Уна Кроун
Загадки времени

А теперь выйдем в ночь и пустимся в погоню за коварной обольстительницей, имя которой – приключение!

«Гарри Поттер и Принц-полукровка»,

Дж. К. Роулинг

2013 г.

1×1

В этот удивительно тёплый сентябрьский день в английском пансионе Темпус, что в переводе с латинского означает «время», собирались ученики после летних каникул. Знаменитое учебное заведение, расположенное на западе от Лондона, принимало в свои объятия самых способных и амбициозных подростков уже более века, и каждый, кто попадал в пансион, запоминал проведенное здесь время как самые лучшие годы своей жизни.

Перед входом в жилые корпуса с утра шумели по-особенному громко: друзья встречались друг с другом после долгой разлуки и делились летними впечатлениями. Все хотели рассказать о своих далёких путешествиях, новых знакомствах и удивительных приключениях, поэтому гам в толпе не утихал.

Пять учеников пристроились чуть поодаль, возле громадных старинных ив, где никто не мешал им наслаждаться долгожданной встречей. Третий год крепкая дружба одноклассников должна была служить образцом преданности и единства, однако теперь идиллия трещала по швам из-за того, что одна их подруга до сих пор не появилась в Темпусе, а ведь раньше всегда приезжала самой первой.

Что-то случилось, и все знали это, хотя не сразу признались в своих опасениях.

– Ты осветлилась? Тебе идёт, – Роби, темноволосый, кареглазый, высокий парень довольным взглядом осмотрел Луизу, моментально смутив подругу. Девушка отвела свои голубые, словно осколки аквамарина, глаза в сторону и ничего не ответила, лишь едва улыбнулась.

– Спросите уже наконец, как я провела лето! – возмутилась Роза и взмахнула каштановыми волосами, чтобы придать причёске объём.

– Ну, что интересного произошло на каникулах? – первым поддался взгляду карих глаз подруги Ник и запустил свою руку в почти белые волосы. Каждый раз он говорил так тихо, будто боялся собственного голоса.

– Не поверите! Нью-Йорк! – вскрикнула Роза. – Наконец-то мы с родителями съездили к моей тете. И хоть я по вам очень соскучилась, возвращаться в Англию ужасно не хотелось, – Роза говорила громко, четко, немного театрально, лишь бы удержать внимание публики.

– Извини, что перебиваю, но меня волнует, что Ева всё ещё не приехала, – Алекс всё это время оглядывался по сторонам в поисках подруги. В его елового цвета глазах читалась тревога. Он не переставал поправлять свои русые волосы и ждал, когда кто-нибудь тоже обратит внимание на проблему.

– Опаздывать не её привычка, – нахмурилась Роза.

– Приедет она, куда денется, – Роби похлопал Алекса по плечу и, самодовольно усмехнувшись, добавил, не подумав: – В противном случае влюбишься в кого-нибудь другого, здесь достаточно хорошеньких первогодок.

Реакция Алекса была довольно предсказуемой: лицо парня залилось красным цветом, а уши чуть не воспламенились. Уже все в Темпусе знали об этой «несчастной» любви, которая называлась несчастной только из-за того, что оба влюбленных были катастрофически скромны, и сам факт, что им пора признаться друг другу в чувствах, вызывал страх и у Алекса, и у Евы.

– Жители первого корпуса, подходите ко мне. Если кто-то вдруг не узнал заранее, куда его заселили, то слушайте внимательно, я озвучу имена, – громким и довольно-таки грубым голосом произнёс мистер Фок со ступеней домика. Этот пятидесятилетний мужчина с уже седыми волосами следил за детьми в первом корпусе. Казалось, что ничего в жизни не радовало мистера Фока, он всегда был хмурым и озлобленным, и сейчас он по привычке оценивал тяжёлым взглядом своих воспитанников, раздумывая, от кого из них будет больше всего проблем.

– Итак, первый корпус: Уолтер Бейкер, Люси Браун, Адрианна Вон, Касси Дайсон, Одри Коннорс, Роза Мартин, Дэниел Найкер, Николас Пастер, Бэк Равилл, Робин Стронг, Кайл Тафт, Эмма Тикет, Джейд Фикс, Луиза Хэйл, Алекс Шмидт, Грегори Эттвуд.

– Он назвал Еву? – Алекс повернулся к друзьям.

– Нет, – еле слышно ответила Луиза и нахмурилась.

– Мистер Фок, вы не упомянули Еву Коллинз! – Роза не постеснялась перебить гам.

– Мисс Мартин, я прочитал весь список. Если мисс Коллинз в нем нет, значит, она живёт в другом корпусе, – выдавил мистер Фок, раздраженный тем, что кто-то посмел усомниться в его умении читать. – Теперь прошу собравшихся идти за мной в дом раскладывать вещи.

Подростки тут же двинулись за своим «командиром».

– Ты ей звонил? – спросил Роби, догадываясь, какой будет ответ Алекса.

– Недоступно.

– Не понимаю, – протянула Луиза. – Разве Еву могли заселить отдельно от нас?

– Чушь какая-то. Нужно сходить к миссис Труф и узнать лично у неё, что происходит, – высказал идею Роби, и на лице Алекса наконец-то появилась светлая улыбка.

Роза тем временем заинтересовалась незнакомой ученицей, мирно шагающей по правую от неё сторону. Всех остальных в доме Роза знала не первый год, и только Эмма Тикет раньше здесь не появлялась.

Она наверняка из выпускного класса, подумала Роза. Уж слишком у нее взрослое лицо, словно повидавшее жизнь. Хотя вот за волосами она ухаживать явно не научилась к своим годам.

Роза рассматривала почти чёрные кудри новенькой и так увлеклась, что не сразу заметила, как Роби выхватил у нее из рук огромный белый чемодан.

– Бросай вещи в гостиной, потом разберём, сейчас мы идём в школу.

– Зачем? – удивилась Роза. Идти в школу раньше времени ей точно не хотелось.

Алекс ответил на её вопрос, и совсем скоро все пятеро друзей уже направлялись к главному зданию Темпуса, чтобы попытаться узнать что-нибудь о своей потерявшейся подруге.

***

Когда Алекс приоткрыл дверь кабинета директрисы и уже настроился на извинения за то, что отвлекает её, он заметил, что миссис Труф не одна. На мягком стуле напротив директрисы сидела, закрыв лицо руками, Ева и всхлипывала так горько, что сердце, всегда сжимавшееся при виде девушки, сжалось ещё сильнее. Он был рад увидеть Еву, но в то же время забеспокоился из-за её слез: произошло явно что-то страшное. Алекс решил, что он только разозлит миссис Труф, если завалится в кабинет, поэтому быстро закрыл дверь и приставил к ней ухо. Остальные ребята молча стояли рядом и ждали объяснений.

Ева сидела спиной к выходу и даже не смогла заметить, что её друзья пришли сюда. Она протерла лицо рукавом блузки и умоляюще посмотрела на женщину.

– Но ведь я два года жила в первом корпусе. Там все мои друзья, большинство одноклассников. Я привыкла к этому месту, оно стало моим домом.

Однако привязанность Евы к одному из девяти домов пансиона совсем не интересовала миссис Труф. У директрисы скопились дела и поважнее.

– Девочка моя, я тебе который раз повторяю, что всё документировано, нельзя просто взять и заселиться, куда вздумается. И не надо так унывать, Ева. Во втором корпусе тебе понравится не меньше, – миссис Труф явно желала поскорее выпроводить ученицу за дверь. Она посматривала на наручные часы, демонстрируя, как дорого ей время.

Ева продолжала сидеть с поникшим видом.

– Пора раскладывать вещи. А у меня есть дела, ты же знаешь.

Ева поняла, что проиграла. Она молча вышла из-за стола и поспешила покинуть кабинет, чтобы больше не видеть это безразличие. Когда она столкнулась с друзьями, то слезы снова полились из зелёных глаз. Сегодня Ева никак не могла контролировать рвущиеся на свободу эмоции.

Некоторое время царило траурное молчание.

– Ева, – начала Роза, – ты теперь не с нами? Как же так? Мы без тебя не сможем!

У всех было ощущение, что любимый жилец покинул уютный дом, и теперь досада захватывала каждого из них, потому что ничего не могло быть теперь прежним.

– Мы обязательно что-нибудь придумаем, ты вернёшься, обещаю. Всё будет хорошо, – Алекс говорил совсем далёкие от действительности вещи, и это только больше расстраивало Еву. Она знала, что у нее нет шансов уговорить Труф заселить ее в родной корпус. Собравшись с силами, она негромко сказала:

– Спасибо, ребята, за время, которое мы провели вместе в доме, теперь будем пересекаться только в школе.

После этого Ева крепко обняла каждого, словно прощалась с друзьями на всю жизнь, и медленно пошла по длинному и светлому от ламп коридору. На углу она ещё раз повернулась к своим друзьям и, посмотрев на них своими большими глазами, улыбнувшись своей очаровательной улыбкой и поправив длинные густые русые волосы, скрылась за поворотом. Её старая и радостная жизнь осталась позади, и она не представляла, как ей быть дальше.

1×2

Жизнь в доме завертелась с такой же силой, как и всегда раньше. Ученики, толкаясь, неслись в комнаты и занимали лучшие, на их взгляд, кровати и наиболее удобные полки в больших шкафах. Мистер Фок смотрел на это всё с нескрываемым отвращением, уж больно он не любил балаган, в то время как Белла, работница первого корпуса, лучезарно улыбалась и с радостью помогала то одному, то другому с вещами, ведь обед уже манил учеников в столовой, а сидеть без дела Белла просто не могла.

Каждый старался придать своей комнате уют и внести свою индивидуальность. Роза вытащила из чемодана огромную фоторамку, заполненную распечатанными картинками и вырезками из глянцевых журналов, и повесила над своей кроватью. Её скромная черноволосая соседка Джейд расставила на комоде горшочки с кактусами, которые заменяли ей домашних питомцев. Третья кровать пустовала. В следующей комнате расположились Луиза, Люси и Эмма, между которыми царило необъяснимое напряжение.

Сам дом не был большим, и если кто-нибудь хотел бы найти себе собственный уголок для одиночества, то вряд ли бы у него это получилось. Однако вместо размеров дом впечатлял своей невероятной красотой. Завораживающая готика – отличительная черта пансиона, которая создавала средневековую атмосферу. Тёмные цвета и острые формы сводили с ума абсолютно всех. Не проникнуться волшебством корпусов Темпуса было попросту невозможно.

Ближе к вечеру, после сытного ужина и нескольких ссор, Роза, Луиза, Роби, Алекс и Ник собрались в заполненной кактусами комнате, чтобы найти решение для их главной на данный момент проблемы. Ребята молча уселись на кроватях и принялись думать. Периодически кто-то предлагал идеи, как вернуть сюда их подругу, но остальные мгновенно отбрасывали их из-за невозможности осуществить.

Когда уже, кажется, даже Роза сдалась, в дверь постучали, и в комнату зашла Эмма, скривив губы на подобии улыбки. Никто не предложил ей сесть, поэтому новенькая так и осталась стоять в дверях.

– Я случайно узнала, что вас волнует, – произнесла Эмма негромко, но уверенно. Волнение, свойственное новеньким, у нее напрочь отсутствовало.

– Ты подслушивала? – Роза сразу же вышла из себя. Или тон голоса, или её неаккуратные кудряшки, но что-то сильно раздражало в Эмме Тикет.

– Дело в том, что, мне кажется, я могу вам помочь.

Эта реплика показалась не особо правдивой, но всё-таки по глазам пятерых стало понятно, что им интересно узнать, что же задумала новенькая, которой вообще-то не должно быть никакого дела до забот незнакомых людей. Хотя, возможно, она пыталась таким способом влиться в коллектив.

– Как? – с волнительной дрожью поинтересовался Алекс и даже подвинулся, чтобы Эмма присела рядом. Но та осталась стоять, не обратив внимания на любезность, и после недолгой паузы сказала:

– Дайте мне совсем немного времени, – ответила Эмма, и на её лице отчётливо мелькнула самодовольная ухмылка. Затем она бросилась вон из комнаты, а потом и из корпуса, проигнорировав замечание Фока насчёт того, что передвигаться по дому разрешено только шагом.

Ребята в удивлении переглянулись и принялись ждать чуда, положившись на Эмму Тикет.

***

– Что она задумала? – Роза, слишком взволнованная, ходила взад-вперёд по столовой, задевая стулья, попадавшиеся ей на пути, и чувства окружающих. Роби недовольно взглянул на подругу, скрестив при этом руки на груди, показывая тем, что ей следует остановиться и перестать раздражать других. За полчаса наблюдать за «прогулкой» Розы стало просто невыносимо.

Время шло, ничего не происходило, и это всё больше заставляло ребят думать, что Эмма над ними посмеялась. Однако вскоре Эмма наконец-то появилась на пороге столовой с всё той же сомнительной улыбкой на лице. Нельзя было не заметить, как она гордилась собой.

– Можете звать Еву сюда. Труф согласилась внести небольшие изменения, – произнесла громким голосом новенькая и приподняла подбородок.

У всех буквально рты открылись от такой невероятной новости. Они до последнего не верили, что Эмма сможет повлиять на ситуацию.

Что сделала эта странная Тикет, чтобы Труф согласилась на такое? Ведь директриса не особо любила прислушиваться к ученикам, и вряд ли её интересовало мнение совершенно незнакомой ученицы.

Однако никто вслух не задал этот вопрос. Пятеро подростков подпрыгнули на своих стульях и тут же помчались к мистеру Фоку, перепрыгивая препятствия вроде неразобранных сумок.

Мистер Фок без улыбки подтвердил слова новенькой, явно не сильно обрадовавшись изменениям, ведь ему предстояло теперь пристально следить ещё за одним безумным подростком, нарушающим все прописанные и моральные правила. Фок попросил Алекса – единственного, кто ему более-менее симпатизировал – сходить за Евой и поделиться с ней этой новостью. Алекс, с улыбкой до ушей, которая ему очень шла, побежал во второй корпус, всё ещё не веря случившемуся чуду.

Когда он отыскал благодаря помощи других учеников нужную комнату, то обнаружил Еву на кровати в полном одиночестве. Она с грустью смотрела на белую стену и, увидев Алекса, искренне удивилась, почти вздрогнула от неожиданности и поднялась, чтобы их глаза были на одном уровне.

– Мисс Коллинз, я вызываюсь провести вас во дворец.

Правая бровь мисс Коллинз поползла вверх.

– Эмма обалденная! Она каким-то образом уговорила Труф передумать и поселить тебя там, где и сразу нужно было. Может, гипноз, может, чёрная магия. Неважно. Главное, что теперь ты снова с нами!

Ева несколько секунд молчала, обдумывая сказанное и накручивая прядь волос на палец. Из всего, что она могла ответить другу, она решила сказать следующее:

– Значит, Эмма обалденная…

Алекс понял, что сморозил лишнее.

– Ты не так поняла. Она просто нам помогла, поэтому я…

Однако его забавное оправдание было прервано, когда Ева поднесла палец к своим губам. Она осознала, что зря начала впадать в панику, что парень ее мечты заинтересовался другой девушкой, и теперь хотела скорее закончить эту тему из-за возрастающей неловкости.

– Пошли уже, – Алекс схватил закрытый чемодан Евы одной рукой, а другой осторожно взял руку подруги, и они как можно скорее покинули комнату, которой, к счастью, не суждено было стать новым домом для Евы.

1×3

Перед ребятами стоял готический двухэтажный корпус с парой пугающих, но всё-таки чудесных башен. Ева никак не могла поверить, что она сейчас переступит этот железный порог и окажется в по-настоящему родном месте. Она приподняла подборок, чтобы видеть здание целиком и насладиться его невероятной красотой.

– Ничего более великолепного ещё не построили, ты так не думаешь? – прошептала Ева и улыбнулась.

Алекс кивнул, потому что Ева была права. Может, кому-то и не нравилось учиться в Темпусе, но все без исключения обожали эстетичность пансиона.

Парень толкнул массивную и скрипящую дверь, и они зашли в дом. Ева тут же вдохнула знакомый аромат аппетитных булочек, приготовленных с любовью и мастерством Беллой, а ещё уловила нотки парфюма Розы, который подруга повсюду оставляла шлейфом. Взгляд упал на угол с креслом и телефоном, затем прошёлся по стенам, увешанным картинами, и остановился на дверях гостиной, откуда доносились голоса жильцов. Нахлынули приятные воспоминания за все эти два года, что они проучилась в Темпусе, и Ева с уверенностью могла сказать, что это были лучшие два года её жизни. Столько знаний, эмоций, впечатлений, друзей и открытий она не получала до этого в её прошлой, совсем обыкновенной школе в центре Лондона.

Чемодан остался у кожаного дивана, а сама Ева вышла в центр комнаты, чтобы увидеть всех своих соседей и улыбнуться им, не скрывая радостных эмоций от встречи.

– Неужели я вижу тебя? Это не сон? Хоть бы не сон! – завизжала Роза и, бросив книгу и яблоко на любимое кресло у электрического камина, кинулась обнимать подругу.

Луиза поспешила присоединиться к объятиям без лишних слов, но улыбнувшись Еве в знак приветствия.

– А как же мы? Тоже хотим теплоты и любви! – Роби вышел из-за стола, где от безделья складывал из фруктов картинку, и, прихватив за рукав рубашки Ника, широкими шагами подошёл к подруге. Парни сжали Еву с обеих сторон, при этом умудрились запутаться в длинных, почти как у Рапунцель, волосах.

– Алекс, идём к нам! – Роби махнул другу, прекрасно зная, каков будет ответ.

– Я потом, – смущённо улыбнулся тот и удалился в столовую за очередной булочкой с корицей. Еда всегда умудрялась спасать в неловких ситуациях, и с этим никто не смел спорить.

Наобнимавшись, Роза снова оказалась в своём большом кресле, закинув длинные ноги на каминную полку, что мистер Фок категорически запрещал делать, будто ей было до этого дело.

– А мы боялись, что всё потеряно. Я так разозлилась, если честно, когда узнала, что Эмма будет вместо тебя, – пожаловалась Роза, пытаясь отыскать страницу, где она остановилась. Про существование закладок она постоянно забывала.

Ева уселась в кресло напротив, поджав ноги, и как-то очень театрально вздохнула.

– Вот Алекс, например, сказал, что Эмма обалденная, – еле слышно протянула Ева, чтобы услышала только Роза, и улыбка сползла с её лица. Иногда очень трудно было избавиться от ревности, это чувство любило преследовать Еву даже там, где она совсем не ожидала.

– Эй, Алекс! – Роза не догадалась, что Ева не хочет выносить эту тему на всеобщее обозрение, и поэтому решила во всём разобраться прямо сейчас. – Тебе понравилась Эмма Тикет?

– Роза! – шикнула Ева и прикрыла лицо рукой, чтобы скрыть смущение.

Все восемь человек, что отдыхали в комнате, уставились на Алекса в ожидании шокирующей правды.

– Никто мне не понравился! – фыркнул Алекс и перевел взгляд в окно, словно увидел там что-то крайне интересное.

– Совсем-совсем? – Роза не любила рано сдаваться. Казалось, она решила прямо сейчас вытянуть из друга долгожданное признание.

– Отстань от меня, – всего лишь ответил парень, продолжая рассматривать старую иву. Он тоже был настойчив в своей скромности и не собирался говорить то, что все хотели услышать. На самом деле его ужасно раздражало, что одноклассники превратили его замкнутость и неуверенность в представление и не упускали возможности расшатать его зону комфорта.

В конце концов Розе пришлось смириться, что сегодня план не удастся исполнить. Что же, впереди у них целый год.

– Пора раскладывать вещи! – Роза закрыла книгу, так и не отыскав нужную страницу, и вскочила с кресла. Она схватила чемодан подруги и потянула в комнату. Ева поспешила за ней, успев перекинуться многозначительными взглядами с Алексом.

***

Заключительным штрихом стал мольберт возле окна и пара ещё пустых холстов на подоконнике. Теперь, зайдя в комнату, можно с лёгкостью узнать об увлечениях трёх соседок. Вообще у первой комнаты была репутация самой индивидуальной, уютной и открытой гостям, ведь не случайно компания друзей Евы всегда собиралась именно здесь, чтобы пообщаться и обсудить важные вопросы.

Разобравшись с вещами, Ева и Роза упали на свои кровати, чувствуя приятную усталость. Ещё немного, и обе бы провалились в глубокий сон, но в комнату постучали, и через мгновение на пороге появились двое. Подруги посмотрели на гостей и еле сдержали вздохи разочарования.

Люси большинство недолюбливали за её назойливость и желание всегда знать всё и про всех, а ещё она постоянно обижалась, бесилась и закатывала истерики, поэтому многие старались не подпускать её близко к себе.

Что касается второго человека, то это была Эмма, с которой Еве ещё не удалось познакомиться. Новенькая пока что для всех оставалась загадкой, которую интересно было бы решить.

Обе гостьи уселись на кровать Джейд, пока той не было в комнате. Обе молчали. Роза вскинула бровь, и наконец Люси заговорила своим тонким голосом:

– Знакомься, это Эмма. Именно она вернула тебя сюда, – представила миниатюрная светловолосая девушка новенькую и поджала губы, чтобы показать отсутствие той пышной радости, с которой встретили Еву её друзья.

Коллинз без особого желания приняла сидячее положение и внимательно посмотрела на новенькую. Её почти черные глаза моментально вселили в Еву некоторую долю страха.

– Значит, ты Эмма? – зачем-то спросила Ева и всё-таки, ненавидя себя за это, оценила внешность своей вовсе не конкурентки. Типаж новенькой был точно не тем, что сможет привлечь Алекса, и это немного успокоило девушку.

– А ты, значит, Ева? – не осталась в долгу Тикет.

Ева промолчала.

Неожиданно дверь снова распахнулась, и в комнату ввалился Дэн. Это был главный, так сказать, двоечник и хулиган в их классе, который, конечно же, нравился прилежной и безобидной Джейд. Парень о таком чудном парадоксе прекрасно знал и всеми способами пользовался добротой Джейд и ее неумением отказывать, особенно когда дело касалось учёбы.

– Ева! Рад видеть тебя в наших рядах. Боялся, что не у кого будет английский списывать.

Ева на это заявление только улыбнулась, ведь предоставлять Дэну сделанное домашнее задание по языку вошло уже в не самую лучшую, но крепкую привычку.

– Тебе, Найкер, только бы списать у кого. Больше ничем и никем не интересуешься, – укоризненно заметила Люси, явно делая отсылку к своей безответно влюбленной подруге. – Ладно, мы пошли, отдыхайте, – Люси поднялась с кровати и, даже не взглянув на одноклассниц, удалилась из комнаты. Эмма последовала её примеру. Вскоре ушел и Дэн, и подруги снова оказались в приятной тишине.

***

Конец первого дня нового учебного года в Темпусе ребята провели отлично. По инициативе Розы все собрались в гостиной и рассказывали истории, которые произошли с ними летом. В комнате царила непринуждённая атмосфера, у которой не было шансов остаться после первых занятий и предстоящих домашних заданий. И поэтому каждый ученик особенно ценил эти последние часы полной свободы перед тем, как разойтись по своим комнатам и приготовиться к суровым будням.

1×4

На следующее утро в столовой все завтракали уже в форме, готовые сразу же после омлета с овощами и чая отправиться в школу. Серые пиджаки с сине-золотой эмблемой Темпуса идеально сидели на подростках, и никто ни разу не жаловался на школьную форму.

Жители первого корпуса увлеченно обсуждали за едой предстоящие уроки, размышляли о том, появились ли новые учителя и насколько сложной окажется программа десятого класса. Белла не могла перестать улыбаться, видя, с каким аппетитом ребята наслаждаются её блюдами, и продолжала приносить к столу новые тарелки.

– У меня пищевой орг… – начал Роби, облизывая пальцы, никого при этом не стесняясь, но Роза шикнула на него, чтобы тот замолчал.

– А что такое? Вы не согласны? Лично я готов съесть все эти блинчики! – Роби развалился на стуле, словно это самое мягкое на свете кресло, и с закрытыми глазами наслаждался вкусной едой, по которой он скучал целое лето. Его занятым работой родителям некогда было готовить вкусности, поэтому теперь Роби собирался восполнить упущенное.

– Вот и бери, в нас же всё не влезет, – Алекс подвинул тарелку ближе к другу и посмотрел на него, как на милого голодного ребёнка.

Роби схватил ещё два блинчика, смазал их сгущенкой и налил стакан апельсинового сока с надеждой, чтобы завтрак никогда не заканчивался.

– Вы ещё здесь? У вас уроки через пятнадцать минут начинаются! – грозно сказал мистер Фок, когда зашёл в столовую к ученикам.

Мистер Фок как всегда был не в духе. И хоть он презирал подростков, всё-таки его нельзя было назвать монстром, ведь, например, смотритель в четвертом корпусе, мистер Лэйд, заставлял учеников за даже пустяковое непослушание убирать гостиную и столовую, что могло занять целый вечер у якобы провинившегося ученика. К счастью, в первом корпусе таких наказаний не наблюдалось, обычно всё ограничивалось лишь запугиванием и хмурыми взглядами.

Никто не хотел ещё больше нервировать Фока, поэтому все выскочили из-за стола и, схватив с дивана школьные сумки и рюкзаки, вылетели из дома. За столом остался только Роби, который ещё не съел до конца сладкие блинчики.

Мистер Фок втянул воздух, потом тяжело выдохнул и процедил:

– Стронг, тебе особое приглашение?

– Нет, что вы! Я уже бегу, – Роби встал, взяв в каждую руку по блину и бросился за друзьями.

***

Первым уроком в новом учебном году стояла биология, и ученики выбирали себе наиболее удачные, чтобы можно было списывать на тестах, места в зелёном от растений кабинете, на фоне которых легко было затеряться. Эмме пары не нашлось, но её это будто и не волновало, и она села одна за последнюю парту.

Со звонком в кабинет вошёл мистер Дарэк – средних лет мужчина в деловом костюме с милой, но фальшивой улыбкой на лице. Когда он так улыбался, это значило, что ребят ждёт что-то ужасное, и сегодня он наверняка приготовил самостоятельную работу на проверку оставшихся после лета знаний.

– Здравствуйте, солнышки, – поприветствовал учитель класс с явной насмешкой. – До меня дошли слухи, что у вас новенькая девочка в классе. Я надеюсь, все с ней познакомились и подружились. Эмма? – Дарэк с всё той же неискренней улыбкой взглянул на новенькую. – Нашла друзей?

Тикет кивнула без каких-либо откровений, что Дарэку только и нужно было. Урок быстро повернул в нужное русло, начавшись с вызова Роби к доске.

***

На перемене компания друзей собралась в холле, чтобы поделиться друг с другом своими рассуждениями.

– Знаете, мне эта Тикет совсем не нравится, – заявила вдруг Роза, когда они обсуждали проверочную работу. – Она слишком молчаливая, тихая и незаметная. В фильме бы ей досталась роль убийцы.

– Тебе нужно просто принять, что не все люди такие надоедливые, как ты, Маркин, – ответил ей Роби и взглянул на наручные часы, которыми он очень гордился. До звонка оставалось пять минут, так что у него с Розой было время попрекать друг друга.

– И хорошо, что не все такие самовлюблённые, как ты, Стронг.

– Давайте вы поругаетесь чуть позже. Хочу предложить кое-что, только пообещайте не смеяться во весь голос, – в глазах Луизы блеснула странная искорка. Девушка заправила свою светлую прядь волос за ухо и приготовилась делиться идеей.

– Ну, говори! – подтолкнул к раскрытию интриги Алекс.

– Давайте шпионить за Тикет! – выпалила Луиза.

Все ахнули.

– Ты застряла в начальной школе, Хэйл? – Роби так громко засмеялся, что один учитель попросил его взять над собой контроль.

– А что думают остальные? Вдруг она что-то скрывает…

Сначала никто не отвечал, а потом вдруг Ева поддержала идею подруги:

– Почему бы и нет? Давно у нас не было приключений.

– Да и в начальной школе было не так уж плохо, можно попытаться вернуться мысленно в это время, вспомнить, как пользоваться фантазией, – сказала Роза и подняла большой палец, одобряя предложение.

Алекс и Ник тоже кивнули. Ведь на самом деле, почему бы и нет. Они ничего не теряют, зато смогут поразвлечься.

Таким образом, Роби пришлось согласиться с большинством, и они все отправились к кабинету истории.

Уже прозвенел звонок, а учительница так и не появлялась, к тому же и дверь в кабинет была заперта, поэтому большинство учеников потянулись обратно в холл, чтобы дожидаться там начала урока.

– Сегодня в девять часов пройдет собрание. Нам нужно много чего обсудить, – намекая на новенькую, объявила Роза достаточно громко, что в их сторону посмотрело несколько одноклассников, убежденных, что у всех в этой компании какие-то проблемы с головой.

– Что за собрание? – не могла не спросить Люси. Она как всегда была там, где никто не хотел её видеть.

– Тебя это не касается, – спокойно ответила Роза и жестом руки показала, чтобы та шла дальше своей дорогой.

– Значит, нечего так орать, – тут же обиделась Люси и, как можно громче цокнув, отошла в сторону.

Роза решила, что пришло время поправить макияж, поэтому она схватила за руку Луизу и потянула подругу в уборную. Роби с Ником отошли к скамейке обсудить заданный мистером Дарэком реферат. Таким образом, Алекс и Ева остались вдвоём сгорать от неловкости недалеко от кабинета истории. Неожиданно для них из-за угла вышла Эмма с ключом в руке.

– Прячемся! – скомандовал Алекс и потянул Еву за шкафчики, откуда их не было видно.

Они молча наблюдали за Эммой, которая подошла к кабинету, несколько раз оглянулась, проверяя, чтобы никто не обращал на нее внимания, а потом вставила ключ в замочную скважину и дважды повернула. Через мгновение она скрылась в кабинете.

Друзья вышли из своего укрытия и подкрались ближе. Алекс пытался что-нибудь рассмотреть через мутное стекло, но безуспешно. Тогда Ева предложила зайти в кабинет, мол, пришли на урок, ничего особенного, а там уже они посмотрят, что из этого выйдет и с чем они поймают Тикет.

Алекс открыл дверь и заглянул внутрь. Ева крепко держала его за руку, чтобы меньше волноваться, потому что сердце почему-то билось так громко, что казалось, будто его слышно на другом конце школы. Она почувствовала, как рука друга напряглась.

– Там никого нет, – Алекс в растерянности взглянул подруге прямо в глаза, чего обычно он избегал.

– Шутишь? – не поверила Ева. Новенькая не могла исчезнуть из кабинета. Это же противоречило бы здравому смыслу. Но ведь и Алекс не был похож на сумасшедшего с галлюцинациями…

– Убедись сама, – Алекс позволил Еве заглянуть в кабинет.

Там действительно никого не было.

1×5

Напряжённое молчание, которое повисло в воздухе между друзьями, прервала молодая учительница истории мисс Леонс. Она отличалась тонкой талией, отдающими желтизной глазами, блондинистыми волосами, крупными золотыми серьгами и кольцом с черным камнем, и благодаря такому набору абсолютно все видели в ней осу. Характер учительницы оставлял желать лучшего, поэтому ужиться с Леонс было на самом деле довольно трудно. Она опоздала на своё занятие, но держалась так, словно провинился весь класс, а не она.

– Кто вам разрешил открыть дверь? И объясните, пожалуйста, где вы достали еще один ключ? – разговор начался с нападения, ведь это лучшая стратегия, когда нужно не выдать своего промаха. Взгляд мисс Леонс был жёстким и колючим, казалось, что она собирается ужалить обоих.

– Дверь уже была открыта, когда мы пришли. У нас нет ключа, – Алекс раскрыл перед Леонс ладони, то же сделала и Ева, чтобы подтвердить свою невиновность.

Учительница с неодобрением взглянула на бледные ладони, издала звук на подобии цоканья и зашла в кабинет, предварительно сухо попросив ребят позвать остальных.

Пока они направлялись в холл к одноклассникам, мысли друзей вертелась только вокруг Эммы и её загадочного исчезновения. Огромное желание захлестнуло обоих узнать наверняка, что и как именно произошло в кабинете истории. Они должны были убедиться, что не сошли с ума.

– Расскажем остальным, вместе подумаем над ситуацией. Пахнет, если честно, здесь неладным.

– Может, для начала сами разберемся? Не думаю, что нам поверят, – неожиданно предложила Ева и с надеждой посмотрела на друга.

Тот только усмехнулся, ведь он понял, что Ева хочет положить начало расследования ими самими. Другой бы решил, что это довольно эгоистично и чересчур амбициозно, но Алекс склонялся к мнению, что действовать некоторое время только вдвоем скорее романтично. Это был их первый, хоть и временный, секрет от остальных, и у Алекса от этих мыслей внутри всё перевернулось.

Во время урока, пока Леонс рисовала схему на доске и обращала меньше внимания на скучающих подростков, Роза, которая сидела за Евой, дёрнула подругу за длинную прядь и, когда недовольная Ева повернулась, поинтересовалась:

– Вы остались у кабинета. Эмму видели? Подозрительное было что?

Роза словно чувствовала. Интуиция на необычные и таинственные явления у неё была развита лучше, чем у кого другого. Если компания и находила себе приключения в школе, то только по "вине" Маркин.

Роза внимательно всматривались в Еву, будто хотела прочитать её самые сокровенные мысли.

– Не видели, – коротко ответила Ева, но потом испугалась, что слова прозвучали грубо, и добавила: – Но, надеюсь, всё впереди.

Явно опечаленная подруга кивнула и вернулась к схеме на доске.

В середине урока мисс Леонс отвлеклась от своей увлекательной темы урока и спросила учеников:

– Вы не знаете, где мисс Тикет?

Все переглянулись, будто Эмма могла сейчас появиться среди них. Никто не знал, где новенькая, потому что никто с ней не общался. Точнее, сама Эмма ни с кем не общалась и даже не пыталась подружиться с одноклассниками. Ей вроде было комфортно и без компании, она предпочитала наблюдать за всеми со стороны. Это немного пугало, и никто ей в друзья не навязывался.

– Только пришла в новую школу, а уже прогуливает. Разве это нормально? Поговорю после занятия с миссис Труф, нельзя закрывать глаза на такую наглость, – мисс Леонс, словно озверевшая, перелистывала страницы учебника и продолжала шипеть под нос о ненормальном поведении вредных детишек.

***

Ровно в девять часов вечера, как и договаривались, в комнате с кактусами, мольбертом и ароматом французских духов собрались все шестеро, выпроводив Джейд за дверь под лучшим предлогом, мол, её зовёт Дэн.

Первая начала, конечно же, Роза, которая даже и представить себе не могла, что беседой управляет кто-то другой:

– Нам нужно узнать о Тикет как можно больше. Кто она, откуда, почему перешла, чем она занимается в свободное время.

– Пороемся в её вещах? – тут же выдал Роби.

Непонятно, говорил ли он серьезно, но на всякий случай все посмотрели на него с осуждением.

– Можем осторожно, по парам, следить за тем, куда она ходит. Сегодня, например, с истории она сбежала, – продолжила Роза.

– В медпункт? – поспешил прервать пыл подруги Ник, самый приземлённый из всей компании.

– Не предупредив даже никого? Нет, здесь что-то другое, – Роза не сдавалась. Предвзятость – вещь сильная, и если она уже прицепились, то так просто от нее не избавиться. И Роза не хотела отпускать мысль, что Тикет что-то скрывает от своих одноклассников и учителей.

– Думаю, гадать бессмысленно. Лучше, как ты сказала, начать по-настоящему следить за ней с завтрашнего дня, – высказалась Ева, и, как часто бывает, с ней согласились, посчитав её мысль самой разумной.

В этот момент в комнату вернулась Джейд, недовольная, но не настолько, чтобы повышать голос. Она осталась стоять у дверей, потому что на её кровати сидел Роби и Ник.

– Дэн сказал, что не звал меня.

– Но, смею заметить, вернулась ты не так быстро, – Луиза прищурилась, будто лгала Джейд, а не они.

– Ну, – замялась та и поправила свои короткие черные волосы, – раз я всё равно пришла, то решила помочь ему с алгеброй, – Джейд жила в иллюзиях, что именно она принимала подобные решения.

Друзья лишь молча переглянулись и еле слышно хихикнули.

Время близилось к ночи, поэтому парни и Луиза вовремя покинули комнату, чтобы не пересечься с Фоком и не выслушивать его нотации о том, что после десяти каждый должен быть в своей комнате.

Роза и Ева хотели уже пойти в ванную, но Джейд вдруг включила несвойственный ей режим любопытства и поинтересовалась у подруг:

– А чем вы тут занимались?

Это всё дурное влияние Люси, с сожалением подумала Роза. А ещё она поняла, что будь в комнате Роби, он бы обязательно исказил слова одноклассницы в не лучшем свете.

– Ничего особенного. Обсуждали первый день.

– Да, нелегкий выдался. Особенно эти крики Леонс… Так взбесилась из-за того, что Эмма не пришла на её занятие. Будто кому-то нужна эта история, – Джейд старалась звучать так, как, по ее мнению, говорят другие подростки, потому что лично ей Леонс даже нравилась со всей её строгостью.

Роза мельком взглянула на Еву, и на её лице мелькнула тень улыбки. Джейд была крайне забавной, и иногда Розе даже хотелось взять её себе под крыло на перевоспитание, но всегда находились дела поважнее.

Когда все улеглись в свои кровати и выключили свет, Ева мысленно вернулась к той роковой перемене, уверенная, что Алекс сейчас думает о том же.

Завтра им предстояло выяснять подробности по поводу исчезновения новенькой. И Ева не сомневалась, что всё получится.

1×6

Утро наконец стало похоже на английское, потому что ночью полил дождь, и он вряд ли собирался прекращаться в ближайшие дни. Зелёная трава во дворе почти превратилась в коричневое болото, и без резиновых сапог не было смысла даже пытаться пройти по грязным лужам. Старые ивы качались из стороны в сторону так сильно, что казалось, будто они могут с корнями вырваться из земли и улететь в небо к пугающим тучам. И без того темные корпуса школы ещё больше нахмурились, ровно как и ученики, которые собрались за завтраком в столовой и долго молчали, пока Люси не заметила, что Эмма всё ещё не вернулась.

– Куда же она пропала? Неужели мы ей так не понравились, что она сбежала домой? Это вполне вероятно, если обратить внимание на то, какие у нас тут все недружелюбные, – Люси знала, что те, о ком она говорит, поймут её. Скорее всего ей хотелось как всегда с кем-нибудь поругаться.

Сначала ей никто не ответил, из-за чего образовалась неприятная пауза, и ситуацию осмелился спасти Ник:

– Вдруг у неё какие-то важные дела в городе.

Люси, широко улыбнувшись, развернулась к парню, зная, что он не уйдет от беседы, потому что слишком вежлив.

– А почему никто не знает? Она обязана предупреждать, если собирается уехать из школы. Никакой совести у человека!

Кто бы говорил, подумала Роза и вышла из-за стола, чтобы успеть накрутить волосы перед занятиями. Столовая снова погрузилась в тишину.

***

Перед началом физики в кабинете наросла тайно любимая подростками атмосфера, пропитанная амбициями, гневом, гордыней, раздражением и желанием разрушения. Подобное настроение летало по всему классу, и причиной служила очередная ссора Розы и Роби. Они продержались лишь пару дней после начала нового учебного года и больше не могли сдерживаться, им нужно было как можно скорее устроить противостояние. Они до сих пор не научились уживаться вместе и время от времени демонстрировали друг другу силу своего характера.

На этот раз загорелся спор на важную для них тему: кто смелее. Роза и Роби могли спорить абсолютно по любому поводу, включая даже такой, казалось бы, совершенно бессмысленный.

Никто так и не понял, кто начал этот дурдом первым, однако Роби и Роза уже кричали друг на друга, топали ногами и швыряли тетради с учебниками под зачарованные взгляды одноклассников. Наблюдать за ярко разгорающимся конфликтом с каждым разом становилось только интереснее.

– Маркин, ты прекрасно знаешь, что равных мне нет. Можешь даже не пытаться, твое вяканье совсем неслышно, – Роби самодовольно ухмыльнулся и закинул ноги на парту, даже не догадываясь, что копирует поведение Розы возле домашнего камина.

Алекс сидел сейчас возле него и старался казаться невидимым, чтобы бушующие друзья случайно не втянули его в своё эмоциональное месиво. Примерно такую же позицию занимали и остальные подростки. Наблюдать – с радостью, но точно не участвовать.

– Много слов, мало действий. Это ты называешь смелостью? – Роза стояла возле учительского стола и вертела в руках мел, всё ещё сомневаясь, стоит ли его кидать в друга.

– Физика. Миссис Занри. Кто больше совершит смелых поступков во время урока, тот и станет победителем. Навсегда. Что скажешь? – парень широко улыбался, но не сводил взгляда с мела.

Роби Стронг легко мог бы стать главной звездой школы, если бы этого захотел. Его яркая внешность, пылкий характер кружили головы ученицам Темпуса, и многие из них мечтали хотя бы общаться с ним, не говоря уже о чём-то большем вроде свиданий. Однако так сложилось, что Роби оказался не таким тщеславным, как другим могло показаться, и он ещё ни разу не воспользовался своим обаянием, чтобы заполучить внимание самых классных девушек Темпуса. Его устраивала их небольшая компания, ему хватало её сполна. Здесь регулярные ссоры с Розой, дружеские советы Ника, помощь в учебе от Алекса, мудрость Евы и спокойствие Луизы. Идеально. Ему действительно повезло с друзьями.

– Договорились, – ответила Роза и швырнула мел в Роби.

Теперь стало ясно наверняка, что Роза перешла в свою самую опасную фазу. Она легко могла разозлиться или обидеться, обрадоваться или удивиться, и эмоции эти всегда были бурными, долгими и иногда даже пугающими. Особенно это касалось эмоций из первой группы, и все обычно старались не провоцировать девушку, потому что знали, что добром это не кончится. Никому не хотелось стать причиной злости Розы Маркин, ведь она могла устроить обидчику настоящий ад.

Вдруг Роза залезла на свою третью парту на среднем ряду и обвела одноклассников деловым взглядом, а затем серьёзно заявила:

– Ведите счёт. Кто совершит больше смелых поступков, тот выиграл.

– Что ж, игра началась… – прошептала Луиза, когда в кабинет зашла пожилая миссис Занри. Учительница физики почему-то всегда была невесёлая, и очень сложно было ей понравиться, а ещё труднее рассмешить, потому что физика закралась слишком глубоко в её душу. Седые волосы учительницы, собранные в небольшой пучок, побелели ещё больше, когда Занри увидела, что вытворяет ученица.

– Роза Маркин, что вы себе позволяете? Вы что, сошли с ума?

– Давно уже, – хихикнул Роби и быстро опустил ноги на пол.

Пойманная Маркин продолжала невозмутимо стоять на парте. Её выражение лица было таким, будто на парте стоит вовсе не она, а скорее сама миссис Занри.

– Слезайте немедленно! Устроили мне тут цирк! Но всё, представление окончено, быстро к директору!

Наконец-то девушка поняла, что у неё проблемы, и без особого желания оказалась снова на полу. Поправив пиджак и смахнув несуществующую грязь с юбки, Роза удалилась из кабинета вместе с учительницей, оставив одноклассников в изумлении.

– Один-ноль в пользу Маркин, как я понимаю, да? – неожиданно послышался голос Дэна с последней парты.

На этом игра подошла к концу.

***

На уроке географии перед тем, как объявить самостоятельную работу, мистер Примо, вытирая и так чистую доску, сказал, что нужны добровольцы, чтобы сходить в кабинет истории за картой Америки. Весь учебный реквизит хранился именно в том кабинете, где было больше всего огромных шкафов, поэтому его смело можно было назвать самым популярным местом в школе.

Желанием вставать и тянуться в другой конец школы на два этажа выше никто не обладал, поэтому все умело игнорировали просьбу, пока наконец не поднялась одна изящная рука.

– Давайте мы сходим? – Ева указала на Алекса и себя и умоляюще посмотрела на учителя, зная, что это поможет его задобрить.

– Тут и один справится. Но раз вы единственные готовы помочь любимому учителю, то так и быть, разрешаю вдвоём. Только быстро! Вы же знаете, что от вас зависит время, отведенное на работу.

Ева кивнула и расплылась в благодарственной улыбке.

– Зачем? Чем посидеть спокойно не нравится? – шёпотом сказал Алекс подруге, лениво вставая из-за парты и закрывая тетрадь. Ева лишь внимательно на него посмотрела, и тогда Алекс всё понял.

Через пару секунд они уже пулей неслись в нужный кабинет. Но не из-за того, что они боялись Примо или его теста, а потому что перед ними стояла цель узнать, как из кабинета истории можно исчезнуть, что смогла провернуть новенькая.

1×7

Мисс Леонс как раз собиралась закрывать кабинет, когда подбежали ученики. Они уговорили злюку отдать им ключ, пообещав отнести его после на место. Учительница небрежно бросила ключ Еве, и та еле успела поймать его. Когда Леонс скрылась за поворотом, Ева закатила глаза и поделилась с другом своими мыслями:

– Когда-нибудь я поставлю её на место.

Алекс лишь усмехнулся, очень сомневаясь, что Ева решится на подобный шаг, хотя на самом деле от нее многое можно ожидать. Он и сам не прочь рассказать Леонс о том, как отвратительно она себя ведёт, но пока что это оставалось лишь в мечтах.

Как только друзья перешагнули порог кабинета, они тут же разбежались в разные стороны и принялись заглядывать во все шкафы, в парты, даже в учительский стол. Ева просмотрела плинтус в надежде найти в нём щель, за которой мог бы скрываться тайный проход или ещё что-нибудь. Оба толком не знали, что именно им нужно искать, но надежда случайно наткнуться на разгадку пока что не умирала. И вскоре Алекс окликнул Еву:

– Эй, посмотри! Я, кажется, кое-что нашёл, – дрожащим от внезапных эмоций голосом произнес парень. Его рука указывала на внутреннюю стенку крупного шкафа, заполненного интересными вещами из прошлого вроде одежды, посуды, домашней утвари, которые периодически демонстрировали на уроках.

Ева моментально оказалась возле Алекса, чтобы узнать, что такое особенное увидел друг.

В среднем ярусе шкафа, свободного от полок, чтобы туда можно было складывать вещи высотой с человека, на самом верху деревянной стенки было прикреплено еле заметное железное устройство со счётчиком из шести цифр, расположенных в отдельных ячейках. Алекс дотронулся до первой цифры и неожиданно обнаружил, что цифры можно перекручивать. Это ещё больше заинтриговало друзей. Ева попробовала покрутить все цифры в надежде, что им так откроется какой-то секрет, но ничего не произошло.

– Что это, чёрт возьми, вообще такое? – не удержалась Ева и с таким отчаянным желанием объяснений посмотрела на Алекса, что тот даже расстроился из-за того, что не знал ответ.

– Такое чувство, что мы занимаемся взломом, – поделился своими мыслями Алекс.

Ева сделала пару шагов назад, пригляделась, потом вернулась на прежнее место. Постояла мгновение в молчании, а потом сказала:

– Знаешь, это похоже на код…

– От чего?

– Не имею ни малейшего понятия, – вздохнула Ева.

Алекс понимающе кивнул и потянулся в карман за телефоном, чтобы сделать фотографию находки.

– Возможно, здесь определенная комбинация цифр, и если её ввести, то произойдет что-то такое, что поможет отсюда исчезнуть. И Эмма наверняка знает последовательность, – Алекс бросил прощальный взгляд на устройство и направился к другому шкафу, чтобы взять карту, про которую они оба чуть не забыли.

– Но как нам узнать код? Это же нереально! – голос Евы звучал безнадёжно.

– Будем пытаться, – пришел к единственному возможному выходу Алекс и махнул подруге, мол, им пора возвращаться.

Ева который раз тяжело вздохнула и закрыла дверцы.

***

Как только прозвенел звонок с урока, ученики тут же сдали работы, поскольку мистер Примо не разрешал дописывать ни секунды, и уже заранее разочарованные в своих будущих оценках покинули кабинет.

Первым делом внимание привлекла с красными от слёз глазами Роза, которая поджидала друзей в коридоре после чересчур долгой беседы с директрисой и прогулки по школьному парку вместо географии. На её лице не было даже намёка на хорошее настроение, она выглядела слишком подавленной, даже несчастной, и всем стало не по себе.

Роза отложила в сторону учебник по английскому, который она невнимательно листала, и без особого желания рассказала по просьбе друзей, что произошло после того, как она покинула кабинет физики. Как выяснилось, Труф долго возмущалась неадекватным, непристойным и просто абсурдным, как директрисе казалось, поведением ученицы старшего класса, и по итогу она решила, что нет наказания лучше, чем сделать звонок матери Розы и доложить о том, что творит младшая Маркин в школе, предназначенной обеспечить девушке успешное будущее. Такой поворот событий стал неприятно неожиданным, и теперь Роза с ужасом ждала встречи с семьёй, ведь родители пообещали заявиться в Темпус, чтобы лично продемонстрировать дочери свое разочарование и негодование. Кроме этого, Розе поручили провести вечером уборку кабинета физики, притворившись, будто Роза прошлась в ботинках по всем партам, стульям и подоконникам. В общем, справедливость Розу не ждала с распростёртыми объятиями.

– Очень впечатляюще, – улыбаясь по всю ширину своего рта, произнёс Роби после монолога подруги. – Хоть будешь знать, что лучше не нарываться. Видишь, чем заканчиваются споры со мной?

Луиза метнула в Роби наполненный откровенной злостью взгляд и обняла ещё крепче раздосадованную и совсем поникшую Розу.

– Ты любишь строить из себя королеву мира и притворяться, что тебе всё позволено. Смирись уже, что это далеко не так, – парень не собирался останавливаться. Его рот не закрывался, как и синий шкафчик, дверцу которого Стронг не отпускал всю перемену.

– Роби, у меня напрашивается только одно слово для тебя. Ублюдок, – Ева удивила всех своей внезапной резкостью, и Стронг явно смутился. Он предпочел отвернуться, чтобы не показать, что слова подруги не пришлись ему по душе.

Толпа девятиклассников пробежала мимо притихшей компании, и все заметили красные глаза Розы Маркин, что моментально вызвало волну шёпота и догадок.

– А ты, вижу, умеешь только насмехаться над другими людьми и не замечаешь, насколько сам ничтожен, – сухо ответила Роза и замолчала. Но не прошло и пары секунд, как она решила, что хватит сдерживать эмоции, и вдруг крикнула парню прямо в лицо: – Не разговаривай больше со мной! Никогда!

Роби опешил от такого, как ему показалось, сумасшедшего заявления и хотел что-то сказать в ответ, но Роза уже бросилась к выходу из школы, даже не попрощавшись ни с кем. Злость и обида вдруг выросли до такой степени, что она не могла позволить себе даже находиться рядом с Роби, а угроза повторной встречи с Труф из-за пропусков занятий её сейчас совершенно не волновала.

– Надеюсь, ты доволен, – угрюмо процедил Алекс и кивнул Еве, мол, им надо кое-что обсудить наедине.

Они оба отошли к скамейкам, Луиза и Ник отправились в столовую, а Роби остался стоять в одиночестве и недоумении, всё ещё не догадываясь о серьёзности последствий всей этой сцены.

1×8

Когда Маркин не появилась на следующих нескольких уроках, волнение захлестнуло друзей, ведь они знали, что Роза могла податься куда угодно, начиная от леса за школой и до самого Лондона. Роза представляла собой настоящий спусковой крючок, и нужна была крайняя осторожность, чтобы случайно его не зацепить. И именно в этом провалился Роби.

Очередь в буфете продвигалась медленно, и чтобы как-то убить время, друзьям стоило поболтать друг с другом, но внезапно воцарившееся с исчезновением Розы напряжение сдавливало всех. Ребята молча делали небольшие шаги к кассе и попутно с неестественным интересом рассматривали полки с едой.

– Хорошо, после школы я с ней поговорю, – внезапно выплюнул слова Роби и так тяжело вздохнул, будто его только что освободили от пыток.

– И? – Алекс ждал продолжения.

– Извинюсь.

Роби расплатился за шоколадный батончик и уверенным шагом вышел из столовой, решив не дожидаться своих вредных друзей. Все без комментариев посмотрели ему вслед, а затем Луиза наклонилась к Еве и шепотом сказала то, над чем она размышляла целый день. Ева сначала усмехнулась, словно узнала какую-то сплетню,

а потом с улыбкой кивнула.

Алекс не мог этого не заметить, поэтому поинтересовался сразу после того, как купил пачку печенья в буфете, и они все вместе направились в холл, чтобы перекусить.

– В общем, я решила, что нам нужно название. Нашему детективному агентству, – в голосе Луизы не слышалась никакая ирония.

Ник сначала хохотнул, но Луиза посмотрела на него с таким ледяным холодом, что тот моментально замолчал и кивнул, мол, он полностью согласен с её решением.

– И квкая у тбя идея? – невнятно спросил Алекс, уплетая шоколадное печенье и перебирая вещи в рюкзаке в поисках салфетки.

– «Загадка»! – подбородок Луизы от гордости приподнялся, что всё-таки не помешало ей наблюдать за реакцией.

Алекс с Ником переглянулись, явно не в восторге от такого названия для их команды, но своих предложений по этому поводу у них не нашлось, Ева же считала, что «Загадка» им отлично подходит, поэтому ребятам пришлось согласиться.

***

Поздним вечером дверь в первую комнату слегка приоткрылась, и внутрь просунулась голова с плечами и одна нога Роби. Его глаза быстро пробежали по комнате и не увидели никого, кроме неадекватной, как парню всё ещё казалось, Розы. Она сидела на своей кровати в позе лотоса и аккуратно выводила карандашом контур губ, устремив взгляд в небольшое милое зеркало. Роби прокашлялся и негромко спросил:

– Можно зайти?

Дверь за ним закрылась.

– Нет, – отрезала Роза.

Возникла неловкая пауза. Роби стоял и просто таращился на нежно-розовый карандаш, внезапно растеряв все свои заготовленные слова.

– Скоро же десять. Зачем ты красишься?

– Тебя это не касается, – Роза продолжала смотреть в зеркало, будто делала это специально, лишь бы не видеть парня.

Перед ней пришли извиняться, а она ещё грубит, с искренним недовольством подумал Роби, однако отступать было поздно. Он сел на кровать Евы, которая в это время пропадала где-то со своим потенциальным возлюбленным.

– Роза, я хотел бы с тобой помириться.

– А мне-то что? – Роза растянула губы в улыбке своему отражению.

– Да хватит уже! Почему ты не хочешь мириться? – возмутился Роби и скрестил руки на груди, всё ещё продолжая наблюдать за манипуляциями подруги с карандашом.

– Всё просто. Мне не нужен такой злой друг, – пожала плечами Роза.

– Я не злой.

– Роби, –  Маркин бросила карандаш в огромную черную косметичку и развернулась к парню, который бессовестно пялился на её губы. – Я знаю, что тебя заставили сюда прийти. Тебе самому это ни сколько не нужно.

– Неправда.

Роза вспыхнула:

– Роби Стронг, не выводи меня из себя! Вон из моей комнаты! И больше не появляйся тут!

Повторять дважды не пришлось. Роби понял, что все его унижения этого не стоят, и молча удалился из комнаты, проклиная неудачный день.

***

Алекс с Евой в это время сидели за пустым, не считая вазы с фруктами, обеденным столом, склонившись над телефоном парня и рассматривая сделанную утром фотографию. К их счастью, никто не слонялся туда-сюда за едой по столовой и не отвлекал ребят от мозгового штурма.

– Значит, – начал Алекс, – в правильном порядке нужно поставить восемь цифр, чтобы получился, как мы надеемся, верный код, который нам поможет, возможно, узнать, что случилось с Тикет. По моему, а точнее по мировому, опыту известно, что восемь цифр в основном означают дату. Зачастую либо дату рождения, либо смерти. Таким образом… Ева? Ты вообще здесь?

Алекс отложил телефон и помахал перед лицом подруги рукой, чтобы вернуть её в реальность. Ева широкими глазами посмотрела на Алекса, удивляясь, что он не верит в её заинтересованность. Ева была полностью поглощена рассказом друга, а его манерой говорить ещё больше. В голове сразу же начали выстраиваться по порядку её тайные желания вроде пикника в солнечный день в парке или, например, поездка в Лондон на вечерний спектакль. При любом раскладе Ева представляла, как они держатся за руки, а ещё…

– Я тебя внимательно слушаю и запоминаю абсолютно всё, – заверила Ева.

Алекс в недоверии сощурился, и Ева захохотала, а ещё подумала, что поцелуй был бы сейчас очень к месту. Чувствовал ли тоже самое Алекс?

– Я могу закончить?

Ева кивнула.

– Таким образом, мы должны выяснить, кто из живых или мёртвых людей Темпуса связан со шкафом.

– Даже не знаю, получится ли.

– Мы справимся – улыбнулся Алекс и неожиданно для обоих положил голову на плечо Евы и закрыл глаза, будто собрался так и уснуть.

Ева почувствовала, как её сердце бешено забилось, и скорее вернула голове друга вертикальное положение из-за страха, что тот узнает, как ярко она реагирует на его прикосновения.

– Эй, что за невежество! – пошутил Алекс.

– Спать будешь в своей комнате.

Ева положила телефон в карман толстовки Алекса, мечтая о том, чтобы её рука навсегда осталась близкой к его телу. Алекс же едва удержался от того, чтобы не схватить тонкие пальцы и почувствовать их тепло.

– Я могу и в твоей поспать, – набравшись смелости, выдал парень, о чём тут же пожалел.

Ева только усмехнулась и отправилась в ванную комнату.

Ещё немного посидев в одиночестве и поразмышляв о таинственных восьми цифрах, Алекс поднялся со стула и хотел уже пойти к себе, как столкнулся с Розой. Та кралась к зелёному яблоку, чтобы с помощью еды утолить свою злость. Особо подавленной она уже не выглядела, но Алекс решил на всякий случай поинтересоваться, как она себя чувствует.

– А как ты думаешь? – фыркнула Роза и уселась на освободившееся место.

– Роби же к тебе приходил?

– Я так и знала, что это вы его послали! Сам бы он не додумался. А ещё врал прямо в глаза.

Маркин тут же вскочила со стула и побежала в комнату, бросив надкусанное яблоко. Алекс даже не успел моргнуть, настолько быстро всё произошло.

– Что? Роза! Подожди!

Но Роза как всегда не дала шанс объясниться, и Алекс остался стоять в растерянности, но с уже парой догадок, во что завтра выльется эта сцена.

1×9

Ровно в шесть утра на пороге первого корпуса появилась Эмма Тикет, которая уже успела стать настоящей загадкой для учеников Темпуса. Новенькая сбросила с плеча большую черную сумку и с облегчением выдохнула. Ей хотелось незаметно для всех пробраться в комнату и лечь отдохнуть, а ещё подготовиться к расспросам. Однако в Темпусе спокойно не бывает даже в такое раннее утро, и в этот раз тишину нарушила шаркающая по ещё темному коридору Луиза в столовую, где хранились лекарства. Головная боль донимала её всю ночь, и терпеть уже было невозможно.

Луиза еле сдержалась, чтобы не вскрикнуть, когда совершенно неожиданно увидела новенькую возле порога. Обе замерли и выжидающе смотрели друг на друга, как хищники, готовясь броситься в бой. Первой атаковать решилась Эмма:

– Привет.

– Ага, – прошептала Хэйл и мигом вернулась на землю из ступора. Она сорвалась с места, забыв о головной боли, и помчалась в первую комнату.

Ева с Розой ещё сладко спали, и Луизе пришлось потрудиться, чтобы их разбудить, но при этом не потревожить Джейд.

– Подъём! Давайте же! У меня новости!

– Луиза, отстань, – поморщилась Роза. – Ещё полтора часа до завтрака, дай поспать.

Ева же сообразила, что нужно крепко схватиться за одеяло, чтобы подруга не смогла его стянуть. Просыпаться в шесть утра ради каких-либо новостей она точно не собиралась.

– Ладно, прячьтесь, но послушайте, – Луиза затихла, пропуская вперёд потенциальную барабанную дробь. – Эмма появилась!

Двух слов хватило, чтобы сон как рукой сняло.

– Что? – тут же подскочила Коллинз и попыталась запрыгнуть в тапочки, но из-за спешки ей никак не удавалось это провернуть, и она прямо босиком выбежала в коридор в надежде хотя бы сейчас не упустить Тикет.

Эмма послушно сидела в кресле в гостиной и с досадой ждала, какой шквал вопросов на нее скоро обвалится. Она уже поняла, что жители этого дома любопытные и активные, и теперь она уже начинала жалеть, что выбрала для себя именно первый корпус.

Ева в синих пижамных шортах и майке, с запутавшимися за ночь волосами и немного глупой улыбкой предстала перед новенькой. Она ещё не решила, какие вопросы задать, но спросить нужно было что-то наверняка.

Эмма вновь заговорила первой:

– Ты что-то хотела?

Ева вскинула брови, будто совсем не ожидала вопроса или вообще надеялась, что её пока что не заметили. Но Эмма видела всех.

– Я в ванную иду, – ответила Коллинз и тут же пожалела.

– Правда? Ванная в другой стороне, если я не ошибаюсь, – Эмма деловито закинула ногу на ногу и пронзила Еву своим очень темным и пугающим взглядом.

– Верно, – Ева кивнула, будто это была проверка на знания Эммой планировки дома. – Кстати, а где ты пропадала всё это время? – чтобы не показаться чересчур любопытной, Ева зевнула. Вопрос из вежливости, так сказать.

Тикет сделала глубокий вдох, поднялась с кресла и, приблизившись к Еве настолько, что можно было услышать её дыхание, коротко ответила:

– В больнице у бабушки. Довольна?

Ева хотела объяснить, что она не собиралась выпытывать информацию, всего лишь дружеский интерес, но Эмма продолжила:

– А теперь отвали от меня.

На такое заявление у Евы ответ не был готов. Эмма для надёжности ещё раз прожгла Коллинз своим свирепым взглядом и, слегка задев девушку плечом, грозно зашагала в свою комнату. Как только она скрылась во второй комнате, оттуда выскочила Луиза и поспешила в гостиную.

– Ну, узнала что? – Хэйл села вместе с подругой на диван и накрыла ноги декоративной подушкой, чтобы не так мёрзнуть. Из-за продолжительного дождя всё вокруг казалось мокрым, холодным и неуютным.

Ева передала короткий и захватывающий диалог.

– Почему мне кажется, что никакой больницы не было?

– Мне тоже, – согласилась Ева. Вообще она не сомневалась, что Эмма исчезла там, куда её отправил шкаф, и это точно не было лондонской больницей.

Подруги решили наведаться к парням, чтобы рассказать новость,  и они еле успели скрыться за поворотом, когда в коридор вышел Фок проверить, не шумел ли кто-то в такую рань.

Разбудить ребят оказалось несложно, а когда с ними ещё и поделились содержанием беседы Евы и Эммы, то стало понятно, что спать никто больше не собирался.

Когда подруги отправились в свои комнаты, Алекс схватил с тумбочки телефон и уставился на фотографию. Он уже столько раз открывал ее, что, казалось, выучил всё на ней наизусть, но тем не менее это не помогало понять, что значат цифры в шкафу. Алекс чувствовал, что им нужно разобраться с загадкой поскорее, пока Эмма в школе, ведь он не сомневался, что подобные исчезновения ещё повторятся.

– Что у тебя там в телефоне? – прыгнул на кровать друга Роби и попытался заглянуть в экран. – Фотографии Евы Коллинз? Женщины номер один в твоём большом и добром сердце.

– Думай, что говоришь, – фыркнул Алекс и отвернулся.

– Показывай! – и Роби с ловкостью выхватил телефон.

– Отдай! – закричал Алекс и бросился на Роби, повалив друга на пол. Не хватало ему, чтобы Стронг всё узнал. Он не мог подставить их с Евой. Не мог раньше времени открыть их тайну.

– А если не отдам, то что будет? – засмеялся тот, вертя телефон в руке. Посмотреть, что же там такое запретное, он даже не додумался. Намного интереснее было наблюдать за реакцией бешеного Алекса.

– У тебя снова станет на одного друга меньше, – Алекс знал, куда нужно надавить.

После неприятной ситуации с Розой Роби не хотелось ссориться и с Алексом, поэтому он бросил телефон другу и поднялся с пола.

– Бери уже, только не хныкай, ладно? – последнее слово осталось за ним.

***

В школе на первом уроке мистер Примо, не отрываясь от проверки написанных учениками работ, спросил у притаившейся в глубине кабинета Эммы:

– Расскажи нам, пожалуйста, где ты вчера была? Почему прогуляла занятия?

Эмма без страха перед учителем закатила глаза, что заметила только Ева. Она позабыла о приличиях и таращилась на Тикет весь урок, будто хотела стать свидетелем очередного мистического исчезновения.

– У меня дедушка лежит в больнице, и нужно было его срочно проведать. Семейные обстоятельства, понимаете?

– Ох, мне очень жаль, – спохватился учитель, но потом всё-таки добавил: – Но чтобы больше без разрешения не уходила. А теперь география. Смотрим на свои оценки за самостоятельную и плачем. Совершенно не помните материал.

Мистер Примо начал урок и не заметил, как шесть человек переглянулись между собой. Они знали, что Эмма соврала либо им, либо Примо, либо всем. А там, где ложь, добра обычно мало.

***

– То она была у дедушки, то у бабушки. Сама определиться не может? – подытожила Луиза после первого урока, когда они всем составом неудачно собрались возле театральной студии, мешая ученикам проходить и привлекая ненужное внимание.

– Мне не нравится, что она водит всех нас вокруг пальца, – Роза нахмурилась, будто почувствовала в Эмме угрозу своей безупречной репутации мастера вранья.

Роби выбрал не лучший момент, однако то, что происходило между ним и Маркин, ужасно его бесило, поэтому он решил поставить точку их недопонимаю прямо сейчас. По его мнению, рассуждения о бесстыдном поведении Тикет могли немного подождать.

– Слушай, Роз, я хотел сказать… Вчера всё вышло не очень удачно…

– Отстань, Стронг, – Роза даже не дала ему договорить.

Роби надулся от несправедливости, как ребенок, и сам себе пообещал, что больше ни за что не подойдёт к Маркин с извинениями или чем-нибудь другим. С него уже хватит.

1×10

– У меня есть одна мысль. Может показаться безумной, но я всё-таки озвучу, – шептал Алекс, крепко сжимая теплую руку Евы, и шагал на второй этаж школы, подальше от друзей. Им еле удалось незаметно скрыться. Но это всё равно не спасёт их от фантазии Роби, когда он обнаружит исчезновение, и начнёт выдвигать безумные теории, где же они и что делают.

Ева послушно шла за другом, но это не означало, что она понимает, что тот задумал.

– Куда мы идём?

– Я видел, что Эмма сюда поднималась.

– Зачем она нам сейчас?

Алекс на миг остановился и посмотрел на Еву таким пронзительным взглядом, что та почувствовала себя самым глупым человеком на планете. Что она упускает? Почему Алекс удивляется её непониманию?

Друзья уселись в только что освободившиеся кресла и склонились друг к другу, чтобы шепотом обсуждать насущные вопросы. Они волновались, что кто-нибудь услышит их, только вот у учеников Темпуса и своих забот было по горло, поэтому никто не обращал на них внимания.

– Вдруг нам нужно ввести дату рождения Тикет? – выпалил Алекс и уставился на Еву в ожидании её реакции на такое заявление.

Ева моментально отмела эту теорию:

– Сомневаюсь, что этот таинственный шкаф создавался кем-то специально для Тикет. Откуда они могли знать о её существовании?

– Может, они и не знали. Но вот те, кто установил систему…

Ева тоскливо вздохнула, всё ещё сомневаясь, что теории Алекса стоит позволить жить, и посмотрела на большие настенные часы со стрелками. У них было ещё время до урока.

– Я понимаю, что это звучит абсурдно, но пока что это единственное, что мне пришло в голову, поэтому, мне кажется, стоит попробовать. Не сидеть же сложа руки.

Ева задумалась.

Алекс, затаив дыхание, не отрывал взгляд от подруги.

– Хорошо, но как ты собираешься узнать её дату рождения? Тикет не похожа на ту, которая будет с лёгкостью раздавать информацию о себе.

Алекс улыбнулся. Ева согласилась с его идеей, а это большой шаг.

– Давай сейчас подойдём к ней и скажем, что нам нужно собрать даты рождения одноклассников, чтобы потом поздравлять.

Ева решила, что это самый безобидный вариант и, вероятно, подходящий, чтобы привести их к успеху.

Они поднялись с кресел и уже пошли в сторону библиотеки, где скрылась Эмма, но далеко уйти им не удалось. По лестнице широкими шагами поднялся Роби и бросился прямо на друзей. Когда он словил Алекса и Еву, не смог сдержаться от комментария:

– Наслаждаетесь обществом друг друга? Как это ми-и-ило! – Роби сложил руки в сердечко, и Алекс не удержался, чтобы не толкнуть его.

Стронга это ещё больше развеселило, но уже через пару секунд он принял более серьезный, даже хмурый вид и, извинившись за предоставленные неудобства, потащил Алекса в противоположную от Эммы сторону.

– Мне нужно срочно с тобой поговорить!

– Но… – Ева взглядом указала на библиотеку, где возле входа стояла Эмма и быстро перелистывала страницы какой-то книги.

Алекс лишь пожал плечами. Ева мгновение стояла в нерешимости, но потом осмелилась разобраться с Тикет в одиночку.

Роби же усадил Алекса обратно в кресло, сам склонился над ним и начал бросаться вопросами:

– Почему Роза не хочет мириться? Что ей надо? Она как всегда привлекает внимание? Это причина? Я вообще не понимаю!

– Слушай, чего ты так зациклился? Неужели и правда так волнует ее расположение к тебе? – Алекс прищурился.

Роби не сразу нашёлся с ответом.

– Конечно! Я же не хочу быть с ней врагами.

– А так и не скажешь, – Алекс говорил медленно, явно наслаждаясь фактом, что Роби понадобился его совет. Ник лучше подходил на роль советчика в таких делах, поскольку опыта общения с девушками он скопил побольше. Только вот на третий год обучения с ним что-то произошло. Ник внезапно стал тише и спокойнее, улыбается реже, постоянно погружен в свои загадочные мысли. Алекс пытался узнать, произошло ли у друга что-то особенное за лето, но Ник давал размытый ответ, который, в общем-то, ничего и не объяснял.

– Ну, нашло на меня тогда, с кем не бывает. Зачем обижаться так долго?

– Попробуй поговорить с ней ещё раз.

– Ты и сам видел, как она реагирует. Предлагаешь снова унижаться? – Роби считал себя выше извинений. Выше чего угодно.

– Если просить прощения означает для тебя унижение, то, боюсь, я больше ничем тебе не смогу помочь.

И Алекс оставил Роби. Сейчас важнее всего было узнать, удалось ли Еве поговорить с Эммой. И, как оказалось, Коллинз смогла завести разговор с Тикет, хотя это было не так уж просто, если вспомнить, как вела новенькая себя с утра.

Алекс подбежал к Еве, которая ждала его недалеко от кресел, и спросил:

– Ну? Она назвала дату?

Ева вздохнула. Алекс всё понял.

– Не всё так просто. По её мнению, нам необязательно знать, когда она родилась. И добавила, что в наших поздравлениях не нуждается. У нее явно самая лучшая тактика для построения хороших отношений с одноклассниками.

– Чёрт! – Алекс пнул мусорное ведро. – Зато я теперь ещё больше уверен, что код связан с ней.

– Нужен другой способ добыть информацию.

Алекс несколько секунд размышлял, оценивал коэффициент риска и удачи, а потом, схватив подругу за руку уже который раз за день, что приносило ему сущее удовольствие, побежал к кабинету директрисы.

– Я отвлекаю Труф, ты ищешь личное дело Тикет. У тебя максимум две минуты.

– Но… – Ева не успела объяснить, что у них ничего не выйдет, но Алекс уже зашёл в кабинет и очень скоро вышел оттуда вместе с миссис Труф, которая в спешке пыталась надеть очки.

Парень подмигнул Еве, и та бросилась в кабинет. Найти дело удалось достаточно быстро, и, чтобы не забыть дату рождения от нахлынувшего адреналина, Коллинз сфотографировала лист бумаги и бросила обратно в полку. Ни секунды не задерживаясь, Ева вылетела из кабинета и упала прямо в объятия Алекса.

– Вот это скорость! – восхитился он и выхватил протянутый Евой телефон.

Оба склонились над экраном, чтобы изучить фото.

04.09.1999.

– Почему ты мне не говорил о своих экстрасенсорных способностях? – засмеялась Ева.

– Сюрприз, – залился смехом Алекс.

Раздался звонок на урок.

– Предлагаю сейчас проверить код, пока удача с нами. В кабинете истории как раз больше нет сегодня занятий.

– А английский?

– Так важно?

– Плевать, – ответила Ева, и они помчались вниз.

Кабинет и правда оказался пустым. Он не пользовался большой популярностью, потому что в нём до сих пор не повесили интерактивную доску, а учителя обожали пользоваться этим новшеством.

Здравый смысл подсказывал обоим, что всё закончится безуспешно, но всем известно, что надежда умирает последней.

Алекс начал вводить числа трясущимися руками, моля об удаче. Ева же, затаив дыхание, внимательно следила за его пальцами.

– Готово!

Ничего не произошло.

Они подождали минуту.

По-прежнему ничего.

И тогда Алекс взбесился от отчаяния. Не придумав ничего более разумного, он принялся в каком-то диком порыве менять последнюю цифру в меньшую сторону, пока на четвёрке не раздался едва слышимый хлопок.

– Остановись! – Ева схватила Алекса за руку. Её сердце начало бешено колотиться. Неужели получилось?

– Здесь дата рождения человека, которому сейчас двадцать один! А Эмме же шестнадцать. По крайней мере, должно быть…

Ева решила, что, возможно, здесь дата её родственника, однако Алекс не принял эту мысль, сказав, что день и месяц её, если опираться на личное дело. Каждый раз, когда подростки связывались с Тикет, жизнь тут же выкидывала им, как одну из матрёшек, проблему с огромным количеством недосказаний и странностей.

– Надеюсь, нам всё-таки удастся выяснять, кем Тикет является на самом деле, – прошептала Ева, почти не моргая, чтобы не упустить ни единой мелочи.

Перед друзьями в сторону отъехала внутренняя стенка шкафа, открыв обзор на заполненную темнотой и тишиной лестницу, ведущую в подвал.

Недолго думая, они сделали шаг вперёд.

2×1

Сплошная темнота поглотила незваных гостей, но, к счастью, не настолько долго, как они того ожидали. Алекс и Ева, затаив дыхание, спускались шаг за шагом, и всё вокруг приобретало форму, цвет и совсем немного смысла. Через минуту оба осознали, что идут по туннелю, в конце которого их ожидала массивная дверь, открыть которую удалось с трудом.

Теперь вокруг было настолько светло, что даже болели глаза от белого цвета стен. Помещение оказалось чем-то на подобии коридора, откуда можно было попасть в несколько других комнат. Резкие повороты направо и налево в конце сужающегося коридора означали, что впереди есть ещё что-то.

И Алекс, и Ева не знали, что нужно в таких ситуациях даже думать, поэтому они просто стояли плечом к плечу с раскрытыми от удивления ртами.

– Кто бы мог подумать, что это всё связано с нашей школой, с обыкновенным кабинетом истории. – Ева первая пришла в себя. – Но главное, как Эмма узнала об этом тайном продолжении Темпуса?

Вдалеке послышались шаги, и друзья инстинктивно отошли подальше. Прятаться было негде, так что выход был один – встретиться с неизвестностью напрямую. Дышать стало немного легче, когда из-за поворота вышел безобидный на вид молодой парень на пару лет старше ребят. Его чёрные длинные до плеч волосы привлекали всё внимание, и не так занятно было рассматривать белый комбинезон. Ева рискнула предложить, что это спецодежда строителя, но если уж здесь что-то и строили, то только новый мир. Незнакомец остановился в паре метрах и слишком безразличным тоном спросил:

– Здравствуйте. Вы к директору? На какое у вас время?

Явно какая-то строительная компания, честное слово, подумала Ева, а вслух сказала:

– Да, именно. Мы на время, какое как раз сейчас, – голос предательски дрожал. Подросткам повезло, что жизненным принципом этого чудака был абсолютный пофигизм, потому что на его лице не отражалось никаких эмоций.

– Она сейчас отсутствует. Подождите вот здесь, – тощая рука указала на единственную скамейку в коридоре. – Я Джек. Обращайтесь в случае необходимости.

И тут вдруг признаки жизни, точнее, признаки того, что дар речи не пропал, подал Алекс. Его глаза ярко горели интересом, и он не переставал вертеться кругом, как волчок, рассматривая всё, что только можно было рассмотреть в пустом помещении.

– Покажи мне всё! Хочу знать, что это за место!

– Алекс! – шикнула Ева и дёрнула друга за рукав. – Неизвестно, можно ли ему доверять, так что веди себя спокойно.

Джек же на просьбу Алекса просто кивнул, развернулся и пошёл по коридору, начав бубнить себе под нос что-то неразборчивое. Алекс хотел отправиться за ним, но Ева крепко сжимала его руку.

– Что ты творишь?!

– Отвали, а? Мне хочется знать, как здесь всё устроено.

Его рука освободилась, и он направился за Джеком, совершено не заинтересованным в гостях.

– Ладно, – как можно более едко произнесла Ева, в душе заливая вёдрами воды горячую рану от слов Алекса. – Я одна выясню, как это место связано с Эммой. Можешь делать, что душа пожелает, только из неприятностей сам потом выпутывайся, – сказала сухо Ева, но с места не сдвинулась, надеясь услышать что-нибудь от друга, но тот даже не взглянул на неё.

Терять дальше время, пока всё было относительно спокойно и мирно, не хотелось, и Ева, осторожно пошла прямо по коридору, обогнав парней, которым не было до неё дела.

Завернув направо, Ева столкнулась с ещё одним молодым человеком, одетым в точно такую же одежду, с такими же черными, но уже короткими, волосами. В руках он держал метлу.

– Кто ты? – ошарашенно спросил парень и от нахлынувших эмоций сдёр корку с заживающей раны на правой щеке.

– Я к директору… – пролепетала не менее напуганная этой неожиданной эмоциональностью Ева.

Тот сощурился.

– Ты к мисс Тикет?

– Эмма? Она директор? – ахнула Ева, не успев подумать, что этот ответ явно не понравится её собеседнику. Глаза парня от удивления округлились, и до неё дошло, что он сейчас поднимет тревогу, мол, у них тут подозрительная личность, не знающая даже, кто управляет этим местом. Её приведут к Эмме, та всё узнает, и жизнь Евы наверняка подойдёт к концу.

Однако ответная реакция оказалась совершенно другой.

– Ты случайная! – то ли с облегчением, то ли с ужасом произнес незнакомец и продолжил: – Появляются здесь раз в вечность, наверно. Думал, мне не повезет.

Ева взирала на него непонимающим взглядом.

– Расскажи всё! Поверь, мне можно доверять. А я взамен отвечу на твои вопросы. Зовут меня, кстати, Джек Два. Мы с первым Джеком работаем здесь. Выполняем все поручения Тикет.

– А я Ева – только вымолвила та.

– Как ты нашла это место? – спросил Джек Два и открыл одну из дверей.

Они зашли в миниатюрную комнату, где стояла кровать, тумбочка и шкаф. Оба сели на застеленную старым покрывалом кровать. Ева так переволновалась, что никак не могла начать свой рассказ. Однако, собравшись с мыслями, выложила, сама тому удивляясь, всё, что знала об Эмме, о недоверии к ней и огромной куче странных явлений, которыми та окружена.

– Прошу тебя, мне нужно отсюда выбраться, но без помощи ничего не выйдет, – Джек Два умоляюще посмотрел на Еву.

– А что здесь происходит?

– Это лаборатория, которой Эмма управляет уже месяц. Занимается всякими химическими жуткими штуками, и я без понятия, какой в этом смысл. Джек тоже ничего не знает. Мы похожи на рабов, следим за лабораторией, убираем, сортируем материалы, выполняем любые указания. А делаем всё это из-за того, что в самом начале прошли стадию прочистки мозгов. Ни я, ни Джек не помним о своем прошлом, не знаем, как сюда попали. Только на меня то, что она вколола мне, подействовало не до конца. Память исчезла, но я остался в здравом уме, у меня не исчезла воля, хотя должен притворяться, чтобы не получить вторую дозу.

– Я сразу поняла, что поведение Джека смахивает на какой-то транс…

– Выглядит именно так. Помощи от него я не получу, поэтому самостоятельно пытаюсь выяснить, что здесь толком происходит и как мне выбраться.

– А как вы здесь живёте? И почему ты не можешь просто выйти так, как я сюда зашла?

– Живём в таких комнатах, – Джек Два обвел руками свое жилище. – Эмма закупает продукты, самые дешёвые и примитивные, и мы едим их. Джек не замечает, что я отличаюсь, поэтому с ним мне легко. Но когда рядом Эмма… Использую по максимуму всё своё актерское мастерство. А выйти я до сих пор не смог, потому что она вставила в шею чип, и если я перейду порог, то система распознает меня, и из капсулы, прикрепленной к чипу, выльется яд, который убьет меня. Так сказала Эмма. Не знаю, правда ли всё это, но я, если честно, не хочу рисковать. Единственным вариантом сейчас я вижу вырезать чип, но без помощи это будет трудно сделать.

– Как же это ужасно… – Ева не знала, что говорить, настолько ее поразил рассказ.

– Ева, – тихо произнес Джек Два, – я очень надеюсь, что мы сможем друг другу помочь. Выясним планы Эммы и…

– Вытащим вас с Джеком, – закончила предложение Ева. – Обещаю, я помогу тебе. Только сейчас, боюсь, мне надо найти друга, он здесь сам не свой, – Ева чуть не позабыла об Алексе.

Глаза Джека Два превратились в огромные блюдца.

– Ты не одна?

– С Алексом…

– Чёрт, нужно скорее его увести! – тот побежал в сторону, откуда пришла Ева, не переставая говорить: – Я выяснил, что здесь установлена система распыления особого газа, которая срабатывает каждый раз, когда открывается дверь. Только те, у кого есть защита, могут тут находиться. Другие же забывают, как и зачем оказались в лаборатории. Эмма знает, как играть с чужим разумом. Она много чего знает.

– Но ведь со мной ничего не произошло, – не понимала Ева.

– Похоже, врождённый иммунитет. Тебе повезло. Считай, мы похожи.

Друга Ева нашла в комнате, напоминающей гостиную, за игрой в шахматы. Алекс и Джек бессмысленно переставляли фигуры с места на место. Ева поспешила к Алексу и, схватив за руку, потянула его к выходу. Тот сопротивлялся, говорил какую-то чушь вроде «Конь делает шаг, а король – три». Взглянув в глаза Алекса, Ева не обнаружила там ничего хорошего, одни только широченные зрачки и покрасневшие белки.

– Неужели мне придется всегда приходить одной? Не очень заманчивая идея, – вздохнула Ева.

– В отсутствие Эммы я времени зря не теряю. Мне удалось выяснить, что существует три браслета, которые при распылении газа поглощают его, а человек остаётся нетронутым. Они на случай, если Эмме понадобится кто-то в своём уме, только вот пока таких счастливчиков не было. Она работает одна и только для себя.

– А где же находятся эти браслеты? – спросила Ева. Она поняла, что должна заполучить их.

– Думаю, в ее кабинете. Я поищу их. Приходи завтра.

Ева кивнула и обняла Джека Два на прощание. Ей хотелось сделать что-нибудь приятное для этого несчастного человека.

Пока они с Алексом шли по чёрному туннелю, а потом поднимались по лестнице, Ева пыталась убедить себя, что это всё не сон, а реальность, что она с Алексом попала в тайное логово, непонятно каким чудом ставшим собственностью Тикет. Пленники, эксперименты, гипнозы, ядовитые вещества – всё слишком ужасно! И теперь на ней и ее друзьях лежит ответственность помочь Джекам освободиться и обезопасить себя и других от безумства Тикет. Нужно было выяснить, чем Эмма занимается и каковы её планы на будущее. Никаких сомнений не оставалось, что Тикет не обычная английская школьница, а какой-то монстр из фильмов ужасов.

2×2

Как только они вернулись в кабинет, Алекс схватился за голову, которую внезапно пронзила адская боль. Ева помогла другу присесть за заднюю парту возле стены. Алекс морщился и пытался сосредоточиться, но мысли куда-то улетали, и ему никак не удавалось вспомнить, что произошло буквально пару минут назад.

– Ты вообще ничего не помнишь? – удивлялась Ева, всматриваясь в страдающие глаза. К счастью, их красный цвет уходил, а зрачки уже уменьшились.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.