувствует, что Бог необходим для утверждения жизни, а потому и должен быть. Но он знает, что его нет и быть не может. Вопрос о смысле жизни превращается, таким образом, в вопрос о Боге. Для религиозного экзистенциализма этот вопрос решается эсхатологически, т. е. жизнь продолжается и в потустороннем мире, где происходит свободное творчество души, не обремененной телом, и где она реализуется в «царстве божием». Таким образом преодолевается трагизм земного человеческого существования, выражающийся в противоположности и непримиримости вынужденного единства души и тела, «царства Духа» и «царства Кесаря» (Н. А. Бердяев).

В атеистическом экзистенциализме бога нет, поэтому жизнь превращается в абсурд, подобно тому, как абсурден труд Сизифа. Произведение известного французского экзистенциалиста А. Камю «Миф о Сизифе» и призвано дать подобный ответ на вопрос о смысле жизни. Тезис экзистенциализма о том, что «существование предшествует сущности», также прямо связан с утверждением бессмысленности человеческого существования, ибо человек только на пороге смерти может кое-что сказать о смысле бытия. Это подтверждает и один из основных тезисов Сартра: «Человек — это ничто».

Представляется, что дать логически обоснованный ответ об абсолютном и высшем смысле жизни человека невозможно. Искать первоначальный смысл в человеческом бытии — это значит встать на точку зрения телеологии, предположить наличие заранее заданной для человека цели. Но тогда встает вопрос: «Кто установил эту цель?» — и целый ряд подобных вопросов. Другими словами, обосновать теоретически смысл жизни, видимо, нельзя. Помимо этого решение вопроса о смысле жизни предполагает и осуществление сократовского императива «Познай самого себя», а это тоже открытый вопрос. Дать абсолютный ответ на него — это значит исчерпать саму жизнь, которая беспредельна в своем существовании и не исчерпывается рациональным объяснением. Кроме того, как тут не вспомнить слова Ницше: «Познавший самого себя — собственный палач».

Думается, однако, что к решению вопроса о смысле и цели жизни, как и к самому этому вопросу, не следует подходить абсолютно отрицательно, категорически утверждая, что он сам по себе абсурден. Применительно к жизни отдельной личности он имеет реальный смысл и значение. Более того, если бы каждый не отвечал для себя как-то на этот вопрос, то само существование человека было бы действительно бессмысленным, со всеми вытекающими отсюда отрицательными последствиями. Достоевский по этому поводу очень хорошо сказал, что без твердого представления себе, для чего ему жить, человек «не согласится жить и скорей истребит себя, чем останется на земле, хотя бы кругом его все были хлебы». Вместе с тем много глубокого смысла и мудрости содержится и в словах Ницше: «Тот, кто имеет зачем жить, может вынести любое как».

Имея в виду этот реальный для отдельного человека, а не абсолютный смысл жизни, мы полагаем, что в общем плане можно сказать: смысл жизни состоит в развитии человека как самоцели, его всестороннем совершенствовании. Как писал Кант, существование человека «имеет в себе самом высшую цель, которой, насколько это в его силах, он может подчинить всю природу»³⁴.

Поскольку человек по своей сути — существо общественное, поэтому и смысл его жизни может быть найден только на пути сопряжения интересов и целей общества и личности. Общность индивида и рода, личности и социума дает основание оптимистически смотреть на бытие человека в мире и смысле его жизни. Трагизм индивидуальной смерти преодолевается тем, что человек и после смерти остается в результатах своей деятельности, своего творчества и благодарной памяти потомков.

Определить личностный смысл жизни — это значит осмыслить жизнь во всей ее сути и в большом плане, объяснить, что в ней подлинное, а что мнимое, определить не только основные задачи и цели жизни, но и реальные средства их осуществления. По мнению С. Л. Рубинштейна, все это бесконечно превосходит всякую ученость и связано с драгоценным и редким свойством — мудростью.

Однако, как известно, сова Минервы вылетает только в сумерках. Поэтому «юноше, обдумывающему жизнь» и пожелавшему узнать смысл ее с самого начала, ничего не остается, как только обратиться за советом к тем, кто ее уже прожил, причем прожил, конечно, мудро. А еще лучше — к летописи человеческой мудрости, проверенной на опыте не только одного человека, но и всего человечества. Одно из древних, в различных модификациях встречающееся у всех народов выражение на этот счет таково, что оно, увы, не оставляет надежды для спешащих получить готовый ответ на этот вопрос в начале жизни и отсылает их к самой жизни: primum vivere deinde philosophare — «сначала жить, потом философствовать».

Близкая к данному высказыванию мысль содержится у Ф. М. Достоевского: надо не просто «сначала жить», а прежде всего надо «жизнь полюбить», причем «полюбить больше, чем смысл ее». Как говорит Алеша Карамазов, полюбить жизнь «прежде логики, и тогда только я и смысл пойму». Добавим, что сердцевиной этой любви к жизни является любовь к людям, положенная в основу всех дел, мыслей, чувств и поступков личности.

В заключение отметим, что одной из важнейших тенденций развития современной философии является все большее внимание к человеку, к проблемам его бытия в мире и к его внутреннему миру. И, очевидно, это не случайно, потому что в конце концов общая задача философии как раз и должна заключаться в том, чтобы помочь рационально-практическим способом соединить человека с миром, т. е. сделать человека реальным представителем и субъектом мира, а мир действительно человечным.

Контрольные вопросы

1. В чем состоят основные проблемы соотношения биологического и социального в человеке?

2. Каково соотношение между сущностью и существованием человека?

3. Каковы роль и место сознательных и бессознательных факторов в человеке?

4. Объясните понятие «личность». В чем его отличие от понятия «индивид»?

5. Что такое социализация личности?

6. Как связаны между собой социальные ценности и социализация личности?

7. Как влияет становление рыночных отношений на социализацию личности?

8. Как вы ответите на вопрос о цели и смысле жизни?

Темы докладов и рефератов

1. Проблема соотношения биологического и социального в человеке.

2. Соотношение между сущностью и существованием человека.

3. Роль и место сознательных и бессознательных факторов в человеке.

4. Философское понятие «личность».

5. Философские аспекты социализации личности.

6. Социальные ценности и социализация личности.

7. Влияние рыночных отношений на социализацию личности.

8. Цель и смысл жизни.

9. «Жизнь», «смерть», «бессмертие» как философские категории.

10. Место проблемы человека в философии.

Литература

1. Гуревич П. С. Философская антропология. М.: Высшая школа, 1997.

2. Дубровский Д. И., Аносов И. П., Кулешов С. В. Человек в антропологическом измерении. М.: Скрипторий, 2002.

3. Евгеника в дискурсе глобальных проблем современности // Сборник статей под ред. Ю. В. Хен. М., 2005.

4. Проблема человека в западной философии. М., 1988.

5. Шарден Т. Феномен человека. М.: Наука, 2002.

Тема 5.
ЭТИКА

Этика — наука о морали

Этика является важным разделом философского знания. С момента ее возникновения она не ограничивалась описанием нравов и форм поведения в обществе, но вырабатывала критерии оценки поступков, выдвигала нравственные идеалы, формулировала общие правила нравственности, соотношение сущного и должного, определение смысла жизни в тот или иной период человеческой истории.

Актуальное в наши дни требование — восстановление и активизация духовно-нравственных начал в жизни общества в целом и в жизни отдельного человека, реализуется на трех уровнях: глобальном, формационном и на уровне индивида.

На глобальном уровне — это проблема выживания и сохранения человечества в ядерный век, экологические проблемы и формирование экологического мышления, развитие науки и техники и их вторжение в различные сферы жизнедеятельности людей, использование новых технологий на благо здоровья человека, а не ему во вред, и др.

На уровне формационном — это принципы, нормы и ценности, способствующие единению личности и общества, гармонизации их интересов, ведущие к стабильности общества.

И на уровне личностном — поведение индивида в обществе, его мировоззрение, взгляды, интересы, цели, установки, от которых во многом зависит порядок в обществе и продуктивное функционирование различных социальных структур.

Термин этика был введен великим древнегреческим философом Аристотелем в IV в. до нашей эры. Древнегреческое слово ethos означает обычай, нрав, характер личности, сформированный традициями и обычаями. В своих трудах «Никомахова этика», «Эвдемова этика», «Большая этика» Аристотель размышляет о добродетелях и поступках человека, о понятии блага, о характеристиках человеческой души. Аристотель утверждал, что добродетельные поступки граждан являются условием блага государства и главной заботой науки о государстве. Термин «этика» Аристотель ввел для обозначения совокупности этических добродетелей как особой предметной области знания и для выделения самого этого знания как особой науки.

Этика — наука о морали и нравственных отношениях. Мораль — это уникальный способ духовно-практического освоения мира человеком в логико-рефлексивной и эмоциональной формах.

В этической литературе существуют две точки зрения на понимание морали и нравственности и их соотношение. Согласно первой мораль есть форма общественного сознания, отражающая через систему норм, моральных оценок, взглядов, ценностей общественное бытие и выступающая как определенное общественное отношение. Поскольку латинский термин «мораль» переводится как «нрав», «обычай», «характер», а греческий — «нравственность» отражает то же самое, то и считают, что мораль и нравственность — понятие синонимичные.

Сторонники второй точки зрения разграничивают понятие морали и нравственности. Нравственность они связывают с принципами и нормами отдельного человека, который в своем поведении соответствует общепринятым обычаям, традициям, ценностям и нормам. Нравственность предполагает, что индивид должен подчиняться традиционному образу жизни, который выступает критерием добродетели.

А мораль — это более широкое понятие, включающее нормы и ценности общества, санкции, оценки, предписания, регулирующие поведение людей в обществе. Мораль выполняет многообразные функции в обществе.

Мораль имеет отношение к сфере сознания, а нравственность — к действию.

Мораль — особый способ регуляции поведения человека в обществе при помощи принятых в нем норм. Она упорядочивает действия и поведение человека во всех сферах его жизни. Труд, политика, межличностные отношения, международные отношения, семейные отношения и прочее регулируются моральными нормами и принципами. Мораль — это надбиологическая способность человека строить свои отношения с другими людьми. Она не заложена в генах и не подвластна генетической эволюции. Мораль формируется в обществе, имеет социальную природу. Это самая первая форма регуляции взаимоотношений между людьми. Она закрепляется и передается от поколения к поколению в виде табу, запретов, принципов, традиций, обычаев, норм.

Этика как наука о морали представляет собой систему норм и принципов человеческого поведения. Этика учит морали, т. е. дает практические знания, которые побуждают человека действовать в соответствии с законами морального поведения, принятого в обществе.

Однако научить морали нельзя. Но научиться можно!

Изначально моральные взгляды — это свободно избранные идеи каждого человека. Нравственную позицию человек вырабатывает самостоятельно, знакомясь с общепринятым поведением в различных ситуациях, анализируя поступки людей, изучая позицию мудрецов в различные периоды развития общества и пр. Он избирательно формирует свою систему нравственных ценностей, которая, в свою очередь, отражает специфику социальной среды, в которой данный человек рос, формировался как личность. Мораль — это форма осознания человеком общественно необходимого типа поведения. Человек осуществляет ее в свободных действиях, опираясь на личные убеждения и общественное мнение. Мораль — это внутреннее убеждение личности.

Свойства морали

1. Мораль выглядит как правила поведения по отношению к другим людям, обществу, к самому себе. Мораль всепроникающа. Она регулирует все виды взаимоотношений между людьми.

2. Свойство морали — требовать определенного поведения, называется императивностью (от лат. imperative — повелевать). Моральные нормы формулируются в форме запрета или повелительного предписания: уступи место старшему, подними упавшего, делай добро. Но при этом моральные нормы не дают никаких конкретных рецептов! Как сделать добро и что считать добром в каждом конкретном случае, каждый решает сам.

3. Нормы морали могут противоречить друг другу в конкретной ситуации. Выбор моральной нормы поведения в каждом случае остается за конкретным человеком.

4. Заповеди морали носят обобщенный, мировоззренческий характер.

5. Специальных органов контроля за соблюдением моральных правил нет. Эту функцию выполняет общественное мнение — семья, коллеги, друзья, СМИ. Различные социальные группы предъявляют разные критерии к оценке поведения человека. Поэтому личность сама определяет, как нужно поступать в соответствии с ее системой ценностей, личными убеждениями, общепринятыми правилами поведения.

Мораль выступает как личная позиция, как нравственное отношение конкретного человека к конкретным обстоятельствам. Ведь мир сам по себе не добр и не зол. Человек сам выстраивает свои отношения с миром.

5. Требования морали обращены ко всем одинаково. Безличность нравственного закона.

6. Универсальность нравственного требования.

7. Непрагматичность нравственной цели. Моральный поступок не рассчитан на награду.

8. Свободная причинность. «Только тот, кто добр, свободен». Нет причин, толкающих человека к добру — только свобода выбора поступка.

Таким образом, мораль — система социокультурных регулятивов поведения, основанная на способности человека к свободе выбора. Она регулирует поведение человека с точки зрения противопоставления добра и зла, должного и существующего.

Структура морали включает: моральное сознание, моральную деятельность и моральные отношения, связывающие их.

1. Моральное сознание — это сложное образование, включающее ряд компонентов, определяющих его содержание.

Моральная норма — это простая форма нравственных утверждений. Например: делай так-то, не кради, уважай старших. Это требования к поведению человека, указывающие на характер его деятельности в отношении к окружающим и к самому себе, в совокупности охватывающие содержание определенного морального принципа. Это образцы общепринятого действия и мироотношения. Норма определяет поведение человека в типичных ситуациях, повторяющихся тысячелетиями. Мы о них узнаем с раннего детства и пользуемся ими в подобных ситуациях, легко, не задумываясь. Моральные нормы не нуждаются во внешнем контроле, так как, усвоив их, человек полностью эмоционально и рационально их разделяет. Если человек, например, милосерден, то он будет проявлять это качество, даже если оно влечет за собой практические неудобства. В таких ситуациях человек сам себе контролер, судья своих поступков и переживаний.

Нормы морали регламентируют определенный стиль поведения людей, характер их взаимоотношений. Нужны ли эти нормы? Да, очень. Ведь тот, кто их знает, может свободно ориентироваться в различных деловых и жизненных ситуациях, действовать, не ущемляя достоинства других. Нормы морали помогают людям полагаться друг на друга, продуктивно сотрудничать при достижении общих целей.

Как бы привлекательно ни выглядели те или иные нормы, они не могут охватить разнообразие жизненных ситуаций, и реальное применение делает их весьма относительными. Дело в том, что норма прочна не сама по себе, а благодаря ее обоснованию. Принципы, идеалы и ценности помогают нам ориентироваться между добром и злом и соответственно подбирать конкретные модели поведения.

За всеми частностями поведения человека стоит вопрос: добро ли то, что он делает? Начиная с Аристотеля понятие добра выводилось из более общего понятия — блага. Благо — положительная значимость вообще, а добро — это все морально положительное. Добро вменяется в обязанность, повелевает, оно должно быть. Но только сделав добро, человек понимает, что это такое. Только получив удовольствие от хорошего поступка, убедишься, что его стоит совершать.

Наличие зла вызывает в душе человека чувство несовершенства и стремление к лучшему. Противоположность между добром и злом абсолютна. Добро или есть, или его нет. Что не добро, то зло.

Мораль по сути своей имеет смысл только в рамках напряженного долженствования, которое образуется между добром и злом. Мораль борется со злом и пороком.

Ценностная ориентация — это подчинение человеком своих замыслов, надежд, чувств какой-то определенной цели (будь то возвышенной или низменной) в рамках определенной моральной системы. Как правило, за целями стоят определенные ценности.

Ценностная ориентация сознания индивида — более устойчивое, глубинное выражение его морального содержания, чем отдельные его побуждения, оценки. Она осуществляется не только в отдельных нравственных поступках личности, но и во всей его линии поведения. В том случае, когда те или иные мотивы не совпадают с ценностной ориентацией, поведение человека как цепь поступков будет соответствовать ориентации, а не мотивам. Более того, ценностная ориентация может сама вызывать мотивы, оценки, заглушать другие мотивы.

Ценностная ориентация позволяет человеку зачастую интуитивно выбрать верную линию морального поведения.

Структура норм является более жесткой, чем система ценностей. Вслед за изменениями ценностного содержания нормы выражают его в императивной форме. Моральные ценности не исчерпываются набором традиционных ценностей, таких как добро, справедливость, честность, ответственность, добропорядочность и пр. Моральные ценности отражают самые различные проявления человеческого существования. То есть разносторонняя полноценная жизнь, наполненная трудом, межличностным общением, удовольствиями, семейными радостями и достижениями человека становится нравственной ценностью. Моральной ценностью может обладать все, что одобряется людьми в конкретно-исторический период развития общества, что становится образцом — обладание личными качествами (храбрость, терпение, великодушие), причастность к социальным институтам (семья, партия, социальная группа). Моральные ценности возникают в самых разных сферах коммуникации.

Высшие моральные ценности (добро, милосердие, справедливость) задают ориентиры деятельности человека, направляют ее к общественно значимым достижениям, служат стержнем его поведения. В рамках определенной культуры, в ее конкретном временном измерении они неопровержимы и становятся основой социокультурного становления личности и переживаются как объективные характеристики времени.

Высшие ценности, выступающие как высшие цели личностного развития, называют идеалами.

Идеал — это цель, к которой направлено развитие личности, это образ нравственно совершенной личности, но идеал не является эталоном, с которым необходимо совпадать. Идеал — это обобщенный образ. Он нам показывает, какими мы должны быть. Он развивает человека и составляет лучшую часть его души. Потеря идеала является очень тяжелым испытанием для человека, так как он утрачивает перспективу своего развития.

Нравственные качества человек приобретает в ходе социализации и нравственного воспитания. Это такие качества, как благоразумие, щедрость, доброжелательность, тактичность. Например, древнегреческие мудрецы особо выделяли 4 главные добродетели человека, такие как мудрость, мужество, умеренность, справедливость. Нравственные качества человека определяют его общую линию поведения.

Формируя линию своего поведения, человек выбирает для себя моральные принципы, на которые ориентируется в межличностном взаимодействии.

Моральные принципы — это наиболее общие требования к поведению человека в его отношении к среде и себе, определяющие основную линию его поведения и деятельности. Это универсальные формулы поведения. К ним относятся коллективизм, индивидуализм, эгоизм, альтруизм и др. Моральные принципы — это феномен рационального сознания. Они осмысливаются и воплощаются в лозунгах, правилах, афоризмах. Например, моральный принцип древних стоиков «подчиняй свои страсти уму». Моральные принципы — это принципиальный выбор человека. Он связан с достоинством личности и означает, что в любой жизненной ситуации человек их не нарушит. В конкретных обстоятельствах своей жизни человек постоянно сверяет свои принципы с идеалом.

Моральный человек требует выполнения моральных принципов прежде всего от себя. Жесткое следование моральным принципам, не отступая от них, даже если этого требует деликатность, гуманное отношение к другому человеку, называется ригоризм. А предъявление противоположных моральных требований к себе и другим называется ханжеством и лицемерием.

2. Моральная деятельность. Различают моральную деятельность в широком и узком смысле слова. Моральная деятельность в широком смысле есть сторона или аспект человеческой деятельности, а именно та ее сторона, которая выражается в поступках и нравах. Всякое действие становится поступком, когда оно приобретает для кого-либо то или иное значение (хорошее или дурное, вредное или полезное и др.).

Моральная деятельность в узком смысле слова — это акты поведения, которые мотивированы целями нравственного воспитания или самовоспитания.

3. Нравственные отношения представляют собой единство субъективного и объективного. Они субъективны, ибо складываются произвольно, исходя из представлений субъекта о нравственном и безнравственном. Но они и объективны, так как выливаются в действия, результаты которых приобретают то или иное значение для общества, для других людей.

Мораль вызвана к жизни потребностью согласования различных интересов — личных, семейных, групповых, классовых и др. Реализация этих интересов требует определенного урегулирования, согласования. Наиболее существенными для функционирования общества являются личный и общественный интересы. Поэтому в морали проблема их согласования занимает ведущее место. Общественный интерес, являясь ведущим, реализуется в действиях и поступках личности и коллектива, а личный интерес способен осуществляться только тогда, когда жизнеспособно и устойчиво общество в целом. В связи с этим мораль выполняет в обществе различные функции.

Функции морали

1. Гуманизирующая. Мораль поднимает нас над нашей сегодняшней ограниченностью, любую природу мораль «очеловечивает»; кто бы ты ни был, ты обязан быть нравственным.

2. Регулятивная. Каждый сам строит свою позицию, опираясь на моральные нормы и ценности, мораль предполагает саморегуляцию поведения человека — он предъявляет себе требования и выполняет их.

3. Ценностно-ориентирующая. Мораль содержит жизненно важные для человека ориентиры: представление о смысле жизни, предназначении человека, ценностях человеческого существования: свободе, счастье, любви, справедливости и пр.

4. Познавательная. Познание мира в понятиях добра и зла, долга и ответственности, познание нравственной сущности человека, перспективы его самосовершенствования.

5. Воспитательная. Мораль выводит человека за пределы его природного бытия, делает человека человеком, способствует его личностному саморазвитию.

Мораль, являясь формой регуляции поведения человека, выполняет все указанные функции одновременно.

В нравственном опыте, накопленном в истории человечества, сформировались этические воззрения, концентрирующиеся на определенных жизненных установках, которые определяли модели поведения. Формировались системы взглядов, выдвигавшие на первый план какой-либо один из принципов, таких как забота о ближнем, готовность к самопожертвованию, стремление к счастью, удовольствиям и пр. Рассмотрим их специфику.

Эвдемонизм (от греч. eudaimonia — счастье, блаженство). Определяет счастье как высшую цель в жизни человека, как основу нравственности. При этом счастье понимается по-разному. Аристотель понимал счастье, как расцвет внутренних сил человека, независимость от внешних обстоятельств, основу которого составляет созерцание окружающего мира, а не стремление к богатству и почестям. Эпикур утверждал, что счастье — это удовольствие, но духовные удовольствия ценил гораздо выше телесных и утверждал, что жить приятно может лишь тот, кто живет разумно и справедливо.

Центральным является вопрос о соотношении счастья как индивидуального благополучия и добродетели, как нравственного образа мыслей и действия. Мораль напрямую зависит от счастья, а ценность морали определяется чувствами удовольствия, душевного комфорта, которые сопутствуют добродетельному образу мыслей и действию. Формами эвдемонизма являются гедонизм и утилитаризм.

Гедонизм (от греч. ηδονή — наслаждение) — философско-этическое учение, согласно которому высшей целью и наибольшим благом человеческой жизни является чувственное удовлетворение. Все содержание разнообразных моральных требований гедонизм сводит к получению наслаждения и избеганию страдания. Эта цель рассматривается как основное движущее начало в человеке, заложенное в него природой и в конечном счете определяющее все его действия. Добро — это то, что приносит наслаждение и избавление от страданий, а злом считается то, что влечет за собой страдание. Основателем гедонизма является древнегреческий философ Эпикур (342—271 гг. до н. э.), который писал: «Я со своей стороны не знаю, что разуметь мне под благом, если исключить удовольствия, получаемые посредством вкуса, посредством любовных наслаждений, посредством слуха и посредством восприятия красивой формы».

Утилитаризм (от лат. utilitas — польза) — это этическое учение, согласно которому критериями нравственности выступают польза и выгода. Суть этого учения состоит в том, что все поступки, совершаемые человеком, прямо или косвенно помогают ему чувствовать себя счастливым. Все поступки необходимо оценивать исходя из их полезности для достижения счастья. Теоретики утилитаризма (Дж. Милль, И. Бентам) полезность трактовали широко, связывая ее и с общим благом, и с умственным развитием человека. Каждое действие человека должно соотноситься с принципом пользы и достижением счастья для наибольшего числа людей. Счастье заключается в благополучии большинства людей.

Альтруизм (от лат. alter — другой) — готовность к отречению от собственного блага ради блага других. Термин альтруизм был введен французским философом О. Контом в XIX в. Быть альтруистом значит жить для других людей.

Эгоизм (от лат. ego — я) — жизненная позиция, противоположная альтруизму. В обыденной жизни эгоизм проявляется как себялюбие, корысть в сочетании с пренебрежительным отношением человека к благополучию других людей. Эгоизм становится предметом изучения в Новое время. Теоретики «разумного эгоизма» К. Гельвеций, П. Гольбах и Д. Дидро утверждали, что личный интерес требует не только учитывать интересы других людей, но и действовать ради общей пользы. Эгоизм рассматривался как свойство человека, с которым необходимо бороться, нейтрализовать и подчинять положительным целям.

Прагматизм (от греч. pragma — дело, действие) — учение, возникшее и распространившееся, в начале XX в. в США. Его представители Ч. Пирс, У. Джеймс, Дж. Дьюи утверждали, что истина — это то, что приносит выгоду, пользу.

Морально все, что обеспечивает жизненный успех. Моральные представления — это инструменты нашей успешной практической жизни. Всякая констатация общечеловеческих ценностей бессмысленна. Практика жизни свидетельствует о том, что актуальные предпочтения людей обычно имеют не общечеловеческий, а индивидуальный или групповой характер. Человек должен руководствоваться принципом наличной моральной ситуации и поступать исходя из настоящего и ближайшего будущего.

Категории этики как высшие моральные ценности

Рассмотрим основные категории этического знания.

Добро — все, что способствует жизни, развитию и благоденствию человека и человечества. Добро оценивается положительно, рассматривается как важное и значимое для жизни человека и общества. Позволяет жить, развиваться, благоденствовать, достигать гармонии и совершенства. Оно ассоциируется с жизнью. Это то, что хорошо, прекрасно и достойно всяческой похвалы. Понятие добра соотносится с понятиями доброты, добродетели. Добрым называют человека, который несет людям добро.

Доброта характеризует целостность личности.

Этика рассматривает добро как объективное моральное качество поступка: добро является наиболее общим понятием морали, которое объединяет всю совокупность положительных норм и требований нравственности и выступает как идеал. Добро может рассматриваться как нравственная цель поведения, и в этом смысле оно выступает как мотив поступка. Наконец, добро может выступать и как добродетель, как моральное качество личности. Такое многозначное определение добра выступает из самой природы нравственности.

Добродетель — готовность и способность человека следовать добру.

Добродетелями называют нравственно-похвальные человеческие качества (бесстрастие, строгость, мужество, неукоснительное выполнение долга, смирение, любовь, которая обращена даже к врагам).

Порок — противоположность добродетели, явление морального зла в человеческом сознании и поведении.

Добру противостоит зло. Часто мораль отождествляется с добром, с положительным поведением, а зло соответственно рассматривается как аморальность, безнравственность, как все то, что способствует моральной деградации человека, толкает его к дурным поступкам.

Зло — все то, что разрушает жизнь и благополучие человека, что приносит ему неоправданные страдания. Зло всегда уничтожение, подавление, унижение. Зло деструктивно и ведет к распаду, к отчуждению людей друг от друга и от животворящих истоков бытия, к гибели.

Зло может быть разделено на три вида:

• физическое или природное зло. Это все естественные стихийные силы (землетрясения, наводнения, ураганы, извержения вулканов, эпидемии и обычные болезни). В современном мире многие явления «природного зла» уже прямо связаны с масштабной деятельностью человека, с нарушением экологического баланса;

• зло в общественных процессах. Это классовое неравенство, зависть и т. п. А также объективное противостояние интересов, борьба за земли, источники сырья, войны, в которые множество людей оказываются втянутым помимо своей воли. Социальное зло — часть естественно-исторического процесса;

• нравственное зло — зло, совершаемое при непосредственном участии человеческого внутреннего мира — сознания и воли. Это зло, происходящее и творимое по решению человека, по его выбору.

Враждебность — это активное зло. К ней можно отнести агрессию, насилие, разрушительность, гнев, ненависть, желание гибели, стремление к подавлению других. Оно направлено вовне, стремится к уничтожению чужого бытия и благополучия.

Долг — нравственная необходимость, принудительная внутренняя потребность следовать определенным ценностям и нормам.

Это необходимость выполнять свои нравственные обязанности, подчиняться воле более значимой, чем своя собственная. Долг — проявление необходимости. Его выполнение предполагает отказ от собственного выбора, согласие с теми требованиями, которые содержатся в императивах долга. Долг становится нравственным феноменом, когда следование его требованиям является добровольным. Нравственный долг — это наше сознательное и свободное подчинение моральному повелению. Порой следование долгу сопряжено с тем, что надо пожертвовать удобствами, комфортом, спокойствием, благополучием, даже любовью или жизнью. Это не означает, что человек, выполняющий долг — мученик. Само выполнение долга вызывает чувство гордости за себя.

Выполнение долга самоценно.

Долг бывает эмпирический: родительский, детский, дружеский, профессиональный, долг перед Родиной; моральный (нравственный) — это долг бескорыстного, неизбирательного благоволения ко всем разумным живым существам.

Долг не может базироваться на любви. Он есть выражение высшего морального закона, которому человек одновременно и обязан, и способен неукоснительно подчиняться. Долг суров, он не терпит поблажек и требует от человека спокойного и последовательного служения.

Вина — это переживание несоответствия моральным нормам и невыполнения своего долга.

Вина возникает в ситуации, когда человек чувствует личную ответственность за происходящее и считает, что именно он является причиной чужих страданий или нарушения долга. Переживание вины вызывается как совершением чего-либо, что дает негативный результат, так и несовершением должного. Переживая вину, человек озабочен своим поступком. Вина тяготит его. Вина может быть погашена прощением.

Ответственность — способность принять на себя все последствия собственного поведения.

Совесть — наличие внутреннего морального контроля, рефлексия по поводу верности или неверности собственного нравственного поведения.

Совесть — особый морально-психологический механизм, который действует изнутри нашей собственной души, проверяя, выполняется ли долг. Главная функция совести — функция самоконтроля. Совесть напоминает человеку о его моральных обязанностях, ответственности, которую индивид несет перед собой и другими. Человек совестливый, как правило, человек с острым чувством морального долга. Он предъявляет к себе высокие моральные требования. Совесть заставляет индивида корректировать свои поступки согласно ценностям и установлениям, существующим в обществе.

Э. Фромм очень точно определил совесть как «наше собственное воздействие на самих себя». Совесть необходима для того, чтобы соблюдать абсолютные моральные запреты. Совесть — это инстинкт этического самосохранения, способный уберечь от дурных поступков. Если совесть не сформирована, а нравственные привычки слабы, если честность, справедливость, порядочность не стали естественными рычагами поведения, то человека нельзя считать моральным.

Совесть — феномен эмоциональный. Она проявляет себя через глубокие негативные переживания по поводу моральности своего поведения. Таким образом, совесть есть чувство ответственности за конкретно понятый долг, самоотчет за выполнение определенных моральных обязательств.

Чистая совесть — это сознание того, что ты в общих чертах справляешься со своими моральными обязанностями. Ощущение чистой совести дает человеку уравновешенность, спокойствие, способность оптимистично и бодро смотреть в будущее.

Чистая совесть — нормальное состояние человека, выполняющего моральный долг, и это награда за нравственные усилия.

Честь — это признание обществом, коллективом, окружающими общественной ценности человека, одобрение его поступков и действий. Честь — это потребность человека в одобрении его поведения общественным мнением.

Достоинство — это объективная, общественно-нравственная ценность личности, а также потребность человека в одобрении своих поступков со стороны общества, окружающих его людей.

Специфика достоинства в том, что его утрата унижает личность, оскорбляет ее чувства, в то время как неумеренное чувство собственного достоинства вызывает осуждение со стороны общества. Мера достоинства в обнаружении своих положительных качеств, свойств, сторон и недостатков есть скромность.

Л. Н. Толстой отмечал: чем выше у человека самомнение, противоположное скромности, тем меньше его подлинная величина даже при наличии несомненных достоинств.

Свобода — способность человека совершать выбор между добром и злом, следовать добру либо злу.

Свобода — это осознанная необходимость. Суть свободы состоит в возможности выбора. Для реализации свободного выбора должны отсутствовать внешнее принуждение и запрет. Для того чтобы свободный выбор состоялся, нужны сознательность и рефлексия, способность увидеть наличные варианты и остановиться на одном из них. Поистине свободный выбор может произойти, когда у свободной воли есть ориентиры — ценности, цели, идеалы. Человеку необходимо понимать, для чего ему нужна свобода и как он может ее применить во благо себе и другим.

Свобода — это возможность поступать в соответствии с собственными ориентирами, желаниями, стремлениями в рамках наличной необходимости. Мы определяем исходные эмоционально-нравственные ориентиры, а также конкретные цели и принимаем конкретные решения.

Справедливость — мерная характеристика человеческого поведения, предполагающая воздаяние за совершенные поступки.

Она означает такой должный порядок человеческой жизни, при котором существует соответствие между деянием и воздаянием, достоинством и вознаграждением.

Справедливость объективна. Недаром богиня правосудия Фемида изображена с завязанными глазами и держащей в руках весы. Она взвешивает добро и зло вслепую. Как бы уравнивает добро и зло, преступление и наказание, подвиг и награду.

Справедливость включает: равенство прав людей, их равную обязанность заботиться об общих интересах и справедливое наказание за нарушения общественного порядка и преступления против общества.

Стыд — переживание собственного несоответствия моральным требованиям перед лицом других.

Когда человек трусит или жадничает, предает или проявляет ненужную агрессию, он встречает неодобрение, презрение или насмешку окружающих и стыдится собственных поступков, гневается на самого себя. Стыд усиливает самокритику и временно вызывает чувство бессилия. В человеке борются между собой два мотива: тяга совершить под давлением что-либо запретное и стыд за возможность такого поведения, который предстает в виде осуждения конкретных значимых для него людей. Стыдящийся чувствует себя объектом оценки, его собственные субъективные силы и потенции скованы стыдом, парализованы им.

Также случается, что человек может испытывать стыд не только от упреков, но и от избыточных похвал, поскольку он вынужден слушать завышенную не по заслугам оценку. Но человеку самовлюбленному такой вид стыда не грозит. Он боится лишь осуждения и порицания.

Правда — имеющее немаловажное значение среди высших нравственных ценностей понятие.

Правда — это некоторый образцовый порядок бытия и человеческих отношений. В межличностной коммуникации предполагает взаимопомощь, поддержку, стремление и способность понять другого, а также раскрыть себя. Она означает соответствие наших субъективных представлений объективному положению дел. Кроме того, правда тесно связана с достоинством человека. Тот, кто уважает себя самого, не может быть лжецом. Тот, кто лжет, не ценит и не уважает других, теряет собственное достоинство. Правда не абстрактна. Каждый прикасается к ней по-своему и со своих позиций. Это и означает, что «у каждого — своя правда».

Распущенность дает общее название другой группе человеческих пороков: малодушию, трусости, лени, холопству, неумению совладать со своими влечениями, желаниями и страстями. Распущенный человек легко поддается соблазнам. К распущенности можно отнести также жадность, обжорство, похотливость, неуемную страсть к различным удовольствиям.

Прощение — акт великодушия, происходящий по свободной воле пострадавшего.

Прощение — важный акт для того, кто несет в сердце ненависть и обиду. Тот, кто содеял зло, переживает вину. Тот, кто подвергся удару, — обиду.

Прощение — вещь неформальная. Но только прощение оказывается в силах оборвать плетущуюся цепочку взаимного зла, ненависти и сопровождающего их страдания.

Область вины, обиды и прощения — сфера не рациональная, а эмоциональная.

Раскаяние — сожаление о содеянном и твердое решение не повторять поступка.

Милосердие — сочувствие и бескорыстная помощь ближнему.

Любовь — утверждение бытия другого человека как уникальной, неповторимой личности, пожелание ему блага и развития и помощь в этом.

Счастье — обоснованная удовлетворенность жизнью.

Таким образом, нравственной мы можем назвать такую личность, для которой характерны следующие черты:

1) свобода, выражающаяся в самоопределении своего поведения в отношении к окружающей среде, опираясь на общепринятые в обществе моральные нормы и ценности. Поведение зрелой личности в любой обстановке позволяет ей оставаться собой и одновременно быть адекватной обстоятельствам;

2) универсальность, способность находить в себе необходимые качества, адекватные обстоятельствам, которые позволяют сохранять свое я;

3) уникальность поступков личности. Личность видит мост там, где другие видят пропасть, отделяющую их от желаемого. Чтобы быть личностью, надо быть самим собой. Академик Д. С. Лихачев на вопрос, трудно ли быть порядочным человеком, ответил: «Нет, очень легко, всегда делаешь то, что хочешь, сообразно общезначимым моральным ценностям».

Задачи этики как науки

1. Этика — наука нормативная, она не только отражает нравственность, но и утверждает, провозглашает конкретные моральные нормы, ценности.

2. Этика — наука не только описательная, но и интерпретирующая. Она не только описывает нравственную сферу деятельности человека, но и дает ей определенную интерпретацию.

3. Этика — наука прикладная, т. е. она дает определенные советы, рекомендации в решении моральных проблем применимо к конкретным ситуациям, специфике профессиональной деятельности.

Виды этики

Этика содержит в себе 3 блока нравственных проблем, которые составляют описательную, нормативную и метаэтику.

Описательная этика (от англ. describe — описывать) изучает и описывает мораль народов, культур или обществ. Она систематизирует и излагает сведения о нравах, традициях, принятых в разных культурах в различные исторические периоды, но ничего не предписывает. Ее содержание составляют проблемы происхождения и сущности морали, определение ее места в системе общественных отношений, структуры и содержания нравственного сознания. В ней сопоставляются разные моральные системы, кодексы, принципы, ценности в их конкретно-исторической специфике. Описательная этика наукообразна, ее язык формализован и имеет развитый категориальный аппарат.

Нормативная этика базируется на основных положениях описательной этики, обосновывает целостную систему нравственности — ее базисные моральные принципы, ценности, действующие в конкретном обществе или в обществе в целом. В задачи нормативной этики входят обоснование и оценка базисных моральных ценностей, выявление основополагающих принципов и норм морали, выстраивание иерархии нравственных норм и ценностей общества. Нормативная этика выступает своеобразной формой связи теоретической этики и практической морали, т. е. служит «передаточным механизмом» от теоретической к прикладной этике, занимающейся моральными коллизиями в конкретных ситуациях и сферах общественной практики.

Нормативная этика содержит в себе моральные знания, которые передаются как в понятийной, научной, форме, так и в мифах, былинах, сказках, стереотипах поведения.

Метаэтика исследует значение моральных терминов, языка и понятийного аппарата этики, исследует логику нравственного мышления. Появление в начале XX в. метаэтики связывают с именем английского философа Дж. Мура, одного из основоположников лингвистической ветви аналитической философии. Термин «метаэтика» введен в этику логическими позитивистами и означал лишь формальное исследование морального языка, безотносительно к его содержанию, в противоположность нормативной этике. В круг ее интересов не входит выяснение конкретно исторической специфики моральных норм и принципов и их отражение в конкретных формах жизнедеятельности человека. Но без этих вопросов метаэтика превращается в разновидность логики, выходя за пределы философской теории.

Прикладная этика применяет принципы общей этики для решения конкретных социально-этических проблем в специализированных сферах человеческой деятельности. В ней анализируются нравственные проблемы, возникающие в межличностных отношениях, практических ситуациях, контексте конкретной профессиональной деятельности. Проблемы научно-технического прогресса, применение новых технологий, генная инженерия, клонирование, трансплантация органов привели к развитию биоэтики. Стали актуальны проблемы распределения мировых пищевых и сырьевых ресурсов, рост народонаселения, увеличение числа катастроф, вызванных вмешательством человека в природную среду. Этика все глубже проникает в сферу различных социальных взаимодействий — политики все чаще прибегают к этическим критериям, общественность требует этического контроля над бизнесом и рекламой, экологи требуют бережного отношения человека к окружающей среде. Различные сферы человеческой жизнедеятельности, такие как медицина, экология, информационные технологии, бизнес, объединяют общие этические проблемы, требующие своего практического решения с позиции общечеловеческих моральных ценностей. Соответственно сегодня актуальными стали такие направления прикладной этики, как экологическая, политическая, юридическая этика, биоэтика, компьютерная этика, корпоративная этика, этика бизнеса и другие, в которых конкретные моральные ситуации преломляются через общезначимые нравственные проблемы.

Профессиональная этика — это система норм и стандартов поведения, обеспечивающих выполнение конкретных видов профессиональной деятельности. Она изучает профессиональную мораль как конкретизацию общих норм нравственности в рамках специфических условий конкретного вида деятельности человека. Общие моральные требования преломляются через специфику профессиональной деятельности и превращаются в нормы и правила профессионального поведения. Здесь формулируются профессиональные моральные кодексы, в которых центральным звеном является гармония между социальной ответственностью работника и требованиями стандартов профессиональной деятельности. Все профессиональные этические проблемы решаются при помощи системы этических категорий, которые содержатся в традиционных этических учениях — в этике «общественного договора», в этике «категорического императива Канта», в утилитаризме, деонтологии и пр.

Известный французский философ К. Леви-Стросс однажды сказал: «XXI век будет веком гуманитарной культуры, если он будет вообще». Если человечество не обратит свое внимание на первостепенную значимость духовных ценностей в жизни современного человека, не уделит должного внимания социально-этическим проблемам информационных технологий, то у человечества может не оказаться будущего.

Вопросы для самопроверки

1. Определите специфику этики как философской дисциплины.

2. Дайте понятие морали, ее свойств, структуры и функций в обществе.

3. Какие компоненты входят в систему моральной регуляции? Покажите их особенности.

4. Раскройте содержание основных категорий этики как регуляторов нравственной жизни человека и общества.

5. Приведите примеры различных этических установок, определяющих модели поведения человека. В чем их суть?

6. С чем связано многообразие видов этики? Дайте им характеристику.

Литература

1. Гусейнов А. А., Апресян Р. Г. Этика. М.: Гардарики, 2008.

2. Гусейнов А. А. Этика // Новая философская энциклопедия. 2-е изд., М., 2010.

3. Дробницкий О. Г.