Составитель Н. В. Илиевский

И.В. Сталин.
100 и 1 цитата

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 82-84

ББК 84(2Рос=Рус)6

С76

Изображение на обложке «Генеральный секретарь ЦК ВКП (б)
Иосиф Сталин в своем рабочем кабинете», фото РИА Новости / www.ria.ru

Составитель и автор комментариев:

Илиевский Н. В., российский историк, философ, действительный член Международной академии исторических и социальных наук и Европейской академии естественных наук, советник Российской академии естественных наук, полковник, автор и соавтор около 60 научных трудов по военной истории и теории, отечественной и зарубежной истории, лауреат Первой премии Министерства обороны Российской Федерации за лучшую публикацию в военных СМИ (2010 г.) и Национальной премии Российской государственной библиотеки, «Литературной газеты», Русского биографического института и Культурно-просветительского центра «Орден» «Лучшие книги и издательства года» (2013 г.).

Иосиф Сталин принадлежит к числу самых противоречивых персонажей всемирной истории. Интерес к его личности феноменален. Многие сотни отечественных и зарубежных авторов, написавшие о Сталине массу книг, так и не сумели удовлетворить его в полной мере.

Кто он, этот «русский человек грузинского происхождения», ставший одним из главных символов Советской эпохи?

«Гигант», «политик необычайной энергии и несгибаемой силы воли», «одна из величайших фигур современной истории», — как говорили Бернард Шоу, Уинстон Черчилль и Юхо Паасикиви?

«Выдающаяся посредственность», — как заявлял Лев Троцкий?

«Гений зла», «кровавый палач», «тиран», — как утверждают антисталинисты?

Какую роль сыграл Сталин в истории?

Книга, предлагаемая вниманию уважаемого читателя, поможет ему в поисках собственного ответа на эти вопросы.

УДК 82-84

ББК 84(2Рос=Рус)6

© Илиевский Н. В., составление, 2017

© ООО «РГ-Пресс», 2017

© ООО «Проспект», 2018

К читателю

Когда мне предложили подготовить этот сборник, я согласился без долгих колебаний.

Сама задача выглядела очень интересной. Причем как с точки зрения содержания, так и в силу оригинальной формы решения. Выбрать из огромного материала сто одну цитату известного исторического персонажа и с их помощью показать человека и его эпоху — разве это не увлекательно? То, что о И. В. Сталине написаны тысячи книг, а его собственные работы благодаря интернету доступны сегодня каждому, только добавило азарта.

ХХ век с его войнами и революциями, поражениями и победами, провалами и достижениями, героями и антигероями является, по-видимому, самым значительным столетием в истории человечества. Сталин был одним из тех, кто сформировал его облик.

Он умер 5 марта 1953 г., почти 65 лет назад. Тем не менее чувства, которые возникают у многих из нас при одном упоминании его имени, по-прежнему отличаются яркостью и силой. Сталина боготворят и ненавидят, прославляют и проклинают. Для одних он бескорыстный гений, спасший страну в пору тяжелейших испытаний, для других — властолюбивый тиран, погубивший множество жизней. Между этими крайними позициями находится огромное число вариаций. И это неудивительно — ведь в нашей стране трудно найти человека, который не имел бы собственного, хотя бы самого общего, взгляда на личность Сталина и его деятельность.

Разночтений очень много, а оценки часто полярны. Единственное, в чем, кажется, все мы начинаем сходиться, так это в том, что объяснение феномена Сталина не может быть примитивным и однобоким.

История вообще неоднозначна и непроста для понимания.

Прошлое содержит в себе невероятное множество событий и обстоятельств, познание и объяснение которых является сложнейшей интеллектуальной задачей. К тому же историю пишут люди, не свободные от непредумышленных ошибок, личных пристрастий, а порой и корыстных расчетов. Вспомним и о политической конъюнктуре, влияние которой на историческую науку неоспоримо.

Объективные и субъективные трудности снижают практическую полезность истории, но, конечно, не отменяют ее. Широко известный афоризм — «История учит тому, что ничему не учит» — на самом деле является ошибочным суждением. Его слабость состоит в избыточной категоричности, в претензии на абсолютную истину.

С одной стороны, действительно, многие люди, включая профессиональных политиков, совершая раз за разом одни и те же ошибки, упорно демонстрируют свою неспособность учиться на опыте прошлого. Однако эволюция человечества продолжается уже много тысячелетий. Вряд ли бы это стало возможным без продуктивного исторического анализа. Получается, что как ни крути, обществу в целом все же удается извлекать уроки из прошлого, что и обеспечивает развитие. А раз так, то все дело — в желании и умении делать верные выводы.

Многие из нас всю жизнь находятся в плену раз и навсегда усвоенных догм, что ослабляет чувства и обедняет разум. Умение слушать и слышать других, критический взгляд на мир и на самого себя — вот лекарство от этой болезни. Французский философ Рене Декарт когда-то очень верно подметил: «Для того чтобы постичь истину, каждый должен хотя бы раз в жизни отказаться от устоявшихся представлений и совершенно заново построить систему своих взглядов».

Думается, что этот универсальный совет может оказаться полезным и в случае со Сталиным.

***

В этой книге приведена сто одна цитата И. В. Сталина, каждая из которых, представляя собой фрагмент его статьи или выступления, интервью или письма, дает замечательный повод обратиться к конкретным историческим сюжетам.

Все цитаты абсолютно достоверны. В сборник, естественно, не вошли разного рода фантазийные материалы, каковых немало появилось в последнее время и которые активно тиражируются как в силу злого умысла, так и в результате добросовестных заблуждений. За рамками этой книги остались и многочисленные исторические анекдоты. Не использовалась также мемуарная литература, в том числе принадлежащая перу самых именитых авторов. Хотя в ряде случаев я вполне убежден в подлинности приводимых в ней сталинских высказываний, тем не менее твердо решил не опираться на эти источники. Признаюсь, что порой было очень трудно устоять перед соблазном, но у каждого жанра свои требования.

Цитаты, за исключением первой и последней, выстроены в хронологическом порядке, что позволяет яснее показать общую историческую картину.

В работе приведено довольно много справочного материала. Понятно, что для подготовленного читателя он не станет открытием, но, надеюсь, поможет лучше передать дух времени и специфику эпохи.

Надеюсь, что знакомство с этой книгой поставит перед вами новые вопросы и подтолкнет к поиску ответов на них.

Н. Илиевский

Сталин (Джугашвили)
Иосиф Виссарионович
(1879–1953)

революционер, советский политический
и государственный деятель. Лидер СССР в 1924–1953 гг.
Генералиссимус Советского Союза

В чем состоит ревизионистская манера цитирования Маркса? Ревизионистская манера цитирования Маркса состоит в подмене точки зрения Маркса цитатами из отдельных положений Маркса, взятых вне связи с конкретными условиями определенной эпохи»¹.

(заключительное слово И. В. Сталина по докладу на VII расширенном Пленуме Исполнительного комитета Коммунистического интернационала², 13 декабря 1926 г.)

В ходе полемики с Г. Е. Зиновьевым³ по поводу возможности победы социализма в отдельной стране Сталин обвинил его в некорректном («ревизионистском») цитировании К. Маркса⁴ и Ф. Энгельса⁵ и заявил, что «зиновьевская манера цитирования Маркса состоит в подмене точки зрения Маркса буквой, цитатами из Маркса, оторванными от живой связи с условиями развития пятидесятых годов XIX столетия и превращенными в догму».

Следует заметить, что это наблюдение Сталина имеет универсальный характер и относится к огромному числу самых разных цитирований, сделанных в самые разные исторические эпохи, самыми разными людьми и в самых разных целях.

Памятуя об этом и желая избежать столь распространенной ошибки, автор комментариев к приведенным ниже цитатам И. В. Сталина постарается, насколько это возможно в формате данного издания, увязать их как с общим контекстом, так и с историческими условиями, в которых приводимые слова были произнесены или написаны.

Впрочем, без отдельных параллелей с сегодняшним днем все равно обойтись не удастся.

Ходил он от дома к дому,
Стучась у чужих дверей,
Со старым дубовым пандури⁶,
С нехитрой песней своей.

А в песне его, а в песне —
Как солнечный блеск чиста,
Звучала великая правда,
Возвышенная мечта.

Сердца, превращенные в камень,
Заставить биться сумел,
У многих будил он разум,
Дремавший в глубокой тьме.

Но вместо величья славы
Люди его земли
Отверженному отраву
В чаше преподнесли.

Сказали ему: «Проклятый,
Пей, осуши до дна…
И песня твоя чужда нам,
И правда твоя не нужна!»⁷

В 1895 г. в газете «Иверия», издававшейся в Тифлисе Ильей Чавчавадзе⁸, которого в современной Грузии называют одним из «отцов Отечества», были опубликованы пять стихотворений 16-летнего поэта Сосело⁹. Псевдоним Сосело принадлежал юному Иосифу Джугашвили.

Эта публикация его поэтических произведений была не единственной: в 1899 г. стихотворение, посвященное Рафаэлу Эристави¹⁰, было перепечатано в его юбилейном сборнике, а в 1907 г. Михаил Келенджеридзе¹¹ включил его в «Грузинскую хрестоматию или сборник лучших образцов грузинской словесности» вместе с произведениями Шота Руставели, Григория Орбелиани, Николоза Бараташвили, Александра Казбеги¹². Еще одно стихотворение — «Утро» — вошло в учебник «Родной язык» для начальных классов, изданный в 1912 г.

По некоторым сведениям, в 1949 г., в ходе подготовки празднования 70-летия И. В. Сталина, готовилось отдельное издание его юношеских стихов, для литературного перевода которых на русский язык планировалось пригласить Б. Л. Пастернака¹³, А. А. Тарковского¹⁴ и П. Г. Антакольского¹⁵. Однако эта идея не нашла поддержки у самого Сталина, и проект реализован не был.

Само собой, что непоследовательность — пятно на политической физиономии «руководителя», и оно (пятно), несомненно, должно быть отмечено¹⁶.

Осенью 1904 г. И. В. Сталин находился в Кутаисе, где занимался реорганизацией Имеретино-Мингрельского комитета РСДРП¹⁷. К этому месту и к этому времени относятся два письма, написанные им в Лейпциг, его товарищу М. Давиташвили, жившему там в эмиграции.

Приведенные слова взяты из второго послания. Конкретно здесь идет речь о Г. В. Плеханове¹⁸, к которому Сталин относился весьма критически. Вообще, острая борьба между большевиками и меньшевиками¹⁹, развернувшаяся в то время, во многом определила содержание обеих писем.

Симпатии Сталина, безусловно, на стороне В. И. Ленина²⁰ и его группы. Лениным он открыто восхищается, отмечает твердость и последовательность его позиции, называет горным орлом. К главному оппоненту большевиков — Плеханову — отношение совсем иное. Сталин искренне недоумевает: «Этот человек или совершенно рехнулся, или в нем говорят ненависть и вражда. Думаю, что обе причины имеют здесь место. Я думаю, что Плеханов отстал от новых вопросов». Непоследовательность Плеханова и противоречивость его позиции Сталин считал типичной чертой этого лидера меньшевистского крыла РСДРП.

Хотя в основе исторических процессов лежат прежде всего объективные причины, значение субъективного фактора (особенно в критические моменты развития) исключительно велико. Всемирная и отечественная история знает множество примеров, когда слабость и непоследовательность политиков, с пятнами на «политической физиономии» или без, способствовали масштабным кризисам и даже гибели целых государств.

Россия — заряженное ружье с приподнятым курком, могущее разрядиться от малейшего сотрясения²¹.

Прокламация, из которой взяты эти слова, напечатана в нелегальной Авлабарской типографии²² Кавказского союза РСДРП в январе 1905 г., буквально за несколько дней до Кровавого воскресенья²³. Подпись под текстом — «Союзный комитет», автор текста — Сталин.

Прокламация написана резким языком, содержит жесткую критику «царского самодержавия» за поражение в Русско-японской войне²⁴, антинародную политику, гибель «славных товарищей, зверски убитых царскими башибузуками в Ярославле, Домброве, Риге, Петербурге, Москве, Батуме, Тифлисе, Златоусте, Тихорецкой, Михайлове, Кишиневе, Гомеле, Якутске, Гурии, Баку…».

Завершается прокламация призывами к свержению самодержавия и установлению демократической республики.

Не напрасно Бебель²⁵ говорил: что нашим врагам нравится, то нам вредно!²⁶

Статья И. В. Сталина «Современный момент и Объединительный съезд рабочей партии», из которой приведены эти слова, впервые была опубликована на грузинском языке в Тифлисе в 1906 г.

IV («Объединительный») съезд Российской социал-демократической рабочей партии (РСДРП) проходил в Стокгольме с 10(23) апреля по 25 апреля (8 мая) 1906 г. В его работе участвовало 112 делегатов с решающим голосом, в их числе — Сталин. Большевики имели всего 46 мандатов, остальные принадлежали меньшевикам и их союзникам, так называемым примиренцам, или центристам. Этот расклад сил во многом предопределил характер принятых решений.

Главным вопросом, обсуждавшимся на съезде, стала новая редакция аграрной программы партии. Предложения В. И. Ленина, выступавшего за национализацию земли, не получили достаточной поддержки, и победу одержали меньшевики, ратовавшие за передачу помещичьих земель местным органам власти с их последующей арендой крестьянами.

Резолюции о Государственной Думе и вооруженном восстании²⁷ также были приняты в меньшевистской редакции. Кроме того, съезд запретил проведение экспроприаций, на допустимости которых для нужд революции безуспешно настаивали большевики. В состав Центрального комитета партии было избрано десять человек: семь меньшевиков и три большевика.

IV съезд формально восстановил единство партии, расколовшейся на своем II съезде на большевиков и меньшевиков, но в реальности подлинного объединения так и не случилось. Как территориальные организации в состав РСДРП вошли социал-демократы Польши, Литвы и Латвии. С Украинской СДРП договориться об объединении не удалось.

В своей статье Сталин дал оценку решений съезда и обстановки, в которой они были приняты. Общую ситуацию он охарактеризовал как «канун восстания», которое закончится либо установлением «самодержавия народа», либо «победой контрреволюции», и заявил: «Кто не с нами, тот против нас!»²⁸

«Коренной ошибкой съезда» Сталин назвал позицию меньшевиков, отвергших идею «гегемонии пролетариата» в революции и отдавших руководство в ней «буржуазным демократам». Он также осудил меньшевистские резолюции съезда о вооруженном восстании и о Государственной Думе, заметив, что они неслучайно заслужили похвалу «врагов народа» — кадетов²⁹. В этой связи и была написана процитированная фраза.

Диалектика говорит, что в мире нет ничего вечного, в мире все преходяще и изменчиво, изменяется природа, изменяется общество, меняются нравы и обычаи, меняются понятия о справедливости, меняется сама истина — поэтому-то диалектика и смотрит на все критически, поэтому-то она отрицает раз навсегда установленную истину³⁰.

В июне — июле 1906 г. в грузинской большевистской газете «Ахали Цховреба» («Новая жизнь»)³¹ была опубликована серия статей И. В. Сталина под общим названием «Анархизм или социализм?».

Сталин начинает с того, что выделяет три течения в социалистической идеологии. К ним он относит ревизионизм, анархизм и марксизм. Он заявляет, что «анархисты являются настоящими врагами марксизма», поскольку марксизм и анархизм «построены на совершенно различных принципах... Краеугольный камень анархизма — личность, освобождение которой… является главным условием освобождения массы, коллектива… Краеугольным же камнем марксизма является масса, освобождение которой… является главным условием освобождения личности».

Свою цель Сталин видит в том, чтобы доказать читателю, что «анархисты не являются подлинными социалистами» и «подлинными революционерами», и заявляет: марксизм как философская система есть диалектический материализм, а анархизм — идейное течение, не понимающее и не разделяющее его сути.

В этой связи он и предлагает читателю свое понимание диалектики. Сталин рассматривает ее прежде всего как метод, позволяющий видеть и понимать разные, в том числе находящиеся в конфликтных отношениях, грани бытия. Демонстрируя его применение, он приводит пример с восьмичасовым рабочим днем, «который в одно и то же время и “хорош”, поскольку он усиливает пролетариат, и “плох”, поскольку он укрепляет систему наемного труда».

Диалектику Сталин закономерно противопоставляет метафизике. Он говорит: «Для нее мир есть нечто вечное и неизменное… он раз и навсегда определен кем-то или чем-то — вот почему у метафизиков всегда на языке “вечная справедливость” и “неизменная истина”».

…С точки зрения диалектического метода, эволюция и революция, количественное и качественное изменения, — это две необходимые формы одного и того же движения³².

Цитата взята из той же статьи И. В. Сталина «Анархизм или социализм?».

Революция относится к тем уникальным явлениям, которые всегда будоражат общественное и индивидуальное сознание своей сутью и формой, возможностями и рисками.

Само понятие «революция» чрезвычайно политизировано. Если в советское время революцию едва ли не обожествляли, то в постсоветский период ее часто сатанизируют, в лучшем случае характеризуют как некую социальную аномалию, противопоставляя «нормальному эволюционному развитию». Между тем «эволюция» и «революция» являются не противоположными, а соотносимыми понятиями, о чем справедливо и пишет Сталин.

Определенная путаница порой возникает и потому, что сам термин «эволюция»³³ используется одновременно как в широком, так и в узком смысле слова.

В рамках философских теорий О. Конта³⁴, Г. Спенсера³⁵, Э. Дюркгейма³⁶ и многих других авторов социальная эволюция рассматривается как синоним развития общества (это широкая трактовка понятия), включающего в себя как количественные (то есть эволюционные в узком смысле слова), так и качественные (то есть революционные) изменения.

Таким образом, социальная революция³⁷, представляющая собой коренные перемены в жизни общества, резкий, скачкообразный переход от одного качественного состояния к другому является неотъемлемой частью развития, наряду с постоянными количественными изменениями. При этом именно количественные изменения (экономические, политические, социальные и духовные) постепенно готовят почву для изменений качественных, революционных.

Важнейшее значение имеет вопрос о том, какой характер будет иметь назревшая социальная революция: катаклизма с его непредсказуемостью, большими материальными потерями и человеческими жертвами или управляемого элитами процесса, в рамках которого риски и издержки можно минимизировать, либо предупреждая возможные эксцессы, либо ликвидируя их на ранней стадии.

Революции-катаклизмы крайне нежелательны из-за крови, хаоса, жестокостей, моральной деградации, экономических и иных потерь. Предотвратить их или придать им иной, мирный и прогрессивный, характер могут вовремя начатые и эффективные реформы, являющиеся реакцией на происходящие перемены со стороны ответственной элиты, развитого гражданского общества.

Реформы³⁸ представляют собой переустройство одной или нескольких сторон общественной жизни, не меняющее основ существующей системы. Они также являются частью эволюции, будучи разновидностью количественных изменений.

Однако по самой своей природе реформы являются ограниченным, разной степени адекватности ответом власти на общественные изменения. «Конструктивная» слабость реформ определяется тем, что начинаются они, как правило, с опозданием и носят паллиативный, половинчатый характер, а также тормозятся теми политическими силами, которых вполне устраивает статус-кво³⁹. Только в редких случаях они приводят к назревшему изменению качества с помощью «мирной» революции.

В итоге качественных изменений никогда не удается избежать, но иногда их получается сделать менее болезненными. Так, например, произошло в Англии в 1688 г.⁴⁰ и в США в 1930-е гг.⁴¹

Социальная революция, проводимая сверху или снизу, является постоянным и необходимым элементом общественного развития. Ее завершение непосредственно связано с рождением нового качества социальных отношений, когда найдена своего рода точка равновесия, иначе говоря, достигнут устойчивый баланс общественных интересов, способный существовать достаточно долгое время.

Во всемирной истории известно более ста разномасштабных социальных революций, что само по себе свидетельствует об их объективной обусловленности и естественном происхождении.

Только мертвые не ошибаются⁴².

23 марта 1910 г. Бакинский комитет РСДРП издал прокламацию «Август Бебель, вождь германских рабочих», выпуск которой был приурочен к 70-летию этого революционера. Текст написал И. В. Сталин.

Его рассказ о жизни Бебеля, рано потерявшего родителей и прошедшего через многие невзгоды, безыскусен и личностен. Чувствуется, что автор статьи восхищается своим героем, которого «нищета и лишения не разбили» и «не убили в нем стремления к свету», а «еще больше закалили его волю, усилили жажду знания, зародили в нем вопросы, ответов на которые он жадно искал в книгах».

Сталин высоко оценивает Бебеля как борца за интересы рабочих, называя «повивальной бабкой» социал-демократической рабочей партии Германии. Большая часть статьи посвящена его партийной и парламентской деятельности, о которой Сталин пишет уважительно и с пониманием.

О совершенных Бебелем ошибках он говорит мимоходом, как о вещах естественных и неизбежных. Для Сталина важны не они, важен итог⁴³: «…все мелкие ошибки бледнеют в сравнении с крупными заслугами перед партией, которая теперь, после 42-летнего руководства Бебеля, насчитывает свыше 600 тысяч членов, имеет около 2 миллионов профессионально организованных рабочих, располагает доверием 3–4 миллионов избирателей, одним мановением руки устраивает стотысячные демонстрации».

Закованная в цепях, лежала страна у ног ее поработителей.
Ей нужна была народная конституция, — а она получила дикий произвол, меры «пресечений» и «усмотрений».
Она нуждалась в народном парламенте, — а преподнесли ей господскую Думу...
Ей нужна была свобода слова, печати, собраний, стачек, союзов, — а видит она вокруг себя одни лишь разрушенные рабочие организации, закрытые газеты, арестованных редакторов, разогнанные собрания, сосланных забастовщиков.
Она требовала земли для крестьян, — а преподнесли ей аграрные законы, бросившие крестьянские массы в еще большую земельную нужду в угоду кучке сельских богатеев.
Ей обещали защиту «личности» и «собственности» — а тюрьмы и ссылка переполнены «неблагонадежными», а начальники сыскных полиций… вступают в союз с бандитами и ворами для угнетения личности и расхищения собственности.
Ей обещали «благоденствие» и «преуспеяние», а крестьянское хозяйство все падает, десятки миллионов крестьян голодают...
А страна все терпела, терпела...
Те же, кто не могли терпеть, кончали самоубийством⁴⁴.

Этот эмоциональный текст написан в редком для Сталина стиле.

Впервые он был опубликован 19 апреля (2 мая) 1912 г. в петербургской газете «Звезда». Статья называлась «Тронулась!..» и была посвящена Ленскому расстрелу 4(17) апреля 1912 г.

Сначала в ней Сталин говорит о людских надеждах, обманутых властью после революционных потрясений 1905–1907 гг., и несбывшихся ожиданиях. Затем он переходит к оценке ситуации, сложившейся в обществе под влиянием Ленских событий.

По мнению Сталина, расстрел рабочих положил «конец терпению страны». Он отмечает рост протестного движения и утверждает, что в эти дни «слово принадлежит пролетариату, а не представителям власти».

Причиной трагических событий на приисках Ленского золотопромышленного товарищества, в ходе которых более 200 человек было убито и около 250 ранено, стали исключительно тяжелые условия жизни и труда рабочих. Стихийная забастовка, в которой приняло участие более 6 тыс. человек, привела к арестам ее организаторов, а когда в их защиту состоялась демонстрация, воинские подразделения открыли по рабочим огонь.

Ленский расстрел стал предметом обсуждения в Государственной Думе, причем в ходе возникшей дискуссии министр внутренних дел А. А. Макаров⁴⁵ под аплодисменты правых депутатов заявил: «Так было, так будет!»⁴⁶, что вызвало сильную негативную реакцию в обществе. Расследование производили две комиссии — правительственная и думская. По его итогам жандармский ротмистр Н. В. Трещенков⁴⁷, отдавший приказ стрелять, был разжалован

В знак солидарности с ленскими рабочими состоялись многочисленные забастовки по всей стране. В них приняло участие до 300 тыс. человек. Дальнейшего развития протестные выступления не получили.

…Мы думаем, что мощное и полное жизни движение немыслимо без разногласий, — только на кладбище осуществимо «полное тождество взглядов»!⁴⁸

22 апреля (5 мая) 1912 г. вышел в свет первый номер «Правды» — ежедневной рабочей газеты большевиков. Опубликованная в нем без подписи короткая статья «Наши цели» принадлежала перу И. В. Сталина.

В этой статье, скорее даже заметке, Сталин сообщал о целях новой газеты, которая была призвана «сеять правду среди рабочих о друзьях и врагах рабочего класса, стоять на страже интересов рабочего дела». При этом заявлялось, что, хотя «мы отнюдь не намерены замазывать разногласий, имеющихся среди социал-демократических рабочих», всегда «будем призывать, прежде всего и главным образом, к единству классовой борьбы пролетариата; к единству во что бы то ни стало. Поскольку мы должны быть непримиримы по отношению к врагам, постольку же требуется от нас уступчивость по отношению друг к другу».

В этот же день Сталин был в очередной раз арестован и в июле 1912 г. сослан на три года в Нарымский край⁴⁹.

Когда буржуазные дипломаты готовят войну, они начинают усиленно кричать о «мире» и «дружественных отношениях». Если какой-нибудь министр иностранных дел начинает распинаться за «конференцию мира», то так и знайте, что «его правительство» уже отдало заказ на новые дредноуты и монопланы. У дипломата слова должны расходиться с делом, — иначе какой же он дипломат? Слова — это одно, дело — совершенно другое. Хорошие слова — маска для прикрытия скверных дел. Искренний дипломат — это сухая вода, деревянное железо⁵⁰.

Статья И. В. Сталина «Выборы в Петербурге» была опубликована в газете «Социал-демократ»⁵¹ 12(25) января 1913 г., в связи с итогами выборов в IV Государственную Думу. Приведенный выше отрывок о дипломатах играет в ней роль примера, призванного подкрепить рассуждения Сталина об обмане рабочих со стороны так называемых ликвидаторов⁵².

Вместе с тем он очень точно выражает характер и содержание дипломатических отношений того времени, когда приближение глобального вооруженного конфликта ощущалась очень многими.

Первая мировая война, «которой никто не хотел» и к которой все готовились, началась 15(28) июля 1914 г. и продолжалась более четырех лет.

Приписывать «разруху» на фронте исключительно агитации большевиков, — значит преувеличивать влияние большевиков. Ни одна партия не в силах поднять такую тяжесть. Чем объяснить, что наша партия, насчитывающая до 200 тысяч членов, могла «разложить» армию, а Центральный исполнительный комитет Советов, объединяющий 20 миллионов граждан, не мог удержать армию под своим влиянием. Дело в том, что солдаты не хотят воевать, не зная, за что они воюют, они устали, они обеспокоены вопросом о распределении земли, и т. п. Рассчитывать, что при таких условиях можно вести солдат на войну, значит рассчитывать на чудо⁵³.

1(14) июля 1917 г. во дворце Кшесинской⁵⁴ начала свою работу Вторая (экстренная) Петроградская общегородская конференция РСДРП(б). Ее чрезвычайный характер определялся обострением политического положения в стране. Кризис был вызван провалом давно готовившегося наступления на фронте — русская армия больше не желала воевать⁵⁵.

2(15) июля из Временного правительства в знак протеста против соглашения с Украинской центральной радой вышли министры-кадеты — правящая коалиция распалась. Одновременно начались антиправительственные волнения в частях Петроградского гарнизона.

3(16) июля работа конференции была прервана. На следующий день в Петрограде состоялась масштабная протестная демонстрация и произошли вооруженные столкновения у Таврического дворца, а также в других районах города. Это выступление было стихийным и закончилось неудачей. Меньшевики и эсеры, преобладавшие на тот момент в Советах, обвинили большевиков в мятеже и объявили их предателями революции. Эскалации вооруженного конфликта, однако, удалось избежать, в чем немалую роль сыграла и деятельность Сталина.

Тем не менее 5(18) июля начались аресты большевиков, их штабы были разгромлены, а В. И. Ленин и Г. Е. Зиновьев покинули город, скрываясь от преследования. 7(20) июля сложил свои полномочия премьер князь Г. Е. Львов⁵⁶, спустя три дня был сформирован новый состав Временного правительства во главе с А. Ф. Керенским⁵⁷.

В этих условиях Вторая (экстренная) Петроградская общегородская конференция РСДРП(б) возобновила свою работу только 16(29) июля. Сталин выступил на ее заседании с политическим отчетом ЦК об июльских событиях. Он отрицал, что это выступление было организовано большевиками, но заявил, что они «не имели права умыть руки» и были вынуждены вмешаться, «чтобы охранить движение от возможных осложнений». Эта версия в целом соответствовала действительности, хотя в случае успешного развития ситуации большевики вряд ли упустили бы возможность взять власть. Сталин обвинил меньшевиков и эсеров в убийствах и контрреволюционной деятельности, заявив, что «после июльских событий, после того, что произошло за это время, мы не можем больше считать эсеров и меньшевиков социалистами».

В этот же день Сталин сделал еще один доклад — «О текущем моменте», в котором говорил о кризисе власти. Одним из важных факторов этого кризиса он назвал поражение на фронте. По его словам, «вопрос войны является сейчас основным вопросом, вокруг которого вращаются все другие вопросы внутренней и внешней жизни страны. И по этому основному вопросу правительство провалилось. С самого начала было ясно, что наступление на фронте является авантюрой».

Нежелание солдат воевать Сталин объяснял в первую очередь объективными причинами, что было правдой. Антивоенная агитация большевиков и представителей некоторых других партий в этом смысле была вторична. Армию прежде всего деморализовали жертвы и лишения долгой войны и события Февральской революции. Заключая свою речь, Сталин заявил: «Пока война идет… пока промышленная разруха не разрешена… пока крестьяне не получат землю… массы не раз будут выходить на улицу, будут происходить решительные бои. Мирный период развития революции кончился».

Учитесь… распознавать людей по делам, а не по словам!

Учитесь оценивать партии и группы по поступкам, а не по посулам⁵⁸.

Эти слова взяты из передовой статьи «Сегодня выборы», написанной И. В. Сталиным для газеты «Пролетарий»⁵⁹ (№ 7 от 20 августа 1917 г.).

Статья приурочена к выборам в Петроградскую городскую думу и носит агитационный характер. Ее стиль — яркий, бескомпромиссный, наступательный. Целевая аудитория — рабочие и солдаты.

На этих выборах основными конкурентами большевиков были кадеты, меньшевики и эсеры⁶⁰. Все эти партии охарактеризованы Сталиным как не выражающие интересов рабочих и солдат. Аргументация этого вывода отличается конкретностью и доступностью. Призыв голосовать за большевиков подкреплен кратким изложением их программы.

Эта полузабытая предвыборная статья Сталина оставляет о себе сильное впечатление. Ее форма, общая структура и стилистика актуальны и сегодня.

...Придется распроститься с буржуазным предрассудком о непогрешимости «принципа» всеобщего избирательного права. Избирательное право будет, должно быть, предоставлено лишь тем слоям населения, которые эксплуатируются или, во всяком случае, не эксплуатируют чужого труда. Это естественный результат факта диктатуры пролетариата и деревенской бедноты⁶¹.

3 и 4 апреля 1918 г. в «Правде» были опубликованы ответы И. В. Сталина, в то время возглавлявшего Народный комиссариат по делам национальностей, на вопросы газеты. Речь шла о принципах будущего устройства Российской Федеративной Республики⁶².

Говоря о «конструкции центральной власти», Сталин высказался за то, что «высшим органом власти Российской Федерации будет избранный всеми трудовыми массами России съезд Советов или заменяющий его Центральный исполнительный комитет», и отметил, что право избирать и быть избранным будет предоставлено не всем гражданам.

Из приведенных выше слов следовало, что избирательные права не получат «эксплуататоры», то есть лица использующие чужой труд. Прежде всего это относилось к «бывшим», то есть привилегированным и полупривилегированным в дореволюционное время социальным группам населения (духовенству, дворянству, буржуазии, кулачеству).

10 июля 1918 г. Пятый Всероссийский съезд Советов рабочих, крестьянских, красноармейских и казачьих депутатов принял первую Конституцию Российской Социалистической Федеративной Советской Республики (РСФСР). Ее четвертый раздел был посвящен избирательному праву.

В ст. 64 говорилось: «Правом избирать и быть избранными в Советы пользуются, независимо от вероисповедания, национальности, оседлости и т. п., следующие обоего пола граждане Российской Социалистической Федеративной Советской Республики, коим ко дню выборов исполнилось восемнадцать лет:

а) все добывающие средства к жизни производительным и общественно полезным трудом, а также лица, занятые домашним хозяйством, обеспечивающим для первых возможность производительного труда, как-то: рабочие и служащие всех видов и категорий, занятые в промышленности, торговле, сельском хозяйстве и проч., крестьяне и казаки-земледельцы, не пользующиеся наемным трудом с целью извлечения прибыли;

б) солдаты Советской армии и флота;

в) граждане, входящие в категории, перечисленные в пунктах «а» и «б» настоящей статьи, потерявшие в какой-нибудь мере трудоспособность».

Статья 65 гласила: «Не избирают и не могут быть избранными, хотя бы они входили в одну из вышеперечисленных категорий:

а) лица, прибегающие к наемному труду с целью извлечения прибыли;

б) лица, живущие на нетрудовой доход, как-то: проценты с капитала, доходы с предприятий, поступления с имущества и т. п.;

в) частные торговцы, торговые и коммерческие посредники;

г) монахи и духовные служители церквей и религиозных культов;

д) служащие и агенты бывшей полиции, особого корпуса жандармов и охранных отделений, а также члены царствовавшего в России дома;

е) лица, признанные в установленном порядке душевнобольными или умалишенными, а равно лица, состоящие под опекой;

ж) лица, осужденные за корыстные и порочащие преступления на срок, установленный законом или судебным приговором».

Названные ограничения избирательных прав существовали более восемнадцать лет.

Конституция СССР, принятая Восьмым (Чрезвычайным) съездом Советов СССР 5 декабря 1936 г., устанавливала: «Выборы депутатов являются всеобщими: все граждане СССР, достигшие 18 лет, независимо от расовой и национальной принадлежности, вероисповедания, образовательного ценза, оседлости, социального происхождения, имущественного положения и прошлой деятельности, имеют право участвовать в выборах депутатов и быть избранными, за исключением умалишенных и лиц, осужденных судом с лишением избирательных прав» (ст. 135).

Практика ограничения избирательных прав отдельных групп населения не является чем-то уникальным как в отечественной, так и в мировой практике. Так, например, в соответствии с Положением о выборах в Государственную Думу Российской империи от 3 июня 1907 г., избирательных прав были лишены женщины, военнослужащие, учащиеся, молодежь до 25 лет и «бродячие инородцы». Также существовал имущественный ценз.

Такая многочисленная группа населения, как женщины, вообще долгое время была ограничена в избирательных правах, и практически повсеместно. В их отношении основные ограничения были сняты, например: в США — в 1920 г., в Великобритании — в 1928 г., в Японии — в 1945 г., в Швейцарии — в 1971 г., в Лихтенштейне — в 1984 г.

Крым должен быть возвращен России во что бы то ни стало, ибо в противном случае Украина и Кавказ всегда будут угрожаемы со стороны врагов Советской России⁶³.

В июле 1920 г., в разгар борьбы Советской республики с белой армией П. Н. Врангеля⁶⁴, наступающей из Крыма на Донбасс, И. В. Сталин подготовил проект письма «Ко всем партийным организациям», в котором от имени Центрального комитета РКП(б) потребовал «усилить массовую агитацию» для мобилизации сил и «незамедлительно организовать регулярную отправку коммунистов на Крымский фронт, хотя бы в ущерб другим фронтам».

В этом коротком письме высоко оценивается боеспособность белых частей и их техническая оснащенность, честно говорится о слабых сторонах Красной армии.

Особо подчеркивается стратегическая важность Крымского полуострова как военного плацдарма, контроль над которым позволяет угрожать всей южной части страны.

На подлиннике документа есть резолюция В. И. Ленина: «Я за немедленную рассылку, как бесспорной вещи». Письмо было разослано адресатам во второй половине июля 1920 г.

Так называемая независимость, так называемых независимых Грузии, Армении, Польши, Финляндии и т. д., есть лишь обманчивая видимость, прикрывающая полную зависимость этих, с позволения сказать, государств от той или иной группы империалистов⁶⁵.

10 октября 1920 г. в «Правде» была опубликована статья И. В. Сталина, «Политика Советской власти по национальному вопросу в России». Она вышла в свет в то время, когда уже чувствовалось близкое окончание тяжелейшей Гражданской войны, опустошавшей страну почти три года. Войска Красной армии под командованием М. В. Фрунзе⁶⁶ еще только готовились к сражениям за Крым, а на первый план уже выдвигались проблемы мирной жизни. Особое место среди них занимал вопрос: на каких основах следует укреплять и развивать молодую советскую республику?

На месте гигантской Российской империи, разрушенной бурными революционными процессами, возник конгломерат новых государств и квазигосударственных образований, чье будущее выглядело неопределенным и зыбким. В первых же словах своей статьи Сталин говорит о том, что «победа революции… освобождение России от когтей империализма» невозможны «без взаимной поддержки центральной России и ее окраин». Заявив, что части распавшейся страны остро нуждаются друг в друге, Сталин открыто выступил за объединение «отделившихся окраин» с Россией на началах широкой автономии и договорных отношений. Альтернативой этому, по его мнению, для них будет «неминуемое империалистическое ярмо», означавшее полную потерю суверенитета и «расхищение» народного достояния.

При этом «требование отделения окраин от России как форма отношений между центром и окраинами должно быть исключено не только потому, что оно противоречит самой постановке вопроса об установлении союза между центром и окраинами, но, прежде всего, потому, что оно в корне противоречит интересам народных масс».

Сталин вовсе не отрицает права наций на самоопределение и даже говорит, что в случае принятия таких решений «России, вероятно, пришлось бы констатировать факт и санкционировать отделение… как это было с Финляндией в 1917 году», но считает такой выбор ошибочным и по сути антинародным. Одновременно он, ссылаясь на негативный опыт распавшейся Австро-Венгрии, выступает против «культурно-национальной автономии как формы союза между центром и окраинами России».

Оптимальный выход Сталин видит в разнообразных формах автономии (то есть самоуправления) бывших окраин: административной, политической и самой высшей — договорной. Таким образом, в статье фактически говорится о будущем федеративном (союзном) характере большого советского государства, хотя сам термин «федерация» пока и не употребляется.

Особый интерес представляет позиция Сталина относительно долговременности существования автономий. Он пишет: «Некоторые товарищи смотрят на автономные республики в России и вообще на советскую автономию как на временное, хотя и необходимое зло, которое нельзя было не допустить ввиду некоторых обстоятельств, но с которым нужно бороться, чтобы со временем устранить его… Взгляд этот в корне неверен и, во всяком случае, не имеет ничего общего с политикой Советской власти по национальному вопросу. Советскую автономию нельзя рассматривать как нечто абстрактное и надуманное, тем более ее нельзя считать пустым декларативным обещанием. Советская автономия есть самая реальная, самая конкретная форма объединения окраин с центральной Россией. Никто не станет отрицать, что Украина, Азербайджан, Туркестан, Киргизия, Башкирия, Татария и другие окраины, поскольку они стремятся к культурному и материальному процветанию народных масс, не могут обойтись без родной школы, без суда, администрации, органов власти, составленных преимущественно из местных людей».

Россия представляет собой одну из немногих в мире стран, изобилующих внутри всеми видами топлива, сырья и продовольствия, то есть страну, независимую от заграницы в отношении топлива, продовольствия и прочего, страну, могущую обойтись в этом отношении без заграницы⁶⁷.

27 октября 1920 г. И. В. Сталин выступил на краевом совещании коммунистических организаций Дона и Кавказа⁶⁸ с докладом «О политическом положении Республики».

В нем он поднял одну из важнейших проблем того исторического момента, имеющую не только теоретическое, но и огромное практическое значение: вопрос возможности победы социализма в отдельно взятой стране. Сталин напомнил собравшимся о том, что до октября 1917 г. в социалистических кругах Запада господствовало убеждение: социалистическая революция произойдет «раньше всего в странах капиталистически развитых», а там, где «пролетариат немногочислен и мало организован, как, например, в России», она невозможна. Однако «Октябрьский переворот опроверг этот взгляд».

Затем Сталин обратился к теме прочности социалистической революции и заявил, что существует мнение о жесткой обусловленности ее успеха «глубоким и серьезным» революционным взрывом на Западе. Этого ожидаемого взрыва не случилось⁶⁹. Поэтому закономерен вопрос: «Может ли Россия, более или менее предоставленная самой себе и представляющая некоторый оазис социализма, окруженный враждебными капиталистическими государствами, может ли эта Россия продержаться и впредь, разя и уничтожая своих врагов так же, как она делала это до сего времени?»

Ответив на этот вопрос утвердительно, Сталин мотивировал свою позицию «постоянными, независящими от нас условиями, и условиями переменными, от людей зависящими». К первым он отнес «то обстоятельство, что Россия представляет необъятную, громадную страну, на территории которой можно долго продержаться, отступая в глубь страны в случае неуспеха, для того, чтобы, собравшись с силами, вновь перейти в наступление», и богатство страны ресурсами, обеспечивающими ее независимость от внешнего мира. В качестве переменных факторов Сталин назвал «резервы России», а именно — Красную армию, интересы которой «сливаются с интересами той страны, за которую она проливает кровь, и с интересами того правительства, по директивам которого она воюет», и «революционные движения» в западных странах, а также в их «колониях и полуколониях».

У нас в России считают, что кто не трудится, тот не ест⁷⁰.

17 ноября 1920 г. во Владикавказе проходил Съезд народов Терской области⁷¹, на котором И. В. Сталин выступил с коротким докладом «О Советской автономии Терской области» и с заключительным словом по итогам прений.

Именно тогда он произнес приведенную фразу, смысл которой фактически представляет собой правовой принцип, впервые закрепленный в Конституции РСФСР 1918 г. и в последующем присутствующий во всех советских конституциях. В ст. 18 Основного закона Советской республики говорилось: «Российская Социалистическая Федеративная Советская Республика признает труд обязанностью всех граждан Республики и провозглашает лозунг: “Не трудящийся да не ест”».

Данный принцип известен с глубокой древности. В Новом Завете во Втором послании апостола Павла к фессалоникийцам⁷² (солунянам) сказано: «Если кто не хочет трудиться, тот и не ешь» (гл. 3, стих 10).

В настоящее время обязанность трудиться закреплена, например, в Конституциях Китайской Народной Республики (ст. 42), Королевства Испании (ст. 35), Итальянской Республики (ст. 4).

Помните прошлогодний «план» Троцкого⁷³ (его тезисы) «хозяйственного возрождения» России на основе массового применения к обломкам довоенной промышленности труда неквалифицированной крестьянско-рабочей массы (трудармии⁷⁴)? Какое убожество, какая отсталость в сравнении с планом ГОЭЛРО! Средневековый кустарь, возомнивший себя ибсеновским⁷⁵ героем, призванным «спасти» Россию сагой старинной... А чего стоят десятки «единых планов», появляющиеся то и дело в нашей печати на позор нам, — детский лепет приготовишек...⁷⁶

Эти слова И. В. Сталина взяты из его письма, написанного В. И. Ленину в марте 1921 г. под впечатлением от подробного изучения «Плана электрификации России». Сталин характеризует этот документ как «мастерский набросок действительно единого и действительно государственного хозяйственного плана без кавычек».

Его жесткая оценка идей Троцкого о трудовых армиях являлась довольно смелым шагом, поскольку их создание было одобрено решением Совета народных комиссаров, председателем которого был сам Ленин.

ГОЭЛРО — государственный план электрификации РСФСР, был разработан под руководством того же Ленина, Государственной комиссией по электрификации во главе с Г. М. Кржижановским⁷⁷. Фактически этот документ стал планом развития всей экономики, а его выполнение позволило создать базу последующей индустриализации страны. В результате строительства предусмотренных ГОЭЛРО новых электростанций производство электроэнергии в 1932 г. почти в семь раз превысило показатели довоенного 1913 г.⁷⁸

Мы хотим иметь государственный аппарат как средство обслуживания народных масс, а некоторые люди этого госаппарата хотят превратить его в статью кормления. Вот почему аппарат в целом фальшивит⁷⁹.

17 апреля 1923 г. И. В. Сталин выступил на XII съезде РКП(б)⁸⁰ с Организационным отчетом ЦК. Важная часть его доклада, которую он связал с последними работами В. И. Ленина «Лучше меньше, да лучше» и «Как нам реорганизовать Рабкрин»⁸¹, касалась эффективности партийного и государственного управления.

Уподобив государственный аппарат автомобилю, Сталин заявил, что «политика верна, шофер великолепен, тип самой машины хорош, он советский, а вот составные части государственной машины, то есть те или иные работники в государственном аппарате, плохи, не наши… чуждые, казенные, наполовину царско-буржуазные». Государство и партия, по его словам, оказались перед жестким выбором: «Либо государственный аппарат, налоговый аппарат будет упрощен, сокращен, из него будут изгнаны воры и мошенники... Либо этот аппарат превратится в самоцель… и тогда политический крах».

Сталин привел показательный пример с реорганизацией одного из управленческих учреждений, в результате которой численность чиновников там была сокращена с 2 тыс. до 170 человек, что только положительно сказалось на качестве работы. Он также подчеркнул «моральную сторону» проблемы, имея в виду, «чтобы в стране не осталось ни одного сановника, хотя бы самого высокопоставленного, по отношению и которому простой человек мог бы сказать: на него управы нет».

Говорят иногда, что стариков надо уважать, так как они дольше жили, чем молодые, больше знают и лучше укажут. Я, товарищи, должен сказать, что этот взгляд совершенно неправилен. Не всякого старика надо уважать, и не всякий опыт нам важен. Какой опыт — в этом все дело⁸².

Эти слова И. В. Сталина взяты из его доклада «Об очередных задачах партийного строительства», с которым он выступил 17 января 1924 г. на XIII конференции РКП(б), работавшей в Москве 16–18 января 1924 г.

В этот период в руководстве партии обострился конфликт между Л. Д. Троцким и его сторонниками с одной стороны и группой Г. Е. Зиновьева, Л. Б. Каменева⁸³ и И. В. Сталина с другой. Формально камнем преткновения стал спор о внутрипартийной демократии, фактически же решался вопрос о власти.

В докладе Сталина центральное место занимала критика Троцкого, которого он обвинил в «шести ошибках», приведших к «обострению внутрипартийной борьбы». Среди этих ошибок Сталин назвал «голословное обвинение в перерождении наших кадров» (Троцкий сравнивал своих оппонентов с теми немецкими социал-демократами, которые, будучи учениками К. Маркса, отошли от его учения), и «противопоставление молодежи партии» (Троцкий, рассчитывая завоевать симпатии молодежи и опереться на ее поддержку, неоднократно заявлял, что «молодежь — вернейший барометр партии, резче всего реагирует на партийный бюрократизм» и т. п.).

Сказав о том, что «не всякого старика надо уважать и не всякий опыт… важен», Сталин обратил против Троцкого его же оружие. В подтверждение своих слов он, как и Троцкий, сослался на пример германской социал-демократии, заявив, что там «имеются свои кадры, очень опытные: Шейдеман⁸⁴, Носке⁸⁵, Вельс⁸⁶ и другие… съевшие собаку на борьбе... Но на борьбе с чем? На борьбе с кем? … Там кадры выросли в борьбе с революционностью, в борьбе не за диктатуру пролетариата, а против диктатуры пролетариата. Это громадный опыт, но этот опыт есть опыт отрицательный. Громить этот опыт, товарищи, разрушать его и изгонять таких стариков молодежь обязана».

Здесь важно отметить два обстоятельства, делавших сталинскую критику предельно адресной и жесткой: во-первых, «стариком» в партийной среде часто называли Троцкого — это был один из его самых известных псевдонимов, и во-вторых — Ф. Шейдеман, Г. Носке и О. Вельс, организовав в январе 1919 г. силовое подавление восстания спартаковцев⁸⁷, с точки зрения коммунистов, были предателями, изменившими «делу рабочего класса».

XIII конференция РКП(б) осудила троцкистскую оппозицию как «мелкобуржуазный уклон» в партии.

Нельзя проводить две дисциплины: одну для рабочих, а другую — для вельмож. Дисциплина должна быть одна⁸⁸.

(из доклада И. В. Сталина «Об очередных задачах партийного строительства» на XIII конференции РКП(б) 17 января 1924 г.)

В данном случае речь шла об обязательности принятых решений для всех членов партии, независимо от их заслуг и статуса. Сталин обвинил Троцкого, что тот игнорирует коллективную позицию Центрального комитета РКП(б), и заявил: «Ошибка Троцкого в том и состоит, что он противопоставил себя ЦК и возомнил себя сверхчеловеком, стоящим над ЦК, над его законами, над его решениями, дав тем самым повод известной части партии повести работу в сторону подрыва доверия к этому ЦК… ЦК убил бы себя морально, если бы он прошел мимо этой попытки Троцкого».

Есть люди, которые имеют язык для того, чтобы владеть и управлять им. Это — люди обыкновенные. И есть люди, которые сами подчинены своему языку и управляются им. Это — люди необыкновенные… Человек, которому дан язык не для того, чтобы управлять им, а для того, чтобы самому подчиниться своему собственному языку, не будет в состоянии знать, когда и что сболтнет язык⁸⁹.

(заключительное слово И. В. Сталина на XIII конференции РКП(б) 17 января 1924 г.)

В этой фразе дана ироничная оценка достаточно типовой ситуации. Однако в данном случае критика была адресована конкретному адресату.

Сталин говорил о К. Б. Радеке⁹⁰ — широко известном в 1920-е гг. оппозиционере, которого многие партийцы презирали за демонстративно циничное поведение и считали едва ли не аморальным хулиганом⁹¹. При этом, Радек, человек, безусловно, яркий и талантливый, обладал развитым чувством юмора, был автором многих едких анекдотов на злобу дня⁹². С 1923 г. он активно поддерживал Л. Д. Троцкого и принимал деятельное участие в дискуссии о внутрипартийной демократии.

Сталин в своей речи привел пример, как Радек за короткое время трижды изменил свою позицию по обсуждавшемуся вопросу, и, упрекнув его в этом, подытожил: «Кому из этих трех Радеков прикажете верить — первому, второму или третьему? Где гарантия, что Радек, или его язык, не сделает в ближайшем будущем новых неожиданных заявлений, опровергающих все предыдущие заявления? Можно ли полагаться на такого человека, как Радек?»⁹³

Ленин был рожден для революции. Он был поистине гением революционных взрывов и величайшим мастером революционного руководства. Никогда он не чувствовал себя так свободно и радостно, как в эпоху революционных потрясений. Этим я вовсе не хочу сказать, что Ленин одинаково одобрял всякое революционное потрясение или что он всегда и при всяких условиях стоял за революционные взрывы. Нисколько. Этим я хочу лишь сказать, что никогда гениальная прозорливость Ленина не проявлялась так полно и отчетливо, как во время революционных взрывов. В дни революционных поворотов он буквально расцветал, становился ясновидцем, предугадывал движение классов и вероятные зигзаги революции, видя их, как на ладони. Недаром говорится в наших партийных кругах, что «Ильич умеет плавать в волнах революции, как рыба в воде»⁹⁴.

(речь И. В. Сталина на вечере кремлевских курсантов 28 января 1924 г.).

21 января 1924 г. умер В. И. Ленин. Уход из жизни вождя Коммунистической партии и создателя Советского государства был воспринят его единомышленниками и последователями как большая трагедия и невосполнимая утрата. Даже многие из непримиримых идейных и политических противников Ленина, отдавая ему должное, оставили интересные и яркие оценки его личности и деятельности⁹⁵.

28 января кремлевские курсанты пригласили Сталина выступить на организованном ими вечере воспоминаний о Ленине. Сталин построил свою речь не как официальный доклад, а как изложение в разговорном стиле «фактов, отмечающих некоторые особенности Ленина как человека и как деятеля». Он особо выделил выдержку, скромность, принципиальность Ленина, подчеркнул силу его логики, веру в массы, назвал «руководителем высшего типа, горным орлом, не знающим страха в борьбе» и «гением революции».

Надо сказать, что Сталин не ограничивался эпитетами, а старался объяснить и подкрепить их ссылками на конкретные события. Например, мотивируя свою оценку роли Ленина в революции, он привел два примера: точный выбор Лениным момента для вооруженного восстания, приведшего большевиков к власти, и смещение «мятежного генерала, главнокомандующего Духонина»⁹⁶, отказавшегося выполнить решение Совета народных комиссаров о прекращении военных действий и начале мирных переговоров. Сталин охарактеризовал эти ситуации как «скачок в неизвестность». По его мнению, трудные и рискованные решения, принимаемые Лениным в критические моменты, оказывались правильными в силу точности его анализа и «революционного предвидения».

Вы знаете силу кредита, — это такая сила, при помощи которой можно разорить или поднять любой слой населения, стоит только пустить в ход так называемый льготный кредит⁹⁷.

На XIII съезде РКП(б), работавшем в Москве с 23 по 31 мая 1924 г., Сталин выступал дважды: 24 мая с организационным отчетом, где говорил о динамике численности и состава партии, а также ее взаимоотношениях с другими «массовыми организациями», и 27 мая — с заключительным словом, в котором высказался о внутрипартийных разногласиях по вопросам партийного строительства. Таким образом получилось, что его основной доклад носил преимущественно информационный характер, а заключительное слово по нему — сущностной и полемический.

Тем не менее среди многочисленных сухих цифр организационного отчета встречаются весьма интересные наблюдения и оценки. Приведенная выше фраза, которая и сегодня звучит исключительно актуально, — из их числа.

В одном из разделов своего доклада Сталин поднял тему партийной прослойки среди служащих госаппарата. Сообщив, что в государственных органах и учреждениях трудится 1 млн 200 тыс. человек, он обратил внимание на разный процент коммунистов (а следовательно — и разный уровень партийного влияния) в различных госструктурах. Если в целом в «высших органах страны» «партсостав» насчитывал 86%, то в отдельных организациях он был существенно ниже.

В качестве показательного примера Сталин привел Госбанк. Назвав его «важнейшим кредитным учреждением, имеющим серьезное значение во всей нашей хозяйственной жизни», и особо подчеркнув важность кредитной политики, Сталин заявил, что «Госбанк во всем аппарате имеет всего 7% коммунистов, в руководящем же составе только 12%, а между тем Госбанк решает судьбы целого ряда предприятий и очень многих хозяйственных учреждений».

Партия⁹⁸ есть часть класса, существующая для класса, а не для себя самой⁹⁹.

(заключительное слово И. В. Сталина по организационному отчету Центрального комитета на XIII съезде РКП(б), 27 мая 1924 г.)

Полемизируя с Л. Д. Троцким и Е. А. Преображенским¹⁰⁰, Сталин заявил, что принципиально иначе, чем они, видит риски, угрожающие партии. Если оппозиция усматривала «самую большую опасность» в «бюрократизации партийного аппарата», то Сталин — «в возможности реального отрыва партии от беспартийных масс».

Мотивируя свою позицию, он пояснил, что, поскольку партия «связана с классом, имеет контакт с ним, имеет авторитет и уважение со стороны беспартийных масс, — она может существовать и развиваться даже при бюрократических недочетах. Если всего этого не имеется, то поставьте какую угодно организацию партии, — бюрократическую, демократическую, — партия погибнет наверняка».

Философия «мировой скорби» не наша философия. Пусть скорбят отходящие и отживающие. Нашу философию довольно метко передал американец Уитман¹⁰¹: «Мы живы, кипит наша алая кровь огнем неистраченных сил»¹⁰².

Цитата взята из письма И. В. Сталина поэту Демьяну Бедному¹⁰³ от 15 июля 1924 г. Послание было ответным: Д. Бедный, лечившийся в Ессентуках, написал Сталину еще 26 июня, но тот из-за занятости ответил адресату с большим опозданием. Эти письма написаны в товарищеской манере, с юмором.

Непосредственный повод к сталинскому пассажу о философии дал следующий рассказ Демьяна о его курортных встречах и наблюдениях: «Присматриваюсь к нынешней публике... Какая смесь одежд и лиц. Контрасты. Приметил я одного рабочего. Парализованные ноги иксом. Полуволочатся… Но кое-как ходит… Потом можно видеть нэпманочку поразительной красоты и несравненного изящества. Я ее мысленно прозвал “мировая скорбь”, потому что она вечно хнычет, стонет, заламывает ручки: “зачем люди рождаются, если надо умирать”, “зачем в жизни так много жестокого” и т. п. А позавчера, когда я в парке около полудня грелся на солнышке и полудремал, меня разбудило чье-то веселое мурлыканье на непонятном языке… Оглянулся. Кто поет? Оказалось, вот этот самый полупарализованный рабочий. Поет, едри его мать, хоть бы что! Никакой тебе скорби, ни мировой, ни иной. Меня даже, знаете, вроде электрическим током вдарило. Нет меры пролетарской силе, сказывающейся в его нутряном, несокрушимом оптимизме — “Живе-е-ем!!!”».

Удержание власти на другой день революции не менее важно, чем взятие власти¹⁰⁴.

После смерти В. И. Ленина резко усилилась борьба за его политическое наследство. На роль преемника ленинской власти и статуса активно претендовал Л. Д. Троцкий, имевший в народе и в партийной среде неоднозначную репутацию. К очередной годовщине революции он издал книгу «Уроки Октября», где изложил собственную версию ключевых событий 1917 г. Претензии Троцкого, беспокоившие других лидеров большевиков, включая Сталина, встретили сильное сопротивление с их стороны.

Речь И. В. Сталина «Троцкизм или ленинизм?», из которой приведена данная цитата, была произнесена 19 ноября 1924 г. на Пленуме коммунистической фракции ВЦСПС¹⁰⁵. В ней он занялся «разоблачением некоторых легенд, распространяемых Троцким и его единомышленниками об Октябрьском восстании, о роли Троцкого в восстании, о партии и подготовке Октября», а также «троцкизма как своеобразной идеологии, несовместимой с ленинизмом, и задач партии в связи с последними литературными выступлениями Троцкого».

Сталин заявил, что разговоры об особой роли Троцкого в октябрьских событиях — «есть легенда, распространяемая услужливыми “партийными” кумушками». Он признал, «что Троцкий хорошо дрался в период Октября», но тут же отметил, что «нетрудно драться хорошо, когда враг изолирован, а восстание нарастает… В такие моменты даже отсталые становятся героями». По его словам, «настоящим революционером является не тот, кто проявляет мужество в период победоносного восстания, но тот… кто не теряет голову и не дрейфит при неудачах революции, при успехах врага».

Слово «дрейфит» Сталин употребил неслучайно. Дело в том, что Троцкий в своей статье написал, что основной урок Октября состоит в том, чтобы «не сдрейфить» в решительный момент. Этот выражение Сталин обратил против него самого, припомнив отступничество Троцкого в дни подписания Брестского мира¹⁰⁶ и заявив, что «правда об уроках пролетарской революции состоит в том, чтобы “не сдрейфить” не только в дни наступления революции, но и в дни ее отступления, когда враг берет верх, а революция терпит неудачи. Революция не исчерпывается Октябрем. Октябрь есть лишь начало пролетарской революции. Плохо, если дрейфят при подымающемся восстании. Еще хуже, если дрейфят при тяжелых испытаниях революции, после взятия власти… Троцкий сдрейфил в период Бреста, в период тяжелых испытаний нашей революции, когда дело чуть было не дошло до “сдачи” власти».

Вы спросите: какой уклон хуже?Нельзя так ставить вопрос.Оба они хуже, и первый, и второй уклоны. И если разовьются эти уклоны,они способны разложить и загубить партию¹⁰⁷.

Эти слова взяты из политического отчета ЦК ВКП(б), с которым И. В. Сталин выступил 18 декабря 1925 г. на XIV съезде партии¹⁰⁸. Ироническое замечание — «Оба они хуже» — стало настоящим афоризмом, иллюстрирующим сложную ситуацию, когда неприемлемы оба возможных решения сложной проблемы.

В своем докладе Сталин говорил конкретно о двух уклонах в ВКП(б) по крестьянскому вопросу, связанных с преуменьшением и преувеличением «кулацкой опасности». Само понятие «уклон» он охарактеризовал как «нечто, еще не оформившееся», как «начало ошибки».

Новая экономическая политика (НЭП), проводившаяся в 1920-е годы в Советской России, привела к «некоторому оживлению капитализма», в том числе в деревне, что вызвало в партии дискуссию по поводу возросшего значения «кулацких элементов». Позиция Сталина заключалась в том, что ситуацию надо оценивать объективно, без самоуспокоенности и без паники. При этом он считал, что ВКП(б) больше подготовлена к «лозунгу: бей кулака», чем к «более сложной политике изоляции кулака через союз с середняком», которая является более правильной. Таким образом, по мнению Сталина, в тот момент надо было «сосредоточить огонь на борьбе с вторым уклоном» (то есть с переоценкой кулацкой опасности).

Не может быть у рабочих веры в вождей там, где вожди прогнили в дипломатической игре, где слово не подкрепляется делом, где вожди говорят одно, а делают другое¹⁰⁹.

(речь в германской комиссии VI расширенного пленума Исполнительного комитета Коммунистического Интернационала 8 марта 1926 г.)

Это выступление Сталина было посвящено критике правого и ультралевого течений в Коммунистической партии Германии (КПГ), а также лидеров «леваков», поддержавших «Объединенную оппозицию» в ВКП(б)¹¹⁰ и активно выступавших против сталинского тезиса о «возможности победы социализма в отдельно взятой стране».

Приведенные слова сказаны Сталиным в связи с деятельностью Рут Фишер¹¹¹ (1895–1961) — основательницы Коммунистической партии немецкой Австрии, видного деятеля КПГ, являвшейся ее сопредседателем в 1924–1925 гг. Отметив, что у Рут Фишер и ее сторонников «двойная бухгалтерия в политике», Сталин заявил: «Я не могу при всем желании верить ни на одну секунду Рут Фишер, которая никогда не говорит того, что думает. Вот почему я думаю, что группа Рут Фишер является самой отрицательной из всех отрицательных групп компартии Германии».

В 1926 г. за фракционную деятельность Рут Фишер была исключена из КПГ, где окончательно победила группа Э. Тельмана, и стала одной из основательниц Ленинбунда — крайне левой коммунистической организации, просуществовавшей в Германии до 1933 г. Эмигрировав из Германии после прихода к власти нацистов, Рут Фишер сотрудничала с Л. Д. Троцким, активно выступала с критикой Сталина и его политики. Написала ряд книг о коммунизме и советском обществе.

В 2010 г. в США были рассекречены документы, согласно которым Рут Фишер много лет была агентом американской разведывательной группы The Pond («Пруд»), действовавшей под руководством службы Военной разведки США.

Когда ловят шпиона или изменника, негодование публики не знает границ, она требует расстрела. А когда вор орудует на глазах у всех, расхищая государственное добро, окружающая публика ограничивается добродушными смешками и похлопыванием по плечу. Между тем ясно, что вор, расхищающий народное добро и подкапывающийся под интересы народного хозяйства, есть тот же шпион и предатель, если не хуже. Но что значит арест одного «веселого» вора? Таких воров у нас сотни и тысячи. Всех не изведешь с помощью ГПУ. Тут нужна другая мера, более действительная и более серьезная.

Эта мера состоит в том, чтобы создать вокруг этаких воришек атмосферу общего морального бойкота и ненависти окружающей публики. Эта мера состоит в том, чтобы поднять такую кампанию и создать такую моральную атмосферу среди рабочих и крестьян, которая исключала бы возможность воровства, которая делала бы невозможными жизнь и существование воров и расхитителей народного добра... Борьба с воровством как одно из средств охраны нашего накопления от расхищения — такова задача¹¹².

13 апреля 1926 г. И. В. Сталин выступил перед активом Ленинградской организации ВКП(б) с докладом «О хозяйственном положении Советского Союза и политике партии», из которого и взята эта цитата.

Главной темой доклада была индустриализация страны, курс на которую провозгласил XIV съезд ВКП(б)¹¹³ и осуществление которой требовало масштабных инвестиций. В качестве теоретически возможных, но неприемлемых для СССР источников средств для индустриализации Сталин назвал «колониальные грабежи», «военные захваты» и «путь превращения России в полуколонию» посредством «кабальных концессий» и «кабальных займов».

Оставался единственный вариант — «путь собственных сбережений для дела промышленности, путь социалистического накопления». По мнению Сталина, «аннулирование царских долгов», национализация промышленности, банков, внешней и внутренней торговли, а также твердое государственное управление позволяли найти столь необходимые экономике средства.

Однако важно «не только их накопить», подчеркнул Сталин, но и «расходовать разумно, расчетливо, так, чтобы ни одна копейка народного добра не пропадала даром». Иначе велик риск «нарваться на расхищение накопленных средств, на распыление их по каналам всякого рода мелких и крупных расходов, не имеющих ничего общего ни с развитием индустрии, ни с продвижением вперед народного хозяйства в целом… Бывают случаи, когда наши управляющие органы попадают в положение того крестьянина, который накопил малую толику денег и вместо того, чтобы починить на эти деньги плуг и обновить свое хозяйство, купил большущий граммофон и… прогорел. Я уже не говорю о фактах прямого расхищения накопленных резервов, о фактах прожорливости целого ряда органов нашего государственного аппарата, о фактах воровства и т. д.».

Читая этот сталинский доклад, трудно не провести параллель с реалиями сегодняшнего дня, когда гигантские бюджетные средства также часто расходуются неэффективно, нецелевым образом, расхищаются¹¹⁴.

В качестве методов наведения порядка советский лидер предлагал «правильное и разумное промышленное планирование»; «удешевление и оздоровление государственного аппарата» («раздутые штаты и беспримерная прожорливость наших управляющих органов стали притчей во языцех»), укрепление трудовой дисциплины и борьбу с воровством¹¹⁵.

Что такое контроль капиталистического мирового хозяйства? Контроль в устах капиталистов не есть пустое слово. Контроль в устах капиталистов — это нечто реальное…

Капиталистический контроль — это значит, прежде всего, финансовый контроль…

Капиталистический контроль — это значит контроль над нашей промышленностью, денационализация нашей социалистической промышленности, денационализация нашего транспорта…

Капиталистический контроль — это значит право распоряжения нашим рынком, это значит ликвидация монополии внешней торговли…

Капиталистический контроль означает, наконец, контроль политический, уничтожение политической самостоятельности нашей страны, приспособление законов страны к интересам и вкусам международного капиталистического хозяйства…

Такого контроля у нас нет и не будет его никогда, пока жив наш пролетариат и пока есть у нас Советская власть¹¹⁶.

В декабре 1926 г. в Москве работал VII расширенный пленум Исполнительного комитета Коммунистического Интернационала, на котором 7 декабря И. В. Сталин выступил с докладом «Еще раз о социал-демократическом уклоне в нашей партии», а 13 декабря — с развернутым заключительным словом, из которого и взята приведенная цитата.

Обе его речи представляли собой полемику с оппозицией и прежде всего — с Л. Д. Троцким, который отрицал возможность построения социализма в одной стране и видел для Советского Союза спасение в мировой революции.

Сталин, напротив, утверждал, что социализм в СССР возможен даже в условиях «капиталистического окружения», поскольку его политическая основа (в виде диктатуры пролетариата) уже есть, а экономическая база может и должна быть построена.

Доказывая свою позицию, Троцкий заявлял об экономической слабости Советского Союза, его полной зависимости от «мировой капиталистической экономики», говорил, что «в действительности мы все время будем находиться под контролем мирового хозяйства». Сталин же, частично признавая эти аргументы, обращал внимание на то, что и «капиталистические страны зависят от нашего хозяйства, от нашей нефти, от нашего хлеба, от нашего леса, наконец, от нашего необъятного рынка» и что, таким образом, «зависимость тут обоюдная».

Кроме того, Сталин аргументированно выступил против тезиса о контроле мировой капиталистической экономики над советской экономикой. Выделив основные составляющие этого контроля, он показал, что в случае с СССР они отсутствуют.

В качестве вывода Сталин обозначил концептуальную разницу во взглядах партийного большинства и троцкистской оппозиции, сделав это образно и подкрепив ссылкой на авторитет Ленина: «Оппозиция в своем фракционном ослеплении рассматривает нашу революцию как нечто, лишенное всякой самостоятельной силы, как нечто вроде бесплатного приложения к будущей, еще не победившей революции на Западе. Товарищ Ленин не так смотрел на нашу революцию, на Республику Советов. Товарищ Ленин считал Республику Советов факелом, освещающим путь пролетариям всех стран».

Масса не может уважать партию, если партия бросает руководство, если она перестает руководить. Массы сами хотят, чтобы ими руководили, и массы ищут твердого руководства. Но массы хотят, чтобы руководство было не формальное, не бумажное, а действительное, понятное для них¹¹⁷.

(речь И. В. Сталина на XV Московской губернской партийной конференции)

XV Московская губернская конференция ВКП(б) состоялась 8–15 января 1927 г. Сталин выступил 14 января, на ее вечернем заседании. Оценив партийную политику по обеспечению прочного союза рабочих и крестьян как правильную¹¹⁸, он акцентировал внимание собравшихся на двух условиях ее дальнейшего успеха. В качестве первого необходимого условия Сталин назвал правильный подбор людей на ответственные посты и контроль исполнения принятых решений.

Приведенная выше цитата относится ко второму условию. Сталин подчеркнул, что «теперь уже нельзя руководить по-старому, путем одних лишь распоряжений и указаний… Потому что выросла активность рабочего класса, выросли запросы рабочего класса, выросла чуткость рабочих к недостаткам нашей работы и рабочие стали более требовательными... Крестьянин также стал более чутким и сознательным. Он читает статьи так называемых руководителей, обсуждает их, разбирает по косточкам каждого из руководителей и вырабатывает о них свое собственное мнение. Вы не думайте, что он глуп, как это изображают нам иногда некоторые умники... Хорошо ли это? Конечно, хорошо. Мы этого всегда добивались… Теперь требуется максимальная внимательность даже к самым незначительным мелочам». И в качестве второго обязательного условия успеха проводимой политики Сталин обозначил партийное руководство «действиями рабочих и крестьянских масс»: «неформальное, твердое», но при этом «максимально гибкое и чуткое». Именно это должно было обеспечить их «широкое вовлечение… во всю нашу строительную работу».

В последующий период развития СССР (России) эти постулаты получили немало доказательств, особенно в период так называемой горбачевской перестройки 1985–1991 гг.

…Говоря формально, у нас нет таких условий приема в члены партии, которые бы требовали от кандидата в члены партии обязательного атеизма¹¹⁹.

9 сентября 1927 г. состоялась встреча И. В. Сталина с первой американской рабочей делегацией. Беседа была интересной, а обсуждавшиеся вопросы — острыми. Причем если сначала делегаты спрашивали Сталина и выслушивали его ответы, то в ходе второй части диалога роли поменялись.

Вопрос американских рабочих об отношении коммунистов к религии звучал так: «Мы знаем, что некоторые хорошие коммунисты не совсем согласны с требованием компартии, чтобы все новые члены были атеистами, ибо в настоящее время реакционное духовенство подавлено. Могла ли бы компартия в будущем быть нейтральной по отношению к религии, которая бы поддерживала всю науку в целом и не противостояла бы коммунизму? Могли ли бы вы в будущем разрешить членам партии придерживаться религиозных