Юлия Поселеннова
Разговоры о (не)серьезном

Ссора

– Ты только жрешь и спишь! Никакой от тебя пользы!

– Зато я не бухаю, как остальные!

– И что, лучше бы бухал, зато хотя бы знал, где тряпка для пыли, а где швабра стоит!

– Я знаю, но ты сама мне не даешь ничего делать, не доверяешь!

– Ой, все! Да пошел ты!

Я развернулась и ушла в зал, захлопнув за собой дверь так, что если бы над ней что-то висело, обязательно бы упало. Но там ничего не было, поэтому только раздался грюк прямо перед носом мужа.

Я села в кресло, но сидеть не могла, нервы не давали успокоиться. Есть у меня дурная, а может и не очень, привычка, что если я нервничаю, то начинаю судорожно убираться в квартире, даже если не нужно. Перемываю посуду, чищу стиралку, мою полы, протираю зеркала. Осмотревшись в поисках того, что нуждается в уборке, я посмотрела на книжные полки. Я почему-то решила, что там очень много пыли, хотя недавно ее вытирала. Взяла тряпку и стала дерганно тереть полироль, да так, что зацепила книгу и она упала.

Первый том «Унесенных ветром», книга раскрылась на странице признания Скарлетт Эшли в любви. Наверно, потому, что там лежал засушенный цветок.

«Что это за глупость, только засоряет бумагу» – подумала я и взяла розу, чтобы выбросить. Но не смогла. Я вспомнила, как в детстве, сидя на кровати с поджатыми ногами, я слушала историю дедушки о том, как они познакомились с бабушкой и откуда эта роза.

Был год 48-49, страна восстанавливалась после войны. Красивый молодой военный увидел в толпе студенток нимфу. Она будто плыла среди своих приземленных подруг, и жгуче-черная коса развевалась за спиной. Она смеялась, как будто журчал ручеек, обнажая жемчужные зубы, размахивая книжкой в одной руке. Военный сорвал на клумбе розу, самую красную, самую большую и, подойдя к девушке, сказал:

– Я не видел в жизни ничего более красивого и удивительного, чем вы! – и отдал цветок.

Бабушка сначала фыркнула и сказала, что не знакомится на улице, но номер телефона общежития оставила и розу положила в ту самую книгу, которой размахивала.

Они прожили вместе более пятидесяти лет, и почти никогда не ругались.

Я вспомнила, как муж, когда знакомился со мной, сказал почти то же самое. Как мы гуляли в парке, первый раз взявшись за руки, а вот первый поцелуй, предложение, свадьба. Я сидела и ревела от того, какая же я счастливая.

Я аккуратно убрала розу в книгу, а книгу обратно и вышла к мужу. Он сидел насупившись на диване в спальне.

– Пойдем мясо жарить! – улыбнувшись, сказала я.

– С картошечкой?

– Конечно.

И мы пошли на кухню.

Алиса в стране комплексов

Когда Алиса родилась, у нее все было «зашибись» – мама рядом, попа сухая, молоко вкусное, все умиляются, что она такая толстенькая и неуклюжая.

Но когда в год Алиса не начала ходить, мама запричитала, что она не такая, как все, что с ней что-то не так, ведь все ее ровесники уже на ногах, а она знай ползает и угукает. Девочка то пошла через месяц, и все у нее развивалось и было не хуже других, только вот родственникам всегда казалось, что она опаздывает : не читает в три года, не знает таблицу умножения в пять, не хочет надевать бант больше своей головы на линейку в первом классе, в общем, не такая, отстающая. Вот и закрепилось у Алисы: хочу быть не хуже других.

Так она начала ходить без шапки вместе с подругами в пятом классе и часто болела, в 14 попробовал курить и пить, а когда пришла домой пьяная, поняла, что нужно пить, но скрывать это от родных. Если не пить – не примут в компанию, если пить – мама ругается и ставит в пример Светку, которая уже поступила в Москву в Бауманку. В общем, сплошные проблемы.

Алиса выросла и пошла в институт, потом на работу. И тут началось: хватит карьеру строить, пора выходить замуж и детей рожать. А девушке вовсе не хотелось быть опять хуже всех, значит, надо искать мужа.

Надо сказать, Алиса не была некрасивой, но какой-то серой – да. Ведь, если хочешь быть не хуже других, надо не выделяться среди этих других, а серый цвет этому очень способствует.

И она начала пачками регистрироваться на сайтах знакомств. И даже ходила на свидания.

Красивый мужчина с внешностью модели Кельвин Кляйн приехал на дорогой иномарке, заказал шикарный ужин в ресторане, поцеловал ручку Алисе и приглашал на Мальдивы, но ушел в туалет после ужина и не вернулся. Алисе пришлось заплатить последние деньги за устриц в меду и стейк из лосося, который даже не она ела.

Второй парень без обиняков пригласил домой, где, видимо, пронеслось все татаро-монгольское иго, захватив с собой армию Наполеона Бонапарта. Такого беспорядка девушка еще не видела, но ей подумалось: отмою, отчищу, лишь бы предложение сделал. Но мужчина сделал предложение делать детей не отходя от кассы и начал лапать потными ладонями. Алисе подумалось, что она что-то не так делает, но она все же сбежала.

Третий оказался женат, четвертый просил крупную сумму в долг для лечения не то дедушки, не то бабушки, так как путался в показаниях, пятый был помешан на спорте и химии для этого самого спорта, ну а шестой просто напился в кафе и полез драться к мужчине за соседним столиком. Алисе всю ночь провела в отделении полиции, куда ее забрали в качестве свидетеля.

Ей уже начало думаться, что что-то она делает не так, но мать и подруги говорили, что она упускает хороших мужиков. «Сохраняй телефоны и напоминай о себе, они же почти согласились на тебе жениться» – говорила мама, «А сразу несколько сделают предложение, так выберешь получше, из того, на что ты способна, горе мое».

В тот день очень похолодало, но все коллеги собрались на шашлыки. Алиса хотела одеться потеплее, но над ней начали смеяться, и она натянула легкий свитерок. И на следующий день оказалась в больнице с пневмонией.

Она лежала и думала, какая она неудачная вышла. Вот в детстве все было хорошо: попа сухая, молоко вкусное и ни фига тебе больше не надо. А вот теперь лежи тут и дыши с трудом. Посмотрела в окно: деревья зеленеют, травка, птички щебечут и такой этот мир красивый, а она все гонится за кем-то, все старается быть не хуже других. А другие – они разве все идеальные? Вот птичка несет в гнездо палочку. Что бы было, если бы она думала – палочка кривая, а не такая как у соседней птички, гнездо больше вправо сваливается, а не как у … и так далее, да не сделали бы они вообще ничего и повымерли.

Надо сказать, какое-то время у Алисы все было плохо – подруги перестали общаться, мама обиделась, родственники настойчиво твердили про тикающие часики, но девушка пережила.

Дочке Алисы Марине уже год, но ни она, ни любимый муж и не думают ее ругать, что она еще не ходит. А Марина наслаждается тем, что попа сухая, мама рядом, а молоко вкусное.

Либидо

Было мне нежных лет 17, хотелось любви, вздохов на лавочке, милых полевых цветов и надписей под подъездом «Люблю тебя», ну или хотя бы просто сердечко, нарисованное мелом. Но как-то все это не наступало и не наступало. Претендентов не то, чтобы не было, но они дальше мокрой бумажки, запущенной в голову с плевка, как-то не заходили, хотя, я уверена, что у моих ровесников уже во всю бурлила взрослая жизнь.

И вот однажды, одним прекрасным весенним днем, мой одноклассник Андрей позвал меня на свидание. Не, ну как позвал, записку написал, и передал через мою подругу. Та, хихикая, и пуская сальные шуточки, заставила меня плясать во дворе школы, чтобы отдать записку, а поскольку танцевать я не умела, то подергалась в конвульсиях удара током и благополучно прочитала, где и когда меня будет ждать мой Ромео.

Это было, ребята, более 15 лет назад, не задавайте вопросы о ВК, смс и других прелестях буржуазии.

Ну так вот, в назначенные время и место я уже ждала своего воздыхателя. Надо сказать, это был примерный отличник, никогда не замеченный в чем-то непристойном. И тут он приходит слегка поддатым.

– Где это ты так нарядился? У папки бар ограбил? – спрашиваю.

Он засмущался и икнул.

Без обиняков, кавалер пригласил меня домой. Так как, зная Андрюху, ничего криминального нельзя было предположить, да и я не настолько избалована была вниманием, чтобы не согласится.

Он трясущимися то ли от волнения, то ли от выпитого руками, налил мне кофе, принес печенье курабье, которое я ненавидела всей душой, но сделала вид, что очень его люблю, в надежде, что дальше он принесет что-то повкуснее, все-таки его мама работала в частной столовой.

Когда кофе был выпит, печенье почти, но с надрывом, съедено, почти молча, перемежая хруст и прихлёбывание двумя-тремя детскими анекдотами, Андрей предложил:

– А давай фильм посмотрим? – я кивнула. – Я включу, и схожу за вином.

– О, у тебя есть вино?

– И не зашкварное, а грузинское, батя привез.

Он запустил видео и сам быстро смылся в другую комнату.

Когда он вернулся, я лежала на полу и хохотала, как припадочная. Он решил, что мне плохо, и кинулся ко мне, а я только причитала:

– Ну и шланг, он им не бьется, случайно.

Объяснялось все просто. Горе-романтик решил включить порнуху, надеясь, что, как и мальчики, я захочу секса, и упаду в его объятья. А я, увидев громадный детородный орган актера, сначала испугалась, а потом, после того, как он начал трясти им перед героиней, просто свалилась от смеха. Мой неискушенный опытом мозг напрочь отказал возбудиться.

Закончился вечер бокалом настоящего грузинского вина и обсуждением этого ролика с подсказками, как лучше им это делать и громкий смех.

Кстати, мы действительно начали встречаться, и даже почти серьезно, но это уже совсем другая история.

ПЫ.СЫ. Мальчики, девочки воспринимают порно иначе, особенно в столь юном возрасте. Лучше уж грузинское вино, в разумных пределах, разумеется.

Бытие с мужчиной

Вот знаете, девочки, что я могу сказать, прожив восемь лет с мужчиной бок о бок? Да нифига не могу сказать, кроме того, что это существа еще менее понятные, чем женщины.

Вот, к примеру, до свадьбы он говорил: «Ой, пельмешки, сегодня будет королевский ужин», несмотря на то, что они были из соседнего магазина, а не слепленные вручную, со всей любовью и всем прочим. После первого же года диалог примерно такой:

– Дорогая, что у нас на ужин?

– А что ты хочешь?

– Ну я не знаю, я бы съел чего-то вкусного.

И ты, как электровеник, носишься по магазинам, ищешь самое свежее мясо, перекручиваешь его в фарш, варишь макароны аль-денте, делаешь два вида соусов, готовишь на хорошую роту солдат спагетти Больньезе, зовешь любимого:

– Ну, блин, макароны, а я хотел картошечки, уум, говяжий фарш, а я хотел свиного, а томаты я не ем во второй половине фазы луны. Ну ладно, так уж и быть, не буду тебя обижать.

И уплетает, собака, всю порцию с добавкой, буркает «спасибо» и идет по своим делам, в танчики играть. И ты сидишь, и думаешь: Че я замуж-то ломанулась, ела бы сейчас, как Тося, полбатона с вареньем. Сидишь, жуешь свои мысли, обмусоливаешь, какая ты несчастная, а он подходит сзади и кладет маленького такого медвежонка Тедди перед тобой и невзначай так говорит:

– Вот, купил, ты же любишь игрушки.

И сердце оттаивает.

А еще бывает, идешь ты такая с работы и тут в витрине любовь всей твоей жизни: кружевное белье, алое, как закат в Тбилиси. И ты меряешь его, и понимаешь, что сегодня будет жарко!

Ты приходишь, надеваешь белье, предварительно сняв ценники и бирки, укладываешься на кровать и ждешь любимого с работы.

Лежишь, как дура, полчаса или минут сорок, а он задерживается. И, наконец, вваливается домой, бросает на тебя взгляд, и…

– Прикольное бельишко. Не всю зарплату спустила, надеюсь. – И продолжает снимать ботинки, отвернувшись.

– И ты меня не хочешь? – обижаюсь я.

– Я отдохнуть хочу, – муж справляется с ботинками и поворачивается ко мне. – Сегодня Сергеич так нас нагрузил, что я весь рабочий день без обеда впахивал. Даже пописать некогда было. О, кстати, пописать, – и он исчезает в туалете.

Пока он там то ли читает, то ли просто заснул, ты снимаешь белье, надеваешь обычную одежду, и начинаешь накручивать себя, что ты некрасивая, у тебя одна грудь больше другой, ребра торчат, кому такая понравится.

Молча ужинаешь, пока этот изверг уплетает твою готовку, и демонстративно садишься смотреть видосики.

А когда ложитесь спать, он обнимает тебя и говорит:

– Ты самая красивая и без крутого белья. Просто я устал, у тебя же тоже иногда голова болит.

И ты понимаешь – сама дура.

Или приглашает он тебя отметить годовщину в ресторан. Ты вся такая манящая, в шелковом платье, струящемся по бедрам, в ушах сверкают сережки, а на губах новенькая терракотовая помада.

Ты уже представляешь, как в дешевых женских романах, как «его горячие губы скользят по нежной шее, спускаясь к жарким персям, а руки охватывают спину пониже копчика».

А он заказывает тебе твои любимые блюда, дарит подарок, но как будто не здесь, отвечает невпопад и почти не ест и не пьет.

Вы приезжаете домой, и ты уже передумала все: от любовницы до импотенции.

– Что я сделала не так? – наконец спрашиваешь ты.

– Да ничего. Просто у меня мотор не заводится, и я не могу понять, почему. Блин, вот понимаешь, все уже передумал.

И начинает рассказывать тонкости устройства автомобиля, и ты думаешь: «вот какого я его спросила, лучше бы думала, что дура».

А вообще, жизнь с мужчиной прекрасна и удивительна: носки под диваном находишь, которые давно потеряли пару, яичница на крышке сковороды, а кухня, как будто только что прошло ледовое побоище, съеденная им вкусняшка, которую ты оставляла на утро, охота за котом с водяным пистолетом. Но и забота, когда ты устала или болеешь, принесенная из магазина печенька или шоколадка, когда ты совсем не просила, милые приятности, и, конечно же, постоянный секс.

В общем, девочки, заводите мужика, одна голова хорошо, а две – почти Змей Горыныч.

Встреча

– Ковалева! Ленка Ковалева!

Девушки обернулись, и одна сморщила лобик, пытаясь понять, кто ее окликает. Мужчина подошел поближе. Он был слегка небрит, но все равно Лена узнала бывшего одноклассника Андрея.

– Привет!

– Как ты, сто лет не виделись? – улыбнулся он.

– Прекрасно!

– Рад за тебя!

– Я замуж пять лет назад вышла. У меня двое детей. Девочка и…ждем девочку, наверно…

– А разве тебе тогда можно кофе? – показал собеседник на стаканчик в руках девушки.

– Мо…один раз в день врач разрешила.

– Чем вообще занимаешься? Я тебя по всем соцсетям искал, ты под ником каким, наверно.

– У меня в соцсетях слишком много работы, я никому не даю свои контакты. А занимаюсь торговлей, у меня свой магазин косметики. А ты?

– А я, наконец, решился свой бизнес открыть – десять лет копил. Открыл две автомастерские в разных частях города. Пока не могу сказать, получится удержаться на плаву или нет – предусмотреть то я все предусмотрел, но, как говорится: «гладко было на бумаге, да забыли про овраги». Так что буду учиться на своих ошибках, раз на чужих не получилось… Рад, что у тебя все хорошо. А чем твой муж занимается?

– Он финансист, банкир.

– О, круто, значит должен быть успешным человеком.

– Да, не жалуюсь. А ты как в личном плане.

Мужчина на некоторое время замолчал.

– Я развелся год назад. Не, не смотри так, мы оба были виноваты, и я в не меньшей степени. Знаешь, бывает, два человека просто слишком по-разному смотрят на будущее. Ладно, мне пора идти, рад был тебя видеть. Может, ты все-таки какие-то контакты свои оставишь?

– Нет, извини, муж против будет.

– Ну ладно, но если захочешь пообщаться – вот моя визитка. Скоро встреча выпускников, ты там, кажется, еще ни разу не была за 10 лет.

– Хорошо, спасибо, удачи!

– А он симпатичный! – заметила Ленкина подруга, когда он отошел на приличное расстояние. – Только вот зачем ты ему лапши на уши навесила? Нет у тебя никого, и ты, тем более, не беременна. Он вон, разведенный.

– Да не знаю, Маш, как-то само вышло, – вздохнула Ленка. – Ладно, теперь уже ничего не попишешь.

– Ну, здрасьте! Напиши ему, мол соврала я тебе, давай поболтаем.

– И после таких слов, ты думаешь, он захочет общаться?

– Ты видела, как он на тебя смотрел? Может, он всю жизнь тебя ждал, может он – твоя судьба.

Ленка задумчиво отхлебнула кофе.

Вечером, снимая недовольного кота с ноутбука, Золотистое Солнце написало Андрею Мальцеву:

«Привет! Это Лена Ковалева. Я все соврала, я не замужем и детей нет. И я не хозяйка магазина, а только в нем работаю администратором. Прости! Может, начнем разговор заново?» – и занесла палец над кнопкой отправить.

В это время Андрей пришел домой.

– Дорогая, я сегодня одноклассницу встретил, зубрилку нашу. Представляешь, она замужем и с детьми. Я уж думал, на нее никто не позарится, она же такая замухрышка… – он небрежно кинул куртку на кресло, и, не помыв руки, направился на кухню. – Разогрей ужин, есть хочу страшно.

– У нас сегодня мясо по-французски, ты его любишь, – улыбнулась девушка. – О, смотри, там тебе какое-то сообщение пришло. Читай и садись за стол.

– Филя, блин! Ну что ты все время под руку лезешь! – Лена легонько пихнула кота, он обиженно мявкнул и ударил лапой по кнопкам ноута. Сообщение исчезло, так и не отправившись адресату.

– Может, оно и к лучшему, – вздохнула девушка, – не были мы друзьями в школе, нечего и начинать. Правда, котик?

Рыжий мордатик замурчал, улегшись на руках хозяйки.

Ёжик

У всех в детстве была любимая игрушка, правда же? У меня была – это волосатый еж. Волосатый – это не прозвище, просто у него вместо иголок торчали искусственные волосы. Резиновая мордочка, дырочка в правом боку, как в песне, и кучерявые густые каштановые волосы по всей спине.

Ох, сколько я наглоталась этих волос. Я любила спать с ним в обнимку, репетируя семейную жизнь. Мне было лет пять, поэтому я вполне себе не отдавала себе отчет, что игол…волосы ежа – это нифига не вкусно. После очередного обнимания горшка, ежа у меня отняли и спрятали на шкаф. Сначала я искала его глазами, а затем соорудила себе стремянку из табуретки, детского стульчика и трех подушек, которая в принципе была нежизнеспособна, и, конечно, я с этой конструкции прекрасно полетала вниз носом. После чего меня поставили в угол и, пока я там считала розочки на обоях, перепрятали ежа так, что я не смогла его найти неделю.

Через неделю я нашла его в мамином чемодане, где, помимо моего любимца, лежали различные крема и пшикалки. Прекрасно. Кроме блевания волосами начался еще и дерматит. После чего ежа благополучно выкинули, а я устроила еще на неделю истерики, когда мне пытались впихнуть нового любимца. Грубо говоря, изменять своей первой любви я не собиралась и жестко отшивала новых претендентов, отрывая им руки и ноги, а, если это было нечто резиновое, протыкая ножницами. Да, я была той еще садисткой.

История эта забылась, я не особо благополучно, но все-таки пережила детство, юношество и вышла замуж. И все бы хорошо, если бы однажды мы с мужем не пошли в гости к его сестре и не обнаружили у племянника такого же ежа, доставшегося ему от бабушки.

Не, ну я же взрослая, конечно, отбирать игрушку я не стала (хотя хотелось). Но вечер был безнадежно испорчен.

Муж долго не понимал, что же произошло. Пытался накормить меня мороженым, сводить покататься на великах, купить кофе в конце концов, но, когда я ему рассказала причину плохого настроения – искренне поржал.

Прям как в детстве, я не разговаривала с ним неделю. Я уже начала подозревать, что он нашел себе другую, потому что постоянно торчал в телефоне и кому-то постоянно писал сообщения.

Придя с работы, я вновь застукала его сидящим с телефоном в руке и прямо спросила, красивая ли она и какой у нее размер груди. Он показал на сверток на столе, который я не заметила. Там был еж, нет, не так, ЁЖ, тот самый, из детства.

Ночью я впервые изменила мужу, заснув в обнимку с игрушкой, а наутро блевала каштановыми волосами.

Ни фига не повзрослела, подумала я.

Как он ест

В бытность мою шестилетним ребенком меня повезли показывать прабабке, которая уже не ходила и ей было под сотку лет. Это не сделали раньше, так как она жила в глухой деревне и только когда наконец-то я перестала болеть от любого чиха в мою сторону и нашелся транспорт, меня предъявили, как паспорт, что вот-де, род продолжается, хоть и девка.

Прабабка подняла на меня мутные старческие глаза, повернула грузную голову в мою сторону и сказала:

– Запомни, деточка, тебе главное замуж выйти. Но помни – если тебе вдруг стало противно смотреть, как твой мужик есть – беги от него, любовь закончилась.

Она хотела еще что-то сказать, но задергалась, как припадочная, меня увели, а через день она умерла, почти дожив до 99 лет.

Ну конечно, я не запомнила этот спич, мне было слишком мало, и вообще я не понимала, на фига это все было.

Прошло энное количество лет, закончились страшные девяностые, в стране стало поспокойней, и я засобиралась замуж за однокурсника.

Надо сказать, он был лучшим на курсе по всем предметам, не красавчик в классическом понимании, но хорош собой, спортивен и вообще недурен. Была только одна слабость – девушки. В его окружении было множество подруг. Я тешила себя тем, что выбрал-то он меня.

В первый год замужества все было как в сказке с цветными картинками – по выходным цветы и кафе, выезд в парк развлечений или еще какая прогулка. После работы мы садились ужинать и не могли наговориться.

Но на второй он начал пропадать на работе, ему звонили девушки, пока он был в душе, и однажды пришла смс: «Увидимся сегодня? Твоя-то тебя совсем сексом не балует».

Я устроила разборки, кричала, плакала, и наконец не выдержала, и швырнула его телефон о стену. Он разлетелся фонтаном пластмассы и микросхем. И тут я увидела истинное лицо своего избранника – перекошенная от злобы физиономия дикого зверя. Он схватил меня за плечи и сильно толкнул. Я упала на диван и опешила. Муж испугался, начал просить прощения и я, кажется, его простила, мы помирились.

Он вставал раньше и поэтому мы встречались на кухне только за ужином. Я приготовила котлеты и пюре, порезала салат и ждала его.

Когда мы сели за стол и начали разговаривать и есть, я поймала себя на мысли, как я раньше не замечала, как некрасиво он ест. Вот прям рот перекошен, чавкает, утирается рукой, бе…Я не доела и вышла из-за стола, так как не было сил это видеть.

Когда я легла спать, муж уже заснул. Я лежала и думала, как мне теперь с ним ужинать. И тут всплыла фраза прабабки, та самая, которую она сказала мне туеву хучу лет назад. А затем поплыли все картины его поведения, которые я раньше не замечала – вспышки гнева на пустом месте, что он не то, чтобы делал что-то по дому, посуду за собой убрать в мойку не мог, что он постоянно болтает с девушками, закрывшись на кухне, что его носки разбросаны по всему дому, и так далее.

На следующий день я подала на развод. Он даже не сопротивлялся, видимо, желающих его снова захомутать, хватало.

Если вам кажется, что вас не устраивает какая-то мелочь – приглядитесь, возможно, эта мелочь прячет огромную кучу навоза, которая есть в вашем партнере.

Бабка Ежка

Один мужчина женился на красавице. И такая ладная она была да хозяйственная, что не жениться он просто не мог – дураком бы был.

Прошел год, два, три, пошли дети, а жена, вместо того, чтобы хорошеть, только дурнела. Сначала вместо роскошной гривы волос появилась колдешка нечесаная. Потом личико милое да смазливое прыщами покрылось да жирным блеском, а фигура закуталась в необъятный неопрятный халат, будто из печи нечищеной вынутый, и сама заплыла, как свеча сгоревшая.

Смотрит на это все мужик и думает – уж не злой ли я колдун? Женился на красавице, а она возьми, да в бабку ежку обратись.

Пытался расколдавать ее заморскими подарками и сувенирами, поцелуями жаркими и да украшениями дорогими. Только все подарки шли в сундучок, а ежка только страшней становилась и твердила:

– Отстань, не видишь, я занята? – и идет ребенка качать да соцсети не наши смотреть.

Совсем мужик заскучал и осунулся. Вроде дом – полная чаша. Все есть – и дети, и роскошь, и семья, вот только жена – бабка ежка, того гляди, пойдет ночью крапиву собирать да в лягушку обратит.

И стал мужик из дома пропадать – то в гараж, то к сослуживцам отведать крепких напитков, то запрется в каком помещении и давай на девок в телефоне смотреть красивых.

Жена забеспокоилась – мужа все дома не бывает, целовать перестал, с детьми играет – на нее не смотрит, подарков больше не дарит, никуда не приглашает, как бы любовницу не завел. И решила пойти к ведьме-гадалке, что на другом конце поселка жила да и за рубь деревянный всю правду рассказывала.

Пришла и говорит:

– Муж совсем от рук отбился – подарков не дарит, на меня не смотрит, из дома пропадает, бабкой ежкой называет.

– Девица, посмотри в мое зеркало, – говорит ведьма-гадалка. – Кого ты там видишь?

Посмотрела жена в зеркало да и ужаснулась.

– Видишь? Не иначе сглазили тебя, только кто – сейчас не скажу – сама поймешь, как сглаз снимешь.

– А как его снять?

– Начни белы рученьки кремами мазать да личико белое. Волосы расчеши да помой, одежу новую надень или хотя бы не застиранную, спортом займись да питание наладь – вот и весь секрет снятия сглаза. Сама не заметишь – как муж на руках носить начнет.

– Спасибо!

– С тебя пять тыщ.

Огорчилась, что все деньги накопленные отдала, но зато окрыленная домой прибежала и давай сглаз снимать. Дети – сын с дочкой, вокруг бегают и на маму большими глазами смотрят и помогают, чем могут.

Мужик сначала ничего не замечал, а потом однажды возвращается домой из командировки дальней и видит: жена его снова красавица да умница. Стоит в платье коротеньком, что стройные ножки не скрывает, прическа как у барышень на сайтах заграничных, личико чистое, умытое да пригожее. И дети за столом сидят, кашу едят да на маму красивую смотрят, не нарадуются.

Мужик так и обомлел. И говорит:

– Кто же мою бабку ежку расколдовать сумел?

А она и отвечает:

– Жаба расколдовала, та, что пять тыщ за болтовню пожалела. Нельзя было после таких трат не расколдоваться.

Кошачья психосоматика

Все, у кого когда-либо были эти пушистые засранцы, знают, какие они своевольные и у них в головах то, что человеческому разуму понять вообще не дано.

Кот Энштейн был очень умный и очень гадливый. Если что-то было не по его желанию, он мог сказать свое твердое «Фи!» в виде царапин, укусов и «неожиданности» в самом неподходящем месте и времени. Причем «неожиданность» была его любимым наказанием нас, как нерадивых «рабов» его лохматого величества.

И вот именно так он решил проучить не пойми за что мои тапки. Тешка повадился делать лужу рядом с ними, где бы они ни стояли. Возле кровати – супер, под кроватью – вообще восхитительно, спрятала на шкаф – не вопрос!: везде, где бы ни стояли злополучные тапки, появлялась аккуратно расползшаяся, желтенькая лужица с характерным амбре.

– Может, нам его кастрировать? – заявил муж, когда ему это уже порядком надоело.

– Может, просто выкинуть тапки? – заступилась за мурчаку я.

Я выкинула тапки, купила другие, но история продолжилась. Самое интересное, что кот был мастером – он писал всегда именно рядом с тапками, а не в них. Как он рассчитывал траекторию полета мочи своим кошачьим мозгом – не понятно, но какой-то встроенный калькулятор у него точно был.

Как все коты, Тешка боялся пылесоса. Я решила пойти на крайние меры, и поставила адскую машину рядом с тапками, когда легла спать.

Ночью меня разбудил душераздирающий вопль: кот с выпученными глазами и видом не меньше, чем Геракла, сражавшегося с Немейским Львом, царапал врага в лице пылесоса, но лужица была уже сделана. Я отогнала кота от агрегата и обреченно поплелась затирать «неожиданность».

Я решила его подкараулить, не спала и слышала, как он тихонько ступает к моей кровати. «Попался!» – прошептала я и кот, сообразив, что его застукали, тут же сделал вид, что он идет в туалет. Я проводила его до лотка, убедилась, что он сделал свои дела и пошла спать. Утром рядом с тапками красовалась лужа. Этот рыжий шпион меня обхитрил, даже не поведя бровью. Интересно, у котов есть брови?

В следующий раз я решила повесить рядом с местом стояния тапок воздушные шарики, коих Тешка боялся наверно только немногим меньше пылесоса, но, вдруг подействует.

Еще одна бессонная ночь была мне обеспечена. Кот, с диким мяу, отважно боролся с шариками, разбрызгивая свою «неожиданность» не только на тапки, но и на угол кровати и даже подушку. Лужица, надо сказать, была уже тут как тут.

–Теша, эпическая ты сила, сколько можно?!!! – не выдержала я и сбросила кота с кровати. Он зашипел и начал драть тапки когтями, как будто это был его самый злейший и ужасный враг.

Муж поднял голову от подушки и четким, но сонным голосом сказал: «Кастрирую на фиг», и снова заснул, предоставив мне самой разбираться с последствиями психов моего кота.

Тапки в клочья, кот орет, муж храпит, а я сижу с мокрой тряпкой в руках на полу и не понимаю, что за маразм происходит в этом доме?

– Тешка, спрашиваю тебя, как человек кота, что тебе, мать твою, сделали мои тапки?

Кот успокоился, перестал вызывать Сатану и присоседился ко мне под бок. Тут у меня случился инсайт – я вспомнила, как он так же ложился ко мне под бочок, когда я писала отчет по работе, а я его как раз таки тапками и согнала со стула. Надо же, он даже не тапки портил, а просто рядом «неожиданничал». Все-таки кошачья душа – потемки, кажется, он меня все-таки любит.

Я погладила засыпающего кота, все еще сидя на полу.

– Прости, Тешка, не буду тебя больше бить тапками.

Надо сказать, безобразия прекратились. Но и умный кот по-прежнему продолжает мешать мне работать на дому. Недавно я отогнала его метелочкой для пыли. Жду, когда возле нее начнут появляться лужи…

Лифчик

Надо сказать, что я совершенно не ревнивая. Точнее, внутри-то я тот еще Отелло в юбке, но никогда это мужу не показываю, не названиваю по 100500 раз, если он куда-то уехал, а тихонечко дома схожу с ума, протирая все пыльные и не пыльные поверхности и перемывая по десятому кругу посуду, что она (посуда) начинает офигевать, а за что же такое счастье: то стоим до вечера немытые, нечесаные, а то прям сауну с бассейном нам устроила.

Но не о том речь. У мужа только три куртки: летняя, зимняя и демисезон. Сколько я ни капала на мозг, что давай я тебе пальто куплю, а вот эта курточка отлично к твоим брюкам подойдет, он только презрительно хмыкал и убеждал, что пока его куртки на нем не развалятся, он новые не купит. Но я опять не том.

Приходит муж с работы, не задержался, ничем не пахнет, и просит дырочку в куртке зашить, в подкладке. Зима близко, скоро куртку убрать надо, и забуду, говорит, так с дыркой и носить буду. Беру куртку, иголку с ниткой в тон, и смотрю, карман как-то подозрительно топорщится. Лезу и достаю лифчик, нормальный такой, женский лифон, почти новый, только смятый в три погибели и почему-то как будто влажный, терракотового такого цвета.

– Это что? – спрашиваю, а он глазами лупает, как будто первый раз видит.

– Я тебя спрашиваю, что это?! – уже агрессивней наступаю.

– А это разве не твой?

– Я свои лифчики никому по карманам не распихиваю.

– А, значит, есть кому? – лучшая защита – нападение, видимо решил муж.

– Ты меня не сбивай, с кем ты был. Сиськи небольшие, значит кто-то худой.

– Да блин, размер точно, как у тебя.

– Это не мой, у меня таких не было, и, значит, сиськи у меня маленькие? – уже начинаю закипать я. – Где ты был!??

– На работе, где еще. Маш, я понятия не имею, чей это лифчик. Может, кто-то из твоих подруг решил пошутить.

– У меня нормальные подруги. УУУУ, сволочь, если ты сейчас же не скажешь, чей лифон, я все твои вещи выкину с балкона.

– Я не знаю, выкидывай. – И он гордо, ни в чем не повинной походкой, отправился на кухню есть мой борщ.

Дико сверкая глазами, я начала собирать его вещи. Ну надо же – 10 лет душа в душу, и тут такое. Еще и не сознается, гад. Кастрировав, колесовав, распяв и немного поколов булавками безжизненное тело в воображении, я скидывала с полок его рубашки и футболки, пока не задела свою полку с нижним бельем. И из кучки труселей на меня смотрели и подмигивали терракотовые трусы с таким же кружевом, как на лифчике.

Сказать, что я удивилась, это ничего не сказать. И тут у меня поплыли картины перед глазами. Я купила лифчик, который оказался мне неудобен, хотя в магазине комплект сидел отлично. Я, ничего об этом (что неудобен) не подозревая, надела его на прогулку, после которой мы собирались в бассейн. Я настолько разозлилась на впивающиеся косточки, что попросила мужа выкинуть эту деталь гардероба, а сама пошла в купальнике, пусть мокрый, зато не давит. А он, видимо, забыл в кармане, поскольку это было весной, а сейчас осень, этот эпизод, очевидно, вылетел у меня из головы. Как вылетел, это вопрос, конечно, но что я, не девочка, что ли, значит, и память у меня девичья.

Извинившись перед мужем, который ни в чем не бывало доедал свой борщ, я пошла и выкинула и лифчик и трусы.

– Не забудь все вещи на место положить! – крикнул вдогонку муж.

Куртку-то я зашила, но под видом проверить дырки в подкладке, стала проверять карманы летней и зимней куртки и в одной из них рука нащупала что-то, похожее на помаду. Мегера внутри меня стала поднимать голову, я, как рысь добычу, чуть не рыча, почти порвала карман, доставая заветную улику, но оказалось, что это просто ручка от отвертки.

Вот так и живем!

Мальчики

Стайка мальчишек лет шести-семи носилась по двору, чуть не сбив молочницу тетю Глашу, несшую в своих мощный и натруженных руках (почти цитата) десятилитровый бидон свежего молока.

– Чу вас, ироды! – смеясь, больше для проформы, воскликнула она, смотря на носящихся под ногами детей.

– Петька, айда за мороженым! – крикнул один из ребят. – Сегодня шоколадное есть.

Самый высокий, задиристый и вихрастый мальчишка вдруг остановился и серьезно, насколько можно ребенку, заметил:

– Мы еще корабль не достроили. Как достроим, тогда можно и за мороженым.

Никто не посмел ему перечить.

***

Студенты честно учили, кто как мог. Кто-то с пивом на лавочке, кто-то с гитарой-семистрункой и цигаркой в зубах, а кто-то и в своей комнате с учебниками. Только волновались все почти одинаково.

– Эй, Петька, смотри, там девчонки шепчутся, пойдем, подслушаем?

– Ты что! Это же их секреты!

– Ну и как хочешь, а я пойду.

Кудрявая блондинка, видимо, только недавно сделавшая модную химию, наставляла подружку:

– Никогда, слышишь, никогда не целуйся первой. Если он поймет, что ты тоже хочешь его поцеловать – все, он потеряет к тебе весь интерес.

Смуглая, немного носатая подружка хлопала глазами и смотрела в рот химической блондинке. Та могла бы рассказать еще множество секретов, но тут вышел преподаватель и пригласил всех на экзамен.

***

– Петр Алексеевич, можно я уйду пораньше сегодня, у меня жена приболела, да и сын немного сопливит. Мама уже совсем старенькая, не может с ними посидеть, у нее подагра, ноги болят.

– Да что, Лешка, так официально. Ну иди, конечно, о чем вопрос.

– Спасибо!

Начальник цеха затянулся крепким Беломором, и посмотрел на карточку с изображением красивой тридцатилетней шатенки и двух вихрастых мальчишек, примерно семи и двенадцати лет.

***

– А я вот пить бросаю!

– Да надолго ли!

– Знаете, мне мой Константин заявляет, что пить и курить в моем возрасту крайне вредно, а еще пить кофе и крепкий чай. И картошечку с сальцем на ночь не есть, а то вишь, какой момон к полтиннику-то вылез, а ведь всегда был худющим. Не навещает только меня совсем, у него с Алкой все серьезно, наконец-то. Авось, и внуков дождусь, не помру.

***

Я шла из универа и остановилась попить на скамеечке кофе. Неприметная пятиэтажка образца детства моей мамы, старая, чуть скосившаяся скамеечка, газон «расти что хочу», древняя детская площадка.

Из подъезда вышли неспешно, опираясь кто на палку, кто на ходунки, несколько стариков.

– Девушка, милая, простите, не могли бы вы пересесть к другому подъезду? Нам с мальчиками надо о своем поговорить, а идти дальше тяжело.

– А сколько ж годиков мальчикам? – съязвила я.

– Да немного, семьдесят седьмой пошел, сейчас на пальчиках покажу, – улыбнулся горько самый высокий дедушка.

Мне стало стыдно, я взяла кофе, встала и тихонько пошла к другому подъезду.

– Жаль, Петька так шоколадное мороженое любил. А теперь шоколадного завались, какое хочешь, а Петьки нет….

Здравствуй, мама

Поезд ехал медленно, как будто кроме вагонов к нему были привязаны все те воспоминания, боли, недосказанность, обиды, которые тяжелым грузом давили на плечи Людмилы, и он просто не мог тащить все это, да еще и вместе с хозяйкой, и поэтому волочился, как заспанная черепаха по утренней гальке.

Люда возвращалась домой, повидать мать, как возвращаются перелетные птицы, чтобы перезимовать и опять отправится в путь. Девушка уехала из родного города учится и больше не возвращалась, пока не позвонил брат и ни сказал, что мама заболела. Люда собрала немного вещей, так как не собиралась оставаться надолго, кинула в сумку фото дочери, чтобы оставить матери, пусть хоть так увидит внучку.

Девушка не испытывала по поводу встречи после нескольких лет разлуки никаких чувств, кроме досады. Досада эта, перемежавшаяся с нетерпением все наконец сделать и вернуться в привычную жизнь, свернулась клубком где-то под сердцем и как змея шипела, стоило только Люде подумать о матери хотя бы немного с теплотой. Тут же гадюка-досада начинала нашептывать все, что мать сделала ей, а точнее, не сделала, или сделала не так.

Вот бесконечные слова неодобрения, бьющие в неокрепшую детскую голову мелкой дробью, впивающиеся в нежную кожу шипами. «Вон, посмотри, как Катя хорошо учится, а ты опять тройку получила, да по чем, по алгебре, это же обязан знать каждый. А дочка Марины в музыкальной школе учится, а ты ни одной чистой ноты взять не можешь. А посмотри, как одевается Света, как куколка, а ты – как малолетний преступник». Вот мать критикует каждого парня, а если девушка решила с ним расстаться, встает на его сторону и говорит, что кто тебя еще такую, бестолковую, полюбит. Вот вечные требования соответствовать какому-то идеалу, которого нет в природе, потому что каждый пункт противоречит другому: оделась в платье – шлюха, надела брюки – пацанка.

Да, не сказать, что мать была плохая: не пила, ни курила, вещи покупала, на море свозила. Ах да, море. В первый же день женщина запретила дочери надевать купальник на пляж, и девочка загорала исключительно в шортах чуть выше колена и майке, а то вдруг педофилы. А купаться нельзя было вообще, только в воду по талию заходить, вдруг акулы или утонешь.

Поезд стал ехать еще медленнее, как будто на него, как и на девушку, начали давить все эти воспоминания, и он уже не вывозил, как сейчас модно говорить.

И даже когда Люда вышла замуж и родила дочь, мать к ней не приехала, жалуясь, что слишком далеко, а через скайп не умею. Да, несколько раз она говорила с внучкой по телефону, но та еще слишком маленькая, даже слова еще толком не выговаривает. Да и не общались они почти, так, с днем рождения и новым годом поздравить.

Досада-змея как будто только и делала, что питалась мыслями девушки, и разрослась уже до таких размеров, что у Люды начало предательски щипать в носу и зачесались глаза. Она стряхнула морок, как стряхивают пыль со стола, и полезла в телефон, посидеть в соцсетях.

На перроне было мало народу, приближалась зима, карантин, да и для многих поездки стали невыгодными и ненужными. Люда спустилась с поезда и сразу увидела маму. Она стояла в стареньком пальто и вязаной серой шапке, и вглядывалась подслеповатым взглядом в лица прохожих.

Люда смотрела на нее, и что-то теплое, обволакивающее, как облако, начало заполнять ее сердце, выгоняя змею. Теплое, как парное молоко, которое она пила в деревне, а мать мазала зеленкой ее сбитые до крови коленки, и дула на них, чтобы они меньше болели. Обволакивающее, как свитера и носочки из мягкой шерсти, которые она ей вязала до самых 15 лет, пока девушка не сказала, что она в этих вещах похожа на статую «Рабочий и колхозница».

Мать увидела дочку и подошла к ней немного ковыляющей походкой. В ее глазах стояли слезы. Люда ничего не сказала, просто обняла маму.

Осенний ветер пронес мимо них остатки золотых листьев, оставив после себя голые ветви, готовые распуститься следующей весной.

Прелести многоквартирного дома

Когда мы с мужем поняли, что мечты о частном доме так и останутся мечтами, ибо чтобы заиметь нормальный, отвечающим нашим требованиям, отнюдь не заоблачным, дом, надо либо продать все четыре почки, либо работать до 300 лет, а потом еще 100 строить, потому как найти строителей, которые сделают все с первого раза приемлемо почти как освоить жизнь на Марсе, мы решили не мудрствовать лукаво и купить квартиру в многоэтажке.

Утром выхожу на балкон, попить «кофею» с булочкой, а с соседнего лоджия высовывается мужичонка лет 50, в майке-алкоголичке и затянутый в рюмочку, и спрашивает так вкрадчиво:

– Что, простыли? Уж не корона ли?

Я вздрогнула и чуть не уронила булочку в кофе, а кофе на кафель.

– С чего вы взяли?

– Да чихал с вашей стороны кто-то всю ночь. Акинькиных знаю, они уже переболели, бабуся-ягуся с 45-ой точно здорова, давеча видел, как волокла доски с помойки и не чихала, значит новенькие жильцы.

– Не болеет у нас никто. И вообще, с какого вы вмешиваетесь в частную жизнь. Вы кто?

– Я Степан Михайлович, пенсионер. А вы?

Тут я повторно чуть не уронила и кофе, и булочку одновременно. По дороге возле дома шла вся скрючившаяся до асфальта бабулька и волокла три огромных мусорных мешка больше ее раза в два.

– Она ремонт делает, – не дожидаясь моего вопроса, сказал сосед. – Вот и волочет все с помойки, стройматериалы ищет. Купить-то не за что.

И тут бабулька начинает истошно кашлять и чихать одновременно, не спрашивайте, как ей это удавалось.

– Ой блин, еще заразит. Прощевайте. – Взвизгнул Степан Михайлович и скрылся в своей квартире.

Бабка почихала, покашляла, не выпуская из рук пакеты, и поволоклась дальше.

Ночью мы с мужем смотрели фильм с бокальчиком белого сухого, выходной, лето, как сквозь наушники в уши ворвался истошный детский плач. Мы уже и звук увеличивали, и наушники плотней надевали – ничего не помогло. Час этот плач не оставлял нас ни на минуту. А утром пришла кашляющая старушка:

– Это вы ребенка ночами мучаете?

– У нас нет детей.

– Как это нет, плач от вас шел, – и стала отодвигать меня, чтобы просочится в квартиру, но я стала Цербером на охране нашего покоя.

– У нас никто никого не мучает, но если вы не уйдете, я помучаю вас.

И тут по лестнице стала подниматься молодая женщина с коляской.

– Извините, что не давали вам спать, у Коленьки зубки режутся.

– Еще одна новенькая, – прошипела бабка, зыркнула на меня тусклым глазом и поплелась восвояси.

Собрание дома – это отдельный филиал ада, на который мы не пошли, а только наблюдали из окна. И мы хотели рвануть на помощь, когда та самая бабка полезла в драку к молодой девчонке только за то, что та осмелилась сказать, что цветы у придомовой территории высаживать не будет. Ну ё-мое, 21 век, а все еще насильственное садоводство.

О том, что мы с мужем хотим детей и вовсю над этим работаем, знали все ближайшие соседи, хотя мы ведем себя крайне тихо и не из тех, кто закатывает сцены из немецкой порнухи. Но я стала «шалавой» у всех подъездных бабок, хотя делаю это с законным мужем, а все мужики от 4-х до 88 подмигивали моему супругу.

О бабках надо сказать отдельно. Один раз они меня записали в лесбиянки только потому, что я обнялась с подругой на прощанье и долго втирали мужу, что я непутевая и скоро его брошу ради этой «дредастой».

В общем, можно было бы написать книгу, но я, пожалуй, остановлюсь на том, что со Степаном Михайловичем мы-таки подружились, хоть он и верит в масонский заговор и жидкое чипирование.

Неудачник

Петя Коробейкин был классическим неудачником. Еще в школе на физкультуре у него обязательно развязывались шнурки, и он разбивал нос, на труде бил себе молотком по пальцам, на геометрии колол пальцы циркулем, когда стал старше и начали нравиться девочки, он пытался подойти познакомится и обязательно в это время чихал или кашлял, и девочки со смехом убегали.

Даже мама Пети все время говорила ему: «Ну, красивый ты мальчик, только неуклюжий какой-то. Собранней надо быть, сынок». Но Петя не мог стать собранней, потому что так становилось еще хуже. Когда он поступил в университет на компьютерные технологии, он так тщательно выполнял задания, что высовывал язык и вечно его прикусывал. Шнурки продолжали развязываться, а розетка несколько раз била парня током, хотя он соблюдал все меры безопасности и уж точно не лез туда чем не просят.

С девушками Пете так же очень не везло. Одна не очень красивая барышня, наверно отчаявшись найти себе кого получше, согласилась пойти с ним в кино. Когда после кино они пришли к нему домой, а родителей дома не было, они собирались продолжить вечер, и собирались начать целоваться, как гром среди ясного неба, соседи решили, что самое время для ремонта и принялись стучать, сверлить и громко материться. Ну никакой романтики, разумеется. Девушка даже на чай не осталась, собралась и молча ушла.

Коробейкин не смог устроиться по профессии, и пошел сначала менеджером по продажам, но, разумеется, продать ему ничего не удалось и через месяц его уволили, не заплатив. Он еще помыкался по разным фирмам страховым агентом, логистом, помощником на стройке, где чуть не выбил себе зубы и не лишился пальцев, и вот, наконец, удача улыбнулась ему, и его взяли сисадмином в одну некрупную компанию. Зарплата не бог весть что, но все же лучше, чем ничего.

Неудачи все равно продолжали преследовать Петра. То среди ночи разбудят бухгалтера с криком, что у них окно не открывается, а им надо отчет в семь утра сдать. То, опять же, пресловутый удар током.

Все изменилось, когда в их компанию пришла секретаршей юная нимфа Светочка. Она была полупрозрачная, летящая, легкая, как перышко и почему-то сразу запала на Коробейкина. Стала таскать ему плюшки на обед собственного приготовления, кофе ему варить, когда начальник занят и ее не дергает.

Петя не верил своему счастью и боялся его спугнуть, но через год они поженились. Легкая Светочка была просто хозяйкой от Бога – она готовила, как шеф-повар, в квартире было чисто, как в отеле, и выглядела она всегда, как фея. И терпела, что у мужа всегда все валилось из рук и он вечно что-то портил.

Однажды, когда они решили заняться супружескими делами, Петя свалился с кровати и сломал ногу. Ходя после этого на костылях, он начал ныть и однажды спросил жену:

– Светик, зачем ты за меня замуж вышла? Я некрасивый, неуклюжий, неудачник, одним словом. А ты – богиня!

– Я такая, потому что считаю себя такой. А ты считаешь себя неудачником. Один раз споткнулся, второй и поверил. И это стало закономерностью. А теперь подумай, что может это и не неудачи вовсе, – помнишь девушку, с которой ты чуть не переспал – она была больна и могла тебя заразить. Она сама не знала, что больна, потому что ее заразил бытовым путем отчим, через общие тарелки, но ты мог подхватить. Помнишь, как ты отбил себе палец на труде – и когда ты отвернулся и собрался идти в медпункт, на то место, где ты стоял – упала люстра.

– Откуда ты все это знаешь?

– Твоя мама рассказывала про люстру, а про девочку я знаю, потому что она моя бывшая соседка. И тебя я знаю с детства, и с детства ты мне нравился. Пойми, то, что мы воспринимаем неудачами, на самом деле может быть большей удачей, чем мы думаем и предостерегать от более крупных неудач.

– А тогда почему я сломал ногу? – не унимался Коробейкин.

– Потому, что тогда на работе были сокращения, и тебя не уволили только потому, что ты на больничном. Пожалели. А теперь Степан Николаевич ищет себе заместителя и я ему твои заслуги за два года подсунула как бы невзначай. Так что – жди повышения, как выздоровеешь.

Нет, Петя Коробейкин не перестал ронять на руки и на ноги предметы, и его не перестало бить током, но он стал замечать, как эти мелкие неурядицы уберегают его от больших опасностей.

Да и как тут быть неудачником, когда рядом такая жена! Неудачник – понятие относительное.

О сексе в 40 лет

Ну те, кому сейчас слегка за двадцать, искренне поднимут бровь: «Какой, бабушка, у тебя может быть секс?» А я прошамкаю ртом пока еще с зубами (пусть и не всеми своими): «А на старуху бывает порнуха».

А теперь честно.

Первое: если женщина в 40 лет одинока или разведена, то первое, на что она смотрит при выборе мужчины для коитуса, это: нет, даже если там ничего не поднимается, есть, в конце концов, другие части тела, а вот наличие у него вредных привычек становится критичным. Вот представьте, вы там каким-то образом позанимались и тут он достает из кармана неаккуратно сложенных где-то в районе пола брюк чекушку «Русская валюта» и, открыв кургузыми пальцами, начинает жадно лакать из горла. Или закуривает в постели какую-нибудь вонючку, стряхивая пепел в твою любимую вазу.

А, еще забыла, желательно, чтобы представитель М имел нейтральный запах, максимум, пах хозяйственным или детским мылом. А не крышесносным парфюмом а-ля Шипр, смешанный с Огуречником и Красной Москвой и не трехдневным перегаром, и не трехмесячным потом. Не, ну разве это много? Ну и чтобы зубы хоть иногда чистил, ну хоть раз в два дня, перед свиданием.

А когда свидание назначено, начинается целый квест на создание из берлоги одинокой стареющей кошки в жилище опытной львицы. Все лекарства сметаются в пакет и прячутся на антресоль, тонометры, глюкометры, и другая очень необходимая измерительная техника убирается туда же. Из шкафа молниеносно убираются бабушкины панталоны, которые, честно признаться, отлично греют зад, да и перед тоже, особенно в паре с нательным бельем, удобненькие махровые халаты в крокодильчик, бюстгальтеры «Молодость Бриджит Бордо» и другие улики, по которым можно определить, что ты родилась в прошлом столетии.

Наводиться косметический порядок, потому что мужчину в 40 возбуждает не эротическое белье, а хозяйственность и наличие закуси к принесенному вину, в виде каких-нибудь собственноручно приготовленных пирожных. Готовятся эти самые пирожные.

Облачаешься в облегающее (но не слишком, чтобы пузо не торчало и бока не передавали привет недавно съеденной картохи с майонезом) платье, тапочки на небольшом каблуке с оторочкой мехом молодого ощипанного петуха (привет куртизанкам начала 20-х, прошлого века, не этого, из которого, собственно, я. Нет, я не настолько стара, и сама этого не видела).

Квартира ненавязчиво обрызгивается освежителем с ароматом морской воды. На столе стоит ваза с пионами.

Итак, мужчина съедает твои пирожные, а ты делаешь вид, что на диете (тайком оставляешь на кухне парочку и тихо жрешь, пока он пошел припудрить носик в туалет), выпивает свое вино (тоже не притрагиваешься, чтобы не показать алкоголичкой, да и в 40 все-таки лучше секс на свежую голову). Потом вы пыхтя, с периодически меняющимися позами (не для разнообразия, а потому что там шею свело, здесь спина устала, тут на руки давит, тут в поясницу стрельнуло) получаем-таки, за чем пришли – ну он пришел, а я так, и он, о чудо, не закуривает и не тянется за чекушкой, и брюки ровно сложены на стуле.

И ничего не предвещало, но вдруг раздается что-то из классики, прям как у Задорнова, то ли Бах, то ли Брамс. Мужчина, как истинный джентльмен, бежит на звук, подбирая трусы, чтобы защитить даму от неведомой угрозы. И тут оказывается, что с антресоли свалился злополучный пакет с лекарствами.

– О, а я думал, я один Кардиомагнил пью. Ах, да, вот этот Эналаприл действительно лучше.

Мы смотрим друг на друга и понимаем: вот она, любовь, когда вкусы на лекарства сходятся.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.