Артем Посохин
Создатели утопии. Мерцающие мосты

Злой человек вредит самому себе прежде, чем навредит другому.
(Аврелий Августин)

Синопсис, или что было раньше

Однажды утром, Святослав обнаружил, что его квартира пуста. Все родственники исчезли, а за окном пустые безмолвные улицы и резко меняющиеся природные явления.

Юноше удалось узнать, что исчезла не только его семья. Животные, птицы, почти, все люди вокруг – словно, канули в небытие. Исключением стали, буквально, два-три человека на тысячу, причем большинство выживших, по какой-то причине, были либо уголовники, либо сумасшедшие.

Найдя союзников, Святослав отправляется в путешествие, чтобы понять происходящее и найти возможность вернуться к нормальной жизни. Он хочет снова увидеть своих друзей, близких и родных.

Преодолев немалые расстояния, побывав в разных городах и опасных ситуациях, Святославу с товарищами удается узнать о загадочном острове. Вместе с группой наемников, взявших их в плен, они добираются до города Кемь. Там, на берегу Белого моря их настигает опасное явление: горящие осколки, падающие с небес. В неразберихе гибнет Святослав и несколько наёмников. Приятелей парня ждала бы та же участь, но их спасает неожиданно появившийся монах – Аарон. К сожалению сверх сила, присущая монаху, не защитила его самого и он погиб. Перед смертью Аарон отдал свой дневник приятелям Святослава. Именно эта вещь приоткрыла им тайный занавес, пролив свет на происходящее.

Умерев «там», Святослав очнулся в родном мире. Он добрался до загадочного места на Соловецком острове, где его встретил Аарон. Монах поведал юноше о заветной цели их братства: избавление мира от зла. Он передал парню свой дневник, находящийся в родном мире и постарался ответить на вопросы.

Как выяснилось, Аарону, совместно с единомышленниками, удалось найти, а затем изучить древние книги и свитки. С их помощью они создали копию нашего мира и, в одночасье, переместили туда всё отрицательное. Они и думать не могли, что обычная злость и негативные мысли людей станут причинами перемещения «туда». Исходя из наблюдений, Аарон сделал заключение: очистивший карму «там», умерев, вернется домой. Но это была только догадка, ведь созданное – не изведано…

Монах обещает сделать все, чтобы вернуть назад приятелей Святослава и людей, не заслуживающих столь страшной участи. Он просит дать ему время для изучения созданного им мира…

Святослав возвращается домой, а его товарищи остаются в заточении некоего подобия чистилища.

Мир уже никогда не будет прежним.

Пролог

Из ежедневника Аарона

Мир медленно, но верно сходит с ума. Происходящее больше не может быть незамеченным, или скрытым от рядового зрителя. Силовые структуры и тайные организации, лишь, поначалу признавали, что подобные события делают нашу жизнь лучше и спокойнее. Процент преступности снизился почти до нуля, терроризм и войны канули в прошлое – третий год кряду великие умы Земли ломают головы над этими загадочными происшествиями. Думаю, пришла пора рассказать о том, что я натворил…

Пророки и ясновидящие, как и наше братство, предсказывая безгрешное, светлое будущее, в итоге, ошиблись. Растрачивая драгоценное время на изучение и наблюдение, мы упустили суть, не предвидя возможный вариант развития событий. Необычное добро, сжав кулаки, тем самым временем потихоньку выживало из ума, пока не превратилось в нечто. Волей судьбы, или, благодаря тёмным силам, до нас не дошли те писания предков, где есть строки предостережения из полученного опыта, если, конечно, это кто-то и когда-то реализовывал. Значит, такова моя участь: совершить ошибку и затем написать о том, чего делать не стоит, а если, вдруг, сделали, то знайте: есть огромные подводные камни, борьба с которыми нам только предстоит.

Словно прогрессирующая болезнь, тот мир, изначально созданный во благо человечества, породил некое явление или, если быть точным, приобрёл новую цель. Представление о добре и характер у копии нашего мира начали видоизменяться, деформироваться, влияя на усиление личного своенравия и непредсказуемости. Подобно гигантскому монстру, чье тело невидимо для человеческих глаз, его аппетит растет в такт утекающим дням. Мысли об этом заставляют учащаться пульс, вынуждая нас делать еще аккуратнее и без того робкие шаги. Многих это подталкивает к панике, к затворничеству по отношению к нестабильной реальности. Да простят меня Всевышний и те, кто столкнулся со всем этим!

Правительства стран пытаются принять меры, дабы изучить, обуздать или пресечь происходящее. Но как совладать с тем, что тебе неведомо и невидимо? Очень предсказуемым было то, что ведущие державы нашего мира начали обвинять друг друга в причастности к тому, что можно назвать «сверхъестественной катастрофой». Сдерживает ситуацию лишь то, что все опасаются последствий, поэтому война ведется только словесно. Перспектива ничего не добиться и исчезнуть в сражении – не прельщает даже самых яростных фанатиков, желающих развязать войну и добиться главенства над растерянным миром.

То тут, то там продолжают исчезать люди. Кроме того, участились появления тел тех, пропавших ранее – это значит, что и «там» творится что-то неладное. Мало того, что любой может кануть в небытие, так еще и чудовищные неожиданности в виде непонятно откуда взявшихся трупов, могут подстерегать каждого где угодно и когда угодно. Жуткое зрелище являет себя на тротуаре центральной улицы, в парке, у жилых домов, а то и вовсе, в случайной квартире или ином, даже закрытом, помещении. Шокированное население боится за своих детей, близких, за самих себя. Появившиеся тела выглядят по-разному: некоторые, особо своеобразно, одетые в лохмотья и с ножевыми ранениями; в военной одежде и пулевыми отверстиями; со сломанной шеей или остановившимся сердцем; с испещренной, непонятно чем, кожей, словно жертву обливали серной кислотой… При этом все жертвы – разного возраста и национальности, поэтому конкретной закономерности учёным обнаружить до сих пор не удается. Нам же известна одна закономерность и имя ее – Отрицательная энергия. Иными словами, это – грешные души, которым нет пути назад даже через смерть, а вот через очищение им доступно вернуться, как это случилось со Святославом. Но это – лишь теория и выводы, сделанные, исходя из тех данных, которыми я обладаю.

Кстати о Святославе: я рад, что мальчик вернулся домой. Я, искренне, верю в его светлое будущее и с радостью продолжаю с ним дружеское общение. Когда-то, он, по глупости, попал в тот мир, прямо в миг его создания. Однако, несмотря на все испытания, он вернулся назад. Судя по всему, через гибель там – хотя сам я этого не видел, так как в это время защищал его друзей, а после и, вовсе, получил пулевое ранение и не выжил. Теперь, по-видимому, путь «туда» мне заказан, хотя я и не знаю, где в настоящее время могу быть наиболее полезным: там или здесь.

Поначалу места появления тел и исчезновения людей помечали специальным символом: наносили краску через трафарет, получая на асфальте или стене дома перечеркнутую горизонтальной линией букву «Я». Но, со временем, отметок стало слишком много, да и не показали они никакой систематики и упорядоченности, а лишь пугали и без того напуганных людей. Поэтому перечеркнутый символ потерял свою актуальность.

Газеты и журналы ведут еженедельную статистику и обновляют списки пропавших в своих бумажных изданиях и на электронных ресурсах. По мере появления «вернувшихся», в основном, в виде мертвых тел, а затем, опознанию их, имена из этих списков удаляются. Все остальное строго-настрого запрещено – руки СМИ сковывают новыми законами, а рты заклеивают угрозами агенты специализированных секретных служб. Но, несмотря на это находятся смельчаки, которые в погоне за сюжетом или правдой, не опасаясь за собственную жизнь, решаются на отъявленные глупости и поступки. Обычно, подобные решения ни к чему хорошему не приводят, но бывали редкие случаи, когда информация с их помощью попадала в общий доступ. Тогда люди узнавали новые факты и некие скрытые нюансы касаемо прогрессирующего явления.

Среди людей уже ходят слухи о всех тех, кто вернулся назад живыми. Учитывая отношение некоторых правительственных фигур и агентов ФС «КНЯЗ» (Федеральная служба «Контроля нестандартных явлений Земли), к вернувшимся в наш родной мир, им пока что не стоит раскрывать сего факта. Поговаривают, что эти специально созданные службы, занимающиеся подобными происшествиями, изолируют чудом вернувшихся людей от общества и назойливых журналистов. Остается лишь догадываться, что происходит с этими индивидами…

Некоторые считают, что они безгрешны, ну, или, как минимум, чисты перед людьми и своей совестью. Само собой, многие представители церквей и других религиозных учреждений подобные домыслы называют ересью – правда далеко не все так думают. Есть сообщества, именуемые в народе сектами – те постоянно вспоминают страшные проклятия из религиозных источников. Именно они, в один голос начали вопить о том, что у Бога закончилось терпение, что мир скоро канет во тьму, а апокалипсис уже стоит на пороге нашей цивилизации. Наверняка, верхушке правительства и начальству силовых структур известны более интересные детали и факты, но, скорее, мир канет в пропасть странных событий, чем все эти тайны и дела под грифом «Явь» раскроются, став общедоступными для всех.

Утопия, о которой мы так мечтали, теперь топит без разбора любого, кто хоть немного оступился. Человечество стоит перед сложным выбором: пустить все на самотек и опустить руки, или же разгадать сверхъестественную загадку и найти возможность всем вместе попытаться остановить нарастающую опасность. Как правило, оба негласных лагеря ежедневно пополняются новобранцами из числа тех, кому совсем недавно был безразличен завтрашний день, и тех, кто, молча, бредет по жизни, ничего не предпринимая. В таких вопросах нейтралитет не уместен и действовать нужно уже сегодня…

***

Город Белозерск

По пыльной дорожке бежал изрядно запыхавшийся монах. Впереди уже показался храм братства под названием «Обратное сияние» (многие считали его неким закрытым обществом или, даже орденом, в основе которого, по большей части, лежат религиозные убеждения и некая секретная цель). Подтягивая трясущимися руками полы рясы вверх, чтобы она не путалась между ног и попутно поправляя накинутый на голову глубокий капюшон, он с дикими глазами преодолел ступеньки, распахнув увесистые двери. Вбежав внутрь, наскоро осмотрелся. На ступенях, ведущих на второй этаж, замерла удивленная женщина – больше в холле никого не было. От ветра, влетевшего в помещение вместе с монахом, заколыхались шторы и даже немного закачалась увесистая кованая люстра. Не обращая на все это внимания, монах сделал глубокий вдох, провел ладонью по мокрому лицу и побежал по длинному коридору к двери, находившейся в самом его конце.

– Преподобный, преподобный! – Выкрикнул он, с трудом сглатывая слюну и тяжко дыша. – Преподобный Феодор!

Слова безжалостно рассеивались в разношерстных деталях богатого интерьера просторного коридора, частично улетая в приоткрытые форточки прямоугольных окон, расположенных вдоль всей стены, по левую руку от бегущего.

Наконец, его цель была достигнута. Рука толкнула дверь и та, податливо отворила вход в просторный кабинет старшего собрата Феодора. Формально для всех, живущих вне стен этого здания и не являющихся участниками подобного ордена или братства, он был директором закрытой организации «Обратное сияние». Между прочим, Феодором его называли только собратья – все остальные – либо просто Фёдором, либо Фёдором Ивановичем.

Преподобный Феодор сидел за столом. Сложив ладони, между которых был зажат крест, он, практически, беззвучно шептал молитву. Приглушенный свет, исходящий от небольшой настольной лампы и высокого торшера в дальнем углу, беспомощно боролся с полумраком. В данный момент, это было даже хорошо – ведь так, с приглушенным светом, было уютнее, спокойнее по отношению к миру, раскинувшемуся во все стороны там, снаружи.

– Извините, что так беспардонно врываюсь… – начал оправдываться монах.

Закрытые глаза Феодора резко открылись. Он, прищурившись, посмотрел на растерянного позднего гостя. Разглядеть, кто пришел, он смог не сразу – сначала пришлось нащупать на столе очки и надеть их.

Прибежавший мелкими, но быстрыми шагами переместился к Феодору и низко кланяясь, уселся напротив него. Большой деревянный стул, местами обитый кожей, заставил тело откинуться назад. Руки, положенные на подлокотники, почувствовали удобство и поддержку.

Феодор верил, что у каждой вещи есть своя энергетика, и если вещь старая и не имеет, в прошлом, отрицательного заряда от черно—душных владельцев, то она способна, даже исцелять. Не все разделяли его философию и подобные высказывания, но, сейчас, Степан был готов поклясться – этот предмет ему по душе.

– Еще раз простите, Бога ради! – Протараторил Степан.

– Будет тебе… – тихо ответил старик, поднимая вверх раскрытую ладонь и тем самым показывая, что любезничать, в данный момент, уже неуместно. – Что случилось? Я чувствую твое смятение.

– Вы – великий учитель, потомок святых людей и тот, кто делает очень много для восстановления древних знаний и потрепанных временем мудростей.

Старик растерянно улыбнулся.

– Ближе к делу, – перебил он собрата.

– Да, конечно, конечно, – часто моргая, начал Степан. – Вы прославите «Обратное сияние» на весь мир, если нам позволят это предать огласке, – он наигранно осмотрелся по сторонам, давая понять, что сейчас скажет, что—то, действительно, важное. Это было видно еще и потому, что взгляд его стал вмиг серьезнее, а тональность голоса понизилась.

– Преподобный Феодор, мы, как минимум, можем попробовать спасти мир от всех этих потерь и явлений. Ваша задумка, которую мы так долго пытались воплотить в жизнь, дала плоды!

– Расскажи более подробно, – попросил Феодор, усаживаясь поудобнее.

Степан не заставил ждать и затараторил:

– Инструкции предков, доставшиеся нам в виде копий, сделанных с потемневших от времени свитков, сработали. Всё, как вы и предполагали. Нам удалось обнаружить энергетически устойчивый коридор, ну, или туннель, или эм… даже правильнее сказать, поверхность. Это не важно, можно называть, как хотите, – он перевел дыхание, – связь с другим миром. Единственная проблема заключается в том, что войти туда не так просто, – он опустил глаза и замолчал.

– Не просто? – спросил Феодор.

– Вернее сказать, даже очень просто, – поправил себя Степан. – Один из собратьев пострадал при попытке войти. Он жив, но состояние его – критическое. Нам, пока, не удалось уточнить, что, именно, там случилось, но могу поклясться – я верю в услышанное от него.

«Слава Всевышнему! Неужто получилось?» – промелькнуло в голове у Феодора. – Что же ты услышал? – тут же спросил он, вопросительно подняв брови и скрывая эмоции своим спокойным тоном.

– Наш брат, тот, что, слава Всевышнему, выжил, рассказал об увиденном мире, который идентичен нашему, но все же чуждый, другой. Вопрос только – насколько идентичен? Хотя, если подумать, вопросов тут, как капель воды в утреннем дожде.

Старик, внимательно слушая, кивнул. Отведя взгляд в сторону, он на миг задумался, о чем—то своем. Затем глянул на Степана и проговорил:

– Я изучал материалы и результаты предыдущих попыток. Сотни раз пересмотрел и перечитал рукописи предков и материалы, полученные от братьев, как из нашей страны, так и заграничных единомышленников. Не все это поняли, но если посмотреть на картину в целом или, даже сквозь полотно реальности, то все становится более—менее ясно. Это чудо, но чудо с клыками хищника и крыльями свободы, уносящими человечество от зла, – он чуть запрокинул голову и громко выдохнул через приоткрытый рот.

– Вы знаете, что там – по ту сторону? – спросил Степан, недоуменно глядя на собеседника.

– Пока что не точно, но знаю того, кто больше осведомлен, – поглаживая седую бороду, Феодор вновь отвлекся на молчаливое размышление. Спустя пару мгновений, он вскочил и громко проговорил:

– Распорядись подготовить письма. Нужно собрать совет из представителей дружественных братств и обсудить столь актуальную и важную тему, а также появившуюся новость. Хотя, нужно сначала убедиться самим, что и как… – он, вдруг, прервался.

Его взгляд смотрел сквозь пол, а поднятая вверх рука с вытянутым указательным пальцем замерла.

– Нет, совет еще рано собирать. Рано… – он кивнул, все ещё глядя в никуда. – Нам нужен Аарон – это мой бывший подопечный, а ныне друг и создатель… Кхе. Ладно, не стоит это обсуждать. Извини, Степан. Лучше проводи меня к выжившему бедолаге – есть к нему несколько вопросов.

Степан понимающе посмотрел на Феодора и кивнул. Слухов ходило много и, иной раз, ему самому было до чертиков любопытно: что происходит с миром, кто же такой этот пресловутый Аарон и действительно ли, он является создателем целого мира. Нехотя поднявшись с удобного старинного стула, он направился к выходу. Феодор последовал за ним.

Несколько дней спустя… Соловецкие острова

Огонек от керосиновой лампы колыхался и танцевал, подбрасывая вверх, в такт своеобразным движениям, темную струйку дыма. Прибранная комната была окутана полумраком и тишиной, изредка разбавляемой тихим шелестом от перелистывания очередной страницы. Бесшумно двигалась секундная стрелка, наматывая круги по старинному циферблату настенных часов.

Тяжело вздыхая и поправляя широкие рукава мантии, Аарон посмотрел в окно: снаружи наступала заря. Новый день неспешно шагает на смену ночи, но принесет ли он ответы на мучащие его душу вопросы? Уставшие глаза жаждали отдыха, но мысли, разрывающие голову изнутри тысячами невидимых пик, пронзали винящего себя. Это заставляло его вновь перечитывать древние писания и думать над тем, как найти выход из сложившейся ситуации.

В дверь негромко постучали. Аарон медленно перевел взгляд на танцующий огонек и, нехотя, отозвался:

– Кто там?

Задав вопрос, монах был удивлён тому, что услышал свой голос. Сколько он просидел вот так, в личных покоях, в полной тишине – сутки, двое? На самом деле, сейчас это не имело никакого значения. Такова его жизнь, вернее, она стала такой. Теперь дни, превращаясь в секунды, улетают в никуда, а тишина и чувство вины стали лучшими друзьями того, кто создал копию этого грешного мира. Во благо это было сделано, или нет – теперь уже стало неважно.

Стоявшему в коридоре явно не хватало смелости, чтобы просто войти – он терпеливо дожидался ответа.

– Кто там? – чуть громче повторил Аарон.

– Это я, Ян. Разрешите зайти, наставник? – Толстая дверь, практически, полностью приглушала ломающийся голос подростка.

«Чего ему не спится?», подумал Аарон, закрыв глаза и досадливо качая головой. – Заходи уже, Ян.

Аарон мысленно настроился на то, что ему придется немного потерпеть настырность подопечного. Но что поделать? Такова участь наставника, таковы их судьбы, сплетенные на этом отрезке жизненного пути с помощью ряда последовательных событий.

– Вы не пришли на ужин, да и на обед тоже, – Ян аккуратно прикрыл дверь, толкнув ее локтем, затем пробежался взглядом по комнате.

– Проходи, присаживайся, – предложил Аарон, потирая пальцами глаза, даже не поворачиваясь к вошедшему.

Что-то негромко звякнуло, заставив Аарона посмотреть на Яна. Юноша пытался поставить на край стола принесенный поднос, но, по-видимому, аккуратность не была его сильной стороной. Аарон устало улыбнулся и кивнул подопечному в знак признательности. Ян, уловив смягчающееся настроение наставника, сделал несколько шагов назад и плюхнулся на стул, сиротливо стоявший в углу у книжного стеллажа.

– Ты что-то хотел? – тихо спросил Аарон, доставая очередную книгу из высокой стопки на краю стола.

– Ну… Узнать, как вы тут, да и остальные переживают, – смущенно ответил Ян, поглядывая на стол наставника.

Ему было безумно интересно, чем занят Аарон и о чем эта древняя рукопись, которую тот разглядывал, хмурясь и тяжело вздыхая. Ян понимал, что находиться в рядах учеников данного общества, да еще и под крылом старшего собрата и наставника Аарона, является большой честью. Но человек, о котором ходят легенды среди узких кругов единомышленников, знающих его заслуги, сейчас был сломлен морально. Причина этого была прозрачна, как капля утренней росы.

– Подослали, значит, узнать, как я тут? – Аарон откинулся на спинку стула и запрокинув голову, уставился в потолок.

– Типа того, – нехотя признался Ян.

– Все в порядке, – медленно проговорил Аарон, все еще сверля взглядом потолок. – Так им и передай.

– Мне кажется… – начал было Ян.

– А мне не кажется! – Аарон резко повернулся к подопечному. – Я точно знаю, что вижу!

Он склонил голову и крепко зажмурился.

– Тот мир стал наказанием для многих. Даже для тех, кто не заслужил его. А сейчас еще и тут – не пойми, что творится. И самое обидное, – он скрестил пальцы рук в замок, словно собирался молиться, – я не знаю, что происходит, не могу найти причин, из-за которых происходит неладное. И само собой, не знаю, как это пресечь, исправить или хотя бы обуздать!

Ян молчал. Ему не хотелось перебивать наставника и уж тем более, злить его своей назойливостью.

Аарон продолжил:

– Как можно спокойно спать, жить и делать вид, что все нормально, когда невидимая угроза, скорее всего, созданная мной, нависла над человечеством? – он тяжело вздохнул. – Я чувствую – это только начало. Дальше будет хуже. Я что-то упустил, что-то не так понял. Нужно перечитать все свитки и книги, запросить материалы у—у—у у всех… – Он положил ладони на стол и выпрямив осанку, строго посмотрел на Яна.

Минутный приступ паники и самобичевания был самостоятельно пресечен мудрым монахом.

– Обещайте мне, что позавтракаете, – встав со стула, попросил Ян и медленно направился к выходу.

Аарон кивнул.

– И, кстати, – Ян указал на поднос, – вам письмо.

Монах медленно перевел взгляд на поднос. Между дымящимся чаем и тарелкой с кашей, действительно, лежало послание. Самодельный конверт из пожелтевшей бумаги был запечатан сургучом с символом ордена «Обратное сияние». Их герб выглядел очень необычно: восходящее из-за бугра солнце, лучи которого идут не наружу, а внутрь, как бы освещая своеобразный узорный крест, очерченный полукругом.

Глава 1.
Двуликая реальность

Подумал, помечтал, шагнул навстречу

Той вспышке света, что зовет, маня…

Наш мир, город Новый Уренгой.

Очередное утро покорно приняло вахту у ночи, вновь пролетевшую темной пеленой и канувшую в историю. Судя по звукам, ворвавшимся без спроса в комнату Святослава, чайник уже вовсю кипел, как и жизнь за окном. Вставать совсем не хотелось, а еще больше не хотелось заниматься делами насущными: наводить в комнате порядок, уделять время учебе, бороться с чувством отрешенности от бренного мира. Все это были муторные, ни капли не приносящие удовольствий, занятия. В голове прозвучали слова отца, сказанные им накануне: «нужно делать шаги в сторону постижения полноценной, взрослой жизни – нормальной жизни». Он никогда не скупился на нравоучения, показывая свой характер – это Святослав хорошо понимал.

Свят нехотя открыл глаза и в тысячный раз уставился в потолок. Прислушался. Из соседней комнаты доносились фразы: родители тихо беседовали. Судя по всему, диалог был серьезным и касался их старшего ребенка – его, Святослава.

– Нужно поддержать сына, несмотря ни на что… – голос мамы прервался негромким кашлем. Она, явно, переживала, но сдерживалась и говорила очень тихо, чтобы не разбудить детей.

– Хм… – громко выдохнул отец, показывая своё недовольство. – Несмотря ни на что? Это ты про странное поведение и никудышный настрой?

– Он должен знать, что мы поддержим его, – мать начала повышать голос. – Мы – семья, а значит, должны стараться принимать друг друга такими, какие есть: со всеми минусами и плюсами.

– Я и принимаю! Но, может хватит витать в облаках? Пора спуститься на землю и принять жизнь с ее сложными механизмами и правилами! Знаешь, что происходит с мечтателями и теми, кто слаб духом? – отец тоже начинал повышать голос.

Дальше Святослав слушать не стал, дабы не портить и без того хмурое настроение.

Вспомнилось, как приключившуюся с ним историю он пытался поведать родителям, стараясь подкреплять свои слова яркими фактами и строками из записной книжки Аарона. К сожалению, их реакция не оправдала его надежд. Скептическое восприятие строгого отца и своеобразная философия верующей матери отвергли якобы выдуманные истории сына—фантазера. Особенно запомнилось ироническое высказывание отца: «отличный сюжет для книги». Но, на самом деле, родители даже вынудили Святослава совершить несколько походов к психологу. Правда, большую часть занятий он благополучно прогулял. Хорошо, что этот этап его жизни остался позади. Быть может, теперь, стремительно меняющийся мир подтвердит слова «вернувшегося» и заставит поверить ему тех, кому он доверил свою историю? Это бы дало ему шанс сделать то, что позволит вернуть потерянное душевное равновесие, пусть даже малую его часть.

– «К черту все это!» – Свят громко выдохнул, повернулся набок, поморщившись от неприязни к происходящему.

Преданный Рудо, увидев, что хозяин уже не спит, тут же вбежал в комнату. Ухватившись зубами за край одеяла, рыжий озорник начал рычать и тянуть его на себя, заставляя проснувшегося оказывать сопротивление.

– Да встаю я, встаю! Тебе скучно, что ли, дружище? – Святослав потрепал пса по седеющей холке и, протирая глаза, присел на край кровати.

– Ну что? Как обычно, сначала проверим почту, – просипел он и, хлопнув ладонями по коленям, встал.

Зевая и лениво потягиваясь, Святослав подошел к письменному столу, плюхнулся на стул и открыл крышку ноутбука. Сонный взгляд наскоро просмотрел только что обновленную страницу электронной почты. Уже вторую неделю подряд от Аарона не было вестей. На звонки и сообщения монах, также, не отвечал, а его собратья хором пожимали плечами, говоря, что он находится в поездке по важным делам, суть которых они, конечно же, раскрыть не могут. Святослав предполагал, что Аарон не хочет его втягивать в свои дела. Возможно, он боялся вновь причинить вред тому, кто из-за него прошел через невероятные испытания, но в отличие от многих, смог вернуться назад.

Святослав нажал на последнее сообщение от Аарона и, зачем-то, снова его перечитал.

Приветствую, мой юный друг!

Понимаю твои переживания по поводу друзей, оставшихся «там» и по поводу нашего мира… Извини, что стал реже отвечать. Последнее время, я и мои собратья погрязли в изучении того, что создали. Имеющиеся книги и свитки, которыми мы руководствовались ранее, перечитаны нами сотни раз. Не хочется признавать, но на сегодняшний день выхода из сложившейся ситуации мы так и не нашли. Есть и другие братства, которые добились неких успехов в подобных вопросах. Представитель одного из них прислал сообщение о важном открытии.

Учитывая динамику изменений реальности, связь с искусственно созданным миром растет с каждым днем. Миры становятся не параллельными, а одновременно существующими в одно и то же время, в одном и том же месте. Я чувствую это, думаю, ты тоже, учитывая участившиеся видения, о которых ты мне писал. Нужно попытаться стабилизировать эту взаимосвязь, или же, наоборот, навсегда разорвать. Речь идет не о наших приятелях и друзьях, которые находятся «там» – речь идет о спасении настоящего и будущего всего человечества.

Жаль, но, к сожалению, механизмы добра не изведаны и баланс добра со злом оказался чересчур важным. Если представить некие весы «справедливости в мире», то можно увидеть один неприятный факт. Наполняя только чашу добра, мы невольно поднимем вверх чашу зла со всем её содержимым. Возвышаясь, она, словно ложка дёгтя в бочке с медом, будет портить все благое. Добрые намерения меркнут на фоне этого и суровая реальность выравнивает чаши, а то и, наоборот: возвышает добро полюбоваться на содеянное с уже никому не нужной высоты. Опять же, это лишь одно из моих мнений.

Я обязательно сообщу тебе, если узнаю что-то новое. Будь терпимее и ни в чем себя не вини. Я это начал и мне нести эту ношу дальше. Будь уверен, мы сделаем все, что в наших силах. Верю в лучшее и дай нам силы Всевышний, чтобы мы нашли выход и обрели равновесие как в этом, так и в ином мире.

С наилучшими пожеланиями, Аарон.

Святослав захлопнул крышку ноутбука и, склонив голову, о чем-то задумался (попытался представить себе эти коварные весы). Металлические чаши, украшенные изящными, извилистыми узорами, до блеска отполированные внутри, медленно наполнялись: одна ярким светом, другая – клубящимся черным дымом. Снова появился вопрос: что делать дальше? Приевшиеся мысли вновь пролетели обшарпанным составом, вагоны которого один за другим, тут же, рассеялись в тумане безысходности и непонимания.

– Вот так-то, Рудо, – побарабанив пальцами по столу, Святослав окинул взглядом комнату.

Он прислушался. Судя по доносящимся обрывкам фраз, родители все еще обсуждали своего непутевого сына. Он обреченно посмотрел на распечатки материалов по изучаемым ныне дисциплинам и на тетради, небрежно валяющиеся на кресле. Затем взглянул на часы, которые напомнили ему о том, что на раскачку времени нет.

В голове пронеслось: «что же там обнаружили его единомышленники?»

Свят добавил уже шепотом: – он мог бы взять меня с собой!

Как бы Святослав не старался, но обуздать разгорающиеся эмоции, даже по отношению к Аарону, ему было сложно. Сидя рядом с хозяином и неуверенно поглядывая на него, Рудо склонил голову. Словно успокаивая парня, он издал то ли лай, то ли сдержанный рык.

– Знаю, – Святослав посмотрел на четвероногого союзника. – Ты понимаешь меня, друг, но, к сожалению, плана действий у нас нет, – он пожал плечами, – как и ответов.

Свят взял с полки ежедневник Аарона и в тысячный раз начал медленно переворачивать страницы. Глядя на аккуратные строки, он размышлял о вариациях смутного будущего. Иногда, его посещали странные видения. И этот раз не стал исключением. В глазах вдруг все поплыло, затем моргнул яркий свет, словно перед его лицом, на миг, зажгли огромный прожектор и тут же потушили. Картинка резко поменялась. Его голова, нехотя, запрокинулась назад, на спинку стула. Глаза начали бегать из стороны в сторону, разглядывая «иной» интерьер своей же комнаты: из-под разорванной глянцевой ткани, когда-то натянутого полотна, выглядывали обшарпанные плиты и висящие на изогнутых проводах лампы. Все это было покрыто толстым слоем серо-бурой пыли. Колыхаясь от ветра, беспардонно врывающегося в разбитое окно, полотно натяжного потолка поскрипывало, издавая мерзкий звук. Свят почувствовал резкий запах плесени и сырости, открытые участки кожи внезапно покрылись мурашками. Необъяснимая пустота и отчужденность нахлынули на юношу апатичной волной, словно он находился, одновременно, в двух местах, но гармонии его душа не ощущала ни тут, ни там. Все было ему чуждо. Тем временем, руки Святослава продолжали листать записную книжку, голова медленно вернулась в нормальное положение, а глаза с трудом сфокусировались на строчках. Он не сразу понял, что видит – на одной из последних страниц, которая ранее была чистой, вдруг появились надписи. Это были слова и, судя по цифрам, а вернее, по их написанию, координаты какого-то места (56°50’38.9"N 43°20’33.7"E). Под ними страница была разделена пополам неровной линией. С одной стороны, там была надпись: «За», с другой – «Против». Под словом «За» были вписаны несколько имен: Миф, Соня, Евграфович и Стриж. В строке «Против» только одно имя: Кирилл. Святослав еще раз пробежался глазами по строчкам, стараясь запомнить каждую их букву и кавычку. Внезапно он прищурился от солнечных лучей, льющихся сквозь потолок, мгновенно ставший прозрачным. Святослав глянул вверх на бледно-голубые, неподвижные облака. Держа в вытянутой руке записную книжку, он машинально начал водить ею из стороны в сторону, крутясь вокруг стула. Теперь он находился не в комнате, а в уютном дворе двухэтажного дома. Стены и окна строения были словно в тумане. Дальше, чем на два-три метра разглядеть ничего не удавалось: картинка смазывалась и уходила в темноту. Свят начал медленно шагать по направлению к размытой области. Его нога обо что-то ударилась, а свободная рука уперлась ладонью в горизонтальную гладкую поверхность. Проведя рукой с ежедневником из стороны в сторону, словно фонарём, он старался осветить тропу в полной тьме. Внезапно, его взору открылось видение.

– Евграфович? Алексей Евграфович! – зашептал Святослав, стараясь не закричать от радости.

Взъерошенный ученый сидел за столом и наливал чай в красную кружку, стоявшую на таком же красном блюдечке. Он с кем-то оживленно говорил, но его собеседников, к сожалению, Святославу не было видно. Вспышки белого света и, практически, неконтролируемая фокусировка глаз мешали ему разглядеть детали. Все происходило так, словно невидимая рука меняла кадры в диаскопе, находившемся внутри его головы. Резко почерневшее небо без единой звезды, вдруг, показало непроглядность искусственно созданной ночи. Металлический флюгер, прикреплённый к торцу крыши, не вращался, но неприятное поскрипывание, исходящее от него, всё – равно доносилось до ушей Свята. Выглядел флюгер своеобразно: на черных кованых перекладинах, обозначающих стрелками стороны света, сидели две плоские фигурки кошек. Внезапно, кадры щелкнули, сменив друг друга. Картинка стабилизировалась.

В кои-то веки, на лице Святослава появилась искренняя улыбка. Он попытался продвинуться чуть дальше, обойдя стол, за которым сидел ученый, но ударился лбом о стену своей же комнаты. В этот миг, видение резко прекратилось.

Святослав склонился над ежедневником Аарона и судорожно перелистал все страницы еще несколько раз. Он разглядывал их на просвет, потирал пальцами шершавую бумагу, но все было тщетно. Скорее всего, надписи были видны только тогда, когда «появлялся» тот мир. Еще Святослав увидел того, кто держал «там» такой же предмет, как он здесь. Никакой логике все это не поддавалось.

К подобным видениям Святослав так и не привык – к такому, вряд ли, можно было привыкнуть. Но, сегодня все было иначе – сегодня он чувствовал связь с тем миром, как никогда, прежде. Появились эти видения, кстати, не сразу. По началу, все было нормально: обычная жизнь сглаживала углы пережитого, позволяя войти в когда-то привычный ритм, но потом началось…

В отличие от прошлых видений, сегодняшнее позволило ему узреть что-то действительно стоящее. Но радость Свята граничила с отчаянием, ведь эти надписи и здравствующий Алексей Евграфович означали, что его друзья, скорее всего, живы. Координаты и некое слово в кавычках «Исгориз», могли обозначить место, где они обосновались, возможно обнаружили нечто важное. Как же он хотел увидеться и поговорить с ними!

Наскоро написав на ту же страницу и, примерно, в том же расположении привидевшиеся ему строчки, Святослав посмотрел на наблюдавшего за ним Рудо. В глазах пса было различимо непонимание и любопытство.

– Это нечто, дружок! – радостно воскликнул он, попутно нащупывая свой смартфон в кармане джинсов, небрежно висящих на подлокотнике стула. – Это невероятно! Нужно срочно сделать фото страницы и отправить его Аарону. Думаю, он оценит, ведь он поймет нас, как никто другой, – Святослав прищурился, наводя фокус, а затем сделал несколько фото.

– Готово! Вновь открыв ноутбук, он принялся писать письмо:

Приветствую вас, Аарон!

Я, наверное, уже надоел вам со всеми мыслями и расспросами? Однако, сейчас я пишу по делу. Это утро принесло мне необычное и радостное видение. Звучит странно, знаю, но глядя на вещь, которую держишь в руках, или на которую смотришь во время видения, можно увидеть, как она выглядит «там», в том мире. Как—то так… То, что я увидел, листая ваш ежедневник, можно разглядеть на фото, прикреплённом к этому письму. Я постарался воспроизвести все в точности, как увидел там. Не уверен, но чувствую, что в месте, обозначенном этими координатами, находятся Миф и те, кто с ним. Это прозвучит дико, но я видел незнакомый мне двор и часть дома. А еще я видел Евграфовича. Он держал ваш ежедневник в одной руке, а другой наливал себе чай. Все происходило по-настоящему, я чувствовал это каждой клеткой! Кстати, интересное название – «Исгориз». Как думаете, что это может быть? Ответьте, пожалуйста, как можно скорее, а лучше – позвоните мне. На связи!

Натянув футболку и джинсы, Свят посмотрел на Рудо светящимися от азарта глазами. Он понимал, что верный пес хочет, чтобы с ним погуляли, но это дело было решено немного отложить. Сердце Святослава до сих пор бешено колотилось, а мозг пытался понять, что делать с полученной информацией.

– Нужно сделать пару дел и проветрить голову! Так и сделаю, – Святослав накинул на плечо рюкзак и на цыпочках прошел в коридор.

Наскоро обувшись, он молча выбежал на улицу.

– Привет, маленький северный город, – проговорил Святослав без, какого-либо, энтузиазма. – Знаешь, твоя реплика практически разрушена природными явлениями, но это там… – закусив нижнюю губу и глядя в серое небо, он несколько раз кивнул, соглашаясь с самим собой в том, что этот город еще живет, не погрязнув в ураганах и пустоте.

Если не брать в расчет участившиеся случаи исчезновения людей, то все остальное находилось на своих привычных местах: машины неслись по дороге, расположенной рядом с домом; прохожие куда-то торопились, а солнце лениво освещало обычные, бело-серые облака. Тем не менее, изменения были – произошли они совсем недавно. Напротив дома, в котором жил Святослав и его семья, на краю небольшого парка, под мостом установили постамент, посвященный «пропавшим». Конструкция отдаленно напоминала доску объявлений, только эта доска была электронной. Жидкокристаллическую плоскость, диагональ которой была около пятидесяти дюймов, обрамляла широкая металлическая рамка, украшенная объемными фигурками обнимающихся людей с одной стороны и выпуклыми ликами, немного напоминающими грустные театральные маски, с другой. Монолитная подставка была исполнена в виде двух пирамид, соприкасавшихся острыми верхушками – что-то вроде символического изображения угловатых песочных часов. В отличие от фигурной рамки, их поверхность была глянцевой, почти зеркальной. В основании нижней пирамиды находились встроенные декоративные фонарики для подсветки. В верхней части были сделаны специальные отверстия для размещения свечей. Странно, но это оказалось правильным решением, судя по появляющимся горящим огонькам, которые, чаще всего, тушил безжалостный ветер.

Очень часто Святослав наблюдал из окна, как печальные люди, несмотря на нелетную погоду и холодное время года, стоят у этого постамента «исчезнувшим», склонив головы. Как правило, в этот момент на экране появлялось новое фото очередной жертвы развивающегося явления.

Иногда Святослав ловил себя на мысли, что ему хочется оказаться на том экране; хочется выглянуть в окно или, в очередной раз, выбежав на улицу, увидеть руины собственного города в реальности, а не просто в очередной галлюцинации. Пусть бы его окружали остовы стен, засыпанных песком и мусором, которые так яростно гонял ветер все эти годы напролет! У него не было страха и сожалений. В этом юноша был уверен на все сто процентов. Он поехал бы навстречу чужому рассвету, на поиски Мифа, Сони, Евграфовича, Стрижа и братьев вояк. Вот чего хотелось ему прямо сейчас. Тот, искусственно созданный мир, словно звал его, протягивая к нему невидимые руки, ожидая взаимности. Но, если бы все было так просто!

«Надеюсь, вы все живы», подумал Святослав, запрыгивая в подъехавший автобус.

Кондуктор кивнула, увидев в его поднятой руке проездной. Двери, скрипнув, сомкнулись. Чуть дернувшись, автобус тронулся. Накинув на голову капюшон и облокотившись о спинку впереди стоявшего сиденья, Святослав разглядывал раскинувшийся за окном город. Его задумчивые глаза смотрели, но не воспринимали бегущий городской пейзаж. Эти цифры-координаты крутились в его памяти. Свят достал из кармана телефон и посмотрел на фото, отправленное Аарону.

«Нужно поехать в то место. Точно! И дождаться там очередного видения, чтобы рассмотреть все, как следует. Так, а что же там находится в нашем мире и где оно, вообще?»

Святослав открыл приложение с картой мира и ввел координаты. Место, находящееся в Нижегородской области, возле реки Волга, приблизилось, заняв весь экран смартфона зоной зеленого цвета.

– Хм… – выдохнул Свят, хмуря брови и вглядываясь в ничем не застроенный зеленый кусочек карты. – «Городецкий район. И что? Там же, просто, ничем не застроенный берег…»

Автобус немного тряхнуло на повороте. Это заставило его, на пару секунд, отвлечься от потока льющихся мыслей и разглядывания загадочного места на карте. Приятная мелодия, льющаяся из радио, звук которого водитель прибавил, вдруг прервалась. Мужской голос начал громко вещать:

– Здравствуйте! В эфире экстренные новости о недавних событиях. Сегодня утром, в связи с массовыми протестами в Петербурге, на площади «Конституции», в считанные секунды, исчезло около дюжины людей. Очевидцы утверждают, что очень яркая вспышка на время ослепила всех, кто находился рядом. Специалисты считают, что причиной произошедшего послужили провокации со стороны гражданских в сторону отряда ОМОНа, прибывшего на место пикета для наведения порядка…

– Да уж… Куда катится этот искалеченный мир? – произнес незнакомый мужчина. Он уселся на свободное место рядом со Святославом, тем самым отвлекая юношу от прослушивания новостей.

– Ну и ну, – незнакомец досадливо покачал головой.

Святослав подозрительно взглянул на него.

Незнакомцу на вид было около тридцати лет. Одет он был вполне опрятно: повседневный пиджак темно-синего цвета поверх футболки поло и классические джинсы с черными ботинками. К сожалению, по внешнему виду сложно было определить адекватность сидящего рядом человека. Поэтому Свят снова повернулся к окну, решив игнорировать причитания возмущенного пассажира. Тем временем, мужчина снял солнцезащитные очки и, искоса поглядывая на молчаливого собеседника, продолжил:

– Думаю, что все это – чушь полнейшая. Выдумки политиканов, чтобы прикрыть правду и свой зад. Как считаешь? – продолжил он.

Святослав, нехотя, повернулся к мужчине и взглянул на него исподлобья. Ему совсем не хотелось заводить никчемных дискуссий, но тема была актуальная, а правды, толком, никто не знал, в отличие от парня, вернувшегося домой через смерть «там».

«Молчи, не лезь!» – промелькнуло в голове Святослава. Здравый смысл просил своего хозяина быть более сдержанным.

– Просто, мне интересно независимое мнение, – навязчивый пассажир улыбнулся и пожал плечами. – Ведь это же все чушь, да, приятель?

– Это не чушь, – пробубнил Святослав, демонстративно сложив руки на груди.

– Ну, раз ты уверен… – незнакомец поджал губы и нацепил очки. – Все всё знают, но, по-видимому, просто молчат. Так получается? Теорий столько, что аж голова кружится. Эх! Узнать бы правду!

Святослав, не поворачиваясь к незнакомцу, глядя на мигающий светофор за окном, спросил:

– Зачем вам правда? В его голове снова пронеслось: «молчи, молчи!»

– Да—а, – морщась, отмахнулся незнакомец. – Брат у меня исчез. Прямо в момент… – он осекся и, осмотревшись по сторонам, продолжил уже шепотом: – В заварушку мы с ним попали, пришлось решать вопрос, так сказать, не самым гуманным способом. Оп! – Он хлопнул в ладоши. – И братишка исчез!

– Люди не исчезают, они перемещаются эм… в другой мир, – процедил Святослав, удивляясь, что ему хватило смелости произнести столь странные слова.

– Дру-гой ми-ир, – протянул мужчина, почесывая аккуратно выровненную, короткую бородку. – Звучит, как бред!

– Это не бред! – Святослав, недовольно, перебил собеседника.

– Не верю в то, чего не видел лично, – незнакомец улыбнулся и виновато пожал плечами. – А ты, значит, веришь всем этим слухам?

– А, если, к примеру, я был там? – тихо ответил Свят, склонив голову.

Эти слова он произнес больше самому себе, как бы напоминая о том, что меркнет с каждым днем, но продолжает поглощать его изнутри, не желая полностью отпустить.

– Интересные вещи говоришь, – прокомментировал высказывания Святослава незнакомец. – Как говорится: если бы да кабы.

– Без если, – буркнул Святослав.

Из-под оправы темных очков мужчины, которые он только что нацепил, показались удивленные брови. Он, молча, посмотрел на собеседника. Затем, рывком поднялся с сиденья и ухватился за верхний поручень. Автобус медленно притормозил у очередной остановки, заставив его несколько раз качнуться. Дверь открылась. Навязчивый собеседник улыбнулся, нервно поправил коротко стриженые русые волосы и вышел на улицу.

«Что-то в нем было странным, немного наигранным, быть может, чудаковатым, но это мне уже не важно», подумал Святослав. Сойдя на следующей остановке, он достал наушники и, включив музыку, решил прогуляться.

«К черту учебу и проблемы, к черту прошлое! Пусть катятся туда же назойливые собеседники, которые все – равно ничего не понимают!» – Святослав пнул жестяную банку, сиротливо валявшуюся на его пути.

Прибавив громкости так, чтобы музыка полностью затмила звуки раздражающего его мира, он ускорил шаг. Его щеки пылали от внезапно накатившей ярости, а сердце бешено колотилось в такт быстрым шагам. Моральное состояние юноши было разорвано в клочья. Он еще не признался самому себе, не произнес это вслух, но, на подсознательном уровне, решение уже было им принято. Этим решением стала поездка к месту под названием «Исгориз», находящееся там, куда указывали загадочные координаты.

Некоторое время назад…

– Атеист! Скептик! Агностик закостенелый! Ха! – Человек в распахнутом халате белого цвета, сутулясь и сипя от злости, начал громко стучать по клавиатуре трясущимися пальцами.

Появляющиеся в специальном поле точки, скрывающие за собой символы, говорили о том, что пароль весьма длинный, а значит, скорее всего, сложный. Наконец-то прозвучала приветственная мелодия системы и яркая анимированная заставка, еще ярче озарила лицо человека, заставляя сильнее блестеть его расстроенные и, в то же время, обезумевшие глаза.

Гул от включившейся вентиляции слился с монотонным звуком, исходящим от многочисленного оборудования, расположенного по периметру всего помещения. Где-то за стеной зарычал резервный генератор. Лабораторная утварь, стоявшая на стеллаже у этой стены, завибрировала. Самые маленькие детали начали подскакивать – дребезжа, они медленно продвигались к краю полки.

– Я сам решаю, как поступать со своим изобретением! – Мужчина громко хлопнул в ладоши. – Прибыль, прибыль, прибыль – вот что им нужно! – громко выдохнув, ученый посмотрел на свое отражение, видневшееся в глянцевой поверхности пуленепробиваемого стекла, полностью отделяющего почти треть лаборатории. Старый, озлобленный человек, с седой взлохмаченной шевелюрой, в изрядно поношенных джинсах и черной водолазке под мятым халатом, молча смотрел на него.

От экспериментального зелья и всех химических процессов, происходящих в данный момент, ученого отделяла лишь эта прозрачная преграда. Руководитель данного учреждения уделял большое внимание безопасности – ведь то, над чем тут работали, никогда не должно бесконтрольно разгуливать на свободе. Однако, обезумевший ученый этого не предусмотрел.

– Так, камеры отключены, – он взглянул на заблокированные двери, располагавшиеся за его спиной.

Снаружи уже вовсю шел штурм. До ушей ученого изредка доносились глухие выкрики разъяренного командира охранного отряда. Но все это не волновало Эрика Маратовича, он переживал только о том, как довести до ума задуманное. Пусть даже ценой собственной жизни.

«Хватит терпеть, пора действовать!» – крутилось в голове одержимого ученого.

Свои идеи, планы и мысленные конструкции Эрик Маратович считал некой личной константой. Коллеги давно перестали с ним спорить, а строгое руководство нехотя закрывало глаза на его умеренную самодеятельность и самобытность в рабочем коллективе. Ученый провёл множество экспериментов, частично доказывающих, что природные явления можно наделять определенными свойствами. Так, например, из самых простых, естественных элементов природы возможно создать убийц или переносчиков лекарственных препаратов.

Дни шли. Его идеи не находили единомышленников – в этом, по большей части, был виноват его скверный характер. Теория Эрика не была полностью доказана, а он так и не смог придумать объяснение тому, что обнаружил. Это сделало его жизнь совсем невыносимой: нереализованные планы и не до конца доказанные открытия ввергали его душу в темноту отчаяния.

– Доступ разрешен. Разделительное ограждение разблокировано, – раздался громкий, женский голос. Это система управления лабораторией сообщала информацию тому, кто ее только что взломал.

Эрик самодовольно улыбнулся.

– Так, – начал размышлять ученый, крепко зажмурив глаза и сосредоточенно мотая головой. Думать мешали громкие удары во входную дверь и звуки стирающегося о прочное полотно двери, диска болгарки.

– Главное, ничего не упустить, – проговорил он шепотом и глубоко вздохнув, нажал клавишу «Enter».

– Выполняется запущенный алгоритм, – сообщила система все тем же роботизированным женским голосом.

В этот момент, до ушей Эрика Маратовича донесся противный писк сигнализации, включенной по датчику определения уровня содержания в воздухе токсичных элементов.

– Внимание! Внимание! В помещении небезопасно! – начала повторять система.

Ученый замер, разглядывая ежесекундно меняющиеся показания на экране компьютера. Растерянно поглядывая то на двери, которые должны были уже поддаться натиску охраны, то на раздвигающееся стекло, которое с характерным звуком распахивалось в разные стороны, он потирал трясущиеся руки, часто дыша и морщась, словно испытывая сильную боль.

– Внимание! Внимание! – напрасно повторял голос.

Ученый давно уже не воспринимал эти предостережения. Его разум затмили ожидание, любопытство, вера и страх провала.

Внезапно, яркие разряды молний вырвались из приоткрывающихся дверей вакуумной колбы, стоявшей по ту сторону стеклянной преграды. Двухметровый цилиндр, выполненный из специальных металлических сплавов, выпустил наружу результат, подобно открытому духовому шкафу, из которого вырывается горячий пар, когда достают готовое блюдо. Но что за блюдо приготовил Эрик? Густые клубы дыма от неизвестного вещества начали быстро заполнять помещение.

Ученый сделал несколько робких шагов к почти полностью открывшейся капсуле. Его волосы трепал ветер, вырывающийся из вентиляционных труб, а глаза щипал едкий пар, окутавший уже все, что только можно было окутать в лаборатории.

– Ну же! – Эрик Маратович скрестил пальцы в замок, словно собрался молиться. – Прошу! Прош… – слова перебил резко начавшийся кашель.

Его легкие, вдруг, скрутило, словно ткань, которую отжимали при стирке. Ученый схватился руками за горло, куда уже не поступал кислород. Однако, даже это не заставило его отступить. Он, не моргая, наблюдал за своим творением, невидимым невооруженному глазу.

Его легкие выдохнули остатки воздуха вместе с ранее втянутым паром и витиеватым, мерцающим потоком белого света. Глаза ученого замерли, потеряв жизненный блеск, но все же, напоследок, разглядели, как почти невидимые потоки, соединяясь воедино и причудливо изгибаясь, потянулись к вентиляционным решеткам.

В этот момент, за спиной ученого с грохотом вылетела дверь. Внутрь ворвались люди: кто—то был в противогазах, а кто—то прикрыл лицо воротом пальто. Яркая вспышка тут же ослепила их всех. А реальность, словно искажаясь, прошлась рябью и волнами, как от брошенного в воду камня. Когда охранники пришли в себя и смогли осмотреться по сторонам, то увидели, что ученого и результатов его опасных опытов, уже не было в помещении, словно никогда и не существовало.

Глава 2.
Выполняя обещания

Нас обрекли идти путём не млечным

Грехам, содеянным, благодаря…

Железнодорожный вокзал с каждым шагом становился ближе. Его серо-синий фасад с большими синими буквами на крыше (название города: «Новый Уренгой»), отражал лучи утреннего, северного солнца. Святослав поправил рюкзак и, перебежав дорогу, оказался на «Привокзальной площади». Осмотрелся. Как обычно, большая часть парковочных мест здесь была занята таксистами. В воздухе витал антуражный привокзальный запах, а у входа в здание стояли люди с большими сумками. Они что-то мирно обсуждали.

В наушниках заиграла очередная песня, задавая настроение и темп шагам того, кто решился на путешествие, о котором так и не смог сказать родителям. Святослав понимал, что обрекает родных на новое переживание, но он уже не ребенок – он совершеннолетний молодой человек, принявший решение. Именно так он и напишет в сообщении матери, но позже, из поезда. Двое суток мучительных размышлений остались позади, хотя моральное состояние парня и сейчас оставляло желать лучшего. Его Альтер эго, отвечающее за совесть и переживание, будучи запертым, стучало, что есть силы, кулаками, в закрытые двери одной из многочисленных комнат разума. Тщетно. Чаша весов уже перевесила в пользу желания решить вопросы и сделать все для обретения душевной гармонии.

– Все будет хорошо, – прошептал Святослав, обращаясь к самому себе.

Он даже не обратил внимания на остановившуюся рядом машину. Боковая дверь черного микроавтобуса резко открылась и…

Все произошло очень быстро. Сначала кто-то потянул его назад, обхватив руками за шею со спины. Затем к его лицу прижали, в чем-то смоченную, ткань. В нос сразу ударил резкий и неприятный запах. Глаза юноши, тут же, закатились, подкосившиеся ноги подхватили чьи-то руки и… Наступила темнота. Мелодия из наушников улетающим эхом начала ослабевать и вскоре исчезла совсем. Наступила полная тишина.

Через большое окно в комнату врывается неестественно яркий, почти белый, свет. Солнечным его назвать было сложно. Святослав сидел на диване, обнимая стоявший на коленях рюкзак.

– Вот и я говорю, что фантазия у тебя о—очень богатая. – Элина Евгеньевна отхлебнула горячий кофе и, еле заметно поджав губы, несколько раз кивнула.

Святослав недовольно скривился. Его всегда раздражало то, как она это делает: держит двумя пальцами ручку маленькой кружки, при этом, демонстративно оттопыривая мизинец. Выглядело это не по-настоящему и даже, как-то надменно. В остальном, человеком она была неплохим, а главное – не жаловалась родителям на частые пропуски их встреч с молодым человеком.

– Не у меня, а у жизни фантазия богатая, ну или у судьбы, – недовольно буркнул Святослав.

– Философская, однако, мысль. Жизнь и судьба – это подруги нашего бытия. Интересны вопросы, касающиеся твоего видения этих подруг. Лично, у меня, их очень много, но мы должны всё разрешить совместно. Хорошо? – Она прищурилась, склонив голову немного на бок, а затем снова выпрямилась, как струна. —Давай, бери свою чашку чая и рассказывай мне все, как есть. Даю слово, я постараюсь понять тебя и, еще, – она подмигнула, – все останется в стенах этого кабинета. Никто ничего об этом разговоре не узнает.

Святослав глазами пробежался по ее кабинету. Он молчал. Затем, почему-то сосредоточил взгляд на руке Элины Евгеньевны, державшей чашку. Ее мизинец мешал ему сконцентрироваться.

«Довериться или нет?» – спрашивал себя Свят.

Но он не успел ответить самому себе. Его лицо внезапно обдало теплым ветерком. Подняв голову, Святослав увидел, что над ним нависает Элина Евгеньевна, а ветер – уже не ветер, а… дыхание.

– Все останется в стенах этого кабинета, – она выдержала паузу. – И ты!

Ее руки, покрытые вздувшимися, иссиня-чёрными венами, трясясь, держали вращающийся вентилятор. Со злорадной ухмылкой она все ближе подносила к лицу парня крутящиеся лопасти устройства. Из безобидного пластика они на глазах превращались в металлические, заточенные по кромке лезвия. Блеск мутного отсвета, прорвавшегося сквозь приоткрытые жалюзи, бликами играл на острие каждого каплеобразного ножа. Руки и ноги не слушались Святослава. Он посмотрел на свои бессильно лежавшие ладони и неподвижные колени. Хотел закричать, но ничего не вышло. Он крепко зажмурился, а когда открыл глаза, его руки и ноги уже были связаны веревкой.

«Откуда взялась эта веревка?» – подумал он.

– Что происходит!? – закричал Свят.

Тем временем, Элина Евгеньевна никуда не спешила. Она двигалась рывками, но в то же время, очень медленно. Ее глаза затмили крутящиеся лезвия, которые всё еще приближались к лицу Святослава, пока смазанная картинка не превратилась в одно сплошное месиво мерцающих цветов и вспышек.

– Дружище! Ау—у—у! Ну же! Давай, приятель, очнись, – умоляюще просил мужчина, тряся парня.

Сквозь кружащееся сознание и звон в ушах Святославу показалось, что этот голос ему знаком. Но пока в голову не приходило осознание того, кто это может быть. Пульсирующая боль в затылке заставила его еще сильнее зажмурить глаза, хотя, на самом деле он уже хотел их открыть. Тело его невольно покачивалось. Свят стал понимать, что находится в движущейся машине. В лицо ударила прохлада – он дернулся в сторону и часто заморгал. Его дыхание на мгновение сбилось.

– Извини, приятель, – мужчина допил из бутылки воду, которая осталась в ней после того, как он плеснул половину ее содержимого в лицо Святославу. Пустая тара была тут же выкинута в приоткрытое окно.

Картинка медленно стабилизировалась и полуприкрытые глаза Святослава уставились на того самого назойливого незнакомца из автобуса. Даже очки и пиджак на нем были те же.

«Сколько же прошло времени с момента, как я потерял сознание?» – промелькнула мысль в голове Святослава. Ответа биологические часы не дали, поэтому вопрос остался открытым.

– Ну, слава Богу, – мужчина выгнулся, разминая затекшую спину. – Нет, нет, нет, все хорошо, – он выставил ладонь правой руки вперед, успокаивая парня, собравшегося рвануть ручку и открыть двери авто.

Святослав нехотя убрал руку с ручки двери и прислонился головой к окну. Сил противиться у него не было, а вывалиться на асфальт на скорости – не самый лучший вариант. Медленно моргая, заложник осмотрелся: он сидел в машине. Из колонок еле слышно играла музыка. День был в разгаре, что было видно по ярко светящему солнцу, находящемуся на самом пике своего правления. Святослав посмотрел направо. Чуть в стороне, за редкими деревцами, проходила проселочная дорога. За ней раскинулось просторное поле. Далее начинался лес, состоявший в основном из хвойных деревьев, листву которых не пробирало даже яркое солнце. Именно поэтому, лес показался Святославу слишком темным и почему-то опасным.

«Который сейчас час? Где я?», – паника атаковала мысли парня.

Он разжал и снова сжал кулаки, проверяя, слушаются ли его руки. Все в порядке – он вновь становился хозяином своего тела. Идея про «выпрыгнуть на ходу» бумерангом вернулась в гудящую голову, когда машина чуть притормозила. Внимательный водитель готовился к обгону большого, медленно едущего фургона.

– Да сиди ты, – чуть нервничая, попросил незнакомец, видя, что парень опять уцепился за ручку авто. Он демонстративно щелкнул кнопку блокиратора замков, чтобы пресечь эти попытки к бегству. Движения Святослава были нечеткими – то, чем его вырубили, еще действовало. Это он понял, когда попытался поднять руку, чтобы почесать нос. В данный момент он напоминал пьяного человека, частично лишенного координации и тщетно пытающегося выйти из машины на ходу.

– Что… про—исх… – попытался выговорить Святослав, задрав скованные наручниками руки и проводя ладонью по затылку. – Где я?

Было видно, что мужчине неловко. Незнакомец скривил виноватую физиономию и протянул Святославу новую, только что открытую бутылку воды.

– Я все расскажу, приятель, но и от тебя мне нужна кое-какая информация. – Он тряхнул бутылкой перед глазами Святослава, чтобы тот сфокусировал на ней взгляд и взял ее в руки. – Браслеты – это так, на всякий случай, я их сниму, как только остановимся, – добавил мужчина.

Заложник ситуации, нехотя, принял воду и сделал глоток. По его пересохшему горлу тут же растеклась приятная влага. Вода, хоть и не была прохладной, как хотелось Святославу, но удовольствие от утоления жажды было получено сполна.

– Меня зовут Никита, можно просто Ник, – представился мужчина.

Святослав недоверчиво посмотрел на незнакомца и его протянутую руку, но любезностью отвечать не стал.

– Как знаешь, – спокойно ответил Никита. – Дам тебе минутку окончательно прийти в себя и тогда уже поговорим.

Святослав откинулся на спинку сиденья, решив, что нужно собраться с силами прежде, чем что-то предпринимать. Его глаза уже стали нормально видеть вблизи, поэтому он принялся более детально изучать своего похитителя.

Человек за рулем оказался славянской внешности: серые, или, все же зеленые глаза, коротко стриженые, русые волосы, чуть вздыбленные на макушке, уже были с намеком на седину, особенно на висках. Никита был жилистым мужчиной, он, явно, занимался спортом: об этом говорили широкие плечи и грудь, которую обтягивала все та же футболка поло.

«Победить в драке такого будет непросто», подумал оклемавшийся, сделав еще один глоток воды.

– Где мы? – спросил Святослав.

– Пригород Екатеринбурга.

– Как?! – лицо парня исказилось от удивления.

– Телепортация, приятель. Тебе же известно, что это такое? – ответил Ник еле заметно улыбаясь.

Святослав недоверчиво нахмурил брови. Он прокашлялся и ещё раз взглянул в боковое окно. К его горлу подкатил ком, а голову словно сдавили сильные, невидимые руки. Все это мешало ему оценить ситуацию.

– Да шучу я, шучу про телепорт. Хотя, это было бы круто, – Ник рассмеялся. – Ладно, не злись и не надумывай ничего. Сейчас я расскажу, что к чему.

Его перебило странное мычание, доносящееся с заднего сиденья. Святослав с трудом обернулся и замер от неожиданности. На заднем сиденье лежал мужчина. Руки и ноги еще одного незнакомца были связаны, а рот закрывал кляп. Пленник кряхтел, постанывал и пытался выпрямить ноги, но они упирались в закрытую дверь автомобиля. Сквозь прочно заткнутый рот он пытался высказать свое возмущение, но слышен был только рык и недовольное хныканье.

– Да уж, – Ник растерянно глянул на связанного через зеркало заднего вида и пожал плечами. – Понятия не имею, что к чему. Про это тоже сейчас расскажу, – вздыхая, проговорил он и улыбнулся, оценивая нелепость ситуации.

Святослав вновь осмотрелся вокруг себя. Ему захотелось найти оружие или предмет, которым можно было бы защититься или, возможно, даже нанести удар первым. Незнакомец – Ник, может оказаться психом или маньяком- убийцей, а драгоценные минуты для конкретных действий утекали на глазах. Никита, будучи опытным в чтении микровыражений, даже у скрытных допрашиваемых, сразу все понял.

– Послушай, Святослав, – его голос стал более серьезным. – Давай к делу. Я верю, что ты был в том месте, я знаю, что оно существует. Твой психолог слила нам всё – она рассказала, что волнуется из-за того, что ты ей наговорил. Врачебная тайна, если и соблюдалась когда-то, давно превратилась в пыль. Увы и ах! Обещанное вознаграждение за информацию о тебе было, мягко говоря, отличным, поэтому, твой врач не упустил шанса обогатиться. Хотя… Срок за сокрытие важной информации ей грозил немалый и данный факт, так же, сыграл в нашу пользу. Думаешь, я псих? Тогда откуда я, по-твоему, все это знаю? – Ник вопросительно посмотрел на Свята.

– Не знаю, – ответил тот.

– Учитывая, что я задумал, я – точно псих. Но если смотреть на ситуацию с точки зрения правильности выбора, то…, – он достал сигарету и, чуть опустив стекло водительской двери, закурил. – Давай на чистоту. Я – сотрудник Федеральной службы «КНЯЗ». Звание – сержант. Полное имя – Богданов Никита Вадимович. Мне поручили доставить тебя в ближайший штаб для допроса и изучения данных относительно твоих рассказов. Попади ты им в руки, – он кивнул на связанного, – мы бы так никогда и не поговорили. Ни—ког—да, – барабаня по рулю, повторил он.

– Кто это? – спросил Святослав, косясь на связанного.

– Это мой сослуживец. На этом задании его назначили мне в напарники. Он – представитель нашей службы из филиала в Екатеринбурге. Скажу тебе по секрету, – Ник перешел на шепот, – скотина он, шкура та еще: старая закалка и безразличие – вот его сильные стороны, а исполнительность – так вообще. «Зомби безжалостные» – так я их называю, – он затянулся и громко выдохнул струю сизого дыма. – Скажу прямо: ждут нас тут дяденьки, которые шутить не будут, да и, как мне кажется, не умеют. Я не поддерживаю некоторых их решений и подходов к подобным ситуациям. Ты воду-то пей, а то бледный, как простыня, – он показал Святославу на бутылку.

Свят послушно сделал несколько больших глотков и вытер губы рукавом. В приоткрытое окно внутрь салона ворвался ветерок. Учитывая состояние парня, свежий воздух ему был очень кстати. Неизвестный препарат, заставивший его сознание и тело отключиться на несколько часов, уже начинал отпускать своего заложника, уходя в небытие.

– Не советую я тебе попадаться им в руки. Если ты мне не веришь, то ты свободен, иди. Я даже могу купить тебе обратный билет на самолет, домой. Кстати, мы именно так и добрались сюда, только вот рейс был частным – кроме нас, других пассажиров на борту не было. Тратим, так сказать, бюджетные гроши. Ха!

– Почему ты мне все это рассказываешь? И зачем напарника связал? – Святослав вопросительно взглянул на Ника.

Наконец-то его голос начал звучать, как положено. Молодого человека это даже немного порадовало.

– Причина проста, вернее, две причины. Они обе понятны. Во-первых, любопытно, что происходит с миром. Хочется узнать, что по ту сторону и можно ли всё это остановить. Во-вторых, – Ник достал из внутреннего кармана пиджака фото и показал его собеседнику, – мне нужно найти этого человека.

Святослав обомлел. На фото была изображена Соня. Та самая Соня, которая большую часть его приключений в том мире прошла с ним плечом к плечу, с ним и его друзьями.

– Кто она тебе? – Святослав старался говорить спокойно, не показывая своих эмоций.

– Сестра, – тяжело вздыхая, проговорил Ник. Он спрятал фото обратно в карман. – Думаю, что она именно там, ну, в том месте, куда попадают исчезнувшие. Такие выводы я сделал по той причине, что пропала она не одна: той ночью исчезло много людей из клиники, где она работала. Есть видео с камер наблюдения, где четко видны вспышки в некоторых палатах и на посту охраны на втором этаже. На сегодняшний день нет никаких следов, а ведь прошло уже достаточно времени, чтобы кто-то где-то засветился. – Он посмотрел на небо, а затем на своего собеседника.

Святослав не перебивал. Он был поражен тем, насколько тесен этот мир, да что уж говорить, и тот мир тоже.

– Я взломал её аккаунты в социальных сетях и нашел твоё сообщение. Так что… – Ник искоса посмотрел на собеседника.

Святослав закрыл глаза и несколько раз кивнул в знак того, что он осознаёт, о чем ему говорят. Ему вспомнился случай, когда он увидел фото девушки в интернете. Сейчас он отдаёт себе отчет в том, что, это была не случайность – он искал данные о своих друзьях, здесь, в их родном мире. Найдя Соню, Святослав написал ей личное сообщение. В нем говорилось, что она должна связаться с ним, если прочтет послание и что он верит в лучшее, верит в чистоту её души, в то, что смерть – это лишь инструмент возврата.

– И ты идешь на такой риск ради сестры? – Святославу стало, действительно, интересно.

– Я слово дал самому себе: найти ее во что бы то ни стало, – Ник усмехнулся и нервно провел ладонью по волосам. – Она, скорее всего, даже не знает, что я существую. Сложно объяснить, да и долго рассказывать. Проще, книгу написать под названием «Вода, огонь и медные трубы».

Какое-то время они ехали молча. Святослав тщательно обдумывал полученную информацию.

– Есть еще одна причина, второстепенная, но все же. Не так давно, мы с напарником попали в заварушку. Пришлось применить оружие. Он первым достал пистолет, – Ник потер пальцами уставшие глаза. – Пуля настигла преступника, а мой напарник попросту исчез. Яркая вспышка, мгновение и … – он картинно развёл руками, внезапно шлепнув ладонями по рулю. Машина чуть вильнула. – Я его семье обещал сделать все, что в моих силах. Такой вот я, обещака! Ты бы видел его младшенькую дочку! Три годика, а рассуждает, как взрослая! Она-то и повлияла на мое решение: дать обещание.

Святослав молчал, изредка кивая. Теперь он понял, что история про братишку, которую Ник поведал ему ранее в автобусе, была не выдумкой. Это стало еще одним плюсом его доверия к новому знакомому. У Свята было ощущение, что Ник говорит правду, а опасность от него не исходит, по крайней мере, намеренной угрозы, точно, нет. За последние годы, если не брать в расчет Аарона, это был единственный человек, старающийся понять Святослава и, судя по всему, будет верить каждому его слову.

– То место, о котором ты говоришь, оно существует, и я действительно был там. Я, даже, там погиб, – Святослав улыбнулся. – По неизвестным мне причинам, исчезновения людей возобновились чуть более двух лет назад. Судя по всему, подобных случаев с каждым днем становится больше.

Ник потряс головой, словно пытаясь увернуться от ненужных мыслей.

– Погиб…? Там погиб!? – удивленно воскликнул он, выпучив глаза.

– Умер. Убило горящим осколком, упавшим с неба. Сам не знаю, что это было, да и какая теперь разница? Все просто. Хлоп! – Святослав цокнул языком.

– Ну и дела, приятель! Получается, ты переродился в этом мире, так? – голос Ника дрожал от удивления.

– Я бы сказал, что переместился обратно, ну, или воскрес, – Святослав усмехнулся.

– Я многое понял для себя, прочитав это, – откуда-то в руках Ника появилась записная книга Аарона. – Извини, приятель, но мы обыскали вашу квартиру. Можешь не переживать – твои родные даже не поняли, когда и как все было сделано, – он выдержал паузу. – Книгу я припрятал для себя, а то бы ее наши забрали, так и не дав мне прочитать. Поэтому, про Аарона в нашей службе никто, кроме меня, не знает.

– Это хорошо. Он святой человек. У вас все, прям, как в фильмах про тайных агентов, – Святослав снова усмехнулся. – Поесть бы, – он взял бутылку и допил воду.

– Поддерживаю. Давай-ка найдем, где можно припрятать машину с этим пассажиром, – Ник кивнул назад, – и взять кофе с нормальной едой. Поговорим спокойно и решим, как быть дальше, – он достал из кармана джинсов связку ключей с круглым брелоком, на котором была картинка с пальмами. Кинув ее Святославу, сказал:

– Там и от наручников есть ключик. Не справишься сам – помогу, когда остановимся.

Колеса авто послушно крутились по пыльному асфальту. Небо медленно темнело, солнце клонилось к неровной линии горизонта. Святослав, чуть повозившись, расстегнул наручники и бросил их на панель. Потирая запястья, он откинулся на подголовник и уставился в медленно плывущие облака. Бесформенные гиганты, состоящие из мельчайших капель воды, молча смотрели в ответ, наблюдая за происходящим на земле. Святу подумалось о том, что со всеми этими передрягами и переживаниями, он давно потерял самого себя. Он уже с трудом вспоминает, как жил и о чем мечтал, буквально, три года назад. «Там» он погиб, а в этом мире появился вновь, но его новая личность не желала сидеть, сложа руки, живя, как ни в чем не бывало.

– Доедем до города. Я там знаю одно место, – Ник, нервно тыкая пальцем в непослушный экран бортового навигатора, пытался найти нужный адрес.

– Хорошо, – ответил Святослав, разглядывая бесконечно удаляющийся горизонт и проносящиеся мимо машины.

Небо вдруг моргнуло яркой вспышкой и узоры из плывущих облаков резко изменились. В окно авто ворвался запах затхлости и клубы жёлтой пыли, поднимавшейся от поверхности дороги из-за несущейся по ней машины. Справа над дорогой кренились столбы со свисающими с них оборванными проводами. То там, то тут, виднелись остовы сожженных или просто брошенных машин. Прямо посреди дороги, чуть впереди, стояла сутулая фигура человека в кислородной маске. Приложив ладонь ко лбу, он щурился и рассматривал пассажиров машины, несущейся прямо на него. Из-под накинутого капюшона были видны задумчивые глаза незнакомца. Почему-то, путник в длинном, потрепанном плаще, с рюкзаком цвета хаки за плечами, даже не пытался отойти в сторону. Он не боялся приближающейся угрозы. Ник, учитывая его поведение, этого не видел, или попросту, не реагировал на помеху, стоявшую впереди, посреди дороги.

– Остановись! – Святослав закричал, резко поворачиваясь к вздрогнувшему от неожиданности Нику. – Собьёшь же его! – Он руками вцепился в руль, рванув его в сторону.

– Ты что творишь? Там же нет никого! – Ник закричал в ответ.

Скрипя резиной, машина завиляла и вылетела на встречную полосу, всё же, объехав сутулую фигуру, которую, по всей вероятности, видел только Святослав.

В автомобиле, с которым они могли через секунду столкнуться, тем временем, замерли двое: муж и жена. Позади них, в автокреслах сидели трое детишек. Пара выпучила глаза: мужчина пытался вырулить в сторону, а женщина что-то закричала, попутно прикрывая руками лицо в ожидании неизбежного столкновения.

Крики. Скрип резины. Извилистые чёрные полосы на асфальте. Удивленные взгляды очевидцев из проезжающих мимо машин. Мгновение растянулось на несколько секунд. Яркая вспышка осветила машину, водитель которой нарушил правила дорожного движения. Ник, прежде чем закрыть глаза, увидел руки, державшиеся за руль. Это были руки его и Святослава. Белая простыня застлала все…

То, что надвигалось на них, вмиг исчезло. Святослав и Ник, будто, въехали в ворота невидимого гаража, появившегося из ниоткуда. Очевидцы же увидели, как микроавтобус, вылетевший на встречную полосу, исчез в этой яркой вспышке: растворился в ней, не оставив ничего, кроме прервавшегося следа шин на асфальте. Машина ни в чем неповинной семьи проехала еще несколько метров вперед и резко затормозила на обочине. Женщина выскочила из неё, отворив заднюю дверь. Она принялась проверять, всё ли в порядке с ее детьми. Мужчина ещё какое-то время сидел на своём месте, крепко сжимая руль и приходя в себя.

– Боже мой! Боже правый! – Он ошарашенными глазами огляделся по сторонам, но тех, кто ехал на них с бешеной скоростью, к тому моменту, уже и след простыл. Они, буквально, растворились в воздухе.

Несколько очевидцев произошедшего уже выскочили из своих машин и с удивленными лицами бежали к чудом выжившей семье.

Ветер колыхал листву и ветви деревьев, растущих чуть поодаль от обочины. То тут, то там, с ветки на ветку перескакивали озорные воробьи. Последние лучи солнца лениво гладили пернатых. Мир готовился к предстоящему закату.

Для многих ничего не изменилось. Сегодняшний день они провели в привычном ритме обыденности. Но, сколько исчезло людей в этот день? Сколько исковерканных судеб и страха внесло загадочное явление в жизнь тех, кто столкнулся с ним?

***

В этот же день, город Алексин…

Поздний вечер укрыл темным покрывалом небольшой, но довольно своеобразный городок. Дневная суета в районе под названием «Бор» стихла несколько часов назад. Уставшие прохожие, после очередного рабочего дня, уже разошлись по своим домам. Припаркованные то тут, то там, машины, мирно ожидали нового утра. Одно за другим, гасли окошки – люди ложились спать.

Задумчивый охранник стоял у входа супермаркета и разговаривал по сотовому телефону. Через большое окно ему было видно, как пара последних клиентов неспешно расхаживает между рядами с продуктами. Судя по внешности, это были беспечные студенты, хотя, они могли оказаться и школьниками.

«Нужно бы проверить паспорта этих ребят», подумала кассирша, в очередной раз поглядывая на часы, висящие над входом в магазин.

Двое молодых парней, что-то весело обсуждая и звеня наставленными в корзину бутылками, наконец, подошли к кассе. В этот момент двери супермаркета раскрылись, внутрь вошел тучный мужчина. Поздний клиент накинул на голову капюшон толстовки и, держа в карманах напряжённые руки, молча подошел к кассирше.

– Что желаете? – недоуменно глядя на мужчину, спросила она.

– Вообще-то, мы первые, – недовольно пробубнил один из парней, выкладывая на край ленты продукты из корзины.

Мужчина молча сверлил взглядом кассиршу, никак не реагируя на замечание молодого человека.

– Ммм… Сигареты, – прохрипел он и, переминаясь с ноги на ногу, добавил: – и деньги. Быстро! Побрякушки и телефоны тоже сюда, – он обернулся и посмотрел на ребят глазами, переполненными яростью. – Чего вылупились? Вас это тоже касается. Быстро!

Грабитель достал из кармана пистолет и направил его на ошарашенных парней.

– Берите все, что вам нужно, – затараторила дрожащим голосом кассирша, показывая ребятам поднесенным к губам пальцем, чтобы они молчали. Она кивнула на вход.

Мужчина заметил ее знак и резко обернулся. В этот самый момент, к нему, крадучись, приближался охранник.

– Стоять! – Грабитель почти кричал. – Завалю на хрен, – он тряс пистолетом перед лицом кассирши, брызгая слюной от злости и сверля охранника обезумевшими глазами.

– Спокойно, приятель, – охранник выставил руки ладонями вперед и, медленно шагая, продолжил приближаться к грабителю.

– Я сказал – не двигаться! – Грабитель, почти, вопил. Внезапно, он нажал на курок.

Мгновение. Время, словно, замедлило свой ход. Раздался выстрел. Кассирша охнула. Уши заложило, как в самолете, который резко набрал высоту.

Пуля вылетела из ствола. Помещение осветила яркая вспышка. Из места, где только что стоял грабитель, прямо из воздуха, в разные стороны разошлись волны света, сопровождающиеся ветром и странным звоном, словно микрофон поднесли близко к колонке. Все зажмурились. Кассирша упала со стула, парней откинуло назад, к витрине с хлебом, охранник лишь отступил на пару шагов назад, прикрывая лицо скрещёнными руками. Волна не сбила его с ног – вес и физические данные дали о себе знать. Лицо он прикрывал не только от яркого света, но и от пули, которая должна была попасть прямо ему в голову. Он это видел, он успел это осознать. Кожа на скрещенных руках, защищавших лицо, уже ощутила жар приближающегося кусочка свинца, когда смертоносная опасность вдруг растворилась и исчезла вместе со вспышкой белого света.

Продолговатые лампы, свисающие с высокого потолка и фонари на улице, расположенные рядом с супермаркетом, несколько раз, ярко моргнули и разлетелись вдребезги. Одновременно с ними потрескались, а местами и раскрошились, стекла окон домов, расположенных напротив и позади супермаркета. Фары мимо проезжающей машины с хлопком разлетелись в разные стороны, осыпая мелкими осколками асфальт. Спустя пару мгновений – темнота и звон в ушах – это все, что ощутили оставшиеся внутри магазина.

Пуля, рассекая воздух, вылетела в окно, по пути разбив и без того потрескавшееся стекло. Мутные кристаллики посыпались на керамическую плитку пола. Внутри супермаркета царил хаос: все было разбросано, часть витрин отсутствовала напрочь, а оставшиеся полки и стеллажи были покрыты пылью и мусором.

Тяжело дыша и озираясь по сторонам, тучный грабитель крутился на месте, как юла. Его глаза бегали по сторонам, он, явно, не мог понять, что произошло. Мозг не знал, какой приказ отдать телу, обмякшему от шока. Сиреневая толстовка промокла от пота в области спины и шеи, а трясущиеся пальцы выронили пистолет. Медленно шаркая ногами, он подошел к разбитому окну и выглянул наружу. Улица была пуста, в домах напротив не горел свет. Более того, во многих окнах стекла либо отсутствовали, либо на рамы было натянуто что-то типа полиэтилена или брезента. К чему бы это?

Кончики его пальцев, вдруг, ощутили покалывание, а голову слегка повело. Здоровяк, медленно моргая, облокотился о пыльную раму окна. Ощущение было такое, словно тело поместили в тесное, замкнутое пространство и начали выкачивать из него крохи оставшегося кислорода. Пыхтя и кашляя, он принялся вытирать капли пота, выступающего на его лице. Влажная кожа ощутила легкое дуновение ветра – это было непередаваемо приятно. Мужчина улыбнулся, вдохнул полной грудью свежий воздух и тут же остолбенел. Внутри тела появилась нестерпимая боль, словно кто-то орудовал ножом. Его рот открылся, безуспешно стараясь глотнуть еще немного драгоценного воздуха, а выражение лица приняло вид, будто он резко чему-то удивился. Тело мужчины еле заметно покачнулось. Тишину разбавил резкий сиплый выдох и, в следующий миг, тучный горе-грабитель упал замертво. Потухшие глаза несчастного грабителя смотрели в след улетающей душе, которая, теряя форму и очертания, кружилась с потоками ветра, попутно поднимающего с асфальта пыль и мелкий мусор.

Глава 3.
Складывая пазлы

Причина – сделанное нами.

Поспорить не с кем, разве что с судьбой…

Город Санкт-Петербург

Из панорамных окон продуктового супермаркета то и дело выглядывали любопытные люди: те, кто забежал купить продукты или выпить кофе; журналисты, вынюхивающие новую информацию. Последнее время сотрудники СМИ, как мухи на мёд, слетались к местам, где можно было хоть что-то узнать про это загадочное и необузданное явление. Из-за этого часто случались весьма неприятные инциденты. Но были и другие взгляды: со скрытыми эмоциями и неким искусственным равнодушием – они принадлежали охранникам, стоявшим у здания, напротив. Им приходилось смотреть не только в ответ любопытным, пытаясь понять намерения случайных прохожих и посетителей супермаркета, но также осматривать окна жилых квартир, располагавшихся над магазином.

Некоторые из них стояли в солнцезащитных очках. Все они, как один, были крепкого телосложения и одеты в классические костюмы черного цвета. Нехотя, отвлекаясь от наблюдения за обстановкой вокруг, они, кивком головы, вежливо приветствовали коллег, выходивших из только что подъехавших машин.

Охранник, находившийся в кабинке у шлагбаума, с безразличным лицом протягивал руку, чтобы перед открытием преграды взять и проверить документы у въезжающих. Сегодня безопасности уделялось особое внимание – сегодня в центральном офисе ФС «КНЯЗ» намечалось собрание представителей всех управлений, разбросанных по великой и необъятной стране.

Офисом службы служило многоэтажное здание, являющее собой некий памятник архитектуры. Но все же, оно было отталкивающим и пугающим, особенно это чувствовали знающие прохожие. Причиной служили серьезные личности, базировавшиеся в нем. Серые монолитные стены, огражденные парковки, охрана и всевидящие камеры видеонаблюдения – все это настораживало даже тех, кто постоянно живет бок о бок с людьми, несущими своеобразную участь: работа в секретной службе.

Как ни старались телевизионщики и ведущие издания газет и журналов, но на эту встречу никого из них не пригласили. Более того, журналистам запретили показывать свой любопытный нос в радиусе километра от здания. Для СМИ все было тщетно. Даже люди, имеющие связи, не смогли поднять непроглядный занавес предстоящего собрания. За непослушание был обещан немаленький срок – именно это заставило многих, скривив недовольные гримасы, опустить руки и отойти в сторону.

Директор службы – Соколов Дмитрий Олегович, невзирая на высокую должность, был далеко не публичной личностью. Он терпеть не мог жёлтую прессу (к таковой он относил любой журнал или газету, и, уж, тем более, писанину на электронных ресурсах всемирной паутины). Данную точку зрения Соколов навязал своим коллегам и подчинённым – вот что значит умение четко обозначать границы, заставлять слушаться и уважать.

Когда-то Дмитрий Олегович работал инженером на железнодорожной станции. Потом он окончил Высшую школу КГБ¹ и получил приглашение на работу в органах госбезопасности. Разменяв шестой десяток, он добился высокой должности. Чёткое обозначение цели и почти непробиваемая принципиальность, граничащая с желанием понять правых и наказать виновных – именно такими качествами обладал нынешний директор ФС «КНЯЗ». На долю его службы выпали сложные задачи и все они были связаны с этими загадочными явлениями, разгадка которых, в настоящее время, интересовала абсолютно всех. Осторожность, проверка проверенного, строгая секретность и максимум усилий для решения поставленных задач – вот список хороших правил, которые Дмитрий Олегович соблюдал строго. Доверие в наше время – это роскошь, которая все – равно поддается проверкам и сомнению – именно так он сегодня ответил мэру, когда тот позвонил, чтобы попросить его дать интервью известной журналистке.

В просторном коридоре правого крыла здания толпилось около двух дюжин человек. По их строгим костюмам и серьезным лицам можно было понять, что все они являлись представителями управлений из других городов. Но их надменно—наигранная важность плохо скрывала переживающие взгляды и перешёптывания о возможных причинах собрания. Обсуждение недавних происшествий, наиболее потрясших человечество, резко прекратилось, когда раскрылись двери в зал для совещаний.

– Прошу, проходите, – мило улыбаясь, сказала помощница директора. – И не забудьте, пожалуйста, – она улыбнулась еще шире, указав на табличку у двери – там был знак «выключить телефон».

Светло-русые волосы, собранные, наскоро, в хвостик, большие, синие глаза и осиная талия – вот первые характеристики внешности этой женщины. Все, кто ранее общался с Еленой-помощницей, или, как многие считали, секретарём директора, знали о её эрудированности и умеренной, но колкой дерзости, которую она, вряд ли, будет сдерживать, почуяв натиск или грубость.

Директор ФС «КНЯЗ» уже находился во главе стола. Сидя в большом кожаном кресле, он перелистывал какие-то папки с фотографиями и недоуменно кивал головой. Подчиненные, аккуратно вышагивая, быстро расселись по местам, направив вопрошающие взгляды на Дмитрия Олеговича.

Елена прикрыла двери и присела за стол, расположенный в углу – это означало, что она будет вести протокол заседания.

Дмитрий Олегович, тяжело вздыхая, отложил в сторону папки с фотографиями и посмотрел на начальника Екатеринбургского управления. Какое-то время, все молчали – повисла неловкая пауза.

– Смотрели съемку с видеорегистратора машины, в которую ваш сотрудник чуть не въехал? – тихо спросил Дмитрий Олегович и, склонив голову набок, замер в ожидании ответа.

– Да, – коротко ответил мужчина.

Дмитрий Олегович, нарочито понимающе, закивал.

– Почему ваш сотрудник так поступил?

– Вы про то, что он не доставил того парня?

– Хм… То—го парня, – задумчиво повторил Дмитрий Олегович, специально растягивая слова. – И про него тоже. Но еще более интересно знаете, что? – Директор положил ладони на стол и чуть откинулся назад, – почему он оглушил, а затем связал своего напарника? А? Спасибо добросовестным свидетелям. Благодаря законопослушным гражданам, у нас фото есть и, даже видео.

– Могу только предположить, – заикаясь, ответил подчиненный.

– Ваши предположения – это догадки, а догадок у меня у самого хоть отбавляй.

Вновь повисла затяжная пауза. Дмитрий Олегович, барабаня пальцами по столу, посмотрел на каждого из присутствующих, а затем продолжил:

– У нас с вами две главные задачи, господа. Во-первых, найти причину, почему происходит то, что происходит. Во-вторых, полностью убрать это чудовищное явление. На мой взгляд – это новая волна терроризма пока что неведомых нам сил – в сказки и чудеса я не особо-то верю. Неизвестно, к чему приведет все это, а значит, есть прямая угроза нынешней цивилизации. Вот мы с вами, – он обвел раскрытой ладонью всех сидящих, – должны ответить на ряд возникших вопросов. Они и приведут нас к решению этих важных задач. Верно, господа?

Все неуверенно переглянулись. Кто-то закивал, а несколько человек в голос протянули заунывное «да». На большом полотне, висящем на стене за спиной директора, начало медленно проявляться изображение: фото с заднего двора заправки, фото едущей по трассе машины и небольшая нарезка видео, где был виден момент: почти столкновения, почти случившейся аварии. Вдруг посреди дороги, буквально из ниоткуда, возникла яркая вспышка. Кадры затмил белый свет, разбавляемый редкой рябью, то исчезающей, то мерцающей по углам экрана.

– Вуаля, господа, – улыбаясь, произнес Дмитрий Олегович и, чуть откатившись на кресле в сторону, повернулся к коллегам боком. – Вспышка была настолько сильная, что, напрочь, ослепила нескольких водителей. Странно, не находите? Сколько нам довелось увидеть видеоматериалов подобного характера, но такой яркой вспышки я не видел, а вы?

Все замотали головами, разводя руки в стороны.

– То-то же, – тихо промолвил директор.

Двери в зал совещания медленно приоткрылись. В них заглянул слегка взлохмаченный, молодой человек в белом халате. Робко поправляя очки и не решаясь войти, он, молча, уставился на Дмитрия Олеговича.

– Александр Андреевич, вы что-то хотели? – спросил директор.

– Извините, не хотел прерывать совещание, но…

– Да тут и прерывать-то нечего, – махнул рукой Дмитрий Олегович. – Информации мало и идей, особо, не наблюдается, – он осуждающе покосился на коллег.

– Хочу вам показать кое-что… Можно, конечно, и позже.

– Да чего ж тянуть-то, Саш. Пойдем и посмотрим, – директор встал и, сделав пару шагов в сторону выхода, остановился. – А вы, господа, изучайте имеющийся материал и еще раз посмотрите видео. Сегодня вечером жду ваши умозаключения и предложения по дальнейшей работе с этой напастью. Сказав это, он вышел из зала совещания, демонстративно хлопнув дверью.

– Что у тебя?

Молодой заведующий лабораторией и научным центром при ФС «КНЯЗ», неуверенно переминаясь с ноги на ногу, ответил:

– Нужно показать, поскольку устно, боюсь, не всё смогу объяснить. Вы же не любите все эти термины и научное занудство.

– И то верно. Пошли, – согласился Дмитрий Олегович. – Только по делу и недолго, – добавил он, хитро поглядывая на подчинённого.

Двери лифта распахнулись на цокольном этаже. В нос ударил едкий запах химикатов, которые вырвались из разных помещений. У входа в лабораторию, расположенную в самом начале коридора, директора встретил серьёзный седовласый мужчина. Внимательно изучив Дмитрия Олеговича с ног до головы, он протянул ему руку и представился:

– Иван Игоревич, руководитель группы патологоанатомов. Но, в основном, я изучаю разновидности энергетики, исходящей как от предметов, так и от трупов.

– Хм, интересно, – Соколов ответил крепким рукопожатием.

– Многие считают нас шарлатанами – людям сложно представить то, над чем мы работаем. Но у каждого тела есть своя история и информация для нас, – Иван Игоревич, иронично вскинув бровь, улыбнулся.

– А почему вы так беспардонно меня рассматривали? – поинтересовался директор. – Просто, любопытно. – Дмитрий Олегович наигранно улыбнулся в ответ.

– Ха, знаете, сколько тут работаю – первый раз вас вижу не на фото или издалека. Да еще и тут, у нас, как мы говорим между собой, в «подземелье». Вероятно, слово «подземелье» у Ивана Игоревича вызывало некую гордость.

– У каждого есть свои дела, обязанности и рабочие места, вы уж поймите меня правильно, – по-доброму ответил ему Дмитрий Олегович. Он вопросительно взглянул на взъерошенного Александра.

– Ах, да! – Тот сразу же засуетился и, открывая распашные двери в лабораторию, жестом руки предложил директору и Ивану пройти внутрь.

– Осторожно, тут ступеньки, – предупредил Соколова Иван. – Всё, как и полагается в мрачном подземелье.

Его шуточное высказывание осталось без реакции. От этого Иван почувствовал некую неловкость.

Они молча спустились вниз, где их взору открылась вся своеобразность этого помещения: вытянутый зал, учитывая его квадратуру, кабинетом или комнатой назвать было сложно. Его освещали длинные лампы, они делили потолок вдоль, ровными полосами. Стены залы были серо-бежевого цвета, на полу лежала темная мраморная плитка с простенькими, витиеватыми узорами. Эти элементы строгого декора делали помещение еще более специфичным и мрачным. Как уже говорил Иван – «подземелье». В нос ударил ещё более неприятный запах. Скорее всего, он исходил от бурлящих жидкостей в колбах и мензурках на столе, стоявшем слева, прямо у стены, однако позже выяснилось, что в подземелье витала едкая трупная вонь. Этот запах уже ни с чем не перепутают те, кто познал его единожды.

– Вот, пожалуйста. – Александр протянул директору белый халат, перчатки и медицинскую маску.

– Правила для всех одинаковы, – Иван задумчиво пожал плечами, проходя вперед. – Нам туда, – он кивнул в сторону двери в конце просторного помещения. – Начнем отсюда. Потом покажем вам нечто иное, более интересное.

Директор, двигая губами под маской, заинтересованно хмыкнул.

Они вошли в менее просторное, но не тесное помещение. Слева стоял металлический холодильник, делящийся на множество выдвигающихся ячеек. Он служил для хранения тел – именно из-за него данное помещение казалось меньше предыдущего. Справа, выстроившись в ряд, разместились металлические столы со склонившимися над ними операционными светильниками, которые в своих кругах специалисты называют «бестеневыми». Их светодиодные лампы освещали тела, укрытые плотным синим полиэтиленом.

– Здесь самые интересные случаи, собранные за последнее время, – показывая на три укрытых трупа, проговорил Александр.

– Можно сказать, что информационно богаче будут именно эти тела, вернее то, что при них находилось, – добавил Иван.

– Любопытно, – задумчиво произнес директор. – Давайте же, показывайте, – поторопил он подчинённых.

Александр подошел к первому телу и, скинув с него пленку, открыл взору Соколова тучного мужчину в толстовке.

– Что тут необычного? – спросил Дмитрий Олегович, еле заметно морщась от отвращения. Запахи, настырно прорывающиеся сквозь ткань маски и увиденное, вызывали рвотный рефлекс, который, директор скрывал изо всех сил. Труп смотрел в потолок широко раскрытыми глазами с лопнувшими капиллярами. Цвет его кожи был больше синим, чем белым, а на открытых участках она выглядела так, словно он несколько дней провёл на холодном ветру, не питаясь, не одеваясь тепло и не стараясь спасти свою жизнь.

Заведующий лабораторией, видя, что нужно разрядить обстановку и подготовить Дмитрия Олеговича к следующим «клиентам», начал говорить:

– Любое внешнее воздействие, будь то химическое, например, поел ядовитых грибочков, или спирта перепил, – Иван Игоревич, шаблонно щелкнув пальцами по шее, продолжил, – или механическое: падение, авария; или термическое – это может быть переохлаждение или ожог, считается насильственным. Мы, как раз, берем на себя умерших при странных, необъяснимых обстоятельствах, тех, чьи тела вернулись назад, оттуда, – почему—то он глянул на потолок.

– Та—ак, – задумчиво произнес директор, потирая шею.

– Так вот… – Александр кивнул на труп. – Вскрытие показало, что его легкие превратились в пыль, а внутренности, словно, вялили неделю. Тело снаружи, особо, не повреждено, а это странно. Учитывая, что ноздри и гланды выглядят, словно обожженные, могу сделать заключение, что он вдохнул некое смертоносное вещество, – заведующий лабораторией поднял вверх указательный палец. – И сразу же вопрос: что за вещество? Отмечу, анализы не дали никаких результатов. Найденная зацепка не поддается определению, так как такого вещества нет в известных нам списках и перечнях.

– Получается… – директор еще раз глянул в замершие глаза тучного мужчины, – там, откуда он вернулся, есть то, что чуждо здесь. Так?

Его даже немного передернуло.

– Верно! – Александр радостно поспешил с ответом, но, тут же, стал серьезным. – Понимаете, при определенных условиях, мумификация возможна даже в городской квартире, а, тем более, в прохладном, хорошо проветриваемом помещении. Но это тело лежало на улице у стены одного из супермаркетов.

– Хорошо, что в нашем мире нет такого вещества, иначе не только исчезновения людей и появляющиеся трупы настигли бы нас, а еще и смерть от очередного неизведанного чёртового явления, превращающего человека в мумию. – Иван почесал затылок. – Может вирус, или мутаген какой-то? Думаю, настигни нас такое – времени на решение подобной задачи было бы слишком мало.

– Делаем все возможное, но я думаю, что вам будет интересно, – проговорил Александр, подытоживая красноречивые высказывания коллеги.

Директор кивнул и посмотрел на следующий металлический стол. Там лежал очередной накрытый труп. Было видно, что Дмитрию Олеговичу становится некомфортно. Наверняка, он спустился в «подземелье», чтобы дать собраться с мыслями начальникам управлений, заодно уделив внимание и навязчивым сотрудники лаборатории, которые отвлекли его от важного совещания. Он планировал убедиться в нецелесообразности и глупости их теорий и догадок, а потом устно отчитать их за то, что его отвлекли. Позже, он бы вернулся в зал заседаний, где его ожидали бесконечные ряды важных вопросов и нескончаемая война с бюрократической машиной. Таково бремя важной должности – нервы и драгоценное время, в конце-то концов, жизнь.

– Это у нас некий Джордж Робинсон, – Александр стянул пленку, укрывавшую тело. – Странное дело: он при себе имел паспорт – кажется гражданин Британии. Ценный экземпляр, учитывая то, что при нем была записная книжка, которую наши спецы вот-вот переведут на русский. И ещё это, – он показал на старую, испачканную грязью видеокамеру.

Дмитрий Олегович было потянулся, чтобы взять её, но Александр отдернул руку.

– Вы перчатки не надели, да и видео мы уже скинули на наш сервер.

Директор, покорно, достал из карманов халата перчатки. Качая головой от небольшого возмущения, он начал их надевать. Из-за его спины раздалось клацанье кнопок клавиатуры: Иван уже нашёл нужную папку в компьютере, включил видео и вывел его на большой экран телевизора, висевшего на стене у входа. В колонках, раскиданных по углам помещения, начал завывать ветер. Потом, все услышали странный треск и шелест. Картинка начала трястись. Было ясно, что снимающий, пытался удержать равновесие и справиться с паникой. Всхлипы и обращение к Богу сопровождали кадры на экране. Судя по увиденному, Джордж отступал назад, хотя ему нужно было бежать со всех ног в сторону от того, что на него надвигалось: гигантский водоворот высотой с небоскреб, вырывая деревья и срывая антенны с крыш домов, расположенных чуть поодаль, неумолимо шёл на бедолагу. Джордж выкрикнул что-то яростное на своём языке. Трясущаяся камера упала на землю. От падения линза объектива треснула, но камера продолжила съёмку. Секундная заминка, затем в кадре вновь появилось испуганное лицо Джорджа. Растопыренные пальцы схватили и подняли записывающее устройство с земли. Снова пауза и смазанная картинка. Судя по моргающему и кружащемуся изображению, извивающийся монстр нагнал свою жертву. Даже когда водоворот сделал камеру и её владельца частью себя, устройство героически продолжало записывать все происходящее. Так все увидели, что Джордж, вдруг безвольно обмякнув, сделал несколько кругов внутри смерча и, поднимаясь вверх, растворился в водовороте пыли и мусора, смешанного с осколками разорванных предметов.

Состроив жалобное лицо, Дмитрий Олегович понимающе кивнул. Он склонил голову, задумчиво почесал бровь и словно сожалея о смерти этого иностранца, не проронив ни слова, досадливо покачал головой.

– Вот так его и занесло к нам. Прям как Элли и Тотошку. Только это не сказка про Изумрудный город, а суровая реальность, выбраться из которой можно, только умерев. По крайней мере, пока что выводы таковы, – высказался, наконец, директор.

– Это вы верно подметили, – ответил Иван, с немного испуганным выражением лица.

Трупы его не пугали, а вот видео… От одной только мысли оказаться в подобной ситуации, его сковывал страх.

Александр, хмурясь и о чем—то размышляя, игнорировал не приносящие пользы разговоры. Он подошёл к ноутбуку и запустил другое видео. На экране появились все те же помехи и какое—то темное помещение. Посередине кадра размещался человек, сидящий спиной к зрителю. Седой мужчина, склонившись над массивным деревянным столом, нервно стучал ладонями по своим наушникам и что—то кричал в микрофон.

– Люди! Отзовитесь, прошу вас! Я не выйду из своего укрытия и мне плевать, что еды больше нет! Прошу помощи или, хотя бы, информации по поводу того, что случилось с миром! – Он нервно швырнул микрофон в стену и поднялся со стула.

Взяв камеру, он начал снимать небольшую лежанку в углу серого бетонного помещения.

– Он лежал тут. Лежал тут совсем недавно. Я не сумасшедший, я видел! Куда исчезло тело? Яркая вспышка… Думаю, это просто усталость, или галлюцинация, – он выдержал паузу, пытаясь отдышаться. – Что там, снаружи? Почему… – вдруг, мужчина схватился за грудь в области сердца. – Так даже лучше, – просипел он и, морщась, опустился на пол.

Камера уперлась в старый обшарпанный линолеум и, поснимав его еще около получаса, отключилась.

– Сердечный приступ, – громко заключил Александр.

Подойдя к третьему трупу, он скинул с него пленку. На столе лежал именно тот мужчина, которого они только что видели на видео.

– Для нас с вами не секрет, что все, исчезнувшие, отправляются в мир, похожий на наш. Так вот. Эти трое из числа тех, кто принес нам обратно хоть какую—то информацию. Могу заключить следующее: есть изменения, но какие? Сложно сказать, но в том месте, там, творится что—то неладное. Кроме типичных случаев, люди начали погибать от непонятного явления. Чаще они умирают, прячась от чего—то, – он задумчиво отвел взгляд в сторону, – … или от кого—то.

– Звучит жутко, – заключил директор, потирая пальцами нахмуренный лоб. – И, не дай Бог, эта дрянь попадёт к нам.

– Очень жутко, – тут же, подхватил Иван, понимающе кивая. – Я не хотел бы оказаться там, – поглаживая себя по руке, как бы успокаивая, он покосился на большой экран. Видео с обшарпанным линолеумом, в данный момент, стояло на паузе.

Дмитрий Олегович перевел взгляд на Александра – тот развел руки в стороны и нелепо улыбнулся. Затем молодой заведующий лабораторией снял перчатки и, бросив их в мусорку, заявил:

– Вы же не думаете, что я вас отвлек только из-за этого?

Директор недоуменно нахмурил брови и вопросительно посмотрел на своих подчиненных. Они, потирая ладони и сверкая взволнованными глазами, одновременно кивнули ему в сторону выхода.

– Нам в соседнюю лабораторию, туда, где всем заведует Александр, – Иван кивнул на коллегу, который ускорил шаг, чтобы подойти к двери своей лаборатории первым.

Табличка, прикреплённая к стене коридора, говорила о том, что рядом находятся двери, ведущие в лабораторию фундаментальных и прикладных исследований релятивистских объектов Вселенной.

– У меня никогда не было тяги к этому жуткому призванию – быть судмедэкспертом, да и особой любви к судебной медицине тоже, но, в данный момент, аж дух захватывает! – протараторил Иван, глупо улыбаясь и глядя на Александра, ковыряющегося с замком.

Наконец механизм поддался и, щелкнув где—то внутри увесистой двери, позволил пришедшим войти внутрь. Александр, чуть повозившись в полумраке лаборатории, включил свет. Точно такие же продолговатые лампы осветили помещение, уставленное различным оборудованием.

– Проект был экспериментальным. Хотели проверить теорию переноса энергии и сверхбыстрых процессов на некоем наноуровне, невидимом человеческому глазу, но засекаемым нашими датчиками и сканерами, установленными на спутниках, – он поднял руку с вытянутым указательным пальцем, показывая куда—то наверх.

– Хм… – Дмитрий Олегович, поглаживая подбородок, заинтересованно прошагал к панели. На ней находилось несметное количество кнопок и мигающих разноцветных лампочек.

– Мы, как раз, проводили опыты с новым спутником, оснащённым высокочувствительными датчиками, которые измеряют колебание материи. Они могут определить и показать участки, где ее всплески наиболее сконцентрированы. Самое странное, что эти «мосты», ну или туннели – называйте, как хотите, явно, ведут в то место, которое на уровне проекции искусственным интеллектом напоминает нашу Землю. Думаю, что, исчезая, люди перемещаются именно туда, а трупы к нам обратно выбрасываются, тоже, оттуда.

Александр уселся за свой стол и развернул большой широкоформатный монитор экраном к директору. Взору Соколова открылось изображение: он увидел нашу планету, на которой, то тут, то там мерцали красные или же, местами, больше оранжевые точки. Немного пульсируя, они источали яркое, почти белое свечение по контуру, которое уходило ввысь и немного в стороны. Иван нажал кнопку на клавиатуре и точки стали соединяться между собой белыми линиями. Вокруг них, начала проецироваться структура наших материков.

– Наблюдательное и теоретическое исследование этих объектов – красных точек и исходящих от них потоков энергии, производится с целью изучения их природы и применения полученной информации для уточнения систематики или проекции на нашу планету. Э—э—э… Думаю, что в тех районах, где этих всплесков больше, чаще всего исчезают люди. Но, опять же, это только теория.

– То есть, эти точки – это что—то неосязаемое и находится не здесь, не у нас? – уточнил директор.

– Верно, Дмитрий Олегович! Совершенно верно, – Александр нажал очередную кнопку и на экране появилась призрачно—прозрачная проекция Земли. – Мы проверили большинство этих мест здесь, у нас, – он дернул щекой и пожал плечами: мол, а как иначе—то? – Там нет ничего необычного: никаких всплесков энергии, странных объектов или существ. Любые особенности много значат для эксперта, но никаких особенностей мы не обнаружили. Значит, делаем выводы…

– Это нечто находится там, – монотонно проговорил директор, глядя в пол и уже что—то обдумывая.

Глава 4.
Маячки в тумане

Нас окружают призрачные грани,

Почувствуй их протянутой рукой…

Скрестив пальцы рук на затылке, Ник стоял посередине дороги, прямо на пыльной линии разметки. Со стороны казалось, что он находится в ступоре и держится за голову, чтобы не дать мыслям, перемешавшимся с паникой, взорвать черепную коробку. Ник смотрел вперёд, анализируя их маршрут и сравнивая его с тем, что, сейчас, перед ним. Особой разницы он не обнаружил.

Слегка огибая первые дома, стоявшие чуть дальше, на въезде в Екатеринбург, Кольцовский тракт упирался в клеверообразную развязку. Ник, еле заметно, кивнул. Все сходится. Если и дальше все так, как он помнит, то эта дорожная лента, подобно реке, утекающей вдаль, незаметно перейдёт в одну из улиц, а затем и, вовсе, затеряется за многочисленными поворотами и ответвлениями бесконечных дорог мегаполиса.

Святослав, не проронив ни слова, подошёл к нему и встал рядом. Прижимая к себе локоть правой руки, он посмотрел на Ника и удивился. Ник улыбался, его глаза блестели от азарта и радости – грустной и немного растерянной улыбкой.

За их спинами дымился неудачно припаркованный микроавтобус.

Ещё пять минут назад потрескавшийся асфальт чужого мира озарило яркой вспышкой. Даже на фоне дневного солнца белый, пульсирующий свет, разрывающий полотно реальности, был ярче в разы. Их черный микроавтобус Volkswagen вылетел, словно пуля, из ствола пистолета. Виляя и скрипя тормозными колодками, машина наискось пересекла дорогу и вылетела за обочину. Они скатились с придорожной насыпи вниз, взрыхлив землю и жухлую траву бампером микроавтобуса. Затем авто сильно тряхнуло, передняя часть машины с треском затормозила, уткнувшись в грунт. Автомобиль, в прямом смысле, встал, как вкопанный.

Святослав осмотрелся по сторонам. Справа раскинулся смешанный лес. Хвойные деревья были зелеными и пыльными, вопреки лиственным. Их голые ветки, лишь, местами, были увенчаны висящими темными листиками, не отпавшими осенью. Странно, ведь сейчас идет лето. Вдоль обочины стояли остовы сгоревших автомобилей. Свят посмотрел налево – там расположились дома. Недалеко от дороги растянулась старая пятиэтажка из белого кирпича. Из—за неё выглядывали высокие новостройки, создавая заметный контраст в пейзаже, учитывая дизайн и материалы, используемые для их возведения. Большая часть окон в них была разбита, а сами здания напоминали памятники цивилизации, канувшей в небытие. Жуть. Святослава передёрнуло и Ник это заметил.

– Как ты, приятель? – он глянул на Свята и продолжил изучать местность.

– Нормально. А ты? – ответил Святослав, попутно подбирая слова. Его душа и разум уже, точно, понимали, где сейчас находится их хозяин, а, вот осознал ли это Ник?

Ник, поджав губы, начал водить глазами так, словно пытался разглядеть свой мозг. Затем он несколько раз кивнул, показывая, тем самым, что проанализировал своё состояние.

– Вроде в порядке. Ты зачем это сделал? – этот вопрос Ник задал, скорее, ради интереса, а не ради осуждения Святослава за поступок.

– Там стоял человек, – ответил Святослав.

– Там?

– Да, – виновник аварии кивнул на участок дороги, где находились сгоревшие машины.

Они не могли сбить того, кто находится в другом мире, – это Святослав понимал, но тогда… Виденье обмануло мозг, заставив его отреагировать, словно происходящее было в их мире.

– Да уж, парень, – растерянно проговорил Ник и вопросительно посмотрел на собеседника. Его взгляд был не простым, он просил дать ответ на вопрос: мы что, находимся там, где я думаю или это после неудачной парковки котелок ещё не варит, как положено?

– Ник… – голос Свята звучал неуверенно. Он прокашлялся.

– Э—э—э… Ты же понимаешь, что мы исчезли, ну… переместились?

Ник вопросительно поднял бровь. Ему, явно, было мало услышанного.

– Я чувствую – это не наш мир. Мы… – произнёс Святослав, всё ещё поглаживая локоть правой руки.

Когда машину тряхнуло, его ударило правой частью тела о дверь и стекло – хорошо, что не очень сильно.

– Переместились. Хм… Ого—го! – Ник достал сигарету и закурил. – Никак не могу бросить, – он виновато улыбнулся, глядя на дым, который выдыхал.

На первый взгляд, со стороны Ник чем—то напоминал Святославу Мифа: такой же беспечный, особо не унывающий, нелепо смелый… Явным различием были манеры и сдержанность, присущие агенту.

– Так. И что мы тут имеем? – Ник затушил подошвой брошенный окурок и снова осмотрелся.

– Посмотри туда, – Святослав указал в сторону центра города. – Что это?

Ник приложил ладонь козырьком и встал на цыпочки, как будто это добавило бы высоты для обзора.

– Дело рук человеческих, – проговорил он с нескрываемым сарказмом, глядя вдаль.

Там, из нескольких мест, тянулись шлейфы темного дыма. Судя по черным языкам, извивающимся и рассеивающимся высоко в небе, пожар был сразу в нескольких местах.

– Предчувствие говорит мне о том, что нам пора найти укрытие. Там обдумаем все, как следует. Нечего стоять посреди дороги – сказал Ник.

Святослав не успел ему ответить. Их отвлёк звук лязгнувшего металла – он исходил откуда-то слева, со стороны домов и напоминал скрип плохо смазанных петель железной двери. Снова громко звякнуло. Свят и Ник дернулись, уставившись в ту сторону. Мычание, перерастающее в стон, донеслось из раскрытой двери микроавтобуса – похоже, «мягкая» посадка не пришлась по душе коллеге Ника. Это отвлекло их от лязганья, которое больше не повторялось.

– Предлагаю развязать его и… – Ник посмотрел на высокие дома, чуть поодаль от дороги, – спрятаться пока что там.

– Хорошо, – согласился Святослав.

Они подошли к машине. Святослав, склонив голову набок, уставился на связанного мужчину, которого Ник назвал «зомби безжалостным». Тот их сразу заметил и замер, выгнувшись дугой, напрягая завязанные за спиной руки в попытке освободиться. Его взгляд с ненавидящим прищуром сверлил Святослава. Затем он перевел его на Ника.

– Знакомьтесь, – улыбаясь, сказал Ник, уперев руки в бока. – Святослав, – он кивнул на парня, – а это – Артур Марьянович, – он указал ладонью на связанного. – Вот и славненько! Правила приличия, какие – никакие, соблюли, – он устало усмехнулся.

Святослав растерянно кивнул. В ответ Артур Марьянович недовольно прорычал.

– Только давай, без глупостей, – Ник встал на колени перед коллегой, достал из заднего кармана нож и срезал верёвку, связывавшую запястья его коллеги.

Отталкиваясь руками от пола машины и мягких кресел, Артур Марьянович встал и уперся пригнутой головой в потолок. Выглядел он, куда, здоровее и выше Ника.

– Послушай, друг… – начал оправдываться Ник, но не успел договорить, как ему в ухо прилетел здоровенный кулак.

Осев сначала на пятую точку, он тут же словил удар ногой в живот. Не удержав равновесия, Ник вылетел из микроавтобуса спиной назад.

Держась за левую сторону лица, он выставил руку вперед, как бы останавливая напарника от дальнейшего избиения.

– Я всё объясню, Артур! Я и до этого пытался объяснить, но ты, просто, слушать не хотел!

Здоровяк выпрыгнул из машины и недружелюбно покосился на Святослава. Он обвел взглядом лес справа и дорогу, за которой стояли дома, затем прищурился и свел брови домиком.

– Яркая вспышка была не спроста, ведь так? – его басистый голос задрожал на последних словах. – Где мы?! – выкрикнул он.

Схватив поднимающегося Ника за грудки, он почти оторвал его от земли.

– Мы, мы—ы—ы, – Ник состроил виноватое лицо.

– Мы переместились, – громко заявил Святослав. – Стали исчезнувшими для тех, кто остался на родной Земле, – почему —то, он посмотрел на небо, хотя понимал, что его мир находится не там – он рядом, совсем близко, но невидим и кажется недосягаемым.

Дрожащие руки ослабили хватку, а затем и, вовсе, отпустили Ника. Артур сделал пару шагов назад, отрицательно мотая лысой головой, словно отгоняя назойливую муху.

– Врё—е—те, разыграть хотите, – он выпучил глаза и приоткрыл рот в ожидании ответа. – Я ведь прав?

– Нет, – теперь Ник не улыбался и его голос звучал серьезнее.

– Скажи, что это неправда! – завопил Артур.

– Правда, – тихо произнёс Ник.

Трясущейся ладонью Артур провёл по лицу, вытирая проступающий пот. Затем он глянул на дорогу и молча пошел к машине. Святослав достал рюкзак, а Ник свою дорожную сумку, с которой он, обычно, ездил в командировки и пистолет из-под сиденья. Они тоже вышли на дорогу.

– Нам нужно найти укрытие и желательно сделать это до темноты, – обратился к Артуру Ник. – Идём к тем домам, – он ткнул указательным пальцем на высотки.

– Идите к чёрту, грёбанные ублюдки! – выпалил здоровяк.

– Артур! – Тональность голоса Ника призывала к пониманию.

– Идите на хрен! Горите в аду! – Выкрикнул он в ответ и, покачиваясь, пошел в сторону города.

– Куда ты собрался? – спросил Ник.

Артур не обернулся и не ответил. Он удалялся всё дальше и дальше.

– Ну и ладно, – раздражённо выкрикнул Ник. – Взрослый мальчик, сам разберётся. Пошли, друг, – он кивнул Святославу и они побрели в выбранном направлении.

Когда до предполагаемого укрытия оставались считанные шаги, со стороны шоссе донеслись звуки двигателей машин: подобные исходят от больших внедорожников. Затем раздался выстрел.

Свят и Ник обернулись. Они увидели, как Артур покачнувшись, упал на колени. Следом, словно раскат грома, раздался ещё один выстрел, заставивший Артура упасть навзничь.

Глаза Ника замерли в ужасе.

– Бежим! – Святослав, дернул его за рукав.

Ник послушно последовал за ним. Они вбежали в первый попавшийся подъезд, поднялись на пару этажей вверх и уселись на грязный холодный пол, прижавшись спинами к стене. Их слух улавливал каждый шорох. Говорить совсем не хотелось – страх прокрался в каждую мышцу, заставляя её стать каменной.

Так прошло около получаса.

В голове у Святослава проскользнула мысль о том, что нужно быть аккуратней со своими желаниями. Он так хотел оказаться вновь в этом мире, что забыл подумать о новых переживаниях родителей и отсутствии обратного билета. Тот план действий, который был выбран им ранее, поблек и стал выглядеть нелепо. Сейчас Свят чувствовал себя жертвой, а не добровольцем. Он был здесь за то, что сделал – он представлял угрозу, но, опять же, во благо: спасая сутулого незнакомца в лохмотьях. Что сделано, то сделано.

– Его просто убили, – проговорил Ник упавшим голосом, нарушив затянувшееся молчание. – Просто… – он изобразил пальцами пистолет, – Пуф, пуф!

– А чего ты ждал от мира, куда, как в сточную канаву, перемещаются отбросы общества: убийцы, – Святослав загнул мизинец на руке, – террористы, – он загнул безымянный палец и подумав добавил, – ну, такие как мы, учитывая, что условия по какой—то причине, изменились?

Он картинно загнул указательный палец и досадливо улыбнулся.

– Такие, как мы? – произнёс женский голос, заставляя тем самым стереть с лиц ведущих дискуссию глупые ухмылки.

Ник и Свят подскочили, как ужаленные. Они подняли глаза на один лестничный пролёт, вверх. Там, в полумраке, стояла девушка: светловолосая, слегка растрёпанная незнакомка, с белозубой улыбкой и пистолетом в руках.

– Да не бойтесь вы, – усмехнулась она. – Просто диалог интересный услышала. Извините, что вмешалась, – она приложила свободную руку к груди и, слегка поклонившись, подмигнула Святославу.

Ник попытался достать пистолет, который у него был за поясом.

– Не нужно этого делать, – девушка покачала дулом пистолета из стороны строну и скривила рот, показывая, что ей не нравятся подобные выходки.

Ник поднял руки и показал пустые ладони.

– Кто ты? – спросил Святослав.

– Ой, какая же я невоспитанная! – Незнакомка хихикнула. – Тая, девушка из сточной канавы, – свободной рукой она описала полукруг от сердца и в сторону.

Святослав, несмотря на напряжённость ситуации, даже улыбнулся.

Девушка, продолжала:

– А вы, я так понимаю, великие сэры родненькой матушки Земли. Верно?

Ник недоуменно посмотрел на Святослава.

– Исчезнувшие… – начал было Святослав.

– Появившиеся, – перебила его Тая и громко расхохоталась.

Она сделала пару шагов вперёд и теперь попадала под свет, льющийся из разбитого окна.

Вид у неё был воинственный. Об этом говорили не только сильно подведённые, серо-зелёные глаза, с недоверчивым прищуром, плотно сжатые губы, но и весь образ, в целом: кожаные перчатки без пальцев, с железными заклёпками на тыльной стороне ладони; обтягивающие штаны цвета хаки, с исшарканными наколенниками из пластика; высокие ботинки с металлическими пластинами на носу. Помимо пистолета у нее был клинок, рукоять которого торчала из—за спины.

– Брось своё оружие сюда, – она указала дулом на пол у своих ног.

Ник отрицательно покачал головой.

– Брось сю—да, – повторила девушка. – Я вас не знаю и не могу вам доверять.

– Ха! – Ник развел руки в стороны. – Почему мы должны отдать свое оружие и довериться тебе?

– Потому, что если бы я хотела вас убить, то убила бы, не сомневайтесь, – она сложила губы в трубочку и просвистела короткую мелодию, играючи покачивая головой.

До ушей, сначала, донёсся шорох, затем послышались шаги. На ступеньках, ведущих на нижний этаж, появился человек: сутулый незнакомец высокого роста. На нем был длинный плащ темно—коричневого цвета, с элементами маскировки, поля панамы цвета хаки виднелись под капюшоном, с которого в обе стороны свисали дубовые листья из ткани. Из-за спины поверх плаща тянулась сетка, соединённая большим карабином в области груди. С неё свисали искусственные пучки жухлой, осенней травы. В целом, вся эта одежда была рассчитана на разбитие силуэта человека в природе, имеющей растения и почву, именно таких цветов и оттенков – самое то для этого мира.

Ник посмотрел на дуло снайперской винтовки, обмотанной лохмотьями.

– Хотели бы – убили, – вздыхая, проговорил он и швырнул пистолет под ноги девушки.

– Отлично, – сказала она, подняв оружие с пола. – Я, как ковбой, да? – улыбнувшись, она поднесла пистолеты к лицу. – Разыскивается Тая из сточной канавы! Вознаграждение за голову: миллион миллионов, – девушка, улыбаясь, вытерла рукавом нос.

– Тая! – раздался громкий голос её напарника. – Хватит в игры играть! Нужно возвращаться в лагерь. Что будем с ними делать?

– Ну, оружие мы у них забрали, – проговорил она. – Можно проверить, что в рюкзаках, и валить.

Святослав и Ник напряглись. Стать жертвами тех, кто забирает все – это, конечно, лучше участи Артура, но чувства накатывающей обиды от этого не убавилось.

– Отбросы общества, – тихо проговорил Ник, глядя на Святослава. – Ты был прав, друг.

– Неправда! – крикнула девушка. – Мы не убиваем!

– Забрать у нас оружие и вещи, все – равно, что убить, – продолжал огрызаться Ник.

– Я рад, что вернулся. Лучше так, чем жить с грузом на душе и бесконечными видениями, – Святослав подошел к окну и, облокотившись о подоконник, посмотрел на улицу.

– Вернулся? – спросила Тая с нескрываемым интересом.

– Да, – не оборачиваясь, ответил Святослав. – Друзей хочу найти. Они, где—то, там, – он кивнул на улицу.

– Хм, – удивилась девушка. – Интересно. Интересно же, Кил? – обратилась она к напарнику.

– Не знаю, – раздражённо отмахнулся тот. – И судьбу их решать не хочу. Пошли уже!

Тая достала из пистолета Ника магазин и передёрнула затворную раму. Затем кинула его к ногам Свята, а магазин – на следующий лестничный пролёт. Видимо, она решила оставить в покое бедолаг и ничего у них не забирать.

– Бывайте, судари, – салютовала она и медленно спустилась к напарнику.

Они уже уходили, когда Святослав обратился к ним:

– Возьмите нас с собой! Нам нужно понять, что делать дальше и поговорить с теми, кто знает последние новости и места организованных селений.

– Ты про знатоков сточной канавы? – спросила девушка, презрительно ухмыльнувшись.

– Да, ладно тебе, – ответил Святослав и подумал: «такую злопамятную особу лучше не обижать, даже словами». – Лично мне нужно попасть в место под названием «Исгориз». Очень нужно! – последние слова он почти прокричал.

– Тише, пожалуйста, – девушка посмотрела на него прищуренными глазами, затем подошла к своему напарнику.

Было слышно, как Тая и Кил о чем-то перешёптываются. Мини-совещание длилось около двух минут, затем она крикнула:

– Хорошо! Идёмте. Наш предводитель решит сам, впустить вас или отправить на все четыре стороны.

Ник поднял пистолет и магазин, а Свят схватил свой рюкзак и сумку Ника.

– Это пока побудет у меня, – сказала Тая, протягивая раскрытую ладонь.

Возмущённо вздыхая, Ник отдал ей магазин с патронами и, недовольно мотая головой, пошел следом за Килом.

***

Путь до лагеря «Маячков» занял около полутора часов. Первую часть дороги прошли пешком – она пролегала через редкие частные застройки и разрушенные высотки (зачатки новых районов). Затем группа немного проехалась на стареньком внедорожнике Padjero. Машину пришлось надёжно спрятать в заранее подготовленном месте, так как оставшийся отрезок пути лежал через густой лес, раскинувшийся на юг от окраин мегаполиса и в сторону от трасс.

Со слов Таи и немногословного Кила, Артура убили отморозки из центра города, называющие себя «Слуги чистилища». Используя грубую силу и страхи людей, им удалось создать мини-государство со своими законами, правилами и обычаями. Учитывая их действия, за которыми сторонники Таи иногда наблюдали издалека, люди эти – ненормальные. Поговаривают, что они подмяли под себя остатки наёмников и бывших военных, завладев всем оружием и транспортом в округе. За пределами окраин города их видели редко, но тем, кто сунется в их владения, точно не поздоровится.

За стволами деревьев показались две самодельные вышки, сделанные из тонких стволов деревьев, переплетённых между собой веревкой (отдалённо напоминало леса, которые ставят у домов во время ремонта фасада). Влево и вправо уходил высокий деревянный забор. В каждой вышке стоял человек с оружием в руках, а между вышками расположились ворота, сделанные из разношёрстных листов металла.

Навстречу гостям вышло трое крепких мужчин в обычной одежде, похожей на спецовку рабочих. Кивнув Тае и Килу, они внимательно осмотрели незнакомцев.

Оружие, пусть и не заряженное, у Ника, все же, забрали, а их вещи проверили на наличие угрозы. Таковыми были правила. Вскоре проверяющий пригласил гостей пройти внутрь.

Слышался лай собаки, что было странным для Святослава, но не для Ника. Агент ФС «КНЯЗ» ещё не знал всех правил игры этого мира – животных тут ранее не было (по крайне мере, Святослав и его друзья их не видели).

Они прошли за ворота и остановились: их попросили подождать, пока Кил сходит к предводителю с сообщением о гостях.

Территория лагеря оказалась весьма просторной: около двух десятков больших палаток и несколько хижин, сложенных из брёвен, стояли, в основном, по периметру – ближе к забору. Территорией служила почти ровная поляна с протоптанными между палаток тропками, поэтому разглядеть можно было практически всё и сразу. Местами деревья служили чем-то, вроде угла для пристройки, а некоторые стояли здесь просто так. На мощной ветви одного из них висели детские качели. Снова раздался рык и лай. Святослав обернулся на эти звуки – прямо за воротами, слева, стояла высокая кованая клетка. Пуская слюни и ходя взад—вперёд, в ней сидела гиена.

Тая увидела заинтересованность Святослава.

– Наш ветеринар её усыплял и обследовал. Даже все прививки поставил, в том числе и от бешенства, – она пожала плечами. – Говорит, что всё дело в характере. Не приручить её.

Покатая спина гиены вздыбилась, а морда оскалилась так, что стали видны не только острые зубы, но и дёсны.

– Странно. Животных тут, вроде, не было, – ответил Святослав, улавливая угрожающий взгляд хищника.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Комитет государственной безопасности CCCP (аббр.: офиц. КГБ СССР; разг. «комитет», «органы», «контора», «чекисты») – центральный союзно—республиканский орган государственного управления Союза Советских Социалистических Республик в сфере обеспечения государственной безопасности, действовавший с 1954 по 1991 год.

Вернуться