Катя Водянова
Аптека Снежного барса

Колдовские миры

© Водянова К., текст, 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

Глава 1

– Женщин он не любит, это факт! – Трактирщик увлекся рассказом и не замечал, как я бессовестно пью налитый для другого гостя морс. – Но снадобья что надо делает.

– Это точно! – согласилась с ним разносчица. – Лучший аптекарь в городе, но с причудами, мягко говоря.

– Ай, да кто без них? – улыбнулась я и стащила еще и бутерброд. – Главное, специалист хороший.

– Но за порог тебя не пустит! – распалился трактирщик. – Говорю же, ненавидит девок от мала до велика, не имеет с ними дел и не разговаривает даже.

Вот это было плохо, очень плохо. Аптекарь мне нужен, потому и толкаюсь второй день по забегаловкам рядом с его домом, собираю информацию. Такими темпами скоро все выданные командиром деньги потрачу, но к цели не приближусь.

– Чего так? – Я снова глотнула морса. Кислый, зараза, хоть и разбавленный, никакого удовольствия.

– А кто ж его знает? Говорят, девушка его бросила прямо перед свадьбой, с тех пор на дух весь ваш род не переносит.

– Не бросила, – поддержала разносчица, – а погибла, беременная. Аптекаря тогда во всем обвинили, а дед из тюрьмы вытащил. Погоди, ты же не знаешь, кто его дед!

– Кто? – Я изобразила любопытство и поскорей зажевала морс бутербродом. Вот тот был вполне сносным.

– Стервятник Дунк! – Трактирщик поднял указательный палец. – Главный королевский маг. Был, спокойного ему посмертия.

– Спокойного, – согласилась я и проглотила ком в горле.

На моих глазах старик и умер, защищая принцессу от монстров из диких земель, а перед тем отдал мне артефакт с заключенным в нем магическим зверем. Теперь мне позарез нужно встретиться с аптекарем и уговорить этого самого зверя забрать, иначе конец. Вот знала же, что не стоит связываться с магическими обязательствами, а все равно влипла в историю.

– Грустно ему живется без женщин, наверное, – вздохнула я, меняя тему.

– Вроде не жалуется. Наши-то и так и этак пытались с ним поближе сойтись, ничего не выходит. Хотя у нас девушки на любой вкус, а жених из аптекаря завидный, даром что хромает.

– Зато по любовницам таскаться меньше будет. – Подавальщица собрала последние тарелки по залу и понесла их на мойку. – Только он пока ни на кого и не смотрит, видать, крепко горюет по той, погибшей. Или злится на что.

По правде говоря, аптекарь и с мужчинами не слишком ладил. Флинн, мой временный начальник, заходил к нему на днях и убрался ни с чем. Аптекарь и слышать про деда не захотел, тем более про артефакт с магическим зверем.

При мысли об этом за грудиной неприятно закололо. Не выполню обязательство – умру, так что придется искать к аптекарю подход.

– Друзья-то есть у него?

– Какое там… Один следователь иногда заходит, на этом все.

Поблагодарив трактирщика за информацию, я расплатилась за морс и бутерброд и выбралась наружу. Аптека располагалась на другой стороне улицы, зажатая с двух сторон книжной лавкой и кофейней.

Все здания там шли впритык друг к другу и были построены по одному плану, отличаясь только вывесками. Судя по потрескавшемуся фасаду и разрушенному крыльцу, дела у аптекаря шли неважно.

Еще бы! Женщин не любит! Вот как так можно? Ладно бы одну конкретную, но не всех же! Мы, вообще-то, разные. Взять хотя бы нас с сестрами: старшая – обученный телохранитель и скорпион, средняя – змея, что, в общем-то, ей очень подходит, наемник в прошлом, а сейчас – примерная мать семейства. И я – позор семьи без зверя и надежд на счастливое будущее.

Пока я размышляла, аптекарь, прихрамывая, вышел наружу и запер дверь на хлипкий замок. На таких в воровской гильдии новичков обучают, палкой снаружи подпереть и то надежнее.

Я за два дня уже успела хорошо изучить расписание аптекаря и его привычки. После обеда он обычно собирал снадобья в саквояж и нес их в ближайшую городскую лечебницу, где проводил время до шести вечера. Дальше пил кофе с другом-следователем и плелся домой. Обчистить аптеку за время его отсутствия было так просто, что я удивлена, почему этого до сих пор никто не сделал. Возможно, боялись связываться с родственником того самого Стервятника, возможно, и сам аптекарь был далеко не так прост.

Звали его Ирвин Фесс, ростом был выше среднего, хорошо сложен, с почти военной выправкой, при этом с трудом опирался на левую ногу, ходил с тростью. Симпатичный внешне: светлые волосы, темные выразительные глаза и правильные, слегка хищные черты лица. Вот уж точно, что завидный жених, хотя характер… И как мне к нему подступиться?

Подумав, я подбросила на руке один из артефактов: кожаный шнурок с бусинами. Он не швырялся молниями и не открывал порталы, зато давал другую внешность. Мужскую, что весьма и весьма кстати.

* * *

Денек выдался тот еще. От усталости мелко тряслись руки, мысли в голове путались и возвращались к недавнему разговору с приезжим магом, поэтому Ирвин ушел из госпиталя раньше обычного и поплелся домой, не завернув в кофейню.

Покалеченную ногу сегодня пекло от боли, плечи тоже сводило, и за грудиной скреблось. Наверное, сердце. Доктор Риз из лечебницы уже не раз советовал им заняться, иначе и приступ случиться может.

Ирвин зашел в аптеку, доплелся до каморки, временно служившей ему спальней, и накапал в стакан обезболивающего.

Не верится, что деда больше нет. Последние годы они не ладили, но Стервятник Дунк всегда казался чем-то незыблемым и постоянным, как флаги Ривертонгов над дворцовыми башнями. Те по-прежнему колыхались на ветру, а главным королевским магом уже был кто-то другой.

На днях заходил какой-то хлыщ с цепким взглядом, представился Рейгалем Флинном и пытался всучить подарок от деда, но Ирвин его спровадил. Все, что хотел, Стервятник сделал и передал при жизни, а снова оказаться втянутым в дворцовые интриги Ирву хотелось меньше всего. Не с его здоровьем, и не после всего, что было.

В дверь кто-то заколотил, хотя Ирвин точно помнил, что оставил табличку «Закрыто». Местные знали о его отзывчивости и могли побеспокоить в любое время, но старались не злоупотреблять. Сегодня же боль была такой сильной, что Ирв просто не нашел сил подняться.

Незваный гость никак не мог угомониться и продолжал стучать. Того и гляди дверь сломает, а ее замена пробьет брешь в бюджете, не на что будет купить новые ингредиенты для зелий. Выругавшись, Ирвин взял трость и похромал к выходу, мысленно желая посетителю затяжного несварения и почесухи.

За дверью обнаружился просто одетый парень с неприметной внешностью и крайне лукавой ухмылкой.

– Вечер добрый! – выпалил он и тут же пихнул Ирвину листок с доски объявлений. – Вы искали помощника, я готов приступить прямо сейчас.

– Где обучался?

Парень ему сразу не понравился своей жизнерадостностью и цепким взглядом, точно как у того Флинна. Еще и двигался он плавно и как-то неправильно. Слишком грациозно, что ли.

– Ай, – махнул тот рукой. – Что сразу такие вопросы? Вижу, убраться тебе нужно, зелья разложить, склянки почистить… С этим любой справится.

В аптеке действительно был беспорядок, но денег хватало на два визита уборщицы в неделю, посетители же здесь топтались каждый день. Собственно, помощник тоже был Ирвину не по карману, поэтому его поиски так затянулись.

Пронырливый парень уже забрался внутрь и теперь по-хозяйски осматривал помещение, заглядывал в углы, перебирал склянки с эликсирами и микстурами, нюхал мази и забросил на чашку аптекарских весов монету, после поцокал языком.

– Даже чуть-чуть не обвешиваешь? Ну кто так дела ведет!

– Я, – резко оборвал его Ирвин. – Можешь проваливать, если не устраивает!

– Что ж ты такой неприветливый? Хотя помощник, вижу, не помешает.

– С образованием и опытом работы.

– Ну такой, наверное, и запросит немало, а мне бы крышу над головой и перекусить. Есть у меня одно дело в столице, а обосноваться негде.

– И решил жить у меня в аптеке? – Ирвин привалился боком к стене и сложил руки на груди. Сил поймать и вытолкать «помощника» у него не было, тот банально быстрее, но в крайнем случае можно позвать стражу. Многие оттуда ходят за лекарствами к Ирвину и не откажутся помочь.

– Работать! – важно ответил парень и наконец угомонился. – С меня помощь – с тебя ночлег, чем плохой обмен? Я к тому же отлично разбираюсь в сырье из диких земель, сестра с мужем держат такую лавку, приходится помогать им время от времени.

Вот это было серьезным плюсом. Из диких земель поставляли самые ценные и важные ингредиенты для зелий. У Ирвина уйма времени уходила на их поиск, покупку и обработку, если парень не врал, то его помощь действительно пригодится.

– Как тебя зовут?

– Бринс, – широко улыбнулся он и протянул руку Ирвину. На ощупь его ладонь показалась гладкой и нежной, еще невесомой, как девичья. Ирвин даже прищурился, вглядываясь в этого Бринса, но ничего женственного в его облике не проглядывалось, даже кадык ходил вверх-вниз от волнения, как и положено.

– А полное имя?

– Бри… Бринсент Коул, – с запинкой ответил он и вытащил из кармана документы, которые, впрочем, Ирвин не успел рассмотреть. Имя вроде бы совпадало, остальное уже мелочи.

– Бринсент? – еще раз уточнил он. – Странное имечко.

– Папаша был с фантазией, – не смутился тот. – Так и вздыхал, что родись я девчонкой, стал бы Габриэллой. Вот где ужас бы был, да?

– Красивое имя, – пожал плечами Ирвин, не уточняя, что «Бринсент» в разы хуже. – А где, говоришь, лавка твоей сестры?

– В Дагре, – ошарашил Бринс.

Про закрытый город магов Ирвин слышал много пугающих вещей, будто нравы там дикие, жители опасны, а законов не существует. Можно воровать, убивать, насиловать, только получи у бургомистра бумагу на свое злодеяние и оплати пошлину. Если самоназванный помощник действительно оттуда, то вопросы к нему только множатся.

– Так ты маг?

– А-а-ай, – скривился парень, – что ты сразу на больное давишь? Нет, не маг. Отец был, мать, сестры, я нет, не проснулся зверь, как ни пытался разбудить. Надоело быть там ущербным, решил попытать счастья среди людей. К тебе первому решил заглянуть, повезло, да?

– Немыслимо, – согласился Ирвин. Бринс раздражал своей активностью и просторечным говорком, вместе с тем помощник бы ему не помешал, а другого согласного работать за еду и ночлег еще попробуй найди.

Даже подозрительно, что Бринс так легко согласился на невыгодные условия, но и причин, зачем ему аптека, Ирвин придумать не мог. Красть здесь особо нечего, наличности у него жалкая горстка, а дорогие ингредиенты будет непросто сбыть, друзья у аптекаря имелись не только в страже.

Глава 2

Артефакт с личиной работал как надо, аптекарь ничего не заподозрил и вопросов не задавал, просто сидел в углу и смотрел, как я навожу порядок по ту сторону прилавка. Дел немного: Ирвин все складывал аккуратно и на свои места, на мою долю осталось только перемыть склянки и посуду, оставшиеся после изготовления снадобий, и заняться полом, который знатно затоптали посетители.

Ничего необычного, у сестры в лавке я таким каждый день занималась, еще помогала им сортировать сырье, развешивать ценники, иногда стояла за прилавком или намывала витрину. Все это тоже за еду, ночлег и «должна же быть и от тебя польза» – брошенное матушкой. Единственный не маг за много поколений семьи – это как клеймо вечной неудачницы, хотя более одаренным сестрам тоже не всегда везло с работой после нашего переезда в Дагру. Всех спасло удачное замужество средней сестры. Это зять помог нам обустроиться, обеспечил жильем и работой. Зато у сестер были серьезные старые звери – змея и скорпион, а мой спал и не спешил делиться даром.

– О чем задумался? – вкрадчиво спросил Ирвин.

– Какой ты счастливчик, – солгала я, домывая последнюю склянку. – Такого помощника себе нашел, и почти даром!

– Мы еще не договорились о найме.

– На ужин я уже наработал, за ним все и обсудим.

Бедолага Ирвин закашлялся от моей наглости, но по-другому до него не достучаться. Укрылся за своими проблемами и отталкивает всех, боится подпустить близко. А мне разрешения не нужны, захочет от меня избавиться – пусть забирает артефакт и живет спокойно. Жаль, что просто подбросить кинжал не выйдет: в нем заключен магический зверь, и аптекарь должен захотеть его забрать, тогда мое обязательство исполнится.

– Я обычно чаем ужинаю или иду в трактир неподалеку, – нахмурился Ирвин.

– Ну тогда в трактир, я не против.

В крайнем случае из своего кармана заплачу, сегодня только позавтракала нормально, тот бутерброд не считается, так что живот уже крутило от голода.

Но у аптекаря были свои планы, он поскреб висок и кивнул в сторону двери в дальнем конце коридора.

– Там кладовка, складываю туда продукты, которые иногда приносят в качестве оплаты. Поищи, может, найдешь что на ужин.

Не то, на что я рассчитывала, но бездомному Бринсенту вполне сгодится. Вообще-то у меня были нормальные документы, эти, на имя Винсента Коула, захватила на всякий случай, вместе с артефактом моего нынешнего начальника. Рейгаль Флинн почти два года жил в столице под личиной и с чужим именем, теперь настал мой черед превратиться в Винсента.

В кладовке тоже было относительно чисто, а на каждой банке или корзине с продуктами стояла дата и имя дарителя. Я сразу же прихватила две банки разных джемов, чуть зачерствевший хлеб, луковицу и корзину яиц. Это мне уже нравится! В животе заурчало от предвкушения грядущего ужина, я даже не выдержала и вгрызлась в хлеб, чуть не уронив драгоценный джем.

– Ну, шашлившик, – я продолжала жевать, когда почти налетела на аптекаря, – рашшкашывай, где кухня.

Ирвин как-то чересчур довольно ухмыльнулся и поманил меня за собой, тяжело припадая на больную ногу. Затем открыл тяжелую обитую железом дверь и приглашающе махнул рукой. Помещение казалось темным и холодным, без окон, зато со столом по центру и стеллажами возле стен. Видя мое смятение, аптекарь первым вошел внутрь, поставил в центр стола что-то похожее на металлическое блюдце с длинной палкой и поджег странный белый шарик, давший равномерное голубоватое пламя.

– Моя кухня, прошу, – продолжил издеваться он. – А это кастрюли. – В руке блеснул крохотный стеклянный пузырек вытянутой формы.

– Чует мое сердце, гостей у тебя не бывает и друзей немного. – Я тяжело вздохнула, оставила продукты на столе и пошла обходить комнату.

– А у тебя?

– Я душа любой компании. И гостя бы точно накормил как следует. Камин-то есть у тебя? Там пламя пожарче, для яичницы хватит.

Он с любопытством оглядел меня, затем влез во внутренний карман и вытащил оттуда пару сложенных пополам купюр. В Дагре бумажные деньги не в ходу, поэтому я никак не могла к ним привыкнуть. Серебро или золото – вот, чем стоит расплачиваться приличному человеку!

– Убери это все на место, потом сходи в трактир напротив и закажи нам чего-нибудь на ужин, а то, чувствую, ты и в центре торгового зала не постесняешься костер развести ради своей яичницы. Скажешь, что от меня, не обсчитают и продадут свежее.

– Ай, это я и от себя проконтролирую, – отмахнулась я и схватила купюры до того, как аптекарь успел передумать.

Дело идет на лад, Ирвин почти смирился с новым помощником. Негусто, но маленький шаг – уже начало пути. Первый успех так вскружил голову, что я чуть не налетела на припозднившегося посетителя.

Высокий хмурый мужчина резко выбросил руку, пытаясь схватить меня за воротник, я же отточенным движением ушла в сторону и замахнулась ребром ладони в его шею.

– Стойте! – закричал аптекарь и выскочил из своей лаборатории.

Мы с мужчиной замерли друг напротив друга, примеряясь, куда нанести следующий удар.

– Лестер Криг, старший следователь, – представил его Ирвин, на что его знакомый коротко поклонился мне и натянуто улыбнулся. Его единственный глаз продолжал цепко следить за моими действиями, второй же прятался под черной повязкой, из-под которой по лицу ползли воспаленные багровые шрамы.

– А это Бринсент Коул, – продолжил он. – Возможно, мой будущий помощник.

– Ай, еще и сомневается! – Я покачала головой и выскочила на улицу, лишь бы оказаться подальше от следователя.

Угроза, веявшая от него, тянулась за мной шлейфом, а от одного воспоминания о тяжелом, оценивающем взгляде, по спине бежали мурашки. Угрюмый Ирвин Фесс – само дружелюбие по сравнению с этим Лестером Кригом.

* * *

Когда за Бринсентом закрылась дверь, Ирв тяжело опустился на скамью для посетителей и вытянул вперед больную ногу. Так бежал разнимать драку, что на время забыл о своей травме.

– Подозрительный тип, – без переходов бросил Лестер. – Где его откопал?

– Сам откопался.

– Не боишься, что его подослали?

– Дунк погиб, кому я теперь нужен?

Следователь промолчал, признавая правоту Ирвина, затем подошел и подал ему руку, помогая встать. Нога вроде бы успокоилась, но опираться на нее без трости было тяжеловато, а чувство собственной беспомощности просто убивало.

– Следи за ним в оба, – продолжал бухтеть Лестер, – я тоже попытаюсь разузнать, что за парень. Бринсент… хм, хотел бы посмотреть на его папашу.

Ирвин пожал плечами, доплелся до лаборатории и поставил греться воду в двух колбах. Одновременно растолок в ступе чайный лист, капнул ароматным маслом для запаха, пересыпал в емкость побольше и залил все горячей водой.

Лестер молчал и наблюдал, как мелкие чаинки кружатся в прозрачном сосуде с толстыми стенками, медленно окрашивая воду в янтарный цвет. Комнату наполнял цветочный аромат с цитрусовыми нотками, делая ее чуть уютнее, а настроение – чуть лучше. На полке стояла целая коллекция таких масел для чая и прочих напитков, еще – специй, трав и разных сортов чая, чтобы смешивать под настроение, но эту композицию Ирвин считал самой удачной.

– Знаешь, – протянул Лестер, получив свою порцию напитка в крохотной ступке, – на островах в восточной империи есть мастера, которых приглашают для специальной чайной церемонии. Говорят, наши богатеи тоже ими интересуются. Непривычный ритуал, экзотическая посуда и вкусы, особая атмосфера. Ты бы подумал в эту сторону, у твоих мензурок большой потенциал, еще бы с одеждой что-то придумать. Вспомнил! Софи забыла свой шелковый халат с журавлями, могу одолжить ради благого дела, она-то вряд ли вернется.

Жена уходила от Лестера долго и шумно, чтобы следователь точно успел прочувствовать момент, раскаяться и ползти за ней с извинениями. Но у того как раз случилось серьезное дело на службе, которое оставило немного времени на еду и сон, а вот на отношения – нет, поэтому представление прошло мимо. Хуже того, за два прошедших месяца Лестер так и не удосужился собрать вещи Софи и переправить их к ней. Возможно, надеялся, что та вернется, возможно, хотел позлить ее еще больше. Ирвин предпочитал не лезть в чужие отношения, хватало того, что после ухода Софи друг стал чаще хмуриться.

– В следующем месяце, наверное, дойду и до такого, – вздохнул Ирвин, представив себя в шелковом халате и с мензурками в руках. – Еле наскреб на плату за содержание дома и налоги. Так что или церемонии, или перееду подальше от центра.

Делать этого не хотелось. В доме росло и трудилось столько поколений Фессов, что подумать страшно. Они смогли подняться во времена правления магов, удержались после кровопролитной войны с ними, уверенно расширяли дело после ее окончания, пользовались милостями множества королей, а потом вдруг появился Ирвин, и все пошло прахом. Правильно бабка говорила: маги прокляты, добра от них не жди.

– Я бы помог, но сам на мели, – вздохнул Лесс и покрутил сияющее кольцо на безымянном пальце. – Софи требует официального расторжения брака и откупную. Если жрецы встанут на ее сторону, мне придется продать квартиру и жить на работе.

– Если наскребу на оплату долгов – можешь здесь пожить, второй этаж пустует, мне туда не забраться, – предложил Ирвин, понимая, что друг, скорее всего, откажется, гордость не позволит. Хотя Лестеру приходилось непросто.

Главная проблема магических травм – не все из них заживают, некоторые со временем только растут. Ирвин с ужасом ждал того дня, когда совсем не сможет шевелить ногой, и как мог оттягивал его приближение. На этой почве они и сошлись с Лестером: во время облавы в того брызнули ядовитым зельем неизвестного происхождения. Первую помощь оказали быстро, потом над следователем потрудились маги из тайной канцелярии, но глаз спасти не удалось, а часть яда впиталась в кровь и продолжала терзать следователя по сей день, потихоньку лишая здоровья.

«Полупокойники», – мрачно пошутил однажды Лестер, и прозвище к ним приклеилось, как и гнетущее чувство близкой смерти, стоявшей за спиной. В этот раз она забрала деда, который вроде бы сдал в последние годы, но все еще вызывал пугливые шепотки одним своим появлением. Внезапная потеря, оттого еще более горькая.

Ирвин с Лестером молча пили чай и глядели на голубоватые языки пламени, когда звякнул колокольчик над дверью, затем раздалось раздраженное бурчание Бринсента, перемежающееся грохотом и стуком. Меньше чем через минуту помощник уже стоял на пороге лаборатории, сжимая две корзины с едой.

– Ай, мне он тоже не понравился, правильно, что нормальным чаем не угощаешь! – Бринс кивнул на Лестера и начал раскладывать по столу горшки, миски и блюда, словно по пути ограбил парочку трактиров.

– Тебя таким же собирался напоить, – уточнил Ирвин, наблюдая за тем, как его рабочий стол медленно, но верно скрывается под слоем еды.

– Ты ж меня не знал еще, – совершенно искренне изумился тот. – Ошибся, с кем не бывает. Теперь-то, уверен, подашь чай, как дорогому другу!

Лестер все еще пристально рассматривал Бринса, но уже без злости, прикидывал что-то и внимательно следил за реакциями.

– Откуда ты, говоришь, прибыл?

– Из Дагры, – не стал отнекиваться Бри, стащил с одного блюда горячую лепешку, накидал сверху мяса и овощей, полил соусом и сразу жадно откусил.

– Говорят, опасное местечко.

– Фсевшут, шишина и пошой, мне ншавитша, – ничуть не смутился тот и не бросил жевать, как будто год до этого не кормили.

Глава 3

Что-то в этом парне казалось очень странным, Ирвин даже не мог четко сформулировать свои ощущения. Какая-то чужеродность, неправильность… инаковость, хотя выглядел он совершенно обычно: темные волосы, приятное гладко выбритое лицо, выразительные глаза с хитринкой. Таких парней полно в королевстве, но это и было странно: говорил он как житель какой-нибудь южной провинции, которые к осени наполняют столичные базары, а не уроженец лежащего к западу от столицы города магов.

– Тебя в Дагре научили болтать с набитым ртом? – нахмурился Ирв, рассчитывая задеть Бринса и вывести на откровенность.

Тот на мгновение нахмурился, будто говоря: «Ай, ну если настаиваешь, давай соблюдать твой этикет», затем дожевал, проглотил все и снова расплылся в искренней улыбке.

– В Гимзоре. Мы с матушкой Соф и сестрами там выросли, потом средняя удачно вышла замуж за приличного человека и забрала нас с собой в Дагру. Вот там по сравнению с Гимзором тишина и покой, детей кормят, представь. У нас если сам не стащил себе лепешку на рынке – то что на тебя вообще припасы тратить, все равно до совершеннолетия загнешься. Приходилось вертеться. Разжеванное и проглоченное не отнимут, с тех пор привычка и осталась.

– Поверь, у нас и надкусить достаточно, можешь не торопиться и говорить нормально, – вздохнул Ирвин и тоже положил себе мяса на лепешку, тарелок-то у него не было. – Откуда столько еды?

По самым беглым подсчетам стоимости выходило раз в пять больше той суммы, которую дал Ирвин, а старый Густав щедростью не отличался, отсюда и возникали вопросы. Не стал бы бездомный помощник добавлять на ужин из своего кошелька, неужели украл?

– Трактирщик, как услышал про твое плохое самочувствие, сразу две корзины и собрал, чтобы поправлялся скорее. Не то вконец занедужишь, а им придется брать зелья в другом месте и куда дороже.

Разжеванное и проглоченное мясо встало комом в горле и не желало опускаться в желудок. Значит, Бринс пришел к Густаву и наплел тому про болезнь Ирва, чтобы обманом добыть еды? Как так можно?

От злости он встал на ноги и навис над столом, хотя помощничек продолжал невозмутимо жевать лепешку и поглядывал на ребрышки под соусом. Те удавались повару лучше всего и считались коронным блюдом в трактире. Если у Ирвина случалась удачная неделя, он непременно заказывал себе блюдо таких ребрышек и угощал Лестера. В другие дни тому везло больше, и они ужинали уже за его счет, хотя о работе следователь не распространялся. Исключение делал в тех случаях, когда искал помощи или совета у Ирвина, как специалиста по зельям и некоторым магическим артефактам.

– Я совершенно нормально себя чувствую, – начал говорить он, подпустив в голос строгости, но Бринс тут же отмахнулся.

– А когда я уходил, казался таким бледным и вел себя странно. Не будет нормальный человек заваривать чай в этаких склянках!

Он нагло схватил мензурку у Ирвина и принюхался к содержимому.

– Да нет у него чашек, – влез Лестер. – Как и другой посуды, привыкай, помощничек.

Бринс покачал головой и продолжил жевать, посчитав конфликт исчерпанным.

– Я же дал тебе денег, чтобы просто купить ужин…

– Так я его просто и взял, – не смутился тот, все так же хитро поглядывая на Ирвина. – Деньги нам и на завтрак пригодятся, второй-то раз трактирщик на больного тебя не купится.

– Немыслимо! Мы сейчас же пойдем и заплатим за все, а ты скажешь…

– «С сегодняшнего дня все по правилам делаем. Вот вам деньги за ужин, а вы больше не просите зелий в долг и не будите среди ночи ради мази от прихватившей спины!» – важно ответил Бринс, передразнивая кого-то.

– Он мне не нравится, но в чем-то прав. – Лестер предательски потянулся к тем самым ребрышкам и набросал на следующую лепешку уже их. – Густав с семейством и работниками от тебя не вылезает и постоянно клянчит скидки по-соседски, от одного ужина он точно не обеднеет. Считай это компенсацией.

* * *

Аптекарь еще долго пытался взглядом пробудить мою совесть, затем сдался и устало откинулся на спинку стула. Говорил он большей частью с Лестером, меня как будто не замечал. Ну и славно, спокойно поем и лучше осмотрюсь.

Они болтали о столичных новостях, выборах нового первого королевского мага, ценах на продукты и какой-то стерве Софи. Я в меру сил поддакивала, хотя бывше-настоящая жена следователя – не то, что мне было бы интересно, вот бы аптекарь о себе что-то рассказал. Сойдет любая деталь, которая поможет найти к нему подход и уговорить забрать и активировать артефакт.

– А ты, Бринсент, уже думал о женитьбе? – между делом спросил Лестер, подвигая к себе блюдо с ребрышками, как будто прошлых пяти было мало! За женой бы ухаживал так, как ест, глядишь бы и не ушла.

– Думал-передумал. – Я откусила побольше лепешки и принялась жевать, чтобы никто не лез с вопросами.

Из-за спящего зверя другие маги не воспринимали меня взрослой. Знакомились, улыбались, могли в чайную сводить, но на настоящее свидание никто не звал. Я пустое место для них: чуть больше, чем картина на стене, чуть меньше, чем реальная женщина, в отличие от самой плохонькой магички. Поэтому сама по себе могу сколько угодно думать о свадьбе, это ничего не изменит, раз жениха нет и не предвидится. Но это не проблема на фоне того факта, что прошлый Винсент Коул успел официально жениться до своего исчезновения, и Лестер мог об этом узнать.

– За невесту нужен откуп, – заметил Ирвин и мстительно добавил: – Хотя наш Бринс нашел бы способ заболтать тестя и забрать невесту просто так.

– Ай, да я так хорош, что и сам бы от выкупа не отказался. – Я подвигала бровями, на что Лестер прыснул от смеха, ненадолго став похожим на обычного парня, не такого старого и грозного, как мне показалось на первый взгляд.

Им же с Ирвином и тридцати нет – поняла я внезапно, только выглядят так себе, поэтому и кажутся старше.

– Приплатить, чтобы исчез? – хмыкнул аптекарь, впрочем, без особой злобы.

Они еще немного позубоскалили надо мной, убедились, что так ничего не добьются, после чего следователь наконец встал из-за стола. Я сложила ему часть нашего ужина с собой, лишь бы убрался поскорее и перестал сверлить меня взглядом, после с удовольствием закрыла за ним дверь и вернулась в комнату к аптекарю.

Ирвин все еще сидел, зато аккуратно собрал всю еду обратно в корзины и затушил свои горелки.

– Убери все в холодильный шкаф, потом можешь устраиваться на ночлег, завтра посмотрю, будет ли от тебя толк. Наверху все комнаты свободны, выбирай любую.

Я была такой сытой и довольной своими успехами, что не стала спорить с ним, просто занялась делом. Холодильный шкаф нашелся в соседней комнате и оказался сверху донизу заставлен всякими склянками, еле втиснула туда остатки ужина.

Аптекарь не стал меня дожидаться и уже скрылся в своей спальне, из-под двери которой выбивалась тонкая полоска света. Я замерла неподалеку, прислушиваясь к звукам старого дома, пока по коридору не проплыло недовольное:

– Ты еще долго будешь бродить здесь? Завтра вставать в начале седьмого, а сонный помощник мне не нужен.

– Ай, какой у меня добрый хозяин, так за работника волнуется! – отозвалась я, на что аптекарь неопределенно рыкнул.

– Одежду в шкафу возьми, если нужно переодеться, моя должна подойти.

– А если порву? Я лучше в грязной, да в своей!

Личина, конечно, одного роста и сложения с Ирвином, а вот я на голову ниже и почти вдвое легче, утону в его вещах. Еще свои придется как следует прятать. Артефакт менял их внешний вид, только пока те надеты на меня, сниму – и аптекаря ждет много удивительных открытий.

Но это не самая большая проблема на фоне другого артефакта, который жег мне ребра сильнее обычного. Уже на верхних ступеньках я вытащила из потайных ножен кинжал и повертела его, любуясь тусклым блеском лезвия. Хорошая вещица, старая и дорогая, сейчас таких уже не делают, да и вот так забирать у одного мага зверя и передавать другому уже не умеют. Я случайно влипла в эту историю и прикоснулась к запретным знаниям и больше всего мечтала поскорее оставить все в прошлом.

Комнат наверху оказалось целых шесть, одна из которых – ванная, такая шикарная и большая, что я бы завизжала от радости, но вот малышу Бринсенту это не к лицу. Он наверняка моется редко, быстро и частями, а не разлеживается по часу в горячей воде с шапкой ароматной пены.

Переодеться бы действительно не помешало, поэтому я бегло осмотрелась в других комнатах, зашла в ту, в которой окно удобнее всего выходило на улицу, закрыла дверь изнутри и выбралась наружу по подоконнику и водостокам.

Можно было бы и стандартно, вряд ли Ирвин не выпустил бы своего надоедливого помощника, но хотелось незаметно добраться до своего постоялого двора, забрать вещи и оставить послание Рейгалю, моему нынешнему командиру. К тому же практика не помешает, а то я скоро ослабну и растолстею среди людей: у них девушкам не принято скакать по крышам и карабкаться по отвесным стенам. Местные – создания хрупкие, декоративные, к жизни вне дома не приспособленные.

К счастью, я выросла не в таком ужасном месте и уже через пару минут стояла на земле в переулке позади аптеки. Затем огляделась, отряхнула руки и сделала шаг вперед, когда мою руку нагло схватили повыше локтя.

Я попыталась вырваться и убежать, но схвативший тоже клювом не щелкал. Развернул меня к себе и схватил уже за обе руки, после строго спросил:

– И куда ты собрался?

– Гуляю. – Я невинно пожала плечами и улыбнулась Лестеру. – А ты чего томно ждешь под окошком? Ирвин спать лег, уже не выглянет.

– Кого жду, того дождался, – не растерялся он и потащил меня дальше по переулку. – Люблю я пение послушать, а в нашем управлении есть клетки для всяких птичек. И жердочки, и кольца, и мастера, у которых все поют на разные голоса. Так что можешь сейчас начинать, вдруг мне понравится и до клетки дело не дойдет.

– Ра-а-асцвело огнем над Дагрой солнце кра-а-асное, – честно завопила я, перебудив всех горожан в ближайших домах.

Следователь на мгновение растерялся, этого мне хватило, чтобы выкрутиться из захвата и отскочить. Лестер сразу же устремился следом, но я-то быстрее! Легко вскарабкалась по водостоку и нагло уселась на широкий подоконник второго этажа.

В соседнем доме тут же хлопнули ставнями и с отборной руганью выбросили на улицу букет цветов, затем щедро плеснули водой, в которой он стоял. Сразу видно – столица, культурное место, в моем родном Гимзоре если бы что из окна и вылили, то от этого бы долго не отмылся. Избалованному следователю и застоявшаяся вода на плаще не понравилась, скривился, выругался и попробовал полезть за мной.

Несчастная труба заколыхалась под его весом и чуть не отвалилась, быстро вскарабкаться по зазорам в кладке и плющу на другом краю стены у него тоже не вышло. Ситуация для него патовая: пока будет влезать, я уже заберусь на крышу и скроюсь, а по-другому достать не выйдет.

От злости и досады Лестер подобрал камень и взвесил на руке, по счастью, бросать не стал, как чувствовал, что не попадет.

– Эй, я сейчас свистну городской страже, – начал он.

– Так свисти, – махнула я рукой. – Что им скажешь: увидел симпатичного парня, а сам поймать не могу?

– Скажу, что объявился в самом центре столицы подозрительный тип, который почему-то вылезает из дома через окно.

– Ай, нашел причину! Откуда хочу, оттуда и вылезаю, мы в свободном городе живем.

Возразить ему было нечего, я же скрестила руки, намекая, что хоть до утра могу тут сидеть. Попадаться страже не хотелось, но документы у меня были в порядке, кроме того, у Флинна здесь полно друзей-знакомых, за минуту вытащит.

– И почему же ты хочешь вылезать через окно, когда есть нормальная дверь, малыш Бринсент?

– Привычка, – честно ответила я. – Много месяцев обучался в воровской гильдии.

Драммонд, ее бывший глава, учил меня не только по стенам лазить и вскрывать замки, но и притворяться. Помню, как три недели все мы, будущая гильдейская краса и гордость, изображали нищих на улицах Дагры. Мне достался подслеповатый, покрытый язвами старик, по несколько часов под него гримировалась, затем долго отрабатывала речь и жесты перед зеркалом. Подавали моему Гнилому Сью неважно, зато теперь ой как пригодился приобретенный опыт.

– Решил обчистить Ирвина? Учти, обидишь его – мало не покажется, у него столько друзей…

– А чашки не подарил никто, какие они после этого друзья? Что брать-то у твоего аптекаря? Тем более лицензии у меня нет, заказа нет, разрешения от гильдии – тоже нет. Кто ж так к делам подходит?

– Действительно, – над чем-то хмыкнул Лестер, затем кивнул мне. – Слезай, пройдемся, перекинемся парой словечек, Бринсент. Хочу разобраться, придурок ты, бандит или то и другое разом.

– Ай…

Я легко спустилась и прыгнула на землю подальше от следователя, просто на всякий случай, но он даже не попытался поймать меня, пристроился рядом и спрятал руки в карманы.

– Давай, соври убедительно, зачем бывший вор приклеился к Ирвину, вдруг я тебе поверю.

– Зачем врать? Чистую правду расскажу. – Точнее, часть правды, но Лестеру этого хватит.

Он недоверчиво поглядел на меня, но не стал перебивать или спорить.

– Я вырос среди магов, но мой собственный зверь до сих пор спит. Это, знаешь ли, не очень здорово, – честно призналась я. – Приходится крутиться и вертеться, чтобы как-то выжить. Я работал там и сям, охотился, помогал сестре в лавке с сырьем из диких земель, еще немного бургомистру, затем попался на глаза Драммонду – главе воровской гильдии. Он увидел во мне потенциал и взял в ученики. Вот это была жизнь! Приключения, опасности, новые знания, перспективы… Я готовился сдать последний экзамен, как старшая сестра с мужем узнали обо всем, забрали меня из гильдии и запретили даже думать об этом. Сидеть в четырех стенах и помогать им в лавке, когда почувствовал вкус свободы, это не мое, поэтому собрал вещи и сбежал сюда, поближе к людям.

– Хм, – Лестер задумался и почесал подбородок, – а здесь сидеть в четырех стенах и помогать в аптеке – это же совсем другое?

– Ай, ну сколько просижу? Еще немного – найду себе работу получше. Здесь же сердце королевства: много людей, много денег, много возможностей! Не иметь магии – почетно, а не приравнивается к тяжелой болезни. В травах и прочем сырье из диких земель я неплохо разбираюсь, как и в торговле, поэтому и выбрал Ирвина. Мне жилье, ему – дармовой помощник. Чем не прекрасный обмен?

Следователь все еще недоверчиво хмурился, хотя не мог найти, к чему придраться. История-то отчасти правдивая, потому такая складная.

– Считаешь, что настолько хорош для столицы? Вдруг работа за еду в аптеке и останется единственной для тебя? Смиришься?

– Ну зачем заставляешь себя хвалить, это же нескромно!

Я лучезарно улыбнулась и вернула Лестеру его кошель, значок, ключи и другое содержимое карманов, которое успела вытащить, пока мы болтали. Пару монет, конечно, оставила себе на память, вдруг больше не встретимся? Следователь все перепроверил и недоверчиво сощурился, как будто сильно горевал по той мелочовке.

– Видал я и получше. – Он быстро шагнул ко мне и безошибочно влез в тот карман, в котором покоились его монеты и парочка моих собственных.

Хуже, что рядом был тот самый артефакт, который отвечал за облик малыша Бринсента. И на ощупь я совсем не Бринсент. Если Лестер это поймет, конец маскировке и моим планам сойтись с Ирвином. Рассказывать же следователю всю правду пока не хочу, да и не поймет.

Я резко дернулась назад, разрывая пальто. Содержимое карманов посыпалось по брусчатке, громко позвякивая, только артефакт остался на месте. Я сразу же закрыла его рукой и громко возмутилась:

– Жену свою так лапай, вдруг вернется!

– Не надо. Трогать. Софи! – вспылил следователь и пошел на меня. – И покажи, что там прячешь!

– Подарок от дорогого мне человека! – нашлась я.

– Девушки?

Я неопределенно пожала плечами. Если продолжить логическую цепочку до конца, то артефакт с внешностью Винсента сделала мать Рейгаля, верховная ведьма Дагры, а она точно не мужчина, и очень, очень мне дорога, как и прочим жителям нашего закрытого города. Попробуй иначе скажи – превратит в жабу или ворону. Она родного сына заперла в птичьем теле, посторонних вообще жалеть не станет.

– Главное, что я все знаю о женщинах! – Я гордо вздернула нос и продолжила давить на Лестера. – Хочешь – помирю тебя с женой, хочешь – сделаю так, что и монетки у тебя не возьмет. Все в твоих руках.

– Не зазнаешься ли, парень?

– Так тебе терять нечего, можем попробовать.

Его глаз блеснул азартом и надеждой, такой отчаянной, что стало немного завидно. Вот меня никто так не любил и не мечтал вернуть. Сколько уже дней не в Дагре – ни одной весточки от родни или скучающего парня. Хотя знаю, что матушка бы мне написала: снова бы ругала, какая у нее непутевая дочь, без работы, мужа и магического зверя. Так что спасибо, не надо.

– Ну посмотрим, насколько же ты хорош, – сдался следователь. – Давай, иди, куда там собирался. Завтра после обеда у меня встреча с Софи, заодно и проверим твои таланты.

Глава 4

Ночь прошла на удивление спокойно, хотя Ирвину казалось, что помощник хлопнул ставнями и спустился по водостоку, как будто боялся выходить через дверь. Подозрительно, но и предъявить ему нечего: Бринс свободный человек, волен бродить где хочет, а если утром не сможет работать, то его проблемы.

Помощничек снова удивил и уже до рассвета выбрался из постели, чтобы навести порядок в зале. Он шустро протер выходившие на улицу окна, переставил пузырьки с лекарствами и мазями на витрине, вроде бы не сильно, зато выглядеть стало лучше. Покрутился и там же разложил куски минералов, подсушенные овощи и травы. Стало похоже на лавку какого-нибудь шарлатана, зато прохожие чаще останавливались и глазели, возможно, кто-то решится и внутрь зайти.

Ирвин сдержанно поблагодарил Бринса за усердие и заварил им чая, к которому шустрый помощник быстро соорудил по паре бутербродов и тут же сел жевать свою порцию.

– Давай чашки купим, – задумчиво произнес он, отхлебывая из мензурки. – Не так оригинально, зато удобно и пальцы не обжигаешь.

– Нет, – отрезал Ирвин.

Дело нужное, но пока есть и другие, более важные расходы, к примеру оплатить содержание дома и налоги. Поэтому чашки подождут следующего месяца или следующего за ним, как повезет.

Подумав, Ирвин выдал помощнику плотную прихватку, чтобы удобнее было держать горячее стекло, а сам почти привычно сжимал горлышко. Много раз обожженные кислотой и горячими растворами пальцы сильно загрубели, поэтому неудобства он не чувствовал.

Бринс поблагодарил, поставил мензурку сверху прихватки и забавно держал ее на ладони, прихлебывая содержимое, как из пиалы. Так обычно делали торговцы с востока, когда собирались в чайных своего квартала. Еще рассаживались прямо на полу, покрытом расшитыми подушками, скрещивали ноги, через слово вставляли любимое Бринсом «ай» и тоже не упускали случая кого-нибудь обмануть. Помощничек и сейчас хитро прищурился и повертел мензурку, как будто уже прикидывал, где бы половчее обменять ее на чайный сервиз.

– О работе думай! – Ирвин с трудом встал и растер затекшую ногу, которая сразу же отозвалась болью. – А вся лабораторная посуда в разы дороже обычной, так что без глупостей.

– Ай, начинаешь! У меня только хорошие идеи! Ты их еще не знаешь, потому не хвалишь!

– И знать не хочу. Лучше скажи, куда ходил ночью?

– Вещи свои принес, через дверь не стал, боялся, что тебя колокольчик разбудит. Все равно шумел, да? В следующий раз как мышь прокрадусь!

Сколько б ни ворчал и ни хмурился, Ирвин так и не смог найти достойного повода выпроводить помощника из аптеки. Бринс действительно разбирался в сырье из диких земель, не путался в названиях трав, схватывал все на лету и работал за троих. Золото, а не парень. Настолько хорош, что это настораживает.

Сложных заданий Ирвин ему пока не давал, решил оставить на подхвате, не подпуская к прилавку. Пусть поможет с подготовкой ингредиентов для порошков и травяных сборов, там много ума не надо, любой справится. Зато помощник будет при деле и освободит Ирвину немного времени.

Он нашел для Бринса фартук и нарукавники, затем всучил пучок сушеного пятицветника и дал задание оборвать цветы, измельчить отдельно их, отдельно листья и стебли. Работа нудная, но не тяжелая, собственно, как и все, что приходится делать аптекарю. Шебутному Бринсу наверняка будет непросто столько сидеть на месте и монотонно перетирать сырье, сам сдастся и сбежит. Если повезет – сразу из аптеки.

Помощник несколько секунд повертел букет в руках, затем начал споро ощипывать его от цветов, которые скидывал в отдельную миску. А оставшуюся траву ловко перехватил одной рукой и порезал ножницами на крохотные куски. Можно было бы и мельче, но Ирвин не стал придираться, для новичка Бринс справлялся неплохо. После он растолок цветы в ступке, потом стебли и листья, взял лежавшие рядом стручки ниллы пестролистной и споро порубил их ножом на тонкие ломтики, сгреб в кучку и еще раз прошелся, превращая уже в соломку.

– Много времени проводил на кухне? – осторожно спросил Ирвин. Двигался помощник на зависть любому повару, еще и успевал при этом болтать о своей несчастливой судьбе.

– У нас все женщины умеют готовить, – не поднимая глаз, ответил Бринс.

– Женщины?

– Если они да, то я тем более, – самодовольно ухмыльнулся тот и вернулся к работе. – С двумя сестрами вырос и не такого нахватался.

Ирвин кивнул и попытался незаметно разглядеть Бринса. Что-то было в нем неправильное, кроме постоянных «ай» и цепкого воровского взгляда. Может быть, запах? Такой легкий, хвойный. Нет, мужчины тоже нередко пользуются духами или ароматным мылом, но все равно. У Ирвина самого лежало похожее, правда, чуть более горькое и терпкое.

Пока он раздумывал, Бринс уже стащил что-то со стола и запихнул в рот, разжевал и тут же выплюнул в раковину.

– Ай, что за гадость! А нахваливают, а нахваливают…

– Потому что ниллу кладут по крупице на флакон, а не жуют в чистом виде. Тянуть незнакомые растения в рот – вообще дурная привычка.

Бринс нахмурился и выпил полстакана воды, смывая мерзкий привкус, но Ирвин по себе знал, что это не поможет. Еще мальчишкой тоже решил попробовать ниллу, потом долго плевался, а дед отпаивал его молоком и качал головой, называя бестолковым котенком. Говорят, птица с кошкой не ладят, но если найдут общий язык – то навсегда. Ирвину долгое время казалось, что у них со Стервятником особая связь, потом все перевернулось.

Молока у него в запасах не было, зато нашелся неплохой успокаивающий сбор, который Ирв дал Бринсенту прополоскать рот. Пока тот плевался и кашлял, Ирвин проверил все заготовки и побрел к двери. Время ближе к семи, пора открыть аптеку. Снаружи уже мялись двое горожан и всматривались в витрину. Неплохое начало дня, но, чтобы покрыть все расходы, нужна толпа посетителей, а не жалкая горстка. Самое плохое – к ним подошла высокая женщина в легком доспехе и заняла очередь, несмотря на предупреждающую надпись на дверях, еще и руки на груди сложила, как знак, что не двинется с места.

– Чего застрял там? – отозвался Бринсент из-за прилавка. – Нам не заплатят, пока двери закрыты!

– Позже откроемся, надо подсчитать, сколько у нас осталось запасов.

– Считай не считай, а нового без выручки не купишь. Тебя там напугал кто?

Настырный парень уже стоял рядом и разглядывал улицу, сделав «козырек» ладонью.

– Женщину боишься? – участливо спросил он, выпрямившись до того, как его заметили снаружи. – Ай, хорошо о себе думаешь, с порога точно не бросится.

– Я не работаю с женщинами, – процедил Ирвин.

– Зато я без предрассудков, и деньги нам нужны. Давай, прячься под прилавок, сам все сделаю.

* * *

Аптекарь вперился в меня взглядом, затем сдался и ушел в подсобку, заниматься зельями, мне же протянул чистый белоснежный фартук и ключ от входной двери.

– Почти все снадобья подписаны, обычно ко мне приходят с рецептом от врача, где обозначено название сбора или микстуры и его номер, просто находишь такое же на этикетке и продаешь, цены тоже подписаны.

– Так мало, я думал, здесь только за пустой флакон, потом уже добавляешь за содержимое. – Я покопалась в ближайших ящиках, присматриваясь к ним и надписям.

Уже готовые лекарства хранились в ящиках под прилавком и в массивном темном шкафу, за которым пряталась подсобка. Там Ирвин смешивал редкие сборы или подготавливал ингредиенты, чтобы не уходить далеко. Из самого зала можно было попасть в коридор дома, но эту дверь аптекарь запирал на ключ.

В выходившей на улицу витрине стояли пустые разноцветные склянки или уже просроченные снадобья и мази, просто для привлечения внимания. Ирвин объяснил, что для большинства прямой солнечный свет губителен, а муляжи нужны для красоты и привлечения внимания. Сестра с мужем тоже так делали, поэтому я добавила немного всяких стоявших без дела вещиц, чтобы выглядело солиднее и загадочнее.

– Если эта, – с явной злостью выплюнул Ирвин, – придет без рецепта – гони. Попросит что-то от женских хворей – гони…

– Буду с ней построже, понял! – заверила я и сжала кулак. – Женщина – создание порока, не поддадимся ее колдовским чарам.

Ирвин пробормотал что-то под нос, затем спрятался за шкафом и загремел там склянками, пока я открывала дверь и впускала посетителей. Вообще-то надеялась послушать, почему он так нас не любит, но аптекарь был не из болтливых.

Первым ко мне подошел помятый мужчина в форме, которую обычно носили мелкие чиновники, и попросил средство от похмелья. Судя по лопнувшим сосудам в глазах и мелко трясущимся пальцам – в пабы он ходит куда чаще, чем в аптеку.

Ящик с нужными пузырьками стоял прямо под рукой, с подписанной ценой в восемь монет. Правда, видно это было только мне и ничего не помешало вынуть снадобье и улыбнуться:

– Двенадцать монет.

Ирвин аж закашлялся, но не выглянул и не стал спорить, а вот мужчина оказался не таким покладистым.

– Дороговато! На той неделе было восемь, а если три берешь, то и по семь!

– Ай, еще времена до последней магической войны вспомни! Мы и так в убыток работаем: цены на сырье задрали, на содержание дома тоже, про налоги вообще молчу. Соберем вечером выручку и плачем: на что еды купить? Чайный сервиз последний продали, чтобы прокормиться. Все в убыток, все в убыток, но покупатели нам как братья родные, потому отрываю от сердца за двенадцать. Или бери три по десятке, если так привык, но это последняя цена!

Он поворчал и протянул мне три банкноты взамен пузырьков. Ай, слабак! Я собиралась торговаться до двадцати восьми монет, а он так просто сдался и заплатил, никакого уважения к продавцу, в моем родном Гимзоре его бы не поняли. Зато банкноты шуршали так приятно, что я быстро смирилась с местными нравами.

Стоявший за ним покупатель также без вопросов выложил пятнадцать монет за микстуру от кашля, хотя у Ирвина на ней стояли жалкие двенадцать, а вот с женщиной начались проблемы. Рецепта от врача у нее не было, только непреодолимое желание видеть аптекаря, который сейчас нарочито громко стучал ножом по доске.

– Мне нужно перекинуться парой слов с господином Фессом, – отчеканила она и склонилась над прилавком, положив на него револьвер с магическими пулями.

С такими я уже сталкивалась, опасная штука! Оставляет раны, которые потом не так просто заживить. И стоит немало, простому горожанину точно не по карману. Я оглядела посетительницу, прикидывая, кого будет проще уломать, ее или Ирвина, затем прислушалась к нервному стуку ножа и приняла решение.

– Так скажите, зачем вам этот господин, и я смогу убедить, что справлюсь не хуже!

Она покачала головой, тряхнув коротко стриженными волосами и сжала кулаки.

– Не справишься, его рекомендовали мои парни, сказали, лучше половины столичных лекарей!

– Ваши парни? Ай, какая мудрая женщина, моя тетушка бы вас одобрила! Она говорит: один муж для заботы, один для страсти, один для души, один для глаз… На тридцать мест у нее гарем!

– Что? – Она слегка опешила и отодвинулась назад, зато перестала спрашивать про Ирвина. – Парни – в смысле подчиненные, я комиссар в сыскном отделении городской стражи. Они и рассказали о господине Фессе, мастере составлять мази и эликсиры.

– Еще микстуры, растворы, таблетки… Чего только не делает наш славный аптекарь, но сегодня занемог: простыл где-то, не выходит к людям, боится разнести заразу. Я его глаза и уши, выкладывайте, что там у вас прихватило.

– Мне нужна заживляющая мазь, – произнесла она и тут же отвела взгляд. Ой, нечисто тут, совсем нечисто.

В нужном ящике оказалось целых семь видов мазей и каждая со своим названием, а «Хрустального пламени» еще и две разновидности. Какую выбрать? На них же ни пометок, ни указаний по применению.

– А может, к доктору для начала? – с надеждой спросила я.

– Нет, поэтому мне и нужен господин Фесс!

За что мне такое наказание?

– Рана-то какая? Гноится? Может, ее шить нужно?

– Глубокий порез, не гноится, но и не заживает. К лекарю стыдно идти с такой мелочью, а мне дискомфортно.

Я подумала, после чего взяла весь ящик и подошла к Ирвину:

– Просто ткни пальцем в нужный, – произнесла одними губами. – Это командир твоего друга, не подставляй Лестера!

Тот нехотя указал, затем притянул к себе желтоватый лист бумаги и написал на нем указания, как пользоваться мазью и обрабатывать рану.

– Спасибо. – Женщина забрала все и заплатила вдвое от названной цены. Как же мне нравится этот город, тут можно вести дела! – Мы не встречались раньше? – спросила она. – Ваше лицо кажется знакомым.

Дело плохо. Комиссар могла встречать прошлого Винсента, а то и работать с ним, сейчас ударится в воспоминания и удивится, почему знакомый парень мычит в ответ.

– Внешность типичная, – бодро соврала я. – Меня постоянно с кем-то путают.

– Нет. – Она еще раз задумчиво оглядела меня. – Вспомнила, ты в соседнем отделе работал, постоянно ходил хмурый и набыченный. Еще с девушкой встречался, такой фигуристой и томной. У нее еще имя было странное: Адетт… Этель… Адель. Да, кажется, Адель.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.