Разрыв
Пишущий Чефелдинг

© Пишущий Чефелдинг, 2024

ISBN 978-5-0060-2839-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Разрыв

«Этой истории – предисловие не нужно»

Кто не помнит себя

Представьте, как вам было бы лучше?

Представьте – вины нет.

Представьте, что возмездия не случится.

Как бы вы тогда поступили?

Произнеся эти слова, спрашивающий встал с обитого дорогой тканью кресла, и подошел к латунной стойке на трех ножках, заглянув в фосфореcцирующий граненый кристалл.

Кристалл лежал в чаше. Он был мутный, и, в тот момент, когда спрашивающий взглянул на него, камень пошел трещинами.

– Да что ж он задаёт эти тупые вопросы по десятому кругу? Я не могу господа! Это…

Усатый мужчина, расположившийся на одной из лож верхней части зала, не успел договорить.

– Тсс – отреагировал человек с соседней ложи. Не было ясно с какой именно. И человек ли. И с ложи ли. Не было видно ничего и никого.

Темнота – неотъемлемая часть процесса «допроса».

Единственное освещенное место расположилось по центру. Там, где Кардинал вел допрос. Будто в комнате без стен. Вокруг этого постамента прямо, образуя квадрат, шли ряды кресел, с которых даже во мраке было видно блеск глаз смотрящих. Блеск глаз тех, кто ждал – когда уже допрашиваемому огласят вердикт, несомненно выгодный каждому из присутствующих. Ну или почти каждому.

Светящихся пар было много. Однако допрашиваемый и кардинал не видели ничего за пределами своей платформы. Кардинал прошел по цветному ковру и сел напротив взрослого мужчины.

Глаза мужчины смотрели на что-то, чего не было в этом зале. Но оно полностью завладело его вниманием и мыслями.

Кардинал щелкнул пальцами и спросил:

– Так как бы ты поступил?

– Я не знаю. – не отводя глаз от невидимого нечто, ответил допрашиваемый.

Тем временем, на одной из лож вновь поднялся шум.

– Да вы издеваетесь?! Не знаю как работают эти камушки. Как этот кардинал ему там мозги пудрит. Но видно же, что толку это не даёт!

– А вы, видно, впервые на подобном мероприятии? – прошипел сосед усатого.

– И этого бы раза не было, если бы дали выбор. Но нет. Нужны им… как их там… сотни свидетелей!

– Видимо, придется мне объяснять, господа. – сказал сосед по правую руку от усатого. Пожилой мужчина сделал короткий поклон головой. Но никто этого не заметил. Хорошие манеры во мраке значения не имеют.

Он рассказал следующее:

– Это – так называемый «допрос». Не типичный допрос, где дружинник или сотник орет на подозреваемого, в целях выведать, что тот сделал. Это, понимаете, другая ситуация. Совсем другая. Это разговор между реальными желаниями человека и его восприятием себя.

– Ну а попроще можно? – вопросил шипящий сосед.

– Слушайте. Кардинал – это своего рода судья: и обвинение, и защита. Только вот ни судьи, ни обвинения, ни защиты здесь нет. Ответчик, точнее допрашиваемый, всего лишь сам скажет то, на что он способен. Это проверка лояльности. Это выбор доверия.

– Да что ж вы… я ничего не понимаю, что вообще происходит! Что это – гипноз, магия, травы какие? Вот что я понять хочу – почему он сидит, будто умалишенный? А вы: «вопрос выбора доверия» – паясничал усатый.

– Вам очень повезло. Здесь такая темень и не видно, кто тут оскорбляет правителя нашего. – заметил шипящий.

– Так это… правитель наш уже и не выкарабкается из этого. Я слышал, если происходит допрос, потом правителя убирают и ставят своего. – сказал мужчина, расположившийся в углу ложи прямо у выхода в коридор.

Мужчина был в черном капюшоне. Однако, во мраке зала это не имело значения, также как и хорошие манеры.

Он продолжил:

– Например, вдруг он хоть и лоялен, но всё же нарушил один из сотен законов Эгламириады?

– О чём это Вы, господин? – спросил пожилой мужчина – Насколько мне известно, здесь им это не нужно узнавать. Это уже дела фигур поменьше, нежели Черные Кардиналы.

– Да кто эти ваши Черные Кардиналы-то по факту? – интересовался усатый.

– По факту? Хм… – мужчина в плаще почесал подбородок, размышляя как ему бы хотелось ответить на такой вопрос в этот раз – Эгламириада не может вот так доверить власть кому попало. Не может оставить систему неправильно работающей. Обычно – любые опасности исправляют рамками и наказаниями. Но тут изначально не допускают появления проблемы. Благодаря такому допросу станет ясно, кто готов править, быть верным Эгламириаде и быть честным. Такие допросы происходят везде, во всех планах Вассалах и не только. Вельможи и парламентеры Эгламириады тоже выбираются таким образом. И проходят регулярные проверки.

– Вы многовато знаете, господин. Как ваше имя? Вы отсюда?

– Да? подскажите-ка. – заподозрил что-то Усатый.

– Тсс!… господа, там что-то началось. – сказал мужчина в капюшоне. Он еще не придумал, как ответить на данный вопрос. Он понимал, что как и с предыдущим, ему надо решить: чего конкретно хочется сказать в этот раз.

В этот миг, после нескольких минут абсолютной тишины на постаменте допроса происходило следующее: сидя в кресле, закинув нога на ногу, Кардинал спрашивал прямо:

– Так как бы Вы поступили с Эгламириадой? Вы бы выполнили просьбу своих друзей? Вы бы нарушили договор безопасности?

Допрашиваемый пошевелился. В свете масляной лампы блеснула его скромно украшенная корона. Он ответил:

– Какой такой Эгламириды?

Кардинал подался назад в кресле. Он молча просидел с полминуты, затем встал, забрал блокнот со стоявшего между ним и человеком в короне стола, и подошел к ступеням постамента. Он быстро спустился вниз и без каких-либо слов с топотом прошел по коридору между кресел зрителей, в направлении выхода. Хлопнув огромными дверями и впустив на краткое мгновение свет, кардинал покинул зал.

Некоторое время все зрители молчали. А допрашиваемый так и сидел, увлеченный чем-то невидимым. Но усатый мужчина с ложи нарушил тишину:

– И вот ради этого дерьма я столько времени маялся на этом кривом кресле? И, увы, господин – я так ничего и не понял. И, как я погляжу, это была бесполезная трата времени.

– Вот вам и вассалы Эгламириады. Они такие сильные, важные, с гигантскими территориями, страшными Кардиналами и Владыками. Такие важные, что могут себе позволить нам ничего и не объяснять.

Человек в черном капюшоне встал с кресла и молча удалился с ложи. В течение следующих нескольких минут почти с каждой ложи вышло по одному человеку. Все они были в черном.

– А разве можно уже выходить? – c этими словами усатый, потеряв всякий интерес к дальнейшим расспросам и не распрощавшись со своими соседями, выбежал с ложи.

Выйдя в коридор, он увидел несколько человек в черных одеждах Эгламириадского пошива. Они что-то бурно обсуждали, но, заметив зрителя, уставились на того самого мужчину в капюшоне.

– Ты не закрыл дверь. Поздравляю. И что нам с этим теперь делать?

Усатый понял: допрашивали не только короля, но и каждого зрителя. Ведь почти все участники – важные персоны в Подзотче.

Тем временем Кардинал покинул здание. Шагая по грязи Подзотча, он вспомнил, как ненавидит этот план. Около здания театра, переоборудованного на сегодняшний день в зал суда Кардиналов, располагалась небольшая конюшня и загон для лошадей. Там, приезжающее в театр оставляли своих скакунов. Однако, у населения в Подзотче характерная манера обращения с грязью. А конкретно: всем было все-равно, они ее просто множили. По этой причине Кардинал решил не заходить в конюшни, чтобы забрать лошадь.

Долго ждать Кардиналу не пришлось. Человек в таких же черных одеждах подъехал к театру. На них обоих были надеты вещи исключительно черного цвета. Массивное пальто из жесткой ткани, чтобы выдерживать долгие путешествия. Настолько тяжелое, что только самый сильный ветер мог заставить это пальто затрепетать. Жесткий подклад внутри, плотный кожаный жилет и множество карманов и подсумков. При этом, сделана эта одежда настолько качественно и с умом, что всей ей массивности и тяжести, а вкупе и множества карманов с интересными вещами, никто вокруг не замечал. И вес правильно распределялся по телу.

– Долго ты возился. Опять? – спросил о чем-то своем Кардинал на коне.

Двое людей за ним дождались команды в виде кивка и отправились вызволять лошадь Кардинала из грязевых ванн местного стойла. Кардиналы остались наедине.

– Да, опять, Гернас. – ответил допрашивающий Кардинал.

– И снова пустота, ноль информации. А что с твоей идеей по подселению своих людей на допросе к «важным шишкам»? – спросил Гернас.

– Если бы услышали что-то важное, они должны были сообщить мне сразу по выходу из здания. Либо остаться там после моего ухода и оценить реакцию.

– Не думаешь, что местные решат будто мы боимся? Раз идем на такие методы.

– Мы делаем это не из страха. А на местных все-равно. Надеюсь свалить отсюда скорей.

– Ха, – ухмыльнулся Гернас, занося руку в седельные сумки и извлекая оттуда толстенную книгу в твердом переплете. – сейчас ты обрадуешься, Килреад.

Гернас открыл книгу на странице, где в начале каждой строчки стояла дата, а дальше в строке адрес и имя. Напротив стояли пометки, обозначающие: открыто или закрыто.

Килреад широко раскрыл глаза – то ли от количества новых обращений, то ли от осознания того, что все эти адреса из Подзотча и сейчас он не сможет покинуть план грязей и дождя, как он сам для себя его описал.

– Это все за пару ночей. Отчет только сегодня поступил в центр связи. Поэтому вот, смотри. – он перевернул страницу.

Там, где только что был чистый лист бумаги, по каплям чернил, буква за буквой возникали слова. Ведь прямо сейчас в единственное, зеркальное отражение этой книги и вписывались эти данные, прямо из штаба связи Эгламириады.

– Как ты понимаешь, придется отправиться туда. Ноо, что насчет того места, которое мы осмотрели ранее? – спросил Гернас.

– Дождемся анализа. Понимание о произошедшем там может изменить всю суть. Но эти данные. У всех этих сотен людей ночью открылись двери? В том числе и… – Килреад сделал паузу.

Осознание этого факта меняло природу обстоятельств, с которыми они столкнулись

– И опускаемые ворота в замок. Это же не дверь, а ворота повешенные на цепях, которые опускаются над рвом к замку. – проговорил Килреад.

– Господин! – слуга герцога бежал из театра – Прошу прощения, господин. Позвольте спросить?

Гернас кивнул за Килреада, пока тот смотрел вдаль.

– Что же будет с нашим герцогом?

– Его надо сместить, заменить. Он, может, и не предал Эгламириаду, однако этого не выяснить из-за его состояния. Но неадекват с поломанной головой править не может. Даже если он всего лишь вассал. Этого мы так не оставим – Килреад залез на лошадь, которую только что подвели люди Кардиналов.

Килреад с лошади холодно взглянул на слугу. Слуга взглянул на обоих всадников и удалился обратно в театр.

По доброй воле

После второго допроса местных вельмож, за несколько дней до допроса Герцога в театре, до людей Кардиналов дошли слухи о вырезанной деревне. Она располагалась в глуши, далеко от других населенных пунктов. Рядом стояли только одиночные поместья богатеев или их летние резиденции. Несколько торговцев, прибывших в деревню, обнаружили только трупы жителей. Эти торговцы утверждали, что часто заглядывали в деревню. И трупы – только из числа местных. Только вот само это дело не являлось важным для Кардиналов. Кроме одной детали, которую подтвердил их человек, отправленный на разведку: люди сами открывали двери в свои дома, запуская убийц. Ни следов взлома, ни подорванных стен. А трупы лежали везде: на улице, в гостиных комнатах домов, в местном пабе, прямо за дверью в дом. То есть человек открывал дверь нараспашку кому-то вооруженному. При этом, не готовый к сражению.

Килреаду предстояло несколько дней до следующего допроса провести в покрытом грязью городе, ничего не делая. Поэтому, ради того, чтобы занять себя, он сразу отправился в деревню вместе с отрядом расследований, который должен собрать образцы с места происшествия.

На подъезде к деревне Килреад приказал спешиться, чтобы не истоптать следы. С собой они взяли несколько торговцев из тех, кто сообщил о деревне.

Тела лежали на улице уже не первый день. Зашедшие в город воины Кардиналов спугнули падальщиков, налетевших сюда на пир. За эти дни трупы прилично подгнили, обглоданые птицами и крысами. За что можно простить Подзотчу его бесконечную грязь, так это за отсутствие всяких монстров и трупоедов, представляющих опасность и для живых.

Некоторые тела, как заметил Килреад, принадлежали детям.

Двери в дома не были выбиты или подпилены. Они просто оставались открытыми все это время. Поэтому осмотреть помещения не оставило труда.

– Соберите их ботинки. На улице дождь все размыл, но в помещениях есть следы от грязи на обуви. Местные здесь снимают обувь дома. Так что не совпавшие с рисунком подошвы следы – это следы наших убийц или убийцы. – командовал главный из отряда расследование, Фокс. – А также дайте мне полный анализ ранений.

Деревня представляла собой одну главную улицу, по обеим сторонам которой располагались небогатые дома, хотя и вовсе не халупы. Здесь люди жили хорошо. Имелся свой паб, свое пастбище, мельницы и поле, способное прокормить всех жителей. Животных – за время, прошедшее после нападения, успели погонять хищники. Кого-то съели прямо в загонах, другие разбежались кто куда.

Земли Подзотча вытянуты, а эта деревня стояла около границы. Килреад это знал. Он думал: «Напасть могли не только местные, но и те, кто ходят по…»

Мысли Кардинала прервал воин, сказав:

– Господин! Без сомнения – основное сражение случилось в местном пабе. Там местные лежат с оружием. Тел много и все перевернуто вверх дном.

Зайдя в паб, Килреад увидел множество тел. Его сапоги с солидным слоем грязи тут же влипли в запачканный деревянный пол, который тут и там был покрыт пятнами крови. Некоторые столы перевернуты, бокалы разбиты. На осколках стекла виднелась кровь – ими швырялись в головы. В головы местных. Их тела, кроме одного, расположились так, что можно легко понять – сражались они против того, кто до боя оказался внутри.

«Враг не зашел с улицы с оружием. Нет. Его впустили, а потом случилась резня».

– Характер ранений точный – бубнил себе под нос один из расследователей.

Другие бойцы тут же принялись изучать тела. Килреад пошел на второй этаж. Сверху он обнаружил множество трупов в узком коридоре. Прямо на лестнице – еще один. Здесь открыта лишь одна комната для ночевки постояльцев. В ней оказалось пусто. Только сумка с вещами. Он распустил узел на сумке. Килреад не брезговал такой работой. Он Кардинал. Все, что делают Кардиналы – необходимо. Сумка чистая, без пятен крови. Сукмка явно дешевая, а внутри лежали игрушка, паек на пару дней, расческа и рукой прописанная квитанция.

Продавец Волкнир, а покупатель Сатия Мэли.

Килреад положил записку в свой блокнот.

«Да, здесь все началось. Надо только убедиться». – подумал он.

Килреад подозвал слугу, чтобы тот сходил за торговцами. И, когда слуга их привел, сразу спросил:

– Сатия Мэли. Жила тут такая? В самом городе.

Торговец замешкался.

– Да, господин, жила. Она торговка. И ее повозка стоит на улице. Но ее труп я не видел. По вашей просьбе, мы почти всех, кого знали – опознали. А вот. Хм. Ни её, ни дочки еёной я не видел.

– Понятно. Сатия Мэли могла порубить всех в городе? – вопрос ошарашил торговца. Не успел тот открыть рта, Килреад продолжил – Не отвечай, это риторический вопрос. Местные живут по приципу Крихсета?

– Какому принципу?

– Понятно. Фокс, есть ли в домах местных ключи от соседских домов?

– Нет, Господин. Признаков Крихсета мы не обнаружили. Тем более в Подзотче, из-за отсутствия прокаженных монстров в нем нету особого смысла. Значит двери они открывали сами.

– Фокс, ты меня разочаровать решил? Какие сами? «О! Смотрите, тут всех убивают! Подождите за столом, детки, я пойду открою. А то вдруг про нас забудут».

– Извините, господин. Я не правильно выразился.

– Торговец, кто такой Волкнир, знаешь? Выясни кто это и когда Сатия должна была возвращаться обратно – распорядился Килреад. – А ты, Фокс, скажи – хоть у одного местного есть кровь на оружии? На кулаках? Хоть кто-то задел врага? И от чего раны у трупов, какое оружие?

– Ни у кого нету следов крови на орудиях, кроме той, прилепившейся с луж крови. Характер ран разный. Есть убитые от очень тонкого, но достаточно длинного лезвия, способного прошить туловище насквозь. Обычно такие тонкие мечи легко ломаются и их делают коротким. Есть следы от массивных кинжалов. Также некоторые убиты ножками от стульев, осколками стекла и разными, взятыми в комнате, предметами. Также, судя по коридору – начали сражение местные. Они хотели застать врасплох того, кто был в этой комнате. Возможно арендовал. И ещё следы в домах совпадают. Во всех домах один и тот же след. На подошве у него скопилась кровь. Пока всё. Из того, что мы успели проверить.

Килреад, секунду подумав, сказал:

– Тогда все предельно ясно. Кто-то убил на большаке Сатию Мэли, забрал ее вещи и забрел в деревню. Резня произошла из-за того, что местные приметили вещи и повозку их соседки, решили наказать или допросить приезжего. Ему напрямую они вряд ли задали вопрос. Это неразумно. Потому – они сговорились и столпились в коридоре. Похватали всё острое. Долго не готовились. Ещё раз подтверждает идею про Сатию, хотели – отомстить. Были злы и уверены: задавят числом. Но он оказался сильней. Или они. Судя по следам в домах – это либо один человек, либо люди с одинаковой обувью. Хотя, сомневаюсь. Местные бы сами не решились напасть на вооруженную группу людей. Скорей всего это один человек, либо двое.

Килреад еще раз осмотрел номер. Комната на двоих максимум. Затем он продолжил:

– Да, не больше двоих. Но только как они открыли двери? Или зачем местные их впускали? Может дочь Сатии была у них в плену? Или они брали в плен местных и заставляли открывать двери?

Килреад на секунду задумался.

– Тогда как объяснить такую тотальную тупость – открывать дверь тому, кто только что в пабе вырезал пол деревни? Тут из одного конца деревни слышно, что говорит человек на другом конце. По доброй воле никто бы не открыл чертову дверь.

Только Фокс собрался ответить, как Килреад встал с кровати, на которой сидел, и быстро спустился вниз. Он вышел из здания к лошади, достал толстенную книгу, открыл пустую страницу, помеченную наверху сегодняшней датой и написал:

«Нужен круг созидания. Отряд с анализатором и считыванием линии событий. Умеющие читать с предметов».

С этого момента рядовая проверка вассалов Эгламириады стала для Килреада чем-то интересным. Стала вызовом. Это дело ему не назначали, он взял его сам. Из всех ячеек управления и обороны Эгламириады, помимо Владык, только Кардиналы сами выбирали себе дела. Их можно попросить что-то сделать. Но они все делают только по своей воле. Она неоспорима, и тем самым – эта воля связывает их с рождения по рукам и ногам.

Обозначение дела

Несколькими часами по центральному плану позже.

Килреад и Гернас встретились в лагере, обустроенном их людьми. С ними шли чуть больше двухсот бойцов и около сорока слуг для работы в лагере и с документами. Бойцы Кардиналов не состояли из обычного ополчения. Это вполне специализированные для осуществления разного рода операций профессионалы. Они прошли специальную подготовку для службы Черным Кардиналам и безукоризненно им подчинялись.

Килреад зашел в шатер к Гернасу. Гернас мирно сидел за креслом и изучал свой блокнот. Килреад облокотился на ствол дерева, стоящий по центру шатра – основной компонент его устойчивости, и сказал:

– Гернас, планы меняются. Помнишь деревню с вырезанным населением? Мы тогда не поняли, что произошло. Почему люди впускали убийц в свои дома? Проанализировав допросы до деревни и после мы заметили разницу. Ты и сам знаешь, после деревни, двигаясь дальше на север по вассалам Эгламириады, мы столкнулись лишь с умалишенными правителями, не помнящими свои договоры.»

Гернас включился:

– А ведь так и есть. Если смотреть географически – те правители, чьи земли располагаются до деревни, не выдавали этого тотального – «Я ничо не помню». Хм…

– Также, – не обратил внимание на его слова Килреад. – наши люди опросили слуг из резиденций вассалов. И все, кто дежурит по ночам или занимается уборкой внутри, отмечали одну деталь. Даже у вассалов – параноиков бывали ночи, видимо для проработки вопроса доверия, с открытыми дверями. А на самом деле – все двери в замке в такие ночи оказывались отворены.

– Когда мои люди допрашивали местных, тоже имелись жалобы на духов, якобы те отворяют двери и шастают по дому, впуская демонов. Вообще, в Подзотче удивительное количество безумцев на квадратный метр. – добавил Гернас.

– А теперь это сообщение из центра. О вскрытых дверях по всему городу, куда мы сейчас движемся. И даже об опущенных воротах моста в замок. Это может подзотчский протест? – съязвил Килреад. – Я бы мог подумать: таким образом местные выражают нам неприязнь. Ведь Кардиналы могут спросить с кого угодно, что угодно. Открыть дверь к их секретам. Если бы не происшествие в деревне, мы бы уже заставили их бояться по настоящему. А теперь многие только об этом и шепчут.

– Опять ты людей пугать собрался. Вот все время так. – Гернас отпил исходящий паром напиток из кружки. – Хотя, я и не против. – добавил он.

Килреад стал одним из самых молодых, действующих на данный момент, Чёрных Кардиналов. Однако это не мешало ему не отставать по навыку внушения ужаса в умы людей. Черные жесткие волосы, спадающие длинной челкой на лицо, бледная холодная кожа, стальные глаза – всё словно говорило о его внутренней хладнокровности.

Гернас же является нетипичным Кардиналом – в плане проявления эмоций и мягкости характера. Он прошел всю подготовку, но сохранил больше теплоты внутри себя. Остался более открытым, чем другие Кардиналы. У него были густые длинные волосы, убранные в хвост. Он выше Килреада и большинства людей, однако когда люди говорят с Кардиналами лицом к лицу, им всегда кажется, будто Кардиналы выше даже самого большого здоровяка.

Килреад продолжил:

– Круг созидания начал работу в деревне. Мы идем по следу. Отстаём от событий. А нам надо быть именно там, где начнут открываться двери. Никто нигде не замечал, чтобы это делал человек. Однако из-за резни я сомневаюсь, что это какое-то природное явление или магическая аномалия, как могло казаться ранее. Планы многим отличаются. И всё же, могла ли резня в деревне просто совпасть с событием открытых дверей?

Гернас хотел вступить, но Килреад продолжил:

– Никто из местных о таком не вспоминал. Либо, это может происходить раз в очень много лет, либо…

Он задумался.

– Килреад. – выждал Гернас.

То, что он собирался сказать не понравится Килреаду.

– Мы уже сменили третьего вассала подряд. Мы идем по плану, в котором люди не могут спокойно спать по ночам, ведь двери в их дома отворяются сами по себе. А деревни вырезают подчистую. И все это совпадает с нашим появлением.

– Им же будет хуже связывать это с нами. – ответил Килреад.

– Типичный ответ Кардинала. – вздохнул Гернас. – Я про то, что они не будут охотно сотрудничать, если так продолжится. Конечно, у людей огромное количество предрассудков по поводу нас.

– Предрассудки нам только на руку. Они позволяют даже без допроса все узнавать. Бесполезно пытаться понять, какие чувства там будут чувствовать местные. Это только отвлечет нас от дела. Теперь я точно уверен – открытие дверей связано с помешательством правителей.

– И не все предрассудки беспочвенны. – тихо прошептав губами над тёплым напитком, вздохнул Гернас. – Как хочешь. Ты же у нас босс. Хотя все не так должно решаться у равных напарников, но да ладно, с кем уж сошлись. – улыбнулся Гернас.

Килреад ответил ухмылкой:

– Тогда скажи спасибо. Ведь если это событие идет по городам по очереди, на земле, где города расходятся в разные стороны, его не поймать. А это Подзотч, и я изучил карты. Дальше, после города, описанного в книге связи, нас ждет так называемая «Узкая Земля». Там границы с Разрывом окружили относительно тонкий участок плана. На этом участке – города расположены по прямой. Если не поймаем событие там, позже, уже без поддержки – мы это не выследим.

Со следующим рассветом лагерь Кардиналов полностью собрали по сумкам и повозкам. Войско Черных Кардиналов двинулось вперед к «Узкой Земле».

Пятно

«Когда я уже было отправился спать. Снял портки, погасил свечу, лег в кровать – слышу скрип на лестнице. Ну мы делим дом на двоих с соседом, но у нас энти входы-то разные. Чего это он? Думаю: пошел – не уж-то что-то нужно от меня? Ну думаю: пошлю его куда подальше – уже ведь поздно. И понимаю: что вот он у двери в мою хату стоит. Притаился чегот. Ну я думаю: упреждающий использую. Собрался говорить, как тут – стук по двери раздался. Чем-то металлическим. А затем, скрипит моя дверка родная, и отворяется. Предательница. Говорю, ни один взломщик такого бы не провернул. Да и изнутри я на засов закрывал, так что и ключ тут не поможет. Ну я понял: ща убивать будут и грабить. Лучше тольк второе. И быстро скатился под кровать. И зашло оно. Чернющее пятно. Постучало об пол своей палкой. Только вот ног я не видел. Не знаю когда оно ушло, но я всю ночь так под кроватью и просидел. А пока оно там шастало… ну, в хате… оно как будто надо мной смеялось. Хотя может показалось».

Килреад свернул листок бумаги с рассказом одного из очевидцев события из первого города на узкой земле. В этом городе – уже как неделю по ночам открывались двери. А затем и ворота в замок. Именно об этом городе написано в книге связи. Людей опрашивали местные представители вассала по требованию Кардиналов, дабы не терять время. Нужно ускоряться.

Кардиналы со своим войском изначально собирались посетить город для допроса вассала. Но из-за обстоятельств с дверьми и в виду прошлого опыта допроса вассалов из городов, где отворялись двери, кардиналы решили просто взглянуть на правителя и рассредоточить бойцов по всему городу – собирать сведения о происшествии. Теперь, уже воины Кардиналов записывали слова очевидцев, как стенографисты. Нельзя ничего упускать. Самые важные сведения следовало перепроверить.

Килреад с Гернасом направились к вассалу. В этот раз без предупреждения. Местные не особо разбирались в правилах допроса и в особенностях работы Черных Кардиналов. Этим Килреад и воспользовался. Поэтому уже вечером того же дня горожан проинформировали о смене управляющего лица в их городе.

Черные Кардиналы вновь судили правителя. Вновь их суд был непреклонен. Люди, и без того растревоженные ночными происшествиями с дверьми и вопросом безопасности их домов, стали напуганы еще больше Эгламириадскими «решателями» их судеб. Новый правитель – это всегда стресс и для народа. Особенно, если старый всех устраивал, даже если был слегка сумасшедший. Поэтому слухи о том, что Кардиналы собираются поменять всю правящую верхушку Подзотча, разлетелись быстрей, чем войско Кардиналов покинуло город, торопясь настичь событие открывающихся дверей.

Не тратя время понапрасну, убедясь, что событие уже двинулось дальше – прямо с рассветом Килреад, Гернас и их войско отправились дальше. В этот раз решили разделиться на две группы. Всадники вместе с Кардиналами отправились вперед, как можно быстрей, не снижая скорость, в связи с ожиданием более медлительных отрядов оснащения и пехоты.

Встреча

По пути в Лирс – следующее герцогство на пути Кардиналов, Килреад с Гернасом прочитали около сотни рассказов о том, как людям теперь плохо жить в своих домах. Как им страшно засыпать, как теперь им жить, если даже их дом не их крепость. Однако Килреада интересовали только детали о происшествии с дверьми, а именно – как открывались двери? Что было до и после?

Однако никак не ожидал, что едва он только въедет на прямую дорогу к резиденции очередного герцога, окруженную полями с овощами, он встретит то самое пятно. Прямо днем, под тяжёлыми облаками, застелившими всё небо ровным слоем серости. Килреад, широко раскрыв глаза, уставился в небо, в кусочек небосвода над поместьем. Черное пятно медленно поднялось чуть выше крыши, а затем спустилось прямо на крышу и исчезло.

Поместье стояло на зелёном возвышении, гладко нисходящем в цветочные поля. Перед поместьем цвели, точнее захлёбывались от постоянных дождей, сады, в которых сейчас работали слуги. Сегодня эти сады не только окончательно утопит дождь. Сегодня, в дождевые лужи их втопчут конские копыта.

– Трубу! Живо! – командовал Килреад.

Один из воинов протянул Кардиналу трубу. Но когда Килреад взглянул через неё на крышу, пятна уже не было.

«Если я вижу его с такого расстояния, значит это пятно размером с человека. Человека, умеющего левитировать. Возможно ли: старик из рассказа не видел ног не из-за темноты, а потому что существо левитираволо?» – мысленно сделал вывод Килреад. Теперь он с ходу выбрал имя для пятна. Почему-то, после увиденного имя – «Существо» звучало в его голове идеально.

Он обернулся осмотреть своих бойцов, уставших от нескольких дней, проведенных на лошадях. Им предстояло совершить в таком состоянии рывок. Килреад громко командовал:

– Немедленно скачем в поместье. Готовьтесь к бою, возможно наша цель – маг. Быстрей!

Лошади перешли на галоп. Крестьяне, работавшие в полях запаниковали. Неизвестные всадники в черном приближались к месту их работы. Всадники проигнорировали дорогу, которая шла замысловатыми изгибами и помчались напрямую – по полю с крестьянами. Крестьяне быстро выбегали с поля, врассыпную от всадников, и продолжали бежать кто куда. Только не в поместье.

«Это не Эгламириада, конечно… хотя, у них же наверняка семьи». – задумался Гернас.

Впереди, в переднем дворе поместья собралась стража. Они встали стеной на дорогу между каменными изгородями, ведущими ко входу. Глава стражи завопил изо всех сил:

– Стоять! Не то наши лучники вам… – прервался на миг глава стражи, подбирая нужные слова. – …вам все прострелят нахер!

Всадники остановились. Килреад медленно подъехал на коне к правой стороне их отряда, изучая высоту каменного забора. Или, если учитывать его высоту чуть более метра – подобия забора.

– Мы – Черные Кардиналы, суд Эгламириады, приехали к вашему герцогу. Немедленно пустите нас вперед.

– Черт. Это те самые, которые всех правителей ссылают. – послышалась в ряду стражников.

– Чем докажете? – прокричал Глава стражи.

– Тебе ещё что-то доказывать нужно? А хотя. Здесь все ваши воины? – спросил Килреад.

– Что? Они собрались сражаться? – испугались некоторые стражники.

– Не переживай, тут сейчас все, но мы уже отправили за подмогой. Людей скоро будет достаточно, чтобы вас прихлопнуть. – заявил глава.

– Значит в поместье никого. Замечательно. – Килреад проскакал полукругом для разгона, пока остальные молча ждали его следующих слов и перескочил забор. Глава стражи всё-таки отреагировал на слова о Чёрных Кардиналах и предусмотрительно, на всякий случай, запретил стрелять. И всё же отправил за всадником нескольких людей. Хотя всё ещё не понимал как ему следует действовать. Кому для него страшней не проявить преданность?

Гернас громко крикнул:

– У нас нет времени. Ваш герцог в опасности.

«Учитывая слухи о нас, эти старые стражники, даже поняв кто мы, все-равно попробуют нас задержать, чтобы как-то побесить. Вредный старикан. Знает ведь – ему конец, если мы поймем, что он нарочно нас не пускает. Потому и притворяется. Патриотизм наверно. Поэтому даже сейчас они не бросились в бой, хотя у нас равное количество бойцов». – скача галопом думал Килреад.

Он спрыгнул с лошади у самого входа. Обернувшись на мгновенье, он увидел как стража уже пропускает Гернаса и их людей. Все именно так. Может людей и бесит сложившаяся ситуация, но власть Кардиналов игнорирует любые устои. Их власть гораздо реальней законов этой маленькой страны. Сама страна приняла их, подписавшись под всеми правилами сотрудничества Вассалов Эгламириады. Поэтому, местным в таких ситуациях становится понятен исход. Иногда чуть быстрей, нежели сегодня.

Килреад все равно выиграл около минуты времени. Он заскочил в поместье, где его встретили слуги герцога и его дворецкий. Килреад удивился, учитывая стражу позади:

– Вы не заперли дверь.

– Я видел ваши флаги, сэр. И не хочу закончить как глава нашей стражи. – ответил дворецкий. – вот этот быстро думает.

– Тогда срочно веди меня к герцогу.

Дворецкий оглянул других слуг. Они дружно покачали головами. Тогда он сказал:

– Боюсь, неизвестно в какой он комнате, но мы поможем. Найдите герцога. – обернулся к другим слугам.

Килреад с дворецким кинулись к главной лестнице, поднялись на второй этаж. Осмотрев несколько комнат и не обнаружив ничего, Килреад спросил дворецкого:

– А на крыше у вас есть терраса? Может, большое окно?

– Там только трещина, господин. На чердак вода забегает. Проход к чердаку вон там. – дворецкий указал на узкий коридор без освещения.

Килреад прикинул сколько времени они потратили, несясь к замку, и решил затаиться в тени на чердаке. Ведь, скорее всего, заметив суматоху и воинов, Существо попробует выбраться там же – через крышу. Подбежав к двери, ведущей на чердак, Килреад услышал шуршащий как листва на ветру голос.

– Может ты меня знаешь?

В темноте блеснул светлый, холодный металл, от которого отразился свет тусклых свечей этого коридора.

«Он уже за дверью на чердак. Если побежит – не поймаю. Однако». – размышлял Килреад.

Существо продолжал стоять около дверного проема со стороны чердака. Килреад выхватил меч из ножен. Встал в позицию, направив острие меча в сторону проема на уровне головы, и подумал: «Здесь тесно, мечом не помахать. Остаются только колющие удары. Почему он не убегает? Что он вообще спрашивает?»

Килреад сделал маленький шаг вперед. Разглядел, как металлическая часть, блеснувшая до этого, изменила положение. Килреад готовился парировать. Однако эта металлическая часть поднялась на уровень головы Килреада, и, в тот самый момент, Килреад заметил еще один блестящий кусок металла, который с огромной скоростью пролетел на высоте нескольких десятков сантиметров от пола – прямо под колено Килреаду. Металлическая часть установлена рукоятью на гладкой черной палке, которая, будто сама по себе удлинялась. Само Существо стояло там же – в дверях.

Кардинал не успел отскочить, как нечто, похожее на тупой крюк, потянуло его в сторону двери. Кардинал упал на спину, успев подставить руку под голову – не хотелось сейчас проломить череп об пол. Сразу после его падения эта металлическая часть вновь последовала за черной палкой и скрылась во мраке за дверью. В мгновенье ока оттуда выбежало Существо. Лёжа на полу, Килреад разглядел в тусклом пламени свечи человеческую фигуру в короткой черной мантии, с таким же черным капюшоном. Лица под капюшоном он не видел даже в тот момент, когда фигура нависла над ним. В руках у Существа лежала Трость, рукоять, которой и была той металлической частью, поддевшей ногу Кардинала, уронив его на пол.

Существо опустился, прижал коленом правую руку Кардинала, а левую схватил рукой, как раз когда Килреад уже собрался поднять меч. Затем Существо поднес рукоять Трости к голове Кардинала.

– Сейчас все узнаем. Или… – прошипел голос из капюшона. – … получится что то неповторимое? – Капюшон опустил Трость на пол. – Тсс, дорогой. – достал кинжал откуда-то из-за спины и приставил к горлу Килреада. Теперь не нужно пытаться удержать руки Кардинала. Снова взял Трость другой рукой. – Слишком…

В этот момент в коридоре послышался топот. Несколько бойцов забежали на этаж и уже оказались очень близко к чердаку. Килреад улыбнулся. Существо навис капюшоном, в упор к лицу Кардинала.

Дальнейшее Кардинал так и не понял. Говорил ли это голос из Капюшона или эти слова появились в его голове.

Существо моментально отскочил назад и убежал за дверь, на чердак. Килреаду в голову пришла новая идея, как бороться с этим Существом. Пока он не мог её осознать и она скрылась из внимания.

Килреад вскочил на ноги и максимально громко крикнул:

– На чердак, все! Бегом. А арбалетчики на улицу, цельтесь в небо!

Потом Кардинал забежал в помещенье с лестницей, ведущей на чердак. Вскочил наверх. Дыра в крыше оказалась большой. Весь чердачный пол почти сгнил, скорее всего от постоянных дождей Подзотча. Существо, стоявший в свете неба через ту самую дыру, достал круглую сферу из своего мешочка за спиной. Мешок никак не мог вместись в себя такую сферу размером с раскрытую ладонь. Существо тут же покрылся странным, еле заметным зеленоватым свечением и взлетел в дыру в крыше.

Он летел не быстро. Это не похоже на полет птиц. Или левитацию других магов, которую видел Килреад в Эгламириаде. Кардинал подставил под дыру в крыше ящик, стоящий на чердаке. Высунув голову в дыру, он закричал:

– Вот здесь, арбалетчики живо!

Несколько бойцов только сейчас забежали на чердак. А стоявшие на улице – слов Кардинала не разобрали. Некоторые бойцы сели на лошадей и помчались за черной фигурой в небе. Килреад проследил за событиями с крыши. Он уже понял: до леса они его не догонят, а там, среди веток, левитирующего человека никак не найти. К тому же – здесь быстро вечерело. Поэтому Килреад просто наблюдал, а не бежал вниз за лошадью.

Когда Существо скрылось в верхушках деревьев, Кардинал спустился с чердака искать Герцога.

– Нашли герцога и его семейство? – спросил он.

– Да, господин. Однако они спят оба и не приходят в себя. И там, как бы это сказать? Тьма. Тьма клочьями висит по стенам. Позвольте, мы вас проведем к герцогу. – сказал боец.

Кардинал подошел к большой комнате. В ней нашли лежащего на полу герцога. Однако достать его физически бойцы не рискнули, из-за непонятных пятен тьмы. Куски тьмы свисали с потолка, поднимались от пола, словно пузыри из мыльной воды. Покрывали толстой плёнкой окна. Свет из окон проходил только в участках, где тьмы не было, а остальная часть стекла под плёнкой вообще не пропускала никакого света. Некоторые куски тьмы на мебели были похожи на пламя от костра. Только гореть тьмой вроде нечему. И вообще-то тьма не горит. Обычно.

Килреад увидел, как по комнате осторожно, стараясь не наступить на сгустки тьмы, шел боец. Кардинал спросил о местонахождении Гернаса.

– Господин Гернас сейчас у комнаты герцогини. – ответил один из бойцов.

Килреад зашел в комнату. За ним, воодушевившись, зашли еще несколько воинов. Килреад поднес ладонь к одному из сгустков, и почувствовал как тот отодвинулся от него. В этот же момент один из бойцов завопил:

– Нет! Не может быть, порубите эту тварь! – он выхватил меч из ножен и начал размахивать им, рубя воздух перед собой. Другой боец, оказавшийся рядом, отступая от безумного товарища наступил на большой сгусток тьмы. Он обернулся на Кардинала. Но Килреаду показалось: он смотрит не на него. Второй боец выхватил факел со своего пояса, зажег его спичкой так быстро, что Кардинал не успел остановить бойца, опасаясь задеть черные пятна.

Свет факела не сделал помещение светлей. Скорей он осветил куски тьмы и самого бойца. В результате, если можно так выразиться – чернота стала еще более осязаемой.

«Это не тьма, как тень, как отсутствие света. Эта тьма, как новый элемент. И где такую нашли?» – оценил увиденное Килреад.

Однако на размышления о природе этой тьмы времени не было, надо быстро обезвредить бойца с факелом. Килреад уже вплотную приблизился к нему, стараясь подобрать момент, когда заломить ему руку и забрать факел. Но как только он начал действовать, в этот момент – из тьмы, по горизонтали, дрожащим лезвием – первый обезумевший разрезал шею второго бойца. С криками:

– Звереходящие, они нас окружили. Герцог, где герцог? – он продолжал махать мечом, словно не заметил, как убил товарища.

В это время факел упал в крупный сгусток тьмы. Там и исчез. Килреад смотря на то место, подумал: «Он сейчас потух там или горит?» Вспомнил про свет из окна. «Поскольку эта тьма поглощает весь свет мы этого не увидим, пока огонь не станет больше сгустка». Языки пламени выскочили прямо из сгустка тьмы.

– Вот как сейчас. – уже вслух, сказал Килреад.

Он перескочил сгустки тьмы и подобрался к герцогу. Быстрым движением Кардинал взвалил его себе на спину и вернулся к выходу тем же путем. Пламя распространялось по комнате быстро. Насколько – сложно оценить. Где-то языки пламени выходили из-под тьмы, где-то сгустки мрака оставались объёмней пламени. Потушить такой пожар можно – только залив всю комнату водой разом. Слуги поместья били тревогу, вместе с частью бойцов они уже принялись за тушение с помощью ведер с водой.

Килреад стоял у комнаты, над телом герцога. Спросил дворецкого:

– Есть ли в городе кто-нибудь из круга созидания?

– Да господин, я не медленно за ним отправлю человека. – ответил он.

Слуги мчались с вёдрами, от колодца к комнате, помногу кругов. Налепили на лица мокрые тряпки.

В это же время Гернас и несколько бойцов обследовали комнату с герцогиней. Она также как и Герцог лежала без сознания. И криками её разбудить не представлялось возможным. Кардинал осторожно осматривал неизвестные ему сгустки тьмы. Почти прикоснувшись к одному из них, ему показалось видение.

«Видение наяву, когда я бодрствую. Что за чушь? Если даже на меня действуют эти иллюзии, эта тьма, то что будет с ними». – заключил Кардинал и крикнул бойцам:

– Не трогайте тьму, не ступайте по тьме и вообще, идите-ка из комнаты!

Но его предупреждение оказалось уже неуместным. Конечно, бойцы кардиналов не настолько глупы, чтобы трогать какие то черные сгустки руками. Но мог ли кто-то из них предположить, что через подошву сапога подобная тьма загубит их сознание?

Один из бойцов упал на колени и, неестественно для сорокалетнего мужчины, завизжал. Он бился в истерике. Спустя некоторое время произнес не особенно внятные, из-за сорванного голоса слова:

– Мой ребенок, мой чудный ребенок! Как? Как ты мог его потерять?

Затем он вновь перешел на рыдание.

Гернас, наблюдая за истерикой, подумал: «В видении я видел карету в крови и толпу людей. Но я сразу осознал – это иллюзия, мираж. Интересно. Ведь мне показалось, я видел женщину на коленях рядом с каретой. Напротив стоял мужчина в бархатных одеяниях. Герцог? Проверять одно и то же мы видим или нет – я, конечно же, не собираюсь. Пока что».

Гернас поступил подобным Килреду способом. Маневрируя между черными сгустками и языками черного пламени, он подобрался к герцогине. Взяв ее на руки, он услышал как второй боец в комнате обнажил клинок. И с криками: «Ты мерзкий слабак». – кинулся на Кардинала.

Когда воин побежал по тьме, Гернас отметил отсутствие звука шагов. Их совершенно не слышно. А затем, когда воин зашагал по ровному полу, без тьмы, топот стал отчетливо слышан. Кардинал спешно опустил герцогиню на пол, достал меч из ножен и успел парировать удар своего бойца в последний миг. Выкрутив меч в клинче, он выбил его оружие из рук. Затем ударил кулаком свободной руки в висок бойца. Тот упал на пол. Его голова упала в очередное черное пятно. Выглядело, словно половины головы будто и не было.

– Потом расскажешь, что там увидал, ладно? Если, конечно, ты не помер.

Ответа не последовало.

Гернас благополучно вынес герцогиню из комнаты, оставив одного бойца лежать во тьме, с будто отпиленным куском головы, из-за клокочущих узоров тьмы на ней, а другого хрипло плакать в углу. Однако спокойно разбудить герцогиню и поговорить с ней сейчас не получится. Спустившийся на этаж ниже Килреад – сообщил о пожаре.

Кардиналы покинули здание. Нескольким бойцам поручили вынести на улицу тела герцога и герцогини.

– Минус один боец. А второму вошедшему пришлось прострелить плечо из арбалета, чтобы обезвредить и вытащить из горящей комнаты. – отчитался Кардиналам капитан отряда Сэт, стоя на улице.

Они наблюдали, как огонь распространяется по поместью. Через какое-то время слуга, который отправился за человеком из круга созидания, вернулся вместе с чародеем. Тот, в свою очередь, без разговоров поспешил внутрь поместья. Через несколько минут не осталось ни единого участка, охваченного пламенем. Деревянные доски, из которых, преимущественно, состояло поместье, набухли от влаги.

– Хм. Как он это сделал, как думаешь? – сложа руки на груди, спросил Килреад.

– Возможно, у него имелся резервуар в кармане. Точнее в этом, как же это у них-то называется? – вспоминал Гернас.

Они оба давно не имели дел с магами, несмотря на обильное их засилье в Эгламириаде.

– В общем-то неважно. Придется пристроить эту парочку в каком-нибудь другом месте, пока они не придут в себя. Положим их в палатку, в лагере.

Глава стражи, услышав предложение Кардинала, вмешался в разговор:

– Неможно так поступать. Это же правители… – он не смог закончить, когда оба Кардинала повернулись к нему.

Затем сразу отвернулись и продолжили обсуждать свои планы. В этот момент глава стражи все вспомнил. Вспомнил, когда Эгламириада объявила их план своим вассалом. Подчинить себе целый мир, хоть и маленький по общим меркам, но все же мир. Нет, он не хочет связываться с Кардиналами. Говорить вслух рядом с ними более он не решился. Глава стражи поклонился им в спины и ушел.

***

Вечером того же дня основное войско кардиналов подошло близко к поместью. Разбили новый лагерь. Слуги принялись за готовку. Поместье осматривала группа расследований, хотя это и оказалось бесполезным. К тому времени, как они прибыли, сгустков тьмы, черного пламени и вообще каких-либо следов неестественной, поглощающей всё тьмы, не было.

Килреад рассказал Гернасу о стычке с Существом в черном. Рассказал: лицо Существа скрыто таким же черным пятном, точнее черным дымом, струящимся под его капюшоном. Рассказал о Трости, вытянувшейся на несколько метров, а потом сжавшейся обратно до нормального для среднестатистической трости размера. Они обсудили и куски тьмы, и краткое виденье Гернаса. Так что сейчас они оба знали все о видениях друг друга и о поведении бойцов. Между напарниками Кардиналами не бывает секретов и лжи.

Черные Кардиналы обсуждали существо в своем шатре, пока один из слуг не вбежал к ним с вестью.

– Герцог и Герцогиня пришли в себя. – протараторил он.

– Приведи герцогиню. Одну. – сказал Килреад.

Через минуту герцогиня уже находилась в шатре. Кардиналы сразу заметили её состояние – странное на фоне всей этой ситуации. Герцогиня выглядела счастливой. Это была та разновидность счастья, когда вдруг получаешь свое или избавляешься от того, что приходилось долго терпеть. Это радость облегчения. Выглядело так, словно у Герцогини наконец отступила какая-нибудь тупая, ноющая боль в спине. Или что-то поглубже и неосязаемей.

Кардиналы легко считывают эмоции человека и быстро анализируют собеседника. Однако основное их преимущество в любой беседе – ощущение чужой лжи и правды. Кардиналы ищут истину, поэтому ни правда, ни ложь как таковые их не интересуют. Однако большинство людей не способны видеть как есть на самом деле. Поэтому и правда у каждого своя. А значит и она ложна. И вот из такой тотальной лжи Кардиналам и предстоит выяснить, что же произошло в поместье.

Килреад, сидя в удобном кресле, подался вперед и спросил:

– Вы помните, что было до того, как вы потеряли сознание?

– Так-так. Для начала давайте-ка разберемся, что вообще сейчас происходит? Меня зовут Алесия Сазиан, я герцогиня Крахта, супруга Герцога Мотра.

– Отлично. Так вы помните что-нибудь? Например.

– Понятно. Может у вас там неизвестны правила поведения с леди, герцогиней…

– Сейчас вам должно быть не до правил поведения. Ваши титулы под вопросом. Судить мы будем, исходя из ваших дальнейших слов. – не дал закончить герцогине Килреад.

Герцогиня опешила. Она прекрасно помнила свод правил и законов для вассалов Эгламириады и прекрасно помнила, кто такие Кардиналы, но представляла их себе как типичных политиков и судей, с которыми всегда можно договориться. Что странно. Ведь в своде правил и законов весьма недвусмысленно написано: Кардиналы непреклонны и имеют власть большую, чем власть вассалов и даже большую, чем власть правителей планов Эгламириады. То есть членов Парламента. Если быть ещё точнее, их область влияния находится на другом уровне и осуществляется параллельно с обычными способами управления государством. К которым, как правило, приходили люди в разных планах, даже не сговариваясь и не обмениваясь опытом.

Перебирая в голове воспоминания об уроках супруга, она вспомнила и слухи, касающиеся Черных Кардиналов: Кардиналы – это люди рожденные под истинным небом. Чтобы это ни значило. (Конкретно это вовсе и не выдумка.) Они всегда знаю, когда кто-то врет. Могут ввести в гипноз, заставить человека сделать что угодно. Вспомнила и про волны казней, которые следуют после посещений Кардиналами вассалов.

– Зачем же сразу так? Я все расскажу. Конечно. Расскажу – задрожала герцогиня – только вот я и не помню ничего.. а хотя вот, вспомнила. Я была в своей комнате отдыха, когда услышала стук в дверь. Спросила: «кто там?» Думала слуга, но дверь сама открылась. Вообще-то, я люблю в этой комнате уединяться и всегда запираю на ключ. Ключи оставляю в замке, чтобы точно никто не зашел.

– Похоже, что вы там прячетесь.

– Да! Ой. В смысле от забот правителя.

Килреад и Гернас почувствовали: герцогиня лжет.

– Что же может вас так пугать в своем поместье? – спросил Килреад.

– Что! С чего вы? Ахахаха. – рассмеялась она. – Точно. Вам же врать бесполезно. Что ж, прошу меня простить. Но я думаю это к делу не относится

– Возможно.

– Так вот, когда дверь отворилась, я увидела человека в черных одеждах. Было очень солнечно, свет бил в окна так, что ни полосочки тени не оставалось в комнате. Но я не увидела ни, так сказать, кусочка человека под одеждами. Под капюшоном я не увидела лица, только темноту. На руках перчатки, в них палка с рукоятью. Точно! Трость. Не успела я крикнуть, как он подбежал и слегка стукнул Тростью прям здесь. – она указала на центр лба.

Синяка не видно. Значит, лишь прикосновение.

– А после этого? – спросил Гернас

– А после мне приснился кошмар, точнее кошмар буквально на секунду, будто целиком охватил меня, а потом вышел. Это было как. Как облегчение.

– Что за кошмар? – спросил Килреад.

Гернас тем временем прикидывал, насколько Герцогиня похожа на ту, плачущую женщину из его видения.

– Разве это важно? Так, кое что из прошлого… хм. Хотя, я даже и не помню, что меня так пугало.

– Вы говорите – вам стало легче. Интересно. А сейчас вы тоже хотели бы спрятаться в своей комнате в поместье? Да, теперь я вижу – это важно. Так почему вы прятались?

– Потому что герцог бывает не в себе. Врать вам бесполезно, поэтому сейчас вы все у меня выслушаете.

Настал момент, когда никто не скажет, что она болтает лишнее. Никто не скажет, что она виновата в том, будто рассказала слишком много. Странное успокоение нёс в себе этот разговор.

– Как он меня, бывает ударит, а все из-за того, что… – герцогиня замялась.

О чём она так хотела бы рассказать?

– Да, из-за того. Из-за той детали, которую вы забыли.

Килреад махнул слуге у входа. Тот выбежал наружу, а через минуту привел дворецкого поместья.

– У герцогини был ребенок? – спросил его Килреад.

– Да, господин.

– Что за чушь, Семуэль? С какой стати? Ты в своём уме? – дворецкий молча кивнул – То есть ты говоришь, что… – возмутилась герцогиня.

Она не стала продолжать кричать, ведь поняла: правда что-то забыла. Но забыть ребенка. Поверить в это она не могла.

– Теперь понятно о каком ребенке кричал один из наших бойцов. Видимо её кошмары пропитали сгустки тьмы. Либо эти сгустки и являлись ее кошмарами и они накладывались на тех, кто ступит во мрак. – раздумывал вслух Килреад.

Гернас пришел к такому же выводу и сказал:

– Я думаю, можно заканчивать с герцогиней и позвать герцога.

– Согласен. Выведите пожалуйста герцогиню.

Герцогиня, трясущимся голосом, в слезах спросила:

– Как мне могло стать легче от того, что я забыла своё дитя? Как? Почему мне так хорошо?

В это время слуга и дворецкий помогали ей встать и вели к выходу. А она все продолжала вопрошать.

– Я думаю, вы потеряли ребенка и из-за этого ссорились с герцогом. – сказал Гернас.

– Раз уж ты начал, – вздохнул Килреад. – или муж потерял вашего ребенка.

Герцогиню вывели из шатра. Килреад ещё раз глубоко вздохнул и спросил:

– Вот обязательно надо ей отвечать? Ты же сам видел, у них после вмешательства Существа голова не работает. Всё, там дыра. Хотя да, раз там дыра, в общем-то и не важно.

– Может для них не все кончено. Это всего лишь воспоминание. Существо его стирает, но это только частичная амнезия.

– Нет. Тут что-то иное. В прошлые разы на допросы мы приходили сильно позже происшествий с открытием дверей. И там правители уже совершенно не сопоставляли реалии и вымыслы. Они терялись в элементарном. Эмоции у них тоже какие-то непонятные – будто не до конца. Мы не можем точно знать сколько таких вот воспоминаний она утратила. Может, она забыла о верности, как понятии? Может, она забыла, что людей убивать нехорошо? Мы пока не знаем границ этой способности.

– Мы ведь отстраним их.

– Конечно.

– Кардиналы. Я привёл герцога. – слуга отодвинул навес шатра.

– Веди его.

Герцог не выглядел озадаченным. Он проснулся уже давно и знал какая ждет его встреча. С Кардиналами. Вроде их надо бояться. Однако герцог совсем не понимал, почему ему сейчас так легко. Почему перед встречей с судом Эгламириады он чувствует облегчение.

Герцог предстал пред Кардиналами.

– В этот раз тянуть не будем. Приведи дворецкого. – сообщил Килреад. – Вы помните, что было до нападения? – как обычно не стал тратить время на представления Килреад. В этом он не видел смысла, точнее это никогда ему и не было нужно.

– Ничего не помню. Я писал письмо для соседа вассала. Потом стук, я не обратил на него внимания. Потом какой-то сумасшедший в черном запрыгнул на мой стол. Сказал: «Тук тук. Может ты что помнишь, знаешь много интересного?» И рассмеялся как психопат. Ударил меня своей Тростью по лбу. Я не успел убежать, так как он сразу запрыгнул на стол и я упал со стула. Чертов зодчий со своими кривыми ножками.

– Потом что? – не терпел Килреад, уже просчитывая сколько миль теперь между ним и Существом.

– Потом. Потом в какой-то момент мне стало плохо, прям до боли. А затем я уснул. Кто это был? Колдун какой? Монстр? В комнате было не много света, а от внезапности я и не разглядел его особо.

– Зато герцогиня его разглядела.

– Да? А что с ней?

– Она мертва. – соврал Килреад.

В порядок их приводили в разных комнатах. Когда они проснулись, ни один не поинтересовался о своём партнёре.

– Что?! Нет! Какого?! Это. Этот ублюдок? Да?! Этот в черном? – закричал герцог.

– Нет. Это вы – заявил Килреад.

Гернас посмотрел на своего напарника, пытаясь разобраться в водовороте закручивающихся хитростей Килреада.

– Вы убили её в порыве гнева. Вы что, не помните? – добавил Килреад.

– Нет! Не может такого быть. Я никого не трогал. Это все тот тип в капюшоне!

– Вы хоть помните из-за чего был скандал?

– Скандал? Да говорю вам, я ничего не делал!

– Дворецкий, расскажите то, о чем мы говорили, пока герцог спал. – попросил Кардинал.

– Как скажете. Герцог со свитой, после посещения соседнего вассала в лесу столкнулись с обращенными, проклятыми тварями, которые убили почти весь конвой и сына герцога и герцогини. Останки ребенка и его пеленки – единственное, что осталось от сына. Их привезли его Матери. Помню как она плакала на коленях прямо во дворе поместья. – закончил дворецкий.

– Что ты несешь? Ты что, совсем из ума выжил? Вот, если я останусь герцогом, ты у меня попляшешь.

Дворецкого угрозы не смутили. Он, уже по привычке испугался, но вспомнил, что выбрал правильную, по своему умозаключению, сторону. Сторону тех, кто вообще эти стороны определяет. За время работы на герцога он слышал сотни их склок с супругой и обо всех важных моментах уже поведал Кардиналам. Они всего лишь разыгрывали незнание. И всё для одной цели.

– Так и не вспомнили. – взглянул Кардинал на герцога.

Тот отрицательно повертел головой.

– Ну вот видишь, даже эмоциональное потрясение не способно пробудить их воспоминания. Все-таки я сомневаюсь, что это способность блокирует память. Ведь, если мы спросим своих бойцов, они опишут то, что говорил дворецкий. Только более подробно, и от своего лица, как будто они были там. Значит, он извлекает воспоминания и накладывает на окружение. Похоже на сильные ауры, но сам извлекатель спокойно уходит, а зона его воздействия остается. Думаю разгадка в Трости. Ведь везде одно и тоже: стук и двери отворяются. Стук по голове и отворяются воспоминания, и, судя по всему, самые печалящие и страшные воспоминания. Потом у жертв возникает аморфное состояния тупого облегчения. Они даже не знают почему. – Килреад смотрел на Гернаса, уже не обращая внимания на герцога и остальных.

– Это что, ты хочешь сказать, что оно – это такой извращённый мозгоправ? – спросил Гернас.

– Эмоциональный слив канализации человеческой души. – слегка улыбнался Килреад.

Герцог всё ещё не понял обмана и в ужасе глядел на совершенно беззаботных с виду Кардиналов. А Килреад говорил:

– Не знаю, что оно там хочет.

И замолчал. Он только сейчас задался одним вопросом:

– А почему мы вдруг стали называть его «оно»?

Гернас изумился:

– А ведь и правда. Мы оба.

– Всё, мозговой штурм начался – сказал капитан Сэт. – Пойдемте отсюда, герцог, дворецкий. Вы больше им не нужны.

Он отодвинул ткань шатра и поманил за собой.

– А, да. Супруга ваша жива, кстати. – заявил Сэт.

Гернас с Килреадом продолжили бурно обсуждать явление и строить догадки на тему того, почему их чутье нарекло противника Существом и почему враг «оно».

После долгого обсуждения решили: необходимо выяснить, что это за Трость и в ней ли дело? Или это простой проводник для особенности врага. Какой смысл в словах Существа про двери и руки? Запрос на информацию записан в книгу связи. Также было решено немедленно двинуться дальше по узкой земле. Оставалось всего несколько крупных населенных пунктов до той части Подзотча, где выследить одного человека будет невозможно, ввиду географии плана. Однако вот-вот должен быть готов спектральный анализ из деревни.

Вопрос власти

Отчет готов и был в книге уже на следующее утро. Кардиналы каждые несколько часов проверяли книгу связи. Там виднелись новые записи по поводу распоряжения о смене властителей герцогства, оставленного позади. Но главное – отчет. И данный отчет не был похож на стандартную процедуру выдачи информации от круга созидания. В нем написано лишь одно: «Личность не установлена».

И самое странное – это птица, прилетевшая с сообщением сразу после получения записей в книге. Кардиналы двигались на лошадях, когда птица нагнала их. Войско следовало за ними поодаль. В сообщении говорилось: «Требуется встреча лично с главой круга созидания в плане Подзотча – Милтоасом Перге».

Птиц посыльных можно отправить только внутри одного плана.

– Требуется! Они что, не собираются выдавать нам данные? Чертов круг созидания, как это понимать? – вспылил Килреад.

– Они еще и адрес сами указали. Это Торкст. Следующий крупный город на «Узкой Земле». – заметил Гернас – Что-то не так. Если дело признают магической угрозой, то вмешается ещё больше организаций. Мы, конечно, можем перебодать всех влиянием, но такие разборки вредят имиджу.

– Это дело мы не упустим. Пусть глава созидания Подзотча засунет свою голову в лужи грязи созидаемого им плана. Он не стал уточнять детали в отчете внутри книги. Пытается провернуть дело за спинами командования и штаба. Значит ли это, в этой ситуации с Существом есть что-то, заинтересовавшее именно круг созидания? И они не хотят делиться находкой ни с парламентом, ни с другими Владыками. А хотят иметь дело с нами, ведь мы вправе сами решать. И этот Милитаус считает, будто сможет нас убедить. – сказал Килреад и сухо рассмеялся.

– Значит дело стоящее, значит ты был прав. – обрадовался Гернас.

Кардиналы почти добрались до города Торкст. Милтоас прибыл на место. Не один, а с целым подразделением магов круга созидания. Маг готовился к встрече с Черными Кардиналами. Уж он-то понимал кто они такие и знал – давить на них не выйдет, ведь Кардиналы идут параллельно всей власти Эглы и могут судить любого властителя, любого члена парламента и любого представителя какого бы то ни было круга. А он уже нарушил закон, позвав их анонимно, в обход книги связи.

– Кардиналы. Избранные по рождению. – бормотал Милтоас, открывая старую книгу. Исчерканные страницы с информацией о Кардиналах гласили:

«Кардиналы есть столпы справедливости Эгламириады. Их суд непостижим умами людей, рожденных под ложными небесами планов разорванного мира. Кардиналы же, рожденные под истинным небом и выжившие под его влиянием, есть избранники Империи, ныне Эгламириады, на роль судей её правителей. Ведь власть в Эгламириаде – это лишь способ достижения великого блага Государства и каждого его гражданина».

Далее подробно описывалось, как Истинное Небо проявляется с неизвестными интервалами времени, окутывая все планы одновременно и являясь продолжением каждого плана. То есть, если соединить его видимые в планах части, то получится единое целое. И именно когда появляется такое небо, под его светом рождаются дети, чувствительные к истине. Дети, способные чуять ложь и правду. Дети, которые будут искать истину во всем. Они не будут довольствоваться правдой, удобной или понятной людям. Они будут расчищать завалы неизвестности. Конечно, если выживут.

Ведь почти все рожденные под таким небом умирают. Помимо прочего, из-за абсолютной непредсказуемости появления Истинного Неба невозможно искусственно создать большее количество таких детей. Не было такого, что в Эгламириаде было больше нескольких сотен Кардиналов единовременно.

Таких детей Эгламириада забирает у родителей по истечении пяти лет и отдаёт на воспитание в специальные учреждения.

До этого дети проходят ещё одну проверку, о которой в книге не было ни слова. А именно: судят свою семью. Они должны продемонстрировать свою непреклонность и волю к справедливости. Из-за того, что рождаются они где попало, нередки случаи, когда будущие Черные Кардиналы не доживают до пяти лет. Понятное дело, они редко рождаются в семьях без «грехов». Возможно, некоторые суды пятилетних Кардиналов и выглядят притянуто из-за вмешательства представителей Эгламириады, но в случае с Килреадом всё было иначе.

Он родился, как и положено, под Истинным Небом на территории Вассалитета Эгламириады. К слову, отслеживают такие рождения разными путями, в основном с помощью Столпов мира и порядка, установленных во всех планах принадлежащих Эгламириаде. За ним сразу отправили организацию воспитания Кардиналов. Однако, по их прибытию мальчика уже похитили. Похитили с точки зрения Эгламириады. А с позиции родителей – всего лишь спрятали ребенка.

Дети, рожденные под Истинным Небом, развиваются гораздо быстрей остальных детей. Связано это с вычленением истины из всего, чем они занимаются. Способность к обучению у Кардиналов огромна, но, в основном, её раскрывают только во время подготовки в Эгле.

Так вот о Килреаде. Его увезли в план, где Столпов еще не было. В связи с этим план был не особо пригоден для жизни людей. Регулярные климатические беды, вспышки неба, землетрясения и прочие катаклизмы забирали множество людских жизней в этом плане. В том числе, забрали и жизни его братьев и сестер. Жизнь матери же оборвала междоусобица за ценные ресурсы. Отец, в свою очередь, озлобился и вымещал гнев на Килреаде, который никогда не плакал, даже когда отец бил его ногами. Был у его отца и брат, который также издевался над будущим Кардиналом.

Спустя год после смерти Матери, даже такой озлобленный мужчина как его отец смог найти девушку, которая его полюбила. Жизнь Килреада, по меркам людей, наладилась. Они нашли дом в хорошем городе, с частоколом и своим колдуном-защитником. У Килреада родились новые братья и сестры. Возраст Килреада к тому времени, когда его нашли был шесть лет, по общему времени Эгламириады.

Агенты Эглы, по заключению Вассалитета прибыли в тот городишко. В этом плане люди жили только маленькими селениями. Но самих селений было великое множество. Власть в каждом небольшом регионе своя: закрытая, истерическая. Из-за катаклизмов она менялась чаще времён года. О прибытии агентов отец Килреада знать заранее не мог. Не думал, что агенты найдут его среди большого количества людей. А они его и не нашли. Килреад сам встретился с ними.

Он шел в ратушу – признаться в убийстве своего дяди. Дяди, который последовал примеру отца Килреада в избиении ребёнка. Килреад не хотел наказания. Он поступил, как того требовала его воля. Нет. Он хотел, чтобы наказали и его отца. Ведь тот не прекратил издеваться над постоянно спокойным, не уважающим его сыном. Сыном, который, казалось, не испытывал никаких чувств к отцу. Сыном, который ростом чуть выше колена отца, но смотрел на всех сверху вниз своими стальными холодными глазами из-под черной челки, спадающей редкими прядками на лоб, всегда покрытый ссадинами.

Кардиналы должны найти друг друга. Так говорится в книге. Так случилось и с Килреадом. Когда он признался в убийстве дяди, его приковали на площади, морили голодом и закидывали нечистотами. Его отец не знал об этом. Не спешил с поисками. Это длилось несколько дней, до тех пор, пока Килреад не встретился взглядами с Черными Кардиналами, прибывшими проводить допрос в новый город вассал.

Кардиналы чуют своих издалека. Истинное Небо объединяет их. Позволяет чутко ощущать друг друга. В последствии Кардиналы провели проверку, которую уже сам начал Килреад, убив своего дядю. На главной площади этого городишки казнили его отца. Таков был приговор нового Черного Кардинала – Килреада. Мать, его братьев и сестер пощадили, так как некому оставалось следить за детьми. Появились бы беспризорники.

Стоит понимать, что Кардиналы судят не только по своду законов. Нет, они судят по справедливости, которая очень часто идет вразрез с установленными законами. И найти её – почти всегда невозможно. Например, за убийством при самообороне может последовать обычный суд. Но Кардиналы, если столкнутся с таким, не будут наказывать человека, который непредумышленно, убил защищаясь. И при этом могут наказать того, кто лишь искренне желал навредить другому. С помощью допроса они могут узнать все про внутренний моральный компас человека – то, как он поступит, если не будет наказания.

Конечно, если судить так каждого встречного, можно похоронить половину, нет, восемьдесят процентов населения всех планов. Однако важно сопоставлять потенциально наносимый вред со степенью наказания. Таким образом, предателей королей могут не убивать, а только лишать власти. И, основной момент, почему нельзя контролировать всех и вся – это численность Черных Кардиналов. Потому – их с детства обучают именно в кругах властителей, чтобы судить тех, кто влияет на массы людей и может навредить в глобальных масштабах. Обычных людей, в качестве целей для проверок, они чаще всего не замечают. Но это не мешает людям бояться их.

Таким образом, Кардиналы могут как работать по указаниям парламента, точнее по их направлениям, так и сами выбирать себе дела. Считается, раз Кардинал обратил на что-то внимание – это не просто так. Существуют регулярные проверки всех правителей, которые не дают им возможности вести себя дерзко или преступно – основные проверки на лояльность и возможность предательства в будущем. Однако предсказать кого они захотят судить, сегодня невозможно, потому, и вновь – люди их боятся. Это выездной суд Эгламириады, который поддерживает все войско парламента. Для них неприкосновенных нет.

Важно, необходимо сопоставлять риски и меры пресечения, а именно – надо понимать размер возможного блага для Эгламириады. Если кого-то надо судить, но прямо сейчас это может привести к тяжелым и пагубным последствиям, в этом случае на Кардиналов всё же могут влиять из парламента. Или Владыки с их кругами. Но они могут всего лишь влиять, советовать, просить. Кардиналы сами знают свой долг и свою миссию. Их не стоит попрекать, и уж тем более не стоит на них давить.

Их существование хоть и пугает людей, но в большей мере оно является доказательством честности и открытости Эгламириады в её целях и управлении. Ведь любого властителя могут судить беспристрастные, помешанные на справедливости судьи. Значит и риски коррупции или появления сумасшедшего правителя-садиста сведены к минимуму. С пяти лет Кардиналов тщательно готовят к их работе. Потому они умеют принимать взвешенные решения. Таким образом, они являются и главным страхом правителей, и гарантом доверия для обычных людей. Для тех, кто понимает.

«И что же меня ждет?» – подумал Милтоас.

Когда он закончил перечитывать все о Кардиналах в третий раз, ему сообщили об их прибытий к границам города. Книга не полностью отражала действительность и виделась скорее набором сведений, которые должны знать все высокопоставленные управленцы Эглы. Вассалам выдавалось и того меньше информации. Тем более, Милтоас не знал ничего о самих Килреаде и Гернасе. Сколько он не пытался выудить информации о них за последние дни, так ничего не узнал. Штаб ничего не разглашает о личностях и планах Черных Кардиналов.

Хоть именно ему и нужна была эта встреча, он старался мыслено её оттянуть, забыть о предстоящем разговоре.

Кардиналы не спешили к нему. Они остановились в центре города, заняв одну из таверн полностью, тем самым давая понять Главе Круга: они не намерены идти у него на поводу.

Прождав у себя ещё немного, Милтоас начал догадываться – его проигнорировали.

«Это плохо. Придётся идти к ним самому». – собрался Милтоас.

Новые лица

– Ага! Так мы и купились. «Это не мы, ай ай ай». А что, призраки шалят? грязные бандюги! – кричал крестьянин.

Он стоял впереди разъяренной толпы, каждый член которой полагал: стоящие пред ними двое молодых людей и есть взломщики. Те самые вскрыватели, которые за последний два дня вскрыли дома половины района.

Встав кучкой у входа в дом, крестьяне перегородили незнакомцам выход. Обветшалый пол в доме болезненно принимал на себе кучу туш человеческих. В этом доме никогда не было столько гостей. Да и не выглядел он готовым, вообще говоря, к любому количеству гостей.

– Да говорю же вам, мы расследуем это дело. Мы боремся… – не успел закончить парень в длинном коричневом пальто, как другой положил ему руку на плечо, сказав:

– И каким образом вы тогда нас не поймали ни в одной из хат? Не заметить нас, как можно? А? Двух здоровых парней, увешанных оружием.

Он взмахнул своим плащом, чтобы толпа разглядела мечи на поясе. И продолжил:

– Не подумайте, я не угрожаю. Просто поймите, мы гонимся за тем, кто вскрывает ваши двери. Не ваш город первый, и не ваш последний, если мы его не поймаем и если вы нам будете мешать.

В толпе повеяло сомнением, но главный зазывала вновь завопил:

– Ага! Так и знал. Колдуны вы – вот вы кто! Точно. Я ведь видел эти символы на твоих запястьях. Это же енти – колдовские метки.

– Это просто орнамент на одежде, придурок! – не выдержал высокий юноша с мечами.

– Кельман, хватит. Можно же просто…

В этот момент позади толпы у входа в хижину нарисовалась группа людей в черном.

– Так, уважаемые, разойдитесь. Эти парни не при чём. – сказал один из них.

Широкоплечий мужчина перед ним прокладывал себе путь в гуще крестьян с поразительной лёгкостью. За ними шла женщина. Местные выражали недовольство двум мужчинам: фыркали, скрипели зубами, нарочито косо смотрели. Но когда подходила женщина, они замолкали. Что-то в её глазах их смущало. Они отворачивались. Кряхтели:

– Это же солдаты энтих кардиналюг. – зашептали в толпе.

– Тьфу ты! – сплюнул вечно вопящий мужчина и тоже отошел от здания.

Толпа рассосалась по улице, но с интересом продолжила наблюдать за происходящим.

Люди в черном вошли в дом. То был обычный крестьянский дом. Внутри, кроме двух парней больше никого не осталось. Осмотревшись, капитан отряда подметил:

– Вообще, мы не можем точно утверждать, при делах вы или нет. Но толпа уже мешать не будет.

– Так это ещё не все? – вздохнул Кельман. – Сильвий, давай я доверюсь тебе. У меня что-то не заладилось с предыдущими.

– Да и у меня особо тоже не особо – ответил Сильвий, шагнув вперед к капитану. – Я, мы здесь по заданию нашего ордена. Мы боремся с неконтролируемыми проявлениями магии и неэтическим её использованием.

– А? Так вы из круга созидания. Или какие там ордена в каких кругах? А, черт, и не упомнишь. – заявил капитан Сэт, почёсывая ухо.

– Капитан, так-то вы знать должны. – сказала его помощница Нита.

– Знать! Все эти сотни орденов, кругов, организаций? Вот ты даёшь. Уверен, даже наши Командиры не знают. Так, а вы ребята тогда свободны. Но больше не шарьтесь по хатам. Сейчас этот город – наша территория для работы. Я думаю, не надо объяснять, кто такие Черные Кардиналы.

– Да, конечно. Спасибо. Всегда приятно иметь дело с понимающими всю сложность нашей работы людьми. – сказал Сильвий, не понимающий всю сложность работы круга созидания.

А про себя он подумал: «Как раз вот кто бы и объяснил кто это такие, ваши Кардиналы?»

Отряд вышел из хижины и удалился за переулок. За ними вышли и двое парней. Кельман и Сильвий. Два антимага, орден которых совсем не является орденом Эгламириады. Они прибыли не из центра, и даже не с окраинных планов Вассалов. Им сказочно повезло попасть на какого-то идиота капитана, который даже не знает какой такой магический орден здесь работает – так они думали. Капитан Сэт же, тем временем, следил за ними из-за угла.

– Капитан, я не понимаю. Если вы им не поверили, то почему сразу их не схватить? Зачем эти сложности? – спросила Нита.

– Нита, Нита. Если они заодно с нашим врагом, то это те ребята, которые покрошили целую деревню, а тот, кто в капюшоне спокойно сбежал от Кардинала. Но я не думаю, что они с ним заодно. И это явно не наша организация. Но они знают кое-что. Событие с дверями рукотворное. Понимаешь? Иначе за кем они там гонятся? Проследить за ними, пусть даже пол дня, лучше чем организовывать допрос Кардиналов.

– Зато местные теперь будут думать: на Кардиналов работают идиоты. И отчасти они правы. – Нита кисло улыбнулась, смотря на широкоплечего Краса.

Он ответил ей такой же улыбкой.

– Для того мы им и нужны, ведь Кардиналы ошибаться не должны, а мы идеально подходим на эту роль. Все, хорош уже болтать. Двинули.

– Два идиота. Ну как они подцепили хвост? – спросил остроухий юноша, сидящий на подобии трона местного правителя – Эй вы, хотите чтобы вам не поставили тут Эгламириадского ублюдка у власти? Тогда придется еще пошевелиться. Найдите тех двух парней, пришедших со мной. Арестуйте их и приведите сюда. Только сделайте все живо.

Стражники нехотя обозначили, что услышали приказ Эльфа и покинули главный зал. Около Эльфа сидела девушка в синем капюшоне. Русые волосы отдельными локонами спадали низ. Её взгляд выглядел отсутствующим. Она – уже не здесь.

– Дольма, блин. Мы уже всё узнали. Куда ты опять? Ну не здесь же. – Эльф потряс девушку за плечи. – Волнуешься, понимаю. Но вы все уже не те детишки, что три года назад. Бесполезно.

Девушка так и не проявила признаки присутствия.

Сознание Дольмы находилось недалеко. Оно кружилось-вертелось вокруг пустующих улиц. Парило вокруг её братьев, которые подцепили ненужный хвост в виде людей, служащих самым опасным для их миссии людям – Кардиналам. Дольма пыталась дать знак братьям, хоть и понимала: это не в её силах.

– Дольма! Здесь нужна твоя сила. Это наше преимущество. Ищи человека в мантии Черного Принца! – эти слова Дольма услышала сразу, только вернувшись в свое тело.

– Сигирин. Ты придумал как их выручить? – волновалась девушка.

– Да.

Дольма пронзительно посмотрелаЭльфу в глаза. Сигирин с глазами старца и лицом юноши, не повел и микромышцей лица, выдерживая этот взгляд.

– Ты ведь уже взяла с меня слово. Так что можно и не переспрашивать каждый раз, как эти двое в беде. Иначе, на другое времени не останется.

В это время стражники, посланные Эльфом уже достигли улицы, по которой двигались двое братьев. Оперативно разыграв громкую сцену с липовыми обвинениями, они с излишним пристрастием скрутили парней и бросили тех в каталажку. Затем помчались в замок.

Наблюдавшие за этим члены отряда Сэта удивились, но вмешиваться не стали.

– Если мы ещё раз спасем этих двоих, они точно поймут: мы за ними следим. Тогда, если они связаны с Существом, оно поймет – это не просто проверка, это Кардиналы идут за ним. Или их организация это поймет. Тут уж явно многие замешаны. К тому же, город не маленький. Как эти стражники именно с повозкой их здесь нашли? Вот это совпадение, да? – еле вслух говорил Сэт.

– Капитан, Вы там с собой разговариваете или с нами? – поинтересовалась Нита.

– Я не заметил никакой слежки. – добавил Крас.

– А. Да. – ответил Сэт. Что за «да» – понятно не стало. – Так, значит срочно к Кардиналам. Доложим о случившимся. Ну а ты, Крас. Живо за ними. Установи куда их отвезли и срочно возвращайся в штаб.

– Да капитан. – Крас отправился за повозкой.

– Знаете. Можно было и пораньше его отправить. Если так тугодумить каждый раз.

– Ох, Нита, Нита.

Прибыв в штаб, которым в данный момент стала крупная таверна, Сэт сразу отчитался Кардиналам о подозрительных борцах с неэтичным использованием магии. На это Гернас заметил: орден занимающийся подобной деятельностью есть и взаправду, но на Подзотч его влияние не распространяется. И они не называются – Антимагами. Здесь действовал только сам круг Созидания, без отдельных под-орденов.

Немного подумав, Килреад сказал.

– Давай напишем в книгу, пусть нам предоставят данные о всех тайных и явных бойцах и шпионах Эгламириады в городе и окрестностях. Я думаю – ваш хвост раскрыли. Скорее всего, городские доложили страже. Стражники захватили повозку и лошадей. Знали – вы пешие. Конечно, вы на своих двоих их не догнали. Всё продумали.

– Я тоже так решил, Господин – сказал Сэт.

– Что же это значит? Этот как его зовут? Неважно. – Килреад не попытался вспомнить имя Главы круга созидания. – Вставляет нам палки в колёса. Но его люди, точнее – члены круга созидания, холодное оружие не используют, насколько я знаю.

– И акцент у них не местный. – добавила Нита.

– Ты же понимаешь? Придется. – сказал Гернас.

– Ладно. Встретимся с этим Милтоасом.

Куда-то идти Кардиналам не пришлось. Милтоас с небольшой свитой как раз объявился у порога таверны. Зайдя внутрь, маг обнаружил лишь слуг Кардиналов, оттирающих от грязи десятки наборов одежды и брони, а также других слуг, занятых приготовлением пищи. Почти вся форма бойцов Кардиналов лежала прямо на столах для еды. Милтоас решил – это означает: люди Кардиналов, в большинстве своем, переоделись в гражданское и сейчас распределились по городу. Так и есть, на самом деле. Нельзя спугнуть цель. Поэтому в форме остались буквально два отряда и небольшая группа бойцов, охраняющих самих Кардиналов.

Слуга провел Милтоаса на второй этаж, в просторный номер, где и обсуждали дальнейшие планы Кардиналы.

– Кардиналы. Приветствую вас. – вошёл Милтоас.

Килреад не смотрел на гостя, он давал распоряжения отряду Сэта. Гернас помахал Милтоасу и сделал жест, означавший: «Подожди пять минут, неважная ты магическая крыса». – последнее додумал сам Милтоас.

Когда отряд Сэта удалился, воцарилась тишина. Милтоас натужно поперхнулся.

– А, да, Кардиналы, прошу – это Глава Круга Созидания плана Подзотч – Милтоас Перге. – объявил слуга.

Затем он вышел и закрыл за собой дверь. Они остались в комнате втроём.

«Всё ещё хуже, чем я думал». – отметил у себя в голове Милтоас.

– Перге. Какой твой интерес? Или это от твоего Владыки пришло распоряжение проигнорировать книгу связи и отправить мне птицу напрямую?

– Нам. – поправил Гернас.

«Конечно, когда Килреад включает режим ультра важного Кардинала, он не может позволить себе и думать о ком-то с таким же уровнем важности. Потому и сказал вместо „Мы“ – „Я“. Как всегда». – осознавал Гернас.

Милтоас закусил губу, подошел поближе и уселся в кресло напротив Килреада. Лицом и каждым своим движением он демонстративно пытался показать, насколько у него все схвачено и как он спокоен. Он произнёс:

– Килреад, Гернас. Это дело государственной важности. Не так – даже больше. Это дело иного уровня. Оно уже не подходит под разряд юрисдикции Кардиналов. Здесь замешана магия. А с магией, как известно, должны разбираться организации, как ни странно, состоящие из магов. Таково одно из основных постановлений. Уверен, вы знаете.

– Да, знаем.

– Вот и хорошо. Тогда, я так понимаю, мы друг друга поняли. – Милтоас чуть не сорвался с места. Ему не терпелось пораньше закончить этот разговор. Оба Кардинала вцепились в него своими глазами и словно положили его на стол для препарирования своей аурой. Да, он ощущал все именно так.

– Почему игнорировал книгу связи, если уверен, что дело тебе отдадут? Подожди, хочешь я тебе за тебя отвечу? Потому что ты знаешь: Кардиналы сами вольны выбирать себе дела. И только высшее руководство может от нас чего-то просить. Или как-то регулировать. А ты – не высшее руководство. Значит, ты решил, будто сможешь попробовать нас уломать в живую. Хотя у самого кишка тонка говорить прямо. Чего ты хочешь от этого Существа?

– Существа? А, так вы уже видели его. Хм. И судя по всему он благополучно ушел.

– Милтоас. – проскрежетал Гернас.

– Я не хотел смеяться. Просто вы уже сами должны понять. Он обладает определенными возможностями, против которых мечи бесполезны. И ваше слово тоже. Ведь он всего лишь проклятый изувер, который случайно достал вещь, повредившую ему голову. Судя по событиям в деревне и по всему Подзотчу.

– Что за проклятый изувер? Что за вещь? Говори, это опять какое-то дебильное пророчество обкуренных ясновидцев?

– Хахаха! – рассмеялся Милтоас. – Нет Килреад. Это не пророчество, это история. История о Черном Принце. Который создал несколько страшнейших артефактов. Ими может пользоваться только владелец Черной Мантии. Честно признаюсь, никто не знает, что именно делают эти артефакты, ведь их он не использовал в прошлом. Он их просто создал, чем обеспокоил всех магов, чародеев и так далее.

– Интересно, откуда ты тогда знаешь, что это та самая Черная Мантия, а не просто колдун в черном? И выглядела она как кофта с капюшоном.

– Потому что по-другому – быть человеком, не оставляющим никаких следов, нельзя. Потому что спектральный анализ энергии из деревни показал. Я покажу.

Милтоас подозвал из-за двери своего помощника. Тот внес ему посох с крупным голубоватым кристаллом на наконечнике сверху. Ещё он поднес бадью с чистейшей водой, приготовленной им заранее.

– Это тот самый кристалл, которым вы собрали энергию в деревне. Один из них. Самый показательный.

С этими словами Милтоас погладил кристалл и перевернул посох, опустив его вниз, прямо в бадью с водой. Когда водная гладь успокоилась, на ней прорисовались узоры.

– Нихрена непонятно Милтоас. – заметил Гернас.

– Ждите. Ждите. – шепнул колдун.

На воде возникали цветные точки. Иногда на поверхности воды можно было различить лица, иногда тела.

– Если бы мы находились в специальной комнате всё стало бы понятней. Но вы же не захотели приходить. – язвил Милтоас.

В какой-то момент все цветные точки начали резко кружиться и, одна за другой, исчезать – предварительно становясь серыми. На воде в этих местах тут же образовывалась пыль.

– Мы не воруем твои пожитки. Мы просто смотрим. – завопил Милтоас.

– Ты чего творишь, колдун? – спросил Килреад

– Да я просто шучу. Мы, честно говоря, не верим в истинных богов.

– Как-то ты меня уже начинаешь бесить.

В какой-то момент вся поверхность воды покрылась пылью. Колдун вынул посох из воды.

– Все. Теперь поняли?

– Чего? Ты издеваешься. Это что, была магия сотворения пыли на лужице? Ты так свое могущество демонстрируешь?

– Вот поэтому вам и не стоит заниматься делами, связанными с магией. Мы видели следы жизненной энергии. Точнее их отголоски, которые пропитали комнату и предметы в доме в деревне. Это кристалл из паба. Те точки – это люди. И они умерли насильственно и быстро. Только вот не видно того, кто их убил. Его следа не было. Его ауры не существовало. А они, судя по отчету, были именно, что убиты. Это не коллективное самоубийство. Согласно другим кристаллам – все точно так же. Человек в Мантии не существует для окружающего пространства. Его не засечет ни один ясновидец. Ни одна защита. Никакой ищейка и так далее. Никак. Если только его не встретить лично.

– То есть поэтому двери пред ним отворяются?

– Нет, скорее всего это уже другой артефакт. Все-таки там он как-то должен на них воздействовать. И. Мы не знаем, что еще он может.

Килреад почувствовал: Милтоас лжет. Хотя бы отчасти.

– Теперь вы понимаете?

– Теперь я понимаю – раз его не выследить магическими путями, или специально натасканными на это ищейками, то нет ни одной причины полагать, что вы справитесь с этой работой лучше меня. – подметил Килреад. Идея начала проясняться.

– Нас. – поправил Гернас.

– Нас, да. – Килреад кивнул своему напарнику. – Так что дорогой глава круга, будь паинькой, напиши в парламент о своем нарушении. И..

В этот момент в комнату ворвался один из бойцов. Он, запыхавшись проговорил:

– Отряд Сэта установил куда увезли тех двоих. В замок Правителя Хотча Сазера. И там нет темницы. Сэт просил передать: он подозревает – именно правитель Хотч в сговоре с Милтоасом. И они пытаются схватить врага.

Боец выпалил все сразу и не отразил присутствия самого Милтоаса, сидящего в комнате.

– Вот видишь колдун. Без допроса видимо никуда. – сказал Гернас.

– И что же – это местный правитель настолько боялся проверки, раз решил объединится с колдуном, заклинающим пыльные лужицы, лишь бы не потерять свое место? Скажи, у него в голове уже поковырялся враг, или ты прибыл заранее и убедил его с помощью страха? А, глава пыльных лужиц?

– Я так понимаю, таким образом, Кардиналы убирают конкурентов. Или же это просто недоразумение. – ответил Милтоас.

Килреада и Гернаса смутило спокойствие Милтоаса. Маг был спокойней, чем когда вошел к ним в номер. «Неужели он не причём?» – подумал Килреад.

– Гернас. Начни Допрос. А я наведаюсь к правителю местному.

– Договорились.

Килреад покинул таверну верхом на лошади. Уже через несколько минут он должен оказаться у замка.

Гернас остался в таверне со слугами и Милтоасом. Даже слуги Милтоаса не противились приказам Гернаса и сдали свои магические инструменты. Милтоас сидел неподвижно. Когда Гернас принялся расставлять свечи, колдун почувствовал, как вспотел. «Нет! Нет!» – кричал он внутри себя.

– Гернас, постой. Ты не понимаешь. Если меня допросить, то я выйду из игры и вы упустите врага. Я не связывался в Хотчем. Хотел, но это старый баклан даже не принял меня. За него какой-то угрюмый эльф послал меня куда подальше. Я уже собирался писать жалобу и мне нужны были вы, если я хотел к нему попасть.

– Зачем это тебе? – не глядя на Милтоаса, спросил Гернас.

Он продолжал готовить комнату для допроса, уже достал стойки для кристаллов.

– Затем, что у нашего врага – видимо острая необходимость наведываться к правителям. Мои люди побывали в каждом городе на вашем пути. Я тоже все изучил. Однако Хотч старый упрямец. Осёл. Надеюсь вы его замените.

– Думаю, да. А принеси-ка сумку с благовониями. – попросил слугу Гернас.

– Гернас, у меня есть план как его достать, послушай.

Милтоас не мог позволить себе убежать. Не мог позволить себе противиться Кардиналу.

– Если бы я был предателем, я бы здесь сидел?

– Тебя прирежут на таком расстоянии быстрее, чем ты покажешь свой любимый фокус с лужицей, Милтоас.

У входа в комнату стояла пара бойцов с арбалетами. А двое слуг с ножами стояли позади кресла Милтоаса.

– Ведёте себя, как неучи. Вы же знаете как работает магия. Хотя бы в теории.

– Хотя, наверно лучше тебя ещё и связать.

Идея Гернаса стала исполнена слугами тот час же.

– Вот теперь можете идти.

Бойцы и слуги покинули комнату, закрыв за собой дверь. Гернас закрыл шторы и сел напротив Милтоаса. Пламени свечей едва хватало – лицо слабо освещалось, казалось почти чёрным от теней. Но когда он откинулся в кресле, скрыв лицо за вычурной обивкой спинки кресла, выходившей чуть вперёд по бокам, Милтоасу осталось наблюдать перед собой только поблескивающую, серебряную цепь со знаком Черных Кардиналов на шее у Гернаса.

Допрос начался. – заявил Гернас.

Остроухий Князь

– Добрый вечер, господин. Вы и ваши люди желаете видеть Князя? – спрашивал управитель замка у Килреада, прибывшего к старому замку с отрядом Сэта, который, в свою очередь просто вошёл, проигнорировав спрашивающего.

– Эй ты, да ты. – подозвал стражника Сэт. – Где у вас тут место, где держат заключенных?

– Господа, это замок Князя. Здесь их не держат.

– Вот именно, придурок. Так где те двое парней, которых вы эвакуировали, так сказать? – ошарашил стражника капитан Сэт.

Князя не было в главном зале. А около его подобия трона лежала перевернутая недопитая бутылка спиртного.

– Слушайте все. Нита с отрядом – наверх. Я и Сэт идем к заднему выходу. Управитель, надеюсь на содействие. Ведь вы понимаете. – навис над ним Килреад.

– Задний выход там. – махнул рукой управитель.

– Управитель, пес ты этакий. – стражник попытался выхватить со своего пояса дубину. Но Нита молниеносно рассекла сухожилия на его кисти своим коротким мечом. Стражник схватился за руку и закричал, после получив удар эфесом по голове от Краса.

– Поступок стражника говорит сам за себя. Управитель готов сотрудничать, но остальные, видимо, могут оказать сопротивление. – сказал Сэт.

Килреад приблизился к управителю, почти уперевшись своим носом в его лоб. И сказал:

– Так это что, Хотч бунтует?

– Все не так просто, господин Кардинал. – ответил управитель. Килреад дал командный жест отряду и они немедленно рассредоточились. Килреад остался с управителем один.

На обыск здания могло уйти слишком много времени, потому Сэт решил отправить одного бойца за подмогой. Но все ещё необходимо действовать тихо.

У заднего входа Сэт с Красом встретили ещё пару стражников. На них, можно сказать, не было лица. Ополоумевшие, с дрожащими руками они стояли на месте, пока не увидели Сэта с Красом.

– Эй эй, давай те-ка не будем. Вы так трясетесь, словно монстра увидали. – крикнул им Сэт, когда стражники схватились за оружие.

– Черт! – среагировал Крас и запустил болт из арбалета одному из них промеж глаз.

Сэт же парировал удар второго стражника и попытался оглушить его эфесом, но стражник рассек пространство между ними широким ударом по горизонтали и обнаружил метательный топор у себя на лице, где-то между левой скулой и носом.

– Не тормозите, капитан. Вырубить их не получиться. На них хоть и дешевые, но все же латы. И полуоткрытый шлем. – сказал Фарф, метатель.

– Да понимаю я. Просто приглядись.

– Кхм! – ошарашились Крас с Фарфом.

Сгустки Тьмы покрывали дверь впереди. Стражники дотронулись до неё и сразу после увидели что-то, из-за чего восприняли людей Кардиналов врагами. Сэт погрузился в раздумья.

– Фарф. – сказал Крас.

– Да.

– Это же мой топор.

– Да, висел у тебя сбоку. Я взял.

– Мм.

– Здесь мы не пройдем. Выбьем окно в комнате рядом. – командовал Сэт после краткого изучения окружения.

Они так и поступили. Выбив окно в соседней комнате, они как раз оказались на заднем дворе. Там, около той самой двери, покрытой мраком лежал ещё один стражник. Это его мрак и его воспоминания на двери. Также во двор сбежались другие бойцы Кардиналов, которых позвал боец, отправленный за подмогой.

– Они сели в карету и помчались по этой дороге, капитан. Я отправил за лошадьми. – сказал он, не уточнив кто – «они».

– Для плана перехвата необходимо задействовать систему связи. – Сэт достал блокнот из кармана, вырвал лист, написал на нем сообщение и свистнул в специальный свисток, висевший у него на шее. С крыши сорвался ворон. Ворон уселся на предплечье Сэта, взял в клюв свернутое письмо. Сэт произнес ворону: «К шестым воронам».

Ворон – умная птица. Тем более, специально натренированный ворон Кардиналов. Заранее, по приходу в город около восьмидесяти бойцов разделились на маленькие группы по разным окраинам города. План расположения составлен и выдан каждому капитану лично. Таким образом, в случае возникновения цели в поле зрения, ворон обгонит её и предупредит группу на пути следования врага о его приближении. Также вороны могут заметить врага в небе, если Существо опять захочет полетать.

В этот раз у Кардиналов выдался почти целый день на подготовку. Они были уверены, если Существо объявится – они его схватят.

Сэту с другим бойцами привели несколько лошадей. Отряд отправился в погоню. Также не забыв отправить посла Килреаду.

Все то время Килреад разговаривал с управителем.

– Так зачем князь сбежал. Почему? – спросил он.

– Потому что князь наслышан о том, как вы сменили всех правителей Подзотча на своем пути. А он должен стать следующим. К тому же, эти странные люди.

– Какие ещё люди?

– Эльф, двое парней и девка. Они пришли и убедили князя в том, будто можно избежать участи других князей и герцогов. Они убедили его, открывающиеся по городу и плану двери – рукотворное дело. И за этим стоит монстр, за ним охотятся Кардиналы. И если он сам приведет вам этого монстра, тогда сохранит свой титул.

– Да уж. И простой управитель все это знает. И вообще, все стражники замка так понимаю тоже.

– Потому что демоны уже здесь. А я верю – у Эгламириады больше шансов убить демонов, чем у каких-то странников антимагов. Эти антимаги уже сбежали от того колдуна. И остроухий с ними.

– Антимаги, сбежали от кого? Какие демоны? Хотя сначала другое: колдуны, что за городом следят и прибыли сюда два дня назад, в этом участвуют?

– Нет, господин. Эльф приказал держать их подальше.

– Черт. – Килреад поспешил отправиться к Гернасу.

Выйдя из замка, он встретил бойца посла. Тот рассказал об сбежавших из замка и о плане перехват. Нита с отрядом прочесали все верхние помещенья замка. Когда закончили присоединились к Кардиналу.

– Есть предположение куда они могли отправиться? – спросил Килреад у управителя дома.

– Скорее всего, в загородное поместье Хотча. Да, точно. Они ведь просили Хотча спрятаться. А сейчас, наверняка, отправились к нему.

Килреад с остальными бойцами оседлали коней и поспешили в поместье. Также Килреад подозвал своего ворона, которому он передал наспех составленное письмо для Гернаса.

«Демоны» уже внутри

В поместье князь Хотч занимался тем, что ходил взад-вперед по своей комнате, чесал затылок и вообще погрузился в свои глубокие переживания по поводу риска лишения власти.

«Мы ведь сами уже почти взяли того ублюдка. Откуда у меня под боком целая орава этих монстров? Как я могу здесь прятаться, пока мои воины приманивают этого урода в мой замок? А если приманят и он приведет ту толпу? Того великана?»

Князь Хотч погрузился в свое воспоминание.

Два дня назад Хотч сидел у себя в комнате замка. Каменного, казавшегося неприступным замка, возвышающегося своими серыми стенами над остальным городом, который в основном состоял из старых деревянных домов. Дерево этих зданий потемнело от вечного дождя Подзотча и пахло словно мокрые тряпки с опилками, дополнительно кинутые в выброшенные недоеденные остатки еды. Он составлял указы, просчитывал финансовые отчеты и занимался бухгалтерией, которую невыносимо ненавидел. А затем произошло то, что старого вояку на пенсии сначала испугало, а потом очень даже обрадовало. На него напали прямо в его покоях. И он даже рад, ведь теперь не надо заниматься бумагами и он сможет сам помахать залежавшимся мечом.

Враг появился из окна, но оказался засечен через зеркало у письменного стола князя. Его письменный стол – в прошлом старый стол из будуара его почившей жены – имел огромное зеркало два на два метра в ширину и метр в высоту. А комната весьма большая, поэтому пока Существо в черном подбирался к Хотчу, хитрый князь достал старые склянки с духами его супруги и с разворота, вскочив со стула, кинул их в Существо.

От неожиданности, Существо во мраке (будем его называть Лицо во Тьме) успел увернуться только от парочки склянок. А одна угодила прямо в лоб. К великому сожалению Хотча, она не разбилась, а Лицо Во Тьме не упал в обморок.

Но Хотч не стал долго горевать на этот счет, быстро выбежал из комнаты с криками:

– На нас напали, все сюда! – стражники рванули наверх, но их смутила радость в крике Хотча. Потому как он звучал, будто крик от неожиданного сюрприза в виде подарка, о котором всегда мечтал князь. Встретив Хотча в коридоре у лестницы, они в этом убедились. Вспотевшее лицо князя, запыхавшегося преодолевать всю верхнюю секцию замка, но при этом блеск в глазах и несдерживаемая улыбка.

– Так друзья, гоните сюда кто-нибудь меч. Сейчас я нашему гостю надеру задницу. – командовал Хотч.

– Забавный ты. Забавный. Интересно есть ли у тебя в голове битва, от которой ты был в ужасе. Обычно у всех подобная история в головах так и трепещет нервы. – раздался голос из глуби коридора. Из-за плохого освещения Лицо Во Тьме невозможно было увидеть.

– Так! Скотина ты, сейчас ты у меня так офигеешь от моих историй. Все на первый этаж в зал.

Отряд с Хотчем быстро отступили на первый этаж в главный зал. Стражники осознали для чего, только когда Лицо Во Тьме спустился за ними. Он выглядел как черное пятно с человеческой фигурой без лица. С черным дымом вместо головы, струящимся под объемным капюшоном. В коридоре без окон с таким не по сражаешься.

Лестница начиналась прямо по центру большого зала из серого камня. Тут было просторно, ничто не мешало орудовать мечами.

– Ну что, теперь уже не такой наглый? Давай, налетай колдун. Ты ведь колдун, иначе как ты у меня в окне объявился?

– Я не колдун, князь. Я. – с этими словами Лицо Во Тьме резко завел левую руку за спину, затем показал ее прямо перед своим капюшоном. Между пальцами он держал мелкие металлические шарики. Затем он с размаху бросил их под ноги стражи и князя. – Фокусы показываю.

Разбившись об пол шарики извергли множество темных облаков. Затем полетела ещё одна партия таких шаров. Видимость в зале резко ухудшилась. Но лишь в той части, где была стража. Они потеряли из виду Лицо Во Тьме.

– Выходим из дыма. Пятимся, не ломаем строй. – сказал Хотч. Но его никто не слышал.

– Это колдун. Как мы сможем сражаться с ним? – завопил стражник.

И его тоже никто не слышал. Тьма покрывала их головы и поглотила все звуки, запахи и свет.

– Я думаю никак. – прошептал стражнику на ухо Лицо Во Тьме. Ранее он оббежал всю территорию, покрытою тьмой и зашел за спину стражи. Затем он ударил стражнику под колено и повалил на пол, а после уже мягко стукнул Тростью по голове.

Сгустки тьмы взорвались из головы стражника. Однако увидеть это, кроме как самому Лицу Во Тьме, никому не было суждено. Вообще чернющую тьму, появившуюся внутри другой чернющей тьмы, описать и увидеть в принципе невозможно, только если не ты ее делаешь. А там уже и воображение помогает. Однако никто из стражников не получил дозу страхов их товарища.

Другие не позволили к себе подобраться, оперативно выбежав из территории покрытой тьмой. Князь же вылетел вперед и хотел дать бой врагу, но Лицо Во Тьме занят вскрыванием головы его подопечного.

Существо выпрыгнул из тьмы в толпу стражников. Точнее сгорбившись выбежал, волоча за ногу за собой еще одного стражника. Когда его уже собрались атаковать, он стукнул и ему по голове.

– Во, вот это уже посерьезней будет. – заявил он.

Тьма бешеным взрывом вырвалась наружу и коснулась всех пяти стражников и князя, напавших на Лицо во Тьме.

– Нет! Какого? Они тут откуда? Монстры! Нет только не это, нет! – всё кричали они.

А князь в ступоре встал пред врагом которого не видел много лет. Он увидел одного из них. Одного из Колонн. А затем и несколько других. Их жёлтые одежды, их покрытые кровью его друзей мечи, их горящие глаза.

– Бесмертные! Уходим живо! – голос почти сорвался в визг.

Все рванули ко входу в замок. Несколько бойцов с другой стороны, выбежавшие из тьмы, не понимали происходящего по ту сторону. Звук проходил над тьмой под потолком, чем запутал отряд по ту сторону. Но из-за диких воплей они ринулись на помощь и угодили в сгустки страхов своего товарища, лежавшего во мраке.

Князь со стражниками почти добрались до выхода. Он обернулся и увидел немыслимое – то, что он не видел уже десять лет.

– Не уйдем. Я не дамся! – кричал стражник, заливаясь слезами и подставив клинок к горлу.

Он надавил слабовато, но кровь побежала. А когда он увидел его – Бессмертного, в красном, с длинными волосами, слипшимися от крови – решимости у стражника прибавилось и он со всей силы провел клинком по своему горлу.

Ещё один, не успевший добежать до ворот стражник, повторил такую же участь, убив себя сам, лишь бы не достаться им.

– Моя душина будет свободной! – крикнул он, перед тем как пустить себе кровь.

Князь с другими стражниками успел выбежать на улицу. Где их ждал остроухий с несколькими молодыми людьми. Они представились антимагами.

Лицо Во Тьме же не выходил. Его заинтересовали страхи и воспоминания того стражника о Бессмертных. Да, Бессмертные интересовали его почти также, как его интересовал он сам и Чёрный Принц. Поэтому когда он закончил разглядывать воспоминания, князь оказался уже далеко. Вообще вся стража покинула замок, его стены. И вокруг их тоже поубавилось.

Сбежавший князь с антимагами остановились в его поместье. Люди, видевшие лицо князя, скакавшего галопом через город со стражей, начали судачить о том, будто тот бежит от Кардиналов. Говорили: «Лучше уйти так, чем с позором, от этих Кардиналюг». Так говорили, пока кто то не заглянул в замок.

Пока они скакали князь не мог взять в толк, как он видел Бессмертных.

– Так вдруг вы все таки ошибаетесь и это Бессмертные взаправду? – вопил князь на Эльфа.

– Если они пришли с ним, значит они тоже пришли за вами, и поверьте, тогда бы вы не ушли живыми. А если даже и сбежали, что вряд ли, то они вырезали бы весь город, дабы вас найти. К тому же антимаги могут чувствовать их присутствие.

Князя из воспоминаний вырвал вошедший в комнату Сильвий.

– Князь. Сигирин уже здесь. Лицо Во Тьме преследовал их все время. Мы сразимся с ним здесь. Ваши люди не должны мешать. – сказал Сильвий.

– А если Бессмертные объявятся?

– Мы же уже объяснили все. Нету их и не было их тут. Князь, вот поэтому только мы и будем с ним биться.

– Хорошо. А мне как договаривались нужно будет, по его приходу взять людей и отправиться отсюда.

– Да.

Покинув комнату они собрали всех бойцов князя в конюшне, кроме нескольких стражников. Потушили весь свет и ждали. Вступив в контакт с Лицом Во Тьме, Сильвий даст знак князю в конюшнях, и те на лошадях быстро ускачут отсюда. Но теперь, по приходу Сигирина, план изменился. Князю придется скакать прямо навстречу отряду Кардиналов. Чтобы затормозить их и дать время разобраться антимагам.

– Мы сдадимся Кардиналам князь? – спросил стражник, седлавший лошадь в конюшне.

– В этом уже нет ничего страшного. Если эта тварь не вскроет мне голову, меня не за что будет убирать с поста. – сказал он почесав затылок. – Хотя, если так подумать – мои люди под управлением Эльфа наделали делов. Плюс мы создали информационный фон про Бессмертных. Зараза. Ну почему уборщиц и поваров никто не предупредил.

Дело было в том, что покинув замок после боя с Лицом Во Тьме, уборщицы, повара и другие слуги, не живущие в замке, пришли на работу. Работать. А застали лишь кровь, трупы и сумасшедших стражников и, конечно же, самые любознательные и просто тупые вступили во тьму. Поэтому в городе уже судачили про Бессмертных и резню в замке. Кто то сразу покинул город. Кто-то не поверил услышанному, а были и те кто знал: Бессмертные, если захотят никого не пропустят. Другие люди обменивались письмами с родственниками из соседних городов. Так, например простой люд в следующем городе на «Узкой Земле» уже ожидал не только Кардиналов, но и Бессмертных. Точнее люди ждали как бы эти персонажи проехали мимо. «Было бы хорошо».

– Так что может меня за эти дела и сместят. Но все лучше чем стать ополоумевшим психом, когда этот урод поковыряется у меня в голове.

– Сигнал! – сообщил стражник.

– По коням!

Неудачное предложение

Дверь в поместье открылась. Только вот эта дверь не на первом, а на втором этаже. Через балкон Лицо Во Тьме проник в дом. Он уже предвкушал как зайдет неожиданно, со спины и устроит голове князя проветривание от дурных мыслей.

Поместье добротно исполнено из дорогого дерева, покрытого тёмным лаком. Все окна занавешены шёлковыми шторами, от потолка до пола. Однако, дом давно пребывал в запустении, до последних дней. Покрылся пылью. Дорогие вещи стали выглядеть хуже, а тусклый свет ламп и вовсе придавал им мрачный вид.

Дольма кружила по дому и территории вокруг. Её сознание летало беспрерывно и она обнаружила приход противника. Быстро предупредив остальных, она вернулась следить за врагом.

Другие подготовились встретить его на лестнице. Они заняли позицию в разных местах, чтобы накинуться на врага быстро, со всех сторон и обездвижить его. Нескольких стражников Сигирин всё же оставил при себе. Для особого случая. Только вот Лицо Во Тьме знал – они в курсе его прибытия. Он знал это, ведь то, что его никто не может отследить, не значит, что и он не может.

– Вот он. Приготовься. – шепнул Сигирин.

Он сидел в засаде снизу, за диваном. Кельман и Сильвий ждали у основания массивной лестницы. Они почти лежали, так низко они пригнулись. Как раз один стражник засел в шкафу, стоявшем на лестничном пролете. Он должен был накинуться на Существо сзади, когда тот будет спускаться по лестнице и повалить его на пол, прижимая весом своего тела.

– Так, давай. – шептал Кельман, видя как Существо прошел шкаф. Он ждал когда антимаг выпрыгнет.

Вдруг Лицо Во Тьме развернулся обратно. Открыл шкаф. Боец внутри не видел происходящего снаружи и не слышал шагов, так как Лицо Во Тьме ходит очень тихо. Он ждал сигнала, а дождался лишь небольшого кинжала, скользнувшего по его горлу. Почему-то воображение дорисовало бойцу, ужасающую улыбку поверх тьмы капюшона.

– Дерьмо! – Сигирин тихо выругался. Но не дал сигнал атаковать.

Надо ждать. Он посчитал, что черный наугад открыл шкаф и вряд ли он может предугадать остальные позиции.

Лицо Во Тьме почти спустился с лестницы и завел руки за спину. Сигирин, увидя это смекнул: он каким-то образом все-таки знает где спрятались остальные, наверняка готовит оружие. Поэтому Эльф выскочил.

– Оступайте живо! А ты стой. – Эльф натянул тетиву на своем луке и прицелился в Тьму капюшона.

– Ха! Так вот оно что. Ловушка. А я и не знал. Хаха. – раздался металлический голос из тьмы капюшона.

– Паясничаешь. Всё ты знал. Но откуда я не пойму. – сказал Эльф. Кельман и Сильвий достали оружие, но отодвинулись подальше от лестницы.

– Вы наверно хотите меня, как это там говорится, арестовать?

– Нет. Мы хотим договориться. Мы хотим заключить сделку.

– Что-то новенькое. Мне ещё никто не предлагал дружить.

– Это не дружба, это сделка. А, впрочем, неважно, чего еще ожидать от того, кто надел Мантию Черного Принца.

– Черного Принца?

– Да. Это его Мантия. Видишь я знаю побольше, чем местные. Я знаю – твоя Трость может открыть любые двери. И не просто двери, а то что и в непрямом смысле слова может быть дверью. Например, разум человека.

– Да точно! Если представить, будто воспоминания человека и его знания лежат в сундуке. А сундука крышка – это дверь. Вот её я и открываю. Поразительно. Так ты знаешь.

– Знаю. И не только это. У нас есть ещё немного времени, прежде чем придут Кардиналы. Так что лучше уйти отсюда сейчас.

– Хм. Бкхуа – Лицо во Мраке упал назад на ступени лестницы. Арбалетный болт торчал у него из груди. «Окно. Больше десяти метров. Я не почуял. Слишком далеко. Слишком глубоко».

Из-за окна в гостиной комнате торчал арбалет. Нита сдула прядь волос со лба и крикнула, без эмоций: «Готово».

В этот момент дверь выбили бойцы Кардиналов. Сигирин выстрелил в окно, заставив Ниту отступить.

– Поднимайте! Его нельзя терять! – кричал Сигирин, но увидя сколько бойцов Кардиналов потоком заходит в поместье, Эльф изменил своё решение. Он перепрыгнул диван, за которым прятался. Подбежал только к Кельману и Сильвию. Дернул их и отправился к заднему выходу. Была надежда только на этот проход, и что Кардиналы про него не знают.

Им повезло – оказалось, только один отряд успел к этому поместью сейчас. Количества бойцов не хватило бы на полное окружение поместья. Они смогли выйти с заднего входа. Эльф с братьями и Дольмой, сторожившей коней, ускакали прочь.

Стражники же, оставленные Эльфом, не заметили его бегства и выполнили роль щита. Они так и не поняли: Эльф хотел договориться, не чтобы схватить Существо, а правда договориться. Никто и не собирался помогать их князю и городу. А сейчас они умирали под натиском натренированных бойцов Кардиналов. Под натиском отряда Сэта. Отряд Сэта был собран так не случайно. Для уничтожения целей каждый его боец подходил идеально. Все-таки все они, так или иначе, в прошлом головорезы.

– Где этот говнюк! – ругался Крас, добравшийся до лестницы. На месте, где должен был валяться Лицо Во Тьме было лишь пятно крови.

Отряд поспешил наверх. По следам крови они выбежали на балкон.

– Бесполезно. Такой облачной ночью мы его никак не выследим. Зараза! – сказал Сэт.

Во тьме ночи он разглядел множество огней факелов и приближающихся всадников.

Кардинал Килреад с десятками бойцов прибыл. Ему пришлось задержаться и дать отряду Сэта пройти вперёд. Ему пришлось задержаться, так как их репутация в этот раз – «перестаралась».

Пол часа назад.

– Сэт. Это кажется Князь. Ну или просто человек в короне и шелках со стражей. – сообщил Фарф.

– Стой – командовал Сэт.

Отряд Сэта остановился напротив Князя Хотча и его стражников. На лице Хотча читалось – князь не хочет этой встречи. И он совсем не думает, будто Кардиналы ему сейчас помогут.

Они стояли на просторной дороге из каменной брусчатки, тут и там криво уложенной. Пока копыта лошадей были в движении, они то хлюпали в дыры земли и влаги между камней, то отбивали подковы об торчащую углами брусчатку. Теперь две группы всадников стояли напротив другу друга, а вокруг собирались люди. Пока неуверенно, гадая, что же происходит. Ведь посреди дороги меж домов, прямо сейчас, эта беседа могла закончиться и кровопролитием и интересной склокой.

– Вы же от Кардиналов, да? – спросил князь.

– Да. А вы, так понимаю, Князь. – сказал Сэт. Надежды князя на другой ответ не оправдались.

– Да. Боюсь, враг уже скрылся. Мои люди спасли меня из плена. Мы можем возвращаться.

– А кем был тот враг?

– Эльф и его группа. И ублюдок в черном.

– Они вместе?

– Да.

– Странно. Ведь они только что умчались из замка. И, судя по всему, Существо напал на них. Со слов управителя, написанных на этой бумаге, так и выходит.

Он достал небольшой свёрток, который ему доставил ворон от Килреада.

– Видимо, не поделили кто на вашем троне будет сидеть. Остроухий князь или сгусток черноты. – добавил Сэт.

– Возможно, я что и путаю.

– Князь, он же вас явно оскорбляет. – сказал бородатый стражник.

– Заткнись, наше положение и так хуже некуда. Князь все правильно делает. – сказал стражник позади.

– Возможно, вы и вправду что-то путаете князь. Так где ваше поместье?

– Разве вы не пришли схватить меня и отвезти на допрос.

– Не переживайте князь. Кардиналы вот-вот будут. Если поедете по этой дороге, то встретите одного из них. Вот он вас и допросит.

Пока они говорили – вокруг собиралась толпа. Уже более уверенная и шумная толпа. Крестьяне повылезали из-за углов, собирались на балконах своих домов по обе стороны дороги. Кто-то последовал за отрядом Сэта. И вот на улице уже было несколько сотен горожан. Толпа, после слов о допросе начала вести себя уже не как наблюдатель. Она закипела, словно в чайнике, и люди начали выкрикивать ругательства в адрес отряда Сэта и Кардиналов:

«Валите как откуда пришли; мы вам нашего князя не дадим; да что ж это таковое то, совсем уже Подзотч наш под себя мнете; вот так вы с вассалами, берете нас без войны». И прочие – «пошли вон псы имперские». – о какой они говорили империи не очень понятно.

– Да, забавно конечно. Может наш отряд сейчас изобьёт толпа крестьян палками. – сказал Сэт.

В лицо Фарфа прилетело некоторое количество склизкой протухшей еды. Во всяком случае так он хотел думать.

– Давай, а то я сегодня забыл пообедать пока спасал ваши задницы. – кричал Фарф.

– Давайте соседи, все равно наши лица не видно в такой темени. Так что не дадим князя в руке имперских крысенышей! – кричал из толпы.

После этих слов крестьяне начали кидать в отряд Сэта все, что под руку попадется. От еды до камней. Отряд терпел обливание помоями. Пока не полетели камни. Один из бойцов упал с лошади. Другой прокричал:

– Ему раскроили висок.

– Ну все сучьи дети. – Фарф наполовину обнажил меч.

– Стоять! – закричал Сэт.

– Но капитан!

– Стоять я сказал! – заорал во все горло Сэт, покрытый грязью с ног до головы.

Плечи его были покрыты ссадинами от мелких камней.

– Просто прикройте головы и стойте. Пока ни один из их солдат не нанес удар, мы стоим.

– Зараза. Уж в нашем то отряде я думал такой херни не будет. Просто порубили бы парочку. – Фарф негодовал.

Помои лились перекрестным огнем. Лошади неистово ржали. То и дело норовя скинуть всадников и умчаться прочь. Все продолжалось, пока толпа не заметила фигуры по интересней, приблизившихся к представлению. Большое количество факелов освещали всадников и Кардинала впереди построения.

– И что же я вижу. Капитан в помоях. – сказала Нита.

– Прям какой внутри теперь такой и снаружи. – шутил Немод.

– Немод, Нита. Как только мы сменим толпу на нас, соединитесь со свои отрядом и прорвитесь вперед, чего бы это ни стоило. Если не возьмем Существо здесь, в следующем городе мы обречены. – сказал Килреад.

Нита, Немод в унисон кивнули и в обход двинулись к Сэту.

Килреад осознал одну оплошность. Их репутация сильно перевесила в сторону сумасшедших руководителей и сменщиков власти. Ведь на пути Узкой Земли и всех поселений до неё, они сменили правителя в каждом, ссылаясь на их психическое состояние. И многим людям было все равно на то, что новых правителей, кроме нескольких городов, выбирали граждане голосованием. Ведь голосование можно подстроить.

Люди уже забыли как Эгламириада спасла их от жатвы Колонны Бессмертных. Забыли, благодаря деяниям Существа и решениям Кардиналов. Или просто потому, что так удобней. К сожалению, люди Подзотча только в первом поколении являются вассалами. Дети, родившиеся при Эгламириаде, еще не выросли старше двадцати лет. И люди помнят когда они сами за себя отвечали. Помнят времена и до Жатвы. С первым поколением всегда надо быть аккуратней. А в данной ситуации об аккуратности и нечего говорить.

Килреад мог бы объехать улицу, но не стал. Он решил: репутацию пора подправить.

– А ну прекратить! Я Киллреад – Черный Кардинал Эгламириады. Остановитесь!

Толпа остановилась, не потому что он требовал, а потому что ОН вообще приехал. Главное лицо. Люди, кружа в тенях улицы, быстро переключились на Кардинала, неуклюже окружив его свиту. Из толпы доносились претензии, как и перед первым обстрелом. Но перед новым залпом Кардинал громко заговорил:

– Это ведь вы князь Хотч. Стоите окруженные своими крестьянами. Крестьянами, которых вы должны защищать. Ведь вы, Хотч в отличие от них знаете: суд Черных Кардиналов не имеет пристрастий. И если с вами, что-то не так, вы должны покинуть свой пост и дать своим людям выбрать нового правителя.

– Да, Кардинал. Так написано в хартии Эгламириады. Но на деле, вы судите людей пострадавших от рук монстра. Это нечестно.

– Нечестно, да? Тогда скажите мне все здесь собравшиеся. Вы отправите на тяжёлую работу безногих, безруких (загибал пальцы Килреад), чахоточных, или может людей с переломанным позвоночником. А? Отправите тех, кто не хочет убивать, не готов к этому на опасные задания? Отправите учить психически нездоровых? Так вот, Князь, прими свое положение человека, который не может править если он не может думать и мыслить как раньше. Ведь возможно – это Существо враг Эгламириады ослабляет нас для следующей атаки врага, о котором мы ничего не знаем.

– Типично для Эглы. Всё, как говорил Эльф. Вы запугиваете неведомой угрозой, откуда-то оттуда. Не вы ли установили Столпы мира и барьер, который никого не пустит? Так чего нам бояться?

– У вас как у вассала-правителя есть возможность его открыть. И если у вас в голове поковырялся враг, то возможно именно для этого. Ведь ему почему то интересны князья и люди с властью в первую очередь.

– Он не добрался до меня.

Толпа то успокаивалась после слов Кардинала, то снова гудела после ответов князя. Отряд Сэта так и стоял политый помоями. Нита и Немод приблизились и сообщили о приказе Килреада.

– Так этот Эльф, князь, скажите: он поймал существо? Подождите, не отвечайте. Если ещё нет, тогда мы можем помочь, если он действительно друг нам. Но вы решили – враг это мы. Если он сейчас уйдет из-за того, что вы преградили нам путь, то поверьте – темень сегодняшней ночи не укроет ваших граждан от суда. Каждый из вас предстанет перед Кардиналами. Или же, в случае открытого конфликта, здесь объявятся те, кто спас вас от Жатвы. Вы же сами помните как это было. Или уже забыли?

– Угрожаете. Тоже типично для Эглы.

– Мы, как я и объяснил ранее, заинтересованны только в адекватном правлении. И единственный шанс – это допрос. Только иной. При крестьянах. При ваших людях, а не вельможах и управленцах. Если у вас нет пробелов в голове – вы останетесь править. И всё будут видеть обычные люди. Ваши граждане. Так что я обращаюсь к вам, люди. Прямо сейчас ваша помощь князю может подставить под удар весь план Подзотч. Прямо сейчас вы можете либо убедится: ваш князь разумен и не предатель. Всё хорошо. Либо я убежусь и подтвержу свои мысли: только с поломанной головой можно принимать такие абсурдные решения.

Люди начали шептаться между собой более осмысленными фразами, реже прерываясь на выкрики в адрес Кардинала.

– Пропустить я прошу лишь один отряд. Вот этих – закиданных помоями. А для гарантии я останусь здесь. И мы, прямо тут – проверим вашего князя. При вас. И вы сами решите готов ли такой человек представлять вас и ваши интересы. Готовы ли вы доверить ему свою преданность.

– Люди, дайте им проехать. – сказал князь. И добавил. – Допроса я не боюсь. Ведь у меня в голове он не поковырялся. Единственная цель была – пережить приход существа. Поэтому я принимал такие решения. А теперь меня в любом случае ждет допрос. Может он и подставной, ведь меня введут в гипноз, но лучше уж вы будете видеть все своими глазами.

Толпа за князем разошлась. И отряд Сэта тут же рванул вперед к поместью.

Хотч вспомнил, как Эльф изложил ему историю, как из раза в раз, новый присоединенный план-вассал становился со временем частью империи. (Эльф называл Эгламириаду именно так.) И план переставал являться вассальным и становился собственностью владык. Как из раза в раз империя расширяет свои границы одновременно, по кругу от своего центра. С Подзотчем они задержались. И это лишь вопрос времени, когда он, в любом случае станет им неугоден. Тогда он решил – если принесет им голову монстра, нарушающего их систему, то станет их доверенным лицом. И рассчитывая на это, он пошел на сделку с Эльфом. Но сейчас уже поздно. Это крайняя точка. Либо конфликт становится открытым, либо он идет на попятную.

– Уже поздно. Уже поздно. – глубоко вздохнул Хотч, обдумывая как пройдёт Допрос.

Кардинал приготовил все для Допроса. Стояла такая темная ночь, что не было необходимости в помещении. Все источники света были затушены. А люди, по просьбе Кардинал – стали безмолвны. Допрос начался.

Хотча погрузили в транс. Его взгляд уже не видел реальности, а видел картину, нарисованную Килреадом. Хотч больше не чувствовал вины или страха. Теперь он просто слушал рассказчика. Его сознание, его подсознание стали единым целым. Сейчас это целое гуляло по просторам фантазии Кардинала. Голос Килреада стал глубже и отзывался эхом в голове князя:

Это не сказка. Это новая реальность. Ты – реальный.

Хотч чувствовал всё как наяву. Он не слышал Килреада. Всё просто становилось таким, как говорит Кардинал.

– Теперь представь, мы просто гуляем у берега реки. Ты и слабый немощный старик. Тот, кто должен унаследовать титул Князя. Титул, который ты жаждешь, так ведь?

– Да.

– Этот старик твой соперник. И сейчас ты можешь убить его. И тебе ничего за это не будет. Ни наказания, ни сопротивления. Убьёшь его? Чтобы получить то, чего ты так жаждешь.

– Да.

Многие из собравшихся не ожидали этих слов. Послышались ругательства. Кто то заподозрил обман. Килреад подождал и посмотрел на толпу. Бойцы за ним слезли с лошадей. Толпа замолчала снова.

– Если бы на Эгламириаду напал враг, который побеждал и он предложил тебе союз, защиту, ты бы согласился?

– Да.

Сейчас Хотч существовал там, в новой реальности, созданной для него одним из самых реальных людей. Черным Кардиналом. Всё, что говорил Килреад воспроизводилось в этом персональном мире. Хотч не просто отвечал, он это проживал. Его губы лишь являли окружающим его людям его решения, совершённые в этом новом мире. Он знал: внутри этого мира его не ждет наказание. Он знал точно – чего хочет. Ведь он в этом мире был единственным настоящим. Таким же, как и в реальности. Только он теперь не отягощен или сдержан общественным мнением. Не отягощен виной. Ведь кроме законов и страха перед ними у Хотча не было моральных ценностей, которые не дали бы ему убить того, кто мешает его амбициям.

– Многие люди не убивают лишь потому, что это нельзя, запрещено законом и их покарают. Их страшит лишь наказание. Они не идут против кого-то, в открытую, потому что трусы и заключают лживые, неверные союзы. Но разве такие люди, которые не делают зла, лишь потому что есть такой закон, который их накажет, могут привезти человечество к чему-то хорошему? Могут обеспечить безопасность? Они могут придумать эффективные способы управления? Хотите чтобы такие люди придумывали законы? – разрушил транс Килреад и продолжил:

– Разве ты, Хотч, можешь пользоваться уважением этого народа? Разве ты стоишь их жертв? Ведь ради тебя они пошли на преступление. Они напали на бойцов Кардиналов и по закону теперь необходимо их покарать. Возможно, смертью. – слегка преувеличил.

В толпе, только что ошарашенной ответом князя, после слов Килреада началась паника. Некоторые по-тихому скрылись за переулками. Кто-то торчал разинув рот и пялился на князя.

Килреад крикнул:

– Нет смысла бежать. Ведь по закону вы и вправду преступники, но по сути вы пошли на спасение ценой своих жизней. Хотя, может это просто увиденная вами возможность безнаказанно покидать помои в моих людей. За мои решения. – Килреад начал тихо смеяться. Громкость смеха нарастала и пугала людей вокруг. Он продолжил:

– Может вы просто вымещали гнев на моих людях, зная: в темноте вас не опознают. Вот это да. И что теперь за вопрос. Допросить каждого и узнать, все-таки это были благочестивые намерения против не справедливости или же просто ненависть и гнев?

Количество людей Килреада к этому времени уже увеличилось. Бойцы стянулись со всего города. Гернас с Милтоасом подъехали как раз к финалу сего мероприятия. Толпа вдруг оказалась в меньшинстве. В том числе из-за сбежавших соратников.

– Эй, Гернас. Вот за это я нашу работу и люблю. – Килреад выделил голосом сарказм. – Согласно чести и морали и исходя из сохранения безопасности, мы должны разобраться с каждым человеком. Но это совершенно неэффективно. И в результате приведёт к проблемам с основным нашим делом. И в целом – мне всё равно. Поэтому давай сделаем вид, как тогда.

– Хм. Как тогда? – тихо сказал Гернас, вспоминая. – Вот надо тебе это шоу устраивать?

Килреад исподлобья оглядел испуганную толпу крестьян. Оглядел своих воинов, у которых на лицах читалось – они не хотят трогать этих людей. Но в любом случае сделают, что прикажет Кардинал. После он сказал Гернасу:

– Есть ли в этом истина?

«Важно ли мне, что они в дерьме?» – думал Килреад.

Гернас посмотрел на напарника. Вышел вперед. Зажег свой факел и обратился ко всем вокруг:

– Бойцы мы отправляемся вперед. С этим разберется парламент, который прибудет в город дабы назначить нового правителя путем голосования.

Гернас отпустил ситуацию. Не потому, что они не знали как поступить, а скорее, потому как вся эта ситуация вообще не должна их волновать. Однако, Килреад хоть и на миг, но «выпал из седла».

Килреад подумал: как давно не было шанса задать «второй вопрос».

Последняя попытка

И вновь попытка захватить Лицо Во Тьме обернулась провалом. Фокс с отрядом расследований осмотрели замок и поместье. И ровным счетом не выясняли ничего. Отправление войска в следующий город было произведено незамедлительно после этого. Но у Существа оставался день форы.

Харес – так назывался этот город, построенный раньше предыдущих около форта в котором ещё оставались следы «Жатвы». Однако помощь Эглы перевернувшая историю этого плана привела к постройке нового, прекрасного (по меркам Подзотча) города на прежнем месте. В нём даже почти у каждого дома присутствовали достойные черепичные крыши. Некоторые дома помимо простой практичности украшались примитивными орнаментами и окна не напоминали просто дыры в стенах. У людей видевших безнадежность, которую вселяют Бессмертные появилась тяга к созданию прекрасного и старый Харес преобразился став лучше своих городов соседей. Но не сильно.

В этот раз бойцы, рассредоточенные по новому городу выяснили много интересного про себя и своих командиров, Чёрных Кардиналов. Они выясняли что они те ещё: «мозготрахи» и «маленькие люди с комплексами», которые отыгрываются на бедных крестьянах.

Настроения отдельных людей среди населения имели чуть ли не пред бунтовской характер. Многие заявляли, мол, покажись пред ними морда одного из бойцов, они бы швырнули в неё камень. Конечно, если боец будет один, а у швыряющего будет возможность отойти подальше, и желательно быть в капюшоне. А вообще, ещё лучше кидать камень из-за угла, и лучше ночью.

Килреад и Гернас спустили толпе людей их преступление. Точнее они решили продемонстрировать свою не заинтересованность в этом вопросе. Продемонстрировать какие они занятые. Будто обычным людям не о чем беспокоиться. Они здесь только по своим очень важным делам. И нет у них цели пересажать всех крестьян. Килреад конечно считал: правильней всё же изловить всех кидавших. Но если заглянуть чуть вперёд, имеет ли это значение?

Ведь уже совсем скоро гвардия Эгламириады с парламентом войдут в Подзотч и начнут устанавливать порядок. Сейчас лишь промежуточный этап, растянувшийся вот уже на много лет. И всё это из за того, что все силы Эгламириады направлены на четырехсотлетнюю войну.

При приближение к городу, в сторону войска Кардиналов мчались несколько всадников. Капитан Фокс подобрался к Килреаду в начало построения и сообщил:

– Это мои люди.

На них не было формы. Войско остановилось. Всадники спешились пред Кардиналами и начали свой доклад:

– Командир. Мы из отряда отправленного четыре дня назад в Харес. Пятнадцать наших человек рассредоточились по городу и провели разведку.

– В городе уже нас ненавидят. Мда. – добавил второй разведчик.

– К сожалению, да. Каждый день появляются новые слухи. Правитель города, в открытую выступал перед народом с предупреждениями о вашем приходе и сеял панику. Неизвестно, делает он это специально или это следствие неграмотности местных правителей.

– Мне показалось, он натравливает людей на нас, сэр. Но таким хитрым образом. Сам, вроде, и не при делах.

– Да, и чародеи круга созидания также есть в городе. Но они не делают ничего подозрительного. И ещё несколько наших расположились у ворот частокола – следить за новоприбывшими. Подозреваю Эльф и трое спутников прибыли в город. – как они выглядят говорилось в сообщение отправленном вороном, ещё из замка.

Килреад ничего не ответил, кивнул разведчикам и подал знак Фоксу. Фокс подробно расспросил их о правителе. Килреад же собрался решить вопрос с Милтоасом.

Маги круга созидания Милтоаса оказались вынуждены следовать за Кардиналами. Хоть их участие в помощи врагу не было установлено, Килреад все равно не доверял колдунам. И держал их поближе к себе. Однако, Милтоас лишь ждал момент, когда Килреад оценит угрозу точно и передаст это магическое, по всем понятиям дело, ему. Ведь Гернас всё же прервал допрос, рассудив о необходимости магической помощи в поимке Существа. Поэтому Милтоасу не понадобилось восстанавливать свои силы. Маги после допроса вынуждены долго приходить в себя.

Войско разбило привал неподалеку от города. Маги расположились в центре лагеря. Никто не спускал с них глаз. Килреад вошел в богато украшенный шатер Милтоаса.

– Килреад, ну что, наконец понял, здесь мечами делу не поможешь. – сказал Милтоас, сидя на мягком пуфе. Он сидел спиной к входу. Килреад не заметил, чтоб у колдуна где то стояли зеркала, через которые он мог его опознать.

– Значит ты у нас ещё и чувствительный, Милтоас заклинатель луж.

– Одна шутка, рассказанная сто раз, перестает быть смешной и говорит лишь о прямолинейности и зашоренности шутника. К тому же не почувствовать ауру Черных Кардиналов для чародея созидания – это позор. Все-таки ваша аура, надо признать, все делает реальней, что ли.

– Ты видел допрос, Милтоас?

– Вчера мы с Гернасом прибыли как раз к его концу. Но знаешь, я многое понял.

– И что же ты понял?

– Что ваши инструменты, кристалы, благовония и стойки нужны для уплотнения своей ауры. Чтобы вы могли погрузить человека в транс и нарисовать ему новый мир, который он воспримет как реальный. Но если бы это было все, то вы ничего бы не выяснили. Вы снимаете с человека чувство того, что его накажут. Убираете детские страхи, которыми руководствуются и взрослые. Убираете вину перед кем то старшим. Стоящим выше допрашиваемого. И вот остаются только подлинные желания и подлинные поступки.

– Мы не всегда убираем страхи. Зависит от ситуации. Ведь именно из-за страха человек может пойти на предательство, Милтоас.

– Хм. Значит четкого регламента нет. Могу предположить, что невиновных не бывает.

– Мы не ищем виновных. Чаще всего.

– Не понимаю, к чему тогда это все?

– Бывает разная вредность проступков. Разный масштаб последствий.

– Да, точно. Ведь главные ваши цели – это правители. В кого вкладываться, а в кого нет и сразу заменить. В любом случае, Килреад, этого изувера ты не допросишь. – сменил тему колдун, встав с кресла. Он подошел к буфету и достал бутылку элитного алкоголя.

– Вы ведь, Кардиналы, не пьёте?

Килреад злобно посмотрел на Милтоаса.

– Магам тоже не советуют. – налил себе Милтоас. – Все таки это влияет на функцию проецирования и анализа. Я почувствовал твою ауру, как уже сказал ранее. У Кардиналов она создает поле вокруг. Плотное поле, внутри которого все становится четче и понятней. Мир начинаешь видеть таким, какой он есть. А вы, внутри этого пространства, своей ауры ощущаете несоответствия. Так называемую ложь. Я соврал и вся ваша аура отправилась меня уничтожить. Когда врешь при вас, особенно если вас двое и ауры накладываются друг на друга, тянет блевать. Хаха. Блевать от своей лжи. Словно святоша, не выдержавший осознания своих грехов.

– Как ты меня задолбал Милтоас. Ты говоришь мне то, что я и так знаю. Ты так уверен, что я хочу передать тебе дело?

– Нет. Ты не передашь. Мне его передадут Владыки.

– И как же это? Из-за такого, как ты они сюда не явятся. Даже я их не могу позвать. Хотя ни они мной управляют, ни я ими. Но я имею право допросить даже их.

– Да, только вот случая никогда не представиться, обидно наверно? А теперь смотри. – чародей отпил из бокала. Подошел к узорчатому сундуку, проведя рукой по которому, он ввел числовой код, на вращающихся шарнирах.

Сундук не очень большой, но очень увесистый и, с виду, прочный, явно сделанный умельцами из Эглы, с запросом на сохранность содержимого. Килреад подумал: «Скорей всего он еще и пропитанный». Но все оказалось куда проще. Это был новый сундук с СОРВ.

Милтоас достал гладкую сферу. На её поверхности плясали огни, напоминающие звезды. Вроде их не больше двадцати. Не мог в точности разглядеть Килреад.

– Твой козырь.

– Ещё бы. Я уже говорил. По всем рекомендациям это дело для магов. В Подзотче сейчас только наш орден созидания. И все. И сейчас СОРВ подтвердит мои слова. А не подчиниться её воле уже будет преступлением, даже для вас Кардинал.

– Я могу проигнорировать её решение.

– Тогда от последствий не огребешься. А если ещё и дело провалишь. – Милтоас цокал. – А скорее всего так и произойдёт.

Килреад уже подумывал о своевременности воспользоваться полномочиями и велеть казнить зазнавшегося чародея, но он хотел унизить его сильней, чем просто уменьшить его рост путем отсечения головы.

СОРВ – Система Общих Решений Владык. Это особый магический инструмент, который вмещает в себя общий алгоритм действий и решений владык. СОРВ впитывает ауры и импульсы сознаний Владык Эгламириады, а затем выдает их решения в любой точке, где есть сфера. Владыки и парламент не смогли без систем коммуникации поддерживать мир и порядок в Эгламириаде на территории разных планов. Отдавать власть и управление местным и, тем самым, ещё больше раздувая штат управленцев, которые могут принимать решения, идущие вразрез с общим глобальным замыслом Эгламириады, они не могли.

А система и не расскажет почему она так решила, а готовое решение при этом выдаст. Однако использовать её для любых решений тоже не было возможности. Так как мелкие дела вообще ей не воспринимаются, ведь Владыки о таком не думают. Или думают слишком масштабно, не исполнимо для остальных. Соответственно, алгоритмов и записи их решений на такие вопросы нету. И так же, она все таки судит обобщенно, не вдаваясь в подробности. Не говоря уже об ограниченном их количестве, в связи с тем, что никто не знает как их производить. Они были созданы во времена Черного Принца из загадочного материала, который не был более нигде обнаружен.

Также СОРВ необходимо часто обновлять, отправляя их на собрания Владык. Для впитывания.

– Откуда у тебя сфера? Обычно их выдают только назначенному органу власти, в уже присоединенном плане для решения глобальных проблем. Твоя деятельность не попахивает глобальностью.

– Так скажем, мои покровители смогли временно ей поделиться.

– Ммм. Покровители. Дебильная система. Если этой фигней помахать на собрании, то все вдруг забудут свои аргументы и пойдут выполнять, то, что скажет им шар с засохшими мыслями Владык.

– Килреад. Ведь это единственный шанс угомонить тех, кто перестал слушать глас разума. А ведь кто может быть мудрей Владык? Даже часть их мудрости выше нашего осознания. Или ты сомневаешься?

Килреад промолчал.

– Запись пошла, Кардинал. На самом деле, как только вы вошли в кабинет всё уже работало. Я лишь добавлю. Ваша аура не поможет допросить того, кто в мантии Чёрного Принца. Найденные его артефакты хранятся в университетах высших наук в Эгламириаде. А они являются частью управления владык магии. И именно они ближе всех к разгадке его артефактов. Обычные бойцы с мечами не схватят левитируещего врага. А вот чародей – вполне.

Милтоас замолчал и глубоко вздохнув произнес пламенное:

– Взываю к мудрости Владык Эгламириады, явите же свое решение, кто должен заниматься делом Открытых дверей и изувера похитившего Мантию Черного Принца? Орден Созидания под покровительсвом Флакися Пелфора и назначенного им управляющего в Подзотче лица – Милтоаса Перге или Черные Кардиналы?

Светящиеся огоньки в сфере закружились. Какие-то загорались ярче, какие-то оставались на месте. Как и на реальном собрании Владык. Ведь Владыки знают точно кто из них за что отвечает. И, соответственно, не лезут в дела друг друга.

Огоньки успокоились и скрылись с поверхности сферы. Заместо них появилась надпись составленная из этих огоньков, гласящая: «Кардиналы. Круг созидания в подчинение».

Милтоас застыл в шоке от решения СОРВ. Ему утверждали – система выберет его. Но проверить это заранее нельзя. Ведь все решения фиксируются и затем передаются вместе со сферой в Центр СОРВ. И если заметят подделку вопроса и подготовку к нему заранее – наказание смерть. Но, все же, Милтоас был уверен в себе. До этого момента.

– Эй чародей. Переверни шар – улыбался Килреад.

– Что? – Милтоас поспешил убрать сферу обратно в сундук.

– Мудрость Владык не может быть осознанна их слугами. Или как ты там сказал, а?

– Я выполню решение СОРВ. Но.

– Никаких но. Было четко написано. Ты в моём распоряжении. Кстати, разве такое когда-нибудь случалось? Кардинал брал под командование магов? Точнее целый круг плана. Говорю же, дебильная система.

Килреад покинул шатер чародея. Вместе с Гернасом и отрядом Сэта они отправились из лагеря в форт рядом с городом. Где вел свою службу главный воевода города и, по совместительству, брат правителя – Тенес.

По пути Гернас вспомнил допрос Хотча.

– Слушай, как давно мы не доходили до второго вопроса?

– Давно.

– Знаешь, что я подумал. Люди могут неверно истолковать нашу суть. Кажется мы выбираем правителя среди просто «добряков» – не смотрим на остальное.

– Какой то у нас не такой имидж. – понял Килреад. – Мне теперь продолжать допрос, когда всё итак ясно?

Второй вопрос:

«Если бы этот король/претендент на ваше место, которого вы не убили был тираном. Что тогда? Вы бы убили его?»

Первый шаг

Лицо Во Тьме знал: у него есть пару часов форы. А может и больше. По прибытию в Харес он спокойно разгуливал по городу. От ранения в виде арбалетного болта не осталось и следа. Более того, не было дыры и на самой Мантии.

Лицо Во Тьме замер на площади увидев человека, подобных которому он раньше не встречал в Подзотче. Кожа того человека темная как уголь. Человек был одет, в порванную по краям рясу и опирался на кривой дубовый посох. Он стоял на пледе, расстеленном на залитой водой земле. Этот человек вел себя странно. Он был босой, хотя сейчас очень холодно и, увидев Лицо Во Тьме, он начал танцевать на своем пледе, хлюпая ногами по грязи.

Затем человек замер, глубоко вздохнул и закричал:

– Вспомните же ложность своих жизней. Вспомните же свободу, которой не будет ибо мир наш, это мир истязаемого бога вечно в муках, пребывающего от зверя во тьме. Бога без свободы и сил, чтобы слепить все воедино.

Люди с площади оперативно подозвали стражников, которые схватили его за подмышку и утащили с площади.

«Кажется с ним есть о чем поговорить». – Подумал Лицо во Тьме. Пройдя чуть подальше он заметил новшество в городах Подзотча, а именно розыскной плакат с очертаниями человеческой фигуры, сплошняком закрашенной черным. «Ну и ну. Уже и не погулять спокойно».

Он покинул улицу сразу, как увидел женщину, тыкавшую на него пальцем издали. Его внимание сейчас полностью посвящено поиску местного правителя. Правителя, который возможно знает его. Либо правителя, который интересен Существу по другой причине.

В этот раз Существо не ждал ночи для посещения Лорда Толима. Он ворвался к нему в покои днем. Не обнаружив Лорда он последовал за ним вниз, в зал для аудиенций. Но и там правителя не оказалось. Было решено искать того во дворе, предварительно рассмотрев портреты, которыми щедро увешаны стены замка. При этом – это один из беднейших замков, посещенных Существом. Целиком из дерева. Роскошной мебели не было. Слуги не шатались по просторным коридорам.

Вообще Харес славился тем, что Лорд Толим был затворником. И жил не внутри Хареса. А его брат Тенес, не будучи правителем официальным, распоряжался всем в городе. И следил за непутевым братом, который в свою очередь изредка выбирался в город с охраной, приставленной ему с распоряжения брата воеводы.

«Времени мало. Эти перцы в черном найдут меня раньше, если я буду ждать ночи. Ладно».

Лицо Во Тьме вернулся в центр города. побродив по которому, он встретил множество озадаченных от его внешнего вида глаз. На территории Эгламириады никого не смутит разряженный колдун, эльф, гном или ещё какой необычной внешности персонаж. Но это был недавно прибавившийся к области Эглы план вассал, люди которого ещё не привыкли к подобному.

Существо услышал как дети оббегают соседские дома, стуча в двери и предупреждая хозяев о неких гостях. Мол, возможно те самые, напавшие на Хотча. Лицо Во Тьме на всякий случай достал сферу из бездонного мешка на пояснице и поднялся на крыши. Пройдя по крышам туда, откуда бежали дети он увидел как двое людей в латунных масках шли по улице. Люди вокруг разбегались, кто куда.

Существо восхитилось: «Вот оно. То что надо. Только вот долбанная мантия». – попытался он ударить себя фигуркой на рукояти Трости по голове. – «Ладно продолжу идти за ними. Может эти недобессмертные мне подкинут идейку».

Двое в желтом зашли за угол, покинув просторную улицу. Лицо Во Тьме проследовал крышами за ними. Настолько увлекся этими двумя, и даже не заметил хвост из стражников с дворянином, шедший за ними. А теперь и за ним.

Двое в желтом остановились у двери в сарай на заднем дворе заброшенного дома. Оглянулись. Лицо Во Тьме спрятался за трубу камина на одной из крыш. Эти двое одеты в одежду, которая почти не скрывала их накаченных тел. Они были шире и крупнее большинства людей, которых видел Лицо Во Тьме.

Они достали гвоздь и молоток. Затем один из них приставил гвоздь к двери и вбил его молотком. После открыли дверь. С крыши Лицо Во Тьме разглядел за дверью, украшенные мягкой тканью бордового цвета стены. Из двери повалил дым. Не от пожара, а от курительных смесей. Настолько яркий аромат заполонил улицу. Такие запахи в Подзотче ещё не гостили.

Двое в желтом шагнули за дверь. А дверь так и не успела закрыться за ними. Ведь Лицо Во Тьме моментально спрыгнул с крыши, и растянув Трость прям до ручки двери, подхватил ту и потянул на себя. Слегка, чтобы зашедшие внутрь и поманившие на себя для закрытия дверь, не заметили свет с улицы.

«Зачем я её словил? Нету дверей недоступных мне». – задумался Лицо Во Тьме. Он сразу осознал зачем. Просочился внутрь и исчез с улицы. Его поглотили запахи табака и шум оживленной беседы внутри.

Стражники подождали несколько секунд и последовали за незваными гостями города. Войдя внутрь они оказались в маленькой комнате с мягкими, будто диван, стенами. Впереди в арке висела бордовая ткань, с кучей металлических шариков на нитках. Эта занавесь скрывала следующее помещение, откуда валил дым, и впридачу смех. Здесь же стояла небольшая стойка, на ней сверкал латунный звоночек. Как в отелях и гостиницах.

Стражники с дворянином решили в него не звонить и войти без приглашения. Они ожидали увидеть притон, затаившийся у них под носом, но уж точно не такой большой. Отодвинув ткань и пройдя дальше, они оказались в огромном помещении. Множество столов, с сидящими за ними странными личностями. Барная стойка шириной в несколько десятков метров. И один единственный Бармен, с ужасающе пустыми глазами. Он передвигался за ней словно скользил по полу вправо-влево. Он один обслуживал сотни гостей своими коктейлями, без остановки наполняя ёмкости для алкоголя.

Никто не обратил внимание на стражу и Лорда Толима. Поэтому у них появилось время разглядеть все получше. Они увидели, как тарелки сами летели в воздухе, появляясь из дыры в стене и позже долетая до столов с гостями. Они видели, как огромный великан в красном сидел на маленьком барном стуле у самой стойки бармена. С его штанов свисал ремень, завязанный вокруг тяжёлого каменного шара, повисшего в двух сантиметрах от пола. Тусклый свет озарял фигуры гостей. Странные, вычурные одежды. Маски из костей, капюшоны у каждого второго. Яркого цвета плащи. Явно не для маскировки.

Наверх вели лестницы. Там не было второго этажа. Точнее это был простеленный тонкой линией пол у стен, стоящий на колоннах. И множество таких же арок. Ведущих в комнаты, подобной той, откуда пришли двое в желтом и остальные. Кстати, тех двоих в баре видно не было.

Шум местных бесед же стоял такой, что на улице никак нельзя было его не услышать. Это смутило Толима, но как он подумал все можно объяснить какой-нибудь магией и чертовщиной.

Вдруг бармен резко взглянул в их сторону. Точнее сквозь них, прямо в тень угла этого зала за ними, около арки. За спиной Толима послышался стук Трости об пол.

– Ну и что дальше? – поинтересовался Бармен. По какой-то причине его было слышно поверх всего прочего гула голосов и звона бокалов.

– Я просто решил осмотреться.

– У тебя нет допуска. Пора уходить.

– А у этих есть? – указал Существо на стражу с Толимом.

– Нет. Пусть и они убираются.

Остальные существа и люди в баре не обращали внимания на этот разговор. Вообще, здесь никто никогда и не ждал незваных гостей. То, что они прошли, стало крайне уникальным явлением для этого места, а потому и оставленным без внимания. Такого просто никогда не происходило.

Толим вышел вперед стражи и обратился к Бармену:

– У меня-то нету пропуска? Какой ещё пропуск нужен тому, кто в этом городе всем управляет? Вы в своём уме?

– Здесь вы ничем не владеете. Здесь никто ничем не владеет.

– Что за вздор? Поселились в заброшке и думаете, словно это не собственность города. Думает – это не моя собственность. Ха! Пойдёмте ребята. Приведем сюда гарнизон и посмотрим, что вы на это скажете. А ты поганец в розыске, прямо сейчас с нами пойдёшь. Стража!

Существо достал сферу покрылся зелёным свечением и поднялся наверх под высоченный потолок бара.

– Эээ. Как-то не получится господин. – сказал стражник.

– Носитель Мантии. Сегодня вечер без магии. Или на входе не видел надпись? – сказал Бармен.

– Но это же не магия, вы-то должны понимать.

После этих слов посетители бара все таки включились в разговор. Пока как наблюдатели. Но некоторые разозлились. Из-за незваных гостей обслуживание остановилось. Один из посетителей взял деревянный поднос и со всей силы бросил его в одного из стражников. Сильно. Стражник без шлема вылетел за арку с тканью. А его ноги торчали в зале.

– Эй Юдж. Эй! – крича, забежал туда другой стражник. Поднос разломился об голову Юджа, да так что раскурочил ему все лицо.

– Валите-ка отсюдова. Не знаю чем руководствуется Бармен, раз говорит – вас нельзя убить, но уж внемлим его мудрости. – произнес, не оборачиваясь, Великан в красном.

– Мы в меньшинстве Лорд. Предлагаю отступить. Соберем гарнизон и вернемся.

– Музыка. Ты слышишь? Тут нет музыкантов, но она такая громкая. – произнес Юдж.

– Слышу. – ответил сидящий над ним стражник.

– Черт. Я сейчас вам. – достал оружие стражник в малой комнате. Не успел он выбежать как рука Лорда коснулась его плеча и он объявил отступление.

Взор бармена всё ещё сфокусирован на Существе, левитирующем под потолком. Там царила непроглядная темень и высота потолков подобна потолкам в самых просторных замках. Однако бармен видел его отчетливо. Лицо Во Тьме впервые почувствовал угрозу. Его нутро бушевало. Ему пока не по силам ребята, собравшиеся здесь.

Лампы на тонких лентах пролетели под потолком, расставились друг от друга на равном расстоянии и зажглись ослепительным, от неожиданности, белым светом. Теперь Существо видели все гости заведения. Бармен, натирая до блеска стакан, сказал:

– Это Бары. Мы нигде и везде. Но выход ты знаешь где.

– Почему мы его просто не убьем? – спросил гость в синем.

– Потому что на нем козырные шмотки. – рассмеялся Великан.

– Ясно. Красные. – проскрежетал человек в синем.

Он достал копье и закинул его за плечо, целясь в Существо.

– Хватит. – Бармен поднялся над стойкой. Его рабочий фартук тянулся на несколько метров вниз. Удивительно как он передвигался до того, как вытянулся в длину на десяток футов, а фартук все ещё покрывал все его тело. Никому нельзя заглядывать за стойку. Таково основное правило. Поэтому и постоянные гости Баров удивились увиденному.

Бармен, уже очень громким голосом, мало напоминающим человеческий, заявил:

– Мы нигде и везде. И бары наши никакие и любые. И правила у нас никаких и при этом много их.

Лицо во тьме непроизвольно напрягся: «Что за околесицу несет этот дылда?»

Существо судорожно оглядел двери на крыле второго этажа. Они были похожи на ту, через которую он попал внутрь.

«Да, пробраться здесь будет проще. Но может ещё подождать? Они явно знают побольше».

Как только он об этом подумал, в нескольких сантиметрах от него пролетело копье и разбило лампу, застряв в стене.

Внизу раздался хохот:

– Синие настолько средненькие, даже попасть во врага не могут. И как вас так много в живых осталось? – смеялся великан вместе с другими гостями.

– А сам-то давай попади.

– Ну ладно. Давай попаду. – Великан встал из за стола.

Он достал огромный обточенный камень со своих ремней. Судя по всему, швырять камни было его фишкой.

Великан занял позу перед броском. И в этот момент одна из мелодий, покрывавших этот зал, усилилась. Гулкие, будто бы ненатянутые барабаны зазвучали громче остального оркестра инструментов. Гулкие барабаны и прижимающий к полу гул, подобный которому раздается в каменоломне после взрыва породы.

Существо вытянул Трость до перил второго этажа. Если бы можно было увидеть его глаза, то сейчас они бы вылетали из своих орбит. Первый раз он ощутил такую угрозу. Все пространство покрылось этой силой, силой Великана. Это была его музыка. А сейчас тело Существа расплющилось бы от этого камня, словно от прямого попадания катапульты. Взорвалось бы, если бы у него не было Трости, открывающей все двери.

Стук Трости по поверхности двери и Лицо Во Тьме уже оказался на улице Хареса. Влетев в город, по инерции своего побега он упал прямо в грязь. За ним стояла какая-то лачуга. Не тот сарай, через который он попал в Бары.

Вокруг ни души. Лишь светило на небе указывало Существу на время, проведенное в Барах. «Как это? Я был там несколько часов». – удивился он. «Зато теперь я знаю, лорд отправлялся в замок. Или обратно в сарай. Или к местному воеводе. Или куда-то ещё. Тьмина. Ни хрена я не знаю».

Вдруг небо покрылось голубоватым фильтром. Привычно белая пелена облаков выглядела голубоватой. Существо сконцентрировался на увиденном и осознал – это дело рук людей. Но недостаточно сконцентрировался, чтобы понять в какой он оказался ситуации. Его окружили. Он стал поглощен идеей попасть в Бары. Найти хоть кого-то, кто сможет достать его из Тьмы капюшона.

Несколько часов назад

К возвышавшемуся на холме форту подъехал отряд людей в черном. Изучив гостей с помостов стен, стражники и не думали не открыть ворота. К ним прибыли Чёрные Кардиналы. Это был не крупный форт, но явно повидавший сражения. То тут, то там на стенах оставались следы от ударов. Будто чьи то кулаки были способны оставлять на камнях глубокие следы от ударов. Около двери в основную залу форта вонзено копье. В каменную стену так глубоко, что достать его так и не получилось. Вокруг копья стена пошла трещинами. А местный воевода решил не спиливать оружие, а оставить на память о чудовищных силах врага.

Войдя внутрь, Кардиналов встретил сам воевода, озадаченный приездом столь высокопоставленных лиц Эгламириады к нему. На лице его промелькнула улыбка и он засветился от гордости. Воевода пригласил жестом Кардиналов за стол для переговоров в комнате штабе на верхнем этаже. До этого момента за Кардиналов говорили только члены их свиты бойцов. Когда они уселись за стол, бойцы покинули комнату и Кардиналы остались наедине с воеводой и с Милтоасом, спрятавшим лицо под лазурным капюшоном своего плаща.

Кардиналы тщательно сверлили взглядом воеводу, однако Тенес не со страху, а из любопытства все-таки начал разговор сам, разрушая давящее молчание, воцарившееся с их приезда:

– Уважаемы Кардиналы Эгламириады, зачем вы пожаловали ко мне, простому воеводе небольшого города на Узкой Земле? Неужели требуется допросить и меня. Знайте – я конечно не против. Кардиналы удивились готовности Тенеса пройти допрос. – Но, как я помню, там должно быть много свидетелей. – продолжал он.

– Верно. Должны быть свидетели. – ответил Гернас. – Но мы здесь не потому.

– А почему же?

– Потому что в этом плане нам пришлось убрать множество правителей с их постов. Правителей которых уважали, которых ценили их граждане. Но в результате вмешательства одного Существа эти правители более не способны к правлению. А каждый следующий город в Подзотче встречает нас хуже предыдущего. Так как люди стали мнить, словно мы собираемся сделать из Подзотча не свободный план вассал, а сделать из него часть Эгламириады под нашим полным руководством.

– Хм. Это все, потому как люди не понимают – вы тут уже давно всем полностью руководите. Ну не лично вы, а Империя точнее. Эгламириада. – подметил Тенес.

Кардиналы ещё раз удивились спокойствию и осведомленностью Тенеса.

– Названный брат. Так вас называют здесь, верно? – Спросил Гернас, предварительно изучив информацию о Тенесе.

– Так.

– Вы появились в Подзотче во время жатвы Бессмертных и смогли сплотить людей местного лорда Толима. Благородя вашим тактическим решениям, Бессмертных, напавших на Харес удалось заставить биться с вами целую неделю около форта, конечно с поддержкой Эгламириады с другой стороны, но всё же. Только вот в Подзотче никто не знал о Бессмертных ранее. А вы проявили себя слишком хорошо, чтобы считать это удачей или природной одаренностью, Тенес. – сказал Гернас. – Вы точно знали – открытый бой принесёт поражение. Укрыли людей в форте, будто на вас напал не десяток в жёлтом, а целое войско.

– Ну раз вам интересно. – Тенес пригляделся к Гернасу. – Я из плана, уже павшего от жатвы Бессмертных.

Кардиналы не уловили ложь. И Тенес это знал. Он знал – соврать и выдумать хоть бы что – не получится. Но соорудить ложь из лоскутов правды и, тщательно следя за собой, можно незначительно обмануть Кардиналов.

В дверь переговорной постучал слуга. Он вошел и рапортовал.

– В форт прибыл Лорд Толим.

Сразу после стражник покинул комнату и озадачился. «Лорд Тенес какой то другой».

Тенес ощутил как изменилась комната. Всё в ней стало реальней и аура Кардиналов полностью заполнила помещение. Поэтому, опережая ситуацию, он сказал: я встречу своего брата внизу и приведу сюда.

Килреад утвердительно кивнул. Когда Тенес покинул комнату Кардинал спросил Милтоаса:

– Всё таки в отчётах были подозрения. Он колдун? – спросил Гернас, смотря на Милтоаса.

– Могу лишь сказать, у него есть задатки к этому. Либо он их тщательно прячет, либо и сам о них не знает. Незарегистрированный колдун в управление вассалитетом – это проблема. – сказал Милтоас, снимая капюшон.

– Сейчас это не важно. Если у него не ковырялись в голове и он имел дело с магией, это только нам на руку. – вставил Килреад.

Вновь забежавший в комнату слуга попросил Кардиналов спуститься вниз и продолжить разговор в большой зале. Спустившись, они увидели как два брата стояли поодаль друг от друга и громко разговаривали. Толим, заметив Кардиналов, ринулся к ним. Тенес остался стоять у входа.

Толим был нервным и вечно взволнованным правителем, который при этом особо ничего не делал, поэтому не ясно было о чем же он всегда волнуется. Но в этот раз причина оказалась весьма реальная.

Толим попытался пожать руку Кардиналам. Но Килдреад только отмахнулся. Гернас же пожал руку лорда.

Толим с дрожью в голосе сказал:

– Кардиналы. Как хорошо, что вы здесь. Эта тварь в черном тут. А ещё эти сволочи в сарае. Целая толпа.

– Что за сволочи? И где Существо? – спросил Килреад.

– Да он с ними заодно. С этими утырками из бара. Там целая орава. И варвары, и убийцы, и великан.

– Только вот, когда мои люди решили проверить это место, там стоял только сарай. – прервал рассказ Толима названный брат. – И следов Существа мы тоже не обнаружили.

– Если это не произошло на самом деле – значит видение. И видение лицезрел лорд Толим – значит голову вскрыли не ему, а одному из стражников. – предположил Гернас.

Остальные согласились с идеей Гернаса. Подобное видение связанно с тьмой и какими-то сильными воспоминаниями. Сейчас нет времени проверять стражников. Возможно, Существо ещё не скрылся. Ведь он так и не заполучил голову Толима.

Килреад поразмыслил пару минут и предложил всем действовать по плану, составленному им с Гернасом и Милтоасом. План этот похож на захват своего же города. И все сочли его наилучшим решением, когда надо поймать того, кто может передвигаться по воздуху и стуком Трости выводить из строя целые отряды.

Уже через час гарнизон Тенеса, вместе с ним во главе, двинулся по границам города, расставляя посты. Их цель – никого не выпустить из города и защитить магов круга созидания, которые собирали свои установки для барьера. Барьера из энергии.

Для плана захвата будет необходимо все время сужать барьер, для этого и войска будут стягиваться ближе к центру. Конечно, ни один сенсор и барьер не засечет Лицо Во Тьме, но такой барьер нужен для возможности засечь вообще любое движение, проходящего сквозь него. И не важно насколько он сокрыт, барьер будет действовать как полотно ткани. В месте, куда попытается проскочить Существо барьер, как ткань, натянется и известит своим поведением о нарушителе. При этом сам барьер не лопнет, а просто натянется за этой точкой. Маги этого не упустят и туда сбегутся все отряды. Этот барьер подготовил Милтоас со своим кругом.

Полотно

План начался, как раз, когда Лицо Во Тьме покинул Бары и вернулся в Подзотч. Поднявшись на крышу невысокой башни посреди жилых домов, он взглянул на барьер, окруживший весь город. Присмотревшись вдаль с высоты, он заметил гарнизон, растянувшийся тонкими рядами по периметру города.

Барьер был замкнутым, но развевался от потоков ветра снаружи, образуя вогнутые части. Отследив их, Существо осознал: барьер подвижен, мягок и просто натянется там, где он пройдет. И тогда все ринутся за ним. А ведь воины Кардиналов слонялись и внутри барьера. Гарнизон снаружи. Его в любом случае зажмут с двух сторон. Однако есть и вариант уйти наверх. Однако сейчас светло, и по черной точке в небе сотня стрелков, скорее всего, попасть сможет. К тому же, Лицо Во Тьме знал: скорость его «левитации» медленней бега и не сильно быстрей темпа расслабленной прогулки.

«Меня подстрелят, это уж наверняка. Надо ждать ночи. Но чего там эти шарятся?» – взглянул он на отряды бойцов кардиналов по пять человек.

Оставляя двух человек с арбалетами на улице, трое бойцов забегали в дом выводили людей, потом обыскивали каждый угол в помещении. Таких отрядов было больше тридцати штук. Сосчитать точно Существо не мог. Он видел только один отряд, не сокрытый крышами и фасадами зданий. Но догадался по шуму – это происходило по всему городу.

«Люди начнут панику и я выберусь». – надеялся Лицо Во Тьме. И в этот момент под всем куполом барьера раздался, усиленный заклинанием чародея, голос Толима:

– Дорогие граждане Хареса. У меня для вас прискорбная весть. В наш город пробрался враг. Враг, который прошелся по Подзотчу, отравляя умы правителей и вельмож. Но, благодаря работе Черных Кардиналов Эгламириады, сегодня мы схватим его. Для этого вы должны собираться в группы под руководством наших стражников и слуг Кардиналов и двигаться к одному из четырех выходов. Но только лишь те люди, в чьих домах уже был проведен обыск.

Чуйка Существа подсказала ему: такое усиление голоса невозможно провести за барьером. Следующие слова Толима это подтвердили:

– Если вы не верите своим ушам, то придите и взгляните мне в глаза. Я стою на площади нашего славного дома и сейчас мы вновь защищаем наш город от немыслимого. И мне нужна помощь моего народа.

Для граждан Хареса показалось странно видеть своего Лорда в таком ключе. Обычно он еле-еле выполнял свои обязанности, сложно было даже подумать о том, как обратиться к нему за помощью. А тут преисполнился такой решимости. Так что многие люди и вправду решили проверить, свой ли правитель на площади.

Однако были и другие, на кого вся ситуация с барьером и вооруженными обысками повлияла весьма угнетающе и пугающе. Некоторые и думать не хотели заходить ещё глубже в оккупированный город, а изо всех сил пытались пробиться к выходам. Однако, никто пока не рискнул пройти через сам купол, не зная его свойств. И правильно. Чем меньше его площадь, тем сильней он становился и обретал новые свойства.

Вороны Кардиналов кружили по городу, передавая сообщения об обысках и эвакуации. Килреад с Гернасом стояли внутри дома, подальше от одного из четырех выходов самого барьера. Вороны на их руках и руках слуг сменялись каждую минуту, залетая через открытые ставни окон. Сорок отрядов и маги со стражниками посылали отчеты о каждом шаге и каждой подозрительной активности.

Килреад отмахнулся от следующего ворона.

– Хватит с меня этого. Рульф, повышаю тебя до отдела связи Кардиналов. – сказал он своему слуге оруженосцу.

Выйдя из дома, забрав у слуги поводья своей лошади Килреад залез на неё.

– Гернас, напиши Толиму, пусть припугнёт, будто барьер расплавит проходящих мимо, как мы и планировали.

– Паники уже больше, чем мы ожидали. Ты уверен?

– Ну можешь сказать так: «Взорвет, разорвет на куски, сожжет мозги, остановит сердце».

– Ясно. – покачал головой Гернас, записывая сообщение.

Гернас оказался прав насчёт паники, нараставшей у гражданских. Видел, как они ломились сквозь ряды стражников, толкали своих соседей, лишь бы стать вперёд очереди. Как уже в одних из первых домов с обыском выказалось сопротивление и как неохотно люди подчинялись указаниям стражи и бойцов Кардиналов. Шум на улице стоял невозможный – все кричали и ругались, отстаивали свои права. Которые, несомненно, были и есть.

А каждому отдельному человеку сложно в точности донести идею до такой странной, но все же власти Кардиналов. Ведь ни Килреад, ни Гернас и не спрашивали парламент или Владык об этой операции. Они не ждали разрешения, как исполнительная власть, однако – они все делают сами. И как объяснить людям, что какие-то люди в черном в любой момент могут вынести им приговор без суда и адвокатов? Это ещё одна причина того, почему многие пытались покинуть город как можно скорей. И, осознавая это, Кардиналы всё же встали подальше от самого прохода, где будет проходить толпа.

Килреад верхом на лошади сказал Гернасу:

– Я думаю, мы провернем и часть один а и один б.

Причина этих слов скрывалась в конверте, только что изъятым из клюва очередного ворона.

Лицо Во Тьме забрался на здание ратуши, возвышающееся над городской площадью. Толим стоял на сколоченной из досок сцене. Вокруг стояли поодаль друг от друга всего около десяти стражников. На площади скопилось много людей, с вопросами к своему лорду. Однако стражники игнорировали их и всматривались в крыши и закоулки.

«Понятно. Меня ждут. Есть ли шанс? Есть ли шанс, что полудурошный лорд знает?» – сомневался Лицо Во Тьме.

Тем временем барьер сузился еще на несколько кварталов по кругу. Сорок отрядов по пять человек без передышки обыскивали здания. В городе было около семи сотен жилых построек и успеть проверить все – необходимо до вечера. Однако, с таким населением и количеством только жилых зданий (не считая производственных, трактиров, казарм, ратуши, сараев, складов), сорока отрядам до наступления ночи никак не управиться. Но Лицо Во Тьме об этом не думал. Он уже готовился спрыгнуть на голову одного из стражников, стоящего за Толимом на самой сцене. Бежать и не узнать. Бежать и попасться. Нет. Взрыв его тьмы должен поглотить всех стражников вокруг сцены и он доберется до Толима.

Сцена стояла на небольшой площади, окруженная с трёх сторон зданиями. Одно из которых – ратуша. На её крыше и скрывался Существо. Оба других здания были чуть ниже пятиэтажной ратуши только за счёт меньшей высоты потолков и меньшего по высоте фундамента. Сами здания сделаны из покрытого светлой краской камня со множеством декоративных деталей фасада. Из дорогих окон за площадью следили люди Кардиналов и стражники. Крыша ратуши при этом была залита тенями от торчащих мезонинов. В этих тенях и спрятался Существо.

Заметив арбалетчиков в окнах он осознал свою ошибку. Залезть сюда незамеченным как-то удалось. А вот выйти. Да и зачем? В Баре сбежал и тут ещё? Нет. Они уже заметили его. К тому же сколько ещё потом ждать подходящего момента, чтобы вскрыть голову лорду. Опять прятаться, тратить время. Всё равно – бояться нечего. Существо достал шарики и принял решение. Шарики взорвались тьмой, окутавшей крышу. Арбалетчики среагировали и стали ждать, целясь в разные стороны крыши. А мрак клубами дыма падал вниз, скрывая Существо.

Спрыгнув с крыши, и держа Сферу в руках он с управляемой скоростью падал вниз. Со скоростью достаточной, чтобы сбить с ног стражника и не сломать свои. Перед самым приземлением он услышал пронзительный свист. А также множество людей заорали, при виде черного пятна, спускающегося на сцену. Камень прилетел в его плечо, выбив Сферу из рук. Он такого не ожидал. Не верил раньше и даже сейчас – простые обыватели, скопившиеся у сцены решили закидать его, пока он спускался.

«Слишком высоко начал. Надо было прыгать с балкона». – подумал он под шквалом камней, падая на доски сцены. Арбалетчики упустили возможность его подстрелить. Да и не хотели убивать цель.

Толим со стражей быстро покинули сцену и встали впереди толпы, обнажив оружие. Толим прокричал народу остановиться. Хотя, это было не обязательно, камней на площади больше не оставалось.

Корчась от боли целых десять секунд, Существо встал на ноги. Взяв Трость под рукоять двумя руками, словно меч, он вонзил её сквозь щель между досками под собой. Когда трость коснулась доски, черный дым плотный как краска взмыл струями пламени вверх по двум диагоналям, и Трость, которая по всем параметрам не должна была поместиться в щель, прошла внутрь. Она с легкостью пробила плоть, спрятавшегося под сценой Фарфа из отряда Сета.

Затем вынул Трость из щели и тела бойца. Стража увидела, что под Тростью сверкало изящное, тонкое лезвие длиной с саму Трость, покрытое кровью. Однако, он не снимал чехол или ножны, они просто растворились в воздухе перед ударом. Окровавленное лезвие, направленное на лицо Толима со сцены и поза Существа говорили сквозь сам мрак капюшона – он усмехается. Однако, доски, установленные по краям сцены, с треском вылетели на плитку и оттуда вывалились несколько бойцов. Существо прекрасно знал кто был там и знал – после первого его удара они не побрезгуют лечь на пол. Какая бы грязь там ни была. Потому он больше и не бил вниз.

Двое бойцов с разных краев поднялись на сцену. Облаченные в утяжеленную версию брони бойцов Кардиналов, они медленно сближались с Существом, который так и указывал клинком на Толима, вычурно отклонившись туловищем назад.

Площадь опустела. Многие разбежались после того, как закиданный десятками камней, и упавший с высоты нескольких этажей на спину, Лицо Во Тьме встал, как ни в чем не бывало. У Толима и стражи закрались в голову страшные мысли: возможно, их враг – Бессмертный.

– Мой лорд. – простонал один из стражников – Я думаю с такими, как он, люди Кардиналов лучше справятся.

– Уходим. – тихо сказал Толим, развернувшись от сцены. Стражники заметили ужасную гримасу на лице лорда. Страх, парализовавший мышцы его лица в ужасной гримасе, страх перед вечными муками, которые с радостью предоставляют Бессмертные. Бесплатно.

Выглядывая из окон домов, окружавших площадь, остальные бойцы отряда Сэта были готовы расстрелять противника из арбалетов. Немод прорычал недовольства Сэту:

– И какого этот трус сваливает? Он рушит план.

– Враг взял и встал. Когда люди закидали его камнями. Я подумал как нам повезло. Но теперь все мы думаем: а не непобедим ли наш враг? Вдруг Бессмертный? А стоит ли нам сражаться дальше? Нет, нам не повезло. Теперь мы знаем, что нас ждет. – бубнил Сэт.

– Какого хрена ты несешь Сэт. Ты капитан или кто? Командуй! Или думаешь этот черт хуже Кардиналов, которые узнают как ты просрался от страху.

– Совсем чокнутый. – проскрипел сквозь зубы один боец, сближаясь с Существом. Был он вооружен мечом и щитом, как и его напарник. Они начали кружить по часовой стрелке по сцене вокруг Существа.

– Мальчики, потанцуем позже. А сейчас мне надо вот за тем. Который в короне или что это у него на голове. – указал он, на убегающего Лорда.

Высунувшись с балкона, девушка стрелок из отряда Сэта прокричала на всю площадь.

– Он уронил Сферу! Подстрелим ублюдка!

Бойцы быстро спрыгнули со сцены. Со всех сторон стрелки меткими выстрелами из арбалетов вонзали болты в доски сцены. По непонятным причинам Лицо Во Тьме опять взлетел. Он моментально растянул Трость, которая уже перестала быть клинком, рукоятью к столбу на площади и притянулся к ней, вернув Трость в нормальный размер. А не разбить голову об столб ему помогла Сфера, затормозив приземление. После, он стукнул по двери ратуши и забежал внутрь.

– Тайта какого хрена. Вон она у него в руках была. – ругался её партнер – стрелок с соседнего балкона.

Потом он вспомнил кто получил удар лезвием под сценой и замолчал.

– Но. Но. Я видела как она упала.

– Перед атакой я видел, как она растворилась в сгусток тьмы, который позже тоже исчез. – говорил один из бойцов в другом здании своему напарнику.

Всего было двенадцать стрелков. По двое на сектор. Высунувшись в окно, Сэт прокричал:

– Половина – обогнуть здание! Остальные – берем оружие для ближнего боя и в ратушу под руководством Ниты.

Нита и ещё несколько бойцов вбежали на площадь из переулков, где они скрывались под строительными лесами, укрывшись тентами. Вбежав в ратушу, несколько бойцов тут же оказались в непроглядном мраке. Нита остановила остальных. Тонкая струя крови, вылетев из непроглядного мрака, легла на блестящие латные вставки одного из бойцов у двери.

– Черт. Во мраке его не взять. – прокричала она в сторону балконов.

– Поджигаем. – послышался ответ Сэта издалека.

– Покинуть площадь! Обогнем ратушу на лошадях. Они у площади. – командовала Нита. Двое бойцов подготовили зажигательные смеси и закинули их через дверь в ратушу.

План «А» состоял в том, что отряд Сэта и ещё несколько подразделений, должны вступить в бой с Существом и держать его на улицах, так как из-за способностей, связанных с тьмой, бой в помещении невозможен. А на улице тьму, на крайний случай, можно обстреливать из арбалетов. Также необходимо взять Существо – живым. Однако, ранее отмеченные регенеративные способности врага, развязывали руки отряду. Все бойцы уже понимали – если не сделать врага недееспособным, взять его не получится.

Обогнув уже разгорающуюся ратушу, они увидели следующее: Существо, выпрыгнув из окна на третьем этаже, приземлился на крышу здания, стоящего в упор к ратуше с задней стороны, и продолжил бежать, перемахивая с крыши на крышу.

Для многих бойцов не хватало лошадей. Ими обеспечили отряд Сэта и ещё несколько отрядов. Они-то быстро и нагнали Существо. Преследуя его вдоль дорог и тех зданий, по крышам которых он бежал.

Посмотрев вдаль, Лицо Во Тьме увидел, как быстро сужался барьер. Совсем не как раньше. Барьер сузили после сообщений отряда о контакте с врагом на площади. Теперь лишь треть города оставалась покрыта барьером. Однако и количество людей у входов было большим из-за того, что их осмотр задерживался. Ведь помимо Существа искали ещё Эльфа с его компанией, которые, возможно, где-то тут. По словам Ниты – они в сговоре с Лицом Во Тьме. Барьер сужался, а бойцы просто подводили людей к выходам, досматривая их.

Лицо во Тьме оценил ситуацию и решил: в любом случае сюда, по сообщениям этих отрядов, прибудут новые бойцы. Так что выход из барьера стал уже не самым полоумным вариантом. Затем, он остановился на одной из крыш, замерев от увиденного. Новый пузырь разрастался вокруг предыдущего на прежнем расстоянии. Именно там, где был первый барьер до стычки на площади. Это означало одно, выберись он из столь узкого барьера, он попадет в ещё одну окруженную зону. Значит, у них будет множество попыток скоординировать свои действия и поймать его. И они точно будут знать где он вышел впервые.

Однако, второй барьер нужен был и для проверки оставшихся домов. Для того, чтобы убедится в отсутствии Эльфа. Либо чтобы его поймать. Создать ещё один маги сейчас не могли.

Простояв несколько минут на месте, не понимая как поступить, Лицо Во Тьме впервые осознал кто за ним гоняется. Его личная история притянула за ним такую силу. Такая операция – и всё ради него одного. Он и сам не знал кем он был до получения Мантии. Но теперь понял – насколько эта Мантия и Трость делают его важным противником для столь могущественной силы. Для тех, кто способен ради поимки его одного, оккупировать целый город. Заставить паниковать все население. Подставить под удар столько воинов. «Да! они знают кто я!» – воскликнул он на крыше.

В этот момент, незаметно для него самого, погруженного в свои мысли, на крышу забралась Нита. Нита по кличке: «Бабочка Мясник». Обнажив два коротких меча с небольшими изящными гардами, Нита бросилась со спины на Существо. Не дав приблизиться достаточно близко к нему, Существо с разворота махнул Тростью по диагонали в её сторону, увеличивая во время движения длину Трости. Нита увернулась от выпада, но стала жертвой старой черепицы наклонной крыши. Она подвернулась на треснувшей под её ногой черепице и скатилась боком вниз с крыши.

Лицо Во Тьме замахнулся Тростью сверху, целясь в падающую Ниту. Но стрела, пролетевшая в паре сантиметров от его головы, заставила его передумать. Обернувшись, он увидел Краса, стоящего в плаще цвета черепицы, с натянутым луком и новой стрелой на тетиве. Между ним и Красом внизу оказался пустой двор. Поэтому отступить он решил в сторону упавшей с крыши Ниты, не давая лучнику его подстрелить.

К удивлению Существа, Нита не лежала где-то на земле с переломанными костями, а очень даже ловко приземлилась на ящики, скользнула вниз и заняла удачное место. Спустившись вниз, Лицо Во Тьме отвлекся на спешившихся бойцов и решил – девушка забежала за угол. Прикинув расстояние, он понял: со спины быстро она до него не доберется. Однако, Нита засела прямо за дверью в дом, между ящиков. Многие люди, в спешке позабыли закрыть свои дома. С пинка она открыла ее прямо в спину Существу, из-за чего тот упал на колени и локтями опустился в грязь.

Нита, подпрыгнув и замахнувшись из-за левого плеча двумя мечами, целилась под ягодицы, надеясь порезать сухожилия и оставить врага без движения. Ведь он так удачно стоял на коленях, корпусом вниз. Однако сразу после падения Лицо Во Тьме потянул за свой пояс, на котором висел бездонный мешок. И когда Бабочка Мясник замахнулась, он извлек из мешка изогнутый тяжелый кинжал и, упав на правый бок, кинул его левой рукой наотмашь в Ниту. Увидев движения Существа заранее, Нита поняла, что не успеет ударить и подумала: он атакует Тростью. Но все-равно решила не парировать и завалить вес вбок. Это интуитивное решение спасло ей жизнь. Ведь если бы она выбрала не самой упасть и перекатиться вбок, а парировать, то кинжал пробил бы ей горло.

Моментально вскочив на ноги, Нита ринулась яростно атаковать, поднимающегося врага. Существо парировал и блокировал её удары Тростью. Ранее против двух мечей он не сражался. И вообще никогда не сражался со столь яростным и умелым врагом. Однако, инстинкты, которые и дали все знания о своих способностях, привили ему и особый стиль боя, крайне непредсказуемый, хитрый. Так что, когда Нита отбила Трость и открыла позицию Существа, он моментально удлинил конец Трости и впился стальным наконечником в тонкий сапог Ниты. Затем Трость моментально уменьшилась, он развернул кисть и нарочно начал падать назад, уворачиваясь от атаки левого меча Мясника. Теперь Трость выдвинулась прямо в шею Ниты. Ударив сквозь легкую броню тупым наконечником, Существо заставил девушку отступить и запрокинуть голову, дабы продолжающая удлинятся Трость не пробила ей горло. А из-за травмы в стопе от прошлого удара, Нита так же не устояла на ногах и упала назад на спину прямо в лужу, разбрызгав воду вокруг.

Они оба лежали в грязи, оперевшись на локти. Вся их одежда была покрыта комками земли и каплями грязи.

– Паритет. Надо же. – изумлялся один из бойцов, наблюдавших сражение.

– Дерьмо. – Лицо Во Тьме услышал, как трещит черепица.

Это был Крас, забравшийся на ближайшую крышу. Существо оказался окружен, однако проделал старый трюк с Тростью и подтянулся к углу соседнего дома, стоявшего вдоль дороги.

– Чего встали как истуканы?! – завопила Нита, поднимаясь на ноги.

Она бросилась за Капюшоном.

– Крас, держи расстояние!

В это время другие всадники получили сообщение вороном о том, вдоль какой дороги бежал враг и отправились на помощь Ните.

За ратушей дороги шли параллельно друг другу. И попасть на соседнюю можно было только обогнув приличный участок, либо пробираясь через запутанную сеть переулков во дворах. Либо по крышам, как это делает Крас. Красу не впервой бегать по крышам, отстреливая головы.

Мясник Бабочка, так называли Ниту за её владение двумя мечами, а ранее двумя тесаками на улицах одного из центральных планов Эгламириады. И сейчас эти двое маньяков, подобранных лично Килреадом преследовали третьего – психопата. Помимо выполнения задания их мотивировала смерть Фарфа – ещё одного «маньяка» Эглы.

К малому барьеру стягивали больше людей. Многие люди из гарнизона присоединились к обыску между первым и вторым барьером. Однако, следов Эльфа обнаружено не было. Килреад же получил сообщение о состоянии боя между отрядом Сэта и Существом. Прочитав его, они вместе к Гернасом решили исполнить план один «Б» и верхом на лошадях помчались к ратуше.

***

«Почему, почему ты меня не слушаешь?» – Лицо Во Тьме теребил какой-то неизвестный артефакт в бездонном мешке.

Этот артефакт мог решить все его нынешние проблемы. Однако, как им пользоваться инстинкты не подсказали. Свернув на улочку поменьше, оглянувшись и убедившись в отставании врагов, Существо отворил дверь лачуги и спрятался внутри. Долго здесь просидеть не получится. Рано или поздно барьер сузится и все дома обыщут. Он услышал, как Нита с подручными пробежали мимо.

На улице Нита повела двух бойцов и шепнула им на ухо:

– Он спрятался, вы знаете что делать.

Существо во время побега не обратил внимание на важную деталь. Влетевшая в окно свернутая бомба нарушила его минутный покой на размышления. Дощатый пол мигом загорелся. Ему пришлось покинуть лачугу. К счастью, у неё был чердак, через который, как ему казалось, он попадет в место, где его не будут ждать. Высунув голову наверх он увидел стоящих на треугольной крыше людей.

– Лезь. Лезь. – прокручивала мечи в руках, Нита.

Лицо Во Тьме, не торопясь, забрался на крышу. Посмотрев на Ниту, покрытую с ног до головы грязью, он прикинул свои шансы против нее и ещё двух бойцов. Оглядевшись вокруг, лучника он не заметил. Однако, тот не просто так одет в камуфляжный плащ в цвет крыши.

– Что толку? Девчонка. На крыше все-равно только на пересечении двух сторон можно удобно стоять и сражаться. Так что мы опять один на один, по сути.

– Оох. Так ты настолько меня боишься? – сказала Нита.

– Боюсь?

– Да. Мысль о том, что я не одна, заставляет дрожать тебя?

– Ах, как я сейчас рассвирепею от твоих слов и без раздумья пойду в атаку. Ты этого ждешь рубилка чёкнутая?

Нита прикусила губу.

– И вправду, провоцировать можно воина, но никак не труса прячущегося в тенях, нападающего со спины. – сказала она.

И тут же сделала выпад. Слишком предсказуемый для Существа. Он легко парировал атаку. Нита тут же отпрыгнула назад, а двое бойцов как раз достали из-за спин свои арбалеты. Направленные на Существо болты, должны были вновь заставить его покинуть крышу. Но он бросил Трость, щелкнул пальцами, и извлек из мешочка два кинжала, попутно пригнувшись от выстрелов. Арбалетчики наклонились, снова заряжая арбалеты, и в этот момент Существо кинул два кинжала в живот одного из них. А Трость сама, оттолкнувшись от пола, прилетела рукояткой в лоб другого.

Нита не успела среагировать и защитить бойцов. Она выбежала перед падающими телами её товарищей, и накинулась на безоружного врага. Однако, Существо уже подготовил два новых кинжала, взявшихся из мешочка, и, скатившись на диагональ крыши, начал бой с последовавшей за ним Нитой. Позиция боя оказалась неудобна для обоих. То, что одно колено находилось выше другого и опасение упасть из-за наклона крыши, не давали им атаковать с ранней свирепостью. Они обменивались короткими тычками. В данном случае, превосходящий размер мечей Ниты давал ей преимущество и она начала теснить Существо к краю, обрушивая на него сверху все более мощные удары, которые он мог отбивать только скрещенными кинжалами или уворачиваться в тесноте. В результате чего, не хватало контроля над вторым мечом Ниты и она с легкостью ранила Существо в правое плечо, разрезав его по диагонали к верху.

Схватив кинжал за рукоять лишь мизинцем и безымянным пальцами, прижимая его к ладони, Существо, едва слышно щелкнул остальными. Скрипучий щелчок от черных, как кожа, перчаток. Трость сорвалась с места и прилетела Ните в затылок, повалив её с крыши. Существо не успел отпрыгнуть. Застряв ногой в дыре на крыше и столкнувшись с Мясником, он также упал с крыши. Это была совсем невысокая лачуга. А он падал и с больших высот, оставаясь при этом в живых. Это была победа над Мясником Бабочкой. Хоть и не в фехтовании.

Спихнув тело Ниты со своего, Капюшон поднялся и с горечью обнаружил себя окруженным солдатами кардиналов под руководством Сэта. Среди них оставался сильный фехтовальщик Немод. Бывший глава банды разорителей, совершавших набеги на вассальные планы. Он орудовал тяжелым двуручным мечом и специализировался на битве против нескольких противников, не давая им приблизиться к себе. Сейчас Немод понимал: Трость, меняющая свои размеры, это самый неудачный вид оружия для него. А потому он не ринулся вперед, в привычной своей манере забирать большинство противников на себя.

Сэт, сидя верхом, спокойным голосом проговорил:

– Сдавайся. Ты знаешь, все кончено. Хоть ты и одолел Ниту, с отрядом не совладаешь.

– Да ну? – Лицо Во Тьме поднял голову Ниты за черные волосы и приставил рукоять Трости к голове. – Интересно, что в своей жизни видала такая сильная воительница. С кем она сражалась в прошлом или чего она может бояться больше всего?

– Пли! – закричал Сэт.

Трое арбалетчиков тут же всадили, без промаха, три болта в туловище Существа. Однако он успел прикоснуться к голове Ниты, извлекая мрак её воспоминаний. В этот раз взрыв Тьмы был больше, чем Лицо Во Тьме видел когда-либо. И гораздо гуще.

Сэт с Немодом успели отступить от взрыва и потянули за собой пару бойцов. Остальные погрузились во мрак по торс. Сгустки разлетелись по стене лачуги, по дереву рядом, и даже достали одного из отступивших вовремя бойцов.

– Зараза почти весь отряд зацепил! – ругался Немод.

– Хуже того. Он успеет восстановиться, пока тьма не рассосется. Если он и вправду Бессмертный. И.. – в ужасе прервался Сэт.

– Душители, да? Вон, смотрю, как этот уже корчится. Дерьмо! прекрати ублюдок! – орал Немод видя как один из бойцов начал задыхаться.

Кошмары Ниты связаны с Душителями Лермаса – пятого плана Эгламириады. Группа людей, похищавших людей, и особенно детей. Они пытались постичь бессмертие путем удушения и высасывания жизни из людей. Они их душили и целовали, представляя, точнее полностью веря, что таким образом станут Бессмертными. Хотя все было совсем не так. Однако, страх перед столь сильными существами, собственные амбиции и просто человеческая тупость и извращенность мыслей этих людей, не давали им понять: это не работает. А созревшая в этом ужасе коллективная аура Душителей, привела к тому, что они действительно считали себя Бессмертными и, в попытке взять контроль над бандами Нижник кварталов Лермаса, они оказались разгромлены. А после, их остатки добивала, известная на весь Лермас – Бабочка Мясник, которая по слухам была у них в плену и выжила после церемонии удушения. И сейчас Немод узнал. Эти слухи были правдой. Он сразу понял, что ждёт попавших в этот мрак людей.

– Они просто задохнутся, Сэт. Может вытянем их веревками?

– Найдите веревки! А, поздно. – он поднял камень с земли и швырнул в шлем одного из бойцов, погруженного в кошмар. – Шлемы защитят их от серьёзных повреждений, но мы сможем вырубить их! Надеюсь во сне эта хрень не работает. И тогда они не задохнутся.

Так они и поступили. Меткими бросками камней, которые стали вторыми, после грязи, по важности в сегодняшнем сражении, вырубили бойцов во мраке. Сам Существо лежал на полу и тьма скрывала его местоположение полностью. Он чуть приподнялся. Затем боец справа от Сэта плюнул кровью и распластался по земле. Из его шеи торчал кинжал, который спустя несколько секунд превратился в черный дым. Видевший это Сэт, приказал отступить.

– На тридцать метров он вряд ли его кинет. – отбежав от лачуги, сказал Сэт.

Их осталось пятеро. Пятеро, из больше чем двадцати бойцов. Так, за секунды ситуация изменилась. Где-то ещё засел Крас. Цель которого, в случае провала попытки захвата – убить Существо.

«Правильное решение оставалось только одно. Сражаться с ним должны только сильные бойцы один на один. А я подвел к нему бойцов, когда у него было тело Ниты». – винил себя Сэт. Однако, он тоже оказался в этом отряде не случайно. Не поддавался своим страхам и волнению, всегда находил время на подумать. «Через сколько можно поднять человека после этого выплеска и будет ли Нита прежней Нитой?» Бойцом, которому не было равных в их войске.

Сэт взял свисток и подозвал ворона, составив сообщение, он отправил его Кардиналам. Затем сказал:

– Как только он встанет, скорее всего опять пойдет на крыши. Нас мало и мы его не догоним. План «А» провален. Его все ещё могут взять бойцы гарнизона и отряды обыска. Однако, это все может закончиться и большим количеством смертей. Если он успеет провернуть такую же историю в большом кругу воинов – всему окружению конец. Если его не возьмут опытные одиночки, то мы проиграли. Поэтому сейчас лучшие фехтовальщики, которые у нас есть – это Килреад и Гернас. А так же Тенес. Вместе с тобой, Немод, мы сможем его взять.

Сэт подозвал лошадей. На них они смогут преследовать Существо до очередного тупика, когда тот выскочит из мрака.

Тучи густели и темнели. Собирался дождь. Узкий барьер оставался на месте. Широкий постепенно сужался по мере обыска. Людей в узкой части могли сдерживать небольшие отряды у входов. Некоторые люди шатались по центральной части города и видели сражение против Существа. Видели, что оставшиеся бойцы просто стоят и смотрят во мрак и не могут ничего поделать. С этими вестями они возвращались к столпившимся у выхода гражданским. Все это привело к увеличению попыток прорваться сквозь оцепление. И к более яростным конфликтам между стражей и гражданскими.

Килреад с Гернасом приближались к месту боя. Прямо перед поворотом они разделились и Килреад въехал на дорогу, промчался вдоль лачуги, покрытой мраком и присоединился к Сэту. Он обрисовал произошедшее Кардиналу.

– Думаешь это сработает Сэт? – спросил Килреад.

– Других шансов у нас нет. К тому же второй лорд свалил куда то. А стража нас слушает неохотно.

– Прячется в ещё необследованных зданиях?

– Тогда это единственный шанс я полагаю. – вздохнул Сэт.

Килреад спешился и отправился к тьме. К маленькому сгустку, который отлетел подальше от эпицентра. Его прикрывали двое бойцов со щитами. Килреад опустил в сгусток руку и увидел душителей в их рясах. На головах у них виднелись массивные капюшоны. Лица сокрыты масками с отверстиями для губ. Также он увидел рядом с собой маленькую девочку с черными волосами. Он не стал ощущать себя частью этого события, а просто видел как все было. Он обернулся, на оставшегося поодаль Сэта и кивнул.

– Расступитесь. Пусть он увидит. – приказал бойцам со щитам Кардинал.

Лицо Во Тьме уже прилично восстановившись, увидел Килреада, который спокойно погрузил руку во тьму и при этом не задыхался от кошмаров Ниты. Из тьмы у лачуги раздался хриплый голос:

– Вот это да. Удивительно!

Услышав это, Килреад разозлился. Его враг, полностью окруженный, ещё и смеется и радуется. Килреад сказал.

– Как видишь, на меня это не действует. Совсем. Хотя я вижу, будто происходящее в этих тенях реально.

– Ты не понял. Это не тень, это тьма. – ехидничал Капюшон. – Кстати, я тоже вижу. Удивительно!

От следующих мыслей у Кардинала свело мышцы. На секунду он представил, будто Существо – тоже Кардинал. Но быстро отверг эти мысли, ведь Кардиналы не могут колдовать. И что самое главное, не могут быть такими как Лицо Во Тьме. Килреад спокойно спросил:

– Ты хоть понимаешь, что это значит? Больше во тьме не отсидишься.

– Ну здесь все равно видимость хуже некуда. А голов хватит на целый день.

– Тогда здесь уже будут все войска.

– Тем лучше.

Кидреад понимал, единственный шанс выманить врага – это заявить следующее:

– Мантия Черного Принца. Как ты её нашел? Где?

– Не помню.

– А ты хоть знаешь где он сейчас?

– Мертв.

– Да. Мертв. А знаешь почему?

– Ну просвети же, Кардинал.

– Потому что Мантия проклята. Ты не тем головы ломал. Я знаю больше, чем любой из лордов, князей, которых ты вскрывал. А ведь я всего лишь узнал об этом неделю назад. А все почему. Знаешь почему? – издевался Килреад.

– Почему же?

– Потому что в Эгламириаде твой Черный Принц и жил. А этот план был присоединен после его смерти, придурок ты несчастный. И пытаясь что то выяснить у местных, ты выставляешь себя полным кретином. Даже обидно и стыдно гоняться за таким идиотом только по причине наличия у него мощных предметов. Вот я и спрашивал – как такой, как ты смог достать эту Мантию? Это же просто смешно. Хотя, конечно, твоя мотивация может быть и в другом, однако я знаю какой ты стал сговорчивый, когда Эльф заговорил про него. Стражники в поместье не стали погибать просто так и выдали всё об разговоре Эльфа с тобой.

– Значит надо будет твою голову вскрыть, да? Ты к этому клонишь?

– По логике – да. Знаешь такую?

Капюшон молчал, удивленно взирая на лицо Килреада. Догадывался: весь этот разговор лишь для растягивания времени. И он не знал, установили ли Кардиналы длительность существования открываемых им кошмаров.

Душители Лемраса блуждали по мрачным воспоминаниям Ниты. Это воспоминание покрыло достаточно большую площадь, чтобы Лицо Во Тьме смог пробраться к ставням окна очередного дома и проскользнуть внутрь. Слова Кардинала заинтересовали его. Вдруг, вскрыв его голову, он узнает хоть чуть чуть о своем загадочном появлении. И о Черном Принце.

Прагматичный подход к выживанию победил любопытство, и скрываемый под мраком непроглядной черноты, Лицо Во Тьме прополз к окну, отпер его и оказался внутри дома. У него было пару минут, прежде чем Кардинал, не услышав ответа на свои слова, заподозрит о побеге.

В доме же Лицо Во Тьме не стал задерживаться, быстро пересек его насквозь и вышел во внутренний двор. На бортике колодца с водой для здешних жильцов сидел мужчина в легкой броне с голубым плащом за спиной. Он заглядывал вглубь колодца, но явно слышал как из дома напротив кто то вышел. Точнее, он точно знал кто.

Лицо Во Тьме решил просто обойти этого человека, удивленный тому, что он вообще здесь сидел как ни в чем не бывало. Но, когда он подошел к узкому проходу меж домами, человек спросил:

– Значит все-таки ты успел закончить свое дело.

Обратился он отнюдь не к Существу.

Оглянувшись назад, Лицо Во Тьме с шокированным видом (конечно же, не заметным никому) увидел кулак мужчины перед своим капюшоном. Не успев увернуться, он принял этот удар, одновременно выдвинув металлический конец Трости, целясь в лицо мужчины. Однако противник, будто зная как работает артефакт, легко увернулся и нанес следующий удар кулаком в живот. Тем самым скрутив Существо и напомнив ему о недавних ранениях несколькими арбалетными болтами, которые ещё полностью не затянулись.

Схватившись за живот, Капюшон согнулся в коленях и щёлкнул пальцами. После чего Трость, находясь сбоку от врага, прыгнула ему в лицо своей рукоятью. Незнакомец с молниеносной скоростью обнажил меч со странным лезвием и массивной гардой, окончание которой взмывало вверх к клинку, делая этот меч через чур громоздким. И это не помешало незнакомцу, увернувшись от тычка Трости, пнуть её со всей силы ногой, заставив наклониться и почти коснуться рукоятью земли. После он вогнал лезвие меча в землю в паре сантиметров от Трости, а причудливой гардой сковал Трость, прижав её к твердой земле. Трость обездвижена. Конечно, достать её любому разумному существу не составило бы особого труда, но здесь был только Существо, скрюченный пополам от мощного удара и старых ран.

– И ты думаешь, – прокряхтел Лицо Во Тьме – это задержит Трость? Это же всего лишь металлическая вилка. Большая конечно. Но вилка! Трость может скользнуть под ней, если я щелкну.

– Так щелкни. И я снова вгоню её в почву. И вошью твою Трость в камень, если потребуется. – заявил незнакомец.

Лицо Во Тьме выпрямился и тут же, не успев достать кинжалы из мешка за спиной, получил удар ногой между ребер. Он отлетел назад, ударившись спиной об деревянную стену. Видел бы враг его глаза. Глаза, шокированные скоростью противника и мощью его ударов, сравнимых с ударом булавой. Существо вынул кинжал из-за спины, попытался встать и атаковать незнакомца. Но пинок в голову, более слабый чем прошлый, прервал его инициативу, вернув на место, назначенное пинавшим.

Стоявший над Лицом Во Тьме мужчина, пинал Существо каждый раз, когда тот пытался двигаться. Спустя около десятка попыток, Лицо Во Тьме распластался спиной по стене, по торс в грязи от взрыхленной земли из-за его попыток встать. Щелкнул пальцами в последней попытке спастись. И тогда, наконец, разглядел, что, помимо гарды меча, Трость удерживали и нити, едва заметные в таком свете.

Мужчина неестественно провернул свою кисть, прошептав неизвестные Капюшону слова. В тускнеющем свете Подзотча, Существо увидел блестящую линию света, вложенную в руки незнакомца. Это был очень тонкий металлический прут. Плоский и узкий настолько, что если положить его на ровный пол и лечь сверху, то ничего не заметишь. И он был формой, словно иголка. Разглядеть этот предмет можно только при бликах света, отражаемых металлом. И то, только если зрение особо чувствительно к свету, такое, как, например, зрение Существа.

Схватив Лицо Во Тьме правой рукой за шею, мужчина держал левую руку поодаль, явно направляя кистью иголку длиной в полтора фута прямо в грудь Существа. Он сказал:

– Ты ведь даже не знаешь что это. – и вонзил острие в грудь Существа.

Лицо Во Тьме издал тонкий крик. Когда же иголка вошла глубже, Существо зарычал и заорал громче. Он догадывался: этот мужчина не от Кардиналов, слишком он отличался и силой и способностями.

– Что тебе надо? – кашляя спросил Лицо Во Тьме.

– Гарантии. Если ты не избавишься от Мантии, и его внутри, за следующие семнадцать дней по центральному календарю, то эта игла в твоем сердце убьет тебя и все, что есть в этой Мантии. – сказал он, вогнав иглу внутрь, до конца. К удивлению Капюшона, она не вышла насквозь, а полностью скрылась внутри его тела. Игла полутора футов длиной, теперь должна была заставить поскорее найти способ сбежать из тьмы капюшона.

– Как? – теребил рукой свою грудь Капюшон.

Мужчина, отойдя подальше ответил:

– Не знаю. Эта идея с Мантией изначально была идиотской. Лучше бы мы сразу уничтожили тебя.

– Меня? Кем я был?

– Ты? – выждал незнакомец – Никем. Однако создатель этой Мантии решил, что какой-нибудь «никто» сможет побороть проклятье. Но я вот в это не верил и не верю. Но, из уважения к нему, моя игла дает тебе семнадцать дней. Может и меньше, смотря как вы там будете ёрзать.

Кажется начиная улавливать о каком создателе идет речь, Лицо Во Тьме, хоть и израненный, не сдержал любопытства и спросил:

– Чёрный Принц, да? – он потянул за капюшон. – Да как же снять эту хрень!

– Не знаю, говорю же. Несчастный ты любитель приключений, решивший надеть эту проклятую вещь.

– А ты? Ты кто вообще такой?

– Надо представиться. Старый знакомый бы это оценил. – мужчина хлопнул и расставил руки, согнутые в локтях, на ширине плеч. Между ладонями блестели иглы на нитях, вырисовывая бликами слово: «Вшивающий».

За последними мгновеньями их разговора, скрываясь за углами, следили воины кардинала и сам Килреад. Не понимая как воевода Тенес пересек два барьера незаметно. Позиция Тенеса снаружи, на большом кольце. И более того, как он один одолел врага, за которым они так долго гонялись? Когда Тенес собрался уже покинуть двор, Килреад вышел из-за угла и спросил у воеводы:

– Тенес. Какого Коллекционера происходит?

– Да так. – почесал нос Тенес – Оставил сувенир нашему знакомому.

– Схватить Существо! – скомандовал отряду Кардинал. – А ты, Тенес, сейчас мне объяснишь почему пролез в операцию и покинул свой пост.

Килреад уже понимал, Тенес не на их стороне, ведь воевода не связал Существо, а просто поговорив, отступил. Но до того, как Существо свяжут бойцы, Килреад не хотел провоцировать сражение с Тенесом.

– Эй. Вот ещё один мой знак доброй воли, горе создателю этого артефакта. – Тенес ногой подцепил гарду своего меча, вырвал его из земли. Затем сделав непонятные движения руками, несколько бойцов вокруг него упали на колени и потянулись к своим шеям, явно демонстрируя удушение.

– Будь добр швырни в тот проход пару своих теней.

Не осознающий намерений Тенеса, Капюшон всё же послушал его и достал металлические шарики из мешка, кинул их в проход. Взорвавшись об стену, они образовали облако тьмы, куда Тенес поспешил удалиться, предварительно пнув Трость, поднимающемуся на ноги Существу.

Килреад, разгадавший замысел Тенеса, в первую очередь кинулся к Существу. Он попытался схватить Трость одновременно с Существом, но его руки не смогли обхватить её основания, а оттолкнулись словно магниты с одинаково заряженными сторонами. Существо же уверено схватил Трость. Килреад не растерялся и точным ударом ноги подбил врага под колено, после навалившись на него всем телом, он уронил Лицо Во Тьме на спину. Схватил его руки, держащие Трость, и они начали борьбу за то, к чьей голове прикоснется артефакт.

Ослабленный от погонь, от множества ранений и лежащий в невыгодной позиции Капюшон проигрывал в этой борьбе. Рукоять Трости все ближе была к его голове. Он хотел было разжать пальцы, чтобы уронить Трость в сторону. Но Килреад держал его одной рукой прямо за пальцы, а второй контролировал другую руку. Пока один из бойцов не подбежал и не отвел вторую руку Капюшона в сторону, упростив жизнь Кардиналу.

Кардинал остановил давление на руку Капюшона в сантиметре от мрака, скрывавшего его лицо и сказал:

– Интересно, что будет? Ты ведь ничего о себе не знаешь из за Мантии. А если я вскрою твою голову, ты ведь забудешь даже то немногое, что знаешь сейчас.

– Неееет! – завопил Лицо Во Тьме.

Однако внутрений голос успокоил его, давая понять – в этом нет ничего страшного. Даже наоборот.

Килреад вновь надавил на Трость. Он не рассчитывал на забвения Существа. Он рассчитывал, что Трость позволит снять Мантию, отворив её проклятье. Хоть это и была всего лишь теория. Но тогда бы они заполучили и Мантию и Трость и узнали бы от человека, надевшего её, где он её достал.

Трость опустилась на капюшон. В этот момент черный туман внутри капюшона зашевелился быстрей обычного. Его потоки стали более бурными и объемными, вырываясь клубами тьмы наружу. Под этим мраком Килреад увидел очертания. Белая кость с зелеными прожилками, острые обнажённые зубы, и голубые глаза с острыми вертикальными зрачками. Это было не столь лицо, сколь маска в глазах Килреада. Острый, не прикрытый губами рот открылся, произнеся:

– Спасибо, что открыл.

Лицо моментально скрылось во мраке капюшона. На замену ему из мрака с огромной скоростью вылетела когтистая рука, пробив Килреаду тело между плечом и шеей. Разогнувшись вправо, она, сжав пальцы и блеснув металлическими ногтями, прорезала шею бойца, который держал руку Существа. Рука не была покрыта кожей или чешуёй. Она выглядела как нечто синтетическое, но при этом вела себя и разгибалась не хуже руки из плоти и костей. Её форма напоминала мускулистые и очень рельефные руки, некоторых людей, которых всю жизнь посвящали своему телу. Материал напоминал кости. Всего лишь напоминал. Эластичные – мышцы тоже словно из костей. Покрытые зеленоватой тиной, которая успела засохнуть и стать природным окрасом этой руки.

Смертоносная рука поспешила убраться в капюшон, как только Килреад упал, истекая кровью. А голова стражника справа повисла на парочке не разрубленных до конца сухожилий в шее. Остальные бойцы, те, что остались во дворе, попытались атаковать ещё лежачее Существо. Но он быстро вскочил на ноги парировал Тростью их удары, затем растворил, окружавший клинок материал и тонким лезвием разрубил сначала шею одного бойца, а затем пробил насквозь сердце второго. Обычные бойцы Кардиналов, в отличие от Ниты и отряда Сэта, не были ровней для Лица Во Тьме. Рефлексы их противника на другом уровне. Тем более сейчас.

Сейчас Существо чувствовал любое живое существо на большем, чем раньше расстоянии. Он перемахнул через крышу одного из зданий обратно на улицу, где до этого он вскрыл голову Ните. Но, в оставленном им на доме и земле, мраке уже никто не лежал. Второй Кардинал позаботился о том, чтобы вынести раненых. Перед Существом стояла последняя задача, необходимо выйти из барьеров.

Прямо за ним на одной из крыш прятался Крас, видевший действия руки и потому не ставший атаковать Существо. Он отправил ворона с сообщением, спустился во двор и попытался остановить кровотечение у Килреада.

***

Перемещаясь по крышам, Существо старался избегать новых сражений и анализировал, где же по периметру центрального барьера меньше всего стражи. Где он сможет прорваться. В какой-то момент он отчетливо почувствовал присутствие шпиона. С которым он встречался в прошлом городе. Этот шпион работал на Эльфа. И это означало – Эльф где-то в городе. Потому Существо забрался в один из хозяйственных складов с сеном и засел на пролете второго этажа, ожидая, когда шпион сообщит о его местонахождении и Эльф сам найдет его. «Всего семнадцать дней. Игла. Кто бы мог подумать, Вшивающий, как же ты выследил меня?» – раздумывал Существо.

Так и произошло. Спустя несколько минут Эльф в сопровождении Кельмана и Сильвия вошли на этот склад. За ними также зашла девушка в плаще, в ней Существо сразу распознал того самого шпиона. Склад был маленький, поэтому от входа до того места, где свесив сверху ноги, сидел Лицо Во Тьме, было всего пару метров. Гости сразу его заметили и Сигирин заговорил первым:

– Осознаешь в какой дерьмовой ситуации ты сейчас?

Эльф оставил приветствия, манеры и правила разговора, кому-нибудь другому.

– По моему мнению ситуация скорее не дерьмовая, как ты сказал, а перспективная. – усмехался Капюшон.

– Город окружен двумя барьерами. У них около шестисот воинов, включая бойцов кардиналов. Двое из трех с арбалетами. Гражданских продолжают эвакуировать. Их также досматривают с ног до головы. Всех местных остроухих отводят в особые опорные пункты. Они ищут и нас.

– Не повезло вам. Сочувствую.

Кельман, до этого стоящий в стороне, не выдержал и выкрикнул:

– Ты что, вообще не понимаешь? Это не шутки!

Он покраснел от злости. Сильвий положил руки брату на плечи.

– Вы и понятия не имеете насколько эта ситуация для меня более серьёзная и масштабная, чем какие-то жалкие два барьера в каком-то жалком городишке, в каком то жалком Подзотче. – ответил Существо. Голос отличался от того, который они слышали раньше.

Эльф напрягся, услышав в голосе едва заметное эхо. «Мало ли какие ещё свойства у этой мантии». – успокоил он себя.

– Дольма проследи за окрестностями, не хочу, чтобы во время разговора к нам подкрались. – сказал Эльф.

– Хорошо. – Дольма села на колени и замерла, затем её голова расслаблено повисла. Её сознание уже покинуло склад.

– Любопытно. А она… – сказал Лицо Во Тьме, спрыгивая сверху, придерживая Гравитационную Сферу. Не успев коснуться первого этажа ногами, он повис в воздухе, увидев как перед девушкой встали двое братьев держась за рукояти мечей в ножнах. – Ну ладно. Знайте, я уважаю личное пространство. – сказал он, поднимаясь обратно на прежнее место.

– Ты помнишь, что я тебе говорил, Капюшон? – Сигирин решил так называть Лицо Во Тьме.

– Да. Что-то там про Черного Принца и так далее. Но вот я думаю, а стоит ли это того? Все-таки у меня есть и тут дела, незавершенные. Уже привык к такой жизни.

– Ты их и не завершишь. Если Кардиналы потерпят сегодня поражение, тогда этим делом займутся люди более подходящих профессий. Тебе повезло нарваться на самодовольных Кардиналов. Ты удачливый.

– Вот оно что. Удача благоволит легендам, я так слышал. Так а что, собственно, вам от меня надо?

– Чтобы ты открыл проход кое куда. Трость – единственный способ попасть в место, от которого больше нет ключей. За это ты узнаешь о месте, где сокрыты сундуки с артефактами Черного Принца.

– Сомневаюсь, будто вы знаете о таком месте. Почему же вы сами не возьмете те артефакты?

– Потому что это место недоступно без Трости. – вставил Сильвий.

– Если мы будем сейчас все объяснять, то оба барьера успеют уменьшится как раз вокруг склада. Окружив нас со всем войском. – ругался Эльф.

– Да. Невезучие вы. – незаметно для всех ухмылялся Капюшон. – Я уже кое-что придумал касательно этих барьеров. Одному мне уйти будет гораздо проще.

– Что ты ещё хочешь за помощь? – паниковал Кельман.

– Не знаю если честно. Хаха. – рассмеялся Капюшон.

– Как насчет того, что ты сможешь поговорить с бывшим слугой Чёрного Принца? – спросил Сильвий и продолжил – Только для этого придется не просто открыть пару дверей, а ещё и сразиться с Бессмертными. Только вот. Возможно это будет первый раз, когда их удастся убить. Сильвий все больше заводился, как бы пытаясь вдохновить Капюшона.

– Первый раз одолеть Бессмертных?

– Это не Колона. Если ты конечно знаешь, кто это. Это кучка слабых Бессмертных, занявших целый план. С ними даже опытный воин сможет справится один на один, но только вот это бесполезно, как ты наверно знаешь. – пояснил Эльф.

– Такие слабые? Как же так, где этот план? Я уже так привык к своему ритму. – снова раздался голос с эхом.

– Это тоже узнаешь, если пойдешь с нами и выведешь нас отсюда. – сказал Эльф и добавил. – Видишь уже и сундук и встреча со слугой Черного Принца.

– Это мелочи. Ну хорошо. Я выведу нас отсюда. Только вам придется оставить все на меня. И не лезть, если я не попрошу. Ладно? Партнёры. – согласился Существо. И вовсе не из-за сундука или разговора, интересовавшего Лицо Во Тьме.

«Опять это эхо». – Сигирин снова непроизвольно напрягся. Но не подал виду. Он указал жестом на дверь:

– Ну тогда дерзай.

Существо показной походкой пошагал со склада. На улице он сразу достал Сферу и Тростью подтянулся на крышу соседнего здания.

Сильвий же, подойдя к Сигирину, спросил, широко раскрыв глаза:

– Ты же видел как он решает проблемы? Скольких людей он покалечил? – рядом с ним встал старший брат.

– Сильвий, Кельман. – сурово взглянул на них Эльф. – Вы сами настояли остаться в городе и догнать его здесь. Я лишь исполняю роль главного, так как вы вообще не понимаете против кого сейчас сражаетесь. Но план и сама идея. – Кельман хотел было прервать Эльфа, но тот продолжил, глядя в глаза Кельмна. – Просто напоминаю, чтобы и ты не забывал. Идея твоя. И вашего, так называемого, покровителя. – он изобразил кавычки.

– Да. Знаю. – сказал старший брат перевёл взгляд в сторону.

***

Около одного из пропускных пунктов малого барьера скопилась огромная толпа людей. Их не торопились проверять, пока второй барьер не приблизится вплотную к первом. Все отряды проверок находились между двумя барьерами и продолжали обыски в поисках Эльфа, не ведая об их с Существом встрече, произошедшей в самом центре Хареса.

Гернас со своим отрядом и остатками отряда Сэта вернулись к одному из проходов. Нита сидела на лошади вместе с Сэтом. Чуть ранее, когда Килреад отправился за Существом, Гернас разбудил Ниту в темноте и окунул её прямо во мрак, возвращая бойцу её воспоминания, её горе и решимость убивать.

Сэт принял это решение, к тому же это была его идея, о том, как восстановить память человека. Однако, Немод и Тайта были в гневе. Ните не позволили начать новую жизнь. Не в качестве Мясника Бабочки и одной из самых известных убийц Лемраса, а просто Нитой. Немод был одним из тех, кто погнался за Тенесом. Поймать его не удалось. А после, он встретился с Гернасом и Сэтом. Тайта с остальными присоединились чуть позже. Она вытаскивала своего возлюбленного Фарфа, из-под сцены. Позже, Гернас отправил их на помощь Килреаду.

Когда Тайта с отрядом пришли на место, они застали лишь Краса, который нес на спине Кардинала. Килреад получил тяжелое ранение около плеча. К счастью его самого, внутренние органы не задеты. Раненого Кардинала вывезли из первого и второго барьеров и доставили в медицинский полевой штаб за оцеплением города.

Паника и кошмары

Сигирин забрался на крышу склада, пытаясь разгадать замысел Капюшона. Он следил за тем, как Лицо Во Тьме забирался в дома один за другим. Затем Лицо Во Тьме отправился к одному из проходов. Эльф попросил Дольму следить за ним. Сознание Дольмы послушно исполнило просьбу и наблюдало за действиями Существа.

Около прохода толпа начала давку. Стража, рассредоточенная меж двух барьеров, располагала здесь недостаточными силами. И всё же им удавалось сдерживать гражданских. Те, словно вода в желобе, текли прямо в узкий проход в барьере, по улице с прижатыми друг к другу домами. Но им сильно не посчастливилось, когда раненного Кардинала провезли именно через их проход. В следствие чего, и без того нарастающее недовольство местных только сильнее разгорелось огнем уже открытого противостояния. Люди начали давку. Но пока ещё не переходили грань между сопротивлением и нападением на стражу. Стражникам пришлось ударить нескольких людей, пытавшихся их растолкать.

Вообще, людям в любом мире, в котором знают о Бессмертных, сносило голову от страха при их появлении. В таких мирах нередкими были случаи массового суицида, глобальных переселений. Никто и никогда, кроме особых орденов Эгламириады, не мог противостоять Бессмертным. Сегодня же некоторые люди, достаточно смелые, издали наблюдали за сражением с Существом. И прекрасно видели, как после попадания нескольких арбалетных болтов он, немного отлежавшись во мраке, вышел как ни в чем не бывало. Судя по тому, что во дворе после сражения они нашли лишь трупы бойцов Кардиналов.

Эти же люди поспешили рассказать увиденное своим семьям и друзьям. У одного из проходов, сбежавший от боя Лорд Толим, не мог больше следить за ситуацией, оставаясь не у дел и вышел остановить панику.

Гернас же дождался пополнения своего отряда и отправился в центр города. В этот раз в его отряде присутствовали несколько свободных от удержания барьера магов Милтоаса. Они верхом на лошадях отправились на поиски Существа.

Существо пробравшись внутрь дома, с удивлением обнаружил там несколько людей. Он спустился вниз по лестнице, не скрывая своих шагов. Несколько людей ринулись к выходу. Лицо Во Тьме растянул Трость и рукоятью подцепил за ногу первого убегавшего. Потянув на себя, он повалил его, следом попадали и остальные, запнувшись об лежачего. Существо не спеша подошел к одному из людей и прикоснулся Тростью к его голове. Остальные погрузились в кошмар.

После этого он проделал тоже самое в ещё одном здании, наполненном людьми. Перед выходом он запирал двери, дабы выпустить этих, видящих кошмары людей, когда ему это понадобится.

Все ухищрения Существа наблюдал один старый мужчина. Он был что ни на есть тем самым сварливым дедом, подглядывавшим за своими соседями. Так что он, в щелях, найденных за много лет подглядываний, разглядел Существо. Потом дед посмотрел на проход, через который людей не пропускали. Нет, людям на проходе никак не поможет этот сварливый дед: в следующую минуту он вернулся домой и зашел в свою мастерскую. Он был тут местным химиком, помогал своими смесями строителям. Поковырявшись в мастерской, он из последних сил потащил какую-то бочку к выходу.

Существо же в это время уже готов был начать своё представление. Он вскользь, не скрываясь, проходил мимо главной дороги, обзор на которую был у любого человека, обернись он от прохода назад. Достаточно быстро, не давая никому шанса крикнуть: «смотри, кто там!» Он нагнетал. Он издевался, вычисляя людей, смотревших куда-то ещё, кроме прохода, и неожиданно появляясь в их поле зрения – где-то сбоку или в отражении стёкол. Таким образом заставлял толпу сужаться к проходу. Поскольку появлялся он быстро и столь же быстро прятался, выглядя как темное пятно, люди не были уверены, видели ли они именно его. Однако, нутро и разум подсказывали им: это он – тот самый Бессмертный. И они стягивались к основной толпе.

Так он сужал толпу людей у входа, нагнетая атмосферу и играя на их нервах.

Затем он нарочно спустился сверху в переулок, прямо посреди молодых, отбившихся от толпы юношей и девушек. Беспризорники держались поодаль вместе. Один из детей говорил:

– Я слышал – Бессмертные пожирают человечьи мозги. И поэтому не стареют.

– Это глупости совсем-то говоришь ты. – сказала девочка.

– Та не. Не мхозги, а кожу сдирают, внутрене ограны забирают и из них настоки масла всяки делают, а потом себе втирают как энти женщины бохгатые. – сказал другой мальчик.

– Да, и как дед. О! Смотрите! А че он тащит? – указал ребенок на деда, с усилиями толкающего свою бочку к толпе. Они видели его из своего переулка, а их никто не замечал.

– Да, у богатых женщин столько всяких настоек. – вклинился Лицо Во Тьме в разговор, напугав детей до оцепенения. Он сидел на большом ящике, стоявшем на другом, на высоте несколько метров, закинув ногу на ногу. За его силуэтом белело небо. Теперь, кроме контура его черноты, вообще ничего нельзя было разглядеть.

– Кстати, как там говорили? Из молоденьких органов и настойки получше. – сам от своих слов удивился Лицо Во Тьме. Он не собирался так запугивать этих детей, хотя раньше делал и похуже. Задумавшись об этом, он упустил момент, когда дети, вопя, ринулись из переулка. Существо, было дело, хотел накинуться на них с прыжка и вскрыть головы, но что-то его остановило. Это что-то Существу в себе не понравилось. «После иглы? Или же после Трости? Когда это появилось?» Он задумался и окончательно упустил детей из виду.

– Да и вообще, какие у этих шкетов могли быть страшные воспоминания, чтобы они на что-либо повлияли? – спросил он вслух.

Дольма услышала. Она уже подумала: он нападет на них. Но по его словам поняла: он передумал. По причине малой выгоды. А не потому, что это дети. Вообще, может этому Существу и не дано знать об особом к детям отношении? Она стала следить ещё внимательней чем раньше.

Тем временем дети, пробегая мимо старика, услышали его кряхтение:

– Помогите а? Давайте, сорванцы. Будьте добры. – сказал он, смотря на бочку. Большинство побежали дальше, но несколько детей все-таки помогли.

Дети бежали и кричали всем спасаться. Группа других детей в ещё одном укромном месте, не стала слушать противоборствующую им банду. У беспризорников в городе были свои битвы за территорию. Они остались сидеть в своем закутке. Главный и самый большой из них сказал:

– Смотри как улепетывают. Трусы несчастные. Наверняка своей тени испугались. Я слышал, как колдун у барьера сказал: «Тот враг просто колдун изуверн». Че-то типо того.

– Изувер. То есть урод несчастный? – спросил другой парень.

– Нет. Ну такого уже не прощу. Хаха! – раздался голос и жуткий смех над ними. Свет перестал попадать в закуток. Дети подняли голову и увидели, как между стенами домов этого узкого переулка, заслоняя собой просвет неба, на них падал Существо. Он повалил старшего и слегка коснулся Тростью его головы. В этот раз Существо поборол сомнение внутри себя. Хотя это оказалось не так легко, как раньше.

Кричащих детей покрыл взрыв тьмы и вот они уже видели кошмар своего лидера. Кошмар оказался стоящим. Сам Лицо Во Тьме стоял неподвижно, задаваясь вопросом: «А зачем? Почему? Можно же было без этого». Но Существо взял себя в руки и спровоцировал детей покинуть закуток с помощью неистового крика. Крика, который содрогал стены, заложил уши детей и, к удивлению Дольмы, сотряс её сознание, кружившее неподалеку. Девушка почувствовала в этот миг, как её сознание замерло и оказалось словно в коробке, которую кто-то сильно тряс. Это длилось пару мгновений, но заставило Дольму отлететь и держаться в будущем подальше от Существа. Чуть подальше.

Дети выбежали на главную улицу. На их лицах читался неописуемый ужас. Своим видом эти дети напугали толпящихся у входа больше, чем напугали предыдущие. Люди не понимали, почему вид детей их так шокирует. Однако они успокаивали себя логическими доводами, основой которых являлось полное непонимание мира и природы некоторых ситуаций. Один из беспризорников выхватил нож, запрыгнул на спину успокоившего себя человека и вонзил лезвие ему в шею. Когда мужчина опустился на колени, ребенок, перегруппировавшись, начал неистово вонзать нож ему в спину, без остановки брызжа слюнями вокруг. Люди, в шоке от увиденного, начали оттаскивать дитя, покрываясь порезами. Другие дети, видящие кошмары, хватая камни и палки кинулись на взрослых. Теперь люди поняли природу того страха. Увидев детей, просто детей, бегущих от чего-то страшного для них. Не представляющих угрозу взрослым. Теперь они понимали, их шокировала готовность, читавшаяся в лицах этих юношей – готовность убивать, чтобы спастись. Внутри кошмара все люди для них стали врагами.

Стража не могла видеть сражение сквозь непроглядную толпу людей. Однако почти все они обернулись на дикие крики детей. Несколько мужчин уняли этих пятерых, не веря своим глазам.

– Какие дикари, да? – кричал им Существо, танцуя на крыше с Тростью. – А вот эти еще более дикие.

Из домов, где он побывал ранее, выбежали люди и кинулись к толпе, спасаясь от невидимых чудищ. Они бежали, в слезах выкрикивая ругательства и мольбы о помощи. Крича о монстрах и Бессмертных. Существо же утвердительно оценил своё везение – напороться на столь сочные по его мнению, кошмары.

Сейчас люди не готовы следовать правилам. Убежденные криками соседей о нашествии Бессмертных, они начали ломится к выходу. Теперь уже не просто сопротивляясь, а готовые бороться и напасть на стражников, если потребуется.

В этот момент дед с бочкой, как ни в чем не бывало, прокатывал её сквозь толпу прямо к блокпосту стражи. Тихо напевал себе под нос песенку. В этом водовороте ругательств и криков, слышал её только он.

Капитан стражи запросил приказ от Кардинала, отправив тому ворона. К нему подошел один из стражников: «Вас звал какой то дед. Сказал, ваш зять».

Капитан подошел к краю с давящей толпой, которую сдерживали пики и щиты. Редкие камни и всякий мусор летел в стражников, но латы и кольчуга надежно их защищали.

Уставший старик стоял рядом с бочкой. Он поблагодарил детей за помощь и сказал им бежать подальше и где-нибудь спрятаться. Беспризорники хорошо ощущали в людях так называемую возможность «всыпать». И, интуитивно, решили послушать старика.

Капитан подошел и забрался на раскиданные, как баррикады ящики.

– Ну как так, Горд. Старик. Я думал ты-то хоть понимаешь, лучше сидеть дома и ждать обысков. – говорил он с большими паузами между словами.

Он взглянул вдаль, увидел убегающих людей и черный силуэт, танцующий с Тростью на крыше. «Какого?»

Из толпы послышались крики: «Он здесь» и «Бессмертные идут».

Капитан громко заявил с высоты:

– У врага в союзе только обычные люди. Он манипулирует иллюзиями. Кардиналы и лорды знают о чём говорят.

Он увидел, как прибежавшие люди начали толкать и бить своих же соседей, дабы прорваться вперед. Отправить стражу за подмогой он не мог. А ворон с распоряжением пока не вернулся. Он знал, если нарушить приказ Кардиналов, его судьба будет не лучше, чем быть затоптанным этими людьми. А ещё он знал, со слов Гернаса: враг не настолько силен и опасен, поэтому он не рассчитывал, что Существо осмелится атаковать этих людей и крупный блокпост.

– Эй ты! Иди к второму барьеру. Пусть сюда приведут резервы. – сообщил он стражнику рядом. По плану, если у входа появится Существо, надо звать резерв.

Лицо Во Тьме дожидался, когда из-за паники сюда сбежится максимум сил Кардиналов и городской стражи с гарнизоном. Он не атаковал, а лишь танцевал на крыше. И только своим присутствием заставлял людей дрожать и ломиться к выходу. Несколько человек, опьяненные ужасом, решили обойти дорогу и пролезть по крышам через барьер. Сейчас Существо убедился – барьер не просто для обнаружения. Он на самом деле не пускал людей, ударяя их током. Знание: он укрепился, став меньше.

Народ, видя падающих из-за тока парней с крыши, потерял последнюю маленькую надежду на побег. Больше терпеть было нельзя, и некоторые кинулись в свои дома за разными предметами, которыми хоть как-то можно драться. Люди забегали в свои дома, не отводя взгляд от черной фигуры на крыше, ожидая следующего удара этого подлого врага. Но Существо и не помышлял делать что-либо ещё. Нужен пик безумия. А этому его нападение не поспособствует. К его сожалению, некоторые люди видевшие кошмары, всего лишь испугались и видели в других людях совсем не врагов. Кошмары слабоваты. Тухлый страх. Но это сработало для угнетения, и вызвало ещё больший страх у сотни ломящихся людей. Однако, все-таки он рассчитывал на их нападки на своих же сограждан. Тогда стража будет обязана отправить в гущу толпы отряд для усмирения. А вот погрузить в кошмар вооруженных стражников – уже совсем другое дело.

Старик с бочкой спросил у капитана:

– Так ты собираешься пускать людей?

В этот момент как раз вернулся ворон с приказом. Капитан прочитал его и ответил Горду:

– Нет. Мы ждем подкрепления. И Кардинал ударит изнутри по врагу. А за проходом сформируют дорогу, по которой малыми группами потом начнут выводить людей. Надо ещё подождать.

– Понятно. – старик стал ковыряться у себя в сумке. – Ты мне никогда не нравился, знаешь? Ты слабовольный, никчемный. И что дочурка в тебе нашла? Эх, плохо я её воспитал.

Он вытащил коробок спичек, а затем достал один гвоздь с молотком.

– Плохой пример показал. Понимаешь о чем я? Зачем ты ей нужен? А потому что, а почему? Ха. Я вот думаю сейчас, видя все это, неужели только ужас и страх заставляет людей двигаться? Хотя, по большому счету, мы всегда были в жопе из-за таких как ты, как я.

– Говори что хочешь. И вообще, что это за бочка? Не мог свои вещи бросить, скупердяй? Только о них всегда и заботился.

– И то верно – забил гвоздь в бочку старик.

Затем, ножом он подковырнул его и достал. Образовалось отверстие в боковине, из которого потекла непонятная жидкость. Тут Стражник отдал двум людям приказ пройти к деду, но они не смогли даже на сантиметр сдвинуться вперёд. Толпа мешала. Старик сказал:

– Ты ведь очень, очень тупой. И плохо учился видимо, потому что я б себе уже давно голову прострелил. Ничего, так лучше будет, чем попасть тому в пасть.

Он зажег спичку и просунул её к отверстию.

– Нет! – капитан и вправду не знал о химикатах и том, как можно взорвать все вокруг.

А старик знал и взорвал.

Взрыв прогремел на всю улицу. Шар пламени взмылся высоко вверх. Языки пламени последовали по пути пролитой из бочки жидкости, поджигая ноги людей.

Взрыв мигом унес жизнь старика, капитана и еще около десятка людей и стражников вокруг. Пик безумия, которого ждал Существо, случился.

Вопли обожженных и горящих людей потрясли оставшихся стражников, которые в неготовности попадали от взрыва. Баррикады взорваны, их ряды щитов пробиты. Народ ломился сквозь узкие места, где не бушевал химический огонь. Остальные быстро поняли – пройти и не загореться не получится. С другого края стражники все-таки отступили под натиском совсем обезумевших людей, вооруженных мотыгами, кочергами, совками для земли и кухонными ножами. После взрыва стража осталась без командира и без веры на успех. Они сдались, пропуская толпы людей.

Существо подумал, все произошло слишком быстро и тут же прикинул – теперь стража вокруг рассредоточится для поимки беглецов, пересекших периметр. Он обернулся в небо и закричал:

– Девчонка, зови своих дружочков и идем!

Он скинулся с крыши и полетел к проходу, целясь в стражника, потерявшего всякую волю. Стражник просто сел на холодный камень и смотрел, как горящие люди, махая руками, пытаются прихлопнуть огонь на себе и, в муках, но всё же бегут сквозь барьер. Как толпа сшибает и затаптывает тех, кто споткнулся. Видел, как пламя распространяется по стенам зданий вокруг. Потом он почувствовал прикосновение металла к своему затылку.

Маги круга созидания, расставленные снаружи барьера, не стали делать его непроходимым, предавшись эмоциям и сочувствию к людям, бежавшим сквозь него. Расположившиеся близко к нему маги решили: Существо уже мог пройти за барьер. Они не знали отчего произошёл взрыв. Кто его устроил. И находясь недостаточно близко к проходу, не могли разглядеть всех, покидавших внутренний барьер.

Существо вертелся среди огня и людей, вскрывая головы стражников, погружая других во мрак:

– Ну давай те же! Увидьте во всех этих колдунах своих врагов. – повторял он вновь и вновь, как бы заклиная людей, погруженных в кошмар. Но это так не работало. Многие видели кошмар, впадали в оцепенение и просто стояли на месте. Все зависело от увиденного. Заранее Существо кошмары не видел, поэтому бил наугад. Когда он осознал: некоторые попытки наоборот уменьшают беспорядочность хаоса, он остановился и влетел на крышу. Высматривая Эльфа с его командой, заметил приближающийся на звуки взрыва отряд Гернаса.

Эльф и команда как раз подобрались к проходу. Они прошли через редкие участки, не объятые пламенем. Лицо Во Тьме спустился встретить их и они двинулись дальше, к следующему барьеру.

– Каков дальнейший план? – спросил Кельман, как бы избегая творившийся вокруг ужас своим вниманием.

– Лучше не идти по его планам – пробубнила Дольма, все ещё не пришедшая в себя после увиденного. Страх, как она понимала, ведет лишь к ужасным решениям и лучше биться честно, чем использовать ужас ни в чем неповинных людей, которыми так легко манипулировал Существо. – Именно он – по её мнению – ответственен за взрыв, устроенный тем стариком. Он ввел людей в этот ужас безысходности, просто показавшись на крышах и вскрыв головы нескольким людям.

– Дорогуша. – развел руки Капюшон – А что я? Это они сами. Я лишь рассчитывал на хаос, в котором мы бы проникли за барьер. Дед взорвал ту бочку. Там нет моей вины. Ведь на нем не было кошмаров. Понимаешь?

– Я знаю, не было. – для Дольмы поступок старика был потрясением, ведь он и вправду решился на это сам.

Она оправдывала его тем, что он таким образом открыл проход загнанным в угол людям. Но взрыв оказался сильней, чем он ожидал. Он не хотел задеть своих соседей. Но также он знал, что если попросит отойти сограждан, его заподозрят стражники и, не дожидаясь следующих действий, застрелят его из арбалета. Поэтому старик решил, в этот раз цель оправдывает средства, и убил десяток людей, освобождая путь другим. Или дело в том, что люди лучше умрут, но не отдадут души Бессмертному. Так было всегда.

Дольма размышляла об этом. Она думала: им нельзя перекладывать ответственность на Существо, ведь они сами на это согласились. Дали свободу действий их вынужденному союзнику.

Сигирин прервал молчание:

– Вы не забыли? Время на исходе. – Эльф указал на отряды стражи и Кардиналов, идущих по главной дороге навстречу толпе. – Нас не распознают издали. А вот тебя вполне. Так что пойдем дворами. Надо ещё разделаться со вторым барьером.

Они свернули с дороги и скрылись среди многочисленных плотно приставленных к друг другу зданий.

Толпа убегающих граждан добралась до стражи за барьером и все по-своему сообщили им о том, что Существо Бессмертен и находится прямо тут. Гернас пересек пламенную преграду и верхом быстро обогнал толпу. Услышав их рассказы, он сказал:

– Меняем план. Отряды немедленно должны встретить магов у центрального барьера и перевезти их ближе к внешнему, создав малые барьеры вокруг больших скоплений гражданских.

Свое распоряжение он также написал на листе бумаги и передал его ручному ворону, который отправился в сторону барьера.

Гернас предупреждал Килреада о возможных последствиях паники среди гражданских. А Килреад, в свою очередь, предупреждал о последствиях их провала в поимке Существа. Продавив свою позицию Гернасу, они воплотили самый доступный и эффективный для них план по поимке врага. Однако, и самый опасный и непредсказуемый для населения Хареса.

– Если бы чертов Толим не сбежал, мы могли бы успокоить людей. – проговорил он вслух, не сдерживая злобы. – Возможно.

Милтоас, оставленный без присмотра Кардиналов, рассчитывал на свой последний козырь. В случае неудачи в поимке Существа, он рассчитывал на его уничтожение. Сделать он это собирался приказав своим магам сузить барьер, уплотняя его структуру и игнорируя жертвы среди населения. Центральный барьер мог отталкивать людей только за счет его меньшего диаметра и большей плотности энергии. А так же за счет большего количества магов по периметру. Сейчас, когда он получил письмо от ворона, Милтоас рассудил – магов неэффективно будет расходовать на защиту гражданских. Они потребуются ему в большей степени для смертельного уплотнения внешнего барьера.

В его плане оставалась одна проблема, которую ему не простят даже за уничтожение Существа, использующего потенциально самые опаснейшие артефакты для Эгламириады. Даже в таком случае ему не простят убийство Черного Кардинала. А его люди – маги созидания, вовсе не убийцы и вряд ли поняв какие установки внес в барьер их глава, смогут ему подчиняться. Вся надежда Милтоаса пала на благосклонность его тайного покровителя, в чьей мощи маг не сомневался. Только вот он и сам не знал, кто именно из сильнейших Эгламириады решил доверить ему это дело. Маги, да и любые чувствительные к энергии существа, легко могли отличить человека, вышедшего за грани обычных человеческих и даже стандартных магических норм. Аура его покровителя пронизывала письмо с распоряжением, полученное Милтоасом ещё недели назад. Настолько она была плотная и четкая. Письмо всё ещё могло согреть его руки в холодную пору.

Но что же для честолюбивого мага было страшней? Не оправдать доверие покровителя или своего круга, и всей Эгламириады в частности? И поэтому Милтоас тянул до последнего, надеясь по своей или не по своей воле Гернас покинет зону барьера и ему не придется убивать Кардинала.

Гернас же решил действовать иначе. Увеличить количество стражи, проверяющей людей, а также прервать обыски. Он приказал сформировать внутреннее кольцо в барьере. Раздав множество своих приказов, он собрал остатки отряда Сэта вместе со своим и двинулся патрулировать территорию около толп людей. Он с удивлением обнаружил: маги созидания, которым он приказал соорудить новые мини барьеры для защиты эвакуировавшихся людей, не прибыли на свои места. Тогда Кардинал вспомнил о Милтоасе, его неприязни к Кардиналам и об его тайном покровителе, доставшем для Мага СОРВ. Без Килреада, Тенеса и Толима Гернас не мог уследить за всем происходящим. Он не уследил как маги, которых привели его люди к барьеру, покинули территорию второго кольца и оказались снаружи.

Кардинал и не подозревал о плане Милтоаса, но понял – маг затеял свою игру. Он слишком мотивирован. Перечил Кардиналам.

Гернас решил, не выдавая своих подозрений, спросить у Милтоаса в письме, отправленным вороном, об обстановке снаружи. Ворон подлетел к барьеру и резко развернулся у самой его ограды. Сам барьер уже не раскачивался от дуновений ветра и больше не напоминал лоснящуюся ткань. Кардиналы знали о магии все, чтобы ей противостоять и не стать её заложниками. Гернас сразу понял – этот барьер уплотнился гораздо сильней, чем должен был на этом этапе уменьшения диаметра.

«Значит маги, которых я отправил на защиту гражданских, обошли барьер и укрепили его. Теперь это барьер и вправду может убить. А ворон – умная птица все таки. Не полез на эту ограду».

В этот момент к эскорту Кардинала приблизился посыльный, отправленный Милтоасом. Люди Кардинала приняли сообщение и передали его Гернасу. Маг потребовал от Гернаса и его бойцов покинуть барьер, и вновь не постеснялся указать на несостоятельность Кардиналов в поимке магической твари. Взбешенный Гернас уже хотел было кинуться за барьер и, со всей присущей Кардиналам бескомпромиссностью, наказать мага. Но подхвативший выброшенное на пол сообщение Сэт, остановил Кардинала от необдуманного поступка:

– Я думаю, Милтоас уплотнил барьер и созвал колдунов рядом с собой. Так они смогут давить им территорию внутри плотными стенами, уменьшать его диаметр и тем самым убить Существо. Но это значит – население тоже будет истреблено сужающимся барьером. – он протянул письмо Ните и остальным, и добавил. – Куча магов всегда к беде.

– Сэт, это значит мне стоит остаться внутри. Ведь убийство Кардинала, в отличие от истребления почти целого города – сжал кулаки Гернас – от осознания. Слуги Эгламириады, его страны, готовы разменять одну жизнь на тысячи. Буквально. Наверняка.

Это уже не их с Килреадом рисковый план, на который они пошли от безвыходности. Это было настоящие преступление против людей. Хотя наверняка маг считает, словно это его подарок. Жертва во имя человечества.

– Тенес – предатель, Толим – трус, Милтоас – гребанный маньяк. – пожал плечами Сэт. – А мы просто идиоты.

Погруженный в раздумья Гернас молчал, пока его бойцы сыпали ругательства в адрес магов. Сэт не понаслышке знал об ужасных сторонах применения магии. О разрыве между влиянием человека, несведущего в колдовстве, с человеком сведущим. Однако в прошлом ему удалось покончить с целым семейством колдунов, использующих свою магию во вред. Думая об предательстве Милтоаса, Сэт вспоминал уроки отца из детства. Уроки, проведенные за изучением магических фолиантов и практике с инструментами магов. По мнению Килреада, Сэт обладал схожим с ним характером, стержнем справедливости, на котором строилась культура Кардиналов. Только в этот раз этот стержень достался обычному человеку, рожденному под обычным ложным небом. А возможно, этот человек сам взрастил эту черту своего характера. Судьба Сэта была схожа с судьбой Килреада. Оба отправили своих отцов на тот свет. Не из сумасшедших наклонностей или жажды выгоды, а именно ради прекращения мук, которые распространяли их погрязшие в ненависти и вседозволенности родственники.

Сэт знал, магия в руках тирана – ужасная вещь. И он знал как с ней бороться. Вспомнив свои детские уроки, Сэт проанализировал барьер и сказал:

– У них не хватит сил испепелить людей внутри. Барьер не убьёт нас огнем или взрывом при соприкосновении с ним. У них есть силы и инструменты только для электрического барьера. Но, учитывая их количество, то есть магов, сила тока будет огромная. Так что вряд ли кто такое переживет. Но все-таки барьер – та ещё магия, полная минусов. Можно убить буквально одного-двух магов и, пока другие не распределят свою энергию, в барьере будет щель. Или его поведёт. Пару секунд, наверно, учитывая их близость друг к другу. К тому же, мы не можем связаться с внешними силами, так что это бесполезно.

– Очень, очень помог. – как обычно язвила Нита. Мясник наконец пришла в себя и готова была к новому сражению, точнее к новой попытке убить Существо.

– Тогда нас поджарит током. Так, вроде, правильно говорить? Поджарит током? – вопрошал Немод.

Тайта шлепнула его ладонью по затылку.

Капитан отряда ещё раз взглянул на Кардинала, явно ждавшего новых открытий и идей от Сэта. И они у него были:

– Но барьер – аж вскрикнул Сэт от осенившей его идеи – Извините. Барьер – это просто замкнутый купол, который не проходит под землёй. Если мы спрячемся ниже его уровня, например в подвалах, он пройдет мимо нас. Но если этот предатель заподозрит о наших перемещениях, он может начать сужать барьер быстрее. Плюс, надо эвакуировать в подвалы и гражданских. А я уверен, не у всех домов они есть.

– Зато у всех есть погреба. – сказала Нита – Бедный город, бедные посевы. Люди сохраняют урожай, растягивают.

– Туда влезет не так много людей, а тут их, извините, пару тысяч, включая нас и стражу. – сказала Тайта.

– Тогда, – вступил Гернас. – я сыграю намерение покинуть барьер после последнего обхода по кругу. Этот обход надолго затянется.

Он растянул слова и улыбнулся.

– А людей от барьера мы выведем под предлогом западни для Существа. Бойцам, если Милтоас заподозрит неладное, придется бежать со всех ног. Ведь их мы оставим, якобы в качестве засады на Существо.

– Ии… – намекал Сэт.

– Да – вздохнул Кардинал – Если нам не посчастливится во время этого цирка обходом встретить и захватить Существо, в чем я очень сомневаюсь, мы его упустим. Точнее даже отпустим, спасая гражданских.

– А когда барьер пойдет мимо, мы этого ублюдка мага на кусочки нашинкуем – сказал Немод, облизывая край ножа.

– Да да да. – поддержала Тайта.

Гернас подумал: зря поддержал в своё время Килреада в сборе отряда из бывших убийц и преступников. Он неохотно кивнул кровожадным Немоду и Тайте. Ведь понимал, если маги пойдут на такое преступление, то когда увидят выживших, терять им будет нечего. Он сказал:

– Тогда приступаем. Не привлекая к себе внимания, оповестите капитанов стражи и отряды поиска. Их роль – предупредить людей и подготовить к побегу. Пусть выяснят, какие из ближайших домов имеют подвал. Им придется быстро бежать. Смогут ли маги сделать такой барьер ещё раз?

– Скорее нет, чем да. Я думаю, барьерные установки уже достигли пика своей работы и они просто взорвутся, если колдуны их вновь нагрузят. К тому же, и для самих магов это чрезвычайно утомительно. Маг после барьера, оставшийся с живым противником – мертвый маг. Глухая оборона такого типа эффективна только при страховке магами другого типа и бойцами ближнего боя. У них нет шансов. – сказал Сэт – Если мы переживем конечно.

Кардинал подозвал стоявшего неподалеку посыльного и отправил его к выходу. Маги уже закрыли проходы. С таким мощным барьером они не могли создать щели. Поэтому посыльный сообщил о решении Гернаса путем письма на листке, который он прислонил к барьеру, словно к оконному стеклу. Милтоас, прочитав решение Гернаса сухо посмеялся над самонадеянностью Кардинала, и, из-за сложившегося у него образа Кардиналов, не заподозрил никакого подвоха. Он просто подошел к краю барьера, за которым толпилось множество людей, непонимающих почему прекратилась эвакуация. Милтоас насмешливым взглядом ответил посыльному, после чего тот незамедлительно вернулся к Кардиналу.

Барьер был закрыт так как Милтоас понимал – любой боец Кардиналов, заподозрив неладное, просто убьет колдунов. А бойцы спокойно могли переодеться в одежду крестьян, спрятав оружие под лохмотьями. Гарнизон снаружи полностью следовал изначальным инструкциям и занимал места на возвышениях поодаль от барьера. Их цель лишь одна – подбить летящее Существо. Только некоторые люди становились проблемой, так как не дождались своих друзей из барьера. Они подходили с расспросами и мольбами к магам: «Почему барьер закрыли?» Но колдунов ограждали слуги, которые были личными отрядами поддержки для магов. Для бойцов Кардиналов они бы не стали проблемой, но для обычных гражданских они выглядели вполне устрашающими, и потому без проблем разгоняли людей от барьера и направляли в специальный лагерь для эвакуированных неподалеку. В лагере трудились для людей небоевые слуги Кардиналов и прислуга воеводы. Они наготавливали в больших казанах супы и успокаивали толпу. На улице стояла промозглая погода. От дождя укрывались под натянутыми на столбы тентами из жесткой ткани. Людей держали подальше от города. Битва могла разгореться прямо на границе барьера, между гарнизоном и Существом.

Здесь же неподалеку перевязывали раненного Килреада.

Гернас предупредил своих подчиненных внутри барьера и отправился в якобы последнюю вылазку по поимке Существа. Только отъехав из поля зрения колдунов, Гернас и его отряд разделились и отправились парами к четырем выходам из барьера. Сейчас они были закрыты, но большинство людей все ещё были там. Кардинал решил, людей надо предупредить тихо, так, чтобы они не привлекая к себе внимания, по маленьким группам, улизнули от барьера и попрятались в подвалах. Гернас не был уверен, готовы ли другие чародеи убить всех внутри барьера. Он надеялся: маги у других проходов не забьют тревогу из-за людей, уходящих обратно в город. Однако у прохода где был сам Милтоас пришлось придумать легенду: люди якобы нужны для ловушки на Существо.

Милтоасу о ней сообщили также, как и раньше – через письмо, поднесенное к пульсирующему краю напитанного барьера. Как и раньше, Милтоас не заподозрил подвоха и спокойно принял решение Гернаса, наградив посыльного очередным высокомерным взглядом.

– Господин Милтоас, – спросил один из магов поддерживающих барьер – почему мы вновь не откроем проход?

– Ты видел, что стало у первого барьера? Это произошло очень быстро. Враг пользуется толпой, и толпа сметет отряды у входа, не сомневайся даже. Но толпа и Существо ничего не сделают барьеру.

– Барьер ведь уплотнился очень сильно из-за того как мы сплотились. Нас стало больше, а кольцо меньше. Боюсь он может убить человека, который его затронет.

– Не глупи – это всего лишь будет удар током. Не более. – заверял Милтоас. Он знал лучше других, круг созидания – это не боевые маги. И в их философии и правилах нету допущения об убийстве сотен невинных людей. Но покровитель Милтоаса дал ясно понять: если Существо не схватить, то следует убить его любой ценой. Также чародей знал ещё одну важную деталь. Мантию Черного Принца не может надеть ни один Бессмертный. Значит, враг лечится магией и не более. Однако какая такая магия так быстро затягивала раны, чародей понять не мог. Он никогда не слышал о такой регенеративной области применения магии. А магия в Эгламириаде являлась точной наукой и весьма предсказуема для тех, кто посветил этой науке всю свою жизнь.

В письме Гернас заверял колдуна, если спрятать толпу по домам, то Существо не сможет использовать их кошмары так легко. Все-таки пробить голову воина тяжелей, чем голову крестьянина, не способного защищаться. Милтоасу было все-равно. Его волновал лишь выход Кардинала, дабы не лишиться своей жизни после такого поступка. Милтоас дал себе обещание, если увидит Существо перед барьером, не дожидаясь Кардинала захлопнет энергетический купол и пожертвует всеми ради устранения столь опасного врага.

Кардинал, двигаясь к другому проходу, уловил краем глаза движение на крыше. Темный силуэт помахал ему рукой и исчез с глаз. Гернас закусил губу, проскрипел зубами, но двинулся дальше. «Он что, знает что происходит? Но откуда он может знать? Хотя, я все ещё не понимаю как Милтоас не догадался, что и зачем мы делаем?» – думал он, проезжая очередное место выхода, где столпились люди.

Бойцы подходили к группам людей, тихо сообщая им об опасности барьера. Указывали группам людей не одним скопом передвигаться дальше от барьера и потихоньку ускользать из поля зрения магов, прячась в дома, а затем и подвалы.

Пока Гернас уводил людей, Милтоас сидел на своем кресле внутри недавно собранного его слугами шатра, около барьера. Он услышал крики снаружи и отправился к барьеру. Подходя к отряду стражи своих магов, он отчетливо услышал как они ругались, мол все люди Кардиналов прямо сейчас идут от входа. Точнее очень быстро идут, и оставляют барьер без присмотра внутри.

Взглянув через мутный барьер на это все, сам, Милтоас осознал: Кардинал уводит людей от барьера. Он подумал: может Кардинал встретил врага и вызвал поддержку воронами? Вот бойцы и снялись с места. Или же Кардинал догадался о его преступных планах? Если да, то чародей проиграл. Ведь шанс выжить под сужающимся барьером есть. Если о нём догадались воины Кардиналов, то и Существо задумается почему они так себя повели, изучит их, и тоже обойдет сужение барьера живым.

– Сужаем барьер немедленно. Перенастрой установки! В быстром темпе.

– Но такой барьер о слишком плотный, может повредить людей внутри – запротестовал один из колдунов.

– Это всего лишь вырубит их. А потом, осмотрев тела, мы найдем врага. К тому же, вы не сможете держать барьер вечно. Хочешь провалить задание Кардиналов? – давил на самое страшное Милтоас.

– Под вашу ответственность, командир.

– Сужаем барьер с помощью обратного высвобождения. – сказал Милтоас.

А сам думал: «Внутри города перед операцией я оставил ещё одну установку. Она была активна, всё время. Так что если мы отменим барьер, то его энергия переёдет к ней. Обратное высвобождение. И такая мощность высвободившейся энергии просто снесет все дома ну пути. Завалит подвалы в которых они решили попрятаться, и в котором наверняка прячется враг. Ну а потом мы все раскопаем и найдем его труп и Трость». – представлял чародей.

Маги передавали сигнал остальным на сужение барьера. Им придется двигаться к центру. Барьер без магов сам никуда не шел. А установки могли катиться на колесах. Огромные механические инструменты. С кристаллическими линзами на наконечниках штырей торчащих в сторону барьера. Провезти их можно было только по широким улицам с ровной дорогой. Маги под защитой стражи сужали барьер, катя их к центру. Милтоас ждал максимального накопления энергии, которой хватит на то, чтобы снести все внутри купола.

Внутри барьера бойцы заметили сужение и помчались в дома, выкрикивая местным: Спасайтесь! В подвалы, живо!

Гернас посмотрел на приближающееся синее полотно.

– Он стал плотнее. Почти уже и не видно ничего. – говорил он. – В любую секунду значит. Быстро! Прячемся!

Барьер двигался быстро, маги шагали уверенно. В какой-то момент, когда Милтоас собрался выключить установку и тем самым вызвать выплеск энергии барьера к центру окруженного города, перед его глазами появился обычный город. Без плотного синего фильтра. Обычный воздух, не окрашенный энергией сотни магов. Обычное небо Подзотча, уходящие далеко вверх, вечно укутанное облаками.

Барьер исчез. Исчез без взрыва лишней энергии.

– Все прошло просто идеально. Просто восхитительно. Какие же вы молодцы. Расчистили подходы к этому куполу. – спускался с высоты Лицо Во Тьме. У купола не осталось ни стражников ни гражданских.

Маги круга созидания, утомленные поддержанием барьера, не могли и думать атаковать Существо. Он отпустил Сферу для ускорения и падал вниз, подхватив её вновь перед самым приземлением. В правой руке лежала Трость, он схватил её ближе к рукояти с выплавленной из светлого металла головой неизвестного чудовища, растворил ножны клинка, спрятанного внутри. Коснувшись земли, он проворно оттолкнулся и рассек шею одного колдуна. Затем, не давая опомниться другому, повторил такой же удар, поругав себя за малую креативность. Охрана колдунов не успела ничего предпринять.

Несколько охранников круга, стоявших неподалеку, ринулись за подмогой в сторону гарнизона. Существо зазывающим жестом помахал рукой духу Дольмы, который как он знал, следил за ним неподалеку. Спустя несколько мгновений из-за дома неподалёку вылезла вся группа. Дольма рассказала Кельману о происшествии и он был не в себе, осознавая, их вынужденный союзник убил без надобности ещё двух человек. Однако, до того как они покинули дом, Сигирин убедился, надавив на юношу, что тот не выскажет и слова и они быстро покинут город. А дальше пусть делают что хотят. Кельмана относительно устроил подобный расклад, но когда он увидел, стоящего над трупами колдунов Капюшона, он все же выпалил:

– Да сколько можно убивать? Не они наши враги.

Двое колдунов стали каплей, переполнившей чашу Кельмана. Хотя, ещё больше его пугал и вызывал неподдельную ярость случай у прохода. Толпа, давка и взрыв. Кельман игнорировал произошедшее. Какое то время. Раньше.

Эльф закатил глаза. Сильвий попытался успокоить брата, обхватив его плечи, как делал раньше. Дольма молча наблюдала. Она все ещё не рассказала о том, как Существо также вскрывал головы детям, повергая тех в ужас. Дольма знала – тогда Кельмана уже вряд ли сможет сдержать Сигирин или они с братом.

Кельман выкрикивал ругательства в адрес Капюшона. Лицо Во Тьме же в свою очередь парировал:

– Это маги, ты, обремененное интеллектом дитя. Понимаешь, они могут в секунду тебя поджечь. Я хорошо уяснил, если есть возможность убить мага – убивай сразу. К тому же я спас больше.

Эльф пожал плечами и сказал вперед Кельмана, уже раскрывшего рот с новой порцией ругательств:

– Логично. И да, так оно и есть.

Кельман остановил поток брани. Не потому, что Сигирин оправдал Существо, а из-за крупного отряда гарнизона, показавшегося на горизонте. Из-за спора они почти потеряли единственное преимущество, а именно – время, данное им Тростью Капюшона. Ведь таким образом открыв барьер, маги не знали где это произошло. И только сбежавшие стражники могли об этом сообщить.

– Надо было дать убивать всех. – прорычал Существо.

У Сильвия задрожали ноги. Но он рассмотрел дворы этого района ранее и знал где они могут обойти этот отряд:

– Сюда, скорей! – сказал он, указав пальцем в переулок неподалеку.

Спустя некоторое время, группа приблизилась к кольцу гарнизона и с удивлением обнаружила поредевшие ряды стражи. Как оказалось, паникующий Милтоас, будучи единственным управленцем, созвал отряды из гарнизона для своей собственной цели – улизнуть внутри передвижений армии от мстительного Кардинала, покинувшего зону лопнувшего барьера. Однако Гернас быстро воспользовался своей неоспоримой властью и скоординировал обманутую стражу, разослав воронов и гонцов.

Испуганный, доведенный до ужаса своими собственными решениями Милтоас, решил прибегнуть к последней мере. Он не выполнил указаний покровителя и ему не стоит рассчитывать на защиту «сверху». И при том он ещё и совершил попытку убить всех в мирном городе вассале, тем более когда там был Кардинал. Мага в Эгламириаде ждет только смерть, либо перевоплощение во что-то ужасное и он таки послужит Эгламириаде ещё. Но уже в образе отвратительных существ Владыки Решаура.

Вспомнив о Решауре, чародей услышал его песню – в воспоминаниях, но настолько ярко, будто она играла здесь и сейчас. Эта ужасная, по мнению Милтоаса, музыка могла просто вводить в трансовое безумие любого, кто её услышит.

Милтоас умело воспользовался шумихой, и несколько преданных, по своей глупости, магов помогли ему добраться незамеченным до шатра, где лечили Килреада. «Пленённый Кардинал, до чего я опустился». – прошептал себе под нос чародей. Это был его последний шанс убраться из Подзотча в сторону дальних планов, неподконтрольных Эгламириаде.

Некоторое время назад, когда спал барьер и Гернас нацелился схватить мага предателя, он позаботился и о своем товарище, направив ему Рута. Рут был собственным вороном Килреада, самым крупным из всех, в войске Кардиналов. Рут с легкостью обогнал Милтоаса и его ужасную идею.

Рут влетел в шатер с раненым Кардиналом, уселся на грудь лежащего без сознания на спине Килреада. Предупреждать слуг мало смысла. Они все заняты, и к тому же, не являлись воинами. Их эффективность в сражении с магом уровня Милтоаса (а он все-таки глава отделения круга), была слишком низкой. Ниже, чем гигантский ворон, которого никто не собирается здесь встретить.

К тому же, как рассудили Гернас с Сэтом, если пытаться открыто взять колдуна, он может выкинуть неприятный сюрприз, который унесет жизни их бойцов и слуг.

Рут, каркая и махая крыльями, пытался достучаться до Килреада. И, спустя несколько минут, ему удалось привести Кардинала в сознание. Если можно так назвать то полуобморочное состояние, в котором он пребывал. Он прочел письмо от своего коллеги и решил подловить мага, если тот решит наведаться к нему. Главное – не потерять сознание. Тем более мастерски изображая спящего.

Когда чародей приблизился к шатру, его верные подчиненные, всё ещё не понимавшие что к чему, отвлекли пару охранников и Милтоас проскочил внутрь.

Кардинал лежал в палатке недалеко за позициями проредившего гарнизона. Лежал, укрывшись пледом, под которым он скрывал нож и ворона Рута, нашедшего своего хозяина и передавшего ему письмо.

Милтоас вошел в шатер, достал посох и начал фокусировать энергию. Килреад почувствовал прикосновение посоха чародея к своему плечу, укрытому пледом. Когда чародей поднял посох, Килреад одернул плед. Ворон вылетел прямо в лицо мага и начал неистово клевать того в глаза. Собственно, одного глаза Милтоас лишился сразу. Однако, колдун попытался сотворить заклинание, но еле стоявший на ногах Кардинал вонзил нож в плечо держащей посох руки мага. Посох упал на землю. Милтоас не был колдуном, способным творить магию без инструмента. А в рукопашную он предвидел проигрыш, даже столь серьезно раненому Килреаду.

Кардинал попытался извлечь нож из плеча мага, но ему не хватило сил. Ноги подкосились и он решил не падать просто так, а повалить своим весом чародея. Килреад надавил на нож и повалился на скрючившегося мага. Маг из всех сил пытался отбиться от ворона одной рукой, а второй давил на рану Кардинала. По крайней мере так он считал, но из-за ворона ничего не видел и давил в совершенно здоровое плечо. А ворон уже прилично расклевал лицо чародея, когда тот упал на пол, придавленный почти потерявшим сознание оппонентом. Чародей сдался и закричал:

– Хватит, я сдаюсь!

Ворон клюнул его в открывшийся рот, прямо в язык. Милтоас закрыл рот рукой, закричал от боли, попытался перевернуть голову в бок, чтобы не захлебнутся своей кровью.

Кардинал уже лежал без сознания, но очень крепко прижал чародея к земле и обезвредил цепкими руками его вторую руку. Маг не мог дальше отбиваться от ворона, которому не поступало указание отступить, так как Кардинал спал.

Через некоторое время в шатер ворвался отряд Сэта с Гернасом во главе. Они увидели лежащего на теле Милтоаса Килреада. И лицо мага, обезображенное вороном. Милтоас был мертв. Килреад точно этого не хотел, потому и не бил колдуна ножом в живот или горло. Однако уже был не в состоянии отозвать разбушевавшегося ворона, защищавшего своего хозяина.

Гернас с Сэтом аккуратно подняли Килреада с тела мага и отнесли обратно в кровать. В соседней комнате, конечно же. В комнате с Милтоасом начало вонять. Будить раненого, измотанного Кардинала никто не собирался.

Кардинал похвалил Рут. Ворон отлично справился, хоть и явно перестарался. Теперь они вряд ли узнают, кто тот таинственный покровитель Милтоаса. Гернас встал над мертвым Милтоасом и обронил:

– Видимо он и вправду мог только лужицы заклинать. А я уже начал думать – зря мы над ним смеялись. – он успехнулся – Сэт, распорядись обыскать его шатер. Допросить всех его людей, особенно тех двоих снаружи.

Сэт кивнул и вопросил:

– А что насчет Существа? Мы его отпустим? Или начнем погоню?

– А ты знаешь где он?

– Нет. – почувствовал себя дураком Сэт.

– Я понимаю тебя. Мы провалились сегодня. К тому же, несколько членов твоего отряда погибли. – Гернас положил руку на плечо Сэта. – Мы схватим его, когда Килреад придет в себя. А пока, займись своими людьми. Особенно Тайтой.

– Хм. Хорошо. – Сэт удалился из комнаты.

Рассредоточенность гарнизона дала возможность группе Эльфа избежать столкновений у границы города. Они спокойно прокрались меж двумя отрядами, находившимися поодаль друг от друга. Лицо Во Тьме шел в тылу группы, чем вызывал у остальных её членов параноидальные настроения.

Когда наконец они смогли говорить, не опасаясь быть замеченными, Эльф сказал:

– Хватит. Вижу, как все бесконечно озираются на тебя. Ты пойдешь спереди.

– Нету оснований бояться меня дружище! Вы ведь предложили мне выгодную сделку. Сундук, информацию. Иии.. – выждал он и начал бравадную речь – и надежду на победу человечества супротив Бессмертных угнетателей.

– Ах ты кусок дерьма! – к Существу подлетел Кельман, готовый его ударить.

Он остановился в последний миг, увидев блеснувший в руках оппонента кинжал.

– Я драться не буду. Я буду убивать, дорогой мой неврастеник. – предупредил Существо.

Сильвий и Дольма прекрасно понимали реакцию их брата, который искренне ненавидел Бессмертных. Для него любое поверхностное суждение о данной проблеме воспринималось как личная обида. Его амбиции и привели их сюда. Их общая цель. Казалось, Кельман помешался на ней, а Лицо Во Тьме дразнил его. Намеренно, или просто по своей скотской натуре – этого они не знали. Но все таки не велись на провокации, и время от времени успокаивали вспыльчивого брата.

Сигирин проигнорировал стычку и сказал:

– Вот там последний патруль и мы попадем в лес. Судя по картам того торгаша, мы будем идти в чаще около дня. А войско через такой лес со всеми своими припасами не пойдет, и им придется идти в обход, по берегу «Узкой Земли». Мы выиграем кучу времени.

Озвучивание его плана отвлекло внимание группы от конфликта.

Сильвий извлек из наплечной сумки подзорную трубу и вгляделся в сторону леса, опасаясь увидеть скрытые отряды Кардиналов. К своему облегчению, или к ещё большей обеспокоенности, по причине того, что он никого не увидел. Сильвий убрал трубу обратно и сказал:

– Никого не видно. Я надеюсь, никого и нету.

Сигирин прислушался. Никого нету, вообще никого. Он махнул рукой, обозначая движение вперед, и группа аккуратно двинулась к лесу. Когда они подошли к самой границе густого темного леса, они осознали: воины Кардиналов не гнушаются валяться в грязи, скрывая свое присутствие.

Пятеро бойцов вскочили на ноги, полукругом огибая Эльфа и его группу. Сигирин моментально извлек из искусно сделанных ножен свои парные сабли, большие, похожие на скимитары. Кельман среагировал быстро и прикрыл фланг, закрывая собой Дольму, которая держала в руках арбалет.

Сильвий запоздало и неуверенно вытащил свой меч и ошалело уставился прямо в глаза одному из бойцов. Он заставлял себя смотреть врагу в глаза и не проявлять страха, хотя это у него скверно получалось.

Существо же стоял неподвижно, но в его левой руке уже колыхались языки темного пламени. Огня – по движению. Непроглядной тьмы – по сути. Бойцы Кардиналов уже в курсе некоторых способностей Существа. Однако эта группа, оставленная здесь перед началом операции, не обладала сведениями о скрытом внутри Трости клинке.

– Переговоры излишни. Вас пятеро и нас пятеро. – с глубокими паузами говорил Эльф. – Мне вот больше четырех сотен лет. Я думаю так, раз вы дослужились до бойцов Кардиналов, значит вы умные парни.

– Да, я вижу это в их глазах. – прошипел Лицо Во Тьме и жутко засмеялся.

– Так вот, раз умные, значит знаете и понимаете, что такое старый Эльф. Ещё и посвятивший всю свою немалую, подчеркивая, не-ма-лую жизнь… – Сигирин продавливал в головы бойцов идею, известную всем, кто имеет дело с боевым ремеслом: «Старый эльф не является противником, которого можно победить непревосходящим в разы числом».

Он прописывал своими саблями круги в воздухе и ловко исполнял финты. Изящно и быстро, придавая вес своим словам.

Один из бойцов неуверено сделал шаг вперед.

– А может ты ещё эльфская козявка? Молодняк то есть. И просто блефуешь? Тогда мы будем идиотами.

– Извините, может Эльф и пустослов, – сказал Капюшон. – но, как видите, мы все-таки прошли через весь город и гарнизон. А ваши друзья потерпели поражение.

Капитан отряда, кривя лицом, недолго подумал. Он представил, как Эльф порубит их на куски быстрей, чем они хоть раз успеют замахнуться, что конечно было преувеличением способностей остроухих долгожителей. Но все же у страха велики глаза. И ещё больше страха на бойца нагоняла идея предстать с отчетом о позорном пропуске врага перед его Кардиналами. Капитан сжался, напряг мышцы, явно готовясь к удару, опасаясь лишиться головы сразу после, и закричал:

– Сигнальную!

Один из бойцов снял с пояса маленькую шашку и чиркнул ей об край гарды своего клинка. Неустойчивый и ядовитый материал загорелся и испустил фейерверк искр в тот момент, когда боец бросил его в разбегающихся противников.

Кельман одним ударом эфеса вырубил этого бойца. Он потратил мгновения для защиты на поджог шашки. Потому Кельман так легко сблизился. Другому бойцу Дольма прострелила руку, в которой он держал меч. Девушка удивилась своему попаданию. На улице было уже темно.

Сильвий же не смог заставить себя атаковать первым и неуклюже парировал удар оппонента. Эльф тем временем ловко промчался по дуге, снося одного бойца с ног и отводя клинок капитана одной саблей, а другой вспарывая легкую броню на его груди. Брызнула кровь. Затем он отскочил назад, на занятого Сильвием бойца и и рассек тому спину вместе с задней частью плеча.

От сигналки толку было мало, ибо Лицо Во Тьме запустил в шашку тот самый сгусток тьмы, который лежал в его левой руке. Полностью скрывая огни шашки.

В сознании ещё остались четверо бойцов, но все они оказались ранены и не собирались сражаться. Капитан упал на колени, зажимая свою рану рукой. Сигирин не имел желания добивать сдавшихся врагов. Он командовал:

– Кидайте все свои сигналки мне под ноги. Не зажжёнными. И тогда останетесь живы. Теперь можете считать – вы сделали все, что могли.

Капитан оскорбился этим заявлением. И при этом, если он хотел сохранить свою жизнь и жизни своего отряда, не мог не подчиниться. Он отстегнул свой пояс и бросил его вперед себя. Остальные последовали его примеру.

Когда отряд Эльфа двинулся дальше, Дольма шла позади. Она подкинула капитану сверток бинтов из своего рюкзака. Затем, вслед за остальными она скрылась в чаще леса.

Глава 2
После Подзотча

Солидарность

Узкая Земля являлась территорией Подзотча, соединявшей между собой два громадных массива этого плана. На Узкой Земле города располагались друг за другом, почти по прямой линии. Это единственная часть земли, где Кардиналы могли преследовать Существо, всегдя зная куда он пойдёт.

Слишком маленькая, чтобы найти её в огромном массиве плана Подзотча, цель ускользнула из окружения Кардиналов. Её появление отобразило реальную суть вещей. В Эгламириаде кто-то из, как минимум, близких к Владыкам личностей, действовал за спинами Кардиналов. Влиял на круг созидания Подзотча. И этот факт предательства неимоверно бесил Килреада. Который не был намерен сдаваться в своем стремлении поймать Существо.

Килреад уже сам ощущал свою ненормальную для Кардиналов одержимость. Его внутренний голос сигнализировал о жестком несоответствии с реальностью. Враг одетый в Мантию, которая могла обойти чутье Кардиналов. И Трость, способная открыть любую дверь. Даже дверь в сознание. Килреад даже подумал: с этой Тростью можно было бы избавиться от мороки «Допроса». Но он не преследовал свою прямую материальную выгоду в этом вопросе. Для себя он определил своё устремление как некую внутреннюю концептуальную войну его природы Кардинала против природы Существа. Но. Теперь нужно было поймать не только Существо. И вовсе не Эльфа.

Делая все вокруг реальней, Кардиналы транслируют это и окружающим. С Существом же такого не было. Как он казался абсолютно нереальным, так и казался. До того единственного момента, когда во мраке капюшона появилась заиндевевшая маска, казалось, покрытая тонким слоем мха. Пока из капюшона не вылетела рука, столь твердая, без проблем пробившая плечо Килреада и одновременно эластичная, гибкая, будто из плоти и крови.

Эта маска ещё и поблагодарила его, когда он, пересилив руки Существа, прислонил Трость к его голове. Кардинала терзало чувство, но не вины, а ошибки. Чувство – все уже испорчено в той мере, что может считаться его личным провалом и провалом всей его природы, которую он и другие Кардиналы считали абсолютной. Безошибочной и точной. Каким образом он ему помог? Была ли это обычная издевка? Зачем Принц создал эту Мантию?

Как он мог так ошибиться, он же Кардинал.

Да и вообще, это вроде просто кофта с капюшоном, а не балахонистая мантия. Это конечно самое важное непонимание.

От тревожных мыслей его отвлекла новая кочка на дороге, на которую наехала повозка. Он лежал внутри, укрытый несколькими слоями пушистых шкур.

Войско Кардиналов покинуло Харес и двинулось обходным путем, огибая лес. Им предстоял путь прямо у Берега. У границы этого плана – куска материальной земли, висящего в бесформенном пространстве Разрыва. Где не было ничего кроме цвета и где при этом располагались все остальные планы, сокрытые странными барьерами, которые ни один маг не в состоянии поставить или разрушить.

Гернас проскакал к повозке, где лежал Килреад. Он остановил кучера и забрался внутрь.

– Ты наконец проснулся. – сказал он.

Повозка вновь двинулась вперед. Гернас сел на пол рядом со своим компаньоном и сказал:

– Ты знаешь, если бы нас не пичкали всеми этими травами, витаминами, полезными веществами, у твоего тела не хватило бы ресурса залечить такую рану. Даже при помощи круга Созидания. Хотя мы все ещё не знаем будешь ли ты нормально двигать рукой, спустя время, когда рана затянется.

– Ты намекаешь – лучше вернуться в Эгламириаду? Залечить раны и не боятся последствий? Принять уход врачевателей и посидеть на правильном мультиминеральном питании пару месяцев? А не жрать походную еду, совсем не богатую всем тем необходимым для сращивания плоти и суставов. – в такой же грамотной манере ответил Килреад.

Гернас немного рассмеялся:

– Значит ты это понимаешь. А раз так говоришь, значит мы идем дальше.

Килреад кивнул. Он пристально уставился на книгу связи, которую Гернас доставал из сумки. Гернас раскрыл книгу, поднес к ней свою зажигалку.

– Слушай. – сказал он. – Милтоас Перге был заклёван вороном Килреада – Черного Кардинала Эгламириады. То есть фактически – убит по приказу Килреда, не способного из-за ранений остановить разбушевавшегося ворона. Милтоас получал указания от неизвестного покровителя. Возможно врага Эгламиириады. Тут я описываю его предательство. Весь план захвата и так далее. Наши догадки на тему – кто покровитель – упустим. – кивнул он и, дождавшись одобрительного кивка Килреада, продолжил. – После осмотра вещей чародея и допроса его приближенных мы выясняли – никто из круга не замешан в сотрудничестве с Милтоасом. Они лишь выполняли приказы главы круга. Не зная истинных целей. Но для надежности мы сослали магов к станции Ротва. Их должны встретить силы Эгламириады для дальнейшей проверки. Мы оставили при себе лишь несколько магов для продолжения операции. В этих конкретных индивидуумах мы уверены.

– Я не уверен. – особо подчеркнул Килреад.

– Это естественно. – буркнул Гернас, на самом деле обрадованный привычным для Килреада настроением. Он продолжил. – И дальше мы преследуем источник феномена открытых дверей. Мы теперь точно уверены, что это особенность неизвестного артефакта – Трости. Позволяющей открывать любые двери. В том числе двери в сознание.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.