Вика Моррис
Добрые истории мудрой собачки

Я не я, и лошадь не моя

Внимание! Автор этих рассказов не несет ответственности за последствия от их прочтения. Все события и персонажи не вымышлены, любое совпадение имен и событий с реальными не является случайностью. Рассказы предназначаются для вашего чтения и имеют исключительно развлекательный характер. Распространять настойчиво рекомендуется.

Первая встреча

Я люблю февраль, потому что после февраля приходит весна. Она приходит очень быстро и неожиданно, заставая всех врасплох и даря всем новые надежды. Под тёплым мартовским солнышком стыдящиеся своей наготы деревья вдруг начинают прикрываться цветастыми или зелёными нарядами, а двуногие, наоборот, раздеваются чуть ли не до бесстыдной наготы.

Бесконечные ночные серенады мачо-котов рвут сердца незамужним и замужним котихам, чьи озвученные вздохи и выдохи действуют на нервы уработавшимся людям, лишая их полноценного отдыха в горизонтальном положении. Четвероногие начинают творческий поиск новых запахов, зарывая свои носы в прелую прошлогоднюю листву, а для их двуногих сожителей приходит время созидать или, в крайнем случае, мыть окна.

Однако в моей жизни пока мало что изменилось. Уже вторую неделю я проводил в местном приюте для бездомных собак. Ни один двуногий мне пока не приглянулся. Расстянувшись на подушке и отвернувшись от назойливых посетителей, которые так хотели понравиться мне, я представлял себе моих новых хозяев. Она будет как Афродита, рождённая из пены, приятно пахнущая рыбой, но ещё лучше, если она будет держать в руках вкусняшку, а он … ну, он просто пусть будет.

Тук, тук. Тук, тук. Назойливый и навязчивый стук по конуре. Опять пришли показать себя эти пахнущие шанелями или шинелями люди. Отстаньте от меня! Однако кто-то настойчиво хотел привлечь мое внимание, ну, и запахло вроде как свежескошенной травой и чем-то домашним. Я повернулся. На меня смотрели три пары карих глаз, три пары рук тянулись ко мне, чтоб потискать меня, и одна челка, под который прятался пацан с большой улыбкой. Его чёлка росла смешно вниз, моя же, как у всех Ши-тцу, растёт вверх. Я улыбнулся ему в ответ. У нас было с ним много общего. Она, к сожалению, не пахла рыбой и не была похожа на Афродиту, но была похожа на весну, которая застала мена врасплох, а он, ну, а он держал в руке косточку. Пацан с длинной челкой потащил меня погулять в мартовском парке, где уже цвели бледно-розовым деревья, a кошки и коты шарахались от нас по сторонам, и я начал свой творческий поиск, зарыв свой нос в прошлогоднюю прелую листву, радуясь, что моя мама нашлась.

Лапа

– Хочешь, я тебе дам лапу, и тогда тебе не будет так грустно?

– Почему ты думаешь, что мне грустно?

– Я же собака. Я чувствую. Вернее, знаю. Или хочешь, мы просто посидим вот здесь на диванчике: я положу тебе морду на колени, и ты меня будешь гладить, а я буду помахивать хвостом тебе в такт. Тебе будет лучше.

– Ты так думаешь?

– Да, мы собаки как громоотвод. Попробуй, почеши мне пузико, ты сама увидишь.

– Ты не волнуйся, мне хорошо.

– Я лизнул твою щеку, она была соленая.

– Это от морской воды.

– Но у нас нет рядом моря…

– Хорошо, Скуби. Дай лапу.

Про меня

У меня нет паспорта и у меня нет свидетельства о рождении. Вот так: просто нет. Поэтому я не знаю, где я родился, когда я родился, кем были мои родители, что у меня за национальность, вернее, порода.

Мои хозяева нашли меня в приюте. Вернее, это я их нашёл. Но я разрешаю им говорить, что они меня увидели первыми. О себе могу сказать одно: меня зовут Скуби. Не Скуби Ду, как того песика из мультика, а просто Скуби. Имя я своё хорошо знаю, не всегда реагирую на него, однако.

В приюте мне сказали, что я Ши-тцу с хорошим весом 8,5 килограммов (!), а больше про меня ничего не знали, а я почему-то ничего про себя не помнил. На улице часто мамку останавливают и спрашивают, откуда такого красивого цушончика привезли, может быть, я именно Бишон Фризе и Ши-тцу, хотя, интернет говорит, что я вылитый Лхасский Апсо. Вес подходит и размер тоже. А может, я Лхасский Цушон? Вот ведь загадка. Я маленький и пушистенький, с плоской мордочкой, кожаным носом, белыми усами и рыжей бородкой и с обвислыми ушами. Я длинный, почти как такса, и хвост у меня крючком, мамка говорит, что я похож на облако. Мы с ней решили, что я все-таки древней мистической тибетской породы Ши-тцу, возможно, из Священного города Лхаса, и привез меня сюда, ну, если не сам Далай-лама, то кто-нибудь из его последователей. И жил я в Тибете в каком-нибудь монастыре, охранял буддийских монахов, а теперь я живу на диване, в квартире, охраняя моих человечков. В свободное от отдыха время занимаюсь интеллектуальным трудом – пишу мемуары, вот, напишу несколько и мамке подарю – пусть порадуется, какой у нее умный сыночек растет.

Перемены

Скуби переехал в свой новый дом за неделю до всемирного карантина.

Лежа на диване, он меланхолично думал о том, как легко было жить первую неделю: творил, что хотел, спал, сколько хотел, и ел, сколько кормили. В доме была только одна хозяйка, с ней можно было и посидеть, и животик почесать, и поболтать, и в окошко посмотреть, и даже погулять разок в середине дня. В доме царил режим и порядок.

С карантином, однако, все радикально изменилось. Теперь все члены семьи творили со мной, что хотели: кто-то тыкал мне печенькой в нос, кто-то пытался расчёсывать мне мою гриву, кто-то пытался меня дрессировать. И происходило это одновременно. То есть в один и тот же момент. Поспать было некогда. Но! Зато есть одно замечательное "но": все трое соревновались почесать мне животик, или поболтать со мной, или спешили взять меня погулять.

На улице стали происходить необычные вещи: все люди надели намордники; наверно, они стали кусаться, потому что шарахались они друг от друга, как кошки от собак. На собак же возлегла задача водить их гулять и следить за тем, чтоб они не съели на улице чего-нибудь неподходящего. Тяжела эта задача, на улице – это ещё ничего, но вот дома!

Хозяева постоянно толпились на кухне и что-то жевали, сколько бы они не кормили себя, они все равно хотели есть. Отсутствие режима налицо, но я знаю, что скоро будет и на лице, и на талии.

По вечерам мы вчетвером стали смотреть в окошко, обсуждая, кто с кем разговаривает, эта парочка из одной семьи или из разных и почему они уже третий раз гуляют. Вообще-то, карантин неплохо влияет на нас: мы стали есть, болтать и гулять все вместе, несмотря на необходимость соблюдать дистанцию.

Много общего!

Растянувшись по всей длине старенького зеленого дивана и смешно уткнув нос в маленькую подушку, Скуби размышлял вслух, как это он любил делать в приюте, коротая там две недели одиночества.

Как хорошо, что люди похожи на собак. Вот, например, я люблю вкусно поесть, и человеки тоже любят вкусно поесть. Вон хозяйка на карантине уплетает за обе щеки! А ещё я люблю поспать. Так и хозяин тоже не прочь развалиться на диванчике, прямо как я. А ещё я люблю гулять, нюхать траву в парке, и охотиться за мячиком. Так и Ромка (мой старший двуногий брат) тоже любит бегать по парку, охотиться за мячом, а потом валяться на траве. А ещё люди, как и мы, собаки, любят, чтобы их гладили, говорили им красивые слова, выводили в свет и чтоб они сидели в кафе в ожидании Джина с Толиком. Они же, как и мы, компанию любят!

Это же просто замечательно, когда у нас есть столько общего!

Муза

"Где она? Ну, где же она?" – волновался Скуби. "Я же все кусты обнюхал, в каждый уголок дома заглянул, но нигде её нет! Все, пропала, исчезла или растворилась".

Скуби обеспокоенно крутил головой: “Мне бы разок ее увидеть и поговорить с ней. Она же была со мной почти год: мы ложились спать и вставали вместе. Я ей читал свои рассказы и делился планами, а теперь ее нет”. Когда я с ней – я пишу, а без нее – мне одиноко: ни рифмы, ни строчки не могу написать. Муза, вернись, а то, как же я книжку мамке подарю?

Сумка

Большая и вместительная, а главное – на все случаи жизни», – гордо сказала хозяйка, разглядывая своё новое приобретение – сумку неимоверных размеров, которая, по мнению Скуби, спокойно могла бы служить ему кроватью. «Ты представляешь, Скуби, я могу туда все положить: и твои вкусняшки, и бутылку с водой, и косметичку, и кошелёк, и жвачку, и телефон, и запасной поводок, и ещё место останется. Посмотри, сколько здесь отделений! » – не успокаивалась она, явно довольная своей покупкой. Ну, что ж, Скуби решил действовать твёрдо и быстро, притащив в зубах своё поводок, пора вести ее, то есть хозяйку, гулять и показывать всем ее, то есть хозяйки, обновку.

Так втроём они пошли разглядывать столпившихся людей на остановках, нюхать сообщения на телеграфных столбах и искать своё отражение в витринах магазинов. И вдруг зазвонил телефон. Хозяйка с улыбкой засунула руку в сумку, но с первого раза телефон не нашла. Не нашла его и со второго раза. Ее рука продолжала изучать содержимое, но все безрезультатно. А телефон продолжал настойчиво звонить.

«Хм», – сказала она с отцветшей улыбкой и стала вытаскивать из сумки косметичку, бутылку с водой, запасной поводок, кошелёк, вкусняшки для меня, шоколадки для себя, жвачку, и наконец-то с победным кличем «Ага!» – телефон, который почему-то перестал трезвонить. «Абонент не определён», – без улыбки проворчала хозяйка. «А давай-ка, Скубочка, без сумки гулять!» –Скуби одарил ее благодарной улыбкой- ведь, столько ещё надо посмотреть.

Муз

Скуби: «Хочешь, я буду твоим музом?»

Я: «Не музом, а музой. Ты и так моя муза».

– А муза, это как?

– Муза – это когда ты рядом, и мне самой хочется быть лучше и хочется сделать что-нибудь приятное.

– Для Скуби?

– Для Скуби, ну и для всех.

– Это как дать печеньку?

– И как дать печеньку тоже.

– А хочешь, я буду твоим любовником?

– Любовником – это как?

– От слова любовь. Я тебя буду любить.

– Ты меня и так любишь. Иногда мне становится и стыдноб, и страшно, что ты меня так любишь.

– Тебя легко любить. Ты хорошая.

– Нет, ты меня не знаешь. Вот, например, утром я была вредная. И сказала тебе: уйди и не мешай.

– А я не ушел и не мешал, потому что мне нравится быть рядом с тобой.

– Мне тоже и даже очень.

– Тогда давай и буду твоим бытием.

– Лучше будь просто моим.

Подарок

«Я принёс тебе подарок», – виляя хвостом, игриво прищурился Скуби. «Спасибо», – улыбнулась я, предвкушая операцию повыуживанию послепрогулочных семян травы,  спрятанных в его пушистой морде. « Я принёс тебе шорох опавших листьев, в этот раз не семена», – просиял Скуби и подошёл поближе: «Слышишь?» Я спрятала пальцы в его гриве настоящего льва. « Конечно же, слышу! Я очень люблю твои подарки! »Скуби улыбнулся, положив свои лапы мне на колени. «Мне нравятся твои подарки. Они всегда необычные. В октябре ты мне подарил прогулку в горах, а в августе запах дождя», – вспомнила я. «Тебе, правда, они нравятся?» «Очень», – подытожила я.

Скуби – удивительная натура: он не приносит мне мячики или палки и не прячет для меня (а иногда и от меня!) остатки куриной ножки. Он мне просто дарит туманные прогулки по мокрому полю, или свои завывания под луну в середине ночи, или радостный лай при восходе солнца.При этом на него совершенно невозможно обидеться. Разбудил среди ночи? Но когда же я увижу полную луну? Не даёт спать в сладкие часы утра? Посмотри на алый восход! Мокрые ноги! Да, это же мелочи по сравнению с запахом дождя!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.