Виктория Никитин
Звёздные капитаны. Капитан «Чёрной звезды»

Пролог

Иар бежал по узким лабиринтам ночного Уэла, не разбирая дороги. Босые ноги то и дело хлюпали в грязи и отбросах, но Иар уже привык к грязным портовым улицам. Башмаки украли ещё три месяца назад, а новые он так и не смог достать. До прихода холодов в запасе оставалось ещё четыре месяца, а пока и так сойдёт: кожа пяток огрубела достаточно, чтобы убегать от банды Грона, и сейчас это всё, что имело значение. Не считая еды, конечно. Но за последние шесть лет беспризорности и побегов от инспекторов Империи Иар настолько привык к постоянному чувству голода, что и забыл ощущение сытого желудка. В приюте, где он вырос, добротными харчами тоже не жаловали, но хоть кормили каждый день. А сегодня уже третий день, как у него во рту не было ничего, кроме корки чёрствого хлеба и горячей воды, благо в это жаркое время года последнюю можно было найти везде: в полдень даже лужи кипели от жары. И уж точно он не собирался отдавать Грону и его банде свои новые, потом и кровью заработанные штаны и рубаху. Он целый день помогал старой вдове в Звёздном квартале грузить в повозки тяжёлую мебель, надорвал себе спину за эти вещи и пару стоптанных башмаков, которые хоть и оказались ему малы, но пригодились для обмена на целую лепёшку и бидон молока, которые эти ублюдки умудрились отобрать. И сейчас они нацелилась на его добротную одежду. Нет, без боя он её не отдаст.

Но Иар прожил на улицах Уэла, одного из наиболее больших портов бывшего Королевства Семи Звёзд, достаточно, чтобы понимать: одному ему с пацанами Грона не справиться. Поэтому сейчас он бежал изо всех сил, стремясь в сторону порта. Там, среди снастей, грузов и складов, он сможет затеряться. По крайней мере, он на это надеялся. А ещё он надеялся на улицу Белых огней, где в это время суток толпы моряков тратили свои кровно заработанные деньги в десятках таверн и домов терпимости. Может, даже удастся прокрасться в один из заполненных народом трактиров и спрятаться у кого-то под столом или забиться в тёмный уголок до утра, пока хозяин не начнёт закрывать заведение и не прогонит прочь? Авось даже удастся стащить что-то поесть со столов у в стельку пьяных матросов? Иар уже не раз проделывал этот трюк и знал все таверны улицы Белых огней как свои пять пальцев. Лишь там заведения были достаточно убогие, чтобы хозяева не заметили оборвыша среди толпы пьяных корабельных крыс. Да и охранники нередко оказывались под градусом, что упрощало манёвренность. Это на набережной или в Звёздном квартале ему делать было нечего. Да и опасно туда лезть: даже несмотря на то, что старушка одарила его добротной одеждой, в которой не стыдно и в храм пойти, босые ноги, грязные волосы и фингал под глазом сразу же выдавали в нём оборвыша. А с такими у имперских инспекторов разговор короткий: либо в приют, либо в казематы, если инспектор вдруг решит списать на тебя парочку нераскрытых дел. Так что спасение было только в порту.

Пробежав по мосту через канал, Иар свернул на улицу Шальных костров, решив срезать путь через тупик, секретный выход из которого он нашёл совсем недавно. Прямо в казавшейся гладкой стене выступали три камня, словно специально созданные под его немаленький рост. Три прыжка, и он окажется по ту сторону стены, на улице Шаров, а оттуда до Белых огней рукой подать. Главное – найти нужный закоулок среди десятка совершенно одинаковых стен.

– Три… четыре… пять… – считал Иар дома, выискивая девятый. – Семь… – воодушевлённо проговорил он вслух.

И хотя топот догоняющих ног был совсем рядом, он уже заприметил белый дом с красной крышей, за которым и был тот самый спасительный тупичок.

– Ещё совсем чуть-чуть, – подогнал он себя, хотя от усталости и голода уже начала кружиться голова, а к горлу подкатывала тошнота.

Забежав за угол дома, Иар уже приготовился вскарабкаться на стену, но остановился как вкопанный, увидев распростёртое на земле тело.

– Вот тухлый краб, – выругался он, не зная, что делать дальше.

Ему бы пройти мимо: просто перешагнуть, взобраться на стену и оказаться на финишной прямой перед свободой. За годы жизни на улице он повидал уже немало тел: пьяницы, жертвы ограблений и потасовок были завсегдатаями ночных улиц. Хоть Уэл и считался респектабельным городом и был когда-то столицей Пурпурного княжества, преступники здесь всё равно находили своих жертв.

Иар уже собирался перешагнуть через труп – это не его дело, – как мужчина издал стон и неловко завозился, пытаясь подняться. Ему бы пойти дальше: голоса преследователей слышны всё ближе и ближе. Но в этом был весь Иар – он не мог пройти мимо, когда у его ног умирал человек. Может, ему ещё можно помочь?

Ругая себя последними словами, Иар склонился над мужчиной.

– Вы ранены? Как вам помочь? – встревоженно спросил он, осматривая укутанное в чёрный плащ тело.

Мужчина закашлял, пытаясь что-то сказать, но из горла вырвались лишь хриплые стоны. Присмотревшись к нему, Иар чуть не отпрянул, увидев уродливый шрам, пересекающий всю правую сторону лица: от лба, через глаз, до самого подбородка. Но присмотревшись, он заметил уродливую, кровоточащею рану на голове мужчины. Раненный снова попытался подняться, но рука, на которую он опирался, подогнулась, и он рухнул на землю. Плащ распахнулся, и Иар с ужасом уставился на чёрные одеяния, отделанные золотой вышивкой. Мужчина был из богатых благородных, лишь у них такие дорогие одежды. Если он умрёт, и Иара застанут рядом, его ждёт виселица. А лужа крови, натёкшая под мужчиной, ясно говорила, что рана на голове не единственное его повреждение. Крови было слишком много, и с преследователями на хвосте Иару даже чудом не удастся довести его до ближайшего целителя. Он уже, считай, мертвец.

Споря с самим собой, Иар уже собирался бросить мужчину, встать и продолжить путь, как рука незнакомца взметнулась вверх и неожиданно сильно схватила его. Мужчина притянул Иара к самому своему лицу, посмотрев прямо в глаза.

– Время пришло, – прохрипел он. – Время Звёздных капитанов пришло. Звезда ждёт своего капитана. Помоги… – просипел он, снова зайдясь кашлем.

– Я не могу вам помочь, ваши раны…

– Я умираю… я не справился… теперь это твоя судьба. Сохрани его… он ни в коем случае не должен попасть в руки имперцев. Найди её, она взывает к своему капитану… – новый приступ кашля. – Сокровище, найди его.

Что-то маленькое и твёрдое легло в руку Иара, но рассмотреть он не смог – мужчина продолжал держать его.

– Сокровище – наше спасение. Наследие должно вернуться в свою обитель. Найди сокровище.

– Я… я не понимаю, о чём вы.

– Теперь это твоя судьба, море зовёт… Море… ты слышишь его зов? Безмолвная¹ уже тут, пришла за мной, – ярко-голубые глаза мужчины расфокусировано смотрели куда-то за спину Иара, – и душа моя станет пеной морской, ибо таков капитанский рок, – прошептал он, криво улыбнувшись.

Хватка на воротнике Иара ослабла, рука, удерживающая, упала на землю.

– Рок капитана, – прошептал мужчина, издав последний вздох.

Иар сидел на грязной от помоев земле, в оцепенении смотря на мёртвого мужчину.

«Что за бред он только что нёс?» – думал Иар. Уже сотни лет никто не произносил эти слова – слова бывших Звёздных капитанов, что бороздили моря Королевства Семи Звёзд на легендарных живых кораблях. Но ни кораблей, ни Звёздных капитанов больше не существует.

Рука невольно сжалась, и он почувствовал гладкий предмет, вложенный этим странным вельможей. Раскрыв ладонь, Иар нахмурился, увидев всего лишь обычный старый компас в деревянной окантовке. Такие уже лет десять как не производили, отдавая предпочтение сверхточным механизмам с Розалима.

– Вот он! – раздался сзади радостный возглас Мелкого – самого младшего из банды Грона.

Вскочив на ноги и даже не оглядываясь, Иар рванул к стене, машинально закинув компас в карман штанов.

– Держите его! – закричал Мелкий, побежав за ним.

Но испуганный только что произошедшим Иар развил такую нечеловеческую скорость и ловкость, что руки Мелкого схватили лишь воздух. Не дожидаясь, пока Грон прибежит за ним вместе со старшими ребятами, Иар, проворно перебирая руками, взобрался на самый верх стены. Уже перекинув ногу через край, он обернулся и увидел вбежавших в переулок пацанов. Они остановились, увидев труп богача.

Недолго думая и надеясь, что лёгкая нажива всё же отвлечёт Грона, Иар не стал спускаться, цепляясь за узенькие выступы, – слишком долго. Перекинул вторую ногу и, ухватившись обеими руками за край стены, повис во весь свой немаленький рост. Послав молитву Трису², прыгнул. Голые пятки больно ударились о брусчатку, острые камни разрезали кожу, но Иар подавил вспышку боли – о ней он подумает потом, сейчас нужно было спасать свою жизнь. Прихрамывая, он побежал прочь из тупика. Но не успел завернуть за каменный трёхэтажный дом, как врезался в кого-то. Не ожидавший такой подставы, он отлетел назад и больно приземлился на пятую точку, ещё и расцарапав руку.

– Эй! – возмутился высокий здоровяк, сумевший устоять на ногах.

– Простите, добрый господин, мне нужно было быть внимательнее, простите, – запричитал Иар, поднявшись на ноги и с удивлением обнаружив, что мужчина выше него на две, а то и на три головы.

Ужаснувшись от перспективы наказания от этого здоровяка, кулаки которого весили, наверное, как весь Иар целиком, он склонился в поклоне, пытаясь вымолить прощение и побыстрее сбежать. Такой если и не ударит, то легко может сдать инспекторам.

– Простите, великодушный, я…

– Туда! Он должен был побежать туда! – раздалось из-за дома.

– Варнан, увалень ты криворукий, спускайся и лови его! – отдал приказ второй голос, в котором Иар узнал неугомонного Грона. Жаль, что мертвец, не смог полностью отвлечь главаря от погони.

Замешкавшись, Иар уже было собирался сбежать, как мужчина схватил его за ворот, останавливая. Второй раз за эту ночь.

– Постой-ка, – неожиданно мягким голосом попросил здоровяк. – Это за тобой?

Иар лишь испугано кивнул.

– Почему? – спросил мужчина, рассматривая его с каким-то недоверием во взгляде.

Иар молчал, в страхе таращась на него. Несмотря на могучий рост у мужчины было лицо пекаря, необычно добродушное и открытое, хоть и дублённое морскими ветрами, как у моряков. Но пронзительные всезнающие глаза, казалось, пригвоздили Иара к месту.

– Отвечай честно. Я узнаю эти вещи: они принадлежали моему другу. И если ты вор, а это твои подельники, с которыми ты не поделил добычу, то тебе не отвертеться. И поверь мне, тюрьма лучше, чем смерть от ножа. А если нет, то, может, помогу тебе.

Почему-то Иар даже не сомневался, отвечать или нет. После всего, через что ему пришлось пройти сегодня, тюрьма на самом деле была предпочтительнее. Там хоть кормят. А поскольку он был ещё несовершеннолетним, то, может, повезёт, и его оправят обратно в приют. А как сбежать оттуда, он уже знал. Поэтому, даже не сомневаясь он выдал мужчине всё, как на исповеди перед самой Безмолвной:

– Эти вещи дала мне вдова Иарима две недели тому назад. Я перетащил всю её мебель, когда она покинула свой дом. Я не знал, что они принадлежали вашему другу. Но я честно их заработал.

Для беспризорников вещи были столь же цены, как и еда. Лишь они могли помочь не попасть в руки инспекторов, которые искали тех, кто жил на улицах, и отправляли по специальным учреждениям: в сиротские приюты, тюрьмы или рабочие дома. Имперский закон был суров и безжалостен к каждому. А поскольку даже спустя одиннадцать лет, прошедших после завоевания Королевства Семи Звёзд имперцами, не у всех жителей архипелага были при себе документы, то приличная одежда могла не только спасти от внимания инспекторов, но и помочь попасть в более дорогие кварталы города, где всегда хватало наживы.

– А эти? – мужчина махнул в сторону переулка, откуда были слышны возня и пыхтение тучного Варнана.

– Это банда Грона – главного среди уличных пацанов. Они гонятся за мной из-за этих вещей. Но я их честно заработал, – повторил Иар.

Мужчина смерил его недоверчивым взглядом, всматриваясь в испуганное лицо. И кивнул, отпуская.

– Я верю тебе. Ты говоришь правду.

– Спасибо, – пролепетал Иар, приготовившись к новому забегу.

Но тут израненную ногу прострелила боль, и он вскрикнул, поморщившись.

– И куда ты собрался в таком виде… – покачал здоровяк головой.

– Мне нужно…

– Значит, так: сейчас ты пойдёшь со мной, а дальше…

Что дальше, он так и не договорил – из-за соседнего дома вышел кордон из трёх инспекторов.

– Господа, – строгим голосом обратился один из них.

– Господа инспекторы, – поклонился здоровяк в ответ, дав подзатыльник Иару, чтобы тот сделал то же самое. Пришлось подчиниться.

– Уже поздно для праздных прогулок. В этой части города может быть небезопасно.

– Спасибо за предупреждение, господин инспектор. Виноват, задержался у друга. Три года не бывал в Уэле.

– Вы моряк?

– Капитан Бранд Стар, к вашим услугам, – здоровяк полез во внутренний карман куртки.

Инспекторы тут же положили руки на эфесы мечей, готовые в любой момент отразить нападение. Но капитан Бранд Стар невозмутимо достал из-за пазухи сложенный вдвое лист жёлтой бумаги с красными гербовыми печатями Империи и протянул его инспекторам. Главный из них взял лист и, поднеся его к свету фонаря, внимательно изучил. Удовлетворившись проверкой, он кивнул и вернул его обратно здоровяку.

– А этот? – он кивнул в сторону Иара.

Тот весь сжался, понимая, что от инспекторов ему не сбежать: все они обладали особенными силами и в два счёта могли скрутить его.

– Этот? – капитан посмотрел на Иара и усмехнулся: – Сынишка мой нерадивый. Напросился повидать старого дядюшку Игла.

– А обувь его где? Город – не место для босоногих.

– Простите его, добрые господа, привык на корабле без башмаков бегать по канатам. Да и в Фарийских морях, где мы провели последние три года, климат сами знаете какой, – мягко, но совершенно уверенно сказал капитан Стар.

– А фингал у него откуда? – не унимался инспектор, с подозрением разглядывая Иара.

– С юнгой подрался, – не моргнув глазом соврал здоровяк и добавил заговорщицким шёпотом: – Из-за дамы.

– О-о-о, – одобрительно присвистнули инспектора. – Это святое дело. И как, сынок, победил?

Дрожа от страха, Иар кивнул, пряча голову в плечи.

– Молодец, так держать, – инспектор хлопнул его по плечу затянутой в тонкую железную перчатку рукой и махнул обоим, отпуская.

– Пошли, поздно уже. Пора нам возвращаться на корабль.

Молча Иар поплёлся вслед за капитаном Брандом Старом. Оглянувшись, он заметил злое лицо Варнана, выглядывающего из-за угла дома. Инспекторы, о чём-то тихо переговариваясь, направились в противоположную сторону. Шагая за внезапным спасителем, Иар думал о будущем, но и предположить не мог, что сегодняшняя ночь навсегда изменила не только его жизнь, но жизнь всего Королевства Семи Звёзд.

Глава 1. Заказ

– Иар! Иар! Где тебя кракены носят? – громогласный голос Фила проник даже в грузовой отсек.

– И откуда в этом тщедушном теле такая глотка? – бормотал Иар, выбираясь на палубу.

– Иар! – не унимался старпом. – Да чтоб тебя морской змей на обед сожрал. Где…

– Тут я, тут.

Фил обернулся и с гневом посмотрел на подошедшего Иара.

– Ну и где ты прохлаждался? Я уже битый час тебя зову! – старпом возмущённо сложил руки на груди, напомнив рассерженную матушку.

– Не час, а всего лишь минут пятнадцать, – спокойно поправил его Иар.

Фил надул худые щёки, став похожим на Пурика³, не хватало лишь красной чешуи вокруг глаз и пышного оранжевого хвостика с бритвенно-острыми иголками. Хотя иголки у него были, и ещё какие. Несмотря на то, что он был худ как жердь, и, казалось бы, в этом тощем теле не могло быть силы, кроме громогласного голоса, способного докричаться до самых Радужных островов, Фил был самым лучшим метателем кинжалов в семи княжествах и попадал в яблочко с закрытыми глазами. Метал он также и ножи, топоры, звёздочки – всё, что только можно метнуть.

– Поговори мне тут, – огрызнулся Фил. – Тебя капитан ждёт, – отрезал он и, развернувшись, направился к корме, громко стуча металлическими каблуками сапог.

Глубоко вдохнув, Иар, бесшумно ступая босыми ногами, направился следом. За шесть лет плавания под парусами «Северного Ветра» он настолько привык передвигаться босиком по гладкой палубе, что, когда приходилось спускаться на землю и надевать обувь, первые несколько часов чувствовал себя неуютно, словно в кандалах. Но как говорил Бранд Стар: «Капитан ты или простой юнга, ты всегда должен оставаться джентльменом». С этим Иар был полностью согласен, поэтому, кроме босых ног, ничто уже не могло выдать в нём того мальчика-оборвыша, которым он был когда-то.

Иар до сих пор благодарил великого Триса за то, что в ту злополучную ночь, когда банда пацанов Грона пыталась отобрать его одежду, он столкнулся с капитаном Брандом Старом. Кто бы мог подумать, что тот не просто спасёт его от стражников и пацанов, накормит и приютит, но и предложит место на своём торговом корабле «Северный ветер». Уже шесть лет Иар плавал под белыми парусами, помогая капитану. За это время он не только узнал все премудрости морского и торгового дел, но и успел побывать во всех семи княжествах бывшего Королевства Семи Звёзд и даже дальше, на юге, почти у самой границы Чёрных вод, отделявших их от архипелага Радужных островов. С той ночи, как капитан взял его под своё крыло, жизнь Иара изменилась настолько, что каждое утро, просыпаясь и слыша мирный плеск волн, ласкающих деревянные борта «Северного ветра», он возносил короткую молитву Трису, благодаря за пристанище и дом, которыми стало ему море. Сейчас он уже не мог представить, как раньше жил без этих бескрайних просторов, отблеска лучей на синей глади воды, бесконечного звёздного неба и, конечно же, шума корабля. Даже в детстве он любил море и часами мог сидеть на берегу, пытаясь разглядеть там, за горизонтом, легендарных призраков прошлого. Но лишь ступив на палубу корабля, он впервые в жизни ощутил себя дома.

И в память о той ночи, когда судьба столкнула его с капитаном, он хранил подарок мертвеца – старинный деревянный компас. И пусть тот был сломан и указывал неверное направление, Иару он был так же дорог, как «Северный ветер», как сам капитан Бранд, заменивший ему отца.

– Ну что там? – встревоженно спросил Шар, красивший нижнюю часть грот-мачты.

Иар удручено покачал головой, молча отвечая: «Ничего хорошего». Шар всё понял без слов и, понурив голову, продолжил работу.

А хорошего в самом деле было мало. Словной Злой рок⁴ простёр свои свинцовые крылья над «Северным ветром», обрушивая на корабль и его команду одну беду за другой. Всё началось три месяца назад, когда они столкнулись с кракеном. Как бы имперцы не похвалялись, что очистили от этих тварей воды, они всё равно продолжали размножаться и нападать на корабли. Отбиться удалось, но многоногая тварь сумела порвать тросы огромными щупальцами, и часть груза была потеряна, а прибыль в результате вышла весьма скудной. После был штиль на пути от Арвала к Кляузе, из-за которого больше половины товара, на который они так рассчитывали, протухло. Затем странная болезнь уложила в постели на неделю практически всю команду, включая и самого капитана. Потом, казалось бы, всё наладилось, и плата Злому року была уплачена, но нет – он всё ещё продолжал бушевать над их головами: новый налоговый устав урезал их доходы практически вдвое, и сейчас – шторм, из которого они лишь чудом выбрались живьём, не только попортил обшивку корабля, сломал фок-мачту, унёс с собой часть снастей, но и уничтожил груз. Никто из команды даже представить не мог, что бочки со специями, шерстью, тканями и перцами в этот раз окажутся такими хрупкими. Весь грузовой отсек сейчас напоминал большое пряно пахнущее болото, в котором плавали испорченные куски шёлка и уэльских ковров. Иар понятия не имел, что они будут делать дальше. Восстановление корабля обошлось в круглую сумму, а ещё нужно закупить товар, довезти его до места назначения и перепродать по выгодной цене, но на всё это у Бранда Стара вряд ли найдутся деньги.

Дойдя до каюты капитана, Иар постучал в дверь, украшенную красивыми узорами: семь созвездий южного неба в честь семи легендарных капитанов древности, основавших когда-то Королевство Семи Звёзд. Они были так искусно вырезаны в дереве, что сразу чувствовалась рука мастера. Иар, знал, что эта работа Даруша – друга капитана и бывшего баталёра⁵ «Северного ветра», который погиб шесть лет назад. Именно из-за его смерти капитан Бранд, и решил заплыть в Уэл и навестить матушку Даруша – ту самую госпожу Иарима, одарившую Иара костюмом, который так приглянулся Грону. У Соартэ⁶ воистину забавное чувство юмора.

– Войдите! – отозвались с той стороны.

И Иар открыл искусно украшенную дверь и вошёл в капитанскую каюту.

Бранд Стар, хоть и плавал на трёхмачтовом фрегате и до всех напастей считался довольно успешным вольным торговцем, предпочитал скромность и практичность, позволяя себе лишь маленькие слабости в виде дорогих элазарских сигар и роскошных курток. Любовь капитана к удобной высококачественной одежде Иар с нежностью разделял. Нередко у них даже происходили стычки на рынках, если они одновременно положили глаз на одну и ту же вещь. И хоть Бранд был капитаном, Иар никогда не сдавался без боя. А вот сигары он люто не любил и не скрывал этого. Вот и сейчас, войдя в каюту и окунувшись в облако сизого табачного дыма, брезгливо поморщился.

– Когда-нибудь эта отрава сведёт тебя в могилу, – пробубнил он, подходя к столу.

– Быстрее море заберёт моё тело на корм рыбам и кракенам, чем я брошу этих деток, – устало усмехнулся капитан. – Ты где был? Я даже тут слышал надрывный крик Фила.

– В грузовом отсеке, любовался.

– И как тебе картина? – с прищуром, словно издеваясь, спросил Бранд.

– Как будто сам не знаешь. Я видел тебя утром, выходящим оттуда.

Стар ничего не ответил, лишь глубоко затянулся и пустил в воздух несколько колечек дыма. Иар снова недовольно скривился.

– Что делать-то будем? – спросил он, откинувшись на спинку жёсткого стула. – Корабль уже восстановили, грузовой отсек сегодня очистят. Куда дальше?

– Не знаю, – капитан тяжело вздохнул, небрежно пожав плечами.

Иар лишь сейчас заметил, как же сильно постарел мужчина за эти три месяца. Из всей команды капитан тяжелее всего перенёс ту странную болезнь, а пятна на руках и шее и желтизна на лице до сих пор не сошли. Но не только последствия болезни и седина в чёрных волосах старили его, но и вековая усталость и некая обречённость, читавшиеся в карих глазах уже немолодого капитана. И хоть он всё ещё был мужчиной в самом расцвете сил, тяжбы, что ему довелось перенести за годы жизни, всё равно оставили неизгладимый отпечаток на его теле.

– Знаешь, а я ведь тоже когда-то был пацаном, – внезапно признался Бранд, смотря сквозь окна каюты на морскую гладь и проплывающие мимо корабли, спешащие в Награнский порт.

Иар изумлённо поднял брови.

– Я никогда не рассказывал тебе, но мой отец был пьяницей и забулдыгой. Все деньги, что зарабатывал, он тратил на выпивку, а когда был пьян, то любил поколачивать меня. А пьян он был всегда. На самом деле, я лишь сейчас осознал, что вообще не помню его трезвым. Когда мне исполнилось двенадцать, я сбежал из дома и, пробравшись на корабль, доплыл до Элараза. Там и стал беспризорником, а после вступил в банду пацанов. Три года мы грабили жителей, убегали от королевских стражников, пировали на добычу, да и просто вели разгульный образ жизни. Пока в один день мы не поспорили с Румом, смогу ли я прокрасться на «Зелёную волну». Да-да, ту самую, одну из семи великих живых кораблей, которые когда-то защищали Королевство от имперцев и были оплотом нашего могущества, – усмехнулся Бранд, видя удивление на лице Иара. – Тогда я считал себя всемогущим – не было ловчее вора чем я, во всём Эларазе… Что уж говорить, молодость, кровь горячая, словно вулканическая лава.

– И? – поторопил его Иар, захваченный историей, когда капитан умолк, погрузившись в воспоминания.

– И… мне это удалось. О, как же я тогда был горд собой! Ведь считалось, что живые корабли неприступны, – с гордостью заявил капитан. – Помню, стою я у кормы, разглядываю величественные изумрудные паруса и уже представляю, как буду рассказывать Руму и остальным пацанам о своей победе. Но миг моего величия был недолог, и когда, прихватив небольшой сувенир в доказательство своей удачи, я уже собрался покинуть корабль, наткнулся на наблюдающего за мной князя Куона Грина. Признаться, когда наши глаза встретились, я так труханул, что вся жизнь пролетела перед глазами. Да что уж там говорить, я уже и распрощался с этой самой жизнью! Но князь не зря считался одним из мудрейших людей, так его величали даже собратья. Он не стал убивать меня или сразу же арестовывать, а пригласил к себе за стол… Боже, какой же неуклюжей обезьяной я тогда был: ни манер, ни настоящей гордости. Оборванец за столом князя. Но Куон не только накормил меня такими яствами, о которых я даже не слышал, но и скрупулёзно расспросил о моём прошлом, выведывая все мои секреты. И знаешь что? После того позднего ужина Куон не только отпустил меня с миром, но и дал мне это, – Бранд потянулся к шее и вытащил из ворота золотой медальон с изображением созвездия капитана Грина – одного из семи первых Звёздных капитанов-основателей. – «Делай с ним, что посчитаешь нужным, – сказал он мне. – Можешь продать и пировать на вырученные деньги несколько недель, а можешь начать новую жизнь». Тот день стал очередной поворотной точкой в моей судьбе. Я так сильно был впечатлён встречей с князем, что уже не мог вернуться к прошлому, поэтому последовал совету: продал медальон, на вырученные деньги купил ящик мандаринов у одного из судоходных торговцев и старый наплечный лоток у знакомого плотника и вышел на главную площадь. Мандарины обошлись мне по пять медяков за штуку, а продавал я их по серебрушке. Даже тогда это были не гроши, но ты бы видел, как детки ломились ко мне! Весь ящик я сбыл за четыре часа работы и удвоил вложенный капитал. На следующий день купил два ящика. А через неделю уже торговал ещё и апельсинами. Через месяц догадался выжимать сок из фруктов, которые потеряли товарный вид, но ещё были пригодны для еды. Стаканчики со свежевыжатым соком, разбавленным холодной родниковой водой, в знойный полдень раскупались быстрее пакетов с ледяной крошкой с гор. После этого были специи. Я нашёл девушку из бедной семьи, умевшую хорошо шить и рисовать, и предложил ей партнёрство. Я приносил ей старые порванные вещи, которые собирал в богатых кварталах. Горничные благородных леди были только рады отдать мне ношеные и испорченные платья, чтобы освободить гардероб хозяйки. Мы распарывали их, и Имара шила маленькие мешочки, украшала их картинками с цветами, а иногда и оборками, если нам везло и я мог найти их. Особенно ценны для нас были дамские панталоны. До сих пор не понимаю, зачем леди столько оборок и кружев там, – Бранд по-мужски хмыкнул, но продолжил повествование: – В мешочки мы складывали ваниль, корицу, лаванду и другие травы, завязывали их красивыми лентами, которые Имара шила из тех же кусков старых платьев, и я продавал их в небогатых кварталах дамам вместо парфюма. Ароматные мешочки имели такой успех, что в скором времени мы наняли помощников, открыв целую фабрику прямо в подвале дома Имары. Спустя три года мы разбогатели настолько, что Имара смогла купить небольшой склад и там создать парфюмерную фабрику, а я… я нашёл ювелира и выкупил втридорога медальон, подаренный великим князем, который снова стал символом нового начала, так как в тот же день я купил свой первый корабль, «Имя розы», и занялся морской торговлей. В последний раз, когда я навещал Имару, у неё уже было три фабрики, и сейчас она создаёт не только парфюмерию, но и косметику для благородных дам. Даже смогла подстроиться под новые времена после завоевания Королевства, и сейчас её товары продаются даже в далёком Сашаре на севере Империи. Я же отплавал на «Имени розы» пять лет, но после того как попал в очередной шторм и повредил корабль, решил продать его, и тогда на моём пути повстречался «Северный ветер». Вот уже двадцать четыре года мы с ним неразлучны. Такова моя история.

Иар молчал, находясь под впечатлением и уже не обращая внимания на клубы сизого дыма. Он знал, что Бранд когда-то начинал с нуля, но понятия не имел, что всё было именно так.

– Поэтому вы помогли мне?.. – спросил Иар дрожащим от волнения голосом, почему-то снова перейдя на «вы». – Тогда, в ту ночь, вы так же накормили меня и выпытали всю историю моей жизни.

Бранд кивнул, пояснив:

– Когда-то великий мудрый Куон помог мне, и это изменило мою жизнь: сделало из обычного бандита, сына пьяницы, значимого человека. Встретив тебя в ту ночь и увидев твои испуганные, но честные глаза, я решил отплатить долг. А услышав твою историю, понял, что ты достойный, намного достойнее, чем когда-то был я. И за всё это время ни разу не пожалел о своём решении.

– Даже если я постоянно читаю тебе нотации по поводу сигар и не уступаю ни одну из понравившихся курток? – ехидно спросил Иар.

– Ха-ха-ха-ха… не-а… Ну, разве что когда успел первым оторвать ту красную куртку из воловьей шерсти, расписанную павлиньими перьями. Никогда тебе этого не прощу.

– Даже не проси… Ничто меня не заставит отдать её тебе. Тем более, она тебе мала.

– Ничего, сяду на диету, похудею.

– А ещё попросишь Нурина обкорнать у тебя несколько кусков мяса, чтобы втиснуться в неё.

Стар довольно засмеялся. Деревянное кресло заскрипело под его могучей фигурой.

– Что ж, железный аргумент, сынок, – сдался наконец Бранд, вмиг снова погрустнев, и посмотрел на Иара глубокими карими глаза.

– Насколько всё плохо? – полушёпотом спросил тот, понимая, что вся эта история была лишь попыткой отвлечься от текущих бед.

– Хуже некуда. Всё, что у меня было отложено, я вложил в акции имперского банка, но забрать обратно свои деньги пока не могу. По закону я смогу получить дивиденды только через год, а продать акции – лишь спустя два. Когда полгода назад я решался на эту авантюру, полагался на остаток, припрятанный на чёрный день.

– Так тот самый чёрный день как раз настал.

– Нет, сынок, чёрный день настал месяц назад, когда мы потеряли практически все фрукты, которые везли из Арвала.

– Ты хочешь сказать…

– Я хочу сказать, что у меня нет ни гроша. Всё, что сейчас есть в трюмах, – это вся еда, на которую мы можем рассчитывать, и я понятия не имею, чем платить жалование матросам.

Иар прикрыл глаза, переваривая услышанное. Ему было плевать на жалование, хотя капитан платил ему на ровне со всеми, но оставались ещё верные члены команды, и у многих из них были семья и родные, которых нужно кормить.

– Я зачем рассказал тебе мою историю, – продолжил Бранд, – хочу, чтобы ты понял меня. Я не могу потерять «Северный ветер», не могу вернуться на сушу и снова начинать всё с нуля.

– Нам нужно продержаться всего лишь полгода, – парировал Иар, узнавая этот упрямый тон и насупленный взгляд: Бранд снова решился на авантюру, в очередной раз за эти три месяца. И хоть все их неудачи можно было списать на простые совпадения, Иар всё больше и больше начинал верить в мистические силы Злого рока.

– Мне предложили Заказ, – вместо ответа заявил капитан.

Иар тяжело вздохнул. Заказами занимались только перевозчики, специальные корабли, которые перевозили груз из одной точки в другую и получали за это деньги. В общем-то, казалось бы, плёвое дело: не нужно самому ничего покупать, изучать рынок, торговаться и искать выгодных покупателей. Только вот проблема была в том, что, пока груз находился на корабле, за него отвечал капитан, и не только за его сохранность, но и за легальность.

– Почему они обратились к нам? – спросил Иар.

– Нам придётся обогнуть Имперский кордон, – продолжил Бранд, игнорируя вопрос.

– Куда нужно доставить груз? –снова попытал счастье Иар.

И на этот раз копитан соизволили ответить:

– Нарзал.

Иар прикрыл глаза, пытаясь справиться с эмоциями. Нарзал находился в Чёрных водах и был одним из островов Радужного архипелага, принадлежавшего отступникам и пиратам, которые до сих пор сопротивлялись завоевателям. Дальше шли лишь дикие неизведанные воды. И хоть вся территория до Хребта Трёх Кинжалов считалась имперской, в реальности лишь основной архипелаг Королевства Семи Звёзд с семью островными княжествами и островами вокруг них был полностью подчинён имперцами. Что же касалось морей и земель за Радужными рифами, границей Чёрных вод, которые всё вместе составляли огромный Радужный архипелаг, то поговаривали, что даже в лучшие времена рассвета Королевства они лишь номинально считались его частью, в действительности же на каждом острове существовали свои владыка и закон. Сейчас же, даже спустя семнадцать лет после войны, эти воды были заполнены пиратами и отступниками, а правил там некий Кристиан Кос, объявившим себя королём Радужного архипелага. Честному торговцу там не место.

– Кто Заказчик?

Бранд снова промолчал, опустив глаза.

– Кто Заказчик? – жёстко потребовал ответа Иар.

– Барон Торнео.

Иар тяжело застонал, не в силах принять услышанное. Барон Торнео – один из самых богатых и знаменитых контрабандистов во всех семи княжествах. Лишь безумцы и те, кому уже нечего было терять, связывались с ним. Его считали королём всех бандитов бывшего Королевства, даже ходили слухи, что ему потворствует сам командор Арман. И тем не менее Барон Торнео был преступником номер один. Известнее него были разве что пираты Касиан Страус и Белый Варяга, которые буйствовали в южных водах, раз за разом ускользая от кораблей Имперского флота. За голову каждого из них полковник Латиф и командор Арман обещали награду в тридцать тысяч золотых.

Как бы плохи не были дела, Иар не мог оправдать решение капитана связаться Бароном Торнео – самым опасным человеком на свете.

– Как я понимаю, команда не в курсе?

Капитан покачал головой, подтверждая его догадку.

– Почему ты рассказал мне?

– Думал, ты поймёшь меня, – тихо проговорил Бранд, смотря в стол.

– Если ты думаешь, что я осужу тебя, то ошибаешься. Но и не поддержу в этом решении. Мне плевать на контрабанду и имперцев. Когда началась война, я только на свет появился, я не знаю мира до Империи. Но я переживаю за корабль и команду. Чтобы обогнуть Имперский кордон, нам придётся совершить огромный крюк: проплыть вдоль пяти княжеств, обогнуть Зелёное море и прошмыгнуть прямо под носом у Имперского флота через пролив Южных роз. «Северный ветер» может не выдержать такого длительного путешествия, не говоря уже о команде.

Сейчас Иар с такой лёгкостью распоряжался знаниями, полученными за шесть лет плавания на «Северном ветре», что даже сам себе удивлялся. Когда по настоянию капитана Стара он только начал изучать картографию и мастерство навигации, каждый раз поражался, когда с лёгкостью запоминал названия островов, течений и морей, понимал их особенности, чувствовал опасности и с лёгкостью мог провести корабль сквозь скалы, даже не понимая того, что делает. Бранд говорил, что корабельное дело у него в крови, а душа навеки отдана морю. Может, так оно и было. Но Иару казалось, что эти знания всегда были в его голове, и требовался лишь толчок, чтобы вытащить их на поверхность. Это он ещё старался не думать о странных снах, где сам был то кораблём, то рыбой в океане, то и тем, и другим одновременно. Или же совсем невероятно – летающим среди звёзд фрегатом. Всё это юный матрос держал в себе, не рассказывая о причудах своего подсознания даже лучшему другу – Родаку.

– Есть ещё один путь, – спокойно заявил капитан, подняв глаза и пристально посмотрев на Иара.

– Нет… нет… ты не можешь… – тот с изумлением уставился на Бранда, наконец поняв всю суть его плана.

Все эти рассказы о прошлом, напоминание о том, что он спас его и дал новую жизнь, попытки объяснить свои действия – всё это лишь для того, чтобы Иар встал за штурвал. Кроме пролива Южных роз, которым обычно пользовались контрабандисты, была ещё одна лазейка через Имперский кордон, отделявший Чёрные воды от остальной территории завоёванного Королевства, – Ущелье рока. Скалистая местность, усыпанная подводными рифами, кишащая кракенами и другими морскими чудищами, практически никем не контролировалась, потому что лишь безумец попробует проплыть там. Хотя история знавала немного таких сумасшедших, и среди моряков то и дело ходили легенды о кораблях, постоянно пользующихся этим путём. Но «Северный ветер» – не маленький корабль, а торговая бочка, предназначенная для больших грузов и глубоких вод. Как Бранд может так рисковать своим кораблём и командой?

– Я не рулевой, и те несколько раз, когда у меня получилось, всего лишь удача, – попытался отказаться от возлагаемой ответственности Иар.

– Ты один из самых опытных рулевых, которых я встречал в своей жизни. Провести, как ты, «Северный ветер» через шторм, или тогда, сквозь Шальные скалы, смог бы мало кто из самых опытных рулевых. У тебя получится.

– А что, если нет? У меня мало опыта. Ты не можешь ставить на кон свой корабль и наши жизни лишь потому, что однажды мне повезло.

Бранд ничего не ответил, продолжая пристально смотреть на Иара.

– Что, если я откажусь? – в отчаяние спросил тот.

– Это приказ твоего капитана, – холодно отрезал Стар.

Иар заледенел от его тона. Но таковы были правила: Бранд – капитан этого корабля, а он – его подчинённый.

– Как прикажете, капитан, – отрезал Иар и покинул каюту.

Глава 2. Ущелье рока

Плавание проходило в мрачном настроении. С самого начала никто, кроме старпома⁷, лоцмана⁸ и Иара, не знал о плане капитана, поэтому новое торговое мероприятие, которое могло принести им долгожданную прибыль, матросы приняли воодушевлённо, даже несмотря на место прибытия, которое Бранду Стару пришлось всем сообщить. Команда корабля, пусть и наёмная, – это маленькая семья. Даже больше, чем семья. Их связывали узы гораздо сильнее кровных, любовных и даже божественных – их связывало море. Когда вокруг тебя сплошные водные просторы, и ты не знаешь, вернёшься ли снова на твёрдую землю, экипаж – единственная семья, которая у тебя остаётся. И в тесноте корабельного кубрика невозможно утаить ни одного секрета: качка, безбрежная водная гладь, шум волн, ласкающих покатые борта корабля, след килевой струи позади и тишина звёздной ночи наводят на откровения. Поэтому Иару было сложно держать в секрете то, что им предстояло проделать на самом деле. Все матросы «Северного ветра» были ему знакомы, с каждым из них он плавал уже не один год, делил удачи и невзгоды. Вместе они прорывались сквозь штормы, уходили от прилипчивых ремор и могучих китов, сражались с кракенами, а однажды вблизи Рамских островов даже повстречались с самым настоящим левиафаном; вместе праздновали удачные сделки, до полусмерти напиваясь в портовых тавернах и приставая к симпатичным официанткам, а после убегали от имперских инспекторов. Каждый из пятнадцати матросов был его семьёй, и Иар знал, что в скором времени придётся расстаться с большинством из них. Капитан Бранд Стар нарушил один из главных законов мореплавателей – держал в секрете опасные подробности плавания. И Иар чувствовал себя так, словно предаёт каждого из команды, тоже не рассказав ни слова. Они должны были знать, какой опасный путь им предстоял, должны были знать об угрозе и самостоятельно решить, идти ли им на этот риск. И хоть Иар был уверен, что каждый в итоге остался бы на корабле, потому что «Северный ветер» был их домом так же, как и его, он всё равно не мог простить себе, что выбрал сторону капитана. Утешало лишь одно: Стар отпустил всех новичков, только недавно присоединившихся к команде, и тех, кто плавал на «Северном ветре» не больше трёх лет, оставив лишь самых близких, тех, кто всей душой и телом был предан кораблю и его капитану. Лишь юный Влир не вписывался в общую картину, но лопоухому бывшему юнге было некуда идти и, как когда-то для Иара, «Северный ветер» стал его единственным домом.

Пятнадцать матросов – безумно мало для такого большого фрегата, и, услышав приказ капитана, многие роптали и недоумевали. Пятнадцать – строгий минимум, чтобы управиться с кораблём, особенно в столь опасном путешествии. Но сейчас, когда правда, словно тухлая селёдка, наконец-то выплыла наружу, многие поняли причины. Теперь даже пятнадцать казалось много, ведь каждый ценил свою жизнь превыше всего. Поэтому Иар подозревал, что, если даже ему и удастся провести корабль через Ущелье рока, и они не наткнуться ни на одно морское чудище, которыми, по слухам, полны Чёрные воды, многие из нынешней команды покинут «Северный ветер».

Уже сейчас Иар мог назвать как минимум троих, кто начал мутить воду и даже шептаться о бунте. Как только они пересекли границу Фавного моря и вышли в воды Восточного океана, многие начали догадываться, куда на самом деле держит курс «Северный ветер». А после того, как они пересекли Хребет Орины, Стару пришлось раскрыть свой план. Дону, главному боцману, с трудом удалось подавить зачатки бунта, но даже речь капитана не смогла успокоить команду. Сейчас весь корабль охватила всеобщая тревога: завтра на рассвете они вплотную приблизятся к Ущелью рока. И пока корабль снизил ход, а паруса отдыхали, лёгкий ночной ветер трепал волосы Иара. Все попытки уснуть провалились – ощущение надвигающейся бури всё не давало ему покоя, хотя на небе не было ни облачка, лишь чистые сверкающие звёзды, величественные созвездия и яркий половинчатый диск луны. Но внутри он чувствовал шторм.

Иар потёр лицо, пытаясь привести мысли в порядок. Завтра ему нужны чистая голова и острый взгляд. Завтра он должен совершить чудо и провести торговый корабль там, где даже лёгкие бригантины⁹ проходят с трудом. Он старался помнить, что пиратам и контрабандистам это удавалось, и не раз; старался не думать о Злом роке, но проклятые сны вот уже которую ночь не давали ему покоя. С самого детства Иар видел один и тот же кошмар: крики, лязг метала, полыхающее вокруг пламя, жгущее так сильно, что, казалось, горел он сам, бездна под ногами или под брюхом, засасывающий водоворот и смерть. Не его смерть, а кого-то очень близкого, настолько близкого, что, казалось, лучше бы он умер сам, чем вечность испытывать такую боль. А в конце была вода – вода, которая погребала его под своей толщей, утягивала на дно, туда, где был дом, туда, где были смерть и путь к свободе, к дому. Туда, где когда-нибудь они снова встретятся. Обычно на этом месте Иар просыпался и подолгу не мог уснуть. Но сегодня сон был столь ярким, столь реалистичным, что, проснувшись, Иар свалился с койки, жадно хватая ртом воздух, всё никак не осознавая, что вокруг больше нет воды, нет огня и смерти. В очередной раз оглядев живот и пощупав спину, он снова убедился, что на коже нет ожогов, а боль, которая ему казалась, была лишь плодом его воспалённой фантазии.

– Ты чего не спишь? – бас Дона даже шёпотом звучал устрашающе.

– Кошмары, – вздохнул Иар, скрывая испуг.

– Всем нам сняться кошмары, но это не повод не спать перед важным событием. «Сплюнь в воду, волны унесут кошмар Трису», – так меня мать в детстве учила. Чего и тебе советую. Ты нам завтра нужен с чистым сознанием, а не такой, словно тебя кракен пожевал и выплюнул. Марш спать!

Это прозвучало так, что Иар тут же встрепенулся, вытянулся по струнке и, всё же сплюнув за борт – авось поможет! – с тяжёлым сердцем побрёл в кубрик. Дон прав: ему катастрофически необходимо уснуть.

***

Яркое солнце брильянтовыми бликами отражалось о морскую гладь. Вода была столь прозрачной, что, заглянув за борт корабля, можно было разглядеть проплывавших мимо рыб. Казалось бы, экипаж должен был радоваться такой чистоте воды, но все, наоборот, с замиранием и страхом следили за медленным продвижением «Северного ветра», не обращая внимания на красоту морских обитателей. Все они видели лишь чёрные верхушки рифов, нацелившихся, словно кинжалы инспекторов, на дно корабля. Вокруг стояла мертвенная тишина: каждый боялся даже лишний раз вздохнуть, дабы не потревожить сосредоточенность Иара. Его же разлитая в воздухе тревога лишь сильнее напрягала, и он всё никак не мог отбросить в сторону беспокойство.

– Бери правее, – спокойно проговорил Ламар, лоцман «Северного ветра».

Он и Тумир стояли рядом с Иаром и пристально следили, как тот управлялся со штурвалом. Они должны были помогать ему в этом нелёгком деле, но лишь отвлекали своими советами. Капитан отошёл на несколько шагов, но юный боцман всё равно чувствовал его взгляд. Иар посмотрел на горизонт и крутанул штурвал на сорок градусов влево.

– Что ты делаешь? – спохватился Тумир, который нервничал больше остальных, что было понятно: сегодня Иар уже в третий раз отбирал его хлеб, занимая место рулевого.

Но Иар ничего не ответил, прислушиваясь к плеску волн. Удивительно, но, если достаточно долго вслушиваться в звуки морской воды, начинаешь понимать глубину. Внутри словно рождается некое знание, где и когда течение сталкивается с твердыней, как глубоко уходит риф. В открытом море звуки течения тоже отличаются, в основном сопровождаемые мирным сердцебиением подводной жизни, но в скалистой местности вода словно шепчет, рассказывая историю своей встречи с морским дном.

– Приближаемся к ущелью, – объявил Ламар и так всем известную истину.

Прямо по курсу, вырастая из самых недр морской пучины, возвышались Скалы Рока. Чёрная каменная стена, обтёсанная ветрами и омытая волнами, тянулась на добрых сто пятьдесят миль, разрезая морскую гладь на части. Здесь не росло ни одно растение, даже морские водоросли не облепляли гладкий, как стекло, камень. Ни одна птица не долетала до этих мест, лишь ветер тут хозяин и сама Безмолвная. Между собой многие моряки называют эти скалы «Зубы Смерти», и, смотря на вздымавшиеся в небеса острые пики, Иар понял, почему. Скалы Рока неприступны – ни один человек не в состоянии перелезть по ним на ту сторону: гладкий, словно зеркало, гранит без выступов, завывающий ветер, норовивший сорвать безумца в воду, и палящее яркое солнце, превращавшее кристаллы соли в острые иглы. Лишь узкий просвет, именовавшийся «Ущелье Рока», прорезал каменную толщь насквозь и открывал проход. Но даже эта лазейка не приносила радости: усыпанное острыми рифами и обломками камней дно находилось слишком близко к поверхности, грозя разодрать в клочья днище корабля. А быстрое течение не оставляло шансов на аккуратные манёвры. Это на самом деле было гиблое место. И торчащий из воды верх грот-мачты с куском радужного флага словно предупреждал о предстоявшей гибели.

Иар услышал, как сглотнул Тумир, тоже заметив обломок корабля. Ночью Иар убеждал себя, что пираты часто используют этот путь, чтобы ускользнуть от тяжеловесных Имперских фрегатов, именуемых ещё Титанами. Но радужный флаг ясно говорил, что большая часть слухов – враньё и бахвальство пьяных матросов, мечтающих о великих приключениях. Как же сильно Иар хотел повернуть обратно, найти другой путь, попытаться проскочить под носом Имперского конвоя, может, если потребуется, дать ему бой, даже несмотря на то, что тупоносые имперские Титаны в два счёта могли уничтожить «Северный ветер». Пальцы на штурвале дрогнули, и Иару пришлось усилием воли расслабить руки, чтобы не крутануть колесо на триста шестьдесят градусов, разворачивая корабль обратно.

Внезапно ветер переменился; маленький парус, единственный раскрытый, наполнился воздухом, подгоняя корабль. Иар больше ощутил, чем увидел, как течение подхватило корабль, словно хищник, завлекая добычу в пасть верной смерти. Скалы стремительно начали приближаться.

Прикрыв глаза, Иар вслушался в плеск воды за бортом. Мирный счёт ударов сердца… раз, два, три… десять. Распахнув веки, он вцепился в штурвал. Течение всё набирало ход, парус натянулся, и Иар вильнул влево.

– Справа риф! – прокричал Фил с палубы.

С этого момента важна была каждая секунда. Время растянулось, точно патока, и, пока за ботом бушевали волны, разбиваясь о скалы, на корабле и внутри Иара царила тишина.

Корректировка вправо, и очередное предупреждение Паоло об опасности слева. Ещё один манёвр, и выкрики со всех сторон. Они вошли в ущелье. У них, отрезанных от мира, оставалось лишь два пути: вперёд или на корм рыбам.

Больше не было времени на раздумья или страх – всё это осталось позади, по ту сторону чёрных скал. Потом Иар с удивлением будет вспоминать эти ощущения, когда прошлое теряет всякое значение. Уже не важно, кто ты, как твоё имя, каково место в этом мире. В голове пустота: ни одной мысли о будущем, словно оно никогда не настанет. В такие моменты весь мир сужается в одну узкую точку, где есть ты, корабль, море и пристальный взгляд богов, с небес наблюдающих за тобой. В самый пик шторма Иар всегда ощущал это странное чувство: словно кости брошены, но исход игры ещё неизвестен. В голове раздавался успокаивающий звук крутящихся костей – пока он не затих, у него есть шанс.

– Справа по борту!

– Слева по борту!

Одновременные выкрики Фила и Паоло, и Иар снова выровнял корабль, войдя в просвет, точно нитка в узкое ушко иголки.

– Впереди скала, – дрожащим голосом сказал Ламар.

Но Иар и так видел её, как и то, что проход слишком узкий. А ещё он чувствовал, что дальше будет только хуже.

– Поднять паруса! – выкрикнул он.

– Ты с ума сошёл?! Течение и так слишком быстрое!

– Поднять паруса! – повторил он приказ. – Нужно разогнать корабль, попробуем пройти наскоком.

Но никто не шелохнулся. Развернувшись к стоящему за его спиной капитану, Иар посмотрел ему прямо в глаза:

– Дальше только хуже. «Северный ветер» слишком тяжёлый, никакой манёвренности. Наш единственный шанс – скорость.

– Если мы прибавим ходу, то разобьёмся о скалы! Как вообще можно доверить штурвал птенцу, который ничего не смыслит в кораблях? – запричитал Тумир, взмахивая длинными руками. – Скорость заберёт ещё больше манёвренности и превратит нас в деревяшку.

Но Иар не слушал, продолжая смотреть прямо на капитана, краем глаза отмечая расстояние до прохода между скалами.

– Поднять паруса! – наконец прокричал капитан Бранд Стар, на лице которого не отразилось ни одной эмоции.

Матросы тут же сорвались со своих мест выполнять приказ. Тумир всё ещё продолжал возмущаться, но Иар проигнорировал его крики, сосредоточившись на управлении кораблём.

В проход они влетели уже на приличной скорости, и Иару удалось развернуть «Северный ветер» практически на девяносто градусов и проскочить узкое место, как пробка – горловину бутылки, лишь чуть-чуть поцарапав обшивку кормы. А дальше начался кромешный ужас Как и предполагал Иар, течение стало столь бурным, что то тут, то там возникали небольшие водовороты, тряся фрегат, словно лоскут на ветру. Вцепившись в штурвал, как утопающий в спасительное бревно, Иар удерживал курс, борясь с потоками ветра и водяными вихрями, в то же время стараясь обходить острые вершины рифов. Корабль мотало из стороны в сторону, взбесившиеся волны поднимались до самой палубы, окропляя матросов холодными брызгами, борта то и дело тёрлись о камни. Но Иар плевать хотел на обшивку, главное – выжить и довести ценный груз в целости и сохранности. Красоту они наведут потом… если выживут.

Несясь на всех парусах, Иар чувствовал себя птичкой попрыгун, больше прыгая на волнах, чем скользя по ним. Раз за разом проскакивая очередное препятствие, он словно летел, обгоняя ветер, играя наперегонки с самой смертью.

Когда они наконец вырвались из Ущелья Рока, Иар не сразу понял, что опасность осталась позади. Полные паруса несли их строго на юг, за черту, прямиком к Чёрным водам. Лишь радостное громогласное «УРА!» всей команды отрезвило, и, оглядевшись по сторонам, он с удивлением увидел вместо нависавших грозных чёрных стен простиравшиеся вокруг бескрайние просторы Восточного океана.

Когда Иар наконец-то отцепил руки от штурвала, пальцы его тряслись от приложенных усилий, а сам он чувствовал себя так, словно весь день таскал бочки с камнями.

– Молодец, сынок, я в тебе не сомневался, – сказал Бранд, одобрительно похлопав его по плечу.

Иар через силу улыбнулся, но впервые похвала капитана не вызвала у него гордости. На душе всё равно было тревожно и муторно. Да, он совершил практически невозможное, но отчего-то никак не мог порадоваться этому.

Глава 3. Злой Рок

Прошло уже три дня, как они вступили в Чёрные воды. Это была территория отступников, мятежников, пиратов и бандитов. На полосе из восьми крупных островов и десяти мелких нашли приют те, кто так и не смирился с ярмом завоевателей. Когда семнадцать лет назад в водах Азарова моря, вблизи мыса Викарии, разразилась самая жестокая из всех битв во всей пятилетней войне, и был уничтожен последний из живых фрегатов, Королевство Семи Звёзд окончательно пало. «Чёрная звезда» вместе со своим капитаном, отважным князем Иарусом Блэком, покинула этот мир, отправившись к последнему пристанищу Безмолвной, превратившись в корм для рыб. Вместе с её жизнью завершилась великая эра живых кораблей и их Звёздных капитанов, и всем королевским архипелагом стали править имперцы. Но многие так и не смогли принять поражение и скрылись в Чёрных водах на окраине королевства. До сих пор Командор Арман так и не смог выкурить отщепенцев из укрытия. Хоть месторасположение маленького Радужного архипелага было всем прекрасно известно, Чёрные воды хорошо охраняли своих. В конечном итоге, Империя выставила морской кордон по всей протяжённости границ с Чёрными водами, отрезая путь непокорным к остальной части бывшего Королевства, что сейчас превратилось всего лишь в ещё одну имперскую провинцию.

Смотря на тёмно-синие воды, плескавшиеся за бортом, Иар пытался разглядеть в глубине то, о чём шептались в каждой таверне всех известных ему портов. Даже во времена рассвета Королевства Семи Звёзд эти воды наводняли кракены и левиафаны, пирующие на постоянном скоплении рыбы, которую так манило полное водорослей и мелкой живности морское дно. Что уж говорить сейчас, когда, по слухам, имперцы намерено сгоняли сюда всех пойманных чудищ. В этих водах любой рыбак мог ожидать хорошего улова, что прокормил бы его вместе с семьёй в течение месяца. Но лишь отчаянные рисковали заплывать сюда. Неосознанно Иар вздрагивал от каждого непонятного всплеска, то и дело ожидая увидеть поднимающееся щупальце кракена или вытянутою лобастую голову морского змея. Не придавал радости и поднявшийся с севера холодный ветер. На горизонте уже сейчас виднелись кучевые чёрные облака, нёсшие с собой грозу. Оставалось лишь молиться, что ветер всё же переменится, и им удастся проскочить.

От эйфории победы в Ущелье Рока не осталось и следа, вся команда так же, как и Иар, тревожно всматривалась в пучину и бросала взгляды в сторону приближавшегося шторма.

– Нужно подготовить корабль, – тяжело вздохнул Дом, не отрывая взгляд от неба. – И на этот раз наглухо задраить все люки.

Иар горько усмехнулся. Повреждения после прохождения Ущелья Рока были незначительными, но даже их хватало, и «Северный ветер» мог не выдержать сильного шторма. Когда в твоём корабле течь, пусть и несерьёзная, рассчитывать только на умения команды – форменное безумие. Ещё месяц назад Иар был готов отдать голову на отсечение, что капитан Бранд Стар безумцем не был. Но сейчас… Всё это время Иар пытался понять, где просчитался. Почему он не заметил изменений в поведении капитана, которые сейчас так явно бросались в глаза. В жизни Бранда Стара произошло что-то такое, что помутнило его рассудок. Но признаки помешательства были столь неявными, либо он их хорошо скрывал, что никто ничего не заподозрил. Сейчас же, эти три дня после прохождения Ущелья Рока, весь экипаж корабля с ужасом и недоумением наблюдала за разговаривавшим с самим собой капитаном, который резко замолкал, застигнутый врасплох.

Иар попытался поговорить с Брандом, как раньше. Как сын с отцом, коими они невзначай стали друг другу, но был послан к морским ведьмам, раз за разом натыкаясь на искусно украшенную дверь. Вся команда с надеждой смотрела на Иара, но тот понятия не имел, что делать со всем этим. Хотя многие из присутствующих плавали с Брандом под белыми парусами «Северного ветра» гораздо дольше Иара, только он умел достучаться до упрямого капитана даже в самые трудные времена. И сейчас, даже понимая, что после всего, через что они прошли, обратного хода нет, матросы всё равно надеялись на что-то.

Но Иар не мог ничего придумать. Если они не доставят груз в Нарзал, то поимеют проблем от Барона Торнео, и тот всю жизнь будет гоняться за ними. В принципе, их жизнь продлиться ровно до того момента, как люди Барона настигнут их. Всем была известна мстительность этого жирного старика.

Повернуть обратно и отказаться от Заказа они тоже не могли, поскольку сразу же наткнулись бы на Имперский кордон и были арестованы за провоз контрабанды. Но и в тюрьме они прожили бы ровно до момента, как люди Барона нашли бы их.

А попытаться снова пройти через Ущелье Рока – чистое безумие, и в этот раз состояние корабля привело бы их к смерти.

Куда ни глянь – везде главенствовала Безмолвная, уже распростёршая свои белые крылья-саваны над их головами.

Оставалось лишь следовать намеченному курсу и молиться Трису и Каласу¹⁰ о чистом небе над головой и прозрачной воде под килем.

***

После того, как они успешно проскочили Ущелье Рока, Иар невольно поверил, что Злой Рок наконец оставил их в покое. Ведь иначе, чем удачей дарованной самой Соартэ – это нельзя было назвать. Но сейчас, сворачивая паруса и закрепляя к палубе всё, что только можно, Иар снова начал верить в силу Злого Рока. Шторм настиг их так внезапно, что первые несколько минут все стояли как вкопанные, шокировано смотря на чёрное клубящееся небо и не обращая внимания на ледяной ливень над головой. Вот только облака ещё были за горизонтом, а в следующий миг небо заволокло тучами, подул порывистый ветер, и брюхо тяжёлых свинцовых облаков разрезала молния, низвергая на них небеса.

– Что стоите?! Свернуть паруса! Задраить люки! – крикнул Фил, отрезвляя команду.

Все тут же засуетились, принимаясь за работу. Это был их не первый и, Иар надеялся, не последний шторм. Все – бывалые моряки, прекрасно знавшие, что делать. Против стихии было лишь одно средство – терпение. Сейчас вся надежда на рулевого. Только бы он сумел удержать корабль носом к вздымавшимся волнам.

За шесть лет плавания Иар видел разные шторма. Бывал просто дождь: ливень стеной, порывистый ветер, беспокойное море. А бывало, что буря усиливалась, и волна вздымалась над мачтами. Но иногда небеса раскалывались надвое, и приходил южный ветер, нагоняя ночь среди белого дня, и тогда верх и низ менялись местами, и уже не понимаешь, где начинался горизонт и заканчивалось море, ведь ты – всего лишь щепка в бушующей стихии. Сейчас это был как раз тот самый Шторм. Но с такими они уже сталкивались и выжили. А вот вкупе с напастью, что им преподнёс Злой Рок, выжить было нереально.

– А-а-а! – крик ужаса эхом разлетелся по всему кораблю, перекрыв даже бурю.

Вмиг ощутив невероятное бессилие, Иар, по обыкновению, прикрыл глаза, ища силы где-то глубоко внутри себя. А сейчас они ему были очень нужны. Случилось худшее из того, что вообще могло с ними случиться. На этот раз Злой Рок решил испытать их удачу по полной и наслал на них не только громогласный шторм, но и левиафана. Над вздымавшимися бушевавшими волнами сначала показалась горбатая спина морского змея; изумрудно зелёный гребень с острыми костяными наростами сверкнул в свете молнии. Иар посмотрел на свёрнутые паруса – в хорошую погоду именно они были их надеждой на спасение. Несмотря на свои размеры, левиафаны были медлительны, и бегство – лучшее оружие против этих гигантских морских чудищ. Но разворачивать паруса в шторм – прямой путь к Безмолвной, на корм рыбам. С правого борта поднялась волна, обрушившись на палубу, и Иару пришлось ухватиться за ближайший трос, чтобы не быть смытым в море. Тут же вслед за ней из пучины поднялась вытянутая морда змея. Штормовые небеса отразили яростный вой чудища, вторя ему громовым раскатом.

«Это конец!» – пронеслось в голове Иара.

Но он был истинным моряком и не собирался сдаваться без боя. Безмолвной придётся попотеть, дабы забрать его душу в последнюю обитель, а тело отдать на корм своим питомцам.

Выхватив саблю, какими все матросы вооружились после вхождения в Чёрные воды , Иар вместе с остальными ринулся к правому фальшборту, намереваясь железом встретить чудище. И оно не заставило себя долго ждать. Покрытая зелёной чешуёй морда ринулась в их сторону, намереваясь поживиться человечиной, но тут же наткнулась на град колющих ударов. Кому-то даже удалось ранить монстра в глаз. Новый вой разрезал воздух, но Иар знал, что так просто эти твари не сдаются. Хоть это был всего второй встреченный им левиафан, ещё мальчишкой он наслушался достаточно историй о сражениях с этими чудовищами.

Новая волна накрыла корабль, наклоняя его и сбивая матросов с ног.

– Нужно привязать себя! – прокричал Фил. – Шторм усиливается!

Но никто не успел сделать и шаг, как в их сторону снова ринулась раскрытая пасть монстра.

– Бар! – закричал Дом, когда острые зубы сомкнулись на теле матроса, откусывая сразу половину.

Алая кровь брызнула во все стороны, окрашивая морду чудовища и обжигая лица близстоящих матросов. Но проливной ливень тут же остудил испуг, и новая волна уколов отпугнула монстра. Корабль снова замотало. Оплакивать потерю Бара было некогда. Иар потянулся к канату, когда корабль накрыла ещё одна волна, сбив его с ног. Не устояв, он тут же покатился вниз по палубе, лишь чудом успев схватившись за край мачты. Трое из стоявших рядом так и не смогли удержаться и рухнули в бушевавшую воду. Корабль накренился настолько, что, казалось, ещё одна волна, и он перевернётся. Но тут с левого борта показался хвост левиафана. Он яростно ударил по «Северному ветрву», каким-то чудом выровняв его. Ещё один удар, и корабль снова бросило на волны, мотая из стороны в сторону. Никто уже не пробовал сражаться с чудищем, все пытались просто устоять на ногах и не улететь в пучину.

У болтавшегося, как рак в бочке, Иара сил хватало только на то, чтобы мёртвой хваткой держаться за мачту, ошалевшим взглядом смотря на происходящее безумие. А монстр, получив полный доступ к добыче, бесновался, пытаясь схватить каждого, кто попадался ему на пути, вгрызаясь в дерево корабля и оставляя в нём зияющие чёрные дыры.

Внезапно справа Иар заметил что-то чёрное, что-то темнее штормовых облаков. Внезапная догадка осенила его, и, с трудом отцепив пальцы от мачты, он на четвереньках бросился к корме.

– Справа земля! – прокричал он на ухо взъерошенному Тумиру, пытавшемуся удержать корабль на плаву.

– Это безумие!

– Это наше спасение.

– Мы разобьём корабль!

– Но спасёмся сами!

Их взгляды встретились, и Тумир кивнул, мысленно прощаясь с «Северным ветром». Длинные руки рулевого закрутили штурвал, поворачивая корабль и направляя его прямиком к возвышавшейся скале.

Оглядевшись, Иар с ужасом наблюдал за тем, как разъярённый монстр раз за разом бросался на палубу, разнося в щепки снасти и мачты. Матросы спрятались кто куда, избегая морды змея и держась за всё, что только можно, чтобы не быть смытыми накрывавшими корабль волнами. Вот ещё одна поднялась над фальшбортом, и Иар тут же ухватился за планширь, с тяжёлым сердцем наблюдая, как ещё один матрос сорвался, угодив прямиком в пасть монстра.

Земля стремительно приближалась, но левиафан всё не отставал, прилипнув к ним, словно ремора. Иар сбежал вниз с квартердека, поскальзываясь на мокрых ступенях и то и дело падая. Дверь в капитанскую каюту была закрыта. Не соблюдая никакого этикета, он пнул её ногой. Тяжёлые створки отворились, и Иар увидел сидевшего за столом капитана Бранда Стара. Он держался за ручки стула, безумным взглядом смотря сквозь разбитое окно.

– Корабль тонет, нужно бежать! Мы движемся к земле!

Бранд покачал головой.

– Капитан! – словно раненый зверь, закричал Иар и, в два шага приблизившись к Стару, схватил того за шиворот, намереваясь силой выволочь из каюты.

Но куда там! Бранд был в два раза шире Иара и в три раза тяжелее. Он не сдвинулся ни на шаг.

– Полгода назад я похоронил сына, – тихо произнёс замогильным голосом Бранд.

Но, даже несмотря на творящееся вокруг безумие, Иар услышал его.

– Она… она не сказала мне. А когда я узнал, было слишком поздно. Он умер от простуды. Я… я купался в золоте, а мой сын умер оттого, что у его дуры-матери не было денег на целителя… Я… убил её. Задушил своими собственными руками. И теперь Безмолвная мстит мне за это. Уходи, Иар. Это я во всём виноват. Это я навёл на вас гнев Безмолвной. Я привёл смерть на палубу «Северного ветра».

– Бранд… – обескуражено прошептал Иар.

– Капитан уходит вместе с кораблём – так было всегда.

– Но это не живой корабль! «Северный ветер»…

– Даже у него есть душа. И я проклял её в день, когда убил ту, которую всегда любил, но так и не смог простить. Это я во всём виноват. Если бы не моя гордыня, Луш был бы сейчас жив, а Ира ждала бы меня в нашей брачной постели. Но я поверил сплетням и обидел её… а она… гордыня – наш порок, и она погубила невинное дитя. Теперь моя очередь расплачиваться за свои грехи. Уходи, Иар, спасайся. Пусть я умру, зная, что хоть что-то осталось после меня. Ты – моё наследие.

Бранд посмотрел на Иара взглядом, от которого всё внутри того сжалось в тугой ком.

– Слушаюсь, мой капитан, – чётко ответил он, не обращая внимания на мокрые щёки. Он прекрасно знал, что это не вода.

Развернувшись, он, не глядя, закрыл за собой дверь с вырезанными созвездиями Звёздных капитанов древности. Первых, кто плавал на живых кораблях и основал одно из самых великих морских королевств мира, Королевство Семи Звёзд, объединив воедино семь больших островов, семь княжеств, под единым звёздным флагом.

Но он больше не увидит эту дверь, не будет каждый раз с восхищением замирать перед ней, вспоминая величие прошлого, которого не знал. Он больше не взглянет в глубокие карие глаза того, кого стал считать своим отцом. Больше не будет ворчаний по поводу сигар и баталий из-за курток. Больше не будет мирного поскрипывания снастей и тихого бормотания корабля. Сейчас, облокотившись о дверь капитанской каюты, Иар прощался не только с человеком, спасшим его однажды, но и с кораблём, ставшим ему домом.

От оглушительного удара содрогнулся весь корабль, от грот-мачты до самого основания. Иар тут же бросился на палубу. Оставшиеся в живых члены экипажа сновали туда-сюда, отвязывая единственно уцелевшую шлюпку.

– Иар, быстрее сюда! – крикнул Фил.

Вода невероятным потоком начала заполнять трюмы и уже хлестала наружу сквозь разрушенный грузовой люк и дыры, проделанные монстром.

– Где капитан? – спросил Тумир, сбегая в ним вниз.

Иар лишь покачал головой. На миг все замерли, посмотрев в сторону кормы. Иар уже видел решительное выражение лица Фила, собиравшегося ринуться за капитаном – что неудивительно, ведь они плавали вместе больше десяти лет, – но тут в борт корабля снова что-то ударило, и из-за кормы показалась голова левиафана.

– Вот же неугомонная тварь! – прорычал Дом, прыгая в лодку и утягивая Фила за собой.

– Это все, кто остался? – с ужасом спросил Иар, видя всего лишь семерых матросов, кроме него самого.

Фил мрачно кивнул.

– Быстрее, режь канаты! Потом будем оплакивать погибших, – поторопил Дом.

Шлюпка ударилась о воду как раз в тот момент, когда монстр снова накинулся на корабль, проламывая его практически пополам.

Восемь матросов в полном молчании наблюдали, как морской змей рыскал среди обломков, разбивая и так уже искорёженный корабли о скалы. Но налетевшая волна напомнила им, что левиафан не единственная их беда. Хоть земля и была близко, до неё ещё нужно было доплыть.

Налегая на вёсла, они старались направлять лодку к берегу, противостоя самому великому Каласу. И когда, казалось, до берега уже рукой подать, с моря налетела такая высокая волна, что, подхватив шлюпку, понесла её не к покатому склону, а прямиком на острые скалы. Иар вцепился в борта, с ужасом наблюдая, как утёс становился всё ближе и ближе.

Ран, не выдержав происходившего кошмара, сошёл с ума и выпрыгнул из лодки прямо в полёте, видимо, надеясь спастись в волне. Фил с Иаром бросились остановить безумца, но схватили лишь воздух. Крик и удар тела о камни ясно дали понять, что за бортом спасения нет.

Волна ударилась о скалы, наткнувшись на отвес, и, проехавшись по каменистой плоскости, лодка врезалась в твёрдую стену утёса. Как бы Иар не старался сгруппироваться, удар всё равно получился такой силы, что вышибл воздух из лёгких, а сознание мигнуло и, не выдержав напряжения, отключилось.

Глава 4. Остров гора

– Тью-тью… – пропищало прямо над уход.

Что-то мокрое и пушистое ткнулось в лицо, а цепкие маленькие ручонки схватили за нос. Рядом раздался смешок, и что-то защекотало его. Иар чихнул и проснулся, резко открыв глаза. Яркое солнце резануло по ним, и он снова зажмурился. В голове будто прозвенел колокол, заставив застонать от боли. Что-то мохнатое снова защекотало нос, отчего Иар опять чихнул, вскрикнув от внезапной боли в затылке.

– Кажется, ты ему понравился, – прозвучал рядом голос Фила.

Замахав руками, Иар попытался отогнать то, что упиралось в его шею, но стало только хуже. Это что-то мохнатое подпрыгнуло на месте, приземлившись ему на лицо, а цепкие лапки вцепились в волосы.

– А-а-а! – запищал Иар, словно девчонка. – Что это такое? – он резко встал, пытаясь избавиться от помехи, но всё стало ещё хуже.

Голова отозвалась ужасной болью, а зверёк лишь сильнее вцепился ему в волосы, скорее всего, отодрав клок.

– Уберите это с меня! – потребовал Иар, стараясь отодрать мелкого гадёныша.

Рядом кто-то заливисто смеялся, а прочие не спешили помогать. С горем пополам ему всё же удалось оторвать от себя несносное животное, лишившись при этом части волос.

– Что это?

Иар недоумённо посмотрел на лохматое недоразумение. Бочковатое тельце, покрытое чёрным мехом с маленькими белыми точками, напоминавшими звёзды, большие миндалевидные глаза, лопоухие уши с яркими розовыми кисточками на кончиках и длинный лысый хвост, похожий на крысиный.

– Звездар, – ответил всё ещё смеюявшийся Фил.

– Звез… что?

– Звездар, – повторил за него Родак. – Я думал, они давным-давно исчезли. Раньше они считались любимцами князей и часто жили на живых кораблях. Но с исчезновением всех княжеских родов исчезли и звездары. По крайней мере, так считалось.

Пушистик смешно пискнул и, подавшись вперёд, лизнул Иара в нос.

– Кажется, это любовь, – усмехнулся Родак.

Иар скривился и отпустил бедное животное. Но тот даже и не думал покидать его и, спорно перебирая цепкими лапками, залез ему на голову, опять вцепившись в его отросшие волосы.

– Ну отстань же ты! – возмутился Иар, снова пытаясь отодрать зверька с головы.

Но в этот раз пушистик ни в какую не собирался покидать насиженное место. Вокруг разразился мужской смех. Насупившись и сделав независимое лицо, Иар отстал от животного, не собираясь лысеть раньше времени, и наконец-то огляделся по сторонам.

Острые скалы, редкий пролесок с тонкими высокими деревьями, пожухлый кустарник и колючки – вот и всё, что окружало их. А вдалеке виднелись обломки корабля. Высокая грот-мачта «Северного ветра» возвышалась над волнами, и красно-жёлтый флаг с эмблемой торгового судна Империи развивался на ветру. Воспоминания о вчерашнем ужасе яркой вспышкой взорвались в голове, чуть не сбив с ног: шторм, левиафан, крушение и смерть капитана. Потерев лицо, Иар тяжело вздохнул, пытаясь понять, что им делать дальше.

Осмотревшись по сторонам, он увидел пятерых мужчин. Всего пять. Родак – второй рулевой, Фил – старпом, Нурин – кок, Клип и Влир – матросы. Шестеро вместе с ним. Всё, что осталось от команды «Северного ветра».

Но в лодку село девять, включая его самого. Ран спрыгнул, самостоятельно решив отправиться в обитель Безмолвной, но Иар нигде не видел ни их верного старшего боцмана, его учителя и друга, ни рулевого Тумира.

Фил покачал головой, отвечая на немой вопрос. Тяжело вздохнув, Иар по привычке снова потёр лицо ладонями, прикрыв глаза, стараясь не заплакать от боли потери. Что-то тонкое и кожистое защекотало ему шею, и, вздрогнув, он поднял глаза ко лбу, встретившись с внимательным взглядом звездара.

– Удобно? – раздражённо спросил он зверёныша.

Тот кивнул в ответ, словно понимал человеческую речь.

– А мне нет, – огрызнулся Иар, но не предпринял попыток снять зверька с себя.

Звездар нахмурился, пошевелил розовым носиком и, издав что-то наподобие вздоха, сполз с его головы на плечо. Иар удивлено уставился на него, не зная, что и думать.

– Ты понимаешь меня? – спросил он и тут же мысленно поругал себя за глупый вопрос.

Звездар поднял на него большие миндалевидные глаза, посмотрел с интересом и, снова вздохнув, уложил мордочку ему на ключицу, так и не ответив на вопрос. Какое-то время Иар разглядывал это пушистое недоразумение, потом махнул рукой, оставив всё как есть.

– Кто-нибудь знает, куда нас занесло? – спросил он, вставая. Голова ещё шумела, а бок ныл от удара.

Все пятеро покачали головой.

– Мы обошли местность. Это даже не остров – гора посреди океана, обросшая редким лесом, тут даже птиц нет. Только вот он, – Фил указал на зверька, – да черви и жуки.

– Зато есть вот это, – Нурин подкинул в воздух сочный персик размером с кулак. – С голоду не помрём.

– А вот от жажды – да, – нахмурился Влир. – Я не нашёл ни ручья, ни озерца, ни даже лужи. Хотя нет, луж, конечно, тут полно, но не станем же мы из них пить.

– Вода должна быть, – уверенно заявил старый Клип. – Зверь должен был что-то пить, раз выжил.

– Придётся ждать, пока кто-нибудь не проплывёт мимо и не подхватит нас, – устало вздохнул Родак.

– Нужно соорудить плот и попробовать выбраться, – возразил Фил.

– Это самоубийство, – воспротивился Родак. – Мы понятия не имеем, как далеко нас занесло. Сейчас мы можем быть в одном дне пути от ближайшего острова, а можем – на другом конце света.

Иар посмотрел вдаль, на мирную водяную гладь. Сегодня уже ничего не напоминало о вчерашнем шторме. Волны мирно перекатывались, ближе к берегу ускоряя темп и пенными барашками обрушиваясь на каменные валуны, покрытые морским лишайником.

– Судя по цвету воды, мы всё ещё в Чёрных водах. Значит, нас не могло занести так далеко на восток.

– Но ни на одной карте нет этого острова, – возразил Родак.

– После войны наши постарались скрыть настоящие карты Чёрных вод, уничтожив большую их часть. Иначе как бы пираты прятались тут столько лет, охраняя Радужный архипелаг? Даже если нас занесло на северо-запад, к самой границе, на плоте мы всё равно сможем доплыть до Радужных рифов, а там до архипелага рукой подать.

– Не правильнее было бы двинутся на север, навстречу Имперскому кордону? – предложил юный Влир. По возрасту он лишь два месяца назад получил почётное звание матроса, хотя на «Северном ветре» все продолжали обращаться с ним, как с юнгой.

Мужчины промолчали. Иар тоже понятия не имел, как будет правильно.

– Сначала нужно понять, как выбраться отсюда, – заключил он, уходя от ответа. – На персиках мы долго не продержимся.

– И найти воду, – добавил Нурин, вгрызаясь в сочный фрукт.

Им потребовалось не больше часа, чтобы обойти этот недо-остров по кругу и убедиться, что, кажется, Влир был прав: пресной воды тут нигде не было. Почва под ногами хоть и была всё ещё мокрой после ливня, но высыхала прямо на глазах, превращаясь в камень. Всё, что им удалось найти, – это роща персиковых деревьев с полными плодов ветками. Откуда тут эти, в общем-то, садовые деревья, никто из них так и не смог понять, но как только они вошли в рощу, звездар тут же встрепенулся и, радостно что-то стрекоча, запрыгнул на ветку, с удовольствием вгрызся в сочный плод. На этом клочке суши, на самом деле, кроме него, не было ни одной крупной живности: ни птиц, ни зверей, ни даже крыс, хотя последние, казалось, были всегда и везде. Лишь жуки, сверчки, мухи да черви, которые тоже входили в рацион этого непонятного зверька.

«Как же ему, наверное тут было одиноко всё это время», – думал Иар, начиная испытывать к зверёнышу симпатию. А то, что он так быстро и без страха принял их общество, говорило о том, что людей он видел не впервые.

– Ну, что там? – крикнул Иар, наблюдая, как Влир карабкался по отвесной скале.

Из всех присутствующих он был самым молодым и юрким, поэтому честь осмотра территории с пика скалы досталась именно ему.

– Да подожди ты, – тяжело дыша, прокричал тот в ответ, проворно перебирая руками и ногами так, словно у него крючья вместо пальцев.

Когда-то именно это и привлекло Бранда в мальчишке, искавшем подработку в порту. Влир без страховки мог залезть на грот-мачту за какие-то полминуты, а зоркие глаза делали из него идеального смотрящего, кем он мог бы стать в будущем. Но пока он всего лишь вчерашний юнга.

Когда тощая фигура парнишки скрылась за пиком, Иар затаил дыхание. Может, они всё же смогут разглядеть хоть что-то и понять, что делать дальше? Но, судя по долгому молчанию, их надеждам не дано было сбыться. Так и не сказав ни слова, спустя десять минут угрюмый Влир спустился вниз и, понурив голову, уселся на валун.

Остальные выжившие молча сели рядом, каждый думал о своём.

– Предлагаю голосовать, – сказал Фил, когда тишина стала тягостной. – На фруктах и рыбе мы долго не протянем. Нам нужна вода. Я не вижу смысла ждать у моря погоды. Нужно соорудить плот из обломков «Северного ветра» и рискнуть.

– Сейчас бессмысленно что-либо решать, – вздохнул Иар. – Давайте дождёмся ночи. Может, небо прояснит наше местоположение?

Родак пробормотал что-то невнятное, Нурим пожал плечами, Клип и Влир тут же согласились с предложением Иара. И хотя голосование и принятие решения были отложеы на завтра, матросы всё же сплавали к обломкам в надежде найти хоть что-то, чем можно было бы поживиться.

Добыча оказалась неожиданно крупной: бочка с вяленным мясом, бочка с мукой и даже каким-то чудом сохранившиеся три бочки сухарей и мешок промокших, но всё ещё годных в пищу вяленых абрикос и бананов. Что же, с таким количеством еды можно было продержаться недели две, а то и больше при должной экономии, если всё же удастся найти воду. Ещё они достали семь сабель и неожиданно всплывший сундук Иара с его любимыми куртками. Конечно, если они решат выйти в открытое море на плоту, куртки придётся оставить, но Иар не мог не порадоваться возвращению своего маленького сокровища. А то, что сломанный компас, всегда висевший у него поясе, тоже сохранился и даже не поцарапался, вселяло веру, что Трис не оставил их.

Достав ещё всякой мелочи из бытовой утвари и вещи, которые могли бы пригодиться для сна под открытым небом, они наконец взялись за самое интересное. Корабль надломился надвое, и кормовая часть вместе со штурвалом, бизань-мачтой и каютой капитана осталась где-то далеко на дне, а вот часть грузового отсека и трюма всё же сохранилась, и крупный чернокожий Нурин, который с лёгкостью мог поднять Иара вместе с Филом одной рукой, вытолкал на берег одну за другой три бочки их бесценного груза с печатью в виде кабаньей головы – отличительного знак Барона Торнео. Никто, даже старпом Фил, так до конца и не поверил капитану, что они везут всего лишь дорогостоящий шафран, поэтому, когда Нурин одним мощным ударом вскрыл печать и откупорил крышку, все с любопытством ринулись к бочке.

– Что это? – удивился Влир. – Мука? Но зачем такая секретность из-за муки?

Нахмурившись, Клип протянул руку к «муке» и, набрав чуть-чуть на кончик пальца, поднёс к языку.

– Тьфу, – сплюнул старый матрос, скривившись. – Кисара, сожри меня кракен! Самая настоящая кисара! – рыкнул он.

Все с ужасом переглянулись. Кисара – новый наркотик, привезённый с Имперского континента, мало-помалу начавший вытиснять практически безвредные листья описа, которые иногда жевали матросы. Но кисара была в десятки раз сильнее и опаснее. И в пять раз дороже.

– На корабле было пятьдесят три бочки, – озвучил Клип мрачные мысли всех.

Такое количество кисары стоило целое состояние. Больше, чем мог заработать торговец за год, даже в самое удачное время. Как Бранд мог подписаться на такой Заказ? Попадись они Имперскому кордону с таким количество наркотика, отправились бы на виселицу без суда и следствия.

Качая головой, Нурин подошёл к следующей бочке и снова вскрыл печать. Внутри тоже была кисара. А вот третья бочка преподнесла ещё один сюрприз: вместо белого порошка в ней была чёрная жижа, похожая на смолу, но пахнувшая железом и кровью.

– Илюмир! – изумлённо воскликнул Родак, удивившись этому даже больше, чем кисаре.

Илюмир, как называли его имперцы, был запрещён для свободной продажи и хранения во всех имперских провинциях. Когда-то эту смертоносную взрывную жижу изобрели именно тут, в Королевстве Семи Звёзд. Если верить сказаниям, род Блоу, всегда славившийся своей тягой к науке и исследованиям, открыл силу илюмира, начав производить его в недрах потухшего вулкана на Небесном острове, принадлежавшем княжеству Албастар. Со временем илюмир распространился, и жители Королевства свободно могли использовать его даже в бытовых нуждах. В малых дозах он хорошо горел, но если поджечь бочку, то она взрывалась с такой силой, что могла разнести часть фрегата в щепки. Илюмир использовали практически во всех семи княжествах даже для освещения городских улиц. Но с приходом имперцев все фабрики по его производству были либо уничтожены, либо взяты под контроль захватчиками, и его использование без специального разрешения было строго-настрого запрещено. Но даже обладание таким оружием не смогло спасти королевство от имперских враж. Эти пришельцы, прибывшие на острова с дикой большой земли, обладали непонятными силами в разы смертоноснее магии живых фрегатов, а те, кто их использовали, не чурались ни грязных методов ведения боя, ни предательств. Суть враж хранилась в строгом секрете, и никто не мог сказать, что это такое и откуда эти силы. Сами же имперцы называли себя народом, избранным Безмолвной. Как богиня смерти стояла во главе их пантеона и правила другими богами, так и её народ должен править миром. Иар никогда особо не задумывался ни об избранности имперцев, ни об их силах, привыкнув с детства просто опасаться их инспекторов и аристократов. Но сейчас, смотря на бочку с илюмиром, он никак не мог понять, хороший это знак или нет.

Так или иначе, матросы единогласно решили достать со дна весь груз, до которого только смогут добраться, и проверить все бочки. Илюмир – это в первую очередь тепло, а лишь потом оружие.

Работали все поочерёдно, остановились лишь в сумерках, когда солнце совсем скрылось за горизонтом, и под водой стало темно, как в гробу. Им удалось вынести на сушу двадцать три бочки, и в двенадцати из них оказался илюмир. Если они всё же попадут на Радужный архипелаг, то, прихватив даже одну бочку, смогут сбыть её пиратам и заработать себе на еду и кров.

После сытного ужина, согревшись у костра, Иар вместе с Родаком и Влиром снова полезли на гору. Вид звёздного неба, открывавшийся с берега, дал лишь смутное представление об их местоположении. Поскольку большую часть обзора закрывала гора, они решились на рискованный поступок. Пока Влир держал в руке факел, который соорудил Клип – единственный из них, кто знал, как обращаться с илюмиром, – Иар осторожно хватался за уступы и корни, внимательно следя, куда ставил ноги. Благо Влир в подробностях описал путь. Поднявшись достаточно высоко, чтобы видеть все созвездия, Иар на миг замер. Так происходило всегда: каждый день, как только солнце скрывалось за горизонтом, а королева-луна выступала на небосводе, наступал миг, когда небо словно замирало, оставаясь практически пустым, и лишь Первая звезда величественно сияла на небосводе, указывая путь путникам и морякам. Но в следующее биение сердца небо словно загоралось, и все звёзды и созвездия вспыхивали, освещая мир холодным сиянием. И каждый раз, когда это происходило, внутри Иара что-то замирало, чтобы в следующий миг снова пуститься вскачь.

Сейчас, стоя практически на вершине горы, обдуваемой морскими ветрами, он легко мог представить, что снова на борту корабля, перед ним открыт весь горизонт, и от пути его отделяет лишь один поворот штурвала. Но ноги стояли на твёрдой земле и не ощущали привычной качки, а волны бились о каменные скалы, а не нежно ласкали борта. «Северный ветер» погиб, уйдя под воду вместе со своим капитаном, и сейчас Иару нужно думать, как вывести их всех с этого богами забытого клочка земли, а не вспоминать о былом.

– Судя по расположению звёзд, до Радужных рифов дня четыре пути, а может, и все шесть, – объявил Родак, когда они с Иаром спустились к остальным.

– На картах это место чисто, как первый снег на вершине гор, – добавил Иар. – Мы строго на востоке от Скал Рока. Я думаю, это гора – самый их край. Давно затерянный и забытый.

– Как такое возможно? – удивился Нурин. – Мы ведь были в трёх днях пути от скал.

– Мы плыли на юго-запад, а течением и ветром нас отнесло на восток. Если предположить, что скалы уходят на юг, то Иар может быть прав, и мы на самом краю Скал Рока.

Матросы молча переглянулись.

– Ладно, – разрушил сомнительное молчание Иар, – как говорил старый Дон: «Утро мудрые мысли даёт, ночь же их забирает». Давайте спать. Завтра будем решать, что делать дальше.

И хоть тут у них были провизия и приют, а впереди ждали чудища Чёрных вод, Иар понимал, что нужно плыть. Одной еды недостаточно, нужна вода. Уже сейчас он ощущал нестерпимую жажду, которая со временем станет только сильнее.

Глава 5. Затерянный грот

Бескрайнее небо над головой. Великие созвездия освещали путь, открывая тайные тропы в бескрайних водах мирового океана. Волны ласкали большое тело, сотни рыб плескались вокруг, сопровождая старшее существо. Ветер раздувал паруса, наполняя их свободой. А откуда-то из глубины или, может, с самого неба, с холодных звёзд слышна была далёкая тихая песня:

В небесах мы начинаем путь

И в небесах приют свой обретаем.

Сердце капитана – наша суть,

И мы его душою станем.

Мой капитан далёких берегов,

Едины сердцем и душой навек.

Наш путь – среди бескрайних островов,

Где отражения неба нет.

В единой силе с тобою рождены,

Душа навеки отдана морям.

На жизнь земную мы соединены:

Вместе в штиль и в бурю, едины по волнам.

Мы дети неба, моря и волны,

Из звёзд с тобою рождены.

Иар ощущал бескрайний простор океана, чувствуя себя песчинкой в этой огромной стихии, и это был его дом, его гавань. Ветер надувал паруса, развевал волосы, а впереди была лишь свобода. Плыви куда угодно, плыви за горизонт. Он рассекал волны, поддавшись ритму неизвестной песни. Он был капитаном, он был кораблём. И где-то там, где красный луч отразится о морскую гладь, падающая звезда откроет путь к небесам, туда, где начало, и туда, где конец. Как нет начала и конца у неба, так нет начала и конца у души. Одной на двоих.

Иар даже не понимал, что улыбается. Он стоял на самом краю носа корабля, смотря в даль, ощущая весь океан под собой, а за спиной развевались паруса… его паруса.

Но какой-то писк и стрекотание отвлекли его от этого мига умиротворения и счастья. Иар помотал головой, пытаясь избавиться от помехи, но непонятное что-то лишь сильнее заверещало и цапнуло за нос. Вскрикнув, Иар проснулся и встретился с пристальным взглядом миндалевидных глаз. Зверёк тут же снова застрекотал и, ухватив его за воротник, потянул куда-то.

– Отстань ты! – возмутился тот, пытаясь отцепить от себя нерадивое нечто.

Но куда там! Легче договориться с кракеном, чем избавиться от этого прилипчивого зверька! Весь день он так и провёл у Иара на плече или голове, отходя лишь подкрепиться или по своим мокрым нуждам. Вообще воспитанность звездара удивила, но Иар был рад такому исходу событий: как-то не хотелось помимо прочего пахнуть ещё и вот этим всем. А когда он нырял за грузом вместе с остальными, зверёк покорно ждал на кучке его вещей, пристально всматриваясь в воду. За день Иар даже привык к нему и невзначай как-то начал считать своим. Но вот такое хамское пробуждение уже было за гранью!

– Дай поспать, ты, бесполезный кусок меха, – огрызнулся Иар, переворачиваясь набок и пытаясь снова уснуть.

Но зверька не устраивало такое развитие событий, и он заверещал с новой силой.

– Иар, угомони его, иначе это сделаю я, – пробормотал сонный Нурин.

– Слышал его? Успокойся, или он сделает из тебя шашлык.

Зверёк, словно поняв сказанное, посмотрел на Нурина, грозно прищурив глазки, и, показав тому язык, снова взялся будить Иара.

Следующим был Клип: тот без слов вскочил с лежака из веток и, сцапав звездара за шиворот, поднял его к своему лицу.

– Не знаю, как вы, княжеские животинки, но мы, простые смертные, ночью хотим спать. Ночь, – Клип показал на тёмное небо, – спать, – жест на спавшего без задних ног Влира, который даже ухом не повёл. – Понял?

Звездар проследил за пальцем Клипа и, посмотрев на старого матроса, серьёзно кивнул.

– Отлично.

Клип отпустил зверька и только собрался улечься обратно, как тот вскочил на лапки и, прыгнув на Иара, снова начал что-то ему втолковывать.

– Эй, мы так не договаривались! – возмутился Клип и снова двинулся на неугомонное животное.

Иар среагировал быстрее, чем мог бы подумать о причинах своего поступка. Сцапав звездара в охапку, он тут же спрятал его в кольце своих рук, защищая от опасности.

Клип недоумённо посмотрел на него, но тот, сделав выражение лица «ничего не знаю, ничего не было», наконец-то поднялся на ноги.

Увидев это, звездар воодушевился и, теребя рубаху Иара, снова громко застрекотал.

– Кажется, он зовёт тебя куда-то, – предположил проснувшийся Фил.

Иар и сам уже это понял, но после полного трудов дня спать хотелось неимоверно, а вот идти куда-то – нет. Но он понимал, что зверь от него не отстанет, и поэтому, бормоча себе под нос проклятия, потащился за возбуждённым звездаром.

– Я с тобой, а то ещё потеряешься, – проворчал Фил, поднимаясь со своего лежака.

– Да где тут теряться-то? – ответил Нурин, поворачиваясь набок.

Теряться тут в самом деле было негде, но Иар не возражал против компании. Несмотря на свой ворчливый характер, Фил мог быть невероятно чутким человеком, и в глубине его серых глаз пряталась истинная доброта. После всего случившегося Иар пока ещё не был готов столкнуться с реальностью. Да, сознанием он понимал, что Бранд Стар мёртв, понимал, что он навсегда отправился в обитель Безмолвной, а его тело стало кормом для рыб или было уже давно сожрано левиафаном. Он понимал, что тот, кого он несть лет, казавшиеся вечностью, считал отцом, тот, кто спас его от голодного существования, сошёл с ума и привёл их к порогу гибели. Его ложь и жажда искупления стали причиной смерти десяти хороших человек, включая его самого. Всё это Иар помнил и понимал, но пока никак не мог смириться с произошедшим. Раз за разом он ловил себя на мысли, что ожидает, что вот-вот появится Бранд, положит ему на плечо свою могучую руку и скажет своим глубоким голосом привычное: «Сынок». Он не хотел думать о том, что больше никто и никогда не назовёт его «сынок», потому что он больше никому этого не позволит. Бранд занял место отца в его сердце и, несмотря ни на что, там и останется. Но сейчас Иар не будет думать об этом, не будет вспоминать о прошлом, и, как бы странным это ни звучало, присутствие Фила помогало собраться и не позволить себе поддаться нарастающему шторму внутри. Иар знал, что однажды нужно будет выпустить эту бурю наружу, дать ей волю, иначе она, как всякий шторм, если не встретить его носом вперёд, сметёт тебя приямком в обитель Безмолвной.

А тем временем зверёк, юрко перепрыгивая с ветки на ветку и с валуна на валун, вëл их куда-то в обход горы. Они уже обогнули восточный склон и углубились в персиковый сад, но зверëк всё не унимался, раздражённо посматривая на медлительных двуногих.

– И куда ты меня ведёшь? – недовольно пробормотал Иар, – Если окажется, что это какой-то пустяк, клянусь, я отдам тебя Нурину на жаркое!

Звездар на миг застыл, обижено посмотрел на Иара своими большими глазами и, развернувшись к нему задом, задрал хвост и громко пукнул, дëрнув лапкой.

– Ха-ха-ха! – засмеялся Фил. – Кажется, он ясно дал понять своë мнение насчёт твоей угрозы.

– Несносная мартышка, – пробормотал сконфуженный Иар, всё же продолжив путь.

– Мы уже были тут сегодня, дальше лишь пустые камни и обрыв, – заметил Фил, смотря вслед скрывшемуся среди валунов звездару.

Иар тоже остановился: шастать среди шатких камней в темноте – чистое самоубийство, а ему ещё были дороги ноги и руки, желательно в целости и сохранности.

Звездар показался из-за камня: его чёрная шёрстка, усыпанная десятком мелких пятнышек, сливалась с ночной тьмой, и лишь бездонные жёлтые глаза святились, словно два фонаря. Он снова застрекотал, требуя, чтобы Иар продолжил путь.

– Ну уж нет, – запротестовал тот. – Это ты у нас попрыгун, а мне такие кульбиты не осилить. Никуда я не пойду.

Иар и так бесился из-за всей этой затеи. За весь день таскания бочек и лазания по скалам он устал и чувствовал себя не лучше какой-нибудь желеобразной медузы, а тут ещё и этот дурацкий поход за зверьком в ночную глушь. Но звездар нахмурился, светившиеся глаза сузились, и, словно негодуя от злости, он прыгнул прямо Иару на голову, начал рвать ему волосы, как бешеный.

– А-а-а, что за кракен в тебя вселился?! Отстань ты от меня, несносная тварь! – но как бы Иар не пытался отодрать это прыгающее бедствие от себя, у него ничего не получалось.

В порыве схватки с непокорным зверем Иар даже не заметил, как ступил на скользкие камни. Нога подвернулась, и, не удержи его Фил, быть ему мокрым пятном на чёрных камнях. Звездар спрыгнул с его головы и, стоя в стороне, терпеливо ждал, пока Фил поможет ему вернуть равновесие.

– Ты что, с ума сошёл?! Я ведь мог погибнуть! – закричал на зверька Иар, уже не думая о том, что снова разговаривает с животным.

В жёлтых глазах мелькнуло раскаяние, но неугомонная тварюшка снова махнула хвостом, указывая путь.

– Да пошёл ты к кракену в глотку! – зло махнул Иар рукой, всё ещё пытаясь успокоить стремительно бившееся сердце.

Вот потеха была бы: выжить в шторм, удрать от левиафана, спастись с тонущего корабля и в итоге погибнуть из-за какого-то наглого комка шерсти в десять раз меньше его самого. М-да, если эта история когда-нибудь выйдет за пределы этого острова, моряки ещё десятилетия будут посмеиваться над ним в тавернах.

Зверь что-то возмущённо стрекотал, махал лапками и хвостом, но, хвала Трису, больше не пытался лишить Иара волос на голове.

– Тише, – вдруг приказал им Фил, и, на удивление, все послушно замолчали. – Ты тоже это слышишь? Или я уже совсем обезумел от старости?

– Никакой ты не старый. Клип в два раза старше теб… – но Иар не договорил, наконец-то тоже услышав.

Сначала он не мог понять, что это. Казалось, всего лишь шум моря, мирный перекат волн, но Иар различил ритм и мелодию. Мягкое эхо, исходиившее откуда-то из самой глубины морской пучины. Или, может быть, из недр горы? Словно голоса ветра и океана слились воедино, напевая чарующий мотив. До боли знакомый мотив, но Иар никак не мог вспомнить, где и когда уже слышал его. Он вслушивался в тихие ноты, ощущая, словно мир внезапно изменился. Вот он стоит на носу корабля, смотрит вдаль на безграничный океан, в котором отражаются десятки тысяч звёзд. И кажется, что нет начала и конца этому звёздному пути, линия горизонта утопает в ночной тиши, и среди всего этого бескрайнего звёздного простора звучит тихая, еле уловимая мелодия:

В небесах мы начинаем путь

И в небесах приют свой обретаем.

Сердце капитана – наша суть,

И мы его душою станем.

Сон! Иар знал эту мелодию. Всю его жизнь она, словно призрак, преследовала его в ночи. И снова непонятное ему видение явилось и сегодня, но впервые отчётливо услышал все слова песни.

Мой капитан далёких берегов,

Едины сердцем и душой навек.

Наш путь – среди бескрайних островов,

Где отражения неба нет.

В единой силе с тобой рождены,

Душа навеки отдана морям.

На жизнь земную мы соединены:

Вместе в штиль и в бурю, едины по волнам.

Мы дети неба, моря и волны,

Из звёзд с тобою рождены.

Иар не понимал, откуда знал эти слова, откуда в его голове поселилась эта мелодия. Она просто была. Ещё в приюте он думал, что, может быть, это мотив колыбельной, которую напевала ему мать? Маленьким мальчиком он отчаянно хотел верить в это. Но с возрастом сон стал просто приятным сном, а кошмар – просто кошмаром. И лишь вступив на палубу «Северного ветра» и ощутив себя дома, Иар задумался о происхождении этих снов. Но шли месяцы, годы, голову занимали новые знания и торговля, обычная жизнь вытеснила детские мечты. И вот он слышит этот мотив не во снах, а наяву. И где? В Трисом забытом месте, которое даже островом не являлось!

– Я слышал эту мелодию раньше, – хмурясь, заметил Фил, – но не могу вспомнить, где.

Иар не ответил. Не говорить же, что, скорее всего, невольно он сам мог её напевать.

– Там ещё были слова… только вот, пожри меня кракен, никак не припомню, какие.

– Ты не слышишь слов? – удивился юноша, посмотрев на старого моряка.

– Слов? Откуда они тут? Кому петь? Ты… ты слышишь слова? – с нескрываемым страхом спросил Фил.

И Иар прикусил язык от досады. Фил смотрел на него так, словно он сумасшедший. Что неудивительно, ведь только безумцы слышат несуществующие голоса. Уж за последние дни всем им довелось полюбоваться этой картиной вдоволь. Иар ничего не ответил, хотя и слышал тонкий мелодичный голос у себя в голове так отчётливо, словно некто пел прямо у него над ухом. Но голос был каким-то странным. Иар никак не мог определить, принадлежит ли он мужчине или женщине. Словно… словно поющий был не человеком. Но кто тогда? Морская ведьма? Вымершие тритоны, которые чудом не только сохранились до их времён, но и заплыли так далеко на север, пересёкши экватор? Или, может, гидра, которую никто никогда не видел, но каждый знал о ней по меньшей мере одну легенду? Или мифическая тортилья, нёсшая на своём панцире целые города? Иар перебирал в памяти все известные ему мифы и легенды, пришедшие с далёкого юга, но всё равно не мог понять ни источник голоса, ни что тут вообще такое происходит.

Тем временем звездар снова застрекотал, призывая Иара и Фила следовать за ним. На этот раз оба последовали за звезьком без каких-либо комментариев.

Юркий комок меха вёл их через скользкие и неровные валуны, медленно уходившие вниз, и чем ниже они спускались, приближаясь к обрыву, тем громче и отчётливее становилась мелодия. И вот в какой-то момент зверёк обернулся, и жёлтые глаза с нетерпением посмотрели на спутников, а в следующий миг исчезли.

– Эй! – крикнул Иар, но ответом ему была лишь тишина.

Не обращая внимания ни на что, он бросился в сторону, где только что стоял звездар. Нога снова поскользнулась на гладком камне, и, рухнув на пятую точку, Иар скатился вниз по склону, пересчитав все попавшиеся на пути неровности. Он пытался вытянуть руки и ухватиться хоть за что-нибудь, но лишь ободрал ладони об острые края скалы. И когда он уже распрощался с жизнью, земля под ним внезапно закончилась, гораздо раньше, чем он ожидал, и Иар провалился вниз.

Полёт оказался недолгим, и, вереща, словно ребёнок, он упал на что-то липкое и удивительно мягкое. Словно на натянутом парусе, его подбросило несколько раз вверх, пока поверхность под ним не замерла, и Иар наконец смог перевести дух. Но радость продлилось не долго. Сквозь дыру, в которую он провалился, едва лился тусклый лунный свет, но даже его свечения хватило, чтобы увидеть, на что он упал.

– О, великий Трис… – застонал Иар, сдерживая очередной вопль ужаса, рвущийся наружу.

Это была паутина. О, нет… это была ПАУТИНА. Настолько огромная, что он мог несколько раз обернуть её вокруг своего тела, и ещё бы осталось. Противная, пахнувшая плесенью и… липкая. А копошение вокруг означало, что где-то рядом паук, и, судя по толщине паутины, он был размером с кракена. Или, может быть, тут их целое полчище? Иар не стал дожидаться ответа на этот вопрос и, с трудом отцепив руку от паутины, вытащил небольшой перочинный ножик, найденный на затонувшем корабле, нервными движениям стал пробивать себе путь наружу.

Он терпеть не мог пауков. Он их просто ненавидел. Ещё со времён сиротского приюта не мог выносить даже вида пауков, а уж когда их маленькие мохнатые лапки касались его кожи… Более мерзкого ощущения для него не существовало. Уж лучше сразиться с десятком левиафанов, чем встретиться с пауками!

Разрезая паутину, Иар лихорадочно оглядывался, готовясь встретить монстра ножом. Без боя он точно не сдастся. Но ему повезло: либо мерзкие твари спали, либо просто решили не связываться с ним. С трудом выбравшись наружу и отряхиваясь от налипших кусков паутины, Иар наконец расслышал голос Фила.

– Я тут! – крикнул он моряку.

– Что там?

– Пещера или грот! А ещё пауки, – добавил еле слышно. – Я осмотрюсь, может…

Что «может», Иар не договорил: привыкшие к темноте глаза наконец-то увидели, что скрывалось в этом огромном гроте, наверняка занимавшем всю полость горы.

– О, великий боги… – простонал он, падая на колени от шока.

– Иар! Что там? Иар! – кричал сверху Фил.

Но Иар не мог ему ответить: онемевший от чувств, он мог лишь смотреть на величественный спящий фрегат, мирно покачивавшийся на волнах, и видеть прекрасный сон. Сон, в котором звёзды и море пели древнюю песню живых кораблей.

Мы дети неба, моря и волны,

Из звёзд с тобою рождены.

Иар шептал слова, не в силах поверить, что перед ним самый настоящий живой корабль.

Глава 6. Сломанный компас

Иар не знал, сколько времени простоял, любуясь легендой. Всем жителям бывшего Королевства Семи Звёзд, от мала до велика, была известна одна непреложная истина: семнадцать лет назад в битве у мыса Викарии была уничтожена «Чёрная звезда» – последний живой корабль. С тех пор в безграничных просторах океана они не появлялись. И вот сейчас, в затерянном гроте на никому неизвестном островке, Иар стоял на коленях и смотрел на тот самый живой корабль.

Он понятия не имел, откуда знал, что это именно «Чёрная звезда». В неярком свете грота представший перед ним фрегат казался совершено обычным: потрёпанный жизнью, с наростами на борту и прорехами в плоти, пустые мачты сиротливыми пиками упирались в каменный свод, и весь корабль казался каким-то ветхим. Но Иар знал, что это непростой фрегат, словно внутри него существовало некое тайное место, где было скрыто знание, о котором до сегодняшнего дня он понятия не имел.

Никто не знал, откуда появлялись живые корабли и куда уходили после. Они просто приплывали к своим капитанам и оставались с ними до самого конца. Никто не знал, каков их срок жизни. Корабль мог бороздить океан веками, сменяя несколько поколений капитанов, передаваясь от отца к сыну, как и власть. А мог уплывать в бескрайнее море после смерти своего первого капитана. А спустя несколько дней к пристани причаливал новый живой корабль. И с каждым годом знаний о них становилось всё меньше и меньше. После завоевания Королевства имперцы уничтожили не только сами корабли, но и все семь княжеских родов, не пощадив ни женщин, ни детей, ни стариков, и сожгли все книги о живых кораблях, уничтожив даже самое короткое упоминание о них в летописях. Но прошло не так уж и много времени, и всё ещё были живы те, кто видел живые корабли и даже плавал на них, и они всеми силами старались сохранить память хотя бы в сказках и легендах. Но все понимали, что пройдёт ещё двадцать-тридцать лет, и живые корабли станут таким же мифом, как гидра или разумные тритоны, владыки морских глубин. Иар нередко слышал сказания и воспоминания матросов об этих величественных созданиях. Ещё до знакомства с Брандом, прячась от непогоды в тёмных уголках захудалых таверн, Иар засыпал под пьяное бормотание старых моряков, мечтая хотя бы во сне увидеть великий корабль из прошлого.

И кто бы мог подумать, что его мечта сбудется тут, на этом затерянном клочке суши в самом сердце Чёрных вод, среди штормов, монстров и пиратов. Воистину говорят, Соарта, держащая нити жизней в своих твёрдых руках, играла на них, словно бард на гитаре, и избирала зачастую очень причудливые мотивы, ведя мелодию человеческой жизни по совсем уж неведомым закоулкам океана.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Безмолвная – Богиня смерти

Вернуться

2

Трис – Бог морей

Вернуться

3

Пурик – вид морской рыбы

Вернуться

4

Злой рок – мистическая сила, приносящая неудачу

Вернуться

5

Баталёр – лицо, ведающее на кораблях и базах продовольственным, вещевым и другим снабжением.

Вернуться

6

Соарта – богиня судьбы

Вернуться

7

Старпом – старший помощник капитана на судне.

Вернуться

8

Лоцман – моряк или речник, по квалификации – судоводитель с опытом работы в данном регионе, хорошо знающий данную береговую обстановку и местный фарватер и проводящий по нему морские или речные суда, особенно в местах, представляющих опасность.

Вернуться

9

Бригантина – двухмачтовый парусный военный или коммерческий корабль, чаще использовалась пиратами.

Вернуться

10

Калас – бог ветров и штормов

Вернуться