Анастасия Мохиборода
Северный цветок

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ:

– не претендую на достоверность;

– манера речи на современный лад;

– местами в тексте встречаются архаизмы;

– все герои и события вымышлены.

Предисловие

Далеко на севере, среди заснеженных гор и холмов, между великими реками, промерзшими до самого основания от вечной мерзлоты, находился замок конунга Альмода Могучего. ** Конунг – термин, означающий король.

Конунг правил землями дикого севера и был он не один. Вместе с ним при дворе жил его сын, которому уже недавно исполнилось двадцать лет. В отличие от отца, у сына пока не было имени в народе, так как он только начал свой путь.

Правительница-мать умерла еще очень давно и поэтому не было во владениях некой утонченности, изысканности и внутреннего тепла. Прямые постройки в серых тонах отражали и передавали пасмурность неба, что нависала над владениями большую часть времени. Яркий луч солнца был диковинным явлением для этих мест и считался знаком дурным.

Народ любил своего конунга, но большая часть его боялась до дрожи в костях. Один только взгляд Альмода мог повергнуть в дикий ужас даже самого бывалого воина. Отец придерживался понятия о том, что только страх заставляет людей повиноваться и быть преданными. Боль от потери может нанести такой удар, от которого еще долго не сможешь прийти в себя, пребывая в некоем нескончаемом бессмысленном бреду. Молитва в такие томные дни и ночи не направлена на благость и процветание. Она направлена на просьбу о скорой кончине и возможности отыскать избавление. Переживая боль потери, даже смерть смеется над тобой, продлевая дни, истязая тебя, очерняя твои помыслы до безумия, вселяя самые страшные мысли.

Альмод Могучий понимал это, как никто другой. Боль от потери правительницы, даже спустя столько лет, медленно пожирала его сердце, отрывая один его лоскут от другого, каждый раз принося дикие страдания. Альмод знал, что время не помогает забыть ту боль и поэтому, всякий раз, когда он смотрел на своего сына, боль возвращалась.

С момента смерти его жены Аделы прошло девятнадцать лет, все тепло в стенах угасло вместе с ней. Понимание того, что жены больше нет, окончательно впечаталось в сердце пожилого конунга. Ведя ночные беседы с собой, Альмод делился событиями и победами со своей женой, воображая, что она сидит в дальнем углу и внимательно слушает его.

Ответа он не ждал, но ему было важно чувствовать себя услышанным, даже таким, признанным им самим – глупым способом. Это был его секрет, которым он ни с кем не делился.

С сыном были лишь беседы о предстоящих походах. Они знали, что прежде всего они воины севера, а лишь потом отец и сын.

Молодой принц, который понимал, что он унаследует трон, как единственный наследник, никогда не противился этому и готовился стать достойным правителем. По меркам Альмода, юному принцу не хватало той боли, которая бы питала его в принятии решений, без юношеской радости в глазах.

На самом деле, в сердце юноши была такая боль, о количестве которой отец и помыслить не мог. Мать, которую он не знал, и отец, который не мог смотреть на него, кроме как в часы военного совета, позволяли ему переживать только одно чувство, и это одиночество. Не было той женщины, которая бы подарила ему свою любовь, и того мужчины, кто бы похлопал по плечу и сказал, что он горд за такого сына. Это простые радости, но многим их не хватает.

Принц Рагнар был достаточно хладнокровен в бою. Враги его земель не знали от него пощады на поле боя. Итог битвы под его началом, несмотря на столь юный возраст, был один – победа над врагом.

В отличие от отца, Рагнару всегда не хватало людей, которые бы говорили ему, как можно поступить, поэтому с раннего детства маленький мальчик научился ладить с людьми, если на кону стояла цель, достижение которой было важно для их владений. Он мог и любил выслушать мнения людей, закаленных в боях, тех, кто знал сражения до самых неизведанных граней и мог поведать все тонкости военного дела.

Порой Рагнар чувствовал смещение своих чувств, их нарастание, что жаждет выхода, но всегда стремительно гасил этот порыв, считая его проявлением собственной слабости и беспечности.

Так и жили отец и сын в своем излюбленном месте, таком же холодном и промозглом, как и они сами.

Глава 1. Образ

Возвращаясь с одного из своих завоевательных походов по расширению территорий, Альмод увидел одну юную девушку, что прятала детей деревни, закрывая их собой. Она смотрела на конунга смело и не отводила своего взора. Ее глаза отражали солнечный свет и словно сияли из глубины. Они были зелеными, как свежая весенняя трава.

– «Солнечный свет…Трудно представить» – подумал про себя Альмод, рассматривая крестьянку и запоминая каждый ее изгиб и волосок. Ничего не могло ускользнуть под его пристальным взором.

Ее волосы развивал ветер. Тонкие косы виднелись из-под основных прядей волос. Они были золотыми. Девушка была похожа на солнце: дарила свет и светилась. Удивительная красота в простой крестьянке показалась Альмоду редким сочетанием, которое он отметил приятным для себя. Еще его поразила смелость, с которой девушка защищала детей. В ней не было сомнения или страха. Она знала, что это может быть ее последний необдуманный поступок, что выходит за грань дозволенного, но, тем не менее, не отступала, даже тогда, когда вся деревня была захвачена.

– «Оставлю ее в живых…» – подумал король и развернул своих людей.

Он не придал тогда значения увиденному. Осознание пришло после. Когда Альмод возвращался в свои владения, на обратном пути, понял, что образ этой незнакомки заполонил его разум. Воины не знали, чем обеспокоен их повелитель, но видели, как его брови сгорбились в районе переносицы. За весь путь он не проронил ни единого слова.

После возвращения в свои земли, ночами, она стала посещать его во снах. Совесть не давала ему покоя. Стыд перед мертвой женой сделал его поступки более разъяренными, и он все чаще срывал свою злобу и бессилие на посторонних. Страдали все: начиная от слуг, заканчивая собственным сыном, который был удивлен такому поведению своего отца. Он знал, что у них не настолько теплые отношения, чтобы ставить их в пример, но и не настолько холодные, чтобы он мог демонстративно показывать и срывать на нем свой гнев без видимой на то причины. Отсутствие причин было мнимым отражением действительности, ведь Альмод пребывал в ранее ему знакомом состоянии влюбленности и старался отогнать от себя мысли о незнакомке.

Прошло совсем немного дней, а ее образ стал постоянным явлением и глубоко отпечатался в мыслях конунга. Он не мог нормально вкушать пищу или спать по ночам. Эта влюбленность была для него болезненна, и постепенно Альмод стал одержим крестьянкой.

Однажды, он все же подозвал к себе сына и рассказал, что ему повстречалась девушка в местах последних завоеваний, и описал ее до мельчайших деталей. С момента последнего сражения прошло мало времени, и на восстановление у конунга после каждого похода уходило больше часов. Альмод понимал, что, несмотря на столь огненное желание видеть ее в стенах своего замка, он все же не в силах отправиться за ней. Он знал, что его возраст начинает ставить ему препятствия, но и спорить с сильной усталостью он не мог. Ясно оценивая свои возможности и силы, которые понадобятся в пути, конунг понял, что ему предстоит сделать то, о чем он раньше никогда не думал.

Альмод попросил сына оказать ему поддержку и привезти в замок ту юную красавицу, ведь он не может без нее. Отныне именно она властна над его желаниями – но это своему сыну он уже не говорил. Рагнар согласился исполнить волю отца, так как для него это было не больше, чем очередная вылазка с войском с определенным заданием.

Без особого энтузиазма или жалости, юный принц оседлал коня и тронулся в путь. Воины, что сопровождали принца, были рады тому, что покинули свои тихие дома в поисках приключений. Народ, особенно мужчины севера, всегда жаждали сражений, схваток и сложных испытаний судьбы. Стоило только отдать приказ, как они тут же сидели верхом на конях.

В этих местах царила древняя пословица северного народа: «Боги даруют жизнь, чтобы наполнить ее сражениями! Сражения даруют свободу! Свобода дарует радость жизни!». Они видели в этом взаимосвязь с высшими силами и своими языческими корнями.

Рагнар тоже верил, что без сражений не будет свободы, но сейчас, когда он впервые получил настолько личный приказ от своего отца, у него не было желания отступать. Ему стало интересно, сможет ли эта девушка и ее преподнесение отцу сплотить их и сделать так, что они, наконец, станут понимать друг друга. Рагнар мечтал об этом. Он хотел любви и признания от отца. Сейчас, когда он уже стал достаточно взрослым воином, все, что ему было нужно – это одобрение Альмода. Принц не признавал этого, но от этого ничего не менялось. Юноша был крайне неразговорчив, и к нему трудно было подойти, если он сам был в этом не заинтересован. Сейчас был именно такой момент.

Его мысли витали далеко, и он не смотрел на воинов. Он знал: эта девушка привлекла внимание его отца. В его душе была некая неприязнь к ней, ведь за столько лет его безуспешных попыток сблизиться с отцом, взор отца было направлен на нее – ту, которая просто показалась ему непохожей на остальных.

– «Перестань, Рагнар! Так думают только те, кто живет в тени своего отца» – эти мысли возникли в одну секунду. Ранее, о такой ревности он и помыслить не мог.

Глава 2. Лунные берега

Рагнар любил походы, ведь за это время ты как никогда близок с красотами природы. Северные земли были не только холодными, но и живописными. Из всех мест, про которые рассказывали юному принцу, он бы все равно сделал выбор в пользу фьордов. Скалистые поверхности казались первобытными. Они завораживали человека изнутри и дарили такую палитру чувств, которую не спутать ни с одним явлением. Очаровательно было все. Темные, точно черные тучи, нависали на сером, почти белом полотне. Такая пасмурность не всегда говорила о том, что тучи изольются на землю холодными каплями, напротив, чаще символизируя именно то, что такая погода простоит довольно долго. От того, что местность была прохладная, то, цветущие кусты были не столько редким, сколько красочным пятном. К примеру, стоило отметить, что после дождя, который давал живительную влагу растениям, они чувствовали себя довольно хорошо. В солнечные дни, когда лучи все же показывались, свет освещал зеленые холмы, полностью покрытые невысокой растительностью. Трава была не просто зеленой, а светлой и насыщенной, впитавшая живительную влагу. Цветы, пусть и небольшие, но россыпью, чаще в кустарниках показывались из-за серых валунов. Они распускались для того, чтобы порадоваться солнцу и уже не закрывали свои лепестки в его отсутствие, показывая, что того света, что им был подарен вполне достаточно. Отдельно стоит отметить водную стихию, ее красоты поражали взор. Мощная стихия шумом давала знать о себе. Ее волны разбивались в прибрежные камни и набирали все новую силу, чтобы атаковать их. Даже вода в этих местах была с боевым духом, поэтому стоит ли упоминать о том, какого склада характера проживали тут люди? Пожалуй, стоит, чтобы в Вашем подсознании, мой дорогой читатель сформировалась полноценная картина мира. Эти люди были бойкими, непокладистыми и в их жилах бурлила кровь. Они были такие же свирепые как воды, такие же смелые и сильные как их травы и такие же свободолюбивые, как ветер. С первых часов знакомства не стоило ждать от них тепла, как и солнца в неясный день, но чем лучше Вы бы узнали их, тем яснее бы для себя отметили весь тот жар, с которым живет этот народ. Именно этот огонь в сердце позволял им не замерзать в таких условиях и эта сила направляла их в принятии своих решений. Их трудно было сломить и тяготы жизни их только закаляли – восхитительное единение силы, красоты, несгибаемой воли и жажды к жизни.

Поход был не только долог по продолжительности, но и неудобен с позиции переправы. Нужно было учитывать многие моменты и подбирать такие тропы, через которые лошади бы могли спокойно передвигаться. Было бы намного проще добраться на небольших лодках, но к великому сожалению, деревня не имела выхода к воде и была укрыта от взора посторонних.

– Вам не интересно, Ваше высочество, а как они там добывают себе еду? – поинтересовался рыжебородый воин – Не уж то мрут от голода?

– Если бы их численность сокращалась, откуда тогда было взяться деревне? Думаю, что их воины заботятся о пропитании – Рагнар докидывал сухих поленьев.

– У нас не так много сучков, чтобы согреться – рыжебородый посмотрел на костер.

– Да, деревня совсем близко. Костер может быть заметен, если мы останемся надолго. Надо отправляться в путь.

– Думаете, что нас не заметили, как только мы разожгли костер?

– Там не так много воинов, чтобы дать нам отпор. Я не о жителях деревни говорил, упоминая костер, а о разного рода «вражеских воинах», что любят поживиться в таких деревнях. Теперь эта территория под нашей защитой и мы властвуем над ней, а значит их защита отныне наша забота.

– А как мы их будем защищать, если пришли забрать ее жителя?

– Мы будем применять силу тогда, когда она откажет нам. В другом случае – если она пойдет добровольно, мы не будем причинять вреда.

– Думаете, она согласиться покинуть деревню?

– Я знаю наш народ Эрик Левинсон, она не будет рада нашему приходу и не станет идти за нами.

– Почему тогда сразу не взять ее в плен?

– Она не пленница Эрик.

– А кто она тогда? Разве мы не идем за ней, как за той, кто должен потешить короля?

– Не думаю, что у меня есть представление, зачем она нужна королю, но мы должны постараться попросить ее мирно.

– Интересно, насколько она красива… – задумчиво произнес Эрик.

Рагнар уже не слушал своего воина и затушил огонь. Все собрались продолжить путь. Медлить было нельзя, так как темнело достаточно быстро и поэтому, спустя два часа, воины уже прошли через ограждения деревни.

По внешнему виду она напоминала небольшую оборонительную крепость. Огромные брусья были остро заточены.       Ими была огорожена деревня, чтобы сформировать внешнее укрепление.

Жители покинули свои дома, но не стали вооружаться, так как увидели знамена. Скромные дома были повсюду. Небольшое число воинов, что вышли из своих домов с ненавистью смотрели на тех, кто переступает вход в деревню. Издревле, жители защищали себя сами и не нуждались в помощи со стороны. Они никому не верили и уж точно не ждали помощи от других. Не любили здесь и чужаков и Рагнар со своими воинами, как раз и были теми, кого явно не ждали.

Осторожно ступая на завоеванную территорию, воины осматривались по сторонам, чтобы оценить реальную угрозу. Поняв, что им ничего не угрожает, воины чуть расслабились и Рагнар остановил коня посередине центральной тропы. С двух сторон на него смотрели жители. В их глазах принц не видел страха. Сейчас они его не боялись.

Начался шепот, который быстро смолк. Принц осмотрелся, но так и не смог увидеть ту, из-за которой проделал весь путь.

– Не так давно, жители Вашей деревни удостоились чести видеть конунга Альмода. Одна из Вас была той, к которой конунг проявил свой интерес. Он дал мне внешнее описание и я его сейчас произнесу.

Рагнар зачитывал его медленно, чтобы прислушаться, какие именно имена донесутся из толпы. После окончания своей речи, принц осмотрелся еще раз.

– Пусть та, которая узнала себя по моим словам выйдет вперед – Рагнар произнес это слегка надменно, точно испытывая от всего этого действа неприязнь.

Все, кто стоял на месте стали перешептываться тише, заметив, как пристально за ними наблюдают и как вслушиваются в то, что они говорят.

«Эта сплоченность поражает» – подумал про себя Рагнар, но тут же обратил внимание на девушку, которая вышла вперед. Она была с темными волосами, и такими же цвета глазами, грузная, невысокая и молодая. Крестьянка была примерно того же возраста, что и Рагнар. Принц понимал, что перед ним точно не девушка по описанию от отца и поэтому его брови невольно изогнулись в дуге. Это понял не только принц. Кто-то из его воинов издал смешок и тут же был одарен неодобрительным взглядом.

– Дурная весть для Вас и Ваших спутников принц. Девушки нет в деревне – смело произнесла девушка и встала впереди толпы.

– Ты будешь вести со мной беседу от имени всей деревни?

– Да – она посмотрела на жителей, что стояли позади нее – Пусть так.

– Как изволишь. А где сейчас эта девушка? – мягко спросил принц, не желая переходить на недоброжелательный тон.

– Она ушла с деревни.

– Вернется ли она?

– Не могу ответить, так как не знаю. Вы наверняка знаете: местность у нас опасная. Не пойми какие воины бродят по селениям грабят, уводят женщин. Те, кто оказывается сильнее, проявляют благосклонность, говоря о будущей защите, но на деле – никого ничего уже не заботит. Кроме того, такие воители больше заинтересованы в том, чтобы собрать дань, об остальном мы просим только у богов.

Рагнар знал, что крестьянка не так глупа и говорит вскользь и об их воинах тоже, тем не менее, он не мог долго ждать ответа. Начинало смеркаться. День постепенно уходил. В словах этой девушки была истина. Она не лгала. После завоеваний, территории завоеванных дальних деревень использовались только для сбора подати. Жизнь таких крестьян мало кого заботила. Их защита была предоставлена только им. Часто не обладая достаточной силой или количеством лошадей, многие воины-крестьяне в поисках помощи от своих ярлов были убиты в пути. Это происходило по многим причинам, одной из которой являлось численное превосходство грабителей. Мужчины северных земель были хорошими воинами. С самого детства держали в своих руках мечи, на бой выходили едва им миновал первый десяток. Нехватка людей делала детство, по меркам современного общества, коротким и безрадостным. Жизнь таких крестьян основывалась на выживании. Они зависели от всего: погоды, рождаемости, смертности, нападений, болезней, голода и ряда других факторов. Новая зависимость, которая требовала от них денежных выплат, радости не доставляла.

Принц выдохнул воздух, что за время раздумий скопился у него в груди, понимая незавидное положение крестьян и их озлобленность на новое обременение.

– Слова для Вас ничего не значат и обещание о защите Вашей земли – не больше, чем пустое. Дальность деревни от центрального замка не позволит прийти на помощь в момент нападения. После последней битвы у Вас осталось немного воинов, а численность жителей заметно поубавилась – Рагнар смотрел на жителей, которые были напуганы, ведь не привыкли слышать нечто подобное и чтобы вернуть то низменное мнение о конунге, парень добавил – Если Вы не скажете, где скрывается девушка из описания, то я прикажу забрать остатки того, что у Вас осталось и сжечь деревню дотла.

Лицо принца изменилось и в одно мгновение стало суровым и темным, словно чернь со всех сторон разом охватила его. Рагнар понимал, что эти люди могут изменить своим идеалам и вере, только если на кону окажется все – во что они верят и за что так держатся. Молитвы Богам приносить было не время, и решать надо было быстро.

– Я не стану дожидаться наступления ночи – Рагнар говорил спокойно и размеренно. Было интересно наблюдать за тем, как принц разом изменился в лице. Пару мгновений назад он был вовлеченным в страдания людей, а сейчас был безразличным.

Воины стояли позади и готовили факелы. Такое резкое изменение в поведении принца их ничуть не удивляло. Они знали эту особенность своего предводителя.

Жители нервно смотрели на то, как воины готовятся исполнить приказ. Постепенно, за спиной принца, все стало окрашиваться в огненные соцветия. Сейчас, подсвеченное этим светом, лицо Рагнара было более пугающим.

– Остановитесь! – раздался женский голос.

В деревню вошла девушка с корзиной в руке.

Ее волосы отражали свет зажженных факелов. Она была прекрасна, словно принадлежала пантеону богов. Внешность походила на особ знатного происхождения. Рагнар уверился в словах отца. У девушки, что смотрела на него испуганными глазами, было удивительное сочетание благородных черт знати и рабочей силы земледелицы. Ее взгляд завораживал и приковывал к себе внимание. Рагнар не мог перестать смотреть на нее, точно околдованный таинственной силой, способной подчинить себе все его существо.

«Думаю, что отец был пленен ее очарованием» – пронеслось в его мыслях на мгновение, но парень тут же остановил этот нежелательный порыв и помотал головой, ясно понимая, что от отца не отличается.

– Воины остановятся только тогда, если Вы окажете нам честь и пойдете с нами – мягко произнес Рагнар.

– А если я отвечу отказом, то моя деревня сгорит? – взволнованно спросила девушка. В ее голосе, кроме волнения, была еще одна черта – ненависть. Ей была ненавистна мысль о том, что кто-то требует от нее того, с чем она была не согласна.

Стоит отметить, что характер женщин был таким же воинственным, как и мужчин. Единственное, чем отличались женщины, это тем, что в сражениях они были чуть слабее в грубой силе, но добирали за счет своей изворотливости. В бой вступали все, кто был в состоянии держать оружие.

– Да. Если Вы откажете нам, деревня будет гореть.

– Но Вы все равно заберете меня с собой?

– Да.

– Так выбора нет! – разъяренно произнесла девушка, оставляя свою корзину на небольшом каменном валуне.

– Почему же? Есть. Он состоит в отношении Вашей деревни, миледи. Она будет гореть либо нет.

– Не называйте меня миледи. Вы жестокий человек! – ее свирепое лицо выражало страшную гримасу, осознавая всю сложность своего положения.

Девушка повернулась к жителям деревни и что-то сказала им.

Рагнар следил за ее движениями, за каждым из них. Он оценивал ее, стараясь распознать, когда же именно деревня постарается дать им бой.

Девушка подошла к Рагнару. Принц сидел верхом на коне. Едва заметно блеснуло острие ножа. Она сжимала его под тканевой накидкой, готовясь атаковать.

Рагнар спрыгнул с лошади и подошел на опасно близкое расстояние к девушке, которая явно не рассчитала такой ход событий.

Воспользовавшись замешательством крестьянки, Рагнар, выдвинул ее руку и приставил лезвие к горлу. Она стала добычей в собственной ловушке.

– Вы только посмотрите на себя, миледи. Такой необдуманный поступок может стоить Вам жизни – прошипел Рагнар, понимая, что ему не нравится такое поведение.

– Убейте тогда! Чего медлить – закричала девушка – Мне все равно не жить – чуть тише добавила она.

Жители деревни вооружились вилами, мечами и кинжалами.

– Я хотел, чтобы Вы ушли по своему желанию и без лишнего кровопролития. Такой выбор, в пользу большинства жизней делают умные люди – шептал ей на ухо Рагнар.

Принц стоял позади нее, крепко сжимая ее руку с кинжалом. Девушке было больно, так как он явно не рассчитывал свою силу. Ее рука словно вдавилась в рукоять.

– Если кто-то вздумает последовать за нами, то я исполню свои угрозы. Я не стану доносить на Вас конунгу, и Ваше неповиновение останется в чертогах памяти, даруя Вам и Вашим семьям жизнь. Можете воспринимать это как жест доброй воли, ведь я пощажу Вас. Однако, если хоть один житель рискнет спасти эту девушку, но я явлюсь в эти места, как бог погибели – Рагнар говорил это спокойно, но девушка чувствовала, как бешено стучит его сердце.

«Как неспокойно в его душе и как он жаждет убийства!» – подумала она про себя, проклиная сегодняшний вечер.

Они усадили ее на лошадь к принцу, чтобы она была под его пристальным взором.

Обратная дорога началась с того, что с деревни донесся детский плач. Жители не хотели, чтобы она отправлялась в неизвестном направлении. Однако, они не хотели ставить на кон жизнь своих детей, которыми дорожили намного больше. Девушка не осуждала их. Несмотря на то, что у нее пока не было своих детей, она понимала их поступок. На их месте она поступила бы также. Стоит ли упоминать тот злополучный момент, когда она выступила вперед и закрыла их своей грудью, чтобы защитить.

Обогнув холм, через пару часов, от ее деревни остались лишь едва заметные огоньки в тени. Рагнар знал, что продолжать путь в ночи не лучшая затея, но ему хотелось сделать так, чтобы ее деревня как можно раньше скрылась вдали.

Она смотрела вслед своим родным краям, понимая, что уже вряд ли вернется назад в долину «Лунных берегов». Резкая боль пронзила ее сердце, не было сил сдерживать подступившие слезы. Она разрешила себе проявить эту слабость. Тихо, чтобы не навлечь на себя гнев окружающих ее убийц, девушка плакала, ведь не могла унять всю ту бурю, которая бушевала внутри.

Глава 3. Шанс на спасение

Тяжелые тучи, даже в ночное время были заметны на небе. Вдали стали виднеться всполохи. Стоило бы остановиться, но подходящего места для привала не было. Была опасность увязнуть в почве, промокнуть и навлечь прочие неприятности. Равнинная местность без естественного ограждения, делала их пребывание заметным. Пока они шли вперед, обговаривая местные ландшафты, начался ливень. Ветер, что подгонял тучи, должен был сделать его непродолжительным. Тем не менее, ветер изменил свое направление. Те порывы, что подгоняли тучи стали продувать воинов. Такое явление было редкостью. Точно сама природа не давала девушке покинуть знакомые места, но для Рагнара это было лишь очередной сложностью, которую надо было преодолеть. Никакие высшие и тайные знаки он не видел. Леденящие порывы ветра пронизывали насквозь. Промокшие от дождя, замерзающие под порывами северных ветров, голодные, так как не смогли найти пристанища – это были лишь некоторые моменты неудачного возвращения.

Рагнар посмотрел на своих воинов, которые одной рукой держали вожжи, другой, прикрывали свое лицо. Было решено сменить дорогу. Перед отправлением, принц просмотрел пути. Он также знал, что такой путь опасен нападениями, но продолжать по изначально выбранному маршруту не имело смысла. Подковы утопали в земле и лошади скользили по ней, теряя равновесие. Дождь усиливался.

Принц крепче прижал к себе девушку. Далия всем сердцем желала ему сгинуть на этом пути. Она устала, продрогла и находилась в опасности. Ее жизнь висела на волоске и передвигалась от случая к случаю. Внутри ее разрывало негодование и ненависть.

Рагнар не обращал внимания на внутренние терзания девушки. Весь отряд свернул за перевал «Волчий клык».

Срезать получилось, но лошади выбились из сил. Продолжать поход не имело смысла. Было решено дать животным передохнуть, а самим укрыться за большими каменными холмами. Они были скользкими и при каждом всполохе молнии – блестели. Местами на них рос мох. Девушка не могла насладиться красотой места, которое открывалось перед ней. Она решила, что не станет терять времени и постарается придумать действенный ход, чтобы вернутся в деревню. Тем не менее, ночь, непогода и ограниченный угол обзора, дали ей понять, что она не ведает, где находится.

Она знала, по рассказам жителей деревни, что к югу от деревни есть такой перевал, как «Волчий клык», но путь обратно в деревню оставалось искать только по звездам.

«Далия, но тут нет звезд! Дождь и молния. Как ты собралась идти» – винила она себя за глупые мысли.

Пройдя далее, мох был повсюду, однако, ягель не горит. Единственное, что можно было использовать, это укрыться от дождя под небольшим выступом. Вокруг росли кусты и с помощью кинжалов были срублены пару веток: уплотненные к основанию, там-то и была древесина. Сучки были разломлены и очищены от внешнего мокрого слоя. Для лучшего горения, на них были сделаны насечки. Внутри, при любой погоде, дерево остается сухим. Укрытые от дождя воины разожгли костер. Он был небольшим и пламя всякий раз затухало. Расположившись по кругу от костра, было сделано естественное ограждение, укрывающее пламя от сильных порывов ветра.

Дождь начал стихать, но продолжал идти. До наступления дня, было решено оставаться в укрытии.

Многие, согревшись, уснули, оперевшись о свои мечи. Далия не могла сомкнуть глаз. Она все время наблюдала за Рагнаром, который был увлечен собственными мыслями. Девушка обратила внимания, что он много думает, подчас его взгляд отстранен и безучастлив. Его волосы были темно-русыми и доходили ему до ключиц. Чтобы не отвлекаться на них в бою, собраны в небольшой хвост. Косы, естественные украшения, как наследие предков, им явно не почитались. На голове не было ничего подобного. Небольшой пучок на затылке и часть волос оставалась несобранной. Густые брови извивались на его смуглом лице, точно змеи. Борода была коротко стрижена и не отличалась от тех, что она видела повсюду. Единственное что отличалось – это блеск в глазах. Этот едва уловимый свет иногда вспыхивал, а порой мерк. Этот свет невозможно было отследить. Вдруг его взгляд изменился и передавал внутреннюю обеспокоенность. Все мышцы лица напряглись. Он стал прислушиваться. Далия не понимала, что послужило причиной такого поведения.

– Нас нашли – произнес Рагнар.

Мужчины, что отдыхали у костра, открыли глаза. Без лишних слов и шума воины встали в оборонительную позицию.

Далия поняла, что такое с ними случается не впервые.

«Если на них нападут, то это мой шанс» – подумала девушка, но почувствовала давление на свою грудную клетку. Рагнар отодвигал ее в сторону, стараясь протолкнуть вглубь укрытия.

– Что Вы делаете? – возмущенно спросила девушка.

– Не покидайте укрытия – отрывисто произнес парень и вышел с остальными.

Звуки становились громче: звон железа и крики, схожие с боевым кличем. Вскоре показался вооруженный отряд грабителей. Рагнар ранее не видел их, но понял, что убранство лошадей выдает то, что они не принадлежат к простым деревенским воинам.

Этим грабителям было все равно кто перед ними, ведь в поисках наживы от знатной семьи они были готовы перерезать глотки любому.

Разгорелся ожесточенный бой. Те, кто пожаловал без приглашения, были свирепым. Они без разбора размахивали мечами, но делали это точно, нанося свои смертоносные удары. Капли крови окрасили камни. Смешиваясь с водой, пространство вокруг быстро изменило свой окрас и привнесло в это место «тяжесть смерти». Потери были ощутимыми. У грабителей не было единой стратегии боя, они не подчинялись ей и напоминали варваров, про которых ходили легенды. В этих местах сложилось два стиля боя: те, кто действуют по плану и те, кто пренебрегают любыми планами и действуют согласно своим инстинктам. Такие воины могли с легкостью отдать одного из своих на растерзание, если это мешало предстоящей победе. Жизнь таких воинов, даже вместе, не имела особой ценностью. Они не могли полагаться друг на друга, так как знали, что никто не вступится на их защиту. Это было хорошей стратегией в случае, когда кто-то брал их в плен. Никогда никто не подвергнет себя опасности, чтобы спасти того слабака, который был настолько глуп, что попал в стан врага. Кто вступал в ряды разбойников, знали о правилах. Победный куш они делили поровну среди тех, кто выстоял в бою, а те кто канул в битве, оставались на поле боя. К ним относились не лучше, чем к мертвой падали, оставляя разлагаться среди природы. Таких воинов не ждала Вальхалла, так как их действия не были великими и огню их не предавали. В ряды грабителей не всегда шли за легкой наживой, кто-то приходил к ним, чтобы спасти свою семью от голода, но редкий человек, после дюжины оглушительных побед и золота уходил. Оставались уже для того, чтобы заработать больше золота – уходил. Неуемная сущность человека проявлялась как нельзя лучше.

Рагнар понимал, что перед ними опасный противник, который не чтит законы и честь. Отвага для них пустой звук. Боги таких людей не страшат. Они уже все положили на путь, который избрали, а значит, воины под предводительством принца могут кануть в неизвестность, если не проявят осмотрительность в бою. Зная это, все внимание было направлено на сражение.

Далия оценила, что положение воинов с двух сторон довольно шаткое и что по-видимому воины Рагнара проигрывают сражение. Ей было это на руку. Она знала, что он получает по заслугам. Далия не была настолько глупа, чтобы побежать к тем, кто на них напал: если воинов конунга убьют в бою, то она будет следующей. Их глаза сияли яростью и отсутствием убеждений. Кому бы из них она не попала, она была бы как золото, которое досталось после битвы – а значит, ее бы поделили все между собой. От одной только мысли ее бросало в пот.

Она не верила в силу тех, кто ее похитил, но верила в силу тех, кто на них напал. Чтобы не терять времени, девушка совершает побег.

Воспользовавшись преимуществом времени, она побежала вперед.

После дождя на почве отпечатались ее следы, так Далия становилась легкой добычей. Она решила, что срежет дорогу через реку, однако, дождь и бурный поток воды закрывал ей путь на спасение. Как оказалось, буйство стихии стоит учитывать, когда задумываешь нечто подобное. Когда она попала в реку, то поняла, что шанс выбраться живой крайне мал. Подхваченная сильными волнами, она не могла ничего поделать. Власть стихии была велика. Не было возможности вобрать воздух в легкие. Ее топило. Далия хотела позвать на помощь, но не могла этого сделать, так как не получалось выбраться на поверхность. Только ее руки виднелись в волнах, но тут же исчезали в толще воды

Рагнар вернулся в пещеру, но не застал девушки в том месте, в котором она должна была его ожидать. Он посмотрел на следы и быстро отправился на ее поиски. Она шла к реке. Лицо парня искривилось в улыбке, так как он понимал, что идея эта дурная и кроме погибели не сулит ничего. Присмотревшись, принц увидел ее в воде. Далию бросало из стороны в сторону, но спасать ее, прыгнув в реку – он не хотел. Оно того не стоило. Конечно, юноша обещал ее сопроводить до замка невредимой, но не ценой собственной жизни. Она поступила беспечно. За ее глупость платить он не хотел.

Глава 4. Благодарность

Девушка дышала и смотрела на небо, которое было серым, унылым. Капли дождя изредка падали вниз под собственным весом. Она чувствовала, как они разбиваются о ее лицо, словно мелкие льдинки. За часы, которые он тут хозяйничал – достаточно было сделано. Быстрый ветер перегонял тяжелые дождевые тучи в одном направлении все дальше от реки. Шум от волн еще доносился, поэтому, было ясно, что местность реки она не покинула.

Молодая крестьянка осмотрелась по сторонам, понимая, что продрогла до нитки. Рядом с ней лежал принц и еще пару воинов приводили его в чувства. Рука Рагнара отдавала синевой. Было неясно, что является причиной – холод, потеря крови или яд, который наносили на лезвие разбойники.

Воины видели, что их правитель теряет драгоценное тепло и в условиях северной мерзлоты это может привести к гибели, быстрее, чем это сделает яд.

Было решено задержаться в месте, которое не давало безопасность, но других предложений не было. Воины вновь разожгли огонь, но тепла от него было недостаточно. Его зубы отбивали ритм, играли «музыку холода». Он что-то говорил. Сумасбродные речи не несли смысла, но были явным показателем того, что состояние Рагнара быстро ухудшается. Было решено смастерить убежище для их предводителя из веток и связать их сбруей, создать некий шалаш, но дальше их познания не распространялись. Они могли сделать так, чтобы их строение стало чуть более оформленным, укрепив всю конструкцию тугими прутьями и накидками. Земля была устлана шкурами животных.

Девушка знала, что долго он не продержится. Она смотрела на него и понимала, что его дыхание становится все более тяжелым. Едва она коснулась его лба, как тут же была окружена воинами, которые направили на нее свои клинки.

– Нам нельзя медлить – говорила она воинам

– С чего нам верить тебе женщина? – произнес воин с густой рыжей бородой

– У вас нет причины доверять мне, но если ничего не сделать, то он покинет этот мир, даже без возможности побороться за жизнь. Разве такова участь храброго воина?

– Мы будем наблюдать за тобой – прищурил глаз воин с темными как уголь глазами.

Она показала, что его надо перенести в шалаш и раздеть догола. Пока они делали то, что она приказала, девушка начала работать с какой-то травой, переминая ее в руках.

– Его нельзя шевелить, так как яд будет распространяться по всему его телу. Приготовьте горячей воды и похлебки. Ему понадобятся силы на борьбу – она говорила спокойно и действия ее были точны и ловки, словно для нее это был не первый опыт в подобном деле.

«Я не стану той, кто не уплачивает долг. Жизнь за жизнь. Ты меня спас, и я отвечу тем же»

Девушка долго промывала раны. Прикосновения приносили жгучую боль, поэтому каждый раз, парень вздрагивал, а на лбу выступал пот. Рана была мучительна.

– Держись! Не смей оставлять нас! – твердила она ему, выполняя действия.

После проделанной работы по его спасению. Далия начала раздеваться.

Воины не понимали, как женщину в окружении стольких мужчин не приводит в дикий ужас мысль о том, чтобы оголиться. На кону стояла жизнь их будущего конунга, поэтому воины окружили самодельный шалаш и не спускали глаз с нагой красавицы.

– Вам не нужно смотреть – сказала она

– А вдруг ты притаила кинжал? – сказал Эрик.

– Где? – с осуждением посмотрела Далия, но тратить силы на спор не было времени.

Эрик так и остался наблюдать за греющей его душу картиной. Изгибы женщины порождали в нем желание близости с ней.

Девушка не смотрела на него, стараясь обогреть Рагнара. Она отметила упругость его мускулов, но тут же отогнала мысли, взяв за основу желание – спасти ему жизнь. Крестьянка обняла его, обхватив руками и ногами. Там, где тело было холодным, она лишь сильнее укутывала его в меха, понимая, что быстрые и отрывистые движения для обогрева, могу сделать хуже и распространить остатки яда, от которых не удалось избавиться.

Раны были достаточно сложными и именно то, как он переживет ночь, определило бы вероятность его восстановления.

Глава 5. Ночь

Ночь была сложной. Юный принц бредил. Его тело горело огнем, а затем так же, почти мгновенно остывало. Такие перепады всегда были заметны. Во времена подступления «холода» он начинал стучать зубами. По полу тянул холодный ветер, который мог усугубить болезнь. Чтобы оградить от него принца, воины закрыли вход в шалаш вещами, что уже обсохли от жара костра.

Мужчину одели и накрыли теперь уже сухими шкурами.

Выздоровление давалось ему тяжело и только спустя четыре дня, принц открыл глаза. Его преследовала слабость и он чувствовал, как проваливается в сон, полностью обессиленный. Встретив глазами свою спасительницу, его брови нахмурились. Рагнар подался вперед, стараясь что-то выкрикнуть, однако, почувствовав жгучую боль. Он опустился на землю и закрыл глаза.

– Что с ним такое? Почему он так долго борется с хворью? – воин с рыжей бородой выступил вперед, понимая, что они сильно задержались в дороге и конунга такое не обрадует.

– Я не властна над его болезнью

– Однако властна над ее возникновением. Причиной послужила твоя беспечность женщина! Броситься в реку, испугавшись как щенок, что тебя зарежут – нам ли удивляться женской трусости – самодовольно произнес Эрик.

Все воины засмеялись, давая понять, что женщине не место на поле боя.

– К чему ваше чванство, если никто из вас не в силах траву отличить от яда?

Воин рассвирепел: – Ты дай ей палец, а она и локоть откусит! Длинный язык это горе женского безумия!

– Не все-то безумие, что ты не в силах понять – она говорила спокойно и смело смотрела на него, разминая что-то в своих пальцах.

– Если бы ты не была нужна нашему конунгу, то я бы задрал юбку и отодрал бы, а затем перерезал бы тебе глотку! – его лицо горело от ярости. Это сильное чувство заполонило все его существо.

– В животине и то больше благоразумия – она сказала это тихо и повернулась к раненному, чтобы не отвлекаться на глупости.

– Откуда такой длинный язык у товарной девки!

За словами последовали действия, и мужчина потянулся за ее волосами, чтобы вырвать их с корнем, омрачая ее простую деревенскую красоту. Всплеск ярости был недолог. Эрик рыжий остановил себя, так как понимал, что раз правитель послал за ней воинов, значит, только он мог царствовать над ней.

Он покинул шалаш, грозно вышагивая по тропинке, все дальше отдаляясь от их построения.

Левинсон ненавидел таких женщин как Далия: строптивых и умеющих сказать едкое словечко. Тем не менее, они вызывали в нем интерес и жаркое желание обладать такой редкостью. Именно такую женщину было сложно подчинить. Эрик улыбался, когда понял, что если от нее откажется Альмод, то она достанется ему.

– Мы еще все увидим твое унижение! И ты престанешь предо мной на коленях моля о помощи – рассмеялся воин, выстраивая в своей голове картину будущего.

Крестьянке не нравился Эрик. Он вызывал у нее чувство неприязни и ничего кроме. Такие мужчины, как рыжебородый, чувствуют свою силу только, когда унижают того, кто слабее. Она, как любая женщина видела этот взгляд и понимала, что, такой как он, может прийти за ней.

Далия боялась каждого из них, только не показывала вида:

– конунг страшил ее своей властью и силой;

– Рагнара с его неизведанными поступками, ведь он был в них совершенно свободен и делал то, о чем она не могла помыслить;

– Эрика она боялась из-за того, что чувствовала, что будет, если он останется с ней наедине. От него исходила явная угроза;

– остальные воины были умельцами, которые отнимали жизни.

Далия знала, чтобы выжить в таких местах, как это не получится вести светскую беседу, и всегда будут те, кто встанет и возьмет в руки меч.

Глава 6. Обратный путь.

Нежные лучи солнца ласково касались кожи Далии. Она уже проснулась, но не открывала глаза. Наслаждаясь спокойствием утра, девушка не хотела прерывать эти волшебные минуты. Странное беспокойство вдруг охватило ее. Почувствовав неладное, Далия резко распахнула глаза. Вокруг было очень тихо. Эта тишина была пронзительной и по неведомой причине зарождала в ней опасение. Сердце подсказывало, что что-то изменилось со вчерашнего вечера.

Вскочив, она увидела, что место, где лежал юноша опустело. Выбежав на улицу в одном льняном платье, она осмотрелась по сторонам. Резкий порыв пронзающего ветра заставил ее ощутить всю его силу. Она не предала этому значения, так как вдали увидела Рагнара. Среди других воинов, стоял он и разъяснял план, по которому они должны были сократить путь домой.

Увидев ее, он ничего не предпринял и продолжил разговор с воинами. Выражения их лиц были серьезными. Каждый воин поочередно вносил какие-то предложения и указывал пальцем на бумагу, которая была в руке Рагнара. С такого расстояния Далие было сложно понять, о чем они говорят, но было ясно одно, что есть какая-то сложность. Скорее всего, она была из-за того, что они ощутимо задержались. Девушка ничего не смыслила в походах и вылазках на такие дальние расстояния, но она поняла, что наслаждается свободой недолго. Это осознание волновало ее изнутри и мысли звоном отбивали: что сделать и как поступить, чтобы выбраться живой и не попасть к конунгу. Перед тем, как решиться на второй побег – она долго выверяла и подбирала варианты. Она видела местность и понимала, что, ее выбор не так велик. Они находились на холме, который был скрыт от глаз и находился далеко от основной тропы, что ведет вдаль и открывает их для врага. Место подходило для пережидания ночей, но надолго оставаться тут было нельзя.

Несколько воинов прошли мимо Далии. Они посмотрели на нее. Их лица выражали негодование, казалось, что они не понимали, как такая хрупкая девушка может стоять на холоде в одном платье. Однако думали они об этом недолго, так как быстро вернулись к более волнующему их разговору.

– Задержаться в пути не такая уж и проблема – говорил один из них.

– Да, в походе могут быть разные исходы и конунг готов к таким вестям – подхватил другой.

– Но эти воины, что напали на нас ранее. Они могут привести с собой большее количество людей. Надо убираться из этого места, иначе тут нас и встретят боги.

– Благословение богов в том, что они не сделали это и не пришли – раздался нервный смешок.

– Неужели ты струсил? – с издевкой спросил другой.

– Нет. Я воин, как я могу трусить? Да и я верю своим богам и в свои силы. Разве этого недостаточно? – успокоил его второй.

– Но поторопиться стоит – спокойно сказал воин.

– Да. Медлить нельзя. Хорошо, что хворь отступила …

Воины завернули в сторону места, в котором находились лошади. Их разговор уже не было слышно. Далия стала разогревать свои плечи, наконец, почувствовав холод.

«Я думала, что наша беда в том, что мы долго в пути» – подумала девушка и поторопилась в укрытие.

Мысли не давали ей покоя. Далия понимала, что если решится на побег, то может попасть в руки разбойников и совершенно понятно, как они с ней поступят. Смерть настигнет ее вскоре после всех унижений.

«Бежать хоть куда, главное убежать» – такой вариант ей не подходил. Она стала все обдумывать, понимая, что подгадать риски не может.

Глава 7. Раздумья

Девушка села в самую отдаленную часть шалаша, точно пытаясь раствориться в этом мгновении и исчезнуть без следа. Она зажмурила глаза и поняла, что не сможет совершить побег. Ее руки дрожали. Далия плакала от собственного бессилия. Слезы ее не слушались. Всякий раз, когда она стирала их со своего лица, подступали новые.

Лицо ее было красным, а глаза заплаканными. Девушка чувствовала как ее грудная клетка «сгорает изнутри». Она не только понимала свое положение, но и ощущала всю ту боль, что оно приносило. Крестьянка боялась правителя, боялась разбойников, боялась смерти. Она не могла поверить, что ничего не испытывает, кроме отчетливого чувства страха, который охватил ее без остатка. Цепенея от мысли, что она осталась совершенно одна, ей было сложно держать свои эмоции под контролем. Она считала себя сильной девушкой и всегда чувствовала в себе устойчивость к жизненным невзгодам, но сейчас, как никогда прежде ей было грустно осознавать, что о ней некому позаботиться и встать на ее защиту. Некая нагота перед миром, что агрессивен и так воинственен – чувство далеко не одно из самых приятных.

Воспоминания из прошлого врезались в ее мысли, нанося точные раны, которые вырывалась во внутренний крик. Вопль был протяжный и раздирающий. Она закрыла свой рот руками, боясь, что может привлечь внимание. Одиночные всхлипы от наплыва чувств были искренними, пожалуй, самыми четными из всего того, что она ранее переживала. Смирение приходило не сразу, но она убедилась в том, что является трусихой и что не хочет подвергать себя излишней опасности.

Глава 8. Взгляд

Ее плач, сдавленный опасениями, не приносил облегчения, а лишь вгонял ее в еще большее состояние подавленности и неизвестности. Она едва дышала. Сил хватало лишь на то, чтобы удержать свое тело в положении сидя. Ноги начинали неметь, и мелкая дрожь окутывала мышцы, проникая все глубже. Возможно, причиной такого самочувствия была не только усталость, но и холод. Она потратила много сил на восстановление Рагнара. Внутренние ее резервы были опустошены до основания. Далия окончательно поняла, что истощена, когда посмотрела на свои руки: их четкие линии становились размытыми. Причиной уже были не слезы, ведь она выплакала их все. Сейчас она сидела спокойно. Ее дыхание было ровным и размеренным. Всплеск эмоций вызвал новое чувство. После такого наплыва девушка почувствовала необыкновенное спокойствие. Ничего ее не приводило в замешательство, ничто не трогало ее сердце.

– Я смотрю, ты вся продрогла – раздался голос в воздухе, что вернул ее в реальность.

Она посмотрела на юношу, что протянул ей накидку из шкуры, крепко связанную веревками. Выражение его лица было спокойным и миролюбивым. Это был Рагнар.

– Вы спасли мне жизнь – я не могу оставаться должным Вам – он отвернулся от нее, стараясь не смотреть на ее заплаканное лицо.

– Я и подвергла Вас опасности – быстро, точно не осознанно, прошептала она и вырвала накидку, до конца не понимая, что происходит.

– Мое решение было Вас спасти. Мне за него и отвечать – он сухо проговорил это.

– Благодарю, что спасли меня, но ценность жизни определяется ее значимостью. Не думаю, что риск Ваш был оправдан

– Жизнь ценна вне зависимости от того, понимают это или нет. Надеюсь, Ваши суждения результат Вашей усталости. Иначе, выбор отца его подвел – он вышел из палатки, отдав указ, что все готово и пора готовить лошадей к отправлению.

Она понимала, про что он говорит ей, но не могла принять смысл слов: как человек, отнимающий жизни, может воспевать ей речи о том, что осознает ее ценность. Противоречие было очевидным.

«Возможно, такие люди просто беспокоятся за свою жизнь в Вальхалле?! Но тогда, если брать это за основу: быть хорошим воином только приветствуется. Что же тогда? Неужели такой человек как Рагнар обеспокоен тем, что отнимает жизни у других? А это значит, что по ночам он видит тех, кого убивал? А если их было слишком много, то получается – он никогда не находит покой? Что им движет? Если это совесть говорит с ним? Что он чувствует при этом: гордость от того, что расправляется с убийцами и завоевателями или боль, что идет против законов сохранения жизни? Терзают ли его мысли по ночам?» – от одной фразы Рагнара был запущен поток мыслей, что сменяли друг друга. Их наплыв прервал рыжебородый воин, который вошел в шалаш, ехидно улыбаясь – Пора отправляться в путь, леди.

Было совершенно ясно, что над словом «леди», он сделал дополнительные усилия, проталкивая через себя его составляющее, что никак не отражало его истинного ощущения. По его взгляду было легче понимать его истинные чувства. В отличие от Рагнара, у Эрика все читалось на лице. Далия была ему интересна как та, которая задела его мужское самолюбие. Своей силой он хотел подчинить все, что вызывало в нем интерес. Очевидно, что это временное увлечение, которое быстро сменится, как только он достигнет желаемого.

Далия окинула его взглядом. Ей не хотелось скрывать своего призрения к человеку, стоящему напротив. Она не хотела быть причиной его желаний и поэтому лишняя улыбка в его сторону могла дать ему почву для неправильных суждений.

– Меня не нужно дожидаться, я выйду, как только укреплю накидку – выдохнув про себя, совершенно спокойно произнесла Далия.

– А я думал, что прелестная леди настаивает на моем присутствии – он улыбнулся.

Его улыбка была отвратительна. Зубы отдавали желтизной и запах, который доносился из его рта, доводил до слез такой концентрацией зловонья, что было трудно даже стоять рядом.

«Возможно, в таких густых и растрепанных волосах есть множество вшей» – подумала Далия, окидывая взглядом его неряшливый вид. Понятно было одно: что окружение его либо смирилось, либо сторонилось. Его лично не заботила его внешность.

– Не стоит додумывать сир. Я выйду намного быстрее, если мне дадут закончить приготовления – она посмотрела на него, не отводя пристального взора.

Мужчина фыркнул и спешно покинул окружение Далии, чему она была несказанно рада.

Глава 9. Дорога

Обратная дорога давалась тяжело. Принц держался достойно, но на его лбу выступали испарины, которые показывали, что его состояние нестабильно и его бросает, то в холод, то в жар.

«Девушка-пленница» шла позади всех, находясь под постоянным контролем мужчины с рыжей бородой. Он то и дело присматривал не сколько за ней, сколько к ней. Его взгляд говорил обо всем. Очертания фигуры юной крестьянки, будили в нем желание овладеть ею в ту же секунду. Несмотря на большое количество одежды – было ясно, что прелестная фигура прячется от взора мужчин под тканями, мехами.

Она чувствовала его взгляд, даже не направляя на него свой взор. Каждая клетка ее кожи сжималась от мысли, что конунг откажется от нее и как сказал юный принц – его подведет выбор. Что с ней тогда будет? Мысли сменялись друг за другом, добавляя ей беспокойств. Далия судорожно теребила пальцами, окровавливая их.

Долгие часы в пути казались нескончаемым испытанием, последние из которых они шли пешком.

Она начала спотыкаться все чаще, переставая различать, что именно встречается ей под ногами. Трава, камни, песок – все казалось одинаковым. Едва передвигая ноги девушка стала осознавать, что если они продолжат идти, то она упадет на землю и уже точно не встанет. Они не использовали лошадей на этом отрезке пути, так как животным было трудно подняться на большой холм. Резвые скакуны вязли в почве, а с грузом, в виде людей, точно бы застряли.

Юный принц решил сделать привал у небольшой реки, так как сослался на то, что надо напоить лошадей и самим отобедать.

Воины переглянулись между собой, понимая, что причиной является – женская неподготовленность для дальних походов, но принцу ничего никто говорить не стал. Все спокойно начали приготовления, разожгли костер, приготовили места для трапезы и начали варить похлебку.

Далия чувствовала себя очень неуютно, оттого стояла вдали от всех. Ее пальцы были настолько окровавлены, что с них капала кровь. Она ужаснулась, когда поняла, что привела их в такое неприглядное состояние.

– Вот, давайте я перевяжу – принц принес лоскут.

Она узнала материал – эта ткань была на его нательной рубахе.

Молча и отрешенно, она протянула ему свои руки.

– Зачем Вам мне помогать? – спросила она и посмотрела ему в глаза.

Слегка помедлив, юноша сказал – Мой отец приказал привезти Вас в наши владения, поэтому Ваша жизнь имеет для него значение.

Она промолчала и стала наблюдать за тем, как он туго затягивает повязку. Его движения выдавали то, что он делает это не в первый раз. Девушка понимала, что такие познания были необходимыми и обыденными для воинов, которым данные умения могли помочь после сражений. Однако, в данном случае, это было неуместным.

– Эти раны не нуждаются в обработке. Вы зря нарушили целостность своего одеяния

«Эта первая просьба моего отца ко мне, как к сыну. Я не могу подвести его доверие» – подумал юноша

– Вы не пленница. Я не желаю Вам зла. Сопротивление с Вашей стороны вызвало агрессию и угрозы жителям Вашей деревни – он не смотрел на нее, увлеченно продолжая оказывать ей помощь.

– Я должна была безропотно согласиться? – в ее глазах читался вопрос.

– Думаю, что Вы не должны перечить воле отца, он Ваш конунг. Это может быть расценено как неуважение к его воле. Такое поведение может привести Вас к погибели

– Погибель принесете Вы. Есть ли причина, по которой я должна вести себя скромно, ведь Вы выкрали меня из родных мест и ведете без моего желания.

– Ваши слова не понравились бы моему отцу. Дам Вам добрый совет: прежде, чем скажете при нем речи, уделите время на то, чтобы их обдумать.

– А как же Вам? Что Вы думаете о моих словах? – она посмотрела на него снова, понимая, что хочет найти в его лице своего союзника и покровителя. В ее мыслях пронесся луч надежды, что для нее был спасительным маяком. В голове медленно, но верно созревал план.

– Зачем Вам это знать? – он посмотрел на нее.

Их взгляды встретились. Он чувствовал себя неуютно, словно перед ним находится его враг. В его теле постепенно начинали происходить изменения: кровь быстрее двигалась по венам, внутри начинал разгораться огонек. Он знал, что она может без зазрения совести использовать его.

– Вы не ответили, миледи. Зачем Вам это знать? – он опустил руки, завершив дело.

– Мне нужен кто-то, в кого я могла бы верить… – тихо произнесла она, не сводя с него взор.

– Я не помогу Вам с побегом. Верьте в своего конунга – произнес он и подался вперед, понимая, что не хочет больше находиться с ней рядом.

Глава 10. Путь (часть первая)

После последнего привала прошло очень много времени. Только глубокой ночью было решено вновь остановиться. Лошади были напоены и накормлены. В северных землях на подковах лошадей часто случается так, что лед наслаивается и мешает лошади идти дальше – поэтому важной частью пути является отколоть оледенение.

Не только лошади, но и воины решили насладиться вкушением еды. Похлебка оказалась удивительно вкусной. После долгой дороги блюда обладали невероятной насыщенностью.

Далия сидела на большом камне, наслаждаясь долгожданным вкусом еды. Воины что-то рассказывали друг другу, смеялись и вспоминали истории, которые с ними происходили. Иногда беседы были веселыми, а иногда их тон сменялся. В такие минуты вспоминали случаи о потере близких друзей, воинов. Несмотря на все это, девушке начинали приходиться по вкусу такие ночные разговоры около костра. Было интересно наблюдать за теми, кто ее окружал. Легкий ветер уже не казался таким холодным, ведь в такие минуты тепло от беседы было намного сильнее. Именно оно согревало больше, чем костер. Порой было видно звезды. Далия стала ловить себя на мысли, что если бы положение дел было другим, то ей бы даже нравилось то, что она переживает. Это было ее первое путешествие настолько далеко от деревни и все казалось совершенно новым и неизведанным.

Время шло быстро, через полчаса все уже спали. Утомленные долгой дорогой, они пребывали в мире снов. Воины, которые охраняли сон и не спали, ждали своей очереди, чтобы, наконец, предаться сну.

Холодная ночь выдалась в этот день. Мерзлый ветер тянул по самому низу, задувая костры и пробирая до дрожи.

Далия не могла уснуть. Просидев около костра, она все же поднялась и села на камень. Было неудобно, она не могла уместиться на нем. Как только она ушла дальше от огня, то сразу поняла свою ошибку. Под меха поддувало и ей некуда было спрятаться от пронзающей стужи.

Рагнар вышел из своей палатки и что-то сказал одному из воинов. Как оказалось, принц отдал приказ, чтобы девушку направили в его палатку, так как холод для женского организма особенно губителен.

Она робко вошла, не поднимая головы. Он указал ей на место, которое было застелено шкурами. Рагнар спал на другой стороне палатки, и Далия выдохнула с облегчением, так как она чувствовала взгляды мужчин, которые провожали ее к юноше. Они смотрели на нее так, словно она ублажает его. Именно поэтому находиться в одной палатке с ним было неловко. Чтобы не смотреть на него и случайно не встретиться взглядом, девушка повернулась к нему спиной. Усталость быстро взяла свое. Согревшись, Далия уснула.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.