Эстелла Грант, Грант Эстелла, Улана Зорина
Адский Тандем

Пролог

Наконец рабочий день подошёл к концу. Почесав подбородок, Ник устало вздохнул. В душе царило удовлетворение. Собой, своей работой. Наконец-то преступник схвачен. Тот самый – правая рука самого таинственного Повелителя, как пафосно называют его приспешники. Ролевики отдыхают.

Николас усмехнулся.

Взъерошив рыжую прядь, он ещё раз осмотрел свой стол и, поправив стопку исписанных листов, склонил голову набок. Заключённый всё так же балагурил и кривлялся, теребя холодный металл.

– Теперь тебе только гнить за решеткой, гад, – проворчал Николас. – Достала эта работа.

Кинув быстрый взгляд на рабочий стол, он нахмурился. Встряхнув карман пиджака и также не обнаружив искомое, он с ворчанием направился к выходу. Кто-то уже успел смахнуть со столешницы связку ключей. Не иначе напарничек. Николас ухмыльнулся. И немудрено. Ласточка сразу запала в душу суровому полицейскому. Купить же себе тачку Ричард даже не помышлял. В его скупом сердце было место лишь для одной женщины…

Николас усмехнулся и покачал головой. Для себя он давно уже решил в ближайшее время избавиться от этой старой рухляди и прикупить себе к Рождеству новенький автомобиль. Ну а Ласточка… Не стоит и голову ломать над подарком напарнику. Николас уже представлял восхищённый взгляд друга, когда он небрежным жестом бросит тому звенящую связку: «А это тебе, бро! Не на свалку же, в самом деле».

Резкий хлопок входной двери выдернул его из раздумий.

«Когда-нибудь она просто разлетится на щепки, если Пончик наконец-то не поставит доводчик», – он растерянно оглянулся назад, цепким взглядом отмечая на двери отделения новую трещину.

Подавив довольный оскал, Николас ускорил шаг.

– Ник, ну сколько тебя можно ждать? – облокотившись на гладкий капот, Ричард в нетерпении поглаживал его пальцами. – Я за руль.

Тот лишь приподнял кончики губ. Он понимал, что это был не вопрос, и давно перестал возражать. Пусть напарник потешится. В конце концов, это просто кусок гнилого металла.

Мотор Ласточки заурчал. Привычно опустив окно на водительской дверце, Ричард выжидающе уставился на напарника. Николас устало кивнул и, юркнув в салон, устроился на пассажирском сиденье.

***

Закинув друга в глухой район, в холостяцкий уголок покоя, который тот гордо именовал своей уютной берлогой, Николас пересел на водительское сидение и мечтательно прикрыл веки. Как там его Огонёк? Его славная, милая Агнес.

С тех пор, как Бог прибрал к себе её мать, девочка взяла на себя всю заботу о нём. Николас видел, как дочь старалась. Вела хозяйство, готовила, прибирала, да ещё успевала неплохо учиться. Уголки губ поднялись в ласковой улыбке. Надо бы ей позвонить. Может, что-то купить нужно…

Потянувшись к карману брюк и ощутив пустоту, Николас на мгновенье застыл.

Он снова забыл телефон в офисе.

Ник нахмурился. Перед его мысленным взором пронеслись кипы бумаг и небольшой чёрный мобильник, сиротливо оставленный на самом краю. Бинго! Глаза его засияли. Кинув быстрый взгляд на приборную доску и просчитав что-то в уме, Николас решил, что успеет.

Промозглый ветер трепал ему волосы, забирался за шиворот, и, уверенно нажав нужную кнопку, Ник закрыл окно. В стекло тут же ударил обманутый порыв по-осеннему холодного ветра, недовольно скользнул по железу и вновь умчался в хмурое небо.

Гулко урчащий мотор Ласточки вздрогнул и захлебнулся басовитым урчанием, прогоняя по мощному сердцу авто жидкий огонь. Тихо шурша шинами по асфальту, Ласточка сдвинулась с места и, набирая ход, повернула назад к отделению.

***

Некто, кого точно не могли ожидать в офисе ФБР, неспешно переступил порог. Алые глаза с презрением сверкнули на дежурных. Те не успели ничего сообразить и потянуться к оружию, как в унисон со щелчком длинного пальца вошедшего хрустнули их шеи, а тела грузно осели на пол. Мужчина поморщился и посторонился, пропуская вперёд молчаливые тени. В чёрных костюмах, подобных самой густой темноте, те стремительно проскользнули мимо.

Неторопливо цокая каблуками, в сопровождении грозных спутников он направился вглубь отделения. Туда, где из тьмы тесных клетушек на него с надеждой и страхом взирали глаза заключённых. Безразлично миновав камеры с застывшими узниками, мужчина остановился у самой последней. Белоснежное одеяние незнакомца резко контрастировало с убогим сумеречным окружением. Оно светилось, будто одинокая звезда во враждебном пространстве, притягивая к себе мелкую назойливую мошкару. Разгладив широкими ладонями атласную ткань, незнакомец вскинул голову. Волосы цвета воронова крыла мягким шёлком рассыпались по белым плечам.

– Ну что, ты отдохнул? – разорвав воцарившуюся тишину, проскрежетал тихий голос.

Сиделец на лавке вздрогнул и, щурясь, растянул губы в улыбке. Напряжение окутало тщедушное тело. Подобострастно склонившись, он торопливо просеменил к подошедшему и прижался к решётке лицом.

– Повелитель! Я ждал! Я знал, что вы не оставите гнить здесь своего недостойного слугу! Простите, Повелитель! – ноги его подкосились, и, цепляясь ослабевшими пальцами за железные прутья, узник медленно встал на колени.

Глаза мужчины злобно сверкнули. Волосатые пальцы обхватили решётку и дёрнули на себя. Жалобно лязгнув, та прогнулась и поддалась. Рывок. Миг, и для этой камеры уже никогда не понадобится ключ.

– Нечего тут рассиживаться, червь. Нас ждут великие свершения! – пафосно выплюнул незнакомец и, ни минуты не медля, отправился прочь. – Я и так потерял из-за тебя кучу времени.

– Да, Повелитель! Слушаюсь, босс… Как пожелаете… – заверещал освобождённый и поспешно вскочил.

Молчаливый кортеж не успел ещё даже приблизиться к входной двери, как та распахнулась, и в проёме показался растерянный Николас.

Не ожидая подвоха, он торопливо шагнул внутрь и нос к носу столкнулся с массивной фигурой.

Глаза их встретились. Мгновенно оценив ситуацию, Николас рванул кобуру, пытаясь выхватить верный ремингтон, но будто споткнулся. Увязая в угольной черноте расширенных зрачков, ещё не осознавая всю нереальность происходящего, он распахнул рот, набирая в лёгкие воздуха и готовый вот-вот закричать, когда невесомое облако белого шёлка плотной субстанцией облепило лицо.

По мановению длинных пальцев хозяина подол одеяния, резко взметнувшись, пеленой опустился на голову незадачливого агента, жестоко стягивая кожу лба, щёк, забивая рот и нос гибкими волокнами. Тот захрипел, задёргался, хаотично забился о стену. Ноги его ослабели и дрогнули. Выпустив так и не вытащенный из кобуры пистолет, руки рванулись к лицу, тщетно стараясь стянуть с себя тонкую ткань. Пальцы скребли по гладкой преграде, ломались ногти, оставляя на ней алые борозды, но соскальзывали вновь, не находя, за что зацепиться.

Николас хрипел, извиваясь в агонии, разевал рот в немом крике. Раздирал себе глотку в надежде глотнуть хоть капельку воздуха. Обезумевшее сознание в ужасе металось по черепной коробке, не находя выхода. Грудь горела огнём, мысли путались, страх сковывал мышцы. От недостатка кислорода голова кружилась, отчаяние и безысходность туманили разум. Наконец, совсем выбившись из сил и потеряв всякую надежду, Николас сдался. Оцепеневшее тело застыло, и только пальцы продолжали конвульсивно скрести по лицу, оставляя на ткани кровавые кляксы.

Чужое прикосновение Николас уже не заметил. Замерев в изломанной позе, жалкий и беспомощный, он уже не почувствовал, как тяжёлая ладонь опустилась на склонённую голову. Глаза его закатились, а последний проблеск сознания засосало в беспросветную тьму. Агония схлынула. Боль ушла. И наступил безмятежный покой.

Удовлетворённо хмыкнув, мужчина сорвал с головы поверженного белоснежный покров, сжал в кулаке рыжие пряди и резким движением дёрнул. Кривя тонкие губы в злорадной ухмылке, склонился и с наслаждением втянул в себя запах страданий. Хищным взглядом впился он в искажённые мукой черты мертвеца, в самую суть потухшего взора. Ноздри затрепетали, жадно впитывая отголоски мучительной боли, и по лицу его пробежала лёгкая судорога. В беспросветной черноте глаз пришельца вспыхнул огонь. Тьма заворочалась, заклубилась и хлынула послушным потоком. Некогда зелёные глаза полицейского заволокло мраком, он едва дёрнулся, послушно вбирая в себя благословение, и безвольно поник.

– Возрадуйся! Тебе выпала великая честь, ничтожный человечишка, – незнакомец брезгливо фыркнул, отдёрнул руку и обтёр её об испачканное одеяние.

Голова Николаса мотнулась, глухо ударившись о стену, и безжизненно свесилась на грудь.

Бывший узник с нескрываемым отвращением пнул неподвижное тело и, протиснувшись ужом меж прислужников Повелителя, с видом победителя распахнул ногой дверь.

Кортеж скрылся, оставляя позади себя трупы агентов и дрожащих задержанных, испуганно сжавшихся в своих камерах.

Глава 1

– Владыка, нас предали! – вместе с хаотичным лязгом мечей в тронный зал ворвался истошный крик. Массивная фигура на высоченном резном кресле тревожно вскинула голову и замерла. Не веря своим глазам, тот, кого назвали Владыкой, напряжённо следил взглядом за бесстрашным вторженцем, ловко орудующим двуручным мечом, и восторгался. Он узнал этого юношу, и печать боли омрачила чело. Разве не сам он учил его тайным приёмам, отваге и ловкости? Разве не тот самый меч он собственноручно вложил ему в руки? И вот… награда. В сердце кольнул предательский уголёк, но Владыка не дрогнул.

Кто он такой, чтобы идти против Судьбы…

– Прочь! – яростный окрик хлестанул по ушам, но, отчаянно выпятив грудь, один из защитников смело встал между нападавшим и троном.

Блеснула сталь, напряжение в воздухе разорвал резкий свист, и фонтан чёрной крови плеснул на подножие.

Владыка и бровью не повёл, когда горячее остриё упёрлось ему в шею.

Толпа повстанцев ввалилась в каменный зал, толкаясь и падая, поскальзываясь на липких разводах. Весь белый мрамор некогда великолепного пола был обагрен кровью защитников. Жалкая кучка выживших, прижавшись к шершавым стенам, отчаянно щетинилась мечами и пиками, бешено вращая глазами. Кидая обречённые взгляды на невозмутимого Владыку, они злобно щерились в сторону атакующих.

– Ну что же ты ждёшь? – голос Владыки звучал не испуганно, нет, но устало. – Давай, прерви бесполезную жизнь… Она не стоит и гроша, раз я не сумел взрастить в тебе верность семье!

– Семье? – взревел нападавший, и в глазах его запылал адский огонь. – Какой семье? Той, что всегда была холодна? Которой не было до меня никакого дела? – Рука юноши дрогнула, и холодная сталь царапнула кожу.

Притихшая было толпа загудела, расступилась, и в освещённый свечами зал шагнул высокий мужчина в рваном плаще. Длинные волосы его были собраны в хвост на затылке. Брюки из тончайшей кожи заправлены в сапоги, каблуки которых, звонко цокая, оповещали о каждом шаге вошедшего.

В огромном зале воцарилось молчание. Звонкой струной натянулась тревога. Казалось, вот-вот, и она лопнет, разметав по всему свету осколки гротескной картины происходящего.

Быстрым взглядом абсолютного мрака мужчина окинул присутствующих, и те в страхе попятились. Изогнув тонкие губы в довольной улыбке, он победно уставился на беззащитную перед сталью, открытую шею.

Шею того, кто целую вечность торчал костью в горле. Кто, упиваясь своей нескончаемой властью, совсем позабыл о потомках. Кто своими руками взрастил семя ненависти во чреве великой семьи. Взглянул и поморщился.

Даже сейчас, на краю своей жалкой жизни, тот выглядел устрашающе.

Пронзительно синий взгляд спокойно следил за приближением гостя… Нет – Победителя.

Мужчина занервничал, сбился с шага, будто наткнувшись на плотную стену. Мгновенно взял себя в руки и, вздёрнув подбородок, чеканя каждый шаг, продолжил свой путь.

Заминка Повстанца не осталась незамеченной, и волна ропота прошла по толпе.

Досадливо скрипнув зубами, мужчина лишь крепче стиснул в руке окровавленный меч и невольно ускорил шаг.

Как бы ни хотел он сейчас казаться равным Владыке, одного желания всегда было недостаточно.

Казалось бы гордая поступь со стороны выглядела излишне поспешной. Высокомерный взгляд – чрезмерно тревожным. А прямая спина – чересчур напряжённой.

А этот… Даже с остриём у глотки излучал непоколебимую стойкость и уверенность в своём превосходстве.

Мужчина злобно ощерился и перевёл взгляд на мечника.

– Браво, мой юный друг! Я не ошибся в тебе! – голос его перекрыл глухой рокот и радостным кличем вознёсся к каменному потолку.

Пламя свечей дрогнуло и заколебалось, вместе с ним затрепетали и тени на стенах.

Владыка это заметил. Лёгкая улыбка тронула его губы. Едва лишь, мельком, он взглянул на вошедшего, и вновь обратился к своему палачу.

– Ты мой внук! Сын моего сына! Отвернул свой лик от семьи ради этого?

Рука юноши снова дрогнула, и тонкая струйка кипящей смолы скользнула из-под острия стали. Владыка даже не дрогнул. Встрёпанный юноша обернулся к вошедшему, ища в нём поддержку и поощрения, но наткнулся на жадный насмешливый взгляд.

– Убей его, – махнул рукой тот. Небрежно, играючи. Будто хозяин своему ничтожному служке.

Юноша нахмурился. Разве таков был договор?

– Но как же? – заколебался он. – Мы ж договаривались просто захватить власть…

– Прикончи этого ублюдка! – рявкнул мужчина, но, уловив отблеск упрямства в синих глазах, тут же смягчился. – Я помню наш уговор, но ты тоже должен понять. Пока жив твой дед, у Ада не будет другого Властителя.

Громкий смех прокатился по залу.

– Бедный, обманутый мальчик. Как легко ты позволил обвести себя вокруг пальца? Разве этому я тебя учил?

– Заткнись! – зарычал мужчина в плаще, вкладывая в каждое слово всю свою ненависть.

Юноша вздрогнул, очутившись меж двух грозных мужей.

Владыка подался вперёд, наклоняясь над внуком, и липкая струйка на шее хлынула с новой силой. Парнишка испуганно охнул, оказавшись лицом к лицу с властным дедом. Глаза их встретились, и кобальтовая синева чистого могущества столкнулась с благородной бирюзой юношеского максимализма. Взгляды схлестнулись. Столкнулись, смешались и увязли друг в друге, проваливаясь в общее и давно позабытое.

Вот он, совсем ещё малыш, рыдает над сбитой коленкой, а над ним склоняется он. Дед. А в глубоких глазах тревогу сменяет спокойствие. Дед что-то шепчет ему ласковое, тягучее и накрывает рану широкой ладонью. Мгновенье, и боль отступает. Дед убирает руку и ерошит ему пушистые волосы. А на коленке уже ничего нет, лишь тонкая плёнка блестящей кожи.

Плечи юноши дрогнули, опустились.

И снова перед глазами возник образ деда.

Грозный, скорбный, склонившийся над неподвижными телами матери и отца. Его стиснутые в безутешном молчании губы. Жёсткий блестящий взгляд, а внутри целое озеро горькой влаги. Его сжатые кулаки и побелевшие костяшки напряжённых пальцев. А к ноге деда прижимается он. Крошечный мальчик с растерянным взглядом. Не сводящий глаз с липкой лужицы, растекающейся под телами. С саднящей болью в опустевшей душе и единственным родным человеком во всём мире.

Юноша отшатнулся. Меч с грохотом вывалился из ослабевшей руки. Горестное раскаяние затопило заблудшую душу, и дрожащие губы раскрылись, выпуская на волю слабый звук. Едва слышный, но как гром с небес значимый.

– Прости, дед…

И тут же мир перевернулся.

От стен потянулись густые тени. Юркими змейками нырнули в толпу, стремительными жалами правосудия, когтями возмездия.

Мужчина в плаще растерялся. Лицо перекосила гримаса страдания. Вытаращив глаза, он смотрел на то, как грозной величественной статуей поднялся на ноги тот, кого он уже считал побеждённым. А рядом с ним выпрямлял свою спину предатель, опираясь на руку того, кого только что едва не прикончил.

Смотрел и не верил глазам. Этот Трон, этот Зал уже должны были принадлежать ему! Только ему… Разве не он положил всю свою долгую жизнь на кон, связавшись с этим треклятым мальчишкой? А теперь…

– Предатель! – злобно зашипел он, прожигая взглядом ненавистную фигуру несостоявшегося убийцы.

«Какая же непостоянная девица, эта Фортуна…» – пронеслось в голове.

А вокруг него уже сгрудились приспешники. Своими телами закрывали они своего обманутого Повелителя, гибли, но оттесняли того прочь из Адского зала. Подальше от смертоносных укусов Теней, подвластных лишь одному Владыке Ада. От его скорого и беспощадного воздействия. Не раздумывая, впопыхах. В запретный срединный мир. Туда, где можно спокойно зализать раны. Где людское неверие сыграет им на руку. Где, пополнив ряды своей разгромленной армии, Повелитель вновь вскинет голову и обратит пылающий взгляд в сторону отринувшей его колыбели.

***

Он брёл по каменистому плато, бессильно загребая ногами багровую пыль.

Он, недавний отступник, и те, против кого он совсем недавно обнажил меч.

Понуро опустив голову, он корил себя, ругал почём зря, не в силах поднять лицо и взглянуть в глаза своим воинам.

А те молча шагали вперёд. Не осуждая, не кляня, а лишь сурово насупив кустистые брови.

Каким же он в их глазах должен казаться глупцом, раз поддался влиянию Кроля.

Того, кто издавна плёл паутину интриг вокруг правящего семейства. А задурить голову юному принцу и переманить на свою сторону, было, видно, верхом желаний.

И только лишь строгий взгляд деда не позволил скатиться непутёвому внуку на самое дно и собственноручно отнять драгоценную жизнь.

Жизнь Владыки, правителя, единственного оставшегося в живых родича.

Глаза защипало, наверное, от стыда, обиды и сожаления. Он поперхнулся, неловко споткнулся и сбился с шага. Тут же спохватился и, выпрямив спину, гордо развернул плечи.

Негоже наследнику престола показывать подданным свою слабину.

В синем взгляде полыхнул алый отблеск, желваки заходили под натянутой кожей острых скул. Губы стянулись в тонкую линию, зубы скрипнули. И, глубоко втянув в себя воздух, юноша резко выдохнул. Кожу взбудоражил озноб.

Спрятав меч, он собрал в кулак остатки воли и не колеблясь вошёл в родовой замок.

***

– Пасть духом – это нормально. Главное – суметь снова обрести себя. А сделать это можно, только если понять случившееся, смириться с ним, принять и очистить душу покаянием! – рычащие нотки во всегда властном голосе на этот раз не пугали. Они, будто вплетаясь в каждое слово, проникали в саму суть сгорбленного у подножия престола юноши. – Не печалься, мальчик… Ты ещё молодой да глупый, однако сердце твоё умнее разума, – положил мужчина на голову юноши широкую длань. Тот будто бы сжался, ожидая удара, съёжился, зажмурив глаза, но толстые пальцы лишь взъерошили кудри, и тяжесть с головы мгновенно исчезла.

Юноша облегчённо перевёл дух, но тревога не отпускала. То, что сегодня натворил он – непростительно. И не стоило ожидать полной пощады от сурового деда.

Шумно выдохнув, Владыка поднялся. В лице его вспыхнула боль.

Он и не представлял, что ему делать с этим наивным мальчишкой, так похожим на свою покойную мать. Его девочку. Милую, добрую и так рано ушедшую.

Дворцовые интриги опустошили её ранимую душу, погасили пламя в глазах… Таких же синих, как и у её сына.

Почесав подбородок и крякнув, мужчина принял решение.

– Ступай за мной, Луцианус.

Покорно склонив вихрастую голову, юноша встал на ноги, выпрямился и тревожно взглянул деду в глаза.

Не было там ни гнева, ни обиды, ни привычной суровости, лишь скорбь и печаль.

Юноша выдохнул и виновато потупился.

– В срединный мир, говоришь, удрали смутьяны?

– Да, Владыка, – не смея поднять глаз, выпалил тот.

В душе его вновь поднималась волна негодования. На хитрого скользкого Кроля. Но больше всего – на себя. Безрассудного, объятого юношеской горячностью, жаждой подвигов и свершений.

Заметив в синеве родных глаз зарождающейся пламя, Владыка ухмыльнулся и по-отечески положил на плечо юноши руку. Тот даже не дрогнул, в его душе уже вовсю полыхал огонь, жаждущий справедливости.

– У тебя ещё будет шанс доказать свою верность, мальчик. Пойдём со мной, я хочу подарить тебе одну затейливую вещицу.

Кончики властных губ дёрнулись, вокруг глаз пролегли морщинки. Лицо Владыки Ада осветила любящая улыбка.

– В тебе моя кровь, Луцианус. И это бесспорно.

Резко отвернувшись, будто скрывая от пристыженного внука влажный блеск стальных глаз, мужчина быстрым шагом покинул тронный зал.

Словно очнувшись, юноша вздрогнул и двинулся вслед за венценосной особой.

В уютном алькове сумрачной спальни Владыка открыл неприметную арку и, скользнув внутрь, оставил юношу озадаченно хмуриться. Что ещё за подарок приготовил ему властный дед.

Тот вынырнул так же внезапно, неся в руках странный кулон.

– Это Крис. Носи его всегда при себе. Считай этот подарок своим талисманом. Когда-нибудь ты поймёшь, что с ним делать. И он спасёт тебе жизнь.

Ловким движением Владыка Ада повесил на шею наследнику серебристую цепь, на которой, переливаясь перламутровым блеском, висел длинный изогнутый костяной клык неизвестного зверя.

***

Громкая музыка навязчиво врезалась в уши, дурманила голову, сводила сума. Мышцы конвульсивно сжимались, причиняя жгучую боль. Зубы клацали друг о дружку, а глаза нещадно слезились. Может, от вездесущего табачного дыма, а может, уже началась беспощадная ломка.

Худая высокая девушка жалобно всхлипнула и с надеждой оглядела танцующих.

Ночной клуб, как обычно, переполнял всякий сброд, и была вероятность, хрупкая, малюсенькая надежда отыскать в толчее какого-нибудь щедрого торчка.

Наткнувшись взглядом на взбудораженную предвкушением разношерстную группу, она резво поспешила за ними.

Пристроившись в самый хвост, она юркой змейкой проскользнула со всеми в глухую каморку. Приспособленная хозяином специально для утоления разных нужд посетителей, та являла собой жалкое зрелище. Тёмная, убогая, крохотная, она едва ли вмещала в себя пять человек, а тут их набилось с десяток. И новые всё прибывали.

Вскоре в небольшой комнатке было не протолкнуться. Едко чадящие косяки пошли по рукам. На радость так нагло проникшей сюда незваной гостье, и ей в ладонь ткнулся обслюнявленный косячок.

Раздумывать она не стала и, глубоко затянувшись, блаженно прикрыла глаза.

В бок ей больно ткнули локтем.

– Дай…

И больно царапнув, чужие пальцы выдернули чадящий огрызок.

Не успев возмутиться, она уже заполучила другой, и праздник продолжился.

Очнулась она внезапно. Повсюду вповалку лежали торчки и блаженно стонали.

Что её разбудило? Девушка нахмурилась. От недавней эйфории не осталось следа. Зябко поведя плечом, она покрепче закуталась в тонкую блузку и попыталась подняться.

Ослабевшие мышцы отказывались подчиняться, и она вновь и вновь сползала по стенке.

Внезапно пространство вокруг задрожало, подёрнулось дымкой, заискрилось белыми молниями.

Сердце девушки глухо забилось о рёбра, разгоняя по венам чистый адреналин. Дурман полностью испарился, и разум конченой наркоманки уже давно не был так удивительно чист.

Забыв, как дышать, она вжалась в стену и испуганно прикрылась ладонями. Глаза слезились. Даже сквозь пальцы яркий свет ослеплял. Мысли метались, губы кривились, и, когда она уже распахнула рот, чтобы в панике закричать – всё закончилось. Робко убрав от лица трясущиеся ладони, она проморгалась и замерла, раскрыв рот.

Посреди комнаты, прямо меж тесно прижатых друг к другу стонущих тел, стояла фигура.

Высокая, грозная. С головы до ног закутанная в чёрный изорванный плащ. От неё так и веяло силой.

Девушка съёжилась, попав под давление чужой харизмы.

– Ты Бог? – тихонько выдохнул она.

– Для тебя – да, – прошелестело в ответ. И незнакомец, шагнув к ней, властно протянул руку.

Позже, приведя его к себе в дом, девушка с ужасом поняла, что совершила роковую ошибку.

Безупречно прекрасный, ненасытный, несдержанный, он оказался вовсе не тот, за кого она его приняла. Вовсе не Бог. Не ангел. И даже не человек. А что-то совершенно иное. Невообразимо чуждое, неподвластное её разуму.

А потом он ушёл. Насовсем. Оставив ей напоследок смертоносный подарок.

Этот год девушка не пережила.

Глава 2

Настольная лампа слабо освещала помещение, периодически мерцая и медленно выводя из себя всех присутствующих.

Черноволосый мужчина сидел за столом, машинально почёсывая подбородок. Пряди его непослушных волос топорщились своеобразным нимбом, попадая в ореол света лампы. Он сидел молча, отбивая карандашом по столешнице понятный одному ему ритм.

Напротив него ерзал на жёстком стуле хиленький мужичок. Слепо щуря глаза от бившего в лицо яркого света, он нагло таращился на Ричарда, кривя рот в щербатой улыбке. Сурово нахмурившись, Ричард вновь почесал подбородок и, хрипло откашлявшись, нажал клавишу диктофона. Хищно зыркнув на технику, задержанный сузил глаза и усмехнулся.

– Не на того ты рот раскрыл, начальничек. Руки коротки – не дотянешься.

– Прежде всего, вы имеете право хранить молчание. Каждое ваше слово может быть использовано против вас в суде, – невозмутимо перебил его Ричард, получив в ответ наглый смешок. – Ваше имя, фамилия и адрес проживания?

– Так я тебе и сказал! – невольно дёрнул руками задержанный, звякнув браслетами.

Не спуская глаз с вальяжно рассевшегося наглеца, Ричард что-то быстро черкнул на листке, аккуратно положил на него карандаш и медленно встал. Пригладив ладонями волосы, он одёрнул пиджак и, молниеносным движением перегнувшись через столешницу, схватил за грудки не ожидавшего подвоха преступника. Тот не успел даже рта открыть, как оказался в жёстком захвате.

Цепь лязгнула и натянулась, причиняя запястьям жгучую боль. Оказавшись нос к носу со своим рассерженным собеседником, наглец растерял весь свой запал и завыл. Что-то хрустнуло, мужичок охнул, дёрнулся и, скривившись, завыл громче.

– Повторю свой вопрос, – спокойным тоном начал снова Ричард, но взгляд его метал молнии.

– Отпусти, я скажу, – захныкал задержанный, из глаз его хлынули слёзы. Он уже не выглядел наглым уркой, хозяином жизни. Сейчас перед Ричардом скулил жалкий шакал.

Однако тот не спешил отпускать. Ещё с минуту мурыжил он уголовника, давая ему прочувствовать всю прелесть стальных браслетов, ломающих кости. Глядя на то, как кривится от боли лицо, как дрожат его губы, а солёная влага течёт по щекам, Ричард едва удержал на лице маску невозмутимости и не расхохотался тому прямо в лицо. Но вот хватка ослабла, и мужичок мешком рухнул на стул, болезненно ёжась и потирая запястья.

– Мне нужен врач, – истошно заорал тот. – Ты мне руки сломал…

Ричард брезгливо поморщился и кивнул, опускаясь на своё место.

– Всё будет после того, как ты мне ответишь на все вопросы.

Облокотившись о стол, он вновь взял карандаш и, рассеянно покрутив его в пальцах, уставился на задержанного. Тот судорожно вздохнул и начал исповедь.

– Улица Корделия Лейкс, дом 69, – голос его дрожал, но испуганный взгляд словно прирос к холодным глазам вопрошающего.

Дальше всё было по схеме. Вопросы-ответы и быстрая запись в блокнот. Мужичок сдал всех. Как своих подельников, так и странного главаря. Душа Ричарда ликовала. Наконец-то с бандой будет покончено, и он со спокойной душой возьмёт отпуск.

Когда всё было сказано, и задержанный совсем сник, Ричард поднялся.

– Уведите его, – гаркнул он, теребя карандаш в пальцах. Проследив за тем, как конвой уводит преступника, он вздохнул и быстрым шагом покинул допросную.

***

Группа захвата была готова уже через пол- часа.

– Ну что, дружище, погнали? – подмигнул Ричард Николасу.

– Да я уже запарился тебя ждать, – блеснул тот зубами. – Думал, вы никогда не закончите.

Поправив на поясе кобуру и кивнув парням, он двинул на выход.

Распахнув дверь отделения, Ричард, не глядя, подался вперёд. В мыслях он уже поймал преступника и вёл с ним жестокий допрос. Глубоко задумавшись и не глядя перед собой, он пёр вперёд, как танк. И, конечно же, тут же в кого-то врезался.

– Твою мать!

– Ой! – послышалось в ответ.

Ричард в раздражении вскинул голову и увяз в бархатной синеве удивлённого взгляда.

– А ты что ещё за перец?

– Агент ФБР Лукас Санчес. Прибыл к вам из западного управления!

– А, это тебе к Пончику… ой! К шерифу, – махнул он назад и, обогнув препятствие, продолжил свой путь. За ним высыпали и все остальные.

– Это что за явление? – кивнул Николас на застывшего гостя.

– А, салажонка прислали! – отмахнулся Ричард, садясь за руль бронированного фургона.

Прищурив глаза, Лукас внимательным взглядом проводил группу захвата, ухмыльнулся и, поймав не успевшую захлопнуться дверь, осторожно закрыл её за собой.

***

– Та-ак, ну и кто же ты такой… – нервно барабаня костяшками пальцев по столу, Пейтон Гибсон из-за кустистых бровей разглядывал посетителя, – значит, прислали ко мне… – вновь опустил он взгляд на тонкую стопку бумаг.

Санчес молчал, и только глаза его задорно светились, будто бы он только что наконец получил долгожданный приз.

– Да, сэр. Ваше отделение очень хвалили. Буду рад войти в ваш замечательный штат!

Грузный шериф гордо напыжился, выпятив вверх двойной подбородок.

– Что ж, ну раз так, агент. Добро пожаловать в Нью-Дейнборо.

– Это честь для меня, сэр.

Устроившись за дальним столиком, Лукас задумчиво откинулся на жёсткую спинку канцелярского стула. Полдела сделано, он уже в штате.

– Ну что, новичок? – насмешливый голос выдернул Лукаса из задумчивости. Вскинув голову, он наткнулся на хитрый прищур зелёных глаз.

– А ты разве не… – указал Лукас пальцем на дверь.

– Да засранец обманул нас. Послал по ложному следу, – злобно сжал кулаки незнакомец. – Но завтра я выбью дерьмо из этого наглеца.

– Вы всегда такой суровый, детектив?

– Нет, только когда мне говорят неправду.

– С вами надо держать ухо востро!

– Вот и держи, приятель. Ричард, – протянул руку Лукасу новый знакомый.

– Лукас, – ответил тот твердым рукопожатием.

– А вон мой напарник – Николас Бир.

Лукас глянул на подтянутого шатена и приветливо кивнул. Тот махнул в ответ широкой ладонью и улыбнулся.

***

Вот и закончился этот безрадостный день. Операция прошла безуспешно.

Он так и знал, что хлюпик обманет. Но ничего. Завтра ждёт новый день. Без уговоров и церемоний.

Вот уже долгое время преступный синдикат странного Повелителя терроризирует город. Ричард нахмурился. В этом всём есть лишь один плюс. Другие преступные группировки исчезли. Совсем перестали существовать или слились с Повелителем. Убийства, насилие, кражи, наркотики – теперь всё расцвело с новой силой под эгидой наглого царька. К полиции присоединилось и ФБР, но это не дало ожидаемых результатов.

Повелитель неуловим. И теперь у них в руках этот урка. Как убедительно он сегодня кололся… Как с пеной у рта утверждал, что является правой рукой самого тёмного босса… Как заливисто пел… И всё зря. По адресу —ни одного человека. Конечно же, они установили там наблюдение, но чутьё подсказывало, что всё бесполезно. Если там кто и был, они уже скрылись. Вполне возможно в тот самый момент, когда и был схвачен подельник.

Не успел Ричард обернуться, как мрачные сумерки окутали землю, погасив цвета, превратив их из красочных в блёклые и скучные. Осматривая себя в зеркало, он с непонятной дрожью в пальцах держал бритву, аккуратно счищая ванильную пену. Что-то не давало ему покоя. Что-то в глубине глаз этого новенького. Санчеса, кажется. Рука Ричарда замерла, когда он неосознанно вновь вспомнил тот взгляд. Ясный, наивный, как у ребёнка. Но не может быть у взрослого человека такой чистоты в глазах. Эта мысль озадачивала, мешала соображать. Что-то не так с этим Санчесом. Что-то неправильно. Мотнув головой, Ричард умылся, капнул на ладони одеколон, растёр, похлопал себя по щекам. И отправился спать.

***

Наглый солнечный луч впился Ричарду в глаз. Ощутив дискомфорт, тот попытался сощуриться. Но безобидный солнечный зайчик, подобно стоваттному проблеску маяка, яростно ввинчивался ему прямо в мозг сквозь закрытые веки. Потерпев оглушительное фиаско в молчаливой борьбе со стихией, Ричард со стоном уткнулся в подушку лицом. Но забияка не отставал, тёплыми лапами щекотал шею, ерошил волосы на затылке и будто шептал: «Ну, повернись, поиграй со мной!»

– Твою мать… – чертыхнулся Ричард, запустив подушкой в окно. – Твоя взяла, грёбаный фонарь… Когда же я куплю шторы? – бурча себе под нос, несчастный поплёлся в душ.

Разглядывая себя в мутном зеркале, он порадовался, что успел побриться ещё с вечера, и с утра не придётся терять время на ерунду. Растирая полотенцем мокрую шею, мужчина замечтался о чашечке кофе, как зазвонил телефон.

– Ну нет, – процедил Ричард, недовольно нахмурившись. Утренние вести хорошими не бывают. Нервно стиснув трубку побелевшими пальцами, Ричард прочистил горло и принял звонок.

– Ёшкин кот, Коди… Ты поднял меня с постели! Что ты можешь сказать в своё оправдание?

– Извини, Рич, но тут такое дело… – виновато забулькало в трубке. – Эта мразь, похоже, добралась до Ника!

Отяжелевшая трубка мгновенно выскользнула из ослабевших пальцев, а в душе Ричарда разлилось ледяное озеро, проникая в каждую натянутую жилку.

***

Не глядя по сторонам, Ричард спешил в отделение. В голове его билась одна мысль, застилая глаза и лишая терпения. «Не может быть… не может…»

У самых ступеней он нос к носу столкнулся с Лукасом.

– Ой… Чего это ты? Прям сам не свой. Случилось что? – недовольно потирая ушибленный лоб, спросил тот.

– Посторонись. Не до тебя сейчас! – обогнул его Ричард, раздражённо сверкая глазами и нервно стискивая кулаки. Ему было сейчас не до расшаркиваний с этим салагой.

Но Лукас не отставал. Молнией метнулся он следом. Даже сумел обогнать.

– Вчера улыбался, сегодня бурчишь! Что с тобой? – обиженно сморщил он нос. Ричард смолчал. – Чем мы сегодня займёмся? Сразу пойдем ловить бандитов или сначала по кофе? – с игривой ноткой предложил Лукас.

Ричард запнулся.

– Моего лучшего друга убили, а ты зовёшь меня на свидание? – изумлённо вскинулись брови. – Да пошёл ты! – процедил он и скрылся за дверью. Ричард был зол на весь мир, а тут ещё этот. Путается под ногами, вертит хвостом, так ещё и кидается нелепыми фразами. Что вообще ему надо…

– Убили? – Тут-то взгляд Санчеса изменился. Стал мрачным и задумчивым.

– Я найду их! – раздалось из вестибюля.

Лукас ловко протиснулся в щель двери. Там, склонившись над чёрными мешками, стоял дёрганый Ричард, злобно стискивая кулаки. В стеклянных глазах его затаилось безмерное горе. Он нервно кусал губы, сдерживаясь изо всех сил, пытаясь не дать лавине прорваться. Рядом стояли агенты, скорбно опустив головы. Шериф нервно мял в пальцах платок, то и дело вытирая лицо.

Хоть погода не радовала, в отделении была духота. Боль, отчаяние и горе царили сейчас в этих стенах. Лукас поёжился. Он лишь мельком вчера видел погибших, но разделял людскую печаль.

– Найду и убью… – не унимался Ричард.

Речь его прервал подошедший агент.

Коди Кинг, всегда молчаливый и пасмурный, сегодня выглядел ещё мрачнее. Положив на плечо Ричарда руку, он сжал слегка пальцы.

– Держись, Рич. Мы найдём их. И прикончим этого Повелителя.

Лукас вздрогнул. Насторожился. Прислушался.

– Я собственноручно придушу эту мразь, – дёрнул плечом Ричард, отвергая поддержку.

Шериф глянул на Лукаса и поманил того пальцем.

– Думаю, всё решилось само, – глядя в пол, задумчиво выдал он подошедшему. – Коллинзу нужен напарник.

Насупив брови, Ричард одарил Гибсона уничтожающим взглядом, но перечить не стал.

– Это кто? – Коди Кинг кивнул в сторону Лукаса, удивлённо уставившись на него. Лукас же в свою очередь так же косился на Кинга.

– Мой новый напарник, – обронил Ричард, не глядя на парня. – Думаю, я готов принять твоё предложение. Чашечка кофе сейчас будет кстати, – повернулся он к Лукасу.

И, больше не глядя на трупы, трое мужчин направились в ближайшую забегаловку.

***

Смачно запихивая в рот сочный гамбургер, Ричард не выдержал.

– Так ты говоришь, что он сбежал ночью? – утирая жир с подбородка, пробормотал Ричард. А он-то хотел разговорить этого хлюпика.

– Именно. На камерах лишь помехи, но я думаю, это он… Я просто уверен. Всегда так реагируют камеры, когда в деле замешан он, – грохнул по столу кулаком Коди и тут же, оглянувшись, стушевался.

– Мы не можем поймать его уже так долго, каждый раз ускользает, словно сквозь пальцы… А ты заладил, как пластинка… Он… Он… Кому от этого легче? И тут опять облажаемся, – нахмурился Ричард, промакивая губы салфеткой.

Тут вклинился в разговор молчавший дотоле Санчес:

– У меня есть предложение. Когда я был ещё ребенком, бабуля меня часто баловала всякими сказочками.

– Ну, давай, жги… напарничек. Только сказок нам тут и не хватало, – съёрничал Коди.

– Уймись, друг, – положил ему руку на плечо Ричард и легонько сжал пальцы. – Пусть говорит.

– Ну, ок, – Лукас благодарно стрельнул в Ричарда голубым взглядом, от чего у того по рукам пробежали мурашки.

«Вот, чёрт. Будто бы заглянул в душу», – пронеслось в голове Ричарда.

– Так вот, рассказывала она нам, пацанятам, легенды о тварях, подобных грешникам Ада. Там тоже были такие, неуловимые, хм… демоны, – Лукас взял в ладонь кружку горячего кофе и, едва касаясь края губами, отпил.

– Нет, я предполагал, что ты чокнутый, но не настолько же, – закатил глаза Ричард.

– Врёшь ведь, – обрубил Коди и с недоверием покосился на Лукаса.

– Что? Я? Вру? Да никогда… Я всегда говорю только правду, – возмутился рассказчик. – Можете мне не верить, но я своими глазами видел этих тварей! Вот прямо как сейчас вас, – помрачнев, ткнул он пальцем в скалящегося коллегу и оскорблённо замолк.

– Ой, да ладно… – отмахнулся Коди, еле сдерживаясь, чтобы не расхохотаться прямо в лицо этому сопливому всезнайке.

– Вы что, специально устроили эту свару, чтобы испортить мне аппетит? Вы просчитались, – поглаживая живот, Коллинз зыркнул на обоих. – У нас ещё осталось несколько минут хорошенько обмозговать это дело, что думаете? – отставив пустую тарелку на край стола, он неторопливо сунул руку в карман и, слегка порывшись там, достал кошелек. – Чья очередь сегодня платить?

Две пары глаз наивно уставились на него.

– Верёвки из меня вьёте, дармоеды. Ну ничего, я вам это ещё припомню.

– Может, в библиотеку? – Лукас, довольно щурясь, поднялся, изящно смахнув невидимые крошки с дорогого пальто. Брови обоих мужчин вопрошающе изогнулись.

– Куда?

– Зачем? – стушевался Коди, приглаживая упавшую на глаза чёлку. – Ну, ребят, я тут вам не помощник. С удовольствием сходил бы с вами в столь благородное учреждение, да вот работа не терпит. Будут новости, ну, поймаете там дьявола, не забудьте сообщить. Я на связи, – не успел Ричард ответить, как Коди уже ретировался.

– Что ж. Раз мы остались вдвоём, можно и выдвигаться, – хмыкнул Лукас, провожая глазами коллегу. Однако Коллинз не сдвинулся с места. Он так и сидел, продолжая буравить Лукаса внимательным взглядом.

– Так что там… В библиотеке? – нарушил молчание он. – Что вообще там искать? Демоны – это же смешно… Если сам доктор Ватсон не разобрался, нам уж куда. Лучше давай по домам, а завтра ещё покумекаем.

– Смешно, не смешно. А ты давай, предложи свою версию? Или у вас тут так принято? Ходить по ночам в гости и мочить хозяев, – кривая ухмылка исказила лицо. Лукас поморщился. Глядя на то, как багровеет лицо напарника, он отлично сознавал, что шагает сейчас по лезвию бритвы, но всё же закончил: – Не слепых же котят перебили… – глаза Лукаса вспыхнули. И как будто проблеск огня промелькнул в синеве. Ричард дёрнулся, как от пощёчины, запыхтел. Едва пар не повалил из ушей, но он всё же сдержался. Рывком вскинул руку. Та мелко подрагивала. Судорожно сжал кулак, разжал, растерянно осмотрел пальцы и, почесав подбородок, нахмурился.

– Ну-ну. Говори, да не заговаривайся, – хрипло выдохнул он, впрочем, уже успокаиваясь. – Котят… Хотя в чём-то ты прав. И ежу понятно, что тут действовал тот самый мерзавец. Повелитель… – уголок губы Ричарда дрогнул. И он выдохнул, совсем расслабляясь. Волна ярости схлынула так же внезапно, как и подмяла под себя его всегда холодный разум. – Явился за своим подельником и убил наших парней. Только вот почему они не стреляли? Почему Николас так легко позволил себя поиметь. Ведь он был профессионалом. Да ещё каким… Мы с ним вместе… – голос дрогнул. Злость вновь всколыхнулась в душе. Скрипнув зубами, Ричард застонал от бессилия, желваки натянули кожу на скулах. Сверкая глазами, он вскочил и выбежал из забегаловки, распахнув ногой дверь.

– Что я такого сказал… – пробормотал Лукас, пожимая плечами. – Разве что истину…

Но в библиотеку они так и не пошли.

Глава 3

Сумерки мягко опускались на город. Колеса мерно поскрипывали, катясь по асфальту. Тучи плотно заволокли небо, от чего краски потеряли свой цвет, став тусклыми и безжизненными. Как и она, под слоем чёрной земли. Мужчина сглотнул и, остановившись, заглянул в коляску.

– Бедный малыш. Как же мы теперь без твоей мамы.

Спящий младенец не шелохнулся. Мужчина грустно вздохнул и поспешил домой.

Начинал накрапывать дождик. Едва закрыв за собой входную дверь и уложив младенца в кроватку, мужчина услышал тихое постукивание. Хмуро сдвинув брови, он поднялся. Кто мог к нему заявиться в такое позднее время? Пустота в душе лишила чувства опасности. Сейчас ему было все безразлично. Кто там пришёл, зачем… его мало интересовало. В голове его сумбурно метались мысли, воскрешая давно ушедшие времена.

Вот он, серьёзный и торжественный, нелепо переступая с ноги на ногу, ждёт у алтаря свою возлюбленную. Вот со счастливой улыбкой прижимает ухо к её округлившемуся животу, а малыш, как по заказу, бьёт его крошечной пяткой. Вот он уже держит в руках это чудо, не сводя скорбного взора с бездыханного тела измученной матери. А в душе пустота.

Бездумно распахнув дверь, он поднял глаза и обомлел. Она стояла перед ним и улыбалась. Он знал эту улыбку. Такую лёгкую, нежную. Такая может быть только на картине Да Винчи. И эти глаза. Те самые, небесно-голубые, которые так очаровали его в их первую встречу.

– Мег… – не веря самому себе, выдохнул он.

– Милый, я так соскучилась, – промурлыкала женщина. Витавший повсюду сладкий аромат миндаля вскружил ему голову.

– Это правда ты… как же так? – застыв у двери, растерялся он.

– Дорогой, я могу войти?

– Конечно, прости милая, – отступил Сэм вглубь дома, – но как? Разве ты не мертва?..

– Конечно же нет, глупенький! – рассмеялась она, и звон колокольчиков вконец лишил его воли.

– Любимая… – подался он ей на встречу.

– Дорогой, – обняла она его за шею.

В комнате заплакал ребенок.

– Тими! – дёрнулся было Сэм к кроватке, но женщина его удержала.

– Позволь я сама, дорогой, – крадущийся тенью она подошла к кроватке, вытащила младенца и, повернувшись к мужчине спиной, приникла к раскрытому в крике рту. Мгновение, и младенец затих.

– Вот что значит мать, – пробормотал Сэм.

Опустив младенца в кроватку, Мег с улыбкой повернулась к супругу. Вся боль утраты выплеснулась наружу, и, подхватив воскресшую жену на руки, Сэм понёс её в спальню. Осыпая поцелуями нежное тело, он с каждым мгновением терял часть себя. Жизнь утекала из него, но он этого не замечал. Как не заметил и крохотный свёрток скукоженной мумии, который остался сиротливо лежать в колыбельке.

***

– Только что поступил сигнал об убийстве. Сообщила пожилая женщина. Её сын долго не выходил на контакт, и она заволновалась. Невестка умерла при родах, и парень ещё не совсем пришёл в себя после трагедии. Быстро хватайте руки в ноги и езжайте сюда, – звенел скороговоркой голос в трубке.

Коллинз тихо прорычал, отведя телефон от уха и потирая пальцами переносицу. «Небось, сама их и хлопнула! Старая маразматичка», – подумал он, но вслух произнёс:

– Да-да. Я понял. Поеду и всё разузнаю! – поморщившись от звона в ушах, а голос у шефа на том конце выворачивал мозг, Коллинз сбросил звонок и облегчённо сунул трубку в карман.

– Что там? – глаза Лукаса засветились красноватыми отблесками. Ричард сморгнул и увяз в синем взгляде.

– Уф, померещится же такое, – тихо произнёс он.

– Ну, что там, не томи, Рич, – нетерпеливо топтался на месте напарник. Кажется, он уже представлял, как будет спасать этот погрязший в грехах мир.

– Да что же ты такой дёрганый, Лу? Не терпится на задание? А ты хоть знаешь, как наручники надевать? – хохотнул Ричард, мысленно представляя суетливую возню Лукаса со стальными браслетами.

В уме он уже проложил краткий путь до участка и, развернувшись на каблуках, потопал к машине. К той самой, в которой так много времени провели они с Николасом. К той самой, которую в память об отце отдала ему Агнес.

Озадаченно почёсывая подбородок, Ричард оглядел трупы и быстрым шагом покинул прозекторскую.

Мрачнее тучи, Коллинз шагал по коридору, а перед глазами все ещё стояла картина искореженного, иссушенного, можно сказать, мумифицированного тела мужчины с чёрными дырами вместо глаз, раззявленным в крике ртом и пучком тёмных волос на обтянутом кожей черепе. Изломанные конечности мужчины были вывернуты под немыслимыми углами, а посеревшая кожа походила на тонкий пергамент. Но то, что больше всего потрясло капитана, лежало подле кошмарного трупа. Маленький, обтянутый кожей скелетик младенца. Коллинз сначала его принял за котёнка, но потом в ужасе отшатнулся. Какая тварь могла сотворить такое с едва родившимся малышом? Вскинув руки, он судорожно потёр лицо и, отогнав в дальний угол мрачные мысли, шагнул в кабинет. За ним, озадаченно хмуря брови, тенью проскользнул Лукас. Шутить ему сейчас не хотелось.

***

– Так вы говорите, что накануне его видели с девушкой? Вы не знаете, кто это мог быть? – спросил Ричард у заплаканной пожилой женщины.

Та, приложив к глазам скомканный кусочек батиста, всхлипнула и отрицательно затрясла головой.

– Нет… Даже не представляю. Сэмми так любил свою Мегги… А как она умерла, произведя на свет Тима, совсем потерял голову. Он даже со мной перестал общаться. Отгородился от всего мира. Боюсь, что если бы не ребёнок… – и женщина вновь разрыдалась.

***

– Ну и что ты об этом думаешь?

Почесав подбородок, Лукас сощурил глаза и медленно произнёс:

– Не думаю, что это был обычный убийца… Бабушка мне рассказывала, что существуют демоны, которые питаются жизненными соками людей.

– Ну да, конечно, демоны! – усмехнулся Ричард, досадливо хмуря брови.

– А как ещё это объяснить!? Ну, предложи свою версию!

– Да нет у меня никаких версий! Вообще чепуха какая-то. Может, новый штамм вируса?

– Ага, вирус…ну-ну, – буркнул Лукас.

– Потом у Ватсона узнаем.

***

– Или это мистика, или я совсем бездарь! – вихрем ворвался в кабинет судмедэксперт.

– Ну, Доктор Хаус, смени пыл. Какую весточку ты нам принёс в своем клювике?

– Опять ты со своими шуточками, Коллинз! Хоть бы ты, Санчес, повлиял на него!

– С удовольствием! – расплылся в улыбке Лукас и цокнул каблуком.

– Клоун, – покосился на него Ричард, – ну что там, док? Не томи!

– Что там, что там… да ничего там!

И на стул перед Коллинзом брякнулся исписанный мелким почерком лист.

– Вот, полюбуйся! – прихлопнул его ладонью сверху лысеющий доктор. – Совершенно здоров. Никаких патологий! Ну я вообще, вообще не понимаю, от чего он мог умереть!

Коллинз нахмурился и придвинул к себе документ. Тем временем Лукас, закинув ногу за ногу, выставил указательный палец вверх.

– А я говорил.

– Говорил он, ну ладно, давай проработаем твой вариант.

– В библиотеку?

– В библиотеку.

– В библиотеку? – непонимающе повторил доктор.

Глава 4

Тентатра

Тёплый ветерок ласково ерошил волосы Лукаса. Несмотря на туго затянутый хвост на затылке, перебирал каждую прядку, бросал прямо в лицо, от чего они походили на причудливые крылья ворона. Небрежно откинув непослушную челку, Лукас взглянул вверх и прочитал: «Библиотека».

– Ага. Вот мы и пришли. Начальство вперёд! – и, цокнув каблуками, словно заядлый паяц, низко поклонился напарнику.

– Клоун… – буркнул Ричард, и быстрым шагом прошествовал мимо.

–Д… д… д… – шарил по стеллажам Лукас.

– Нахрена тебе «Д»!? Мифологию ищи, «М»!

– Так демоны же на «Д»! – почесал затылок озабоченный Лукас.

– Ну, они же в мифологии, – усмехнулся, прищурившись, Ричард.

– Сам ты мифология… – себе под нос пробубнил Лукас, но послушно отправился выполнять.

Копошась в многочисленных томиках, Ричард удивлённо вскинул брови.

– Столько всего. Интересно, но непонятно.

– Ха! Предоставь это мне, дружище! – вздернув нос кверху, Санчес самодовольно ухмыльнулся и уверенно обошёл напарника. Тому оставалось лишь только смотреть, как тот ловко выхватывает нужные книги с полок. Водрузив на шаткий стол стопку толстенных фолиантов, Ричард присвистнул.

– Это что, всё про демонов? Ну ни хрена себе… А я и не подозревал, что про такое вообще пишут, – не заметил он ни лукавый взгляд синих глаз, ни кривую улыбку Лукаса.

Устало вытирая со лба пот рукавом, Ричард вздохнул и тяжело опустился на стул. Открыв самый увесистый том, чёрный, с золотистым тиснением, он пробежался глазами по вычурным буквам на пожелтевшей странице. «Энциклопедия изнанки миров».

– Ё-моё! – выпалил он, но тут же закашлялся, прикрывая ладонью кривящийся в изумлении рот. – Хм… Кх… Кх… И такое бывает?

– Ты удивишься, – загадочно протянул Лукас и склонился над книгой. Пододвинув к себе фолиант, он торопливо зашелестел страницами, да так быстро, что у напарника замельтешило в глазах. Ричард схватился за голову и уже открыл было рот, чтобы возмутиться, как Лукас радостно прихлопнул ладонью очередную страницу.

– Вот!

«Тентатра – демон-искуситель. Чаще всего является родственникам умершего в его облике. Так легче всего втереться в доверие. Вынуждая на близкий контакт, пожирает их жизненную энергию и телесные жидкости. Их можно различить по крови чёрного оттенка и лёгкого миндального аромата. У демонов данного типа нет тени».

– И ты считаешь, что тут проработала эта тварь? Забавно.

–Эй, я на полном серьёзе! – возмущённо округлил глаза Лукас.

– Ты что, считаешь меня дураком, впаривая детские страшилки? – тем же тоном повторил Ричард.

– Это ты меня сейчас дураком обозвал? – картинно насупился Лукас.

Но продолжить обмениваться пустыми фразами им не позволили. Цоканье каблуков перебило мужчин. Грациозно, лёгким расслабленным шагом к столику подошёл библиотекарь. Симпатичный блондин вежливо улыбнулся и тряхнул головой. Светлые кудри рассыпались по плечам юноши золотым водопадом. Тот привычным движением поправил упавшую на глаза прядь и внимательным взглядом окинул агентов.

– Решили, что будете брать?

Ричард так и застыл, раскрыв рот и глупо пялясь в небесного цвета глаза библиотекаря. Лукас едва заметно поёжился и, покачнувшись назад, резко закрыл книгу. От взгляда библиотекаря его кинуло в дрожь, на лбу выступила испарина, и, стремясь поскорее покинуть неуютное место, он, не раздумывая, ткнул в фолиант пальцем.

– Угу. Вот эту, пожалуйста, – слова дались ему нелегко. Горло судорожно сжалось, едва пропустив сдавленный хрип. Обратив внимание на состояние Лукаса, парень понимающе хмыкнул.

– Верите в демонов? Правильно. Нельзя недооценивать нечисть! – взгляд его затуманился, но вовремя спохватившись, библиотекарь ретировался за ближайший стеллаж.

Там, не сводя синих глаз с шумных агентов, выпрямив напряжённую тугой струной спину, за небольшим столиком сидела худая афроамериканка. Длинные пальцы девушки отбивали нервную дробь по столешнице ухоженными ноготками. Глянцевый чёрный лоб её пересекла задумчивая морщинка.

– Что они взяли? – грудной голос разорвал напряжённую тишину.

– Демонологию, – выдохнул парень. Пухлые губы девушки едва дрогнули.

– Вот как… – поведя плечом, она встала. Кожа, обтянувшая стройный стан, скрипнула. Строго глянув на стушевавшегося библиотекаря, она быстрым шагом проскользнула к окну и, запустив в короткие жёсткие кудри длинные пальцы, с наслаждением помассировала голову. Глаза её вспыхнули аквамарином, и, проводив внимательным взглядом хвост отъезжающей чёрной машины, девушка улыбнулась.

***

Выйдя из здания с книгой под мышкой, Лукас глубоко втянул в себя свежий воздух. Паника отступила так же внезапно, как и нахлынула. Он шумно выдохнул, а в голове всплыла мысль: «Хм… Какой-то странный библиотекарь. Неужели и впрямь верит в демонов?»

Из размышлений его выдернул окрик напарника.

– И долго ты будешь стоять? Садись давай в тачку! – подтолкнув того локтем, Ричард уселся за руль. Через минуту мотор басовито рыкнул, и машина рванула вперёд.

Расслабившись на переднем сидении авто, Лукас покосился на Ричарда.

– Где там видели жертву последний раз? – спросил он.

– Насколько помню, в баре. Есть идеи, что делать? – не отвлекаясь от дороги, Ричард задумчиво почесал щетину на подбородке.

– Можно использовать приманку… например, тебя.

– Чего? Да ни за что!

– Выбора нет. Тем более, ты всё равно не веришь в демонов, – Лукас расплылся в лукавой улыбке.

***

Хотел Ричард или нет, но ему пришлось это сделать. Да, он совершенно не верил в демонический бред напарника, но других идей не нашлось. Впрочем, посетить этот бар в любом случае стоило.

Шум давил на уши. Спёртый воздух кружил голову. Облокотившись локтями о стойку бара, Ричард долгим взглядом окинул бармена. Лощёный, прилизанный, с мелкими торчащими усиками, он чем-то напоминал Пуаро, и Ричард расслабился.

Бармен услужливо наклонился к клиенту, нацепив на лицо маску любезности.

– А налей-ка мне, дружок чего-нибудь, да покрепче.

– Да, сэр. Как вам будет угодно, – «Пуаро» тут же ретировался и зазвенел стаканами.

Ричард медленно оглядел помещение и приготовился исполнять роль. Лукас устроился за столиком в самом дальнем углу и меланхолично потягивал через трубочку безалкогольный коктейль. Чутко принюхиваясь к витавшим ароматам, он пытался уловить в густом месиве запахов единственно верный.

– Горе мне, горе… – наигранно застонал Ричард, заметив, как подобрался напарник и уставился на вошедшую высокую блондинку. – Как же так? Моя милая пташка… Как же теперь без тебя… Долбаные самолёты… Проклятая страна… – причитал он, обхватив ладонями голову и зарывшись пальцами в лохматую гриву

– Пх, актёр… – хмыкнул в свою очередь Лукас, впрочем, не упуская из виду очаровательную блондинку. Как только она вошла, все головы повернулись в её сторону, а глаза обывателей засветились похотью.

«Да, – пронеслось в голове Ричарда, – кто же не клюнет на такую красотку».

Та, окинув столики ищущим взглядом, безошибочно направилась к Ричарду. Закручивая гладкий локон волос на свой тоненький пальчик, она грациозно вскинула длинную ножку и, ловко отодвинув стул, устроилась рядом с наживкой.

– Ты тут совсем один? Ах, бедняга. Хочешь, я составлю тебе компанию? – воркующим тоном прошептала она, как бы невзначай коснувшись руки Ричарда. – Не угостишь одинокую девушку?

Тот всхлипнул, уставившись ей прямо в глаза, и торопливо кивнул.

Слишком поспешно, по мнению Лукаса. Неужели напарник попался… Лукас нахмурился и подобрался.

Стол дёрнулся. Удивлённо вскинув голову, Лукас поймал расфокусированный взгляд местного обывателя.

– Сорри, дружище, – вскинул тот руку и нетвёрдой походкой двинулся дальше. Такая же участь постигла и следующий столик.

Поймав на себе изучающий голубой взгляд темнокожей прелестницы, Лукас схватился за покачнувшийся стол, не позволяя тому причинить вред красавице. Хитро прищурившись, он окинул стройную фигурку мутным взглядом, причмокнул, оценив прелести девушки, и галантно кивнул. Та в удивлении вскинула брови. Пухлые губы приоткрылись, розовой раковиной оттенив чёрный глянец нежной кожи и вконец взбудоражив ленивые мысли незадачливого соглядатая. Тот подбоченился, и хотел было отважиться на разговор, но поймав взгляд незнакомки, опешил. Глубокая синева её больших глаз будто бы опрокинула ему на голову ушат ледяной воды, безжалостно вернув с небес на грешную землю. Лукас вздрогнул и отступил.

«Стоп. Ричард».

Волосы на затылке зашевелились, сердце суматошно забилось, а в голове закипела жгучая лава. Столик был пуст. Метаясь взглядом по пьяным мордам, он пытался уловить знакомые черты, а грудь сдавило тисками.

– Твою мать, Ричи, куда ты свалил… Мы так не договаривались… Блин-блин-блин! – мысли бешено скакали в голове, спотыкаясь друг о дружку и мешая соображать.

Девушка со странным взглядом была забыта. Меланхолично поправив лацканы кожаного пиджака, она озадаченно хмыкнула и с грацией пантеры выскользнула за дверь.

– Так… соберись. Возьми себя в руки, они не могли далеко уйти… – прикрыв отяжелевшие веки, Лукас с шумом втянул в себя воздух. Слабый аромат миндаля приятно защекотал ноздри. Довольная улыбка коснулась уголков губ, и Лукас уверенным шагом вышел из бара.

***

– Ну что же ты, милый? Пойдём же скорее. Тут совсем близко. Буквально на следующей улице! – тянула блондинка за руку безвольную жертву.

Пошатываясь, словно пьяный, Ричард несмело шагал за девицей, не сводя зачарованных глаз с пышного бюста. Шаг, и они уже скрылись за поворотом, когда из дверей бара вылетел Лукас. Почуяв неладное, красотка не стала тянуть, а, затолкав свою жертву в тёмную подворотню, припала жадным ртом к его раскрытым губам.

Запах миндаля резко усилился. Лукас нахмурился и побежал.

Тёплая нега окутала тело. Мысли стали вялыми и неповоротливыми. Ему было так хорошо в объятиях страстной тигрицы. Так приятно и сладостно. Об этом он мог лишь только мечтать. Все тревоги покинули разум, опустошив его дочиста. Качаясь на волнах блаженства, Ричард забыл обо всем. Жизнь покидала его, и он сам стремился отдать её.

Внезапный рывок вернул его в чувства. Перед глазами смешалось всё: и злобный оскал Лукаса, и перекошенное лицо блондинки.

– А ну пошла от него, тварь! – подоспев вовремя, Лукас яростно отшвырнул девицу от одурманенного напарника. Та злобно ощерилась и, зашипев, выгнула спину. Теперь она уже не походила на ту прекрасную девушку, которая запросто охмуряла мужчин. Забившись в угол, она буравила красными глазками Лукаса, а с клыков её капала пена.

– Ш-ш-то тебе надо, ищейка? Зачем ты прервал мою трапезу?

Кинув быстрый взгляд на напарника, Лукас отметил, насколько ослабел тот, и, поймав его осмысленный взгляд, растянул губы в улыбке. Один быстрый шаг, и тварь уже бьётся в его руках. С силой припечатав чудовище о стену, он злобно ощерился.

– Никогда не смей трогать моих друзей.

Тварь задёргалась, заскулила. Беспомощно защёлкала зубами, но Лукас держал крепко. Лёгким движением пальцев он переломил твари шею и брезгливо отбросил, как ненужную вещь.

Совсем ослабев, Ричард сполз по стене. Жгучая тревога кольнула душу Лукаса. Коршуном он кинулся к напарнику. Склонился над ним. Пощупал пульс и нахмурился.

Тихий шорох позади заставил его резко отпрянуть, и злобная тварь с переломанной шеей в смертельном прыжке промчалась мимо лица. Неуловимым движением схватив её за волосы, Лукас неистово дёрнул. Тварь подалась назад, извернулась и, оскалив клыки, навалилась на Лукаса. Не ожидая подвоха, тот рухнул на спину. Бешеным хищником рвалось исчадье ада к пульсирующей жилке на шее жертвы, а Лукас, в свою очередь, стиснул ей горло. Потянул, рванул на себя и вырвал ей горло. Зашарив глазами в поисках какого-либо оружия, он внезапно застыл. Вспомнил и с силой рванул свой воротник. Нащупав цепочку, он резко дёрнул её. Шею резанула жгучая боль, а в ладони сверкнул серебряный блик. Отбросив прочь кусок бьющейся плоти, он подобрался. Пальцы удобно сомкнулись на кулоне, а в душе разлилась теплота.

Губы Лукаса дрогнули, брови сдвинулись, а глаза превратились в узкие щёлочки. Зажав в кулаке внезапный сюрприз, он повернулся к чудовищу. Тварь умирать не хотела. Кашляя, отплёвываясь, она с ненавистью смотрела на Лукаса.

– Предатель, – прошипела она.

Стремительным движением руки Лукас вогнал острый конец костяного кулона прямо ей в вытаращенный глаз. Клык вошёл туда легко, словно в масло. Тварь завизжала, задёргалась, оплыла, словно свечка, и исчезла в дыму. Мгновение, и о ней напоминало лишь кровавое пятно на асфальте.

***

Пришёл в себя Ричард уже в больнице.

Сухой воздух, запах медикаментов и грустные голубые глаза, смотрящие на него с неприкрытой жалостью.

– Что случилось? – голос его хрипел, как у простуженной вороны. И тут память вернулась, вылив ему на кипящие мозги ушат ледяной воды.

Глаза его распахнулись, рот скривился, пальцы заскребли простыню.

– Где… Где она?

– О, старик, всё уже позади, – Лукас сидел у постели и крутил в руках серебряную зажигалку.

– Она, что…

– Да.

– Меня?

– Да, – тон Лукаса был непоколебим, а слова тяжким грузом ложились на сердце.

– Боже, – Ричард ощупал лицо дрожащими пальцами. – Боже, зеркало мне, скорее!

– Да нет, бро, всё в порядке, – громко расхохотался Лукас. – Она забрала-то всего от силы годика два. Я подоспел вовремя. Ты мне лучше скажи, зачем вообще с ней попёрся?

Лукас сузил глаза, и Ричарду вновь показалось, что в глубине синевы пылает огонь. Он стушевался, кровь бросилась в голову.

– Да, понимаешь, Лу… Была у меня когда-то подруга… – замялся он.

– Что? – приподнял бровь Лукас. – Самая прекрасная женщина в мире?

– Да, – выдохнул тот.

– Бабочки в животе?

– Да…

– Ричи, о чём ты думал вообще? – хлопнул себя по колену напарник. – В этом и ваша беда, что не верите в демонов. Стоит чуть зазеваться, как самый мелкий бес обведёт вокруг пальца.

– Лу, так они и впрямь существуют?

– Конечно, балбес, – снисходительно улыбнулся Лукас. Глаза его были серьёзны, а губы вновь растянулись в улыбке. – Ну ты давай, это… Выздоравливай тут… А я пойду…

– Лу, а ты её взял? – осторожно спросил Ричард.

– Нет, – улыбка исчезла.

– Упустил… – зубы заломило, а кулаки заболели от напряжения. Хотелось кричать и биться дурной головой об стену. Упустили… Из-за него упустили… Вот дурак! Каким местом он думал…

– Нет, – хлёсткий ответ прервал его самобичевание.

– То есть…

– То есть нет её больше, уймись. Потом себя пожалеешь, а сейчас спи. Тебе нужно набраться сил и принять то неведомое, с чем мы столкнулись.

Ричард молча откинулся на подушки, а Лукас ещё раз внимательно осмотрел палату и вышел за дверь.

***

Широким шагом Лукас шёл по больничному коридору, невидящим взором буравя пространство перед собой. Медсёстры в необъяснимом страхе шарахались от этого стройного красавца, сами не понимая, почему. Словно невидимый бур впереди стремительного вездехода разбрасывал всех на своём пути.

В небесно-голубых глазах его разгоралось алое пламя, а точёные брови сошлись на переносице. Мыслями Лукас был далеко. Что же задумал хитрый беглец и почему так резко повылезали из своих нор мелкие демоны?

Дверь распахнулась перед Лукасом, как от удара. Он и не заметил, как оказался на улице. Порыв ветра тут же метнул ему в лицо горсть мелкой пыли. Вздохнув полной грудью сухой, наполненный ароматами жизни городской воздух, он запрокинул кверху лицо и уставился на чистое небо. Мгновенье, и оно пошло рябью перистых облаков. Минута, и над его головой уже клубились чёрные тучи. Один вдох, и небо прорвалось студёным дождём. «Ну вот, – подумал Лукас. – Так-то лучше, а то от этого солнца уже скоро облезет вся кожа».

Взор очистился, приобрёл цвет летнего неба. И уже беззаботно, как можно шагать только в детстве, двинулся Лукас вперёд. Не разбирая дороги, шагал он прямо по глянцевым лужам, разбрызгивая по сторонам перламутровые жемчужины холодной воды. С волос по щекам стекала вода, но он этого не замечал.

«Что ж, раз ты решил поиграть, то я в деле», – бурчал он под нос сам себе или кому-то ещё на грани слышимости всех реальностей.

***

– Значит, всё-таки демон?

– Угу, – согласно кивнул Лукас, не переставая ни на минуту орудовать ножом. – Этот стейк просто великолепный, зря ты отказался от своей порции, – наконец прожевал Лукас кусок сочного мяса и придвинул к себе вторую тарелку.

– Да что-то не хочется.

Ричард скривился, вспоминая искажённое лицо мнимой блондинки, её распахнутый алый провал рта с частоколом зубов-иголок. Его вновь передёрнуло, а к горлу подкатил липкий комок тошноты. Бррр… А ведь тогда она ему казалась самой прекрасной на свете. И впрямь – мистика.

– Слушай, а что с ней случилось? Как ты её… э… того… В ад послал?

Едва не подавившись, Лукас закашлялся.

– Ну, Рич, какой Ад? Таких тварей уничтожать нужно. А вообще… – помял он подбородок. Испачкавшись в жире, брезгливо поморщился и вытер пальцы салфеткой.

– Ну, – не выдержал Ричард.

– Вот, – и покопавшись в кармане, Лукас положил на стол безделушку.

– Это что? – скептическим взглядом Ричард окинул кулон, взял его в руки. Пробежался пальцами по серебристой цепочке, опасливо коснулся длинного костяного клыка. Потрогал подушечкой остриё…

– Ай, – шикнул он. Лукас молниеносно подпрыгнул и, схватив руку напарника, лихорадочно зашарил взглядом в поисках раны.

– Да, брось, Лу, я пошутил, – со смехом тот выдернул руку.

– Ничего себе шуточки… – обиженно надулся напарник. – Ты словно ребёнок. Не понимаешь, что ли? Этой хренью только что уничтожили демона. Пусть и мелкого, всё же… Насколько силён может быть амулет, ты представляешь? Даже я не знаю, на что ещё он способен. А ты, так запросто, решил покормить его своей кровью! Ричи, о чём ты вообще думаешь? – вконец распалился Лукас, а Ричард удивлённо взирал на то, как его всегда смешливый напарник сейчас яростно сверкал грозным взглядом. И чудилось ему, что в глубоких голубых глазах Лукаса пылают алые звёзды.

Заметив удивление на лице напарника, Лукас быстро взял себя в руки, пригладил взлохмаченный чуб и, натянув на лицо беззаботную мину, вновь вернулся к сочному стейку. Ричард сглотнул, отхлебнул остывшее кофе и надрывно прочистил горло. Однако надтреснутый голос его дрожал.

– А что написал в рапорте?

– Да, всё нормально, не парься. Написал, что девчонка была наркоманкой, переборщила с дозой, мужчина погиб, ну, она испугалась и решила покончить с ребёнком. Ну, чтобы не оставлять следов. Мы с тобой её вычислили, и ты героически её задержал. А я, так… На подхвате. – и новая порция сочного стейка прервала диалог.

– Складно у тебя всё получается, – сузил глаза Ричард. – А может, и впрямь так и было?

– Ага, мефтай! – с набитым ртом ухмыльнулся напарник.

– Да уж… – побарабанил костяшками пальцев по столу Ричард.

Внезапно ожила рация.

– Коллинз, ты отъелся уже там? Герой.

– На связи, – нахмурился Ричард. Округлив глаза, Лукас энергично затряс головой.

Не дадут позавтракать как следует…

– Поступил звонок. Леди не добудилась супруга. Говорит, что он выглядит ужасающе, – Ричард хмыкнул. – Не смейся, Коллинз, она так и сказала, слово в слово. «Выглядит ужасающе». Езжай в Китайский квартал и разберись там. Ты ж у нас герой дня и спец по Ужасающим смертям. Жду в отделе с подробным отчётом.

– Принял, – обречённо вздохнул Ричард, – сейчас будем.

– Да, и захвати с собой этого тощего недомерка, – вклинился новый голос, и в рации хрюкнули. Пряча улыбку, Ричард покосился на Лукаса. Тот даже жевать перестал.

– Кинг…

– Кинг… – выпалили оба.

Глава 5

Плотные шторы были задёрнуты. Источником света в просторной комнате служили лишь тусклые свечи в вычурных канделябрах. Тысячи огней отбрасывали на стены мраморного зала пляшущие тени. Они словно танцевали под звуки органа. Музыка лилась отовсюду, эхом отскакивая от стен, она будто существовала вне времени.

Классика вечна.

Он сидел, задумчиво смежив веки, облокотившись на мягкую спинку удобного кресла, закинув ногу за ногу. И длинные тонкие пальцы постукивали по подлокотникам в такт чарующим звукам. Вроде бы всё шло хорошо, однако на душе ершистым зверьком притаилась тревога. Нет-нет, да и выпустит она свои коготки, поскребётся украдкой, лишая покоя.

Вдруг дверь распахнулась, пламя свечей дрогнуло, заколебалось, осветив тощую фигуру вошедшего. Подобострастно согнувшись, тень робко приблизилась к креслу.

– Владыка! Эмиссар приступил к выполнению миссии!

Сидящий на кресле недовольно поморщился и слегка приоткрыл один глаз.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.