А. Чучаев, А. Бойко, Н. Лазарева, Н. Ныркова, М. Терентьева
Правовое обеспечение интеграционных процессов в рамках Евразийского Экономического Союза

© Коллектив авторов, 2017

© ООО «Проспект», 2017

* * *

Авторы:

Бойко А. И., доктор юридических наук, профессор (Южно-Российский институт управления Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ) – пп. 2.1, 2.2, глава 4;

Лазарева Н. Ю., кандидат юридических наук, доцент (Южно-Российский институт управления Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ) – пп.1.1, 1.2 (совместно с М. С. Терентьевой), 2.3.2, анализ и визуализация статистических данных о деятельности Суда ЕврАзЭС/ЕАЭС, приведённых в п. 3.2;

Ныркова Н. А., кандидат юридических наук, доцент (Южно-Российский институт управления Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ) – введение, пп. 2.3.1, 2.4, глава 3, заключение;

Терентьева М. С., аспирант кафедры политологии и этнополитики (Южно-Российский институт управления Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ) – п. 1.2 (совместно с Н. Ю. Лазаревой).

Введение

Всплеск интеграционной активности государств в конце XX – начале XXI веков создал уникальные возможности для научных исследований. Сегодня наша страна инициирует и осуществляет несколько моделей межгосударственного взаимодействия, в основе которых – объединение политических, экономических, военных и правовых сил и опыта участников. Наиболее успешным интеграционным проектом с участием России является Евразийский экономический союз, наглядно демонстрирующий, что экономическая и правовая интеграция – это две стороны одной медали. В связи с этим, актуализируются вопросы всестороннего и пристального исследования различных способов правового обеспечения интеграционного сотрудничества (от «мягкого права» до жёсткой унификации), способного внести весомый вклад в повышение эффективности внешнеэкономической политики России, реализуемой на постсоветском пространстве. Помимо этого, необходимо учитывать, что союзная интеграция связана с передачей государствами – членами ЕАЭС в наднациональную юрисдикцию части своих суверенных полномочий в той сфере деятельности, которая в России формирует около 50 % ВВП. Это повышает значимость сохранения в складывающихся моделях правового обеспечения интеграционных процессов тех механизмов, которые позволяют отстаивать свои национальные интересы и, одновременно, выполнять взятые на себя международные обязательства по реализации интеграционных целей. Осознание именно этих обстоятельств, убедительно свидетельствующих об актуальности темы, побудило авторский коллектив инициировать, обосновать и выполнить научное исследование в рамках Госзадания на 2016 год РАНХиГС при Президенте Российской Федерации, одним из результатов которого является настоящий труд.

Ещё одним важным мотивом стало понимание необходимости изложить системный взгляд на проблемы правового обеспечения интеграционных процессов на евразийском пространстве. Исследование специальной научной литературы показало, что те или иные аспекты участия России в интеграционных процессах – весьма востребованная тема, на которую откликаются самые разные специалисты: историки, политологи, экономисты, юристы и др. При этом довольно часто стремление высказаться по остроактуальным вопросам превалирует над изучением уже имеющихся результатов исследований, что закономерно порождает фрагментарность соответствующих научных взглядов и подходов. С учётом этого, авторами ставилась задача не только обозначить возможные модели правовой интеграции в рамках евразийского проекта, но также основать их на имеющихся достижениях науки международного права и всесторонне проанализировать сложившиеся точки зрения на проблемы, охватываемые темой настоящей монографии. Это, в свою очередь, потребовало актуализированных размышлений о взаимосвязи международного и национального права, о возможности влияния права на социально-экономические (в том числе, интеграционные) процессы, об эффективности управленческой деятельности в целом и интеграционного сотрудничества, в частности. Пропедевтическая роль в исследовании возложена на первый раздел монографии, аккумулирующий титульные сведения о Евразийском экономическом союзе.

Означает ли вышесказанное, что авторам настоящего труда удалось победоносно пройти между Сциллой проблемы, заявленной в теме монографии и Харибдой имеющихся методов её исследования? Что книга, которую держит в руках читатель – единственно возможный ответ на поставленные вопросы? Представляется, что неверным будет как положительный, так и отрицательный ответ. Широта и многоаспектность проблем правового оформления межгосударственного интеграционного сотрудничества заведомо обрекает на неполноту любые профессиональные усилия в данной области. Однако каждое из них позволяет вывести научный дискурс на новый уровень, решить ряд прикладных задач и обозначить горизонты возможных исследований. С учётом этого, главной особенностью данной монографии является приглашение к размышлению над проблемами, охватываемыми её темой, а полученные научные результаты авторы рассматривают в качестве опорных точек для дальнейших исследований и дискуссий.

Исходные данные для настоящей работы охватывают, прежде всего, максимально широкий круг теоретических, законодательных, международно-правовых и эмпирических источников по разрабатываемой теме. Их центральной частью, информационным ядром являются международные договоры, заключённые в рамках Союза, судебные акты Суда ЕврАзЭС/ЕАЭС и фундаментальные научные исследования признанных специалистов в области международного права и смежных отраслей знаний: С. В. Бахина, И. Н. Барциц, Г. И. Богуша, А. И. Бойко, Я. Броунли, В. Г. Буткевич, А. Г. Волеводза, В. А. Волеводза, А. С. Гавердовского, А. В. Демина, Г. К. Дмитриевой, Н. Г. Дорониной, Б. Л. Зимненко, А. С. Исполинова, П. А. Калиниченко, А. Я. Капустина, С. Ю. Кашкина, И. И. Лукашука, В. В. Лунеева, Ф. Ф. Мартенса, Р. А. Мюллерсона, Т. Н. Нешатаевой, Е. Е. Рафалюк, А. С. Смбатян, А. Н. Талалаева, Ю. А. Тихомирова, В. Л. Толстых, Г. И. Тункина, Е. Т. Усенко, Ю. Б. Фогельсона, Т. Я. Хабриевой, А. О. Четверикова, В. Е. Чиркина, А. И. Чучаева, Г. Г. Шинкарецкой, В. М. Шумилова, М. Л. Энтина и др. При этом считаем необходимым, осознавая уникальность каждого из перечисленных учёных, особенно подчеркнуть в контексте рассматриваемой проблематики значение трудов А. С. Исполинова, не оставившего без своего пристального внимания ни один из значимых аспектов деятельности международных судов и Суда ЕврАзЭС/ЕАЭС.

Усилить прикладную составляющую данной монографии помогли также научные публикации, доклады на международных конференциях и другие формы научной активности, проявленные исследователями, имеющими богатейший практический опыт деятельности в сферах, представляющих повышенный интерес с учётом избранной авторами темы: Г. В. Баландиной и Т. Н. Нешатаевой. Изучение их мнений и взглядов позволило рассматривать вопросы соотношения права ВТО и права ЕАЭС, проблемы правоприменения в деятельности Суда ЕАЭС через призму насущных практических задач интеграционного строительства на евразийском пространстве.

Считаем допустимым отнести к важным исходным предпосылкам настоящей работы также научно-профессиональные достижения членов авторского коллектива: у трёх авторов имелся серьёзный «задел» для работы над темой НИР. Так, значимым сегментом сферы научных интересов А. И. Бойко являются вопросы соотношения международного и национального права, соотношения права и других социальных регуляторов, рецепции права, его эффективности, отражённые в докторской диссертации, многочисленных монографиях и научных статьях, экспертной и консультативной деятельности. Н. Ю. Лазарева имеет опыт сравнительно-правовых исследований, воплотившийся в ряде научных публикаций, посвящённых различным проблемам уголовного права Словацкой Республики. Публикационный «портфель» Н. А. Нырковой включает труды, посвящённые уголовно-правовым и международно-правовым аспектам евразийской интеграции (международное сотрудничество государств – членов Союза в сфере уголовного права, сравнительный анализ таможенных преступлений в уголовном законодательстве государств – членов ЕАЭС, выявление «интеграционного потенциала» национального уголовного законодательства, целесообразность формирования согласованных подходов к единообразному определению противоправности таможенных преступлений в рамках интеграционного уголовного права и др.). Самый молодой член авторского коллектива – М. С. Терентьева – является аспирантом кафедры политологии и этнополитики ЮРИУ – РАНХиГС, что предопределяет её естественный интерес к данной работе и активность посильного участия в ней.

Объединение усилий авторского коллектива позволило определить цели, задачи и методологию монографического исследования, логику и последовательность основных этапов работы, нашедших воплощение в её структуре и сформулировать основные научные результаты.

Глава 1. ЕАЭС в контексте мировых интеграционных процессов

1.1. Евразийская интеграция: от Таможенного союза к экономическому

Исследованию вопросов периодизации евразийской интеграции посвятили свои работы многие отечественные и зарубежные ученые: Айдарбаев С. Ж.[1], Г. А. Баландина[2], К. А. Бекяшев[3], Ю. В. Гинзбург[4], С. Ю. Глазьев[5], С. Ю. Кашкин[6], Е. Г. Моисеев[7], А. О. Четвериков[8], Г. И. Чуфрин[9] и др. Каждый из них предлагает и обосновывает собственное видение как начала экономической интеграции на постсоветском пространстве, приведшей в конечном итоге к формированию Евразийского экономического союза, так и ее этапов. В то же время большинство авторов признают в качестве отправной точки всех последующих интеграционных процессов создание Содружества Независимых Государств, что вполне обосновано и доказательно. Однако отметим, что de jure поиски эффективных форм региональной интеграции на постсоветском пространстве начались еще во время существования СССР и первое интеграционное объединение – Содружество Независимых Государств было образовано 8 декабря 1991 г.[10], в то время как Советский Союз как государство и субъект международного права прекратил свое существование лишь 26 декабря 1991 г[11].

Несмотря на неоднократно высказываемую критику в правовой литературе и средствах массовой информации в отношении деятельности Содружества, нельзя не признать того, что за четверть века своего существования СНГ сумело подтвердить важную роль в развитии исторически сложившихся связей государств – бывших союзных республик в сферах экономики, обороны, культуры, образования и пр. Что же касается «разочарования» Содружеством, то уместно вспомнить ответ В. В. Путина журналистам по завершении рабочего визита в Киргизскую Республику, где он 17 сентября 2016 г. принимал участие в заседании Совета глав государств-участников СНГ: «…все разочарования наступают от избыточных ожиданий. И может быть, когда организация создавалась, были завышены ожидания от её работы. Но на самом деле она сыграла важнейшую роль, которую, видимо, исторически и должна была сыграть – она создала условия для мягкого, постепенного и достаточно комфортного для всех участников этой организации процесса суверенизации. Она создала нам такие условия, при которых мы продолжали сотрудничать друг с другом и в то же время укреплять суверенитет»[12]. Иными словами, Президент РФ подтвердил мнение многих экспертов, неоднократно высказывавших предположение о том, что СНГ создавалось вовсе не для интеграции, а для «мирного развода»[13].

Но, несмотря на отведенную СНГ роль быть площадкой для «мирного развода бывших членов единой семьи», стремление к интеграции на постсоветском пространстве победило. Это дополнилось тем, что большинство населения испытало глубокое разочарование в последствиях независимости. Еще в 1994 г. директор Казахстанского института стратегических исследований У. Касенов писал: «…эйфория суверенизации явно прошла и горький опыт раздельного существования испытали на себе все бывшие союзные республики»[14]. Не удивительно, что Содружеству пришлось стать именно интеграционным объединением. И первым шагом на этом пути стало принятие Договора о создании Экономического союза (далее – Договор)[15], который подписали девять государств-членов СНГ 24 сентября 1993 г. Позже к нему присоединились еще два государства, а Украина стала ассоциированным членом. В 2008 г. Грузия приняла решение о прекращении действия Договора, а Соглашение от 15.04.1994 о присоединении Украины к Экономическому союзу на правах ассоциированного члена так и не вступило в силу.

Несмотря на рамочный характер этого документа, «оторванность его положений от внутренних процессов развития экономики и хода реформ в странах-членах Экономического союза»[16], Договор, тем не менее, стал первым масштабным документом, в котором была представлена новая концепция экономического сотрудничества государств Содружества. К сожалению, многие положения этого Договора реализованы не были. Причиной тому, по мнению Председателя Интеграционного комитета СНГ Н. Исингарина, «отсутствие воли и желания правящих элит новых государств создать экономический союз, а также отсутствие действенного координирующего органа, который мог бы совместить интересы национальные и общие»[17].

В то время как создание Содружества Независимых Государств многими экспертами рассматривается как начальный этап экономической интеграции на постсоветском пространстве, приведший к формированию Евразийского экономического союза, на официальном сайте Союза хронология его развития начинается только с 1994 г., когда «в ходе первого официального визита в Россию, 29 марта 1994 г., в Московском государственном университете им. М. В. Ломоносова Президент Казахстана Нурсултан Абишевич Назарбаев впервые выступил с идеей формирования Евразийского Союза Государств»[18]. Лидер Казахстана предложил создать Евразийский союз «как конкурентоспособное глобальное экономическое объединение; как прочное звено, сцепляющее евроатлантический и азиатский ареалы развития; как самодостаточное региональное финансовое объединение, которое будет частью новой глобальной валютно-финансовой системы»[19].

В этой связи, несомненно, есть все основания считать датой начала евразийской интеграции именно 1994 г. С этой датой следует согласиться, на наш взгляд, и еще по одной причине. Как известно, существует пять форм экономической интеграции: зона свободной торговли – таможенный союз – общий рынок – экономический и валютный союз – политический союз. Именно в 1994 г. в рамках СНГ было подписано Соглашение о создании Зоны свободной торговли[20]. Этот документ был призван сформировать условия для свободного движения товаров и услуг, обеспечить сбалансированность взаимной торговли и стабилизацию внутреннего экономического положения участвующих государств, содействовать росту экономического потенциала государств – участников на основе развития взаимовыгодных кооперационных связей и сотрудничества. Несмотря на высокую оценку Соглашения политическими лидерами стран Содружества, признания специалистами этого документа «отвечающим всем международным стандартам», Зона свободной торговли так и не была запущена, более того Соглашение так и не было ратифицировано Россией, Белоруссией и Украиной. И только спустя 17 лет – в 2011 г. в Санкт-Петербурге восемь государств-участников СНГ (Армения, Белоруссия, Казахстан, Киргизия, Молдавия, Россия, Таджикистан и Украина) подписали Договор о зоне свободной торговли[21]. Узбекистан заявил о готовности присоединиться к Договору в особом порядке, и 31 мая 2013 г. был подписан соответствующий протокол о применении Договора о зоне свободной торговли между его сторонами и Республикой Узбекистан.

Первоначально Договор о зоне свободной торговли действовал между тремя странами – Белоруссией, Украиной и Россией, остальные пять из подписавших Договор государств должны присоединиться к зоне свободной торговли в установленном Договором порядке после завершения внутригосударственных процедур. В настоящее время Договор о ЗСТ действует в полном объеме в отношении 7 государств-участников (Армения, Белоруссия, Казахстан, Киргизия, Молдавия, Россия, Таджикистан). Что же касается Украины, то с 1 января 2016 г. действие этого Договора для нее приостановлено[22].

Как отмечают эксперты, вступление в силу Договора о зоне свободной торговли – это «бесспорный успех государств Содружества в деле углубления интеграционных процессов на постсоветском пространстве. Вступление в силу Договора будет содействовать свободному движению товаров без изъятий и ограничений с учетом общепринятых норм международного права и правил ВТО, росту национальных экономик и потенциала СНГ в целом»[23].

Вторым этапом экономической интеграции на постсоветском пространстве следует считать создание Таможенного союза. Первоначально он задумывался для всех государств СНГ, однако впоследствии в силу различных причин некоторые государства Содружества отошли то этого процесса. В итоге 6 января 1995 г. Соглашение о создании Таможенного союза было заключено между Россией и Белоруссией[24]. Спустя две недели намерение присоединиться высказал Казахстан, что явилось основанием для заключения нового договора о создании Таможенного союза[25]. Впоследствии к Таможенному союзу присоединились: 29 марта 1996 г. – Киргизская Республика, 26 февраля 1999 г. – Таджикистан. Основные принципы Таможенного союза в рамках указанных пяти государств были закреплены в Договоре о Таможенном союзе и Едином экономическом пространстве, подписанном в Москве 26 февраля 1999 г[26].

В период создания Таможенного союза и Единого экономического пространства и подготовки их договорно-правовой базы, произошло другое важное событие на постсоветском пространстве – 10 октября 2000 г. в Астане был подписан Договор об учреждении Евразийского экономического сообщества (ЕврАзЭС). Членами Евразийского экономического сообщества с момента его образования являлись пять государств – Беларусь, Казахстан, Кыргызстан, Россия и Таджикистан. 25 января 2006 г. был подписан протокол о присоединении к организации Узбекистана, но уже в октябре 2008 г. Узбекистан приостановил участие в работе органов ЕврАзЭС. С мая 2002 г. статус наблюдателей при ЕврАзЭС имели Украина и Молдова, с января 2003 г. – Армения.

Именно в рамках ЕврАзЭС была продолжена работа по формированию Таможенного союза и Единого экономического пространства. С этой целью государства-члены заключили ряд специальных соглашений: например, Решение Межгоссовета от 20 сентября 2002 г. «О согласованном введении изъятий из режима свободной торговли государствами-членами ЕврАзЭС с государствами-участниками СНГ, не входящими в ЕврАзЭС»[27]; Решение Межгоссовета от 28 октября 2003 г. «О Соглашении о едином порядке экспортно-импортного контроля государств-членов Евразийского экономического сообщества»[28] и пр. Как отмечают авторы монографии «Международно-правовые основы создания и функционирования Евразийского экономического союза», в рамках ЕврАзЭс был принят пакет из шести документов, составляющих основу договорно-правовой базы Таможенного союза:

а) Протокол о внесении изменений в Договор об учреждении ЕврАзЭс от 10 октября 2000 г.;

б) Договор о Комиссии Таможенного союза;

в) Договор о создании единой таможенной территории и формировании Таможенного союза;

г) Протокол о порядке вступления в силу международных договоров, направленных на формирование договорно-правовой базы Таможенного союза, выхода из них и присоединения к ним;

д) Перечень международных договоров, составляющих договорно-правовую базу Таможенного союза;

е) План действий по формированию Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС[29].

Таким образом, с созданием Евразийского экономического сообщества формирование Таможенного союза вышло на новый качественный уровень. Следует признать, однако, что сформировать полноценный Таможенный союз и Единое экономическое пространство в рамках ЕврАзЭС в целом не удалось. В этой связи три государства – Россия, Белоруссия и Казахстан – приняли решение завершить строительство Таможенного союза в составе «тройки», с возможностью присоединения к нему в дальнейшем остальных государств – членов ЕврАзЭс[30]. В соответствии с этим решением Межгосударственным Советом ЕврАзЭС в 2007 г. был утвержден План действий по формированию Таможенного союза в рамках Евразийского экономического сообщества[31], рассчитанный на период 2007–2010 гг.

В итоге Таможенный союз в рамках трех государств – Белоруссия, Казахстан и Россия начал действовать 1 января 2010 г. Именно тогда, как отмечает Г. В. Баландина, происходит «переход на единое таможенно-тарифное и нетарифное регулирование в Таможенном союзе и передача Комиссии Таможенного союза полномочий по ведению Единого таможенного тарифа мер нетарифного регулирования»[32]. С 6 июля 2010 г. вступил в силу Таможенный кодекс Таможенного союза, а снятие внутренних таможенных границ происходило поэтапно: с 1 июля 2010 г. – между Россией и Белоруссией, с 1 июля 2011 г. – между Россией и Казахстаном.

Важным этапом развития евразийской экономической интеграции стало подписание в ноябре 2011 г. лидерами стран Таможенного союза Декларации о евразийской экономической интеграции, в которой было заявлено о переходе к следующему этапу интеграционного строительства – Единому экономическому пространству. В Декларации было заявлено об учреждении Евразийской экономической комиссии, деятельность которой должна осуществляться в интересах всего интеграционного сообщества и носить высокопрофессиональный характер.

Спустя месяц – 19 декабря 2011 г. – Президенты приняли решение «О вступлении в силу международных договоров, формирующих Единое экономическое пространство Республики Беларусь, Республики Казахстан и Российской Федерации», определяющее введение в действие с 1.01.2012 г. соглашений, формирующих Единое экономическое пространство. Создание ЕЭП стало важным шагом экономической интеграции, поскольку позволило объединить мощнейший рынок со 170 млн. потребителей, обеспечив свободное перемещение товаров, услуг, капитала и рабочей силы.

Одним из знаковых периодов в развитии евразийских интеграционных процессов стал 2013 г. – о намерении вступить в Таможенный союз и Единое экономическое пространство заявила Республика Армения, для которой была разработана соответствующая «дорожная карта», а само присоединение состоялось в Минске 10 октября 2014 г. В этот же день была одобрена «дорожная карта» по присоединению к ЕЭП Кыргызской Республики, ставшей полноправной участницей всех интеграционных объединений с 12 августа 2015 г.

В указанной выше Декларации о евразийской интеграции 2011 г., помимо учреждения наднационального органа и заявления о переходе к ЕЭП, были также установлены основные направления дальнейшей экономической интеграции. В частности, было отмечено, что «Стороны будут стремиться завершить к 1 января 2015 г. кодификацию международных договоров, составляющих нормативно-правовую базу Таможенного союза и Единого экономического пространства и на этой основе создать Евразийский экономический союз»[33]. Работа была завершена в срок, и с 1 января 2015 г. ЕАЭС начал функционировать.

Идея евразийской экономической интеграции была положительно оценена гражданами государств-участников ЕАЭС. Так, согласно опросу, проведенному в 2015 г. Центром интеграционных исследований Евразийского банка развития, уровень одобрения ЕАЭС в Казахстане, России и Кыргызстане зафиксирован на уровне 78–86 % населения. При этом самый высокий среди стран-членов ЕАЭС уровень общественной поддержки евразийской интеграции был отмечен в Кыргызстане – 86 %. Граждане Армении и Беларуси дали более низкие оценки участия в ЕАЭС (56 % и 60 %, соответственно), но таковых все же большинство[34].

Как отмечено в Докладе, среди стран, пока не являющихся членами ЕАЭС, наиболее высокие показатели общественной поддержки перспектив вступления в объединение характерны для Таджикистана (72 %). В этой связи эксперты обоснованно отмечают целесообразность и востребованность дальнейшего приоритетного развития интеграционного взаимодействия ЕАЭС с Таджикистаном, а также с Узбекистаном, где в 2014 г. 68 % населения хотело бы видеть свою страну в Таможенном союзе[35].

Интересны результаты указанного опроса относительно видения населением перспектив развития евразийской интеграции. Отмечая в целом отсутствие единства мнений граждан Армении, Беларуси, Казахстана и России по вопросу создания некоторых общих институтов в рамках ЕАЭС (единой валюты, общих законов, общей армии и общего органа управления), эксперты в качестве исключения называют Армению, где 55 % граждан выступили за единую валюту; другим исключением является отношение к общей армии в Беларуси и России, где большинство населения высказалось против – 57 % и 53 % соответственно.

Отсутствие единства мнений относительно перспектив развития Евразийского экономического союза наблюдается и в научной среде. Анализ правовой литературы выявил существование различных, зачастую диаметрально противоположных точек зрения. Так, по мнению В. С. Кузнецова, будущее ЕАЭС – это валютный союз[36]. С ним солидарен член Высшего Совета Международного «Евразийского движения» М. Л. Хазин, поддерживающий идею создания региональной эмиссионной валюты[37]. Напротив, аналитический директор Белорусского института стратегических исследований А. Пикулик, анализируя перспективы создания валютного союза, пишет о «неуместности и преждевременности» разговоров о единой валюте, поскольку на данный момент существуют непреодолимые различия между рынками стран-участников ЕАЭС[38].

Еще одним спорным вопросом является перспектива политического сотрудничества в рамках ЕАЭС. Нужно признать, что в Договоре о Евразийском экономическом союзе нет ни малейшего намека на политическую интеграцию. Как отмечает Г. И. Чуфрин, «…если подписание Договора о ЕАЭС свидетельствовало о заметном прогрессе в экономический отношениях между его участниками, то оно подчеркнуто не затронуло их взаимоотношения в сфере политики»[39]. По мнению директора Белорусского центра стратегических и внешнеполитических исследований А. Сивицкого, против российских планов политической интеграции решительно выступили Белоруссия и Казахстан, благодаря которым «из текста Договора были исключены все положения, связанные с вопросами охраны границ, общего гражданства, внешней политики, системы обороны и безопасности, а также здравоохранения, образования, науки, культуры, поскольку они не относятся к экономической интеграции. Эти формы сотрудничества было предложено реализовывать в рамках других интеграционных структурах (таких, как ОДКБ и СНГ), а также в двустороннем формате»[40].

Стремление к политической интеграции А. Сивицкий видит только с российской стороны, отмечая, в частности, «раздражение» председателя Государственной Думы РФ С. Нарышкина в связи с блокированием белорусской и казахстанской сторонами дискуссии, касающейся «существенных вопросов функционирования будущего Евразийского парламента», поскольку «образование Евразийского парламента автоматически преобразовало бы ЕАЭС в политическую единицу, что предполагало бы делегирование части компетенций национальных органов наднациональным институтам и, как следствие, ограничение государственного суверенитета»[41].

В то же время в этой же статье автор пишет: «Примечательно, что уже 5 июня, через несколько дней после подписания Договора о ЕАЭС, А. Лукашенко на встрече с председателем Совета Федерации РФ В. Матвиенко и главами российских регионов заявил, что ЕАЭС в будущем ожидает политическая и военная интеграция. Он предположил, что в скором будущем ЕЭАС придет к тому, что ОДКБ станет военной составляющей евразийского объединения»[42]. В заявлении для прессы по итогам заседания Высшего Евразийского экономического совета 29 мая 2014 г. Президент Белоруссии также отметил: «Мы верим, что Экономический союз станет в будущем основой нашего политического, военного и гуманитарного единства»[43].

Подобные противоречия не позволяют в полной мере оценить роль Белоруссии в «устранении политизации ЕАЭС», что же касается Казахстана, то его лидер неоднократно высказывался исключительно об экономическом направлении евразийской интеграции. В частности, аргументируя свои возражения относительно включения в Договор положений, выходящих за пределы экономической интеграции, Н. Назарбаев пояснил: «Мы объединяем свои экономические потенциалы во благо процветания наших народов; прежде всего Союз является экономическим и не затрагивает вопросы независимости, политического суверенитета государств-участников интеграционного процесса»[44].

В отечественной правовой литературе также существуют различные точки зрения относительно перспектив создания политического союза в рамках евразийской интеграции. По мнению профессора Т. Н. Нешатаевой: «Цель Евразийского союза – постепенно перейти и к политическому союзу. Полагаю, что это может произойти через двадцать пять-пятьдесят лет, когда будет установлено общее регулирование вопросов, касающихся каждого государства, его населения, семейных, трудовых, наследственных отношений»[45]. Заместитель директора Института проблем рынка РАН профессор Н. Зиядуллаев отмечает, что без политической интеграции невозможна и полноценная экономическая интеграция, в частности, введение единой валюты[46]. В другой своей статье, посвященной анализу причин того, почему в нынешнем виде ЕАЭС представляет собой менее продвинутый интеграционный проект, чем задумывалось ранее, Н. Зиядуллаев еще более категоричен: «Фетишизация суверенитета, требование «полного суверенитета», о котором сейчас говорит, к сожалению, и Россия, противоречит самой логике интеграции и может привести к изоляции и выходу из многих международных организаций, которые в той или иной степени ограничивают суверенитет своих членов самим фактом их членства. Все это придает новому интеграционному проекту, и без того не слишком продуманному, дополнительные риски»[47].

Одним из примеров, иллюстрирующим существующие противоречия между государствами-членами ЕАЭС относительно будущего Союза, является не подписание Республикой Беларусь Таможенного кодекса ЕАЭС (далее – ТК). Как отмечено на официальном сайте ЕАЭС, 26 декабря 2016 г. «документ подписан президентами государств Союза – Армении, Казахстана, Кыргызстана и России и будет направлен для подписания в Республику Беларусь»[48]. В это же время, буквально через два дня после подписания ТК, Президент Республики Беларусь издал Указ № 499 «О международном договоре», в котором Таможенный кодекс ЕАЭС, уже подписанный главами других государств-участников ЕАЭС, назван «проектом» и «одобрен… в качестве основы для проведения переговоров»[49]. Названный Указ послужил поводом для активного обсуждения в средствах массовой информации вопроса о том, «что попросит Лукашенко за подписание Таможенного кодекса ЕАЭС».[50]

Не вдаваясь в подробности так называемого в СМИ белорусского «шантажа евразийством»[51], отметим, что вся история отношений России и Белоруссии в последние годы сопровождается разного рода торговыми войнами. Ожидаемо, что прошедшее 7 марта 2017 г. в Бишкеке заседание межправительственного совета ЕАЭС было посвящено, главным образом, «выяснению» отношений России и Белоруссии, что, по заявлению председателя Правительства РФ Д. Медведева, следует рассматривать как «неприятную тенденцию». Процессы интеграции и исполнения достигнутых договоренностей, по его словам, превращаются в «заложников специфически понимаемых национальных интересов». Это «сродни шантажу: повлияйте или мы ничего не подпишем»[52].

Конечно, подобные тенденции наносят существенный вред не только двусторонним отношениям между нашими странами, но и всему интеграционному евразийскому процессу, который, судя по Докладу ЕЭК о состоянии взаимной торговли между государствами-членами, приносит ощутимые положительные результаты. В частности, 2016 г. характеризуется ростом физических объемов взаимной торговли, улучшением динамики стоимостных показателей, структуры взаимной торговли, ростом её доли во внешнеторговом обороте, а также сокращением объемов импорта товаров третьих стран. В прошлом году экспорт товаров из Армении в страны ЕАЭС вырос в 1,5 раза, из Беларуси – на 2,2 %, из Кыргызстана – на 4,4 %[53].

Размышляя о будущем Евразийского экономического союза в целом, и о перспективах создания в его рамках валютного и политического союза, в частности, нельзя забывать о том, что ЕАЭС во многом следует в фарватере европейского интеграционного строительства. Оба интеграционных объединения построены по одной модели Б. Балаша (подробнее см. п. 1.2), в которой создание валютного союза и политического союза является закономерным этапом интеграционного развития. Бесспорно, это выводит интеграцию на более высокий уровень и является серьезным стимулом для экономического развития и сотрудничества государств-участников. В то же время это достаточно многоаспектный и длительный процесс, требующий предварительного решения различного рода задач, в связи с чем, на наш взгляд, вряд ли возможно полноценно рассуждать о перспективах создания валютного и политического союза в рамках достаточно молодого и пока еще хрупкого ЕАЭС.

Подводя итог, обозначим основные этапы развития евразийской экономической интеграции на постсоветском пространстве, приведшие к созданию Евразийского экономического союза, в виде следующей схемы на рисунке 1:

Рисунок 1 – Основные этапы становления ЕАЭС

1.2. ЕАЭС на интеграционной карте мира: общее и особенное

События последних десятилетий, демонстрирующие беспрецедентный всплеск интеграционной активности государств, с очевидностью свидетельствуют о состоятельности мнения известного философа и политолога А. Г. Дугина о «конце эпохи национальных государств»[54]. И если создание предсказанного им «планетарного государства с единой унификационной административно-экономической системой» в обозримом будущем не предвидится, то неспособность отдельных «неинтегрированных» государств выжить в современных экономических и политических условиях – очевидна. «Сегодня на планете нет континента, на котором не было бы организаций интеграции, – пишет профессор С. Ю. Кашкин. – Они охватили весь мир, и при этом одно и то же государство нередко является одновременно участником интеграционных союзов разного уровня, которые тесно взаимодействуют друг с другом, нередко «перетягивая к себе» членов другого союза. Так они то разрастаются, то сужаются (и даже погибают), отражая борьбу и взаимодействие различных уровней интеграции, региональных сил, интересов и возможностей».[55] Таким образом, в XXI веке интеграция стала неотъемлемым процессом, характеризующим развитие взаимоотношений между государствами. При этом есть все основания полагать, что интеграционная активность государств в обозримом будущем не только не снизится, но и, напротив, возрастет. Поэтому в рамках настоящего исследования рассмотрение некоторых теоретических аспектов интеграции видится оправданным и перспективным.

Термин «интеграция» (от латинского integratio – восстановление, восполнение) означает процесс развития, связанный с объединением в целое ранее разнородных частей и элементов[56]. Интеграция может происходить в любой сфере: экономической, политической, социальной, культурной, образовательной и др. Но в современных условиях она наиболее востребована в сфере экономики, поскольку предоставляет государствам дополнительные экономические выгоды и преимущества. Убедительно звучит мысль о том, что экономическая целесообразность является фундаментом и движущей силой интеграционных процессов[57].

В научной литературе выделяют различные формы экономической интеграции в зависимости от того, какие цели ставят перед собой участвующие государства. В качестве классической признают классификацию, которую в 1961 г. предложил известный американский экономист венгерского происхождения Б. Балаша (B. Balassa). Согласно этой теории выделяют пять форм экономической интеграции:

а) зона свободной торговли;

б) таможенный союз;

в) общий рынок;

г) экономический и валютный союз;

д) политический союз.

Данная классификация, несмотря на свою академичность, отражает, по мнению экспертов Евразийской экономической комиссии, лишь одну сторону интеграционного сотрудничества государств – степень либерализации и гармонизации законодательства, т. е. уровень «свободы» экономического взаимодействия, который выражается, как правило, в снятии барьеров и ограничений[58]. Однако, как отмечают эксперты, обеспечение определенной степени либерализации и гармонизации законодательства – это не самоцель, а средство для достижения целей интеграционного сотрудничества. При этом целью формирования любого интеграционного объединения является получение странами-участницами экономических преимуществ и выгод от взаимного сотрудничества[59]. Евразийский экономический союз – тому подтверждение: согласно «Основным направлениям экономического развития ЕАЭС до 2030 г.» целью экономического развития Союза является достижение и поддержание качественного и устойчивого экономического роста государств-членов и Союза в целом за счет реализации их конкурентных преимуществ[60].

Исходя из приведенной классификации стадий интеграционного процесса Б. Балаша, очевидно, что Евразийский экономический союз, созданный на базе Таможенного союза и Единого экономического пространства, в настоящее время находится в середине интеграционного процесса. Представляется, что внешние факторы дают неплохие шансы для саморазвития ЕАЭС: экономические санкции, барьеры по отношению к России являются действенным стимулом развития импортозамещения и формирования общих рынков ЕАЭС. В перспективе – переход на единую валюту внутри Союза. Конечно, создание валютного союза – дело будущего: Евразийская экономическая комиссия видит это не ранее 2025 г., когда будет сформирован единый финансовый рынок. Президент РФ В. В. Путин также отмечает возможность введения единой валюты только после того, как все страны ЕАЭС подравняются в уровне развития[61]. Несмотря на то, что создание валютного союза – достаточно проблематичный и дискуссионный на сегодняшний день вопрос, тем не менее, это закономерный процесс развития экономического интеграционного объединения, поскольку без единой валюты эффект от единого рынка будет неполным.

Помимо вышеобозначенных интеграционных процессов, ученые, характеризуя современное развитие мировой системы, выделяют две ведущие тенденции – глобализацию и регионализацию, которые, несмотря на их различную природу, не только не взаимоисключают, а, напротив, взаимодополняют друг друга[62]. В этой связи все чаще в научной литературе встречаются термины «глобальный регионализм», «глобальная регионализация»[63]. Их суть заключена в том, что, «несмотря на глобализацию международной экономики и повышение значения универсальных методов международно-правового регулирования, региональные механизмы международно-правового регулирования не отмирают, как этого, может быть, стоило бы ожидать, а, наоборот, развиваются и в ряде случаев множатся»[64]. Доказательно звучит мысль Н. А. Васильевой и М. Л. Лагутиной о том, что «мир вступил в новую фазу своего развития – фазу, когда основными субъектами мировой экономики становятся Глобальные регионы»[65]. При этом под Глобальным регионом они понимают структурированное пространство, основными характеристиками которого являются как традиционные факторы (географический, исторический, цивилизационный и культурный), так и новые факторы эпохи постмодерна (сетевой, коммуникационный, виртуальный и т. д.)[66].

В правовой литературе, посвященной проблемам глобализации и интеграции, принято выделять три основных центра экономической интеграции: Европу, Северную Америку и Азиатско-Тихоокеанский регион[67]. Для России, учитывая ее особое географическое положение в двух частях света – Европе и Азии, приоритетным направлением интеграционного развития следует считать Евразию. При этом Евразия – это не только географическое и историческое понятие, представляющее собой «ту часть континента, которая лежит между Китаем, горными цепями Тибета и западным полуостровом – Европой»[68], но и понятие культурологическое и этнологическое: «Евразия есть географическое, экономическое и историческое целое. Судьбы евразийских народов, – писал князь Н. С. Трубецкой, – переплелись друг с другом, прочно связались в один громадный клубок, который уже нельзя распутать»[69]. Как отмечал выдающийся русский ученый Л. Н. Гумилев: «Скажу вам по секрету, что если Россия будет спасена, то только как евразийская держава и только через евразийство»[70]. Эту мысль поддерживает директор Института Дальнего Востока РАН, академик М. Л. Титаренко: «Только Россия, основывающаяся на евразийской парадигме, способна решить проблемы возрождения, сохранения своей территориальной целостности, подъема культур всех населяющих ее народов и расцвета русской культуры, стержень единства и взаимодействия цивилизаций… Только Россия как евразийская держава способна добиться признания равноправия и взаимовыгодности ее суверенных отношений с Европейским союзом и США, наладить отношения с новыми растущими экономиками, интегрироваться в региональные структуры»[71].

В свете сказанного, одним из самых перспективных направлений сотрудничества для России, способным сохранить ее статус сверхдержавы должен стать собственный жизнеспособный интеграционный проект – Евразийский экономический союз, занимающий седьмую часть суши. Как отметил В. В. Путин в статье «Новый интеграционный проект для Евразии – будущее, которое рождается сегодня» «мы предлагаем модель мощного наднационального объединения, способного стать одним из полюсов современного мира и при этом играть роль эффективной «связки» между Европой и динамичным Азиатско-Тихоокеанским регионом… Сложение природных ресурсов, капиталов, сильного человеческого потенциала позволит Евразийскому союзу быть конкурентоспособным в индустриальной и технологической гонке, в соревновании за инвесторов, за создание новых рабочих мест и передовых производств. И наряду с другими ключевыми игроками и региональными структурами – такими как ЕС, США, Китай, АТЭС – обеспечивать устойчивость глобального развития»[72].

Однако «ключевые игроки» негативно оценили создание ЕАЭС: США и Евросоюз назвали его угрозой евро-атлантическим и геополитическим интересам, заявив о необходимости сворачивания всех интеграционных процессов в Евразии. Отдельные западные издания, например, такие, как Financial Times, The Guardian, даже назвали Евразийский экономический союз СССР-2 и ГУЛАГ-2. В декабре 2012 г. госсекретарь США Х. Клинтон заявила: «Сейчас предпринимаются шаги по ресоветизации региона… Называться это будет иначе – Таможенным союзом, Евразийским Союзом и так далее. Но не будем обманываться. Мы знаем, какова цель этого и пытаемся найти действенные способы замедлить или предотвратить это»[73].

Подобные высказывания и критика евразийской интеграции, по мнению Председателя Государственной Думы РФ С. Е. Нарышкина, вполне нормальное явление: было бы странным, если бы Запад благосклонно отреагировал на появление на интеграционной карте мира сильного конкурента, каковым должен стать Евразийский союз[74]. Опасение в этом случае могут вызывать лишь те методы, которые страны Запада используют для сдерживания интеграционных процессов с участием России. Одним из таких способов стало создание цепи русофобских режимов по всему периметру российских границ. Не случайность, а продуманная геополитическая стратегия США – «цветные революции», прокатившиеся по всем бывшим республикам СССР, некоторые из которых достигли своей цели – смены правящих режимов («революция роз» в Грузии (2003 г.), «оранжевая революция» на Украине (2004 г.), «революция тюльпанов» в Киргизии (2005 г.), «сиреневая революция» в Молдавии (2009 г.), «дынная революция» в Киргизии (2010 г.), Евромайдан на Украине (2013 г.), «хризантемовая революция» в Молдавии (2015 г.), а некоторым этого не удалось («васильковая революция» в Белоруссии (2006 г.), протестное движение «белая лента» в России (2011 г.), «революция розеток» в Армении (2015 г.)).

Противодействие развитию ЕАЭС выразилось и в создании альтернативных интеграционных проектов на постсоветском пространстве, таких как:

– Организация за демократию и экономическое развитие – ГУАМ (созданная в 1997 г., в ее составе Грузия, Украина, Азербайджан и Молдавия; Узбекистан вышел из состава в 2005 г.);

– Восточное партнерство (проект Европейского союза, созданный в 2009 г. с целью развития интеграционных связей ЕС с Арменией, Азербайджаном, Беларусью, Грузией, Молдовой, Украиной);

– Парламентская ассамблея Восточного соседства ЕС (созданная в 2011 г., в ее составе члены Европейского парламента и представители Армении, Азербайджана, Грузии, Молдовы, Украины);

– Содружество демократического выбора (создано в 2005 г., в его составе Украина, Молдавия, Грузия, Литва, Латвия, Эстония, Македония, Румыния, Словения).

Данные проекты с очевидностью созданы западными структурами как «антироссийские», как альтернатива интеграционным усилиям России. При этом, несмотря на то, что создание Евразийского союза – идея Президента Казахстана, на Западе ЕАЭС рассматривают исключительно как российский интеграционный проект, а создание вокруг России крепкого интеграционного блока противоречит западной идее «сдерживания России». «Мировая политика все в большей степени приобретает черты соревнования между региональными объединениями, каждый из которых возглавляет глобальная или крупная региональная держава или центр силы», – пишет М. Троцкий[75]. Не удивительно, что большинство американских экспертов оценивают политику России в Центральной Азии исходя из принципа «что хорошо для России, то обязательно плохо для США»[76]. Как справедливо подметил Президент РФ В. В. Путин: «Когда страны Европы интегрируются, это нормально, а если мы на постсоветском пространстве делает то же самое, пытаются это объяснить стремлением России к воссозданию империи»[77]. Но вопреки вышеуказанным «сдержкам» международный интерес к ЕАЭС растет. На сегодняшний день такие страны, как Индия, Вьетнам, Египет, Турция, Иран, Сирия, Израиль, государства Европейской ассоциации свободной торговли – Исландия, Норвегия, Швейцария, Лихтенштейн – выразили заинтересованность в создании зоны свободной торговли с Евразийским экономическим союзом[78]. 16 июля 2016 г. канцлер Германии Ангела Меркель назвала важным развитие сотрудничества между ЕС и ЕАЭС[79].

Конечно, международное признание – это важная оценка значимости интеграционного объединения, доказательство его состоятельности, но не стоит забывать о конкуренции: в мире существует свыше 240 многосторонних интеграционных объединений, различающихся по географическому положению, масштабу, сферам интеграции и количеству членов; более 50 из них – это многосторонние экономические интеграционные объединения. А значит, необходимо, осознавая конкурентные преимущества ЕАЭС, развивать и совершенствовать механизмы его функционирования. Только изучив опыт иных экономических интеграционных объединений, осознав трудности их становления, возможно создание прочного и жизнеспособного объединения.

Анализу интеграционных объединений мира уделено много внимания в отечественной научной литературе. Серьезным исследованием является подготовленный в 2014 г. Евразийской экономической комиссией «Анализ стратегий интеграционного сотрудничества (моделей реализации интеграционного потенциала) наиболее известных интеграционных объединений мира»[80]. Это важное свидетельство того, что интеграционный опыт находится в поле пристального внимания наднациональных структур Союза. В указанном научном докладе представлен анализ опыта функционирования 31 интеграционного объединения мира, выявлены общие принципы и подходы к формированию стратегий их интеграционного сотрудничества. Все исследованные интеграционные образования были классифицированы экспертами ЕЭК на семь общих схем интеграционного взаимодействия:

– совместное развитие системообразующих для всех стран объединения отраслей экономики (на примере реализации договора об учреждении Европейского объединения угля и стали);

– развитие отраслей, представляющих интерес для всех стран интеграционного объединения (на примере развития в странах ANZCERTA – Австралии и Новой Зеландии – отраслей животноводства);

– совместное развитие взаимодополняемых отраслей национальных экономик (на примере сотрудничества Бразилии и Аргентины в рамках MERCOSUR);

– совместное развитие отраслей с использованием конкурентных преимуществ стран интеграционного объединения (на примере соглашения NAFTA);

– развитие отраслей специализации на основе конкурентных преимуществ стран интеграционного объединения (на примере Европейского союза);

– совместное развитие импортозамещающих производств (на примере опыта ASEAN);

– совместное развитие инфраструктуры для расширения взаимной и внешней торговли (на примере Восточноафриканского сообщества (ЕАС)[81].

Экономические аспекты региональной интеграции основательно исследованы на уровне Евразийского Банка Развития (см., например, Доклад № 37 «Региональные организации: типы и логика развития»).

В свете имеющихся научных изысканий, исследование вопроса о месте и роли ЕАЭС на существующей интеграционной карте мира целесообразно провести с точки зрения выявления конкурентных преимуществ ЕАЭС по отношению к тем интеграционным объединениям, сотрудничество с которыми способно вывести развитие Союза на новый уровень, повысить его международный статус и привлекательность. Как отметил Ж. С. Байгуттиев: «Истина состоит в том, что на самом деле конкурентоспособность Евразийского экономического союза – это вопрос жизни и смерти. Либо у нас начнется ускоренное развитие, либо мы останемся прозябать в третьем мире»[82].

В этой связи за основу были взяты те интеграционные объединения, которые отражают важные для Евразийского экономического союза направления континентальной интеграции: ЕАЭС-СНГ, ЕАЭС-Азиатско-Тихоокеанский регион (особенно КНР), ЕАЭС – ЕС.

Евразийский экономический союз – Содружество Независимых Государств. Создание ЕАЭС повлекло за собой прекращение существования созданного в 2000 г. Евразийского экономического сообщества (ЕврАзЭС), которое рассматривается как прообраз, предшественник ЕАЭС. Все остальные интеграционные объединения, действующие на постсоветском пространстве, продолжают свое функционирование. Среди них, в первую очередь, назовем Содружество Независимых Государств, созданное сразу же после распада СССР в 1991 г.

В Докладе Евразийского Банка Развития СНГ отнесено к категории «Дискуссионный клуб», тем самым его миссия определена как «организация диалога между государствами-участниками»[83]. Как отмечено в Информационной справке на официальном сайте Содружества Независимых Государств: «Сегодня СНГ – это форма сотрудничества равноправных независимых государств, признанная международным сообществом региональная межгосударственная организация. Ее отличительными особенностями являются организация взаимодействия практически во всех сферах межгосударственного общения, гибкость механизмов и форматов коллективного сотрудничества. Гибкий механизм организации межгосударственных и межправительственных связей позволяет учитывать разную степень готовности стран к интеграции и предоставляет возможность каждой из них участвовать в интеграционных процессах в той мере и на тех направлениях, которые отвечают их национальным интересам»[84].

Высказано мнение, что Евразийский экономический союз в скором времени заменит Содружество, взяв на себя все его функции, в том числе в политической, гуманитарной, образовательной и иных сферах. Справедливости ради отметим, что такая замена предполагалась инициатором создания Евразийского Союза Государств – Президентом Казахстана Н. А. Назарбаевым, который, выступая в 1994 г. перед студентами МГУ, предлагал создание «улучшенной версии» СНГ. Однако в итоге созданный Евразийский экономический союз имеет своей целью сотрудничество исключительно в экономической сфере, поэтому нет оснований воспринимать его как политический проект, аналогичный Содружеству. Как отметил Президент РФ В. В. Путин, «было бы ошибкой противопоставлять Евразийский союз и Содружество Независимых Государств. У каждой из этих структур есть свое место и своя роль на постсоветском пространстве. Россия совместно с партнерами намерена активно работать над совершенствованием институтов Содружества, насыщением его практической повестки»[85].

О том, что с созданием ЕАЭС не утрачивается значимость СНГ свидетельствует и тот факт, что развитие двухстороннего и многостороннего сотрудничества с государствами-участниками Содружества обозначено в качестве приоритетного направления в Указе Президента РФ № 605 от 07.05.2012 г. «О мерах по реализации внешнеполитического курса»[86] и в Концепции внешней политики Российской Федерации, утвержденной Президентом РФ 12.02.2013 г[87].

Говоря о значимости Содружества, нельзя обойти вниманием те критические замечания, порой заслуженные, которые звучат в его адрес: отмечается отсутствие комплексной концепции интеграции[88]; декларативность большинства соглашений, заключенных в рамках Содружества[89], и как итог переориентация отдельных государств на дальнее зарубежье. Профессор Ж. Т. Тощенко называет СНГ и вовсе «удивительным образованием», которое «вроде бы есть – и вроде его нет. О нем говорят, а осязать его никак не удается»[90]. По его мнению, единственное, что мы на сегодняшний день имеем – это «во-первых, аббревиатуру; во-вторых, более или менее регулярные встречи руководителей бывших союзных республик (правда, не всех); в-третьих, их постоянные клятвенные заверения… в «верности», актуальности, важности этого образования; в-четвертых, свыше 5 тыс. различных документов, которые так же широковещательны и декларативны, как и совместные заявления, которым никто не следует и не собирается следовать ни в ближайшее время, ни в перспективе»[91]. Все эти упреки не беспочвенны. Вместе с тем, несомненно, и то, что СНГ за 25 лет существования подтвердило свою важную историческую роль: благодаря Содружеству удалось сохранить исторически сложившиеся связи государств – бывших республик в составе Советского Союза. Более того, именно сотрудничество государств-участников СНГ позволило создать прочную правовую базу для формирования общего экономического пространства и взаимовыгодного экономического сотрудничества, которое, собственно, и обеспечило переход на следующий этап интеграции государств на постсоветском пространстве – созданию Евразийского экономического союза.

Учитывая тот факт, что Евразийский экономический союз был создан на базе Таможенного союза и Единого экономического пространства, есть основания рассматривать ЕАЭС как своего рода продолжение Содружества. Более того, расширение ЕАЭС возможно, в первую очередь, именно за счет государств-участников СНГ. Как отметил В. В. Путин: «Мы приветствуем присоединение к нему других партнеров, и прежде всего стран Содружества. При этом не собираемся кого-либо торопить или подталкивать. Это должно быть суверенное решение государства, продиктованное собственными долгосрочными национальными интересами»[92].

Таким образом, существование СНГ не умаляет значения и функциональных возможностей ЕАЭС. Каждое из этих интеграционных образований имеет свои цели и задачи, свою структуру и предназначение, отражённые нами в Таблице 1:

Таблица 1. Содружество Независимых Государств и ЕАЭС: общее и особенное

ЕАЭС-Азиатско-Тихоокеанский регион. По мнению экспертов, XXI в. будет веком Азиатско-Тихоокеанского региона, куда уже переместился политический и экономический центр мира[93]. Ведущие государства предлагают различные интеграционные концепции, среди которых реализованы как благосклонные к России проекты, в которых наша страна является одной из участниц, так и те, которые рассматривают Россию в качестве противника и предпринимают попытки свести к минимуму ее влияние в интеграционных процессах региона.

На сегодняшний день основными игроками в экономике Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР) являются следующие интеграционные структуры:

– Организация Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества (АТЭС (АРЕС);

– Шанхайская организация сотрудничества (ШОС);

– Ассоциация стран Юго-Восточной Азии (АСЕАН);

– Экономический пояс Шёлкового пути (китайский проект);

– Транстихоокеанское партнерство (ТТП);

– Азиатско-Тихоокеанское торговое Соглашение (АПТА);

– Американский проект «Новый Шёлковый путь»;

– Проект тюркской интеграции, инициируемый Турцией;

– Южно-Азиатская ассоциация регионального сотрудничества (СААРК);

– Южнокорейский проект «Евроазиатская инициатива»;

– Южнотихоокеанское соглашение о региональной торговле и экономическом сотрудничестве (SPARTECA).

Помимо указанных, действуют и другие международные структуры, представляющие так называемый «исламский вектор» развития региона[94]: Организация исламского сотрудничества (ОИС), Исламский банк развития, Организация экономического сотрудничества (ОЭС).

Учитывая такое интеграционное разнообразие, естественно, возникает вопрос: как Евразийский экономический союз впишется в существующую интеграционную карту Азиатско-Тихоокеанского региона? Возможны ли между ними партнерские отношения? Ответ на эти вопросы возможен только в результате анализа деятельности и сфер интересов этих организаций.

Одним из наиболее массовых интеграционных объединений АТР, имеющим в своем составе 21 участвующую экономику, является Азиатско-Тихоокеанское экономическое сотрудничество (АТЭС) – региональный экономический форум, учрежденный в 1989 г. Российская Федерация стала членом АТЭС в 1998 г. Несмотря на то, что с юридической точки зрения АТЭС – это не организация, поскольку не имеет ни устава, ни жесткой организационной структуры, участие в этом форуме весьма перспективно, так как АТЭС оказывает существенное влияние на развитие Азиатско-Тихоокеанского региона и имеет целью создание общего рынка между участвующими экономиками. А это, как отмечает профессор В. И. Лафитский, является одной из моделей региональной интеграции[95].

Л. Г. Арешидзе в качестве примера позитивной роли АТЭС в развитии участвующих экономик приводит Китай. АТЭС стал для него первой межгосударственной интеграционной группировкой, в которую он вступил. Именно АТЭС помог привлечению в Китай иностранных инвестиций и предоставил Китаю дополнительную возможность играть заметную роль на мировой арене, не налагая на него обязательств, в отношении которых у Пекина нет уверенности, что их выполнение соответствует его интересам[96]. Следуя этим путем, ЕАЭС имеет все шансы стать важным экономическим партнером участвующих экономик АТЭС. Впрочем, в этом направлении ЕАЭС за короткий промежуток времени добился определенных успехов: если в 2012 г. странами Таможенного союза в страны АТЭС было продано 19 % экспортируемых товаров, то в 2015 г. этот показатель уже достиг 23,6 %; импортные закупки в 2015 г. также сосредоточены в странах АТЭС (40,5 % совокупного импорта товаров)[97]. Очевидно, что участвующие экономики АТЭС заинтересованы в развитии экономического сотрудничества с ЕАЭС: первое Соглашение о зоне свободной торговли было заключено в мае 2015 г. между ЕАЭС и Вьетнамом, являющимся участником АТЭС[98].

Учитывая, что Россия – единственная из государств-участников ЕАЭС является участвующей экономикой АТЭС, именно от ее усилий будет зависеть развитие сотрудничества между этими структурами. При этом стоит помнить о том, что некоторые государства АТЭС, в свою очередь, являются участниками иных интеграционных объединений, которые рассматривают ЕАЭС в качестве серьезного конкурента. Например, США как участвующая экономика АТЭС, в то же время формирует свои трансокеанские зоны привилегированного торгово-экономического режима – Транстихоокеанское партнерство, Новый Шелковый путь. Эти проекты, по мнению академика С. Ю. Глазьева, «вместе с введением экономических санкций против нас явно создают угрозу изоляции нашей евразийской интеграции от ядра глобального экономического пространства»[99]. А потому вряд ли возможно предположить тесное сотрудничество ЕАЭС со всеми участвующими экономиками АТЭС. Вероятнее, такое сотрудничество будет возможно в рамках иных интеграционных объединений региона либо в форме двусторонних договоров.

В свете сказанного, особый интерес представляет Меморандум о выходе США из переговоров по Транстихоокеанскому партнерству и Соглашения, подписанный Президентом США Д. Трампом 23 января 2017 г. В опубликованном на сайте Белого дома Меморандуме, в частности, сказано: «Политика моей Администрации заключается в том, чтобы представлять американский народ и его финансовое благополучие во всех переговорах, особенно американских рабочих, и создавать справедливые и экономически выгодные торговые сделки, которые отвечают их интересам. Кроме того, для обеспечения этих результатов, моя администрация намерена иметь дело непосредственно с отдельными странами на индивидуальной (или двусторонней) основе при ведении переговоров о будущих торговых сделках. Торговля с другими странами всегда была и будет иметь первостепенное значение для моей администрации и для меня, как Президента Соединенных Штатов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Айдарбаев С. Ж., Ермекбаева К. Д. Евразийский экономический союз как новый центр силы в мировой экономике XXI века // Вестник КазНУ. Серия международные отношения и международное право. 2014. № 2(66). С. 88–94.

Вернуться

2

Баландина Г. В. Евразийский экономический союз. Таможенное регулирование. Презентационный материал. – [Электронный ресурс] – URL: http://900igr.net/prezentacija/russkij-jazyk/evrazijskij-ekonomicheskij-sojuz-89731.html. (Дата обращения: 19.09.2016 г.).

Вернуться

3

Бекяшев К. А., Моисеев Е. Г. Право Евразийского экономического союза: учебное пособие / Отв. ред. Е. Г. Моисеев. – М.: Проспект, 2016.

Вернуться

4

Гинзбург Ю. В. Этапы экономической интеграции на постсоветском пространстве. – [Электронный ресурс] – URL: http://lexandbusiness.ru/view-article.php?id=4657. (Дата обращения: 19.09.2016 г.).

Вернуться

5

Глазьев С. Ю. Евразийская экономическая интеграция в условиях глобализации // Евразийская интеграция: сб. нач. трудов. Вып. 1. – СПб.: СПбГУП, 2014.

Вернуться

6

Кашкин С. Ю. Основы правового регулирования интеграционных процессов на постсоветском пространстве. Монография. – М.: Норма, Инфра-М, 2013.

Вернуться

7

Международно-правовые основы создания и функционирования Евразийского экономического союза. Монография / отв. ред. Е. Г. Моисеев. М.: Проспект, 2015.

Вернуться

8

Кашкин С. Ю., Четвериков А. О. Право Евразийского экономического союза: учебник / Отв. ред. С. Ю. Кашкин. – М.: Проспект, 2016.

Вернуться

9

Чуфрин Г. И. Очерки евразийской интеграции. – М.: Издательство «Весь мир», 2013.

Вернуться

10

Соглашение о создании Содружества Независимых Государств (Вместе с «Протоколом к Соглашению о создании Содружества Независимых Государств, подписанному 8 декабря 1991 года в г. Минске Республикой Беларусь, Российской Федерацией (РСФСР), Украиной»). (Соглашение заключено в г. Минске 08.12.1991). (Протокол подписан в г. Алма-Ате 21.12.1991) // СПС КонсультантПлюс.

Вернуться

11

Декларация Совета Республик ВС СССР от 26.12.1991 № 142-Н «В связи с созданием Содружества Независимых Государств» // СПС КонсультантПлюс.

Вернуться

12

Путин В. В. Страны СНГ хотят сохранить содружество как полноценную международную интеграцию. – [Электронный ресурс] – URL: http://www.e-cis.info/news.php?id=14982. (Дата обращения: 18.09.2016).

Вернуться

13

Иванов С. Мирное бремя. [Электронный ресурс] – URL: http://www.itogi.ru/archive/2005/15/54165.html. (Дата обращения: 17.09.2016).

Вернуться

14

Цит. по: Тощенко Ж. Т. Постсоветское пространство: как жить вместе, живя врозь // Евразийская интеграция: сборник научных трудов. Вып. 1. – СПб.: СПбГУП, 2014. С. 61.

Вернуться

15

Договор стран СНГ от 24.09.1993 «О создании Экономического союза» // СПС КонсультантПлюс.

Вернуться

16

Кириленко В. П., Мишальченко Ю. В., Голубев А. В., Мячин Д. А. Международное сотрудничество государств-членов Евразийского экономического сообщества по формированию Таможенного союза и Единого экономического пространства в современных геополитических условиях (экономические и правовые аспекты). – СПб.: ОТСО СПБ филиал РТА, С-Пб, 2012. С. 113.

Вернуться

17

Исингарин Н. На чем споткнулся Экономический союз СНГ // Российская газета. 1998. 6 июня.

Вернуться

18

Хронология развития ЕАЭС. Официальный сайт ЕАЭС – [Электронный ресурс] – URL: http://www.eaeunion.org/#about-history. (Дата обращения: 20.09.2016 г.).

Вернуться

19

Назарбаев Н. Евразийский Союз: от идеи к истории будущего // Известия. 2011. 26 октября.

Вернуться

20

Соглашение стран СНГ от 15.04.1994 «О создании зоны свободной торговли» //СПС КонсультантПлюс.

Вернуться

21

Договор о зоне свободной торговли. Подписан в г. Санкт-Петербурге 18 октября 2011 г. // Бюллетень международных договоров. 2013. № 1.

Вернуться

22

Указ Президента РФ от 16.12.2015 № 628 «О приостановлении Российской Федерацией действия Договора о зоне свободной торговли в отношении Украины» // Собрание законодательства РФ. 21.12.2015. № 51 (часть III). Ст. 7315.

Вернуться

23

Международно-правовые основы создания и функционирования Евразийского экономического союза. Монография / отв. ред. Е. Г. Моисеев. М.: Проспект, 2015. С. 21.

Вернуться

24

Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Беларусь «О Таможенном союзе» (подписано в г. Минске 6 января 1995 года) // Бюллетень международных договоров. 1995. № 10.

Вернуться

25

Соглашение стран СНГ «О Таможенном союзе» (подписано в г. Москве 20 января 1995 года) // Бюллетень международных договоров. 1995. № 6.

Вернуться

26

Договор о Таможенном союзе и Едином экономическом пространстве (подписан в г. Москве 26.02.1999) (с изм. от 10.10.2014) // Бюллетень международных договоров. № 12. 2001.

Вернуться

27

Решение Межгоссовета от 20 сентября 2002 г. «О согласованном введении изъятий из режима свободной торговли государствами-членами ЕврАзЭС с государствами-участниками СНГ, не входящими в ЕврАзЭС» //Информационный бюллетень ЕврАзЭС. № 4. 2002.

Вернуться

28

Решение Межгоссовета от 28 октября 2003 г. «О Соглашении о едином порядке экспортно-импортного контроля государств-членов Евразийского экономического сообщества» // Информационный бюллетень ЕврАзЭС. № 6. 2004.

Вернуться

29

Международно-правовые основы создания и функционирования Евразийского экономического союза. Монография / отв. ред. Е. Г. Моисеев. М.: Проспект, 2015. С. 57.

Вернуться

30

Кашкин С. Ю. Четвериков А. О. Право Евразийского экономического союза. Учебник /Отв. ред. С. Ю. Кашкин. – М.: Проспект, 2016. С. 24.

Вернуться

31

Решение Межгосударственного Совета ЕврАзЭС от 06.10.2007 № 1 «О формировании правовой базы таможенного союза в рамках Евразийского экономического сообщества» // СПС КонсультантПлюс.

Вернуться

32

Баландина Г. В. Евразийский экономический союз. Таможенное регулирование. Презентационный материал. – [Электронный ресурс] – URL: http://900igr.net/prezentacija/russkij-jazyk/evrazijskij-ekonomicheskij-sojuz-89731.html. (Дата обращения: 19.09.2016 г.).

Вернуться

33

Декларация от 18.11.2011 «О евразийской экономической интеграции»// СПС КонсультантПлюс.

Вернуться

34

Интеграционный барометр ЕАБР – 2015 – [Электронный ресурс] – URL: http://www.eabr.org/r/research/centre/projectsCII/projects_cii/index.php?id_4=48996&linked_block_id=0. (Дата обращения: 30.09.2016 г.).

Вернуться

35

Указ. соч.

Вернуться

36

Кузнецов В. С. Валютный союз – будущее ЕАЭС // Вестник МГИМО Университета. 2015. № 2 (41). С. 252.

Вернуться

37

Евразийская экономическая перспектива: Материалы Третьего Международного форума. Санкт-Петербург, 16 апреля 2015 г. – М.: Издание Государственной Думы, 2015. С.51.

Вернуться

38

Пикулик А. Единая валюта: политика, экономика или просто пусть эксперты говорят? // Евразийское обозрение. 2015. № 5. С. 11.

Вернуться

39

Чуфрин Г. Этапное событие (к заключению Договора о Евразийском экономическом союзе) //Россия и новые государства Евразии. 20114. № 2(24). С. 16.

Вернуться

40

Сивицкий А. Союз с политическими «изъятиями» // Евразийское обозрение. 2014. № 2. С. 6.

Вернуться

41

Сивицкий А. Указ. соч. С. 7.

Вернуться

42

Сивицкий А. Указ. соч. С. 6.

Вернуться

43

Заявления для прессы по итогам заседания Высшего Евразийского экономического совета. – [Электронный ресурс]. – URL: http://www.kremlin.ru/events/president/transcripts/45790. (Дата обращения: 30.09.2016 г.).

Вернуться

44

Там же.

Вернуться

45

Евразийская экономическая перспектива: Материалы Третьего Международного форума. Санкт-Петербург, 11 апреля 2013 г. – М.: Издание Государственной Думы, 2013. С. 78.

Вернуться

46

Зиядуллаев Н. ЕАЭС: между политикой и экономикой // Проблемы теории и практики управления. 2014. № 11. С. 33.

Вернуться

47

Зиядуллаев Н., Зиядуллаев С. Евразийский экономический союз в контексте российской интеграционной стратегии // Общество и экономика. 2016. № 8. С. 7.

Вернуться

48

Евразийский экономический союз. Официальные сайт – [Электронный ресурс] – URL: http://www.eaeunion.org/#about-media. (Дата обращения: 10.03.2017 г.).

Вернуться

49

Указ Президента Республики Беларусь № 499 от 28.12.2016 г. «О международном договоре» – [Электронный ресурс] – URL: http://www.pravo.by/pravovaya-informatsiya/normativnye-dokumenty/ekspress-byulleten/zakonodatelstvo-respubliki-belarus/2017/january/22550/. (Дата обращения: 10.03.2017 г.).

Вернуться

50

Данейко Е. Что попросит Лукашенко за подписание Таможенного кодекса ЕАЭС» – [Электронный ресурс] – URL: http://inosmi.ru/politic/20170108/238485591.html. (Дата обращения 10.03.2017 г.).

Вернуться

51

Лавникевич Д. «Давление я не потерплю и белорусы тоже» – [Электронный ресурс] – URL: https://www.gazeta.ru/business/2016/09/21/10207691.shtml. (Дата обращения 10.03.2017 г.).

Вернуться

52

Крючкова Е., Едовина Т. «ЕАЭС в двухстороннем формате» – [Электронный ресурс] – URL: http://www.kommersant.ru/doc/3236739. (Дата обращения: 10.03.2017 г.).

Вернуться

53

Официальный сайт ЕЭК – [Электронный ресурс] – URL: http://eec.eaeunion.org/ru/nae/news/Pages/7–03-2017–3.aspx. (Дата обращения: 10.03.2017 г.).

Вернуться

54

Дугин А. Г. Евразийская идея в качественном пространстве. – [Электронный ресурс] – URL: http://www.med.org.ru/article/1904. (Дата обращения: 06.08.2016 г.).

Вернуться

55

Кашкин С. Ю. Тенденции развития интеграционного права в контексте глобализации // Законы России: опыт, анализ, практика. 2013. № 1. С. 4.

Вернуться

56

Философский энциклопедический словарь. – М.: Советская энциклопедия. Гл. редакция: Л. Ф. Ильичёв, П. Н. Федосеев, С. М. Ковалёв, В. Г. Панов. 1983. [Электронный ресурс]. – URL: http://dic.academic.ru/dic.nsf/enc_philosophy/2360/ИНТЕГРАЦИЯ. (Дата обращения: 12.08.2016 г.).

Вернуться

57

Ныркова Н. А. Интеграционное уголовное право Таможенного союза: постановка проблемы // Lex Russia. 2014. № 11. С. 1338.

Вернуться

58

Анализ стратегий интеграционного сотрудничества (моделей реализации интеграционного потенциала) наиболее известных интеграционных объединений мира. – М., 2014. – [Электронный ресурс] – URL: http://www.eurasiancommission.org/ru/act/integr_i_makroec/dep_makroec_pol/investigations/Documents/Анализ%20интеграционных%20объединений.pdf. (Дата обращения: 04.08.2016 г.).

Вернуться

59

Там же.

Вернуться

60

Основные направления экономического развития ЕАЭС до 2030 г. Подготовлен Евразийской экономической комиссией. – [Электронный ресурс]. – URL: http://www.eurasiancommission.org/ru/act/integr_i_makroec/dep_makroec_pol/seminar/Documents/Аналитическое%20издание%20ОНЭР.pdf. (Дата обращения: 15.08.2016 г.).

Вернуться

61

Путин назвал условие введения единой валюты ЕАЭС. – [Электронный ресурс]. – URL: https://lenta.ru/news/2016/04/14/eaes/. (Дата обращения: 13.08.2016 г.).

Вернуться

62

Россия и Китай в евразийской интеграции: сотрудничество или соперничество / Под ред. Ли Сина, М. В. Братерского, Д. А. Савкина, Ван Чэньсина. – М., СПб.: Нестор-История, 2015. С. 68.

Вернуться

63

Ленова О. Г. Глобальная регионализация как феномен развития глобального мира // Век глобализации. 2013. № 2. С. 56.

Вернуться

64

Капустин А. Я. Международные организации в глобализирующемся мире. – М.: РУДН, 2010. С. 185.

Вернуться

65

Васильева Н. А., Лагутина М. Л. К вопросу о формировании Евразийского союза: теоретический аспект // Евразийская интеграция: экономика, право, политика. 2011. № 10. С.167.

Вернуться

66

Васильева Н. А., Лагутина М. Л. Концепт «Евразийский экономический союз» как новая интеграционная парадигма // Управленческое консультирование. 2013. № 10. С. 81–82.

Вернуться

67

Мировая экономика и международные экономические отношения. Учебник / Под ред. А. С. Булатова, Н. Н. Ливенцева. – М.: Магистр, 2008. С. 164.

Вернуться

68

Гумилев Л. Н. Ритмы Евразии: эпохи и цивилизация. – [Электронный ресурс]– URL: http://www.e-reading.mobi/chapter.php/86851/4/Gumilev_-_Ritmy_Evrazii__Epohi_i_civilizacii.html. (Дата обращения: 11.08.2016 г.).

Вернуться

69

Цит. по: Мосолова Л. М., Бондарев А. В. Актуализация евразийской идеи Л. Н. Гумилева и ее значение для диалога культур и цивилизаций/ Евразийская интеграция: сборник научных трудов. Вып.1. – СПб., СПбГУП, 2014. С. 88.

Вернуться

70

Гумилев Л. Н. Ритмы Евразии: эпохи и цивилизация. – [Электронный ресурс]– URL: http://www.e-reading.mobi/chapter.php/86851/4/Gumilev_-_Ritmy_Evrazii__Epohi_i_civilizacii.html. (Дата обращения: 11.08.2016 г.).

Вернуться

71

Титаренко М. Л. Евразийство как парадигма сосуществования и расцвета многообразия культур и цивилизаций / Евразийская интеграция: сборник научных трудов. Вып.1. – СПб., СПбГУП, 2014. С.29.

Вернуться

72

Путин В. В. Новый интеграционный проект для Евразии – будущее, которое рождается сегодня // Известия. 3 октября 2011 г.

Вернуться

73

Клинтон Х. США не допустят воссоздания СССР под новыми названиями – «Таможенный союз или Евразийский союз»– [Электронный ресурс] – URL: http://earth-chronicles.ru/news/2012–12-07–35636 (Дата обращения 04.08.2016 г.).

Вернуться

74

Евразийская экономическая перспектива: Материалы Второго Международного форума. Санкт-Петербург, 17 апреля 2014 г. – М.: Издание Государственной Думы, 2014. С. 8.

Вернуться

75

Троцкий М. Глобальный регионализм и внешняя политика России // Свободная мысль. 2009. № 11. С. 46.

Вернуться

76

Цит. по: Султанов Б. К. Евразийский экономический союз: факторы интеграции и дезинтеграции // Сб. науч. трудов «Евразийская интеграция». Вып. 1. СПб.: СПбГУП, 2014.С. 152.

Вернуться

77

Путин: Европа игнорирует интересы России в экономике и интеграции – [Электронный ресурс] – URL: http://www.vesti.ru/doc.html?id=2627064 (Дата обращения:03.08.2016 г.).

Вернуться

78

Евразийская экономическая перспектива: Материалы Третьего Международного форума. Санкт-Петербург, 16 апреля 2015 г. – М.: Издание Государственной Думы, 2015. С. 13.

Вернуться

79

Ангела Меркель назвала важным развитие сотрудничества между ЕС и ЕАЭС[Электронный ресурс] – URL: http://komitet.info/eurasian-integration/history/12291/ (Дата обращения: 03.08.2016 г.)

Вернуться

80

Евразийская экономическая комиссия. Официальны сайт // http://www.eurasiancommission.org. (Дата обращения 13.08.2016 г.).

Вернуться

81

Анализ стратегий интеграционного сотрудничества (моделей реализации интеграционного потенциала) наиболее известных интеграционных объединений мира. – М., 2014. – [Электронный ресурс] – URL: http://www.eurasiancommission.org/ru/act/integr_i_makroec/dep_makroec_pol/investigations/Documents/Анализ%20интеграционных%20объединений.pdf. (Дата обращения: 04.08.2016 г.).

Вернуться

82

Байгуттиев Ж. С. Глобальная конкурентоспособность ЕАЭС / Актуальные проблемы расширения Шанхайской организации сотрудничества: Материалы международной конференции (форума) «На втором треке. Роль гражданского общества и общественной дипломатии в дальнейшем развитии и расширении Шанхайского организации сотрудничества – М.: Институт стран СНГ, 2016. С. 196.

Вернуться

83

Региональные организации: типы и логика развития. Доклад № 37. – СПб.: ЦИИ ЕАБР, 2016. С. 19.

Вернуться

84

Интернет-портал СНГ // http://www.e-cis.info/page.php?id=19397. (Дата обращения: 14.08.2016 г.).

Вернуться

85

Путин В. В. Новый интеграционный проект для Евразии – будущее, которое рождается сегодня // Известия. 3 октября 2011 г.

Вернуться

86

Указ Президента РФ от 07.05.2012 № 605 «О мерах по реализации внешнеполитического курса Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 07.05.2012. № 19. Ст. 2342.

Вернуться

87

Концепция внешней политики Российской Федерации (Утв. Президентом РФ 12.02.2013 г.) [Электронный ресурс] – URL: http://www.mid.ru/foreign_policy/official_documents/-/asset_publisher/CptICkB6BZ29/content/id/122186 (Дата обращения 04.08.2016 г.).

Вернуться

88

Кириленко В. П., Мишальченко Ю. В., Голубев А. В., Мячин Д. А. Международное сотрудничество государств-членов Евразийского экономического сообщества по формированию Таможенного союза и Единого экономического пространства в современных геополитических условиях (экономические и правовые аспекты). Монография. СПб.: ОТСО СПБ филиал РТА, 2012. С. 11.

Вернуться

89

Кашкин С. Ю., Четвериков А. О. Право Евразийского экономического союза: учебник /отв. ред. С. Ю. Кашкин. М: Проспект, 2016. С. 23.

Вернуться

90

Тощенко Ж. Т. Постсоветское пространство: как жить вместе, живя врозь // Сб. науч. трудов «Евразийская интеграция». Вып. 1. СПб.: СПбГУП, 2014. С. 60.

Вернуться

91

Тощенко Ж. Т. Указ. соч. С. 61.

Вернуться

92

Путин В. В. Новый интеграционный проект для Евразии – будущее, которое рождается сегодня // Известия. 3 октября 2011 г.

Вернуться

93

Ван Шучунь, Вань Цинсун Проекты «Экономический пояс Шелкового пути» и ЕАЭС: конкуренты или партнеры // Обозреватель. 2014. № 10. С.65.

Вернуться

94

Шамахов В. А. Многовекторность процесса евразийской интеграции // Управленческое консультирование. 2015. № 11. С. 9–10.

Вернуться

95

Лафитский В. И. Региональная интеграция: модели и основные тенденции развития / Глобализация и интеграционные процессы в Азиатско-Тихоокеанском регионе (правовое и экономическое исследование) / Под ред. Т. Я. Хабриевой. М.: ИЗиСП, ИНФРА-М, 2014. С. 171.

Вернуться

96

Арешидзе Л. Г. Международные отношения в Восточной Азии. – М.: Международные отношения, 2007. С. 241.

Вернуться

97

Об итогах внешней торговли товарами Евразийского экономического союза / Аналитический обзор от 25.02.2016 г. – [Электронный ресурс] – URL: http://www.eurasiancommission.org/ru/act/integr_i_makroec/dep_stat/tradestat/analytics/Documents/Analytics_E_201512.pdf (Дата обращения 04.08.2016 г.).

Вернуться

98

Федеральный закон от 01.05.2016 № 120-ФЗ «О ратификации Соглашения о свободной торговле между Евразийским экономическим союзом и его государствами-членами, с одной стороны, и Социалистической Республикой Вьетнам, с другой стороны, Протокола № 1 между Российской Федерацией и Социалистической Республикой Вьетнам к Соглашению о свободной торговле между Евразийским экономическим союзом и его государствами-членами, с одной стороны, и Социалистической Республикой Вьетнам, с другой стороны, и Протокола № 2 между Российской Федерацией и Социалистической Республикой Вьетнам к Соглашению о свободной торговле между Евразийским экономическим союзом и его государствами-членами, с одной стороны, и Социалистической Республикой Вьетнам, с другой стороны» // Собрание законодательства РФ. 02.05.2016. № 18. Ст. 2496.

Вернуться

99

Материалы заседания Интеграционного клуба при Председателе Совета Федерации на тему «Интеграция интеграций». Аналитический вестник № 42 (595). – М.: Изд-во Совета Федерации РФ, 2015. С. 13.

Вернуться