Франц Куровски
Подводная война кригсмарине
Боевые операции, экипажи и командиры
1939–1945

Franz Kurowski

An All Wolfe: Angriff U-Boote, Crews und Kommandanten im zweiten Weltkrieg. 1939–1945

* * *

Охраняется законодательством РФ о защите интеллектуальных прав.

Воспроизведение всей книги или любой ее части воспрещается без письменного разрешения издателя.

Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.

© 1999, copyright of the original edition by Podzun-Pallas-Verlag GmbH, Eggolsheim, Germany

© Перевод, издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

© Художественное оформление, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

Предисловие

После окончания Второй мировой войны появилось большое число книг, посвященных действиям подводных лодок. Этот значительный объем информации позволил дать всестороннюю оценку подводной войне в целом и самоотверженным действиям 35 тысяч солдат и командиров этой войны. Но есть две причины, которые выделяют предлагаемую читателю книгу из общего потока упомянутой литературы: за четыре прошедших десятилетия открылось много новых, до сих пор неизвестных фактов и обстоятельств в этой области, которые следует теперь учитывать при оценке событий.

Вместе с тем именно в последнее время зачастую уничижительной трактовке подвергались действия командиров-подводников и, в частности, их командующего, гроссадмирала Карла Дёница.

Из приведенных в настоящей работе историй боевых действий более чем тридцати отмеченных высшими наградами командиров германских подводных лодок и ряда других участников событий подводной войны, сделавших все возможное для выполнения своего солдатского долга, становится ясно, что они не были одержимы слепой ненавистью и не питали заведомо гнусных намерений.

Все они знали, что «победа или поражение на всех других театрах военных действий в конечном счете зависит также и от исхода их борьбы», как это сформулировал С. У. Роскилл[1].

За то, что ему удалось написать книгу в подобной форме, автор выражает свою признательность всем оставшимся в живых подводникам и гроссадмиралу Карлу Дёницу, которые в годы работы над ней оказали ему неоценимую помощь своими советами и делами.

Архив подводного флота в Вестерланде[2] во главе с его руководителем Хорстом Бредовом дал автору возможность ознакомиться с самыми последними исследованиями в этой области.

«Когда гроссадмирал Карл Дёниц отдал распоряжение о капитуляции, в море еще находилось 49 подводных лодок. Столь велико было упорство германского сопротивления, столь неколебима была стойкость германских подводников».

К этим словам Уинстона Черчилля более ничего невозможно прибавить.

Франц Куровски

Не будет преувеличением сказать, что победа или поражение на всех других театрах военных действий зависели в конечном счете от исхода той борьбы, которая развернулась на просторах Атлантики. Если бы Великобритания позволила вырвать из своих рук успех в этой борьбе, то тогда, спустя очень краткое время, это привело бы к окончательной катастрофе.

С. У. Роскилл. Из книги «Война на море»

Подводная война

Как это начиналось

«От фюрера всем подводным лодкам:

Всем командирам подводных лодок, находящихся в море.

Боевые задания для подводного флота военно-морских сил вступают в силу в полном объеме. Транспортные суда с личным составом и торговые суда противника являются объектом атак согласно нормам призового права[3] в рамках Гаагской конвенции.

Караваны судов противника с их охранением подлежат атаке б е з предупреждения. Пассажирские суда, перевозящие только гражданских пассажиров, не должны задерживаться. Такие суда не должны становиться объектом атак также и в том случае, если они двигаются в составе караванов с военным охранением.

Подписано: Дёниц».

Таким образом, спустя 30 часов после начала Польской кампании и непосредственно после объявления Англией и Францией войны Германскому рейху 3 сентября 1939 года в войну вступили и подводные силы Германии.

Первыми подводными лодками, которые начали боевые действия, стали U-30, U-48, U-47 и U-29, а также некоторые другие. В общем и целом все они в течение первого месяца войны одерживали победы, несмотря на то что мощь подводного флота все еще оставалась ниже тех требований, которые предъявлял к ним командующий подводными силами военно-морского флота капитан 1-го ранга Карл Дёниц.

Тем не менее горстка германских подводных лодок потопила торговые суда общим тоннажем 175 тысяч БРТ[4].

Среди потопленных судов было судно, потопление которого вызвало сильнейшее возбуждение как в Англии, так и в Германии: пассажирский пароход Athenia, который как войсковой транспорт атаковала и пустила на дно подводная лодка U-30 под командованием обер-лейтенанта Фрица Юлиуса Лемпа.

Какие же силы состояли на вооружении подводного флота Германии в первые дни войны? И сколь значительными были эти подводные силы?

На 3 сентября 1939 года в составе флота имелось в общей сложности более 46 боеготовых подводных лодок, из которых только 22 могли вести боевые действия в акватории Атлантического океана. Все же остальные были подводными лодками, носившими вполне определенное прозвище «корыт» и имевшими возможность действовать только в прибрежных водах.

Командующий подводными силами считал необходимым иметь в составе флота 300 подводных лодок. Он обосновывал это следующим образом: «Для ведения успешной войны с торговым мореплаванием – во время которой противник, как я полагаю, будет осуществлять свои морские перевозки грузов караванами судов с охранением – требуются по крайней мере 300 подводных лодок. Из этого количества лодок в каждый текущий момент времени 100 подводных лодок будут находиться на верфях для ремонта и отдыха экипажей, еще 100 будут следовать в районы ведения боевых действий или возвращаться из них, а 100 лодок будут крейсировать в оперативных районах, осуществляя перехват конвоев противника. Лишь с таким количеством боевых единиц, по моему убеждению, будет возможно вести победоносную борьбу с противником и одержать победу в борьбе с торговым мореплаванием» (см.: Дёниц К. Десять лет и двадцать дней).

Эти рассуждения Дёниц завершил следующими словами: «С имеющимся в настоящий момент числом подводных лодок, а также принимая во внимание выделенные на следующий год лимиты судостроительных мощностей и темпы строительства, в подобной торговой войне мы обречены наносить не более чем булавочные уколы».

Эти рассуждения германского флотоводца подтверждают и мысли, высказанные самым значительным врагом командования германского подводного флота, премьер-министром Англии периода войны сэром Уинстоном Черчиллем, который несколько позднее заявил:

«Подводная война, осуществляемая германским флотом, была нашей величайшей заботой, немцы поступили бы разумно, поставив в с е на эту карту».

Уже на первом этапе подводной войны, которая велась под условным названием «торговой войны» по нормам призового права, выяснилось, что противник на море, Англия, отнюдь не намерен ни в каком смысле позволить определять правила этой войны исключительно военно-морскому командованию рейха.

Германское военно-морское командование во главе с гроссадмиралом Рёдером было намерено продолжать вести эту «торговую войну» по нормам призового права так долго, как это ему позволит делать противник. Такая концепция войны была недвусмысленно изложена им в «Наставлении по действиям для подводных лодок» от 3 сентября 1939 года.

Однако развитие событий весьма скоро продемонстрировало, что противник имеет совсем другое представление о методах ведения этой подводной войны, в корне отличающееся от той относительно гуманной ее формы, приоритетом в которой было декларировано и осуществлялось спасение экипажей потопляемых судов.

Уже с первых дней начала войны Англия стала вооружать свои торговые суда. Об этом прямо заявил Уинстон Черчилль: «Мы приняли решение вооружить в течение первых трех месяцев войны около 1000 торговых судов по крайней мере одним орудием для защиты от германских подводных лодок. План этот был реализован» (см.: Черчилль У. Мемуары[5]).

Не только в секретных приказах 1938 года английского министерства обороны, но также и в вышедших в том же самом году указаниях «Руководство по защите коммерческого судоходства» имелись предписания для торговых судов, которые находились в коренном противоречии с нормами призового права при ведении войны на море.

1 октября 1939 года все находящиеся в море британские торговые суда получили по радио распоряжение таранить всякую германскую подводную лодку, которую им удастся обнаружить.

Все эти распоряжения и приказы находились в противоречии с общепринятым морским правом в отношении торгового мореплавания и представляли собой опасность для германских подводных лодок, которые, выполняя нормы призового права при ведении «торговой войны», были обязаны задерживать и досматривать коммерческие суда. При этом, находясь в надводном положении, они представляли собой прекрасные цели для скрытых орудий[6] и таранных ударов.

Все это и побудило германское военно-морское командование отказаться от ведения подводной войны по нормам призового права, так как в этом случае даже суда нейтральных государств в открытом море вплоть до окончания войны следовало останавливать и досматривать. Лишь в том случае, если такое судно имело на борту товары, представляющие собой тайные поставки воюющей стороне, оно могло быть потоплено. Все торговые суда, выполняющие отданные британским адмиралтейством распоряжения, согласно нормам международного права автоматически становились объектами военного характера и сами изымали себя из-под защиты морского права.

6 января 1940 года немецкая сторона объявила определенные акватории районами своих военных действий. Все встреченные в этих районах суда могли быть потоплены без предупреждения. Речь шла о пространстве между 51 и 56 градусами северной широты и 0 и 4 градусами западной долготы. Этот район должно было бы пересечь каждое судно, намеревающееся зайти в английский порт. В мае того же года этот район боевых действий был расширен. По окончании первой половины года объявленной подводной войны против неприятеля остались действовать 16 подводных лодок. Потери неприятеля за этот период составили 199 потопленных торговых судов общим тоннажем 701 985 БРТ. К этому числу следует добавить 115 судов, подорвавшихся на минах, поставленных германскими подводными лодками у берегов Англии.

Среди потопленных судов были также военные корабли.

Ими стали линкор Royal Oak, который был потоплен Прином в Скапа-Флоу[7], и авианосец Courageous, павший жертвой торпед подводной лодки U-29.

К первым, ставшим известными именам подводников вскоре присоединились и много других. В этом списке в одном ряду стояли Прин, Кречмер и Шепке, Шульце, Хартманн и Шухарт, Либе, Лемп и Рёзинг и другие. Несколько позже стали также известны имена Эндрасса и Фрауэнхайма, Шютце, Блайхрода, Люта и Зурена, Леманна-Вилленброка, Шульца и Вольфарта.

Все эти командиры подводных лодок за очень краткий срок заставили говорить о себе, их имена стояли во главе списков одержанных побед на морях, и к ним постоянно присоединялись все новые и новые имена.

За каждым таким именем, за каждой одержанной победой стояли трудные и тяжелые сражения, на грани физических и духовных сил матерых «морских волков», которые «стаями» атаковали вражеские корабли, захватывали их суда, а порой и сами становились жертвами охотящегося на них противника.

Во время случившегося перед Норвежской кампанией торпедного кризиса все действовавшие в открытом море подводные лодки сражались только за свое выживание, им приходилось драться с неприятелем неэффективными торпедами, сражаться «деревянными мечами», как тогда высказался об этой ситуации Гюнтер Прин, командир подводной лодки U-47, проникшей в гавань Скапа-Флоу и потопившей там линейный корабль Royal Oak.

Одержанная Германией летом 1940 года победа над Францией открыла для действий германских подводных лодок порты Бискайского залива и французского побережья Атлантики, что дало им возможность расширить район боевых действий, поскольку сократило примерно на 450 морских миль путь к оперативным зонам и обратно. Наступило золотое время для действий подводных лодок, что позволило им начать осуществление групповых атак. Битва в Атлантике, как стало называться это самое продолжительное сражение Второй мировой войны, длилась 48 месяцев и увенчалась внушительными победами.

Командование подводным флотом, возглавляемое контр-адмиралом Дёницем, перебазировалось во Францию. Спустя некоторое время из Парижа оно перебралось в бретонский городок Керневель под Лорьяном.

С 17 августа 1940 года в ответ на английскую блокаду Германии последняя ввела контрблокаду.

К концу первого года войны подводный флот Германии потерял 29 субмарин, но и принял в свой состав много новых. Потери противника составили 7 боевых кораблей, в том числе 1 линкор и 1 авианосец, 5 вспомогательных крейсеров и 440 торговых судов общим тоннажем 233 тысячи БРТ. В течение этого первого года войны семь подводников были награждены Рыцарским крестом. Третьим из них 21 апреля 1940 года стал командующий подводным флотом рейха контр-адмирал Дёниц.

Битва за Атлантику

Первое из значительных сражений «волчьих стай» началось 20 сентября 1940 года, когда подводные лодки U-32, U-47, U-48, U-99 и U-100 атаковали конвой НХ-72. В этом сражении противник потерял 12 судов общим тоннажем 77 863 БРТ.

Тем не менее уже тогда командование подводного флота было весьма озабочено тем обстоятельством, что в течение всего 1940 года не существовало возможности заместить потерянные подводные лодки и к концу этого года в строй подводного флота не вошло ни одной новой субмарины взамен 32 потопленных противником подводных лодок. Такая ситуация привела к тому, что к концу 1940 года в составе передовых подводных флотилий насчитывалось всего только 21 субмарина, а в последних числах уходящего и первых числах нового 1941 года в море действовали только три подводные лодки. В тот момент всю морскую войну Германии против Англии вели только 150 германских моряков-подводников.

«Медлительность, с которой Гитлер осознавал необходимость масштабной программы строительства подводных лодок, – заметил в одной из своих работ британский историк морской войны С. У. Роскилл, – без сомнения, значительно ослабила угрожавшую Великобритании опасность».

Тем временем все же стало понятно, что тем незначительным числом подводных лодок, имевшимся в распоряжении вице-адмирала Дёница, невозможно добиться поставленной перед ним цели, а именно: топить больше судов, чем в состоянии строить и вводить в строй верфи союзников по антигерманской коалиции.

Выдающийся успех, когда в октябре 1940 года всего лишь 8 действовавших против неприятеля подводных лодок потопили 63 судна общим водоизмещением 352 407 БРТ, так и остался исключительным достижением, которое позднее было превзойдено только в ходе крупных сражений «волчьих стай» в первые месяцы 1943 года и во время массированного удара германских подводных лодок у Восточного побережья Соединенных Штатов.

В конце второго года войны эти 23 потерянные в боях подводные лодки, из которых к тому же часть подлежала ремонту, а из потопленных две были подняты, отремонтированы и снова вошли в строй, представлялись уже как потери довольно незначительные. В этот второй год войны в строю уже имелось в общей сложности 150 подводных лодок. К тому же следует учитывать, что каждая из вновь построенных субмарин требовала до четырех месяцев ходовых испытаний и опытных стрельб, прежде чем могла действовать на фронте. При этом часть новых лодок должна была передаваться в училища подводного плавания.

В конце сентября 1941 года первые шесть германских подводных лодок вошли в акваторию Средиземного моря. В ноябре к ним присоединились еще четыре новые субмарины, и в дальнейшем численность подводного германского флота в Средиземноморье была доведена до 58 подводных лодок.

Эти подводные лодки одержали несколько привлекших к себе внимание побед и связали значительные силы надводного флота англичан в акватории Средиземного моря. Британский авианосец Ark Poyal 13 ноября 1941 года был потоплен подводной лодкой U-81 под командованием капитан-лейтенанта Гуггенбергера. Подводная лодка U-331 под командованием лейтенанта фон Тизенгаузена потопила британский линкор Barham – он стал единственным английским линкором, потопленным подводной лодкой в открытом море. U-557 под командованием капитан-лейтенанта Паульхена потопила легкий крейсер Galatea, а капитан-лейтенант Гельмут Розенбаум на своей U-73 пустил на дно английский авианосец Eagle.

За этими победами последовали новые, но тем не менее для командования подводными силами в Атлантике эти подводные лодки можно было считать пропавшими, поскольку им уже не суждено было вырваться из «мышеловки Средиземноморья» на просторы Атлантики.

Когда же интенсивность военных действий на море потребовала перераспределить все подводные силы рейха между акваторией Средиземноморья и западнее Гибралтарского пролива в Атлантическом океане, а новая ситуация, сложившаяся после 29 ноября 1941 года, вынудила постоянно держать 15 субмарин по обе стороны Гибралтарского пролива и 10 подводных лодок в восточной части Средиземного моря, командование флота в Атлантике было изрядно озадачено. Пытаясь выполнить целый ряд устных и письменных требований высшего военного руководства, Дёниц попытался было возвратить эти подводные лодки для ведения военных действий в Атлантике, поскольку он в тот момент не думал о вторжении сил антигитлеровской коалиции в Северную Африку. Последующие события подтвердили его правоту.

В конце декабря 1941 года капитан 1-го ранга, впоследствии контр-адмирал Лео Крайш принял командование германским подводным флотом в акватории Средиземного моря. Начальником его штаба стал капитан 3-го ранга Виктор Ёрн, бывший ранее известным командиром подводных лодок.

В Средиземном море действовали две флотилии германских подводных лодок. 23-я флотилия подводных лодок базировалась на Саламине, командующий – капитан 3-го ранга Фрауэнхайм. 29-я флотилия подводных лодок базировалась в Специи, командующий – капитан 3-го ранга Беккер.

Последняя из этих флотилий позднее перебазировалась в Тулон, главный опорный пункт флота на Средиземном море с августа 1943 года. Однако краткое время она располагалась также на Саламине, в Поле[8] и Марселе. Преемниками Беккера стали капитаны 3-го ранга Фрауэнхайм и Гюнтер Ян.

Все субмарины Средиземноморья, вплоть до последней, которой стала U-565, затопленная своим экипажем 30 сентября 1944 года после повреждений, полученных ею в результате воздушного налета союзников на Саламин 24 сентября, были вынуждены постоянно находиться в бою. И все они, 24 подводные лодки, погибли вместе со своими экипажами.

В ходе масштабных действий подводных «волчьих стай» в начале 1941 года неприятелем были потоплены одержавшие внушительные победы три германские субмарины – U-47, U-99 и U-100. Тогда как U-47 погибла вместе со всем своим экипажем, то с U-100 несколько человек все же спаслись. Но ее командир Йоахим Шепке погиб вместе со своей лодкой. Несколько более счастливым оказался экипаж U-99, почти все члены которого спаслись, когда лодка пошла ко дну.

Летом 1941 года были произведены первые атаки германских подводных лодок у побережья Западной Африки. В этом районе семь субмарин потопили в общей сложности 74 судна. Особо отличилась U-107 под командованием Гюнтера Хесслера, потопившая 14 судов. До конца июня 1941 года в акватории Фритауна были пущены на дно 119 судов общим водоизмещением 635 635 БРТ. В первом квартале третьего военного года подводным флотом был одержан ряд новых побед, однако во время атаки конвоя HG-76, который прикрывало охранение под командой известного английского охотника за подводными лодками капитана 1-го ранга Уокера, были потеряны пять германских подводных лодок. Среди погибших был и знаменитый подводник Энгельберт Эндрасс.

31 октября 1941 года американский эскадренный миноносец «Рубен Джеймс», шедший в охранении конвоя HX-156, был атакован и потоплен германской подводной лодкой U-552 под командованием корветтен-капитана (капитана 3-го ранга) Эриха Топпа. Политические осложнения не заставили себя ждать.

Когда адмирал Дёниц 9 декабря получил сообщение из ставки фюрера о том, что Гитлер отменил введенные в свое время им лично ограничения относительно действий против американских судов, он попытался сформировать группу из двенадцати подводных лодок для проведения операции «Паукеншлаг»[9] у Восточного побережья США. Однако вместо двенадцати подводных лодок командующему подводным флотом удалось наскрести всего лишь пять, к которым несколько позднее присоединились еще пять субмарин.

Операция «Паукеншлаг», несмотря на минимальное количество участвовавших в ней подводных лодок, стала настоящей катастрофой для американского командования. Только в течение января 1942 года германскими субмаринами у побережья США было потоплено 62 судна общим тоннажем 327 357 БРТ. Корветтен-капитан Рейнхард Хардеген во время своего первого похода к побережью США потопил девять судов общим тоннажем 53 173 БРТ.

В начале января 1942 года адмирал Дёниц наконец-то смог отправить еще пять океанских подводных лодок в акваторию Карибского моря. Свои боевые действия они начали 16 февраля: атаковали ряд пунктов добычи нефти на Карибских островах, топили перевозившие нефть танкеры и обстреляли нефтеперегонные заводы.

Во время своего второго похода к побережью Соединенных Штатов Хардеген, которого уже после первого его похода причислили к асам подводной войны, снова заставил говорить о себе после того, как он потопил одиннадцать судов противника. Столь же результативно действовал и капитан-лейтенант Йоханн Мор, который выдвинулся как успешный командир передовой группы субмарин. Топп и Мютцельбург, Лассен и Шольц, Кальс и Хесслер, Мертен и Лют, Хенке и Ланге, а также некоторые другие, одержав ряд побед, стали самыми успешными подводниками и асами подводного флота Германии. Осуществить такие походы и одержать в ходе их победы было бы невозможно без так называемых «дойных коров» – подводных лодок снабжения горючим, водой, боеприпасами и продовольствием серии Т-XIX – первая из которых, U-459 под командованием Виламовица-Мёллендорфа, оперировала в Карибском море и в апреле-мае 1942 года обеспечила действия по меньшей мере 14 субмарин типа VIIC. Имея такую поддержку, эти подводные лодки теперь могли оставаться в море вдвое дольше. В течение мая 1942 года они потопили в этом регионе 148 судов, в основном танкеров, общим тоннажем 752 009 БРТ.

На апогее своих успехов, с 1 января и до 30 июня 1942 года, германские подводные лодки потопили 585 судов общим тоннажем 3 080 934 БРТ. В это число включены только потери, подтвержденные самим неприятелем. Но сюда не относятся те суда, которые в ходе атак подлодок были повреждены и затонули по дороге к спасительным портам. По причинам страховочно-технического характера они не были включены в число потопленных.

За этот же период были потеряны 20 германских подводных лодок, а на смену им на фронтах подводной войны появилось 69 новых субмарин. Из них 26 были направлены командованием в акваторию Северной Норвегии, две отправились в Средиземное море, но 41 субмарине было суждено продолжить борьбу с торговым судоходством на просторах Атлантики. Таким образом, пополнение на этом фронте составило 20 субмарин.

В августе 1942 года начались новые масштабные действия германских подводных лодок против атлантических конвоев. Действовавшие в этой акватории субмарины атаковали конвои ON-115, SC-94, WAT-13, TAW-12, TAW-13, SL-118, ON-122 и TAW-15, а также SL-119. За август из состава этих конвоев были расстреляны и уничтожены суда общим тоннажем 495 013 БРТ.

В течение этих последних месяцев третьего года войны начали боевые действия в южной части Атлантического океана, в акватории, прилегающей к Капштадту[10], первые крупные океанские субмарины типа IXC. Одна из этих подводных лодок, U-156 под командованием капитан-лейтенанта Хартенштайна, 12 сентября заметила в море крупное транспортное судно. Это был океанский лайнер Laconia, ставший во время войны военным транспортом. У него на борту вместе с британскими солдатами и офицерами находились женщины из вспомогательных частей армии, а также 1800 итальянских военнопленных.

На верхней палубе этого судна Хартенштайн различил восемь орудий крупного калибра, а также зенитные автоматы и направляющие для сброса глубинных бомб. К тому же Laconia несла на борту так называемый «Асдик» – гидролокационное оборудование для обнаружения подводных лодок. Хартенштайн принял решение об атаке, и U-156 торпедировала громадное судно из надводного положения. Приблизившись к уходящему под воду судну, подводники, находившиеся в рубке субмарины, услышали призывы о помощи на итальянском языке. Тогда весь экипаж лодки приступил к спасению жертв их атаки, плавающих в воде. Хартенштайн сообщил по радио командующему подводными силами о том, что среди спасенных с торпедированного судна имеется много итальянских военнопленных.

Позже было установлено, что на борту Laconia находилось 1800 военнопленных, 436 человек команды судна, 268 британских военнослужащих-отпускников, 80 женщин и детей, а также 180 человек поляков-тюремщиков.

Вопреки всем основным законам подводной войны адмирал Дёниц отдал приказ о проведении масштабной спасательной операции. Он тотчас же отменил проведение всех операций в этой акватории и перенаправил U-506 и U-507, а также всю группу «Полярный медведь», действовавшую на траверзе Капштадта, к месту потопления Laconia, чтобы спасти как можно больше оказавшихся в воде людей.

Хартенштайн, «выудив» из воды в общей сложности 393 человека, вышел открытым текстом в эфир на волне 25 метров – и эта радиопередача была перехвачена противником, – сообщив точные координаты места потопления Laconia и заверив всех и каждого, что он не будет предпринимать никаких действий против идущих на помощь судов. Спустя десять минут эта радиопередача была повторена на волне 600 метров.

Подводные лодки U-506 и U-507 подошли к точке потопления Laconia соответственно 14 и 15 сентября и сразу же стали участвовать в спасении людей. В течение дня 16 сентября никто на помощь не подошел, но появился американский четырехмоторный самолет, который сделал несколько кругов над U-156 и определенно разглядел большой белый флаг с красным крестом.

Через некоторое время в небе появилась другая машина этого же типа. Часы показывали 12:32, когда этот самолет, несмотря на радиосигналы морзянкой, передаваемые одним из британских офицеров, сбросил две бомбы на U-156 и идущую на ней на буксире лодку. На палубе подводной лодки в этот момент находились спасенные с Laconia люди. Буксируемая лодка вместе со спасенными была уничтожена прямым попаданием.

После этого все спасенные британцы, как и итальянцы, были переправлены с борта подводной лодки на шлюпки, потому что из-за них Хартенштайн не мог погрузиться для спасения от атак с воздуха.

После этой атаки американцев Дёниц отдал приказ о том, что спасение людей с торпедированных судов противника не должно осуществляться ценой потерь германских подводных лодок. При этом он заметил: «Гуманное поведение подводников из-за действий противника стало ошибкой».

Такая оценка была совершенно справедлива. За прошедшие четыре дня неприятель не предпринял никаких действий для спасения 964 британцев и итальянцев, но только использовал представившийся ему шанс уничтожить подводную лодку ценой 964 человеческих жизней. 17 сентября была безрезультатно подвергнута бомбежке и U-506, имевшая на борту 142 спасенных с Laconia.

Капитан Роскилл, неподкупный авторитет, так писал об этом: «Все шло хорошо до тех пор, пока американский военный самолет с базы США в Асенсьоне не атаковал лодку U-156 и спасавшихся около нее людей. Представляется одинаково невозможным как оправдать его действия, так и объяснить, для чего это было сделано. Поскольку в „Журнале боевых действий“ в английском Фритауне нет никаких записей об отдании подобного приказа, то, по всей вероятности, приказ был отдан летчику с Асенсьона».

Четвертый военный год начался с совещания в рейхсканцелярии у Адольфа Гитлера, посвященного вопросам подводной войны, во время которого 28 сентября 1942 года с докладами выступили как гроссадмирал Рёдер, так и адмирал Дёниц, осветившие самые насущные вопросы сложившегося в этой сфере положения.

На этом совещании Дёниц последовательно выступал за то, что центром тяжести подводной войны следует считать акваторию Северной Атлантики. Никакие успехи в боевых действиях подводных лодок на юге и у побережья США не могли изменить его позицию – что только действия против атлантических конвоев могут склонить Англию к выходу из мировой войны.

В самом конце совещания был поднят вопрос о подводных лодках с двигателями Вальтера, и гроссадмирал Рёдер информировал присутствовавших, что выдан заказ на строительство двух малых подводных лодок с двигателями этого типа компаниям «Бломм & Фосс» и «Германия-верфь».

По окончании совещания Гитлер напутствовал командующего подводным флотом словами: «Подводная война приобретает для нас решающее значение!»

Успехи в подводной войне в 1942 году

В течение 1942 года германские и несколько итальянских подводных лодок, действовавшие в Атлантике под общим германским командованием, потопили в общей сложности 1160 судов суммарным водоизмещением 6 266 215 БРТ. Капитан 1-го ранга Роскилл так писал об этом: «Британскому морскому командованию было ясно, что сражения на морских коммуникациях еще не достигли решающей степени, поскольку неприятель обладал более значительными силами, чем когда-либо ранее, и что приближается кризис в этой уже давно тянущейся борьбе».

13 января 1943 года произошли изменения в руководстве военно-морским флотом Германии: бывший командующим всем флотом гроссадмирал Рёдер ушел в отставку, его сменил Карл Дёниц, получивший в этот же день звание гроссадмирала.

В связи с этим назначением Дёниц говорил:

«Когда я в январе 1943 года был назначен командующим военно-морским флотом, я вполне ясно представлял себе всю громадность ответственности этого поста. Однако ничего не изменилось в моем отношении к тому солдатскому долгу, который я считал для себя единственно главным, – не щадя своих сил сражаться с внешним врагом.

Каждый народ требует этого от своих солдат и закрепляет этот долг в виде самого строгого обязательства – присяги.

Этот солдатский долг непреклонен. Он не может быть изменен, даже если военное положение безысходно.

Государство, которое допускает, что больше не сражаются в полную силу тогда, когда военное положение становится неблагоприятно или безнадежно, и принимает во внимание мнение каждого отдельного солдата, подрывает основы своего собственного существования».

Оперативный отдел командования подводным флотом еще в январе 1943 года был переведен из Франции в Берлин. Дёниц, как и прежде, оставил за собой командование подводным флотом. Штаб командующего подводными силами, чтобы быть рядом с Дёницем, стал 2-м отделом Верховного командования военно-морским флотом в Берлине. Начальником этого отдела стал контр-адмирал Годт, начальник штаба командующего подводным флотом. Именно ему доверил Дёниц дальнейшее руководство подводной войной. Надежным помощником Годта в этой миссии стал корветтен-капитан Хесслер, опытнейший офицер-подводник, назначенный первым офицером службы Генерального штаба.

На январь 1942 года германский подводный флот находился на максимуме своих боевых сил – в морях вели боевые действия 215 подводных лодок, из которых 164 действовали на просторах Атлантики. Остальные были задействованы в Средиземном море, в Северном и Черном морях.

Началась последняя большая битва «волчьих стай».

В ходе крупных операций против атлантических конвоев TM-1 и ТВ-1, НХ-222 и HX-223, SC-118 в январе и против ON-166 и ON-167, UC-1 и НХ-227 в феврале было потоплено значительное число судов. Но самый крупный двойной удар последовал только в марте.

Первый значительный успех был одержан в действиях против НХ-228 и затем против SC-121. К 15 марта 38 германских подводных лодок, объединенные в три крупные стаи, подтянулись туда, где должны были пройти оба этих конвоя, SC-122 и НХ-229.

К 20 марта из состава этих обоих конвоев было потоплено 21 судно общим тоннажем 140 842 БРТ. Также значительное число судов было повреждено торпедами, так что из общего числа этих конвоев в 100 судов только 69 смогли прибыть в Англию.

Дальнейшие успехи подводных лодок в марте стали столь значительны, что капитан 1-го ранга Роскилл в одной из своих книг както заметил: «Лучше было бы вообще не вспоминать про этот месяц, ибо столь велики были понесенные нами тогда потери».

Но британское адмиралтейство, даже будучи припертым спиной к стене, предпринимало все возможные усилия, чтобы прервать эту серию побед германских подводных лодок. Адмиралом Хортоном[11] были сформированы пять так называемых «групп поддержки»[12]. Американцы в помощь им направили еще одну, состоящую из эскортного авианосца «Боуг» и пяти эсминцев. Их общая задача была сформулирована следующим образом: «Уничтожить „волчьи стаи“!»

Установка на кораблях высокочастотных радаров и новых бомбометов «Хиджхог (Hedgehog)»[13], способных одновременно выпускать 24 глубинные бомбы с взрывателями, установленными на различные глубины, принятие на вооружение новых типов глубинных бомб с возможностью установки взрывателей на значительные глубины означало закат действий «волчьих стай».

В апреле боевые действия ознаменовались упорной борьбой и значительными потерями в рядах противника. Против потопленных в марте 108 судов общим водоизмещением 627 тысяч БРТ апрельские цифры оказались гораздо ниже. В мае наступил конец разбойным походам «стай», когда все семь подводных лодок, брошенные против конвоя ONS-5, были потоплены союзными кораблями. Гроссадмирал Дёниц отдал команду прекратить боевые действия против этого конвоя.

С 1 по 22 мая 1943 года подводный флот Германии потерял 32 подлодки только из 38, находившихся в море. На борту одной из них, U-954, потопленной бомбардировщиком «Либерейтор»[14] 19 мая 1943 года юго-восточнее мыса Фарвель[15], служил вахтенным офицером обер-лейтенант Петер Дёниц, младший сын гроссадмирала. Он погиб вместе со своими товарищами.

24 мая гроссадмирал Дёниц отдал приказ всем еще находящимся в Северной Атлантике субмаринам отойти и собраться в акватории Азорских островов.

К концу месяца число потопленных подводных лодок увеличилось до 41 единицы. Наряду с этим было потоплено 41 судно противника общим водоизмещением 205 372 БРТ. Подобный результат требовал немедленного принятия мер.

Именно в этот момент гроссадмирал Дёниц произнес: «В битве за Атлантику мы потерпели поражение…»

Напротив, капитан 1-го ранга Роскилл написал в своей истории войны на море: «Мы понимали, что нам удалось разорвать стальную хватку, лежавшую у нас на горле».

До горестного конца

К концу августа 1943 года четко вырисовался весь баланс четвертого года войны. В течение этого года союзниками были потоплены 220 германских подводных лодок, тогда как в предшествующем ему году цифра эта составила 63 субмарины.

Боевые действия во вражеских водах тем временем продолжались. Их вели уже ставшие бывалыми асами командиры субмарин, выходившие в новые походы на врага, продолжавшиеся порой до 225 суток. Среди них нужно упомянуть Доммеса на U-178, Гизе на U-177, Кентрата на U-196, совершившего самый длительный рейдерский поход во Второй мировой войне продолжительностью 225 суток, а также Штайнфельдта и Бартелса на U-195 и U-197.

С июня по декабрь 1943 года в Индийском и Тихом океанах, в Красном море и в Персидском заливе германские подводники потопили 57 судов общим водоизмещением 337 тысяч БРТ.

Но какой же была ситуация с теми «чудо-субмаринами», о которых столь много и часто говорилось, но которые еще ни разу не выходили на врага?

Строительство первых подводных лодок типа XXI[16] и XXIII[17] шло быстрыми темпами. В новых конструкторских бюро подводных лодок в городе Бланкенбурге в горах Гарца создавались их чертежи, и уже зимой 1943 года судостроительным верфям начали выдаваться заказы. Отто Меркер, руководитель главного комитета судостроителей, намеревался ввести в строй первые субмарины XXI серии к 1 апреля 1944 года, а в течение всего апреля передать флоту и первые подводные лодки XXIII серии. Эти два новых типа субмарин могли революционизировать боевые действия подводного флота Германии, ибо они становились теми самыми, срочно необходимыми воистину подводными лодками, которые могли преследовать противника, оставаясь под водой.

Но и в этом отношении все пошло не так, как задумывалось. За исключением U-2501, спущенной на воду 27 июня 1944 года, прошло еще много месяцев, пока первые лодки XXI серии были введены в строй. Но к этому времени на дворе уже был апрель 1945 года, так что лишь первая такая подводная лодка под командованием капитан-лейтенанта Адальберта Шнее смогла выйти в поход на врага (см. главу «Капитан 3-го ранга Адальберт Шнее»).

В августе 1944 года произошли значительные военные события, которые тем или иным образом оказали свое влияние на действия подводных лодок. Самым крупным из них стала высадка сил антигерманской коалиции на Атлантическое побережье Франции.

Для отражения этого вторжения командование подводного флота сформировало две группы подводных лодок. Это были: 20 подводных лодок группы «Центр», которая под командованием фрегаттен-капитана Шютце располагалась в Норвегии, и 36 подлодок группы «Ландвирт»[18], находившиеся в боеготовом состоянии в портах Атлантического побережья Франции. Для усиления этих групп в порту Бреста также базировались 15 подводных лодок, из которых семь были оборудованы шноркелями[19], так что они могли двигаться под водой с работающими дизелями.

Сразу же после получения известий о начавшемся вторжении эти подводные лодки пошли в свой последний бой. Непрерывно атакуемые вражескими самолетами и эсминцами, почти все они были потоплены или получили значительные повреждения. Между 24 и 26 августа 1944 года Дёниц отозвал все действовавшие в районах вторжения подводные лодки. Только пять субмарин вернулись на свои базы.

Когда силы союзников по антигитлеровской коалиции 31 июля 1944 года совершили прорыв у Авранша[20], опорные пункты подводных лодок на побережье Бискайского залива были утеряны. Базировавшиеся на них подводные лодки передислоцировались в Норвегию. Четыре лодки, находившиеся в ремонте и не имевшие хода, пришлось взорвать. Командование флотилиями осталось в «атлантических крепостях»[21]. Командующий подводными лодками на Западе, капитан 1-го ранга Рёзинг, также перебрался в Норвегию.

После этого подводные лодки снова сражались у побережья Англии и на подходах к Северному каналу. Предпринимали и атаки в акватории Баренцева моря против русских и английских кораблей охранения известных северных конвоев PQ и QP, что они делали с 1941 года.

В апреле 1944 года число потерь подводных лодок, ставшее в прошедшие месяцы довольно незначительным, снова возросло до 23 субмарин. Все ожесточеннее и чаще становились воздушные налеты и бомбардировки германских верфей союзниками. Было потеряно значительное число подводных лодок, находившихся на стапелях верфей на промежуточных стадиях и на завершающих этапах строительства. Когда к 31 августа 1944 года был подведен печальный итог, то оказалось, что за этот пятый год войны было потеряно 221 подводная лодка, в десять раз больше, чем за первый военный год.

С января 1945 года немногие боеспособные подводные лодки сражались у Гибралтара, в Северном море и у берегов Англии. В марте количество действующих подводных лодок в последний раз несколько возросло, причем такое положение продержалось до середины апреля. В течение последних четырех недель войны еще ряд субмарин был потерян. Гроссадмирал Дёниц перенес свою ставку из поселка Коралл под Берлином на север, в район города Плён в Шлезвиг-Гольштейне, поскольку Красная армия готовилась к окружению столицы Германского рейха. Однако подводный флот Германии продолжал сражаться. Последний успех этой войны выпал на долю подводной лодки U-2336 под командованием капитан-лейтенанта Клусмайера, которая 7 мая 1945 года потопила два парохода. Вплоть до горестного конца, как гласил девиз германских подводников, и не кто иной, как сам сэр Уинстон Черчилль, величайший враг этих людей, завершая одну из своих книг, написал: «С удивительной стойкостью, не обращая внимания ни на какие свои потери, от шестидесяти до семидесяти германских субмарин продолжали сражаться почти до самого конца войны. Их победы уже не имели никакого военного значения, однако они в глубине души неколебимо продолжали надеяться на перелом в войне на море… заключительный этап сражений проходил уже в прибрежных водах Германии. Когда гроссадмирал Дёниц отдал приказ о капитуляции, в море действовало еще не менее 49 подводных лодок. Столь велико было упорство германского сопротивления, столь несгибаема была отвага германских подводников».

Стоит помнить, что эти слова написал человек, которые как никто другой ненавидел германские подводные лодки и который без обиняков заявил, что они «были самым большим злом Второй мировой войны».

6 мая 1945 года гроссадмирал Карл Дёниц отдал свой последний приказ подводному флоту. Вечером 30 апреля, после самоубийства Гитлера, его место последнего главы Германского государства занял другой человек. Гитлер сам назначил гроссадмирала своим преемником в качестве рейхсканцлера.

Общие итоги подводной войны

Германский подводный флот вступил во Вторую мировую войну, имея в своем составе 57 подводных лодок. За годы войны было построено и введено в строй 1099 новых субмарин. Четыре лодки, построенные на иностранных верфях, и десять, доставшихся флоту в качестве трофеев, довели общую численность находившихся в строю субмарин до 1170 кораблей. Из этого количества 863 подводные лодки участвовали в боевых действиях.

Из числа этих 863 субмарин 630 навсегда остались в море – 595 в результате действий противника, 27 по до сих пор неизвестным причинам и 8 стали жертвами аварий.

На своих базах и на родной земле вследствие бомбежек и подрыва на минах было потеряно 80 подводных лодок. Еще 25 субмарин затонули в результате аварий.

За время войны 34 подводные лодки были выведены из состава флота, а 10 – переданы в иностранные флоты или интернированы в иностранных портах. В конце войны по получению кодового слова «Регенбоген»[22] 206 субмарин были взорваны или затоплены своими командами на базах или около мест своего базирования.

В ходе операции «Дедлайт» 113 подводных лодок были переведены в британские или союзнические порты.

В результате действий 863 участвовавших в войне подводных лодок потоплено 2779 торговых судов водоизмещением 14 119 413 БРТ.

Количество поврежденных торпедами судов исчисляется тысячами. В сводки боевых действий они не включались.

Из общего числа 39 тысяч подводников – все до единого добровольцы, – по официальным данным, погибло 30 тысяч человек.

В настоящей книге описаны боевые походы 30 командиров подводных лодок. Многие другие их боевые товарищи будут или уже были в ней названы. Все они представляют здесь всех тех солдат подводной войны, которые служили на германских субмаринах, сражаясь с многократно превосходящим их противником. Они сражались и погибали, твердо веря в то, что все эти жертвы принесены ими во имя их Отечества, о котором они думали до своего последнего часа.

Капитан-лейтенант Фриц Юлиус Лемп
Командир U-30 и U-110

«Я потопил Athenia»

Около полудня 3 сентября 1939 года германские подводные лодки, предусмотрительно выведенные в море между 16 и 19 августа, получили радиограмму командующего подводным флотом, капитана 1-го ранга Дёница. Это был давно ожидавшийся приказ о начале войны с Англией: «Немедленно начать боевые действия против Англии!»

Подводная лодка U-30, которой командовал капитан-лейтенант Фриц Юлиус Лемп, находилась в это время к западу от Британских островов, занимая определенную ей позицию в группе других субмарин. Вечером этого дня 3 сентября командир лодки, идущей в надводном положении, получил с мостика донесение о замеченном судне. Лемп сразу же поднялся на мостик и сквозь превосходную цейсовскую оптику своего светосильного бинокля различил силуэт крупного парохода, который затемненным шел с высокой скоростью.

– Это войсковой транспорт, без всякого сомнения, – сказал Лемп, поскольку пассажирскому лайнеру не нужно было применять затемнение – он мог не опасаться атаки. Но судно, идущее затемненным, сразу же навлекало на себя подозрение в том, что оно занимается войсковыми перевозками.

Быстро получив разрешение от командующего группой подлодок, U-30, субмарина типа VII A, покинула свою позицию. Идя полным ходом своих обоих дизелей, Лемп двинулся на перехват замеченного судна. Несколько позже он скомандовал:

– Лечь на боевой курс! Торпедные аппараты – товсь! Изготовиться к четырехторпедному залпу по войсковому транспорту!

Крышки носовых торпедных аппаратов были открыты, их трубы заполнились забортной водой, торпедисты доложили о готовности к стрельбе.

Быстрее, чем ожидалось, подводная лодка вышла на оптимальную позицию для стрельбы. В 21:42 последовала команда дать залп торпедными аппаратами № 1 и 2. Торпедисты нажали на стартовые устройства, но только одна торпеда устремилась к своей цели, вторая же застряла в торпедном аппарате…

Через несколько минут первая торпеда ударила атакованный пароход почти в самый центр его корпуса. К ночному небу взметнулся столб пламени, а чуть позже радист подводной лодки перехватил с парохода сигнал SOS:

«Athenia торпедирована, 56°44' северной широты, 14°5' западной долготы, необходима помощь».

– «Athenia» – пассажирский лайнер, – чуть позже доложил помощник, найдя судно в справочнике «Регистра Ллойда»[23].

– Разворот! – упавшим голосом приказал Лемп.

Он надеялся, что торпедированное судно останется на плаву, пока к нему не подойдет помощь. Именно в этот момент он осознал, что торпедировал судно, которое ни при каких обстоятельствах не должен был атаковывать.

Радист подводной лодки еще несколько часов слышал уходящие с Athenia в эфир сигналы SOS. Затем он был вызван на мостик рубки и доложил там командиру, что первые корабли уже вышли на помощь к глубоко осевшему в воде с сильным креном на правый борт лайнеру. Это были британские эсминцы Escort и Electra, которые также первыми и подошли к месту катастрофы. Часом позже сюда же подошла яхта «Южный Крест», а затем шведский пароход Knut Nelson.

Фриц Юлиус Лемп облегченно вздохнул. 4 сентября 1939 года Athenia исчезла в морской пучине. Большой пассажирский пароход водоизмещением 13 581 БРТ после долгой агонии ушел на дно, унеся с собой жизни 128 человек из числа своих 1428 пассажиров и членов команды.

Подводная война с первых же часов после своего начала явила миру всю свою жестокость, которая была преподнесена миру нашими противниками как явное и грубейшее нападение на пассажирское судно. Все запросы, направленные командованию подводным флотом, ничего не прояснили, поскольку капитан-лейтенанту Лемпу было предписано строжайшее молчание относительно этого инцидента.

После Athenia U-30 продолжила поиск противника. 11 сентября ею было потоплено грузовое судно Blairlogie водоизмещением 4425 БРТ. Заметив утром 14 сентября еще одно грузовое судно, подводная лодка в соответствии с призовым правом остановила его и досмотрела, а затем потопила этот британский пароход Fanad Head, поскольку он вез в Англию военные грузы. В этот же день лодка получила повреждения во время атаки ее самолетом с авианосца Ark Poyal, но смогла уйти. На следующий день ей не удалось заметить ни одного вражеского судна, поэтому 29 сентября лодка вернулась в Вильгельмсхафен, имея на своем счету 9625 БРТ потопленного тоннажа. Капитан 1-го ранга Дёниц лично прибыл в порт, чтобы встретить после похода лодку и ее экипаж. Лемп доложил командующему подводным флотом о возвращении из боевого похода и, закончив официальный рапорт, произнес:

– Господин командующий, я должен сообщить еще кое-что: я потопил Athenia. Я принял это судно за вспомогательный крейсер[24] или войсковой транспорт. Лишь после атаки у меня появились сомнения, а когда мне доложили о сигнале СОС, я уже понял свою ошибку.

– Да, изрядную кашу вы заварили, Лемп. Мне придется отдать вас под военный трибунал, – ответил на это Дёниц.

– Понятно, господин командующий!

– Но пока что, до дальнейших распоряжений, никому ни слова об этом. И предупредите о том же всю команду.

Началось расследование, в результате которого Лемп получил от Дёница наказание в дисциплинарном порядке. Однако перед трибуналом он не предстал, поскольку было установлено, что он в своих действиях руководствовался лучшими служебными побуждениями, пароход же следовал своим курсом затемненным, сам поставив себя под подозрение в качестве военной цели. Военное руководство Германии отдало приказ хранить потопление Athenia в тайне. В соответствии с этим распоряжением командование военно-морского флота в первый и единственный раз отдало приказание удалить из судового журнала U-30 соответствующую запись.

Это самое первое потопление судна в ходе Второй мировой войны германской подводной лодкой, естественно, позднее никак не было отражено в послужном списке Лемпа. Лишь по окончании вой ны, в ходе Нюрнбергского процесса, этот эпизод был использован обвинением против гроссадмирала Дёница.

Во время второго боевого похода U-30 осуществляла постановку мин у западного побережья Англии. На минах, поставленных этой подводной лодкой, как впоследствии стало известно, подорвались два вражеских судна.

При возвращении из этого похода, находясь северо-восточнее Гебридских островов, ранним утром 28 декабря подводная лодка обнаружила британский вспомогательный минный тральщик Barbara Robertson и уничтожила его огнем артиллерии. Несколько позднее, около полудня того же дня, на горизонте был замечен какой-то крупный корабль. Обер-лейтенант Грегер, первый вахтенный офицер, немедленно вызвал на мостик командира лодки. Даже краткий взгляд, брошенный Лемпом через оптику бинокля, не оставил ему никаких сомнений – это был английский линкор Barham, который, имея водоизмещение 31 100 тонн, более чем в сорок раз превосходил его лодку.

– Тревога!! Приготовиться к атаке! Носовые аппараты – товсь!

Команда была выполнена быстро, как во время многократно проводившейся боевой учебы. Через несколько секунд в центральный пост поступил доклад о готовности к стрельбе всех четырех торпедных аппаратов, и в 15:45 подводная лодка дала веерный залп четырьмя торпедами.

К британскому линкору сквозь толщу воды устремились продолговатые тела торпед, каждая из которых несла в своей боеголовке по 350 килограммов тринитротолуола. Эта внушительная масса взрывчатки должна была быстро расправиться даже с таким стальным колоссом, как Barham. Но тут линкор внезапно изменил свой курс! Подводники затаили дыхание – ведь теперь торпедный залп мог пройти мимо линкора. Секунды томительного ожидания – и вдруг у борта линкора взметнулся столб воды: одна из торпед все же попала в цель, к небу поднялось пламя взрыва. Тем не менее поврежденный линкор продолжал свой путь.

– Эсминец по правому борту, быстро сближается! Теперь курсовой – ноль! – последовал доклад акустика.

– Тревога! Срочное погружение! – скомандовал Лемп.

U-30 ушла под воду и дала полный ход своим электромоторам. Шесть часов забрасывали ее глубинными бомбами корабли эскорта, но наконец наступила тишина. Лемпу все же удалось увести свою субмарину, получившую небольшие повреждения, из опасного района.

Barham, однако, не затонул, команде удалось наложить пластырь на пробоину от торпеды. Свой конец линкор нашел только 15 ноября 1941 года в Средиземном море от торпед подводной лодки U-331.

В январе и феврале 1940 года на минах, поставленных U-30, подорвались и затонули британские суда Cairncross, Munster, El Oslo и Chagres. Пароход Gracia, получив значительные повреждения, все же смог добраться до порта. Так что и этот второй поход подводной лодки U-30 увенчался успехом.

Мощный удар по врагу в июне 1940 года

В свой шестой боевой поход (после успешной «охоты» в апреле у побережья Норвегии) U-30 отправилась в июне.

20 июня на ее долю выпала «охотничья удача» – лодка потопила британский грузовой пароход Otterpool. Двумя днями спустя в 22:40 такая же судьба постигла норвежский теплоход Randsfjord.

Следующей ее добычей стал пароход Llanarth, потопленный U-30 в два часа ночи 28 июня, за ним 1 и 6 июля последовали еще три судна. На следующий день U-30 легла на курс в Лорьян – она стала первой германской субмариной, которая должна была вернуться в этот бывший французский порт, ставший базой германского флота. 21 июля, выйдя в свой седьмой боевой поход уже из Лорьяна, U-30 остановила небольшое английское грузовое судно Ellaroy, сначала обстреляв его из своего орудия, а потом потопив его торпедой.

Шведский теплоход Canton водоизмещением 5779 БРТ был уничтожен около острова Тори[25] в 20:32 9 августа. Одержав эту победу, Лемп после долгого и успешного боевого похода должен был лечь на обратный курс. Когда его U-30 в надводном положении подходила к своей базе, на стойке ее поднятого перископа полоскалось на ветру девять вымпелов по числу потопленных судов. Сразу после прибытия, прямо на пирсе, Лемп получил из рук командующего подводным флотом контр-адмирала Дёница Рыцарский крест.

На следующий день, после совещания с офицерами U-30, Дёниц обещал командиру лодки назначение на новую субмарину. И Большой Лев[26] сдержал свое слово – 21 ноября 1940 года Фриц Юлиус Лемп принял в Бремене от компании «Дешимаг» только что спущенную на воду субмарину U-110. Это была подводная лодка типа IX B для действий в океане.

Обер-лейтенант Грегер также перешел на эту лодку вслед за своим командиром, став на ней первым вахтенным офицером. С ней, однако, он проделал только один боевой поход, получив по его завершении должность командира на U-85.

Уже в ноябре U-110 вышла в испытательный поход в Пиллау[27]. Но лишь в конце февраля 1941 года Лемп смог доложить по команде о готовности лодки к боевым походам. Всю ее механическую часть надежно держал в своих руках старший механик обер-лейтенант-инженер Ганс Йоахим Айхельборн, а второй вахтенный офицер Ульрих Вертхёфер пока что не имел опыта службы на подводных лодках.

9 марта 1941 года U-110 вышла в свой первый боевой поход. Спустя пять суток, 14 марта, командир субмарины доложил по радио командующему подводным флотом о идущем на высокой скорости канадском конвое – это был HX-112[28]. Командующий тут же отдал приказание всем находящимся поблизости подводным лодкам идти на перехват конвоя. Среди таковых оказались и подводные лодки U-100 и U-99, которыми командовали Шепке и Кречмер.

В ночь на 16 марта, незадолго до полуночи U-110 закончила подготовку для торпедного залпа и вышла на позицию для атаки. Лемп, быстро перепроверив свое положение, дал торпедный залп по двум судам каравана, танкеру Erodona и сухогрузу водоизмещением, по оценке командира, примерно в 6 тысяч БРТ. Вскоре после попадания двух торпед танкер окутался багровым пламенем, но остался на плаву, а сухогруз счастливо избежал удара. К месту нахождения U-110 тут же устремились эсминцы Volunteer и Vanoc из состава противолодочной группы, которые принялись забрасывать ее глубинными бомбами. В течение нескольких часов Лемпу пришлось маневрировать под водой, уворачиваясь от смертоносных бочонков со взрывчаткой, порой проходивших совсем близко к лодке. В конце концов, израсходовав весь свой боезапас по 48 глубинных бомб, оба эсминца прекратили преследование субмарины.

В 6:32 U-110 произвела еще одну атаку по танкеру водоизмещением 8 тысяч БРТ, однако торпеда прошла мимо, и подводная лодка легла на курс на базу. Теперь она перестала быть угрозой для конвоя.

Капитан-лейтенант Отто Кречмер, 16 марта поразивший торпедами своей лодки не менее шести судов из состава этого конвоя, пять из которых затонули, был на следующее утро потоплен эсминцем Walker из числа кораблей все той же противолодочной группы. Подводную лодку U-100, тоже атакованную эсминцем Vanoc, постигла такая же судьба (см. главу о Гюнтере Прине и Шепке).

U-110, однако, оторвалась от преследования и на следующий день попыталась догнать другой конвой. Когда командир заметил на горизонте небольшой сухогруз, то подошел поближе, чтобы обстрелять его из палубного 105-мм орудия и потопить артиллерийским огнем. Однако при первом выстреле оказалось, что расчет орудия в спешке не вынул дульную заглушку и снаряд разорвался в стволе. Трое подводников из состава расчета были ранены, также осколками был поврежден один из перископов, который вышел из строя. Последней остававшейся у подводной лодки торпедой был подбит, но не затонул сухогруз Siremalm водоизмещением 2468 БРТ.

Субмарина легла на обратный курс и 29 марта 1941 года прибыла на базу в Лорьян.

Обер-лейтенант Грегер оставил подводную лодку, получив назначение на U-85. Новым первым вахтенным офицером стал обер-лейтенант Дитрих Лёве.

Последний боевой поход

Предрассветным часом раннего утра 15 апреля 1941 года экипаж U-110 поднялся на борт своей подводной лодки. Вместе с 46 подводниками был и фронтовой корреспондент Гельмут Экке. Ему предстояло описать и заснять походные будни и боевые действия «волчьих стай» на просторах Северной Атлантики.

Через одиннадцать дней похода, к вечеру 26 апреля, с подводной лодки было замечено одиночное грузовое судно, которым оказался французский пароход André Moyrant водоизмещением 2471 БРТ, который после попадания торпеды в центр корпуса переломился и затонул в течение нескольких секунд.

Вышедший в Северную Атлантику 5 мая из пролива Минч конвой OB-318, который с 8 мая взяла под охрану 3-я эскортная группа под командованием Бейкера-Кресуэлла, 7 мая атаковала подводная лодка U-94 под командованием Куппиша, потопившая два судна из его состава.

Подводная лодка U-110, развив полную скорость, пошла на сближение с конвоем, однако Лемп 8 мая вышел на радиоконтакт со штабом, который, по всей видимости, был перехвачен британским адмиралтейством. Из адмиралтейства командиру конвоя Маккензи было дано соответствующее предупреждение, и опытный коммодор тут же развернул весь караван на 30 градусов на левый борт, чтобы обойти поджидавшую его «волчью стаю».

Однако от Лемпа оказалось не так-то просто отделаться. U-110 продолжала сближаться с конвоем, ориентируясь на сигналы радиолокатора. Поскольку в ночь на 9 мая светила полная луна, Лемп принял решение от атаки отказаться. Ранним утром 9 мая он еще раз уточнил по радио местонахождение, курс и скорость движения конвоя. Дёниц бросил также на перехват конвоя U-556 под командованием Вольфарта и U-96 под командой Леманна-Вилленброка. Накануне ожидался подход U-201 под командованием Шнее и еще нескольких субмарин, получивших указание также атаковать этот конвой.

Тотчас же после нового сеанса связи в поле зрения Лемпа появилась новая подводная лодка. Это оказалась U-201 под командованием Шнее. Лемп с мостика крикнул своему товарищу:

– Я атакую до полудня, поскольку конвой не ожидает нападения. Причем буду заходить с норд-веста. Затем останусь в боевом охранении, а ты атакуй через полчаса с другого направления. Здесь где-то поблизости еще держатся Леманн-Вилленброк и Вольфарт. Вероятно, они заняли позицию восточнее маршрута конвоя. Возможно, им удастся воспользоваться суматохой после нашей атаки.

– Отлично. Я атакую через полчаса после твоего выстрела, – подтвердил Шнее.

На прощание он кивнул Лемпу, который уже начал спускаться в лодку, а та разворачивалась и ложилась на курс сближения с конвоем, вскоре стала скрываться под водой, чтобы занять позицию для атаки из подводного положения.

– Все по местам! Приготовиться к атаке!

По этому приказу командира, отданному в 11:30, весь экипаж субмарины застыл на своих боевых постах в напряженном ожидании.

– Торпедные аппараты с первого по четвертый носовые – товсь!

Лемп, сидя в кресле у перископа, выдавал данные торпедистам для стрельбы. Он принял решение дать торпедный залп из двух аппаратов по двум судам, водоизмещение которых он оценил в 5 тысяч БРТ каждое, чтобы уверенно поразить хотя бы одно из них.

Торпеды вышли из аппаратов. Лемп развернул подводную лодку, но оставался на перископной глубине, потому что хотел увидеть результаты своего залпа. Торпеды вышли почти одновременно в 11:58, а через пару минут ожидания подводники услышали двойной звук взрывов.

– Поднять перископ!

Заработал электромотор, поднимая перископ. Брошенный Лемпом взгляд в направлении своих жертв подтвердил, что оба судна, пораженные торпедами, потеряли ход и накренились на борт.

– Два парохода подбиты, срочное погружение! – крикнул Лемп в микрофон внутренней связи.

Несколько секунд спустя все услышали знакомый звук вражеского гидролокатора – «Асдик»!

– Слышу шум винтов! – доложил со своего поста акустик.

– Срочное погружение на 120 метров! Оба мотора – полный ход! Право на борт 10! Десять человек в передний отсек![29]

Приказы командира выполнялись мгновенно. Лодка, развернувшись, легла на прежний курс. Но и эсминец не дал себя провести, он тоже развернулся. Справа по борту U-110 разорвались первые глубинные бомбы. Следующая серия бомб легла гораздо ближе. Лодку валило с борта на борт, людей стало бросать с ног, в центральный пост поступили доклады о повреждениях.

– Горизонтальные рули заклинило!

– Электродвигатели остановились!

– Прорвало маслопровод в переднем отсеке!

С различных постов лодки шли доклад за докладом о повреждениях, а за бортом раздавались все новые взрывы глубинных бомб, перемежающиеся свиристящими сигналами гидролокаторов. Целая стая охотников вцепилась в лодку.

U-110 продолжала погружаться.

– Не могу больше удерживать глубину, лодка не слушается рулей! – доложил старший механик.

Теперь все было совершенно понятно: это конец, у Лемпа был только один выход – снова поднять лодку на поверхность.

– Продуть все балластные цистерны!

Субмарина остановила падение в глубину и стала подниматься к поверхности воды. Когда ее рубка и палуба показались над водой, на лодку обрушился град снарядов преследователей.

– Покинуть лодку! – приказал Лемп.

Военный репортер Экке через люк выбрался из рубки подводной лодки, за ним последовали и остальные члены экипажа. Над их головами свистели пули и снаряды. Скрываясь за рубкой от обстрела, они сползали по борту лодки в воду. Последним обреченную субмарину покинул Фриц Юлиус Лемп.

Перед тем как броситься в воду, он заметил эсминец, который малым ходом следовал к его подводной лодке, чтобы протаранить ее.

Это был Broadway, который предпринял этот таранный удар вопреки отданному Бейкером-Кресуэллом приказу. Носовые рули глубины подводной лодки во время скользящего удара эсминца пробили большое отверстие в его корпусе и сорвали правый гребной винт. Таким образом, даже погибая, U-110 еще нанесла изрядный урон своему противнику.

Лемп, в последние секунды перед ударом покинувший лодку, подплыл к сбившимся в группу и державшимся вместе на воде своим товарищам. Здесь он увидел своего вахтенного офицера Лёве, старшего механика, а также молодого второго вахтенного офицера обер-лейтенанта Верхёфера, который, едва оправившись после тяжелой болезни, пошел в свой первый боевой поход.

Даже находясь в воде, Лемп продолжал заботиться о своих товарищах и поддерживать их дух. Это утверждает и капитан Роскилл в своей книге «Тайная операция», замечая: «До последнего вздоха капитан-лейтенант Лемп не переставал заботиться о своем экипаже».

Когда Лемп понял, что, несмотря на открытые кингстоны, подводная лодка не затонет или, по крайней мере, будет тонуть слишком медленно, и увидел, что на борту эсминца абордажная команда готовится к захвату субмарины, он оставил свой экипаж, развернулся и поплыл обратно к лодке.

Пока он добирался до нее, поднятый эсминцем Aubrietia из воды экипаж U-110 – было выловлено 34 человека – англичане сразу же переправили в подпалубные помещения, чтобы те не могли видеть захват лодки, снабдив их теплыми вещами.

Фриц Юлиус Лемп тем временем добрался до лодки и стал искать место, где можно было бы взобраться на ее борт, чтобы взорвать лодку или, по меньшей мере, побыстрее затопить ее.

В это мгновение он заметил, что абордажная команда уже спускается на палубу лодки. Через секунду прогремела очередь из автомата. Тело Фрица Юлиуса Лемпа, пробитое несколькими пулями, медленно ушло под воду.

Эти обстоятельства гибели лодки и ее командира долгое время держались в тайне и лишь теперь, после находки в военно-морских архивах нескольких новых документов, были реконструированы. Бытовавшая версия, которую заботливо поддерживали англичане, что якобы Лемп во время поисков забытого на лодке второго вахтенного офицера Верхёфера, никем не замеченный, утонул, была разоблачена, так как Верхёфер также был спасен.

Потопление подводной лодки U-110 было записано на счет эсминца Bulldog, на котором держал свой флаг командующий группой сопровождения Бейкер-Кресуэлл.

На борту лодки U-110 абордажная группа нашла также Рыцарский крест капитан-лейтенанта Лемпа. После того как с лодки было снято все ценное оборудование и изъята документация, она была взята на буксир. Однако на следующий день, на пути к Рейкьявику, лодка затонула от полученных в бою повреждений.

Все детали того, как вообще осуществлялось сопровождение атлантических конвоев и как формировались различные группы судов, чтобы совместно пересекать Атлантику, подробно описаны в следующей подглавке и освещены со стороны противника.

Конвой OB-318 и его охранение

Тот караван, который преследовала и атаковала U-110, представлял собой один из немногих хорошо охранявшихся конвоев тех времен. Он был сформирован в Ливерпуле в конце апреля. Семнадцать судов вышли из этой гавани, еще двенадцать присоединились к ним позже в открытом море; до этого они ожидали выхода каравана в портах Западной Шотландии. В заливе Ферт-оф-Клайд своей очереди на выход дожидались также еще пять судов, и, наконец, четыре судна вышли из Милфорд-Хэвена.

Командир конвоя коммодор Маккензи был проинформирован по радио, что к его конвою должны примкнуть еще четыре грузовых судна, отошедшие от Британских островов. Коммодору было поручено сопровождать весь этот караван из 42 судов до точки 50°50' северной широты и 35°0' западной долготы. Далее конвой должен был рассредоточиться, и судам предстояло добираться в одиночку до портов своего назначения.

На пути до точки сбора этот конвой должна была прикрывать 7-я эскортная группа код командованием капитана 3-го ранга Боккет-Пуга. Адмирал держал свой вымпел на флагманском эсминце Westcott. Кроме этого эсминца в эскортную группу входили еще два эсминца, сторожевик, пять корветов и рыболовный сейнер в качестве посыльного судна.

Из всех десяти кораблей эскорта радар имелся только на Westcott.

Для обеспечения воздушного прикрытия от предполагаемых атак германских подводных лодок были задействованы самолеты 15-й эскадрильи берегового базирования ВВС, которая должна была совершать рейды вдоль маршрута движения конвоя и осуществлять дополнительное охранение.

С 7 мая в 150 морских милях южнее Рейкьявика ранее осуществлявшееся охранение конвоя должна была принять на себя 3-я эскортная группа под командованием капитана 3-го ранга Бейкера-Кресуэлла.

Конвой ОВ-318 вышел в путь во второй половине дня 2 мая из Ливерпуля. Все 38 судов, вместе с подошедшими из других портов, имели суммарное водоизмещение 204 811 БРТ. Вместе с ними шли только в балласте пять танкеров, которые направлялись в Карибское море, чтобы принять с расположенных там нефтеочистительных заводов моторное топливо и бензин, в которых так нуждались Великобритания, ее армия и военно-морской флот.

Во время совещания с капитанами всех идущих в караване судов, которое коммодор Маккензи собрал перед выходом конвоя, он напомнил им, что после присоединения к конвою пяти судов из Рейкьявика все грузовые суда должны следовать в девяти колоннах, выдерживая расстояние от впереди идущего судна не более чем в 5 кабельтовых[30] (около 1000 метров). Все капитаны также получили инструкции о том, как действовать в экстренных случаях.

К вечеру 4 мая этот конвой подошел к северному выходу из пролива Минча. Здесь охранение принял эсминец Westcott. Выйдя в открытое море, коммодор распорядился лечь на курс к 74° западной долготы. Капитан 3-го ранга Боккет-Пуг постоянно совершал круги вокруг всего каравана. Все суда имели приказ немедленно докладывать обо всем экстраординарном.

В течение всего дня 5 мая конвой прикрывали с воздуха самолеты командования береговой охраны. Кроме самолетов 15-й эскадрильи береговой охраны, в охранении были также задействованы средние бомбардировщики «Уитли» из состава 612-й эскадрильи, «Хадсоны» 220-й и 269-й эскадрильи и «Бленхеймы» с базы в шотландском городе Уик.

На этом этапе перехода конвой имел надежное прикрытие и был полностью защищен им от нападения.

Третья эскортная группа получила приказ своевременно выйти из базы с тем, чтобы 7 мая в 10:00 встретиться с конвоем в точке с координатами 61°7' северной широты и 23°37' западной долготы и сменить здесь 7-ю эскортную группу.

Когда 6 мая германская подводная лодка U-95 под командованием капитан-лейтенанта Герда Шрайбера, вместе с пятью другими германскими субмаринами осуществляя в Центральной Атлантике поиск идущего в Англию конвоя HX-122, обнаружила его на следующее утро визуально, то ее командир, нарушив радиомолчание, передал своему командованию координаты этого конвоя.

Эта радиопередача, не имевшая никакого отношения к конвою ОВ-318, была перехвачена английскими службами радионаблюдения. Английское адмиралтейство решило, что германская подводная лодка обнаружила конвой ОВ-318, и сообщило командиру конвоя и командующему боевым охранением, что они обнаружены вражескими субмаринами. Одновременно конвою было приказано изменить курс следования, подняться до 62° северной широты и оттуда прямиком двигаться на запад.

Коммодор Маккензи выполнил этот приказ, изменил курс следования конвоя и тем самым привел конвой ОВ-318 к одной из германских подводных лодок. Это была U-94 под командованием капитан-лейтенанта Герберта Куппиша. Субмарина сообщила об этом своему командованию краткой радиограммой.

В 9:00 7 мая капитан 3-го ранга Бейкер-Кресуэлл на эсминце Bulldog в сопровождении еще двух эсминцев, вспомогательного крейсера Ranpura, трех корветов и рыболовного сейнера St. Apollo привел четыре последних судна конвоя к точке встречи с ОВ-318.

Оба командира эскортных групп переговорили между собой, обсудив ситуацию, а затем капитан 3-го ранга Боккет-Пуг повел свою группу назад, на базу.

К вечеру 7 мая подводная лодка U-94 следовала за конвоем, имея постоянный акустический контакт с ним. В ее торпедных аппаратах лежали готовые к пуску торпеды.

Часы показывали 21:00, когда вахтенный акустик у гидролокатора «Асдик» на эсминце Bulldog засек германскую подводную лодку. Он доложил об этом командиру эскорта, после чего капитан Бейкер-Кресуэлл перевел свой Bulldog на новую позицию в походном ордере и стал следовать замыкающим караван между 8-й и 9-й колоннами судов.

Внезапно тишину ночи разорвал грохот двух взрывов торпед, около двух судов каравана ввысь взметнулись две водяные колонны. Одно за другим Eastern Star и грузовое судно водоизмещением 10 262 БРТ были поражены торпедами подводной лодки, только что обнаруженной гидролокатором.

Оба транспорта имели на борту большой груз виски. Через минуту после попадания торпеды Eastern Star уже была объята пламенем, а спустя несколько минут напоминала изрыгающий пламя вулкан. Полыхал и Ixion, однако пожар на нем все же был не столь яростным.

– Глубинные бомбы за борт! – отдал приказ командир эскорта. – Bulldog – Rochester: накрыть лодку глубинными бомбами!

Капитан-лейтенант Аллен, командир сторожевика Rochester, сразу же предпринял меры по обнаружению противника. Несколько секунд спустя наблюдатель на корме корабля обнаружил по левому борту перископ лодки и доложил командиру.

Почти одновременно с этим своим «Асдиком» засек субмарину, находящуюся в 1600 метров от него, и корвет Amazon. Эсминец пошел на сближение с лодкой и забросал район ее погружения глубинными бомбами. Почти сразу же после этого нанес удар из бомбомета и Bulldog. Флагманскому эсминцу сначала пришлось отдать команду всему конвою изменить курс, повернув на 40° на левый борт.

Теперь Rochester, Amazon и Bulldog втроем начали охоту за подводной лодкой, пытаясь накрыть ее глубинными бомбами. Четыре часа они бороздили тот район, где был замечен перископ, но U-94 удалось оторваться от своих преследователей.

Bulldog и Amazon безуспешно продолжали поиск субмарины до утра следующего дня 8 мая. Капитан 3-го ранга Бейкер-Кресуэлл неистовствовал, но это ничуть не помогало.

Все 105 человек экипажа Ixion сразу же после попадания торпеды по приказу своего капитана Дарка заняли места в шлюпках. Секретные документы, коды и шифры судна были выброшены за борт в мешках со свинцовым грузом. Вся команда была спасена. К горящему Eastern Star подошел рыболовный сейнер Daneman под командой лейтенанта Бэлларда. Он принял на борт весь экипаж торпедированного судна и даже смог захватить несколько ящиков виски в качестве «лекарства».

Eastern Star затонуло в 1:15. Море вскипело, заливая извергающийся вулкан огня, столб пара поднялся вверх и скрыл уходящее под воду судно. Бейкер-Кресуэлл еще надеялся на то, что удастся отбуксировать в Рейкьявик пока что держащийся на воде Ixion, но в 2:45 неожиданно затонул и он. С ним на дно ушли и 900 мешков почты – писем, которые надо было передать в Америку.

Итак, первая атака германских подводников на конвой окончилась успешно, и теперь как командующий конвоем, так и командир эскортной группы ждали того, что должно было за этим последовать, не решаясь представить себе дальнейший разворот событий.

Тем временем в 23:55 конвой достиг 62° северной широты и, согласно приказу британского адмиралтейства, лег отсюда на курс прямо к западу.

После доклада подводной лодки U-94 об одержанном успехе оперативный отдел штаба командующего подводным флотом приказал всем находящимся севернее подводным лодкам двигаться на запад. Это было, когда, как описано в предыдущей главе, U-110 под командованием капитан-лейтенанта Лемпа во второй половине дня 8 мая заметила ОВ-318 и доложила об этом краткой радиограммой. Ее капитан получил приказ об атаке и должен был следовать к точке контакта.

Одной из тех подводных лодок, которые находились вблизи конвоя ОВ-318, была U-201 под командой обер-лейтенанта Шнее. (О его действиях см. главу «Капитан 3-го ранга Адальберт Шнее».)

Донесение U-110 о визуальном контакте было получено также английской станцией радиоперехвата. В этот раз конвой был предупрежден об опасности германских субмарин, и коммодору Маккензи вечером 8 мая было приказано взять еще круче на левый борт, что увело конвой на 3° от курса на запад.

U-110 следовала за конвоем. Однако лодка не могла атаковать его в светлую лунную ночь. Она передала радиосообщение о контакте ранним утром 9 мая. Командование подводного флота задействовало в атаке конвоя также U-96 и U-556. К этому времени вблизи от цели находились четыре германские субмарины. Следующую атаку на конвой произвела U-110. Ее командир намеревался дать веерный залп из четырех торпед; но из аппаратов вышли только три торпеды, а четвертая застряла на выходе.

Со стороны конвоя ситуация в этот момент представлялась следующим образом: капитан-лейтенант Смит, командир корвета Aubrietia, обнаружил гидролокатором выход из U-110 трех торпед и тотчас же положил корвет на правый борт. Когда же он обвел взглядом караван судов, то увидел, как у правого борта парохода Esmond, флагмана правой колонны, до клотиков его мачт поднялся столб воды. Капитан знал, что это означает удар торпеды.

Из рубки эсминца Bulldog капитан 3-го ранга Бейкер-Кресуэлл тоже смотрел на пораженный торпедой пароход, когда со стороны правого борта его корабля до него донесся грохот второго взрыва. Такой же столб воды поднялся у борта сухогруза Bengore Head. Менее чем через минуту после первого взрыва носовая часть Esmond ушла под воду, корма обнажилась, лопасти еще вращающихся винтов бесцельно молотили воздух, а расположенные на палубе грузы, сметая все на своем пути, скользнули в море. С неописуемым гулом, исходящим из глубины корпуса судна, Esmond ушел под воду.

А через несколько минут корпус второго судна, Bengore Head, переломился пополам.

Разноголосицу команд, отдаваемых капитанами судов и командиром эскортной группы, перекрыл мощный рык Бейкера-Кресуэлла: «Право на борт!» Bulldog, круто ложась на борт, развернулся вправо и на полном ходу понесся к месту, где находилась германская подводная лодка в момент пуска торпеды.

– Боевой разворот на бакборт! – одновременно с этим приказал контр-адмирал Маккензи, чтобы уйти с направления стрельбы подводной лодки.

По УКВ-рации капитан 3-го ранга Бейкер-Кресуэлл передал командование эскортной группой на Amazon и приказал капитан-лейтенанту Тейлору, командиру Broadway, вместе с ним начать охоту за подводной лодкой. Однако не эти два эсминца установили местонахождение субмарины, a Aubrietia. Он засек ее гидролокатором и приблизился метров на восемьсот к этому опасному противнику. Тут «Асдик» отказал, и капитан-лейтенант Смит на глазок разом выпустил из десятизарядного бомбомета все глубинные бомбы с гидростатическими взрывателями, установленными на глубину от 35 до 70 метров.

Вскоре старший матрос Ратледж привел в порядок свой «Асдик» и через пару минут доложил командиру Смиту, что субмарина уходит в погруженном состоянии к уходящим под воду судам. Эсминец последовал за ней, его командир снова дал залп из перезаряженного бомбомета, на этот раз глубинные бомбы были установлены на глубину взрыва от 50 до 120 метров. Командир было решил, что второй залп из бомбомета запоздал, и уже направился к тонущему Esmond, чтобы спасти его экипаж. Но в это время между обоими уже вышедшими на боевые позиции эсминцами забурлила вода и на поверхности появилась подводная лодка. Это была – как вскоре оказалось – U-110.

Bulldog, шедший курсом на таран подводной лодки, резко отвернул от субмарины. Бейкер-Кресуэлл увидел, что ее экипаж собирается на верхней палубе, и решил, что они намереваются открыть огонь из палубного орудия. Поэтому он принял решение обстрелять их.

Первой заработала 76-мм зенитка. Ее снаряды разворотили рубку подводной лодки. Затем раздались очереди из пулемета «Льюис». Экипаж, стоявший на палубе, частью бросился на палубу, но большинство подводников стало искать спасения в воде.

В тот момент, когда Бейкер-Кресуэлл отдавал приказ спустить на воду катер с абордажной командой, чтобы обыскать лодку и завести буксирный трос, он увидел, что Broadway на полном ходу идет к лодке, намереваясь ее таранить.

– Просигналить на Broadway: немедленно отвернуть! – распорядился Бейкер-Кресуэлл.

Но не успел старшина отрепетовать[31] приказ, как командир сам схватил рупор и прокричал на несущийся Broadway:

– Не таранить!

На эсминце просигналили, что поняли команду, и попытались отвернуть, но все же эсминец нанес подводной лодке скользящий удар. Передние рули глубины U-110 пробили левый борт эсминца и срезали левый гребной винт. По существу, эсминец сам нанес себе повреждения.

Из воды рядом с U-110 было поднято 34 матроса и офицера, которые были размещены на трех участвовавших в охоте за субмариной эсминцах и снабжены теплыми вещами.

Капитан 3-го ранга Бейкер-Кресуэлл отправил на подводную лодку абордажную команду из восьми человек, которая обыскала каждый ее закоулок.

В каюте командира они нашли Рыцарский крест, которым был награжден Лемп, – Бейкер-Кресуэлл после войны передал его родственникам командира. Но куда более ценной находкой оказалась шифровальная машинка со всеми прилагаемыми к ней кодами, действительными до конца июня. Благодаря этой находке английские шифровальщики теперь могли читать самые важные германские радиограммы.

Капитан 3-го ранга Бейкер-Кресуэлл попытался довести U-110 в Англию. Флагманский эсминец Bulldog получил приказ отбуксировать ее в ближайший английский порт. Но 11 мая во время буксировки U-110 затонула в открытом море. Трофей ускользнул от своих захватчиков.

Однако борьба эскортной группы ОВ-318 против германских субмарин все же не была закончена. Оставалась, по крайней мере, еще U-201, которая подошла к каравану и дала залп четырьмя торпедами. Рыболовный сейнер St. Аpollo, переоборудованный в морской охотник, заметил ее перископ и забросал глубинными бомбами. Его экипаж уже было решил, что разделался с субмариной, но та ушла на предельную глубину и, теряя соляр из текущих цистерн, все же смогла оторваться от преследования. Своими торпедами она потопила транспорты Empire Cloud и Gredalia. Капитан-лейтенант Смит, командир Aubrietia, который недалеко от St. Apollo преследовал эту подводную лодку, был твердо убежден, что то была не одна, а три субмарины.

Ранним утром 10 мая одну атаку произвела и подошедшая U-556. В 2:42 командир лодки капитан-лейтенант Вольфарт произвел два торпедных выстрела. После этого подводная лодка сразу же развернулась и отошла, чтобы после перезарядки торпедных аппаратов вернуться для еще одной атаки по каравану.

Примерно в это же время командующий конвоем Маккензи дал сигнал судам каравана следовать самостоятельно. Суда в этот момент находились на точке с координатами 60°12' северной широты и 32°0' западной долготы.

Список судов, потопленных U-30 и U-110 под командованием капитан-лейтенанта Лемпа

Общий итог:

потоплено: 16 судов водоизмещением 75 435 БРТ;

торпедировано: 4 судна водоизмещением 39 775 БРТ;

подорвалось на минах: 5 судов водоизмещением 28 114 БРТ.

¹ Barham, Gracia, Erodona и Siremalm не затонули.

Капитан 2-го ранга Генрих Либе
С U-38 в битве за Атлантику

Первый успех – моторный танкер Inverliffey

Когда германское военно-морское командование 18 августа 1939 года, будучи в критической ситуации, отправило первые 14 подвод ных лодок на патрулирование в водах Северной Атлантики, в числе этих субмарин была и U-38 под командованием капитан-лейтенанта Генриха Либе. Ее командир, родившийся 29 января 1908 года в городе Гота, был «стреляным воробьем», получившим военное образование и боевой опыт еще в старом имперском военно-морском флоте. В училище подводного плавания в Киле он, будучи командиром подводной лодки U-2, передавал свой боевой опыт будущим офицерам-подводникам. Начальник училища капитан Слевогт считал темноволосого и складного офицера одним из лучших командиров субмарин.

Преемник Слевогта, капитан Шеер, рекомендовал Либе на должность командира одной из новых вступающих в строй подводных лодок – U-38.

24 октября 1938 года Либе принял под свое командование эту субмарину, входившую в состав 6-й флотилии подводных лодок, которой командовал капитан 3-го ранга Вернер Хартманн.

U-38 – как и остальные отправленные в боевой поход субмарины – вышла из Киля и 3 сентября, в день объявления Англией и Францией войны Германии, находилась в Северной Атлантике.

6 сентября около 6:00 подлодка остановила британский пароход Manaar, который в противоречии с международным правом открыл огонь по U-38. Когда экипаж покинул пароход, подводная лодка дала по Manaar веерный залп торпедами. После этого Либе приказал расстрелять пароход из палубного орудия, что и было сделано. Пароход водоизмещением 7242 БРТ, затонувший в точке с координатами 38°28' с. ш. / 10°50' з. д., открыл длинный список уничтоженных подводной лодкой судов.

Пропустив мимо себя несколько судов нейтральных государств, в первой половине дня 11 сентября подводная лодка наткнулась на новую цель. После доклада вахтенного «Вижу мачты судна!» командир тотчас же поднялся в рубку. Через некоторое время на горизонте вырисовались очертания громадного танкера.

– Продвигаемся вперед и останавливаем его выстрелом по курсу! – отдал приказ командир.

Танкер двигался точно на пересечение курса U-38. Расчет палубного орудия изготовил его к стрельбе и по команде произвел один выстрел по ходу движения громадного танкера. Одновременно с этим на мачте подлодки был поднят флажный сигнал «Остановиться!».

Танкер немедленно выполнил это продублированное требование. «Выслать шлюпку с капитаном!» – потребовала новая комбинация флагов на мачте, которой танкер немедленно последовал. Спущенная с него шлюпка двинулась прямо к подводной лодке, которая к этому времени застопорила ход.

Еще до того, как капитан танкера передал командиру подводной лодки судовые документы, радист субмарины доложил:

– Неприятельский танкер передает SOS. Он называет себя Inverliffey.

– Торпедный отсек! Аппарат первый – товсь! Пли!

Давно уже ждавшие этого приказа торпедисты не замедлили его исполнить. Торпеда устремилась к лежащему в дрейфе гиганту. У борта посредине корпуса Inverliffey взметнулась водяная колонна от взрыва. А затем на море разверзся настоящий ад. Танкер разломился пополам и заполыхал. Горящая нефть разлилась по поверхности воды, к небу поднялись клубы густого черного дыма.

Еще до попадания торпеды экипаж танкера спустил спасательные шлюпки, занял в них места, и теперь матросы отчаянно гребли, стараясь уйти от все расширяющегося ковра горящей нефти.

– Мы должны оттащить эти шлюпки от огня, Мюллер! – крикнул командир своему старшему механику.

Командир прекратил разговоры с капитаном, поскольку его шлюпка была достаточно далеко от пылающей нефти и двинулась к остальным шлюпкам.

Все ближе и ближе она подходила к огненному острову. Часть спасательных шлюпок с экипажем танкера подошли к подводной лодке, люди из них перебрались на палубу субмарины, остальные были взяты на буксир.

– И что нам теперь с ними делать, Лют? – произнес командир, обращаясь к своему первому вахтенному офицеру, ставшему впоследствии одним из самых результативных подводников.

– Может, встретим какого-нибудь нейтрала, который их заберет, – предположил тот.

И в самом деле, довольно скоро они заметили американский танкер, возвращавшийся в балласте из Англии в США. Он вполне подходил для того, чтобы передать ему на борт экипаж торпедированного танкера, поскольку США пока сохраняли нейтралитет, а пустой танкер не вез никаких запретных грузов.

Либе приказал расчету орудия сделать выстрел по ходу танкера и двинулся к застопорившему судну с людьми на палубе и шлюпками на буксире. Люди на палубе вдруг стали показывать на какие-то клубы дыма ближе к горизонту, но это беспокойство англичан оказалось ошибкой.

Американский танкер лег в дрейф. Его экипаж со спасательными жилетами наготове выстроился у фальшборта, и только крики членов английского экипажа «Пошлите за нами шлюпки, здесь английские моряки!» убедили их, что их танкер никто не собирается пускать на дно.

Экипаж британского танкера перебрался на танкер американский. Вольфганг Лют сделал несколько фотографий этого процесса, когда спасенные моряки спускались с палубы подводной лодки в шлюпки. Двое из них даже помахали рукой подводникам, прощаясь с ними.

После этого двойного успеха подводная лодка была отозвана на базу, поскольку командующий подводным флотом капитан 1-го ранга Дёниц планировал пополнить ее боезапас, дозаправить и снова отправить на боевое задание, не допуская простоя субмарин в местах их базирования.

У северного побережья Норвегии

В штормовую погоду зимы 1939 года во время своего второго боевого похода U-38 поднялась высоко в северные широты и находилась северо-западнее побережья Норвегии. 7 декабря ее командир заметил на горизонте очертания парохода. Британский сухогруз Thomas Walton водоизмещением 4460 БРТ стал жертвой первых двух торпед, выпущенных подводной лодкой в этом походе.

Четверо суток спустя, утром 11 декабря, Либе пошел в атаку на греческий пароход Garoufalia водоизмещением 4708 БРТ. И этот пароход был потоплен субмариной, как и встретившийся ей во второй половине дня 13 декабря на подходе к Хоннингсвогу[32] крупный британский пароход Deptford водоизмещением 4101 БРТ. Победоносно завершив свою охоту, подводная лодка легла на обратный курс.

В начале марта 1940 года U-38 вместе с подводной лодкой U-52 вышла в новый боевой поход в Северную Атлантику. Однако уже 5 марта обе субмарины были отозваны и вместе с семью другими подводными лодками направлены в акваторию по обе стороны от Шетландских и Оркнейских островов для действий против соединения британского военно-морского флота, которое должно было пройти в этом районе. Об этом соединении и маршруте его движения сообщила служба радиоперехвата. Однако силы неприятеля изменили свои планы, и поэтому с 8 марта подводная лодка была направлена на рейдерские операции в северной части Северного моря от острова Тори до Оркнейских островов, где ее добычей стал целый ряд отдельных судов.

Первым из них оказался британский рыболовный сейнер Leukos водоизмещением всего лишь 216 БРТ. Он был потоплен несколькими выстрелами из палубного орудия. За ним 17 марта последовал датский теплоход Argentina водоизмещением 5375 БРТ. Он был перехвачен субмариной на пути из Копенгагена в Аргентину.

21 марта стал для подлодки днем двойного успеха. Она потопила датское грузовое судно Algier водоизмещением 1654 БРТ, а также Christiansborg, который, имея водоизмещение 3270 БРТ, был несколько крупнее, чем только что потопленное небольшое суденышко.

Следующей жертвой U-38 стал норвежский грузовой теплоход Cometa, торпедированный субмариной 26 марта. 2 апреля, спустя 21 минуту после полуночи, Либе обстрелял 5000-тонник, который на заключительном этапе его перехода сопровождал небольшой конвой. Командир после попадания торпеды наблюдал поднявшийся у борта судна столб воды и водяного пара. После этого U-38 взяла курс на базу.

Когда вскоре после этого подводная лодка входила в порт своего базирования, на поднятом перископе трепетали шесть вымпелов, символизируя шесть потопленных ею судов противника, пять из которых были подтверждены.

Во время Норвежской кампании U-38 также была задействована у побережья Норвегии для перехвата английских военно-морских кораблей и крупнотоннажных транспортов, подход которых ожидался в этом районе после 9 апреля.

14 апреля подводная лодка атаковала британский крейсер Southampton, однако залп торпед прошел мимо цели. Несколько позже Либе уже держал в перекрестии своего перископа британский линкор Vallient. Но и на этот раз четырехторпедный залп не достиг цели! Зато после него субмарину атаковали девять эсминцев охранения и забросали ее глубинными бомбами, взрывы которых причинили лодке повреждения.

Юго-западнее Лофотенских островов U-38 в третий раз за этот боевой поход вышла в атаку на военный корабль. На этот раз им оказался эсминец Effingham. Однако возможный успех снова не был достигнут из-за неисправности торпед, вследствие чего этот поход стал самым неудачным за все время боевых действий подводной лодки.

Столь же неудачными, как и у Либе, были действия других командиров германских подводных лодок в это время и в этом районе. Здесь находилось еще несколько групп германских субмарин, брошенных против неприятельского флота. Мимо них, порой на расстоянии нескольких сотен метров от труб их торпедных аппаратов, проходили вражеские линкоры, крейсеры, эсминцы и крупные транспорты, но подводникам так и не удалось потопить хотя бы один из них. Именно в этот период и была упущена единственная возможность разом пресечь действия английского флота в ходе Норвежской операции.

После этого в июне были отправлены в боевые походы только самые результативные командиры с подводными лодками, вооруженными усовершенствованными, но все же не вполне надежными торпедами, – именно такое решение было принято командующим подводным флотом с целью восстановить доверие подводников к их собственному оружию.

Шесть судов во время четвертого боевого похода

Оперативный отдел штаба командующего подводным флотом отправил в июле 1940 года семь подлодок для ведения боевых действий прежде всего в районе западнее Английского канала и Бискайского залива. Среди них была и U-38 под командованием Генриха Либе, чей негромкий, но надежный стиль действий так импонировал командующему подводным флотом.

14 июля подводная лодка впервые в этом боевом походе заняла позицию для атаки. Можно ли на этот раз доверять торпедам? На этот чрезвычайно важный вопрос ответ был дан примерно через 70 секунд: у борта Mount Myrto вздыбился столб воды, а через несколько секунд во всех отсеках лодки услышали гул взрыва.

– Но судно не тонет, господин капитан! – доложил через некоторое время вахтенный с палубы всплывшей в надводное положение лодки. – Нам придется добивать его из орудия.

Лишь несколько 105-мм снарядов, выпущенных по греческому танкеру водоизмещением 5403 БРТ, отправили его наконец на морское дно.

Наступившей ночью U-38 удалось засечь и догнать конвой НХ-48, о котором за некоторое время до выхода лодки в поход сообщила служба радиоперехвата. Вскоре стало понятно, что суда, которые засекла лодка, плетутся в хвосте конвоя, а его основное ядро уже далеко опередило их.

Примерно через час после полуночи U-38 произвела атаку: торпеды вышли из аппаратов в 1:01 и 1:05. Норвежский танкер Italia, громада в 9973 БРТ, окутался огнем и глубоко осел в воде. Затем с подбитого судна донеслись несколько взрывов, после которых танкер быстро затонул. Другие торпеды попали в датский пароход Erik Boye, который также затонул. Отвернув в сторону от охранения конвоя и погрузившись на перископную глубину, U-38 не стала преследовать этот конвой; вместо этого Либе удалось во второй половине дня 20 июня в 16:14 потопить шведский пароход Tilia Gorthon, а 25 часов спустя торпедировать бельгийский сухогруз Luxembourg, который также затонул.

Наступило 22 июня, когда Либе завершил свой победоносный поход потоплением греческого парохода Neion и лег на обратный курс. За этот боевой поход его подводная лодка отправила на дно морское шесть судов общим водоизмещением более 30 тысяч БРТ.

Рыцарский крест за Английский канал

В августе районом действий для U-38 была определена акватория Английского канала, непосредственно «у главных ворот противника». В эту же зону командование направило еще восемь подводных лодок, поскольку именно там должны были проходить самые оживленные грузоперевозки. Но соответственно столь же плотным было там и прикрытие британцами этих перевозок с моря и с воздуха.

Уже 7 августа U-38 смогла открыть огонь по судам из состава конвоя НХ-60. Двумя торпедами был потоплен большой египетский пароход Mohamed Ali El Kebir водоизмещением 7527 БРТ. После этой атаки эсминцы эскорта принялись забрасывать глубинными бомбами U-38, что дало возможность другим германским субмаринам выйти на позиции для атаки. В результате Салман на U-52 и Шондер на U-58 смогли обстрелять и потопить пять судов.

11 августа подлодка заметила одиночное судно, обстреляла и потопила его. Им оказался британский пароход Llanfair водоизмещением 4966 БРТ.

Несколько следующих дней новых удач не принесли. Не удалась и попытка оперативного отдела штаба командующего подводным флотом навести U-38 вместе с U-46 и U-48 на обнаруженный службой радиоперехвата очередной конвой из Галифакса в Англию.

Лишь 31 августа U-38 смогла выйти на дистанцию торпедного пуска по одиночному 5000-тоннику, но торпеда прошла мимо цели.

Еще находясь в море, командир U-38 узнал о том, что 14 августа он стал 24-м командиром германских подводных лодок, награжденным Рыцарским крестом.

Крупный успех

Когда U-38 вышла в свой следующий боевой поход, то, достигнув отведенного ей района действий между Английским каналом и скалой Роколл[33], она уже 1 октября наткнулась на крупный корабль, который поначалу был опознан как вспомогательный крейсер, поскольку, что было совершенно ясно видно, нес на борту артиллерию. Однако это все же было британское грузовое судно Highland Patriot водоизмещением 14 172 БРТ.

В 6:47 из аппаратов подводной лодки вышли торпеды и устремились к медленно идущей громадине; после удара следующих двух торпед Highland Patriot ушел под воду.

14 172 БРТ водоизмещения судна были занесены на счет командира U-38 Генриха Либе.

После этого успеха подводная лодка продолжила свой поход и утром 17 октября наткнулась на конвой SC-7, который уже успешно обстреляла U-48 под командованием Блайхрода. Спустя четыре часа после пуска торпед U-48 конвой атаковала и U-38. Плетущийся в хвосте конвоя греческий грузовой пароход Aenos затонул в точке с координатами 59°0' северной широты и 13°0' западной долготы после того, как подлодка Либе обстреляла его из палубного орудия.

Дав дизелям полный ход, Либе догнал конвой, приблизился к нему и в ночь на 18 октября произвел новую атаку. Пользуясь темнотой, он подкрался к одному из пароходов и выпустил по нему торпеды, но промахнулся. Повторная атака оказалась более удачной, в 2:04 18 октября 1940 года он торпедировал Carsbreck.

Однако сразу после того, как ему удалось дать залп по этому судну, субмарина Либе была атакована быстро подошедшими охотником Leith и корветом Heartsease, обстреляна осветительными снарядами и отогнана от конвоя. Несмотря на многочисленные попытки приблизиться снова к конвою, предпринимаемые Либе в течение этого и всего следующего дня, сделать ему это не удалось.

Тем временем новый караван судов, конвой НХ-79, приблизился к той области океана, где действовали оттесненные от других конвоев германские подводные лодки. Это были U-00, U-47, U-46 и U-48, которыми командовали такие асы подводной войны, как Шепке, Прин, Эндрасс и Блайхрод, которые вместе с U-38 атаковали этот новый конвой.

Первой из этих подводных лодок вечером 19 октября к конвою приблизилась U-38, которая дала пеленг-сигнал остальным субмаринам в этом районе и первой открыла огонь, выпустив четыре одиночные торпеды, жертвами которых стали британские сухогрузы Matheran водоизмещением 7653 БРТ и Uganda 4966 БРТ.

Неплохих результатов удалось добиться и всем чуть позже подоспевшим подводным лодкам. Конвой НХ-79 потерял девять судов, часть которых были весьма крупными, в том числе четыре больших танкера.

U-38, израсходовавшая весь свой боезапас, была вынуждена отправиться в обратный путь и пришла на базу, неся на поднятом перископе четыре вымпела, символизировавшие потопленные суда, и один – только торпедированное, но не затонувшее. Генрих Либе тем самым вошел в число тех командиров подводных лодок, которые из каждого боевого похода возвращались, одержав победы над врагом.

В декабре 1940 года в акватории западнее Английского канала вели боевые действия одновременно U-38 и U-95. Западнее их действовали итальянские подводники на субмаринах Calvi и Tazzoli. Несколько позже к ним присоединилась и U-124. Во время этого похода на море бушевали тяжелые шторма, сила ветра порой доходила до урагана, и использование оружия было совершенно невозможно. Для U-38 единственной победой за все время похода стал шведский грузовой пароход Valparaiso, который лодка встретила 31 декабря и потопила в точке с координатами 60°1' с. ш. / 23°00' з. д.

На этот раз Генриху Либе пришлось удовольствоваться этим скромным успехом, а также тем, что он вообще смог привести на базу свою подводную лодку, изрядно потрепанную морем и кораблями эскорта.

Мощный удар у Фритауна

В апреле, мае и июне несколько германских подводных лодок были впервые задействованы в массированных боевых действиях у побережья Западной Африки. В первой волне подводных сил в эту область океана вышли U-105 и U-106 и достигли там внушительных успехов, которые и побудили командующего подводными силами направить туда вторую группу субмарин – U-107, итальянскую Calvi, U-103, U-38, U A[34] и U-69. Впоследствии к ним присоединилась также и итальянская Tazzoli.

4 мая U-38 в 19:15 встретила судно, отставшее от конвоя ОВ 310d, и атаковала его. Это было шведское паровое грузовое судно Japan водоизмещением 5230 БРТ, которое и затонуло в виду гавани Фритауна. Около полудня следующего дня субмарина произвела атаку из подводного положения по британскому грузовому судну Queen Maud. Торпеды, выпущенные U-38, нанесли этому пароходу водоизмещением 4976 БРТ смертельные повреждения.

Для командира и экипажа U-38 эти успехи стали прелюдией к новым свершениям. Новые цели встретились подводной лодке вечером 23 мая и ранним утром 24 мая. После попадания торпед Bertala и Vulcain затонули на значительной глубине.

29 мая их судьбу разделило британское паровое грузовое судно Tabaristan водоизмещением 6251 БРТ, а 30 мая Либе атаковал Empire Protector и Rinda. Оба судна затонули.

Чтобы иметь возможность продолжать операции в этом районе, подводная лодка U-38 уже 17 мая подошла к судну снабжения Egerland и получила с него горючее, продовольствие, а также торпеды. Благодаря этому она могла вдвое увеличить автономность своего плавания и пополнила 7 июня свой боевой счет потоплением британского парового грузового судна Kingston Hill водоизмещением 7628 БРТ. Когда по окончании этого победоносного похода подводная лодка вернулась на базу, а ее командир доложил, что было потоплено восемь судов общим водоизмещением 47 279 БРТ, он был представлен к награждению дубовыми листьями к Рыцарскому кресту.

Генриху Либе было присвоено звание капитана 3-го ранга, а 10 июня 1941 года он стал 13-м германским солдатом и 4-м подводником, награжденным дубовыми листьями.

Теперь командующий подводным флотом перевел этого одаренного и блестящего тактика на новое место службы – в штаб. Либе стал референтом Верховного командования военно-морского флота, а именно – во 2-м отделе оперативного управления штаба подводного флота. На этой должности, став впоследствии капитаном 2-го ранга, он служил до самого конца войны.

Список судов, потопленных U-38 под командованием капитан-лейтенанта Либе

Общий итог:

потоплено: 31 судно водоизмещением 168 506 БРТ;

торпедировано: 2 судна водоизмещением 8650 БРТ.

= – торпедировано.

Капитан 3-го ранга Гюнтер Прин
Его путь к Скапа-Флоу

Первые успехи

Подводная лодка U-47 с 19 августа 1939 года находилась в открытом море. Вплоть до полудня 3 сентября германские подводники еще могли хранить надежду на то, что в поход их отправила ложная тревога командования, которое предусмотрительно хотело держать подводные лодки на маршрутах движения англичан. Но когда радист (и он же сигнальщик) субмарины ефрейтор Хензель доложил о чрезвычайном сообщении, переданном по германскому радио, и после услышанной Прином в центральном посту лодки маршевой музыки, все сомнения остались позади. Затем по судовой трансляции раздался голос диктора:

«Говорит радио Великогерманского рейха!

Передаем чрезвычайное сообщение службы радиовещания.

Британское правительство в ноте, направленной правительству рейха, предъявило требование о том, чтобы вошедшие в польские области германские войска были отведены обратно в места их обычной дислокации.

Сегодня в 9 часов утра английский посол в Берлине в направленной Германии ноте сообщил: „В случае, если до 11 часов утра не будет дан устраивающий Лондон ответ, то Англия будет считать себя находящейся в состоянии войны с Германией“.

Ответ на это требование был однозначен: германское правительство отказалось принимать это ультимативное требование британского правительства и тем более выполнять его».

Гюнтеру Прину стало ясно – все сказанное означает войну с Англией. Он поднялся в рубку лодки, где стоял находящийся сейчас на вахте Энгельберт Эндрасс.

– Вот так, Энгельберт, – обратился Прин к вахтенному офицеру. – Такие вот дела. Тотчас же несем вахты по боевому расписанию и выставляем впередсмотрящих.

Спустя некоторое время пришла радиограмма от морского командования: «Немедленно начать военные действия против Англии!»

Тем самым все находящиеся в море подводные лодки и все другие военно-морские силы были брошены в бой.

На следующий день события развивались следующим образом. Был замечен пароход, медленно двигавшийся перпендикулярно курсу подводной лодки, который должен был пройти у нее по форштевню. Прин поднял перископ и, когда пароход приблизился на оптимальное расстояние, приказал продуть цистерны, всплыть и дать выстрел из палубного орудия по ходу двигавшегося парохода. Его капитан прекрасно понял это требование, тотчас же застопорил машины и лег в дрейф.

Почти сразу же после этого команда парохода стала спускать шлюпки и в спешке покидать свое судно.

– Подойдем поближе и допросим капитана! – принял решение Прин.

U-47 двинулась к судну и через несколько секунд уже была рядом со спасательными шлюпками, в которых сидели моряки. Прин в рупор потребовал капитана с судовыми документами. Судно оказалось нейтралом, который к тому же вез груз для Германии, так что могло продолжать свой путь.

– Но если бы вы передали по радио о вашем задержании, – задумчиво произнес Прин, обращаясь к капитану, – я бы счел это недружественным поступком и потопил бы ваше судно.

U-47 продолжила поиск и утром 5 сентября остановила пароход Bosnia. Он тотчас же передал по радио отчаянный призыв о помощи. По нему было сделано несколько выстрелов из палубного орудия, но, пока пароход останавливался, впередсмотрящий с правого борта доложил о приближении еще одного судна. Им оказался норвежский пароход, и Прин предложил ему принять на борт команду Bosnia, которая тем временем приблизилась к субмарине. Пока моряки перебирались на норвежское судно, Прин подвел подводную лодку метров на шестьсот к Bosnia и с этой дистанции выпустил в судно свою первую торпеду в этой войне. Длинное тело торпеды скользнуло в воду, и через несколько минут Bosnia с дифферентом на нос ушла в морскую пучину. Остановленный подлодкой 7 сентября Gartavon постигла такая же судьба. После требования остановиться он также подал сигнал SOS и лег в дрейф только после второго попадания снаряда из палубного орудия. Когда Прин наблюдал, как от остановившегося судна отходят шлюпки с командой, до него донесся предупреждающий возглас впередсмотрящего с левого борта. Повернувшись, капитан увидел, что Gartavon разворачивается и двигается к подлодке, словно намереваясь ее протаранить.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Роскилл Стефен Уэнтворт – капитан 1-го ранга Королевского военно-морского флота Великобритании в период Второй мировой войны и один из крупнейших военных историков. (Здесь и далее, кроме указанных случаев, примеч. пер.)

Вернуться

2

Вестерланд (нем. Westerland) – город в Германии в земле Шлезвиг-Гольштейн, административный центр острова Зильт.

Вернуться

3

Приз – неприятельское транспортное судно и его груз, захваченный в море во время войны; морской трофей.

Вернуться

4

БРТ – брутто-регистровый тоннаж (валовая регистровая вместимость судна) – вместимость судна, вычисляемая на основе данных обмера внутренних помещений судна (как трюмов, так и надпалубных надстроек, используемых для перевозки груза и пассажиров).

Вернуться

5

Среди опубликованных литературных произведений Черчилля книги «Мемуары» (или «Воспоминания») нет. Вероятно, автор имеет в виду его шеститомник «Вторая мировая война».

Вернуться

6

По всей видимости, подразумеваются орудия судов-ловушек – специальных судов, приспособленных для действий против подводных лодок. В мировую войну 1914–1918 гг. такие суда-ловушки представлялись с виду самыми обыкновенными парусными или паровыми торговыми судами со всеми характерными особенностями, но имели скрытое артиллерийское и торпедное вооружение, достаточное для уничтожения подводных лодок. Это вооружение или скрывалось за откидными бортами, или устанавливалось в трюме (торпедное). Кроме того, нередко орудия устанавливались внутри специально устраиваемых рубок и с раскидными стенками и т. п. Чтобы придать судам-ловушкам вид торгового судна, иногда прибегали к расстановке на палубах фальшивых грузов. Команда расписывалась по обязанностям в специальные «панические партии», на обязанности которых лежала инсценировка паники, чтобы рассеять подозрение у командира лодки и заманить ее поближе к кораблю. С помощью таких кораблей-ловушек англичанам удалось утопить 12 подводных лодок немцев. Суда-ловушки иногда называют в нашей литературе кью-шипами (Q-ship).

Вернуться

7

Скапа-Флоу – гавань в Шотландии на Оркнейских островах, к югу от острова Мейнленд. Во время Первой и Второй мировых войн здесь базировались главные силы британского военно-морского флота – Гранд-Флит. Закрыта в 1956 году.

Вернуться

8

Пола – ныне г. Пула в Хорватии, на полуострове Истрия, во время Второй мировой войны город принадлежал Италии.

Вернуться

9

Paukenschlag (нем.) – «Удар в литавры».

Вернуться

10

Капштадт – немецкое название города Кейптаун.

Вернуться

11

Сэр Хортон Макс Кеннеди (29 ноября 1883-30 июля 1951) – британский адмирал, подводник, в Первую мировую войну командир подводной лодки E-9, во Вторую мировую командовал подводными силами Великобритании, затем занимал должность командующего Западными подходами.

Вернуться

12

По инициативе адмирала Хортона конвоям начали придавать так называемые группы поддержки, не связанные ордером: по существу, противолодочные поисково-ударные группы. Имея больше свободы маневра, они могли проверять возможные контакты и преследовать обнаруженные лодки.

Вернуться

13

Hedgehog (англ.) – ёж.

Вернуться

14

«Консолидэйтед» B-24 «Либерейтор» – американский тяжелый бомбардировщик времен Второй мировой войны, разработан фирмой Consolidated.

Вернуться

15

Мыс Фарвель – самая южная точка Гренландии.

Вернуться

16

Подводные лодки типа XXI – серия немецких дизель-электрических подводных лодок времен Второй мировой войны. Революционные для своего времени модели оказали влияние на все послевоенное подводное судостроение.

Вернуться

17

Подводные лодки типа XXIII – серия немецких малых подводных лодок, построенных в 1943–1945 годах. Называемые часто «электролодками» (нем. Elektroboot), эти корабли, вместе с более крупными собратьями типа XXI, впервые в мире были ориентированы на постоянное нахождение под водой, став таким образом первым проектом не ныряющих, а действительно подводных лодок.

Вернуться

18

Landwirt (нем.) – сельский хозяин, фермер.

Вернуться

19

Шноркель (нем. Schnorchel – дыхательная трубка) – устройство на подводной лодке для забора воздуха, необходимого для работы двигателя внутреннего сгорания под водой, а также для пополнения запасов воздуха высокого давления и вентиляции отсеков.

Вернуться

20

Авранш (Avranches) – город и порт во французском департаменте Манш, на холме высотой 104 метра, вблизи знаменитого монастыря Мон-Сен-Мишель. Взятие Авранша силами Джорджа Паттона было одним из ключевых эпизодов операции «Оверлорд».

Вернуться

21

«Атлантические крепости» – значительные города на побережье Атлантического океана во Франции, которые накануне высадки сил союзников Гитлер объявил «крепостями».

Вернуться

22

Regenbogen (нем.) – радуга.

Вернуться

23

«Регистр Ллойда» (англ. Lloyd’s Register of Shipping) – крупнейшее классификационное общество, добровольная ассоциация судовладельцев, судостроительных фирм, изготовителей судовых механизмов и страховых компаний. Ничем, кроме омонимичного названия, не связана со страховым обществом Lloyd's of London.

Вернуться

24

Вспомогательный крейсер – быстроходный коммерческий корабль или пассажирский лайнер, оборудованный вооружением и применяющийся в ходе военных действий на море как сторожевое, патрульное, досмотровое или конвойное судно (в ВМФ Великобритании) либо как рейдер (в ВМФ Германии и ВМФ Японии).

Вернуться

25

Тори – остров в Атлантическом океане, у северного побережья Ирландии.

Вернуться

26

Большой Лев и просто Лев – фамильярно-почтительное прозвище Дёница, данное ему германскими подводниками.

Вернуться

27

Пиллау – ныне г. Балтийск Калининградской области.

Вернуться

28

Согласно принятым союзниками обозначениям, конвой из Галифакса в Англию под порядковым номером 112.

Вернуться

29

Команда дается, чтобы подлодка быстрее ушла под воду, так как нос будет тяжелее и она с большим дифферентом погрузится. (Примеч. ред.)

Вернуться

30

Кабельтов – морская мера длины, ¹/₁₀ морской мили, равна 185,2 метра.

Вернуться

31

Репетовать (мор.) – повторить отдаваемый приказ или сигнал в знак того, что он понят.

Вернуться

32

Хоннингсвог – город в Норвегии, в фюльке Финнмарк. Расположен на южной оконечности острова Магере, на котором также находятся мысы Нордкап и Кнившелльодден – северная оконечность Европы.

Вернуться

33

Роколл (англ. Rockall) – необитаемая скала в Атлантическом океане, надводная часть разрушенного конуса потухшего вулкана.

Вернуться

34

Так в тексте. Вероятно, имеется в виду подводная лодка U-A, построенная в Германии для Турции.

Вернуться