Никто кроме нас
Юлия Ю.

Фотограф Денис Красненко

© Юлия Ю., 2023

© Денис Красненко, фотографии, 2023

ISBN 978-5-0053-9533-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Если бы не было вас, мои дорогие читатели, не было бы и этой книги. Поэтому свою вторую книгу я посвящаю всем вам! Спасибо, что любите моё творчество! В книгу вошли все стихотворения, написанные со времени выхода первой книги. А все фото внутри – это мои друзья, родственники, мамочка – в общем, родные, близкие и любимые люди. Вот так я решила увековечить их на страницах своей книги.

Приятных вам эмоций от прочтения!

Ваша Юлия Ю.

«Послал же Боженька дебила…»

Послал же Боженька дебила
Когда-то много лет назад!
Того дебила я любила —
За душу, а не за фасад.
Была не худшей я из женщин.
А он – ни «му», ни «хрю», ни «да»…
У казаков папахи меньше,
Чем у него во лбу звезда.
То игнорировал усердно,
То появлялся невзначай.
А я рвала на части сердце,
Слезами разбавляя чай.
Но, как дорожная разметка,
В душе всё стёрлось наконец!
Ох, не прочёл бы он всё это! —
И так ведь важный – шо п#здец…

«Когда вам станет скучно жить …»

Когда вам станет скучно жить —
Устройте мужику спектакль:
Тарелки можно/нужно бить —
Эмоций взрыв важней, не так ли?
И, театрально заломив,
Как на подмостках, свои руки,
Скажите, что он причинил
Вам – совершенству – эти муки!
Рыдайте так, как никогда,
Припоминайте всё, что было —
Так, чтоб до Страшного Суда
У мужика иссякли силы.
И пусть, размывшись, тушь течёт
Слезливо-грязным водопадом.
Вы предъявите ему счёт
За мысли о каких-то бабах…
Ментов пусть вызовет сосед,
И кошки во дворе оглохнут.
У вас ведь есть ещё резерв
И получается неплохо!
А если не мужик, а клад,
И баб других не вожделеет?
Он по-любому виноват.
Секс примирительный – нужнее…

«Душа моя, склонившись в реверансе…»

Душа моя, склонившись в реверансе,
Ждала от Вас поступков и тепла.
Я жизнь пыталась радугой раскрасить,
Которая над головой плыла.
Я верила, что встречи неслучайны,
Что это Бог мне ту любовь послал,
Но Вы-то были, милый, изначально —
Лишь копия, а не оригинал…
Давно я в пустоту писать устала,
Быть вечно дурой – очень нелегко.
Я Вас без сожаленья с пьедестала
Сняла уже недрогнувшей рукой.
Пусть это было глупо, сумасбродно,
Но боль дала мне стать сильнее шанс…
Меня считать извольте кем угодно.
Дай Бог не знать, кем я считаю Вас…

«Я в секс-шоп всегда ходить стеснялась …»

Я в секс-шоп всегда ходить стеснялась —
Что я там полезного найду?
В их услугах сроду не нуждалась,
Но сегодня поняла: пойду!
Я узнала про одну вещицу —
Ту, что очень сильно мне нужна.
Знаю, что она мне пригодится,
Без неё – совсем уже хана.
Много там диковин всяких разных,
Но одну лишь только применю…
Я куплю вот этот шарик красный —
Рот заткнуть, чтоб не нести херню!

«Он дышит так ровно – я сплю у него на плече …»

Он дышит так ровно – я сплю у него на плече —
Нагой и красивый – с губами как спелая вишня.
Однажды я тихо спросила у Бога: «Зачем?»…
А Бог лишь плечами пожал и ответил: «Так вышло…»
Сгребает меня, прижимает и тянет к себе…
Как я не хочу в этот миг, чтобы утро настало…
Его мне вписали отдельной главою в судьбе,
Когда я решила, что всё уж давно прочитала…

«Если я скажу, что всё – дотла …»

Если я скажу, что всё – дотла —
Ты не верь. Не сильно – но болит…
Да, ты не мерещишься в углах,
И душа ночами не скулит.
Чайки твоё имя не кричат,
Не впадаю в кому от звонков.
Это очень тонкая печаль —
Словно шлейф изысканных духов…

«Ты создан, чтобы спать с тобою в дождь…»

Ты создан, чтобы спать с тобою в дождь,
И целовать глаза твои и губы.
Я знаю, ты один меня поймёшь —
Невыносимо ласковый и грубый.
Ты создан, чтоб себя я приняла
Такой как есть – простой, несовершенной.
Не испугавшись битого стекла, —
Прошла босой и приняла решенье.
Назад я даже в мыслях не хочу.
Нет никого желаннее и ближе.
Сама себя опять разоблачу,
Тебя целуя ниже… ниже… ниже…

«Сказка – ложь, но намёков в ней много …»

Сказка – ложь, но намёков в ней много —
Нужно только суметь их понять…
Если прялку сказали не трогать —
Значит ясно, что выйдет херня.
Если мудрая мама велела
Не трендеть с кем попало в лесу —
Нужно волку доходчиво-смело
Объяснить важной миссии суть.
Если к принцу любовь посетила,
И тревожат русалку мечты —
Значит ведьму просить надо было,
Чтобы принц стал хвостатым, как ты!
Ну а в жизни сюжеты так спорны —
Даже хлеще, чем в сказках порой…
Мы же трогаем прялки упорно,
Ищем в тёмном лесу геморрой.
Ради принцев меняемся внешне —
Ждём, чтоб он тяжкий труд оценил.
Только зря: принц останется прежним —
Он меняться совсем не просил…
Не сворачивай с главной дороги
И стремись к своей цели – вперёд.
Если принц любит только за ноги —
Может лучше пусть нахер идёт?

«Сегодня сдохла бабочка последняя…»

Сегодня сдохла бабочка последняя
(Где там они порхают? В животе?)
Я – совершенно новая, весенняя —
Устала плавать в этой х#ете.
Приелось. Задолбало (мягко сказано).
Вздохни спокойно и меня забудь.
Табличка – как на столике – «заказано»
Сияла прямо у тебя на лбу.
Так надо. Все истории кончаются.
Повесь себе «за выдержку» медаль.
Вот прямо здесь сейчас и попрощаемся.
Мне даже сдохших бабочек не жаль.

«Барахолки вместо бутиков…»

Барахолки вместо бутиков,
И записки – вместо смс.
Сколько не кормите вы волков —
А они печально смотрят в лес…
Да, конечно, это я про нас —
Тех, кто помнит радость прошлых лет.
Мы такие взрослые сейчас —
Времени на счастье просто нет.
Бегаем, разводим суету,
И решаем важные дела.
Как боялись намочить манту —
Так сейчас пугает нас дедлайн.
Неужели нам нельзя назад?
Только на минутку и во сне…
Я пытаюсь в голове связать
Девочку и женщину во мне:
Первая – от головы до пят —
Глупая, наивная до слёз,
Отвечает вечно невпопад,
Не воспринимает всё всерьёз.
А вторая – измеряет дни,
Взвешивает мысли и слова.
Очень непохожие они —
Между ними жизни интервал.
А себя – трудней всего простить —
Из руин построить города.
Мы должны за мудрость заплатить
Невозвратом в лучшие года.

«Земля свершила оборот …»

Земля свершила оборот —
Привычно, буднично, знакомо…
А в марте, в тот ковидный год,
Как в будке мы сидели дома.
С экрана говорили нам
Весьма диковинные вещи.
Но, люди! Вновь пришла весна!
Уже от этой мысли легче!
И, как подснежники весной,
Пробились из-под снега маски…
И на природу в выходной
Сорваться хочется, как в сказку!
А впереди – апрель и май,
Нас приближающие к лету!
Шаблоны хочется ломать
И, задыхаясь, мчаться к свету.
Все звуки, запахи ловить —
По полной, а не порционно!
Весной так хочется любви!
Взаимной! Не дистанционной!

«И стали они жить да поживать…»

И стали они жить да поживать…
Чего-то наживали там совместно.
И часто приезжала её мать —
И не было причин для ссоры веской.
И гости приходили к ним домой,
Да и они куда-то выезжали.
Она о нём: «А мой-то, девки, мой…
Мне за него положены медали!»
Тут не о чем, конечно, горевать —
Слюбилось, сговорилось и стерпелось.
И стали они жить да поживать —
Да так, что жить порой ей не хотелось…

«Я тебя не отдам – я тебя заслужила…»

Я тебя не отдам – я тебя заслужила:
Нарыдала за длинную грешную жизнь.
Наконец-то в картину все пазлы сложила.
Ты понять мою прежнюю боль не стремись…
Просто дуй мне на раны, как ветер весенний,
Обо всём говори откровенно со мной.
Ангел мне ни к чему – аллергия на перья…
Я хочу лишь тебя, мой обычный, земной.

«Я очень сильная, поверь…»

Я очень сильная, поверь:
Снесу любую боль,
Открою запертую дверь,
И разделю на ноль.
Пусть задыхаясь, но пойду
Вершины покорять.
С врагами буду жить в ладу —
Всех научусь прощать.
Мне очень многое дано,
Но в той стальной борьбе
Есть место слабое одно:
Моя любовь к тебе…

«Я забуду твои поцелуи нескоро…»

Я забуду твои поцелуи нескоро.
И друзьями остаться с тобой мы не сможем.
Ведь друзья – это ночи пустых разговоров,
А мне нужно тебя близко чувствовать кожей.
А мне нужно тебя – глубоко и до боли,
Чтобы сердце в ушах диким эхом звучало…
Я тебя не могу, моя радость, неволить.
Ты не бойся: я выживу. Хуже бывало.

«Вот раньше ты мне напишешь слово …»

Вот раньше ты мне напишешь слово —
Я улыбаюсь сама себе.
Теперь же так на душе хреново:
Не верю в искренность – хоть убей!
И вроде хочется очень верить,
Но сердце сказкой не усыпишь…
А сколько граммов свинца? Ах, девять…
Ты все в меня их всадил, малыш…

«Просто что-то внутри сломалось …»

Просто что-то внутри сломалось —
Очень трудно теперь чинить.
Вроде, знаешь, такая малость…
Я попробую объяснить:
Может грубо скажу немножко,
Но и боль-то ведь нелегка —
Это словно ты гладил кошку,
А потом дал под зад пинка.
На уютных твоих коленях
Всё забылось и всё прошло…
И казалось – трещат поленья —
Так ей было с тобой тепло!
Аллегории так туманны,
Но и ты-то не глуп поди…
Я клялась, что любить не стану,
Но обжаловала вердикт.
Неожиданно очень больно.
Я надеюсь – пройдёт весной.
Забываемо-алкогольно…
Не смертельный. Но – ножевой…

«И – поминай, как звали…»

И – поминай, как звали…
Вырвалась. Не болит.
Было: Встречались. Спали.
Кажется, неолит…
Сколько прошло столетий?
Сколько веков прошло?
Нет, ты – не лишний третий.
Вспомню потом число…
Каюсь: любила зверски-
(Стыдно перед собой!)
Не находила места —
Ну так ещё б! – ЛЮБОВЬ!..
Билась башкой о стенку,
Гнуло – вот прям в дугу!
Падала на коленки:
«Господи! Не могу!»
Что-то пила ночами,
Ездила в еб€ня.
Ты же тогда, в начале,
Знать не хотел меня.
Правда, жалел больную —
Нахер не посылал.
Может, как запасную
Версию оставлял…
Что уж теперь! Не важно…
Сказаны все «прости».
И одну жертву дважды
Точно не принести.
Только… уж если строго —
Не забывай, родной,
То, что на должность Бога
Ты был назначен мной…

«Можно надеть кружевное бельё…»

Можно надеть кружевное бельё,
Можно «шанелью» облиться.
Есть индикатор: «твоё – не твоё» —
Глупо рыдать и сердиться.
И алгоритмы искать ни к чему
В виде таинственных знаков…
Просто он хочет вот эту чуму —
Ту, что «обнять и заплакать».

«У него – ресницы длинные…»

У него – ресницы длинные.
И черты лица – точёные.
Он невинный, а я – винная,
Да к тому ж ещё креплёная…
Душу, как пальто, изнашивать,
Жить в режиме ожидания —
Я устала приукрашивать
Свои мысли и желания.
Если в доме будет холодно —
Паспорт первым в печку выброшу.
Ты прости, что я не модная —
Солнцу радуюсь над крышами…
Пожалеть себя так хочется —
Вот дурацкое намеренье!
Не боюсь я одиночества!
(Обещай, что не поверишь мне…)

«А до весны осталась лишь неделя …»

А до весны осталась лишь неделя —
Закономерно. И чуть-чуть абсурдно…
Наверно, все мы что-то не успели,
Хотя спешим всегда, ежесекундно.
Мы что-то как всегда недосказали,
И снова испугались быть честнее…
Хочу с тобой столкнуться на вокзале!
Где все слова – всегда чуть-чуть нежнее.
Ещё хоть раз… случайно. Между прочим…
Как будто на земле нас только двое…
Заклей мне рот! Вот этим, сука, скотчем!
Я не хочу произносить такое!

«Только чуть распогодится …»

Только чуть распогодится —
Снова тучи сгущаются.
Дебет с кредитом сходятся,
И опять разлучаются.

Всех проблем своих залежи
Разгребаешь уверенно.
И х#як! – «Ну-ка, на ещё!» —
Даже с горкой – немерено!

Только вроде наладится —
Вновь по швам расползётся:
Или шашка сломается,
Или конь об&срётся…

«Я хочу по миру – автостопом…»

Я хочу по миру – автостопом,
Чтобы ветер лез в лицо упрямо!
Чтоб забыть тяжёлых будней шёпот.
Господи… а что же скажет мама?!

Я хочу себе татуировку —
Кошку и гитару – тут вот прямо…
Чтоб носить, как яркую обновку!
Только… что на это скажет мама?

Я хочу вот этого мальчишку —
Чтобы с ним в кровать упасть, как в яму!
Чтоб весь мир для нас был – третьим лишним!
Да вот только… что же скажет мама…

Вот и всё. И жизнь промчалась мимо.
А могло не быть всей этой драмы…
Есть моменты – где необходимо
Принимать решения без мамы.

«Ах, Любовь, разрешите откланяться…»

Ах, Любовь, разрешите откланяться:
Я и так задержалась в гостях…
Не могу же я жить и состариться,
В этих Ваших глухих еб#нях!
Ах, Любовь, мне хватило – до донышка,
Прям по маковку и позарез…
Я звала его «ясное солнышко».
Он ко мне не питал интерес.
Благодарна ему за отчаянье,
И за то, что любить так могла…
Я не просто души в нём не чаяла —
Я б, смеясь, за него умерла!
Ах, Любовь, ну не стоит задерживать —
Там темнеет, а мне далеко…
Чай допит. К чаю – нет даже нежности.
Мне, поверьте, уйти нелегко…

«Ну, предположим, он – не Бог…»

Ну, предположим, он – не Бог.
И я не в звании Богини.
Но тот, кто без греха жить смог —
Пусть в нас булыжник первым кинет!
Чужую жизнь судить – фигня.
Ты со своей начать попробуй.
Так тяжело тот факт принять,
Что у других – свой рай, особый.
Вот так прям кошки и скребут…
И жаба квакает и душит…
Судить – кого и как еb#т —
Как мёд огромной ложкой кушать!
А если это не про Вас —
Тогда – «респект и уважуха».
Но убедилась я не раз,
Как много съехавших кукухой…

«Надо было добить, чтоб не мучилась…»

Надо было добить, чтоб не мучилась.
Или бросить на самое дно.
Ты же знал – я неверно озвучила
Твоё вечно немое кино.
Что же ты испугался, как маленький?
В фильме мог быть счастливый конец!
Но в итоге теперь будет правильно
Написать после титров: «П#z..ц».

«Вот и славно! Ещё раз – доходчиво …»

Вот и славно! Ещё раз – доходчиво —
Чтоб уже никаких «может быть…»
Я же знала, что Ваше Высочество
Не способно жалеть и любить.
Травматолог знакомый имеется —
Он и вправит мне вывих души.
Ты скажи, а могу я надеяться,
Что ты там куклу Вуду не сшил?
Не целуешь её в губы алые,
Чтобы мне не спалось по ночам?
Да шучу… знаешь, сильно устала я —
Не могу больше выть и кричать.
Так… вздохнула, прозрев окончательно,
Посмотрела на фото – там ты:
Весь такой из себя «замечательный»!
Мне б таблеточек – от тошноты…

«Мне позвонили все, кому не лень…»

Мне позвонили все, кому не лень:
Ребёнок, мама, бывший муж, соседи,
Ещё ошибся номером олень —
Спросил: «Петрович, на рыбалку едем?»
И понеслось: друзья, враги, «Сбербанк»,
Рекламных акций целая бригада.
И только ты мне не звонишь, мудак.
(Хотя, уже, наверно, и не надо…)

«Забитый х.. – лекарство от всего…»

Забитый х.. – лекарство от всего
Любых проблем – мгновенное решенье.
И так-то много пользы от него,
Ну а забитый – вообще спасенье:
Волшебный меч, карающий мудил,
Желающих залезть в твой мир прекрасный.
Ты до сих пор грустишь и не забил?
Ну и напрасно, друг мой! Ох, напрасно!

«Ты не мужчина – персонаж…»

Ты не мужчина – персонаж.
Мужчины так не поступают.
Тебе зачтётся в общий стаж
Тот год, где боль меня ломает.
Где мне – хоть в яму, хоть на дно,
Хоть чайкой плачущей – с обрыва.
Ты посмотрел тогда кино
О том, как я была счастливой…
Потом – переключил канал,
Забросил пульт и звук убавил.
Моих признаний дикий шквал
Как сувенир себе оставил.
Зачем всё это вспоминать,
Когда расставлены все точки?
А чтобы больше не встревать
В такую хрень ни днём ни ночью!..

«С годами портится характер …»

С годами портится характер —
Теперь я это знаю точно.
И, словно пьяный злой бухгалтер,
Я ненавижу всех заочно.
Звонок внезапный телефона
Встречаю гневной речью с матом.
Сосед, курящий на балконе,
Был послан мной витиевато…
Тупые бабки бесят тоже,
И «яжемамок» ахи-охи.
И как испечь из редьки коржик —
Мне точно абсолютно похер.
Везде дурацкие бумажки:
Их заполнять – не хватит нервов.
Ты – словно хаски из упряжки…
Как тут не стать циничной стервой?!
На нас всего так много давит,
А радость – краткие минуты.
Характер портится с годами
От ситуаций еb@нутых.

«Доброта всегда выходит боком…»

Доброта всегда выходит боком.
Надо быть коварной злобной с#kой.
Только палец сунешь ненароком —
Отгрызут по локоть сразу руку.
Добрых все, кому не лень, имеют
(Я – одна из первых кандидаток).
Что не с#kа – очень сожалею:
В наше время это – недостаток.

«А помнишь, плакала навзрыд я?..»

А помнишь, плакала навзрыд я?
Зачем? Теперь и не скажу…
Короче, тема не раскрыта —
Слов и сейчас не нахожу.
А помнишь? На часах двенадцать,
Потом – уже второго треть…
Мне не хотелось целоваться —
Хотелось сразу умереть.
Я говорила: «Хоть служанкой,»
Хоть тенью тени забери!
Неужто ну совсем не жалко?»
А дальше – яркий всплеск зари.
Давно… как в дымке… знойным летом…
И сердце – счётчиком такси…
Зачем я вспомнила об этом?
Тебя забыла, блин, спросить!

«Рецепт любви: возьмите мужика…»

Рецепт любви: возьмите мужика,
Но не простого – с лёгкой еб@нцой.
Добавьте прежний опыт – два глотка,
Насыпьте звёзд дрожащею рукой.
Смешайте то, что он вам говорит —
С тем, что вы сами видите сейчас.
И этот удивительный гибрид
Употребляйте только натощак.
Запейте вискарём или вином,
Украсьте страстным сексом до утра.
Рецепт-то прост… Эффектов у него
Побочных (стрёмных) просто дохера.

«Останься! Ты мне очень нужен…»

Останься! Ты мне очень нужен.
Прости мне лишние года…
Опять не лезет в горло ужин.
Всё без тебя – ни «нет», ни «да».
Останься. Я не злюсь. Мне больно.
Никак слова не подберу.
Я буду глупой, слабовольной
И очень нежной поутру.
За все страдания – наградой
Пусть будет на душе светло…
Мосты сжигать – ума не надо.
А вот построить – тяжело.

«Есть больные на голову женщины …»

Есть больные на голову женщины —
Те, что верят в любовь и мечты,
Те, что склеить пытаются трещины
И легко переходят на «ты».
Для которых не писаны правила,
И горит под ногами земля.
Те, что жизни на карту поставили
И порхают по прежним граблям.
Им плевать на устои и логику,
И на взгляды соседок вослед.
Они вечно готовы на подвиги
Ради тех, кто сквозь зубы: «привет…»
Не живётся им так, как положено,
Не сидится на месте никак!
Если наглухо всё огорожено —
Значит, надо туда – в самый мрак!
Жизнь даёт то пинок, то затрещину,
Но не знают они полумер.
Есть больные на голову женщины.
Дуры – дурами. Я, например…

«Спагетти, море и клубника…»

Спагетти, море и клубника,
И летний бесконечный день…
С закладкой из цветочка книга —
Ту, что читать сто раз не лень.
Пломбир фисташковый, маслины —
Всё, от чего сплошной экстаз!
Короче, перечень тот длинный —
Потянет даже на рассказ…
Что там ещё в моём «лав-списке»?
Костёр, ночные мотыльки…
Ах, да, ещё забыла виски
И «Александрова» сырки!
Но если выше своё имя
В очках ты даже не нашёл —
То значит – стали мы чужими
И мой з@ёб совсем прошёл..

«Я дожила до светлых дней…»

Я дожила до светлых дней
И о тебе не ною.
Ты мне сказал тогда: «Забей!
Намаешься со мною!»
«Забить» так долго не могла —
По пальцам попадала…
Но позже принцип поняла —
И всё на место встало.
В моей судьбе ты был лишь гость —
Так… негатив, набросок…
Не сдался мне твой ржавый гвоздь —
Оставь его для досок.

«К психологу сходить была идея …»

К психологу сходить была идея —
Ему поведать о делах своих…
Пусть слушает – я говорить умею!
(А если выпью – даже за троих…)
Потом же поразмыслила немного —
Да разберусь сама я, чёрт возьми!
Пусть он живёт спокойно ради бога!
И без меня наслушался херни…

«Ты же знаешь, что нужно делать…»

Ты же знаешь, что нужно делать,
Когда я ненавижу всех.
У желания нет предела —
Я возьму на себя наш грех.
Впрочем, сказано слишком громко —
Мол, не ведаю, что творю…
Если в сердце моём поломка —
Я чинить его отдаю.
А ты мастер – такой, что просто
Забываю я, как дышать.
Правда, небо не вижу в звёздах.
(В этой позе их не видать…)

«Мы, конечно, с тобой ещё встретимся …»

Мы, конечно, с тобой ещё встретимся —
Жизнь скучать ну никак не даёт…
И наигранно-нежно засветится
Дорогое ебл#ще твоё.
Ты же вежливый до неприличия —
Так притворно руками всплеснёшь.
Мне бы лучше – вагон безразличия,
Чем такая бездарная ложь.
Ну обнимемся… ну расцелуемся.
(Как же это всё было давно!)
И я буду стоять среди улицы
С чувством, что наступила в дерьмо…

«Я – женщина. И я хочу любить …»

Я – женщина. И я хочу любить —
Отчаянно, светло и безрассудно.
Твоим теплом сомнения дробить
И знать, что я нужна – ежесекундно.
Поверить в то, что нет такой другой,
(Ведь в самом деле: клонов не бывает!)
В руках горячих выгнуться дугой,
Когда волною нежность накрывает…
Не спорить даже там, где я права:
Не жалко мне – почувствуй превосходство!
И понимать – насколько я жива,
И как быстрее рядом сердце бьётся.
Восторженная дурочка? И пусть!
Я знаю то, что многим неизвестно…
Когда вдруг иногда накроет грусть —
Я вспоминаю, что с тобой мы вместе!

«В старой песне клонится рябина …»

В старой песне клонится рябина —
Очень хочет перебраться к дубу.
Я ж тебя вот так же полюбила —
Ни о чём в горячке не подумав.
Слёзы были – как роса на листьях,
Руки к тебе ветками тянулись…
Только «дуб» сказал тогда «рябине»:
«Вы, рябина, точно еб@нулись!»

«Что это было, не подскажешь?..»

Что это было, не подскажешь?
Реально – дикость, блажь и бред!
Ну… типа «сердцу не прикажешь» —
У сердца – суверенитет!
Я получила классный бонус:
Истерики и нервный тик.
Как на тебя я напоролась?
Откуда только ты возник?!
Я провела самоанализ
И рассуждала о тебе:
«Смотри! Вы даже не расстались!
Он был никем в твоей судьбе!
Он – лишь игра воображенья,
Пустое место, «чё к чему»…
Но, потерпевши пораженье,
Ты рвёшься в сотый раз к нему!
Ты, может, надышалась дымом
И что-то выпила не то?
Какой он, бл@ть, тебе любимый?
Самовлюблённый конь в пальто!
Давно не ползала в припадке?
Давно не билась головой?
Он – неудачная прокладка
Между любовью и тобой.
Поставь на этом месте точку —
Не умножай свой бред на три.
Ведь у тебя такие ночи —
Другим не снилось, чёрт возьми!»

Всё так… Всё так. И не поспоришь.
Пора бы выйти из игры!
Ты слова доброго не стоишь.
Но козырь твой мне нечем крыть…

«Я постараюсь сделать вид…»

Я постараюсь сделать вид,
Что, в общем, мне плевать на это…
Что нет претензий и обид
И мои чувства не задеты.
Я стала сильной – всем назло.
И не такие были роли,
Когда ломало и трясло…
Ты – не дотянешь до той боли.

«Ни за что и ни про что, как говорится…»

Ни за что и ни про что, как говорится…
Просто рядом очень нежно и тепло.
Только с ним мне так хохочется и спится,
Только с ним легко всё то, что тяжело.
Потому что он такой смешной спросонок,
Потому что… (о таком не говорят…)
То мужчина, то ещё совсем ребёнок —
С ним себе я научилась доверять…

«Что-то ломается в нас так внезапно …»

Что-то ломается в нас так внезапно —
Счастье сменяется робким: «А вдруг?..»
Я так боюсь, что наступит то завтра,
Где не протянешь спасительных рук!
Но умолять я давно разучилась.
Мы – не на паперти, чтобы просить.
Знаешь, любовь – это дар, а не милость:
Нужно без слов её преподносить.
Можно ли верить в абстрактное – твёрдо?
В сердце творится такой беспредел!
Эти шесть букв в нашем общем кроссворде…
Я так надеюсь, что первая – «эл»…

«Обложка тетради – в наклейках, поля – «от руки…»

Обложка тетради – в наклейках, поля – «от руки»,
Подруга купила такие же точно лосины.
Стоят по дороге домой – как избушки – ларьки.
Мы молоды. Счастливы. В диких нарядах – красивы.
Сейчас бы в таком не пошла даже в дождь
в темноте,
Не стала бы пить то, что раньше – «за милую душу».
Мы все изменили наивной и детской мечте —
Штормов испугались и выбрали прочную сушу.
Да что уж теперь… если б всё да заранее знать!
Но скважин замочных – увы – нет у жизненной дверцы…
Себе – той, наивной, – одно я хотела б сказать:
«Живи, как подскажет твоё беспокойное сердце!»…

«Живи спокойно. Да будет с тобой январь…»

Живи спокойно. Да будет с тобой январь.
Потом – весна и облако яблонь белых.
Перевернув потрёпанный календарь,
В камин швырнуть я память свою сумела.
Огонь трещал и было так горячо!
(Хоть пару раз к поленьям тянула руку…)
Но он был рядом – подставил своё плечо.
И я смогла – как зёрна – смолоть разлуку.
Ну вот и всё. Пусть солнце – одно на всех —
Мы будем видеть его с тобой с разных точек…
Налей покрепче – бокал подними за тех,
Кто этот провод безумия обесточил…

«А Новый год вступил в права…»

А Новый год вступил в права:
Идёт, шагает по планете.
И кто-то каждый день – «в дрова»,
А кто-то думает о лете…
А мне не в радость белый свет —
На лбу написано: «Всё сложно.»
А ты подряд уж столько лет
Никак цены себе не сложишь…
Мораль – увы – неглубока,
Но может быть кому-то ценной:
Любить не стоит дурака
С завышенной самооценкой.

«Оставь, Господь, всё помнить наизусть …»

Оставь, Господь, всё помнить наизусть —
Пролёты и ступени той высотки,
Бездонную пронзительную грусть
И силуэт на берегу нечёткий.
Зацементируй в памяти тот день,
Где умереть мне стоило – раз плюнуть.
Когда меня стеснялась моя тень
И думала: «Какая всё же дура!»
Хочу запомнить раз и навсегда
То торжество непревзойдённой фальши,
Чтоб если вдруг объявится мудак —
Перекреститься и послать подальше…

«Ни претензий уже, ни обид…»

Ни претензий уже, ни обид.
Я всё реже тебя вспоминаю.
Вот прислушалась – нет, не болит…
(Странно: рана была ведь сквозная).
Акварелью размытый портрет
Не вмещается в рамочку сердца.
У меня есть любимый секрет —
Не могу на него наглядеться!
Чур меня от твоих смс,
И от снов, где сожмёшь мои пальцы.
Так опасно ходить через лес —
Там капканы – легко в них попасться…
Аллегорий ты здесь не ищи.
Мысли вслух… глупый поиск предлога…
Разлюбила тебя – не взыщи:
Ты для этого сделал так много!

«Когда луна раз двадцать похудеет…»

Когда луна раз двадцать похудеет,
Посаженное деревце даст тень —
Ты вспомнишь: не играл давно в злодея
И мне напишешь фирменную хрень.
Слова связав в ажурную салфетку,
И втиснув моё имя невзначай,
Ты выстрелишь – так безупречно-метко,
Что хоть иди, ложись и умирай.
Но, на секунду в небесах зависнув,
Я снова в этот мир верну себя.
Дай угадаю: ты устал от жизни…
А, может, жизнь устала от тебя?

«А Новый год – он без тебя настал…»

А Новый год – он без тебя настал:
Пришёл такой растрёпанный, бесснежный.
А ты мне ничего не пожелал.
Взаимно, впрочем… Как всегда – небрежно.
Цикличность нашей страстной нелюбви
Давно уже за гранью всяких стадий.
Я вновь пыталась память отравить
И больше не искать противоядий…
Но мысленно туда тебя послав,
Куда ходить прилюдно неприлично,
Диапазоном всех шести октав
Рыдать хотелось – долго и трагично.
Не о тебе – о том, что я – овца,
И блею о любви – столь бесполезной,
Что не видать ни края, ни конца,
И возраст уж не тот, чтоб вены резать…

«Знаю, ты не поздравишь – да мне и не надо…»

Знаю, ты не поздравишь – да мне и не надо.
Всё, что было – сто раз уже смыли дожди.
Я, как кошка, на лапы могу теперь падать.
У меня – 9 жизней. И всё впереди.
Указатель дорожный стоит на распутье —
И с тобой нам, конечно же, не по пути.
Я разбила любовь – словно градусник с ртутью.
Вот такая растяпа. Пойми и прости.

«Давай-ка, тряпка, соберись! …»

Давай-ка, тряпка, соберись! —
Твержу себе опять.
Ведь все проблемы – это жизнь:
Не стоит усложнять.
Ну хватит крокодильих слёз
И беспонтовых драм!
Представь, что у тебя склероз
И прошлое – лишь хлам.
Чего тебе не достаёт?
Всё, в общем, зашибись…
А то, что жизнь – совсем не мёд —
На то она и жизнь.

«Он просто был беспечный идиот…»

Он просто был беспечный идиот,
А я его так искренне любила.
Богатый на события шёл год —
Такой, что всё на свете я забыла.
Нам оказалось с ним не по пути —
Расстались у ворот земного рая.
И я его его дебильное «прости»
Куда засунуть – до сих пор не знаю…

«С Новым годом, друзья! С новым счастьем!» …»

«С Новым годом, друзья! С новым счастьем!» —
Всех накрыл этот ажиотаж!
Чтобы нам ещё всем повстречаться —
Соблюдайте вы мой инструктаж:
Алкоголь пейте только хороший
(Дионис – он не Бог бормотух!)
Учинять вам не стоит дебоши
(Не метель, а менты заметут…)
Оливье доедайте быстрее —
Не храните его десять дней.
Всё срок годности точный имеет
(Кстати, то же скажу про людей…):
Не звоните вы бывшим по пьяни —
Пусть спокойно под ёлкой лежат.
Вам без них хорошо скоро станет —
Нужно только чуть-чуть подождать!
А у нас в Новый год все в России —
Пиротехники и сомелье!..
Праздник этот встречайте красиво!
(Только помните про оливье…)

«Мальвина была креативной девчонкой…»

Мальвина была креативной девчонкой:
Покрасила волосы в цвет голубой,
С набором понятий – столь нудных и чётких:
От нравоучений сбежал бы любой.
Она Артемона держала в прислугах
(Гоняла по всяким девчачьим делам).
И не было даже любимой подруги
(Наверно, она и её довела…)
Ещё запирала в чулан Буратино
(А там пауки, и п#здец, как темно!)
Такая вот с нежной улыбкой скотина,
Такое вот в локонах милых г@вно!
Но глупый Пьеро посвящал ей сонеты
И слёзы по ней крокодильские лил.
Дарил, чуть дыша, ей весною букеты.
Короче, он очень Мальвину любил.
Я это к чему? Быть нормальным – не важно.
Найдётся всегда, кто любить вас готов.
Ведь я деревянную куклу однажды
Любила. Хоть кукла была без мозгов…

«Я разбираюсь в чём попало…»

Я разбираюсь в чём попало:
В лекарствах, в брэндах, в кабачках,
В машинах, в кошках и в приправах,
И даже в солнечных очках!
В напитках крепких, в чёрном кофе
(Да-да! Особенно с утра…)
Короче, я во многом профи.
Жаль только в людях – нихера.

«А один у меня уже прежде был …»

А один у меня уже прежде был —
Тот, которому до звезды…
В грош не ставил, на чувства мои забил,
Я ж искала его следы.
Я шептала ветру: «Да где же он?
Побегу за ним, полечу!»
У меня один уже был г@ндон —
Я коллекцию не хочу.

«Натянуты как пружинки …»

Натянуты как пружинки —
Мы груз на себе несём.
Так хочется быть снежинкой,
А не вот это всё!
Сошьёт пусть из марли мама
Мне юбку на Новый год.
Уже надоели драмы.
Я – просто снежинка! Вот!
Кружиться, порхать, не таять,
Подарок прижать к груди…
Я верила: снег – местами,
И лучшее – впереди.
Я корочки мандаринки
Добавлю в глинтвейн. Увы —
Мы – выросшие снежинки:
Метелью охота выть…

«Зимнее утро в окошке…»

Зимнее утро в окошке
Вновь начинает разбег.
Я задержалась немножко
В мыслях своих о тебе.
Тени сложились от веток
В имя твоё на стене.
Или спросонья всё это
Просто почудилось мне…
В чашке – кофейная гуща:
Можно уже не гадать…
Знаешь, я встретила лучше —
Он не способен предать…

«Вдруг поняла, что ты мне очень нужен …»

Вдруг поняла, что ты мне очень нужен —
И, кажется, на много-много лет…
Не только лишь в кровать, но и на ужин,
А также на закат и на рассвет.
На «поболтать» и даже на «поплакать»,
На «посмотреть дурацкое кино».
Ты нужен мне в мороз, в жару и в слякоть —
Днём, и когда на улице темно.
Чтобы меня ты выслушал без звука —
Совсем неважно, что я там мелю…
Подал платок/бокал/конфетку/руку,
Прижал к себе и прошептал: «Люблю…»

«Все так активно хают этот год…»

Все так активно хают этот год
В масштабах вдруг сплотившейся страны:
Он полон был печалей и забот,
И не было практически весны…
Но если глянуть под другим углом —
Ведь этот год так много дал понять!
А был ли нам родным и тёплым дом,
Или туда лишь приходили спать…
Он научил ценить своих родных
Быть благодарным солнечным лучам.
Ведь мы же столько радостей земных
Совсем не замечали в мелочах.
Он показал, как хрупок человек,
И как влияет массовый гипноз…
Но скоро год другой возьмёт разбег —
И что он приготовил – вот вопрос…
Но мы пока не можем это знать,
И на исходе напряжённых сил,
Давайте же не будем забывать,
Что этот год нас просто жить учил…

«У нашей истории нет продолжения …»

У нашей истории нет продолжения —
Не жду от тебя ни звонка ни письма.
По льду моей памяти это скольжение
Способно свести методично с ума.
Слова твои вспомнить и взгляд тот насмешливый —
И на ночь их вновь как таблетку принять.
А для палача ты был слишком уж вежливым
(У всех свои методы – мне ли не знать!..)
Рискуя опять заглянуть в преисподнюю,
Где чётко лица проступает овал, —
Я слушаю снова и снова мелодию,
Под звуки которой ты жизнь мне сломал.

«Ну что, друзья! Уже вот-вот…»

Ну что, друзья! Уже вот-вот…
Ещё чуть-чуть, ещё немного…
Ведь долгожданный Новый год
Стоит, как призрак, у порога.
И будут тонны оливье
И всё, что пенится и льётся.
Под ёлкой – лучший сомелье
(Такой у всех в друзьях найдётся…)
Но это позже… а пока
Идут недели подготовки:
Все разом прелести «совка»
Напомнят в очереди тётки.
И просыпается азарт:
Ты с дикой радостью тигрицы
Хватаешь то, что никогда
Тебе потом не пригодится.
И можно всё сейчас купить —
(Привет, искусственное счастье!)
Но те, с кем мы могли бы быть,
Под бой часов не постучатся.
И громкий праздничный салют
Вдаль уведёт по крышам праздник.
И моё старое «люблю»
Твой Новый год собой украсит…

«Наверное, уже пора засесть за мемуары…»

Наверное, уже пора засесть за мемуары,
А не шататься под луной, и не встречать рассвет…
Я подсчитала, сколько раз смотрела «С лёгким паром»
И охренела, осознав, что мне так много лет!
Да, время мчится всё быстрей и к нам оно сурово,
Но чем-то дорог каждый год – как я его отдам?!
И только паспорт знает все масштабы катастрофы.
А паспорт я не покажу! (ну, разве что ментам…)

«Зачем ты, Боже, дал мне ДНК…»

Зачем ты, Боже, дал мне ДНК
Несущую изысканные нотки?
Нельзя там заменить её никак
На ДНК простой стандартной тётки?
Я влезу в леопардовый прикид,
И заведу в носках и шлёпках мужа.
И пусть он хоть бухает, хоть храпит —
Зато никто союз наш не разрушит!
Я сериалы все пересмотрю —
Поплачу над судьбой экранной дуры.
А если уж кого-то полюблю —
На уровне «у нас с ним шуры-муры».
И никаких безумно-тонких чувств,
Сметающих все стены и границы…
Я так обычной тёткой стать хочу!
Чтоб вместо журавля ловить синицу,
Чтоб говорить уверенно «ложу»
И лаяться с соседками по даче.
Ты видишь, Боже, я не вывожу!
И жизнь на хрень возвышенную трачу…

«Меня ничем не удивить …»

Меня ничем не удивить —
Уже всему наудивлялась!
Но то, что я могу любить —
Таким внезапным оказалось!
Забыть умею о себе
И падать в ноги, как больная-
Не зная, что влечёт к тебе,
Да и себя совсем не зная…
Я открывала эту жизнь
Любви тупым ножом консервным.
Мне говорили: «Ты держись!
Честь береги, а лучше – нервы…»
А я бежала за тобой,
Плелась, ползла, неслась, летела.
Произошёл в системе сбой:
Желала душу, а не тело!
Но души – дорогой товар —
Не всем тот ценник по карману.
Прощай, мой сумрачный кошмар!
Своей я торговать не стану…

«Была бы рада вам помочь…»

Была бы рада вам помочь,
Но Вы об этом не просили.
Меня тогда швыряла ночь
Как мяч об стену – от бессилья.
Была бы рада Вас простить,
Но ведь такое – не прощают:
Как предлагали Вы налить
(Мне – чуть живой!) с жасмином чая.
Была бы рада Вам сказать,
Но все слова тогда забыла…
Могла стонать, могла рыдать,
Но ничего не говорила.
Сейчас бы вдребезги разбить
И память обнести оградой!
Была я рада Вас любить,
Теперь вот – ненавидеть рада…

«Нет, я в мороз по снегу за тобой…»

Нет, я в мороз по снегу за тобой,
Конечно же, босая не ходила.
Ты и на миг не стал моей судьбой,
И сына я тебе не подарила.
Я не ждала сто лет тебя с войны,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.