Ника Климова
Бесконечно. До звезд. Навсегда

Глава 1

Ключ в замочной скважине поворачивается слишком громко, хотя я стараюсь делать это осторожно. И не удивляюсь, когда вижу, что в прихожей горит свет и на пороге меня встречает Алиса, моя закадычная школьная подруга. Мне не надо ничего говорить. Она и сама все знает и видит сейчас по моим глазам. И все-таки спрашивает:

– Ну что? Познакомилась?

Слышу в ее голосе недовольство, но не обижаюсь. Знаю, что это вызвано беспокойством за меня.

– Познакомилась, – киваю, стягивая сапоги и следом куртку.

– Ну и как? – Алиса складывает руки на груди, наблюдая за мной.

– Красивая. Они неплохо смотрятся вместе, – давлю боль, которая снова расправляет в груди обжигающие щупальца.

– Даш, я тебе поражаюсь. Зачем ты это делаешь?

– Алис, мы уже говорили об этом, – вздыхаю устало, проходя в ванную. Подруга не отстает.

– И я все равно тебя не понимаю. Зачем ты так себя мучаешь? – тормозить она на пороге за моей спиной.

Я сама задавала себе этот вопрос миллион раз, но так и не нашла ответа. Вот и сейчам мне тоже нечего сказать, поэтому молча мою руки, не глядя на себя в зеркало.

– Ты еще скажи, что собираешься подружиться с ней. Как там ее зовут?

– Елена.

– Елена. Ленка, – зло произносит Алиса.

– Мне она показалась хорошей, – вытираю руки мягким полотенцем.

– Даш, ты себя слышишь? – не на шутку расходится подруга.

– Слышу, Алис, слышу! Но это правда! – срываюсь, потому что от ее вопросов все труднее становится прятать боль. – Как бы мне ни хотелось, чтобы она была меркантильной, злой и лживой сукой, но это не так. Увы, не так.

Она понимает, что перегнула палку, и, притянув меня к себе, обнимает.

– Прости.

– Ничего, – выбираюсь из ее объятий. – Переживу.

– Неужели, он ничего не видит?

Пожимаю плечами.

– Я для него всего лишь…, – судорожно вздыхаю, – дочь.

– Но ты ему не дочь.

– Вот только Стас относится ко мне именно как к дочери. Ты знаешь об этом. И я благодарна ему за помощь и все, что он для меня сделал.

– Не могу поверить, что он настолько слеп.

– А что толку? – горько усмехаюсь. – Пусть лучше он и дальше не догадывается о моих чувствах. Так проще. Потому что если узнает… Я уже не смогу так просто с ним видеться.

– Ох, и дуреха ты, Дашка, – качает головой Алиса. – Забыть тебе его надо. Переключиться на кого-то другого. Чем тебя Максим не устраивает? Хороший парень. И родители при деньгах. И на тебя вон как смотрит.

– Алис, – протискиваюсь мимо нее и злюсь, – невозможно взять и приказать себе полюбить кого-то другого. Нет такой кнопки в человеческом организме.

– А ты пыталась? – идет она за мной. – Ты дала ему хоть один шанс? Ты настолько зациклилась на своем Стасе, что не видишь никого вокруг.

Не хочу продолжать этот разговор. В нем нет никакого смысла, потому что Алисе никогда меня не понять. У нее все просто. Она влюбляется по три раза в неделю. Не то, чтобы моя подруга ветреная, но в плане отношений заморочек у нее куда меньше, чем у меня. А я… Я вот уже два года безнадежно и безответно влюблена в того, кто спас мне жизнь и помог не сойти с ума, когда погибли мои родители, а вскоре умерла и бабушка – последний родной для меня человек.

– Извини, Алис, я устала. Пойду спать.

– Ага, и заливать слезами подушку.

Не хочу ничего отвечать. Она права. Я буду плакать, хотя миллион раз обещала себе этого не делать, но не выдерживаю. А сегодня еще и этот ужин, на котором Стас познакомил меня с женщиной, с которой встречается. Не понимаю, как выдержала. Боль после операции и переломов не шла ни в какое сравнение с тем, что я чувствовала, сидя в ресторане напротив Елены и растягивая губы в дружелюбной улыбке. Несколько раз уходила в туалет, чтобы прийти в себя, поправить маску на лице и продолжить свой спектакль. Конечно, она подходит ему куда больше. Хотя бы потому, что между ними почти нет разницы в возрасте, не то, что я, малолетняя пигалица.

Со злостью срываю с себя платье и бросаю его на кресло. Алиса, конечно, в чем-то права. Неужели, он действительно ничего не замечает? Или просто не хочет замечать? Почему видит во мне только свою погибшую дочь? Растираю виски пальцами, уговаривая себя не плакать и больше не думать о Стасе. Экран телефона, лежащего на столе, вспыхивает светом. Я до сих пор так и не включила звук. Сердце неприятно сжимается, пока пальцы отвечают на звонок, а губы растягиваются в улыбке.

– Да, Стас.

– Ты доехала до дома?

– Да, я уже ложусь спать. Прости, забыла написать.

– У тебя все хорошо?

– Да, все в порядке, – спешу заверить его, впиваясь ногтями в коленку.

– Не засиживайся допоздна. У тебя завтра с утра занятия.

От его заботы боль в груди становится нестерпимой. По щеке скатывается первая слеза, а я продолжаю улыбаться, чтобы Стас, не дай Бог, ничего не заподозрил и не примчался сюда посреди ночи выяснять, что случилось, потому что не смогу я ему ничего объяснить и под страхом пыток никогда не признаюсь в своих чувствах. Уверена, как только он о них узнает, я потеряю его навсегда. А это куда страшнее, чем ужин с его любимой женщиной.

– Не буду. И ты ложись спать. Тебе завтра на работу.

– Уже собираюсь. Спокойной ночи, малышка.

– Спокойной ночи, – выталкиваю из себя с силой и, сбросив звонок, закрываю глаза, чувствуя, как текут из-под ресниц слезы, которые я снова не в силах остановить. Как мазохист, представляю, что Стас сейчас не один, и захлебываюсь в собственной боли.

Наутро просыпаюсь с тяжелой головой и опухшим лицом. Алиса ничего не говорит, молча накрывая на стол, но по ее поджатым губам догадываюсь, о чем она думает.

– Все в порядке? – наконец, не выдерживает подруга.

– Да, а что? – пытаюсь казаться спокойной и даже равнодушной.

– Да так, ничего.

За окном разгар весны. Солнце бьет в распахнутое окно, смешиваясь с ароматом просыпающейся природы и звонких трелей беззаботных воробьев. Еще немного снега чернеет в темных подворотнях, куда не достает солнце, но в остальном город уже избавился от ледяного панциря.

– Жаль, что сейчас нельзя просто выйти и прогуляться, – жалуется Алиса, сидя на подоконнике и подставляя весенним, но уже жарким лучам солнца оголенный бледный после зимы живот. – Все эта дурацкая пандемия.

Да, всем известный вирус внес серьезные коррективы в нашу жизнь. С одной стороны при переводе на дистант стало проще учиться, а с другой – сидеть целыми днями в четырех стенах – так себе занятие. И Алису в ее страданиях я прекрасно понимаю.

От невеселых мыслей отвлекает телефон. Тяжело вздыхаю, увидев на экране имя, но все же отвечаю.

– Да, Макс.

Подруга при моих словах тут же оживляется и разворачивается ко мне всем телом, свесив ноги с подоконника.

– Привет! – слышу в трубке голос и демонстративно отворачиваюсь от подруги.

– Привет! – произношу без особого энтузиазма.

– Как дела?

– Нормально.

– Чем занимаешься?

– Макс, ты что-то хотел? – догадываюсь я, чего он хотел, поэтому и спешу поскорее от него избавиться.

– У нас тут намечается небольшая вечеринка, – начинает Макс неуверенно. – Шашлыки, барбекю, пиво. Не хочешь поехать?

– Вечеринка? – удивляюсь я. – Сейчас? Везде же самоизоляция.

Хотя о чем это я? Когда Макса останавливали какие-то запреты?

– Вечеринка будет в загородном доме родителей моего друга. Никто ничего не узнает. Все на свежем воздухе с соблюдением всех мер безопасности.

Я даже догадываюсь, о каких мерах идет речь. Нет, не мой формат. Да и Макс, несмотря на все попытки Алисы свести нас, не в моем вкусе.

– Так что? – напоминает он о своем вопросе.

– Нет, я, пожалуй, останусь дома.

– Да брось, будут все свои. Киря с Сашкой, Антон с Евой.

То есть все по парам. Вздыхаю, понимая, к чему клонит Макс.

– Просто как друзья, – понимает он меня без слов.

– Не знаю, Макс. Пока не могу ничего сказать, – не знаю, почему сразу не отказываю ему.

– Ты подумай. Погоду обещают классную, тепло. Можно зависнуть на пару дней. Все равно же майские. Нажарим мяса, оторвемся. Не все же грызть гранит науки.

– Я подумаю, – спешу попрощаться с ним.

– Что хотел Макс? – тут же рядом на диван падает Алиса.

– На вечеринку звал, – отвечаю равнодушно.

– И почему ты отказалась?

– Ты серьезно? – смотрю на нее удивленно.

– Что? – не понимает она.

– Ничего, – демонстративно ухожу в комнату. Хорошо, что Алиса не идет следом. С нее станется.

В груди жмет, а на глаза то и дело наворачиваются слезы, когда в памяти всплывает прошедший вечер и счастливые глаза Стаса, которыми он весь ужин смотрел на свою Елену. На меня он никогда так не смотрел. Да и вообще никто и никогда не смотрел на меня с таким восхищением и обожанием. Чувствую, как глаза снова наполняются влагой и склоняюсь над тетрадью, чтобы никто не заметил. Хочется побыть одной, нареветься вдоволь и утонуть в не проходящей боли, поэтому провожу в своей комнате весь день. Даже обед пропускаю, ссылаясь на занятость. Не хочу видеть осуждающие взгляды Алисы и слушать ее нравоучения. Когда за окном начинает темнеть, телефон на столе вздрагивает, наполняя комнату любимой мелодией. От имени на экране сердце делает в груди кульбит, а пальцы начинают подрагивать.

– Да, – отвечаю, стараясь говорить спокойно.

– Привет, Даш. Как дела? Не отвлекаю?

– Привет, Стас. Нет, не отвлекаешь, – опускаюсь на кровать, потому как ноги тоже начинают дрожать.

– Я хотел в выходные пригласить тебя на шашлыки. Как тебе такая идея?

– Обожаю твои шашлыки, – губы против воли расплываются в улыбке, а в груди становится тесно от счастья, которое тут же сдувается, как воздушный шарик, от следующих слов моего любимого мужчины:

– Елена тоже будет. Можешь пригласить Алису.

Я замираю, застываю, леденею.

– Хорошо, – выдыхаю вместе с болью.

– Я часиков в десять за тобой приеду в субботу. Идет?

– Да, конечно, – соглашаюсь, хотя хочется отказаться. Если бы не мое маниакальное желание увидеть Стаса, ни за что бы не поехала. Но я настолько его люблю, что готова терпеть присутствие Елены, лишь бы только иметь возможность находиться с ним рядом и просто смотреть на него.

– Вот и договорились. Норд тоже будет рад тебя видеть.

– Да, хорошо, – заставляю себя улыбнуться.

– Ладно, детка, мне пора. Не пропадай.

– Хорошо. Пока.

– Пока.

Рука с телефоном безвольно падает. Я закрываю глаза. Слезы, снова эти чертовы слезы. Когда она наконец закончатся? Больно! Боже, как же мне больно! Выть хочется. Закусываю ладонь и плачу, плачу, плачу, пока не начинаю задыхаться. А потом просто сижу, глядя перед собой. Ничего не хочу. Разве только умереть, чтобы не чувствовать этой боли. И зачем только выжила? Зачем Стас спас меня в той аварии, в которой погибли мои родители? Зачем? Чтобы потом каждый день убивать?

– Что? Ты согласилась? – возмущается утром Алиса. Вечером я таки не вышла из комнаты, поэтому «радостную» новость подруга узнала только на следующий день.

– А почему нет? – пожимаю плечами, намазывая хлеб маслом.

– Я так надеялась вытащить тебя на шашлыки с ребятами.

– Ты тоже едешь? – удивляюсь я.

– Да. Там же будет Костя. И я надеюсь с ним там замутить, – ерзает на стуле Алиса. Закатываю глаза. Она в своем репертуаре.

– Тем более я буду там лишней, – ухмыляюсь.

– И не будешь. Там будет Макс. И у тебя есть отличный шанс сблизиться с ним.

– Ты снова за свое, – злюсь я.

– Да. И снова и опять. Я хочу, чтобы ты, наконец, была счастлива, дурында ты такая.

– Так просто отстань от меня со своим Максом. Если он такой идеальный, тогда забери его себе и люби до помрачения.

Все, аппетит пропал совсем. Молчим.

– Прости, – извиняется Алиса.

– Проехали, – отмахиваюсь. Это не первый наш спор. Переживу.

– Хочешь, я поеду с тобой к твоему Стасу? Буду группой поддержки.

– Нет, езжай на свои шашлыки к своему Костику.

– Ну Даш, – тянет она.

– Все в порядке, Алис. Может, тебе больше повезет, чем мне.

– А, может, ты Макса с собой позовешь? – спрашивает подруга осторожно и, поймав мой предупреждающий взгляд, поднимает руки в знак примирения. – Нет так нет.

Дни до субботы пролетают настолько стремительно, что я не успеваю морально подготовиться к предстоящей встрече со Стасом и Еленой. Он приезжает вовремя и еще минут двадцать ждет меня в машине внизу. Алиса еще спит. Я от нервного напряжения не могу засунуть в себя даже глоток воды. Да и некогда – почти все утро провожу перед зеркалом, подбирая одежду. Хотя что можно подбирать для обычного барбекю? Джинсы и футболка? Но даже с этим у меня возникает проблема, потому что хочу быть красивой, хочу, чтобы у Стаса от моего вида захватывало дух. Да что там! Хочу затмить Елену. Глупая, наивная дурочка!

Наконец, остановив выбор на укороченном светлом свитшоте и обтягивающих джинсах, оставляю для Алисы записку на столе и, окинув себя в зеркале оценивающим сто миллионным взглядом, выскакиваю из квартиры. Я не иду и даже не бегу. Я лечу к своему любимому мужчине и от мысли, что увижу его через какую-то минуту, за спиной распахиваются крылья. Руки от волнения подрагивают. И сердце частит, спотыкаясь.

Стас стоит возле машины. Стоит ему только заметить меня, как его губы расплываются в улыбке. Позволяю себе обнять своего спасителя и задержаться в его объятиях на пару секунд дольше дозволенного. Вдыхаю умопомрачительный запах, от которого кружится голова и шумит в ушах.

– Готова? – спрашивает он.

– Да, – нехотя отстраняюсь.

– Останешься с ночевкой? – Стас открывает для меня переднюю дверь.

Сбиваюсь с дыхания.

– А Елена? – не без труда произношу ее имя.

– А причем тут Елена? – удивляется он.

– Не хочу вам мешать, – дрожь в руках становится такой сильной, что я боюсь, чтобы Стас этого не заметил, и спешу скорее пристегнуться ремнем безопасности.

– А чем ты нам помешаешь? Или с этим какая-то проблема? – Стас смотрит слишком внимательно. Чувствую, как горят щеки.

– Да нет, – пожимаю плечами, укладывая на коленях рюкзачок. – Все в порядке.

– Вот и отлично. Позавтракаем вместе, – улыбается он. – Как семья.

Стас захлопывает дверь и обходит машину.

– Семья, – звучит эхом в моей голове. Мы с ним вкладываем в это слово совсем разный смысл. В моем представлении между нами нет никакой Елены, в его – без нее никак.

– Поехали? – заводит он машину.

– Поехали, – заставляю себя улыбнуться.

До загородного дома Стаса ехать минут сорок. Я откидываюсь на спинку сиденья и заставляю себя расслабиться. С наслаждением вдыхаю смесь запахов авто, Стаса и его парфюма. Это дикий сумасшедший коктейль, который заставляет кровь по моим венам бежать быстрее. Украдкой разглядываю руки сидящего рядом мужчины. Они так уверенно держать руль и настолько красивы, что невозможно оторвать глаз. Отпускаю свои фантазии в свободное плавание и представляю, как могут ласкать эти руки, как могут они касаться совсем не по-отечески, какое могу дарить удовольствие.

– Даша, – кажется, уже не первый раз зовет меня Стас.

– Что? – вздрагиваю и чувствую жар стыда от того, что меня поймали на горячем.

– Я спрашиваю, как дела с учебой.

– А, нормально, – поспешно отворачиваюсь в окно и сжимаю бедра, пытаясь потушить желание.

– Какие планы на лето?

– Я хотела поговорить с тобой об этом, – снова смотрю на него.

– Да? Есть идея? Может, съездишь куда-нибудь? – живо откликается Стас.

– Нет. Я хотела попросить тебя кое о чем.

– О чем? – машина тормозит на светофоре.

– Я бы хотела этим летом поработать.

– Поработать? – хмурится он. – Зачем? Тебе не хватает денег? Просто скажи и я буду переводить больше. Сколько тебе нужно?

– Нет, нет, Стас, – спешу переубедить его, – все в порядке. Мне хватает. Я просто… Я просто хочу быть полезной. Ты столько в меня вложил сил и денег и продолжаешь помогать.

Это полуправда. На самом деле я просто хочу быть к нему ближе. И видеть не раз в пару недель, а каждый день.

– Только не надо чувствовать себя обязанной мне, Даш. Я помогал тебе абсолютно безвозмездно. И собираюсь продолжать в том же духе.

– Я понимаю, Стас. Просто… Я просто хочу работать. Не хочу бездельничать, – придумываю на ходу, боясь получить отказ.

– Ты еще наработаешься, Даш. Отдыхай, занимайся собой, свои делами, встречайся с мальчиками, наслаждайся жизнью.

– Стас, если ты не устроишь меня к себе в торговый центр, я найду другую работу, но я все равно буду работать, – не сдаюсь я.

– Ты на что-то копишь? Тебе не хватает на что-то денег? На машину?

– Нет, я ни на что не коплю. Я просто хочу… хочу быть самостоятельной, а не зависеть всецело от тебя, – произношу с нажимом.

– Что? – снова хмурится Стас. – Ты не хочешь зависеть от меня? Даш, я не понимаю.

Тяжело вздыхаю. Не думала, что будет настолько непросто уговорить его взять меня на работу.

– Стас, я благодарна тебе за все, что ты для меня делаешь. И не собираюсь отказываться от твоей помощи, просто я не хочу жить на всем готовом. Я хочу сама себе доказать, что тоже что-то стою.

Стас бросает на меня недоверчивый взгляд.

– Ты серьезно хочешь просыпаться в шесть утра и работать по десять часов?

– Хочу, – киваю.

– Хорошо, – соглашается он после недолгого раздумья. – Как только сдашь сессию, милости прошу к нам в торговый центр. Большую должность не обещаю, сразу говорю.

Не могу не улыбаться.

– Ты, правда, возьмешь меня к себе?

– А что мне остается? – ворчит Стас.

– Спасибо, – сердце в груди разгоняется. Не могу перестать улыбаться. Я все лето буду рядом со Стасом. С самого утра и до вечера. Каждый день. Даже Елене это недоступно, а мне будет. Заставляю себя успокоиться, а то сияю как начищенный самовар. Как бы Стас чего не заподозрил.

– Мясо уже замариновано, – сообщает он, заезжая в ворота своего дома. – Отдыхай, развлекайся. Я сейчас вынесу мангал и начну жарить.

– А Елена? – пальцы против воли сжимают ремешок рюкзачка.

– Она подъедет чуть позже.

Незаметно выдыхаю.

– Я помогу тебе.

Пока Стас устанавливает и разжигает мангал, я тискаю Норда. Обожаю этого пса и часто по нему скучаю.

– Как Норд принял Елену? – спрашиваю, как бы невзначай.

– Знаешь, нормально.

Чувствую укол ревности.

– Боялся, что с этим могут возникнуть вопросы, – продолжает Стас. – Но знакомство прошло спокойно. По крайней мере, агрессии Норд не проявил. Принесешь овощи?

– Да, конечно, – поднимаюсь с колен и спешу в дом, а когда возвращаюсь, то нахожу Елену, которая крутится возле моего любимого мужчины. Натягиваю на лицо приветливую маску.

– Елена, привет!

– Даша, привет, – кажется, вполне искренне улыбается она. – Помочь?

– Да нет, справлюсь, – отхожу к столу, но не выпускаю их из вида. Настроение ползет вниз, как столбик термометра зимой.

Минут через пятнадцать за воротами сигналят. Я удивленно смотрю на Стаса.

– А это Беловы приехали. Я их тоже пригласил. Больше народу – веселее, – поясняет он.

Арсений Белов – давний друг Стаса и тот еще весельчак. Я всегда любила, когда он бывал у нас дома. Вот и сейчас обрадовалась. Возможно, этот день будет не так уж и плох. Дядя Сеня вполне может его разбавить. Правда, его жена, Анжела, скучная и вечно всем недовольная, но ее присутствие меня мало волнует.

После приветствия, объятий и неизменных шуток, все располагаются в беседке. Дядя Сеня и Стас занимаются мясом, а мы накрываем на стол. Ревностно смотрю, как ловко Елена нарезает и раскладывает фрукты. У меня так красиво никогда не получалось.

– Вы этому где-то учились? – спрашиваю, кивая на блюдо с яблоками, виноградом и грушами.

– Да так, баловалась иногда, – машет она рукой. – Мой муж часто устраивал банкеты и всякие посиделки. И любил, чтобы все было красиво. Пунктик у него был на этот счет.

– Стас, сказал, что он умер, – спрашиваю зачем-то.

– Да, – кивает Елена. Ее беспечность сменяется грустью. – Инфаркт. Скорая не успела доехать.

Мы замолкаем. Да и что тут скажешь?

Никогда не чувствовала себя лишней в доме Стаса, а сегодня это ощущение не покидает. Глядя, как он без конца обнимает и прикасается к Елене, мне хочется волком выть. Они улыбаются друг другу, пьют вино и над чем-то смеются. Пытаюсь ненавидеть ее и не могу. Красивая, добрая, хозяйственная. Стас заслуживает такую женщину, вот только что делать мне?

В груди щемит так, что едва сдерживаю слезы. Нет, не могу больше здесь находиться. Думала, справлюсь, но ничего не выходит. Вызываю в приложении такси и делаю большой глоток вина, надеясь, что алкоголь притупит боль и хоть немного поднимет настроение. Не помогает. Я забиваюсь в дальний угол беседки, откуда могу беспрепятственно наблюдать за Стасом. Мне нравится, как он управляется с шампурами и мясом. Уверенно, легко, не забывая отхлебывать пиво из бутылки. Я слежу за каждым его движением, отмечая крепкие руки, линию скул, губы, к которым до дрожи в кончиках пальцев хочется прикоснуться. Запиваю свое желание вином. На телефон приходит уведомление – такси. Даю себе еще пару минут насладиться наблюдением за Стасом и решительно иду к нему, натягивая на лицо привычную радушную маску.

– Стас, – намеренно касаюсь его спины.

– Да? – оглядывается он удивленно.

– Мне пора.

– Как пора? Ты же собиралась остаться на ночь, – он выглядит растерянным и мне даже на какое-то мгновение кажется, что у Стаса есть ко мне чувства, не отцовские, другие.

– Даша, ты уже уезжаешь? – появляется рядом Елена.

– Да, Алиса написала, что заболела. Кажется, отравилась чем-то, – вру я.

– Как жаль. Я думал, ты проведешь с нами эти выходные.

– Я тоже так думала, – улыбаюсь через силу. – Я пойду. Такси уже ждет.

– Я провожу тебя, – произносит Стас.

Мы идем до ворот молча.

– Ты уверена, что там все так серьезно?

Он не хочет, чтобы я уезжала, но сегодня во мне больше нет сил притворяться.

– Да, кажется, у Алисы даже температура. Я не могу ее оставить.

– Конечно. Если что, звони.

– Хорошо.

– Напиши, как доедешь до дома.

– Ладно, – сажусь на заднее сиденье.

Машина трогается с места.

Сегодня у меня нет слез. Я смотрю на проносящиеся за окном дома, деревья и встречные машины, но не вижу их. Перед моими глазами стоит Стас, обнимающий Елену, и его улыбка, которую он весь вечер дарил ей. Горло сдавливает так, что становится трудно дышать. Отвлекает вибрация в кармане. Сообщение от Алисы.

«Как там у тебя дела?»

«Веселюсь на полную катушку», – отправляю ответ и даже не улыбаюсь.

«Еще не подсыпала мышьяк этой Елене?»

Горько усмехаюсь.

«Нет. Не нашла. Как ты? Как твой Костик?»

«Клиент почти готов».

Качаю головой. Алиса в своем репертуаре. Если уж задумала заполучить какого-то парня, обязательно этого добьется. Мне бы хоть каплю ее упорства и уверенности и, может быть, у нас со Стасом что-нибудь да получилось бы. А то только и делаю, что вздыхаю по нему тайно. А толку от этого никакого.

Только сейчас замечаю, что мы въехали в город. За стеклом мелькают разноцветные вывески и яркие витрины магазинов. Не хочу домой. Сегодня выдался теплый вечер. Можно немного прогуляться.

– Остановите, пожалуйста, здесь, – прошу таксиста.

– Здесь? – удивляется он, бросив на меня быстрый взгляд через плечо. – Мы же не доехали.

– Ничего. Я передумала.

– Как скажете, – пожимает он плечами и сворачивает к тротуару.

Рассчитавшись за поездку, выхожу из машины. С теплым вечером я, конечно, поторопилась. Зря не прихватила куртку. Май в Красноярске все-таки еще богат на прохладу. Тем более его начало. Ускоряю шаг и прячу руки в карманах джинсов. Выпитое вино почти выветрилось, а вместе с ним и туман, немного притупивший боль. И сейчас она снова принялась рвать мои внутренности на куски. Не знаю, куда идти, поэтому просто бреду по пустым тротуарам. Народу на улицах почти нет, что неудивительно. Приспускаю с лица маску и с облегчением втягиваю в себя воздух. Он напитан цветущей черемухой и свежей зеленью. Если бы не творящийся внутри меня ад, то я непременно бы получила удовольствие от прогулки.

Сама не зная, зачем, сворачиваю в какую-то аллею. Широкая дорожка идет прямо, между высокими тополями и липами пониже. Изредка встречаются березки и пара скамеек, чья краска почти стерлась. Присаживаюсь на одну из них и отправляю Стасу сообщение, что добралась до дома. В ответ получаю «Хорошо». Да, не до меня ему сейчас. Над головой вспыхивают фонари. Только сейчас замечаю, что уже достаточно темно. Надо бы уйти домой, но продолжаю сидеть, снова и снова прокручивая в голове прошедший день, особенно те моменты, когда Стас обнимал Елену, они о чем-то негромко переговаривались и его руки на ее талии. В груди горит. Зачем мучаю себя? Не знаю, но остановиться не могу.

– Почему такая красивая девушка и одна? – слышу совсем близко пьяный мужской голос и на скамейку рядом со мной падает долговязый паренек, от которого разит спиртным. Тут же испуганно шарахаюсь в сторону и спешу по аллее дальше, нервно оглядываясь. Незнакомец не преследует меня. Он откидывается на кривую спинку лавки и чему-то улыбается. Да, плохая это был идея тащиться сюда в такое время. Но мне так не хотелось снова возвращаться в пустую квартиру и реветь. НЕ ХОЧУ!

Понимая, что преследования не будет, сбавляю шаг и облегченно выдыхаю, чтобы тут же напрячься, потому что на другом конце аллеи появляется еще одна пара, не внушающая мне никакого доверия. Они громко смеются и нетвердо стоят на ногах. И, как назло, свернуть некуда. Справа и слева только кустарники да деревья. В отчаянии оглядываюсь назад. А там еще один. Угораздило же меня сегодня решить погулять. Что же делать?

– Ух ты, какая краля! – восхищенно восклицает один из двоих. Хочу пройти мимо них, но не успеваю. Меня хватают за локоть. В нос бьет густой запах пота и алкоголя. Морщусь и пытаюсь освободить руку.

– Пустите! Что вы делаете? – вкладываю в голос весь гнев, на какой сейчас способна.

– Да ничего мы пока не делаем, – и оба ржут так, что мурашки по спине бегут. – А там как сама захочешь.

– Ничего я не хочу, – зло вырываю свои руку. – Меня парень ждет.

– Ну здесь же его нет, – они окружают меня с двух сторон: сзади и спереди. Так близко, что спиной чувствую ребра одного из них. Мамочки! Страшно-то как!

– Пустите, – отталкиваю того, что спереди, но на талии уже руки второго. Все, это конец! Хоть закричись, мне никто не поможет! Идиотка!

– Мне кажется, девушка вполне доходчиво обозначила свой отказ, – раздается сзади спокойный, я бы даже сказала, ленивый мужской голос.

– Иди куда шел, – отвечает ему грубо парень, стоящий передо мной.

– Не могу. Вы пристаете к моей девушке. И она просила вас оставить ее в покое.

Я сейчас согласна назваться чьей угодно девушкой, лишь бы избавиться от мерзких рук на талии.

– Пфф, – фыркает тот, что за спиной. И меня, наконец, отпускают. – Так бы и сказала, что свой мужик есть.

Отскакиваю от них в сторону и смотрю, как они удаляются дальше по аллее. Когда расстояние между нами кажется мне уже безопасным, меленно выдыхаю и поворачиваюсь к своему спасителю.

– Спасибо, – благодарю и зависаю на его глазах. В полумраке аллеи невозможно разглядеть их цвет, но как они смотрят: спокойно, уверенно и будто видят насквозь, читают мысли и уже знают обо мне все, не задав ни единого вопроса. Невольно веду плечами, чтобы сбросить это не самое приятное ощущение.

– Не за что, – отвечает незнакомец спокойно, вырывая меня из транса. – Вам мама не говорила, что нехорошо молодой девушке одной в такое время гулять в таком месте?

– Я не думала, что встречу здесь кого-нибудь, – отвечаю почему-то грубо. Его бровь приподнимается.

– А вообще почему такая красивая девушка гуляет вечером одна? – произносит он, глядя на меня своим проницательным взглядом.

– Так себе подкат, – хмыкаю я, отворачиваясь и заправляя волосы за ухо.

– Это не подкат, – отвечает незнакомец на полном серьезе. – В мои планы сегодня не входит секс со случайной девушкой.

Дергаюсь удивленно в его сторону. Он достаточно прямолинеен и меня это пугает.

– Я пойду, – говорю поспешно. Мне хочется поскорее оказаться дома, за закрытыми дверями, и не разговаривать сейчас с совершенно посторонним мужчиной, от взгляда которого хочется прикрыться. Нет, он не раздевает меня им, но… Не знаю. Не могу себе объяснить. Просто хочу уйти.

– Давай я провожу тебя, – предлагает он. – На аллее в такое время совсем небезопасно для такой девушки.

– Какой? – хмурюсь я.

– Красивой.

– Ничего, – отвечаю, поправляя рюкзачок на плече. – Здесь недалеко. Я быстро дойду.

Делаю шаг в сторону от мужчины, но он тут же оказывается рядом.

– Я просто буду идти позади тебя, если тебя так напрягает мое общество, – в его голосе ни капли обиды, но я все равно притормаживаю. Он ведь мне помог, спас, а я так себя веду.

Мы идем рядом, но я все равно стараюсь держаться ближе к краю дорожки.

– Ты не похожа на искательницу приключений, – вдруг произносит незнакомец.

– Что? – не понимаю, о чем он.

– Ты не похожа на девушку, которая в столь позднее время бродит по полутемным аллеям, чтобы с кем-то познакомиться на одну ночь, – мужчина склоняет голову на бок, разглядывая меня с интересом, как будто хочет убедиться в правильности своих слов. – Поделишься со мной своей историей?

Окидываю его внимательным взглядом, словно пытаюсь определить, достоин ли он моего рассказа.

– Зачем? Мы ведь даже незнакомы.

– Это легко исправить. Денис.

Не спешу называть свое имя. Вместо этого смотрю на мужчину. Хорош. Спортивен. Лет в районе тридцати. Будь на моем месте Алиса, она бы уже давно на все согласилась. Но я не она.

– А как зовут тебя? – так и не дождавшись от меня ответа, спрашивает он.

– Даша.

Все равно завтра утром он меня не вспомнит, и мы больше никогда не встретимся.

– Даша, – повторяет Денис, перекатывая на языке каждый звук. И это звучит так… вкусно, что губы невольно растягиваются в улыбке. Он изучающе смотрит на меня, трогает своим взглядом, но в этих прикосновениях нет пошлости. Его взгляд не пачкает. Пока не разобралась, какие именно ощущения он во мне вызывает, но негатива не чувствую. Скорее легкую настороженность. – Почему ты здесь одна?

– Я просто гуляла и… Я не заметила, как свернула на эту аллею. Даже не знала, что она здесь есть.

– Ты в курсе, что гулять сейчас запрещено? – он не осуждает и не обвиняет, скорее, констатирует факт.

– Да, – смущаюсь. – Просто … захотелось подышать свежим воздухом. И я в маске. И на улице никого.

– Ну, не так, чтобы никого.

Отворачиваюсь и ежусь, вспоминая на талии мерзкие руки.

– Спасибо, что помог, – благодарю Дениса, когда мы доходим до конца аллеи.

– Давай я тебя провожу, – не собирается он отпускать меня.

– Не стоит. Я вызову такси.

– Так ты и живешь не рядом? – его брови тут же взлетают вверх.

– Почти рядом, – отвечаю уклончиво, доставая из кармана телефон и вызывая в приложении такси.

– Одинокая девушка ночью одна в такси – это небезопасно.

– А с тобой безопасно? – теперь мои брови взлетают вверх.

– Со мной – вполне, – говорит Денис серьезно и пробегается взглядом по моей фигуре. Ничего не могу прочитать в его глазах. Но они не оценивают. – Мне кажется, я тебе это уже доказал.

– И все-таки я как-нибудь сама справлюсь, – отмахиваюсь от его помощи и отхожу в сторону.

Прохладный ветер пробирается под кофту. Обнимаю себя за плечи.

– Ты замерзла, – Денис накидывает мне на плечи свой пиджак. В нос бьет парфюм. На задворках сознания отмечаю, что его запах совсем не похож на запах Стаса – более мягкий, свежий, но с острыми нотки где-то в глубине. Вдыхаю глубже. – Оставишь мне свой номер телефона?

– Зачем? – смотрю на него снизу вверх.

Он пожимает плечами.

– Просто так. Вдруг станет скучно и захочется с кем-то поболтать.

По его лицу сложно понять, шутит Денис или говорит серьезно. Дергаю плечом.

– Давай телефон.

Сама себя не узнаю. Мой разум кричит об опасности, а пальцы уже вбивают в мобильник незнакомца десять цифр. Наверное, потому что я уверена, что он никогда мне не позвонит. Денис в ответ делает дозвон. Даже не достаю телефон из рюкзачка. Мы все равно сейчас расстанемся навсегда. Вот и такси уже подъезжает. Возвращаю Денису пиджак, пока он открывает для меня заднюю дверь. Взгляд цепляется за его пальцы. Красивые, сильные, аккуратные. Злюсь на себя за эти мысли и даю обещание никогда больше ходить по темным аллеям в одиночку. А то так недолго проснуться утром в чужой постели. И не факт, что по обоюдному согласию.

– Позвонишь? – спрашивает Денис, когда я уже сижу в машине.

– Нет, – отвечаю честно.

– Я так и думал, – кивает он.

Мой спаситель захлопывает дверь и делает шаг назад, пряча руки в карманы брюк. Машина трогается с места. Я обнимаю себя за плечи, только сейчас в тепле салона понимая, насколько сильно замерзла. На свитшоте остался запах Дениса и он провожает меня до самого дома, где я бросаю одежду в корзину для белья, наскоро принимаю душ и, забравшись в постель, тут же забываю о Денисе, проваливаясь в глубокий сон

Глава 2

Конец мая выдается жарким. И дело не только в погоде. Дистант, на первый взгляд, облегчил студентам жизнь, но на второй… Бесконечные контрольные, тесты… И списать не выходит, потому как все сдается на время и он-лайн. Еще и курсовик не дописан, а сдавать через неделю. И на участие в конференции меня записали. Упиралась как могла, но препод по менеджменту оказался куда убедительнее, сходу отметая мои жалкие доводы вроде «Некогда» и «Не хочу». Из-за всей этого даже со Стасом почти не видимся, общаемся только по телефону. Но мне этого мало. Разглядывание фото – это жалкий суррогат. Я хочу увидеть его, иначе сойду с ума от тоски. Поэтому как только заканчивается последняя пара, вызываю такси и мчусь в торговый центр, нацепив на лице уже ненавистную маску.

Почти все сотрудники знают меня. С улыбкой здороваюсь с администратором Александром Сергеевичем, машу кассиру Алине и спешу к неприметной двери в углу. Там лестница на второй этаж, где и находится кабинет Стаса.

В коридоре тихо. Все двери закрыты, кроме одной. Останавливаюсь на пороге. Стас погружен в бумаги и не видит меня. Пользуюсь этим, чтобы впитать в себя любимые черты. Боже, как же я по нему скучала!

– Привет! – улыбаюсь и наконец прохожу вперед.

Он вскидывает на меня голову и только потом узнает. Его губы расплываются в радостной улыбке, а мое сердце подпрыгивает в груди от счастья.

– Даша, – Стас поднимается из-за стола и обнимает меня. Жмусь к нему теснее, радуясь редкой возможности прикасаться к любимому мужчине, и жадно вдыхаю его запах: острый, будоражащий мысли и кровь. – Вот это сюрприз!

– Сегодня занятия закончились раньше и я решила к тебе заскочить, – отстраняюсь от Стаса, но не отхожу. – Ты не против?

– Как я могу быть против? Я не видел тебя целую вечность, – он окидывает меня оценивающим взглядом и хмурится: – Похудела. Совсем ничего не ешь?

– Ем, – киваю, делая шаг назад, потому что становится невыносимо находиться так близко и не касаться. А касаться хочется. Провести кончиками пальцев по груди, почувствовать под рубашкой упругие мышцы, прижаться носом к шее и дышать любимым ароматом, пока не начнет кружиться голова. Смущенно отворачиваюсь, боясь, что Стас может догадаться о моих мыслях.

– На бегу и редко?

– Нет, нормально я ем. Просто в последние дни некогда.

– Даша, ты должна хорошо питаться. Не стоило мне отпускать тебя жить отдельно. Дома я хотя бы мог следить за тем, что ты ешь и когда.

– Стас, я ем, правда, – опускаюсь в кресло напротив стола. – Честно-честно. А калории тратятся на учебу. Вот сдам сессию и отъемся.

Главное, чтобы он не начал уговаривать меня вернуться к нему в дом. Это будет настоящий ад. Не потому что Стас с маниакальной настойчивостью будет следить, как и что я ем, одеваюсь ли по погоде, не засиживаюсь ли допоздна. Дело в другом. В том, что он будет рядом и вместе с тем бесконечно от меня далеко. Я поэтому и сбежала в родительскую квартиру год назад.

– Посмотрим, – кивает он и присаживается на край стола. – Как дела в универе?

Морщусь.

– Курсовик никак не идет.

– Это по финансовым рискам?

– Да, – мне приятно, что Стас помнит тему моей работы.

– А в чем проблема?

– Надо сделать выводы. Последний раздел остался, – надуваю губы.

– Уверен, ты справишься, – хмыкает он. – Ты умная девочка. Я в тебя верю.

Улыбаюсь, тая от его похвалы.

– Когда конференция? – Стас садится за стол.

– В следующий четверг, – снова кисну я.

– На самом деле это отличный шанс заявить о себе.

– Да, да, знаю, – вздыхаю тяжело.

С минуту молчим. Стас складывает бумаги, разложенные на столе, в папку. Я внимательно наблюдаю за его ловкими руками.

– Как Елена? – спрашиваю, чтобы отвлечься от не самых приличных мыслей.

– В командировке. В Карелии.

– Надолго? – прячу радость.

– В начале следующей недели должна вернуться.

Это еще целых четыре дня! Четыре дня Стас будет в моем полном распоряжении.

– Как у вас дела? – отхожу к окну, чтобы не выдать своей излишней заинтересованности.

– Нормально.

А хотелось услышать совсем другое.

– Кстати, ты обедала?

– Перекусила перед выходом, – присаживаюсь на подоконник.

– А я сегодня не обедал. Составишь мне компанию?

Я бы не отказалась от такого предложения, даже если бы полчаса назад съела обед из трех блюд, не то, что жалкую булочку с кофе.

– Конечно, – сползаю с подоконника.

– Отлично. Тогда поехали? – поднимается Стас.

– Поехали, – спешу я за ним.

Мы заезжаем в уже знакомый нам небольшой ресторанчик. Из-за пандемии столики пустуют, да и запрещено сейчас набирать полный зал, но нам рады.

После обеда я возвращаюсь домой окрыленная и счастливая.

– Ты чего сияешь, как начищенный самовар? – с подозрением смотрит на меня Алиса, хрустя на диване чипсами.

– Я обедала со Стасом, – щеки уже болят от улыбки, но я не могу перестать улыбаться и даже кружусь по комнате.

– А, – закатывает она глаза, – понятно. А Елена?

– Она в командировке, – падаю на диван и мечтательно обнимаю подушку.

– Хм, так он сейчас совершенно бесхозный?

– Выходит, что да.

– Так это отличный шанс прибрать его к рукам.

Я смотрю на подругу так, словно ослышалась.

– Что? – спрашивает она. – Почему нет?

– Нет, Алиса, нет, – мотаю головой. Эта идея не вызывает у меня ничего, кроме страха.

– Да что такого, Даш? Напросись к нему на выходные, оденься пособлазнительнее.

– Мне курсовую дописать надо.

– Да какая к черту курсовая? – возмущается Алиса. – Ты его любишь?

– Люблю, – вздыхаю.

– Это же отличный шанс. Нельзя его упустить. А то вернется эта Елена и все, не подобраться к нему будет.

– Нет, я так не могу, – подскакиваю с дивана.

– Ну, конечно. А вздыхать по нему и рыдать в подушку ты можешь.

– Он любит Елену.

– Сегодня Елену, завтра – тебя. Мужчины они такие. Кто поманил, туда и пошли.

– Нет, Алиса, – заявляю твердо. Не то, чтобы мне не хотелось любви Стаса, но страх все испортить сильнее.

– Так и просидишь всю жизнь, вздыхая по нему. Надо брать быка за рога, – настаивает Алиса.

– Пусть, – заявляю упрямо.

– Ну, и дурочка.

– Если бы у меня была хоть капля уверенности, что Стас относится ко мне иначе, не как к дочери…

– А ты и не узнаешь об этом, если ничего не предпримешь.

Задумываюсь. Алиса, конечно, права, но что если своей попыткой соблазнить Стаса я все испорчу? Не переживу потом этого. Мы так и расходимся по квартире каждая со своим мнением. Но я всю ночь обдумываю слова подруги, взвешиваю все «за» и «против», продумываю варианты и уже почти решаюсь, но с наступлением утра снова даю заднюю. Слишком страшно. Да и соблазнительница из меня так себе. Целовалась пару раз, никаких серьезных отношений, не говоря уже о сексе. Что я могу? Да я даже понятия не имею, что нравится мужчинам. Нет, чисто теоретически могу предположить. Да и ролики в интернете смотрела не раз. Но одно дело видеть, как это делают в порно, и другое пробовать самой. Стыда потом не оберешься, если что-то пойдет не так.

– Ну что? – спрашивает Алиса за завтраком, глядя как я уже полчаса цежу кофе и ничего не ем. – Решилась?

– Нет, – выдыхаю и мотаю головой. – Я не смогу.

– Да что тут сложного? – удивляется подруга.

– Это тебе легко говорить. Ты уже знаешь, как это и что, а я…

– Это не сложнее твоего финансового менеджмента. Декольте поглубже, юбку покороче, почаще попадайся на глаза, прикасайся, прижимайся, улыбайся, включай дурочку. И вуаля, он весь твой. Можете вечером посмотреть какое-нибудь кино. Лучше всего ужастик. Прижмешься к нему потеснее, типа страшно. А там дело техники. Он сам захочет большего. То ли твое молодое тело, то ли эта Ленка. Сколько ей?

– Тридцать восемь.

– Вот. А тебе двадцать. Чуешь разницу?

Ничего я не чую, кроме ужаса. Аж все тело немеет, как только представляю все, о чем говорит Алиса.

– Я подумаю, – отодвигаю так и недопитый кофе и встаю.

– Подумай, но у тебя остался один день, чтобы все продумать и подготовиться.

– Я подумаю, – повторяю опять. А если честно, не хочу я ни о чем думать, хочу оставить все как есть, но желание стать для Стаса единственной не дает покоя весь день. Я даже половину лекций банально прослушиваю, потому что в голове настоящий винегрет из страхов, сомнений и желаний.

«Еще сомневаешься?» – ближе к концу последней пары приходит сообщение от Алисы, сидящей в соседней комнате.

Не спешу с ответом. Вспоминаю, сколько раз я представляла, как занимаюсь со Стасом любовью, каким он будет нежным и как хорошо мне будет. Но если раньше эта мечта казалась мне утопией, то сейчас она вполне может стать реальностью. Надо только решиться, набраться смелости и сделать это шаг.

«Нет. Я проведу эти выходные со Стасом», – быстро набираю ответ, пока сердце выпрыгивает из груди от волнения.

«Умница!» – прилетает спустя пару минут.

Сжимаю в руках телефон и глубоко дышу. В ушах шумит. В висках стучит кровь. Неужели это, наконец, случится? Осталось только придумать повод приехать к Стасу. Но это несложно. После последней пары выхожу на кухню и даю себе пять минут собраться с духом, а потом набираю любимого мужчину.

– Даша, привет, – отвечает он почти сразу и с улыбкой.

– Привет, Стас, – в груди все замирает. – Слушай, тут такое дело.

– Что случилось?

– Да нет, ничего такого. Просто… Могу я на эти выходные приехать к тебе? Дело в том, что у нас соседи затеяли ремонт, а мне надо дописать курсовую и подготовится к конференции.

– Даша, о чем речь? Ты могла бы и не спрашивать. Конечно, приезжай. Ты даже можешь совсем вернуться. Норд будет счастлив.

Хочется спросить: «А ты?», но сдерживаю себя.

– Хорошо, – выдыхаю. – Заберешь меня сегодня вечером?

– Конечно.

– Спасибо.

– Тогда до вечера.

– Да. Пока.

Прижимаю к себе мобильник и улыбаюсь. Руки дрожат. Сердце громыхает где-то в горле. Набираю Алисе сообщение:

«Эти выходные я у Стаса».

– Ну, наконец-то. Белье подходящее есть? – влетает тут же на кухню подруга.

Быстро перебираю в памяти все комплекты, что у меня есть. Не так давно покупала пару новых. Надеюсь, что они подойдут. Боже, как же это волнительно!

– Есть, – включаю чайник и достаю из шкафа бокал, чтобы отвлечься.

– Ты когда к нему? – Алиса запрыгивает на подоконник.

– Договорились, что сегодня он меня заберет.

– Может, прихватишь бутылку вина? Выпьете, расслабитесь.

– Не знаю. У Стаса, я думаю, есть. К тому же, по легенде я еду к нему писать курсовую.

– Я бы сказала дипломную, – хохочет Алиса. И я улыбаюсь.

Не успеваю ничего ей написать, когда телефон в руке начинает вибрировать. Меньше всего я хотела бы слышать сейчас Максима. Выдерживаю несколько секунд, надеясь, что он перестанет звонить, но парень настойчив.

– Да, – отвечаю коротко.

– Наконец-то, я до тебя дозвонился. Ты не ответила на два моих звонка.

Не люблю претензий в свой адрес, особенно от тех, кому ничего не должна.

– Была занята. Ты что-то хотел? – наливая кипяток в бокал.

– Слушай, давай сходим сегодня погулять?

– Извини, сегодня не смогу. Мне надо заниматься.

– Ты так много учишься. Надо и отдыхать иногда.

– У меня сегодня другие планы, Макс. Извини.

– А завтра?

– М, тоже не получится.

– Ты просто неуловимая. Как же мне вытащить тебя куда-нибудь?

– Пока никак. Учеба отнимает все время, – я даже почти не лгу.

– Скоро каникулы, – хмыкает Максим. – Вот тогда ты от меня не отвертишься.

– Посмотрим. Извини, мне надо бежать, – произношу, выбрасывая в мусорку чайный пакетик.

– Ты там не сильно напрягайся по учебе.

– Хорошо. Пока.

С облегчением сбрасываю звонок. Не до Макса мне сейчас. У меня, возможно, в эти выходные кардинально поменяется жизнь. Алиса права, такой шанс упускать нельзя.

Вываливаю из шкафа все свои вещи. Что там говорила подруга? Глубокое декольте и короткая юбка? Такого в моем гардеробе почти не водится. Я предпочитаю джинсы или брюки. В них гораздо удобнее. Правда, есть пара шорт, коротких. Думаю, подойдут. Туда же летит короткий топ, майка на тонких бретельках, купленное на днях белье и шелковая пижама, в которой я так ни разу и не спала. Сама не знаю, зачем покупала. Просто поддалась на уговоры Алисы.

– И это все? – Алиса скептически окидывает выбранные мной наряды.

– Все, – киваю честно.

– А платье есть?

– Ммм, есть, но…

– Ясно, – вздыхает она. – Я сейчас.

Подруга вылетает из комнаты и возвращается, когда я уже успеваю сложить вещи обратно в шкаф.

– Вот.

– Что это? – разглядываю тонкую тряпочку.

– Сарафан. Все как надо. Короткий, подчеркнет грудь, а если нагнешься в нем пониже, то еще и покажет ее. И длина в самый раз.

– Нет, Алис, это слишком, – машу головой.

– В самый раз, бери, – сует она мне в руки наряд. – Поверь мне, Стас не останется равнодушным.

– Алис, – кусаю губы, собираясь озвучить свои сомнения, – слушай, это не будет выглядеть… нечестно по отношению к Елене?

– Что? Даже не думай об этом, – уверенно заявляет Алиса. – Ты о себе должна сейчас думать, а не о ней. Иначе так и просидишь у окошка в ожидании, когда Стас обратит на тебя внимание. А она за это время замуж за него успеет выскочить.

В чем-то она, конечно, права, но я все равно чувствую себя предательницей.

– Во сколько вы договорились встретиться?

– Не знаю. Наверное, он заедет после работы.

– Презервативы нужны?

– Что? – задыхаюсь я от смущения.

– Ты же не собираешься сразу залетать от него? Хотя, думаю, они у него есть. Не кроссворды же он с Еленой по ночам разгадывает. И все-таки надо быть готовой. Погоди.

Она снова уходит и возвращается с упаковкой резинок.

– Вот, держи.

– Алис.

– Что? Спасибо потом скажешь. Бери говорю. Там, правда, только два осталось. Но, думаю, вам для первого раза хватит.

Кручу в руках коробочку и чувствую, как потеют ладони. Нет, не смогу я этого сделать, не справлюсь.

– Да не трясись ты так, – сразу все понимает Алиса. – Все будет хорошо. Все через это проходят. Тебе понравится.

– Алиса, – смущенно улыбаюсь я.

– Что Алиса? Это правда. Пару минут боли и ты женщина.

Воздух вырывается из легких. В голове несколько вопросов, но мне стыдно спрашивать. Буду разбираться с ними по ходу дела.

Стас приезжает в начале девятого. Поднимается в квартиру и помогает мне с вещами. Алиса за его спиной подмигивает мне. А я от страха даже дышать не могу. И неуютно чувствую себя в коротких шортах. Подруга вообще настаивала на своем сарафане. Чуть не поругались с ней из-за этого.

– Ты не легко оделась? – Стас окидывает меня внимательным взглядом, задерживая его на ногах. – На улице прохладно.

– Даша у нас горячая девушка, – смеется Алиса, не давая мне ответить.

Бросаю на нее предупреждающий взгляд, она же в ответ показывает мне язык.

– Готова?

– Да, – прихватываю с вешалки ветровку.

– Тогда идем.

– Пока, – машу подруге. Она тут же мне подмигивает и улыбается.

– Пока, Стас. Ведите себя хорошо.

Я убить ее уже готова, но Стас, кажется, не обращает внимания.

Едем молча. В салоне звучит тихая музыка. Город окрашен в оранжевые лучи заходящего солнца. Я смотрю на сосредоточенный профиль Стаса и думаю о том, что, возможно, уже сегодня, благодаря ему, стану женщиной. Сердце стучит взволнованно и дыхание сбивается.

– Все в порядке? – Стас бросает на меня короткий взгляд.

– Да, – улыбаюсь и отворачиваюсь, чтобы не выдать себя раньше времени.

– Устала? Ты сегодня какая-то притихшая.

– Немного устала, – откидываю голову на спинку сиденья.

– Что хочешь на ужин?

С губ почти срывается: «Тебя», но вовремя успеваю прикусить язык.

– Мне все равно. У тебя все получается очень вкусно, – улыбаюсь, глядя на Стаса.

– Уже поздно. Не стану сегодня тебя долго морить голодом, поэтому, если ты не против, обойдемся жареной картошкой.

– Я не против, – отвечаю тихо.

– А завтра обещаю полноценный ужин.

– Приготовишь для меня мург-макхани? – прикусываю нижнюю губу.

– Хорошо, – смеется он и его смех взрывает мои внутренности. Взгляд пробегает по обнаженным рукам Стаса, опускается на колени и замирает в районе ширинки.

– Интересно, какой он? – проносится в голове мысль, от которой меня бросает в жар и я начинаю ерзать на сиденье, отворачиваясь в окно. У Стаса звонит телефон. Успеваю увидеть на экране имя Елены. Настроение тут же падает вниз.

– Привет, – здоровается он с улыбкой и я отмечаю, как изменился его голос. Со мной он так никогда не разговаривал. Ревность колет в груди и теперь мое желание заняться со Стасом любовью уже не кажется предательством. Я хочу, чтобы он принадлежал только мне и думать забыл о других женщинах.

Он смеется. Рассказывает, как прошел его день, сообщает, что я согласилась провести с ним эти выходные.

– Елена передает тебе привет, – поворачивается Стас ко мне.

– Ей тоже привет, – выдавливаю из себя улыбку.

– Когда ты вернешься?.. В воскресенье вечером? Отлично… Пока.

У меня есть две ночи, чтобы претворить свой план в жизнь. Начать сегодня или подождать до завтра? У Алисы спрашивать совета бессмысленно. Она однозначно будет за первый вариант. А я не уверена, что сегодня у меня хватит смелости соблазнить Стаса.

– Приехали, – вырывает он меня из мыслей.

Норд встречает меня радостным лаем.

– Привет, мой хороший, – обнимаю ротвейлера. – Как ты тут?

Пес так и норовит облизать меня. Отстраняюсь со смехом.

– Ну все, все, люблю, хороший мальчик, – глажу его, поднимаясь с колен.

– Он скучает по тебе. Без тебя им совсем некому заниматься, – произносит Стас, складывая сумку с моими вещами и ноутбуком на диван. – Я весь день на работе, а он спит. Вон как разжирел.

– М, какой ты ленивый, – наигранно строжусь на Норда. – Надо тебя как следует погонять.

– У тебя на это есть целые входные, – смеется Стас. – Располагайся, отдыхай, а я пойду готовить ужин.

– Тебе помочь?

– Нет, отдыхай, – улыбается он мягко.

Я включаю телевизор, но ничего не вижу на экране. Губы уже давно искусаны почти в кровь. Без конца бросаю взгляды в сторону кухни, откуда уже доносится умопомрачительный запах жареной картошки.

«Как дела?» – прилетает сообщение от Алисы.

«Стас готовит ужин, а я не знаю, что делать», – отправляю в отчаянии.

«Иди к нему. Просто будь перед глазами. Мужчины любят глазами».

Вздыхаю и плетусь на кухню.

– Пахнет офигенно, – признаюсь, прислоняясь плечом к косяку.

– Скоро будем ужинать, – Стас моет овощи.

– Давай я порежу салат, – предлагаю, шагая вперед. Забираю у него помидоры. Наши руки на пару мгновений соприкасаются, но этого достаточно, чтобы внутри меня случилось маленькое землетрясение, а во рту все пересохло. Что же со мной будет, когда мы дойдем до главного? Наверное, сознание потеряю. А Стас, словно ничего не замечая, отходит к плите и принимается перемешивать в сковородке картошку. Мы стоим рядом. Не вплотную, но я чувствую его энергетику и тепло. Слишком остро. Все мои пять чувств сейчас настроены только на него.

– Помидор уже блестит, – замечает Стас.

– Что? – непонимающе смотрю на него.

– О чем задумалась? – смеется он. – Ты так долго моешь помидор, что он уже стерилен.

– А, просто задумалась, – улыбаюсь и чувствую, как вспыхивают огнем даже уши.

– О чем?

– Да так, – отмахиваюсь, смутившись. – О курсовой.

– М.

Я режу салат, но продолжаю думать о Стасе. Все мое тело горит и требует прикосновений, ласки, нежности. Бюстгальтер становится тесным, а на кухне – душно. Погрузившись в свои фантазии, не успеваю заметить, как соскальзывает с огурца нож. Чувствую короткую боль и вскрикиваю.

– Что случилось?

– Порезалась, – сую палец в рот.

– Дай сюда. Что ты делаешь? – хватает Стас мою руку и сует под холодную воду. Я больше не чувствую боли, не чувствую холода воды, потому что он в этот момент так тесно прижимается к моей спине, что я даже дышать не могу. – Погоди, принесу перекись.

Стас выскакивает из кухни, а я опираюсь ладонями о раковину, чтобы не упасть – такая слабость в ногах.

– Вот, – возвращается он. – Давай сюда палец. Надо обработать.

– Стас, все в порядке, – отодвигаюсь от него, потому что если он сейчас прикоснется ко мне, я упаду.

– Ничего не в порядке.

– Это просто царапина.

– Даша, иди сюда. Надо обработать рану, чтобы не было заражения.

Покорно протягиваю руку, закусывая губу, когда Стас берет ее в свою ладонь.

– Больно? – по-своему понимает он мою реакцию.

– Немного, – шепчу хрипло.

– Как же ты так? Все об учебе думаешь?

Киваю. Не могу говорить. Голос подводит.

– Кровь вроде не идет. Но давай я сам дорежу салат. Сядь лучше.

Не спорю. Голова кружится и я опускаюсь на стул. Стас стоит спиной ко мне и не видит, как бесстыдно я его разглядываю. Черт! Черт! Черт! Надо только протянуть руку и смогу коснуться. Но как же страшно!

– Вот и все, – разворачивается он ко мне и ставит на стол салатницу, пока я поспешно отворачиваюсь. – Давай налетай.

– Может, вина? – произношу несмело, вспоминая совет Алисы, и зарабатываю удивленный взгляд Стаса.

– Если, конечно, хочешь.

– Если ты не хочешь, я не буду пить, – чувствую себя по-дурацки.

– Нет, если у тебя есть желание выпить…

– Я передумала, – отвечаю поспешно и улыбаюсь. – Не хочу.

– Как скажешь, – мне кажется, Стас даже расслабляется.

Мы едим молча. Я украдкой бросаю на него взгляды и не знаю, с чего начать, как перейти к исполнению своего плана.

– Ты в выходные будешь дома? – решаюсь спросить.

– Завтра с утра мне надо будет съездить в торговый центр. Вернусь после обеда. Я помню про мург-макхани, – улыбается он. – А ты пока сможешь спокойно позаниматься. Что хочешь на завтрак? Сырники, омлет? Или, может, оладьи?

– С малиновым вареньем? – радостно спрашиваю.

– С малиновым вареньем, – кивает Стас.

– Тогда оладьи.

– Договорились.

После ужина он уходит в кабинет поработать, а я принимаю душ и запираюсь в спальне. Сна ни в одном глазу. Слишком натянуты нервы.

«Как обстановка?» – пишет Алиса около одиннадцати.

«Никак. Я у себя, а Стас работает в кабинете».

«Чего ты ждешь?»

«Я боюсь. И не хочу его отвлекать».

«Быстро надела ту свою секси пижаму и пошла к нему!!!»

«Нет!!! Ты сошла с ума?»

«Быстро!»

Откидываюсь на подушку и закрываю глаза. В груди все холодеет. Меня трясет и бросает в жар, но выталкиваю себя из постели и, накинув халат, осторожно спускаюсь вниз. Стас еще в кабинете. Из-под двери виднеется полоска света. Я не слышу ничего из-за грохота сердца. Во рту все тут же пересыхает. Хочется бежать без оглядки в обратную сторону, но вместо этого делаю шаг вперед, второй, третий и замираю перед дверью. Зажмуриваюсь и стучу. Хоть бы он не ответил, хоть бы прогнал меня. Но Стас кричит:

– Да?

Ручка поддается не сразу. Или это у меня так руки дрожат, что не могу с ней справиться?

– Даша? Ты чего не спишь? – удивляется Стас.

– Не спится, – переминаюсь с ноги на ногу.

– С тобой все в порядке? – хмурится он.

– Д-да. Все хорошо.

У меня паника. Что делать дальше?! А Стас все еще смотрит на меня и ничего не понимает. Отпускаю полы халата и они расползаются в стороны.

– Даша? – настороженно спрашивает Стас, поднимаясь из-за стола.

Все! Не могу больше. Сейчас или никогда! Я стремительно бросаюсь к нему и повисаю у него на шее.

– Я люблю тебя, – шепчу, заглядывая ему в глаза и уже начинаю понимать, что план мой провалился. Но все равно тянусь губами к Стасу. Он не отвечает. Он весь замирает под моими руками и даже перестает дышать.

– Что ты делаешь? – Стас даже не пытается скрыть свой шок. На меня будто ведро ледяной воды выливают. Отшатываюсь от него в ужасе и запахиваю халат. – Даша.

Не могу ничего сказать. Язык немеет и прилипает к нёбу. Мы стоим и смотрим друг на друга, а мне хочется сквозь землю провалиться, раствориться, исчезнуть, лишь бы не видеть взгляд Стаса.

– Прости, – с трудом разлепляю онемевшие губы и чуть не плачу. Он молчит. Только между бровей пролегла глубокая складка. Не могу выносить осуждение в его глазах, поэтому разворачиваюсь и бегу к себе в комнату. И только там даю волю слезам.

Стас не спешит за мной. И, кажется, что это еще хуже. Уверена, завтра утром он выставит меня из дома и больше не захочет видеть. Чувствую себя жалкой и никчемной. До самого утра, завернувшись в одеяло как в кокон, смотрю в темноту комнаты. Слез уже нет. Есть только стыд и ужас перед наступающий утром. Я должна уехать до того, как проснется Стас, потому что видеть его будет невыносимо. Но, видимо, планирование – это не мое. Едва я спускаюсь на рассвете на первый этаж, как тут же сталкиваюсь со Стасом. Он замечает сумки в моих руках и спокойно спрашивает:

– Уже уезжаешь?

– Да, – отвожу взгляд. – Я лучше поеду домой.

– Даже не позавтракаешь?

– Не хочу. Меня такси ждет.

– Даш…

– Стас, не надо, – обрываю его. Не вынесу его жалости. – Я все понимаю. Я поступила глупо. Прости. Мне не стоило…

– Я не злюсь на тебя.

Удивленно вскидываю на него голову.

– Но я не тот, кто тебе нужен.

Сильнее стискиваю ручку сумки.

– Почему? – спрашиваю решительно, запрещая себе плакать. Не сейчас.

– Я в отцы тебе гожусь, – хмыкает он.

– Причем тут возраст? – злюсь я.

– При том, что у нас разница в девятнадцать лет. Это целая жизнь, Даша.

– Причем тут разница в возрасте? Я люблю тебя. Для меня не имеет значения эта разница, – выкрикиваю в отчаянии.

– Для меня имеет, – припечатывает Стас. – Я люблю тебя, Даша. Но ты всегда останешься для меня дочерью, которую я потерял. А ты еще встретишь достойного мужчину.

Не могу это слышать. Больно. Очень больно. Несусь к дверям. Он еще что-то говорит, а я хочу только одного – поскорее уехать.

– Даша! – слышу крик в спину и бегу. Слезы срываются из-под ресниц. Я падаю на заднее сиденье такси и захлопываю дверь. А когда машина трогается с места, прикусываю ладонь, чтобы не завыть в голос.

– Даша? – удивляется Алиса, когда я прохожу в гостиную. Она откладывает банку с мороженым на журнальный столик и подскакивает с дивана. – Почему ты так рано вернулась? Что случилось?

– Ничего, – отвечаю глухо и уже не плачу.

– Что произошло?

– Ни-че-го!

– Даша?

– Я идиотка, – все-таки всхлипываю. – Просто идиотка!

– Да что случилось?

– Ничего не случилось, Алиса. Нет у него ко мне никаких чувств, – снова захожусь в рыданиях. – Дочь он во мне видит и больше никого. А я как дура. Боже, какая я дура!

– Тише, тише, – обнимает меня подруга. – Все хорошо.

– Он теперь со мной даже разговаривать не захочет. Он вообще даже знать меня не захочет, – завываю я.

– Ну подожди, дай ему остыть. Все будет хорошо. Все образуется.

– Нет, – мотаю головой, отстраняясь. – Стас… Он теперь меня ненавидит.

– Глупости. Хочешь, я с ним поговорю?

– Нет! – вскрикиваю я испуганно. – Даже не вздумай!

– Ладно. Как скажешь.

Я ухожу к себе и, упав на постель, снова плачу. Так ужасно еще никогда себя не чувствовала. Кажется, что рухнул весь мир и не будет в моей жизни никогда ни счастья, ни любви. И Стаса тоже не будет.

До вечера не выхожу из комнаты и не поддаюсь ни на какие уговоры Алисы. Никого не хочу видеть. Лежу на кровати и бездумно смотрю в потолок. А когда звонит телефон, подрываюсь и отвечаю, не глядя на экран.

– Да?

– Привет!

Разочарованно смотрю на мобильник. Это не Стас и номер совсем не знаком.

– Кто это?

– Так и знал, что ты сразу обо мне забудешь, – вздыхает приятный мужской голос. – Это Денис.

– Какой Денис? – хмурюсь, пытаясь вспомнить хоть кого-то с таким именем.

– Тот, что вырвал тебя из рук жаждущих с тобой пообщаться парней. Несколько дней назад, на аллее.

– А, – наконец, припоминаю.

– Хочу украсть у тебя пару минут.

– Стало скучно? – спрашиваю недовольно.

– Да, – он даже не отпирается. – А еще я вспомнил, что миллион лет не гулял просто так. Составишь мне компанию?

– Ты, что, приглашаешь меня на свидание?

Меньше всего мне сейчас нужны новые отношения.

– Вовсе нет. Это просто прогулка. Знаешь, гулять одному как-то не комильфо. Так что? Пойдешь со мной?

У меня нет ни малейшего желания куда-то идти.

– Не могу. Дел много.

– Я так и думал, – снова вздыхает он. – Жаль. Придется обойтись без прогулки.

– Пригласи кого-нибудь другого.

– Боюсь, что с кем-то другим я не получу такого удовольствия как с тобой.

Звучит двусмысленно и я от этого теряюсь, не зная, что ответить. А Денис, тем временем, продолжает:

– Ты когда-нибудь видела, чтобы голуби сидели на дереве?

От такой резкой темы разговора впадаю в легкий ступор.

– Что?

– Я ни разу. На тротуаре, бордюрах, мусорках – да, а на дереве – нет. Вороны сидят на дереве, воробьи, синицы, а голуби нет.

Хмурюсь и невольно вспоминаю, не встречала ли голубей на деревьях. Кажется, я тоже такого не видела.

– Не знаешь, почему они так не любят деревья?

– Не знаю.

Странный у нас какой-то разговор.

– Надо загуглить.

– Тебе совсем нечем заняться?

– Представь себе. Сижу в парке и смотрю, как гуляют голуби. Но на дереве ни одного. Уже все деревья в округе осмотрел.

Он явно псих и пора сворачивать наш разговор.

– Ты, наверное, думаешь, что я того, – будто прочитав мои мысли, произносит Денис.

– Вообще-то есть такие мысли, – хмыкаю я.

– Нет, я абсолютно нормальный. Проверялся. Могу даже показать заключение психиатра.

Надо сбросить звонок и кинуть его номер в черный список.

– А чем занимаешься ты? – не дает он мне опомниться.

– Курсовик пишу, – произношу первое, что приходит в голову.

– М, – тут же оживляется Денис. – Что за тема?

– Финансовые риски и пути их снижения, – зачем-то отвечаю я.

– Ничего в этом не понимаю. Расскажешь?

– Зачем тебе это?

– Всегда полезно учиться чему-нибудь новому. Так ты студентка?

– Да.

– Судя по теме курсовой, ты будущий финансист.

– А ты проницательный, – снова хмыкаю я.

– Есть такое. Но не так, чтобы очень. Так что не думай обо мне слишком хорошо.

– Если честно, я о тебе вообще не думаю, – звучит невежливо, но, надеюсь, что это отобьет у Дениса желание звонить мне.

– Я в этом даже не сомневался, – произносит он серьезно и мне становится стыдно за свои слова. – Насчет прогулки не передумала?

– Нет.

– Жаль, – вздыхает Денис так громко, что я начинаю испытывать вину за свой отказ. – Ладно, пиши свою курсовую. Не буду отвлекать. Буду следить за голубями. Так себе занятие, но хоть что-то.

Когда в трубке застывает тишина, я еще долго смотрю на черный экран телефона, пытаясь понять, действительно ли у Дениса не все в порядке с головой или он таким образом просто клеился ко мне. Но все равно решаю держаться от него подальше, а заодно и больше не знакомиться на улице и вообще не гулять по вечерам одной.

Глава 3

Уже вечер воскресенья. Курсовик дописан, осталось только проверить на ошибки. В тысяча пятый раз за день проверяю телефон. От Стаса ничего. А, собственно, чего я ожидала? Что он после моей выходки будет делать вид, что ничего не произошло и продолжать дальше общаться со мной? Вспоминаю, что сегодня возвращается Елена. Уверена, Стас ей все расскажет и они вместе посмеются над идиоткой мной. Сжимаю пальцами переносицу и закрываю глаза. В висках нарастает тупая боль после двух бессонных ночей и напряженной работы над курсовой. Вздыхаю, собираясь встать, когда раздается стук в дверь, а следом заглядывает голова Алисы.

– Даш, тут к тебе пришли, – произносит она почему-то шепотом.

– Кто? – удивляюсь я, потому что никого не жду.

Она дергает одной бровью и как-то странно на меня смотрит.

– Стас, – шепчет одними губами.

Внутри все обрывается. Ноги становятся ватными и в груди все сжимается от страха.

– Ну, чего ты сидишь? Иди, он тебя ждет. Или сказать, чтобы пришел сюда? – кивает Алиса на кровать. После этого я подрываюсь из кресла как ошпаренная.

– Нет, я сама выйду к нему. Сейчас.

Она кивает и выходит, прикрыв за собой дверь. А у меня ноги немеют, с места сдвинуться не могу. Как представлю, что Стас собирается мне сказать и как будет смотреть, с насмешкой или брезгливостью, аж тошнота к горлу подступает. Бросаю на себя взгляд в зеркало. Футболка, сползшая с левого плеча и шорты. Нет, в таком виде я к Стасу выйти не могу. Быстро переодеваюсь в домашние штаны и другую футболку, более приличную, делаю глубокий вдох, как перед прыжком в бассейн, и выхожу из комнаты.

Стас сидит на диване, но при моем появлении встает. Не могу смотреть на него. Мне так стыдно за свою выходку!

– Я схожу в магазин, – произносит Алиса. – Хлеба надо купить.

Понимаю, что она просто оставляет нас одних. Не уверена, что это хорошая идея.

– Привет, – первым здоровается Стас.

– Привет, – отвечаю, обхватывая себя руками, и на мгновение поднимаю на него глаза. В его взгляд нет ни осуждения, ни презрения, и уж тем более насмешки.

– Нам надо поговорить.

Киваю, догадываясь, о чем пойдет речь. Сейчас Стас скажет что-то вроде «Ты меня разочаровала» или «Такого я от тебя не ожидал» и отправит меня в свободное плавание.

– Сделаешь чай?

Удивленно смотрю на него. Разве все отношения рвут за чаем? Но молча прохожу на кухню, включаю чайник и достаю из шкафа бокалы. Стас все это время сидит за столом. Спиной чувствую его присутствие и не могу заставить себя повернуться.

– Даш, посмотри на меня, – просит он, когда я, поставив перед ним бокал с чаем, сажусь напротив. Меня хватает на пару мгновений, после чего я снова опускаю глаза. – Я не злюсь на тебя. И между нами ничего не изменится. С моей стороны точно.

Не верю своим ушам.

– Я могу понять твои чувства, Даш, но это… Это все временно, несерьезно.

Горько ухмыляюсь.

– Просто у тебя никого не осталось, а в последние два года ты постоянно была рядом со мной и решила, что влюбилась в меня, но это не так.

– Откуда тебе знать, так это или нет? – поднимаю на него глаза.

– Ты еще совсем девчонка, – мягко улыбается Стас, а мне выть хочется от той снисходительности, что вижу в его взгляде.

– Мне двадцать, – произношу упрямо.

– И у тебя впереди вся жизнь. Не стоит тратить ее на старика.

– Ты не старик, – злюсь я.

– Мне в следующем году будет сорок. Даша, моей дочери сейчас было бы столько же сколько тебе.

– И что? – вздергиваю подбородок.

– Даш, твоя жизнь только начинается. Это тебе сейчас кажется, что ты влюбилась раз и навсегда, но пройдет год, ты встретишь парня и забудешь о своих чувствах ко мне. Поверь, так и будет. Ты даже смеяться над ними будешь.

– А если нет?

Стас тяжело вздыхает.

– В любом случае я не могу тебе предложить что-то большее, чем поддержку и помощь. Я люблю тебя, но как дочь. И это не изменится.

– Потому что ты любишь Елену? – спрашиваю вслух, а про себя твержу: «Не плачь! Не плачь! Не плачь!» А горло уже сдавливает спазмом.

– Да, я ее люблю, – отвечает он не сразу.

– Потому что ей уже не двадцать? – глаза начинает щипать.

– Потому что я ее люблю, – повторяет Стас. – Но и тебя я не хочу терять.

Сжимаю в ладонях бокал с чаем.

– Когда погибли Кристина с Катей, я думал, не выживу, не выплыву. Что-то делал, куда-то ходил, даже что-то ел, но все это было… как в тумане. Я не отдавал этому отчет. Я просто плыл по течению. Даже дома почти не бывал, потому что там было пусто и тихо, как… в могиле. Я восемь лет так жил, Даш. Да не жил, существовал.

Он встает и отходит к окну. С минуту смотрит в него, а потом поворачивается ко мне.

– Потом случилась эта авария, в которой погибли твои родители и пострадала ты. Я словно тогда вернулся в тот день, когда погибли мои девчонки. Не смог пройти мимо, не смог себя оставить, потому что мне казалось, что стоит мне только уйти из больницы и ты… Как моя Катька. Мне ведь тогда тоже врач говорил, что нет никакого смысла сидеть в больнице, что Катя в коме и я ничем не могу ей помочь. И я ушел, уехал домой. А она в ту же ночь умерла.

Стас замолкает. Его взгляд стекленеет и я понимаю, что он сейчас там, в том дне, когда умерла его дочь. Мне хочется его обнять, утешить, попросить больше не рассказывать, но я сижу за столом и просто смотрю на него, чувствуя его боль как свою собственную. Ведь мы оба потеряли самых дорогих нам людей.

– Я не смог от тебя отказаться, – продолжает он, выныривая из воспоминаний. – Не смог пройти мимо. Наверное, мы оба были друг другу нужны. И с твоим появлением я как будто начал заново дышать, как будто вышел из комы. Ты снова дала мне смысл жить. Я снова начал получать от жизни удовольствие, начал улыбаться, радоваться твоим успехам. Мне нравилось заботиться о тебе, помогать, давать советы. Нравилось, что ты обращалась ко мне за советом. Я чувствовал себя нужным кому-то в этом мире. Но я не знал, даже не догадывался о твоих чувствах ко мне.

Смущенно опускаю глаза.

– Я даже предположить не мог, что вызову у молодой девчонки такие чувства, – криво ухмыляется Стас. – И знаешь, я польщен.

Вскидываю на него удивленный взгляд.

– Правда, – кивает он. – Значит, я еще не совсем старик.

– Ты не старик, – выдавливаю из себя слабую улыбку.

– Спасибо за комплимент. Но теперь ты понимаешь, какие чувства к тебе испытываю я?

Киваю, потому что говорить непросто. Мне больно от того, что никогда Стас не полюбит меня так, как я люблю его. И стыдно за то, что я оскорбила его чувства своим поступком. Получается, он ко мне со всей душой, а я к нему…

– Я не хочу тебя терять, Даш. Не хочу от тебя отказываться, потому что ты стала неотъемлемой частью моей жизни. И то, что ты сделала… Это никак не повлияет на мое отношение к тебе.

– А как же Елена? – спрашиваю неуверенно.

– А что Елена?

– Ты ей расскажешь?

– Нет. Это останется между нами, нашей маленькой тайной, – подмигивает Стас. И я улыбаюсь, несмело и смущенно. – Так что? Мир?

Киваю.

– Иди сюда, – раскрывает он для меня свои объятия. Не спешу, сомневаясь, стоит ли, но все равно встаю и делаю шаг к нему. Прижимаюсь тесно, обнимаю, вдыхаю запах. Голова от него уже не кружится, но он все еще родной.

– Прости меня, – шепчу, закрывая глаза.

– Тебе не за что просить прощения, Даш. Все хорошо.

– Мне так стыдно, – признаюсь, зарываясь лицом в грудь Стаса.

– Давай просто забудем об этом? – предлагает он.

– Ты, правда, не злишься на меня? – с надеждой смотрю на него.

– Не злюсь, – улыбается Стас.

Напряжение, которое сжимало тисками мою грудь с пятничного вечера, медленно отпускает, хотя мне все равно еще нужно время, чтобы все обдумать и принять.

Стас уезжает едва только возвращается Алиса.

– Ну, что? – спрашивает она, когда за ним закрывается дверь.

– Он вроде не злится, – отвечаю неуверенно.

– Вот видишь. Я же тебе говорила. И что ты теперь будешь делать?

– Ничего, – пожимаю плечами. – И уж точно не собираюсь больше соблазнять Стаса.

– А как же твоя любовь? Снова будешь страдать в одиночку?

– Переживу как-нибудь, – вздыхаю.

– Переживать такое в одиночку не самый лучший вариант. Вот Максим…

– Алиииисаааа, – закатываю я глаза.

– Что Алиса?

– Ничего. Все, я доделывать курсовик, – ухожу в комнату. Ну, не привлекает меня Макс, вообще. Не знаю, почему, но рядом с ним ничего у меня нигде не екает. Вроде и симпатичный, и девчонки по нему сохнут, и вокруг меня все время вьётся, а ничего я к нему не чувствую. Ничего, кроме раздражения. Поэтому свое разбитое сердце буду залечивать в гордом одиночестве и надеяться, что время мне в этом поможет. Уже засыпая в тот же вечер, я зачем-то вспоминаю Дениса с его голубями, но продолжить мысль не успеваю, проваливаясь в сон.

А утром, когда мы с Алисой, обе благополучно проспав, мечемся по кухне, заваривая кофе и попутно строгая бутерброды, я вдруг выглядываю в окно, пытаясь отыскать на асфальте голубей. Нахожу и тут же осматриваю растущие рядом деревья.

– Ты чего? – спрашивает подруга.

– Ты когда-нибудь видела голубей на дереве? – оглядываюсь на нее через плечо.

– Чего? – Алиса смотрит на меня, как на сумасшедшую.

– Голуби не сидят на деревьях, – и чтобы убедиться в этом еще раз осматриваю двор.

– Даш, какие к черту голуби? Мы опаздываем! Савельев мне башку сейчас оторвет за опоздание. Я и так ему реферат задолжала.

Мы расходимся каждая в свою комнату. Подключаюсь к первой лекции, но все время отвлекаюсь на мысли о голубях. И чем им деревья не нравятся?

Ближе к концу третьей пары не выдерживаю и набираю в поисковой строке браузера: «Почему голуби не сидят на деревьях». Пролистав список предложенных сайтов, тычу наугад в первый попавшийся. Оказывается, так делают только городские голуби, которые до появления высоток обитали на скалах, и строение их лапок просто не позволяет им цепляться за ветки. Хмыкаю, возвращаясь к лекции, а потом и вовсе растягиваю губы в улыбке. Не знаю, специально или нет, но Денис все-таки заставил меня думать о себе.

– Интересно, он нашел, с кем погулять? – мелькает мысль, когда занятия заканчиваются, но тут же отбрасываю ее, разозлившись. Какое мне до этого дело? Я все равно не собираюсь ему звонить. Слишком много чести.

На следующий день, успешно сдав экзамен, забегаю в кофейню недалеко от дома. Напитки и еда только на вынос. Алиса написала, что освободиться минут через тридцать, поэтому я никуда не спешу, но хочу порадовать ее сладкой выпечкой и любимым латте. Сама же предпочитаю другой напиток. Впереди меня в очереди за кофе еще три человека. Лениво листаю наш студенческий чат, где отписываются сдавшие экзамен и делятся своими впечатлениями.

– Макиато и латте, – делаю заказ, когда подходит моя очередь.

– Не много ли кофе для одной девушки? – слышу за спиной знакомый голос и удивленно оглядываюсь, сталкиваясь с внимательным взглядом Дениса.

– Латте для подруги, – отвечаю раздраженно и тут же отворачиваюсь.

– Как поживает твоя курсовая?

– Нормально, – дергаю плечом, не глядя на мужчину.

– Не надумала насчет прогулку?

Снова оглядываюсь на него. Денис чуть склоняет голову на бок, приподняв одну бровь. Как учитель, который ждет от своего ученика правильный ответ на заданный вопрос.

– Что, так никого и не нашел? – хмыкаю я.

– Я, собственно, и не искал, – признается Денис и делает заказ, когда мне подают макиато: – Эспрессо. С собой.

– Думаешь, я поверю, что ты предлагал прогуляться только мне? – ухмыляюсь я и немного сдвигаюсь в сторону, чтобы освободить для него место.

– Нет, ты не обязана мне верить, но я, правда, предлагал только тебе.

Задерживаю на нем взгляд. Сердце спотыкается. Отворачиваюсь.

– Ты предпочитаешь пешие прогулки?

– Я не давала своего согласия, – бесит его самоуверенность.

– Так дай, – произносит спокойно. Медленно проваливаюсь в его взгляд. Но какая-то часть меня отчаянно сопротивляется этому. Отвожу глаза и замечаю, как дрожат руки.

– Зачем мне это? – хмыкаю и делаю глоток кофе, чтобы прикрыть свое смущение.

– М, – задумывается на мгновение Денис. – Это лучше, чем в пятницу вечером сидеть дома.

– С чего ты взял, что я буду сидеть дома? – вскидываю брови.

– А что? Есть какие-то планы? Когда в стране бушует вирус?

– Представь себе есть. И вирус им совсем не помеха.

– И что? Твой план интереснее, чем мой?

Отпиваю кофе. Обжигает, но это дает мне время обдумать свой ответ. Не хочу говорить правду о том, что никаких планов у меня нет, и так легко сдаваться. Денис вызывает желание сопротивляться, бороться, отступать. И… ждать, что же он предпримет дальше.

– Возможно, – отвожу взгляд, натыкаясь им на влетающую в кофейню Алису. Так, пора избавляться от Дениса, иначе сейчас не оберешься вопросов. А у подруги они будут, сто процентов.

– Даша, прости, задержалась, – не успеваю ничего придумать, когда Алиса тормозит возле нас, переводя удивленный взгляд с меня на Дениса. Не собираюсь их знакомить.

– Мне пора, – поднимаю на него глаза. Он, что, все это время смотрел на меня? Щеки против воли вспыхивают жаром. Даже спину как будто кипятком обдает. Дыхание сбивается.

– Пятница, шестнадцать ноль ноль, та же самая аллея. Я буду ждать, – произносит он спокойно, забирает свой кофе и, скользнув по Алисе равнодушным взглядом, идет к выходу. А я так и зависаю, глядя на его широкую спину.

– Это кто? – спрашивает подруга, которая сейчас выглядит не менее ошарашенно, чем я.

– Да так, слишком самоуверенный знакомый, – сбрасываю с себя оцепенение. – Держи свой кофе и пойдем на улицу.

Спешу поскорее уйти от Алисы и, выйдя из кофейни, замечаю Дениса. Он перебегает дорогу: так легко и красиво, что невольно любуюсь им и тут же снова злюсь на себя. Уверена, у него таких, как я, пачками. Слишком уж умело он флиртует. Хотя флиртует ли? Он просто прет напролом, как бульдозер. Но со мной такой подход не прокатит. Терпеть не могу наглых мужчин. И никуда я с ним не пойду.

– Я жажду подробностей, – раздается за спиной голос Алисы.

– Каких? – напускаю на себя равнодушный вид и отворачиваюсь от созерцания Дениса.

– Что это за красавчик? И о чем он говорил? Он позвал тебя на свидание?

– Пф, конечно, нет. Так, хам какой-то.

– А хам вполне себе ничего. Я бы сходила с ним на свидание.

В груди колет слабая ревность. Тут же отметаю ее и бросаю еще один взгляд в ту сторону, где был Денис. Ауди на той стороне дороги уже нет, как и его самого. Чувствую по этому поводу легкое сожаление.

– А как же твой Костя? – хмыкаю, глядя на Алису, и заставляю себя выбросить Дениса из головы.

– А что Костя? Никуда он не денется. Кстати, ты идешь в эту пятницу на секретную вечеринку?

Морщусь.

– Ты же знаешь, я не любитель вечеринок. Тем более сейчас, когда в любой момент можно заразиться.

– Да брось, ничего не случится. Там будут все наши. И Макс.

Теперь точно не пойду.

– Нет, хочу лечь пораньше. А то в последнее время слишком много всего.

– Ну и зря! Тебе всего двадцать, – отчитывает меня Алиса, – а ты живешь, как старая бабка. Никуда не ходишь, сидишь взаперти.

– Меня все устраивает, – пожимаю плечами.

– Пошли на вечеринку, Даш. Развеешься, потанцуешь, выпьешь пару коктейлей.

Задумываюсь, представляя тесную квартиру, набитую потными телами дергающимися под невыносимо громкую и непонятную мне музыку, да еще и реки алкоголя впридачу.

– Нет, не хочу. Останусь дома, посмотрю кино и лягу спать.

– И на старости лет нечего будет даже вспомнить, Даш.

– А, может, у меня склероз будет.

– Да ну тебя.

В четверг после он-лайн конференции чувствую себя выжатой как лимон. Мы с Алисой выпиваем по бокалу вина за ужином, после которого я ретируюсь в комнату. Звонит Стас, чтобы узнать, как все прошло. Разговариваем недолго. У меня даже язык от усталости заплетается, поэтому прощаюсь с ним быстро. Короткий душ, пижама и родная удобная постелька. Что еще нужно для счастья?

Утром я просыпаюсь одновременно с будильником и нахожу в телефоне неотвеченное сообщение с незнакомого номера:

«Доброе утро, загадочная девушка Даша! Напоминаю, что сегодня мы идем гулять».

Закатываю глаза и набираю ответ:

«Я не помню, чтобы соглашалась».

Спустя пару минут прилетает смс:

«Ты случайно не знаешь, почему смерть Кощея находится на кончике иглы?»

– Чего??? – спрашиваю вслух, нахмурившись.

Ладно голуби, Кощей-то ему зачем?

«Ты что там сказки читаешь?» – пишу и, отложив телефон на постель, встаю, собираясь одеться, но не успеваю. Приходит ответ от Дениса:

«Почти».

Игнорирую. Но не перестаю думать о нем. Я ведь совершенно ничего не знаю об этом мужчине с невероятными глазами и раздутым самомнением: ни сколько ему лет, ни кто он, ни где живет. И вместе с тем хочу разгадать его. Боюсь сама себе признаться, но меня к нему тянет. Алиса права, он хорош собой, но мало ли я встречала красивых мужчин и парней? Но ни один из них не действовал на меня так, как Денис. Рядом с ним я теряюсь и одновременно становлюсь дерзкой, как будто бросаю ему вызов, но вместо того, чтобы отвечать мне, он игнорирует все мои выпады. Страшно и… интересно.

– О чем задумалась? – спрашивает за завтраком Алиса, наблюдая, как я сижу, обняв чашку с кофе.

– Да так, – дергаю головой. – Ни о чем.

– Курсовик-то сдала?

– Угу, еще не проверили.

– Не передумала насчет вечеринки?

– Нет, – допиваю одним глотком кофе и встаю из-за стола. – Ладно, пойду слушать нудную и вредную Чеснокову. У меня скоро зачет у нее. Ты ночевать сегодня придешь?

– Не знаю, – пожимает плечами Алиса. – Как получится.

Закатываю глаза. Она в своем репертуаре.

Все пары я только и делаю, что думаю о том, идти ли с Денисом гулять. Это как раз тот случай, когда и хочется и колется. Пальцы себе все искусала и губы. Ни одной лекции не услышала. Придется потом самой изучать.

«Ты сегодня где-то витаешь весь день», – прилетает сообщение от Макса. И тут же следом:

«Обычно на все вопросы отвечаешь, а сегодня молчишь. Какие-то проблемы?»

«Нет», – пишу раздраженно.

«А о чем тогда думаешь? О вечеринке?»

Закатываю глаза и откинувшись в кресле строчу:

«Нет. Мне нет дела до вечеринки».

«Почему?»

«Не хочу».

«Боишься заразиться? Брось. Там будут все свои. Давай оторвемся сегодня».

Тяжело вздыхаю и принимаю для себя непростое решение.

«Макс, я не хочу отрываться. Я хочу отдохнуть. И вечеринка – это не то место, где бы мне хотелось отдохнуть».

– Ну же, догадайся сам, – кричу ему мысленно, но до него не доходит.

«А где бы тебе хотелось отдохнуть? Может, съездим в выходные в наш загородный дом?»

«Макс, я не хочу никуда ехать. Я просто хочу отоспаться. И на вечеринки я ходить не люблю».

Мог бы хоть немного узнать меня за все время, что мы учимся вместе.

«Давай просто погуляем?»

Ну как мне дать ему понять, что не стоит тратить на меня время?

«Максим, я никуда не хочу идти».

«Даша, я два года, как верный пес, мотаюсь за тобой, а ты… А ты как будто ничего не видишь».

Шумно выдыхаю воздух. Не люблю выяснять отношения, но здесь придется сказать неприятную правду.

«Я все вижу, Макс. Это ты ничего не видишь. Ты хороший парень, но… Я не люблю тебя».

«Ты ведь даже меня не знаешь. Мы и не общались толком».

Бросаю взгляд в сторону, пытаясь подобрать подходящие слова.

«Я другого люблю, Максим», – медлю, но все же отправляю.

«Кого?»

«Неважно. Не тебя. И, пожалуйста, найди себе другую девушку».

«Ты еще можешь передумать».

«Нет».

Бросаю телефон на стол и, растерев ладонями лицо, выхожу из комнаты. На душе паршиво и даже ласковое июньское солнце, бьющее в окно, не поднимает настроение. Наверное, Стас чувствовал тоже самое, отказывая мне в своих чувствах. Вот и я теперь оказалась на его месте, но уверена, Максим это переживет и уже к концу лета у него появится девушка.

– Мама, а почему Кощей такой злой? – слышу, выходя в гостиную. Алиса смотрит какой-то фильм и на экране девочке лет с двумя длинными хвостами заглядывает молодой женщине в темных очках в лицо и ждет ответа. Я не слышу, что та ей говорит. Бросаю взгляд на настенный часы. Денис говорил, что будет ждать меня в четыре. Закусываю губу. Грудь вздымается высоко, качая воздух. Страшно, волнительно и… Что я теряю, в конце концов? Это же просто прогулка, которая ни к чему меня не обязывает. Возвращаюсь в комнату, уже точно зная, что приму приглашение Дениса.

До встречи с ним чуть меньше двух часов. Не хочу надевать для него что-то особенное, поэтому выбираю джинсы и футболку с Губкой Бобом. Уверена, что, увидев меня в этом, больше Денис со мной встречаться не захочет. Заплетаю две косички и разглядываю себя в зеркало. Шестнадцатилетняя школьница, ни дать, ни взять. Из косметики позволяю только блеск для губ и немного туши для ресниц. Сойдет!

Алиса окидывает меня удивленным взглядом.

– Ты… куда?

– Прогуляюсь, – отвечаю уклончиво. Не хочу признаваться ей в том, что иду к Денису. Снова начнутся намеки и многозначительные ухмылки. А это всего лишь ПРОГУЛКА и ничего больше.

До знакомой аллеи дохожу пешком. Денис уже ждет. И хотя на нем темные очки, но я даже под ними вижу, как расширяются от удивления его глаза.

– Что-то не так? – спрашиваю, пряча улыбку.

– Да нет, – хмыкает он. – Не знал, что ты фанатка Спанч Боба.

– Тебя это смущает? – спрашиваю дерзко.

– Ни капли, – смеется Денис. И я ловлю себя на мысли, что мне нравится его смех. Не громкий, не сотрясающий землю вокруг, а какой-то тихий и вместе с тем пробирающий. – Идем?

– Идем, – киваю решительно.

Мы не спешим. Навстречу нам попадаются редкие прохожие, мамы с детьми, одинокие старушки и бродячая собака.

– Я бы пригласил тебя в кино, но, к сожалению, сама понимаешь, – прерывает Денис затянувшееся молчание.

Да, с кино сейчас проблема. Из-за пандемии все увеселительные заведения закрыты.

– Ничего. Прогулка тоже неплохо. Для здоровье полезно.

– Следишь за здоровьем? – оживляется мужчина.

Пожимаю плечами.

– Не так, чтобы, но стараюсь. А ты?

– Иногда бегаю, иногда плаваю, иногда ем брокколи.

Его слова кажутся мне искренними и смешными. Не сдерживаюсь.

– Серьезно? Брокколи?

– Да, не веришь? Брокколи очень полезная штука.

– И что же в ней полезного? – хмыкаю я, которая терпеть не может эту гадость.

Денис снимает очки и начинает вещать тоном самого настоящего зануды:

– Брокколи имеет много полезных свойств. Например, употребление брокколи три-четыре раза в неделю служит профилактикой диабета, болезней сердца и астмы. И эти свойства не разрушаются при тепловой обработке. А еще брокколи богата витаминами A, C и D.

– Помедленнее, пожалуйста, я записываю, – смеюсь я. И мужчина тоже не сдерживается.

– На самом деле, – признается он полушепотом, – я ее терпеть не могу, но она, зараза, правда, полезная.

– И ты, правда, ешь ее три-четыре раза в неделю? – улыбаюсь, глядя на него.

– Да Боже упаси! – восклицает он. – Вот три-четыре раза в год ближе к правде.

И мы снова смеемся. Ловлю себя на мысли, что близость Дениса меня совсем не напрягает. И наш разговор о брокколи – тоже.

– Как насчет мороженого? – он кивает на киоск, в глубине аллеи.

– Терпеть не могу мороженое, – кривлюсь.

– Ты серьезно? – его лицо удивленно вытягивается.

– Абсолютно. С детства.

Денис склоняет голову на бок, разглядывая меня.

– Что? – не выдерживаю я.

– Все дети любят мороженое.

– Не все. Я его терпеть не могу.

– Почему? – он спрашивает с таким живым интересом, словно я редкая забавная зверушка, которую непременно надо изучить.

– Не знаю, – дергаю плечом. – Не нравилось оно мне. Сладкое.

– Ты не ешь сладкое?

– А должна? – раздраженно спрашиваю. Терпеть не могу, когда все вокруг считают, что девочки просто обязаны любить конфеты и пирожные.

– Да нет, – теперь приходит очередь Дениса пожимать плечами. – Просто я никогда еще не встречал девушек, которые бы не любили сладкое.

Становится неприятно. Уверена, у него было много женщин, и я, скорее всего, очередной трофей.

– У тебя испортилось настроение, – произносит мужчина.

– Тебе показалось, – отворачиваюсь.

– Нет, не показалось. Я сказал что-то неприятное?

– Нет, все в порядке.

– Тебе не о чем беспокоиться.

– Что? – непонимающе смотрю на него.

– У меня были женщины и это логично. Но ключевое слово здесь «были».

– Какое мне дело до того, сколько у тебя было женщин? – хмыкаю я.

– А тебе нет до этого дела? – его брови взлетают вверх.

– Нет, – смотрю прямо ему в глаза и снова теряюсь. Какие же они все-таки… Дышать забывать. Отвернуться бы, но не могу, словно держать они меня.

– А вот мне есть дело, – останавливается Денис и мне тоже приходится остановиться.

– До чего? – бросаю взгляд туда, откуда мы пришли. На аллее ни души, но я не боюсь. Откуда-то есть уверенность, что Денис не сделает мне ничего плохого.

Он долго смотрит на меня, прежде чем ответить. Словно что-то ищет во мне. Заставляю себя не отвернуться, пока ладони потеют и в ногах появляется странная слабость.

– Даша, у тебя кто-то есть?

– Что? – задыхаюсь от неожиданность вопроса.

– Я никогда не буду довольствоваться ролью второго плана.

Я все-таки не выдерживаю и отвожу взгляд, но снова возвращаю к нему.

– А какая роль тебя устроит?

– Единственного, – ни в его взгляде, ни в голосе нет даже намека на шутливость.

– А как насчет роли друга? – хмыкаю я. – Единственного. Подойдет?

– Нет, – отвечает Денис коротко и у меня резко пропадает желание шутить.

Я снова смотрю на дорожку между кустами жасмина и черно-белых стволов берез. Но думаю над словами Дениса. Я не готова сейчас к отношениям. Мои чувства к Стасу еще слишком свежи, как и боль от того, что он никогда не будет моим. И хотя Денис мне интересен, но я не вижу нас вместе, не в качестве пары.

– До четверга я буду занят. Напряженный график на работе, – произносит он. Смотрю на него и жду продолжения, потому что уверена, оно будет. – После хочу поужинать с тобой.

Это не вопрос. Из груди вырывается нервный смешок.

– А мое мнение рассматривается?

– И какое же твое мнение?

Взгляд Дениса не отпускает ни на секунду. Хочется вытереть влажные ладони о джинсы, но не хочу показывать ему своей слабости.

– Новые отношения в мои планы сейчас не входят, – произношу прямо.

Денис несколько секунд молчит. Я не вижу ничего, кроме темных зрачков мужчины, стоящего на против. Внутренности сводит судорогой.

– И все же мое предложение остается в силе.

– Я подумаю, – не даю окончательного ответа.

Денис кивает и мы снова идем дальше. Изредка наши плечи касаются вскользь. В такие моменты я отодвигаюсь в сторону, отхожу на край дорожки. Но не потому, что этот мужчина мне противен. Я просто не понимаю, что со мной происходит. А я не люблю чего-то не понимать.

– Мне пора домой, – прежде чем произнести это, долго собираюсь с духом.

– Уже? – удивляется Денис.

– Да. Просто устала. Занятий много было, – почти не ложь.

Денис склоняет голову на бок и пробегается по мне взглядом. Словно сканирует, проверяет. Это не то, чтобы не приятно, но… Мне все равно хочется прикрыться. Не люблю, когда вот так вот разглядывают, хотя во взгляде мужчины нет пошлости. Но виден интерес, который он даже не пытается скрыть.

– Хорошо, – выдыхает Денис, наконец. – Я отвезу тебя. Моя машина недалеко отсюда.

Напрягаюсь. Садиться в машину к человеку, которого вижу второй раз в жизни? Так себе идея.

– Я сама дойду, – отвечаю неуверенно.

– Обещаю держать свои руки при себе, – улыбается он. Аргумент слабоват, поэтому продолжаю настаивать:

– Здесь недалеко.

– Прошлый раз ты вызывала такси.

– Просто было уже темно, а сейчас день.

– Тебе не стоит меня бояться. Рядом со мной ты в безопасности, – Денис говорит настолько серьезно, что я не могу ему не верить. И эти глаза… Кажется, что они просто не могут врать. Или я настолько наивна?

До машины доходим молча. Внутри чисто, как в операционной, не то, что у Стаса, где всегда на заднем сиденье валяются документы и журналы. И запах другой. Смесь кожи, цитруса и чего-то сладкого. Ауди трогается с места. В салоне звучит тихая спокойная музыка. Я прислушиваюсь к себе, пытаюсь разложить все свои ощущения по полочкам, но внутри меня какая-то дикая смесь из страхов, сомнений и… желаний. Последнее удивляет. Бросаю взгляд на руки Дениса. Широкая ладонь, аккуратные, не тонкие пальцы, красивые ногти. Грудь начинает медленно наполняться воздухом. А мысли несут меня дальше, рисуя в воображении картины, от которых я тут же краснею и резко отворачиваюсь, пока Денис ничего не заметил. Со мной такое впервые. Чтобы я вдруг захотела мужчину, которого вижу всего лишь второй раз в жизни? Никогда прежде такого не было. Мне нужно общение и не день-два, чтобы довериться, подпустить к себе и позволить что-то большее. Кто-то может с первым встречным. Я – нет. Видимо, поэтому в двадцать лет до сих пор девственница. Даже со Стасом у меня такого не было. Первое желание к своему спасителю я ощутила, наверное, через три или четыре месяца нашего тесного общения, но уже после того, как поняла, что влюбилась в него. С Денисом же все наоборот. Я не люблю его, но его близость будоражит мою кровь и разгоняет фантазию.

Машина тормозит у подъезда. Взгляд упирается в гуляющих на площадке голубей.

– Они просто не могут сидеть на деревьях, – говорю, сама не знаю, зачем.

– Да, их лапки просто не могут держаться за ветки, – соглашается Денис, сразу понимая, о чем речь.

– Я пойду, – тянусь к ручке.

– В следующую пятницу в семь.

Оглядываюсь на него, не понимая, о чем он говорит.

– Ужин, – поясняет Денис.

– Я еще не согласилась.

– Так соглашайся. Я тебя не съем. Я вообще не ем маленьких девочек, – ухмыляется он улыбкой змея искусителя, от которой у меня слабеют колени.

– Я подумаю, – бросаю торопливо и спешу в подъезд. Пульс зашкаливает и шумит в ушах.

Я боюсь Дениса. Это все, что пока понимаю. Мне на самом деле страшно, хотя за весь сегодняшний вечер он не сделал мне ничего плохого и был обходителен. Но перспектива провести с ним время, сидя лицом к лицу, под его внимательным взглядом, от которого, кажется, невозможно ничего скрыть, пугает.

– Ты уже пришла? – выглядывает в коридор Алиса. – Как погуляла? Чего такая бледная?

– Все нормально, – снимаю кроссовки и прохожу в ванную. – Устала просто.

– На вечеринку точно не пойдешь?

– Нет. Спать лягу, – прячу от подруги взгляд, как будто она может что-то в нем прочитать или я сделала что-то незаконное и неприличное, за что меня можно осудить.

– Ну смотри, как хочешь, – пожимает она плечами.

Сегодня у меня нет сил даже на душ, поэтому наскоро умывшись, ухожу к себе в комнату и ложусь спать. А из головы не выходит прошедший вечер, аллея и прогулка. Это длилось от силы полчаса, но я словно прожила маленькую жизнь с совершенно незнакомым мне мужчиной. Что я знаю о Денисе? Только имя. Кто он? Чем занимается? Где живет? Я не знаю о нем ничего. Хочу ли узнать? Не знаю. Не уверена. Не понимаю.

Слышу, как захлопывается дверь. Это Алиса ушла на вечеринку. Мне бы расслабиться и уснуть, но не могу. Мысли в голове бродят потерянными овечками. Вспоминаю взгляд Дениса, которым он смотрел на меня, прощаясь. Сомнений нет. Его вряд ли устроит только дружба. Тем более что ему далеко не восемнадцать лет. И вполне понятно, что ему от меня нужно. А я? А я люблю Стаса. И отношения ради секса меня не интересуют. Поэтому и никакого ужина с Денисом не будет.

Глава 4

Уже вторник. С пятницы от Дениса не было ни звонка, ни сообщения. Что это значит, я пытаюсь безуспешно разгадать. Он передумал? Нашел кого-то посговорчивее? Или ему просто некогда? Обрываю себя, злюсь, убеждаю, что мне это неинтересно, и начинаю сначала.

– Ты какая-то молчаливая сегодня, – замечает Алиса, когда мы после сдачи последнего экзамена заходим в уже привычную для нас кофейню. Ту самую, где встретили Дениса. Черт! Опять Денис! Да сколько можно о нем думать? Все, пройденный этап, мимо, не нужен он мне, неинтересен. И я, судя по всему, ему тоже. ХВАТИТ ДУМАТЬ О НЕМ!

– Не знаю, просто еще от экзамена не отошла, наверное.

– Все, не грузись. Сессия сдана. Мы свободные, как птички, – радуется подруга, заказывая свой любимый латте. – Кстати, Костя пригласил меня отдохнуть загородом, в доме его родителей .

– Круто! – отвечаю без особого энтузиазма.

– Угу. Все включено и абсолютно бесплатно. Для меня.

– Так у вас все серьезно?

– М, не знаю, – задумывается Алиса на мгновение.

– Не знаешь, но едешь с ним загород в дом его родителей? – хмурюсь я. Наверное, мне никогда не понять этой логики.

– А почему нет?

– Вы же встречаетесь.

– Ну, да, – подруга забирает свой кофе.

– Макиато, – прошу я и поворачиваюсь к Алиса: – Но ты не знаешь, любишь ли ты его?

– Даш, мне только двадцать. Я не готова вот так взять и связать свою жизнь с кем-то. А вдруг через год или два я встречу кого-то лучше, интереснее, сексуальнее?

Зависаю. С ее отношением к отношениям так можно и до пенсии скакать от одного мужчины к другому.

– И вообще, я не уверена, что Костя тот, кто мне нужен, – продолжает она, не замечая моей реакции.

– Но загород с ним ты едешь.

– Конечно.

Качаю головой, поправляю на лице маску и решаю больше не трогать эту тему.

– А ты? – спрашивает Алиса. – Что у тебя? Как планы на лето?

Беру макиато и мы вместе идем к выходу.

– Немного отдохну и пойду к Стасу работать. Он обещал, что возьмет меня.

– Серьезно? – морщится подруга. – Или у тебя есть какой-то план?

– План? Какой план? – не понимаю я.

– Соблазнить Стаса, – она играет бровями, открывая дверь.

– Не собираюсь я больше его соблазнять. Все, больше ничего такого.

– Разлюбила?

– Нет. Но зачем навязываться человеку, если он тебя не любит и вообще любит другую?

– Может, он еще не понял, что любит тебя. А надо ему на это намекнуть. Мягко, ненавязчиво.

– Не буду я ему ни на что намекать. Не хочу портить со Стасом отношения. Пусть все останется как есть.

– И как же ты собираешься у него работать? Будешь спокойно смотреть, как к нему захаживает эта Елена?

– А что мне остается? Я уже смирилась, – пожимаю плечами. – Если Стасу с ней хорошо, значит… Значит, переживу.

– Дурочка.

– Пусть.

– А с этим… красавчиком у тебя что?

– С каким красавчиком? – хмурюсь я.

– Ну которого мы здесь встретили как-то.

– Ничего, – дергаю плечом и отвожу взгляд. – Мы больше не встречались. Зачем он мне?

– Дашка, а ты так и собираешься в девках просидеть? – хмыкает Алиса.

Вот скажите мне, почему я с ней дружу с седьмого класса?

– На первого встречного точно не собираюсь кидаться.

Мне неприятен этот разговор. У нас с подругой диаметрально противоположные взгляды на жизнь, чувства и отношения. И нам никогда друг друга не понять. Она лишилась девственности с соседом по дому в семнадцать лет. Просто потому что так захотелось, а не от большой любви. А я так не хочу и не могу. Тем более что моя девственность мне совсем не мешает: ни ходить, ни жить. Может быть, это глупо, но меняться не собираюсь.

– Да ладно, не злись, Даш, – примирительно говорит Алиса. – Я просто беспокоюсь о тебе. Хочу как лучше.

– Давай ты не будешь об этом беспокоиться, – прошу ее, потому что если она продолжит в том же духе, мы поругаемся. – Когда вы с Костей уезжаете?

– В воскресенье.

– Уже? – удивляюсь я.

– Ну да, а что тянуть?

– И надолго вы едите?

– На две недели. Представляешь, четырнадцать дней солнце, бассейн, прислуга и полный кайф.

Не представляю, потому что это вообще не мое – жить за чей-то счет.

– Ты бы тоже могла куда-нибудь съездить вместо того, чтобы торчать среди стройматериалов, – кривит Алиса губы.

– Одна ехать не хочу.

– Позови Стаса.

– Алиса! – рычу предупреждающе.

– Все, молчу.

К моему облегчению, подруга сама меняет тему, обсуждая экзамен, препода и какую-то там Свету, которая решила увеличить грудь.

– И это при ее трешке! – возмущается Алиса.

Я скромно молчу про свою двойку. Зато все аккуратно и ниоткуда не вываливается.

Домой мы возвращаемся уже вечером и подруга вскоре уходит на свидание с Костей, радостно сообщив:

– Ночевать сегодня не приду.

Засыпаю в ту ночь на диване перед телевизором.

В четверг я твердо решаю больше не думать о Денисе и ужине с ним, потому что уверена, что никакого ужина не будет. Становится даже легче дышать, хотя в глубине души мелькает едва заметное сожаление, от которого я тут же отмахиваюсь.

Алиса полна энтузиазма и активно пакует чемоданы.

– Куда тебе столько? – смеюсь я, глядя, как она пытается закрыть уже третий по счету и ничего не выходит.

– Я хочу быть готова ко всему! Ну помоги же, Дашка.

Сажусь сверху на чемодан и замок, наконец, защелкивается.

– Уфф, ура! – вздыхает Алиса и задумчиво оглядывает комнату.

– Ты, что, собираешься еще что-то взять? – округляю я глаза. – Ты точно на две недели едешь, а не на две жизни?

Отвлекаюсь на телефонный звонок, пока подруга сверяется со списком в руках.

– Да, – отвечаю, не глядя на экран.

– Привет!

Мне кажется, этот голос я уже могу узнать из тысячи. Дыхание тут же сбивается. От резко накрывшего волнения крепче сжимаю телефон пальцами.

– Здравствуй! – произношу дрогнувшим голосом.

– М, как официально, – посмеивается Денис.

– Что ты хотел?

Понимаю, что грубо, но с языка слетает быстрее, чем успеваю остановить себя. Замечаю, что Алиса прислушивается к нашему разговору. Хочется поскорее его закончить. И выйти не могу, потому что у подруги сразу возникнет миллион вопросов, на которые я совсем не хочу отвечать.

– М, услышать тебя.

– Зачем?

– Если скажу, что соскучился, поверишь?

От хрипотцы в его голосе все волоски на теле встают дыбом.

– Нет, – отвечаю резко.

Алиса уже совсем забыла, что собиралась загород, и просто смотрит на меня.

– А я соскучился.

– Извини, мне надо идти. Не могу сейчас говорить.

– Пытаешься от меня избавиться? – говорит он спокойно.

– Нет, я, правда, занята.

– Хорошо, подожду до завтра, когда ты будешь в полном моем распоряжении.

– Что? – выдыхаю я от неожиданности.

– Ужин. Завтра в семь.

– Я не…

– Буду ждать с нетерпением, – не дает Денис договорить мне и обрывает звонок. Раскрыв рот от такой наглости, смотрю на экран мобильника. Он, что, вообще не понимает отказа?

– Кто это был? – вырывает меня из шока Алиса.

– Да так, никто, – отмахиваюсь. Сердце частит. В горле сухо.

– Даашааа, – тянет подруга.

– Денис, – отвечаю, не хотя, не глядя на нее.

– Он просто твой знакомый хам, но ты уже дала ему свой номер телефона? – ее брови взлетают вверх.

– Ммм, так получилось.

– Я жажду подробностей.

– Нет никаких подробностей, Алис. Он просто ничего не значащий знакомый.

– А чего же ты так разнервничалась?

– С чего ты взяла, что я нервничаю? – дергаюсь я.

– Дашка, я знаю тебя хрен знает сколько лет, – растягивает Алиса губы в улыбке того самого Каа из мультика про Маугли. Ну все, сейчас она будет меня глотать. – Давай рассказывай, чего я такого не знаю. Вы уже встречались? У вас что-то было? Кто он такой?

– Алиса! – несусь из ее комнаты в гостиную. Она же не отстает. Вцепилась мертвой хваткой.

– Нет, погоди. У вас, что, правда, что-то было?

– Ничего у нас не было. Ты с ума сошла? Я его даже не знаю.

– Но номер дала.

Тяжело вздыхаю, закатывая глаза.

– Мы познакомились случайно, – опускаю подробности. – Я дала ему номер, потому что… Не знаю, что на меня нашло. Думала, он забудет меня и никогда не позвонит.

– А он звонит, – еще шире растягивается ее улыбка. – Чего хочет?

Не отстанет же. Еще пытать начнет. С Алисы станется.

– Алис, ты все вещи собрала? Ничего не забыла? – пытаюсь сбить ее с заданного курса.

– Ты мне зубы не заговаривай.

– А я не заговариваю. Я просто переживаю, чтобы ты ничего не забыла.

– Не забуду, – падает Алиса на диван. – Итак, я жду.

– Чего? – невинно хлопаю глазами.

– Даашааааа.

– Ну что Даша?

– Давай говори, чего тебе названивает этот красавчик? На свидание зовет?

– На ужин, – бурчу я.

– Офигеть! А ты?

– А я не хочу идти с ним на ужин?

– Почему? – искренне недоумевает Алиса.

– Я его совсем не знаю и вообще…

– Что вообще?

– Я не хочу сейчас никаких отношений, – опускаюсь в кресло напротив подруги.

– Опять из-за Стаса? – закатывает подруга глаза.

– Да, из-за Стаса, – обижаюсь я.

– Даш, ну ты же сама от него отступилась. Так чего теперь траур по нему носить?

– Я не ношу по Стасу траур, – подскакиваю на ноги. – И, вообще, я не хочу обсуждать эту тему. С Денисом я никуда ресторан не пойду.

– Денис, значит, – хитро смотрит на меня Алиса.

– Все, я мыться и спать, – заявляю категорично.

После душа, высушивая волосы феном, разглядываю себя в зеркало. Я не страшная, вполне симпатичная. И фигурой природа не обделила. Мозгов только не дала. Иногда Алисе завидую. Она смотрит на мир проще. А я… Про Стаса теперь придется забыть, как бы больно мне ни было. И, что же, быть всегда одной? Мне двадцать. А у меня ни разу толком не было парня и отношений. Все сижу принца жду. Идиотка! Права Алиска, так и до пенсии досижусь. Но и спать с кем попало тоже не могу. Вспоминаю Дениса, его взгляд, как бездонный омут, сбивающая с ног уверенность и руки… Всегда любила красивые мужские руки. Фетиш у меня такой своеобразный. В первую очередь на них внимание обращаю, а уже потом на все остальное. Прикусываю губу. Этот ужин меня ни к чему не обязывает, правда ведь? Я ничего Денису не обещала. Просто ужин, на котором я попытаюсь объяснить ему, что мне сейчас не нужны отношения. Может быть, со временем… Уверена, что он тут же потеряет ко мне интерес. И эта мысль заранее вызывает сожаление. Не понимаю я, чего хочу. Кажется, что если пойду в ресторан с Денисом, то предам свои чувства к Стасу. Чувства, которые ему не нужны. Не знаю, что делать. Слишком я замороченная. Слишком правильная. Слишком много думаю. И не могу по-другому.

До полуночи кручусь в постели. Сна ни в одном глазу. Уже битый час пытаюсь ответить на вопрос, почему так боюсь Дениса, почему боюсь идти с ним на этот чертов ужин. Это же всего лишь ужин. В ресторане будут люди. Хотя какой ресторан сейчас открыт? Пандемия же. Но, наверное, есть такой. В любом случае, домой я к нему не поеду. Да и вообще не станет же он принуждать меня к чему-то. На маньяка Денис не похож. Хотя сколько маньяков я видела вживую? Ни одного. А о тех, про которых читала или слышала, говорили, что они примерные семьянины и отличники труда.

Так, стоп! Выдыхаю. Сейчас додумаюсь до ужасов. Поднимаюсь с постели и, опершись руками о подоконник, смотрю в окно на черное непроницаемое небо. Не стану скрывать, мне нравится внимание Дениса. И какой девушке не понравится, когда на нее так смотрят и зовут на свидание? Меня мужчины не часто баловали своим вниманием. Максим не в счет. И в сравнении с Денисом он сильно проигрывает. Нет в нем той уверенности, от которой у меня внутри все начинает дрожать, не смотрит он так, что кровь по венам бежит быстрее, не приходят мне на ум фантазии с ним в главной роли, от которых краснеют даже кончики волос. Максим мне не вставляет. Ни в каких смыслах.

Шумно втягиваю в себя воздух, низко опустив голову. Это будет всего лишь ужин. Один ужин без продолжения. Мне просто хочется почувствовать, каково это быть желанной, хочется ощутить внутри трепет и отголоски зарождающегося желания.

Просто ужин. И ничего больше!

Утром за завтраком Алиса бросает на меня взгляды, но заговаривать не решается. Не выдерживаю, сдаюсь.

– Да, я пойду с ним в ресторан.

Ее губы расплываются в довольной улыбке.

– Но это будет просто ужин.

– Конечно, – кивает она.

– И ничего больше.

– Угу.

– Алиса!

– Я вообще молчу, если ты не заметила.

Мысленно говорю себе, что не собираюсь одеваться как-то по особенному, но целый час убиваю на то, чтобы определиться с платьем. У меня их в принципе немного, но даже это количество сильно усложняет выбор. Еще и Алиса совсем не помогает, а только мешает своими замечаниями:

– Скучно!

– Отстой!

– Ты его еще не выкинула?

– Алиса, – топаю ногой раздраженно.

– Это же просто ужин. Чего ты так паришься? – поддевает она меня.

– Я не парюсь. Но не могу же я пойти в джинсах.

– Есть еще время купить что-то подходящее, – смотрит подруга на часы.

– Не хочу я ничего специально покупать, – вешаю обратно в шкаф забракованное платье.

– Ты совсем не рассматриваешь его для отношений? – осторожно спрашивает Алиса.

– Совсем, – почти не кривлю душой и поправляюсь: – Не сейчас. А ждать он меня не будет.

– Откуда такая уверенность?

– Алиса, он не мальчик. И я прекрасно понимаю, чего он от меня хочет.

– Ты про секс?

– Да.

– А ты его не хочешь?

Не спешу с ответом.

– Денису от меня нужен секс, только секс, а я… Я так не могу.

– Это он сам тебе так сказал? – хмурится Алиса.

– Нет, мы вообще об этом не разговаривали.

– Тогда почему ты решила, что ему от тебя нужен секс, а не что-то больше? – удивляется она.

– Алиса, я же не дурочка, – закатываю глаза. – Ему где-то в районе тридцати и ты думаешь, что его устроят прогулки с держанием за ручку и кафе-мороженое?

– А почему нет? Может, он в тебя влюбился.

– Не смеши меня. Лучше посмотри на это платье.

В итоге, после долгих споров, мы выбираем черное приталенное платье с отделкой из гипюра и полупрозрачными рукавами. Скромно и со вкусом, хотя подруга настаивала на более откровенном наряде. Но я не собираюсь соблазнять Дениса.

– Здесь даже декольте нет, – ворчит Алиса.

– А я и не собираюсь ему ничего показывать.

– Ну и зря.

– Алиса! Я сейчас вообще никуда не пойду.

– Все, молчу! Чулки есть?

– Какие чулки? Не буду я надевать чулки.

– Ну и зря, – надувается подруга.

Уже после обеда появляется легкий мандраж, который с приближением к шести часам усиливается. А потом меня и вовсе начинает откровенно трясти. Около семи я готова все отменить и остаться дома, но Алиса не позволяет.

– Даш, да успокойся ты. Не съест же он тебя, – успокаиваем подруга.

– А если что-то пойдет не так? Если…

– Что если? – закатывает она глаза. – Просто не соглашайся ехать к нему домой, если не хочешь продолжения. Ой, да и не станет же он тебя насиловать, в конце концов. Ты чего? Давай выдохни и улыбнись.

Дыхательная гимнастика немного помогает и паника отступает, оставляя после себя только волнение. И в самом деле, чего я так переживаю? Это же просто ужин. Поедим, поговорим, разойдемся. На этом все. Договорившись с собой, почти успокаиваюсь. Но когда ровно в семь от Дениса приходит сообщение «Добрый вечер, Даша! Жду тебя у подъезда», меня снова не хило так подкидывает.

– Ну, давай, удачи, – напутствует меня Алиса, прихлебывая чай из своего огромного бокала. – Если что, предупреди хотя бы, чтобы я не волновалась.

– Если что? – переспрашиваю, нахмурившись.

– Ну, мало ли как у вас там все пойдет.

– Алиса!

– Да молчу я, молчу. Иди уже, болезная, пока сознание не потеряла. А то так и не дождется тебя твой принц.

– Не принц он мне, – огрызаюсь, открывая дверь.

– Ну на коня точно не тянет. Слишком хорош.

– Алиса, – шиплю уже из подъезда.

– Что? Иди уже.

Чтобы отвлечься, смотрю, как в лифте на табло сменяются цифры. Душно, жарко. Зря надела это платье. Надо было что-то полегче. На третьем этаже лифт тормозит, впуская грузную соседку Марию Дмитриевну.

– О, Даша, какая ты красивая.

– Спасибо, – бормочу смущенно.

– Куда это ты такая нарядная?

Баба Маша – не Алиса, ее так просто не пошлешь.

– В ресторан пригласили.

– Ох, здорово. Но там, наверное, все так дорого.

Молчу. Все равно не мне платить. Надеюсь. Надо было хоть денег взять, а то заставят потом посуду мыть в счет долга. Черт! О чем я вообще думаю?

– До свидания, – торопливо прощаюсь с соседкой и, протиснувшись мимо нее, вылетаю из лифта на первом этаже. Она ведь сейчас еще смотреть будет, к кому я села в машину. Сплетен потом не оберешься.

Спешу поскорее выйти из подъезда и сразу же натыкаюсь на Дениса. Он стоит возле такси с букетом нежно розовых роз и при моем появлении одаривает меня оценивающим взглядом. Хочется съежиться и нырнуть обратно, но толкаю себя вперед.

– Привет! Шикарно выглядишь. Это тебе.

Смущенно беру цветы.

– Спасибо! Мы на такси? – окидываю взглядом машину с известным логотипом.

– Да, – открывает он для меня заднюю дверь.

Ныряю в прохладный салон. Денис садится рядом, но с другой стороны.

– Куда мы едем? – спрашиваю, чтобы скрыть свою нервозность.

– В ресторан, – уголки его губ дергаются. Отмечаю, что в костюме вижу Дениса первый раз. Мне это нравится. Как и нравится исходящая от него уверенность, но торможу себя. Так недолго, пустив слюну, вообще пойти за ним, куда поведет. А это в мои планы совсем не входит. – Я рад, что ты согласилась.

– Это всего лишь ужин, – сразу спешу расставить акценты. – Кстати, а, что, есть рестораны, которые еще работают? Разве их все не закрыли?

– Нет, есть работающие, но количество посетителей сильно ограничили. Мне удалось раздобыть для нас столик.

Денис молчит и только смотрит на меня, смущая. То ли пытается что-то понять по выражению моего лица, то ли ему все равно на мои слова. Сложно разобраться. Я вообще не могу его прочитать. Он как закрытая книга, шкатулка с секретами. Главное, чтобы эти секреты не были страшными. Дергаю головой, ругая себя за такие мысли.

– Что-то не так? – спрашивает Денис.

– Нет, все в порядке.

Мы приезжаем в ресторан, о котором я была наслышана, но никогда в нем не была. Интерьер поражает своей необычностью и я не могу перестать его разглядывать. Денис молча за мной наблюдает. Он вообще сегодня, на удивление, молчалив и это сбивает с толку. Сделав заказ, прячу руки под стол.

– Почему ты так смотришь на меня? – не выдерживаю я.

– Как? – Денис чуть склоняет голову к правому плечу.

– Ты меня смущаешь, – улыбаюсь, отводя глаза.

– Я уже привык к тому, что смущаю женщин, – тихо смеется он.

– У тебя их так много? – спрашиваю, как будто в шутку, но внутренне напрягаюсь в ожидании ответа.

– Много, – кивает Денис и задумывается: – Ммм, порядка десяти каждый день проходит через мои руки.

Смотрю на него недоверчиво. Он либо шутит, либо настолько бабник, но десять каждый день? Сомневаюсь.

– Я гинеколог, – тут припечатывает Денис, насладившись моей реакцией.

– Кто? – распахиваю глаза.

– Гинеколог.

– Ты серьезно? – спрашиваю с сомнением.

– Абсолютно.

Даже не знаю, как реагировать, и как скрыть свое смущение и шок. Пока официант разливаем вино по бокалам, Денис не сводит с меня глаз.

– Так что, если будут какие-то проблемы, обращайся, помогу.

– Эм, – из груди вырывается нервный смешок. – Вряд ли я к тебе обращусь.

– Почему?

– Я … Я бы вообще никогда не пошла к мужчине…

– Почему? – искренне удивляется Денис.

Бросаю взгляд на вино. Мне срочно нужно выпить. Но так и не прикасаюсь к бокалу.

– Разве важен пол специалиста? – смотрит он с интересом. – На мой взгляд, важна квалификация.

– И все же я бы предпочла врача-женщину, – отвечаю уверенно.

Денис какое-то время молчит. Хочется сбросить с себя его взгляд.

– А ты у нас студентка.

– Да, – радуюсь смене темы.

– Какого курса? – делает он глоток вина.

– Второго, – смотрю прямо ему в глаза, понимая, с какой целью Денис задавал этот вопрос. – А сколько лет тебе?

Он ухмыляется, зная, что я его раскусила.

– Тридцать два.

Дыхание перехватывает.

– Староват? – спрашивает Денис.

– Смотря для чего, – возвращаю ему ухмылку.

– А для чего ты меня рассматриваешь?

Я не ожидала такого вопроса, поэтому теряюсь и напрягаюсь.

– Я тебе уже сказала, что отношения меня пока не интересуют.

Нам приносят салаты и можно спокойно отвлечься.

– Кто тебя так обидел? – спрашивает вдруг Денис, когда я уже даже забываю, о чем мы говорили.

– Что? – поднимаю на него глаза.

– Ты так боишься отношений.

– Я не боюсь отношений, – выдыхаю. – Но сейчас к ним не готова. Поэтому если у тебя на меня есть какие-то планы…

– Есть, – не дает он мне договорить.

В груди все сжимается.

– Я даже догадываюсь, какие, – ухмыляюсь и отпиваю вино. Легкое и на удивление вкусное.

– Поделишься? – едва заметно улыбается Денис.

Готова откусить себе язык. Спрашивается, чего не молчалось? Салат вон какой вкусный. Ела бы себе да помалкивала.

– Денис, – набираю полные легкие воздуха и бросаю взгляд в сторону, – ты уже большой мальчик и я прекрасно понимаю, что дружба тебе неинтересна.

– М?

– Но ничего другого я тебе предложить не могу, – произношу торопливо на выдохе.

– А что у тебя есть?

Нет, он издевается. И заметив мое смущение, тихо посмеивается.

– Кстати, – решаю сменить тему, – почему смерть Кощея на конце иглы?

– Смерть Кощея на конце, – задумчиво тянет Денис и притворно хмурится.

Черт возьми, он все разговоры сводит к одному!

– На конце иглы, – поправляю его упрямо.

– Я это и имел в виду, – улыбается он.

Закатываю глаза. Да, конечно, имел он в виду.

– Так почему там?

– Это довольно долгая история и не совсем подходящая в данной ситуации.

– И все же? – мне надо задержать его на теме, которая не касается секса.

– Ну, – подливает он еще вина в мой бокал. Наблюдаю как льется желтоватая жидкость, – версий много, на самом деле. Вообще, эта сказка полна скрытых смыслов.

– Каких?

Мы дожидаемся смены блюд. Смотрю, как красиво Денис разделывает ножом стейк. Все его движения уверены, расслаблены, никакой суеты

– Во-первых, сам Кощей, – менторским тоном начинает он свой неспешный рассказ. – Есть мнение, что в образе Кощея воплотился образ бога смерти или демона.

Перестаю жевать, глядя на Дениса.

– По другой версии, – продолжает он спокойно, – Кощей – это образ происхождения мира из хаоса.

– Я больше верю в первую версию, – произношу, вспоминая сказки из детства.

– Утка у славян всегда считалась символом продолжения рода, поэтому яйцо, собственно, в ней и находится. И само яйцо – это жизнь.

– А заяц? – ловлю себя на мысли, что мне нравится слушать Дениса.

– Здесь мнения тоже расходятся. Заяц – символ земного зла, такой же изворотливый и хитрый. Либо его еще связывают с луной. А также с процессом воспроизводства потомства.

Хихикаю, вспоминая истории про плодящихся кроликов.

– То есть яйцо – жизнь, утка – …

– Зарождение жизни, – помогает Денис.

– А заяц отвечает за сам процесс.

Не знаю, виновато вино или нереальность рассказа, но мне становится смешно. Он тоже смеется:

– Интересный у нас получился разговор.

– Да, – киваю.

– У тебя красивая улыбка.

Смущаюсь. В животе сводит внутренности.

– Спасибо, – благодарю, опуская глаза в тарелку. – А ты откуда все это знаешь? Увлекаешься сказками?

– Бывает, – отвечает Денис уклончиво.

Задерживаю на нем взгляд, пытаясь понять, что он скрывает. А ощущение, что Денис не так прост, как кажется, есть.

– Ты не заказала десерт, – замечает он.

– Не люблю сладкое.

– Ты вообще не ешь сладкое? – вскидывает Денис бровь.

– Практически да.

– А есть что-то из сладостей, что ты любишь?

– М, – задумываюсь, – нет.

– Кофе ты тоже пьешь не сладкий, я помню.

– Да, – улыбаюсь, чувствуя внутри тепло от того, что Денис запомнил мои вкусы.

– Откуда такая нелюбовь к сладостям?

– Не знаю, – дергаю плечом. – С детства была к ним равнодушна. Торты, кстати, вообще терпеть не могу. Особенно те, где много крема.

Меня аж передергивает.

– А что любишь?

Смотрю на Дениса и не могу сдержать смех.

– Это, что, допрос?

– Это попытка узнать о тебе больше.

– Зачем? – стреляю в него глазами. Благодаря вину, я сейчас не чувствую того напряжения и волнения, с которым приехала в ресторан.

– Потому что ты мне интересна, Даша.

От того, как Денис произносит мое имя, по телу прокатывается приятная волна.

– И что же во мне интересного? – склоняю голову на бок.

– Ты.

Вскидываю бровь и чувствую, как медленно тону в его глазах. Прокашливаюсь и отворачиваюсь.

– Когда я увидел тебя первый раз, там, на аллее, то знаешь, что я подумал?

– Что?

– Какая красивая девушка и с такими грустными глазами.

Смущенно опускаю глаза в тарелку и начинаю ерзать на стуле.

– И мне захотелось разгадать тайну этих грустных глаз.

Денис крутит в пальцах тонкую ножку бокала, гипнотизируя меня взглядом. Бросает в жар и становится трудно дышать. Ладони потеют и слабеют колени. Не вижу ничего вокруг, кроме глаз напротив. Даже музыка теперь звучит где-то далеко.

– Поделишься? – спрашивает он и я, вздрогнув, наконец, начинаю дышать полной грудью.

– Нет, – отвечаю тихо.

– Все было так плохо? – хмурится Денис.

– Я не хочу об этом говорить.

– Хорошо. О чем ты хочешь поговорить? – соглашается он.

Теряюсь. Своими словами Денис всколыхнул в моей душе то, что я хотя бы на этот короткий вечер смогла забыть – боль от того, что Стас предпочел мне другую. Разговор не клеится. Мне становится неуютно и неловко.

– Я, наверное, поеду домой, – произношу неуверенно.

– Спешишь от меня избавиться?

– Нет. Просто уже… Уже поздно.

– Мне кажется, ты меня боишься.

Во рту пересыхает.

– С чего ты взял?

– Ты все время пытаешься от меня сбежать.

– Я не сбегаю. Мне, правда, пора домой.

– Хорошо, – к моему удивлению, соглашается Денис. Он вызывает такси, расплачивается и мы идем к выходу.

На улице уже темно. Зажглись фонари. Сегодня жара не спадает даже с наступлением ночи.

– Я провожу тебя, – говорит он, когда приезжает машина.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.