Анастасия Любутина
Помощь вызывали?, или «Неформальный» подход к делу

Глава 1

– Наташа, я соглашалась тебя проводить до психолога… Но никак не соглашалась сама к ней идти.

– Ой, да ладно тебе. Ты на работе каждое утро ходишь с выражением лица «а-ля Терминатор», – та поправила свой как попало собранный на затылке пучок ярко-рыжих волос и продолжила: – А психолог вполне может помочь тебе расслабиться, снять напряжение, а также решить некоторые «внутренние» проблемы.

– Я такая хожу большую часть жизни и вполне всем довольна. Но к мозгоправам этим не пойду точно! А если и пойду, то сама вынесу им мозги как можно быстрее, чтоб во мне не колупались!

Инна демонстративно засунула руки в карманы черных мешковатых штанов, местами потертых от частой носки и с заплатками. Всем своим видом демонстрируя, что не намерена продолжать разговор.

– Как всегда – упряма до отупения, – Наташа ловко ухватила подругу под руку, уверенно утягивая ее вперед, и решила все же прибегнуть к шантажу: – Ты сходишь к психологу и как следует расслабишься, а взамен получишь два выходных дня. Как тебе такое условие?

– Три! И не суббота и воскресенье, а четверг, пятница и суббота! – гордо отчеканила Инна, довольно облизнув продетое посередине нижней губы кольцо-пирсинг.

– Фу, блин! Не делай так, знаешь же, что меня от твоих подобных фокусов воротит, в особенности от наколок на лице… – Наташа все же решила уступить. – Хорошо, три выходных, а теперь вперед.

– Окей, – Инна лениво шла рядом с подругой и начальницей в одном лице, – полечусь я у твоего мозгоправа! Повезет, если это будет красавчик-парень…

– Ты неисправима!

Миновав оживленную от движения самых разнообразных автомобилей дорогу возле закусочной «KFS», они дошли до современной многоэтажки с зеркальными окнами. В них отражалось яркое голубое небо без единого облачка, солнечные лучи отскакивали «зайчиками» куда угодно, случайно слепя прохожих. Прищурившись от яркого света, Инна тихо присвистнула и вошла внутрь, обходя ресепшен стороной. Хотелось подняться по лестнице на седьмой этаж самостоятельно, так сказать, поддержать тело в красивой форме. Но Наташа бесцеремонно откинула эту затею и потащила ее за руку к лифту. Но при этом жаловалась на свои туфли со шпильками, не обращая внимания на едкие замечания Инны. Короткий звонок в лифте уведомил о прибытии на нужный этаж. Но и в этот раз Наталья уцепилась за ее локоть, уводя к кабинету, высматривая нужную табличку. Инна как увидела эту самую табличку, хотела развернуться на месте и припустить куда подальше, ну не нравилось ей число пятьдесят пять. Да еще и фамилия, не внушающая никакого доверия, отчего желание посещать сей кабинет пропадало в два раза быстрее.

Первой почему-то на прием Наташа решила выпихнуть Инну, которая изо всех сил старалась вежливо отмазаться, даже уверяла, что не сбежит. Но начальница была непреклонна: взяв ситуацию в свои наманикюренные пальчики, она силком втолкнула подругу в кабинет. Сказав несколько вежливых слов приветствия психологу, предательница тут же скрылась за дверью.

На гостеприимный жест психолога Инна лишь закатила глаза и вальяжно плюхнулась на предложенное бежевое кожаное кресло. И тут же пожалела: оно оказалось чертовски неудобным и жестким, хотелось просто выкинуть этот предмет пытки для гостей в окно.

Тем более, вся обстановка кабинета никак не воодушевляла на процесс расслабления: множество книг с мудреными научными названиями, расположенными вдоль одной стены, в странной и кривой полке. Стол с идеальнейшей чистотой на нем, ничего лишнего и ни пылинки, нагонял тоску. Но куда большую скуку нагоняла сама женщина в строгом белом костюмчике модного нынче фасона, голубой блузке со странным принтом и главное, в такую-то жару. Да у женщины стальные нервы, раз она захотела заключить себя в парилку, образно говоря.

– Добрый день. Давайте для начала мы с вами познакомимся…

– Я не хочу называть вам свои имя и фамилию, – Инна бессовестно перебила психолога на полуслове, – да и начальница, что за дверью, наверняка вам выдала мои данные…

– Того требует этикет, и гораздо легче общаться, обращаясь к собеседнику по имени.

– Давайте будем реалистами: в нашем современном мире можно общаться и вовсе не зная имен друг друга, так что повторюсь: не хочу называть свое имя, – Инна довольно почесала лоб над правой бровью у самого микродермала.

– Хорошо, в мои компетенции не входит заставлять человека против его воли делать то, чего он не хочет. Раз вы хотите без имен, тогда будем говорить, не зная имен, – психолог раскрыла свой небольшой блокнот-тетрадь и ручкой сделала первую пометку. – Наталья Эдуардовна рассказала мне, что вы совсем не улыбаетесь, сторонитесь коллег, часто прибегаете к хамству и сарказму, почему же?

Инна после такого вопроса быстро сообразила, что начальница уже договорилась об этом приеме и растрепала кое-что маловажное. Взглянув в голубые глаза психолога, она на миг вспомнила аварию из своего прошлого, в которой погибли родители. Потом уже вспомнились белые надгробия у могил родителей, перед которыми она пообещала, что больше не будет улыбаться тем, кто не заслуживает этой улыбки. Что будет улыбаться только тем, кому доверяет, кого любит и кому хочет ее подарить. Слишком много воспоминаний и смысла она вложила в простую улыбку. Но после этого обещание превратилось в привычку, которую Инна почти не замечала за собой. В желании защитить себя, оградить от тех, кто хотел использовать ее, навредить ей, морально сломить и растоптать ее теплые чувства.

– Нет повода, и я уже привыкла без нее жить, – она флегматично пожала плечами, демонстративно расправляя свою камуфляжную футболку, – а сторонюсь потому, что с ними не особо интересно, сарказм – мое любимое оружие в общении.

– Разве можно прожить без улыбки? С ней многое связано, – психолог тепло улыбнулась, попутно рассматривая броскую внешность клиентки, – нет, ваш сарказм и хамство больше напоминают самозащиту, чем оружие.

– Тут я могу поспорить… – Инна самодовольно пожала плечами и продолжила в своем вредном духе: – Если нет повода, тогда зачем улыбаться, чтобы выглядеть идиоткой? Нет, такое не в моих интересах.

– Хм… ваше высказывание верно меньше, чем наполовину, если судить субъективно. Каждый человек может улыбаться любому пустяку много раз в день.

– Я, кстати, в это число не вхожу и спешу заметить, как болванчик по пять раз на дню не улыбаюсь. Повторяю, если нет повода для улыбки, то и нет смысла улыбаться, лебезить перед кем-то и подлизываться.

Спорить с этой экстравагантной особой оказалось равносильно тому, что пенопластом по стеклу возить. Отчего психолог еще раз оценила реакцию клиентки за весь прием. А ведь эта девица ни разу не почесала нос во время ответа, не произнесла лишних слов-паразитов, даже взгляд в сторону не отводила. Всем своим видом показывала, что говорит исключительно чистую правду. Хотя если смотреть на жуткий пирсинг на ноздре и над бровью, увешанное, начиная от мочки и заканчивая верхним хрящом, сережками-гвоздиками ухо, кольцо в губе… Еще и стрижка в стиле неформалов: выбритые виски и длинные пепельные волосы от самого лба и до затылка ровной полосой, небрежно собранные в хвост. Психологу захотелось поскорее сменить тему и наконец вежливо вывести на важную тему эту грубую особу.

– Хорошо. Тогда следующий вопрос: все ли вас устраивает в личной жизни, или есть то, чем вы недовольны и хотите изменить? – она надеялась хоть на какую-либо реакцию на подобный вопрос, но не ожидала столкнуться с такой ужасной упертостью и некультурщиной.

– Я попрошу не лезть в мою личную жизнь, на то она и личная, что я сама вольна решать, кому рассказать! Задайте лучше другой вопрос, который явно не будет касаться моей сугубо личной жизни…

– Я вас поняла. Есть люди, которые очень трепетно относятся к своей личной жизни и стараются оградиться от посторонних глаз.

– Меня в моей жизни абсолютно все устраивает, и поверьте, если бы я хотела все изменить, то давно бы уже изменила и не парилась по пустякам. Еще вопросы будут?

– Почти, остался последний, так уж и быть, вопрос: какие вам снятся сны? – психолог снова сделала пометку в блокноте и посмотрела на клиентку.

– Ну, по моим снам можно вторую Санта-Барбару снять с куда более жутким и увлекательным сюжетом, – устало проворчала Инна, вспоминая последний сон.

Уже вторую неделю ей снился похожий сон, точнее, одно и то же место – лес с жутко идеальной тишиной. Но, как ни странно, выбраться из него можно было лишь по звуку флейты, мелодия которой действовала как гипноз и выманивала к музыканту. И в каждом сне Инна бегом следовала по звуку и выбиралась на светлую полянку под самым солнцем, где на старом широком пне сидел молодой парень: на вид ему было эдак лет восемнадцать-двадцать, но по причудливым глазам видно – совершенно другой возраст. Он медленно и умело играл на белой флейте, перебирая тонкими изящными пальцами, каждый вдох – плавный и глубокий. Словами не описать, что она видела перед собой в такие моменты, это действительно было волшебно и достойно улыбки, но…

Каждый сон обрывался, когда юноша убирал флейту и грустно произносил: «Ты нам нужна» – и вот тут начиналась редкостная чертовщина. В памяти по пробуждении всплывали воспоминания про сражения и приключения, про путешествия по опасным местам вместе с командой странных существ. И ведь она старалась забыть или скрыть это все, а тут, как назло, на приеме у психолога проснулось неуемное женское любопытство. Которое впору задушить и запереть в дальний ларчик, дабы не тянуло попу в капкан приключений и проблем.

– Ну, последний раз мне снился густой лес, я типа выбегаю на полянку, где как ни в чем ни бывало, будто так и надо, сидит пацан. Он еще на флейте трындит, потом как ляпнет избитое «ты нам нужна» и убегает в закат. Кстати, места каждый раз менялись, как в детском калейдоскопе.

– Понятно, – психолог добавила еще пару заметок касательно сна, зачеркнув одну строчку в блокноте, – лес зачастую связывают с чувством удовольствия и простора, если лес темный, то страха. В вашем же сне вы добровольно бежите вперед, значит, есть цель, которую вы желаете достичь. Наши сны – это своего рода отражение реальности, они как бы подталкивают нас незаметно. Значит, вам нужно поразмыслить над своими снами, потом пересмотреть цели в жизни и установить для себя своего рода порядок. Это сравнительно быстро упростит вашу жизнь.

– Сны как сны, – недовольно проворчала Инна, не услышав ничего нового для себя.

– Хорошо. Перейдем к следующему вопросу, какие у вас отношения с коллегами?

– А вроде предыдущий вопрос был последним… Послушайте наше «Сарафанное радио» и узнаете много чего любопытного, – она с видом победителя посмотрела на психолога, которая, видимо, из последних сил держалась чтобы не нагрубить.

– Я так понимаю, вы на мои вопросы продолжите также отвечать с сарказмом?

– Долго же вы догадывались, другие быстрее соображают, – Инна как можно невиннее указала пальцем на дверь и спросила: – Я могу идти домой?

– Да-да, конечно же, всего доброго.

Резко поднявшись с кресла, Инна выбежала из кабинета, любезно пропуская Наташу в кабинет. Ни закрывавшая за собой дверь Наташа, ни ее подруга-психолог никак не ожидали услышать за дверью заливистый веселый смех своенравной клиентки, которая, весело насвистывая мелодию из репертуара группы «Король и Шут», шла домой, засунув руки в карманы по привычке.

Психолога аж затрясло от злости в мольбе больше не встречать таких хамски настроенных клиентов, которые на каждый вопрос либо ответят сарказмом, либо скажут какую-либо глупость, в которую все должны быстро поверить. Она все же отложила блокнот на тумбочку и, вежливо указав на кресло, пригласила Наташу присесть. Ей так и хотелось нажаловаться на эту девицу и выплеснуть свое негодование по этому поводу. Но ей как квалифицированному психологу не пристало жаловаться на своих клиентов.

– Эта девчонка всегда такая или решила надо мной поизмываться?

– А что Инна не так сделала? – с недоумением спросила Наташа, заметив рассерженный вид Ирины.

– Отказалась знакомиться и вообще называть свое имя, отвечала с помощью сарказма и вранья на уровне подростка. Ни разу не улыбнулась и к тому же смотрела на меня как на идиотку! – Ирина устало прикрыла глаза ладонью, стараясь не смазать макияж.

– Не обращай внимания, она ведет так себя исключительно с незнакомцами. Конечно, до чертиков упрямая и пофигизма, так сказать, ей не занимать, у нее такого добра чересчур много. Но на удивление ответственна и терпелива, еще и сообразительная.

– Наташа, прошу тебя, больше не приводи ее ко мне ни за что и никогда, мои нервы такого издевательства больше не выдержат, – Ирина шумно сделала вдох, выдох и затихла.

– Ты про ее забритые налысо до затылка виски, пирсинги и мужскую одежду? – Наташа игриво улыбнулась и добавила: – Она как-то обмолвилась, что была панком, так что от этого не избавится.

– «Повезло» же тебе с такой-то коллегой на работе…

– Девушка талантлива как ветеринар, но как человек странная и пугающая.

Приготовив чай и сладости к предстоящей беседе, Наталья активизировала этакое «сарафанное радио» и рассказала своей подруге последние сплетни про Инну. Тут-то Ирина и заметила, что клиентка, как ни странно, оказалась права про сплетни – удивительная интуиция.

* * *

Пнув грязным носком кеды не вовремя попавший на глаза камешек, Инна не спеша шла прямиком к себе домой. После посещения этого самого психолога остались странные ощущения, можно сказать, эта женщина ее попросту отпугнула и насторожила своими вопросами. Но факт был ясен безоговорочно: Инне больше не хотелось когда-либо заглядывать к психологам, ни под каким предлогом. Она небрежно поправила задравшуюся сбоку футболку, будто отряхнув от чего-то, и устало вздохнула. Но как ни крути, а положение вещей казалось на удивление щекотливым и запарным. Самым дорогим местом она чувствовала – случится редкостная пакость за всю ее жизнь, только какая неизвестно. Да еще и эти странные сны все никак не давали покоя, особенно чудик этот ушастый. К чему он вообще снился со своим избитым: «Ты нам нужна»? Что пытался донести до ее ума, оставалось только гадать…

Совсем рядом раздался противный скрип несмазанных железяк. Обернувшись на звук, Инна заметила, как отец забрал дочку с качелей и повел домой, веселя ребенка от всей души. Сердце неприятно защемило, тоска проснулась и с удвоенной силой начала снедать изнутри разум. Так хотелось вновь вернуться в прошлое, когда ее так же забирали родители, как она весело им рассказывала свои детские новости и радостно смеялась. Но теперь такого уже не испытать: время упущено, да и родителей уже нет в живых. Инна с минуту о чем-то задумалась и, огорченно сплюнув в сторону, уверенно зашагала к качелям.

Под ее весом они жалобно скрипнули, и от каждого раскачивания монотонно и жутко «кричали», будто прогоняли грусть-печаль подальше. А чего скрывать, Инна даже ребенком шести лет помнила, как отец устраивался на скамеечке с потертой книжкой писателя Булгакова. Ей как ребенку было неинтересно заглядывать в странички, где даже не было картинок. Но когда папа или мама начинали читать вслух, было неважно, о чем сюжет книги, важно то, как они воодушевленно и с выражением произносили каждое слово. Инна ужасно сильно тосковала по родителям и минувшим веселым дням.

Из ностальгии её вырвал звук входящего сообщения, главное из общей группы сообщений. Затормозив ногой так, что поднялся клуб пыли и осел на штанах, Инна выудила из кармана телефон и увидела на дисплее адресата. Им оказался старый веселый разгильдяй с курса ветеринарии, который только и умел что в практике разбираться и шутки шутить. Но еще больше удивило само сообщение, таких новостей она не ожидала точно…

«Всем ХОЙ! Народ! Вы знали, что Максимка женится?»

Инна из любопытства залезла в профиль Витальки и, открыв последнюю фотку, звонко рассмеялась. Уж точно не ожидала того, что тот нисколько не изменится и не откажется от глупейшей привычки зализывать свои волосы назад как мафиози. Разве что только его лохмы были уже не светло-русого цвета, а темно-русого со светлыми кончиками. Вот эта действительно странная в нем перемена, но от изучения профиля друга отвлек еще один звонок сообщения.

«Опять треплешься, о чем не просят, кошак бестолковый…»

Сообщение было от Максима, который теперь даже смайлы не ставил и писать старался грамотно, все же некоторые люди меняются. Но Инна отвечать не торопилась, подгадывала удобный момент, чтобы влиться в беседу, ожившую беседу старых друзей.

«Максимыч, сколько лет, сколько зим?!»

Виталька переслал сообщение от Максима и вставил смешной смайл, знал же, как раззадорить всех подряд.

«Витька, паразит, кто просил тебя рассказывать?»

Все же Макс и Ира продолжали злиться на Витальку, а ведь в конце первого курса они попросту друг друга не переваривали. Как можно было так познакомиться, чтобы потом все оставшиеся три курса щипаться, подставлять, прикалываться и всячески доставать друг друга? Инне это казалось непонятно, но довольно-таки забавно. Она все же поспешила написать сообщение, пока не проворонила момент…

«Всем привет, народ! С вами снова я».

«Опана, Иннусик к нам вернулась. Подруга, ты там как, живая?»

«Да, Виталик, живая. Начальница вредина, но я не унываю».

«Удивительно, я думал, эта конфа давно заплесневела, а вы живчиками оказались. Хотя, Витя, ты трепач тот еще…»

Инна постепенно погружалась в воспоминания, обида давала о себе знать. Когда- то она встречалась с Максом и даже не ревновала его к этим пристрастиям поприкалываться с Ирой. К беседе тем временем присоединился Дима, ботан и самый лучший друг на свете, всегда поддержит и поможет. Именно он помог ей справиться со всем, за что она, несомненно, была благодарна.

«Так ты все же решил жениться? И на ком же тогда?» – тут Инна не смогла удержать своего любопытства, хоть и не собиралась общаться именно с Максимом.

«Ага, на Светке. Ты мне тогда скучной показалась, и я понял, что с тобой хорошей жизни не видать. Особенно если ты панк».

«Я погляжу, ты совсем не изменился, дятлом слепым был, им и остался. Забыл, на что Света способна была, хотя это и вовсе не мое дело».

Инна поняла, что беседа грозит превратиться в вульгарный и бессмысленный срач, даже стало скучно читать, как Дима и Витя пытались утихомирить Макса. А ведь она прекрасно помнила, как застала Макса в его же комнате в кровати с этой Светланой. Отчего она окончательно разочаровалась и осознала всю бессмысленность своей влюбленности. Даже противно стало, что ее, верную и заботливую променяли на ту, которая побежит за любым, у кого есть деньги. Именно после такого расставания Дима и Виталька помогли ей с дипломом, когда она переживала разрыв, и до сих пор она была благодарна ребятам. Но читать дальнейший грубый и оскорбительный бред Макса и тщетные попытки друзей утихомирить его не хотелось, она просто выключила телефон и убрала в карман.

Глубоко и медленно, словно заполняя себя всю до краев, она вдохнула теплый воздух, пропитавшийся выхлопными газами и ароматом берез, а после плавно выдохнула. Приводя спутанные мысли в порядок, Инна слезла с качели и поспешила домой, хотелось попросту выпить кофе и отдохнуть. И главное, чтобы никто не мешался и не действовал на нервы.

Закрыв дверь изнутри на ключ, который потом небрежно был отброшен в ключницу, она как попало разулась. На ходу по пути в комнату, стягивала с себя всю одежду, оставаясь только в спортивном нижнем белье. В такую духоту холодная ветродуйка едва ли спасала, но ее все же было достаточно. Хоть сейчас день в самом разгаре, ей очень сильно хотелось спать, глаза сами по себе медленно закрывались. Смысла пить кофе вовсе не было, поэтому она попросту завалилась на кровать и, откинув от себя одеяло, заснула. Постепенно проваливаясь в сон, ощущая это как нечто необычное, словно полет в потоках сильных ветров. Все же в душе теплилась надежда на нормальный сон, а не бред из ниоткуда.

* * *

Мягкий и в то же время насыщенный запах еловых игл и самой разнообразной растительности заполнил ее легкие. Но колени предательски подрагивали, чувствуя легкий приступ тревоги, которой ей не нужно было и вовсе. Сильно шлепнув ладонями по коленкам, Инна ощутила, как дрожь постепенно сходит на нет, оставляя неприятное жжение от удара, но это был сущий пустяк. Инна внимательно осмотрела лес, который чуть ли не плотной стеной окружал ее, словно заключая в зеленую клетку. Тихо ругнувшись покрепче, чтобы можно было ясно мыслить, пробормотала:

– Снова? Уже по какому кругу это все снится? Как же надоело, терпи, красотка, если хочешь отсюда выбраться…

Мысленно пытаясь себя убедить очередной надеждой, Инна не спеша зашагала куда глаза глядят. И стоило только сделать несколько шагов в сторону, как интуиция будто закричала «беги», и позади нее в подтверждение мыслей зазвучала флейта. Резко развернувшись на сто восемьдесят градусов, она побежала на звук, уклоняясь от веток и перепрыгивая через корни деревьев.

На освещенной золотым ярким светом солнца поляне, среди неизвестных кустов с белыми плодами, на большом старом пне сидел юноша. Инна остановилась как вкопанная у дерева, рассматривая уже знакомого героя, но все же в новом свете. В этот раз его белые длинные до пояса волосы были заплетены во множество тонких косичек, конец каждой косы украшала едва заметная черная бусинка. Прическа не казалась бы чудной, если косички не оказались заплетены в одну большую, перевязанную лентой, как у девчонки, правда, без банта и строго… Его длинные заострённые уши глупо топорщились в стороны и улавливали каждый малейший звук, изредка двигаясь как локатор. Странная синяя рубашка с непонятными широченными рукавами, стянутыми у запястья, и кожаный жилетик нараспашку. Его коричневые обтягивающие штаны, конечно, подчеркивали сильные и стройные ноги, вот только выглядел он в них глупо. Отчего Инна мысленно дала ему кличку «ушастый пижончик», неотрывно наблюдая за его умелой игрой на флейте.

Ее словно околдовало этой восхитительной мелодией, дурманящей ясный ум, заставляя все дольше наблюдать за зрелищем. Как радостно сияли его изумрудного цвета глаза, в которых радужка почти прикрывала белок глаз, пугая своей чуждостью и необычностью. Но эльф будто бы почувствовал едва заметный вздох гостьи и обернулся, радостно просияв широкой искренней улыбкой. Неуклюже соскочив с пня, распугав подбежавших зверьков, чуть не запнувшись за собственную ногу, он подбежал к ней, чтобы проводить в центр полянки. Ей ничего толком и не оставалось, как проследовать за ним, чтобы узнать хоть какую-то информацию. Светло-русые брови юноши сначала приподнялись в удивлении, но спустя секунду нахмурились, придавая лицу настороженный вид.

Тучи в небе словно почувствовали настроение волшебного существа и сгустились, пряча за собой теплое солнце, погружая полянку в серый мрак. Будто бы успокаивая, эльф ласково погладил тыльную сторону ладони Инны и нежно заговорил, стараясь немного усыпить в ней чувство тревожности.

– Леди, вы нам сейчас нужнее всего. Это последний срок, последняя встреча, и нам очень нужно услышать ваш ответ. Наше царство эльфов, королевство некромантов и магов, множество волшебных народов в опасности, только вы можете помочь нам. Спасти от распрей и напрасных смертей, соединить всех воедино.

– Так, стопэ, ушастый пижончик, тебя понесло слишком резво, – Инна недовольно вырвала свою руку из его хватки и, прищурившись, спросила: – А разве не нашлось другого инициативного идиота, готового спасти ваши задницы?

– Если бы все так было просто, я бы уже нашел именно того, кто нам нужен. Но так выпала карта, ваша смерть – наше спасение, и никак иначе…

– И с чего ты решил, что я соглашусь на свою же смерть, наивный ты наш?

– Леди, у вас нет выбора, – эльф запнулся на слове и все же решил сменить тактику, – то есть у вас есть выбор, но я не думаю, что вы ему обрадуетесь. И все это далеко не сон, как вам кажется или же как, вы хотите думать и верить в это.

– Притормози, паразит, а теперь не торопясь, четко и ясно, какой у меня там выбор, который мне же и не понравиться?

– Первый вариант – согласиться на мое условие, то есть принять настоящее и помочь спасти наш мир, а второе – вернуться к себе и умереть спустя недолгое время. Что выберете?

– Слушай, не зли меня, – Инна медленно начала распаляться от такой наглости, – говоришь загадками, несешь всякую ересь и еще пытаешься от меня согласия добиться? А не слишком ли вы принаглели, мужчина в колготках?

– Леди, я сам не рад от того, что предначертано судьбой, но таковы правила, если выпала карта, так тому и быть. В своем мире вы погибнете, едва ли достигнув двадцати шести лет, и найденную любовь потеряете. Но если примете мои условия и согласитесь спасти наш мир, вы будете жить долго и счастливо после его спасения.

– А какова вероятность того, что я не отброшу коньки во время этой спасательной свистопляски? Об этом я, как погляжу, ты не задумался, а мне жить охота, понимаешь, жить.

– Вы не умрете, пока не исполните предназначение, – уверенно заверил ее эльф, – если бы так было, то обратная сторона карты была бы черной, а она белая, это значит, что вы не умрете. Прошу, дайте сейчас ответ, это просто необходимо.

– Какой еще ответ? – Инна недоумевала от происходящего, но, как ни странно, не чувствовала, что странный чудик ей врет.

– Все просто, вам нужно лишь уверенно ответить на мой вопрос – да или нет.

– Ну, гони свой вопрос, – ею уже двигало любопытство, если это сон, то почему бы не рискнуть.

– Согласны ли вы помочь нам в спасении волшебных рас от гнета человеческих племен?

– Да, согласна…

– Просыпайтесь и до встречи, – ласково прошептал эльф, взмахом руки рассеивая все видение.

Очнувшись на кровати в холодном поту, Инна напугано зажмурилась, солнце слепило прямо в глаза. «Нужно срочно прикупить жалюзи, желательно такие, чтоб вообще настырное солнце не просвечивало насквозь». Сколько раз она уже думала об их покупке и все равно, как назло, забывала. На душе было как-то гадко и отвратительно, словно предчувствие чего-то плохого и пугающего; для надвигающейся паники этого было более чем достаточно. Уж слишком часто совпадало предостережение во сне с ощущениями плохого в реальности. И только сидя на кровати, непрерывно смотря на картину с лошадьми, до нее постепенно доходило – вся суть взгляда эльфа. Его взгляд не то, чтобы был наполнен страхом, в нем были настороженность и мольба о помощи, вся гамма не самых хороших чувств.

Чем дальше, тем бредовее казалась затея с этим необдуманным согласием.

«Я точно должна выпить кофе и как следует все обмозговать».

Только кофе на кухне не оказалось, последняя пачка закончилась еще вчера вечером, и Инна забыла купить запасную. Хочешь не хочешь, а пришлось снова одеться в такую жару, чтобы только купить любимый напиток и расслабиться. Накинув помявшиеся вещи, она небрежно схватила ключи и кошелек и выбежала из квартиры, ногой захлопнув дверь. Кто бы мог подумать, что только выбежав из подъезда на безлюдный тротуар, она окажется сбита машиной. Пьяный водитель попытался скрыться с места преступления, вокруг стекалась толпа зевак и тех, кто пытался помочь. Последнее, что Инна увидела сквозь оглушающую боль и пелену в глазах, это панический крик соседки-подружки.

* * *

Что-то почти у самого уха зашуршало, звякнуло и затихло. Послышалось отчетливое характерное старческое кряхтение и скрип какой-то старой табуретки. Не торопясь открывать глаза и тем самым выдать себя, Инна постаралась сосредоточиться на себе. Затылок и виски невыносимо пульсировали от боли, странная боль по всему животу, начиная от диафрагмы и заканчивая чуть ниже пупка, приковала к постели. Даже малейшее напряжение мышц отдавалось болью на все тело, отбивая всякие мысли о прогулке по неизвестным просторам. В горле сильно пересохло, и даже капелька слюны не спасала, хотелось пить просто невыносимо. Самое последнее, что она запомнила, это то, как выбежала на улицу с целью купить кофе, но внезапно ее накрыла темнота – и все, большего вспомнить не получалось.

«Упал, очнулся, гипс». Старая любимая фраза из советского фильма, до жути подходящая к ситуации, только гипс отсутствовал напрочь. Пока кто-то шуршал достаточно далеко, Инна попыталась открыть глаза, получилось только со второй попытки. Чуть прикрыв их, стараясь не думать об обшарпанном деревянном потолке, она чуть слышно прохрипела:

– Воды.

– О величайшая Нралира, очнулась наконец-таки. Бедное дитя, руки бы оторвать этому длинноухому бездарю, – недовольно заворчал пожилой мужчина с заметной сединой в черных волосах, убранных в хвост на затылке, и с густой бородой, но в его серых глазах плясали озорные искорки, когда он осторожно помог попить прохладной воды.

– Кто вы? – Инна устало выдохнула и посмотрела на него.

– Лекарь я, правда, последние годы только и делаю, что ловлю длинноухих беглецов и нянькам ворочаю. Уже устал за ними их пакости разбирать и заботиться об этих неучах – самостоятельных уж больно, – он медленно опустился на табуретку рядом с изголовьем кровати, – как звать тебя, чужестранка?

– Инна. А почему чужестранка? И кого вы имеете в виду, говоря про длинноухих? – та решила сыграть на дурочку, возможно, так узнает больше.

– Ну, такая как ты точно не местная. А длинноухие – это эльфы, мы на эльфийском материке. Они, будучи малышней, умудряются находить приключения и потом страдают от последствий. Вот и вылавливаю их, потом нянечкам ворочаю, да еще и последствия их шалостей убираю… Как себя чувствуешь?

– Лучше, не считая боли в голове и в животе. Но где я и что случилось вообще?

– Могу сказать только, что ты в моем доме в «пустом лесу», а все остальное тебе пусть твой дружочек расскажет, не моя это забота, не моя, – он поднялся и, уходя, тихо проговорил: – Тяжко тебе у нас будет, но ты единственная, кто им нужен.

Инна задумчиво уставилась в потолок, переваривая полученную информацию, но вопросов, наоборот, возникало еще больше. Спросить, конечно же, было у кого, но опять же: когда ушастый объявится и ответит ли он на эти вопросы? И кто вообще этот ушастый зачинщик всей неразберихи с ее попаданием на какой-то эльфийский остров. Пока было свободное время, она вновь попыталась вспомнить произошедшее, но… То же самое, только тьма теперь сопровождалась болью. Сколько ни пытайся, все одно и то же и никакого просвета, сплошное разочарование в своем везении.

Входная дверь громко скрипнула, отчего Инна поспешила посмотреть на гостя. Этим гостем оказался чуть взъерошенный белобрысый зачинщик беспредела, с довольно-таки виноватым взглядом. Только вот ушастик ко всему прочему еще и невнимательным оказался и задел другой табурет у двери, чуть не упав и не утянув за собой занавеску с печи. Он был все таким же, как и во сне, только вот уши оказались до боли знакомого красного цвета, да глаза чуть заплаканные.

– Так ты та самая ушастая ошибка? А ну-ка расскажи мне, как я сюда попала? – не церемонясь, задала в лоб вопрос Инна.

– Эм… ну, – замялся эльф и, будто спохватившись, возразил: – Я не ушастая ошибка! Литарионилиус Ди-Гот-Ин Таарис.

– А покороче тебя как звать-то? – Инна попробовала повторить мысленно его полное имя, но только еще больше ошибок понаставила.

– Начистоту, есть два кратчайших имени: Литар и Рионил. Можешь называть меня так, как твоей душе будет угодно, – он слегка повел правым ухом, словно прислушиваясь к шорохам позади, и решил заодно ответить на вторую часть ее вопроса. – Твоя душа и тело попали сюда по древнейшему «пути некромантов». Ровно восемь дней и ночей назад я предупредил тебя через сновидение. К сожалению, в своем мире ты уже мертва, и как только твое тело укрыли от людских глаз, твоя душа и тело переродились в нашем мире. Я прошу прощения за столь грубый метод, но ты нам очень нужна…

– Не все сразу, ненаглядненький, ты щас ляпнул про восемь дней, но снился-то ты мне вчера…

– Уф… – удрученно выдохнул Литарионилиус и, чуть опустив уши, ответил: – Ты уже восемь дней и ночей спишь в нашем мире, так как твой организм восстанавливает свои жизненные силы после столь выматывающего перемещения. Именно посему тебе кажется, что снился я вчера и все, что происходит в данный момент, это сон, только это не так.

– Вот те на, как интересно Ванька плюнул, – Инна поудобнее села в этой жесткой кровати. – Ладно, будем решать занозы по мере их засаживания, покушать-то хоть будет? Я кошмар какая голодная…

– Одно мгновение, миледи… – весело промолвил Литар, частично улавливая суть ее незнакомой речи, и выбежал на улицу добывать пищу для нового героя.

Кусочки столь интересного пазла постепенно складывались в одну картинку, но предстояло еще многое узнать. Известно лишь то, что назад уже не вернуться. Теперь стало ясно, почему вместо воспоминаний о смерти появлялась темнота – это лишь один из многих способов уберечь себя от сумасшествия.

В животе вновь громко заурчало, напоминая о сильном чувстве голода. Литар как выбежал за едой, так и пропал с концами, отчего Инна решила встать с кровати и получше осмотреться. В доме была лишь одна комната, но большая и просторная, хорошо освещаемая светом солнца через окна. Кровать стояла в углу, изголовьем к стене, над которой висел огромный портрет мужчины. Она было подумала, что на нём изображён лекарь, но разрез глаз и выражение лица были совершенно иные. На тумбе рядом с кроватью помимо снадобий было сложено оружие – коротенькие ножи, похожие на охотничьи. А вот на столе с правой стороны лежало её колечко, которое купили родители в подарок. Кольцо из золота в виде змейки с белой жемчужиной во рту, с ним было связано очень много воспоминаний. И становилось не по себе от понимания что оно могло пропасть.

Глубоко вздохнув и надев кольцо на мизинец, ибо на безымянный палец левой руки уже не налезало, Инна обернулась. В большом и потертом от времени шкафу у противоположной стены висело зеркало в полный рост, в котором сейчас Инна видела саму себя. Побледневший и изможденный вид, одежда та же, что и перед смертью, украшения на месте и всё то же спокойное выражение лица. Подойдя поближе к зеркалу, только посмотрев в отражение своих серых глаз, она тихо спросила себя:

– И чем я всё это заслужила?

– Ты этого не заслуживаешь, – тут же ответило отражение в зеркале, – но так распорядилась судьба, выбрав сильнейшую для этого мира…

Инна в шоке отскочила назад, не веря в то, что с ней заговорило отражение в зеркале. Маска спокойствия слетела с лица, сменяясь на страх и панику. Казалось, будто она понемногу сходила с ума, но продолжала верить в то, что теперь это реальность. Взгляд был прикован к отражению, в нём Инна видела себя напуганной и слабой, именно в этот момент и её интуиция молчала.

Скрип двери выдернул её из пелены собственного страха, заставляя обернуться и увидеть на пороге эльфа. Тот нес в руках поднос, полный еды, от которой едва заметно исходил пар, словно он только что снял ее с костра. Литар ласково улыбнулся и, кивая на зеркало, принялся объяснять важную суть, расставляя еду на столе.

– Зеркало Свободы – очень сильный артефакт из потерянной сотни. Ты напугалась потому, что твоё отражение ответило тебе…

– Как оно действует? Что за сотня артефактов? – она присела на стул, с опаской посматривая на зеркало.

– Сердце, в нём отражается твоё сердце, не скованное разумом. Наши мысли часто идут вразрез с сердцем, душой, и это зеркало раскрывает истинные помыслы. Именно эти помыслы всегда верны и правдивы, но порой они становятся ужасным оружием.

– Поэтому зеркало тут?

– Да, – грустно вздохнул Литар, – попав не в те руки, оно способно показать самое сокровенное, что может использоваться хозяином своего сердца во зло, поэтому мы, эльфы, скрыли их от людского народа

– То есть эта самая сотня артефактов способна уничтожить мир? – Инна недоверчиво покосилась на эльфа, приступая к трапезе во время его рассказов.

– Существует легенда, что сотню артефактов создали сами боги. Они передали их людскому племени, чтобы те процветали и оберегали волшебные народы. Но жадность, алчность, гнев и злоба охватили их умы, а боги уже не вмешивались в дела земные. Совет «Восьми Величий», куда входили эльфы и другие волшебные народы, решили выкрасть артефакты у людей и спрятать их. Некроманты, эльфы, гномы и тролли смогли договориться и укрыть ото всех ровно шестьдесят девять артефактов, вампиры, суккубы и колдуны спрятали только двадцать один артефакт, остальные четырнадцать остались у людей. Самые сильные и опасные артефакты, а все существующие легенды – реальны. Но самое плохое это то, что «Восемь Величий» распались и враждуют между собой, а наш мир очень огромен. Люди желают захватить его и поработить, а неугодных погубить, нас много, но объединиться против врагов нам уже сложно. Поэтому я и вытащил тебя: в пророчестве сказано, что ты одна сможешь спасти «Восемь Величий» и остановить людскую вражду и войну против нас.

– Это, конечно, интересно слушать, – отодвинула от себя пустую тарелку Инна, вытерев губы тыльной стороной ладони, и сказала: – Но я слабая девчонка, вряд ли смогу вам помочь спасти огромный мир. Почему именно я, других энтузиасток нет?

– Что ты спросила у зеркала? Что оно ответило? —серьезно спросил эльф.

– Блин, – она недовольно почесала затылок, не зная, стоит ли говорить правду, но выбор был невелик. – Я спросила, цитирую: «И чем я всё это заслужила?» На что мне моё отражение ответило: «Так распорядилась судьба, выбрав сильнейшую для этого мира».

– Именно, зеркало сказало правду, укрытую в сердце. Запомните, миледи, артефакты не способны солгать, утаить или направить на неверный путь, их невозможно уничтожить. Многие пытались их сжечь, разбить или сломать, но безуспешно.

– Не нужно звать меня миледи, у меня есть имя.

– Хорошо, – он едва заметно кивнул и улыбнулся. – Отдыхайте, через несколько дней и ночей я сюда вернусь за вами, а пока вам поможет лекарь Мигур, он – тот, кому эльфы всегда могут доверять.

– О'кей.

С этими словами Литар сгреб посуду со стола и выбежал на улицу, дверь только успела закрыться и послышался грохот, а за ним заковыристые ругательства знакомого голоса. Не ведая причины своей улыбки, но явно ощущая свободу и легкость, Инна осмысливала то, что успел рассказать эльф, и пыталась проанализировать свою дальнейшую жизнь в этом странном мире. События, что происходили с ней, все чаще вызывали беспричинную улыбку. Только она не сразу обратила внимание на вошедшего лекаря, который, переставляя баночки со снадобьями, выбрал нужную и вышел на улицу, пожелав ей хорошего отдыха. Решив отложить мысли в сторону на некоторое время, Инна поудобнее устроилась на кровати и, последний раз посмотрев на закрытую дверь, заснула.

Глава 2

Под тихий напев лекаря Мигура Инна сидела на кровати, скрестив ноги по-турецки, и размалывала сухое снадобье в ступке. Старик же готовил свежую мазь с отвратительнейшим запахом, напевая о разбитой любви барда. Уже семь дней прошло, а эта ушастая ошибка так и не пришел, правда, вместо него в лесу нашли другого эльфа, раненного в плечо. Именно в тот момент Инна убедилась, что лекарь далеко не старый мужчина, коль умудрился взвалить худощавого юношу словно мешок на левое плечо и донести до хижины. Ей уже удалось раз увидеть лекаря в одних штанах, босого и загорелого под яркими лучами солнца. Его крепкое мускулистое тело с множеством бледных следов от шрамов говорило о мрачном героическом прошлом, может, лицом он и походил на старика, только телом никак. Инна не переставала ловить себя на мыслях о том, что тут не стоит особо доверять своим глазам, не узнав все более подробно…

– А почему песня именно о разбитом сердце барда? – решив хоть как-то начать беседу, поинтересовалась она.

– Эта песня стара как мир, – тихо проговорил Мигур, – её когда-то написал один известный бард о любви и любимой женщине, решившей уйти к другому мужчине. Каждый уважающий себя бард знал её наизусть. А некоторые до сих пор продолжают ее петь, когда переживают это в своей жизни.

– А кто такие барды?

– Ты не знаешь кто они такие? Тогда расскажу кратко: бард – это творец, слагающий песни и баллады, странствующий по всему миру.

– А вы тоже бард? Ну, поёте вы просто очень красиво, мне нравится, – смущённо произнесла Инна.

– Был им когда-то… Случилось много чего, что стало причиной отказа от данного ремесла. Да и негоже колдуну песенки голосить.

– Вы колдун, а выглядите как человек…

– А как, по-твоему, колдуны должны выглядеть? – недовольно пробурчал Мигур. – Как люди и выглядим, просто живём ровно сто лет, а седеем в тридцать. Вот и вся разница.

– А сколько вам сейчас лет? – чуть прищурившись, спросила Инна.

– Семьдесят три, недолго осталось. Ты лучше скажи, сколько тебе лет и почему не боишься здешних, да и выглядишь неказисто…

– Мне двадцать один год, а выгляжу так потому, что в моих местах это было модно, то есть нравилось всем, ну или почти всем. – Инна отставила ступку с готовым снадобьем и улыбнулась. – Просто я любопытная и хочу новое узнать, да и предпочту сначала разведать обстановку, а потом решать, бояться или нет.

– Тяжко тебе у нас будет… – устало повторил старик, – любопытные у нас долго особо и не живут.

Инна молча проследила за ушедшим лекарем и задумалась. Ведь она привыкла относиться к незнакомцам настороженно, а его не боялась, улыбалась и доверяла ему. Словно она стала беспрекословно слушать свою интуицию, чего не случалось уже очень долго. Да, Инна прислушивалась к своей интуиции через раз, списывая на случайные совпадения. Но то, что творилось тут, на совпадение уже не списать. Грустно пожав плечами, Инна посмотрела на зеркало.

«Вот оно!» – ликующе пронеслась в голове мысль, сметая сомнения с пути.

Подскочив с кровати и выглянув в окно, она убедилась, что лекарь занят и надолго. Собрав свою волю, она подошла к зеркалу и посмотрела в отражение своих серых глаз, которое на мгновение улыбнулось и погрустнело, во взгляде затаилась тоска. Не теряя ни единой минуты, Инна спросила вслух скорее себя саму, нежели кого-то:

– Какая я перед Мигуром и Литаром?

– Настоящая, – шёпотом ответило отражение и погрустнело сильнее, – но ты лжёшь себе, надевая перед ними маску разума. Разбей её! Останься настоящий, и сила умножится вдвое.

– Что это значит? – Инна посмотрела на свое отражение, которое уже не менялось и повторяло все ее мельчайшие движения.

Хотелось задать ещё один вопрос и узнать ответ, но шум за дверью заставил отойти от зеркала. Инна так и не поняла, кого так заковыристо материт Мигур и по какой причине? Дверь резко распахнулась, хлопнув о вешалку краем, а следом вошел сам лекарь и тащил за длинное остренькое ушко причину. Литар даже не сопротивлялся, а только ойкал и просил отпустить. Затаив дыхание и стараясь себя не выдавать, она наблюдала за развернувшимися событиями. Лекарь грубо усадил на стул эльфа, отпустив жутко покрасневшее и опухшее ухо, сразу же отвесив звонкий подзатыльник. Бедный юноша чуть с табуретки не свалился и шокированными глазами смотрел на грозного воспитателя, который отошел на шаг назад и, глубоко вздохнув, начал гневную тираду, подкрепляя её незнакомыми Инне словами.

– Ах ты ошибка глазастая! «Тампатарин» ты ушастый! Что же ты, паразит безалаберный, вытворяешь?! Куда ты кадунир-ин нос суешь, мин-сон-хир, чтоб тебе уши там откусили! – продолжал ругать Мигур, видя, что эльф вконец поник и вот-вот заплачет.

– Я… Только, – жалобно проблеял Литар и зажмурился.

– Да ты хоть понимаешь, бастард несчастный, что было бы, если бы ты там задержался ещё?! Забыл, как тебя отец за это розгами порол? – бушевал Мигур, втайне радуясь, что всё обошлось. – Литарионилиус, может, ты и бастард и желаешь помочь семье, но прекрати уже эти бессмысленные попытки! От прошлого не избавиться, у тебя был родной отец, да будет священное его пребывание у Нралиры, другого тебе и не нужно.

– Но ведь они мои родные братья, семья, я хочу помочь им, даже если они меня презирают, – уже увереннее проговорил эльф.

– Оставь их! Они тебя не ценят, ты им не нужен, и помощь им о тебя нужна так же, как птице трость! Да и кому нужен вечно голодный и безответственный эльф… – лекарь всё же не верил в его слова, – только эльфы могут так уперто верить в желание помочь, опираясь лишь на свою кровь.

– А если рядом с ним буду я и помогу ему во всем, в чем потребуется моя помощь?

Они разом устремили свои взгляды на Инну, всё время стоявшую позади молча. В ее словах было стремление и уверенность, цель для будущих действий, и лекарь, устало махнув рукой в сторону Литара, подошёл к ней. Близко, словно нависая над ней, испытывая ее на чувство страха. На миг на его губах появилась усмешка и исчезла, сменяясь на привычную холодность. Мигур похлопал по своим запылившимся штанам и посмотрел на новоявленных спасителей. Верь не верь, а пророчество имело свойство сбываться. И если в пророчестве сказано, что сильная сердцем дева, неся бремя «Восьми величий» спасет мир и вернет баланс, значит, так тому и быть.

– Недолго мне осталось в этом мире, юнцы… Но для тебя, дева, у меня есть ценный подарочек, который пригодится в трудном путешествии.

Хитро подмигнув, Мигур подошел к зеркалу свободы и протянул руку вперёд ладонью вверх. Его пальцы едва касались поверхности зеркала, по которому словно по воде пробежала рябь. Он закрыл глаза и тихо на древнем языке колдунов прочёл заклинание:

– Милер-си део гоф-мирис ан сиро ни-матир.

Литар подскочил к Инне и тихо, едва различимым шепотом для слуха, перевел сие заклинание: «Свободу сердца в руку вложи, да будем силой, дарованной мне, спасены». Эльф, словно маленький ребёнок, продолжал улыбаться, стоя рядом, Инна же следила лишь за тем, как из зеркала появилась рука, как две капли воды похожая на руку лекаря. Нечто сияющее и маленькое упало в раскрытую ладонь Мигура, засияв ярче солнца кристально-белым светом. Лишь когда он подошел к ним и протянул руку, Инна смогла увидеть посередине ладони сияющую белую каплю, похожую на жидкий жемчуг. Капля переливалась всеми цветами радуги в солнечных лучах и тянулась к ней, медленно, но верно, будто бы признала в ней свою хозяйку. На удивленный и восхищенный взгляд Инны Мигур кратко пояснил:

– Это сгусток магической силы, он не обнаружится какой-либо магией. Это чистая сила зеркала и часть моей силы, собранные воедино. Она примет вид украшения, так что всегда будет рядом. И когда придёт время, подскажет, как использовать магию «Капли свободы».

– Спасибо! Я всё поняла, – Инна проследила за тем, как капля протекла по ее коже к уху, превращаясь в магическую изящную серьгу.

– Вам пора отправляться в путь! – проговорил лекарь, протягивая два небольших мешка с провизией. – Отправляйтесь по «Черной тропе» на север. А дальше начнутся ваши странствия, главное, не потеряйте в пути свои жизни.

Не успев что-либо ответить на это, Литарионилиус вывел свою новоявленную подругу на улицу. Пришлось взвалить ношу на плечо и, махнув на прощание, отправиться в путь по «черной тропе».

***

Покинув пределы эльфийского леса, где находилась хижина Мигура, Инна смогла вздохнуть спокойно. Двое суток преодолевать мрачный лес, в котором почти на каждом шагу встречались хищники, оказалось слишком трудно для её неподготовленного организма. Хорошо, что Литар знал, как их отпугнуть и куда двигаться дальше, даже не имея при этом карты на руках. И хорошо, что они взяли с собой достаточно провизии и воды, но теперь было понятно, почему этот путь назвали «чёрный тропой», по нему мало кто ходил.

Всю дорогу Литар молчал и прислушивался, особенно когда дул ветер. Инна не торопилась отвлекать эльфа расспросами и старалась сама всё изучить, до чего могла дотянуться со своими знаниями из родного мира. Самое скверное, что в качестве туалета пришлось использовать «кустики» и спать на траве с кучей насекомых. Каково же было ее удивление, когда показались обширные поля с желтой травой, ни одного дерева, и домики, огороженные заборами, располагались посреди полей по отдельности и довольно далеко друг от друга. Так непривычно, особенно вспоминая Россию, где заборы деревенских домов чуть ли не прибиты к заборам соседей.

По правую сторону тропы вдали возвышалась гора, серая с черной верхушкой, она словно забор тянулась вперёд. Что именно скрывалось за этой странной горой? Почему трава не зеленая, а жёлтая? Жил ли кто в этих домах, или они уже заброшены? Эти вопросы накрепко засели в голове, так и тянуло узнать на них ответы…

Но было еще кое-что, что требовал её организм – привала и еды, следовало срочно отдохнуть, иначе дальше путь продолжать сил не оставалось. Остановившись у самого края, ибо широкую и местами поросшую сорняками тропу язык не поворачивался назвать дорогой, аккуратно скинув сумку с плеча, Инна окликнула ушастого и вдохнула полной грудью, здесь был необыкновенно чистый воздух, пахнущий сеном и цветами и даже весной. Ей хотелось понять, сейчас весна или осень?

– Литар! Устроим привал, я сильно устала и голодная как зверь после спячки, с утра так идти одуреть ведь можно…

– Я забываю, что люди не такие выносливые, – Литар виновато улыбнулся и всё же присел рядом.

– Я хотела бы спросить, что это за гора и что за ней находится? – Инна указала пальцем на ту самую гору, – А еще почему тут трава желтая и что там за дома такие странные?

– Дома уже заброшены эти, раньше тут жили эльфы-ремесленники, но перебрались ближе к городу. Природа готовится к приближающимся холодам, поэтому трава постепенно теряет свой первоначальный вид, – Литар решил начать отвечать с простого и закончить разговор более важными деталями. – А это «хребет смерти» – там почти нет растительности и много хищников. Но чтобы пополнить свой магический потенциал, лучше идти на самую вершину.

– Ага… и хочется, и колется, – недовольно проворчала она и выложила из сумки провизию, – тогда что находится за ней?

– Такие же, как и тут, поля целебных трав, институт для эльфов высоких родов и сословий и полигон для боевых действий.

– Для каких действий? – недоумевала Инна, наблюдая за спокойствием Литара.

– Там тренируются эльфы с боевыми заклинаниями, испытывают различные яды и снадобья. Но нам туда идти не нужно, рискованно и даже опасно.

– А куда мы должны тогда путь держать? – заинтересовалась Инна, вгрызаясь в кусочек вяленого мяса.

– Через эльфийское королевство на фамильный склеп. Хотя через полигон телепортом было бы короче…

– Зачем нам этот фамильный склеп? – проглотив еду, Инна настороженно посмотрела на спокойного эльфа.

– Как зачем? Я смогу воззвать к духам умерших прародителей, и они нас перенаправят на остров к некромантам. Так мне почти не придётся колдовать, и мы сохраним мой магический резерв для защиты.

– Но… – Инна заметила сомнение на лице эльфа, этого только не хватало.

– Но с ними ещё нужно договориться, – потупился Литар, – денег на лодку или же вход на корабль у меня нет, хватит только на то, чтобы пройти стражу у главных ворот.

– Приплыли, один вариант краше другого… Придется действовать быстро и избегать фатальных последствий.

Пока Инна доедала свой нехитрый обед, в голову без устали лезли самые разнообразные мысли. Особенно не давала покоя мысль о том, почему эльф предпочел переправу через кладбище, хоть и упоминал про полигон и что через него путь короче. Что-то было в его действиях нечисто, но Инна решила пока оставить это на потом – будет видно по его поступкам. Неужели тут всё так строго, что даже зайчики не проберутся? А ещё интересовало прошлое эльфа и его характер, не хотелось бы путешествовать с психом и при этом подвергать свою жизнь опасности.

«Помаленьку надо спрашивать, интересоваться миром, его обычаями. Тем более, я застряла тут почти на всю свою жизнь, и придётся с этой участью смириться».

Заметив, что Литар собрал свою сумку и готов двигаться дальше, Инна бесцеремонно схватила его за штанину чуть выше колена и потянула на себя. Эльф, не удержав равновесия, довольно изящно упал перед ней на пятую точку и обиженно засопел.

– Куда уши навострил, я ещё не набралась сил идти дальше, ноги стереть в кровь не горю желанием. У меня после такой прогулки мозоли лезть начали…

– Но нам лучше всего поторопиться.

– Тише едешь – дальше будешь, – спокойно парировала Инна, желая задать важные вопросы.

– Я не понимаю некоторые твои высказывания!

– И не обязательно, привыкнешь и потом поймешь. Лучше скажи – кто такие эльфы и на что они способны?

– Мы очень древняя и магически одаренная раса, одни из трех главенствующих «Восьми величий». Чистокровный эльф после долгих тренировок способен обратить огонь в воду, воду в камень, хоть я это высказывание и не совсем правильно понимаю. Внешность схожа, мы сами меняем, как нам заблагорассудится. Можем перемещать предметы по воздуху, залечивать раны, применять целебную магию других рас. Но магия некромантов и вампиров нам недоступна, впрочем, мы можем преобразовывать и выполнять боевые заклинания. Но это может не каждый эльф, только предрасположенный душой к определенному направлению магии.

– Ясненько, а что умеешь делать именно ты? – Инна осмысливала и запоминала полученную информацию.

– Я не заканчивал высшую школу эльфов, учился всему сам, знаю не так много боевых заклинаний, но лучше разбираюсь в медицине, отец говорил, что моя душа предрасположена к ней. Левитация мне пока дается с трудом, как и перемещение, в том числе порталом. Мои порталы очень нестабильны и пользоваться ими я не очень хочу, попадаю в опасные места.

– То есть ты не чистокровный, как это понять?

– Моя мама – третья сестра Его Величества эльфийского престола, она родила меня не от своего мужа, а от эльфа из местных поселений, – Литар махнул за спину и продолжил: – Он был сильным лекарем, многому меня научил. Но вся королевская семья меня крепко невзлюбила – я же бастард. Вторая часть имени мне все же досталась от матери, отец захотел сохранить ее фамилию, даже если я бастард. Поэтому если появлюсь внезапно во дворце, мне точно будут не рады, повезет, если старшие братья захотят выслушать, а так и убить могут…

– А значит, на их помощь мы не можем полагаться, – огорченно кивнула Инна, – но все равно ты к ним лезешь, зная о последствиях.

– Попрошу об одном: не упоминать при других то, что я сын сестры Его Величества, дабы не привлекать лишнего внимания и вторую часть моего имени тоже не называть.

– Да уж, в нашем мире немного проще в этом плане. Но ничего, выкарабкаемся и устроим веселье за забором.

Путь дальше им все же пришлось продолжить. Даже на таких полях, как ей сказал эльф, обитали не менее опасные хищники. Правда, за четыре дня пешей прогулки с кратковременными привалами Инна успела высказать весь свой запас нецензурных выражений и даже повторить его несколько раз. А еще попутно за глупые и опасные для ее здоровья выходки она отвешивала ушастому инициатору увесистые подзатыльники. Но как таковой воспитательный процесс эффекта не возымел. Поэтому Литар, забыв про старые приключения, уже находил новые, гораздо неприятнее и опаснее.

Инна даже не ожидала, что, остановившись вечером в одном поселении в старом сарайчике, ибо денег было не так много, придется спешно уходить под утро. Мужики с вилами и явно нелюбезными намерениями искали нерадивого эльфа, чтобы его как следует вздернуть. Инна же, не обнаружив Литара рядом, ринулась его искать, пока случайно в одном из окон ухоженного домика не обнаружила длинные острые ушки и белую как снег гриву. Даже не заморачиваясь с гостеприимством, она вломилась в незапертый дом и, буквально стащив полуголого эльфа с обнаженной девицы, выпнула на улицу. Времени на воспитательные беседы не было совсем, так как старые мстители заметили ушастую ошибку и побежали к ним, выставив вилы вперед остриями. Ей совершенно не хотелось оказаться мягким местом на данном орудии сельских работ, так что Инна вновь пнула Литара под зад и приказала поторопиться. Петляя по селу и вовремя схватив свои нехитрые пожитки, парочка героев уже вовсю выбегала из села, надеясь, что обиженные мужики не ринутся преследовать их дальше.

– А теперь, балбес ушастый и безмозглый, фу-у-ух, объясни, на кой ты вообще по бабам пошел? Спокойно на месте не спалось?! – кое-как приведя дыхание в порядок, Инна изловчилась и ухватила эльфа за видное место – ухо.

– Ай! Оторвешь же, отпусти! И так пинала как камень посреди дороги…

Литар попытался разжать ее хватку, но она только сильнее зажимала его ухо.

– Мы нарезали такой кросс, только потому что одному дуралею захотелось ласки? Убить меня, что ли, раньше времени решил, чтобы я напоследок как следует настрадалась, да?! – она продолжала таскать его за ухо, ожидая вразумительного ответа.

– Я не виноват, что тут такие красивые девушки, что они такие соблазнительные, ну, не устоял я и провел ночь с ними… Ой! Уй!

– С ними?! – от злости взревела Инна, но все же отпустила покрасневшее и постепенно опухающее ухо. – То есть та девица не единственная? Ты что, успел половине этих мужиков рога нарастить, балбес?

– Я очень любвеобильный, – обиженно высунул язык Литар, но, увидев возмущенный взгляд, пробормотал: – Я это не контролирую, да и ты все равно не в моем вкусе…

– И слава богу, – зло бросила Инна, поправляя на плече рюкзак. – Идем! Веди, Сусанин, вперёд!

Весь оставшийся путь Литар старательно избегал неприятностей, так как Инна пообещала все же оторвать в следующий раз его несчастное ухо. А нога у этой девицы оказалась невероятно тяжелой, нежное место до сих пор отзывалось болью, когда он решался сесть на что-либо жесткое. Желание позлить эту вспыльчивую красавицу поубавилось моментально, впрочем, как и расстраивать ее…

Солнце нещадно припекало, и к тому же было ужасно душно, отчего Инна уже не знала, как еще можно облегчить себе муки. Только эльф шел себе как ни в чем ни, бывало, будто ему не жарко и вовсе, только сказал, что рос он в таких условиях и давно к этому привык.

На горизонте, достаточно далеко Инна заметила ворота и высокий забор, тянувшийся вдоль хребта смерти и до поля фиолетового цвета. Даже стало интересно, отчего поле такого цвета, на лаванду не походило, оно было гораздо темнее, чем цвет лаванды. А единственный источник информации об этом мире – это эльф, который до сих пор обижался на нее из-за воспитательных мер.

– Литар, что там за фиолетовое поле? Это цветы у вас такие есть?

– Это не поле цветов, а море «силы», – спокойно ответил эльф, попутно заплетая все мелкие косички в одну и откидывая ее за спину, – оно такого цвета из-за переизбытка эльфийской магии. Именно эта магия и подпитывает энергией и волшебством наш остров; ни люди, ни другие расы ею воспользоваться не смогут.

– А если это море исчезнет? Просто испарится, к примеру… – вопрос она задала достаточно глупый, но было очень любопытно.

– Накопленный резерв магии в этом озере перетечет в недра острова; запомни, волшебная сила не способна исчезнуть, просто раствориться или пропасть. Исчезнет сила – исчезнет раса.

– А купаться в нем можно? – Инна все же решила узнать побольше полезной информации.

– Можно, но не всем, – в глазах Литара мелькнули хитрые озорные искорки, – гномов и троллей оттуда вышибает.

– Как это вышибает? – не сразу поняла она.

– А вот так! – эльф хлопнул ладонью о ладонь, которой показал морскую гладь, а вторую ладонь откинул в сторону. – Только они прикасаются к воде, как их с громким хлопком отшвыривает к берегу.

– А набрать эту воду они могут? – Инна постаралась не засмеяться, когда услышала ответ эльфа.

– Нет, тут еще веселее: стоит им только попытаться ее чем-либо зачерпнуть, как из воды появляются фиолетовые хлысты – и хлесть по попе вредителей. Море «силы» способно думать и защитить себя, так что с ним надо быть осторожным, – весело расхохотался Литар, вспоминая как жадные гномы пытались украсть для продажи хоть каплю этой воды, но море их как следует отшлепало и прогнало прочь.

– А что ты о них так злорадно высказываешься? – хитро прищурилась Инна.

– А мы что троллей, что гномов не любим. Характер у них отвратительный, договориться с ними почти невозможно, да еще и грязные все время и воняют как невесть что. Сама поймешь, о чем я, когда столкнешься с ними.

– А какие у вас еще есть моря? Оно единственное у вас?

– Есть так же море смерти и море жизни, море жизни – это обычная вода. А вот море смерти очень опасно для всех рас, кроме некромантов и суккубов с инкубами, оно и находится только рядом с материком суккубов и инкубов.

– Я тебя поняла, запомню это.

Привал все же решено было устроить ночью под пышным деревом, ветви которого почти касались земли, образуя вокруг ствола уютный купол. Странные плоды висели на каждой ветке, их синий цвет немного отталкивал Инну, да еще и по форме они напоминали груши, правда, семечки на них были как на землянике. Литар сорвал несколько самых ярких и спелых плодов, протягивая парочку Инне, она все же приняла фрукты и заинтригованно наблюдала. Оболтус вальяжно улегся у самого ствола, опираясь на него спиной, и откусил крупный кусок от этого плода. Инна все же убедилась, что фрукт действительно съедобен, и, тоже присев на прохладную траву, откусила небольшой кусочек. Этот фрукт оказался очень сочным, сладким и в то же время сытным, напоминая собой помесь яблока, банана и груши.

– Хуфай, а фо нам ефё долхо ифти.

– Прожуй сначала, потом мысли излагай, – Инна уловила суть его мыслей, но все же бесило, когда вот так жуют и говорят одновременно. – Как налопаешься, расскажешь, почему Мигур о тебе заботится?

– А тут все очень просто, – Литар взял очередной плод, быстро откусив и прожевав, продолжил свою речь: – Так получилось, что он был знаком с моим кровным отцом, даже друзьями хорошими были. По просьбе отца Мигур и согласился опекать меня, зная, как эльфы любят попадать в неприятности.

– А ты, почуяв волю, решил развернуться и продолжать попадать в неприятности, да? – едко поддела его Инна, доедая второй фрукт.

– Я стараюсь этого не делать! – Литар обиженно сжал губы и все же решил оправдаться: – Просто боги меня обделили везением… Правители и те, кому суждено стоять в верхах и обучать мудрости, в неприятности не попадают, им всегда везет. А такие как я могут даже просто лежа на ровном месте попасть в неприятности, потому что везением обделенные.

– Ну когда ты прыгал на той девице, добровольно причем сбежав для этого дела, я замечу, что везенье-невезенье тут ни при чем, это наказание за твои похождения «налево».

– Что означает это слово «налево»?

– Ну у нас в давние времена, все заведения для мужчин – пабы, публичные дома, где дамы легкого поведения проживали – все находились по левую сторону. Если мужчина пьяница или гулящий, то говорили, что он пошел налево, понял?

– Да. А насчет твоих украшений на лице – расскажи-ка о них, а то вдруг тебе придется их снять.

– Вернул мне, значит, ответочку, вредина, – оскалилась Инна, чувствуя наконец-то сытость и желание отдохнуть. – В моем мире это называется пирсингом, и порой это бывает очень даже модно, хотя носят его зачастую люди из разных субкультур. Украшения, которые старые моралисты воспринимают в штыки, то есть не всем нравится видеть такое. А я, скажем так, отношу себя к одной субкультуре и у нас такие украшения в порядке вещей.

– Странный у вас мир… У нас такими украшениями пользуются некроманты, и их так только и можно отличить от обычного человека.

– Эй, я снимать свои примочки не буду, я и так в это сил и денег вложила немало, так что выкручусь как-нибудь. А зачем они так обвешиваются? – Инна поудобнее устроилась на траве, положив голову на ладони, созерцая пышную листву дерева.

– Есть у них один металл, который мы, эльфы, феи и колдуны не переносим, то есть нас этот метал медленно сводит с ума. Имя этого металла Флёрс, они добывают его не самым приятным способом. В ночь ритуала они снимают металлические украшения с захороненных трупов, с которыми бы хотели в случае чего связаться и попросить помощи. Во время проведения обряда они капают на него каплю своей крови, и будь то золото, серебро, медь, платина, да что угодно, оно превращается в Флёрс – черный металл смерти.

– И для чего они им обвешиваются?

– Когда нужна помощь, им стоит только коснуться нужного украшения и связаться с духом, который по их просьбе или приказу будет следить, мучить, пытать, советовать и прочее. Единственно, что такие духи не могут убить, даже если будут нашептывать, загонять в страх, им все равно не удастся кого-либо убить, но навредить способны. Я не знаю, как они у более сильных некромантов себя ведут и насколько они материальны.

– Откуда же ты знаешь такую информацию?

– Мигур рассказал, он один раз столкнулся с некромантом, который все же согласился раскрыть некоторые тайны их расы. А пару раз я пересекся с ними и убедился в его словах, правда, некроманты меня чуть не пришибли, – Литар устало прикрыл глаза и задумался.

– Давай немного поспим и потом отправимся в путь.

Инна подложила под голову, прихваченную из избы Мигура кофту – на случай, если будет холодно – и, устроившись поудобнее на жесткой земле, заснула. Ей всегда удавалось вечером прикрыть глаза и спустя пару минут провалиться в сон и не ворочаться, как делали это многие люди. Эльф же немного понаблюдал за спящей вредной красавицей и, сделав небольшой обход вокруг дерева, тоже лег на траву. В сон пока не спешил отправляться, прислушиваясь к малейшему шороху поблизости, чтобы в случае опасности можно было успеть улизнуть отсюда в безопасное место. Медленно его веки тяжелели, и сознание тихо уплывало вдаль, уступая место ярким сновидениям, сквозь которые едва ли пробивались звуки из реальности.

Как следует тряхнув за плечо сонную Инну, Литар помог упаковать ей вещи, все время оглядываясь назад. Да, ему удалось поспать несколько часов, пока он не услышал хруст веток и дыхание, тяжелое и неприятное. Середина ночи означала только одно: хищники проснулись и готовились к охоте на более крупную добычу. Нужно было как можно быстрее уходить отсюда, не издавая лишнего шума, и они побежали к воротам. Чуть поодаль от эльфа вновь раздалось заковыристое и непонятное ругательство; тяжело вздохнув, он щелкнул пальцами.

Темный и тягучий сумрак словно ножом прорезал белый яркий свет, постепенно тускневший на глазах, будто подстраивался под человеческий взгляд. Светящийся шар завис в воздухе на уровне глаз, но тем не менее его света хватало, чтобы Инна могла увидеть, куда наступать, а за что не запинаться.

Любопытство Инны подтолкнуло к мысли, что не помешало бы и потрогать этот шарик размером с волейбольный мячик. Но стоило только потянуться к нему, как Литар резко схватил ее за руку и отодвинул от нее это светящееся творение на безопасное расстояние. Пришлось строго-настрого запретить ей прикасаться к таким вещам, да и вообще прикасаться ко всему, что светится, выглядит странно и завораживающее, что издает какие-то звуки или просто наколдовано. Но женское любопытство на данной информации не остановилось – ее, конечно же, напугал тот факт, что, если прикоснуться к данному мячику, можно взорваться и умереть, но хотелось узнать еще.

– И долго такой опасный шарик гореть может?

– Это не шарик, а Слумп. И он не горит, а сияет, – эльф отогнул ветку кустарника и, пропустив Инну вперед, продолжил: – Все зависит от выносливости и магического резерва создателя.

– Ну например? – Инна чуть вздрогнула от страха, когда под ее ногой хрустнула ветка.

– Я могу около трех суток удерживать его в максимальном размере, он не так уж и много сил требует. Хотя его максимальный размер применяется исключительно в боях.

– Почему только в боях?

– Взрывается при соприкосновении и уничтожает вокруг себя все, на что хватает его запаса, а это очень-очень много…

Резко остановившись на месте, Литар дернул ухом, чуть опустив его кончик книзу. Но шорох листвы от сильных порывов ветра заглушал какие-либо шумы из темных закоулков леса. Только все глубже в душу закрадывались сомнения и чувство, что за ними следит кто-то очень опасный. Литар медленно выполнил кистью руки полукруг и замахнулся, воздух вокруг Инны и его тела стал белеть, все больше напоминая туман. Инна только хотела задать вопрос, как эльф показал жестом, что нужно молчать. Им во что бы то ни стало нужно было выбраться из леса и не попасть в лапы потусторонним стражам, иначе оба погибнут, так и не достигнув цели.

Свободной рукой эльф взял Инну за запястье и, метнув в тьму Слумп, ринулся вон из леса, но не успел, их ударной волной выкинуло за пределы леса. Последнее, что она увидела перед собой, прежде чем потеряла сознание, это отвратительную пасть монстра, сбежавшего обратно в лес.

Глава 3

– Так, ошибка ушастая из дома психопатов! – рассерженно прошипела Инна, пытаясь поймать эльфа за ухо, но безуспешно. – Выкладывай все живо, пока я твои уши буду драть!

– А что сразу уши? Свет на них сошелся делать центром внимания! – испуганно завопил эльф, ловко забираясь на одинокое дерево без листвы. – Я, между прочим, нас спасал!

– Нас спасал? – раненным зверем взревела Инна, прыгая под деревом, пытаясь поймать виновника хотя бы за ногу. – Да ты мне таким способом чуть шею не сломал, засранец долговязый!

– Но ты же сейчас живая, и раны я твои залечил, – наблюдая сверху за злым «объектом», проныл эльф.

По привычке скрестив ноги, Инна села на траву, потирая все еще зудящие от легкой боли ушибленные места. Частично Литар был прав, но мог бы и нормально предупредить, а не пороть горячку. В тот момент, когда они почти оказались за чертой леса, позади послышался ужасный и пугающий хруст веток. Будто кто-то огромных размеров специально выбирал места, на которых валялось много хвороста. Именно в этот момент, эльф молча создал туман и метнул в сторону шума большой Слумп. Шар взорвался в опасной близости, осветив округу ярким светом, ударной волной их вышвырнуло из леса. Литар едва ли успел смягчить падение, а Инна с ужасом наблюдала за убегающим в глубь леса монстром.

Сейчас же она могла спокойно поразмышлять и углубиться в воспоминания. Там, где был взрыв, виднелись огромная воронка и поваленные деревья, но чудовище не пострадало, хотя и находилось почти в центре взрыва. Черный скелет не то тигра, не то гепарда – судя по тому, как оно убегало. На черепе были витые рога, как у барана, и что самое странное – это узоры вокруг глаз, носа и челюсти, это чудовище внешне пугало и в то же время завораживало этой ужасающей красотой. А с этими светящимися шариками надо быть теперь вдвойне осторожнее.

– Эй, принцесска на деревце, – Инна выудила из недр сумки фляжку с водой, – хватит дуться, спускайся уже. Тем более, силы нам еще могут пригодиться, да и не буду я тебя трогать, честное пионерское.

Эльф с подозрением осмотрел ее движения, выискивая подвох или же малейшее враждебное желание. Но нет, ничего, кроме усталости и безразличия, в ней не заметил, поэтому, спустившись, не спеша сел перед ней. Даже если он ее чуть не сгубил, так она все же заботливо продолжала вести себя, передала ему фляжку, достала немного провизии и поделилась, даже посмеялась. Но Литар чувствовал и понимал, что если нужно будет без раздумий ринуться на помощь, она это сделает без колебаний. Были в ней те храбрость и сила, которых не было у него…

– Может, прекратишь меня оскорблять? – недовольно фыркнул Литар.

– Потом, – Инна беззаботно отмахнулась и задала встречный вопрос: – Что там была за тварь такая рогатая, вся расписная, из скелета?

– Не может быть? – он удивленно хлопнул ресницами и, опомнившись, забеспокоился: – Это Морфилиус, их могут видеть лишь те, кто стоял у порога смерти. Ты не должна была его видеть…

– Хэй, алё, я так-то сюда попала, именно умерев.

– Нет, не совсем, перерожденные не всегда способны их видеть. То есть если ты, умирая, встаешь на пороге смерти и тебя возвращают обратно, тогда да, их можно увидеть, а так ты пересекла этот порог, это уже другое.

– Нет, неверно мыслишь. Фактически я стояла на пороге, так? Так. А значит, условие я выполнила и то, что я пересекла порог, сути не меняет.

– Но все равно, нельзя тебе сталкиваться с этим существом.

– Почему?

– Они своего рода Жнецы, сборщики заблудших душ. Но также они способны по своей прихоти убивать тех, кого пожелают. Единственные, кто их смог приручить, это некроманты, они издревле ходят бок о бок со смертью.

– Значит, он типа на нас поохотиться решил, да? Раз по пятам за нами шел.

– Вполне возможно, эти твари очень непредсказуемые. Вот он готов убить тебя, а ты что-то не так сделала или сказала, и он уже ластится, только вероятность, что он захочет загрызть, высока. Нам нельзя оставаться рядом с лесом надолго, пора уходить.

Инна молча собрала свои вещи и последовала за погрустневшим Литаром. На душе стало гадко от того, что она так грубо повела себя по отношению к своему спасителю. Да и мысль одна, глубоко засевшая в голове не давала покоя сердцу.

«Неужели он чувствовал вину за то, что она чуть не погибла?»

Да и совесть не вовремя проснулась, намекая хозяйке, что та некрасиво обошлась с мужчиной. Какое-то нехорошее предчувствие залегло внутри, да так, что бедный и полуголодный желудок в узел скрутило. Еще и такой изнурительный поход сказывался на теле, отдавая жуткой болью в мышцах, на ногах уже мозоли появились. Еще, как назло, по пути ни одной повозки или хотя бы живой души не попалось, что было тоже очень странным. Заклинание Литара, которое хоть немного и ненадолго снимало усталость, больше не справлялось, организм к нему уже привык и не реагировал.

Врата границы эльфийского королевства и крупных его городов поражали своим размером и красотой. Инна никогда в жизни не видела ничего красивее и изящнее, резьба на них в виде отдельных боевых и домашних сюжетов была выполнена так качественно, что хотелось потрогать и ощутить подушечками пальцев этот мельчайший рельеф древа. Эльф постучал по воротине, внутри которой отворилась вполне приличная дверь. Инна изумленно ахнула, не в силах скрыть своего восхищения. Их впустил страж в боевом облачении, отчего она сообразила, что стражник выглядит гораздо мужественнее, чем этот мальчишка Литар. Выудив из кармана два золотых флинга, эльф заплатил входную плату и шепотом передал, что денег у них теперь нет совершенно.

Литар накинул на Инну свой плащ, чтобы она не выделялась своими одеждами и не привлекла лишнего внимания. Нужно было миновать торговую, а потом городскую зоны, тем самым проскочив мимо королевства, и выйти на кладбище. Но тут его внимание привлекли три симпатичных эльфийки, которые призывно подмигнули и захихикали. Инна едва успела заметить, как Литар поменял направление и навострил уши прямо к ним.

– Куда собрался, Казанова? Нам в другую сторону! – Инна схватила его за руку и потянула по верному направлению.

– Смотреть под ноги не учили, жалкий человечишка? – незнакомец презрительно фыркнул и повел плечом, в которое она ему врезалась.

– А ты не стой посреди дороги! – не осталась в долгу Инна.

– Ты что себе позволяешь, мерзавка? – гневно выдохнул эльф и удивленно взглянул на ее спутника. – Литарионилиус, ты-то что здесь делаешь?

– Здравствуй, Фелригалирис-Он-Сарус, – с уважением склонил голову Литар, – я с подругой направляюсь к фамильным склепам. Нужно срочно отсюда выбраться…

– Следуй за мной, – коротко бросил Фелригалирис.

Литар послушно следовал за своим знакомым, крепко держа Инну за руку, чтобы та не отстала и не потерялась. Ей такой расклад пришелся не по душе, особенно следовать за другим белобрысым Сусаниным, которому не особо-то и доверяла. Уж очень он подозрительно себя вел и к ней внезапно подобрел, как Литара увидел, хотя и обменялись «любезностями». Хорошенько дернув руку Литара до желаемого «ай», она как можно тише прошипела ему:

– Какова вероятность того, что этот незнакомец не тюкнет нас по головке в том уголке и не продаст на органы?

– Юная леди, я вас прекрасно слышу. Не стоит так грубо обо мне высказываться, – тот лениво взмахнул рукой и щелкнув пальцами, добавил: – Да и невыгодно мне это…

– Инна, он мой давний друг, ему можно доверять, – Литар ласково улыбнулся, – он превосходный маг и прорицатель.

– Похвально слышать это из твоих уст, мой друг Литарионилиус, – Фелригалирис благодарно склонил голову и призывно махнул вперед.

Завернув за угол дома, сложенного из белого камня с золотыми окнами, они подошли к крыльцу, возле которого на ступеньке сидела златовласая эльфийка и играла на изумрудной флейте. Она ни на кого не обращала внимания, только улыбнулась Фелригалирису с такой теплотой и нежностью. Инна поразилась ее красоте и изяществу, в ее глазах словно ожила любовь. И точно такой же улыбкой ответил ей эльф, отчего подруга Литара подумала, что эти двое супруги. И угадала, заметив на руках обоих одинаковые кольца и браслеты. Инна не выдержала этой тихой и романтичной атмосферы, не очень громко кашлянув, чем заслужила гневные взгляды мужской половины.

– Любовь моя, ты уже вернулся? Все дела успел сделать? – она изящно поднялась со ступеньки, откладывая флейту в сторонку. – Обед готов и накрыт стол в зале. А кто же твои спутники?

– Радость моя, это мой старый друг Литарионилиус и его спутница.

– Проходите в дом, – она плавным жестом пригласила их внутрь, внимательно рассматривая Инну.

– Не знаю, как у вас принято, но, может, прекратите меня взглядами так прожигать? – возмутилась та.

– Ох, Литарионилиус, где же ты нашел такую грубую девчонку?

– Так получилось, – он смущенно пожал плечами.

Отказаться от вкуснейшего обеда мужчины не смогли, элегантно уминая закуски и деликатесы. Но Инна и тут отличилась, как пользоваться таким множеством столовых приборов, она не знала. Именно поэтому она решила поступить просто, взяла подходящую ложку и принялась набивать досыта свой голодный желудок, съев примерно столько же, сколько съели оба мужчины, и поразив при этом эльфийку своим аппетитом. Подавив желание срыгнуть, она неуклюже утерла губы тыльной стороной ладони и поблагодарила за еду, получив милую улыбку в ответ от хозяйки дома.

– Какое же у нее все-таки отвратительное воспитание и полное отсутствие навыков поведения за столом, – проворчал Фелригарилис, промакивая губы салфеткой.

– Полностью с вами согласен, – сокрушенно кивнул Литар.

– А теперь отложим эти ненужные любезности в сторону и перейдем прямиком к делу, – бесцеремонно вмешалась Инна.

Нежно поцеловав в щечку свою любимую супругу и позволив ей хлопотать по дому, Фелригарилис направился в свой кабинет, позвав за собой Литарионилиуса с Инной. Друзья спокойно проследовала за ним, не проронив ни единого слова по пути, только Инна с интересом рассматривала все детали убранства коридора и кабинета. Подобная архитектура и дизайн, от которых невозможно отвести взгляда, были в диковинку. Стены из бежевого камня были украшены искусно выполненной резьбой, которая плавно складывалась в единую картину. Углов в этом доме не было, если в ее мире в каждом доме углы были девяносто градусов, то тут они напоминали дуги, отчего казалось, что они находятся в чуть сжатых по сторонам шариках. Массивные рамы портретов, выполненные из белого металла, напоминающего платину, и украшенные драгоценными камнями, казались невероятно большими и красивыми. На одном из таких портретов рядом с кабинетом Инна узнала Фелригарилиса и его красавицу-супругу, только у супруги на руках сидела маленькая девочка примерно пяти лет с такими же заостренными ушками и большими глазами небесно-голубого цвета. Но на портрете в глазах супругов она видела печаль, глубокую и удручающую, лишь ребенок беззаботно улыбался, держа в руках мамину длинную золотистую косу.

Инна поспешно отвернулась от портрета и вошла вслед за Литаром в просторный кабинет, из-за плотных зеленых штор атмосфера казалась давящей и пугающей. Но было в этом кабинете то, что бросилось в глаза в первую очередь – огромное зеркало примерно три метра в высоту и два в ширину. Его золотая рама не на шутку напугала Инну, рельефом в стиле человеческих костей, а саму верхушку украшал большой череп человека, в пустых глазницах которого сияли два алмаза. Она подошла к Литару и, указав на зеркало, выдала:

– Это вы, эльфы, такой ужас предпочитаете видеть в своем доме?

Фелригарилис счел нужным пропустить данное негативное высказывание мимо ушей и не отвечать на него. Да и осознал, что при этой языкастой особе с Литарионилиусом серьезно поговорить не получится. Вполне возможно, что она и дальше будет вставлять свои несуразные и неуместные реплики в их разговор. Но пришлось сменить гнев на милость и вежливо попросить Инну не встревать и по возможности прислушиваться к нему. Та лишь в ответ кивнула и отошла к зеркалу, привести немного в порядок свой растрепанный внешний вид.

– А теперь скажи мне честно, куда вы действительно держите путь? – эльф указал на кресло, куда Литар послушно уселся. – Обманывать меня – не самая остроумная затея, ты так не думаешь? Да и что за девица, в чем ее предназначение? На нашем острове людей в последние годы не появлялось.

– Она избранная, и нам нельзя допустить, чтобы кто-то узнал наше настоящее направление, – Литар тяжело вздохнул и украдкой посмотрел на Инну, – мы собираемся на эльфийские могилы.

– И далеко не самая благоразумная идея соваться на эльфийскую могилу, заранее зная о последствиях, – с иронией подметил Фелригарилис.

– У нас нет другого варианта, последние деньги я отдал за вход в королевство. Через порт далеко добираться до материка колдунов или же гномьего. Единственный способ в краткие сроки и без денег попасть на другой материк, кроме людского – это фамильные эльфийские склепы.

– Решили пойти, значит, отчаянным путем? Денег я тебе дать не могу, сам понимаешь, если кто заметит внушительную сумму у бродяг, вам несдобровать. Неужели захотели погибнуть от руки дедушки-моралиста, а про девицу ты подумал? – едкий смешок эльфа внезапно сменился на серьезный тон. – Есть более простой и безопасный путь от хижины того лесника Мигура через лес и прямо к мосту на материк колдунов. Или ты все так же боишься столкнуться с трудностями и преодолеть их? Теперь ты не один, Литар, рядом с тобой избранная, которая должна выжить и исполнить предназначенное судьбой; умрет она – и мы все обречены. Прекрати думать только о своей жизни, ты уже далеко не малое дитя.

– Да, тем путем легче пройти, только я не уверен, что Инна его выдержит. Слишком долго мы сюда добирались на своих ногах, и уже давно не секрет, что у края моста стоит стража короля. Если же они нас поймают, то все пропало, меня могут казнить, а с ней поступят как с рабыней, – Литар склонил голову набок и все же выдал эту тайну: – Инна уже столкнулась с артефактом «зеркалом свободы», ей ответило ее отражение, тем самым подтвердив, что она является избранной. Нам бы только выбраться с острова, найти способ, как объединить «Восемь величий» и спасти наши расы.

– Достаточно! – жестко оборвал его Фелригарилис, смутный образ некроманта в маске и друзей подтолкнул на верное решение. – Держите путь на материк некромантов, и никак иначе. Вам в команде нужен некромант, я это вижу.

– Что?

Литарионилиус внимательно наблюдал за тем, как прорицатель попросил Инну отойти подальше от зеркала, занимая свою позицию строго перед центром зеркальной глади. Протянув руку вперед и коснувшись холодного стекла, он медленно закрыл глаза и нараспев зачитал одно из древнейших заклинаний. Инна завороженно наблюдала за тем, как неосязаемым порывом ветерка всколыхнулись волосы и одежда эльфа, как засияли в его руке множество голубых огоньков. Но через мгновение все резко исчезло, прорицатель тяжело дышал и утирал со лба пот. Что же за такое короткое время могло там произойти с ним?

– Литарионилиус и Инна, ваш путь лежит через «переменчивую дверь» на остров некромантов. Там вы встретите того, кто станет вам верным другом и будет все путешествие следовать за вами словно верный пес. Но его спасешь ты, Инна, и поверь, цена за его спасение будет высока. Выберешь желание не платить ту цену, и вас с Литаром ждет гибель, выберешь его, и сможете продолжить путь к цели, но опасность и преследования станут твоими спутниками. Инна, мой тебе совет, смотри сердцем, а не глазами, не всегда разум дает верный ответ, который нам предоставляет душа.

– Что за потеря, и кого именно я должна спасти? – Инна подозрительно прищурилась, ожидая подвоха.

– Я не могу дать тебе ответ на этот вопрос, но могу подсказать другое – постарайся по пути к склепу не умереть и не стоит влюблять в себя врагов.

– Какой самый короткий путь до склепа? – Литар поспешил сменить тему и отвлечь Инну, если эльф заговорил загадками, лучше не выпрашивать подробности, иначе все будущее поменяется.

– Ближе всего через Чёрный переулок, но безопаснее через торговую площадь, точнее, обойти и ее и замок его величества. Только от братьев не сбежать, Литар, тебе стоит потом ее поблагодарить…

– Я благодарен тебе за все, и спасибо за предупреждение. Живи в здравии, мой старый друг, – Литар небрежно вытолкнул Инну на выход.

– И ты живи в здравии, маленький бастард, – Фелригарилис дождался, когда закроется дверь, и прошептал: – Чья жизнь исполнена страданиями и тяжкой ношей.

У ближайшего лавочника эльф аккуратно спер необходимое для дальнейшего пути, пока тот обслуживал других клиентов. С боем, но он все же заставил Инну надеть простенькое эльфийское походное платье, которое смотрелось на ней не ахти. А вот на уши и глаза пришлось набросить ей морок, слишком выделялся человек среди эльфов. А за некроманта не выдашь, возникнет гораздо больше вопросов, потому что некромантов-женщин не бывает.

Предчувствуя беду и надвигающиеся проблемы, Литар повел Инну путем, который указал Фелригалирис. Тащить через Чёрный переулок избранную, да еще и необученную магии и бою, было самым настоящим самоубийством. А так если кто и пострадает, то только он, и вполне будет время на то, чтобы они смогли удрать.

Было понятно одно – король ни за что не согласится уничтожить единственный шанс на спасение своей расы. Но ведь его еще предстоит убедить в том, что Инна и есть избранная, а не с улицы подобранная девица. И не известно, как он отреагирует на появление избранной, предыдущая избранная погибла и не успела реализовать цель. А значит рисковать нельзя и нужно быть осторожными в общении с королями.

Миновать площадь бардов оказалось не просто, большая часть так и норовила заговорить с Инной и привлечь к своему творчеству, то и дело отвлекая от намеченного пути, отчего Литар злился и ругался. А в обход пойти Инна отказывалась, потому что и так жутко устала после того похода, а тут еще крюк по новой делать.

А в этот день эльфов действительно было очень много, начиная от детворы и заканчивая стариками, никто не хотел пропустить праздник Восхода и Заката. Праздник двух богов, которые дарили эльфам жизнь и силы, вера в них была столь сильной, что в каждом доме можно было найти изображение красивой девушки в голубом облачении, держащей за руку красивого юношу в красном. Им посвящали песни и поэмы, преподносили дары и восхваляли их, только Литар давно перестал верить в богов, когда с ним так жестоко обошлась судьба. Инна все чаще по дороге замечала его хмурое выражение лица во время поздравлений, но все же решила не расспрашивать про этот праздник.

Литар внезапно резко остановился, когда услышал глашатая, представившего старшего принца, его высочество Мифельберга-Ди-Гот-Эн Мандраиса. Его сердце сжалось от боли, когда принц заиграл на арфе такую знакомую и родную мелодию. Как грубо касались струн его пальцы, как не менялось наигранно веселое выражение лица. Все это омрачало его воспоминания о том, как эту мелодию играла матушка, когда Литарионилиусу снились кошмары и он прибегал в ее спальню. Как она нежным голосом напевала песню, о том как маленький герой прогоняет страшного дракона. И сейчас старший брат присвоил эту мелодию себе, так бесстыдно и эгоистично по отношению к душе матушки.

Внезапно его из мрачных мыслей выбросил хороший, но все же слабый подзатыльник. Инна тряхнула его за руку и, прошептав пару подбадривающих слов, потянула в нужном направлении. Он осознал, что эта пускай и невоспитанная девица прекрасно понимала ситуацию и знала, как поступить и какими словами поддержать.

– Завязывай в облаках витать, нам спешить надо, ушастик ненаглядный, – она ловко уцепила его за край рукава и потянула в нужную сторону сквозь толпу, не прекращая ворчать, – какая красивая, но до жути скучная музыка…

Эльф едва поспевал, попутно извиняясь перед всеми, кого это наглая девица грубо отталкивала. Но не мог не признать, что даже на грани усталости она может идти быстро и применять попутно силу.

Но Инна не вовремя резко остановилась, едва удержав равновесия из-за налетевшего на неё Литара. Какой-то сероволосый эльф с массивным подбородком надменно на нее взглянул и грубо толкнул назад. Литар хотел было отвести её в другом направлении, чтобы не развивать конфликт, но опоздал. Не отпуская его локтя, Инна с размаху наступила на ногу толкнувшего и, дождавшись подходящего момента, врезала кулаком в висок взвывшему от боли эльфу. Не жалея сил, она всё же оттолкнула хама в сторону и под удивленные вздохи окруживших их эльфов потянула Литара дальше по намеченному пути.

Не обращая внимания даже на такую разнообразную толпу, которая вовсю таращилась на колоритную парочку, замаскированный человек и эльф продолжали пробираться сквозь толпу. Они даже не сразу обратили внимание на то, что музыка давно затихла. Что все внимание устремлено именно на них, но стоило им только выйти на полу-опустевшую площадь, как мелодия вновь зазвучала. Принц удовлетворил своё любопытство и всё же решил продолжить свою любимую мелодию. Тут Литар уже не выдержал и потянул зачинщицу драки к себе, стараясь смотреть прямо в глаза. Он прекрасно понимал, что подобная выходка может вылезти им боком. Но его больше раздражал невозмутимый вид виновницы потасовки в толпе, прямо на глазах у других эльфов.

– Что это была за драка? А если бы стражники нагрянули по одному только его зову? – Литар поспешно оттолкнул её за угол какой-то таверны, – А ты еще и драться умеешь?

– Знаешь, что, ушастый, – гневно прошипел Инна, – он сам виноват! Как думаешь, я дура такая бестолковая, что не замечаю, как у меня все внутренности переворачивает от его взгляда? Да, умею, часто с мальчишками приходилось драться.

– Что значит «переворачивает»? – немного притих Литар, пытаясь всё понять.

– А то значит, дуралей ты бестолковый, что этот уродец, как я поняла, взглядом начал мне органы ворошить и запугивать. Вот и получил по заслугам!

– Мин-сон-хир, – выругался Литар, – есть дворяне из высших кровей, способные одним только взглядом лишить жертву всего и довести до сумасшествия.

– Хах, – едко усмехнулась Инна, – дорогуша моя, я его первая парализовала и надолго, чую.

– Достаточно, идём.

Литар пропустил Инну вперёд, открыв ей дверь трактира «Фалоир». В таверне было необычайно тихо, посетители спокойно переговаривались друг с другом. Шелест одежды приятно разбавлял отголоски, смешиваясь со скрипом мебели. Трактирщик хлопотал за стойкой, обслуживая посетителей, и задорно посмеивался над их шуточками. Инна держалась рядом с Литаром, заинтригованно рассматривала нестандартного эльфа, осматривающего посетителей, чтобы те вдруг не начали буянить. Разнообразные тончайшие серьги-кольца, которыми было увешано правое ухо от мочки до заостренного вверху кончика, мерно позвякивали от каждого движения. Его черные глаза выглядели необычно, но стоило ему прищуриться, как его вид начинал пугать.

Инна заметила ещё одну деталь: это был первый эльф, который напоминал добротного толстячка. Но даже будучи такой широкой комплекции, он обладал привлекательной харизмой. Только каштанового цвета волосы были обрезаны по лопатки и собраны в тугой хвост на затылке. Довольно странный вид для эльфа, он был совершенно не похож на этих женоподобных мальчиков.

Трактирщик тоже не упустил момент рассмотреть новенькую в своём заведении. Отставив чистый стакан в сторону и перекинув полотенце на плечо, он весело рассмеялся. Инна лишь мельком заметила порозовевшие уши Литара и, наконец отсмеявшись с плутоватой улыбкой, эльф спросил гостя:

– Малец, откуда некроманта спер? К тому же без способностей. Хотя больше на девочку похож, нежели на парнишку.

– Не спер я её, дядька Гауль. Она человек, просто из другого селенья, – Литар глупо улыбнулся.

– Значится ты у нас девонька. Ну с таким охламоном будь внимательнее. Даже такой как я может в любой момент под морок заглянуть, – трактирщик лукаво подмигнул и спросил: – Есть-то хотите?

– Да! – хором ответили Инна и Литар.

Трактирщик резво засуетился, ловко сервируя две тарелки, которые Инна вслух образно обозвала тазиками на три литра. Литар же пропустил её комментарий мимо ушей, облизываясь в предвкушении вкусностей. Спустя мгновение перед каждым стояла своя порция, состоявшая из оленьего рагу, овощей и мяса быка. Гауль довольно улыбнулся и сказал:

– Наедайтесь досыта, а ты, девонька, если не доешь – отдашь охламону тарелку, он доест махом. Я пока вам комнату приготовлю.

Решив не искушать судьбу и не терять возможности как следует подкрепиться, Инна приступила к трапезе. Мясо оленины и быка оказалось просто обалденным, соли и соусов в блюде было как раз по её вкусу. Инна и не заметила, как за раз умяла половину, почувствовав себя нереально сытой. Вторую половину она отдала другу, тем временем пытаясь не уснуть на месте от приятной слабости. Но следовало отдать должное: Литар как истинный джентльмен помог ей добраться до комнаты. Убедившись, что спутница заснула, эльф спустился вниз к дядьке Гаулю, впереди предстоял серьезный разговор.

Глава 4

– Дядька Гауль…

– Какой я тебе дядька, тебе уже не сорок лет, обращайся как положено, – Гауль зычно расхохотался, заметив вновь заалевшие от смущения длинные уши охламона.

– Гауль Бель-торн, у меня дело к вам есть небольшое, но очень важное, – произнес эльф, уныло опустив плечи.

– Ох, во что на этот раз ввязался? – Гауль слегка склонился над столешницей, искоса поглядывая на окружающих, чтобы те, в случае чего, не подслушали.

– Если на чистоту, то пока еще я ни во что не ввязался, не успел. Но предчувствие у меня нехорошее, даже пугающее немного, и моей спутнице помощь нужна, этот мир ведь вовсе не для нее.

– Литарионилиус, мой тебе совет: молчи о том что она избранная, пока об этом не ведают, девица в безопасности, – и Гауль шепотом, так чтобы слышал только Литар, добавил: – Как только узнают о том, что она избранная, на нее тут же объявят охоту, и ты в одиночку ее уже не спасешь.

– Кто? – удивленно выдохнул ушастый оболтус.

– Эх, ты, как всегда глуп и беспросветно наивен… Люди, кто же еще, – Гауль с тоской в глазах глянул на изуродованную кисть правой руки, вспомнив, как до него добрались человеческие отпрыски, – они сделают все ради достижения своих целей и получения выгоды, даже не побоятся переступить черту морали. А их король тем более, неужели забыл историю с предшественницей Инны, девушки, которая поверила этому королю?

– Нет, я все прекрасно помню, – тихо прошептал Литар, – но если об этом узнают все магически одаренные расы, то у них появится надежда и стремление помочь в этом нелегком деле.

– Не смей, Литарионилиус, в таком случае ваш шанс на победу поменяется на шанс проигрыша и гибели, – серьезно выдохнул Гауль, стараясь не обращать внимания на шум в дальнем углу трактира.

– Почему?

– Потому, что всегда найдутся те, кто захотят помочь, и те, кто потом предаст, нельзя понять сразу их намерения. Все зависит от взглядов и убеждений того или иного существа, с которым вы столкнетесь.

– Я все же склонен верить в лучшее, пускай и есть вероятность проблем… – на Литара все сильнее давило сомнение, а правильно ли он вообще поступает?

– А не ты ли тому пример со своими братьями? Литар, не всегда в жизни идет так, как мы хотим или же когда верим в лучшее, смотри на жизнь реально, – Гауль грустно покачал головой и отошел к новым клиентам – принимать заказ.

Фраза «А не ты ли тому пример со своими братьями?» всколыхнула в Литаре воспоминания, которые он так отчаянно пытался забыть. Он так желал забыть те издевательства, тычки в спину и унижения, время, в котором он для братьев был не более чем ненужная игрушка. Каждое его утро начиналось с издевательств, и каждый раз его волновал только один вопрос – почему родные братья так с ним поступают? Сейчас же все встало на свои места, многим вещам были найдены свое объяснение и своя правда, только время вспять уже не обернуть. Многое действительно зависело от взглядов на мир, будь это человек, вампир или эльф, даже если спустя века они не изменялись, исход всегда разный. И если Гауль говорил ему, что лучше утаить избранную от посторонних глаз, значит, так действительно лучше сделать, чтоб избежать фатальных последствий.

Но был еще один момент, который необходимо было воплотить в жизни на своем пути – навестить оружейных дел мастера и приобрести меч для Инны. Впереди их ждал долгий и опасный путь, правда, осталось раздобыть денег для покупки меча. Литар терпеливо ждал, когда хозяин наконец-то освободится и выкроит для него немного времени: можно будет узнать побольше новостей. А также занять немного денег на оружие и попросить провизии в дорогу.

Скопированным некогда тайком у эльфийских друидов заклинанием эльф внимательно следил за тем, как Инна с помощью сна восстанавливала свои силы, какое у нее было равномерное дыхание. Это заклинание словно легкий ветерок окутывало его слух и разум, чтобы заклинатель не дай бог не проворонил важный момент. Об избранной, мирно отдыхающей в одной из комнат трактирщика Гауля, можно было не переживать, никто тут не посмел бы ее обидеть, да и они тут были в безопасности. Верный друг погибшей матери Литара ни за что не позволил бы врагам причинить вред и никогда не предал бы ее маленького раздолбайского сынулю, какая бы ни свалилась беда.

– Ну что, юнец, решил, что дальше делать будешь? – Гауль жестом показал помощнице на клиентов и отправил ее работать.

– Ну почти… Мне нужно немного флингов на покупку меча для Инны. А есть какие-то новости из королевского дворца?

– Не боись, я меч вам выдам, есть у меня один хороший и крепкий, а то ты какую-то рухлядь приобретешь по незнанию.

– Как скажете…

– А новости, они есть, но только тебе не понравятся точно. Его величество отправился на съезд «Восьми величий» на остров суккубов. Только на своем месте он оставил именно принца Бехлиимера Ди-Гот-Ин Таариса. После его назначения произошел ряд подозрительных смертей, многие склоняются к тому, что именно Таарис приложил к этому руку, что-то важное знали ныне мертвые свидетели, но что именно, неизвестно.

– Вот как, мне их искренне жаль, да позаботится о них наша великая богиня. В таком случае, мне нужно быть крайне осторожным.

– И не сомневаюсь, он наверняка не забыл свою любимую забаву «поймай бастарда-зайца»; если он тебя схватит – беды не миновать, тогда ни о каком спасении и речи быть не может.

– Я понял, – Литар окончательно сник от таких новостей, даже не представляя, как при этом помочь Инне.

– Ух, юнец, ну и подкинул ты мне работенки, на, – Гауль положил перед Литаром мешочек с флингами и добавил: – Пока есть время, сходи и купи все необходимое для вашего странствия. А насчет девочки не переживай, я за ней пригляжу. Сигнал ты наш знаешь наизусть, так что постарайся в случае опасности вовремя его применить, именно до момента, когда тебя схватят, а не после, понял?

– Понял, постараюсь успеть.

По-тихому выскользнув из трактира, в спешке набросив капюшон на голову, Литар добежал до оружейной мастерской. Небольшое здание в желто-оранжевых тонах, будто построенное из самого лучшего янтаря, искрилось в лучах яркого солнца и скрывалось за белым мраморным храмом эльфийских богов. Внутри за тонкой стеной можно было разглядеть подставки с самым разнообразным холодным оружием, а чуть дальше трудился кузнец, натирая мечи до блеска.

Завороженный этим видом Литар не сразу обратил внимание на то, что его уже приличное время зовет женщина. Уже будучи в годах, крепкого телосложения и с едва заметной сединой в темных как каштан коротких волосах, эльфийка вальяжно опиралась локтями на деревянную столешницу. Только всю ее природную эльфийскую красоту затмевал огромный уродливый шрам, тянущийся от края лба на правой стороне до уголка губ, лишь чудом не повредивший глаз. Только этот шрам был доказательством ее победы над некромантом, вторгнувшимся на эльфийские земли с враждебной целью. Литар изо всех сил старался не смотреть на этот шрам, отводя взгляд в сторону, но не получалось, он нет-нет да и косился на ее лицо, обезображенное шрамом.

– Так, проныра неугомонный, мне снова Мигура подбить на твое воспитание с применением розг?

– Нет, не надо! – торопливо выпалил Литар. – Я это… Ну, не просто так пришел, эм… кинжал нужен, для себя.

– Характеристики для кинжала какие? – заинтригованно спросила эльфийка, не ожидавшая такого поворота событий.

– Ну это, крепкая сталь с сильной волей, чтоб маг при виде этого кинжала застыл и не рисковал нападать, ну или аура, не знаю, как вы это на своем диалекте называете, – смущенно пробурчал неугомонный эльф.

– Аурой это и называется, а для чего тебе такой кинжал, ты же вроде и не воин вовсе? – она внимательно посмотрела Литару в глаза, жестом отдавая приказ супругу изготовить такой кинжал. – Признавайся, юнец, что на свою голову нашел опять?

– Я решил отправиться в путешествие, нужно отыскать избранную, – ему не хотелось лгать.

Да и опасно это было, но и трезвонить о том, что она рядом с ним, тоже не стоило – пускай хозяйка этой лавки Алертис и была старой знакомой Мигура, доверия к ней не было. А если он и скажет, что избранная рядом, какова вероятность, что Алертис тихо не доложит принцам эту чудесную новость? Поэтому Литару было выгодно соврать, но нужно было верить в собственную ложь, ведь женщине-эльфу не составило бы труда отличить правду от лжи и наоборот.

– Трудный тебя ждет путь, ты же ведь понимаешь это? Да и кинжал для тебя будет сложно изготовить с такими характеристиками, ведь мы-то прекрасно знаем, что ты тот еще трус, не сочти это оскорблением.

– Я знаю, что я тот еще трус, – с обидой в голосе выпалил Литар и поспешно прикусил язык, – но в трудную минуту я всегда найду в своем сердце храбрость во имя спасения.

– Да поняла я, не распаляйся так, подожди меня тут, мы закончим приготовления.

Она грациозно развернулась и скрылась в дальней комнате, где супруг вовсю занимался подготовкой к главному заклинанию. Обоюдоострый кинжал с черной рукоятью возлежал на столе, окруженный четырьмя свечами синего и черного цвета, рядом же стоял бокал с водой, куда был опущен магический амулет в виде месяца и луны, как отражение друг друга. Алертис взяла своего супруга за руки и, сосредоточившись на кинжале, на характеристиках, которыми хотела его наделить, зачитала заклинание. Это же заклинание в унисон ей вторил ее верный супруг, любовь всей ее жизни, маг и оружейных дел мастер.

Завершив заклинание, он медленно поднял кинжал и острием пронзил пламя каждой свечи, наблюдая за тем, как постепенно краснеет лезвие, готовое вот-вот расплавиться от невероятной мощи магии. Далее по ритуалу следовал амулет; опустив лезвие в воду с амулетом, эльфы, затаив дыхание, ждали. Ждали, когда на лезвии появится послание для владельца, и оно появилось, черным орнаментом проступили символы, и Алертис, склонившись над сосудом, прочитала его.

«Силен ее дух, покуда держит в руке оружие, а не цветок».

– Что это значит? Я впервые за свои две сотни лет работы с оружием вижу такое послание…

– Я сама удивлена, не меньше твоего. Но он сказал, что кинжал приобретает для себя, а тут речь идет о женщине, что это значит? – удивленно выдохнула Алертис.

– Кинжал выбрал себе хозяина и перейдет к ней по праву, но я чувствую одно, – его небесно-голубые глаза прожигали любопытство Алертис, давая ей то, что она хотела знать, – покуда этот кинжал будет у нее, поражения ей не видать. Но мой тебе совет, ничего не говори покупателю и подай кинжал так, чтобы он не видел послания, все должно идти своим чередом.

– Как скажешь, милый мой.

Она бережно взяла оружие в свои огрубевшие руки и отнесла его Литару, обдумывая дальнейшие действия. На секунду ее посетила шальная мысль, а не связано ли это послание с той девицей, что устроила шумиху на площади? Возможно ли, что та девчонка, издали внешне похожая на некроманта, и является той самой избранной, для которой так распинался Литар? Единственным, кто мог подтвердить ее догадки, был тот самый непослушный эльф, но выходило: он соврал ей намеренно? Алертис задумчиво прикусила губу, понимая, что малыш не расколется, пока не будет доверять ей, а значит, напрямую спрашивать бессмысленно. Ей придется пойти на маленькую хитрость, чтобы узнать нужную информацию и поклясться этому ребенку, что никто кроме нее больше об этом не узнает.

Подойдя к Литару, она передала ему в руки кинжал и задала вопрос, на который эльфенок ей без задней мысли ответил правдой.

– У нас действительно появился шанс на спасение?

– Да! И этот кинжал, и она – ключ к спасению, – на миг тень сомнения промелькнула в его глазах, и он тихо пискнул: – Ой…

– Значит, та девчушка, устроившая шумиху на площади, со стороны схожая с некромантом, и есть та избранная?

– Откуда вы узнали об этом? – побледнел Литар, готовясь удирать из этого места подальше.

– Я, может, и постарела, но далеко не глупа, как кажется, – Алертис задумчиво провела пальцем по своему шраму, – я никому ничего не скажу, но к тебе будет просьба.

– Какая? – облегченно спросил Литар.

– Сбереги эту девчушку во чтобы то ни стало, если она – ключ к нашему спасению, то постарайся этот ключ использовать по назначению.

– Я постараюсь это сделать, спасибо за помощь, – он положил несколько флингов на стол перед Алертис и шустро покинул оружейную лавку.

Его радовало то, что все так удачно прошло и что Алертис на его стороне. Пребывая в хорошем настроении, он даже не заметил, что за ним по пятам кто-то следует. Стоило ему только повернуть за угол, как он почувствовал боль в спине и сознание тихо стало проваливаться в черноту. Литар только и успел, что спрятать кинжал поглубже в одеяния и выпалить «о нет», даже не подозревая, что его ждет впереди.

***

Пробуждение оказалось не самым приятным, Инна это оценила по ноющей боли в ногах, по мозолям и головокружению. В выделенной им комнатушке царил легкий сумрак, даже появилось ощущение, что перевалило за девять часов. Ей придется долго отвыкать от измерения времени в часах, тут все совершенно иначе. Но на всякий случай она собрала свои нехитрые пожитки в походный рюкзак, так как следов пребывания Литара не было, даже его рюкзак отсутствовал. Нехорошие мысли и дурное предчувствие подгоняли ее покинуть комнату и двигаться дальше: что-то было не так, что-то случилось, пока она безмятежно спала здесь.

Спешно покинув комнату, Инна спустилась вниз; на ее счастье, пухлый дядька Гауль суетился за стойкой, надеясь выведать необходимую информацию. Ловко обогнув двух пьяных эльфов, она накинула на себя капюшон и подошла поближе к Гаулю, насколько позволяли стойка и поток клиентов. Только было хотела спросить его про напарника, как трактирщик поставил перед ней кружку с дурно пахнущим напитком кофейного цвета, но ее подозрения оборвали легкой насмешкой.

– Пей, это как раз снимет твою усталость и боль, и не так уж и скверно пахнет сей эликсир. Да и взбодрит от долгого сна.

– А сколько же я тогда спала? – Инна сделала пробный глоток, стараясь не принюхиваться, по вкусу он напомнил ей глинтвейн.

– Ну, могу сказать, половину дня и сегодня с раннего утра и до легких сумерек. Литар вчера как ушел, так и не вернулся, видать, к какой-нибудь красавице за лаской заглянул…

– Что? – гневно прошипела Инна. – И где мне теперь этого паршивца ловить? По каким постелям я его вообще должна искать? Найду – уши с корнем оторву за ненадобностью!

– Подожди немного, – Гауль недовольно цокнул языком, мысленно матеря непутевого эльфа.

Даже не успев понять, как этот пухлый эльф, сделав всего несколько шагов, исчез из ее поля зрения, словно его тут и не было, Инна удивилась еще больше, когда он так же внезапно появился перед ней, держа в руках незнакомую вещицу. Внешне же она напоминала «кубик Рубика», но в размерах немного крупнее и прозрачнее, словно стеклянная и пустая внутри. А внутри этого куба мерцал свет, белый и мягкий, он не слепил, но и не привлекал внимания, больше напоминая причудливый ночник с белым светом. Гауль же осторожно водрузил эту вещицу на стол перед Инной и приступил к объяснениям, так как понимал, что девчонка вряд ли сама догадается, что с ней делать. А рядом он положил меч, который обещал передать Литару.

– Это Лонлиус – поисковик, напитанный нашей природной магией. Действует только в одном направлении – на вход, а именно только владеющий кубом может войти в нужный пункт, вернуться через него на исходную точку невозможно. С его помощью можно отыскать многое, а тебя, пока ты владеешь этим предметом, никто не найдет. У Литара такого нет, так что ты его найдешь легко, только не потеряй Лонлиус. Меч Литар искал для тебя, я над ним немного поколдовал, так что закрепи на поясе, он тебе пригодится.

– А как именно с его помощью искать? Что мне нужно делать? – и все же не сдержавшись, Инна ляпнула первое, что посетило ее головушку: – Хоть бы инструкцию для новичков к нему приложили, что ли…

– Ха, интересная ты девчушка… – Гауль с нескрываемым озорством подмигнул ей, но объяснять не перестал. – Тебе всего лишь нужно прошептать полное имя Литара, постучать по грани куба ногтем мизинца на правой руке три раза и войти в дверь.

– А упростить систему было никак? Слишком сложная схема для призыва дверки… – ядовито отозвалась Инна, все же аккуратно пряча куб в рюкзак.

– А ты с некромантами пообщайся, поверь, мы еще милые и пушистые и с очень простой магией, – невинно отозвался Гауль, но со стороны это выглядело уж очень смешно.

– Понятно, – Инна вежливо поблагодарила трактирщика и попрощалась, – всего доброго и спасибо за помощь.

– Удачи.

Пришлось здорово поплутать в потемках между многочисленными лавками и домами, прежде чем удалось отыскать укромное место. Ведь повсюду сновали эльфы, то и дело пытаясь заглянуть ей под капюшон, а помощи у них не спросишь. Стоило только Инне уединиться в уголке и сунуть руку в рюкзак за заветным кубиком, как мимо с гордой осанкой проходил ушастый образец эльфийского индивидуализма. А шептать чье-то имя непонятному предмету в темном закоулке ей показалось довольно-таки глупой затеей.

Когда народ все же успел рассосаться, и в уголке никого не было, она, как назло, умудрилась забыть середину эльфийского имени и нигде даже не записала.

«Да как же его зовут-то, вспоминай, дурья башка», – корила себя Инна за такую дырявую память.

От бессилия она опустилась на корточки, прижимаясь взмокшей спиной к холодному камню стены, все глубже погружаясь в омут своих воспоминаний. Куб неустанно источал свой мягкий и притягательный свет; создавалось ощущение, будто этим светом он согревал ее руку. Но у нее был и другой, не менее важный вопрос, терзающий душу: зачем она вообще искала этого эльфа и хотела его спасти? Неужели она действительно поверила во весь этот дурдом и из женского чувства сострадания хотела помочь этому бедному созданию? Одно было ясно точно – в одиночку она тут пропадет и ей никто на помощь не явится.

От столь удручающих мыслей ее отвлек смутно знакомый бархатистый голос; подняв глаза на источник, Инна тихо воскликнула.

– Ой, это вы, Фелригалирис…

– Да, приятно слышать, что вы меня помните. Где Литарионилиус, и что ты тут делаешь в одиночестве?

Инна, недолго думая подскочила с места, морщась от легкой боли в затекших мышцах, и схватила эльфа за предплечья, не причиняя ему дискомфорта. Даже в таком положении он казался ей очень высоким, и в итоге приходилось задирать голову. Да и не задумываясь, к слову, о хороших манерах и воспитании, она вывалила свой вопрос прямо, уверенно ожидая ответа.

– Какое полное имя у Литара?

– Литарионилиус Ди-Гот-Ин Таарис, – немного поколебавшись перед тем, как уйти, Фелригалирис добавил: – Когда тебя настигнет выбор перед опасностью, выбирай правую сторону, так выживете оба.

– Что?

Но ответа Инна на свой вопрос так и не получила, следя за тем, как торопливо удаляется прорицатель. Но эти слова она уверенно решила запомнить, чтоб действительно не встрять в передрягу и не грешить на свою память, да и тревога во взгляде эльфа не сулила ничего хорошего. Собрав решимость в кулак, Инна прошептала полное имя Литара и сделала как велел трактирщик Гауль, но от увиденного у нее отвисла челюсть. Грань куба резко взмыла вверх и начала увеличиваться в размерах, напоминая большую дверь, в которую ее затягивало легким порывом ветра.

Послушно войдя в белую дымку тумана этого портала, она на миг зажмурилась и открыла глаза, ощутив в руке куб. Перед ней предстали закованный в ошейник Литар, серые каменные стены с пятнами из плесени и деревянные нары, от всей этой обстановки ее воротило. И ко всему прочему, враги сообразили завязать эльфу глаза и зафиксировать руки, чтобы он не смог колдовать. Литар настороженно дернул ухом, прислушиваясь к окружающему шуму, он уловил неравномерное дыхание и взволнованный ритм биения сердца. Он не мог разглядеть пришедшего гостя из-за плотной повязки, но было ощущение, что он знает, кто к нему пришел, и поэтому робко спросил:

– Инна? Это ты?

– Она самая, энтузиаст длинноухий, – негодуя от такого расклада событий, она все же поспешила помочь эльфу освободиться, стараясь вести себя как можно тише, – я жду ответа, немедленно!

– Сейчас не время, надо отсюда выбираться, пока не вернулись братья, от них мы уже сбежать не сможем. И мне нужно тебе кое-что отдать! – Он потянулся за пазуху, чтоб отдать кинжал, но его остановила Инна.

– Ну уж нет, ты мне все по пути расскажешь и потом отдашь!

Когда руки были свободны, Литар поколдовал над ненавистным ошейником, ломая этот бесхитростный замок. Когда Инна помогла ему подняться и рванула к решетке, он, ухватив ее за руку, остановил, не позволяя и пальцем к ней прикоснуться. Если над ошейником брат особо не задумывался, то насчет решетки он перестраховался как надо. Он учуял, как от металла веяло магией, опасной, с которой он уже сталкивался в детстве. Если коснуться этой решетки, а позади будет стена, отшвырнет в нее так, что ни одной целой косточки не будет. Брат все же допустил возможность его побега, а значит, отсюда им не выбраться.

– Чего замер? Давай выбираться живо!

– Инна, а как ты сюда попала? – он все же не рискнул прикасаться к решетке.

– Через Лонлиус, но я не знаю, куда он нас закинет потом, эта штука на обратный путь по хотелке не работает.

– А если все же попробуем через него… – с надеждой попросил Литар.

– Нет времени, паразит ты этакий! – гневно рыкнула Инна, наваливаясь на решетку.

Он даже не успел ее поймать, когда Инна, распахнув дверцу, неуклюже вывалилась в проход. Матерясь хуже некроманта, она поправила рюкзачок за спиной, поняв, что с ним особо ей не побегать, отдала Литару. А сама зачем-то потрогала мечь, чтоб убедиться, что он на месте, было какое-то нехорошее предчувствие. Позвав трусливого эльфенка за собой, который, впрочем, не шелохнулся и таращился куда то в пустоту, устало вздохнула. Но легкая затрещина привела его в сознание; ухватив за руку, Инна потащила его к лестнице, которая уходила наверх.

– Они идиоты что ли, решетки на замки не запирать? Чего ты меня останавливал, будь добр, объясни?

– На решетке было опасное заклинание, прикоснись мы к нему, нас бы отбросило в стену, и мы бы умерли от внутренних ран и переломов. Но почему оно не сработало на тебе, неужели ты невосприимчива к магии эльфов?

– Понятия не имею, хорошо, хоть нам повезло, а то пришлось бы через Лонлиус куда-то заявиться, – Инна настороженно осмотрелась и задала вполне резонный вопрос: – Почему у вас не стоит охрана?

– Пока в охране нет острой необходимости: они тренируются на полигоне, а так как мы сломали заклинание, то скоро должен появиться или отряд, или кто-то из моих братьев. Поэтому лучше поспешить, они очень хорошо владеют порталами.

Осторожно прощупав воздух, Литар убедился, что по пути больше нет никаких ловушек и заклинаний. Инна бежала позади него, но предчувствие звенело словно пожарная тревого во время учений, быть проблема, отчего она вслух ругнулась и не зря… Они выбежали в главный коридор, украшенный алыми гобеленами, ее взгляд привлекли огромные портреты эльфов в массивных золотых рамах. Этих портретов было слишком много, как ей успел шепнуть Литар, тут была показана вся ветвь династии королевской крови. Даже половины пути не успели преодолеть, как эльф резко отшатнулся назад, а из его носа потекла кровь. Инна только успела его подхватить, чтоб он не упал и не треснулся головой, от любопытства она протянула руку вперед и почувствовала прохладную поверхность, похожую на стекло. Видимо, она все же была восприимчива к магии эльфов, но определенно следовало выяснить, к какой именно.

Перед ними из ниоткуда появился эльф, высокий, с гордо поднятой головой, он смотрел на них как на отребье. Инна заметила едва уловимое внешнее сходство между этим незнакомцем и Литаром, но было еще кое-что, что она заметила – это леденящий душу взгляд. Если они сделают хоть одно неверное движение, им отсюда уже не выбраться. Оттеснив Литара за спину, она наспех накидала план побега, оценивая врага и его возможности. Волосы были убраны так, что во время битвы ему не помешают, а при движениях он словно специально показывал свое оружие. Было понятно, что пока она будет доставать меч из ножен, эльф успеет выхватить притороченный к бедру маленький нож и метнуть его. И как прикажете действовать неподготовленной к сражению девчонке перед профессиональным бойцом и магом в придачу, а позади еще недоразумение путается с разбитым носом?

Противник ждал ее реакции и первого шага, она же не спешила этого делать, продолжая нахально пялиться на образец мужской сексуальности. Даже через белую рубашку свободного кроя из тонкой ткани она смогла оценить его крепкое мускулистое телосложение. А под жилеткой обнаружился еще один кинжал, отчего настроение Инны упало еще сильнее, оставляя ситуацию вообще безвыходной. Он все же решил первым нарушить молчание, да и столь наглый оценивающий взгляд его раздражал.

– Такой уродине нет смысла разглядывать мою персону, тебе все равно ничего не светит, – его глубокий насмешливый голос заставил Инну вздрогнуть.

– А мне напыщенные самовлюбленные гордецы и не нужны, – Инна, сама того не понимая, решила его спровоцировать, показав оттопыренный средний палец.

– Скверная и отвратительная девчонка! – грубо ответил эльф, впервые человек позволил себе такую вольность в отношении принца.

– Нужно уходить, это один из моих братьев, – прошептал Литар, попутно залечивая разбитый нос.

– Кто у нас тут голос подал, все такой же глупый наивный бастард. Но зачем ты позвал эту человеческую дрянь без каких-либо манер? – эльф медленно приближался к ним со зловещей усмешкой.

– Слушай, смазливая красавица, – Инна уже не выдерживала такого накала событий и хамства по отношения к себе, нужно было выбираться и срочно, – отодвинься в сторонку, пока я мечом махать не начала.

– А сможешь ли? – игриво отозвался эльф, понимая, что у нее даже малейших навыков фехтования не было, ибо она сжимала рукоятку меча в корне неверно и довольно слабо.

– Как знать…

Принц приближался к ним, а времени на продумывание плана уже не было; все, что оставалось, это надеяться на саму себя. Инна оттолкнула Литара на правую сторону, заметив краем глаза проход, вот почему ей советовали держаться правой стороны. По мере приближения врага Инна хаотично придумывала, что сделать первым делом: меч, конечно, был облегчен благодаря магии Гауля, но как с ним управляться, она не знала. Поэтому, подпустив врага поближе, она перехватила меч и разрубила им воздух так, что острие просвистело прямо у горла удивленного эльфа. Не давая ему времени на раздумья, Инна только успела увернуться рефлекторно от его ножа и повторно рубануть мечом воздух. Эльф изящно уклонился от столь грубого удара, но не мог не оценить того факта, как легко размахивает мечом девчонка.

– Так значит, тебе преподнесли заколдованный меч? Интересно, но сражаешься как отсталый варвар.

– Ах так, – гневно высказалась Инна и вновь махнула мечом так, чтобы эльф увернулся в нужную ей сторону.

Раз она сражается как «отсталый варвар» абсолютно не имея опыта, значит она воплотит эти слова в реальность для врага. Этого момента хватило, чтоб кулаком ударить эльфа по щеке и приставить меч к горлу. Он даже не ожидал, что эта девчонка способна придумать такой подлый прием, а он ее недооценил, посчитал, что она ни на что не годна. Инна мысленно порадовалась тому, что ей приходилось частенько драться с мальчишками и «дворовые» приемчики она не забыла. Но беспокоило ее то, что, если нужно будет ранить врага, сможет ли это сделать? Царапнув кончиком меча шею эльфа, она как бы дала понять ему, чтобы не дергался лишний раз, пока Литар накидывает морок. В конце коридора послышался топот: нужно было уходить, принц все-таки позвал охрану.

– Вот ведь, мог бы все равно отпустить, так нет, надо было вызвать охрану, раз сам не справился, – недовольно высказалась Инна, – ничего, в следующий раз при удобном случае тебя добью.

– Это мы еще посмотрим, вам все равно не сбежать, – насмешливо ответил принц, даже не отправляясь в погоню за этой девчонкой.

Принц дождался, пока подбежит охрана, и отдал им приказ поймать девчонку и бастарда, стало интересно, как долго они смогут убегать от проблем. Самому гоняться за этим отребьем принцу не пристало, но ее дерзкое поведение чем-то зацепило его. Впервые кто-то так открыто нагрубил, кинулися на него с мечом, да и еще это была девчонка, даже не мужчина. Царапина на шее почти затянулась благодаря магии, но как же он хотел просто поговорить с ней наедине, спросить, почему она не испугалась и бросилась в бой. Столько вопросов, вызывающих в нем жгучее желание… Будет обидно, если стража не поймает их.

Инна тем временем, сама того не понимая, рывком потянула Литара все в ту же правую сторону. Как назло, это оказался темный коридор с едва заметным светом в конце. Плюнув на все и решив: будь что будет, Инна впихнула Литара в портал и нырнула следом, вывалившись на траву посреди огромного поля. Портал позади них закрылся, не пустив к ним гнавшихся стражников, теперь было время обдумать, что делать дальше и куда двигаться.

Глава 5

В тронном зале перед королем и своим же отцом, преклонив колено в знак повиновения и уважения, стоял Бехлиимер. Он боялся гнева отца, боялся его силы и могущества, по силе которому равны были только короли других рас. Юный эльф не мог и слова вымолвить без разрешения, страшась взглянуть в его яркие синие глаза, напоминавшие глубину холодного моря смерти. Этот взгляд мог проникнуть в самые потаенные уголки души непутевого сына, от одного только взгляда отца нутро Бехлиимера сжималось в ожидании наказания.

Его величество изящно махнул прислуге рукой, прогоняя их прочь из тронного зала. Лишь когда дверь хлопнула, король приказал сыну встать и посмотреть ему в глаза. Ему было омерзительно признавать то, что внешне похожий на него отпрыск не унаследовал его силу и убеждения, подвел его и совершил ошибку. Его собственный сын испортил почти весь план, который он продумал, лишь благодаря поимке блудного бастарда. Он не хотел, чтобы «Восемь величий» вновь объединились и действовали согласованно, и ключом к этому воссоединению был именно бастард.

– Как ты посмел упустить Литарионилиуса? – его величество поправил и без того идеально уложенные золотистые волосы с белой проседью, – ты ведь понимаешь, что только он способен на подобное.

– Отец, – осторожно вымолвил Бехлиимер, тщательно подбирая слова, – с ним была девчонка, она появилась с помощью какого-то портала на основе эльфийской магии. На нее не подействовало мое заклинание отбрасывающей силы, она также оказалась невосприимчива к магии сна. Меч, который ей вверили, был заколдован магически, но одно я понял точно – он признал в этой девчонке хозяйку.

– Что ты сказал? – его величество удивленно поднял тонкие изящные брови, спустился со своего трона и подошел к сыну. – На нее точно не действует эльфийская магия?

– Да, но не вся, боевая на нее не действует, но к защитной магии она оказалась восприимчива. Пока она этого не осознает, но Литарионилиус обязательно введет ее в курс дела, настолько, насколько он сам осведомлен.

– Значит, ее и эльфийский меч признал. Клинок, который подчиняется только сильным духом эльфам, признал какую-то безродную девчонку хозяйкой… – задумчиво протянул король, тень самодовольной улыбки мелькнула на его лице. – Бехлиимер, сын мой, я приказываю тебе поймать эту девчонку живой и невредимой, доставить ее ко мне как можно скорее.

– Как прикажете отец, я выполню приказ как можно скорее, – Бехлиимер уважительно поклонился отцу, – возможно это она и есть…

– Ступай и без девицы ко мне не возвращайся.

Его величество внимательно проследил за тем, как сын послушно удаляется исполнить приказ. Если его отпрыск и в этот раз не справится со своим заданием, то он сам приступит к поимке этой девчонки. Ему таких огромных усилий стоило рассорить эти «Восемь величий», чтобы встать во главе всего мира, он не видел будущего, где эльфы живут наравне с другими расами. Его отец, предыдущий король, чтил законы величий, поддерживал этот пресловутый баланс между некромантами, суккубами и вампирами, и другими низшими расами. Он же, еще будучи принцем, добивался того, чтобы ни его сестру, ни его брата не назначили королями, а именно его, благо что сестрица оказалась глупа. Влюбиться в какого-то безродного эльфа и родить от него бастарда, покинуть королевскую семью и жить до самой смерти в бедном домишке! А с братом пришлось соперничать долго, и все же он добился своего, став королем, а брата назначил своим советником.

***

– Лиарил, Фиарил! Вы идете со мной, это приказ!

Бехлиимер мерил свои покои широким размашистым шагом, не в силах совладать со своим беспокойством и просто сесть и спокойно все обдумать. Интуиция шептала отказаться от этой затеи, но ослушаться приказа он не мог. Двух его лучших телохранителей-воинов было решено призвать для охоты за братом и этой строптивой девчонкой. Два эльфа стояли рядом, не совершая никаких лишних движений, лишь взглядами следя за хозяином. Эти братья-близнецы никогда не действовали порознь, всегда вместе в любой ситуации, отчего их смертоносность увеличивалась в разы. Высокие, как и все представители эльфийской расы, со смуглой кожей и яркими зелеными глазами, они не вписывались в местные стандарты красоты. Их разрез глаз был немного шире обычных эльфов, уши были длиннее и более заостренные, они не колдовали над своей внешностью, это был их истинный облик. Каштановые волосы, которые в лучах солнца отливали багровым цветом, были на слуху каждого уважающего себя эльфа. Даже ходила легенда, что они омывали свои пряди в крови жертв, будто насыщались их силой, но это были только слухи, байки для запугивания непослушных детей.

Быстрые и хитрые убийцы из высшего сословия бойцового класса эльфов, натренированные и выносливые для любого задания. Идеальные телохранители, превосходные наемные убийцы, за высокую стоимость выполнят любое задание. Бехлиимер знал, что если братья Оон-Луниан загонят свою жертву в угол, это будет их абсолютная победа, даже если жертва предпримет попытку к побегу. Прежде чем дать братьям задание, принц задумался, выстраивая в мыслях логическую цепочку действий. Зная этого бестолкового бастарда, он скорее всего потащит жертву в дружественное ему королевство, а значит, действовать стоило осторожно. А так как это приказ отца, который старался не допустить воссоединение «Восьми величий», то наемникам будет еще сложнее выполнять свое задание. Постучав по столешнице ногтями, принц все же поспешил озвучить приказ, дабы его длительное молчание не показалось подозрительным.

– Сначала отыщите Литарионилиуса и эту девчонку, которую он оберегает и таскает за собой, выясните, куда они держат путь, и доложите мне! И только потом я решу, что делать дальше: убивать их или похитить и доставить сюда, выполнять приказ! – Бехлиимер кинул им внушительный мешочек филингов. – Это аванс, остальное получите после успешного выполнения задания.

– Как пожелаете, Ваше Высочество! – гордо ответили наемники, гулко стукнув себя по наплечным доспехам.

Усталость, скопившаяся за такой насыщенный день, постепенно сковывала тяжелыми цепями разум и тело, отчего Бехлиимер подозвал одну из служанок и потребовал подготовить купальню. Братья-наемники потратят на поиски паршивцев больше суток, а значит, можно было не спешить и расслабиться.

Просторная, богато украшенная купальня – резные колонны из белого камня поддерживали купол из цветного стекла, где была изображена героическая битва против дракона. Легкий ненавязчивый аромат цветов обволакивал его разум, а горячая вода заставила забыться, жаль, в ней нельзя было раствориться. Бехлиимер, сам того не осознавая, вновь вспомнил эту наглую строптивую девицу, за которой трусливо прятался Литар. В ее серых глазах был заметна тень страха, но его затмевали собой настороженность и сомнения, отчего он даже и не догадывался, насколько она непредсказуема. Почему-то он сравнил ее цвет глаз с пеплом от сгоревшей драгоценной реликвии, которую было тогда очень жаль терять.

Только вот украшения на ее необычном лице на манер некромантов портили в ней любой намек на красоту. Ее дикарская прическа с оголенными висками казалась чуждой и совершенно не подходящей ей, неужели она так любит цвет металла, что даже ее волосы отливали при свете свечей цветом холодной стали. Было в ней что-то необычное, едва уловимое и незнакомое, она будто бы знала, что нужно делать, но не спешила. И как ни стыдно было признавать, эта чужачка оценивала его не как мужчину необычной красоты, а как самого настоящего противника. Он ее недооценил, но хотел заполучить, узнать все тайны, сокрытые в недрах ее закрытой ото всех души.

Служанка послушно подготовила одежду и постель ко сну, держа в руках поднос с любимым напитком принца, почтительно склонив перед ним голову. Выпроводив ее за дверь, он потребовал никого к себе не впускать, кроме братьев Оон-Луниан и отца. Мягкая постель оказалась прохладной, хотя погода стояла жаркой и камин в течение всего дня исправно подтапливался. Сон постепенно отвоевывал себе власть над сознанием принца, показывая ему то, чего он так отчаянно желал.

Во сне эта девчонка выглядела иначе, скромное эльфийское платье обтягивало ее худенькую фигурку и обнажало изящные плечи. Распущенные волосы теперь развевались от каждого легкого порыва ветра, напоминая легкую дымку от костра. Только на талии был приторочен тот самый ненавистный меч, которым она оставила порез на его шее – и ведь не побоялась. Но Бехлиимера поглотила ревность к этому куску металла, мечу, что ласково поглаживала незнакомка. Ведь к мужчине благородной крови она так не прикасалась бы ни наяву, ни во сне. Эти тонкие длинные пальчики играючи постукивали по рукоятке меча и вновь ласково поглаживали его гарду. Весь вид излучал ласку и тепло, заманивал в свои сети нежности и любви, но стоило ему только окликнуть ее, как все резко переменилось. Вокруг них воцарился легкий сумрак и холод, ее любящий облик сменился на облик воина, безжалостного и несокрушимого. Он видел в ее взгляде лишь желание победить и свою неминуемую гибель, значит, он все же ее недооценил…

***

– Вопрос первый – что это был за портал такой хитровыделанный, вопрос второй – где мы находимся, и третий – куда нам теперь двигаться? – Инна дрожащей рукой отряхивала штаны, стараясь сохранять остатки самообладания, стук учащенного сердцебиеня эхом раздавался в ушах.

– Это оказался импульсный портал, но он каждый раз открывает выход на разные точки, нам еще повезло, – Литар внимательно изучал местность на глаз, он часто прыгал такими порталами и уже не боялся.

– То есть повезло? Хочешь сказать, что эта штука могла нас выкинуть в пасть крокодилам? – Инне подурнело от такой новости и отпало всякое желание вот так необдуманно скакать в подобные «дверки».

– Немного не так, – он задумался, пытаясь сформулировать свои мысли в единую нить, – он всегда открывает выход на твердую поверхность и когда поблизости нет ни единой живой души. Для тайного перемещения это самый удобный вариант, но если один его прошел, то следующий уже попадет в другое место.

– То есть, когда мы вдвоем одновременно пересекли данный портал, то погоня за нами уже попала в другое место? Ты до меня эту мысль пытаешься донести?

– Да, все именно так, потому и говорю, что нам еще повезло, – Литар показал пальцем в сторону холма из булыжников, – там находится эльфийский склеп и такой же импульсный портал, нам нужно выдвигаться незамедлительно.

– Стоп-стоп, красавчик, притормози-ка, – Инна, подхватила сумку, закидывая на плечо, – импульсный портал? А ты уверен, что мы попадем в нужное место? И если ты не забыл, нам сказали про «переменчивую дверь», дедулю-моралиста и безопасность данного склепа.

– Импульсный портал у нас зовется «переменчивой дверью», и если бы кое-кто не грубил моему другу, узнали бы больше… – тут же спохватившись, Литар вспомнил про кинжал, предназначенный для избранной, – вот, возьми его и закрепи на поясе при помощи этих хлястиков и постарайся не потерять, в будущем он тебе поможет.

На эти слова возразить было нечего, да и стыдно стало за свое хамство и полное так сказать отсутствие воспитания в речи. А так как ее то и дело тыкали носом в не самую лучшую черту характера, это означало одно, придется исправляться и держать в нужные моменты язык за зубами. Кое как закрепив этот странный прямой кинжал на ремешке, державшем ее штаны из этого мира, ощутила такую же тяжесть, как и от меча. Отличие было только в том, что кинжал не был так заговорен как ее меч, но вес оказался почти одинаковым. Чертыхнувшись, Инна торопливым шагом пыталась угнаться за Литаром, который сквозь поросль травы срезал путь к главному входу в склеп.

Она изумленно ахнула, когда они приблизились к куполу из ровных булыжников серого камня, все было сложено идеально, стык в стык, ни одного выступающего уголка или грубой неровности. Литар лишь ответил, что все эльфы с рождения талантливы и щепетильны, а значит, некачественной работы у них не существует. Внутри было сумрачно, лишь несколько факелов горели, хоть немного своим светом разгоняя тьму. В центре высокие перила спиралью уходили вниз, но не это привлекало ее внимание, а тринадцать скелетов в нишах стен. Они были в латах и опирались на длинные мечи, их пустые глазницы были направлены на лестницу, будто бы они охраняли этот вход. И стоило Инне только сделать шаг в сторону ступенек, уходящих вниз, как скелеты словно по команде подняли мечи и направили в ее сторону. Ее визг, наверное, оглушил всех в ближайших окрестностях, Литар ловко закрыл ей рот, а сам нервно дернул ушами, скелеты даже не заметили этого.

– Не кричи, в ушах теперь звенит, больно-то как… – зажмурившись, проныл эльф, закрывая рот подруге.

– М-м-м, – Инна пыталась ответить, но рот был зажат, пришлось убрать его руку, – ты это видел? Разве скелеты могут так двигаться и поднять такие увесистые железяки?

– Это стражники вечного сна, мне о них отец рассказывал. В склеп не могут войти люди с дурными помыслами и намерениями, но могут войти те, кто хотят очутиться на материке некромантов или поговорить с близкими.

– И как нам туда попасть? – она указала на лестницу.

– Повторяй за мной, это мне тоже отец рассказывал, он часто посещал могилы родителей и мне рассказал, что делать.

Литар вытащил кинжал из чехла и рассек себе палец, чтобы кровь маленькими медленными каплями вытекала из пальца. Он подошел к каждому мечу и капнул на кончик свою кровь, приговаривая свою просьбу: «Мне нужно узнать ответы у вечно спящих и попасть на остров повелителей смерти». Каждый скелет, получивший каплю крови, опускал меч и костлявым пальцем указывал на лестницу. Инна молча наблюдала за этим ритуалом, чувствуя, как внутри все похолодело от страха. И когда все это закончилось, а Литара пропустили к лестнице, а на нее вновь направили оружие, тихо прошептала:

– Я не смогу поранить себе палец, не смогу…

– Инна, это нужно, без жертвы они тебя не пропустят.

– Я не смогу, – она протянула ему дрожащую руку и сказала: – Давай лучше ты это сделаешь, а я зажмурюсь, чтоб не выдрать руку.

– Инна, я не могу подойти к тебе, а ты не можешь подойти ко мне, это еще одно правило эльфийского склепа, – он задумчиво покосился на ближайшего скелета и, прикинув на ум несколько вариантов, выдал ей более подходящий: – Подойди к стражу и протяни руку, он сам тебе проколет палец, главное, рукой не дерни, а то его руку вырвешь.

Нервно сглотнув, она осторожно приблизилась к самому крайнему скелету, не решаясь протянуть руку. Ей и в страшном сне не могло присниться то, что она сейчас творила в здравом уме и светлой памяти. Ладно, скелет человека видела в кабинете биологии, и то это был пластик, муляж, болтающаяся на штативе хрень. А тут скелет высотой в два метра с кепкой, вместо обычного набора зубов клыки – и острые к тому же. В пустых глазницах то и дело проблескивало алое свечение, весь его вид нагонял панический ужас. Даже не нужно было смотреть, чтобы понять, что у нее волосы дыбом на теле встали и появились мурашки. Могильный холод навевал не самые приятные мысли, лишь сильнее заставлял терять остатки храбрости и желания двигаться вперед. Она в жизни так ничего не боялась, как сейчас, а ведь еще этому чудищу нужно было протянуть руку, да и Литар стоял и глупо невпопад подбадривал.

Протянув скелету руку ладонью вверх, Инне стоило огромных усилий, чтобы не вырвать ее, почувствовав холодную, почти ледяную, кость на запястье. Скелет неспешно занес меч над рукой, отчего Инна инстинктивно зажмурилась, ощутив в пальце резкую боль и жжение. Удивленно распахнув глаза, она увидела перед лицом кончик меча и ожидающего ее действий скелета. Видимо она зря переживала на счет того, что скелет разрежет ей палец и превратит его мечом в фарш.

– А теперь капни кровь на кончик меча и повторяй свое желание, – Литар добродушно улыбнулся.

– А разве он уже не ухряпал свой меч в моей крови? – недовольно буркнула Инна, послушно выдавливая каплю крови. – Мне нужно узнать ответы у вечно спящих и попасть на остров повелителей смерти.

– Кончик меча издревле у воинов и стражников считается сердцем, он первый пронзает врагов и жертв и первый вкушает кровь, вот почему мы окропляем острие меча в своей крови.

– Ну и правила у вас тут… жуткие, – Инна послушно обошла все скелеты и смогла пройти к Литару. – Ну что, Сусанин, веди дальше. Надеюсь, нам больше никаких членовредительских приемчиков не предстоит…

– Нет, только общение с духами, – эльф нервно дернул плечами, но вдаваться в подробности не стал.

И данный жест, конечно же, от ее любопытства не скрылся, что же за общение такое предстояло с дедушкой-моралистом. Да и шестое чувство подсказывало, что просто так они через этот импульсный портал не пройдут, обязательно лажа какая-нибудь произойдет. А как ни пытайся расспросить эльфа, этот паршивец один черт не сознается.

Инна навскидку прикинула, сколько они примерно уже спускались вниз, если на ее время переводить, то минут десять. Ей стало интересно, а что произойдет, если рухнет данная конструкция? Своим любопытством она все же решила поделиться, чтобы хоть как-то разогнать напряженную обстановку.

– А что, если весь этот склеп рухнет? Такое вообще возможно?

– Нет, – уверенно отчеканил Литар. – Этот склеп строился так, что даже при сильных катаклизмах он будет стоять веками, тут без магии не обошлось, она основа всего, что есть в нашем мире.

– А я, к примеру, могу обладать магией?

– Нет, ты к ней не то, что невосприимчива, если тебе с ней взаимодействовать как хозяин, магическая сила тебя убьет. Мы почти пришли, нам сюда.

Повернув в указанном направлении, он исчез, Инна протянула руку вперед, нащупывая холодную влажную стену. Там действительно был резкий поворот, а следом еще один поворот, откуда исходило слабое белое свечение. Ускорив шаг, она наткнулась на спину Литара, в очередной раз удивившись тому, какими высокими порой бывают мужчины.

Пред ней предстал огромнейший зал, в стенах которых на полочках с выточенными рунами стояли резные погребальные урны. Из самых разнообразных камней, будь то аметист или малахит, так думала Инна, соотнося цвета и текстуры этих урн. А тянулись эти полки почти до самого потолка, а в центре же был открыт портал, в котором можно было различить сухие черные ветви, напоминавшие ей костлявые руки тех стражников наверху.

– А что будет, когда закончатся места для мертвецов? – Инна воровато озиралась, ожидая того самого дедулю-моралиста.

– Таких помещений тут пять, а когда в них уже не будет места, сделают еще ниже несколько залов для упокоенных душ.

– Какого Игарлиаса ты тут забыл, выродок из моей ветви?! – крик, полный негодования, эхом разлетелся по залу.

– Я… я прошу прощения… – Литар заикался и трусливо пятился к выходу, пока Инна не поймала его за руку. – Мы… мы только хотели… п-попасть на материк некромантов…

– Ты и на материк некромантов? – голос зычно расхохотался, Инна даже уловила глумливые нотки в этом голосе. – Такой несчастный трус там и дня не протянет, убежит, сверкая пятками.

– Дедуля, ты бы для начала показался, а то тоже хорош, трусливо моську сныкал и раздулся от самомнения! – Инна не переносила, когда перед ней тыкали приятелей носом в их же минусы, аж злость брала.

– Что тут забыло человеческое дитя? – обладатель столь внушительного голоса все же показал свой лик.

И тут у Инны упала челюсть: если он реально дед, то она слон в балетной пачке, как вообще старик мог так прекрасно и молодо выглядеть. Длинные густые черные волосы и изумрудного оттенка глаза, заметные высокие скулы и легкая улыбка тонких губ. А главное ни одной глубокой морщинки на лице, только маленькие едва заметные в уголках глаз и рядом с губами. Да это была, черт возьми, мечта любой женщины, ходячий образец мужской сексуальности. Подобрав, так сказать, слюни, Инна перевела взгляд на Литара и поняла, от кого мальчишка получил такие глазоньки. Да вот только характером и темпераментом он явно не в дедушкину породу пошел, а значит, придется долго договариваться с этим чертовски обаятельным ворчуном.

– Я? Да так, по мелкому поручению, так сказать, исполняю свой долг в этом расчудесном мирке, – она нахально улыбнулась призраку мужчины, не упуская из виду его крепкое подтянутое телосложение.

– Да еще и такое невоспитанное, красотой, смотрю, боги тебя обидели, раз ты ее угробила столь ненужными украшениями, – призрак не остался в долгу, решив, что сегодня он отдохнет как следует на гостях.

– Ну не я первая начала сыпать оскорблениями, каюсь почти первая… Так что насчет вашей воспитанности можно еще поспорить, – она демонстративно скрестила руки на груди, сообразив, что на призрака этот морок эффекта не возымел, – а украшения, это, простите, обычай моего мира, так сказать, моей группы ребят по интересам.

– Исчезните отсюда и не появляйтесь здесь больше никогда, я не позволю вам пересечь портал.

– Да ты гонишь! – взвизгнула Инна, представив себе очередную встречу со стражниками и добровольное кровопускание. – Я через эту груду шевелящихся костей больше не пойду! Дедушка, ну дайте пройти, пожалуйста, нам реально к некромантам надо.

– Какой я тебе дедушка?! – взревел оскорбленный до глубины души призрак. – Имей совесть, мерзавка, обращайся к старшим с должным уважением!

– Да откуда я могу это знать? – недовольно выругалась Инна. – Я в вашем мирке без году неделя, как я успею все вызубрить, когда мы то и дело удираем!

– А ты прими бой, раз меч на себя нацепила, дилетантка!

– Ну спасибо, повоевать я успела, так меня теперь ваш внучек прирезать хочет и я в военном деле, как вы в балете! – Инна с каждой репликой стала замечать, что призраку эльфийского короля становится весело, видимо у него давно таких гостей не было.

– Тогда учись этому, а не лицо криви при старших! Если наглости в тебе так много, значит храбрость и ум копи!

С тихим ужасом Литар наблюдал за тем, как Инна, совсем растеряв остатки уважения к старшим и страха, спорила с призраком его деда. С мужчиной, который при жизни никогда не нарушал правил и требовал их четкого исполнения, всегда соблюдал правила этикета и отличался твердостью характера и вредным вздорным нравом. Ему никогда не перечили, его боялись и ему поклонялись, он был при жизни превосходным стратегом и повелителем. Эльф даже не ожидал, что найдется тот, кто сумеет спорить с призраком некогда известного повелителя эльфийской расы.

Уже не боясь, Инна подошла к призраку поближе, чтобы конкретно подействовать на нервы; она была намерена настоять на своем и во что бы то ни стало попасть на остров некромантов. Но и этот призрак был непреклонен, уперто отказывался пропускать их с Литаром в этот чертов портал, отчего эта наглая девица вылепила банальный вопрос прямо в лоб, огорошив призрака. Эти детские игры в «Кто кого переспорит» уже начинали раздражать, даже при условии, что призрак попросту насмехается.

– Так, король, точнее, то, что от него осталось и летает тут, почему ты нас не хочешь пропускать к некромантам? Тебе это что, в убыток казне будет?

– А мне только интересно, кто за вами гонится и выживете ли вы вообще! – с вызовом ответил призрак, самодовольно улыбаясь и ожидая, как гостья себя поведет теперь.

– Окей, а что, если я тебе тайну одну выдам, мнение поменяется? – хитро прищурилась Инна.

– Смотря что это за тайна и какова ее ценность в нашем мире…

– Сначала обещай, что проведешь нас через портал, а потом уже тайна, – она хотела подстраховаться на всякий случай.

Призрак короля оказался на удивление любопытным и долго сопротивляться не смог, дав такое обещание. Но из вредности расписал, что их ожидает на острове некромантов, так сказать, предупредил по-хорошему. Инна лишь играючи отвесила ему поклон, но на уме зарубку сделала, что их ждет там не самое приятное приключение. А в качестве тайны она поведала призраку, что является избранной для великой цели и ее сюда притащил Литар.

Стоило им приблизиться к порталу, как у входа в зал показались два эльфа, увешенные оружием. И тут она поняла, какие нехилые проблемы у них возникли, лишь услышав за спиной сдавленное ойканье и эльфийское ругательство.

– Стойте на месте и не смейте входить в портал; приказ принца – вас поймать и доставить к нему! – наемники вынули из ножен мечи, готовясь к прыжку, приказ принца поймать их живыми им не нравился совершенно.

– Кто они? – Инна обратилась к дедуле Литара, ибо побледневший от страха эльф мало чем мог сейчас помочь.

– Первоклассные наемники, так что от них вы вряд ли сможете удрать, – едко отозвался призрак, – но ты можешь попробовать, если, конечно, ты свою тайну не сочинила. А я, пожалуй, понаблюдаю, хоть что-то необычное за мой век безмолвия появилось.

Тут-то Инна и заметила это нахальное подмигивание, значит, она все-таки смогла переманить на свою сторону этого склочного призрака. А теперь следовало за эти секунды придумать, как удрать от наемников, которым нужно всего пару-тройку широких шагов сделать, чтобы схватить свою цель. А судя по их виду, они намного опаснее будут, чем тот принц в подвалах, который не особо походу заморачивался над ее поимкой. У нее созрел план, она вспомнила, что на дне сумки валялся какой-то фрукт в заначке; не обращая внимания на враждебных эльфов-близнецов, она выудила этот фрукт. Незаметно показав Литару взглядом на портал, Инна хитро улыбнулась, вновь обращаясь к дедуле-моралисту.

– Мы вам премного благодарны, красивейший мужчина, но увы и ах, надо спешить. Надеюсь, там ваша урна нигде не стоит?

– Там нет моей урны, но есть урны моих близких по крови эльфов, – он не сразу сообразил, к чему был вопрос, а после догадки его глаза распахнулись шире от удивления.

Да и смысла спрашивать уже не было, фрукт был метко отправлен в полет в сторону наемников, которые лихо увернулись и оскалились. Но поздно, девчонка с пацаном рванули в портал, а позади наемников оживились призраки из разбитой урны. Им было уже не до погони, пришлось уносить ноги от разбушевавшихся призраков, а выход был один – вновь сработавший портал уже на другую часть материка некромантов. А вслед им доносился громкий и веселый смех дедушки Литара, которому эта ситуация скорее понравилась, нежели наоборот.

С мыслью отомстить этой несговорчивой девчонке наемники рванули в портал, вываливаясь на ледяной выступ скалы, под которой шумно бились о рифы волны моря жизни. Им нужно было укрыться подальше от любопытных глаз, связываться с некромантами и выяснить, что они тут забыли – это был самый худший исход событий. А возвращаться обратно ни с чем, так глупо ошибившись с оценкой жертв, было равносильно позору. Теперь нужно идти до победного, пока принц не придумал ничего нового, а поймать девчонку уже дело принципа. Оон-Луниан не верили в то, что боги могли наделить эту соплячку везением и удачей.

Найдя укромное место в пещере, братья устроили привал, порадовавшись своей предусмотрительности. Но все же поведение девчонки было полной неожиданностью, никто еще из жертв женского пола не кидался в них фруктами с целью отвлечь внимание и при этом удрать через портал. Осталось надеяться на то, что беглецы не встретят по пути никого, кто сможет их приютить и защитить в случае опасности, тем самым затруднив поимку.

Глава 6

– В детстве цыганка мне одна предсказала, будто я, если сильно полюблю, то любимого сгублю… – Инна тихо напевала строчки из репертуара «Король и Шут», изредка поправляя сумку на плече.

– Инна, а о чем эта песня? – Литар шел рядом, стараясь не проворонить звуки, которые могли иметь опасные последствия.

– Про ведьму, которая полюбила мужчину и, разозлившись на него из-за измены, превратила в осла, а потом горевала, что осел отраву выпил и помер, – она остановилась посреди дороги и, нахмурившись, спросила: – Ты вообще знаешь, куда мы идем, Сусанин недоделанный?

– Знаю… – не совсем уверенно отозвался Литарионилиус. – Не точно, но знаю…

– Так, чем дальше, тем хуже, – Инна взглядом зацепилась за странный столб и медленно к нему приблизилась. – Это еще че такое?

Робко приблизившись к столбу, Литар внимательно посмотрел на руны, выцарапанные поверх серого камня. Таблички висели на проржавевших цепях и от сильных порывов ветра жутко и противно поскрипывали. Таких табличек было всего три, как и три развилки одной широкой дороги, уходившие в разные стороны, только в какую им надо было идти – непонятно. Одна извилисто скрывалась в темном мрачном лесу, другая прямо обрывалась на спуске с холма, а третья, едва протоптанная, уходила направо, где впереди тоже был лес, а над ним клубился дым. Куда безопаснее всего было идти, пока неизвестно, и как Инна успела заметить по напряженному выражению лица эльфа, письменности некромантов он не знал от слова совсем.

– У меня есть идея, подождем тут, пока кто-нибудь мимо не проедет, и спросим дорогу в город.

– Как мы вызнаем дорогу, если даже языка не знаем?

– Если я правильно думаю, то письменность, может, и отличается, но… – она задумчиво пожевала губу, вспоминая словарь и уроки латыни. – Звучание должно мне быть знакомо, это же ведь некроманты…

Откуда была такая уверенность в том, что местные некроманты могли знать мертвый язык из ее мира, она не знала. И словно бог услышал ее мысли: где-то вдалеке раздались грохот повозки и стук подкованных копыт. Инна предусмотрительно отошла от дороги, выставляя руку вперед, надеясь, что этим жестом она остановит этого извозчика. Кучер, сидевший на козлах, нервно дернул поводья, останавливая своего черного крупного жеребца, и молча посмотрел на нахалку. С первого взгляда было видно, что прохожие не из этих мест, уж слишком чуждо смотрелась девушка. Но как бы странным это ни казалось, она явно знала их язык, уверенно спрашивая, где находится город.

– Ubi est civitas? – она надеялась, что нигде не напутала с произношением и поймет, что ей ответят.

– Viam rectam praemisit, – недовольно харкнув в сторону, ответил кучер и добавил, подстегивая коня, – vade te ipsum.

– Я смотрю, вежливостью тут особо не отличаются…

– Не рада встретить себе подобных? – засмеялся Литар. – А о чем вы говорили? Ты и правда знаешь язык некромантов?

– Я спросила: «Где город?» – он ответил: «Прямо впереди» и «иди сам», – Инна задумчиво почесала затылок. – Я че, так на мужика похожа?

– Может, тебе стоит распустить свои волосы, чтобы скрыть эти варварские метки? – сочувственно протянул Литар, двигаясь прямо к городу. – Ну и украшения с лица поснимать.

– Иди ты знаешь куда, советчик добродетельный, – едко огрызнулась Инна, но волосы все же распустила, жалея о том, что грудь не вымахала до нужных размеров.

Городок, если его так можно было назвать, встретил их холодно и отчужденно, морок не спасал совсем, отчего эльф сильно расстроился. Единственная возможность замаскироваться с треском провалилась, пришлось накинуть глубокие капюшоны своих накидок, чтобы спрятать от любопытных глаз чуждую «красоту». Попутно узнав, сколько стоит тут ночь в трактире, Инна всерьез задумала подзаработать, вот только каким образом заработать ветеринару в стране чужого измерения, повелевающей загробным миром? Литар только плечами пожимал, сообщая, что к труду особо не приучен, только мелочевку делать и может.

И тут ее прорвало, она высказала шепотом непутевому эльфу все, что думает об этом путешествии, не забыв упомянуть его загулы, безалаберность, незнание элементарных вещей и тягу находить неприятности. А также тот факт, что он решил ее таскать по всему континенту без гроша за душой, без каких-либо навыков коммуникации, полагаясь на старое доброе авось, даже не задумываясь о последствиях. Угораздило же ее оказаться здесь с телегой неприятностей и безответственным эльфом. Пока она тащила его за руку сквозь торговую площадь, ей на глаза попалась лавка музыкальных инструментов. Торгаш сидел за прилавком и с нескрываемым унынием следил за прохожими, уже даже не зазывая и не предлагая купить его расчудесный товар.

– Литар, у нас хоть малейшие финансы есть?

– Что?

– Деньги хоть какие-то, говорю, есть? – она выжидающе уставилась на притихшего эльфа. – Ясно, а флейту свою с собой брал?

– Нет, – он робко дернул ее за рукав, – Инна, а что ты задумала?

– Идем!

И только приблизившись к торгашу, Литар щедро улыбнулся, как же он мог не узнать старого знакомого, который часто навещал лекаря Мигура. Протянув руку в традиционном эльфийском приветствии, касаясь тыльной стороной ладони его локтя, он дружелюбно улыбнулся. Вежливо выслушал недовольство на нерадивых покупателей, представил свою подругу как Велеру, стараясь не светить ее настоящее имя и принадлежность, и поинтересовался, как тут можно заработать. Даже не ожидал, что над ним посмеются и посоветуют покинуть это гиблое место, обосновав тем, что кроме торговли тут ничем больше не заработать. В очередной раз Инну посетила бредовая идея, от которой она не стала отмахиваться и просто шепнула Литару на ухо.

– Спроси у него, а можно ли тут заработать представлением?

– Виандилей, а можно ли тут заработать с помощью моей игры на флейте?

– Нет, эльфийскую музыку местные жители не переносят на дух, им нужно мрачное и пугающее…

Понимая, что разговор покатился в не совсем нужное русло, Инна все же поспешила вмешаться, стараясь подбирать слова, дабы не подставить Литара перед этим продавцом музыкальных инструментов.

– А если я вам напою как раз-таки мрачный текст и примерную мелодию, вы сможете сами ее преподнести? У меня нет голоса и слуха, чтобы ее самой спеть, да и на флейте, если выбирать грубые звуки, вполне можно угадать стиль.

– Проходите в каморку, сообразим что-либо, у меня за этот день так ничего и не купили.

Инна как можно удобнее устроилась на маленьком не то чурбачке, не то дощечке непонятно какой конструкции. А Литар же ловко угнездился на краю столешницы, только хозяин остался стоять, обосновав это тем, что уже целый день сидит без дела. Он выудил из недр хлама, как Инна успела уже охарактеризовать непонятную кучу всяких вещей, флейту, черную и изящную, с витиеватым узором листвы на корпусе.

– А спой ту, что ты напевала по пути, – оживленно выдал идею Литар.

– Это какую?

– А как у вас к ведьмам относятся? – Инна решила для начала прощупать почву.

– У нас нет ведьм, только некроманты и колдуны, – Виандилей задумчиво почесал свою козлиную бородку, – женщины обладают магией, только если они колдуньи, эльфы или суккубы, лесные феи тоже считаются. Так что, думаю, это можно смело петь, им будет очень любопытно.

– Хорошо, – Инна постаралась как можно лучше и без запинки спеть эту песню. – В детстве цыганка мне одна предсказала, будто я…

Эльфы, затаив дыхание, внимательно слушали, стараясь с первого раза запомнить песню. Веандилей на слух сыграл на флейте подходящую мелодию, отчего Инна удивилась, он так близко угадал ноты. А звучание флейты как нельзя лучше подошло к тексту данной песни, и когда эти ушастики, разделив роли, сыграли ее с первого раза без ошибок, Инна аплодировала им стоя. Посмеявшись над парой шуток, они вышли из каморки, договорившись, что она будет сидеть за прилавком, пока друзья отыграют эту песню, чтобы узнать реакцию прохожих.

Вовремя сообразив, Инна спросила про местную валюту, чтобы в случае чего продать ту или иную вещь, а заодно потребовала у ребят положить у ног чехол из-под инструментов. Надеялась, что и тут найдется добрая душа и пожертвует им хотя бы пару монеток, правда мужчины особо не верили в успех этой идеи. Но в этот раз им все же улыбнулась удача. Пацанье все же сообразило и пару сребреников бросили в чехол, а следом и несколько женщин с улыбкой кинули по одному золотому. Но местные стражи порядка не совсем вежливо намекнули закончить свои песнопения и убрать это безобразие. Их черные балахоны до колена длиной, накинутые поверх кожаного боевого облачения, ремни на бедрах, к которым были прикреплены чехлы с метательными ножами, смотрелись внушительно. Да, таким ребятам лучше не грубить и вообще осторожно подбирать слова для общения, и так выговор получили.

– Это хранители Роуда, их не стоит злить, дважды не повторяют.

– Почему и кто такой Роуд? – Инна осторожно приподняла край капюшона.

– Их божество, властелин мертвых и покровитель некромантов, он им благоволит в темных делах. Если первое предупреждение сделали, то второго не последует, бьют на поражение, так что мой вам совет: мужчин в таких балахонах лучше не сердить.

– Накидали немного, – Литар пересчитал деньги и высыпал в мешочек, – куда путь теперь держать будем?

– У вас вообще цель есть? – насторожился Веандилей.

– Есть, глобальная, а так действуем по обстоятельствам, верно, Литар? – Инна устало огляделась и убрала с глаз выбившиеся пряди волос. – Для начала найдем место для ночлега, а потом будем дальше двигаться. Только вот вопрос, с кем нам надо связаться, чтобы пообщаться напрямую с королем этого острова?

– Это невозможно! – возмущенно ляпнул Литар, а Вендилей удивленно воззрился на девицу, не в силах что-либо ответить.

– А ты пораскинь мозгами как следует, – Инна оттеснила эльфов в лавку, подальше от любопытных ушей, – у нас на хвосте два ушастых психа – это раз, и не понять какие у них намерения, если наша цель эти самые величия объединять, то общаться нужно уже с королями, у них на народ влияния больше – это два. Как у нас говорится – рыба гниет с головы! А третье – нам еще одного энтузиаста в этих местах в команду надо откопать, и неизвестно, кто он и как все это провернуть?

– Я бы посоветовал отложить вам эти деньги на пропитание, а заночевать вон за тем лесом, – Веандилей указал им на север, где вдалеке на возвышенности виднелся темный мрачный лес, – там уже натоптана дорога, как минуете, можете остановиться смело, зверье не пробегает, так что вы в безопасности. А оттуда, если двигаться дальше по дороге, попадете в главный город Рокус, в центре которого то самое королевство.

– А как нам к королю попасть?

– Вот тут я вам не подскажу, не доводилось мне пока с ним сталкиваться и посещать его приемы, думайте сами, я чем мог, тем вам и помог.

– И на этом мы тебе благодарны, друг мой, – Литар слегка поклонился ему и накинул капюшон.

– Спасибо за помощь, – Инна бодро махнула рукой, но, спохватившись, уточнила: – А как нам с местными-то общаться, мы же языка их толком не знаем?

– Ох точно, Велера, Литар, подойдите и смотрите мне в глаза, когда я буду колдовать, – он выждал нужный момент и, пропев заклинание, взмахнул руками словно накинув на них невидимую пелену, – все, теперь какой язык ни услышите, сможете легко на нем вести беседы. Этим заклинанием только эльфы и владеют, не встретили бы меня и трудно бы пришлось в дальнейшем пути.

– И вновь мы благодарны тебе за столь неоценимую помощь, а там за лесом найдется дом заброшенный?

– Есть такой, поэтому я вам и говорю двигаться к нему, ночи тут холодные и сырые…

И вновь пешком идти бог знает сколько времени, хорошо хоть теперь с общением проблема решена, не возникнет языкового барьера. Первым делом Инна, все так же не отпуская руку Литара, протащила его по продуктовым лавкам, закупая провизию на деньги, что у них были. Пару раз отвесила подзатыльник этому недоделанному Дон Жуану, решившему удрать за парочкой пышногрудых красавиц. И вроде бы уже с мелкими проблемами разобрались, можно в путь, но ее раздражало, что от нее воняет потом, волосы в пыли и засалились, а душ принять негде. Литару же это было все до лампочки, ибо он с этим справлялся, а её откровенно бесило; теплилась надежда, что в том доме будет вода и можно будет наконец помыться.

Стоило только миновать окраину и пройти этих хладнокровных воинов, как к ним прицепилась молодежь из двух некромантов. Инна это поняла по их украшениям, но провоцировать конфликт дальше не хотела, а перед этим предупредили, что к чужакам на помощь никто не придет. И как из этой паршивой ситуации выкрутиться, она не знала, эльф же благополучно отступил за ее спину, от этого трусишки тоже толку мало будет, особенно в драке. Как говорится, из огня да в полымя, будет ли у нее тут хотя бы один день спокойствия?

– Вы не из наших мест, кто вы такие и что вам тут нужно?

– Мы лишь простые путники и идем на север, – Инна старалась не светить своим лицом, – мы не хотим проблем.

– Нет, – второй некромант поигрывал в руке метательным ножом, хитро оскалившись, – вы не путники, эльф, может, и похож, но не ты, пацан в капюшоне.

– Епт! Да девушка я, девушка! – Инна скинула капюшон и пожалела, что бывает так не вовремя импульсивной. – Мы действительно путешествуем.

– Что ты забыла на нашем острове, человеческая женщина? – первый гневно сверкнул глазами и выставил нож вперед.

– Вас спросить забыла! – Инна обнажила меч, даже не представляя, что дальше делать. – Я не хочу с вами вступать в бой, нам нужно двигаться на север и только.

– Что ты забыла на нашем острове? – повторил вопрос некромант, не убирая ножа.

– Я не могу вам сказать этого, но хочу заверить в том, что намерения у нас чисты, нам нужно добраться только на север…

Договорить она не успела, Литар лихорадочно дергал ее за рукав, показывая куда-то вдаль позади. Когда Инна услышала, о чем это струхнувшее чудо вещало, побледнела – наемники напали на их след. Ничего непонимающие некроманты, которые тоже были настроены враждебно, не отступали ни на шаг. Нервно сплюнув и увидев ближайший прилесок, из которого можно было, не сбиваясь с пути, добраться до места назначения, Инна дернула Литара. Спрятав меч обратно в ножны и удобно перехватив сумку, она толкнула эльфа вперед, а ничего не понимающим некромантам, махнув рукой, пожелала приятного общения с теми ушастыми. И вдвоем они припустили к лесу, даже не оглядываясь назад, но по доносящимся отголоскам и лязгу мечей приветствие было не самым лучшим.

Даже не стоило сомневаться, что эльфы-наемники неслись следом за ними, вот только темный лес оказался не таким простым. Это она оценила по шуму без какого-либо дуновения ветерка, а Литар, снова заныл, что, мол, попали в очередные неприятности. Переведя дух, она прикинула на глаз, куда теперь двигаться, и, ухватив компаньона, рванула вперед, о чем очень пожалела. Эльф чудом успел затормозить и вырваться из хватки Инны, которая, поскользнувшись на краю, съехала попой вниз прямо в болото. Оценив ущерб этих экстремальных покатушек, она свистнула эльфа и потребовала спускаться. Руки сильно саднило, все же успела их разодрать, штаны – единственные штаны, которые выдал Мигур – были тоже порваны, ноги мокрые и в непонятной болотной гадости.

Осторожно спустившись к болоту, Литар немного подлечил ее ладони и все же осмотрелся. Болото находилось будто бы в яме, и обойти его будет проблема, ибо спуски оказались довольно крутыми и без каких-либо выступов. Инна проверила провизию в сумке и, удостоверившись, что все в норме, осторожно начала двигаться по краю на противоположную сторону. Он тоже последовал ее примеру, лишь жестом показав быть тише, так как наемники шли следом. Острый слух Литара тут оказался очень полезен.

Выбравшись из болотной ямы, Инна обессиленно рухнула на траву, сил уже не оставалось. Мышцы противно ныли от напряжения и боли, она вспотела и замерзла, температура воздуха начала падать, и нужно было срочно искать ночлег, еще и погоня вот-вот настигнет.

Литар ловко подхватил ее под талию, закидывая руку на плечо, хоть немного поддерживая, и повел ее в сторону дыма. Надеялся, что хозяева костра помогут им и не прогонят в случае чего, да и кушать хотелось сильно. Зрелище, которое им предстало, даже Инну заставило покраснеть от стыда: на поляне возле костра танцевал голый мужчина в окружении призраков женского пола. Черные распущенные волосы длиной до плеч развевались на ветру, пирсинг в носу и губе, да еще и три кольца на брови дали понять, что он некромант. На руке от каждого движения позвякивали четыре круглых тонких металлических браслета. Его прямой нос и тонкие губы в хитрой усмешке притягивали взор, но черные как ночь глаза с красными едва заметными зрачками внушали страх.

Он с каждой умудрялся потанцевать и пофлиртовать, потрясая своим мужским достоинством во время прыжков, смеясь и отпивая вино из бокала. Устало поморщившись, Инна показала пальцем на некроманта, узнав его лишь по пирсингу на лице и охарактеризовав как озабоченного нудиста. Уличенный в постыдном поведении некромант отослал девушек в иной мир и накинул балахон, пряча свое самое ценное от посторонних глаз.

– Кто вы такие и что забыли в этом месте? Сколько тут времени не провожу, а такие гости впервые.

– Да удирали мы от наемников с вот такими же ушами, – Инна поморщилась и все же села на траву. – Можно у вас погреться, а то холодно и устали зверски, пока убегали?

– Можете погреться, а заплатите потом деньги, – он присел напротив, – так кто же вы и почему за вами гонятся эльфийские наемники? Вы преступники или же трусы?

– Какие еще деньги, у нас ни гроша за душой… – рыкнула с досады Инна, – даже тут за воздух деньги дерут…

– Нет, мы просто путешествуем ради своей цели, – Литар добродушно улыбнулся и достал из сумки провизию, не замечая высказываний Инны, – просто кое-кого рассердили.

– Тогда давайте знакомиться, – некромант весело взмахнул рукой так, что пола балахона распахнулась, обнажая его причиндалы, – я Эндуарис, а теперь вы назовите свои имена?

– Так, Эндуарис, оденься уже, а, на тебя посмотришь – мерзнуть начинаешь, – Инна расположилась поудобнее к костру, – меня Инна зовут, а его Литар.

– Рад нашему знакомству, – Литар поклонился и резко повернулся в сторону леса, – они идут!

– Твою ж налево, – Инна поднялась и вытащила меч из ножен, понимая, что с такой слабостью будет абсолютно бесполезна, – и что нам делать когда эти дятлики сюда заглянут?

– Не знаю…

– Убить их, и дело с концом, а потом поднять и развлекаться, – весело отозвался Эндуарис, – могу помочь.

– Это королевские наемники, не стоит так опрометчиво действовать.

– И всегда у вас так?

– Последнее время слишком часто и с завидной регулярностью, – зло прошипела Инна, косясь на Литара.

Злющие эльфы-близнецы выбежали на поляну, у одного кровоточил порез на лице, у другого была рана на руке. Ранения затягивались, медленно, конечно, но хоть был результат, но связываться вновь с некромантами желания не появлялось. Цель стояла прямо перед ними, уставшая, едва державшая меч в руках, и рядом трусливый эльф, спонтанно схватившийся за кинжал. Только за ними сидел в балахоне некромант с ехидной улыбочкой, выставивший напоказ свое обнаженное тело, ко всему прочему. В руке он перебирал свои кольца, отчего наёмники свой пыл поумерили, ведь стоит некроманту назвать имя кольца, и придется сражаться со злым духом.

Но оружие убирать они не спешили, неизвестно еще, кто перед ними находился, а развязывать войну – это нарушить приказ его высочества. Если он не спешил вмешиваться в эти разборки, значит, оставалась возможность обернуть ситуацию в свою пользу. Они сделали одновременно шаг вперед и заговорили по очереди с некромантом.

– Мы пришли за этими беглецами.

– У нас приказ доставить их целыми и невредимыми в королевство.

– Ага, счас! – вмешалась в разговор Инна. – Кто знает, что вы там с нами натворите, ваш принц нас чуть не угробил! Про вашу венценосную величественную особу я ваще помалкиваю!

– Кхм, сейчас вы находитесь на нашей территории, – медленно заговорил Эндуарис, его голос был пропитан ледяной жестокостью, внушая собеседникам страх, – и мне решать, что кому отдать. Прошу покинуть этот лес и остров, пока я не призвал хранителей Роуда и не попросил их вас отсюда вышвырнуть!

– Вы королевской крови или побочной ветви, или же принадлежите к знати? – наемник решил прощупать почву, с кем же они все-таки ведут переговоры.

– Неверно, я не принадлежу к ним, но я некромант и не потерплю в родных местах такого самоуправства, – его темные глаза полыхнули красным огнем, отчего даже Инне стало дурно. – Покиньте этот остров немедленно и передайте вашему принцу, если он хочет кого-то найти и забрать, пусть явится лично! А там я сам с ним потолкую о его методах ведения дел!

– Значит, мы заберем их силой, – второй наемник начал читать заклинание нараспев.

От такого поворота событий Инне стало не по себе, она поспешила отойти с линии, так сказать, огня – и очень вовремя. Эндуарис вызвал пару злых духов, которые каким-то непонятным ей образом заблокировали удар. И в момент, когда духи напали на эльфов, а Литар отчаянно ее звал, в глазах потемнело, и дальше она уже ничего не могла осознать. Чем все закончилось, и что с ней станется – вот единственные мысли, которые еще успели застать Инну перед тем, как она окончательно вырубилась.

Глава 7

В тронном зале, который заливал солнечный яркий свет, спиной к обширным витражам сидел повелитель эльфов. Он задумчиво постукивал ногтем по деревянному резному подлокотнику, оббитому натуральной кожей молочного цвета. Перед ним преклонив колено и почтительно опустив голову, стояли его сын Бехлиимер и наемники Оон-Луниан, прибывшие с докладом. Первым делом его величество решил выслушать наемников, давая любимому сыну возможность придумать отговорку и план действий. Да и свои планы придется подкорректировать, ибо его интуиция подсказывала, что у наемников далеко не самые хорошие новости.

– Я хочу знать, почему бастарда и этой беглянки нет? Вы их убили, ослушавшись моего приказа, или упустили?

– Ваше Величество, – взял слово Лиарил, так как считал себя старшим. – Мы напали на след и почти поймали беглецов в склепе, но те прыгнули в импульсный портал первыми, попав на остров некромантов. Мы никак не ожидали, что она разбудит души почивших королей и разгневает их. Когда мы отправились следом, то оказались в соседнем городе и к вечеру настигли их в лесу. Но там был некромант, который прогнал нас с острова, мы не знаем, правду нам он сказал или нет, но есть вероятность, что он принадлежит к знати.

– Почему вас прогнал какой-то некромант, как это произошло и откуда такие домыслы? – король заинтригованно взглянул на Лиарила.

– Его мастерство на несколько уровней выше, чем у городских некромантов, с которыми мы столкнулись, когда гнались за беглецами. Он способен материализовать боевых духов, которых он вызвал и направил на нас в атаку. Он потребовал передать: «Если эти беглецы вам нужны, то придите за ними сами»; вполне вероятно, что этот некромант из знатного рода.

– Имя, вам известно его имя? – потребовал ответа Его Величество.

– Нет, они его не упоминали перед нами, а когда он знакомился с беглецами, мы не застали, это наша ошибка, – Лиарил виновато склонил голову, уповая на хорошее расположение духа короля.

– Значит, у нас из-под носа увели наглую девицу и беглеца-бастарда, и не абы кто, а сами некроманты. Которые активно принимают участие в заседании «Восьми Величий» и смотрят на нас свысока только потому, что им доступны знания и силы мертвых, – король взглянул на сына, ожидая услышать ответа. – Что теперь ты собираешься предпринять?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.