П.В. Панченко
Принцип содействия сторон обязательства в российском гражданском праве. Монография

Автор:

Панченко П. В., заместитель прокурора Фрунзенского района города Саратова.

Под редакцией кандидата юридических наук, доцента И. П. Кожокаря.

ebooks@prospekt.org

© Панченко П. В., 2019

© ООО «Проспект», 2019

Введение

Важнейшей задачей гражданско-правового регулирования является обеспечение стабильности гражданских правоотношений в частности и экономического оборота в целом. Основной правовой формой экономических отношений выступают гражданско-правовые обязательства, стороны которых, несмотря на известную свободу, самостоятельность и инициативность, нуждаются и в императивно заданных принципах своего поведения. Эти правовые принципы должны обеспечивать динамику обязательственного правоотношения и достижение экономического результата, к которому стремятся стороны обязательства. К числу таких принципов относится вновь установленный российским гражданским законодательством принцип содействия сторон обязательства, социальная природа которого коренится в социальных правилах взаимопомощи и кооперации при совместном существовании людей. Кроме того, этот принцип способен сдерживать негативные стороны свободных экономических отношений: недобросовестность, злоупотребление правами и информацией, стремление контрагентов получить выгоду в ущерб друг друга. В целом нормативное закрепление принципа содействия сторон обязательства является одним из направлений и экономической, и правовой политики государства и важнейшей правовой гарантией защиты обязательственных прав.

Одним из основных направлений модернизации современного гражданского законодательства России является активное внедрение в Гражданский кодекс Российской Федерации, а также практику его применения оценочных категорий – нравственных начал-принципов, которые устанавливают обязанность субъектов гражданского оборота осуществлять свои права и исполнять обязанности не только формально, строго следуя букве закона, но и соблюдая при этом требования добросовестности, разумности и справедливости. Первым этапом подобных изменений стало включение в текст ст. 1 ГК РФ принципа добросовестности, который был известен отечественной цивилистической науке и судебной практике, но не был статуирован в качестве нормы-принципа.

Дальнейшие изменения гражданского законодательства показали общий правотворческий курс на усиление его нравственно-правовых начал. В строгом соответствии с этим курсом произошло нормативное оформление принципа содействия сторон обязательства в новой редакции ст. 307 ГК РФ, которое нуждается в надлежащей доктринальной оценке, объясняющей и его законодательный потенциал.

Пополнение системы принципов гражданского права правилом о необходимости содействия сторон обязательства обусловило новую задачу, стоящую перед наукой гражданского права. Очевидно, что требуется разработка теории указанного принципа, включающей его понятие, признаки, содержание, место в системе принципов гражданского права и системе обязательственного права, а также содержащей анализ уже имеющихся научных представлений по этому вопросу. В современном гражданском праве комплексное, системное, обобщающее исследование о принципе содействия сторон обязательства отсутствует.

Новеллизация принципа содействия сторон обязательства и отсутствие его надлежащей теоретической разработки в определенной мере сдерживают правоприменительный потенциал этого принципа, снижая его эффективность. Правоприменители нуждаются в научно обоснованных правилах и пределах реализации рассматриваемого принципа. Необходима также научная критическая оценка хотя и немногочисленных, но имеющихся судебных материалов по исследуемому вопросу.

Глава 1.
Основы цивилистического учения о принципе содействия сторон обязательства

§ 1. Понятие принципа содействия сторон обязательства, его генезис и позитивация в российском гражданском праве

Принцип содействия сторон обязательства в дореволюционном и советском праве и законодательстве. Содействие сторон обязательства дореволюционными цивилистами не рассматривалось в качестве самостоятельного правового принципа. Так, например, в классическом учебнике по гражданскому праву Г.Ф. Шершеневича указывалось, что исполнение обязательства «должно быть произведено надлежащим образом, надлежащим лицом, надлежащему лицу, в надлежащем месте и в надлежащее время»¹. Очевидно, что речь идет о требовании надлежащего исполнения обязательства, ставшим впоследствии одним из заглавных принципов исполнения обязательств, указание на какие-либо другие базовые требования к исполнению обязательства отсутствует. Возможно, цивилисты XIX–XX века рассматривали возможность оказывать содействие при исполнении обязательства исключительно как морально-нравственную категорию, которую нельзя ставить в разряд правовых. Подтверждением такого вывода служит и то обстоятельство, что в цивилистической науке того времени активно дискутировался вопрос о необходимости использования так называемых «оценочных» категорий и «каучуковых» параграфов, одним из последовательных противников которых был И.А. Покровский².

Однако существовали и другие научные позиции. В частности, И.Б. Новицкий, последовательно отстаивавший возможность установления в российском законодательстве принципа доброй совести, отмечал, что не чужд гражданскому праву принцип, согласно которому «управомоченный должен все-таки сообразоваться с чужими интересами, щадить их и в тех случаях, когда чужой интерес оказывается слишком значительным, ограничивать свое усмотрение в осуществлении права; другими словами, гражданское право считается, между прочим, с принципом социальной солидарности, господствующей над всеми отношениями людей, живущих в обществе»³.

Отметим, что проект Гражданского уложения, который был прокомментирован в данной цитате И.Б. Новицким, так и не был принят. Между тем его толкование наводит на мысль, что «действия сообразно чужим интересам», «пощада чужих интересов», «социальная солидарность», помимо прочего, может выражаться в оказании определенного содействия одного субъекта другому. То есть дореволюционное законодательство и цивилистическая наука того времени хоть и не выработала принципа содействия субъектов, была близка к его пониманию и принятию.

В советском праве отношение к принципу содействия также не было однозначны. Как справедливо утверждает В.П. Грибанов, «к пониманию этого принципа наука советского гражданского права шла постепенно»⁴.

С одной стороны, еще до законодательного установления принципа сотрудничества советские цивилисты отмечали важность оказания помощи кредитором должнику при исполнении обязательства, которая объяснялась новой, особой значимой ролью кредитора в исполнении обязательства по советскому гражданскому праву⁵. По мнению советских авторов, кредитор по законодательству социалистических государств, в отличие от права буржуазных стран, должен осуществлять свои действия, учитывая соображения социалистической совести, в том числе оказывать содействие должнику при исполнении им определенных обязанностей.

С другой стороны, в качестве принципа необходимость содействия еще долгое время не рассматривалась. Например, С.Н. Братусь, предложивший перечень принципов гражданского права, не включил в него анализируемое начало⁶. Он оценивал сотрудничество сторон как одну из обязанностей кредитора и должника, но не как определенный принцип гражданского права.

В целом, независимо от исторической логики развития имущественных отношений, правоведы советского периода всегда отмечали наличность идеи сотрудничества сторон обязательства. Заданный политико-административный оттенок этой идеи (участие в общем деле), тем не менее не отменял её реальной сущности, несущей в себе правила человеческого общежития, основанные на идее сотрудничества и позитивного взаимодействия. Так, Н.Д. Егоров указывал, что принцип взаимного содействия вытекает из природы производственных отношений и означает то, что стороны вправе рассчитывать при исполнении лежащих на них обязанностей и на такое содействие от другой стороны, которое прямо не установлено каким-либо нормативным актом или условиями сделки. Сторона может требовать такого содействия, без которого она не может исполнить надлежащим образом свои обязательства и которое другая сторона может оказать ей без ущерба для себя⁷. О.С. Иоффе суть данного принципа усматривал в том, что любая из сторон вправе рассчитывать и на такие виды помощи другой стороны, которые из обязательства прямо не вытекают, но обусловлены взаимным содействием⁸.

Свое нормативное закрепление принцип сотрудничества впервые получил в ст. 168 Гражданского кодекса РСФСР 1964 г. (далее – ГК РСФСР)⁹, согласно которой каждая из сторон должна исполнять свои обязанности наиболее экономичным для социалистического народного хозяйства образом и оказывать другой стороне всевозможное содействие в исполнении ею своих обязанностей.

Нормативное оформление принципа содействия сторон обязательства в современном российском гражданском праве. Гражданский кодекс РФ 1994 г. (далее – ГК РФ)¹⁰ в первоначальной редакции прямо не устанавливал ни принципа сотрудничества, ни соответствующей обязанности субъектов по оказанию взаимопомощи и содействия друг другу. Между тем, в ряде положений гражданского законодательства правило о содействии было закреплено. Так, согласно общим положениям о договоре подряда (ст. 718 ГК РФ)¹¹ заказчик обязан в случаях, в объеме и в порядке, предусмотренных договором подряда, оказывать подрядчику содействие в выполнении работы. В случае неисполнения заказчиком вышеупомянутой обязанности, подрядчик вправе требовать возмещения причиненных убытков, которые могут быть прямым следствием простоя или перенесения сроков выполнения работы, либо увеличения указанной в договоре цены работы.

В научной литературе постсоветского периода неоднократно указывалось на то, что обязанность оказывать содействие другой стороне обязательственного отношения имманентна существу частноправового регулирования, в частности правилам о недопустимости злоупотребления правом, обязанности осуществлять свои права добросовестно, разумно. Так, ряд авторов допускали применимость принципа содействия на основании положений ГК РФ об аналогии права (ст. 6) и пределов осуществления правом (ст. 10)¹². В отдельных исследованиях делался вывод о возможности включения принципа содействия в текст законодательства¹³.

Однако такая позиция разделялась далеко не всеми исследователями.

Например, Ю.М. Доренкова утверждает, что принцип содействия имманентен существу административно-плановой экономики и не соответствует современной рыночной системе¹⁴. В похожем ключе высказался В.В. Ровный: «принцип кредиторского содействия неприменим, если в каждой конкретной ситуации иное не предполагается и не следует из специальной нормы права или условия договора»¹⁵. Обратим внимание, что эти мнения высказаны до внесения изменений в ст. 307 ГК РФ, которыми была установлена обязанность сторон гражданско-правового обязательства оказывать друг другу необходимое содействие.

Отметим также, что в зарубежной литературе обозначается проблема разрешения противоречия между преследованием собственных интересов стороной, заключившей договор, и надлежащим вниманием к законным интересам другой стороны¹⁶.

Постсоветская юридическая позитивация правила о содействии сторон обязательства произошла в 2015 г. при изменении редакции с п. 3 ст. 307 ГК РФ, в соответствии с которым «при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию».

Указанная новелла введена Федеральным законом от 8 марта 2015 № 42-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации»¹⁷. При этом правило, получившее закрепление в п. 3 ст. 307 ГК РФ, отсутствовало как в Концепции развития гражданского законодательства Российской Федерации (деле – Концепция)¹⁸, так и в первоначальном проекте изменений ГК РФ¹⁹.

При этом следует отметить, что правило о содействии сторон обязательства полностью коррелирует международно-правовым актам в этой сфере. В Концепции справедливо отмечено следующее: «Весьма значительной и, часто, скрупулезной детализации Концепция предлагает подвергнуть многие нормы общей части обязательственного права. Почти все предложения на этот счет, содержащиеся в Концепции, представляют собой выводы из анализа обширнейшей практики применения соответствующих норм арбитражными судами либо заимствование удачных решений, найденных при кодификации принципов договорного права в рамках УНИДРУА, в Европейском Союзе».

Сказанное актуально и для принципа содействия сторон, который заимствован, как и большинство иных норм общей части обязательственного права, из Принципов международных коммерческих договоров УНИДРУА (далее – Принципы УНИДРУА)²⁰. Так, согласно статье 5.1.3 «Сотрудничество между сторонами» Принципов УНИДРУА, «каждая сторона должна сотрудничать с другой стороной, если такое сотрудничество можно разумно ожидать в связи с исполнением обязательств этой стороны».

Нормативное закрепление требования о содействии сторон обязательства поставило перед цивилистической наукой базовые вопросы:

– каково соотношение понятий содействия и сотрудничества в аспекте рассматриваемого требования?

– является ли это требование правовым принципом?

– если да, то является ли этот принцип самостоятельным?

Содействие или сотрудничество сторон обязательства: вопросы юридической терминологии. С учетом цели настоящего исследования важно обратиться к терминологической составляющей его предмета и выяснить, чем обоснована разность в использовании терминов «содействие» и «сотрудничество» применительно к исследуемому принципу.

Разграничение понятий «содействие» и «сотрудничество» имеет методологическое значение и будет способствовать повышению точности используемой в настоящем исследовании терминологии.

Прежде всего, отметим, что справочная литература не дает ответа на вопрос, чем, в сущности, отличаются два рассматриваемых термина. Согласно толковому словарю, содействие понимается как «деятельное участие в чьих-нибудь делах с целью облегчить, помочь, поддержка в какой-нибудь деятельности»²¹. Сотрудничать – это «работать, действовать вместе, принимать участие в общем деле»²². Словарь синонимов русского языка, раскрывая слово «помощь» среди синонимичных слов и выражений одновременно указывает на содействие и сотрудничество²³.

Можно сделать вывод, что словарное значение терминов «содействие» и «сотрудничество» очень близко. Разницу возможно усмотреть лишь в следующем. Содействие – участие, прежде всего, в чужих делах. Сотрудничество – работа в общем деле. Представляется, что подобное разграничение не имеет существенного значения для гражданского права. Дело в том, что принцип содействия (сотрудничества) рассматривается в теории и судебной практике через призму достижения цели обязательства, о чем прямо указано в п. 3 ст. 307 ГК РФ. В данном случае провести разграничение между «чужими» и «общими» делами не представляется возможным. Иметь значение будет лишь объем субъективных прав и обязанностей субъектов, а также добросовестность их поведения.

Показательно, что большинство ученых не проводят строгого разграничения между «содействием» и «сотрудничеством». Например, В.В. Ровный, анализируя в своей статье принцип взаимного сотрудничества сторон при исполнении обязательства, неоднократно называет его принципом взаимного содействия, а также указывает на обязанность кредиторского содействия²⁴. Другие исследователи и вовсе именуют данный принцип принципом солидарности²⁵. Е.В. Богданов, рассуждая о принципе солидарности, отмечает: «при исполнении обязательств стороны обязаны сотрудничать, оказывать содействие партнеру в исполнении им своих обязанностей, что также является проявлением принципа солидарности»²⁶.

Вместе с тем нельзя не отметить, что современный российский законодатель отказался от использования термина «сотрудничество», используемого в ГК РСФСР 1964 г. Представляется, что подход советского правотворца был обоснован желанием сделать акцент на общей цели субъектов (как говорилось выше, «сотрудничество» – участие в общем деле).

Как пишет З.И. Цыбуленко, выполнение плана – общая обязанность каждого предприятия, всеобщая конечная цель, для достижения которой участники экономического оборота должны были не только надлежащим образом исполнять свои обязанности, но и содействовать в этом другим субъектам²⁷.

С учетом изменившихся социально-экономических условий, суть принципа несколько трансформировалась, хотя, как представляется, его основной акцент – направленность на достижение общей цели в обязательстве – не изменился. Ввиду сказанного не представляется целесообразным разграничивать термины «содействие» и «сотрудничество».

Содействие сторон обязательства как гражданско-правовой принцип. Прежде всего, следует отметить, что ряд ученых, не отрицая существования категории «содействие сторон обязательства» в отечественном гражданском праве, утверждают, что данное явление не является принципом. Например, С.Ю. Филиппова утверждает, что содействие сторон – не принцип права, так как «в отличие от принципов права сотрудничество сторон требует активных действий субъектов правореализационной деятельности, а не правотворца, тогда как принцип права служит генеральной идеей именно для субъекта правотворческой деятельности… принцип права – категория догматической юриспруденции, поскольку представляет собой элемент системы права как некой упорядоченной совокупности формально-юридических источников, тогда как сотрудничество – категория социологической юриспруденции и является свойством правовой деятельности»²⁸.

С подобной позицией сложно согласиться, так как любой принцип права, являясь частью права, в любом случае требует активных действия от субъектов правореализационной деятельности. Иное понимание было бы ошибочно. Так, к примеру, такие разноплановые принципы, как законность, недопустимость вмешательства в чужие дела, надлежащее исполнение обязательства, требуют соответствующего поведения от субъектов права.

Также возражения вызывает аргумент о том, что принцип содействия не требует действий от законодателя. Напротив, указание названной категории в п. 3 ст. 307 ГК РФ привело к тому, что при совершенствовании норм об отдельных обязательствах, необходимо учитывать данное начало. В противном случае нарушится системность гражданского права и его норм.

На наш взгляд, правило о содействии сторон обязательства соответствует как понятию, так и признакам правовых принципов.

В современной юридической цивилистике получили широкое освещение теоретические и прикладные аспекты понятия, сущности, признаков, системы принципов гражданского права²⁹. Определяя принципы права как «квинтэссенцию многовекового опыта правового регулирования определенной сферы общественных отношений», В.В. Кулаков, справедливо отметил, что «разнообразие доктринальных взглядов не позволяет определить их значение в правовом регулировании общественных отношений»³⁰.

Сущность категории «содействие сторон» предопределяется вопросом о том, является ли она принципом. Формулировка п. 3 ст. 307 ГК РФ не дает ответа на данный вопрос. Отмечено, что «при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию».

На наш взгляд, при разрешении проблемы, является ли содействие субъектов правовым принципом, необходимо руководствоваться не исключительно формулировкой п. 3 ст. 307 ГК РФ, а сущностью категории «принцип гражданского права».

Цивилистическая наука предлагает различные определения сути принципов гражданского права. Например, Ю.Х. Калмыков, определял принцип гражданского права как «основное начало, основная идея, пронизывающая систему норм»³¹. Вслед за ним, Г.А. Свердлык определил принципы договорного права как «стабильные нормативно-руководящие положения, в соответствии с которыми строятся база договорно-правового регулирования и регламентация поведения субъектов договорного права, а также правоприменение»³².

Похожую дефиницию сформулировал Е.В. Вавилин, отмечавший, что принципы гражданского права – «это основные нормативно-руководящие начала (положения, идеи), которые характеризуют гражданское законодательство, выражают фундаментальные тенденции его развития»³³.

С точки зрения О.А. Кузнецовой, под принципами гражданского права следует понимать специализированные императивные предельно общие нормы, определяющие содержание всех других гражданско-правовых норм и обладающие по отношению к ним высшей юридической силой, имеющие нетипичную структуру и выполняющие специфические функции в гражданско-правовом регулировании»³⁴.

В целом мы можем заключить, что принцип гражданского права – это основополагающее начало (идея), которое выступает фундаментальным, системообразующим для отрасли (или же подотрасли, института, если речь идет о соответствующих принципах) компонентом, предопределяет построение системы законодательства, правовых норм, выступает важнейшим руководящим началом для законодателя.

Правило о содействии сторон обязательства отвечает и признакам норм-принципов гражданского права.

Мы разделяем концептуальный подход к пониманию признаков норм-принципов гражданского права, получивший основательное теоретическое осмысление в трудах О.А. Кузнецовой, и считаем, что он вполне применим и к подотраслевым принципам, в том числе принципу содействия сторон обязательства. Так, по мнению ученого, принцип характеризуется наличием следующих признаков: содержит правило самого общего характера; закрепляет основополагающие положения, которые определяют содержание всех гражданско-правовых норм; является особой юридической конструкцией, состоящей из юридических императивов; отличается стабильным содержанием; обладает большей юридической силой по сравнению с другими нормами права; носит императивный характер³⁵.

Думается, что в настоящий момент принцип содействия не в полной мере предопределяет систему обязательственного права. Вызвано это объективными причинами: недавним появлением рассматриваемой категории в тексте ГК РФ. Между тем, содействие уже применяется судами для толкования положения об отдельных обязательствах³⁶, что уже можно назвать серьезным шагом вперед в развитии рассматриваемого явления. Полагаем, что принцип содействия сторон обязательственного отношения в ближайшее время будет предопределять развитие гражданского законодательства России и учитываться законодателем при внесении изменений и дополнений в положения об отдельных обязательствах.

Безусловно, содействие является одной из основных идей, характеризующих подотрасль обязательственного права, и выражает фундаментальные тенденции в его развитии. Подобный вывод имеет нормативное обоснование (расположение правила о взаимном содействии в первой статье общих положений об обязательствах), а также в полной мере соответствует сущности обязательственного права.

Принципу содействия характерен и признак стабильности, что немаловажно для любого правового принципа. Признанный еще в советский период цивилистики, он не утратил своего значения и после принятия ГК РФ 1994 г., отражается в нормах об отдельных обязательствах. Тем самым, нашли свое подтверждение фундаментальность, важность рассматриваемого основополагающего начала, на что не мог не обратить внимания отечественный законодатель.

Говоря о таком признаке правовых принципов, как императивность, важно подчеркнуть, что несмотря на то что содействие сторон без сомнений характеризуется статусом принципа обязательственного права, его императивное действие поставлено под сомнение в результате использования некоторых приемов юридической техники. Так, согласно п. 1 ст. 307.1 ГК РФ, к обязательствам, возникшим из договора (договорным обязательствам), общие положения об обязательствах (настоящий подраздел) применяются, если иное не предусмотрено правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в настоящем Кодексе и иных законах, а при отсутствии таких специальных правил – общими положениями о договоре (подраздел 2 раздела III). Аналогичная норма содержится и в п. 3 ст. 420 ГК РФ. Из сказанного следует, что специальные нормы об отдельных видах договоров могут отменить действие общих положений об обязательствах, что вряд ли можно признать справедливым. К примеру, в Принципах УНИДРУА предусмотрен запрет на исключение либо ограничение действия подобных основополагающих требований.

Для придания п. 3 ст. 307 ГК РФ статуса императивной нормы следует дополнить названный пункт правилом следующего содержания: «Стороны не могут исключить или ограничить эти обязанности».

Таким образом, категория содействия – стабильная, основополагающая, фундаментальная для обязательственного права идея, используемая при толковании норм данной подотрасли, выражающая важнейшие тенденции в его развитии. Более того, она должна быть использована законодателем в процессе совершенствования положений, регулирующих отдельные обязательства.

Статуирование правила о содействии сторон обязательства в качестве самостоятельного гражданско-правового принципа. После выявления у требования содействия всех признаков правового принципа, возникает вопрос о его самостоятельности.

В научной литературе часто обращается внимание на то, что принцип содействия является «дочерним» принципом добросовестности.

А.А. Волос указывает, что категория «содействия сторон наполняет принцип добросовестности применительно к обязательственному праву определенным содержанием, указывают конкретные ориентиры для контрагентов по договору, а также законодателя по дальнейшему развитию и совершенствованию категории добросовестности как на практике, так и в правовых актах»³⁷. Похожая точка зрения у А.Ю. Мигачевой: «содержание принципа добросовестности понимается достаточно широко и не стоит его перегружать, тем более что принцип сотрудничества субъектов гражданских правоотношений имеет самостоятельное значение в гражданском праве»³⁸.

В.В. Витрянский также указывает на прямую связь между добросовестностью и содействием, отмечая, что «…и в обязательственно-правовых отношениях действует принцип добросовестности, предусмотренный в ст. 1 ГК РФ в качестве универсального принципа гражданского законодательства…»³⁹. В этом отношении интересна позиция Ю.С. Харитоновой, отметившей, что «сегодня добросовестное установление, исполнение обязательства, а также отношения после его прекращения рассматриваются через призму добросовестного сотрудничества и информационной открытости кредитора и дебитора по отношению друг к другу (п. 3 ст. 307 ГК)»⁴⁰.

Безусловно, принцип содействия основан на принципе добросовестности. Подобное понимание в полной мере соответствует как прямому толкованию положений п. 3 ст. 307 ГК РФ, так и смыслу гражданского законодательства.

В одном из первых комментариев к исследуемой новелле, содержащемся в Информационном письме Роспотребнадзора от 5 мая 2015 г., было отмечено, что «статья 307 ГК РФ (в редакции Закона № 42-ФЗ), определяющая понятие (правовой смысл) обязательства, дополнена новым пунктом 3, который дополняет и развивает принцип изначально подразумевающейся добросовестности любых гражданских правоотношений, в целом сформулированный в статье 10 ГК РФ»⁴¹. В научном комментарии к ГК РФ (части первой) отражен такой же подход: п. 3 ст. 307 ГК РФ закрепляет презумпцию добросовестности сторон при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения «в развитие норм, предусмотренных п. 3 ст. 1, п. 5 ст. 10 ГК РФ»⁴².

При такой тесной генетической связи между добросовестностью и содействием возникает проблема самостоятельности принципа содействия сторон обязательства.

Конечно, обязанность оказания содействия субъектам – это часть принципа добросовестности. Вместе с тем в науке обращалось внимание на то, что один принцип может быть частью другого, и в этом нет логического противоречия. Например, О.А. Кузнецова справедливо указывает, что принцип свободы договора – часть принципа диспозитивности⁴³.

Имманентная связь сотрудничества и добросовестности не раз рассматривалась различными цивилистами. Между тем большинство из них указывали, что такая взаимосвязь не отрицает самостоятельного характера принципа содействия. Например, С.Ю. Филиппова полагает, что п. 3 ст. 307 ГК РФ содержит четыре самостоятельных принципа: «а) добросовестности, б) необходимости учета прав и законных интересов друг друга, в) необходимости взаимно оказывать содействие для достижения цели обязательства, г) необходимости предоставления друг другу информации»⁴⁴.

Дефинирование понятия принципа содействия сторон обязательства. Мышление вообще и научное мышление особенно имеет понятийный характер. В логическом аппарате любой науки главную теоретическую нагрузку несут ее фундаментальные понятия – категории. «Категории и понятия выступают в качестве инструмента познавательной деятельности, способа понимания и фиксации достигнутых правовых знаний»⁴⁵, это «средство практического совершенствования государственно-правовой действительности»⁴⁶. Именно поэтому правильное понимание и корректное использование такой категории, как принцип содействия сторон, имеет огромную теоретико-методологическую значимость для цивилистической науки.

Глубокое научное исследование любого явления начинается с анализа его сущности и основных характеристик. Такой общепризнанный методологический прием обусловлен тем, что частные проблемы, например, вопросы правоприменения того или иного юридического явления, можно решить лишь в том случае, если имеется точное представление о нем.

Говоря о принципе содействия сторон обязательственного отношения, приходится констатировать, что такого однозначного понимания данного явления в цивилистической науке не имеется. Так, законодатель в п. 3 ст. 307 ГК РФ ограничился лишь указанием на то, что «стороны обязаны действовать добросовестно, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства». Законодательно установленной дефиниции, которая смогла бы разъяснить, что значит «необходимое содействие», не имеется.

Не дает однозначного представления о понятии принципа содействия и цивилистическая наука. Обычно авторы ограничиваются лишь указанием на то, что субъекты должны оказывать друг другу возможное и необходимое содействие для достижения цели обязательства. Вместе с тем формирование доктринального представления о дефиниции принципа содействия сторон должно быть признано одной из задач цивилистической науки.

Как указывает нам философская литература, «понятие – мысль, которая выделяет из определенной предметной области и обобщает в класс объекты посредством указания на их общие и отличительные признаки»⁴⁷. Получается, что своей дефиницией принцип содействия сторон обязательственного отношения должен быть выделен из массы схожих юридических явлений путем указания на его общие и отличительные признаки. К общим признакам относят важнейшие характеристики родового объекта, к которым в нашем случае будет относиться категория «принципы гражданского права». К отличительным характеристикам будут отнесены исключительные особенности принципа содействия, которые выражаются в юридических императивах рассматриваемого принципа.

Резюмируем вышеизложенное. Под принципом содействия сторон обязательства следует понимать одно из основополагающих, фундаментальных, системообразующих начал подотрасли обязательственного права, проистекающее из принципа добросовестности участников гражданских отношений и субординированное к нему, имеющее собственное содержание и самостоятельный статус гражданско-правового принципа, используемое в качестве руководящей идеи при толковании и совершенствовании обязательственно-правовых норм.

Для усиления признака императивности принципа содействия сторон обязательства п. 3 ст. 307 ГК РФ следует дополнить правилом о том, что стороны обязательства не могут исключить или ограничить обязанности, предусмотренные этим пунктом.

§ 2. Философско-методологические предпосылки познания принципа содействия сторон в гражданском праве

Философская основа и междисциплинарный метод познания принципа содействия сторон обязательства. Специальная терминология обязательственного права, наименование сторон обязательственного правоотношения «кредитор» и «должник», стоящих, по выражению классика обязательственного права Ф.К. Савиньи, во взаимном противоположении⁴⁸, его элементы в виде права требования и долга, а также законодательное построение всей конструкции обязательства, в которой именно должник обязан совершить действие либо воздержаться от определенного действия, обусловливают между сторонами обязательства отношения противостояния и конкуренции. На первый взгляд все это дает мало оснований для сотрудничества, содействия сторон, поскольку уже в древнеримское время обязательство считалось «юридическими оковами».

Однако российский законодатель, руководствуясь нормами международного права, включил в ст. 307 ГК РФ правило о том, что стороны обязаны взаимно оказывать необходимое содействие для достижения цели обязательства (п. 3). Тем самым поведенческим актам, исследование которых более характерно для философии, этики и социологии, придан юридически значимый характер для целей правовой стабильности контрагентских отношений. Онтологическая причина появления такой нормы заключается в том, что за общественными отношениями, которые только и интересуют право, речь, тем не менее, всегда идет о человеческом поведении, которое в итоге эти отношения создает, наполняет, поддерживает, гармонизирует и приводит, в конечном итоге, к желаемому юридическому результату.

Все правовые явления и процессы так или иначе связаны с правовым поведением. В теории права существуют многочисленные классификации этого поведения: правомерное-неправомерное, действие-бездействие, социально полезное и социально-вредное и др.

Следует отметить, что типы правового поведения в сфере диспозитивного регулирования в цивилистике детально не исследованы, что обусловливает некоторую непоследовательность во введении этих типов в законодательный текст.

Обращаясь к требованиям правомерного поведения, законодатель оперирует такими терминами как «добросовестность», «разумность», «собственное усмотрение», «пределы», «учет прав и законных интересов друг друга», «взаимное необходимое содействие». Все эти критерии свидетельствуют об ином соотношении обязывающих, запрещающих, управомочивающих норм в гражданско-правовой сфере, характеризуя общедозволительный тип правового регулирования в сфере частного права.

В самом широком смысле сосуществование сторон в рамках обязательства как наиболее распространенного вида имущественных отношений – это разновидность социального сосуществования индивидов и их групп. Правовое общение сторон обязательства, несмотря на наличие специального правового регулирования, во многом определяется достижением согласованности их поведения. Следует признать, что такое общение является обычным элементом ненарушенного социально-экономического бытия. При этом идея установления партнерского типа общественных отношений в целом не нова. Отличаясь разнообразными теоретическими подходами и идейно-политическими взглядами, она прошла свой путь от античности до наших дней и воплотилась в философско-социологических идеях взаимозависимости разных лиц в социуме⁴⁹. Одна из них в способности договариваться в обыденных отношениях и согласованно взаимодействовать, поддерживая это взаимодействие. Способность лиц к партнерству обоснованно рассматривается как признак социальности личности⁵⁰.

Условия социальной кооперации в её разных формах – это предмет философского осмысления. В идеале все социальные отношения должны выстраиваться на основе доверия, уважения, свободы выбора, равенстве, и не противодействии членов общества друг другу. Добросовестность и разумность в виде рационального, логичного и целесообразного поведения должны быть коллективным убеждением или верой каждого порядочного человека. По мнению Е.А. Суханова, разумным можно считать поведение субъекта, если оно является результатом осмысления социально-экономической обстановки, в которой он находится, логически вытекает из нее, и целесообразно для него⁵¹.

Фактор взаимной заинтересованности сторон предполагает высокую степень личностного доверия, производного от общественного доверия. Доверие есть возникающее в рамках определенного сообщества ожидание того, что все члены данного сообщества будут вести себя нормально и честно, проявляя готовность к взаимопомощи в соответствии с общепринятыми нормами⁵²

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.