Карие вишни

© Издательство «Четыре», 2023

Борис Алексеев

Родился в 1952 году. Москвич. Профессиональный художник-иконописец. Член Московского союза художников. Награждён орденами РПЦ: Преподобного Сергия Радонежского 3-й степени и Преподобного Андрея Рублёва. В 2010 г. обратился к литературе. Пишет стихи и прозу. Член Союза писателей России. Серебряный лауреат Международной литературной премии «Золотое перо Руси» (2016). Дипломант литературных премий «Серебряный крест» (2018) и «Лучшая книга года» (2016–2018). Удостоен почётного звания «Заслуженный писатель МГО Союза писателей России». Награждён медалью И. А. Бунина «За верность отечественной литературе», медалью МГО СПР «За мастерство и подвижничество во благо русской литературы», медалью МГО СПР «Цветаевские костры».

Из цикла «Стожары минного поля»

М. И. Цветаева. 1940 год, одна из последних фотографий…

Кто не спускался в глубину унижения,
не сгорал в огне страданий
и не заглядывал в лицо смерти,
тот не уразумел ещё истинного смысла
собственной жизни.

Митр. Анастасий (Грибановский)

Сколь наши домыслы причастны
К свершённой гибели земной?
Вот правым глазом, взором ясным
Марина воскрешает строй

Беспечной королевы звука.
Она вдали, она над всеми!
Так смотрит девочка из тени
На крепкую мужскую руку.

А левый глаз – беды соринка,
Груз веќ овый прожитых лет.
Увы, не расточит слезинки
Фотографический портрет.

Уж тень Елабуги припала
К руке злодейской, и злодей
Взалкал и следует за Ней,
Он приготовил смерти жало!

Два разных глаза, два крыла…
Подуло к полночи прохладой.
Она очнулась и ушла.

Елабуга, будь ты неладна!

Я мог её остановить,
Отнять верёвку, выждать время,
Забыв о том, что русский гений
Свободен быть
или не быть.

Шестидесятникам с любовью!

Шестидесятники, младая прана,
Хрущёвской оттепели марихуана,
Жуки-точильщики неугомонные
Веќ а двадцатого, посеребрённого.

Эх, муза русская – поэтов мельница.
Зерно проросшее дроби́тся, мел́ ется.
Урчат покатисто жернов́ ы блинные.
Шестидесятые – года былинные!

В топь Марианскую, тьму интернетную
Ввожу курсор. Зачем
                             с надеждой тщетною
Ищу Кихотов след, мукою бел́ енный?
Ведь мне отпущено так мало времени…

Уходят Роберты дорогой Мценскою.
Рука Ахатовны вдоль Вознесенского.
Чу, сообщение! Глотаю симку:
«Стихи кончаются… Невыносимо!»

Аве, Оза! Памяти Андрея Вознесенского

То ли цыкнула мать над шалостью
И нахмурилась от усталости,
То ли корень прирос к окончанию,
То ли скрыпнули створы Татьянины[1],
То ли Богу шепнула уродица:
«Отче, родинка выпала с Родины!»
Но заплакала церковь Мценская
Над головушкой Вознесенского.
Аве, Оза…

Памяти Беллы Ахмадулиной

Величие – и в смерти деликатно.

Б. Ахмадулина «Вишнёвый сад»

Говорят, в Каппадоќ ии храмы
Оседают. И каждый год
Прорастают земные курганы
В отломившийся неба свод.

Неужели в земных сочленениях
Роль небесная невелика
И от времени стихотворение
Гибнет так же, как фреска та?

Вознесенский, поэт эпический,
Форм подпружных восславил роль!
Но в заоблачном политехническом
Смерть сказала поэту: «Довольно».

Вы же пчёлкою медоносною
Наварили медо́в тома
И тарусской обновкой нос́ кою
Отказали смерти в правах!

Вам, нежнейшей, земной черёд
Оседающей Каппадоќ ии
И друзей торопливый уход
Стал намеренно неугоден.

За Андреем, во тьму кромешную,
Потянулась ваша рука,
Пустоту образуя между
Верхом неба и дном стиха…

Памяти Иосифа Бродского

Иосиф раскурил заначку,
стряхнул неаккуратно пепел
и тронул ящерицу-рифму.

Она казалась неживою,
лишь глотка втягивалась мерно
при каждом вздрагивании кожи.

«Дела! – сказал себе Иосиф. —
Скрипит в уключинах Харона
Трахея рифмы сладкозвучной…»

* * *

Когда в имениях Хрущёва
О красках рассуждал бульдозер
И нормой главного закона
Был гнев партийно-всенародный,
Собрал Иосиф всё, что было
(А было Йоське двадцать лет),
И фрезеровщика кормило
Сменил на прозвище «поэт».

Но норма главного закона
Была завистливой и жадной,
И фрезеровщики поэту
За тунеядство дали срок.
Сто-оп!
Тунеядство – выше нормы.
Оно, как воз телеги смрадной,
Парит!
И чувствуется лето
Сквозь кучи смёрзшийся кусок.

Что ж ныне замолчал Иосиф?
Казалось, избранная лира
Должна служить неугомонно,
Как солнце, как морской прибой.
Но нет! Его избран́ ный голос,
Блеснувши дерзостно над миром,
В дверях окликнул Симеона[2]
И вышел смертною тропой…
Вселенная о том дивится:

Не стало писаря в божнице!
Стихов неначатых страницы,
Подобно в небе облакам,
Столпились!
Самолёта росчерк
Застыл меж ними, как строка:
«Се днесь Урании[3]пята —
Венеция и остров Мёртвых»[4].

Век Бродского

О, сколько света дают ночами

сливающиеся с темнотой чернила!

И. Бродский «Римские элегии»

Доброжелатель:

– Бойтесь Иосифа Бродского!
Его криптогенный разум
Гордиев узел плотский
рубит стихом-Александром.

Ахматова (слышали новость?)
берёт его на поруки.

Анна Андреевна, Бродский —
окололитературный трутень!

Его писанина – мо́рок.
Он жерновами двустрочий
Музы ветреный росчерк
сжимает до боли в точку!

Анна Ахматова:

– Если не чувствовать боли,
кто через век поверит,
что жили не только моли
в складках сгнивших материй…

Читая книжицу Н. Рубцова «Подорожники»

Ах, как пахнут его подорожники!
За страницей листая страницу,
Я листаю цветущие донники
Хоботком, как пчела-медуница.

Горьковатый в речах и помыслиях,
Неприметный парнишка фартовый
Про Николины[5]выплакал выселки
Сладкозвучным Орфеевым словом.

Я пишу эти строки в Испании.
Солнце жарит, как то́ро[6]полуденный,
А вокруг в придорожной окалине
Медоносят рубцовские улья!..

Я бежал, я надеялся: тысячи
Километров, скитания дальние
Припорошат Николины выселки
И окольные зовы астральные.

Нет! Не вышло – далече от Родины
Встрепенулся во мне укоризной
Звон малиновой церкви Николиной
На заснеженных хол́ мах Отчизны.

День рождения Владимира Высоцкого

Нынче на Ваганьково праздник. И, хотя ваганьковский погост – не место для празднеств и увеселений народных, как не веселиться, если душа у косточек Володиных присесть желает да участливо поделиться с соседкой по мёрзлой скамеечке: «Вот оно как. Грешный человек, а потрогать хочется как ангела!..»

Владимир Высоцкий,
                                 вы живы,
                                               нет ли?

В ваше обилие слов
Я погружаю ловчие сети…

Знаю, чудесный лов
Ждёт меня на углу Каретного,
В во́лнах пяти морей!
Скоро ль, нет ли
Под жёлтым светом
Крашенных в ночь фонарей

Муза (подружка досель чужая),
Не поднимая глаз,
Тихо шепнёт мне: «Мсье, подайте
Нищенке пару фраз.

Мой прежний хозяин
                                 играл на гитаре,
Я молода была…
Смерть разлучила нас.
Бога ради, пишите!..
                                 Я голодна».

Артём Бернгардт

Родился в 1984 г. в городе Барнауле Алтайского края. В 2010 г. переехал в Санкт-Петербург. Стихотворения стали рождаться из привычки вести дневники и записи. В какой-то момент стало интересно выстраивать слова определённым образом, вкладывать в них некий смысл, затем появилась отдельная тетрадь, в которую стал записывать уже только стихотворения, затем вторая, третья… Сначала стихи писались с первой попытки: без права на ошибку, без черновиков, без исправлений – ручкой на бумаге. Постепенно стало просыпаться желание сделать их более эстетичными. Выпущены три сборника: «Море Моих Стихий» (стихи 2013–2016 гг.), «Номер тридцать шесть» (стихи 2021 г.), «Одиночество и Смерть» (стихи 2004–2005 гг.)

* * *

Любить тебя бесполезно.
Какой в этом толк?
Не находить себе места,
Понимать, что не смог.

Да возраст, кажется, вышел,
Чтобы так страдать.
Быть может, сидя на крыше,
Где рядом лишь провода,

Мечтаешь о детстве
Всё чаще о золотом…
Никуда уже не деться,
Став взрослым лбом.

Любить тебя бесполезно
И кажется пошлым даже.
Какие теперь интересы,
Когда по сорок каждому?

Пусть возраст и не помеха,
Можно всегда казаться молодым,
Только от себя самого не уехать,
Легко исчезает лишь сигаретный дым.

И, кажется, я что-то нашёл,
Что бы мне хотелось ценить,
Но жизнь мне ставит укол,
Чувства сбрасывая на нули.

Любить тебя бесполезно…
Быть может, тогда восторгаться?
Нет, в эту петлю не полезу,
Пусть прежней будет ситуация.

08:52 15.02.2023

* * *

Простейшим движением распахнут,
Чтобы только ничего не забыть,
Словно последнюю рубаху,
Выпустить изнутри.

Замкнут в себе самостоятельно,
Словно тюрьма без стен,
На стенах домов лишь пятна,
Потому что был обстрел.

Все демоны осторожно
В клетки свои упакованы.
Нужно ли быть сложным,
Если сам себе навесил оковы?

Сейчас не в моде простота,
Каждый офигевает от значимости.
Легко ли прыгнуть с моста
Или на нём твою жизнь разворачивает?

Не вижу сомнений подлинных —
Тузы не спрятаны в рукавах.
Можно ли быть таким же голодным,
Когда свои попираешь права?

Как выглядеть проще,
Разрывая на себе рубаху,
Если совсем заморочен?
Не вижу выхода как бы.

Разворот на месте
И сложность откинуть.
Пусть ещё не весел,
Но с новым шагаю гимном.

11:56 16.02.2023

* * *

Будто списан на берег,
Как старая баржа,
Исчерпан лимит доверия,
Не потушен пожар,

Списки неукоснительно
Теряют толику смысла,
Все упущенные нити
Исчезают очень быстро.

Списан на берег,
Потому что стар.
Прошлое ещё греет,
В котором как Икар.
Сегодня крупица грусти

Отягощает душу.
Описать это искусно —
Может, к лучшему?

Оставаться в состоянии
Безветренного покоя…
Сколько можно быть пьяным,
Или как манит море.

Списан на берег
Безвозвратно уже.
Не будет изменений,
Вечный покой на душе.

Ржавчиной покроюсь,
Чтобы превратиться в песок.
Нет пролитой крови,
Но есть ощущение, что не смог.

15:53 17.02.2023

* * *

Стоя на пороге, от счастья
Не обезуметь бы окончательно.
Так хочется его касаться,
Оно само по себе замечательно.

Да только кто вдруг решил,
Что оно наступит завтра?
Ах, это был крик души,
Потому что надоела правда!

Сыт по горло своей тоской
И сложными оборотами речи.
Кажется, для себя и то изгой,
Своим же прошлым искалечен.

Потому и хочется в молочные реки,
Где вокруг кисельные берега,
А не сидеть на холодной скамейке,
Не пялиться грустно в никуда.

Да нет в голове понятия строгого,
Лишь слово это простое.
Как его самого потрогать,
Я не знаю, и в этом горе.

С чего решил, что я на пороге?
Какие мысли меня подвели?
Свойственно ошибаться многим
Не различающим счастья и любви.

Мне снова пора уходить,
Грустно домой плестись.
Возможно, оно впереди —
Счастье… или это жизнь…

09:16 18.02.2023

* * *

По пустым проводам,
Отражаясь от голых стен,
Я лечу с тобой в никуда,
Не замечая лишний крен.

Нас не отпустят по одному.
Будто бы верные птицы,
Мы вдвоём идём ко дну.
Пусть нам приснится…

Тысячи снежинок в круге
Словно бы хоровод,
Как мы, не отпуская руки,
Вместе шагнули вперёд.

По пустым проводам,
Отражаясь от голых стен,
Мы с тобой навсегда
Состоим из целых частей.

Поздно искать отпечатки,
Наших жизней отголоски.
Мы не привыкли отвечать
На жизненные вопросы.

Не нужно крупицы копить,
Складывая всё в чемодан.
Самое ценное ведь внутри,
Оно всегда доступно нам.

По пустым проводам,
Отражаясь от голых стен,
Кто-то считает свои года —
Мы вне законов и систем.

17:45 19.02.2023

Яна Варшавская

Поэтесса, писатель и художник. Образование высшее. Имеет ряд научных статей и патентов на изобретения. В настоящее время проживает в Санкт-Петербурге. Член Российского союза писателей, член Интернационального Союза писателей, член-корреспондент Международной академии наук и искусств. Лауреат национальной литературной премии «Писатель года» (2013 г.). Автор 8 книг и соавтор в более чем 60 авторских сборниках. Лауреат Московской и Лондонской литературных премий Интернационального Союза писателей, обладательница титула «Дама фантастики и детской литературы» (2020 г.). Награждена медалями и дипломами.

«Ты для меня – разрыв шаблонов…»

Ты для меня – разрыв шаблонов
и аксиома нежных встреч…
Семь миллиардов божьих клонов,
а ты один сумел обжечь
горячим холодом пристрастий,
надменным ликом визави,
вернувшись после долгих странствий
в трансцендентальности любви…

«Расплескалась янтарная нежность…»

Расплескалась янтарная нежность
на покатых плечах берёз,
разлились и прохлада, и свежесть,
и росинки осенних слёз…
И раскаты далёкого грома,
и стеной запоздалый дождь…
Мне приснилось: я снова дома,
как тогда… Долгожданный гость!
А ещё мне приснилась мама…
Вишни спелые в двух горстях.
И во сне не хотелось ни грамма
говорить о каких-то делах…
Расплескалась янтарная нежность
на покатых плечах берёз…
Разлились и прохлада, и свежесть,
и росинки осенних слёз…

«Почитай мне на ночь Мураками…»

Почитай мне на ночь Мураками:
хочешь, про охоту на овец —
что угодно… Лишь бы вечерами
с нами были джаз и «Дэнс. Дэнс. Дэнс»!
Почитай мне на ночь Мураками:
про подземку и «Норвежский лес».
Проплывут сюжеты островками…
Лексингтоном и «Страной Чудес…».
Почитай мне на ночь Мураками:
«Мой любимый sputnik», «Послемрак»,
«Сжечь сарай», и «Край обетованный»,
и «Все божьи дети могут танцевать»…

«Хрупким мелом испишет надежды холсты…»

Хруст стерильного снега, укрывшего полночь,
замерзает сиянием бледной луны,
паутину из звёзд проверяя на прочность,
бьётся снег, разрывая пласты синевы…
И, стежками пронзая, как нитка с иголкой,
он сверкает, летит и почти невесом…
Зарастает земля белоснежною коркой,
перевязаны ветки крахмальным бинтом…
Ночь залечит повсюду, затянет изъяны,
заберёт золотые монеты листвы,
а взамен, разостлав серебра покрывало,
хрупким мелом испишет надежды холсты…

Юрий Выборнов

Поэт, автор и исполнитель песен, номинант национальных литературных премий: «Русь моя» (им. С. Есенина), «Поэт года», «Наследие», им. А. Грина в рамках конференции «РосКон-2020», им. С. Довлатова, «Георгиевская лента», «Большая книга», «Национальный бестселлер». Участник литературного конкурса «Классики и современники», Международного поэтического фестиваля «Дорога к храму», Национальной литературной премии «Золотое перо Руси», Международной литературной премии им. святых Петра и Февронии Муромских. Член Общероссийской общественной организации «Российский союз писателей», Межрегиональной общественной организации «Интернациональный Союз писателей» («Международный Союз писателей, поэтов, авторов-драматургов и журналистов»).

Коли дух осиротеет

Коли дух осиротеет,
вряд ли солнце уж согреет
и вернёт былой покой,
силу воли и настрой…

Вряд ли воротит и краски,
веру в сказки без опаски,
в силу света и добра
без коварства серебра…

Безо лжи и подхалимства,
да и прочего ехидства
те, что, злобу затая,
лебезят, в глаза глядя…

Коли дух осиротеет,
вряд ли солнце уж согреет
и вернёт былой покой,
силу воли и настрой…

01 января 2023

Доверяй, но проверяй

Всё за чистую монету,
я прошу, не принимай
и прислушайся к совету —
доверяй, но проверяй.

Сей совет давно известен,
не поспоришь… это факт,
и порой весьма уместен
без конфуза… забыв такт.

Без зазрений, без сомнений
голову свою включи
и без жажды восхвалений
ложь от правды отличи.

Всё за чистую монету,
я прошу, не принимай
и прислушайся к совету —
доверяй, но проверяй.

03 января 2023

Успех ума?! Нет-нет – фиаско!

Успех ума?! Нет-нет – фиаско!
Коль речь оружие берёт!
А жизнь под соусом «Табаско»
людские судьбы в клочья рвёт!

Напропалую косит знатно
и душу люто холодит,
бьёт наповал лишь результатно,
безжалостно и не щадит.

Прицельно лупит, гнёт и душит,
в упор не слышит крика «Стой!»,
Ревёт и рвёт, крушит и рушит,
посмеиваясь над мольбой!

Успех ума?! Нет-нет – фиаско!
Коль речь оружие берёт!
А жизнь под соусом «Табаско»
людские судьбы в клочья рвёт!

06 января 2023

Готовьте саночки всё ж летом

Готовьте саночки всё ж летом —
во всеоружии встречать
прелестницу с морозным сердцем,
что будет, вьюжа, вас трепать.

К чему откладывать на после,
безделью с ленью потакать,
надеяться, что будет возле
и не возникнет проблем взять.

Да, кстати, уповать на чудо
в вопросе данном так смешно,
ведь там, где тонко али худо,
быстрее рвётся и легко.

Готовьте саночки всё ж летом —
во всеоружии встречать
прелестницу с морозным сердцем,
что будет, вьюжа, вас трепать.

07 января 2023

Не от любви ли гибнет роза

Не от любви ли гибнет роза,
когда от корня и под срез
спешит в букете без прогноза
в дар милой сердцу, забыв стресс.

Спешит в дар, чтобы осчастливить,
околдовать… очаровать…
Возвысить чувства и усилить,
семью чтоб крепкую создать.

На загляденье всем на свете,
на зависть тем, кто в стороне,
в ярчайшем, красном, свежем цвете
с напоминаньем обо мне.

Не от любви ли гибнет роза,
когда от корня и под срез
спешит в букете без прогноза
в дар милой сердцу, забыв стресс.

08 января 2023

Пусть без изюминки

Пусть без изюминки, но точно —
всё, что порочно, слишком прочно,
из кожи вон, смотри, ползёт,
плодится, множится, растёт.

Коль надобно, то подыграет,
но к бабке не ходи, подставит
и лакомый кусок урвёт,
ехидно хмыкнет, упрекнёт.

Без сожаленья, без стесненья,
а впрочем, как и без сомненья
продолжит путь по головам,
по душам чистым, по сердцам.

Пусть без изюминки, но точно
всё, что порочно, слишком прочно,
из кожи вон, смотри, ползёт,
плодится, множится, растёт.

10 января 2023

Золочёное распятье

Золочёное распятье,
ты для глаза что магнит,
для кого-то искупленье,
для кого-то дефицит.
Для кого-то украшенье,
для кого-то страшный сон,
для кого-то ты спасенье,
жизни истинный закон.

Оберег и светоч верный,
друг надёжный, дорогой,
в миг отчаянья прескверный
исцелитель и покой.

Золочёное распятье,
ты для глаза что магнит,
для кого-то искупленье,
для кого-то дефицит.

11 января 2023

Точь-в-точь что кони вороные

Точь-в-точь что кони вороные,
умчались годы молодые,
умчались прочь без седока,
без шума, пыли и звонка.

Их не вернуть назад никак,
ведь каждый новый день-рысак
в своём аллюре-рыси мчит
и возвращаться не велит.

Ну что ж, всему свой срок,
пускай поздненько, но урок
в очередной раз жизнь дала,
а не сбежала, хоть могла.

Точь-в-точь что кони вороные,
умчались годы молодые,
умчались прочь без седока,
без шума, пыли и звонка.

13 января 2023

Куда ни плюнь

Куда ни плюнь, то сплошь зеваки,
эх, измельчали забияки,
смутьяны с пламенем в груди,
задиры люда, бунтари.

Изрядно оскудел накал —
вчерашний хам, да и нахал,
сегодня уж совсем не тот,
молчит, открыв тихонько рот.

Ну что ж, быть может – хорошо,
но, коли так, скажу ещё:
зевакой праздной стать окстись,
не суй свой нос, поберегись.

Куда ни плюнь, то сплошь зеваки,
эх, измельчали забияки,
смутьяны с пламенем в груди,
задиры люда, бунтари.

14 января 2023

Хлебосольный волокита

Хлебосольный волокита —
мой любезный друг январь,
ты как А из алфавита,
зачинаешь календарь.

Всё в тебе – и снег, и стужа,
с горкой полные столы,
гости – Маня и Ванюша
с похвалой и без хулы.

Полон света, благородства,
чистых помыслов, идей,
грёз, друзей без вероломства
и любви, что не разбей.

Хлебосольный волокита —
мой любезный друг январь,
ты как А из алфавита,
зачинаешь календарь.

15 января 2023

Упреждение

Упреждение есть дар,
редко-штучный экземпляр,
в жизни зоркий окуляр,
без пиара и фанфар.

Отведёт, убережёт,
за два шага наперёд
просчитает, предрешит
и беду предотвратит.

Не предаст и не продаст,
лишь урок авансом даст,
по заслугам наградит,
закрепит и повторит.

Упреждение есть дар,
редко-штучный экземпляр,
в жизни зоркий окуляр,
без пиара и фанфар.

16 января 2023

К счастью проездной билет

К счастью проездной билет,
хоть объедешь целый свет,
днём с огнём всё ж не найдёшь,
а быть может, пропадёшь.

Сей билетик, что таить,
невозможно, друг, купить,
отыскать, ссудить, украсть,
обменять аль силой взять.

Только в дар самой судьбой
и неведомой порой
в наши руки он спешит,
душу красит, богатит.

К счастью проездной билет,
хоть объедешь целый свет,
днём с огнём всё ж не найдёшь,
а быть может, пропадёшь.

17 января 2023

Живи-живи, воспоминанье

Живи-живи, воспоминанье
о яркой юности моей,
прошу, яви очарованье
и свет давно минувших дней.

Молю, не угасай, не меркни,
не оставляй меня в тени,
душевной просьбы не отвергни,
к свершеньям новым подтолкни.

В свою же очередь дам слово
тебе я крепкое своё,
что буду рад увидеть снова
во всей красе лицо твоё.

Живи-живи, воспоминанье
о яркой юности моей,
прошу, яви очарованье
и свет давно минувших дней.

18 января 2023

От порока до упрёка

От порока до упрёка
ныне очень далеко,
и смотреть на это, братцы,
грустно, стыдно, нелегко!..
Отвернуться?.. Отмахнуться?..
Жить и в тряпочку молчать?..
Не боитесь ли споткнуться
Али так спокойней спать?..

Отмолчался!.. Отсиделся!..
Сыт по горло!.. Всё, шабаш!..
Натерпелся!.. Нагляделся!..
Опостылел сей пейзаж!..

От порока до упрёка
ныне очень далеко,
и смотреть на это, братцы,
грустно, стыдно, нелегко!..

19 января 2023

Пусть будет

Пусть будет ветер без камней,
а жизнь без копоти и дыма,
кристально чистой, что ручей,
с искринкой счастья и эфира.

Пусть будет сладкой, точно мёд,
а соль для вкуса, как и перец,
пусть обратится в воду лёд
да другом станет чужеземец.

Пусть будет так, как написал,
пусть будет так, а не иначе,
простите, что без опахал…
О них – потом, коль станет жарче.

Пусть будет ветер без камней,
а жизнь без копоти и дыма,
кристально чистой, что ручей,
с искринкой счастья и эфира.

22 января 2023

Ждёт земля зимы конец

Ждёт земля зимы конец
что в саду, что в поле,
час заветный, когда снег
сойдёт на нет в природе…

Час, когда весна венец
лиственный наденет
и когда Амур-юнец
душеньку заденет…

Час, когда ручьи кругом,
спящие дотоле,

зажурчат, забьют ключом
безо льда, на воле…

Ждёт земля зимы конец
что в саду, что в поле,
час заветный, когда снег
сойдёт на нет в природе…

24 января 2023

Слову данному уж быть

Слову данному уж быть,
коли с совестью дружить,
чтить её, не поносить,
шуры-муры не водить.

Холить, нежить и хранить,
не пытаться обдурить,
впрочем, как и позабыть
аль прогнать и осудить.

С нею быть, не предавать,
в час лихой не продавать,
дабы с честью жизнь прожить,
сказку светлую сложить.

Слову данному уж быть,
коли с совестью дружить,
чтить её, не поносить,
шуры-муры не водить.

26 января 2023

Пой, душа

Пой, душа, коль я не смею,
о чём сильно сожалею,
как живу, о чём грущу,
уповаю, дорожу!

Пой, родная! Не стесняйся!
Ни пред кем не извиняйся!
Будь свободной! Будь живой!
Смелой! Юной! Озорной!

Пой, душа, оставь заботы,
тяжбы, колкости, остроты!
Вдохновенно! Громко пой!
Будь мечтою и звездой!

Пой, родная! Не стесняйся!
Ни пред кем не извиняйся!
Будь свободной! Будь живой!
Смелой! Юной! Озорной!

Пой, душа, коль я не смею,
о чём сильно сожалею,
как живу, о чём грущу,
уповаю, дорожу!

Пой, родная! Не стесняйся!
Ни пред кем не извиняйся!
Будь свободной! Будь живой!
Смелой! Юной! Озорной!

27 января 2023

Сердечная тоска

Коротаю времечко с сердечною тоской,
будь она неладная, явилась на постой,
уважила визитом, мимо не прошла,
жаль, что собеседника другого не нашла.

Эх, постоялка-гостья лютая моя,
незваная, нежданная, и кто прислал тебя?
Твоё убранство чёрное цвета воронья,
но это без утайки искренне скорбя.

Не пора ли всё-таки тебе уж дальше в путь?
Али больше некуда ныне заглянуть?
Навестить, проведать и слегка встряхнуть,
содрогнуть любезно чью-то ещё грудь.

Коротаю времечко с сердечною тоской,
будь она неладная, явилась на постой,
уважила визитом, мимо не прошла,
жаль, что собеседника другого не нашла.

28 января 2023

Мелким бисером сребрится

Мелким бисером сребрится
поутру округа вся,
взгляд ликует и дивится,
вдаль по травушке скользя.
Что за чудо, что за диво,
ах, жемчужная роса!
Говорю тебе спасибо
за пейзаж и чудеса!

В каждой капельке кристальной
чистота, покой и свет,
всё в тебе одной, хрустальной,
даже то, чего и нет.

Что за чудо, что за диво,
ах, жемчужная роса!
Говорю тебе спасибо
за пейзаж и чудеса!

Всё в тебе – хоть ненадолго,
всё в тебе – хоть иногда!
Сразу махом! Сразу столько!
Увы, жаль, что без следа!

Что за чудо, что за диво,
ах, жемчужная роса!
Говорю тебе спасибо
за пейзаж и чудеса!

28 января 2023

Выше-выше, братец, флаг!

К почестям! В объятьях с честью!
Не согбенно! Шире шаг!
Навались! Не брызжи спесью!
Выше-выше, братец, флаг!

Поднатужься! Забудь слёзы!
Пусть трепещет лютый враг!
Пусть отныне знает грозы
И увесистый кулак!

Жёстче бей! Стреляй точнее!
Не робей и не дрожи!
За Державу! Дом! Смелее!
Свою удаль покажи!

К почестям! В объятьях с честью!
Не согбенно! Шире шаг!
Навались! Не брызжи спесью!
Выше-выше, братец, флаг!

02 февраля 2023

Мне любо говорить

Мне любо говорить на языке родном,
смеяться, петь, шутить в присутствии твоём!
В ненастный, горький час утешить, поддержать
и, волю дав рукам, к себе тебя прижать!

Обнять мою зазнобу! Красавицу мою!
Пройти огонь и воду без гнева на судьбу!
Без слова укоризны того, что не отнять,
и толикой харизмы хватившей обаять!

Мне любо и писать на языке родном
о чувствах о своих, а опосля письмом
к тебе его отправить, чтоб могла ты знать
и, волю дав рукам, меня к себе прижать!

Обнять мою особу! И свою судьбу!
Пройти огонь и воду со мной плечо к плечу!
Без слова укоризны того, что не отнять,
и толикой харизмы хватившей обаять!

03 февраля 2023

Доверчивой надежды миг

Доверчивой надежды миг
живёт в моей душе, как прежде!
Ах, чистый кладезь без интриг!
Простак в скромнёхонькой одежде!

Союзник верный и оплот!
Отрада! Вера в начинанье!
Мой верный друг! Мечты полёт!
Мой вдохновитель! Упованье!

Огонь и пламень! Яркий свет
неугасающих желаний!
Маяк и светоч всех побед,
стремлений, чаяний, исканий!

Доверчивой надежды миг
живёт в моей душе, как прежде!
Ах, чистый кладезь без интриг!
Простак в скромнёхонькой одежде!

07 февраля 2023

Скромнёхонько на цыпочках

Скромнёхонько на цыпочках
крадётся не спеша
зимушке на смену
красавица весна…

Всё ближе-ближе милая,
желанная пора,
цветущая, пахучая,
без снежного ковра…

Всё ближе с каждым часом
прекрасные деньки
с изысканным окрасом —
лекарство от тоски…

Скромнёхонько на цыпочках
крадётся не спеша
зимушке на смену
красавица весна…

08 февраля 2023

Юность гордою походкой

Юность гордою походкой
уж в сторонку отошла
и вчерашнего мальчонку
отпустила от себя…

Воспитала, как умела,
не спалила, не сожгла,
сил своих не пожалела,
сохранила, сберегла…

В зрелость с миром отпустила
с чистой совестью, друзья,
обучила, объяснила
и умчалась прочь она…

Юность гордою походкой
уж в сторонку отошла
и вчерашнего мальчонку
отпустила от себя…

11 февраля 2023

Эгоист

Не идёт на компромисс
нос задравший эгоист,
не привыкший уступать,
люд любить и почитать…

Невдомёк ему понять,
как и, собственно, принять
то, что он не пуп земли,
а такой же, как и ты…

Невдомёк… Эх, не судьба…
Эго прёт… Беда-беда…
Что же делать? Как же быть?
Остаётся проучить…

Не идёт на компромисс
нос задравший эгоист,
не привыкший уступать,
люд любить и почитать…

21 февраля 2023

Виктория Габриелян

Родилась в Украине, выросла в Армении, а сейчас проживает в США. Большая интернациональная семья Виктории связана с медициной и наукой. Самой ей пришлось сменить профессию в Америке и из преподавателя биологии и химии в школе превратиться в медицинского работника. Как только Виктория научилась читать, родители её больше не видели и не слышали. Книги, сценарии и самодеятельный театр, книжный клуб стали страстью на всю жизнь. Виктория – автор пяти сборников рассказов, изданных и переизданных в Армении, России и США. Писательница отличается невероятным чувством юмора и наблюдательностью. Герои рассказов – самые простые, обыкновенные люди, которые не перевернули мир, но из судеб которых складывается история человечества.

Предисловие автора

Вот есть роман М. Горького «Мать», в котором героиня романа Ниловна отдаёт жизнь за идеи детей. Есть «реквием» Фредди Меркьюри – Bohemian Rhapsody:

«Mama, life had just begun
But now I’ve gone and thrown it all away»

Каждый раз, когда слышу, за горло держит его крик.

У меня тоже будет рассказ о матери.

Мать

Когда мне было тридцать – тридцать пять лет, я всегда всё планировала. Очень любила представлять, как всё будет. Через пять лет мой сын окончит школу с отличием, поступит в престижный университет, а я выйду замуж за приятного и обеспеченного человека, мне же будет всего сорок. Ещё через пять лет сын встретит девушку, полюбит её, они вместе продолжат обучение в юридической школе, ещё через пять лет поженятся, купят дом, родят детей. Мы с мужем будем навещать их, а они – нас. А там, глядишь, и доживу, когда мой сын станет сенатором. Я жила пятилетками, у меня всё было расписано.

А оказалось – как это смешно.

Ничего не надо планировать. Надо жить вот этим счастливым днём, сегодня, и быть благодарным тому, что есть такие дни… Надо жить простой жизнью, не требовать от близких больше, чем те и так тебе дают. Надо любить жизнь такой, какую подарили нам наши родители, потому что в один миг всё может измениться и улететь безвозвратно. И тогда даже самый плохой день в твоей жизни покажется пустяком, потому что ты его уже пережил.

Вспоминаются детские мелочи: вот я в белом платьице, в белых колготках и белом берете с голубым помпоном, одним словом, вся такая в белом, нарядная, иду с родителями в гости к бабушке. Правой рукой держу папину руку, левой – мамину, родители торопятся на трамвай, идут быстрым шагом, а мне, чтобы поспеть за ними, приходится бежать. И поэтому я не успеваю перепрыгнуть через лужу. Лужа чавкает и обдаёт всех нас брызгами липкой грязи. Мои белые колготки покрываются бурыми пятнами, даже на подоле платья пятна. Я – реветь. Громко. Мне всегда казалось, что чем громче я реву, тем меня жальче. Папа успокаивает: ничего, доченька, будут колготки в крапинку. Мама отряхивает свой плащ и тоже смеётся. Меня никогда не ругали. Бывали недовольными – да. Но не ругали, не наказывали. И мне всегда казалось, что такие отношения будут и у меня, и у моих детей, и у внуков.

Я же создам семью по подобию своих родителей.

А оказалось, что даже ребёнка мы не можем родить по своему подобию. Однажды ты открываешь, что твой единственный ребёнок не любит жизнь, которую ты ему дала, что он несчастен, ненавидит всех и хочет, чтобы тебя никогда больше не было в его жизни.

И это за то, что я плакала, молила, запирала двери и окна, чтобы он не вырвался от меня, потому что ему были нужны всё новые, всё бол́ ьшие и более страшные дозы.

Мой единственный сын Серёжа стал наркоманом. Светленький голубоглазый ласковый мальчик, который учился на одни пятёрки, который прижимался ко мне в кроватке, когда я читала ему сказки на ночь, и боялся пауков, стал законченным наркоманом.

Когда он кричал в запертой комнате, что убьёт себя и меня, я лежала на полу в соседней комнате и думала о том белом платье, о белых колготках и как по ним разливается грязь. Вот было же всё красивое, чистое и за секунду стало чёрным и уродливым. Такой стала и моя жизнь: грязной и уродливой.

А начиналось всё замечательно. Я окончила школу и легко поступила в институт. В студенческом общежитии встретила Сашу, он был из другого города и на два года старше меня. Я влюбилась. Бросила Москву, институт и уехала с ним. Мои родители умоляли: подожди, получишь диплом и поедешь к нему. Но я торопилась жить! За окном – середина восьмидесятых. Перестройка, гласность. Многое изменилось. Книги появились другие, музыка, реклама на телевидении. Виктор Цой. Фильм «Игла». А ещё в нашу жизнь вошло видео, каждый день мы проглатывали несколько видеофильмов. Нам было всё равно, что смотреть! Заграница, любая, казалась землёй обетованной. И мы жадно впитывали всё: очень мало хорошего и очень много необычного для нас. И главное – свободу: хочу – учусь, а хочу – автостопом путешествую по миру. Хочу – работаю много, становлюсь бизнесвумен или редактором модного журнала, а хочу – не работаю вовсе, становлюсь хиппи или борцом за права сексуальных меньшинств. И я изо всех сил начала давить на мужа: давай уедем в эту прекрасную, заграничную, свободную жизнь. У него была возможность по еврейской программе. И мы с ним и с маленьким сыном прошли весь этот ужас еврейской эмиграции из Союза в Америку с перевалочным пунктом в Италии. Я готовила прекрасную жизнь для своего единственного сына.

Люди, у которых такое случается в семье, не понимают, что их дети стали наркоманами, они не хотят этого знать. Они считают, что можно всё исправить, стоит только захотеть. Надо просто переключить внимание, заинтересовать чем-нибудь. А потом опускают руки. И их дети погибают. Сколько лет я пыталась объяснить папе, что его внук – наркоман, что есть такое слово. Ты наговариваешь на него, говорил мне папа. Доктор в очередной клинике, куда мы как-то привезли Серёжу, сказал моему отцу: «Вот задержите дыхание и не дышите. Вы можете жить? Вот и они не могут. Это жизненно необходимо. Они не могут без дозы жить».

Я тоже иногда задерживала дыхание и считала про себя, сколько я могу продержаться без воздуха. Я ложилась на пол, вытягивалась в струнку, смотрела в потолок и переставала дышать. Перед глазами всё начинало кружиться. Мне казалось, что я раскачиваюсь в гамаке на нашей старой даче в Подмосковье. Надо мной – голубое небо и ватные облака, подо мной – ромашки. Но дольше пары минут я не могла не дышать. Бедный мой мальчик, как же ты кричишь, и плачешь, и умоляешь, и клянёшься, и просишь, и обещаешь, когда у тебя нет дозы. Неужели, когда ты вдыхаешь этот смрад, ты видишь ромашки? Нет, этого не может быть. В аду нет ромашек.

К Серёжиному отцу я не обращалась. У него была уже новая семья, и Серёжу он давно вычеркнул из своей жизни.

Я считаю, что наркоман – это не клеймо. Исправить ничего нельзя, только если человек умер, а если жив, то всегда есть надежда.

Я скромный нелюдимый человек, для меня огромный стресс – открыть рот и разговориться с незнакомым человеком. Тем более по-английски. Но когда моего сына коснулось несчастье и я ходила по рехабам и тюрьмам, я со всеми разговаривала. С папами и мамами наркоманов, с полицейскими, социальными работниками, психологами. Со всеми, кто мог дать мне надежду. С остальными я по-прежнему не могла рта раскрыть. Я вообще могла общаться только с теми, кто имеет отношение к этому делу. Другие люди и другие темы в одночасье перестали меня интересовать. Постепенно вокруг меня образовался вакуум. Никто, даже мои родители, не хотели про это слышать.

Я никого не осуждаю. Возможно, и я бы не смогла, окажись на их месте.

Однажды в очередном рехабе я познакомилась с русской женщиной. Её дочь окончила медицинский университет, встретила там парня. Девочка уехала с ним в Нью-Йорк в резидентуру. К ним приходили другие такие же студенты, выпивали. Но все выпили и пошли учиться, а она бежала за новой бутылкой. Никто из компании не стал алкоголиком, а дочь той женщины – стала.

У меня приятельница была. Она боялась идти в полицию или в рехаб, когда её сын, так же как мой, погибал от наркотиков. Она готовила его для другой жизни, вдруг он в тюрьме встретит плохих людей. Что может быть ещё хуже? Ну и что, если они не читали Достоевского или Сэлинджера, но они, возможно, помогут твоему сыну-наркоману. Надо стучаться во все двери.

Я не знаю, почему с моим мальчиком это случилось. Но я ни на секунду не верила, что нет надежды ему помочь. Я не могла смириться с тем, что героин сильнее меня.

Я часто думаю – что я упустила? Где не обратила внимания на первые признаки? Где я «запустила» моего мальчика? Ему было всего четыре года, когда мы переехали в Лос-Анджелес из Москвы. Хорошенький, как ангелочек. В городе оказалось много таких, как он, ангелочков. Мне страшно подумать, сколько их теперь на небесах из-за этой дури.

В четырнадцать лет Серёжу приняли в экспериментальный класс в среднюю школу в Санта-Барбаре – это престижный район в Калифорнии. Как я была счастлива! Всё шло по плану. Я думала: пусть отец Серёжи узнает, какого мальчика я вырастила! (К тому времени мы с мужем уже расстались.) Я и представить не могла, что с этого дня наша жизнь перевернулась и мы всё глубже и глубже будем погружаться в кошмар.

Все ученики той школы – белые дети из богатых семей. Как-то сбежали всем классом с уроков, собрались травку покурить. Кто-то покурил и ушёл, а нескольким не повезло. Соседи позвонили в полицию, детей задержали. Мой сын впервые попал в полицию и с первого раза попался на удочку наркодилеров. Когда мне позвонили из SBPD (Santa Barbara Police Department), я даже не знала, что это такое и почему меня вызывают. Я его ругала, переживала, что это задержание повлияет на его баллы при поступлении в колледж! Какая я была тогда наивная, я ещё смела что-то планировать…

За следующие четыре года Серёжа из умного, здорового, любящего и любимого мальчика превратился в больного, изношенного, равнодушного старика. В восемнадцать лет он не мог одолеть один пролёт по лестнице. Моей бабушке исполнялось девяносто лет, мы отмечали её день рождения в ресторане. Серёжу никто не узнал, он был похож на скелет.

Мой сын был самым успешным в классе не только в учёбе, но и в спорте. Занимался музыкой. С седьмого класса ходил на дополнительные занятия в колледж, чтобы зарабатывать баллы для будущего университета. В девятом классе его выгнали из школы за прогулы. Я возила его по самым престижным университетам с просто шикарными программами обучения и уже знала, что не будет он учиться ни в одном из них. В его глазах я видела только равнодушие. Надежду на образование сына мне пришлось похоронить. А ведь у нас в семье, начиная с прадедушек, у всех было высшее образование.

Серёжа начал с марихуаны, а потом перешёл на героин. Шприцов боялся, поэтому нагревал дозу в фольге и вдыхал. Все стены в нашем доме были чёрные, руки у него были чёрные, обожжённые пальцы. Я позволяла ему всё это делать, чтобы только он не ушёл и не погиб где-то на улице.

Сначала он тратил свои деньги – с девятого класса он подрабатывал, – затем стали пропадать вещи из дома, затем он сам стал продавать дозы. За два года мы из вполне обеспеченной семьи превратились в нищих.

Всё в доме у нас, у моих родителей, моя работа было подчинено наркотикам, в которых мы всё глубже и глубже тонули. Все наши деньги уходили на Серёжу.

К нему приходили такие же наркоманы. Но это уже были не люди – зомби. Однажды за Серёжей пришёл незнакомый парень. Они вышли из дома, а у меня появилось какое-то предчувствие, сердце колотилось в горле. Я вышла следом и побежала за ними. Они зашли в какой-то дом, я лежала под дверью. Слушала. Пыталась понять, что они замышляют. И каким-то образом упустила их из виду. А они пошли в Home Depot и украли кабель, чтобы обменять на дозу. Их задержали. Это был первый арест Серёжи за кражу.

Я дошла до того, что нашла русского юриста, чтобы посадить Серёжу в тюрьму – с тем условием, что если он пойдёт в рехаб, то его освободят. Серёжа проклинал меня, а я просила: «Так надо, сыночек, тебя через месяц переведут в клинику, ты очистишься, верь мне».

Я поехала проведать его в тюрьме. Голое поле. Окошки, где надо зарегистрироваться. Родственников посадили в автобус, повезли в тюрьму. Огромное стекло, перегородки, общаешься по телефону. И вдруг моему беленькому, светлому мальчику с голубыми глазами огромный чёрный, в наколках с ног до головы, кричит: «Эй, Снежок, мне тоже ланч возьми!» А мой мальчик улыбается ему, машет рукой: «Sure!» Они все равны, они все на дозе, они друг друга по глазам узнают.

Тогда ещё не так сильно был развит Интернет. В одной русской газете я увидела объявление какого-то парня, который сам прошёл через ЭТО и сейчас занимается реабилитацией себе подобных. Он показался мне тем человеком, кто сможет поговорить с моим сыном. Я умоляла Серёжу встретиться с ним, дала денег, только чтобы он послушал того парня. Я не знаю, какие слова тот нашёл, но мой сын вдруг понял, что он болен и ему нужна помощь. А может быть, он сам почувствовал, что погибает.

Жена актёра Олега Видова Джоан открыла клинику, и Серёжа согласился там лечиться. Детский снобизм сыграл свою роль – в Малибу было красиво. Тогда ему было семнадцать. Лечение стоило двадцать тысяч в месяц.

У Джоан была специальная методика: пациентам как бы закладывали в голову всё заново. Учили жить без наркотиков. Как питаться, о чём думать, когда утром проснёшься, да даже как просыпаться утром.

Я не помню, сколько клиник Серёжа сменил. Возвращался с надеждами и планами. Иногда держался месяц-два, а чаще срывался через неделю.

В минуты просветления Серёжа рассказывал мне свои сны. Однажды ему приснилась наша старая подмосковная дача с кружевным козырьком над порогом. Он раскачивался в гамаке и упал. Он не мог помнить дачу, ему едва исполнилось четыре, когда мы переехали в Америку. Я часто об этом думала, почему нам снятся одинаковые сны. Значит, мы ещё связаны пуповинкой. Значит, я его вытащу.

Наркоманы могут общаться только с себе подобными. И девочки у них должны быть такими же – из их среды. Другие с ними не выдержат.

У Серёжи в комнате в постели год лежала филиппинка. Замечательная девочка, из хорошей семьи. Бросила колледж. Она не вставала, только в туалет. Никогда не выходила из комнаты. Серёжа приносил ей поесть и наркотики. Я звонила её маме и просила: придите, посмотрите на свою дочь. А мама плакала и говорила: я не могу, мне стыдно. Я ухаживала за девочкой, но денег оплатить её лечение у меня не было. Когда Серёжа отправился в очередную клинику, она исчезла. Что с ней теперь, я не знаю.

В рехабах, где лежал Серёжа, было очень много людей с разными зависимостями, не обязательно наркотической или алкогольной. С булимией и анорексией, с сексуальной зависимостью и игроманией. Он со всеми разговаривал. Рассказывал мне про них.

Однажды Серёжа позвонил из рехаба и попросил привезти лекарство, у него болела голова. И я поехала. Четыре часа в одну сторону. Ему не столько лекарство нужно было, сколько просто хотелось, чтобы я показала свою преданность. Я ждала с лекарством, когда он ко мне выйдет, и наблюдала за другим мальчиком, тот просил отца по телефону: забери меня. А в трубке слышался крик отца: чтоб ты сдох, я больше не могу, подыхай на улице. Нельзя так. Пусть дома колются, нюхают, пьют. Нельзя выгонять, надо за них бороться.

Его забирали в полицию и выпускали: таких, как он, много, что с ними делать, никто не знает. Клиники переполнены, наркоманов подлечивают и выпускают— их некуда девать. У них полжизни проходит в угаре, они многого не помнят. Когда они очищаются и память частично возвращается, то у них возникает огромное чувство вины. Настолько огромное, что они могут убить себя.

Сколько раз мы ходили на похороны друзей Серёжи. Сколько их умирает…

Мне ещё не было сорока, когда начался этот кошмар. У меня были мимолётные романы, мне нужно было участие. Но я могла говорить только о Серёже и о таких, как он, поэтому романы мои заканчивались быстро.

Но однажды я познакомилась с Ильёй. Ему было двадцать два, а мне – сорок четыре. Он был ровесником моего сына. Почти всё это страшное время Илья провёл со мной. Шесть лет, пока я боролась за Серёжу, я сбегала к Илье по ночам. Мы расстались, когда мне исполнилось пятьдесят. Эта связь спасла меня.

Когда Серёжа очистился, он стал устраивать у нас в гараже собрания. Помогал таким, как он. Они все похожи друг на друга. Я их узнаю по лицам, по глазам, по походке.

В последнем рехабе мой сын встретил девушку из Мексики. Такая красавица! Какой-то гад имел её четыре года, а потом выкинул на улицу. И она подсела на таблетки. Потеряла всё. Квартиру, работу. В машине спала. И сама пришла в рехаб. Серёжа женился на ней.

Она молодец. Грызла все предметы и выучилась на менеджера. Сам он учиться уже не смог. Три года после клиники она питалась только здоровой пищей, чтобы очиститься от этой гадости и только тогда забеременеть. Сейчас у них двое замечательных детей. Моего сына и невестку не интересует никто и ничто. Только их дети. Они отдают себя своим детишкам полностью.

Я жила с ними всё время, пока невестка лечилась и заканчивала колледж. Помогала Серёже проводить собрания с бывшими и настоящими наркоманами. Встречалась с родителями и близкими, рассказывала, как я помогала своему сыну, как не уставала просить и уговаривать лечиться, как работала на двух-трёх работах, чтобы оплачивать его лечение. Сдаваться нельзя, надо бороться. Не опускать руки. Только так можно вытянуть.

Когда внуки немного подросли, я уехала от них поближе к океану. Поселилась в небольшой квартирке с видом прямо на пляж. Мне хорошо сейчас в моём одиночестве. Я отдыхаю. Иногда играю с внуками. С Серёжей мы больше молчим, мы устали от разговоров.

Иногда меня навещает Илья.

Олег Голубев

Автор поэтических книг «Белый храм», «Красота небылиц», «Прогулки с Данте», «Битва с амазонками» и других (издательство «Издательские решения» по лицензии Ridero 2019–2022, Екатеринбург). Лауреат Регионального поэтического фестиваля, посвященного 80-летию М. А. Дудина (1996, г. Иваново). Лауреат Международного поэтического конкурса «Главный стих – 2022» (издательство «КНИГА.РУ», Барнаул). Дипломированный участник альманахов издательства «Издательство СП» (2022, Новокузнецк). Публиковался в альманахе «Слова и музыка» (издательство ООО «Перископ-Волга», 2022, Волгоград). Участник журнала «Русские сезоны» («Русский литературный центр», 2023). Публиковался в альманахах издательств «КУБиК» и «Десятая Муза» (Саратов). Победитель мини-конкурса журнала «Аврора» (СПб) – публикация в № 2 за 2023 г. на 2-й странице обложки.

«По страницам Евангельской были…»

* * *

Предал Христа Иуда,
Предал и слышит вдруг:
«Царство мое не отсюда,
Эх, не отсюда, друг».

На площади, солнцем выжженной,
«Распни!» кричали, «Распни!».
А Он завещал им: «Ближнего,
Как себя, возлюби».

Свистели римские плети,
Но пишет Евангелист:
«Будьте наивны, как дети,
Царство Небесное их».

На Голгофу, с крестом, шаг за шагом
Взойдет и вздохнет изгой:
«Иго Мое есть благо,
Бремя Мое – легко».

Думая, веря, что тверд,
Слаб человеческий дух.
Трижды отрекся Петр —
Да и заплакал вдруг.

Вешается Иуда,
Но прогибается сук.
«Царство Мое не отсюда,
Эх, не отсюда же, друг».

* * *

Разве ближний мой друг мне и брат?..
Разве дев вижу в образах женских?..
И не я ли один виноват
В мира этого несовершенстве?!
И не я ли был жалок и мал
Средь великих идей и открытий
И крючком злого сердца связал
Жизнь людей, ход времен, цепь событий?!

И совсем не туда нас несло,
И сердцами лукавый играл,
На весах перевесило зло,
И добра ни один не добрал.
А порывы души к доброте
То фальшивы, то жалко-убоги…
И себя не распять на кресте
За грехи очень многие
Многих.

* * *

Подобие и образ мироздания.
Не звери, но в безверии так злы.
В невиданном, в неведанном сиянии
Пришедшие из непроглядной мглы.
Пришедшие из хаоса и мрака.
Что ни душа, то беспросветный мрак.
Не знающие жалости и страха,

Но сами порождающие страх.
Не помнящие заповедей Неба,
Не видящие в человеке Храм.
Служители и жертвы – лжи и «мне бы»
Без веры в воцарение добра.

Но, ощущая, пусть и очень смутно,
Любовь, Гармонию, Терпение Небес,
Я говорю как откровение кому-то:
– Он умер, но воистину воскрес!
И путь души дорогой покаяния —
Есть к Богу путь, и только потому
Дух Истины дает ей осознание
Смирения в служении Ему.

* * *

По страницам Евангельской были
Мы уходим сквозь годы и годы
От земных нелюбви и бессилья
До небесных любви и свободы!

И повсюду, из плоти и крови,
Так печальна людская дорога,
Где все наши земные Любови
В своей сущности – поиски Бога.

Распадусь на земные мгновения —
Многословно и многолико —
В невеликих словесных творениях
Искрой Божьего духа и лика.

И, вздохнув о безбожье вчерашнем,
По страницам Завета бреду
До моленья Иисуса о Чаше
В Гефсиманском, в безмолвном саду.

До того как с трудом,
Но открылось
Бывшим с Ним – не от мира учение.
До распятья, до вздоха
«Свершилось!»,
До Его Воскресения.

* * *

По крыши снега нанесло.
И снова снег, и снова ветер —
Безверие и лихолетье,
И все же у меня тепло.
А было холодно вчера,
И бесы заходили в гости,
И ныли и душа и кости
В бессмысленные вечера…
Так было холодно вчера.

И шел вчера я, что ни день,
Всечасно путая дорогу,
Из темноты всезнанья – к Богу
И к храмам отчих деревень.

Святыни – дух и крест России,
Икон целительное чудо,
Где все мы, видит Бог, чужие…
Но все в крещении – отсюда.

Без веры поколений прежних,
Творцы смешных кумиров века…
«Душа не больше ли одежды?!.» —
По слову Богочеловека.

Весна духовная

Воды как зеркала.
Горы, простертые в небо.
Зимою земля бела
Искристым сиянием снега.
Таинственна вся природа!
Добра и вся полна ласки.
Уходят из сердца невзгоды
Не случайно и не напрасно.
Жизнь как чарующий рай!..
Лазурью горит небосвод…
Благоухающий край —
Сладкозвучная музыка вод!..
Хвалите Бога вовеки!
Веселитесь и пойте Ему:
За солнце, слепящее веки,
За ночную звездную тьму.
За воздух, за пение птичье,
За васильки во ржи.
За малинники и черничники,
За смерть и за вечную жизнь.
Хвалите за яркие чувства,
Веселитесь и пойте сладостно —
За каждое слово грустное,
За каждое слово радостное!
За вечность среди мира временного.
За землю как книгу мудрости.
За свежесть туманов серебряных.
За обиды, лишения, трудности.
За утро и смысл пробуждения…
Веселитесь и пойте Ему:
За божественные откровения,
За Его подсказки уму,
За тайную магию слова,
За травы у ваших ног.
Силою Духа Святого
Дышит каждый цветок.
За веяние ароматов,
За нежность оттенков нот.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Поэта Андрея Вознесенского отпели в церкви святой мученицы Татианы при МГУ.

Вернуться

2

Старец Симеон, один из героев стихотворения И. Бродского «Сретенье», посвящённого Анне Ахматовой.

Вернуться

3

Урания – муза астрономии, также название сборника стихов И. Бродского.

Вернуться

4

Остров-кладбище в Венеции, где похоронен поэт.

Вернуться

5

Никола – деревня, где вырос Николай Рубцов.

Вернуться

6

Торо (toro de lidia) – боевой бык (исп.).

Вернуться