Андрей Снесарь
Приключениях в Гусиных Лапках
Для чтения взрослыми детям

Иллюстрации Светы Овиновой

© Андрей Снесарь, текст, 2023

© ООО «Клевер-Медиа-Групп», 2023

Глава 1
Красавицы и парное молоко

«С дедушкой на поезде прокатишься. Молока парного попьёшь. С ребятами по траве босиком побегаешь. Красота!» – на прощание сказал мне папа, провожая нас с дедушкой на вокзал. Ну и где эти ребята? Я сидел на изгороди и дожидался стада коров. Эх, не отправила бы меня мама в деревню Гусиные Лапки, мяч бы сейчас гонял со старшеклассниками во дворе! Ладно, может, и не гонял бы, но на воротах бы точно стоял. Вечером бы с соседом Димкой обновили скейт, который ему родители подарили на день рождения. Три! Три месяца в деревне! Да я здесь умру от скуки…

Близился полдень. Двор жил своей жизнью. Разноцветный петух важно вышагивал по дорожке, высоко поднимая лапы со шпорами, и строго посматривал по сторонам. Подросшие цыплята гонялись за своим шустрым братом, пытаясь выхватить у него из клюва длинного дождевого червяка. Серые куры сосредоточенно разгребали бабушкин цветник. Где-то за домом клекотал заботливый индюк и попискивали индюшата. В хлеву звучно чавкали свиньи, а под грушей, рядом с будкой, храпел пёс Медведь. Никто не хотел со мной играть!

И вдруг… Я протёр глаза и чуть с изгороди не свалился. Две сказочные красавицы в белых рубахах с красными узорами и с венками из полевых цветов поднимались по просёлочной дороге. Они весело переговаривались, со смехом перепрыгивая через коровьи лепёшки.

Я соскочил на землю. Высокая красавица со строгим взглядом нараспев спросила:

– Здравствуй, добрый молодец, а здесь ли живут Афанасий Никифорович и Мария Григорьевна?

Я кивнул, открыл им калитку и закричал:

– Ба-а! К нам красавицы пришли!

– Это ты здорово подметил, молодой хозяин. Как тебя зовут? – рассмеялась вторая девица.

– Афанасий, как и деда.

Бабушка вышла к гостям. Красавицы поклонились в пояс, а высокая девица достала из корзинки румяную булочку, похожую на сосновую шишку, и протянула бабушке:

– Мария Григорьевна, Алёна приглашает ваше дружное семейство на свадьбу. Просит поучить её уму-разуму и от души повеселиться на празднике.

– Радость-то какая! Обязательно придём. Проходите в дом, гости дорогие, – бабушка с поклоном приняла шишку и смахнула слезу.

– Кто такая Алёна? – спросил я у бабушки.

– Сестрица твоя троюродная, – сказала вторая девица и продолжила, обращаясь к бабушке: – Спасибо за приглашение, но невеста утром столько шишек напекла… Нужно раздать, пока тёпленькие.

Затем она протянула мне кулёк со сладостями и подмигнула на прощание:

– Афанасий, меня Настей зовут, подругу – Марусей. Обязательно приходи. Этот день ты запомнишь на всю жизнь.

Как в воду глядела…

* * *

Небольшое стадо коров степенно спускалось по просёлочной дороге. Когда первые поравнялись с нашим домом, из хлева послышалось громкое и жалобное «Ма-а». В ответ раздалось взволнованное «Му-у!», и я увидел, как одна молодая коровка ринулась вперёд, расталкивая и подгоняя рогами соплеменников. Дедушка распахнул створку ворот, и корова, не сбавляя скорости, пронеслась мимо меня в хлев. Я толком и разглядеть её не успел. «Успеется», – подумал я, вспомнив бабушкино обещание.

Вчера на ужин она дала мне тарелку творога со сметаной и кружку молока. Попробовал творог – нормально, даже вкуснее, чем в городе. Сделал большой глоток молока и тут же выплюнул остатки в кружку так, что брызги разлетелись во все стороны. Бабушка ахнула, а дед нахмурил брови:

– Тебе молоко не понравилось?

– Неа. Сладкое какое-то, дома лучше.

– Ясное дело, в городе завсегда всё лучше, особенно коровы, – усмехнулся дедушка. – Ты только во дворе этого не говори – куры засмеют.

– А Ласточка ещё и боднёт за маму Лосийку, – добавила бабушка.

– Ласточка бодается, а мама у неё лосиха? Вы что, издеваетесь?! – крикнул я.

Бабушка потрепала меня по голове:

– Не злись, разберёшься. Завтра в обед вместе пойдём корову доить. Главное, чтобы Лосийка не приняла тебя за бледного суслика с большими серыми глазами. Она жуть как грызунов не любит.

В хлеву было прохладно, пахло соломой и свежескошенной травой. Корова спокойно лежала посередине и что-то сосредоточенно жевала. А в это время телёнок с белым пятнышком на лбу нетерпеливо перебирал ногами в своём загоне и жалобно мычал.

Бабушка легонько похлопала корову по спине и сказала:

– Лосийка, вставай.

Корова рывком поднялась на ноги, повернула голову и посмотрела на меня.

– Это Афоня. Он к нам на всё лето приехал, – услышал я бабушкин голос.

– Му-у, – спокойным голосом ответила Лосийка.

«Что это было?» – подумал я, но вслух ничего не сказал.

Бабушка обмыла тёплой водой коровье вымя, села на низкую табуретку и крикнула: «Афоня, выпускай Ласточку!» Я открыл калитку, телёнок выскочил из загона, бросился к Лосийке и стал жадно сосать молоко, аппетитно причмокивая. Молоко разлеталось во все стороны и струилось по губам на землю, но телёнок не обращал на это внимания. Быстро насытившись, Ласточка подняла голову и с любопытством посмотрела по сторонам.

– Теперь загони её обратно – наша очередь, – сказала бабушка и погладила корову.

Потом она снова обтёрла белой тряпочкой вымя и начала доить.

«Дёргай посильнее – вот и молоко», – подумал я и спросил:

– Можно я?

– Не боишься?

– Конечно, нет! – выпалил я. Хотя, если честно, садиться под брюхо огромной коровы было страшно.

– Хорошо, только ведёрко придержи ногами. Да смотри, осторожнее: Лосийка не бодается, но хвостом может так стегнуть…

Я вспомнил, как Лосийка нежно обмахивала Ласточку хвостом, и усмехнулся. Сел на табуретку и дёрнул за вымя. Результат вышел так себе: появилась капелька молока, а невежливая корова от души хлестнула меня хвостом. «Надо посильнее», – подумал я и дёрнул во второй раз. Мощный удар хвоста чуть не сбил меня с табуретки. Спасибо бабушке – удержала.

– Больно! – закричал я, вскочил на ноги и чуть не перевернул ведёрко с молоком.

Лосийка неодобрительно промычала, как будто говоря: «Так и мне больно».

– Бабушка, не выходит!

– Не всё сразу. Давай вместе.

Я опять сел на табуретку, бабушка крепко сжала мои пальцы своими ладонями и слегка потянула вниз. Две звонкие струи забили по дну ведёрка: «Бз-з-з, бз-з-з, бз-з-з…» Получилось!

После дойки, когда бабушка цедила молоко через марлю, я не выдержал и сказал:

– Я хочу попробовать.

Бабушка подала мне полную кружку, я сделал маленький глоточек и зажмурился от удовольствия, совсем как Ласточка. Молоко было тёплое, сладковатое, с неуловимым запахом Лосийки и разнотравья – вкусно! Бабушка заулыбалась:

– Пей, пей, Афонюшка, парное – самое полезное.

В два часа дня мимо нашего двора в полной тишине потянулось на пастбище стадо коров. Я подошёл к загону. Лосийка спокойно стояла у изгороди, жевала свою жвачку и нежно смотрела на резвящегося рядом телёнка. И какой дурак сказал: «Неуклюжий, как корова»? Наша Лосийка очень даже уклюжая и красивая: тёмнобурая шерсть без единого пятнышка, большие влажные глаза с длинными ресницами, маленькие острые рога и хвост с чёрной кисточкой – до самой земли. Я погладил Лосийку через изгородь и открыл калитку.

Глава 2
«Баунти»

В комнате стоял чудесный запах пшеничного хлеба. Я с удовольствием потянулся после сна, вскочил с кровати и направился на кухню. Вечером бабушка не дала мне месить тесто: «Ложись-ка ты лучше спать, Афоня. С таким кислым лицом хлеб не делают».

Свежие караваи лежали на столе, я приподнял полотенце и оторвал кусочек с золотистой корочкой.

– Вкусно? – послышался за спиной бабушкин голос.

– Угу, – ответил я с набитым ртом.

– Вот и славненько. А теперь марш мыть руки!

После завтрака бабушка спросила:

– Сходишь к соседям? Они живут неподалёку. Всегда их угощаю, когда хлеб удачный.

– Нет, – рассмеялся я, – сбегаю!

Бабушка положила в плетёную корзинку румяный хлеб, накрыла белым полотенцем, и я вприпрыжку отправился в путь.

Мне оставалось пройти через тёмный, заросший травой сад, когда впереди залаяла собака и навстречу вышел здоровенный мужик в шлёпанцах на босу ногу и с большими садовыми ножницами в руках. Я не на шутку испугался. Мужик вскрикнул:

– Ёшки-матрёшки! – хлопнул себя по лбу и засунул ножницы в карман широченных брюк.

Затем он наклонился, привычным движением закатал рукава тельняшки и протянул мне ладонь величиной с лопату:

– Коля, дядя Коля.

– Афанасий, – ответил я и с опаской пожал ему руку. Такой ручищи я в жизни не видел!

Собака лаяла как заведённая. Вдруг с цепи сорвётся? От этой мысли у меня по спине пробежали мурашки. Сосед улыбнулся:

– Это Хват. Слышишь, какой голос? А он ещё только щенок. Хочешь посмотреть собачку?

– Не очень, – честно ответил я.

Дядя Коля обернулся и крикнул, заглушая собачий лай:

– Хват! Свои!

Пёс затих, и лицо соседа расплылось в улыбке:

– Видишь какой умный?

Я ничего не ответил и протянул ему корзинку с хлебом:

– Бабушка просила передать, утром испекла.

Дядя Коля взял корзинку, приподнял полотенце, потянул носом воздух и сказал:

– Вот это по-нашему, благодарю.

Затем он присел на корточки и весело спросил:

– Ты позавчера кричал на горе? – Он поднял голову, как волк, сложил губы трубочкой и заголосил: —Люди… Люди… У-у-ау!

– Я. – И рассмеялся.

Ну не так всё было! Да, я убежал из дома в первый день, обидевшись на бабушку с дедушкой за то, что они не разрешили мне поиграть с собакой и погладить разноцветного, как с картинки, петуха. Но там, на горе, у меня перехватило дух от восторга. В синем высоком небе летали ласточки; внизу, в зелени деревьев, виднелись крыши соседских домов, за спиной шумело кукурузное поле. Сладкий воздух звенел: в траве стрекотали кузнечики, гудели мохнатые шмели, щебетали невидимые птицы. Вот тогда-то я и заорал: «Люди… Люди… У-у-ау!»

И мои слова летели поверх деревьев, затихая только в самой дали. Это было так здорово!

Сосед вздохнул:

– Скучаешь…

Я пожал плечами.

– Не переживай ты так, Афоня. Ко мне скоро племяшка приедет, третий класс закончила… – И осёкся на полуслове, посмотрев на меня. – Согласен, Светка не подарок. Мои тоже не вариант: Юрке четырнадцать стукнуло, Николе и года нет. Да, Витька ещё к бабе Акулине должен приехать. О-очень серьёзный парень.

«Когда этот Витька ещё появится», – подумал я.

– Выше нос! А ну за мной! – скомандовал дядя Коля.

* * *

Мы прошли в летнюю кухню за домом, где за заборчиком сидела большая пёстрая курица. Она заквохтала при нашем появлении и укрыла крыльями жёлтые пищащие комочки.

– Какая большая курица! – удивился я.

– Да нет, брат, кожа да кости. Это из-за взъерошенных перьев кажется, что она толстая.

– Дядя Коля, а как зовут курицу? – спросил я.

– Курица, как ещё? – удивился дядя Коля.

– Можно я цыплят потрогаю?

– Нет, брат, нельзя! Наседка волну подымет из-за птенцов… Ладно, пойдём, не будем их беспокоить. Сейчас такое покажу!

Мы подошли к небольшому сарайчику, дядя Коля толкнул дверь.

– За мной! – крикнул он, направляясь в дальний тёмный угол.

– Я лучше на улице подожду, – ответил я и отступил на шаг. Ну не мог я признаться, что боюсь темноты.

Судя по громким звукам падающей утвари и коробок, сосед основательно спрятал свой секрет. Когда я потерял всяческую надежду увидеть что-нибудь интересное, из сарая раздался радостный крик: «Нашёл!» И через минуту появился дядя Коля – весь в пыли и паутине. Улыбаясь во весь рот, он бережно держал в руках большой парусник. Затем резко дунул на корабль, дождался, когда серое облако пыли опять осело на палубу, и протянул мне.

– Держи, «Баунти»! Перед армией сделал. Дарю.

Я стал рассматривать подарок. Это был трёхмачтовый корабль с прямыми парусами, с пушками и шлюпкой на палубе. Дядя Коля рассмеялся, когда я попытался натянуть ниточки:

– В шторм попал. Не боись, такелаж и паруса заменим – будет как новенький.

– Здесь пушки – это военный? – спросил я.

– Нет, торговый: дно плоское, но он очень быстроходный. А без пушек в те времена ни один корабль в море не выходил. С ним такая, брат, история приключилась. Сейчас расскажу.

Но в этот момент раздался громкий призывный плач ребёнка.

– Ёшки-матрёшки, Никола проснулся – есть просит. Его, брат, пустышкой не обманешь. Пока ложку с кашей не увидит, не успокоится. В меня пошёл… – с гордостью сказал дядя Коля и быстро попрощался: – Пока, Афоня. Корзинку я занесу. Бери парусник и дуй домой!

– Спасибо! – крикнул я, но соседа уже и след простыл.

Глава 3
Новые друзья

– Если с другом вышел в путь, веселей дорога![1]

Я напевал любимую песенку и сбивал палкой лопухи во дворе за загоном. Прошла неделя моего пребывания в деревне. Грусть-тоска накрыла меня с головой. Без друзей всё было скучным: скучно гонять одному на велике, скучно одному втыкать в землю ножик и лазить по деревьям. Даже клубника не такая сладкая, с досадой подумал я, если нельзя поделиться с другом. Я полюбил нашего пса Медведя, разноцветного петуха, Лосийку с Ласточкой… Но ни они, ни любящие бабушка с дедушкой не могли заменить мне настоящих друзей. Что делать? «Есть вареники с вишней!» – пришла мне в голову гениальная идея.

* * *

Я вбежал в дом и крикнул:

– Ба-а, готовы вареники?! – и застыл на пороге.

За накрытым столом рядом с бабушкой, на моём месте в углу комнаты, сидела незнакомая девчонка. Я не выдержал и рассмеялся. Девочка была похожа на клоуна: розовое лицо с красным носом, широкая белая полоска на лбу и ярко-рыжая клумба волос на голове.

– Афоня, я уж хотела за тобой идти. Познакомься, это Света, вчера к дяде Коле на каникулы приехала. Бедное дитя – в первый же день на солнце обгорела, – покачала головой бабушка.

– Афанасий, очень приятно. Бейсболку надо козырьком вперёд надевать, – буркнул я, садясь на свободное место.

– Здравствуй, Афанасий, меня зовут Света. Какой ты умный и заботливый, буду теперь за советами к тебе ходить.

Когда я вижу, как парят бабушкины вареники с вишней и творогом, слышу запах липового мёда, мне второго приглашения не надо. Но пока я раздумывал, с чего бы начать, девочка пододвинула к себе мою любимую чашку с блюдцем и сказала с хитрой улыбкой:

– Какие красивые петушки на блюдечке.

– Да, – ответил я, и мой голос немного дрогнул. – Они сегодня в теньке сидели.

Я налил тонкой струйкой золотистый мёд в блюдечко и облизнул край банки, чтобы ни одна капелька не пропала. Затем взял правой рукой вареник с вишней, обмакнул в мёд и с аппетитом надкусил – вкусно! Сок брызнул во все стороны, окрасив мёд, стол и мою футболку – а как иначе? Светка сделала на меня стрекозиные глаза, подцепила вилкой вареник, отрезала ножиком маленький кусочек, полила из ложечки мёдом и положила себе в рот, не запачкав пухлых губ. Самое смешное, она ещё и посмотрела на меня с превосходством. «Да кто так ест вареники? Ничего не понимает!» – с жалостью подумал я. Когда мы встали из-за стола и поблагодарили бабушку, Светка неожиданно спросила:

– Афанасий, пойдёшь с нами за шелковицей на гору?

– С кем это – с нами? – спросил я.

– Со мной и с Витей: он вчера к бабе Акулине приехал. Встречаемся через час у твоей калитки, – сказала Светка и, не дожидаясь моего ответа, выскочила за дверь.

* * *

Я невольно привстал на цыпочки, когда увидел на дороге Светку. В своих беленьких кроссовках и соломенной шляпе с широкими полями она была выше меня на целую голову. «Специально так вырядилась?» – разозлился я и посмотрел на свои сандалии на босу ногу.

– Как тебе моя шляпка? – спросила Светка у калитки.

– Точно лучше, чем бейсболка, – ответил я.

– Ладно, не завидуй.

Она окинула меня оценивающим взглядом и вздохнула:

– Зря ты шорты с футболкой надел. Все ноги обдерёшь: шелковица колючая. Смотри, – она зачем-то показала мне свои ладони и крутанулась на одной ноге, – надеваешь спортивный костюм – и тело закрыто с ног до головы.

– Рад за тебя. Так мы идём к Витьке или будем твои наряды разглядывать?

Светка сморщила свой красный носик и крикнула:

– Догоняй!

Я рванул за ней.

«Дом бабы Акулины», – понял я, когда Светка резко затормозила перед вросшими в траву тесовыми воротами. В зелени ухоженного сада чирикали между собой птички, гудели пчёлы и где-то вдалеке кудахтали несушки. А коза с белоснежным козлёнком не торопясь обдирала вишнёвые деревья вдоль изгороди у дороги. Они ловко вставали на задние ноги, хватали листочки длинными языками и с удовольствием жевали, опустившись на землю. «Так, конечно, гораздо интереснее», – подумал я, заметив нетронутые ветви у земли.

Собак не было видно, но на дорожке к дому стоял бородатый козёл с длинными, слегка загнутыми назад рогами. Встречаться с козлом не входило в наши со Светкой планы. Мы залезли на изгородь и сразу увидели Витьку. Белобрысый мальчик с оттопыренными, как локаторы, ушами сидел на корточках в нескольких метрах от козла, раскачивался из стороны в сторону и внимательно наблюдал за противником. Козёл не реагировал на Витькины уловки и смотрел задумчиво вдаль.

– Витя! Тебе помочь? – крикнула Светка.

– Нет, я сам, – не поднимая головы, ответил Витька.

– Возьми палку! – крикнул я.

– Нельзя. Пока я с голыми руками, Тишка рога в ход не пускает – правила у нас такие.

«Надо выручать Витьку. Главное, чтобы и для меня были такие же правила», – подумал я, спрыгнул с изгороди во двор, сложил руки рупором и крикнул:

– Тихон, я здесь!

Козёл Тихон не ответил и посмотрел на Витьку. Затем перевёл взгляд на свои чёрные копыта, опустив голову с острыми рогами. И неожиданно бросился в мою сторону. Я рванул к спасительной калитке, но споткнулся и растянулся во весь рост. «Ползи!» – услышал я Светкин голос сверху, обернулся и увидел, как она подбежала к козлу и с размаху напялила ему на рога свою шляпу. Шляпа Тихону не понравилась. Он запрыгал на месте, тряся головой, но шляпа сидела крепко. Светка прыгнула ко мне и быстро за шиворот вытащила на дорогу – я только руками успевал перебирать на четвереньках. А что Витька? Витька стоял разинув рот и смотрел представление, пока я, можно сказать, жизнью ради него рисковал!

Делать нечего, я опять вернулся во двор и окликнул козла:

– Тихон, я здесь!

Козёл повернул голову, пристально посмотрел на меня и затряс своей длинной бородой, как бы говоря: «Я больше с тобой шутить не собираюсь». На этот раз Витька не растерялся – тихонечко прошмыгнул за спиной козла и помчался к распахнутой калитке. Тишка упустил Витькин рывок и с сожалением проводил мальчика взглядом.

С криком «Ура!» мы выскочили на дорогу. Светка захлопнула калитку. Козёл принял поражение с достоинством – подошёл к нам и поздравил Витьку: «Бе-е…» Светка забрала у козла свою шляпу и погладила его по голове:

– Тишка, не расстраивайся, Витя ещё вернётся…

* * *

По дороге на гору Витька вещал нам про шелкопрядов. Оказывается, личинка тутового шелкопряда ест листья шелковицы и вырастает в большую гусеницу. Затем гусеница оплетает себя тонкой нитью в кокон, похожий на маленький кокосовый орех, и засыпает. На фабриках эти коконы разматывают в длинные нити и ткут шёлковую материю, самую лёгкую и крепкую в мире.

Много-много лет тому назад жители нашей деревни засадили все пустоши вокруг деревьями шелковицы и стали выращивать шелкопрядов.

По словам Витьки, ягоды, за которыми мы шли, – это просто вкусное дополнение к листьям.

– Витя, ты будешь сегодня листья есть? – засмеялась Светка.

– Нет, но для Тихона точно веток наломаю, – серьёзно ответил Витька.

– Откуда ты всё это знаешь? – спросил я.

– Ну интересно ведь, – удивился Витя. – А потом, я читал, шелкопряды как одомашненные насекомые появились у человека раньше пчёл.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Слова из песни М. Танича и В. Шаинского.

Вернуться