Петр Васильевич Алексеев

Философия в схемах и определениях

Учебное пособие

ebooks@prospekt.org

СЛОВО В ОПРАВДАНИЕ СХЕМ В ФИЛОСОФИИ

Выражение «философия в схемах» может поначалу вызвать неприятие: философствование ведь несовместимо ни со схематизацией, ни с математизацией, она живая душа (мысль), особый комплексный вид знания. Невозможно облечь (уложить) ее ни в какое прокрустово ложе, одеть в чуждую для нее одежду. Так почему же мы допускаем, вводим в нее схемы?

Именно сложность, многоликость философии, стремление облегчить ее понимание теми, кто ею интересуется, и делают небесполезным использование схем для того, чтобы наглядно выразить, схватить самое главное, самое существенное в структуре или структурных связях тех или иных философских представлений в известной степени. Наглядность, выразительность схемы облегчает восприятие философских понятий.

Кроме того, схема используется и для подчеркивания особо существенных философских связей.

Схема нагляднее, чем слово, может продемонстрировать такие процессы в философии, как динамизм, цикличность, ранговость («отпочкование») и т. д.

Таким образом, ни в коей мере не пытаясь в обход вводить термин «схематизация» философского творчества (или философствования (размышления)), мы надеемся, что некоторые схемы помогут читателю легче войти в сложный и интересный мир философии.

К РАЗДЕЛУ I «ПРЕДМЕТ, СТРУКТУРА И ФУНКЦИИ ФИЛОСОФИИ»

ПРЕДМЕТ ФИЛОСОФИИ

Философия относится к формам мировоззрения, и ей свойственны общие структуры мировоззрения. Из основных достаточно назвать религиозное, мифологическое, натуралистское (или естественнонаучное).

Что же составляет сущность (или главную черту) мировоззрения?

Исходный пункт мировоззрения неотделим от особенностей человеческого существования, от потребности человека в осмыслении своего места в мире. Для индивида весь мир оказывается расколотым на две части: на мое «Я» и остальное «не-Я», включая природу, общество, других людей. Вопрос об отношении человека к миру является основным вопросом всякого мировоззрения. Он конкретизируется в других: в чем смысл жизни? Возможно ли личное бессмертие? Есть ли счастье? Что такое мир в целом? Конечен он или бесконечен? Что такое истина? Что такое добро, зло, справедливость? Что такое красота, любовь? Эти и многие другие вопросы развертываются в систему ответов на них, в воззрение человека на мир, на свое отношение к этому миру. Мировоззрение индивида построено на противоречивости взаимоотношений его внутреннего мира с миром внешним, а потому оно по сути своей антиномично: отталкивание «не-Я» сопровождено стремлением к единству, стремление к тождеству с ним рождает его отрицание. Как вечна дихотомия человеческого существования — конечности тела и бесконечности духа, так неизменна и дихотомия отношений личности и внешнего мира.

В индивидуальном мировоззрении «Я» равновесно «не-Я». Если для биологии или космологии человек только одно из многих явлений в ряду других (и с ним можно порой не считаться), то в мировоззрении «Я» и «мир» сопоставимы друг с другом; более того, человек в определенных отношениях оказывается центром этой системы.

Антропоцентричность философии не есть антропоморфность, но заостренность ее воззрений на мир человеческими идеалами, надеждами и сопереживаниями бытия мира. В этом плане следует понимать и то, что в предмет философии входит и «мир в целом», а не только «отношение к миру». Всеобщее «мира в целом» неотрывно в философии от всеобщего в бытии человека и от всеобщего (в поясненном смысле) в самих этих отношениях. Не все, что имеется и постигается человеком в мире, входит в предмет философии, а только такое, что оказывается в орбите его всеобщего интереса, его всеобщих ценностей. С этой точки зрения такие понятия, как «добро», «истина», «справедливость», являются философскими, не будучи всеобщими в формально-логическом плане, а многие другие, отражающие всеобщее в формах движения материи («вещество», «поле», «притяжение» и т. п.), не имеют философского статуса. Философия включает представление не обо всем, что имеется в мире, а только о том, что оказывается «всеобщим» в плане его жизненного бытия. «Всеобщее» — это кардинальное понятие, сфокусированное именно на бытии человека.

В центре мировоззрения — проблема человека; назначение мировоззрения — обеспечение человека самыми общими представлениями и идеями о ценностях, регулирующими его взаимоотношения с внешним миром. Теряя жизнь, человек, естественно, теряет и мир.

Сказанное поясняет нам, что такая философия, если мы даем определение такого более общего, чем философия, понятия, как мировоззрение: мировоззрение есть система наиболее общих представлений о мире в целом и месте человека в мире. В этом и усматривается сущность мировоззрения, а следовательно, и первичная сущность философии.

Стремление более конкретно представить структуру мировоззрения наталкивает нас на вопрос: а какие типы отношений связывают человека (Ч) и мир (М)? Наиболее распространенным и, по нашему мнению, правильным будет такое подразделение отношений человека к миру: на онтологические, генетически связывающие его с миром (человек произведен от природного и социального мира), и на субъектно-объектные, где не только субъекта нет без объекта, но и объекта нет без субъекта; последние делятся, в свою очередь, на познавательные, ценностные и праксеологические (действительно, все такие отношения исчерпываются тем, что человек познает, оценивает и затем действует). Отсюда наличие не только двух субстратных подсистем предмета философии, но еще и четырех подсистем релятивистского характера (т. е. связанных с отношениями человека к миру). Поскольку предмет философии есть лишь более развитый предмет мировоззрения (допустим, мифологического или повседневного), постольку можно показать структуру мировоззрения вообще, основываясь на самой развитой его форме — философской; в необходимых случаях можно показать другие формы мировоззрения, редуцируя у них или, наоборот, усиливая некую структуру (наряду с модификацией всей структуры в целом) на основе общей структуры философии как мировоззрения.

Предмет философского знания, подобно предмету любой науки, вычленяется из совокупности реальных (материальных и духовных) объектов и связей, причем конструирующим фактором являются индивидуальные и общественные потребности в целостной, максимально обобщенной картине мира, человека и их взаимоотношений. Предметом философии (и мировоззрения вообще) является всеобщее в системе «мир — человек». Эта система при первичном подразделении распадается на две относительно противоположные, но взаимосвязанные подсистемы — мир и человек; каждая из сторон, в свою очередь, подразделяется на уровни, а взаимоотношения между этими сторонами — на четыре аспекта: онтологический, познавательный, аксиологический (ценностный) и праксеологический (духовно-практический). Это можно представить схемой.

Здесь М — мир, материя, объективная реальность; Ч — человек, субъект; ООМЧ — онтологические отношения материи и человека (однонаправленность линии выражает порождение Ч подсистемой М); ПСОО — познавательные субъектно-объектные отношения; АСОО — аксиологические субъектно-объектные отношения (двунаправленность линий — невозможность существования одной подсистемы без другой, т. е. нет субъекта без объекта и нет объекта без субъекта); ДПСОО — духовно-практические (или праксеологические) субъектно-объектные отношения.

В предмет философии входит всеобщее в материальном бытии и всеобщее, характеризующее целостное бытие человека (здесь отличие от частных наук — по степени общности законов). Но предмет философии в еще большей степени отличен от предмета частных наук, изучающих материальное бытие и человека, тем, что он представляет собой отношение человека к миру и мира к человеку. Правда (это следует особо подчеркнуть), такой срез предмета философии также берется в его всеобщей определенности. Если, к примеру, мы имеем дело с познавательным отношением человека к миру, то не все, что сюда входит, будет предметом философии. Изучение частных методик проведения какого-либо эксперимента есть ведь тоже изучение отношения мышления к бытию, но оно не есть сторона (момент, уровень, часть) предмета философии. Ими являются эмпирический и теоретический уровни познания, соотношение чувственного и рационального, истины и заблуждения и т. д. Все эти моменты (формы, закономерности познания) присущи любым отраслям знания. «Здесь мы имеем дело опять-таки с чем-то общим для всех отраслей знания, чем-то таким, что обладает той степенью общности, как и сами основные законы диалектики» (Кедров Б. М. ). Столь же общие (или всеобщие) характеристики присущи и другим формам отношения человека к миру: переживанию, поведению, практике. К основным понятиям философии относятся «истина», «красота», «добро», «действие», а не только «мир» и «человек». Предмет философии в материальном бытии составляет не всякое всеобщее (что уже отмечалось), а такое, которое связано с отношением к нему человека. Философски всеобщее имеет важный признак: в нем выражен факт раскола мира на материальное и духовное (и их взаимосвязь). Иначе говоря, в предмет философии входит только то из материально-всеобщего, что включено в создаваемую человеком универсальную картину мира под призмой его понятий об Истине, о Красоте, Добре и Справедливости. Это все то, что, будучи всеобщим в материальной действительности, может служить человеку в качестве элемента мировоззрения. Итак, философия (или мировоззрение) составляет всеобщее в системе «мир — человек».

Каждый из отмеченных аспектов мировоззрения (а следовательно, и философии) имеет свои уровни, стороны, компоненты, в соответствии с которыми оно может далее конкретизироваться. Так, человек есть и индивид, и микрогруппа (например, семья, и социальный страт, класс, и общество в целом). В зависимости от того, на каком уровне в мировоззрении выступает понятие «человек», на соответствующем уровне предстанет и понятие «мир»: в одних случаях это будет мир, включающий в себя весь социум, всех людей, кроме рефлектирующей личности; в других (мы оставляем в стороне средние уровни) само общество становится уровнем, по отношению к которому в качестве мира будет выступать вся природа, и на передний край выдвинутся социально-экологические проблемы. Вторая субстратная подсистема тоже имеет разные уровни (к примеру, структурные) и общие формы (движение, время, пространство); сами взаимоотношения явлений могут быть взятыми в статике либо в динамике, в функциональном либо в генетически развивающемся плане. Релятивные отношения тоже многокомпонентны и разноплановы: в гносеологическом разрезе, например, от ощущений до теорий, от ограниченного эксперимента до социальной практики, от дискурса до интуиции и творчества и т. п. Вся эта, казалось бы, бесконечная разнородность компонентов мировоззрения объединена в нем в единый комплекс «человек — мир», позволяющий человеку вырабатывать единые принципы познания, оценки и действия.

ДВЕ КОНЦЕПЦИИ ВОЗНИКНОВЕНИЯ ФИЛОСОФИИ (В СВЯЗИ С ЧАСТНЫМИ НАУКАМИ)

Длительное время философия и естествознание находились как бы в неотчлененном друг от друга слитном состоянии и натуралистское воззрение целиком входило в содержание философского мировоззрения. Но со временем (со становлением теоретической науки) начинается их явное размежевание. Эта довольно сложная картина взаимоотношений философии и естествознания (натуралистской формы мировоззрения) нашла свое выражение в существовании двух концепций развития философии, или двух концепций предмета философии: концепции распочкования предмета философии и концепции предметного самоопределения философии (оговоримся: речь пойдет лишь о научной стороне филососфии и не касается иных ее аспектов — художественного, идеологического и др.).

Концепция распочкования имела своей исторической предпосылкой формирование вопроса о взаимоотношении всеобщего и частного знания как проблемы и обнаружение недостаточности натурфилософских построений. Свое оформление она получила не позднее первой половины XIX в. в трудах основателя позитивизма О. Конта. Всю прошлую философию он отождествил с метафизической стадией. Философия сыграла, с его точки зрения, исторически полезную роль, но затем превратилась в анахронизм. Предмет философии стал изменяться. Появление частных наук постоянно сужало рамки философии. В конце концов предмет философии должен был «распочковаться». Как утверждал его сторонник В. В. Лесевич, содержание философии «разобрано по частям отдельными науками», философия «распалась, разложилась». То же положение выражено В. Виндельбандом: «Философия подобна королю Лиру, который роздал своим детям все свое имущество и которого вслед за тем, как нищего, выбросили на улицу».

I. Концепция распочкования философии

В античном обществе термин «философия» обозначал всю сумму внерелигиозных знаний, научное знание в целом (а также искусство, этику) в противоположность вере.

К области философии в ту эпоху нередко относили искусство и знания об общих нормах поведения людей. Эстетика и этика, подобно науке, постепенно отделялись от мифологии, религии и получали свою понятийно-рационалистическую трактовку в первоначальных философских системах. Происходил процесс объединения науки, этики и эстетики в рамках единого знания.

Понятие философии имело значение тотального объединителя научного знания. Она не просто представитель научного знания или какая-то его часть, а все (или почти все) это знание. «Теоретическое (умозрительное)» означало «философское».

У Ф. Бэкона и Р. Декарта понятие «философия» охватывало все теоретическое и эмпирическое знание, в первую очередь естественные теоретические науки.

Даже в XVII–XVIII вв. философией называли теоретическую механику, биологию и другие науки. Сочинение И. Ньютона по механике озаглавлено «Математические начала натуральной философии» (1687), книга К. Линнея по основам ботаники — «Философия зоологии» (1809).

Исторически первое понятие философии было тождественно научному знанию вообще, его целесообразно квалифицировать как протознание (пранаука, преднаука). Предмет протознания был тогда интегрированным (вернее, нерасчлененным или слабо расчлененным) предметом всех наук, т. е. это была вся действительность. Именно из этого протознания (а не из философии) и выделялись отдельные науки.

Наука в целом как cоциальный институт, общепризнанный фактор культуры сформировалась в период с середины XV в. до конца XVII в. Вторая половина XVII в. была завершающей фазой этого прцесса. Обрели самостоятельность механика, астрономия и математика, хотя первые намеки на возможность их отпочкования обнаружились еще в послеклассический (эллинистический) период древности. Процесс превращения химии в науку происходил с начала второй половины XVII в. до последней четверти XVIII в. Отделение геологии произошло в конце XVIII — начале XIX вв.; наука биология была создана в XIX в. В самостоятельную науку с середины XIX в. стала превращаться антропология. Формирование общественно-экономических наук завершается во второй половине XIX в. В ХХ в. стали также самостоятельными некоторые дисциплины, связанные с изучением мышления (например, психология). Таким образом, сначала отделялись от протознания естественные науки, затем — общественные, наконец, науки о мышлении. Возникновение некоторых гуманитарных наук раньше естественных и некоторых естественных после общественных наук говорит о сложности данного процесса, но не меняет его общей тенденции.

В исторически первых философских школах формировалось первоначальлное стихийное представление о специфическом предмете философского знания, о законах объективных отношений. Таковым было, например, гераклитовское представление о противоречии как источнике (законе) всякого движения. Это и ему подобные положения созревали в недрах протознания. Объект философии начинал очерчиваться и изучаться на уровне живого созерцания. Философия в своей первоначальной — античной — форме сделала первый шаг к своему предметному самоопределению.

Его дальнейшее осознание было связано с отмежеванием общего (всеобщего) знания от частного, локального в пределах совокупного научного знания — протознания. И в той мере, в какой прикладное знание входило в состав протознания, под частным знанием подразумевалась, кроме естественно-научного знания, также и информация прикладного характера. Само общее понималось как теоретическое, а частное — как эмпирическое. В течение многих веков понятие «теоретическое знание» отождествлялось с понятием «философское знание». Вследствие нерасчлененности теоретического на философско-теоретическое и частно-теоретическое сама философия в тот период выступала в качестве натурфилософии. Частные естественные науки в течение длительного времени не имели в своей структуре теоретического уровня знания. «Теоретическое», «умозрительное» относилось к философии как к учению об общем. Становление теоретического естествознания проходило поэтому стадию философского осмысления.

Понимание философии как учения о всеобщем (теоретическом) встречается уже у Аристотеля. Всеобщие характеристики бытия, всеобщая связь должны быть выделены, по Аристотелю, внутри философии (протознания) в особую дисциплину, которую он назвал первой философией. У Аристотеля, как видим, два значения термина «философия». Если первое (протознание) противопоставлялось мифологии, было направлено на отграничение знания от мифологии, религии, то второе преследовало цель отграничения от частного (от прикладных и эмпирических наук).

Установившееся впоследствии за первой философией название метафизики («то, что после физики») стало синонимом философской науки о первых началах, о всеобщем.

Дальнейшее углубление этой линии на разграничение и противопоставление науки о всеобщем наукам о частном происходило во второй половине XVIII — первой половине XIX вв. в трудах И. Канта, И. Г. Фихте, Ф. В. Шеллинга, Г. В. Ф. Гегеля.

Философия для Гегеля, как и для Аристотеля и Канта, — это наука о всеобщем, т. е. третье ее понимание. Правда, всеобщее как таковое в его понимании существует исключительно в сфере чистого мышления. Всеобщее есть чистая мысль.

Понимание предмета философии как всеобщего, а философии — как теории всеобщего распространено и в наши дни. Но как ранее, так и сейчас сама трактовка всеобщего различна в разных философских системах.

По своему существу (отражение реально-всеобщего и всеобщего в познании, в логике) и по традиционному словоупотреблению ныне распространенное понятие философии как учения о всеобщем близко (но не тождественно) понятию «метафизика» в первом из его значений. Если брать два исторических понятия философии — «протознание» и «метафизика», то напрашивается вывод, что современному понятию философии ближе понятие «метафизика» («первая философия»), а не понятие «протознание».

В рамках протознания философское знание, подобно физическому, биологическому и другим системам частного знания, постепенно формировалось, созревало и подготавливалось к отпочкованию. Известная трудность отпочкования обусловливалась тем, что сама философия выступала в форме натурфилософского, глобально теоретического знания, включавшего умозрительные построения частно-эмпирических наук. Но отягощенность метафизики натурфилософским элементом не была столь весомой, чтобы воспрепятствовать становлению философии как науки; росла тенденция к оформлению в самостоятельную науку. Эта тенденция достигла апогея в философии Гегеля. Впервые по существу верно и четко, правда, в неадекватной форме, были осмыслены основные всеобщие законы. Становление философии как самостоятельной науки, окончательно отделившейся от протознания, с одной стороны, и от частных наук — с другой (как эмпирических, так и теоретических), завершилось примерно к середине XIX в. Таким образом, исторически третье понимание философии связано с окончательным размежеванием философии и частных наук (т. е. и в сфере теоретической).

II. Концепция предметного самоопределения философии

Изложенная трактовка изменения предмета философии может быть названа концепцией предметного самоопределения философии. Между нею и концепцией распочкования предмета философии имеется существенное различие, состоящее не только в расхождениях по поводу того, что считать предметом и философией. Концепция распочкования рисует картину формирования философии (появления у нее предмета), в которой исторический путь философии оказывается принципиально иным, нежели любой другой науки. На самом деле генезис философии как науки не отличался в принципе, в главном от того пути, по которому шли к своей автономии частные науки.

Концепция распочкования навязывает представление о том, будто философия, порождавшая в прошлом частные науки, и по сей день есть «наука наук», поскольку ведь нельзя искусственно положить конец «распочкованию»; философия якобы и сейчас вследствие естественного, закономерного процесса «распочкования» заключает в себе значительное число будущих наук. Согласно же концепции предметного самоопределения философии в предмете научной философии никогда не содержались и не могут содержаться объективные предметы каких-то нефилософских наук, а современная философия не должна брать на себя задачу некоей «науки наук». Предмет научной философии специфичен и неизменен, из него выделять и «отдавать» другим наукам нечего, да и не нужно; он у нее единственный, неделимый и не раздаваемый по частям. Предмет философии в объектном смысле стабилен. Иное дело — содержание знания, разработанность его проблематики, способность той или иной отрасли знания найти подлинный предмет своего исследования, выявить его законы (при необходимости помочь другой отрасли знания найти предмет и развить о нем соответствующее представление). Здесь возможно соединение разнопредметного знания в том случае, если объективные предметы еще не определены достаточно четко. Выявление же своего предмета исследования каждой наукой означает относительную стабилизацию круга ее проблематики. В то же время она изменяется. Процесс дальнейшего развития проблематики, дифференциация и интеграция не изменяют раз найденного предмета науки, а лишь уточняют, углубляют его понимание.

Концепция распочкования неверна и в том отношении, что включает положение о якобы неизбежном сужении проблематики философии. Но предмет философии в этом плане не сужается, а непрерывно расширяется. Характер философии и в этом аналогичен науке: по мере ее развития увеличивается объем добытого знания, что выражается в изменении категориального аппарата, в экстенсивном и интенсивном развитии системы категорий.

Предмет философии не «распочковывался», предметы естественных наук не порождались им. Частные науки и сама философия выделились, обретя свой предмет, из совокупного преднаучного знания (протознания).

СВЯЗЬ ФИЛОСОФИИ С ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬЮ

Пирамидальная концепция науки (по ряду работ 70–80-х гг. XIX в.)

Рис. 1. Распространенная концепция науки: Э — широкое основание (эмпирическое знание), Т — теоретический уровень, Ф — философия (самый абстрактный уровень)

Концепция связи философии с наукой и действительностью

Рис. 2. Связь философии с действительностью через теоретические и эмпирические науки и непосредственно (если такая возможность предоставляется)

Широко распространено мнение, будто философское знание сугубо теоретично. Философия якобы не имеет своей эмпирии, своего эмпирического уровня. Если и применяется в этом случае понятие эмпирического, то для указания чего-то находящегося за пределами собственно философского знания.

К этой точке зрения примыкает представление, согласно которому философия связана с явлениями предметной действительности не непосредственно, а опосредованно, через теории частных наук (рис. 1). Все научное знание оказывается как бы пирамидой, основанием которой служат опыт, эмпирические данные, вершиной — самые абстрактные теории, а середину занимают теории меньшей степени общности; философское знание образует самые верхние этажи пирамидальной структуры теоретического знания, и ее путь к объективной реальности проходит через теоретический и экспериментальный уровни частно-научного знания.

Эта точка зрения выдвигается как альтернатива позитивизму, отрывающему частные науки от философии, и натурфилософскому знанию, противопоставленному естественным наукам. Но положительные моменты такой точки зрения слишком незначительны и не могут помочь в выявлении диалектики отношений всеобщего и частнонаучного, философски-познавательного и объективно реального.

В самом деле, слишком жесткая связь философии и часных наук, ее однозначная зависимость от всего того, что дается естествоиспытателями (а к этому ведет «пирамидальная» концепция), лишают философов свободы критического осмысления данных частных наук, порождают ориентацию на некритическое их восприятие. Но уроки истории показывают, что в естествознании могут быть как лжефакты (как в лысенковских построениях), так и лжетеории при в общем-то достоверных фактах.

И нацеливать философов на установление связи с действительностью также через подобные факты и теории неправомерно. Это своеобразный позитивистский хвостизм, отказывающий философии в праве на самостоятельность в отношении к естествознанию, к его теориям и фактам эмпирического уровня.

Из этой концепции могут делать выводы элитарного характера: например, что любой человек, стремящийся развивать свое мировоззрение, должен всегда иметь дело только с научными теориями тех или иных объектов природы или общества и «обобщать» именно частно-научные теории. В таком случае пришлось бы, помимо прочего, отказать значительному числу индивидов в праве самим, без теорий физики, химии, биологии, формировать свое философское представление о мире.

В этой концепции более четко проступает отеоретизирование мировоззренческого знания в смысле отрыва его от непосредственных контактов с реальностью, которые оказываются чрезмерно зауженными. Создается почва для натурфилософской точки зрения, согласно которой философское знание носит исключительный характер; все другие науки теоретичны и эмпиричны, непосредственно связаны с реальностью, а философия «сверхтеоретична», «сверхабстрактна». Отсюда далеко до поиска онтологического коррелята теоретического высшей степени абстрактности.

Такая возможность реализована, в частности, в представлении, согласно которому частно-научные теории изучают специальные сущности, а философская теория — сущности сущностей, более глубокую сущность тех же вещей. «Субстанция же является наиболее общей и, соответственно, наиболее внутренней и глубокой сущностью, по сравнению с которой все другие (специальные) сущности выступают в роли явлений» (Авалиани С. Ш. Тбилиси, 1980). Получается, что лишь философскому познанию доступны подлинные сущности элементарных частиц, атомов, молекул, отдельных видов живых организмов, галактик, и философы должны направлять частно-научные исследования (ведь сущность, по определению, есть то, что обусловливает другие свойства и отношения материальных систем).

Наряду с тенденцией к чрезмерному отеоретизированию философского знания имеется также противоположная тенденция — стремление лишить философию собственно философского теоретического уровня и растворить ее в частно-научном знании. Утверждается, будто в философии имеется уровень познания, состоящий из общенаучных понятий и философских фактов, в качестве которых выступают и частно-научные теории. В результате философское знание редуцируется (по крайней мере в данном аспекте) к частно-научному знанию.

Мы сейчас оставляем в стороне формы связи философии и естествознания. Это особый вопрос. Во всяком случае его нельзя смешивать с вопросом о научности философского знания, а тем более с вопросом о специфике философии.

В создании мировоззрения, бесспорно, участвуют многие науки. Но каковы способ и конечный результат такого участия? Нет иного способа, как обобщающая работа философского мышления, «снятие» частного во всеобщем. Конечный ее результат — высший уровень интегрированности научных знаний — философская картина мира и его познания, т. е. философское миросозерцание. Именно участие естественных наук в создании мировоззрения, соответствие последнего характеру развития естествознания, а не прямое вхождение в него теорий частных наук — один из важнейших признаков научности мировоззрения.

К мировоззрению ведет не столько путь индуктивного обобщения экспериментальных и естественно-научных теоретических данных (он может в лучшем случае находиться в связи с другими, примером чего служит разработка всеобщих законов диалектики), сколько особый характер самих мировоззренческих проблем — их всеобщность (для индивида, социальной группы), всеобщность не в формально-логическом, а в диалектическом смысле, как составляющая систему конкретно-всеобщего. Частное знание поставляет лишь материал, переосмысливаемый с целью решения мировоззренческих проблем; уровень частно-научной информации, характер ее использования не определяют сущности мировоззрения. Последняя обусловливается прежде всего спецификой его собственных проблем.

Рис. 2. Источники интенсивного и экстенсивного развития системы философских категорий

Отражение фрагментов сущности и проявлений сущности может явиться основой для эмпирического, а отражение целостности, взаимосвязи отдельных сторон, тем более сторон сущности, может быть предметно-содержательным основанием для теоретического уровня философского знания. Что касается методов, средств познания, то они и в философии неодинаковы, а делятся на разные группы.

Сторонники одноуровневого (теоретизированного) представления о философии утверждают, что в философском мировоззрении при его разработке нет и не может быть эксперимента. Но нельзя отрицать, например, возможность участия философов — специалистов по философским вопросам естествознания в осуществлении каких-либо мировоззренчески значимых экспериментов. При изучении социальной действительности философу порой необходимо выходить на социальные эксперименты, организовывать их проведение или участвовать в их постановке. Причем это происходит без потери собственно философской направленности исследования. И все же эксперимент не составляет сколько-нибудь значительного фактора развития философии. Но такая особенность философско-мировоззренческого знания не дает основания отрицать его эмпирический уровень: эмпирическое хотя и связано с экспериментом, но не сводится к нему ни в естественных, ни в общественных науках. Если взять астрономию, то в ней, как известно, эксперимент не занимает значительного места, между тем эта наука имеет эмпирический уровень, который формируется преимущественно посредством наблюдения. Да и в истории биологии, физики были периоды, когда развитие эмпирического знания было связано с использованием наблюдения и описания, а не эксперимента.

Философское мировоззрение — и в этом его специфика по сравнению с естествознанием — в целом не является экспериментальным знанием. Однако в процессе своего формирования оно широко опирается на наблюдение. Индивид, вырабатывающий мировоззренческие понятия и установки, а тем более специалистфилософ осуществляют наблюдение природы, общества, познания, «поведение» действительности, изменения субъектно-объектных отношений, свое индивидуальное бытие, свои переживания бытия и т. п. Они размышляют над жизненным опытом людей, над историческим опытом человечества, над опытом познания природы и общества, производят сопоставления получаемых данных, интерпретируют эти данные, выдвигают на этой основе мировоззренческие предположения, философские догадки. Будучи центральным звеном, наблюдение сочетается с индукцией и дедукцией, анализом и синтезом, описанием и объяснением. Само размышление в ходе наблюдения и в последующем осуществляется путем умозрения, а выдвижение догадок происходит благодаря включению интуиции философа.

Основной логической формой выражения мировоззренческого знания на том его уровне, который мы пока называем эмпирическим, выступает, как и в частных науках, факт, только факт этот не научный факт, а философский факт, факт мировоззренческий. В философском факте заключено исходное философско-мировоззренческое обобщение. Появившаяся первичная информация мировоззренческого характера подлежит дальнейшему обобщению, ведущему к развитию отдельных категорий.

Явления действительности сами по себе не выступают в качестве философских фактов, знание о них должно быть подвергнуто философской интерпретации, чтобы стать философским знанием, элементом самого философского мировоззрения и в этом смысле одним из звеньев философской теории. Так, философия обосновывает тезис о закономерном характере скачков в природе, об эволюционно-количественной предпосылке качественных переходов, о противоречиях как движущей силе социального развития. В качестве философских фактов выступают многие другие положения: «причина есть взаимодействие», «главный критерий истины — практика» и т. п.

Следует подчеркнуть, что «философский факт» — это именно знание, а не какой-то объектный феномен. Исходя из рациональных моментов, имеющихся в литературе, можно сформулировать следующее определение: философский факт — это такое знание, которое выражает какой-либо момент, фрагмент в предмете философии и вносит новое в обоснование и развитие философского мировоззрения и философской методологии.

Репрезентация отдельных фрагментов предмета философского мировоззрения — важнейшая особенность философского факта.

Вторая его особенность (в отличие от естественных наук) — разнообразие источников формирования. Факты естественных наук (физики, биологии, химии, астрономии и др.) опираются на относительно гомогенный источник. Физика элементарных частиц или физическая химия, несмотря на внутреннюю сложность и разнокачественность поступающей информации, в общем-то «заземлены» информацией о своем конкретном материальном предмете изучения, представляющем часть природной действительности. Философское мировоззрение имеет дело с качественно иным источником формирования философских фактов, его элементы гетерогенны по содержанию.

По своему отношению к теории философские факты могут иметь разную степень существенности, в связи с чем их можно подразделять на фундаментальные и частные.

Факты лежат в основе теории, служат основой постановки новых проблем мировоззрения и одним из важнейших условий дальнейшей разработки традиционных мировоззренческих проблем. Но их значение не следует абсолютизировать; это может привести к недооценке самостоятельности и ведущей роли теории. Факты всегда остаются фактами, даже если они звенья теории. Не факты сами по себе, а знание теории и фактов вооружает человека миропониманием, помогает ему объяснить реальность и выступить активной материальной силой. Абсолютизация фактов в системе мировоззрения или при формировании мировоззрения ведет к расплывчатости мировоззренческих установок, к снижению деятельностных возможностей субъекта.

Философский факт, будучи зависимым от целостности мировоззренческого характера, в то же время относительно самостоятелен по отношению к системе мировоззренческих представлений. В генетическом плане он испытывает мощное воздействие прежде всего от исходного материала самой объективной реальности. В этом отношении философские факты составляют внутреннее основание философской теории, которая должна опираться на факты, приводить их в систему, объяснять систему фактов.

Теоретический уровень мировоззренческого знания (отметим, что мы берем пока только научную сторону философии) состоит из теорий разной степени общности. Наиболее близким к философским фактам оказывается подуровень, соотносимый с отдельными категориями. В последние десятилетия широко разрабатывались теории причинности, целостности, системности, теории времени, пространства и т. п. Поставлен вопрос о создании теорий отдельных категорий.

Имеются еще и другие, более высокие теоретические уровни в философии. Посредством этих двух уровней познания философии как непосредственно, так и опосредованно (через эмпирическое и теоретическое знание в науке) тесно связаны с действительностью (рис. 2).

Необходимо проводить разграничение между философским знанием и его внефилософским основанием.

Философское знание в своем развитии опирается на два рода оснований: собственно философские и внефилософские. К собственно философским предпосылкам (основаниям) относятся все философские факты и теоретические обобщения, имеющиеся в истории философии и способные содействовать приращению философского знания; сюда же относится имеющееся в общественном сознании и у философов знание о мире в целом и об отношении человека к этому миру. Внефилософский базис мировоззрения дифференцирован.

Если для естествознания одним из важнейших оснований развития служит философия, то для научной философии одним из главных оснований развития, но не единственным является естествознание.

Опираясь на внутри- и внефилософские основания, философы разрабатывают содержание отдельной категории; изменение содержания отдельной категории ведет к изменению содержания других с нею связанных; результат — общее развитие содержания всей системы категорий. На базе тех или иных источников философы могут формировать новые категории. Включаясь в состав уже имеющихся, новая категория меняет структуру системы категорий и оказывает влияние своим содержанием на содержание остальных. Так, интенсивное развитие отдельных категорий оказывается сопряженным с экстенсивным развитием всей их системы.

Что касается естествознания, то философская мысль направлена и на теории разной степени общности, и на естественнонаучные факты. Опосредованный путь к этим фактам — через теории — не единственный. Для философов не закрыт и прямой выход к естественно-научным фактам, предполагающий формулирование каких-либо философско-умозрительных предположений об их значении для естественно-научных теорий. Критически конструктивной философской рефлексии должны подвергаться любые феномены естественно-научного знания. Подобным же образом относится философия и к общественным, гуманитарным, медицинским, сельскохозяйственным и техническим наукам. Гносеологический подход к ним не отрывен от задачи соотнесения феноменов с объективной реальностью, которую они призваны адекватно отражать. Для философа должен быть всегда открыт непосредственный выход к конкретным социальным и природным явлениям, как и в обыденной жизни. Ограничение деятельности философа только обобщением теорий частных наук, как это имеет место в одноуровневой концепции философского знания (в «пирамидальном» ее оформлении), может породить и порой порождает недооценку философского знания, эвристических возможностей философии. Подобная ориентация философской деятельности — это еще не отрыв от жизни, но сужение контактов с ней.

Между тем такие контакты, глубокое проникновение философской мысли в практику содействуют не только развитию частнонаучного знания, но и расширению самoй мировоззренческой проблематики, обогащению содержания категорий философии.

Внефилософское основание развития мировоззрения (философии) нередко называют эмпирическим базисом философии. Можно, конечно, употреблять и данное выражение, учитывая соотносительный момент эмпирического и теоретического: теоретическое в одной системе отсчета способно становиться эмпирическим в другой. Но связывать понятие «эмпирическое» с теориями квантовой физики, генетики или математики даже в аспекте их отношения к философии вряд ли уместно. Соотносительность может превратиться в релятивизм, если не будет иметь своих границ. Придание статуса эмпирического естествознанию, пусть в очень узких пределах, может актуализировать натурфилософские тенденции. Кроме того, теоретическое независимо от каких-либо изменений в системе отсчета само по себе, в своей определяемости сущностью предмета отражения, всегда теоретично. Вследствие этого выражение «эмпирический базис философии» нуждается в изменении. Можно использовать, например, выражения «естественно-научное основание мировоззрения», «общенаучное», «индивидуально-экзистенциальное», «социально-политическое основание» и т. п. Философское мировоззрение в своем развитии у индивидов, социальных групп, классов и общества имеет духовные и материальные предпосылки. Все это может быть объединено каким-то одним понятием. Не имея пока более удачного, можно, по-видимому, употреблять выражение, которое мы и используем, — «внефилософский базис мировоззрения». Если внутрифилософские предпосылки вбирают в себя уже имевшуюся ранее информацию мировоззренческого характера как в индивидуальном плане, так и в историко-философском, то внефилософское основание охватывает все источники, находящиеся за пределами философии и служащие формированию или разработке философского мировоззрения.

Итак, в своей структуре философско-мировоззренческое знание имеет два уровня — уровень фактуального знания (познания) и уровень теоретического знания (познания). Внефилософские основания мировоззрения находятся за пределами не только теоретического, но и фактуального уровня. Они многообразны, и тесная опора на эти основания является важнейшим путем формирования философского мировоззрения.

Рассмотрение вопросов об уровнях освоения действительности в философии и средствах философского познания выявляет основные структуры познавательных циклов в философии на фактуальном уровне. Этот цикл складывается из следующих звеньев: философская проблема (или какая-либо ее сторона) — поисковая ситуация — философское наблюдение — интуитивный процесс — философская догадка (идея, предположение) — обоснование догадки — достоверное фактуальное положение, т. е. философский факт. На втором, теоретическом, уровне философского познания основная структура познавательного цикла имеет примерно следующую схему: философская проблема — поисковая ситуация (как необходимость объяснения философских фактов) — интуитивный процесс — философская догадка (идея, предположение, связанные с решением проблемы) — обоснование догадки — достоверное теоретическое положение (их система, теория, концепция).

Если теперь вернуться к самой общей схеме познавательного цикла в науке, то применительно к философии цикл познавательной деятельности будет складываться из трех фаз: фактуальной, теоретической и праксеологической (духовно-практической) — и связываться с практикой (П2):

Изложенный материал приводит к выводу: многосторонние связи философии с жизнью, с социальной и природной действительностью, глубокие и разнообразные знания о явлениях и процессах действительности, в том числе духовной и практической деятельности людей, являются необходимым условием развития философии и продуктивных философских размышлений.

Основными функциями философии являются объяснительноинформационная, мировоззренческая и методологическая. Каждая из них подразделяется на несколько подфункций, а их сочетание между собой (например, гносеологической и историкофилософской) позволяет считать философию многофункциональным образованием.

Итак, основные функции и их некоторые подфункции.

Функции философии

ЭВРИСТИЧЕСКАЯ ФУНКЦИЯ ФИЛОСОФИИ

Со стороны своего метода философия способна выполнять несколько функций по отношению к науке: эвристическую, координирующую, интегрирующую и логико-гносеологическую.

Существо эвристической функции состоит в содействии приросту научных знаний, в том числе в создании предпосылок для научных открытий. Философский метод, применяемый в единстве с формально-логическим, обеспечивает приращение знаний, конечно, в собственно философской сфере. Результатом этого является экстенсивное и интенсивное изменение системы всеобщих категорий. Новая информация может иметь вид прогноза. Философия не содержит в себе каких-либо запретов на попытки предсказать открытия теоретико-мировоззренческого или общеметодологического характера. Возможно обнаружение новых всеобщих сторон развития, которые будут выражены в формулировании доселе неизвестных основных или неосновных законов диалектики.

Что же касается частных наук, то философский метод, будучи примененным в комплексе с другими методами, способен помогать им в решении сложных теоретических, фундаментальных проблем, участвовать в их предвидениях. Важное значение имеет участие философии в создании гипотез и теорий. Нет, наверное, ни одной естественно-научной теории, формирование которой обошлось бы без использования философских представлений — о причинности, пространстве, времени и др.

Остановлюсь на иллюстрации конструирующей роли философских представлений, т. е. на раскрытии того, как воздействуют философские принципы и понятия на формирование естественно-научных теорий.

Как установил М. В. Мостепаненко, философия воздействует на формирование новой научной теории в физике не непосредственно, а опосредованно, через промежуточное звено — частно-научную картину мира. Физические теории создаются не только на определенном эмпирическом, но и на внеэмпирическом базисе. Важную роль в их возникновении играют предпосылки, к которым относятся философские понятия, идеи; именно они играют определяющую роль в нахождении основания теории и, следовательно, самой теории. Им предложена схема (см. его книгу «Философия и физическая теория»), показывающая, что новые физические теории возникают в результате сложного процесса, включающего как обобщение данных опыта, так и определенную физическую конкретизацию философских идей.

ЭЭ — исходный эмпирический уровень построения теории (Э1, Э2, Э3, … — отдельные данные опыта); оо отделяет область эмпирических понятий и закономерностей от области теоретических понятий и закономерностей; уу отделяет область собственно теории от области теоретических предпосылок и основания теории; ФФ — исходный теоретический уровень построения теории (Ф1, Ф2, Ф3, … — отдельные философские идеи)

Из схемы видно, что новая теория (Т) не может быть возведена на одних эмпирических предпосылках. Необходимы теоретические предпосылки в виде исходных понятий, принципов и гипотез (П1, П2, …), с помощью которых формулируется основание теории. Процесс же возникновения П1 двойственный: с одной стороны, он начинается с философской идеи и идет по пути Э1П1. В свою очередь, Т строится аналогично: с одной стороны, с помощью П1 (линия П1Т), с другой — с помощью данных опыта (путь Э1Т). Определяющую роль в ее построении играет путь П1Т.

Это основная схема теоретического познания; она далее конкретизируется; исследуются пути построения ньютоновской механики, специальной теории относительности А. Эйнштейна, квантовой механики Гейзенберга — Шредингера. Конкретно указываются философские понятия и идеи, послужившие формированию тех или иных физических теорий. Так, Галилей использовал философскую идею самодвижения, непосредственно не вытекавшую из опыта, для создания принципа инерции; философская идея взаимосвязи явлений природы оказалась лежащей в основании общенаучного понятия поля (в теории Максвелла), а идея корпускулярности материи — в основании гипотезы о квантах энергии.

Общие философские понятия и принципы проникают в естествознание не только через онтологию, но также через гносеологию и регулятивные принципы частных наук. К последним в сфере физического знания относятся принципы наблюдаемости, простоты и соответствия. Как отмечает Э. М. Чудинов, гносеологические принципы играют важную роль не только в становлении физических теорий; после того как теория создана, они сохраняют значение регулятивов, определяющих характер ее функционирования.

Результаты такого воздействия при внешнем знакомстве с теорией не очевидны, однако специальный анализ показывает, что содержание той или иной теории базируется на философских представлениях. Философские принципы и понятия проникают в саму ткань науки и, участвуя в генезисе научной теории, остаются в ней, функционируют как часть, как внутренний необходимый элемент самой теории. Анализ обнаруживает, например, что:

1) классическая механика построена на логической схеме философского принципа причинности:

2) квантовая механика базируется на общекатегориальной структуре:

3) теория относительности опирается, как на свой мировоззренческий фундамент, на философские понятия;

4) эволюционная теория в биологии Ч. Дарвина имеет своим основанием группу мировоззренческих понятий:

Следует обратить внимание: воздействие философии