Азбука спасения
Том 51

Автор-составитель Никодим Благовестник

ISBN 978-5-0059-8448-7 (т. 51)

ISBN 978-5-0055-9992-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

МИЛОСЕРДИЕ

Понеже сотвористе единому сих братий моих меньших: Мне сотвористе (Мф.25:40).

Смотрите, не творите милостыни вашей пред людьми с тем, чтобы они видели вас: иначе не будет вам награды от Отца вашего Небесного. Итак, когда творишь милостыню, не труби перед собою, как делают лицемеры в синагогах и на улицах, чтобы прославляли их люди. Истинно говорю вам: они уже получают награду свою. У тебя же, когда творишь милостыню, пусть левая рука твоя не знает, что делает правая, чтобы милостыня твоя была втайне и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно (Мф.6:1—4).

Апостол Матфей

Тогда Петр приступил к Нему и сказал: Господи! сколько раз прощать брату моему, согрешающему против меня? до семи ли раз? Иисус говорит ему: не говорю тебе: до семи раз, но до седмижды семидесяти раз. Посему Царство Небесное подобно царю, который захотел сосчитаться с рабами своими, когда начал он считаться, приведен был к нему некто, который должен был ему десять тысяч талантов, а как он не имел, чем заплатить, то государь его приказал продать его, и жену его, и детей, и все, что он имел, и заплатить, тогда раб тот пал, и, кланяясь ему, говорил: государь! потерпи на мне, и все тебе заплачу. Государь, умилосердившись над рабом тем, отпустил его и долг простил ему. Раб же тот, выйдя, нашел одного из товарищей своих, который должен был ему сто динариев, и, схватив его, душил, говоря: отдай мне, что должен. Тогда товарищ его пал к ногам его, умолял его и говорил: потерпи на мне, и все отдам тебе. Но тот не захотел, а пошел и посадил его в темницу, пока не отдаст долга.

Товарищи его, видев происшедшее, очень огорчились и, придя, рассказали государю своему все бывшее. Тогда государь его призывает его и говорит: злой раб! весь долг тот я простил тебе, потому что ты упросил меня, не надлежало ли и тебе помиловать товарища твоего, как и я помиловал тебя? И, разгневавшись, государь его отдал его истязателям, пока не отдаст ему всего долга. Так и Отец Мой Небесный поступит с вами, если не простит каждый из вас от сердца своего брату своему согрешений его (Мф.18:21—35).

Апостол Лука

Сказал же и позвавшему Его: когда делаешь обед или ужин, не зови друзей твоих, ни братьев твоих, ни родственников твоих, ни соседей богатых, чтобы и они тебя когда не позвали, и не получил ты воздаяния. Но, когда делаешь пир, зови нищих, увечных, хромых, слепых, и блажен будешь, что они не могут воздать тебе, ибо воздастся тебе в воскресение праведных. Услышав это, некто из возлежащих с Ним сказал Ему: блажен, кто вкусит хлеба в Царствии Божием! (Лк.14:12—15).

Сказал же и к ученикам Своим: один человек был богат и имел управителя, на которого донесено было ему, что расточает имение его; и, призвав его, сказал ему: что это я слышу о тебе? дай отчет в управлении твоем, ибо ты не можешь более управлять. Тогда управитель сказал сам в себе: что мне делать? господин мой отнимает у меня управление домом, копать не могу, просить стыжусь, знаю, что сделать, чтобы приняли меня в домы свои, когда отставлен буду от управления домом. И, призвав должников господина своего, каждого порознь, сказал первому: сколько ты должен господину моему? Он сказал: сто мер масла. И сказал ему: возьми твою расписку и садись скорее, напиши: пятьдесят. Потом другому сказал: а ты сколько должен? Он отвечал: сто мер пшеницы. И сказал ему: возьми твою расписку и напиши: восемьдесят.

И похвалил господин управителя неверного, что догадливо поступил, ибо сыны века сего догадливее сынов света в своем роде. И Я говорю вам: приобретайте себе друзей богатством неправедным, чтобы они, когда обнищаете, приняли вас в вечные обители. Верный в малом и во многом верен, а неверный в малом неверен и во многом. Итак, если вы в неправедном богатстве не были верны, кто поверит вам истинное? И если в чужом не были верны, кто даст вам ваше? Никакой слуга не может служить двум господам, ибо, или одного будет ненавидеть, а другого любить, или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть. Не можете служить Богу и мамоне (Лк.16:1—13).

Святой Антоний Великий

Убогий, не имеющий сил вредить, не ставится в числе деятельно благочестивых. Но кто может причинить вред и не употребляет силы своей на зло, а щадит уничиженных, по благочестию пред Богом, тот бывает причастником воздаяний благих и по смерти.

Преподобный Исаак Сирин

Вопрос. Почему Господь наш, для уподобления нашего величию Отца Небесного, назначил нам милосердие, иноки же предпочитают милосердию безмолвие?

Ответ. Вот на него ответ. Хорошо, что из Евангелия представил ты пример и образец исследования об этом великом житии – безмолвии. Мы становимся против милосердия (т.е. иноки, предпочитая безмолвие милосердию, становятся как бы противниками последнего), но не стараемся обратить оное в ничто, как нечто излишнее. Господь для уподобления нашего Отцу Небесному назначил нам милосердие, потому что творящих его приближает оно к Богу. И мы, иноки, не чтим безмолвия без милосердия, а стараемся, сколько возможно, удалиться от попечения и мятежа. Не то что мы хотим противостать необходимости, когда она встречается (т.е. мы не отказываемся оказать милость в случае действительной надобности), но заботимся о безмолвии, чтобы пребывать в богомыслии, которым всего более можем возвратить себе чистоту после смущения и приблизиться к Богу. Если же, когда на известное время будет необходимая какая потребность в нас братиям, не должно нерадеть об оной.

Посему, будем непрестанно понуждать себя – во всякое время внутренно быть милосердными ко всякому разумному естеству. Ибо, так внушает нам учение Господне, и в этом состоит отличие нашего безмолвия, а не (бывает оно) как придется. И надобно не только сохранять это внутреннее наше милосердие, но, когда призывают самые обстоятельства дел и нужда, не вознерадеть и о том, чтобы доказать любовь свою к ближнему явно, и в особенности, если безмолвники не определили себя на совершенное безмолвие – даже и не встречаться ни с кем, но следуют правилу назначающих для себя безмолвие на одну или на семь седмиц. Ибо таковые, даже в продолжение времени, назначенного правилом, не удерживают себя от дел милосердия к ближнему, разве кто крайне жесток, суров и бесчеловечен и держится безмолвия лицемерно и напоказ. Ибо мы знаем, что без любви к ближнему ум не может просвещаться Божественною беседою и любовию.

И какой ныне мудрый монах, имея у себя пищу и одеяние и видя ближнего своего алчущим и обнаженным, не отдаст ему того, что имеет, но сбережет что-либо из этого? Или еще: кто, видя, что человек единой с ним плоти томится в болезни, бедствует от изнеможения и имеет нужду в призрении, из любви к безмолвию правило затвора предпочтет любви к ближнему? Когда же нет чего-либо подобного (если не будет таких случаев), будем в уме хранить любовь и милосердие к братиям. Ибо, в том только случае, когда вещи близко (когда подобные случаи близ нас). Бог требует от нас исполнить и показать любовь на самом деле. Посему явно, что, если ничего у себя не имеем, не дозволяется нам ввергать себя в попечение и мятежи ради нищих, а если что имеем, требуется от нас это. Также, если, по принятому нами роду жизни, удаляемся от сожительства с людьми и от того, чтобы видеться с ними, то не надлежит нам оставлять келлию свою и место иноческого и отшельнического пребывания и предавать себя на то, чтобы кружиться по миру, посещать больных и проводить время в подобных делах.

Ибо явно, что в подобных случаях бывает переход от высшего к низшему. Если же кто живет в обществе многих и находится близ людей в месте пребывания своего с ними, и трудами других упокоевается во время здоровья или болезни, то и сам обязан делать то же, а не выставлять на вид ложного своего безмолвия, так чтобы самому вполне требовать себе от других успокоения, но, как скоро увидит в тесных обстоятельствах сына плоти своей, носящего на себе один с ним образ, лучше же сказать, увидит поверженного и страждущего Христа, – удаляться и скрываться от него. Всякий таковый немилосерд.

Милосердие и правосудие в одной душе – то же, что человек, который в одном доме поклоняется Богу и идолам. Милосердие противоположно правосудию. Правосудие есть уравнивание точной меры: потому что каждому дает, чего он достоин, и при воздаянии не допускает склонения на одну сторону или лицеприятия. А милосердие есть печаль, возбуждаемая благодатию, и ко всем сострадательно преклоняется: кто достоин зла, тому не воздает злом, и кто достоин добра, того преисполняет с избытком. И если в одном есть часть справедливости, то в другом есть часть злобы. Как сено и огонь не терпят быть в одном доме, так правосудие и милосердие – в одной душе. Как песчинка не выдерживает равновесия с большим весом золота, так требования правосудия Божия не выдерживают равновесия в сравнении с милосердием Божиим.

Что горсть песку, брошенная в великое море, то же грехопадение всякой плоти в сравнении с Промыслом и Божиею милостию. И как обильный водою источник не заграждается горстью пыли, так милосердие Создателя не препобеждается пороками тварей.

Некто из святых сказал об этом: «Слеп милостивый, если не бывает справедлив, разумею же, что должен давать другому из добытого собственными усилиями и трудами, а не из добытого ложью, неправдою, ухищрениями». И еще он же в другом месте сказал: «Если угодно сеять в нищих, то сей из собственного. А если вознамеришься сеять из чужого, то знай: это – самые горькие плевелы». А я присовокупляю, что, если милостивый не бывает выше своей справедливости (в сирийском тексте так:

«А я говорю, что милосердый даже и тогда не истинно милосерд, если он еще не возвысился над простою справедливостью»), то он не милостив, т.е. милостивый не только дает людям милостыню из своего собственного, но и с радостию терпит от других неправду и милует их. А когда препобедит справедливость милостынею, тогда увенчивается не подзаконными венцами праведников, но евангельскими венцами совершенных. Ибо подавать нищим из собственности своей, одеть нагого, любить ближнего, как себя самого, не обижать, не лгать – это провозглашал и закон ветхий, совершенство же евангельского домостроительства повелевает так: от взимающаго твоя не истязуй, и всякому просящему дай (Лк.6:30).

И должно с радостию терпеть не только неправедное отьятие какой-либо вещи и прочее внешнее, но и самую душу полагать за брата. Этот – милостив, а не тот, кто подаянием только оказывает милость брату своему! Но и тот милостив, кто услышит или увидит что-либо опечаливающее брата его и сострадает сердцем, а равно и тот, кто, будучи заушен братом своим, не возымеет столько бесстыдства, чтобы отвечать и опечалить сердце его.

Однажды укорен был некий брат, что не подал милостыни и он дерзко и гордо отвечал укорившему его: «Монахам не поставлено в обязанность подавать милостыню». Но укоривший возразил ему: «Виден и явен тот монах, которому не поставлено в обязанность подавать милостыню. Ибо, не поставлено тому, кто с открытым лицом может сказать Христу, как написано: се мы оставихом вся, и в след Тебе идохом (Мф.19:27), т.е. кто ничего не имеет на земле, не занимается телесным, не помышляет ни о чем видимом, не заботится о каком-либо приобретении, но, если кто и дает ему что, берет только нужное на потребу, а что сверх потребности, ставит то ни во что и живет точно как птица. Таковому не поставлено в обязанность подавать милостыню.

Ибо, как может давать другому из того, от чего свободен сам? Но кто занят делами житейскими, собственными своими руками работает и сам берет у других, тот тем более обязан подавать милостыню. И если нерадеть ему о милостыне, то немилосердие это есть противление Господней целомудрие. Ибо, если кто не приближается к Богу втайне (сокровенным деланием) и не умеет служить Ему духом, но не заботится и о делах явных, которые возможны для него, то какая еще будет у такового надежда приобрести себе жизнь? Таковый несмыслен». Милосердие и правосудие в одной душе – то же, что человек, который в одном доме поклоняется Богу и идолам.

Милосердие противоположно правосудию. Правосудие есть уравнивание точной меры: потому что каждому дает, чего он достоин, и при воздаянии не допускает склонения на одну сторону или лицеприятия. А милосердие есть печаль, возбуждаемая милостию, и ко всем сострадательно преклоняется, кто достоин худого с ним обращения, тому не воздает злом, и кто достоин доброго воздаяния, того преисполняет с избытком. И если правосудие на стороне правды, то милосердие уже на стороне греха. Как сено и огонь не терпят быть в одном доме, так правосудие и милосердие – в одной душе. Как зерно песку не выдерживает равновесия с большим куском золота, так требование правосудия Божия не выдерживает равновесия в сравнении с милосердием Божиим.

Некто из святых сказал об этом: «Слеп милостивый, если не бывает справедлив, разумею же, что должен давать другому из добытого собственными усилиями и трудами, а не из добытого ложью, неправдою, ухищрениями». И еще он же в другом месте сказал: «Если угодно сеять в нищих, то сей из собственного. А если вознамеришься сеять из чужого, то знай, это – самые горькие плевелы». А я присовокупляю, что если милостивый не бывает выше своей правды, то он не милостив, то есть милостивый не только дает людям милостыню из своего собственного, но и с радостию терпит от других неправду и милует их. А когда препобедит правду милостынею, тогда увенчивается не подзаконными венцами праведников, но евангельскими венцами совершенных.

Ибо подавать нищим из собственности своей, одеть нагого, любить ближнего как себя самого, не обижать, не лгать – это провозглашал и закон ветхий; совершенство же евангельского домостроительства повелевает так: от взимающаго твоя не истязуй, и всякому просящему дай (Лк.6:30). И должно с радостию не только терпеть неправедное отъятие какой-либо вещи и прочее внешнее, но и самую душу полагать за брата. Кто душу полагает, тот милостив, а не тот, кто подаянием только оказывает милость брату своему. Но и тот милостив, кто услышит или увидит что-либо опечаливающее брата его и возгорится сердцем; а равно и тот, кто, если заушен братом своим, не возымеет столько бесстыдства, чтобы отвечать и опечалить сердце свое.

Дела без милосердия пред Богом то же, что человек, который закалает сына в присутствии отца его. Как пламени огня нельзя не восходить вверх, так молитвам милосердых – восходить на небо. Если ты истинно милосерд, то, когда отнято у тебя свое неправедно, не скорби внутренне, и не рассказывай об ущербе посторонним. Пусть ущерб, нанесенный обидевшими тебя, поглощается милосердием твоим, как терпкость вина поглощается множеством воды. Докажи множество милосердия своего теми благами, какие воздаешь обидевшим тебя, как и блаженный Елисей поступил с врагами своими, намеревавшимися взять его в плен (4Цар.6:13—23).

Пусть у тебя всегда берет перевес милостыня. Наше милосердие пусть будет зерцалом, чтобы видеть в себе самих то подобие, и тот истинный образ, какой есть в Божием естестве и в сущности Божией. Сердце жестокое и немилосердое никогда не очистится. Человек милостивый – врач своей души, потому что как бы сильным ветром из внутреннести своей разгоняет он омрачение страстей. Это, по Евангельскому слову жизни, добрый долг, данный нами в заем Богу.

Хочешь ли умом своим быть в общении с Богом, прияв в себя ощущение оного услаждения, не порабощенного чувствам? – Послужи милостыне. Когда внутри тебя обретается она, тогда изображается в тебе оная святая красота, которою уподобляешься Богу. Всеобъемлемость дел милостыни производит в душе общение с Божеством без посредства какого-либо времени к единению со славою светлости.

Духовное единение есть незапечатлеваемое памятование, оно непрерывно пылает в сердце пламенною любовию, в неуклонении от заповедей заимствуя силу к пребыванию в союзе не с насилием природе и не по природе. Ибо там находит поддержку к тому, чтобы прочно утверждаться в единении душевным созерцанием. Посему сердце приходит в изумление при смежении двояких чувств его, плотских и душевных. К духовной любви, которая отпечатлевает невидимый образ, нет иной стези, если человек не начнет прежде всего быть щедролюбивым в такой же мере, в какой совершен Отец, как сказал Господь наш, ибо так заповедал Он послушным Ему полагать основание сие.

Знай, что оставлять грехи должникам принадлежит к делам правды. Тогда увидишь тишину и светлость повсюду в уме твоем. Если милостивый не бывает выше своей правды, то он не милостив, т. е., настоящий милостивый не только дает людям милостыню из своего собственного, но и с радостью терпит от других неправду, и милует их. Кто душу полагает за брата, тот милостив, а не тот, кто подаянием только оказывает милость брату своему. И тот милостив, кто, если заушен братом своим, не возымеет столько бесстыдства, чтоб ответить и опечалить сердце его.

Если имеешь что лишнее для дневной потребности, раздай то нищим, и иди с дерзновением приносить молитвы свои, т. е. беседуй с Богом, как сын с Отцем. Ничто не может так приблизить сердце к Богу, как милостыня и ничто не производит в душе такой тишины, как произвольная нищета. Когда подаешь, подавай с великодушием, с ласковостью на лице, и снабди в большей мере, нежели сколько просят. Не старайся распознать достойного от недостойного, пусть все люди будут у тебя равны для доброго дела. Ибо сим способом можешь и недостойных привлечь к добру, потому что душа посредством телесного скоро привлекается в страх Божий.

В смирении посевай милостыню, и пожнешь милость на суде. Чем погубил ты доброе, тем снова приобретай оное. Погубил ты целомудрие, Бог не примет от тебя милостыни, если пребываешь в блуде, потому что хочет от тебя святыни тела. И всякий недуг врачуется свойственными ему лекарствами. Ты побежден завистью, для чего усиливаешься бороться со сном (а не против зависти)?

Кто милует нищего, тот попечителем о себе имеет Бога, и кто ради Бога обнищает, тот обретет неоскудевающие сокровища. Бог ни в чем не имеет нужды, но увеселяется, когда видит, что человек упокоевает образ Его, и чтит оный ради Него. Когда просит кто у тебя того, что имеешь ты, не говори в сердце своем: «оставлю это душе моей, чтоб упокоиться в этом, а этому подаст Бог из другого места потребное для него». Такие мысли приличны людям неправедным и не знающим Бога. Человек справедливый и добрый не даст чести своей иному, и не попустит, чтоб время благодати проходило без дела. Человек нищий и нуждающийся снабжается от Бога, потому что Господь никого не оставляет, но ты, отослав от себя убогого, уклонился от чести, данной тебе Богом, и удалил от себя благодать Его. Посему, когда даешь, веселись и говори: «слава Тебе, Боже, что сподобил меня найти, кого упокоить». Если же нечего тебе дать, паче радуйся и, благодаря Бога, говори: «благодарю Тебя, Боже мой, что Ты дал мне благодать эту и честь – обнищать ради имени Твоего, и сподобил меня вкусить скорби, положенной на пути заповедей Твоих, в недуге и нищете, как вкушали Святые Твои, шествовавшие путем сим».

Если даешь что нуждающемуся, то пусть веселость лица твоего предваряет даяние твое и добрым словом утешь скорбь его. Когда сделаешь это, тогда твоя ласковость будет в уме его дороже и такого даяния твоего, которое превышало бы даже потребности его.

Даю же тебе, брат, и сию заповедь: пусть у тебя всегда берет перевес милостыня, пока на самом себе не ощутишь той милости, какую имеешь ты к миру. Наше милосердие пусть будет зерцалом, чтобы видеть в себе самих то подобие и тот истинный образ, какой есть в Божием естестве и в сущности Божией. Сим и подобным сему будем просвещаться для того, чтобы нам с просветленным произволением подвигнуться к житию по Богу. Сердце жестокое и немилосердое никогда не очистится. Человек милостивый – врач своей души, потому что как бы сильным ветром из внутренности своей разгоняет он омрачение страстей. Это, по евангельскому слову жизни, добрый долг, данный нами в заем Богу.

Когда сделаешь кому добро, не жди от него воздаяния: и за то, и за другое вознаградит тебя Бог. А если возможно для тебя, делай добро и не ради будущего воздаяния. Если возложишь на душу свою правило нищеты, и, по благодати Божией, освободишься от попечений, и нищетою своею станешь выше мира, то смотри, не возлюби стяжания по нищелюбию, для подаяния милостыни, не ввергни души своей в смятение тем, что будешь брать у одного и давать другому, не уничтожь чести своей подчиненностию людям и, прося у них, не утрать свободы и благородства ума своего в попечении о житейском, потому что степень твоя выше степени милостивых, прошу тебя никак не подчиняться. Милостыня подобна воспитанию детей, а безмолвие – верх совершенства. Ежели есть у тебя имение, расточи его вдруг. Если же ничего не имеешь, и не желай иметь. Очисти келию свою от роскоши и от излишеств, потому что сие поведет тебя к воздержанию невольно, хотя бы ты и не хотел. Скудость во всем учит человека воздержанию, а когда дозволили мы себе иметь то и другое, тогда не в состоянии бываем воздерживать себя.

Если желаешь быть милосердым, приобучи себя сперва всем пренебрегать, чтобы ум не увлекался тяжестию этого и не выходил из своих пределов. Ибо полное совершенство милосердия доказывается терпением решающегося переносить обиды. Совершенство смирения в том, чтобы с радостию сносить ложные обвинения. Если истинно ты милосерд, то, когда неправедно отнято у тебя твое, не скорби внутренно и не рассказывай об ущербе посторонним. Пусть лучше ущерб, нанесенный обидевшими тебя, поглощен будет твоим милосердием, как терпкость вина поглощается множеством воды. Докажи множество милосердия своего теми благами, какие воздаешь обидевшим тебя, как и блаженный Елисей поступил с врагами своими, намеревавшимися взять его в плен. Ибо когда помолился и ослепил их тьмою, показал тем, какая в нем сила, а когда, дав им пищу и питие, позволил уйти, доказал тем, каково его милосердие (4Цар.6:13—23).

Преподобный Симеон Новый Богослов

О милостыне

Долг имеем все мы люди, и верные и неверные, и малые и великие, большое иметь в настоящей жизни внимание и тщание: неверные – чтоб познать истину и уверовать в Творца и Устроителя всяческих Бога, верные – чтоб добре жительствовать и Богу угождать во всяком деле добром и слове благом, малые – чтоб слушаться великих, Господа ради, великие – чтоб иметь меньших как детей родных, по заповеди Господа, Который говорит: понеже сотвористе единому сих братий моих меньших: Мне сотвористе (Мф.25:40).

Ибо Господь сказал сие не относительно одних бедных и тех, которые не имеют телесной пищи (как думают иные), но сказал относительно и всех других братий наших, которые не алчбою хлеба томятся, но алчбою слышания словес Господа и делания заповедей Его, так как заповедь Его есть жизнь вечная. Сколько душа честнее тела, столько же пища душевная необходимее пищи телесной. И думаю, что Господь более о душевной пище сказал: взалкахся, и не дасте Ми ясти: возжадахся и не напоисте Мене (Мф.25:42), нежели о телесной и тленной, так как Сам же Он говорил прежде: Мое брашно есть, да сотворю волю Пославшаго Мя (Ин.4:34). Воля же пославшего Его Отца есть спасение человеков.

И поистине Христос алчет и жаждет, то есть крайним и неудержимым желанием желает единого спасения всех человеков. Спасение же человеков есть удаление от всякого греха, какового удаления от греха невозможно справить без делания добродетелей и исполнения всех заповедей. Следовательно, когда исполняем мы заповеди Христовы, тогда питаем и насыщаем Христа, Господа всякой твари. И святые отцы наши говорят, что как злыми делами нашими питаются демоны и получают силу воевать против нас, а нашим удалением от зла они истомляются алчбою и обессилевают, так и Христос, обнищавший нашего ради спасения, питаем бывает нами, когда творим заповеди Его, и оставляется в алчбе, когда не творим воли Его. Это узнать и в этом удостовериться можем мы из самой жизни и деяний святых.

Не то спасает, если кто однажды и одному кому окажет милость, хотя то, если кто и одного презрит, повинным делает огню вечному. Ибо – взалкахся и возжадахся – сказано не про один случай и не про один день, но указывает на всю жизнь. Равным образом – напитасте, напоисте, одеясте и прочее, что следует, не на однократное дело указывает, но на всегдашнее и в отношении ко всем. Христос, Господь и Бог наш, исповедал, что Он такую милость Сам приемлет от рабов Своих (в лице нуждающихся).

Кто подал милостыню сотне нуждающихся, но, могши дать и другим, накормить и напоить многих, – отказал умолявшим его и вопиявшим к нему, тот будет судим от Христа, как не напитавший Его, потому что и в этих всех Он есть тот же самый, которого питаем мы в каждом из бедных. Кто ныне всем нуждающимся все потребное для тела доставил, тот, если завтра, имея возможность то же сделать, вознерадит о некоторых братиях и оставит их умирать с голода, жажды и холода, – Того самого оставил умирать, Того самого презрел, Кто сказал: понеже сотвористе единому сих братий моих менших, Мне сотвористе (Мф.25:40).

Того ради Господь благоволил восприять лицо каждого бедного и каждому бедному Себя уподобил, чтоб никто из верующих в Него не возносился над братом своим, но чтоб каждый, видя в брате своем Бога своего, почитал себя меньшим и худшим брата своего, как есть меньше Сотворшего его, и как Сего, принимал его и чтил, и в помощь ему готов был истощить все имение свое, как Христос и Бог наш истощил кровь Свою для спасения нашего. Кому повелено иметь ближнего своего, как самого себя, тот, конечно, не один день, но всю жизнь свою должен иметь его таковым. Так же и тот, кому заповедано давать всякому просящему, заповедь иметь всю жизнь свою поступать так. Равно как и от желающего, чтоб другие делали ему добро (всегда, разумеется), требуется, чтоб он и сам то же делал для других.

Так как имеющий ближнего своего, как самого себя, не может дозволить себе иметь что больше ближнего, то если кто, имея, не раздает независтно, пока и сам не сделается бедным и не уподобится ближним своим, тот не оказывается точным исполнителем заповеди Владычней. Равным образом (не оказывается) хотящим давать всякому просящему тот, кто, имея хоть грош или кусок хлеба, отошлет ни с чем просящего у него, – или, не делая сам для ближнего, чего тот желает, (отошлет), чтоб сделал для него это другой кто. Таким образом, и тот, кто всякого бедного и нищего кормил, поил, одевал и все другое для него делал, а презрел только одного и об одном понерадел, – и этот сочтен будет презревшим Христа Бога, алчущего и жаждущего.

Как иные заключают Христа Господа в одном бедном, тогда как Он нераздельно разделяется и есть весь во всяком бедном? Предположим, теперь в уме своем, что сто бедных суть как один Христос, ибо Христос совершенно нераздельно пребывает. Кто потому дал по монете девяносто девяти бедным, а одного разбранил, прибил и выгнал ни с чем, кому тот, думаешь, сделал это? Конечно, Самому Христу, Который сказал, говорит и всегда будет говорить: понеже сотвористе единому сих братий моих менших, Мне сотвористе (Мф.25:40). Из сказанного видно, что Господь Себе усвояет и принимает за сделанное, собственно, для Него Самого, что сделано для бедных братий наших. И слово Господа: Мне сотвористе, не ограничивается только теми, к которым мы немилостивы были, ни теми, которых онеправдовали, или которых собственностию покорыстовались, или которым наделали всякого рода других зол, но заключает и тех, которых мы презрели. И этого одного достаточно к нашему осуждению, потому что, презирая их, мы презираем Самого Иисуса Христа.

Может быть, это всем покажется тяжелым, и они потому сочтут благословным говорить в себе: кто может до точности все это исполнить, чтобы всех удовольствовать и напитать, и отнюдь никого из них не оставить неудовлетворенным? Но, да послушают они Павла, который ясными взывает словами: любы Христова обдержит нас, суждших сие (2Кор.5:14).

Как главные заповеди объемлют все заключающиеся в них частные заповеди, так и главные добродетели заключают в себе все частные объемлемые ими добродетели. Продавший, например, все свое и раздавший то бедным, и сделавшийся сам бедным, зараз исполнил все частные, относящиеся сюда заповеди. Почему не имеет уже нужды просящему давать и от хотящего заяти у него не отвращаться. Таким же образом, и непрестанную стяжавший молитву в сем едином исполненными имеет все заповеди о молитве, и не состоит уже под необходимостию седмерицею в день хвалить Господа, или в вечер, заутра и полудне, как исполненными уже имеющий в себе все молитвы, какими молимся мы и какие поем по уставу в определенные времена и часы. Равно, сознательно имеющий в себе дающего ведение человекам Бога, все прошел Святое Писание, – и как плод, собрал всю могущую от чтения его произойти пользу, – и не имеет уже нужды в чтении книг.

Ибо какую будет иметь в сем нужду тот, кто, стяжав собеседником себе Того, Кто вдохновлял писавших Божественные Писания, имеет печатлеемыми в себе от Него неизреченности сокровенных Таин? Напротив, он сам будет для других вдохновенною книгою, носящею новые и древние тайны, написанные перстом Божиим в нем, как совершившем все и почившем в Боге от всех дел своих, что есть верх совершенства.

Преподобный Серафим Саровский

Господь не оставляет тех, которые дают приют бездомным детям

Вы знаете, братие, что есть очень много детей, которые обрекаются на погибель чуть ли не с самого первого дня своего рождения. Вы знаете, что некоторые матери или ради стыда, или вследствие крайней нищеты, или, наконец, по нечеловеческой жестокости бросают новорожденных детей своих на произвол судьбы или обманом оставляют их на руках других и скрываются, а часто просто, как выражается народ наш, подкидывают их. Но вы знаете также и то, что Господь нередко посылает этим несчастным малюткам добрых людей, которые берут их к себе, заботятся о них, как умеют, воспитывают, а затем и в люди выводят. Господь благоволит к таким людям за милость их к несчастным детям и посылает им все нужное для содержания брошенных младенцев.

Одна вдова, лишившись своего мужа, одновременно потеряла и все свое имение, которое у нее отобрали за растрату ее мужем чужих денег. Будучи в таком плачевном состоянии, она обратилась за советом к преподобному Серафиму. Когда она пришла к нему и поведала ему свое горе, он ей сказал: «Храм сооруди!» Вдова очень удивилась этим словам старца и стала думать: «Как я могу соорудить храм, когда не имею у себя даже куска хлеба?» И при этом начала уже сомневаться в праведности угодника Божия. В смущении возвратилась она домой, и чтобы несколько успокоить себя, пошла к Литургии в один из монастырей. Во время пения причастного стиха вдруг подходит к ней одна женщина и просит причастить ее ребенка. Вдова исполнила ее желание и причастила младенца. Но когда хотела возвратить его матери, той уже не оказалось в храме – она бесследно исчезла. Что тут было делать бедной вдове? Самой есть нечего, а тут на руках еще и чужой ребенок. И вот она взяла его и отнесла к властям. Но там не приняли его и приказали вдове, чтобы она до отыскания виновной держала младенца у себя. Она объявила, что не имеет никаких средств для воспитания младенца, и ее отвели к начальнику города.

Тут уж Господь видимо стал за нее. Начальник, сжалившись над ней, предложил сослужащим с ним оказать ей помощь, и все согласились. Вдове сейчас же собрали очень большую по тому времени сумму, а кроме того, положили давать ей и ежемесячное достаточное для проживания пособие. Другие же благотворители прислали ей муки, крупы и масла. Тогда-то она вспомнила слова преподобного Серафима: «Храм сооруди», – и ясно поняла, про какой храм он говорил ей. С тех пор с принятой ею малюткой она не стала знать никакой нужды. Итак, подлинно. Господь благоволит тем, которые проявляют милосердие и дают кров бесприютным детям, и посылает все необходимое для содержания этих приемных детей. Слова преподобного Серафима: «Храм сооруди», – прямо указывают на то, что воспитание брошенного младенца находит такое же благоволение в очах Божиих, как и построение храма.

Научимся и мы, братие, сострадать несчастным детям и помогать им. Да и как не сострадать и не помогать им? Что может быть ужаснее их положения – быть выброшенными на улицу, едва увидев свет, ждать себе смерти, не знать ни отца, ни матери, не знать ласки последней, быть обреченным, может быть, на вечную нищету? Как последователи Учителя любви. Господа нашего, откроем наше сердце для несчастных детей, примем их в свои объятия и заменим им собой их родителей. Аминь.

Святого Серафима Саровского на иконах обычно изображают согбенным старцем, опирающимся на посох или топорик. Но в молодые годы это был высокий статный мужчина, обладавший большой физической силой. Инвалидом с согнутой спиной он стал после трагического происшествия, случившегося с ним в возрасте 45 лет.

Преподобный Серафим жил тогда в отдельной келье – избушке, стоявшей среди леса в пяти километрах от монастыря. Однажды, когда он колол во дворе дрова, к нему пришли трое разбойников и потребовали денег. Святой сказал, что денег у него нет. Бандиты не поверили ему. Один из них попытался свалить его с ног, но не сумел сделать этого и сам упал. Нападавшие замешкались: они пришли грабить старца-постника, а перед ними стоял крепкий мужчина, да еще с топором в руках. Преподобный легко мог отбиться от непрошеных гостей, но вместо этого он вдруг бросил топор на землю и сказал: «Делайте что вам надобно».

Тогда разбойники сбили его с ног и избили его до полусмерти. Обухом топора ему проломили голову, сломали несколько ребер, проломили грудную клетку, выбили зубы… Ничего не найдя в его крошечной избушке, кроме нескольких картофелин и иконы, бандиты связали искалеченного ими человека и бросили его на произвол судьбы. Святой пришел в себя лишь на следующий день, сумел развязать веревки и кое-как добрался до монастыря. Там окровавленному избитому подвижнику была оказана помощь, но восемь дней он находился на грани жизни и смерти.

Напавших на него нашли довольно быстро. Это оказались крестьяне одной из окрестных деревень. Их должны были судить и отправить на каторгу. Но преподобный Серафим потребовал, чтобы их отпустили. Однако случай с нападением на святого возмутил всю округу, и судить преступников хотели непременно. Тогда Серафим Саровский сказал, что, если напавшие на него люди будут осуждены, он навсегда уйдет из этих мест. И разбойники остались на свободе, радуясь наивности своей жертвы.

Через некоторое время в грозу в их деревне случился пожар. Молния сожгла дома нападавших, не тронув больше ничье жилище. Испуганные погорельцы прибежали к преподобному Серафиму просить прощения. Святой принял их с любовью, пригласил в келью и долго с ними беседовал. После этого ни один из них никогда больше не занимался разбоем. А Серафим Саровский с тех пор навсегда остался согбенным и мог ходить, лишь опираясь на палочку. Ценой собственного здоровья он исправил жизнь троих преступников.

Преподобный Иоанн Кронштадский

Что есть милосердие?

Милосердие есть любить врагов, благословлять проклинающих, добро творить ненавидящим, творящим нам напасть, изгоняющим нас, защищать гонимых и проч.

Те, которые подают алчущим хлеб или деньги с жалением, с лукавым оком и несытым сердцем, – всеравно, что кладут яд в свой хлеб или в свою милостыню, хотя этот яд – духовный, невидимый. Нужно подавать с любовью, с уважением к лицу ближнего, доброхотно, с радостью, ибо любви свойственно радоваться при оказании помощи любимому.

Не смотри на множество нищих, преследующих тебя своим попрошайством, как на врагов твоих, по причине твоего пристрастия к стяжанию, но как воистину на друзей Божиих и твоих, из-за которых готовится тебе вечная, нетленная награда на небе, не смотри на них как на тунеядцев, а, напротив, на себя смотри как на такового, потому что у многих ты даром ешь и пьешь в сладость. Жалей не денег, а их как истинно бедных и жалких, не имеющих где голову приклонить, ходящих до изнеможения за малой милостыней. Даром получили, даром давайте (Мф.10:8).

Будьте внимательны к себе, когда бедный человек, нуждающийся в помощи, будет просить вас об ней: враг постарается в это время обдать сердце ваше холодом, равнодушием и даже пренебрежением к нуждающемуся, преодолейте в себе эти нехристианские и нечеловеческие расположения, возбудите в сердце своем сострадательную любовь к подобному вам во всем человеку, к этому члену Христову и вашему собственному – зане есмы друг другу удове (Еф.4:25), – к этому храму Духа Святого, чтобы и Христос Бог возлюбил вас, и о чем попросит вас нуждающийся, по силе исполните его просьбу. Просящему у тебе дай, и хотящаго у тебе заяти не отврати (Мф.5:42).

МЗДОИМСТВО

Так опустеет дом нечестивого, и огонь пожрет шатры мздоимства (Иов.15:34).

Пророк Моисей Боговидец

Итак, да будет страх Господень на вас: действуйте осмотрительно, ибо нет у Господа Бога нашего неправды, ни лицеприятия, ни мздоимства (2Пар.19:7).

Святой Иов Многострадальный

Так опустеет дом нечестивого, и огонь пожрет шатры мздоимства. Он зачал зло и родил ложь, и утроба его приготовляет обман (Иов.15:34,35).

Пророк (Царь) Давид

Господи!… не погуби души моей с грешниками и жизни моей с кровожадными, у которых в руках злодейство, и которых правая рука полна мздоимства. А я хожу в моей непорочности, избавь меня, Господи, и помилуй меня (Пс.25:9—11).

Святитель Иоанн Златоуст

Неправедное мздоимство

Не говори мне, что тот, кто берет в долг, радуется и благодарит за то, что ему дали; это происходит от твоей жестокости. И Авраам, отдав варварам жену свою, сам показывал вид, будто дурное их намерение для него приятно, однако, он это делал не из доброй воли, но опасаясь фараона. Так точно и бедный: раз ты не считаешь его достойным и того, чтобы дать ему в долг, принужден благодарить тебя и за твою жестокость. Мне кажется, что ты, даже освободив кого-нибудь от опасности, потребуешь награды за это. Нет, скажешь ты, этого не будет! Что ты говоришь? Избавляя от большого несчастья, ты не хочешь брать за то денег, между тем как при малой услуге ты оказываешь такое бесчеловечие? Разве ты не видишь, какого наказания достоин такой поступок? Разве не знаешь, что это запрещено было и в ветхом завете (Втор.15)?

Но что еще говорят многие: «я возьму проценты, и подам бедным?» Хорошо говоришь ты, друг, – только Богу не угодны такие приношения. Не хитри с законом. Лучше совсем не подавать нищему, чем подавать приобретенное такими средствами. Неправедным мздоимством ты нередко делаешь противозаконным и то богатство, которое собрал честными трудами, – точно так же, как если бы кто заставлял здоровое чрево рождать скорпионов. И что я говорю о законе Божьем? Не сами ли вы называете это нечистым? Если же вы, корыстолюбцы, так думаете об этом, то представьте, какой суд произнесет над вами Бог? Если ты хочешь знать, как думали об этом земные законодатели, то и на их взгляд такие поступки были знаком крайнего бесстыдства.

Тем, которые в чести и принадлежат к великому совету, называемому сенатом, запрещалось бесчестить себя такими прибытками. У них был закон, возбранявший подобные прибытки. Как же не почувствовать ужаса, когда ты не отдаешь такой чести небесному государству, какую воздают законодатели римскому сенату, даже почитаешь небо ниже земли? И ты не стыдишься такого безумия? Ведь это так же бессмысленно, как если бы кто вздумал сеять без земли, дождя и плуга. Те, которые выдумали бы такой нелепый образ земледелия, не должны бы ничего ожидать от этого, кроме плевел, обреченных огню.

Разве нет многих честных способов к приобретению, например: лугов, паств, полей, рогатого скота, рукоделий, попечения об имении? Для чего же ты безумствуешь и, сея на удачу, получаешь терния? Плоды земные, скажешь ты, много терпят вреда, например: от града, засухи, проливных дождей. Но все не такой, какой проценты. В самом деле, от тех несчастных случаев терпят только плоды, а капитал, то есть, поле остается. Здесь же, напротив, многие часто губят и самый капитал, и еще прежде этого несчастья испытывают постоянно беспокойство.

Заимодавец никогда не наслаждается тем, что имеет, никогда не радуется об этом, да и тогда, как нарастают проценты, не веселится о прибытке, напротив, печалится о том, что рост еще не сравнился с капиталом; и прежде, нежели этот неправедный рост сравнится совершенно, он старается пустить его в оборот, обращая в капитал и самые проценты, и насильно заставляя производить преждевременные порождения ехиднины. Таковы проценты! Они более этих ядовитых животных терзают и снедают души несчастных. Вот – «союз неправды»! Вот – «узы ярма»! Человек говорит: я даю не для того, чтобы ты что-нибудь имел, но, чтобы возвратил с лихвой. А Бог, напротив, не велит и отданное получать обратно. Взаймы давайте, говорит Он, тем, от кого не ожидаете получить (Лук.6:35); ты же требуешь даже более того, сколько дал, и принуждаешь должника своего почитать долгом и то, чего ты не дал.

Ты думаешь через это умножить свое имение, но вместо того уготовляешь для себя огонь неугасимый. Чтобы с нами не случилось этого, отсечем неправедные порождения прибытков, истребим беззаконные желания, иссушим пагубное это чрево, и будем стремиться к одним истинным и великим выгодам. А какие это выгоды? Послушай, что говорит Павел: великое приобретение – быть благочестивым и довольным (1Тим.6:6). Этим-то единственным богатством будем обогащаться, чтобы и здесь насладиться спокойствием, и достигнуть будущих благ благодатью и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, Которому слава и держава с Отцом и Святым Духом, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

***

Подлинно, страшно, страшно преобладание тщеславия, оно может ослепить очи и мудрых людей, если они не станут бодрствовать. Если это может сделать мздоимство, тем больше страсть тщеславия, гораздо сильнейшая.

Преподобный Феодосий Печерский

Поучение о казнях Божиих

Если бы мы пребывали в заповедях Божиих, то и здесь удостоились бы получить блага земные, и по отшествии из мира – жизнь вечную. Но мы постоянно вращаемся в нечестии, прилагая грехи ко грехам, во всем прогневляя Бога, совершая злое пред очима Его. Посему-то Бог чрез пророка говорит к нам: разумех, – говорит Он, – яко упорны, жестокосерды и ленивы творить волю Мою, того ради удержах от вас дождь, и предел един одождих, а другого не одождих и изше земля нив ваших, и поразих вас различными казнями, и после того вы не обратились ко Мне. Сего ради винограды ваши и дерева всякия, приносящия плод, и нивы, все сотрох, – говорит Господь, – а злоб ваших не могу стереть. Пошлю на вас постепенно различные бедствия, пока не обратитесь ко Мне, покаявшись от злоб ваших.

Слыша это, подвигнемся на добро, взыщите суд, избавите обидимого, и приидите на покаяние, не воздавая злом за зло, ни клеветою за клевету, но любовию обратимся ко Господу постом, рыданием и слезами омывающе грехи свои, не словом называясь христианами, а живя по-язычески.

Например, не по-язычески ли мы поступаем? Если кто встретит чернеца или черницу, или свинью, или лысого коня, то возвращается назад: разве это не по-язычески? Ибо это – суеверие держат по наущению от диавола. Иные верят чиханью, которое часто бывает на здравие главе, но этим обольщает диавол, равно как и другими обычаями и всякими обольщениями, удаляющими от Бога, волхвованием, чародейством, запоем, резоиманием (мздоимством), приклады (процентами), воровством, лжею, завистию, клеветою, зубами (дракой), скоморошеством, гуслями, сопелями и другими играми и непотребными делами… Молю вас, братия, да стоим на молитве со страхом и любовию друг к другу, и, молясь воистину, будем говорить: да исправится молитва моя, яко кадило пред Тобою, воздеяние руку моею жертва вечерняя (Пс.140:2). Если руки твои не совершали никакого грабежа, – хорошо говоришь: воздеяние руку моею.

Поэтому осматривай твои руки и испытывай, чисты ли они от грабежа и мздоимства. Если же ты грабил, или брал проценты, или корчемный прикуп, или чем кого-либо обидел, что запретило св. Писание, то не говори, не воздевай рук своих, пока не очистишься от всякого зла. Ибо если попущением Божиим ты будешь воздевать руки, то молитва твоя гнусна и неприятна Богу. Но слыши Господа, Который говорит чрез пророка: егда простреши ко Мне руце свои, отвращу очи Мои от вас, и аще умножиши молитву, не послушаю тебя, – говорит Господь, – потому что руки твои полны неправды.

Святитель Филарет Московский

Самое обыкновенное требование правды бывает обращено к судиям. И справедливо. Что будет с благоустройством общества, что будет с безопасностию частною и общественною, если ищущие суда, и там, куда прибегают от неправды, вновь будут впадать в руки неправды, если и там, где надеются найти спасение от грабительства, будут подвергаться новому грабительству? – Посему Богопросвещенные мудрецы крепко взывают к судиям, чтобы они или возлюбили правду, или отказались от сего звания. Возлюбите правду судящии земли (Прем.1:1). Не ищи, да будеши судия, егда не возможеши отъяти неправды (Сир.7:6). Но с требованием правды ненадобно ли обратиться и к тем, которые требуют ее от судей?

Вы жалуетесь на неправду судей: но вы для чего приносите в суд явную неправду вместо того, что в обществе, в котором владычествует правда, надлежало бы в суде искать только разрешения недоумений о правде, происходящих от неясности и столкновения прав? Вы вопиете против мздоимства судей: но для чего вы сами прельщаете их мздою? Для чего усиливаетесь затмить в суде не позлащенную правду вашею позлащенною неправдою? – Праведно Пророк велит учиться правде не судиям только, но всем. Правде научитеся живущии на земли (Ис.26:9).

МИР

В мире будете иметь скорбь, но мужайтесь: Я победил мир (Ин.16:33).

Апостол Лука

Если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною. Ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня, тот сбережет ее. Ибо, что пользы человеку приобрести весь мир, а себя самого погубить, или повредить себе? Ибо кто постыдится Меня и Моих слов, того Сын Человеческий постыдится, когда приидет во славе Своей и Отца и святых Ангелов (Лк.9:23—26).

Апостол Иоанн Богослов

Я исшел от Отца и пришел в мир, и опять оставляю мир и иду к Отцу. Вот, наступает час, и настал уже, что вы рассеетесь каждый в свою сторону и Меня оставите одного, но Я не один, потому что Отец со Мною. Сие сказал Я вам, чтобы вы имели во Мне мир. В мире будете иметь скорбь, но мужайтесь: Я победил мир (Ин.16:28,32,33).

После сего Иисус ходил по Галилее, ибо по Иудее не хотел ходить, потому что Иудеи искали убить Его. Приближался праздник Иудейский – поставление кущей. Тогда братья Его сказали Ему: выйди отсюда и пойди в Иудею, чтобы и ученики Твои видели дела, которые Ты делаешь. Ибо никто не делает чего-либо втайне, и ищет сам быть известным. Если Ты творишь такие дела, то яви Себя миру. Ибо и братья Его не веровали в Него. На это Иисус сказал им: Мое время еще не настало, а для вас всегда время. Вас мир не может ненавидеть, а Меня ненавидит, потому что Я свидетельствую о нем, что дела его злы. Вы пойдите на праздник сей, а Я еще не пойду на сей праздник, потому что Мое время еще не исполнилось. Сие сказав им, остался в Галилее (Ин.7:1—9).

Дети! вы от Бога и победили их, ибо Тот, Кто в вас, больше того, кто в мире. Они от мира, потому и говорят по-мирски, и мир слушает их. Мы от Бога, знающий Бога слушает нас, кто не от Бога, тот не слушает нас. По сему-то узнаём духа истины и духа заблуждения (1Ин.4:4—6).

Ибо это есть любовь к Богу, чтобы мы соблюдали заповеди Его, и заповеди Его не тяжки. Ибо всякий, рожденный от Бога, побеждает мир, и сия есть победа, победившая мир, вера наша. Кто побеждает мир, как не тот, кто верует, что Иисус есть Сын Божий? (1Ин.5:1—5).

Святой Макарий Великий

Одни в мире убийцы, другие любодеи, иные хищники, а некоторые также раздают имение свое нищим. Господь взирает на тех и на других, и делающим добро дает упокоение и награду, есть меры избыточествующие и есть меры малые, в самом свете и в самой славе есть разность. В самой геенне и в наказании есть отравители, и разбойники, и другие, прегрешившие в малом. А которые утверждают, что одно царство, одна геенна и степеней нет, те говорят худо. Сколько ныне мирских людей, которые преданы зрелищам и прочим бесчинствам? И сколько еще таких, которые молятся и боятся Бога? Бог взирает на тех и на других, и как праведный Судья уготовляет одним упокоение, другим наказание.

Мир уподобляется человеку богатому, который владеет великолепными и огромными домами, изобилует серебром и золотом, различными стяжаниями и всякой прислугой, но внезапно объят болезнями и немощами, все родство стоит пред ним и, при всем богатстве, не может избавить его от болезни. Так никакая житейская рачительность, ни богатство, ни другое что душу, погруженную в грех, не избавит от греха, и одно только пришествие Христово может очистить душу и тело.

Когда по домостроительству Божью бываешь в скорбях, в страданиях, в язвах, тогда что считаешь для себя противным, то это самое служит пользе души твоей. Если сретают тебя несчастья, то начинаешь рассуждать сам с собою: несчастлив я в мире, пойду отрекусь от мира, буду служить Богу. Случится, что, дошедши до этой мысли, слышишь заповедь: продажд имение твое (Мф.19:21), возненавидь плотское общение и служи Богу. Тогда начинаешь благодарить за свое несчастье в мире, за то, что по сему поводу оказываешься послушным Христовой заповеди. Наконец, если изменил ты мысль свою отчасти в отношении к видимому и удалился от мира и от плотского общения, то надлежит тебе также измениться и в уме, плотское мудрование переменить в мудрование небесное. Тогда начинаешь рассуждать о той же слышанной тобой заповеди и не имеешь еще покоя, а приемлешь только на себя попечение и труд приобрести то, о чем слышал.

Апостол Иаков

Откуда у вас вражды и распри? не отсюда ли, от вожделений ваших, воюющих в членах ваших? Желаете – и не имеете, убиваете и завидуете – и не можете достигнуть, препираетесь и враждуете – и не имеете, потому что не просите. Просите, и не получаете, потому что просите не на добро, а чтобы употребить для ваших вожделений. Прелюбодеи и прелюбодейцы! не знаете ли, что дружба с миром есть вражда против Бога? Итак, кто хочет быть другом миру, тот становится врагом Богу. Или вы думаете, что напрасно говорит Писание: «до ревности любит дух, живущий в нас»? Но тем большую дает благодать, посему и сказано: Бог гордым противится, а смиренным дает благодать.

Итак, покоритесь Богу, противостаньте диаволу, и убежит от вас. Приблизьтесь к Богу, и приблизится к вам. очистите руки, грешники, исправьте сердца, двоедушные. Сокрушайтесь, плачьте и рыдайте, смех ваш да обратится в плач, и радость – в печаль. Смиритесь пред Господом, и вознесет вас. Не злословьте друг друга, братия: кто злословит брата или судит брата своего, того злословит закон и судит закон, а если ты судишь закон, то ты не исполнитель закона, но судья. Един Законодатель и Судия, могущий спасти и погубить, а ты кто, который судишь другого? (Иак.4:1—12).

Апостол Павел

Ибо мы ничего не принесли в мир, явно, что ничего не можем вынести из него. Имея пропитание и одежду, будем довольны тем (1Тим.6:7—8).

Преподобный Исаак Сирин

Что такое мир?

Слыша, что должно удалиться от мира, оставить мир, очиститься от всего, что есть в мире, надлежит тебе сначала понять и узнать, по понятиям не простонародным, но чисто разумным, что значит самое наименование «мир», из каких различий слагается сие имя, и ты в состоянии будешь узнать о душе своей, сколько далека она от мира, и что примешено к ней от мира. Мир есть имя собирательное, обнимающее собою то, что называется страстями. Когда в совокупности хотим наименовать страсти, называем их миром; а когда хотим различать их по различию наименований их, называем их страстями.

Мир есть блудница, которая взирающих на нее с вожделением красоты ее, привлекает в любовь к себе. И кем, хотя отчасти, возобладала любовь к миру, кто опутан им, тот не может выйти из рук его, пока мир не лишит его жизни. И когда мир совлечет с человека все и в день смерти вынесет его из дому его, тогда узнает человек, что мир подлинно льстец и обманщик. Когда же будет кто усиливаться выйти из тьмы мира сего, пока еще сокрыт в нем, не возможет видеть пут его. И таким образом, мир удерживает в себе не только учеников и чад своих и тех, которые связаны им, но и нестяжательных, и подвижников, и тех, которые сокрушили узы его и однажды стали выше его. Вот, и их различными способами начинает уловлять в дела свои, повергает к ногам своим и попирает.

Когда слышишь об удалении от мира, об оставлении мира, о чистоте от всего, что в мире, тогда нужно тебе сначала понять и узнать, по понятиям не простонародным, но чисто разумным, что значит самое наименование мир, из каких различий составляется это имя, и ты в состоянии будешь узнать о душе своей, сколько далека она от мира, и что примешано к ней от мира.

Слово мир есть имя собирательное, обнимающее собою так называемые страсти. Если человек не узнал прежде, что такое мир, то не достигнет он до познания, какими членами далек от мира и какими связан с ним. Много есть таких, которые двумя или тремя членами отрешились от мира и отказались от общения ими с миром, и подумали о себе, что стали они чуждыми миру в житии своем, потому что не уразумели и не усмотрели премудро, что двумя только членами умерли они миру, прочие же их члены в теле живут миру. Впрочем, не возмогли они сознать в себе и страстей своих; и как не сознали их, то не позаботились и об их уврачевании.

По умозрительному исследованию миром называется и состав собирательного имени, объемлющего собою отдельно взятые страсти. Когда вообще хотим наименовать страсти, называем их миром, а когда хотим различать их по различию наименований их, называем их страстями. Страсти же суть части преемственного течения мира; и где прекращаются страсти, там мир стал в своей преемственности. И страсти суть следующее: приверженность к богатству, к тому, чтобы собирать какие-либо вещи; телесное наслаждение, от которого происходит страсть плотского вожделения; желание чести, от которого истекает зависть; желание распоряжаться начальственно; надмение благолепием власти; желание наряжаться и нравиться; искание человеческой славы, которая бывает причиною злопамятства; страх за тело.

Где страсти сии прекращают свое течение, там мир умер; и в какой мере недостает там некоторых из сих частей, в такой мере мир остается вне, не действуя теми частями состава своего, как и о святых сказал некто, что, будучи еще живы, стали они мертвы, потому что, живя во плоти, жили не по плоти. И ты смотри, какими из сих частей живешь; тогда узнаешь, какими частями ты живешь, и какими умер миру. Когда познаешь, что такое мир, тогда из различия всего этого познаешь и то, чем связан ты с миром и чем отрешился от него. И скажу короче: мир есть плотское житие и мудрование плоти.

По тому самому, что человек исхитил себя из этого, познается, что исшел он от мира. И отчуждение от мира познается по сим двум признакам: по превосходнейшему житию и по отличию понятий самого ума. Из сего, наконец, возникают в мысли твоей понятия о вещах, в которых блуждает мысль своими понятиями. По ним уразумеешь меру жития своего: вожделевает ли чего естество без насилия себе, есть ли в тебе какие прозябения неистребляемые, или какие, производимые только случаем; пришел ли ум в сознание понятий совершенно нетелесных, или весь он движется в вещественном, и это вещественное страстно.

Ибо печати овеществления дел, под какими ум невольно представляется во всем, что ни совершает, суть добродетели. В них-то без немощи заимствует для себя причину к горячности и собранности помыслов с доброю целию потрудиться телесно, для упражнения сей горячности, если только делается сие нестрастно. И смотри, не изнемогает ли ум, встречаясь с сими печатями тайных помыслов, по причине лучшего пламенения по Богу, которым обыкновенно отсекаются суетные памятования.

Время это есть время борьбы. А во время борьбы, и во время состязания, закона не полагается, т. е. Царь не полагает воинам своим предела, пока не будет кончено состязание, и всякий человек приведен к дверям Царя Царствующих и там испытан, одержал ли в состязании победу, или обратил хребет свой. Тут один закон бодрствовать, и противостоять. Не будем же нерадеть о молитве, и не поленимся просить помощи у Господа, без Коего не можем творити ничесоже, Ему благоугодного. Твердо будем держать в мысли, что пока мы в мире сем, и оставлены во плоти, хотя бы вознеслись до небесного свода, не можем оставаться без дел и труда, и быть без попечения. Совершенство сего поприща заключается в следующем: в покаянии, чистоте и в усовершении себя. (Покаявшийся вступает в борьбу со страстями, и борется, пока очистится от них сердце, очищение сердца – предел борьбы, и дверь в область совершенства).

Преподобный Симеон Новый Богослов

Кто распялся и умер миру…

Возненавидим же, возлюбленные братие мои, мир сей и все, что в мире. Зачем иметь нам общение с миром и с делами мирскими, когда Господь наш говорит нам в Святом Евангелии: несте от мира (Ин.15:19)? Потечем путем добродетели. Будем подвизаться, пока стяжем нечто от всегда-пребывающего и нетленного. Ибо все вещи мира сего тленны и преходят как сон, и ничего нет в них постоянного и твердого; и солнце, и звезды, и небо, и земля – все преходит и от всего один человек остается.

Что же теперь из этого видимого может послужить нам в пользу, в час нужды смертной, когда будем переходить из этой жизни к тамошнему пребыванию, в нескончаемом оном веке, а это все оставим здесь, и оно истлеет и прейдет? Хоть и не тотчас прейдет все сие видимое, но какая польза от него нам, когда мы необходимо разлучимся с ним, оставя здесь одно свое тело мертвое и бесчувственное, и душа наша не будет уже иметь возможности видеть что-либо посредством тела сего, ни сама быть видима кем-либо, а будет с того часа внимать одному невидимому, вступив в иные соотношения и иные порядки жизни, чтоб или наслаждаться царством небесным и вечною славою, или наследовать геенну и огнь вечный? Одно что-либо из сих двух необходимо получить от Бога в вечное наследство соответственно делам, какие делает кто в жизни сей.

Как тот, кто находится вне дома, не видит тех, которые заперты в доме, так и тот, кто распялся и умер миру, не имеет никакого чувства о вещах и делах мира.

Мертв для святых мир и люди мира. Почему как мирские видя не видят добрых дел святых мужей и слыша не могут нисколько понять Божественных словес, предлагаемых им благодатью Святого Духа, так и духовные и святые мужи не могут видеть лукавых дел лукавых мирских людей и понять страстных речей их, т.е. и они видя не видят, что в мире, и слыша о том, что касается мирских людей, находятся в таком Божественном состоянии и расположении, что как бы не слышат того, по неимению к тому чувства. Таким образом, не бывает никакого общения ни у духовных с мирскими, ни у мирских с духовными.

Преподобный Паисий Величковский

Возлегшему на пречистые перси Господа сказано в Откровении: Победившему мир дам венец животный. Победить же мир – значит победить терпением мудрование его, и страсти, и всякое зло, то есть страдать, отставить свои привычки и волю от мирского мудрования, миролюбивой жизни и обратить к духовной жизни, не делать никакого зла и сохранять заповеди Божии. Ибо добрые дела – жертва Богу, и сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит, а человеческие страсти – жертва бесам. Однако человек сотворен бесстрастным; страсти же у него бывают от произвола – делать или не делать их. Нас же да сохранит Господь от страстей.

Священноинок Дорофей

Поучение о том, что такое иноческое отречение

Отречение есть не что иное, как клятва Кресту и смерти. Знай, о брат, что с сегодняшнего дня распинаешься и умираешь для мира ради полного отречения, потому что стал для мира как мертвый ради Христа. Так не будь живым для мира и существующих в нем. Отрекаешься от родителей и братьев, жены и детей, и родственников, любимых друзей и их образа жизни, от волнений и хлопот о приобретении богатства, тщетной и ничтожной славы. Отрекаешься не только от этого, но еще и от своей души, по слову Господню: Кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой и следуй за Мною (Мк.8:34).

Если действительно решил идти следом за Христом и хочешь быть Его верным учеником, приготовься с сегодняшнего дня не к отдыху, не к житейским заботам, не к достатку, ни к чему другому земному, красивому и приятному, но к духовным подвигам, к плотскому воздержанию, к очищению души, к нищете духовной, к благим слезам и ко всем страданиям и немощам, приносящим радость в святой жизни. Будешь терпеть голод и жажду, и будешь наг, и укоряем, и осуждаем, и оскорбляем, и поносим, и гоним, и впадешь во многие другие искушения и страдания, которыми воплощаемся в образ святой жизни. И когда все это вытерпишь: Радуйся, – говорит Господь, – ибо велика награда твоя на небесах (Мф.5:11).

Святитель Игнатий (Брянчанинов)

Значение слова «мир»

Слово мир имеет два значения в Священном Писании. 1) Словом мир обозначается все человечество в следующих, и им подобных, выражениях Писания: Τако возлюби Бог мир, яко и Сына Своего Единородного дал есть, да всяк веруяй в Онь не погибнет, но имать живот вечный. Не посла бо Бог Сына Своего в мир, да судит мирови, но да спасется им мир. Се Агнец Божий, вземляй грехи мира. 2) Словом мир обозначаются те человеки, которые проводят греховное, противное воле Божией, жительство, живут для времени, а не для вечности. Так надо понимать слово мир в следующих, и им подобных, выражениях: Аще мир вас ненавидит, ведите, яко Мене прежде вас возненавиде. Аще от мира бысте были, мир убо свое любил бы. Якоже от мира несте, но Аз избрах вы от мира, сего ради ненавидит вас мир. Не любите мира, ни яже в мире. Аще кто любит мир, несть любве Отчи в нем. Яко все, еже в мире, похоть плотская и похоть очес и гордость житейская, несть от Отца, но от мира сего есть. И мир преходит, и похоть его, а творяй волю Божию пребывает во веки.

Прелюбодее и прелюбодейцы! не весте ли, яко любы мира сего вражда Богу есть? иже бо восхощет друг быти миру, враг Божий бывает. Блаженный Феофилакт Болгарский определяет мир так: Обычно Писанию называть миром житие грешных и пребывающих в нем людей плотского мудрования, почему и Христос сказал ученикам Своим: вы несте от мира. Они составляли часть живущих в мире человеков, но, не пребывая в грехе, не были от мира. Большинство человеков проводило и проводит жизнь греховную, мерзостную пред Богом, враждебную Богу: по этой причине и потому, что большинство врагов Божиих несоразмерно велико в сравнении с числом верных служителей Бога, большинство называется в Писании миром; относящееся к большинству приписывается всему человечеству.

Так надо понимать слова Евангелистов: Бе Свет Истинный, Иже просвещает всякого человека грядущаго в мир. В мире бе, и мир Тем бысть, и мир Его не позна. Во своя прииде, и свои Его не прията. Сей же есть суд, яко Свет прииде в мир, и возлюбиша человецы паче тму, неже Свет: беша бо их дела зла. Блаженни будете, егда возненавидят вас человецы, и егда разлучат вы и поносят, и пронесут имя ваше яко зло, Сына Человеческого ради. Горе, егда добре рекут вам еси человецы: по сим бо творяху лжепророком отцы их.

Не познало Спасителя большинство человеков, ненавидит и преследует злословиями и гонениями истинных слуг Божиих большинство человеков, – и так велико это большинство, что Слово Божие признало правильным приписать отвержение Богочеловека и гонение служителей Его всему человечеству. Что очень мало человеков, живущих богоугодно, и очень много угождающих греховным и плотским похотениям своим, засвидетельствовал Господь: Пространная врата и широкий путь вводяй в пагубу, и мнози суть входящий им. Что узкая врата, и тесный путь вводяй в живот, и мало их есть, иже обретают его. Оправдися премудрость Божия от весьма немногих чад своих: немногие избранники познали ее, немногие отдали ей должную справедливость.

Истинные служители истинного Бога! изучите и узнайте установленное для вас Промыслом Божиим положение на время вашего земного странствования. Не попустите падшим духам обольстить и обмануть вас, когда они будут в приманчивой ложной картине представлять вам земное благосостояние и внушать желание его, стремление к нему, чтоб таким образом украсть и похитить у вас вечное сокровище ваше. Не ожидайте и не ищите похвал и одобрения от общества человеческого! не ищите известности и славы! не ожидайте и не ищите жительства бесскорбного, пространного, вполне удобного! Это – не ваш удел.

Не ищите и не ожидайте любви от человеков! ищите всеусильно и требуйте от себя любви и соболезнования к человекам. Довольствуйтесь тем, что немногие истинные служители Божии, с которыми по временам вы будете встречаться на пути жизненном, полюбят вас, с любовию и участием одобрят ваше поведение, прославят за вас Бога. Такие встречи не были часты и в цветущие времена христианства; в последнее время они сделались крайне редки. Спаси мя, Господи, яко оскуде преподобный: яко умалишася истины от сынов человеческих. Суетная глагола кийждо ко искреннему своему.

Преподобный авва Дорофей превосходно объясняет слова святого апостола Павла: мне мир распяся, и аз миру. Монашествующим существенно нужно знать это объяснение. Вот оно: «Апостол говорит: мне мир распяся, и аз миру. Какое между этим различие? как мир распинается человеку, и человек миру? Когда человек отрекается от мира и делается иноком, оставляет родителей, имения, приобретения, торговлю, даяния другим и приятия от них, тогда распинается ему мир, ибо он оставил его. Это и значат слова Апостола: мне мир распяся. Потом он прибавляет: и аз миру. Как же человек распинается миру? Когда, освободившись от внешних вещей, он подвизается и против самых услаждений, или против самого вожделения вещей, против своих пожеланий, и умертвит свои страсти, тогда и сам он распинается миру и сподобляется сказать с Апостолом: мне мир распяся, и аз миру.

Отцы наши, как мы сказали, распяв себе мир, предались подвигам и себя распяли миру. А мы думаем, что распяли себе мир, потому что оставили его и пришли в монастырь, себя же не хотим распять миру, ибо любим еще наслаждения его, имеем еще пристрастия его, сочувствуем славе его; имеем пристрастие к снедям, к одеждам; если у нас есть какие-нибудь хорошие рабочие орудия, то мы пристрастны и к ним, и позволяем какому-нибудь ничтожному орудию производить в нас мирское пристрастие, как сказал авва Зосима. Мы думаем, что, вышедши из мира и придя в монастырь, оставили все мирское; но и здесь, ради ничтожных вещей, исполняем пристрастия мирские. Это происходит с нами от многого неразумия нашего, что, оставив великие и многоценные вещи, мы посредством каких-нибудь ничтожных удовлетворяем страстям нашим. Каждый из нас оставил, что имел: имевший великое оставил великое, и имевший что-нибудь и тот оставил, что имел, каждый по силе своей. И мы, приходя в монастырь, как я сказал, маловажными и ничтожными вещами питаем пристрастие наше.

Однако мы не должны так делать, но как мы отреклись от мира и вещей его, так должны отречься и от самого пристрастия к вещам“. После этого объяснения очень понятна причина, на основании которой святой Исаак Сирский, писавший свои наставления инокам самого возвышенного жительства, то есть безмолвникам, затворникам и отшельникам, определяет мир так: „мир есть общее имя для всех страстей. Если человек не узнает прежде что есть мир, то он не достигнет узнать и то, сколькими членами он удалился от мира и сколькими привязан к нему. Находится много таких, которые двумя или тремя членами отрешившись от мира, и в них отказавшись от общения с ним, возомнили о себе, что они чужды мира жительством своим. Это случилось с ними от того, что они не уразумели и не усмотрели премудро, что они умерли для мира только двумя членами, а прочие члены их живут внутри плотского мудрования, принадлежащего миру.

Впрочем, они не возмогли даже ощутить страстей своих; не ощутив их, не могли позаботиться о исцелении себя от них. По наследованию (духовного) разума, для составления общего имени, объемлющего отдельные страсти, употребляется слово мир. Когда хотим наименовать страсти общим именем, именуем их миром; когда же намереваемся распределить их по частным названиям их, тогда именуем их страстями. Каждая страсть есть частное действие по началам мира. Где престают действовать страсти, там остаются без действия начала мира.

Страсти суть следующие: вожделение богатства, стремление к собранию разных вещей; телесное наслаждение, от которого блудная страсть; вожделение чести, от которого происходит зависть; желание начальствовать; кичение благолепием власти, украшение себя пышными одеждами и суетными утварями; человеческая слава, служащая причиною памятозлобия; страх телесный. Где эти страсти престают действовать, там мир умер. И насколько некоторые из этих частей оставлены, настолько подвижник пребывает вне мира, который настолько уничтожается, будучи лишен составных частей своих.

Некто сказал о святых, что они, живя, были мертвы, ибо, живя во плоти, жили не для плоти. И ты всмотрись в себя, для каких из вышесказанных страстей ты жив? тогда познаешь, насколько ты жив для мира и насколько умер для него. Когда уразумеешь, что значит мир, тогда уразумеешь из вышеприведенных частных указаний, в чем ты связался с миром и в чем отрешился от него. Короче сказать: мир есть плотское жительство и плотское мудрование.

Подвизающийся выйти из тьмы мира, доколе находится еще среди его, не может видеть сплетений его. Мир держит в оковах не только учеников, чад и пленников своих, но вот! он и нестяжателей и подвижников, и возвысившихся превыше его, начал уловлять на дела свои различными образами, попирает их и повергает под свои ноги». Основываясь на этих понятиях о мире, преподаваемых нам Священным Писанием и святыми Отцами, мы повергаем пред возлюбленными братиями нашими, иноками, совет и убедительнейшее моление: убоимся служения миру! Этому служению могут подпасть даже подвижники, не внимающие себе строго; это служение может совершаться при посредстве ничтожных пристрастий к ничтожным предметам.

Примем все меры, все предосторожности к предохранению себя от миролюбия! не сочтем маловредным никакого, по видимому ничего не значащего пристрастия! не сочтем маловажным никакого самомалейшего уклонения от евангельских заповедей. Не предадим забвению грозного изречения, которым возгремел святой апостол Иаков: прелюбодеи и прелюбодейцы! не весте ли, яко любы мира сего вражда Богу есть? иже бо восхощет друг быти миру, враг Божий бывает. Всякое пристрастие есть в духовном смысле прелюбодеяние для инока, долженствующего любовь свою всецело устремить к Богу, как и Псалмопевец возвестил: Возлюбите Господа еси преподобнии Его. Удаляющии себе от Тебе, погибнут: потребил еси всякаго любодеющаго от Тебе.

При служении миру невозможно служение Богу, и нет его, хотя бы оно и являлось болезненному взору рабов мира, представлялось существующим. Его нет! а то, что представляется, есть не что иное, как лицемерство, притворство, обман себя и других. Друг мира соделывается непременно, может быть незаметно для себя, злейшим врагом Бога и своего спасения.

К немногим из человеков могут быть приложены эти слова апостола; немногие из них проводили земную жизнь согласно с назначением, данным ей Богом. Падение человека так глубоко повредило его, что он, отвергши жизнь плача на земле, избрал на ней жизнь наслаждений и вещественного преуспеяния, как бы торжествуя и празднуя самое падение свое. К этой жизни плотского наслаждения и преуспеяния, убивающей жизнь для Бога, уже начали склоняться некоторые из детей Адама, мало внимая повести о рае и о духовном состоянии человека, находя в стране изгнания полную пищу и удовлетворение в скотских и зверских страстях своих. Внуки Адама еще более устремились к развитию вещественной жизни на земле с забвением о вечности. Сюда, наконец, устремилось все его потомство, за исключением немногих избранных мужей, считая сказание о рае баснею, изобретением суеверного воображения.

Тщетно смерть пожинала людей с лица земли: они продолжали жить и действовать как бы вечные на ней. Поддержание телесных сил вкушением необходимого количества простой пищи перешло в лакомство и пресыщение изысканными яствами. Утоление жажды перешло к наслаждению различными напитками и к пьянству. Прикрытие наготы кожаными ризами преобразилось в украшение себя богатыми одеждами и утварями. Скромные жилища для убежища и ограждения от стихий и зверей, восставших на человека, стали заменяться огромными и великолепными палатами.

Явилась роскошь с ее бесчисленными требованиями, которые обращались в неумолимый закон среди общества падших человеков. Законное совокупление полов для размножения рода человеческого изменилось в ненасытное любодеяние, противодействующее размножению человеков. Этого мало: люди, распаленные необузданным пожеланием, вполне лишившимся правильного стремления, изобрели грехи противоестественные. Сила энергии душевной стала способствовать ненасытным пожеланиям и требованиям грехолюбивого человека: явились ссоры, обиды, убийства, разбой, грабеж, война, завоевание. Словесная сила человека всецело употреблена для доставления ему выгод и преимуществ земных, употреблена в содействие греху: явились ложь, обманы, лукавство, лицемерие. Таким образом, немедленно по падении человеков начал образовываться на земле, а с течением времен получать большее и большее развитие по самому началу своему враждебный Богу мир.

Мир есть жизнь человеков на земле единственно для земли, единственно с целью удовлетворения своим греховным пожеланиям, с целью плотского наслаждения, с целью вещественного преуспеяния, с целью, вполне противоположной той высокой и всеблагой цели, с которою человек помещен Богом на земле. «Мир есть общее наименование всех страстей. Мир – плотская жизнь и плотское мудрование. Где прекратилось движение и действие страстей, там умер мир», так любомудрствует великий наставник монашества святой Исаак Сирский (Слово 2). К этому миру ненависть, от этого мира отречение заповедует Дух Святый ученикам Своим, когда говорит: Не любите мира, ни яже в мире. Аще кто любит мир, несть любве Отчи в нем. Яко все, еже в мире, похоть плотская и похоть очима и гордость житейская, несть от Отца, но от мира сего есть. И мир преходит, и похоть его: а творяй волю Божию пребывает во веки (1Ин.2:15—17). Мир весь во зле лежит (1Ин.5:19). Любы мира сего вражда Богу есть: иже бо восхощет друг быти миру, враг Божий бывает (Иак.4:4).

Когда же Священное Писание говорит, что тако возлюби Бог мир, яко и Сына Своего Единороднаго дал есть, да всяк веруяй в Онь не погибнет, но имать живот вечный (Ин.3:16): тогда надо разуметь под словом мир всех человеков, не исключая и грешников, как и апостол Иоанн Богослов говорит: О сем явися любы Божия в нас, яко Сына Своего Единороднаго посла Бог в мир, да живи будем Им (1Ин.4:9).

Опять: и все общество человеческое, в соединении с их греховною жизнью, в соединении с их плотскими наслаждениями, с их вещественным преуспеянием, с их столпотворением, называется «миром». Этот мир враждебен Богу и служителям Его. Аще мир вас ненавидит, – говорил Богочеловек ученикам Своим, – ведите, яко Мене прежде вас возненавиде. Аще от мира бысте были: мир убо свое любил бы: якоже от мира несте, но Аз избрах вы от мира, сего ради ненавидит вас мир (Ин.15:18,19). Этот мир пребыл и пребывает чуждым и Богу-Создателю, и Богу-Искупителю; гонение и убийство служителей Божиих он признает служением правде (Ин.16:2).

Глава и начальник этого мира, враждебного Богу, есть падший ангел; содействуют ему и служат в этой безумной и дерзостной брани прочие падшие ангелы и увлеченные им человеки. Самая земля и ее твари, прежде подчиненные Адаму, по падении Адама вместе с ним подчинились сатане. Сам сатана так засвидетельствовал о власти своей над миром: дерзнув приступить к Сыну Божию для искушения, он возвел Его на высокую гору и, показав все царства вселенной и славу их, сказал: Тебе дам власть сию всю и славу их: яко мне предана есть, и емуже аще хощу, дам ю (Лк.4:6).

Сатана называет власть над миром не собственно своею, но преданною себе. Точно: она предана ему. «Враг, прельстивший Адама, – говорит святой Макарий Великий, – и таким образом восприявшии над ним владычество, лишил его всей власти и объявлен князем века сего. Сначала же князем века сего и господином всего видимого Бог поставил человека… Когда же он предался вражеской лести, то вместе с сим предал и начальство свое обольстителю. Сея ради вины, волхвы и чародеи по действу противныя силы, попущением Божиим, чудная некая являются творити, ядовитыми обладающе зверьми, и во огнь, и в воду без вреда входяще» (Слово 4, гл. 3). Священное Писание по этой причине называет падшего ангела миродержцем, князем века сего (Ин.12:31; Еф.2:2; 6:11,12).

Преподобный Иоанн Кронштадский

На все, что в мире, смотри как на тень преходящую

Всем надо знать и веровать, что есть духовный, смертоносный змий, называемый диаволом и сатаною, осужденный Творцом на вечное мучение, могущий увлечь в вечную муку людей неверующих и беззаконных, и нераскаянных. Всем также надо знать и веровать, что от Бога послан в мир Спаситель, чтобы спасти людей от смертоносного жала этого змия – греха и вечной смерти, и что этот Спаситель всем подает Свое спасительное врачевство против угрызений этого змия: веру, молитву, покаяние и Св. Тайны Тела и Крови Своей.

Много дождевых капель, а все из одной тучи; много лучей, а все от одного солнца; много листочков на дереве, а все от одного дерева; много песку на земле, а весь от одной земли. Так много людей, а все от одного Адама и прежде всех от Бога.

Мир находится в состоянии дремоты, греховного сна, спит. Будит его Бог войнами, моровыми поветриями, пожарами, бурями сокрушительными, землетрясениями, наводнениями, неурожаями.

На мир и на все, что в мире, смотри как на тень преходящую и ни к чему не привязывайся, не имей пристрастия. Существен духовный непреходящий мир и создавший его Господь Бог: к Нему прилепись всей душой.

Преходит образ мира сего как тленный, со всею его красотою, богатством, сладостью, славою и честью. Пребывают одни вечные блага, сокровища, вечная жизнь, правда, любовь со святостью и миром Божиим. Туда очи сердца устремляй, гряди там, откуда придет помощь (Пс.120:1).

Мир – арена, или место подвигов, на котором все подвизаются или стараются казаться подвизающимися, но не все получают награду, а только тот, кто одержит победу. Мир есть место подвижничества людей всякого рода, звания и состояния в разных делах своих, хороших или дурных, место развития сил и способностей каждого: священника, архиерея, диакона, воина, купца, ремесленника, писателя, царя и подданного, чиновника или учителя и педагога, и других.

О мир прелюбодейный и грешный, враждебный Богу и человеческому спасению! Ты и рожденных от воды и Духа чад Божиих, детей христианских родителей, стараешься всеми силами отторгнуть от Бога и отлучить от вечной жизни, ибо и воспитываешь их в своем крамольном богоотступническом духе – в духе светских страстных писателей, мечтающих только о так называемых земных благах, о наслаждениях и успехах, отрывая их от Бога, от Неба, от Церкви, от ее небесных, святых, блаженных и вечных глаголов.

И настоящему беззаконному миру, почти наполовину носящему имя Христово, за его беззакония и неверие надлежало бы быть истребленным водою или огнем, или землетрясением, или кровопролитною войною, или междоусобием, как и было и бывает это в мире по местам, но крестные страдания и смерть Богочеловека ходатайствуют непрестанно пред правосудием Божиим о продолжении бытия мира и долготерпении к роду человеческому, чтобы люди смысленные образумились, покаялись и спаслись. Притча о смоковнице в саду наглядно показывает нам долготерпение к нам Божие и ожидание нашего покаяния.

Кроме того, провидение предусматривает в грядущих временах многих праведных людей, подобных нашему Серафиму Саровскому, которые жизнию своею украсят Небо церковное, послужат добрым примером для людей и будут достойны Царствия Божия. И вот мир стоит как ради настоящих немногих избранных, ибо много званых, а мало избранных (Мф.20:16), так и ради будущих избранников Божиих, коих предвидит Тот, Кто нарицает несуществующее, как существующее (Рим.4:17) и Который избирает иных людей для служения Себе прежде зачатия и рождения, как пророка Иеремию.

У человека плотского вся его жизнь, все его занятия имеют плотское направление и плотскую цель: молитва – плотская, учение и обучение других – плотское; писание или сочинение – плотское; в жизни на каждом шагу, в каждом почти слове проглядывает плотская жизнь. Особенно сильное проявление имеет плотская жизнь в чреве человека: тут седалище плотского человека. По мере того, как человек благодатью Божьею отлагает жизнь плотскую, он начинает попирать чрево свое, изменяет пищу свою, перестает жить для ненасытного чрева; в его сердце воцаряется мало-помалу вера, надежда и любовь.

Вместо пищи и пития, одежды, богатства – Бог, душа, вечная жизнь, вечная мука занимают его мысли и воображение; вместо любви к деньгам, пище, питью, одежде, роскоши в жилище и его обстановке – любовь к Богу, к людям, к небесному сожительству с Ангелами и святыми; – вместо пищи и пития – также алкание и прилежное чтение и слушание слова Божия и божественной службы. Прежде враги ему были те, которые препятствовали его внешнему благосостоянию, ныне он равнодушно перенесет лишения; прежде он спал много и во сне находил удовольствие, теперь он спит мало и лишает себя намеренно сладкого сна; прежде он всячески покоил плоть, теперь озлобляет ее, да не сильно воюет на дух.

Святитель Дмитрий Ростовский

О том, что плотская похоть не свойственна человеку, но вошла в род наш от преступления Адамова

Будучи рожден от тления и греха, не обращайся опять к тлению и греху, но старайся усердно восходить от тления к нетлению, чтобы прежде общего воскресения воскресить тебе душу свою, умершую от греха и страстей, и привесть ее от смерти к бессмертию – безгрешием и бесстрастием. Последуй жизни не древнего Адама, преступившего заповедь Божию, но жизни второго Адама – Христа безгрешного. Ибо живущие по плоти имеют умереть, подобно Адаму согрешившему, а последующие за Христом, умершие в веке сем для плотского мудрования, больше не увидят горестной смерти – встретят одно только радостное переселение из плоти к Господу.

Адам не подпал бы смерти и тлению, если бы пребыл в свойственном ему устроении от Господа – если бы пребыл при Боге, не отлучаясь любовию от Того, Кем он создан был. Но так как он оставил Творца и прилепился к твари – оставил свойственное по началу бытия своего и прилепился к несвойственному, плотскому, неразумному вождению, то по необходимости подпал тлению и смерти. Ибо, отлучившись от нетления и жизни, по необходимости впал в такое неразумное, плотское сочетание и своим преступлением от совершенного разума и возраста низвел естество наше в детский возраст и в бессловесное младоумие, так что все мы рождаемся в мир сей малыми, немотствующими чадами греха. Но, будучи таким малым, не впадай в младоумие опять, но преуспевай и возрастай в совершенный по мере возраста разум. А выросши сам, старайся и иных родить благовестием своим не в детское бессловесие, но в совершенный возраст и разум – да приведешь всех из тьмы неразумия к свету разума и познания.

Не прилепляйся к несвойственной тебе плотской жизни, происшедшей от преступления, но будь благоразумным подражателем безгрешного строения, данного от Господа до преступления. Ибо теперешнее житие по плоти явилось по преступлении, а по духу устроение было дано от Самого Господа до преступления. Итак, последуй духовной о Господе жизни, которая была до преступления, а не той, которая явилась по преступлении, дабы освободиться тебе прежде смерти от смерти и греховного тления. Ибо лучше теперь – во временной жизни – добровольно воскреснуть духом и всегда жить для Господа, нежели после горькой смерти безнадежно ожидать воскресения и жизни; лучше теперь оставить временное, плотское сладострастие с оправданием и похвалою, чем потом лишиться сего с осуждением и укоризною. Итак, не повинуйся плотскому, неразумному вожделению, но разумом обуздывай плотские похоти – да не явишься достойным осмеяния младоумным детищем.

Как Адам и Ева в начале сотворены были не от совокупления и плотской бессловесной похоти, таким же образом и мы все имели рождаться в мир: подобно Адаму все мы вдруг приведены были бы из небытия. Но так как Адам преступил заповедь и самовольно подвергся неразумию и плотским похотям, то и нам суждено по необходимости так происходить и рождаться в мир. Потому жизнь наша наполнена такой скорби и печали, плача и рыдания, и наконец, мы оканчиваем ее горькою смертию. Господь, желая извести честное от недостойнаго, определил прекращать нашу плотскую жизнь смертию, чтобы зло не было вечно, и чтобы всех нас, верующих, возвратить к лучшему, первому достоянию и первообразию. Ибо если бы наше бытие было хорошо и совершенно, то Бог не искал бы от нас лучшего, не прекращал бы жизнь нашу смертию.

Мы подпали смерти и тлению потому, что поползнулись от свойственного нам состояния в несвойственное плотское похотение. Исперва же мы созданы были от Господа не на смерть и не на плотское бессловесное похотение и сочетание, но на Божественное желание и любовь. Ибо в раю до преступления не было похоти и плотского вожделения, которые появились после преступления и по изгнании из рая, а потом и смерть вошла в мир. Потому плотская похоть прекращается смертию; будучи же упразднена смертию, опять – в будущей вечной жизни – она уже не появится. Там во веки веков будут наслаждаться Божественным желанием и любовию все только угодившие Богу.

Как соль рождается от воды и, прикасаясь опять к воде, растворяется в ней и исчезает, подобно сему и человек плотски рождается в жизнь от жены и, когда опять бессловесно соединяется с нею, умирает душою для Бога. Поэтому, будучи рожден от плотского, греховного соединения, не вдавайся опять в греховное, плотское смешение – да не исчезнешь, как соль. Не для того ты сотворен от Бога, чтобы опять обращаться на те же плотские, греховные действия и умирать, но для того, чтобы, взыскуя лучшего и блаженнейшего, ты восходил в первое достояние – безгрешное устроение Божие и преуспевал в этом. Приятен нынешний, законный брак по плоти, но чистота и целомудрие несравненно лучше и преславнее: исперва Адам назначен был к этому именно (то есть к чистоте и целомудрию). А брак попущен теперь – на малое время – только для тех, которые не хотят пребывать в чистоте и разуметь лучшее или не могут; чистота же пребывает во веки вечные.

Будучи крещен во Христа и рожден вторым – духовным – рождением, водою и Духом Его, ты омылся от первородного греха. Не пленяйся же опять грехом плотской похоти и ее действиями – да не уподобишься псу, возвращающемуся на свои блевотины. Ты отвратился от тьмы и бессловесия; не обращайся же опять ко тьме и бессловесию, но стремись к свету разума и познанию всех вещей: к Богу, сотворившему тебя, прилепляйся и с Ним соединяйся. Ты создан Богом – с Ним и соединяйся любовию; от Него имеешь бытие свое – к Нему и прилепляйся всею душою твоею. От плотского, греховного вожделения произошли смерть и всеконечное от Бога отчуждение, а чрез сохранение чистоты -жизнь и совершенное присвоение Богу.

Рожденное от плоти плоть есть, а рожденное от Духа дух есть. Ты рожден духовным рождением крещения и снова вторым родился, духовным рождением обещания (иночества), потому не ревнуй и не завидуй плотскому, греховному рождению и телесному смятению. Но восходи к лучшему и более славному: как обещался Богу, так духовно возрастай и преуспевай. Сам возродившись духовно, старайся и других возрождать духовно, а не плотскою похотию пленяйся. Плотское сочетание оставлено только для немогущих или нехотящих воздерживаться: нехотящим лучшего оставляется худшее. Когда Божественная любовь презирается, тогда наступает плотское, безумное пленение.

Итак, перестань самовольно желать юношеского плотского взыграния, чтобы потом не пришлось оставлять его, и невольно – с большою тяготою. Да не прельщает тебя доброта и красота лица тленной плоти, ибо она изменяется, и истлевает, и скоро исчезает: никто не видел благолепного старика; не бывает в гробе красоты неистлевающей, да и недолго она пребывает. Всякая плотская красота есть огонь; всякое благолепие – утренняя роса; всякая плоть – трава; всякая слава человеческая как полевой цвет: изше трава, и цвет ея отпаде! Один только глагол Божий и Божественная любовь пребывают вовеки.

Истлевшая во гробе плоть привлекает ли тебя, привыкшего пристрастно смотреть на видимое, – располагает ли уязвляться красотою лица ее? Но посмотри теперь на сущих во гробе прежде тебя; и ты научишься отсюда тому, что и после тебя, как сказал некто. И после тебя не что иное будет, как только то, что сбылось прежде тебя с другими: что случилось с другими, то непременно будет с тобою. Потому не прилагай сердца твоего к твари, но все твое желание и любовь возводи к Сотворившему все, от Которого и ты имеешь бытие свое. Там тебе свойственно и естественно быть. Ибо нигде и ни в чем не найдешь вечно блаженной жизни и неизменяемой тишины для души твоей, как только в Господе Боге, пресвятой Его любви и благодати Пресвятого и животворящего Духа.

Блаженный Феофилакт Болгарский

Всякий верующий, что Иисус есть Христос, от Бога рожден, и всякий, любящий Родившего, любит и Рожденного от Него. Что мы любим детей Божиих, узнаем из того, когда любим Бога и соблюдаем заповеди Его.

И это говорится в подтверждение вышесказанного. Если мы от Учителя получили заповедь любить друг друга, то, без сомнения, если веруем, что Учитель наш Иисус есть Христос, а Христос Он в том смысле, что есть Бог и вместе человек, должны соблюдать и заповеди Его, как Учителя и как Бога. Веруя же, что Он есть Бог, мы получаем имя детей Его, как и в Евангелии сказано: тем, которые приняли Его, дал власть быть чадами Божиими (Ин.1:12), то есть, которые уверовали в Него, те и стали детьми Его. Если же мы родились от Него, то, без сомнения, должны и оказывать должное Родителю, то есть любить Родившего. Если же все мы, уверовавшие, родились от Него, то мы должны любить и друг друга и как братья, и как рожденные от Него. В подтверждение сего апостол и говорит, что любящий родившего любит и рожденного от него. Потом опять говорит, что любовь к братьям или чадам Божиим доказывает любовь к Родившему. Выше он говорил, что любящий Бога любит и брата своего, а теперь говорит, что любящий детей Божиих любит и Бога, и любовь к брату поставляет доказательством любви к Богу.

Ибо это есть любовь к Богу, чтобы мы соблюдали заповеди Его. И заповеди Его нетяжки. Ибо всякий, рожденный от Бога, побеждает мир; и сия есть победа, победившая мир, вера наша.

Связь такая: любовь состоит в том, чтобы мы соблюдали заповеди Его, потому что всякий, рожденный от Бога, побеждает мир. Поскольку полным доказательством любви к Богу апостол указал соблюдение заповедей, а некоторым думалось, что заповеди Божий тяжелы, то и говорит: и заповеди Его не тяжки. Ибо что тяжелого в деле любви к брату? Что, например, тяжелого в том, чтобы посетить узника в темнице? Ибо повелевается не выпустить из темницы, что было бы трудно, а только посетить. И больного повелевается не освободить от болезни, а только посетить. И голодному не повелевает предложить стол из многих блюд, или нагому подать одежду, приготовленную из драгоценной материи, но доставить крайне нужное, чего ищет голодный и нагой. Сказав это, указывает и другое побуждение к любви. Какое? Победу. Говорит, что, чрез любовь к брату соделывая себя детьми Божиими, вы имеете уже и воздаяние за это доброе качество, – победу над миром, ибо рожденный от Бога побеждает мир.

Потом объясняет, в чем состоит победа и чрез что она совершается; тем и другим называет веру, то есть веру в Бога, которая, родившись от Бога, победила и прогнала всякое неверие, и ни иудей, ни эллин, ни еретик, не силен против нее. А как вера побеждает не одна, сама по себе, а вместе с имеющим ее, то прибавляет: и кто побеждает мир, как не тот, кто верует, что Иисус есть Сын Божий? Кто же сей Иисус? Иисус Христос, пришедший водой и кровью.

Кто побеждает мир, как не тот, кто верует, что Иисус есть Сын Божий? Сей есть Иисус Христос, пришедший водою и кровию и Духом, не водою только, но водою и кровию.

В словах всякий, рожденный от Бога, апостол упомянул об усыновлении Богу и о рождении. А это вместе совершается чрез святое крещение. Посему говорит: Сей есть пришедший водой и кровью Иисус Христос, возрождающий и делающий нас сынами Божиими. Ибо это подразумевается и как следствие в словах: рожденный от Бога побеждает мир. Как рожденный? Водой и кровью. Ибо пришедший Иисус Христос возрождает водой и кровью. И опять прибавляет с повторением слова: не водой только возрождающий, но водой и кровью. Ибо хочет прежде доказать прославление усыновляющего нас Христа, потому что прежде усыновлен Богом человек, сущий во Христе, а потом Христос чрез Свое усыновление даровал и нам такое достоинство. А сыновство Его объявлено трижды: один раз при крещении на Иордане, когда Отец свыше свидетельствовал, что крещаемый есть Сын возлюбленный.

Итак, Иисус пришел водой, то есть, объявлен Сыном Божиим чрез свидетельство Отца при крещении в воде. Кровью, когда, идя на крест, говорил: прославь Меня Ты, Отче! и когда принесся глас: и прославил, и еще прославлю, который слышавшие приняли за гром (Ин.17:5; 12:28,29). Духом, когда как Бог воскрес из мертвых, ибо воскрешать Самому Себя свойственно одному только Богу, а словом Дух называется Бог, как можно видеть в изречении: Бог есть дух (Ин.4:24). Итак, при свидетельстве трех (крещения, креста и воскресения) о сыновстве Иисуса, сыновство Господа непререкаемо. А чрез Свое сыновство, как начаток всего рода человеческого. Он даровал и нам право быть сынами Божиими. И сии три в одном Христе. Ибо это значит выражение: и сии три едино, то есть по отношению к свидетельству о Христе. Нужно знать, что некоторые из отцов слово Дуг разумели не о воскресении Христа, но об Отце, когда Он воззвал на Иордане: Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение (Мф.3:17), так как Бог есть Дух, как мы выше сказали.

Сказав это, подтверждает слова свои доказательством от меньшего. Если мы принимаем свидетельство человеческое о чем-либо, не тем ли справедливее должны принять свидетельство большее, от Бога? Ибо это свидетельство о Сыне Божием, то есть Христе, не от Самого ли Бога? Итак, верующий в Сына Божия, что Он есть Бог, как Сын Божий, имеет свидетельство в Самом Себе, потому что верующий и сам усыновлен чрез Иисуса, усыновленного Богом. А неверующий виновен в двух отношениях: в неверии, представляя Бога лжецом, и в том, что лишает себя усыновления, а чрез это – жизни вечной, которую и Христос имеет в Самом Себе, как в Евангелии сказано: в Нем была жизнь (Ин.1:4).

Посему кто имеет в себе Сына чрез крещение, тот имеет и жизнь, ибо все мы, крестившиеся во Христа, облеклись во Христа (Гал.3:27). А кто не имеет Сына Божия чрез крещение, тот не имеет и жизни, тот мертв. Ибо, принимая нас, мертвых прегрешениями, Он воскрешает чрез святое крещение. Каким образом? Потому что кто чрез погружение в крещении спогребся со Христом, тот мертв для мира, то есть для мирских прихотей, и живет уже не для мира, но для Христа.

Святитель Феофан Затворник

Мир победить – что такое?

Мир есть поприще, где развивается во всей своей широте деятельность греховной воли. Мир есть овеществленное самолюбие или есть совокупность его порождений в лицах и действиях, ибо св. Иоанн Богослов все, что в мире, делит на три класса: похоть плоти, похоть очес и гордость житейскую (1Ин.2:16), то есть что там все движется по действию сих трех страстей. Он есть поприще, где развивается во всей своей широте деятельность греховной воли. Каждая из сих начальных страстей в свою очередь раскрывается множеством других, исполненных ее духом и характером. Они кладут свою печать как на всех силах человека, так и на всей его деятельности и тем осложняют его страстность и размножают страсти.

«Как овладеть собою?» Как владеете в одном, так и во всем старайтесь владеть собою. Ведь не распущены же вы так, что уж ни в чем совладать с собою не можете? Так вот… как владеете в чем-либо собою, так и во всем поступайте… Нудить себя надо. Так Господь сказал, уверяя, что только нудящие себя восхищают Царствие Божие. Желаете Царствия… нудьте себя, т.е. одолевайте себя и насильно тяните в Царствие Божие. Вы себя изобразили такою ленивицею, что из рук вон. Конечно, вы ленивы только на духовное: молиться, себе внимать, памятовать о Боге, смерти и проч. Вы когда-то писали, что прочитываете книжку «Что есть духовная жизнь». Там изображено, что у нас три яруса жизни: духовная жизнь, душевная и плотская… Последние две эгоистичны. Первая требует самоотвержения и в начале, и в продолжении, и в каждом деле.

Отчего душевная и плотская жизнь идет без особых жертв? (Оттого, что потребности их, желания и предметы удовлетворения наглядны, осязательны… Привыкши к этой осязательности, мы становимся неподвижными к предметам отрешенным. К ним душа холодна и тем паче плоть, а к своим предметам они жарки, горят вожделением. Однако же процедура желания одинакова, и в духе, как и у них… Душа знает, что доставит ей тот или иной предмет, и тянется к нему, желая вкусить от него сласти… Перенесите это к духовному. Надо узреть и хоть предположительно увериться, что от того или другого духовного предмета или дела будет такое благо, утешение, наслаждение.

Если благо сие было испытано хоть однажды, то тут уверенность будет не предположительная, а действительная, истая, на опыте основанная. У вас, я полагаю, эта последняя есть. Извольте теперь становиться на это твердою ногою всякий раз, как одолеет леность, а это то же, что душевного и плотского хотите, а духовного нет, и понапрягитесь немного восставить ощущение испытанного уже блага от духовного дела, от которого теперь отвлекает леность. Как только это успеете сделать, душа уступит, ибо она бессильна стоять против духа. Если вы припомните духовные ощущения, то не можете не сознать, что эти ощущения, как небо от земли стоят выше душевно-телесных.

По этому превосходству, уже испытанному, и слабый след духовного ощущения отталкивает всякое душевное и силен увлечь к себе сознание и произволение наше… Вы так изображаете, что у вас низшая сторона берет верх над высшею будто по какой-то необходимости… Если берет, вы виноваты, оттого что не делаете, что должно, или ничего не делаете, чтобы она не взяла верх, а оставляете тещи вашим расположениям, как текут, без управления (помните басню Крылова «Васька слушает и ест») и более того, оставаясь своими произволениями на их стороне. Вот и возьмите в закон – как только нападет леность на духовное, восстановлять ощущение блага от него и переходить на его сторону произволением решительным, безжалостным к себе в том убеждении, что иначе в Царствие не попадешь.

Требуется маленькая борьба, но к ней всякий способен, и вы больше многих… Так не извольте вилять: дух бодр, плоть немощна… Бросьте плоть и идите к бодрому духу… И все пойдет добро… Пожалуйста, возьмите во внимание, что пишу. Если будете все так поступать, как пишете, впадете в равнодушие к делу спасения… О таких душах Господь сказал: имам изблевати… Спаси вас, Господи.

Сия есть победа, победившая мир, вера наша (1Ин.5:4), вера христианская. Мир победить – что такое? Не то, чтоб всех миролюбцев перебить и все миролюбное истребить и уничтожить, а, живя среди миролюбцев и вращаясь среди миролюбных обычаев, жить и быть чужду всем и всему. Коль скоро ты отвергся мира и всего мирского, то этим самым действием победил ты мир.

А отвергнуться мира кто тебя учит, и кто силу на то дает? Вера наша. Она раскрывает пагубность прелестей мира и зарождает желание высвободиться из сетей их. Затем, когда кто решается расторгнуть эти узы, раскаивается и приступает к таинствам обновленная – к крещению или покаянию, она дает в этом действии таинственно ощутить сладость противоположной миру жизни, такую, с которою все сласти мира ни в какое сравнение идти не могут. Отсюда в сердце водворяется отвращение ко всему мирскому, которое, собственно, и есть победа над миром, Но в том же действии таинственном, вследствие которого рождается отвращение к миру, подается сила и к непоколебимому пребыванию в этом отвращении и отчуждении от мира, а это есть победа решительная и прочная.

Преподобный Макарий Оптинский

Мир же, по святому Исааку, составляют страсти, и особенно три главные: славолюбие, сластолюбие и сребролюбие. Если против сих не вооружаемся, то неминуемо впадаем в гнев, печаль, уныние, памятозлобие, зависть, ненависть и подобное.

Вот величие и надежды мира сего! Как они ненадежны и ничтожны! истинно как сон или тень преходящая. Хоть сто лет проживи во всяком наслаждении, богатстве и славе, а все надобно явиться и дать отчет о делах своих, напротив же, с какими скорбями и неудобствами сопряжена жизнь наша, а паче мирская. Благодари Бога, что Он тебя призывает послужить Ему в обители избранных и отлучивших себя от мира.

Надобно, познавши суету мира, воистину бесполезную, уклоняться от нее и искать в себе средств к исполнению воли Божией. Но пока мы служим миру, мы не видим тьмы страстей, помрачающей наш смысл, и, находясь в таком усыплении, не заботимся о том, что, угождая миру, являемся преступниками заповедей Божиих, и еще от некоторых малых исправлений мним быть себя истинными христианами, а сим прельщаемся ложно, не занимаясь учением Спасителя нашего Господа Иисуса Христа.

Вы упрекаете себя за увлечение в житейские хлопоты, да как же быть? Житейское море всегда волнуется, а вы в оном плаваете, пристанища еще не видно. Когда же вам приходит в мысль огнь, поедающий дела на земле, то, верно, ослабляется пристрастие ваше к вещественному и ум более в духовную сферу облекается. Что бы мы ни делали, ни замышляли, а не должно забывать, что земля еси и в землю отыдеши (Быт.3:19), душа же переселится в ин мир духовный, и что здесь посеет, то там и пожнет, аще благая, аще злая. В недостатке добрых дел да прибегаем к смирению, которое сильно ходатайствовать о нас ко Господу, да и при добрых делах оно нужно, необходимо, ибо дела без него бесполезны.

Преподобный Никон Оптинский

Под словом «мир» мы подразумеваем все то, что подвержено страстям, что далеко от Бога. Нам хорошо. Слава Богу! Мы живем в пустыне мира, можем в церковь ходить, можем побеседовать с единомысленными людьми. Слава Богу!

Человек, возмущающийся порочной жизнью некоторых мирских людей, почему-то не уходит из мира. Ответ на это есть в сегодняшнем Евангелии: Не молю, да возмеши их от мира, но да соблюдеши их от неприязни (Ин.17:15).

И потому Господь сказал: Если бы вы были от мира, то мир любил бы свое: если мир вас ненавидит, знайте, что Меня прежде вас возненавидел (Ин.15:19,18). В этом весь и секрет, почему тебе опротивело мирское, и ты несешь и понесешь нарекания и насмешки от миролюбцев. Но не унывай: есть у нас якорь Слово! Не бойся, малое стадо! Яко Бог благоизволи дать вам Царство! И какое еще!

Преподобный Варсонофий Оптинский

Мир – это такое чудовище, что если повернуть кругом, то разорвет

Когда в сердце закроется клапан для восприятия мирских наслаждений, тогда открывается иной клапан, для восприятия духовных. Но как стяжать это? Прежде всего миром и любовью к ближним… Затем терпением. Кто спасется? Претерпевши до конца (Мф.10:22). Далее удалением от греховных удовольствий, каковы, например, игры в карты, танцы и т. д.

Святитель Николай Мирликийский ушел в пустыню, чтобы там подвизаться в посте и молитве, но Господь не благословил его остаться там. Явившись святому, Господь велел ему идти в мир: «Это не та нива, на которой ты принесешь Мне плод», сказал Господь. Таисия, Мария Египетская, Евдокия также не жили в монастырях. Везде спастись можно, только не оставляйте Спасителя. Цепляйтесь за ризу Христову, и Он не оставит вас.

Спастись, живя в миру, можно, только… осторожно! Трудно. Представьте себе пропасть, на дне которой клокочет бурный поток, из воды то и дело высовывают свои головы страшные чудовища, которые так и разевают свои пасти, готовясь поглотить всякого, кто только упадет в воду. Вы знаете, что непременно должны перейти через эту пропасть, и через нее перекинута узенькая, тоненькая жердочка; какой ужас-то, а вдруг жердочка сломится под вами или голова закружится, и вы упадете прямо в пасть страшного чудовища. Страшно-то как! Можно перейти по ней безопасно, с Божией помощью, конечно, все возможно, а все-таки страшно, и вдруг вам говорят, что направо в двух-трех шагах всего устроен через эту пропасть мост, прекрасный мост на твердых устоях. Зачем же искушать Бога, зачем жизнью рисковать не проще ли пройти тем безопасным путем? Вы поняли меня? Пропасть – это житейское море, через которое нам всем надо перебраться, жердочка путь мирянина, мост, со всех сторон огражденный, твердый и устойчивый монастырь.

Вопрос: «Я, батюшка, теперь начинаю бояться мира…». Ответ: «Это ничего. Это спасительный страх. Вы ушли от этого ужасного чудовища мира, и Бог даст, совсем отойдете от него. Один раз я видел сон. Иду будто бы я по лесу и вижу: лежит бревно. Я спокойно сажусь на него и вдруг чувствую, что бревно шевелится. Я вскочил и вижу, что это огромный змей. Я скорее бежать. Выбегаю из леса, оборачиваюсь и вижу, что весь лес горит и вокруг него, кольцом охватывая его, лежит змей… «Слава Тебе, Господи, что я убежал из леса, что бы со мной было, если бы я остался в лесу!» И сон этот был для меня непонятен. Потом мне один схимник растолковал этот сон. Лес это мир. В миру грешат и не чувствуют, не сознают, что грешат. В миру и гордыня, и лесть, и блуд, и воровство, и все пороки. Да и я жил так и не думал о том.

Вдруг я увидел, что, если так продолжать жить, пожалуй, погибнешь, ибо за гробом жизнь или благая для благих, или вечная ужасная мука для грешных. Я увидел, что чудище шевелится, что опасно на нем сидеть. И вот когда я отошел от мира и смотрю на него из монастыря, то вижу, что весь мир горит в своих страстях. Это то «огненное запаление», про которое говорится в Великом каноне Андрея Критского».

Преподобный Лев Оптинский

Пристрастия к миру опасайся, хотя он и льстит тебе спокойствием и утешением, но они так кратковременны, что и не увидишь, как лишишься их, а наступит место раскаяния тоска, уныние и никакого утешения. Ты говоришь, что желаешь бы в монастырь хотя последнейшею: исполняй же это, когда кто тебя укорит; помышляй, что ты последняя и достойна сего.

Преподобный Анатолий Оптинский

Царствует в мире дух века сего

Мирские кишат и не разумеют, что они кишат, как черви, роясь в грязи, а только смотрят на чужие немощи и судят монахов, как непотребных, тогда как сами и понятия не имеют о монашестве. Да и о Боге-то и будущей жизни смекают по давно прочитанным книгам, а то и просто с ветру.

И в миру можно спастись, хотя неудобно это, так как весь уклад мирской жизни не приближает, а отдаляет от Бога. Царствует в мире дух века сего. Порок там ничем не удерживается. Какое, например, безобразие в Москве, особенно в праздники. Целомудренной девушке и по улицам-то проходить страшно: в витринах выставлены такие скверные картины и статуи, что, глядя на них, чувствуешь, как оскорбляется чувство стыдливости и целомудрия. Впрочем, есть люди, живущие в миру по-монашески, к которым не пристает мирская грязь, душа же их нераздельно принадлежит Господу. Это те, о которых сказал Лермонтов: «они не созданы для мира, и мир был создан не для них».

Для малоумных и малодушных вся жизнь, все радости мир сей. А для сынов и дщерей Вышнего Иерусалима мир сей темница. Обман, прельщение – вот его радости и сладости! Исаак Сирин пишет: «Мир сей блудница есть; егда износят человека из дому его, тогда познает, яко мир блудница есть». Узнаешь, но поздно. И потому блаженны, стократ блаженны вовремя познавшие лесть мира и диавола и поспешившие с мудрыми девами войти в невестник Небесного Жениха.

Какой тебе демон нашептал, что мирская жизнь лучше монашеской? Да ты видела ль, сколько там скорбей, нужд, браней, драк, раздоров, пьянства, бесчиний?

Мир ничтожные вещи и скудельные черепки оценивает весьма дорого, а вещи весьма дражайшие и бесценные ставит за ничто, т. е. потерю времени в праздности, и лености, и в беспечности о спасении своей души, которой ничего нет дороже на свете.

Мирские дела столь многочисленны, что едва ли во сто лет могут приведены быть к должному концу, и столь важны, что никакого отлагательства не терпят. Одни только богоугодные дела, к несчастию нашему, безбоязненно отлагаемы могут быть, иные до утра, иные до другого лета, а некоторые даже до старости и престарения, почему очень нередко случается, что и без исполнения остаются, о чем и я сердечно соболезную, да пособить нечем.

≈

Вы жалуетесь, что все надежды мирские исчезли для вас, да и можно ли понадеяться на мир? Кому он не польстил? Кому не солгал? Обещает он много, а дает очень мало. Одни только уповающие на Господа, по слову святого Давида, не погрешают, то есть не обманутся в надежде своей!

А нам доставляет утешение попрыгать по паркету, как какому козленку, нам бы похохотать до лому затылка, нам бы рожу какую надеть, замаскироваться, и сколько еще есть глупостей и нелепостей, поглощающих этот световидный дар неба ум наш. Впрочем, это я пишу не с тем, чтобы ты, моя искренняя, все рожи и бальные принадлежности разбросала и тем огорчила бы и родных, и чужих. А так говорю, чтобы ты знала, что творишь. И уж если набедокуришь, то исповедалась бы Господу. И Он простит тебе.

Никодим Благовестник

Мир отверг Сына Божия – Христа…

Прелюбодеи и прелюбодейцы! не знаете ли, что дружба с миром есть вражда против Бога? Итак, кто хочет быть другом миру, тот становится врагом Богу. (Апостол Иаков)

Миром святые называют совокупность страстей, движущих неверующими (нечестивыми) людьми, а потому проживающих свои краткие земные жизни по своеволию во грехе, не покоряясь законам Божиим. Если кто, прозрев совестью, вдруг очнется, поняв всю гибельность пребывания в мире и житии по его богооттупническим законам, и встанет на указанный Господом путь спасения, то вражий дух в лице самых «близких и родных» начнет гнать и ненавидеть его, как чуждого их духу:

Если мир вас ненавидит, знайте, что Меня прежде вас возненавидел. Если бы вы были от мира, то мир любил бы свое, а как вы не от мира, но Я избрал вас от мира, потому ненавидит вас мир… И враги человеку домашние его.

Мир отверг Иисуса Христа, когда Он нисходил на землю в зраке раба – Сына Человеческого для дарования спасения людям, и распял Его, умертвив плоть мучительной смертью на Кресте. Также и Бог отверг мир, как прелюбодейный и грешный, а через определенное время уничтожил и города их, рассеяв остаток нечестивых иудеев по всей земле. И исполнилось над ними то, что они сами напророчили себе на неправедном суде у Пилата: кровь Его на нас и на детях наших (Мф.27:25).

МИР ВИДИМЫЙ И НЕВИДИМЫЙ

Ибо вот, Я творю новое небо и новую землю, и прежние уже не будут воспоминаемы и не придут на сердце (Ис.65:17).

Святой Макарий Великий

О видимом и невидимом мире Божества

Все видимое этого мира является образом невидимого и неявляемого и скрытого мира Божества. Существует земля видимая, на которой были насаждены виноградная лоза, и плодоносные деревья, и семя, и большое богатство. Так существует и невидимая Небесная земля жизни там, где христиане имеют свое богатство и отдохновение, и в этой скрытой земле жизни насаждены их души, и они приносят Богу плоды Духа, а сами предметы расположены в двух лицах. Ты будь лозой Господа, и Он – твоей, ибо Он говорит: Я – лоза истинная (Ин.15:1). И каким образом в видимых вещах лоза укореняется и насаждается на земле, так и души святых в Небесной лозе, то есть, в Господе, насаждены. И существует семя Духа Святого и семя человека, ибо сеется ум в живую землю Божественного слова, и снова сила Духа сеется в разумной земле верующей души.

И как в видимом мире земля нуждается в работе, и выходят работающие и полагают в ней семя, и оно выращивает плоды, и в свое время жнецы берут серп и жнут, так существует невидимая земля Господня, душа человека, и добрый земледелец Господь. Обрабатывающие землю – это святые апостолы, унаследовавшие слово Господне, ибо Само Слово Отчее пришло в мир соделать новые Небеса и приготовить новую землю, как было обещано: Вот Я творю новые Небеса и новую землю (Откр.21:1,5) непреходящую, ибо это небо и эта земля и все видимое разрешается и проходит, а разумная и духовная, возделываемая Господом земля – вечна.

Потому что богатые этого мира, сколько ни приобретут и ни соберут еще большего богатства, при исходе их в свое время из мира уходят нагими, неспособными взять с собой ничего из их богатства. Здесь же христиане, если каким-нибудь духовным подвигом стяжут и отложат духовное богатство в живой земле сердца, при исходе из этого мира берут с собою такое их богатство и сокровище жизни, и плоды их трудов живые отходят в Небесное Царство, где находится их вечное упокоение и наследство. Ибо эта видимая земля проходит, и это богатство исчезает, и плоды истрачиваются, но те духовные вещи, не видимые этими глазами, сопребывают вовек.

Как эти деревья изнутри зачинают плоды, и во время месяца ксанфика, когда весна уже наступила, каждое дерево выносит находящийся внутри плод явно вовне, и необходимо винограду выйти из лозы, и другим плодам пройти из плодоносных деревьев, так и все те, которые в настоящее время сокровенно зачинают небесное семя Духа славы в своих сердцах и полны добродетелей, в день воскресения та небесная и духовная слава, которую они отныне внутренне получили, и нагие тела оденет, и облечет извне небесною славою. Увы, душе, не стяжавшей и не приобретшей внутри своей верою славу Духа, потому что она в воскресении не будет иметь того, что покроет и прославит, и оденет ее тело одеянием спасения.

Итак, были поставлены апостолы (1Кор.4:1), и работники разумных душ, и духовные управляющие не видимых домов, но сердец человеческих. Ибо как строитель входит в дом и все в нем чистит, и украшает дом для угождения хозяина, так и слово апостольское, входящее в сердца верных людей, устрояет душу и украшает для угождения и вселения Небесного Владыки. Они же были названы и пастырями: Паси, ибо говорит Господь Петру, агнцы Моя (Ин.21:15). Подобно они получили первыми ключи Царства. Ибо Господь говорит Петру: Я дам тебе ключи Царства. Что же такое ключи, как не Божественное и небесное слово, сказанное ими в силе слушающим с верою? Ибо Божественное в силе слово открывает уши верных и, входя вовнутрь, открывает запертые лукавым двери сердца, и овладевает там пажитями души, то есть что сердце, открытое поистине силою Духа живого и действенного Слова, более не будет заперто вовеки снова.

Ибо и сам лукавый через слово, которое он сказал Еве, вошел прежде в слух и через слух проник в сердце, послушавшее его слова, и завладел пажитями души, и запер двери сердца от того, чтобы открыться для вечной жизни и для той духовной добродетели слушания. Необходимо, чтобы там, где уничтожитель походил и опустошил, должно было войти слово жизни и исправить опустошенные вещи добродетелей души. И как царь посылает во всю землю свои изображения и посредством их становится известной его держава и власть, так и лукавый, пленивший род человечества и всех удержав под своею властью посредством преступления Адама, безобразные и мрачные образы своей тьмы бесчестных страстей вложил в души, и при их посредстве овладел пажитями, отвратив людей во всякие грехи и нечистоту.

Таков закон греха, противоборствующий закону ума, против закона Божия. Это есть ветхий человек, совлечься которого повелевает нам блаженный Апостол, это есть мирской дух, избавиться от которого мы молимся… Это есть покрывало тьмы, лежащее на сердце, которое, мы надеемся, будет отнято силою Иисусовой от обратившихся всецело ко Господу, чтобы открытым лицом созерцали бы мы славу Господню. Те же души, которые в вере и большой любви приближаются ко Господу, ищут у Него избавления и желают получить благодать Его Духа: и посылает им Господь желанный и небесный образ Своего неизреченного света, то есть закон Своего Духовного, нового и небесного человека, и посредством бессмертного и живого образа света его добродетелей упраздняются безобразные образы злобы страстей, и царствует над верной и достойной душой Дух, исполняющий всю Его волю чисто и беспорочно, и Его Держава поистине познается в достойных Его душах посредством живого и Боговидного образа Его благодати.

Ибо как во дворце, если служители царя обучены, но не получат от него серебряных и золотых сосудов, не могут послужить царю, одно же – они сами, а другое – царские сосуды, которые им вручаются, ибо царь обслуживается в собственных сосудах. Так и люди и Ангелы, если не получат духовных сосудов Господа, то есть силу и ведение и разум от Его Духа, и не станут причастниками Божественной силы Бога, не могут совершать непорочно всю волю Божию. Ибо сами Ангелы, будучи духами, получили от Его Духа силу и, смешавшись с Ним, делают всю волю Божию, так и души людей суть духи, и, если не получат силу Божию и ведение от Его Духа, не могут совершать достойно всю волю Бога.

Ибо и высшие и низшие являются товарищами, как говорит Апостол, «умиротворив» то, что на земле или что на небесах. Живет, следовательно, каждый достойно того, кого он и носит образ в силе и действии, то есть образ Божественной благодати, добродетелей, жизни или лукавого, страстей бесчестия, и кого образ он имеет в себе, в том веке живет и обитает. Ибо если кто имеет в себе образ жизни света Духа, тот живет в высших, в вечном и нетленном мире, если же кто имеет в себе безобразный образ лукавого, тот живет в тленном веке, будучи мертвым для высших. Ибо должны стать мертвыми этому миру и умерщвленными плотскому мудрованию желающие ожить в том бессмертном и вечном мире. Потому что, если кто будет господствовать всей державой земли, находящейся под солнцем, но не проявит заботы о своей душе стать живой в нетленном и вечном мире, тот не получит никакой пользы и выгоды. Потому что все имения не равняются одной душе, как сказал Господь: Если весь мир приобретешь, а душе твоей повредишь, какая выгода, и что дашь в замену за свою душу, – так что весь мир не достоин одной души (Мф.16:26).

Существуют два закона, с которыми имеют борьбу христиане. И один закон, закон духа жизни, в котором они упокоеваются и живут жизнь вечную. Другой закон – привычки мира и предыдущих постыдных и суетных дел, к которому влекутся, приманиваемые, удаляющиеся и отрицающиеся от этой жизни; с ним имеют борьбу избравшие доброе начало не слушаться и не уступать предыдущим своим привычкам. И когда они хорошо превозмогут над этим законом и победят, тогда они имеют войну и великий подвиг против невидимого закона тьмы страстей, написанного в сердце (Рим.8:2), самого действия злобы, то есть греха, препятствующего душе и запрещающего войти в жизнь Царства. Существует же и невидимый закон Духа Божества, живой и заступающий за подвизающуюся душу против законов зла. Следовательно, дело человека похоже на дело Господа.

Ибо как Господь, сошедший на землю, претерпел много страданий, поруганный и обесчещенный, и распятый, после же нисшел в самые низшие места земли (Еф.4:9) ради Своего наследия, то есть для верных и достойных Его душ. Так и христиане претерпевают много страдания, подвизаясь до смерти против зла ради своего небесного наследия, а оно есть Сам Господь.

Итак, постараемся и мы всегда быть найденными угодными Ему, ни в чем не подчинившимися закону зла, чтобы, удостоившись духовного закона жизни, освободиться посредством него и от закона зла страстей, и взяться за вечную жизнь (1Тим.6:12), и, во всех Его заповедях просто поживши и всю волю Божию благодатью Его исполнивши, и непорочными ставшие законом духовным, стали бы достойными вечной жизни, наслаждаясь с Господом тамошними благами во веки веков в бессмертном Царстве. Слава Его величию и благости. Аминь.

Преподобный Максим Исповедник

Бог создал невидимый мир и видимый, и душу и тело также Он сотворил. И если мир видимый столь прекрасен, то каков же невидимый? Если же тот лучше этого, то сколь превыше их обоих создавший их Бог? Если теперь Творец всех доброт лучше всего сотворенного, то по какой причине ум оставил лучшее всего, занимается всего худшим, то есть, плотскими страстями? Не явно ли от того, что к этому привык, от рождения обращаясь с ним, а того, что лучше и выше всего, совсем еще не испытал? Таким образом, если долговременным воздержанием от чувственных удовольствий и поучением в Божественном, мало-помалу мы отторгнем его от такой привычки, то он, понемногу преуспевая в сем, расположится к Божественному и собственное свое познает достоинство, а, наконец, и всю приверженность свою перенесет к Богу.

Преподобный Иоанн Кронштадский

Видимый мир, начало его…

Безначальный Бог, во Святой Троице единый, всемогущий, всеблаженный, вседовольный, всесовершенный, не имел надобности в тварях. Бесконечная благость Его возжелала иметь участников в Своем вечном блаженстве. Царство славы, или Царство Небесное, уготовано для любящих Бога, бессмертных сил небесных, устоявших в добродетели пред соблазном. Одному из светлейших и могущественнейших духов представилось заманчивым выйти из повиновения Создателю и основать свое собственное царство, противоположное Божиему, дабы властью своей уподобиться Всевышнему Богу Небесному. Последствия сего известны. Денница сделался дьяволом, врагом Божиим и врагом всех любящих Бога тварей. Соблазн неповиновения заразил многих духов, так что новое царство зла наполнилось последователями начальника тьма.

Устоявшие во время гибельного искушения в награду за это укрепились помощью Божией и сделались вечными сынами правды. Царство славы, или Царство Небесное по воле Творца, не должно оставаться ненаполненным. В восполнение как бы явились новые существа хотя не в светоносной, но в вещественной оболочке, то есть во плоти. И они, в лице Адама и Евы, явились из рук Творца прекрасными, как венец Премудрости Создателя. И новосозидаемая тварь, по определению Премудрости Божией, явилась из ничтожества, и вселенная, для нее устрояемая, возникла по гласу Божию из вод и океанов пылинок, созданных вначале (хотя в истории творения, записанной Моисеем, о начальных пылинках вселенной не упоминается, тем не менее выражение книги Притчей (8:20) о начальных пылинках, очевидно, имеет характер вполне подходящий в смысле научном, приближающий к понятию более современному о начальных атомах).

Величие Творца сказалось в этих начальных атомах, ибо они, несмотря на свое ничтожество, бесформенность, невидимость и неустроенность, послужили материалом для устройства не только царства природы, но и человека, предназначенного царствовать в природе и совершенствоваться до единства с Богом. От нас сокрыто, долго ли первоначальные воды атомов представляли не что иное, как хаос, подобный волнам бездны, ибо Божественное Откровение в Св. Писании дает созерцать начало видимого мира тогда, когда над хаосом вод уже носится Животворящий Дух Святой. Таким образом, история видимой вселенной начинается с первоначального образования простого вещества и с устроения его Духом Святым в величайшие шаровидные тела. Что нынешние стихии, то есть земля, вода и воздух, составляли вначале, не что иное, как необразные пылинки, видно из свидетельства Слова Божия (Притч.8:26) и из наблюдений, подтверждающих эти свидетельства.

Исследования царства природы вполне подтвердили и уяснили мысль, высказанную уже Соломоном, что стихии мира составлены из единого необразного вещества, то есть имеют единство природы. Эти ничтожные и неосязаемые частицы одарены Творцом силой непостижимой для нас деятельности, благодаря которой они образовали из своих соединений и сочетаний неисчислимое разнообразие видов тел в царстве природы, возникшем из праха.

Физическое начало света создано в первый день творения с происходящими от него физическими силами: электричеством и теплотой, по Слову Божию: Да будет свет. Оно явилось в одной стране мира – на Востоке. В четвертый день творения им облечены великие темные дела, предназначенные управлять другими от них взятыми меньшими темными телами, управлять ими посредством притяжения, согревать, просвещать тройственными лучами своего коронованного, лучезарного покрова: световыми, тепловыми и электрическими.

Темное солнечное ядро, вместе со всеми прочими подобными ему шарами вселенной, образовано вначале из вод начальных атомов, наполнявших пространства бездны вначале. Эти океаны вод, велением Слова Божия и Действием Духа Божия, должны были подвергнуться разделению на великие шары, а сии последние размножению на планеты уже во времени, то есть во второй день творения.

В третий день испарением морских волн, покрывавших сушу, тем же Словом и Духом образованы: воздух, облака, пресная вода и чрез всемогущее действие Ипостасной Премудрости в Духе Святом подняты материки. Творческое Слово Ипостасной Премудрости Божией повелело во второй день утвердиться планетам, то есть разделиться великим шарам и открыться пространству для воздуха между планетами, тверди небесной с облаками, явившимися от испарения вод, а Всемогущей Силой Слова и Духа открыта или поднята из воды суша – в день третий, и произведена растительность в совершенном возрасте. Все это чудеса Премудрости и Силы Вышнего. Столь же чудно созидается.

Кончина сего мира будет, собственно, не уничтожением, а только обновлением Земли (Апок.21:1). Никто из невоздержанных и нетрезвых не будет жить на ней, но обновленные силы ее будут вечно служить для обновленной твари при новых условиях жизни. Третьему дню вселенной соответствует, при кончине мира, снятие третьей печати, с книги судеб последнего времени. Знамением поставлено оскудение плодов земных и вследствие того крайняя дороговизна хлеба насущного (Апок.6:5,6). Читающий да разумеет, не относится ли это к его времени, как началу конца?

Четвертый день ознаменован окончательным распределением светоносного начала (в первый день созданного) равномерно между мирами для потребностей каждого из них. Этим светоносным началом, как царственной порфирой, облекаются великие тела вселенной, предназначенные управлять меньшими и облекать их сиянием с той стороны, которая обращена к нему, оставляя во тьме ту, которая уклонена от него. Чтобы не лишать никого благодеяний, изливаемых солнцем, все темные земные шары получили вращательное движение на своей наклонной оси и, кроме того, годовое движение вокруг своего центрального шара, как своего родоначальника. Этим двойным движением дарованы планетам перемены дня и ночи и перемена времен года, необходимые для их временного бытия – для восстановления истощенных сил физической, слабеющей природы при выполнении ее временного назначения.

Этими движениями каждое место земного шара попадает под действие солнечных лучей. Отсюда разнообразие в энергии лучей, ибо направление их, то прямое, то косвенное, а чрез то более или менее согреваются или освещаются различные поясы поверхности шара, а также и ближайшее воздушное пространство, – но последнее только чрез посредство отражающихся от земли лучей. Дело Божие и в нравственной жизни человека (из записок на книгу Бытия Филарета, митрополита Московского), озаренного впервые внутренним светом к уразумению Писаний и заповедей Христовых. Для него вскоре наступает второй период устройства его внутреннего мира, ибо волны плотских страстей мало-помалу разлагаются, и там, где бушевали порывы их, водворяется твердость и самообладание под влиянием благодатного Света, восполняющего недостатки и врачующего немощи человеческие. Постепенное разложение страстей совершается и в следующий за сим период, соответствующий третьему дню в устройстве вселенной, когда воды страстей получают границы и начинают испаряться, а волны желаний заключаются в пределы, из которых выступить не могут, и ярость их обращается назад для блага, покоя и мира твердого духа. В эту пору благодатной жизни сердце человека, омытое от страстных волн, делается способным принять оживляющую теплоту Св. Духа и произращать плоды Духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, веру, кротость, воздержание.

В устроении вселенной третий день творения Божия имеет особое значение, ибо с этого дня начинается растительность на Земле и на подобных ей планетах. Земля производит первые и самые роскошные плоды свои для потребностей обитателей царства природы. С этого дня Земля, как добрая мать, начинает расходовать свои силы, сперва крепкие и могучие, на пользу и укрепление людей и прочих живых тварей. И это продолжится до самой той поры, когда, вконец расслабленная леностию в ее возделывании, она оскудеет в силах и с трудом будет нести бремя пропитания человеческого рода. Впрочем, она не оставит своего дела до самого окончания своего. По обетованию Божию сеяние и жатва будут до последнего дня (Быт.8:22). Самая кончина мира застанет ее предлагающей людям последнюю скудную жатву. Как велико это, освещенное посредством отражающихся лучей, пространство, удалось исследовать тем, которые поднимались на воздушных шарах в заоблачные сферы.

Найдено, что уже на высоте семи верст господствует мрак, и небо уже представляется почти черным, далеко темнее ночи. На этом темном фоне сияют поразительным блеском солнце, луна и звезды, но уже не греют и не освещают пространство, хотя и блестят сильнее, чем видно с земли в безлунную ночь. Отраженные же землей лучи солнца не доходят туда. Похожее на это зрелище представляет небо и во время дня в весьма возвышенных горных странах, не имеющих, по причине большой высоты, облаков. Говорят, что там небо всегда темно-синее, а звезды видны и днем.

Кажется удивительным, почему бездна или твердь небесная, окружающая земной шар, не освещена, а покрыта вдали от земли густым мраком, среди которого сияют светила, те самые, которые освещают землю и прилегающее к ней ближайшее пространство и окрашивают его голубым, а иногда, в сумерках, и другими цветами? Это происходит оттого, что лучи светил, проходя слабо насыщенное парами пространство, не разлагаются в нем, не производят в нем тех явлений, которые мы называем освещением и согреванием. Вступая же в те сферы воздуха, которые насыщены парами в виде облаков, лучи преломляются и отражаются в них в семи различных цветах, но преимущественно в голубом. Этим они дают не только освещение и теплоту, но и окрашивают предметы различными цветами, давая им внешнюю красоту, которой в действительности эти предметы не имеют. Так, например, бездна, или видимое небо, в действительности черное, но имеет близ земли, чрез преломление и разложение лучей, голубую окраску. Подобное сему происходит со всеми предметами.

Указанное явление природы говорит о том, что в чудесах физического света Создатель мира напечатлел подобие невидимых, духовных чудес, производимых Светом Божества. Разумные твари, сами по себе, мрак. При действии же благодатного света перестают быть тьмой. Получая внутреннее освещение и теплоту Духа, они приближаются к той нравственной красоте, которая определена им по плану домостроительства Создателя тварей.

Разложение белого или бесцветного луча на семь ярких цветов напоминает нам о семи благодатных дарах Святого Духа, укрепляющих душевные силы таинствами веры, дабы возрастать в добродетели во славу Божию. Физические явления света относятся к духовным, как фотографический снимок к тому, что он изображает. Всякий видимый предмет имеет внешнюю окраску от своей внутренней способности отражать те или другие лучи из числа семи основных радужных цветов. Так и дух наш сам по себе мрак, и если не таков в действительности, то только потому, что одарен от Бога способностью воспринимать благодатный свет и теплоту от своего Создателя и Промыслителя. Для души человека Он есть духовное Солнце, или Солнце Правды. Без Него в душе мрак, уныние, отчаяние, злоба.

Как ни одна точка земной поверхности и находящихся на ней предметов не лишена возможности находиться под благотворным действием солнечных лучей, так и ни одна из разумных тварей не лишена возможности, если пожелает, пользоваться благодатным действием лучей истинного Солнца мира, Творца и Промыслителя всей твари. Первый человек уклонился от Солнца Правды и впал в сферу нравственной тьмы, но не совершенного мрака. С тех пор, до явления Христа Светодавца, немногие обращались к сему Свету. Человек привык к состоянию нравственной тьмы, как более удобному для делания зла, до того, что полюбил свои цепи и оковы. Избравшие свет стенали, видя порабощение нравственной тьмой Природы богоподобных тварей. Эти избранники жаждали дожить до обещанной человечеству поры, когда Благодатный Свет сделается достоянием человечества, если не всего, то по крайней ж мере той его части, которая не совсем утратила восприимчивость к духовному Свету Истины.

Как счастливы наши века, в сравнении с веками до пришествия обещанного Света Христа. Мы в стране, обращенной к Свету Истины, имеем возможность воспринимать Благодатный Свет и возвратить своей мрачной, страстной природе ее первобытную светлость чрез Благодать Христову. Конечно, без борьбы с тьмою нельзя воспринять Свет Благодати.

Где же поле этой борьбы, чтобы знать, куда стремиться на брань? Бранное поле внутри нас, потому что мрак мы видим не вне, а внутри себя. Мы его сознаем в чувствах, мыслях, намерениях, ощущениях. Мрак является в словах и деяниях, представляющих наше действительное состояние, чуждое той окраске, какую сообщает мыслям, словам и деяниям внутренний, благодатный свет Солнца Правды. Бывает и так, что слова и деяния имеют как бы приятную для вида окраску, приятную для тех, кто не знает Истинного Света, не умеет отличить лжи от истины. Такая окраска временно может вводить в заблуждение. Линючую краску обнаружит чистка.

Прекрасные узоры явятся далеко не в том виде. Так и из лицемера вдруг среди испытания вырастает человек-зверь. Тому, кто ищет истины, надобно уметь отличить истинное от ложного: Пророка от лжепророка. Фальшивая окраска, или лицемерие, старается подражать истине, насколько это нужно для введения в заблуждение. Отсюда целые системы учений и этических нравоучений, имеющих вид истины, но не плоды ее. Для испытания имеется пробный камень того, что истинно и что ложно. Этот пробный камень есть учение Господа нашего Иисуса Христа и святых Его апостолов, переданное Св. Церкви, как верной хранительнице истины. Вникать в это учение еще не значит быть верным хранителем оного именно потому, что каждый в отдельности и не может знать самого необходимого: как следует применять на деле заповеди Евангелия.

Это знание есть дар Благодати Святого Духа, ниспосланного пастырям Св. Церкви, хотя и в виде разделяющихся огненных языков, но соединяющих воедино союзом взаимной любви и разумения истины пастыря с паствою его. Если видим учителя, отделяющегося от союза с Св. Церковью и вводящего разделение, то он не от Благодати Святого Духа. Учение его есть ложный свет, который сообщает фальшивую окраску, непрочную и неспособную выдерживать испытания. Хотя бы ангел с неба явился, вводящий разделение, и тому не следует верить, по завещанию апостолов. А между тем, как часто увлекаемся ветром нового учения, думая, что на стороне, у учителя этики, истина открывается лучше, чем проповедует Церковь. Горькое и гибельное заблуждение!

В царстве природы есть такие небесные тела, которые редко являются в сфере солнечного действия и опять исчезают. С телами этого рода знакомы все по тем неприятным впечатлениям, которые внушают они появлением в Солнечной системе. Самый вид их производит невольный страх и опасение чего-то дурного. Так и думается, что меч висит в воздухе. Это блуждающие тела или кометы. Они постоянно меняют пути свои, переходят от одной Солнечной системы к другой, нигде не находя для себя пристанища. Отчего это происходит? Не оттого ли, что они не имеют твердого сплошного ядра, а состоят из множества мелких частиц, которые лишь только попадают в область притяжения планеты, обращаются в падающие звезды и удаляются от Солнца.

Всемогущему Строителю вселенной угодно было в видимых явлениях начертать тайны невидимого мира и открыть, почему произошло падение звезд Горнего мира и доныне происходит падение множества людей, не имеющих твердой веры и потому отделяющихся от Св. Церкви. Продолжая сравнения, можем утверждать, что Солнечная система есть начертание семьи в том порядке, какой определен этому Божественному учреждению в плане домостроительства Создателем мира.

В первой человеческой семье главенство и управление предназначалось Адаму, как солнцу, а Еве, как происшедшей от него, назначено почетное, но подчиненное положение, подобное тому, кое Луна имеет в Солнечной системе. Детям, подобно планетам, от Солнца происшедшим, указана зависимость от того и другого светила, ибо они, благодеяниями обоих, неразрывно с ними связаны. Падение, постигшее первую человеческую семью, произошло оттого, что жена вышла из назначенного ей подчиненного положения, стала помимо мужа внимать советам обожения. Своим падением в пучину гордости она едва не разрушила человеческой семьи, неразрывно с ней связанной. Все человечество заключалось тогда в этой семье, и разрушение ее погубило бы вконец все потомство их. Оно обратилось бы сплошь в падающие звезды. Всеблагой Строитель мира позаботился падающее создание поддержать и даже возобновить в лучшем виде.

Предстояло Самому Небесному Строителю положить Самого Себя во главу нового здания великой человеческой семьи, или Церкви, которая есть столп и утверждение Истины. Имеем уверение Самого Небесного Архитектора, что никакие враждебные силы не поколеблют и не одолеют Церкви до последнего дня. По мере того, как приближается венец Церкви Христовой, возникает из земли здание, противоположное истинному Христову строению – это Вавилон или царство красного дракона, бога века сего. Повторяется дело древних, мечтавших обессмертить себя на земле, создать себе имя.

Нынешние Хамиты также как и древние, не о том мечтают, чтобы имена их были написаны на небесах, но о том, чтобы на земле оставить имя и память дел своих. Отсюда – новый Вавилон в полном значении слова: смешение истины с неправдой. Вместо ясного как свет учения Св. Церкви, основанного на Евангелии, пророках, апостолах, отцах Церкви и Вселенских соборах, жаждут отступнического учения и темных философских систем, в которых истина смешана с ложью и правда переплетена с неправдой. Это только фундамент нового Вавилона. Что дальше будет, можно догадываться по тем, вышедшим от земли обществам, которые грозят ниспровергнуть здравые понятия людей, повторить смешение понятий древнего Вавилона и осуществить новый мятеж против Всевышнего.

Совет Всемогущего и определения Его неизменны. Новому Вавилону предлежит участь древнего, хотя бы и до небес возвысился он. Тем не менее, башня лжеучения растет не по дням, а по часам. Велика опасность потерять самый путь спасения среди расстилающейся пыли, от Вавилонского строения мечтателей и начертателей своих имен на земле. Куда же бежать от этой пыли? Куда же, кроме тихого пристанища, которое открыто в здании нерукотворенном и вечном, где Сам Строитель мира и Созидатель спасения нашего приемлет с любовью всех труждающихся и обремененных? Несомненно, что стократ лучше быть безыменным рабом в этом доме Его, чем именитым и славным строителем Вавилона, конец которого – погибель и вечная мука в озере огненном и серном.

Обратим взоры на небесные светила и научимся прославлять Всемогущего Строителя Церкви, украсившего ее духовными светилами, которых Церковь именует отцами. Они учат искусству находить путь спасения среди пыли Вавилонского строения, как небесные светила наставляют мореплавателей на истинный путь к тихой и безмятежной пристани.

Мир блаженных духов создан не из атомов, ибо в бытии своем обусловлен мысленным светом, как сферой Горнего мира. Он именуется небом небес и третьим небом, Раем, который обретен для нас, падших человеков, безмерной ценой крови Воплощенной.

Ипостасной Премудрости Божией. По свидетельству Слова Божия, находясь здесь, в этой жизни, мы еще не можем ни видеть, ни слышать, ни понять того блаженного состояния, которое уготовано любящим Бога. Взамен того, можем и должны веровать в блаженство будущего века так, как бы его видели, слышали и понимали мыслью своей, как все то, что находится пред глазами. Не значит ли это, что, живя в сем мире, мысль наша должна витать выше его, постоянно отрешаться от видимого ради свободы в созерцании предлежащего нам счастья на небесах. Несносный шум житейского моря отвлекает внимание от Царства Небесного и приковывает мысль к земной сфере настолько, что о будущем веке некогда и думать.

Вера наша далека от той веры, которая должна предвкушать в здешней жизни радость будущей. Напротив, ощущаем не радость, а безотчетный страх при мысли о вечности, о переходе в иной мир. А могло бы быть не то, если бы мысль привыкла быть там, где ей предстоит блаженство любящих Бога, вечное успокоение, неизреченное веселие. Греховное состояние много препятствует свободе, которая свойственна невинным детям в их обращении с родителями, когда не чувствуют за собой проступка, отталкивающего от них любовь родительскую.

Чтобы наслаждаться надеждой будущих благ, необходимо отрешиться от греха и от всего суетного, мирского, от житейской гордости в особенности. Невозможное сделается возможным, и то, чего не видел еще глаз, не слышало ухо и что на мысль еще не приходило, сделается доступным внутренней, созерцательной способности, очищенной слезами покаяния. Тогда вера близка уже к тому состоянию, которое называется видением того, что будет открыто за гробом духовным очам души.

Великое счастье – обнять созерцательной верой блага будущего века. Становится тогда понятной цель земной жизни, причины претерпеваемой тесноты, от которой подчас захватывает дыхание, как у утопающего. Все это легче переносится с терпением, в надежде, что близок конец, который увенчает терпение и заставит забыть все неприятное, и не только забыть, но и жалеть, что мало перенес.

Среди тесноты от житейских невзгод и превратностей не так легко любомудрствовать о горнем, но ведь скорбь и теснота не постоянно сопровождают жизненный путь: бывают льготы. Этими льготами надобно пользоваться для бесед о горнем, для молитвы о небесных благах. Для облегчения трудного душевного борения внутри себя надобно взывать о помиловании ко Христу Богу нашему. Счастливы те, которые стяжали привычку непрестанно молиться. Блаженны те, у кого она обратилась в натуру и срослась с их дыханием. Всякое дыхание их хвалит Бога. Сладчайшее Имя, подобного Которому нет другого ни на небе, ни на земле. Имя Иисуса Христа должно быть дыханием нашим наяву и во сне, всегда и везде.

Ныне более и более открывается великая книга природы, как откровение о Творце. Не говорит ли она яснее всего о единстве Строителя и Создателя, о единстве Владыки и Господа, о единстве Совершителя и Промыслителя всего. Где более спокойствия в мире, как не в Царстве Единодержавного Царя, Неограниченного Отца своего народа? В какой семье порядок и благоустройство, как не там, где сам отец устрояет его. Во всех земных делах очевидно, что порядок и благоустройство возможны только там, где один хозяин и распорядитель. Подтверждает это и многим известная поговорка: Дела делаются не людьми, а человеком. Единоначалие есть символ благоустройства и обратно: благоустройство есть символ единоначалия.

Высочайшее благоустройство в царстве природы вселяет полнейшую уверенность в Единстве Царя и Господа всей твари.

Царство природы вещает нам и о Непостижимой тайне в Тройческом Единстве Творца. Печать сей тайны лежит глубоко в природе всех сотворенных вещей, то есть всего того, что устроено из вещества или праха. Тройческое Единство, как основная мысль, проведена во всех произведениях Премудрости Творца, в Троице Прославляемого. О всемогуществе Творца, везде присутствии Его, не говорит ли нам та же книга природы? Взгляните на небо, усеянное шарами и солнцами держимыми в пространствах бездны невидимой рукой. Посмотрите вокруг и спросите: чья рука не устает питать неисчислимое множество тварей не только больших, но и таких ничтожных, которых по нескольку миллионов в одном стакане воды? Чтобы все содержать, питать и живить всех и вся, необходимо быть Всемогущим и Вездесущим, быть везде в одно и то же время, а такая задача возможна только для Всесовершенного Духа, Вездесущего и Всемогущего Создателя и Промыслителя.

Образ Безначального и Бесконечного Божества начертан Им Самим в творении рук Его – вселенной, имеющей шаровидную и беспредельную внешность. Каждый отдельный мир составляет также подобие шара. Неизмеримо великие расстояния между отдельными мирами и неизмеримо великое разнообразие в созданных тварях, настолько великое, что граничит с бесконечным, дает понятие о бесконечных свойствах Безначального Отца мира.

Утвердившись в познании свойств Творца, остановимся пока на одном из них: бесконечной благости, даровавшей бытие и промышляющему о всех созданиях Своих. Невидимая Рука поддерживает жизнь и хранит каждого из нас в то самое время, когда всякая малость может лишить нас и жизни, и всего, что украшает жизнь. Отчего же не уразуметь, Кому принадлежит эта благодетельствующая нам Рука, и отчего не уметь благодарить своего Благодетеля?

Гордый ум, присущий человеку, подсказывает ему мысль, что всеми благами жизни он обязан своему труду, уменью пользоваться благами мира сего. С раннего детства начинает уже проглядывать этот дух самомнения. Посмотрите на едва начинающего жить ребенка, и он уже отталкивает руку няни, которая кормит его и старается показать, что он сам кормит себя. Тем легче человеку взрослому отталкивать и не признавать Благодеющую Руку Господа, ибо Она и подает, и хранит нас, оставаясь невидимой.

Вера в том и заключается, чтобы невидимое считать, как бы видимым и в видимом благе обретать невидимого Благодетеля. Доброе и благодарное сердце само старается познавать Того, Кого надобно благодарить и прославлять. Не узнав своего Благодетеля, оно будет томиться в поисках Его, пока не узнает Его, и не воздаст Ему дани признательности своей в славословии Имени Его. В таких поисках Его будет обращаться к тем, которые знают Его, и будет следовать за ними, пока они не приведут его к желанному Благодетелю. Тогда только благодарное сердце насытится вполне блаженной признательностью, когда Невидимый Благодетель откроется в видимой славе Своей и призовет к Себе всех искавших Его и, не видя Его, веровавших в Него.

Таковы светлые надежды жизни нашей, ради которых легко потерпеть за Имя Его Святое те великие скорби, которые ожидают верующих в настоящие и в особенности в грядущие, самые последние времена, когда, по словам Св. пророка Даниила, наступит время тяжелое, какого не бывало с тех пор, как существуют люди (Дан.12:1).

Об этих предначинающихся тяжких временах предупреждает нас Сам Господь в Св. Евангелии, ибо предвидит, что многие могут быть прельщены среди поднятой по всему миру пыли от строящегося нового Вавилона, и многие предпочтут эту блудницу истинной Невесте Христовой, Св. соборной апостольской Церкви. Начало сему, уже положенное в последние века, усилится отступлением от Церкви целой трети чад ее, во образ того, как еще во времена творения вселенной совершилось свержение с Неба целой трети пресветлых сил небесных. Как это, так и то есть дело красного дракона, именуемого в Евангелии князем мира сего, у которого со времени Адамова грехопадения есть на земле свое царство, в котором творится все наперекор Богу.

Святитель Игнатий (Брянчанинов)

Видимый мир только преддверие великолепнейшей обители

Человек! Пойми твое достоинство. Взгляни на луга и нивы, на обширные реки, на беспредельные моря, на высокие горы, на роскошные древа, на всех зверей и скотов земных, на всех зверей и рыб, странствующих в пространствах воды, взгляни на звезды, на луну, на солнце, на небо: это все – для тебя, все назначено тебе в услужение. Кроме видимого нами мира есть еще мир, не видимый телесными очами, несравненно превосходнейший видимого. И невидимый мир – для человека. Как Господь почтил образ Свой! Какое предначертал ему высокое назначение! Видимый мир только предуготовительное преддверие обители, несравненно великолепнейшей и пространнейшей. Здесь, как в преддверии, образ Божий должен украситься окончательными чертами и красками, чтоб получить совершеннейшее сходство с своим всесвятейшим, всесовершеннейшим Подлинником, чтоб в красоте и изяществе этого сходства войти в тот чертог, в котором Подлинник присутствует непостижимо, как бы ограничивая Свою неограниченность, для явления Себя Своим возлюбленным, разумным тварям.

Протоиерей Серафим Слободской

Сотворение земли – видимого мира

После сотворения неба – невидимого, ангельского мира, Бог сотворил из ничего, одним Своим Словом, землю, то есть вещество (материю), из которого постепенно создал весь наш видимый, вещественный (материальный) мир: видимое небо, землю и все, что на них. Бог мог бы создать весь мир в одно мгновение, но так как Он с самого начала хотел, чтобы этот мир жил и развивался постепенно, то и создал его не сразу, а в продолжение нескольких периодов времени, которые в Библии названы «днями». Но эти «дни» творения не были нашими обыкновенными днями, в 24 часа. Ведь, наш день зависит от солнца, а в первые три «дня» творения не было еще и самого солнца, значит, не могло быть и теперешних дней. Библия написана пророком Моисеем на древне-еврейском языке, а на этом языке и день и период времени назывались одним словом «иом». Но точно знать, какие это были «дни» мы не можем, тем более что нам известно: У Господа один день, как тысяча лет и тысяча лет, как один день (2Пет.3:8; Пс.89:5).

Святые отцы Церкви считают седьмой «день» мира продолжающимся и поныне, а затем, по воскресении мертвых, настанет вечный восьмой день, т. е. вечная будущая жизнь. Как и пишет о том, например, св. Иоанн Дамаскин (VIII век): «Считается семь веков сего мира, от сотворения неба и земли до общего скончания и воскресения людей. Ибо хотя есть частное скончание – смерть каждого, но и есть общее совершенное скончание, когда будет общее воскресение людей. А осьмый век – будущий». Св. Василий Великий еще в IV веке писал в своей книге «Беседы на Шестоднев»: «Посему назовешь ли его днем или веком, выразишь одно и то же понятие».

Итак, сначала, созданная Богом земля (материя) не имела ничего определенного, никакой формы, была неустроена (как туман или вода) и покрыта тьмою, и Дух Божий носился над нею, давая ей живоносную силу.

Примечание

Св. Библия начинается словами: В начале сотворил Бог небо и землю (Быт.1:1). «В начале» по-еврейски «берешит» значит «сперва», или «в начале времени», т. к. до этого была только вечность. «Сотворил» здесь употреблено еврейское слово бара, означающее сделал из ничего – сотворил; в отличие от другого еврейского слова «асса», означающее созидать, образовывать, делать из наличного материала. Слово «бара» (сотворил из ничего) всего три раза употребляется при творении мира: 1) в начале – первый творческий акт, 2) при сотворении «души живой» – первых животных и 3) при сотворении человека. О небе, в собственном смысле, дальше ничего не говорится, т. к. оно было закончено благоустроением. Это был, как выше изложено, мир духовный, ангельский. Дальше в Библии будет говориться о тверди небесной, названной Богом «небом», как напоминание о высшем духовном небе.

Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою (Быт.1:2). Под «землею» здесь разумеется первоначальное еще неустроенное вещество, из которого Господь Бог в шесть «дней» устроил или образовал потом видимый мир – вселенную. Это неустроенное вещество или хаос называется бездною, как необозримое и ничем не ограниченное пространство, и водою, как водообразное или парообразное вещество. Тьма была над бездною, т. е. вся хаотическая масса была погружена во мрак, за совершенным отсутствием света. И Дух Божий носился над водою: – здесь начало уже образовательного творчества Божия.

По значению самого выражения: носился (еврейское слово, употребленное здесь, имеет такой смысл: обнимал собою все вещество, как птица распростертыми крыльями обнимает и согревает птенцов своих), действие Духа Божия на первозданное вещество надобно понимать как сообщение ему жизненной силы, необходимой для его образования и развития. В творении мира равно участвовали все три Лица Пресвятой Троицы: Отец, Сын и Святый Дух, как Триединый Бог, Единосущный и Нераздельный. Слово «Бог» в этом месте поставлено во множественном числе – «Эло-гим», т. е. Боги (ед. число Элоах или Эл – Бог), а слово «сотворил» – «бара» поставлено в единственном числе. Таким образом подлинный еврейский текст Библии, с первых же своих строк, указывает на единосущее Лиц Св. Троицы, говоря как бы так: «в начале сотворил Боги (Три Лица Св. Троицы) небо и землю». Об этом так же ясно сказано в псалмах: Словом Господа сотворены небеса, и духом усть Его – все воинство их (Пс.32:6). Здесь под «Словом» разумеется Бог Сын, под «Господа» – Бог Отец и под «Духом усть Его» – Бог Дух Святый.

Сын Божий, Иисус Христос, в Евангелии прямо именуется «Словом»: В начале было Слово… и Слово было Бог… Все через Него начало быть, и без Него ни что не начало быть, что начало быть (Ин.1:1—3). Это особенно для нас важно знать, потому что было бы невозможным и сотворение самого мира, если бы не было изначала добровольного желания Сына Божия принести крестную жертву для спасения мира: – все Им (Сыном Божиим) и для Него создано; и Он есть прежде всего, и все Им стоит. И Он есть глава тела Церкви; Он начаток, первенец из мертвых, дабы иметь Ему во всем первенство: ибо благоугодно было Отцу, чтобы в Нем обитала всякая полнота, и чтобы посредством Его примирить с Собою все, умиротворив чрез Него, Кровью креста Его, и земное и небесное (Кол.1:16—20). И сказал Бог: Да будет свет! И стал свет. И назвал Бог свет днем, а тьму ночью. И был вечер и было утро. Это и был первый день мира.

МИР НЕСОВЕРШЕННЫЙ И МИР СОВЕРШЕННЫЙ

Мир несовершенный и преходящий обладает многими видами, подобными видам мира совершенного и вечного. Святой Макарий Великий

Святой Макарий Великий

Мир несовершенный и мир совершенный

Есть мир несовершенный, и есть мир совершенный. Мир несовершенный и преходящий обладает многими видами, подобными видам мира совершенного и вечного. Здесь есть дворец и обитающий в нем царь, облаченный в порфиру и увенчанный короной из драгоценных камней, есть его служители и телохранители: одни пребывают во дворце, другие суть комиты и множество прочих, имеющих различные чины, – все они также облачены в одежды светлые и ценные. На небе тоже есть дворец и Царь-Христос, облаченный в царскую порфиру. Там несут службу придворные, есть комиты и другие чиновные лица, величавые и увенчанные венцами из драгоценных камней: ибо положил еси на главе его венец от камене честна (Пс.20:4).

На этой земле есть воины и полководцы, прошедшие через множество сражений, победившие тьму врагов и воздвигшие бесчисленные памятники победы над ними. Здесь также имеется множество храбрых мужей и бранников, одолевших диавола и ангелов его (Мф.25:41) и продвинувшихся в духовном преуспеянии. В зримом дворце ромеев есть мужи знатные, удалившиеся от всяких споров и суеты, никем не принуждаемые носить оружия или становиться воинами. Они называются царскими евнухами, почитаемы всяким человеком и возлюблены самим царем; одним из них вверена порфира, и они несут ее, другие же несут диадему, а третьи – прочие знаки царского достоинства.

И на небесах также есть мужи, почтенные Царем Небесным, – истинные скопцы, оскопившие сами себя (Мф.19:12) и очистившиеся от брани с грехом. Им вверены благословенные отчизны, преисполненные мира и покоя, они назначены начальниками над царской порфирой и небесными сокровищами, они полностью освобождены от тягот войны, проводя свою жизнь в беззаботности. Есть там умельцы и мудрецы. И здесь есть мудрецы, умудренные духовной мудростью от всемудрого Христа: они облачены в светозарные одежды и обладают непреходящим духовным богатством. Поэтому дело христиан – более почтенно, чем всякое плотское изобретение или мирское занятие. Ибо творят они дело Божественное, о котором не ведает мир.

Один ум отличается от другого, и один человек бывает более достоин почтения, чем другой. Все зримые вещи кажутся мне противоположными и чуждыми вещам умосозерцаемым. Ибо есть ум, шествующий и устремляющийся к небу, идущий путем чистых помыслов своих и через этот путь, достигающий тропинок и стезей, уготованных святым на небесах. И есть другой ум, ползающий по земле и валяющийся в грязи путей похоти. Поэтому есть ум плотский и ум духовный, и один многим отличается от другого.

Ибо как птицы, возносимые легкими крыльями, рассекают воздух с помощью их и самим воздухом поднимаются, ведь, махая крыльями, они словно привлекают к себе некий ветер, поддерживающий их и содействующий полету, а бескрылые живые существа, привязанные к земле, даже если в них и возникает желание воспарить, не в силах сделать это, – так и очистившийся и стяжавший духовные крылья ум, с помощью своего горячего стремления к горнему, воспаряет на небо, принимаемый воздухом Божества. А ум звероподобный, дикий и вещественный коснеет в грязи и ползает по земле, ища для себя пустынные места, не в силах постигнуть ум, устремляющийся к горнему.

Есть виды деревьев, которые ни летом, ни зимой не сбрасывают своей листвы, но всегда покрыты и украшены свежестью зелени: например, олива, кипарис и им подобные. Но есть и другие деревья, которые обнажаются и сбрасывают свою листву зимой. Этот пример подходит к христианам, ибо они в Писании называются деревьями (Мф.7:17,12:33) и никогда не сбрасывают украшение и благолепие листьев (Пс.1:3): даже под напором зимних злых ветров и суховеев они всегда остаются облаченными в славу Духа. Об этом и говорится в Писании: Еже плод свой даст во время свое, и лист его не отпадет (Пс.1:3). Но есть и другие христиане, ум которых более легковесен и которые при наступлении искушений, стужи и злых ветров не могут противостоять им и остаться незыблемыми, по причине обволакивающей их немощи.

ПАДШИЙ МИР

Стыдятся ли они, делая мерзости? нет, они нисколько не стыдятся и не краснеют. За то падут они между падшими; во время посещения их будут повержены, говорит Господь (Иер.8:12).

Пророк Моисей Боговидец

Грехопадение праотцев и их проклятие Богом

И услышали голос Господа Бога, ходящего в раю во время прохлады дня; и скрылся Адам и жена его от лица Господа Бога между деревьями рая. И воззвал Господь Бог к Адаму и сказал ему: Адам, где ты? Он сказал: голос Твой я услышал в раю, и убоялся, потому что я наг, и скрылся. И сказал Бог: кто сказал тебе, что ты наг? не ел ли ты от дерева, с которого Я запретил тебе есть? Адам сказал: жена, которую Ты мне дал, она дала мне от дерева, и я ел. И сказал Господь Бог жене: что ты это сделала? Жена сказала: змей обольстил меня, и я ела. И сказал Господь Бог змею: За то, что ты сделал это, проклят ты пред всеми скотами и пред всеми зверями полевыми, ты будешь ходить на чреве твоем, и будешь есть прах во все дни жизни твоей. И вражду положу между тобою и между женою, и между семенем твоим и между семенем ее; оно будет поражать тебя в голову, а ты будешь жалить его в пяту.

Жене сказал: умножая умножу скорбь твою в беременности твоей; в болезни будешь рождать детей; и к мужу твоему влечение твое, и он будет господствовать над тобою. Адаму же сказал: за то, что ты послушал голоса жены твоей и ел от дерева, о котором Я заповедал тебе, сказав: «не ешь от него», проклята земля за тебя, со скорбью будешь питаться от нее во все дни жизни твоей. Терния и волчцы произрастит она тебе, и будешь питаться полевою травою. В поте лица твоего будешь есть хлеб, доколе не возвратишься в землю из которой ты взят, ибо прах ты и в прах возвратишься.

И нарек Адам имя жене своей: Ева, ибо она стала матерью всех живущих. И сделал Господь Бог Адаму и жене его одежды кожаные и одел их. И сказал Господь Бог: вот, Адам стал как один из Нас, зная добро и зло; и теперь как бы не простер он руки своей, и не взял также от дерева жизни, и не вкусил, и не стал жить вечно. И выслал его Господь Бог из сада Едемского, чтобы возделывать землю, из которой он взят. И изгнал Адама, и поставил на востоке у сада Едемского Херувима и пламенный меч обращающийся, чтобы охранять путь к дереву жизни (Быт.3:8—14; 17—24).

Апостол Иоанн Богослов

Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную. Ибо не послал Бог Сына Своего в мир, чтобы судить мир, но, чтобы мир спасен был чрез Него. Верующий в Него не судится, а неверующий уже осужден, потому что не уверовал во имя Единородного Сына Божия. Суд же состоит в том, что свет пришел в мир, но люди более возлюбили тьму, нежели свет, потому что дела их были злы, ибо всякий, делающий злое, ненавидит свет и не идет к свету, чтобы не обличились дела его, потому что они злы, а поступающий по правде идет к свету, дабы явны были дела его, потому что они в Боге соделаны (Ин.3:16—21).

…Меня ненавидит (мир), потому что Я свидетельствую о нем, что дела его злы (Ин.7:7).

Ненавидящий Меня, ненавидит и Отца Моего (Ин.15:23).

Святой Макарий Великий

Оковами тьмы связывают падшую душу духи злобы

С момента нарушения заповеди Божией сатана и ангелы его воссели в сердце и в теле человеческом, как на своем собственном престоле. От преступления Адама тьма легла на всю тварь и на все естество человеческое, и поэтому люди, покрытые этой тьмой, проводят жизнь в ночи, в страшных местах. С перенесением прародительской греховности на всех потомков Адама путем рождения, на всех на них в то же время переносятся и все её последствия: обезображенность образа Божия, помрачение разума, испорченность воли, оскверненность сердца, болезни, страдания и смерть. Все люди, будучи потомками Адама, наследуют от Адама богообразность души, но богообразность, помраченную и обезображенную греховностью.

Как в пророках действовал Дух и научал их, и внутри их был, и являлся им совне: так и в Адаме Дух, когда хотел, пребывал с ним, учил и внушал… Как по преступлении Адама, когда благость Божия осудила его на смерть, сперва по душе подвергся он смерти, потому что умные чувства души стали в нем угашены и как бы умерщвлены лишением Небесного и духовного услаждения; впоследствии же, чрез девятьсот тридцать лет, постигла Адама и смерть телесная.

Царство тьмы, то есть, оный злый князь, пленивши человека искони… Тако душу и все ея существо облек грехом злый оный начальник, всю ее осквернил и всю пленил в царство свое, что ни помышлений, ни разума, ни плоти, и, наконец, ни единаго ее состава не оставил от своей власти свободным, но всю ее одеял в хламиду тьмы… всего человека, душу и тело злый оный враг осквернил и обезобразил; и облек человека в ветхого человека, оскверненна, нечиста, богопротивна, не повинующегося закону Божию, т.е. в самый грех облек его, да не ктому видит человек, якоже хощет, но зле видит, зле слышит, ноги имеет стремительны к злодеянию, руки творящие беззаконие и сердце, помышляющее злая…

Как во время мрачной и темной ночи, когда дышит бурный ветр, колеблются, мятутся и приходят в великое движение все растения: так и человек, подвергшись темной власти ночи – диавола, и в этой ночи и мраке проводя жизнь свою, колеблется, мятется и волнуется лютым ветром греха, который все его естество, душу, разум и помышления пронзает, причем и все телесные члены его также движутся, и нет ни одного ни душевнаго, ни телеснаго члена, свободного от греха, обитающего внутри нас.

Поскольку человек в преслушании принял клятву на клятву: терние и волчцы возрастит тебе земля (Быт.3:18), и еще: возделывай землю, и не приложит дать тебе плодов своих, то на земле сердца его возродились и возрасли терния и волчцы. Враги обманом восхитили славу его и облекли его стыдом. Похищен свет его, и облечен он во тьму. Убили душу его, рассыпали и разделили помыслы его, совлекли ум его с высоты, и человек Израиля стал рабом истинного Фараона, и он поставил над человеком приставников дел и досмотрщиков – лукавых духом, которые понуждают человека волей и неволей делать лукавые дела его, составлять брение и плинфы. Удалившие человека от небесного образа мыслей, низвели его к делам лукавым – вещественным, земным, бренным, к словам, помышлениям и рассуждениям суетным, потому что душа, ниспав с высоты своей, встретила человеконенавистное царство и жестоких князей, которые понуждают ее созидать им греховные грады порока.

Того и домогался враг, чтобы Адамовым преступлением уязвить и омрачить внутреннего человека, владычественный ум, зрящий Бога. И очи его, когда недоступны им стали небесные блага, прозрели уже для пороков и страстей. Оковами тьмы связывают падшую душу духи злобы, почему не может она ни, сколько желает, любить Господа, ни, сколько желает, веровать, ни, сколько желает, молиться, потому что со времени преступления первого человека, противление и явно, и тайно во всем овладело нами. После того, как человек уклонился от заповеди и подвергся осуждению гнева, грех взял его в свое подданство и сам, как некая бездна горечи и тонкая, и глубокая, вошедши внутрь, овладел пажитями души до глубочайших ее тайников. Таким образом, и душу, и примешавшийся к ней грех уподобляем великому дереву, у которого много ветвей, а корни в земных глубинах. Так и вошедший в душу грех овладел ее пажитями до глубочайших тайников, обратился в привычку и предубеждение, с младенчества в каждом возрастает, воспитывается и учит его худому.

Вследствие ослушания первого человека, приняли мы в себя странное для естества нашего – вредные страсти, и привычкой, долговременным усвоением обратили их для себя как бы в природу, и опять необычайным же даром Духа надлежит изгнать из нас это странное и восстановить нас в первоначальную чистоту. И если ныне со многим молением, прошением, с верой, молитвой, с отвращением от мира не примем в себя той небесной любви Духа, и естество наше, оскверненное пороком, не прилепится к любви, то есть к Господу, и не будет освящено той любовью Духа, и мы до конца не пребудем непреткновенными, во всей точности живя по заповедям Господним, то не сможем получить небесное царство.

В тот день, когда пал Адам, пришел Бог и, ходя в раю и увидев Адама, пожалел, так сказать, и изрек: При таких благах, какое избрал ты зло! После такой славы какой несешь на себе стыд! Почему теперь так омрачен ты, так обезображен, так бренен? После такого света какая тьма покрыла тебя!. Когда пал Адам и умер для Бога, сожалел о нем Творец, Ангелы, все силы, небеса, земля, все твари оплакивали смерть и падение его. Ибо твари видели, что данный им в цари стал рабом сопротивной и лукавой тьмы. Итак, тьмой, тьмой горькой и лукавой, облек он душу свою, потому что воцарился над ним князь тьмы. Он-то (Адам) и был тот, изъязвленный разбойниками и ставший полумертвым, когда проходил из Иерусалима в Иерихон.

Адам, преступив заповедь, изгнан из рая, и навлек на себя гнев Божий. Как прогневавшись некогда на иудеев, Бог предал Иерусалим на позор врагам, и ненавидящие их стали господствовать над ними, и не было уже там ни праздника, ни приношения, так, прогневавшись и на душу за преступление заповеди, предал ее врагам, демонам и страстям, и они, обольстив ее, совершенно уничижили, и не стало уже там ни праздника, ни фимиама, ни приношения, предлагаемого душой Богу, потому что пути к достопримечательному в ней наполнились дикими зверями и возгнездились в ней пресмыкающиеся – лукавые духи. И как дом, если не живет в нем владетель, облекается во тьму, в бесславие, в поругание, наполняется нечистотой и гноем, так и душа, если Владыка ее не ликует в ней с Ангелами, наполняется греховной тьмой, постыдными страстями и всяким бесславием.

Святитель Афанасий Великий

Как существо сотворенное, человек по естеству был преходящим, ограниченным, конечным, а если бы он остался в божественном добре, он бы благодатью Божией остался бессмертным, непреходящим. Поскольку все люди являются наследниками растленной грехом природы Адамовой, то все зачинаются и рождаются во грехе, ибо по естественному закону рождаемое тождественно рождающему; от поврежденного страстями рождается страстный, от грешника – грешник.

Святитель Иоанн Дамаскин

Бог сотворил человека по естеству безгрешным и по воле свободным. Безгрешным, говорю, не в смысле, что он не мог принять греха (ибо только Божество недоступно греху), а в том смысле, что возможность греха имел не в своем естестве, а прежде всего в свободной воле. Это значит, что он мог, вспомоществуемый благодатью Божией, остаться в добре и преуспевать в нем, подобно тому, как по своей свободе мог, при попущении Божием, отвратиться от добра и оказаться во зле.

Соблазняя Еву, змий открыто клеветал на Бога, приписывал ему зависть, утверждая вопреки Ему, что вкушение запрещенного плода сделает людей безгрешными и все ведущими и что они будут как боги. Однако первые люди могли не согрешить, но они своей свободной волей выбрали отступление от воли Божией, то есть грех.

После того, как человек преступил заповедь Божию, он, был лишен благодати, потерял дерзновение к Богу, подвергся суровости бедственной жизни, – ибо это означают листья смоковницы (Быт.3:7), – облекся в смертность, то есть в смертную и грубую плоть, – ибо это означает облачение в кожи (Быт.3:21), по праведному суду Божию был изгнан из рая, осужден на смерть и сделался подвластным тлению.

Как тело умирает, когда отделяется от него душа, так и когда от души отделяется Дух Святой, душа умирает.

Преподобный Иустин (Попович)

У наших прародителей духовная смерть наступила сразу же по грехопадении

Наши прародители не остались в состоянии первобытной праведности, безгрешности, святости и блаженства, но, преступив заповедь Божию, отпали от Бога, света, жизни и пали во грех, тьму, смерть. Безгрешная Ева допустила себе быть обманутой лукавомудрым змием. То, что в змие скрывался дьявол, легко и ясно видно из других мест Священного Писания. В нем повествуется: И низвержен был великий дракон, древний змий, называемый диаволом и сатаною, обольшающий всю вселенную (Откр.12:9; 20:2); он был человекоубийца от начала (Ин.8:44); завистью диавола вошла в мир смерть (Прем.2:24).

Подобно тому, как зависть дьявола по отношению к Богу явилась причиной его падения на Небе, так его зависть по отношению к человеку как богообразному созданию Божию явилась мотивом пагубного падения первых людей.

Соблазнительное предложение змия вызывает в душе Евы кипение гордости, которое быстро переходит в богоборческое настроение, которому Ева любопытно поддается и намеренно преступает заповедь Божию. … Хотя Ева пала по прельщению сатаны, она пала не потому, что должна была пасть, а потому, что хотела; нарушение заповеди Божией ей предложено, но не навязано. Она поступила по предложению сатаны лишь после того, как предварительно сознательно и добровольно всей своей душой приняла его предложение, ибо она участвует в этом и душою, и телом: рассматривает плод на дереве, видит, что он хорош для вкушения, что приятно смотреть на него, что прекрасен ради знания, размышляет о нем и только после этого принимает решение сорвать плод с дерева и вкусить от него. Как поступила Ева, так поступил и Адам.

Как змей уговаривал Еву вкусить от запрещенного плода, но не вынуждал ее, потому что не мог, так Ева поступила и с Адамом. Он мог не принять предложенного ему плода, но не сделал этого и добровольно преступил заповедь Божию (Быт.3:6—17).

Своевольным и самолюбивым падением в грех человек лишил себя того непосредственного благодатного общения с Богом, которое укрепляло его душу на пути богоподобного совершенствования. Этим человек сам осудил себя на двоякую смерть – на телесную и духовную: телесную, наступающую, когда тело лишается оживляющей его души, и духовную, наступающую, когда душа лишается благодати Божией, оживляющей ее высшей духовной жизнью.

Смерть тела отличается от смерти души, ибо тело после смерти распадается, а когда душа умрет от греха, она не распадается, а лишается духовного света, богоустремленности, радости и блаженства и остается в состоянии мрака, печали и страданий, живя непрестанно собой и от себя, что много раз означает – грехом и от греха.

У наших прародителей духовная смерть наступила сразу же по грехопадении, а телесная – впоследствии. Нарушение, помрачение, искажение, расслабление, которые первородный грех вызвал в духовном естестве человека, можно кратко назвать нарушением, повреждением, помрачением, обезображиванием образа Божия в человеке. Ибо грех помрачил, изуродовал, обезобразил прекрасный образ Божий в душе первозданного человека.

Святитель Игнатий (Брянчанинов)

Падением изменились и душа, и тело человеческие

Среди не нарушаемого ничем блаженства, Адам отравил себя самопроизвольно вкушением зла, в себе и с собою он отравил и погубил все потомство свое. Адам поражен смертью, то есть грехом, безвозвратно расстроившим естество человека, сделавшим его неспособным к блаженству. Убитый этой смертью, но не лишенный бытия, причем смерть тем ужаснее, как ощущаемая, он низвергнут на землю в оковах: в грубой, многоболезненной плоти, претворившейся в такую из тела бесстрастного, святого, духовного.

Падением изменились и душа, и тело человеческие. В собственном смысле падение было для них вместе и смертью. Видимая и называемая нами смерть, в сущности, есть только разлучение души с телом, прежде того уже умерщвленных отступлением от них истинной жизни, Бога. Мы рождаемся уже убитыми вечною смертью! Мы не чувствуем, что мы убиты, по общему свойству мертвецов не чувствовать своего умерщвления!

При согрешении праотцев смерть немедленно поразила душу; немедленно отступил от души Святой Дух, составляющий Собою истинную жизнь души и тела; немедленно вступило в душу зло, составляющее собою истинную смерть души и тела. Что душа для тела: то Святый Дух для всего человека, для его души и тела. Как тело умирает тою смертью, которою умирают все животные, когда оставит его душа, так умирает весь человек, и телом, и душою, в отношении к истинной жизни, к Богу, когда оставит его Святый Дух.

Поведается Божественным откровением, что первый человек создан Богом из ничего, создан в красоте духовного изящества, создан бессмертным, чуждым зла.

Человек представляет собою полное единство духа, души и тела, – одно гармоническое целое, именно, дух человека устремлен к Богу, душа соединена или свободно подчинена духу, а тело – душе. Человек был свят, обожествлен.

Трудно в нашем состоянии падения получить ясное понятие о состоянии совершенства, в котором были созданы наши праотцы, по душе и телу. О святом теле и святой душе их невозможно нам заключать по нашим душе и телу, пораженным и убитым греховною смертью. Они начали существовать непорочными и святыми; мы начинаем существовать оскверненными и грешными. Они были бессмертны по душе и телу; мы рождаемся умерщвленные душою, с семенем смерти в теле, долженствующим раньше или позже, но непременно принести плод свой – видимую нами смерть тела. Они находились в непрестанном мире сами с собою, со всем, что их окружало, в непрестанном духовном наслаждении, в созерцании изяществ мироздания, в богомыслии, в боговидении…

Тело первого человека было в совершенном согласии с душою, а душа находилась в совершенном согласии с духом, то есть с силою словества – этим высшим достоинством души человеческой. Борьба между составными частями человека – это обнаружение внутри живущей смерти – борьба, ныне непрерывающаяся и не дающая покоя человеку ни днем, ни ночью, тогда не имела места. Дух пребывал постоянно горе, при Боге; увлекал туда с собою душу; она влекла туда с собою тело. Нетрудно и естественно было телу, неспособному не только к наслаждениям греховным, но и плотским, напротив того, способному единственно к наслаждениям духовным, силою врожденного ему желания и стремления пребывать при Боге, Им питаться и наслаждаться, Им жить.

Очень ошибаются, ошибаются в погибель свою те, которые признают плотские пожелания неотъемлемыми свойствами тела человеческого, а удовлетворение их естественною необходимостью. Нет! Человеческое тело низошло к телам скотов и зверей по причине грехопадения. Естественны плотские пожелания естеству падшему, как свойства недуга – недугу; они противоестественны естеству человеческому в том состоянии, в котором оно было создано. …Так возвышенны были непорочность и бесстрастие первозданных, что они не нуждались в одежде; и беста оба нага, – говорит Писание, — Адам и жена его, и не стыдястася (Быт.2:25). Они вышли из рук Создателя в состоянии зрелости и вместе неувядающей юности, красоты и силы, неподверженные никаким недостаткам, никаким изменениям ни в возрасте, ни в здравии. Тело Адама не сгорало от огня, не тонуло в воде, не опалялось солнцем, не подвергалось влиянию стихий, которые сами находились в совершенном благоустройстве и мире.

Все общество человеческое, в соединении с их греховною жизнью, в соединении с их плотскими наслаждениями, с их вещественным преуспеянием, с их столпотворением, называется «миром». Этот мир враждебен Богу и служителям Его. Аще мир вас ненавидит, – говорил Богочеловек ученикам Своим, – ведите, яко Мене прежде вас возненавиде. Аще от мира бысте были: мир убо свое любил бы: якоже от мира несте, но Аз избрах вы от мира, сего ради ненавидит вас мир (Ин.15:18,19). Этот мир пребыл и пребывает чуждым и Богу-Создателю, и Богу-Искупителю; гонение и убийство служителей Божиих он признает служением правде (Ин.16:2).

Глава и начальник этого мира, враждебного Богу, есть падший ангел; содействуют ему и служат в этой безумной и дерзостной брани прочие падшие ангелы и увлеченные им человеки. Самая земля и ее твари, прежде подчиненные Адаму, по падении Адама вместе с ним подчинились сатане. Сам сатана так засвидетельствовал о власти своей над миром: дерзнув приступить к Сыну Божию для искушения, он возвел Его на высокую гору и, показав все царства вселенной и славу их, сказал: Тебе дам власть сию всю и славу их: яко мне предана есть, и емуже аще хощу, дам ю (Лк.4:6). Сатана называет власть над миром не собственно своею, но преданною себе. Точно: она предана ему. «Враг, прельстивший Адама, – говорит святой Макарий Великий, – и таким образом восприявшии над ним владычество, лишил его всей власти и объявлен князем века сего. Сначала же князем века сего и господином всего видимого Бог поставил человека… Когда же он предался вражеской лести, то вместе с сим предал и начальство свое обольстителю. Сея ради вины, волхвы и чародеи по действу противныя силы, попущением Божиим, чудная некая являются творити, ядовитыми обладающе зверьми, и во огнь, и в воду без вреда входяще» (Слово 4, гл. 3). Священное Писание по этой причине называет падшего ангела миродержцем, князем века сего (Ин.12:31; Еф.2:2; 6:11,12).

Лжеименной разум (1Тим.6:20) есть образ мыслей и суждений, усвоившихся уму, по падении человека. Как следствие падения, он имеет характер самообольщения, как следствие лжи и обмана, он не приемлет Истины – Христа, как высоко ценящий все земное, между тем, как земля есть место изгнания падших, он противен вере и рождаемому ею духовному разуму, взирающему на все земное оком странника. Предмет лжеименного разума – одновременное и тленное. Когда предметом его делается вечное и духовное, то суждения его вполне неосновательны и ошибочны. Он лишен просвещения свыше, объясняющего предметы духовные; для собственных его сил, без откровения, эти предметы недоступны; посторонний в нем свет есть свет темных духов лжи. Все сведения доставляются ему чувствами телесными, которые повреждены падением.

Когда невидимое чувственными очами соделается для него доступным каким-либо средством, например магнетизмом, то этим он умножает только свои заблуждения, укрепляет свое омрачение и самообольщение, как пребывающий в области лжи, как стяжавающий одни превратные познания. Последователи его находятся в непрестанном несогласии между собою, противоречат один другому и сами себе. Он не требует от человека благонравия, напротив, предоставляет свободу грешить. Он считает себя правителем мира, почему отвергает промысл Божий если не всегда словами, то всегда самым делом. Он содержит в себе начало безбожия, которое составляет всю сущность каждого заблуждения, раскрываясь в нем более или менее. Наконец, он есть отрицательное богатство падших духов и тех человеков, которые находятся в общении с падшими духами.

Преподобный Иоанн Кронштадский

Люди с самого начала бытия находятся в состоянии падения

Нет ничего достовернее той очевидной истины, что люди и общества человеческие с самого начала бытия их, с самого начала греха, находятся в состоянии падения. Это падение человечества стало постоянно, неизбежно. Вознерадели люди о первой заповеди Божией, которая должна была больше утвердить их непадаемо, уклонились от нее, не исполнили ее по гордости, легкомыслию, нерадению, и с того времени жизнь рода человеческого стала непрестанным, непрекращающимся рядом падений – падений частных лиц, целых семейств и обществ. Так-то и доселе люди непрестанно спотыкаются и падают. Сколько ни пиши законов для обществ человеческих, основных и всяких, – эти законы не в состоянии удержать людей в порядке семейном и общественном. Семейства, роды и народы волнуются, мятутся, мирно жить не могут, всякие страсти волнуют общества человеческие, нарушают мирное течение, производят беспорядки, неверность, измены в общественной жизни, все ставится вверх дном, отеческая, правительственная и верховная власть колеблются, бывают близки к падению и падают. Какова картина падений! Это картина вековая, тысячелетняя.

Падение первых человеков и всего рода человеческого было глубокое, широкое, гибельное и, по своим последствиям ужасное – по лишению тех жизненных даров, коих человек лишился после падения, и по тем ужасным плодам, которые породил грех как последствие разлучения от Бога – Источника жизни.

В чем заключается сила преступления, величайшее безумие вольное, неблагодарность и злополучие первых людей? В том, что они променяли Бога на тварь, любовь к Творцу – на преданность лукавой твари, святейший нетленный союз с Творцом – на нечистый, лукавый, злой и тленный союз с тварями. Кто любит отца или мать более… Меня, не достоин Меня 

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.