Валерия Лисецкая
Госпожа Смерть

Пролог

Зеркало 512.

6321 год по времени бездны. Лето.

Скоро будет рассвет.

Оставалось еще немного до подкрепления, что должно было к первым лучам солнца подойти к этим рубежам. Время тянулось неимоверно долго, людей под стеной становилось все меньше, а мертвецов все больше. Они вновь и вновь поднимались, чтобы уничтожить всю жизнь на этой земле.

Этот мир давно не видел солнца. Тучи, пропитанные зеленой пеленою, всегда закрывали его от людей. Все привыкли к этой непроглядной тьме, но сохраняли в душе надежду.

Даже сейчас, когда под стенами этого проклятого города оставалось лишь пять человек, они продолжали бороться со смертью. Мужчина, украшенный серебряным венцом из волос, рассекал своим мечом только что ожившего друга. На нем был темно-синий плащ, украшенный золотыми пуговицами с семейным гербом. В его правой руке зеленым пламенем горел меч, а в левой – небольшой пистолет, заряженный магическими сгустками. Руки были покрыты лишь грязью и порохом.

Пронзив мечом мертвого друга, мужчина отступил назад и выстрелил во врага, нападающего слева. Мертвец рухнул, выстрел разорвал его ногу. Упавшее тело продолжало ползти в его сторону, противно клацая сгнившей челюстью. Старик стремительно срубил голову ползущему, наконец упокоив его душу. Он попытался перезарядиться, но справа на него, истошно крича, бросился еще один. Мужчина успел среагировать и отскочил. Враг, ведомый неизвестной силой, рванул следом. Резким выпадом мужчина уже был готов нанести удар, как в левую руку что-то вцепилось. От неожиданности он потерял равновесие и повалился на землю. Огромная собака мертвой хваткой вгрызлась в кисть руки. Свободной он проткнул тушу гончей, но та не издала и звука, продолжая крепко сжимать челюсти. В глазах пса играло пламя Смерти, что не давало ее душе покинуть тело.

Этот мир был давно обречен.

– Отец! – Крик пронесся вместе со свистом меча рядом со стариком. Голос принадлежал его сыну, который кинулся на помощь. Он ударом снес голову мертвецу, нападавшему сзади. Молодой парень тут же подскочил ближе. Его удар пришелся на голову собаки. Через светящуюся глазницу он проткнул ей череп насквозь. Этого хватило, чтобы челюсти распахнулись и освободили руку. Парень помог отцу встать.

– Спасибо. – Старик пытался отдышаться. Боль еще немного сковывала движения.

– Нам не дожить до утра. – Глаза сына говорили о многом. Он, видимо, только получил весточку из Шестого города. – Они не успевают.

Нужно было действовать быстро. Старик отчетливо понимал, что тут погибнут все оставшиеся. Гражданских было не так много. Остались только семьи военных и несколько слуг. Мужчина также знал, что может задержать наступление и дать недостающее время. Выбор был очевиден.

– Отступайте. – Мужчина вздохнул, смотря на свою руку. – Защити жену. Ваш ребенок должен жить.

Он снял с себя кулон и отдал парню. Красный камень в его середине тускло светился в темноте…

– Отец, что ты задумал? – Парень нахмурился.

– Всем отступить. Забрать всех гражданских!

Старик уже не слышал своего сына. Он устремился вперед, сквозь полчища мертвецов, направляясь дальше от стены. Старик кричал, привлекая к себе внимание. Из его левой руки потоком стремилось зеленое пламя, преследующее его, словно зарево. Мертвецы, завороженные зрелищем, устремились к нему. Они бросались на него, сбивая с ног, прикусывая плоть и разрывая когтями. Он продолжал идти дальше, пока были силы, когда же мужчина упал, то возникла огромная зеленая вспышка. Старик сжег все свои жизненные силы и преобразовал их в неизведанную силу Смерти. Мертвецы начинали загораться по цепочке, пока все поле не было охвачено пожаром.

Сын мог только смотреть, как погибает его отец, спасая всех их.

Нужно бежать.

Парень устремился назад за стену, в большой военный лагерь. Здесь осталось еще немного людей, которых уже выводил офицер. Молодой господин подбежал к величественному шатру, где должна была быть его жена. На пороге его встретила испуганная служанка, которая выносила таз с красной водой.

– Что с ней?

– У нее схватки уже шесть часов. Она скоро будет рожать. – Девушка, выплеснув воду, пошла в палатку. Изнутри звучали приглушенные женские крики. Парень зашел внутрь и увидел свою жену, что стояла, опершись о столик, что находился посередине комнаты. Ее черные волосы прилипли ко лбу, а губы побледнели.

– Мы должны уходить. У нас мало времени. – Он пытался сдержать в голосе всю тревогу, что хранило сейчас его сердце. – Собирай госпожу.

– Мы не можем. Малыш может родиться по дороге, – обеспокоенно сказала служанка, наливая еще воды в таз.

– Я сказал… – Он не успел договорить, как его жена стукнула ладонью по столу.

– Был приказ. Мы уходим. – Голос женщины немного дрожал от боли, что она сейчас испытывала. Схватки застали ее врасплох, но двигаться она еще могла.

Служанка стала быстро собирать оставшиеся вещи. Вышли они одни из самых последних, за стеной еще виднелось зеленое пламя, что уже гасло. Нужно было торопиться.

Парень посадил жену в повозку, а сам стал идти за ней. До следующей стены идти было еще день. С каждым часом жена все чаще стонала от боли. Промежутки между схватками все уменьшались.

Служанка тихо подошла к господину.

– Господин, она уже скоро родит.

– Накрой ее и попроси помочь других женщин. Мы немного замедлимся, но остановиться не можем.

Служанка кивнула и побежала выполнять приказ.

Выбора не было, оставалось только надеяться, что мертвецы остановятся у стены. Правда, на этот раз волна была неожиданна. Мертвецы даже не успели собраться, как делали это ранее. Напали сразу, застав их врасплох в недостроенном Седьмом городе.

Мы уже далеко. Все хорошо.

Резкий вой прервал раздумья парня. Обернувшись, он увидел огромного волка. Он был под два метра, на его спине вместо шерсти играли зеленые языки пламени.

– Гончая! – закричал один из офицеров.

Офицеры кинулись на врага, а гражданские, спрыгивая с тележек, побежали в сторону Шестой стены. Таких размеров волка они видели в первый раз. Обычно это были собаки, ослабленные или умершие естественным путем. Мертвецы никогда не трогали животных, их интересовали только люди.

Зверь в пару прыжков преодолел расстояние между ним и отрядом. Его огромная пасть оказалась рядом с парнем. Он четко мог разглядеть огромные клыки и горящее пламя Смерти.

Парень выхватил свой пистолет и выстрелил в упор обычным патроном. Подхватив это, другие военные стреляли в зверя. Монстр утробно зарычал и прыжком набросился на одного из офицеров. В мгновение ока волк оторвал ему голову и кинулся на следующего.

Сзади послышался женский крик.

Женщина упала от невыносимой боли схваток. Ее ноги уже совершенно не слушались, поэтому оставалось только добраться до дерева. Служанка, почти взвалив госпожу на себя, дотащила ее к дереву.

– Я больше не могу. – Женщина едва нашла в себе силы, чтобы выговорить эти слова.

– Вы справитесь. Я верю.

Служанка взяла госпожу за руку и помогла ей опереться на дерево рядом. Она приподняла ее так, чтобы ребенок смог выйти вниз, как это делали в прошлом. Поставив свою госпожу на колени, девушка постелила на землю небольшое одеяло. Другое же она подготовила для малышки.

Ребенок шел стремительно, поэтому через пару минут показалась головка, а еще через пару мгновений все тельце уже лежало в руках у служанки. Мать все еще пыталась отдышаться, свалившись на землю боком. Служанка одним движением отрезала пуповину и, закутав малышку, отдала женщине. Взгляд матери, еще затуманенный болью, был направлен на крохотную малышку с красивыми зелеными глазами.

Мать четко почувствовала, как по ее телу прошел теплый ветер. Она испуганно приподняла голову и увидела стоящую над ней золотистую тень. Женщина могла разглядеть ее очертания, даже руку, что тянулась к ее ребенку. Тревоги или страха не было, лишь теплота, которая окутывала тело. Как только эта призрачная рука коснулась щеки ее дочери, наступил рассвет.

Солнце осветило все вокруг. Его первые лучи коснулись малышки, озарив ее лицо, стирая с него остатки крови. Синяки на теле матери стали пропадать, как и царапины на руках. Она почувствовала в своем теле прилив энергии и сил…

Вдалеке слышался истошный вой погибающей гончей. Лучи солнца прожигали ее мертвую плоть, заставляя ее растворяться. Волк пытался сбежать в тень, но золотых ниток становилось все больше, поражая его. Пока монстр не превратился в прах.

Пришел рассвет.

Часть первая. Начало пути

Глава 1. Цикл Жизни и Смерти

– Душа – это нестабильный материал, поэтому мы, медики, должны чаще всего смотреть только на плоть. Все, что нам необходимо знать про душу на операции, так это то, что если человек умирает, то она не может найти выход, в связи с чем растворяется. Прямым нарушением закона являются попытки снятия кулона или его повреждение. Не забывайте верно констатировать смерть и признавать свои ошибки. По закону, при нарушении подобного вы будете отвечать перед Церковью. Отвечая перед ней, вы не можете использовать своего защитника. – Преподаватель устало вздохнул и осмотрел зал давно померкшим от старости взглядом. Постучав пальцами по деревянному столу, продолжил тираду. – Кулон снимает только священник. Все остальное карается по закону. Это вам необходимо запомнить в будущей практике.

Он каждый год рассказывал одно и то же на вводной лекции по его учебному циклу, словно пытаясь этим уберечь студентов от бед. Его слова, заученные наизусть, звучали так нудно, что Мия начала быстро проигрывать накатывающему сну и чуть не провалилась в объятия забвения. Ей не дала уснуть соседка за партой, мастерски ущипнув за ногу. Мия оторвала голову от стола и вновь села прямо.

Как же хочется спать. Я так устала.

Представители главенствующих родов стремились дать образование всем своим детям. Простые люди считали женское обучение лишней тратой ресурсов. Сама же Мия с помощью обучения больше отвлекалась от ежедневной рутины и постоянных интриг аристократов.

Она очень рано вышла замуж. Это был обычный аристократический брак без любви. Мия была представителем Первых семей. Они были не слишком дальними родственниками с королевской. Отец и братья состояли в совете короля, а мама была когда-то излюбленной подругой королевы. Эти связи мало интересовали девушку. Муж же был сыном одного из самых знаменитых генералов. Союз с такой семьей обеспечивал необходимыми связями и, конечно, еще большей властью в городе. Ей повезло – муж крайне редко интересовался ее делами, да и не ограничивал ни в чем. Но Мия старалась поддерживать брак и любить своего мужа, как это следует жене.

Девушка давно смирилась со своей судьбой, поэтому часто перед приездами супруга домой просыпала почти все лекции этого дня. Как обычно, она ко всему готовилась в последний момент.

Приезд мужа означал прием. Она ночь напролет со слугами готовила дом к приходу гостей, а наутро предстояло просидеть раннюю лекцию. Ее страдания сегодня не продлились долго, видно, преподаватель сам куда-то спешил, поэтому, поспешно закончив рассказ, подвел итоги.

– Буду честен с вами. Церковь – самая закрытая структура в нашем мире. Советую держаться подальше от их секретов и соблюдать законы. А врачей нынче и так мало. При нарушении со стороны Церкви, вы всегда можете обратиться в Королевский суд. Он же сможет разобраться в ситуации. На все инстанции есть своя инстанция. Помните это. – Он нахмурился и, поправив очки, продолжил. – Все, лекция окончена, зайдите в кабинет к нашему документоведу, заберите бланки на практику.

Старик стал медленно собирать книги, а студенты, перешептываясь, начали двигаться к двери.

Выйдя из аудитории, Мия и ее подруга молча двинулись в административный комплекс. Сегодня должны дать распределение на место практики.

Обычно ее назначают в начале семестра, но почему академия на этот раз решила поставить ее посреди курса? А я точно заказала цветы для сегодняшнего вечера?

Погруженная в свои проблемы, девушка не заметила, что Джейн застыла посреди административного коридора. Поиск отсутствующей не заставил долго ждать, повернувшись, Мия от возмущения вскрикнула:

– Ты правда решила помолиться прямо посреди коридора?

Та стояла и, закрыв глаза, что-то зачитывала, это было видно по губам, которые беззвучно что-то произносили.

– Джейн Поинт, если ты сейчас же не подойдешь ко мне и мы не зайдем в эту дверь, я расскажу мужу, сколько стоило на самом деле то платье. – Она указывала пальцем на дверь и укоризненно смотрела на бедную подругу. Джейн за секунду изменилась в лице, перестала молиться и, подбежав, за ту же секунду к возмущенной, прикрыла ей рот рукой.

– Во имя Цикла, тише. Ты же знаешь, что он здесь иногда преподает, чего кричишь-то?

Ее перепуганный вид рассмешил Мию, но, сдерживая смех, та реверансом пригласила подругу пройти за дверь. Джейн, дружески показав язык, открыла ее и проскользнула внутрь помещения.

Тут царил постоянный беспорядок. Стопки папок стояли по всему кабинету, они уже давно не помещались на книжных стеллажах. Деревянный пол усеян бумагой, а каждая поверхность этой комнаты пропитана чернилами. Неряшливой комнатой, как ее называли в шутку все ученики академии, заведовала щупленькая маленькая женщина. Она выглядела всегда очень молодо и неопрятно. Ее одежда либо была помятой, либо где-то наблюдались пятна от кофе или чая, кто ж это разберет издалека. Удивительно то, что она была самым добрым преподавателем на всех кафедрах данной академии.

Ее скромная специальность в древних языках была признана всеми учебными заведениями семи городов. Вот эта восхитительная женщина всегда выдавала направления на практику и никогда не ошибалась в этом. В работе она ко всему подходила с должным усердием, хотя на распределительной бумажке всегда была капля чернил либо другой жидкости. Преподаватель осмотрела их и с теплой улыбкой сказала:

– Медицинская кафедра, женское отделение. Мия дэ Кроил и Джейн Поинт, я вас помню. Вы единственные, кто прочитал правильно слово, что я предоставила. Жаль, вы на медицинской кафедре, лингвистика вам двоим неплохо дается.

Девушки смущенно кивнули и молча ожидали своего листка. Хорошо, что преподаватель не знала о том, что Мия перед тем случаем наткнулась дома на небольшой словарь, где и вычитала значение слова. Конечно, девушки между собой поделились знаниями, поэтому сразу выделились обе. Об этом стоило все же умолчать.

После минуты поиска женщина достала из папки два листика и передала их, а еще пару минут погодя заставила учениц расписаться в получении.

– Если будут вопросы, обращайтесь к своему куратору, он указан на листке, и будьте аккуратны при заполнении документов на месте. Также помните, что вы – честь нашей академии. Есть вопросы? – Она осмотрела девушек в ожидании намека на недопонимание, но те ответили хором:

– Вопросов нет.

Удовлетворенно кивнув, преподаватель сделала пометку в бумагах и отпустила девушек.

Академия представляла собой небольшое поместье, состоящее из огромного количества комнат для занятий. Здание делилось на четыре крыла, и самое большое принадлежало военной кафедре, а в самом маленьком ютилось лингвистическое отделение. Периодически оно достраивалось из-за добавления новых кафедр. Медицинский корпус находился в среднем крыле, как и отделение естественных наук.

Муж Джейн, признанный перспективным ученым, иногда читал лекции по химии, а также был сыном Пятой семьи. Сейчас же тот был в родном Пятом городе с каким-то поручением.

Девочки с конвертами распределения уселись в местной библиотеке. То была крупная комната с множеством стеллажей, усеянных книгами. Из огромных окон пробивался тусклый солнечный свет – на улице было всегда пасмурно. Подружки решили провести привычный обряд на удачу – на этот раз, чтобы повезло с местом работы. Положили конверты перед собой, как сокровище, пристально посмотрели на них, будто те могли приделать себе ножки и убежать.

– Я думаю, меня отправили работать в какую-то больницу. Сомневаюсь, что на этот раз мне повезет и меня отправят в церковный лазарет. – Лицо Джейн описывало все несчастья этого мира, которые произойдут, если в конверте не будет написано желаемое. Мия же в мыслях молила об обратном, ей хотелось что-то действительно интересное, возможно, это была бы какая-то лаборатория либо экспериментальный корпус.

– Я хочу, чтобы там не было скучно. Прошлая моя практика тянулась, кажется, годами. Закатай вату, принеси раствор. А я врач последнего года, я оперировать умею. – Джейн очень уверенно стукнула себя в грудь и кинула взгляд на конверт снова. Они сидели еще так пару минут, пока Мия не придумала выход, а точнее, просто не напомнила о традиции.

– В общем, как обычно, на считалочке определяем, кто будет открывать первым? – Девушка, проговаривая эти слова, не отрывала взгляда от конверта, как будто зачаровывая его напоследок.

Джейн в этот раз проиграла, хотя в прошлом открытие подобных конвертов было за ней.

Второй всегда везет.

Взгляд Мии, воодушевленный победой над подругой, упал на ее конверт. Именно сейчас был тот самый момент истины. Подруга легким, уже умелым движением открыла его и, помедлив пару секунд, вытащила обрамленный серебряными нитями листок с названием места будущей каторги. Лицо девушки исказилось в ужасе, после чего она безмолвно прокричала:

– Нет!

Назначением Джейн являлась больница Райнвуд в Третьем городе. Мия, поддерживая, похлопала подругу по спине, сложила руки в знак «я с тобой» и театрально смахнула слезу со щеки. Райнвуд – скучнейшее место для практики, а Третий город находился в фермерской глуши. Единственное развлечение – смотреть на стада коров. Подруга была сокрушена, убита и уничтожена маленьким листком, целое лето ей предстояло просидеть в душной сельской больнице. Обмякнув на стуле, со взглядом, полным страданий, Джейн ждала открытия второго конверта, который решал судьбу Мии.

После места распределения подруги Мия подумала даже молиться, но тогда бы она предала свою атеистическую натуру.

Только не в другой город. Хочу спать в своем поместье.

Со всей смелостью, которая только сейчас оставалась у нее, ученица открыла конверт. Листок в нем гласил: «Отделение морга, участок 10, Первый город». Девушка замерла и, перечитав несколько раз, посмотрела на подругу. Та от удивления придвинулась и посмотрела.

– Это что? Ни разу не видела, чтобы кому-то выпадало подобное. – Джейн, еще раз убедившись, что все написано верно, растерянно пожала плечами.

– Я тоже не знаю, что это такое. Я даже такой участок не знаю в нашем городе. Ты помнишь такой? – Девушка на всякий случай перевернула листок, но обратная сторона была пустой. Они обе задумались, пытаясь вспомнить, где может находиться этот участок.

Кого вообще отправляют на практику в Полицейский участок? Это странно.

Через пару минут Джейн вскочила и, пытаясь сделать тише возбужденный голос, сказала:

– Это новый участок, я о нем в газете читала с утра, пока ехала сюда в дилижансе. В общем, он специализируется именно на злых духах и нежити, которая совершает преступления в городе. Обалдеть… Я даже не знаю, повезло ли тебе.

Она нахмурилась и стала качать головой из стороны в сторону, словно пытаясь вспомнить дословно, что было сказано в статье. После чего Джейн развернулась и направилась в другой конец библиотеки, а Мия осталась один на один со своей судьбой. Отложив ее на стол, она посмотрела в окно, где, как обычно, шел дождь.

Осень обещала быть холодной и дождливой. Сад за стеклом, уже привычный взгляду, выглядел тусклым и понурым. Деревья, никогда не меняющие листву, смотрелись так, словно их пропустили через черно-белый фильтр, – все серое и скучное. Ночное небо всегда отдавало зеленым сиянием, а днем солнца не хватало, чтобы раскрывать краски этого мира.

Вскоре Джейн вернулась и прервала задумчивость Мии, положив перед ней ту самую газету с описанием участка.

Данное место, как оказалось, был построено с одобрения Церкви, в последнее время странных убийств стало слишком много, отчего даже потребовалось новое отделение. В любом другом городе всегда происходили странные вещи, особенно с мертвецами. Не все души так просто уходили на перерождение, а некоторые задерживались. Правда, с ними всегда справлялась инквизиция. Этот участок давал возможность совместной работы Церкви и полицейским, что расширяло перспективы для мира живых. Большой опыт детективов помогал, когда Лампа душ не могла указать на преступника. Но зачем меня туда отправили?

С детства она избегала мертвецов и призраков. Девушка могла их чувствовать и видеть. Еще ребенком она знала, что подобных ей забирали в Церковь Семи. Только, по неизвестной ей причине, ее прятали.

Пора собираться домой.

Экипаж с Мией медленно полз по улицами Первого города. Он был одним из первых построенных после пробуждения мертвецов. Его сердцем была Церковь Семи, которая выглядела, словно огромное поместье с золотым обрамлением. Такие же металлические элементы преобладали в архитектуре города. В этом мире редко можно было увидеть солнце, поэтому люди придумали такие непрактичные символы его присутствия. Люди к этому привыкали с рождения, но золото на улицах напоминало о тепле и радости, как думало правительство.

Хорошо, что в наших горах много этого металла.

Когда экипаж прибыл к ее поместью, она обнаружила, что совершенно забыла заехать за нужными цветами по дороге. Ей очень хотелось украсить праздник светящимися васильками, которые выращивала только одна теплица в городе. Супруга дома не было целый год. За всю их совместную жизнь им редко удавалось остаться вместе хотя бы больше полугода.

Изменился ли он за это время? Последний раз он приехал уставшим и разбитым. Его всегда что-то гложет.

Тоска по родному плечу проходила со временем, поэтому в жизни она больше опиралась на себя, чем на благоверного. Мии сложно было говорить о любви, но к своему супругу она относилась с особой нежностью. Он стал для нее подобием отца. Девушка выросла в огромной золотой клетке, где единственное, что правда могло защитить, – это власть и чья-то опора. Муж, словно щит, прикрывал ее от негативного влияния ее семьи и временно закрыл ото всех. Благородный и прекрасный человек – так его видела девушка, которая другого и не знала.

Зайдя в двери поместья, она тут же кинула взгляд на дворецкого, который в ожидании ее, извелся. Он с великим драматизмом кинулся к ней.

– Госпожа, все пропало! Все испорчено, я не знаю, что делать.

Мия лишь улыбнулась от этого уже родного выкрика, все всегда шло по плохому сценарию.

– Эдуард, удиви меня, что приключилось сейчас? Неужто на кухне проблемы?

Она с улыбкой ушла внутрь зала, на ходу снимая накидку и передавая ему. Другие слуги подбежали к девушке с разными подушечками, чтобы та сложила украшения на них. После недолгого молчания Эдуард наконец ответил:

– Они приедут на час раньше, Госпожа. Они уже почти проехали первый пост.

Лицо Мии изменилось за секунду, а дыхание перехватило, но времени паниковать не было. Собрав себя за долю секунды, она выкрикнула:

– Быстро блюда на стол, все, что успели приготовить! И цветы. Цветы на стол! Мигом, всем переодеться. Подготовить мое платье. Мигом!

Вокруг все засуетились и забегали, словно муравьи, а девушка пошла на кухню, чтобы проверить, все ли приготовилось. На лице Мии все еще сияла довольная улыбка.

Муж снова дома.

* * *

Это поместье почти пустовало до прибытия Мии. Сейчас на окнах появились золотистые занавески, а на полах ковры. Разбили перед самым въездом сад, который весной цвел прекрасными белыми цветами. У входа появилось много кустарников, которые придавали дому мягкие очертания. Дворецкий Эдуард тоже появился с приездом маленькой Мии. Девочка нашла его совершенно избитым жизнью в больнице.

Не сказать, что люди в этом мире бедствовали, но вечная война за жизнь истащила моральный дух людей. Из-за того, что население не особо росло, а держалось на нейтральном уровне, в Семь городов вмещались все его существующие жители. Сами города находились в огромном ущелье, которое начиналось от некогда величественного вулкана. Природные явления раскололи его, оставив огромную трещину, в которой и расположились города.

Первый город – столица, где чаще всего жили священники или приближенные к короне. В местной академии учились только дети Первых семей либо разбогатевшие торговцы. Остальное население получало образование куда проще. Этого было достаточно, чтобы поддерживать жизнь городов. Иногда очень талантливые люди также попадали в академию Первого, а после выпуска становились помощниками Первых семей.

Второй город имел нескончаемый источник воды, благодаря которой производилось электричество. Именно там проходила река, что била из подземного источника. Также там были основные заводы, которые производили необходимые вещества для страны.

Третий город полностью фермерский, здесь выращивалась еда, которая до сих пор кормила все города. Четвертый город также был усеян полями и заводами.

Пятый город принадлежал военным, когда-то там проходила основная линия обороны, но теперь он больше похож на обычный город семей военных, что просто доживают там жизнь.

Шестой город – один из самых богатых и безопасных. Именно тут стеной в большей степени выступала гора, поэтому его было легко оборонять от нападений мертвецов. Также тут было огромное количество руды и металла, что всегда были в дефиците.

Седьмой город стал пограничным городом среди всех. Он стоял на выходе из ущелья, поэтому стена там была одной из самых длинных и уязвимых. Традицию называть города цифрами придумали Первые семьи, что образовывали их в названном порядке. Со временем все и привыкли их так называть.

Уникальность данного мира состояла не только в людях, но и в общей атмосфере вокруг. Почему-то именно здесь грань между миром мертвых и живых была тонкой. Поэтому всю свою жизнь люди сражались с толпами нежити, из-за чего и были созданы стены.

Мия, сколько себя помнила, жила в Первом городе и в другие ездила лишь изредка на поезде. Дорогу построили только одну, что осложняло все путешествия. Он ходил довольно быстро, так что за день можно было доехать до Седьмого города. Технологический прогресс ее мира позволял отправлять почту поездами, а ночью ходить под светом электрических ламп. Их маленький мир развивался слишком медленно из-за небольшой продолжительности жизни и постоянных нападений нечисти. Люди тут не доживали до старости, многие уже в шестьдесят уходили в Цикл.

Каждый выживал, как мог, в этом страшном мире.

Мия часто помогала нуждающимся людям, чем вызывала дикую ярость своей матери. Одобрение семьи для нее было невозможной роскошью. А вот прислуга в доме ее любила. Некоторых из них она спасла из трудных жизненных ситуаций, а другие просто поняли ее мягкий и добрый характер. Именно поэтому большинство слуг в поместье были искренне преданны девушке. Ее уважали и слушали.

В поместье сейчас творился хаос, слуги бегали из стороны в сторону, пытаясь успеть к приезду генералов. Нужно было позаботиться о тысяче дел, но эта рутина не омрачала лицо девушки. Она порхала по поместью, раздавая указания. Эдуард в процессе успевал выдавать пару шуток, да и советом своевременно помог. Все поместье работало как часы.

Когда все было готово, Мия проследовала наверх, чтобы переодеться. Оставшись в темной комнате одна, она медленно присела на край кровати, смотря на платье в полумраке. Девушка была уверена, что его прислала мать, как напоминание о том, какой семье она еще принадлежит.

У платья во всю спину красовался огромный вырез, подчеркивающий прекрасную осанку. По крайней мере, такой была задумка портного. Мия не позволяла себе надевать такие платья. На ее спине еще с детства красовался огромный шрам. Она прекрасно помнила, как получила его. Измотанная эмоциями и суетой, Мия упала лицом в мягкую кровать. Ей хотелось хоть немного отдохнуть.

Кажется, будто это было вчера…

– С кем ты обручилась?

Грозный, почти срывающийся на крик голос прозвучал в пустой комнате, словно гром посреди ясного неба. Мия, словно маленькая и совершенная куколка, трясущаяся от холода, жалобно смотрела на дочь янтарными глазами.

– Мама, он предложил мне стать его принцессой. Стать его маленьким…

Она не успела оправдаться, как плеть рассекла кожу ее крохотной ножки. Мия взвизгнула от боли, и слезы потекли градом. Захлебываясь в собственных слезах, она продолжила:

– Я правда… не… хоте… ла, прости!

С последним словом малышка зажмурилась, ожидая нового удара, но его не последовало. Мать пристально смотрела на дочь, что-то обдумывая. Ее лицо не выражало ни капли сочувствия, нет, ее волновал другой вопрос.

Девочка просто стояла на месте, боясь пошевелится, когда мать закурила сигарету и выдохнула дым ей в лицо.

– Маленькая тварь, решила свою сестру обогнать? Она старше тебя и умнее, ты думаешь, что, получив благосклонность второго принца, сможешь стать королевой? Запомни, тебе никогда в жизни не нужна будет власть, такая власть, которой ты недостойна.

Ее лицо изображало всю ненависть к ребенку. Неизвестно почему, но именно Мия заставляла женщину испытывать невероятное отвращение. Возможно, виной тому все же было ее поведение, либо поступки, которые не радовали мать. Каждый раз, когда Мия пыталась показать свои знания либо старания, ее били, пока та не начинала молить о пощаде. Врач всякий раз обрабатывал ее синяки так, чтобы у девочки не оставалось следов, но сегодня он не смог ничего сделать. Мия, набравшись смелости, собрав свои силы, крикнула:

– Я хочу! Хочу быть его принцессой. Он меня понимает и знает! Я хочу!

Мать в мгновение озверела. Подняла дочку за шею одной рукой и откинула ту в зеркало. Оно разбилось пополам, и одна из половин рассекла спину Мии, оставив огромный глубокий шрам. Мать подошла к рыдающему и дрожащему от страха ребенку и засмеялась. Для нее проблема наконец была решена, этот шрам никакой врач не сможет вылечить. Теперь ее дочь была испорчена окончательно и бесповоротно для королевской семьи. Только нужно было придумать отличное оправдание. Например, она поскользнулась и упала с лестницы, а может лучше, ее напугал какой-то сумасшедший дух. Улыбка не сходила с лица матери, ведь сейчас ее план воплощался в жизнь, и никто его не испортит. Женщина развернулась и пошла к выходу, по пути пригласив врача войти. Бедный врач, увидев девочку в крови, кинулся ей помогать.

Тогда все слуги в доме принесли маленькой израненной принцессе по конфетке, чтобы та смогла пережить эту невыносимую боль. Она отходила от этих ран еще месяц, просто сидела в своей комнате и не выходила из нее. Одиночество всегда ее успокаивало. Тогда и пришел Виктор – будущий муж Мии – и предложил брак, никакой физический дефект не мог изменить его мнение. Сейчас ей совершенно не хотелось думать, единственное, что она делала, это сбегала из адского места, называемое дом. И она сбежала, но не так далеко, как хотела. Мать шла по ее следам.

Мия проснулась от прикосновения теплых рук, которые обнимали ее крепко, пока она спала. Девушка отлично знала этот запах, эту дурацкую привычку будить ее таким странным образом.

Виктор уже дома?

Наслаждаясь мгновениями, она сильнее прижалась к мужу и, улыбнувшись, сказала:

– Я соскучилась, дорогой.

Ответ последовал почти сразу, и хриплый голос мужчины разбавил тишину:

– Снова кошмары? Когда они тебя оставят?

Его обеспокоенный голос для Мии звучал по-своему. Он заполнил мир вокруг и погрузил в некое блаженство. Она не стала долго томить мужа ожиданием, поэтому сказала просто: «Никогда». Виктор сильнее обнял ее, пытаясь укрыть от всех тревог и бед, которых было уже так много позади. К сожалению, ни его тепло, ни ее смелость не могли пока преодолеть этот барьер вечного страха Мии перед матерью.

Время текло слишком быстро, конечно, их потревожил Эдуард, который, недоумевая, куда могла деться хозяйка поместья, нашел ее в спальне с мужем. Он прервал их маленькую идиллию своим звонким голосом:

– Вас ожидают гости, их порядка десяти, все пришли к вам, сэр Виктор. Прошу хотя бы встретить.

Виктор махнул ему рукой. Они пролежали еще пару минут так, а после начали подниматься, все же не стоило заставлять гостей ждать. Мия надела купленное матерью платье и сверху любимый плащ, который скрывал ее недостаток, а Виктор просто переоделся в парадную форму. Взявшись за руки, они отправились встречать гостей.

Мия, как всегда, старалась выглядеть великолепно. Черная длинная коса, диадема, напоминающая ветку местной сакуры. Длинное темно-синее платье с такого же цвета плащом, который, как она сама думала, прикрывал ее уродство.

Я должна быть идеальна. Никто не будет видеть моих недостатков!

Мысль настолько укоренилась в ней, что стала медленно разрушать изнутри. Муж, конечно, закрывал на это глаза, понимая, что решить эту проблему не так просто, как кажется.

– Дружище, я рад тебя видеть в полном здравии. Что там на фронте? Этих тварей не стало меньше? – Столь пронырливый и хитрый голос девушка могла узнать везде. Этот маленький щупленький паренек был лучшим другом Виктора. Они часто пропадали в библиотеке поместья, где за распитием горячительных напитков обсуждали политические дела. Мию мало волновали их разговоры, но вот сама персона волновала, в связи с тем, что тот был почти напрямую связан с ее семьей. Она была уверена, что этот тощий заносчивый тип и приволок это жуткое платье. Доказательств, правда, не было, да и ей, честно, не хотелось с этим связываться.

Когда же мать успокоится и перестанет мне докучать? Я уже восемь лет как живу не с ними, но она находит способ добраться до меня.

Виктор, нахмурившись, ответил Митчеллу, пытаясь говорить потише:

– На самом деле ничего хорошего нет. Они… как сказали умники, научились поглощать друг друга. Теперь мы имеем дело с одним большим монстром, это одновременно и упрощает дело, и усложняет.

Лицо Митчелла исказилось в ужасе, он сделал маленький глоток ягодного вина и стал так же тихо отвечать:

– Это же полный кошмар, они еще и учатся. Довольно опасно, но как ты думаешь, мы сможем выстоять?

Муж Мии, похлопав друга по плечу, улыбнулся и уверенно кивнул, взяв под руку жену, пошел дальше к гостям. Вечер проходил спокойно, все гости радостно переговаривались и вели беседы на отвлеченные темы.

Все присутствовавшие были подопечными мужа, поэтому никто не обращал внимания на усталые улыбки и большое количество алкоголя. Вояки имели странную привычку напиваться в первый день прибытия домой. Обычно все практически уползали из их поместья, но сегодня все было по-другому. Все держались достойно, словно вскоре вновь собирались на границу.

Вечер был прекрасный, прохладный ветерок заходил из полуоткрытых окон, только зеленое зарево на горизонте всегда напоминало об опасности за стенами. Гости медленно тянулись в свои экипажи, многие прощались, некоторые просто важно уходили, гордо сохранив молчание.

Девушке было все равно, ей просто хотелось наслаждаться этой прохладой, оживленностью и ощущением умиротворения. Пока Мия наслаждалась этим блаженством, муж медленно подошел к ней сзади и приобнял, почти полностью накрыв ее своими большими руками. Ей сейчас казалось, что рядом с ним самое безопасное и защищенное место.

Наконец Виктор дома и наша семья вновь вместе. Можно, хоть ненадолго, расслабиться.

Все заботы, тревоги ушли на задний план, только они вдвоем остались здесь и сейчас. Суета слуг и гостей вокруг обходила их стороной, а тут оставалось только легкое и непринужденное чувство любви.

Наконец дом остался совсем пуст и кроме их двоих никого уже не было, а девушка смогла распрощаться с этим платьем, как и со своим одиночеством. Они настолько соскучились друг по другу, что тела сами стремились к уединению. Супруги уже не помнили, как добрались до кровати, куда улетела одежда.

Я так соскучилась. Кажется, вечность его не видела.

Когда они, уставшие от страсти, лежали в кровати, прикрытые только легкой простыней, муж крепко взял Мию за руку и разрушил всю идиллию словами:

– Я уезжаю скоро вновь на год. На фронте все обострилось, новые монстры не дают спокойно спать Седьмому городу. Как бы я ни хотел остаться, я должен ехать.

Девушка сильнее прижалась к нему и, уткнувшись в его грудь лицом, попыталась спрятаться от разговора. Конечно, она понимала, что он жаждал ее решения именно сейчас, в момент большей близости.

– Я могу приехать через полгода и помочь, когда получу образование. Я же не могу все бросить в конце, пойми. – Ее голос звучал неуверенно, даже он был наполнен страхом, страхом того, что она потеряет, если скажет.

Бросить учебу и стать просто женой, которая ждет мужа с боев.

Учебы оставалась не так много, через полгода она бы приехала к нему. Мия вздохнула, понимая, что этого разговора не избежать, и, повернувшись, посмотрела на него.

Виктор, услышав ее слова, приподнялся на подушке, чтобы взглянуть ей в глаза. Он несколько минут просто смотрел и пытался подобрать нужные слова.

– Ты правда не боишься, что меня убьют, а ты даже не увидишь меня в последний раз? Тебя больше волнует учеба и ненужный диплом? – Он был удивлен выбором жены, а может, был чем-то напуган и не хотел рассказать ей. Именно этого Мия страшилась – непонимания и сомнений в ее сторону. Больше всего на свете именно этого ее разум и боялся. Она все так же, смотря ему в глаза, ответила:

– К чему слова про смерть? Ты же будешь жить, и все будет с тобой в порядке. Я окончу учебу и приеду. Буду помогать солдатам и тебе, ты же знаешь, я прекрасно готовлю. – Она улыбнулась, стараясь успокоить мужа. В его глазах промелькнул страх, которого девушка никогда не видела, отчего по ее спине прошли мурашки.

– Смерть… Мы потеряли два полка в сражении с тем чудовищем. Пойми, они становятся сильнее. А мы нет. Каждый раз, когда мы убиваем, они возвращаются. Церковь говорит, что мы сможем победить саму Смерть. Я думаю, это глупо.

Он вздохнул и перевел взгляд на окно, продолжил:

– Я все чаще чувствую ее дыхание, каждый раз выходя за стену, мне даже не с кем попрощаться. Пойми, я там один. В целом, я всегда знал, что ты откажешься. Мой мир не для тебя.

С последними его словами Мия накрыла мужа своим телом и обняла. Девушка полностью понимала его тревоги, беспокойство и боль, которую он испытывал. Ей просто надо было сейчас его успокоить, а поговорят они завтра.

Сейчас нужен только сон, спокойный сон.

* * *

Мия оказалась на городской площади.

Она с трудом могла понять, какого именно города. Только величественная каменная стена, единственная в своем роде, возведенная руками обычных людей, давала понять, что это Седьмой город. Здесь было слишком тихо, хотя девушка точно могла разобрать, что находится на центральной улице, около рынка. Обычно тут собиралось много людей, которые вечно что-то покупали либо обсуждали новости.

Она стояла босыми ногами на брусчатке. Между камнями медленно текли алые струйки крови, что стремились вниз по улице. Только сейчас девушка заметила два трупа неподалеку от себя. На их лицах были необычные черные волдыри, из которых медленно вытекала черная жидкость. Они будто спокойно уснули по середине улицы. Мия застыла от шока рассматривая округу. Вдали она увидела еще несколько трупов, которые, обнявшись, сидели у стены дома. Все покрыты черными пузырями. Их лица и тела были будто высушены от какой-то болезни. Увиденное вводило в ужас девушку.

– Они все погибли, – прозвучал женский голос из-за спины. Он был очень знаком девушке. Кажется, именно такой имел ее выдуманный друг в детстве. Она смутно могла вспомнить подружку, что сопровождала ее все ранние годы.

– Что произошло? – дрожащим голосом спросила Мия, все еще пытаясь понять происходящее.

– Вы проиграли Смерти. Мертвые захватили Седьмой город, потом Шестой, а дальше мертвецы дошли до Первого. И там погибли все. – Голос подруги был спокоен.

– Как? Как мы потеряли Седьмой город?

– Люди часто хотят обрести власть и взобраться повыше, – послышался вздох разочарования. – Часто не думают о цене вопроса.

– У всего есть цена? – Мия наклонилась к одному из трупов и стала осматривать волдыри. В некоторых местах она видела аккуратные надрезы. Вся жидкость из надрезанных волдырей вышла, но покраснение вокруг давало понять о продолжении распространения инфекции. Внутри рана имела синевато-белый оттенок. Живой ткани там уже не было.

– Мир всегда что-то требует взамен. Смерть требует жизнь, а жизнь требует смерти. Вечный цикл. Немногие могут его изменить. – Кажется, девушка слышала, как улыбается собеседник.

– Какова цена за то, чтобы все это не произошло? – Мия понимала, к чему ведет эта женщина.

– Услуга. – Кажется, сейчас девушка могла почувствовать улыбку на устах неизвестной. – Я хочу вернуть свою жизнь. Для этого тебе надо всего лишь довериться мне.

– Это все? – растерянно проговорила Мия. Она развернулась, но сзади никого не было. Голос теперь звучал повсюду. Словно он и был этим сном.

– Пока да.

– А если я откажусь? – уже более уверенно спросила девушка и медленно пошла вперед.

– Просто посмотри, каким станет твой мир. – Голос стал звучать все дальше и дальше. Он куда-то ведет Мию. Девушка следовала за ним, пытаясь не отставать.

Грязь сменилась брусчаткой, и перед глазами девушки появилась красивая церковь, что стояла тут с основания Седьмого города. Вокруг нее медленно ходили мертвецы. Одни из них выглядели слишком свежими, сначала казалось, что это вовсе живые люди. Их выдавали только полностью зеленые глаза, что светились в тенях здания.

Мия проследовала дальше и везде встречала только попусту бродящих мертвецов, которые жадно клацали зубами в поисках еды. Вход в церковь был закрыт. На двери висела огромная цепь с замками, но она не стала преградой неосязаемой сущности Мии. Оказавшись внутри, девушка увидела мертвого священнослужителя, что словно удерживал собой дверь. Его руки были покрыты черными страшными волдырями, а лицо замерло от ужаса. Он, видимо, понимал, что скоро отправится в Цикл, и хотел защитить это место ценой своей жизни.

– Ради власти Церковь убивала даже своих, – все тот же голос послышался из-за спины. – Жалкое зрелище.

– Ты врешь! – Девушка напряглась. – Я уже встречала таких призраков, как ты. Тебе просто нужна моя жизненная энергия, чтобы не уходить в Цикл.

– Я не могу никуда уйти. – Голос вздохнул и продолжил: – Я остаюсь тут, пока ты жива. По всей видимости, мне проще тебя убить, но я не смогу.

– Убить? Призраки не могут влиять на предметы, мы их только видим. – Мия вновь обернулась, но сзади никого не оказалось. – Что ты такое?

– Я и сама не знаю, – слишком быстро ответила неизвестная. – А кто ты такая?

– Я Мия дэ Кроил. Принадлежу Второй семье, замужем за генералом.

Повсюду раздался смех, он даже немного оглушил девушку, которая все пыталась найти источник этого голоса.

– Ты так привыкла врать себе, выдавая желаемое за действительное, что со временем стала верить своим словам. В целом, я хочу лишь твоего ответа на мое предложение. – Голос звучал все так же мягко.

– Если ты говоришь правду, все это может случиться. – Мия осматривалась по сторонам, все же пытаясь найти собеседника.

– Я говорю только правду, моя дорогая.

– Тогда я согласна. – Мия ответила почти сразу. Это был очень глупый ход с ее стороны, но все же если этот неизвестный дух был прав, то даже ее жизнь не была такой большой ценой.

Девушка редко принимала участие в королевских дрязгах, интригах либо заговорах. Она старалась обойти все стороной или вовсе уйти. Ей нравилось больше созидать. Мир казался ей интересней, чем простые ссоры либо вражда. Почему-то все, что она сейчас видела, казалось знакомым и слишком правдоподобным. Словно такое могло случиться взаправду.

Как только Мия произнесла последние слова, перед ней предстала девушка. Тело этой незнакомки было покрыто алыми пятнами, а лицо и светлые волосы были совершенно чистыми. Особенно выделялись руки, с которых еще капала свежая кровь.

Ведомая страхом, Мия посмотрела на свои руки. Они были полностью покрыты вязкой алой жидкостью. Кажется, она могла почувствовать даже запах.

Девушка проснулась от собственного крика, который разбудил и мужа. Он в сонной растерянности смотрел на супругу, пытаясь понять происходящее.

С кем же я заключила договор?

Мия, изумленная резким пробуждением, застыла, пытаясь осознать реальность. Ее сердце заходилось в галопе из-за испытанного страха.

– Что случилось? – озадаченно спросил Виктор, в полумраке внимательно осматривая свою жену.

– Кошмар. – Мия безрезультатно пыталась отогнать наваждение, страх еще пронизывал ее тело, не давая двигаться.

– Слова Циклу, всего лишь кошмар. – Он облегченно выдохнул и повернулся на другой бок. – Прогуляйся немного за водой. Должно полегчать.

Виктор отлично знал, что нужно предпринимать в подобных ситуациях, и реагировал уже спокойно. Он тоже иногда просыпался в холодном поту от ужаса битв за стеной. После постоянных боев со Смертью его сны перестали быть спокойными. Каждый раз он видел перед собой армию мертвецов, что, казалось, ждала за порогом.

– Извини, что разбудила, – уже шепотом сказала Мия и встала с кровати.

В полной темноте пошла вниз, чтобы налить себе из графина немного воды.

Непривычно было видеть дом совершенно пустым. Девушка, взяв себе стакан с водой, открыла дверцу в сад и вышла. Холод мгновенно обжег ее кожу. На улице уже была осень, деревья начинали сбрасывать листву, что накрывала синеватую траву ярко-красным покрывалом. Природа в этом мире была пугающе красивой. Листья на деревьях были либо желтого, либо синего цвета. Редко можно было увидеть темно-зеленый. Некоторые травы и цветы немного светились в темноте, видимо, для привлечения ночных опылителей.

Мир привык жить в полумраке.

Луна почти никогда не выглядывала, лишь тонкие нити ее света пробивались сквозь вечные тучи. Звездное небо и вовсе было записано только в исторических книгах. Вся природа за век почти перестроилась под новые условия жизни, как и люди. Мие всегда нравилось просто наблюдать за миром. Он непрерывно менялся, подстраиваясь под новые реалии.

В исторических сводках часто говорили, что мертвецы появились не больше века назад. Их приход ознаменовал нарушение в Цикле Жизни и Смерти, поэтому люди должны были восстановить его и уничтожить всех мертвецов. Так гласила вера в их мире. Это было больше похоже на идеологию, чем рассказы о богах.

Мия с детства хорошо переносила перепады температуры и изменения природы. Кровь ее, казалось, была горячее, чем у всех родственников. Она могла спокойно стоять зимой на крыльце, укрытая только легким плащом.

На улице моросил привычный для этого времени года дождик. Наконец можно было просто побыть одной. Сделав пару глотков воды, ей удалось немного успокоить свой разум. Сейчас не стоит паниковать из-за дурного сна.

Города простояли век, значит, еще столько же простоят.

* * *

Здание нового полицейского участка выглядело совершенно обычным. Большое двухэтажное сооружение из темного кирпича, окаймленное темным деревом с золотыми орнаментами кое-где. Входная дверь была внушительной, казалось, в нее спокойно пройдут люди под три метра. Окна также были сделаны из дерева, а над дверью красовалась надпись: «Полицейский участок №10».

На ступеньках у входа стояли двое полицейских в красивой черной форме, расшитой золотыми нитями. Они курили и что-то увлеченно обсуждали, не обращая внимания на прохожих. Зайдя внутрь, Мия обнаружила огромное количество людей, которые либо что-то рассказывали, сидя напротив полицейского, либо ожидали своей очереди у окошка «Информация».

Она не совсем понимала, куда ей стоит идти. Ее растерянный взгляд заметила приятная на вид девушка в форме. Выглядела она довольно просто для стража закона этого города: аккуратно убранные каштановые волосы, ничем не примечательное лицо и, конечно, серьезный взгляд. Она рукой показала на свой значок и представилась:

– Офицер Торнэл. Девушка, вы что-то тут ищите? Вам помочь?

Тон ее голоса был мягким и приятным, вызывал расположение, поэтому Мия решила уточнить у нее:

– Мия дэ Кроил. Я по распределению от Первой Академии. Временно буду работать в морге. К кому мне обратиться с этим?

Услышав фамилию, девушка удивилась, а дослушав Мию до конца, улыбнулась и, повернувшись к своему коллеге, сказала:

– К нам уже королевские семьи устраивают. Интересный расклад, что мы с ней должны делать?

Конечно, фамилия девушки очень выделялась приставкой. Каждая из Первых семей имела свою. Они обозначались неизвестными по значению символами. «Ви» означало первую королевскую семью, «дэ» – вторую, «ла» – третью.

Хмурый мужчина, выглянув из-за девушки, с важным видом протянул руку в знак уважения к Мие, та просто пожала ее.

– Офицер Коллинз. Не обращайте внимания на мою коллегу. Она приехала из Седьмого города, поэтому очень не любит местных. Давайте я вас провожу к Розе. – Его голос был совершенно спокойным, а на лице сияла улыбка.

Мужчине было на вид под сорок, в его шикарных усах уже пробивалась седина, которая и выдавала его благородный возраст. Форма на нем не была новой, ее уже стирали не раз, хотя золотые полосы еще блистали.

Как и положено таким добрякам, он обладал упитанной комплекцией и милым лицом. На руке было обручальное кольцо, которое из-за долгого ношения оставило легкий розовый след. Мужчина повел девушку по деревянному коридору с огромным количеством дверей, и, конечно, самая последняя оказалась бухгалтерией. Здесь, видно, и сидела та самая Роза, с которой ее хотел познакомить офицер.

Дверь распахнулась, и наружу с криком вышел мужчина:

– Мне плевать, но сегодня кто-то должен быть в морге! Срочно! Я не буду сам трупы вскрывать!

Он хлопнул дверью так, что та жалобно заскрипела, и уставился на Мию. Увидев ее, он опешил, а потом, взяв себя в руки, сказал:

– Простите за… увиденное. Удачного дня.

После чего направился в сторону двери. Колинз же, похлопав Мию по плечу, улыбнулся и пошел на выход.

В целом все так, как и ожидалось. Они тоже удивлены моему приезду. Что же я тут делаю?

Мия проводила его взглядом, после вошла в бухгалтерию. Внутри Мия увидела женщину, которая яростно тушила сигарету. Она мучила бедную с такой ненавистью, что казалось, бедный окурок вот-вот начнет молить о пощаде.

Роза уже потянулась за новой, но, заметив гостью, отложила портсигар.

– Проходи, что ты там стоишь? Зачем пришла?

Мия молча протянула той письмо с распределением. Взгляд женщины за секунды стал невероятно счастливым, а мгновением после – удивленным. Она пару раз посмотрела на Мию, потом на бумажку, после чего вновь, нервно схватив портсигар, вытащила сигарету.

– Ты, получается, с самой верхушки. А как тебя вообще могли сюда распределить? Если что-то с тобой случится, нам же твой муж и твоя родня голову оторвут.

Она озадаченно смотрела на девушку. После нескольких минут молчания она сдалась. Пожав плечами, поставила печать на документе и вернула Мие.

– Слушай, мы тут тебе подтирать задницу не будем. Нам плевать, что твоя сестра принцесса, и плевать, если ты начнешь ныть. Работаешь как все, оклад получаешь как студент. Есть вопросы? – Теперь ее голос звучал невероятно усталым, словно на несчастную навалились все тяготы бытия.

– Вам не надо беспокоиться, могу вас заверить в том, что я буду работать на обычных основаниях, как и все. Сделаем вид, что я ничем не отличаюсь. – Голос Мии был ровным и спокойным. Она уже давно на подобное не реагировала. Встречали ее по фамилии, а потом узнавали по делам.

Женщина в ответ только кивнула и показала рукой на дверь. И тут ее осенило. Хлопнув ладошкой себе по лбу, она встала из-за стола.

– Тебе же надо показать, где работать, и ключи дать. Что со мной не так? Ты же человек, а не ясновидящий, без меня не найдешь эту дверь.

Поманив за собой, вышла в коридор.

Участок был не слишком большим. Главный вход, где было несколько информационных окошек, дальше зал с множеством столов, где делали записи полицейские. В глубине зала находился кабинет начальника и его помощника. На втором этаже располагались детективы, которые занимали несколько кабинетов. Все тут сделано из темного дерева и обычного камня. Без излишков декора, все сделано с максимальной практичностью и удобством. Чтобы найти необходимую комнату, они прошли к лестнице, соединяющей все этажи и спустились по ней вниз.

Дальше прошли немного по узкому коридору вперед. Дверь в комнату выглядела совершенно обыденной – из черного дерева и небольшой стеклянной вставки. Рядом с ней красивая золотая табличка с надписью «Морг», а внизу мелким шрифтом выгравирована фамилия девушки. Обычно в подобных местах указывают имя и фамилию священнослужителей, которые отвечали за большинство работ с телами и душами умерших.

Зачем священнику помощник? Сотрудница тоже, видимо, не в курсе.

Это немного смутило Мию, но она решила промолчать. Роза вытащила связку ключей и стала копаться, пытаясь вспомнить, как выглядит нужный. Она, на удивление, не так долго провозилась, вытащив из всех самый золотистый, после чего сняла тот и передала девушке.

В комнате был полный порядок. Холодильные камеры располагались прямо в стене, а стол для вскрытия стоял поодаль, с несколькими небольшими столиками. Кирпичные темно-красные стены, деревянные балки вверху, внизу мраморная плитка бежевого цвета. Вся мебель была выполнена в дереве.

Как только они пересекли порог, Мия застыла в шоке от увиденного. Вдалеке стоял столик с Лампой Душ. Она впервые видела ее вживую, но спутать подобный механизм нельзя было ни с чем. Обычно этим предметом пользовались только священники, которые собирали душу из кулона после смерти человека.

– Когда прибудет священник?

Роза вопросительно посмотрела на девушку. До нее не сразу дошло, что только священник знает, как пользоваться Лампой Душ, а когда дошло, она удивленно вскрикнула:

– А правда, как ты ей пользоваться будешь? – Ее напряженный взгляд посмотрел на лампу, после чего на бумажку, потом опять на лампу.

– А почему к нам тогда священника не направили? Очень странно, тут только ваша фамилия.

Она задумчиво посмотрела на Мию, после чего щелкнула пальцами и стала что-то писать на бумажке. Она еще пару минут что-то расписывала, а после передала листок девушке со словами:

– Вот, отнеси в церковь и как работник морга запроси главного священника. Там много бумаг, а у меня нет времени на них. Участок же только открылся. Сходи, тут недалеко.

Мия недовольно вздохнула, но деваться было некуда. Закрыв комнату, она пошла на выход из участка. Мия уже предвкушала долгое бумажное разбирательство. Она совершенно не была готова к подобному раскладу дел.

Что происходит?

Церковь можно было заметить издалека. Их всегда делали в одном стиле и примерно в одинаковом размере, только Центральная, пожалуй, немного отличалась от остальных. Самое удивительное, что постройкой церквей занималось отдельное подразделение, которое знало секреты архитектуры и живописи. Само здание было сделано из светлого камня, который добывался только в нескольких шахтах. Его называли по-разному: небесный камень либо омникс.

Снаружи здание было круглой формы, что символизировало бесконечность Цикла. Форма строения была похожа на большой цилиндр с мягкими краями. Над входом конусом вздымался вверх купол нежно-голубого цвета с золотым наконечником в виде солнца. По его бокам были купола поменьше и чуть отличались цветами. Всего их семь, по количеству стадий перерождения в Цикле.

Над каждым из них стояла небольшая руна, обозначающая этап Цикла перерождения и состояния души в нем. Внутри всегда было не особо светло, весь потолок был выкрашен в темно-синий цвет, а светильники освещали помещения приглушенно белым светом. Здесь обычно располагался ларек, где продавали свечи и молитвы. Стоило зайти глубже, тебя встречала арка с изображением Цикла перерождения, которая начиналась со смерти и поднималась наверх к жизни.

Пройдя в арку, посетитель был обязан поклониться с поднятыми вверх ладонями. После чего следовал алтарь. Он выглядел как огромный купол, расписанный с пола до самой верхушки. Рисунок на нем изображал переход дня к ночи. У выхода была ночь, где виднелись звезды, а на входе прямо над головой светило солнце. Словно параллели на глобусе, были отмечены этапы Цикла.

Циклов было семь. Начиная с ясного дня, а именно – Рождения. Оно представляло собой солнце в зените, рожденное небесами. Это состояние души считалось самым нестабильными и опасным, поэтому на этой стороне всегда стояло наибольшее количество свечей. Хотя подсвечники стояли вдоль всей стены, совершенно не разделенные между друг другом. Дальше лучи солнца расходились по стене, стремясь поглотить тьму. Светло-желтое небо означало состояние Осознания или Познания.

В целом, это состояние души ребенка, который всеми способами пытается понять этот мир и привыкнуть к нему, но еще не погружен во тьму. После оно медленно переходило в облачно-синее, означающее Понимание.

Мия думала, что это было самым красивым обозначением души, ведь тут был мир, о котором все мечтали. Где будет видно солнце, где можно будет наслаждаться его теплом. После прекрасная картина переходила в сумерки, то есть душа переходила в Смирение, а дальше закат – в Смерть.

После заката вновь было прекрасное звездное небо и тысяча созвездий на нем, обрамленные золотом, что для души обозначало истинное состояние среди звезд. А потом темно-синяя стена, которая была украшена лишь золотыми расписными узорами и символами на древнем языке, что означало Перерождение.

Обычно именно в этой части стены стояло больше всего свечей. Все в этом мире просили одного: спокойного перерождения и завершения Цикла Семи. Мия каждый раз, оказываясь внутри, застывала от восхищения. Все же каждой церкви, посвященной Циклу перерождения, уделяли особое внимание. Рисунки в разных храмах были свои, но обозначали одно и то же. Однажды она видела, как на одной из стен, посвященной Смерти, нарисовали красивый цветок алмуса. Он в этом мире вплетается в волосы умерших, чтобы упокоить душу.

Она уже давно не посещала церковь и не молилась, поэтому, купив пару темно-синих свечей, проследовала к огромному алтарю. Девушка сразу пошла к Циклу Рождения. Странно, но, сколько бы она ни молилась, Цикл не давал ей родить ребенка. Они с мужем прожили уже восемь лет в браке, а детей все еще не было. Мия подозревала, что дело не в ней, а в муже. Они несколько раз проверялись у врача, она пила нескончаемые таблетки, но ничего не помогало. Все доктора разводили руками. Два года назад она потеряла веру, так как за все это время Цикл так и не дал ей ребенка, о котором она мечтала. Конечно, в обществе, где она состояла, такое считалось позором, но Мие всегда было на это плевать.

Поставив несколько свечей, она поклонилась, подняв ладони вверх, и произнесла лишь губами: «Прошу». Это было ради личного успокоения, она знала, что Цикл не поможет.

Сзади послышались шаги, довольно мягкие для обычного человека, а значит, принадлежали священнослужителю. Неизвестно почему, но все они умели очень тихо перемещаться по Церкви, видно, чтобы не мешать прихожанам.

– Иногда это благословение, которое дает тебе Цикл. Возможно, это твое спасение, Душа. – Он смотрел на Мию совершенно спокойным взглядом, лицо ничего не выражало, словно давно забыло, что такое эмоции.

– Священник? Добрый день. Я как раз… – Она не закончила говорить, как священник показал, чтобы та проследовала за ним. Девушка не стала спорить, зная внутренние порядки. Они вышли из арки, и оба сразу поклонились, потом свернули у ларька и зашли в почти черную деревянную дверь.

За ней была огромная зала, где вели беседу еще несколько священников. Все вокруг было так же выкрашено в темно-синий цвет, только теперь на потолке была почти вся известная карта звездного неба. Они прошли еще дальше и нырнули в ближайшую дверь.

Тут был небольшой кабинет, как, наверное, любой другой, сделанный из темно-коричневого дерева с золотыми ручками и вставками на стекле. За столом сидел мужчина, одетый в робу священника. Сама одежда была сделана из темно-синей ткани, украшена золотой вышивкой. Воротник данного одеяния был светло-синего цвета, что означало высокий ранг мужчины.

Мие понадобилось лишь пара мгновений, чтобы понять, что ее ждали. Ей тут же предложили сесть на стул и снять шерстяной плащ. Разговор явно обещал быть длинным.

Священник перед девушкой выглядел довольно старым. В его волосах виднелись серебряные нити Смирения, а на лице – изломы времени.

– Я Грегор Торн, проповедник Цикла Осознания. Думаю, вы понимаете, что я представляю Семь.

Мия впервые видела представителя самой верхушки иерархии Церкви. Ей потребовалось пара минут, чтобы прийти в себя, после чего она смогла спокойно представиться:

– Мия дэ Кроил, представитель Второй семьи, одной из первых. Жена генерала Седьмого города. Созвездие Лисы.

Откуда он знает, что это правда?

Кажется, он прекрасно знал о ее созвездии и был посвящен в детали ситуации. Она давно не называла своего настоящего созвездия, а Преподобного даже не удивило, что в ее документах указано совершенно другое.

Обычно таких детей сразу отдавали в церковь. В них наблюдался талант к церковному искусству, обладание Искрой. Мия была исключением из правил. Семья, по неизвестной ей причине, всегда скрывала ее от глаз Церкви. Даже наделила ложным созвездием, которое не привлекало внимание священников.

Их дух был очень сильно связан с телом, поэтому кулоны им нужны были по другой причине. А именно – из-за нападений неприкаянных призраков. Такие души манили монстров, как маяк в темноте.

– Что ж, перейдем к сути дела. Церковь решила причислить тебя к своим рядам. Наверное, все же надо было сделать это изначально, как только твое созвездие стало нам известно. В общем, не особо важно.

Он нахмурился и снова посмотрел на девушку.

– Скажу честно, меня не особо интересует твое мнение. Все уже решено. Я хочу, чтобы в полицейском участке ты научилась пользоваться своими возможностями, поэтому ты временно числишься в их штате. Так и будешь закреплять обучение основам. Позже я тебя переведу.

Он не успел закончить, как Мия сказала:

– Присоединение к Церкви должно решаться только через мою семью. Но они не одобрят. Мой муж должен дать согласие, и я…

Смотря в глаза старика, с каждым словом она понимала, что все необходимое уже в его руках, поэтому внутри клокотала ярость. Семь окончательно прижали Вторую семью, из-за чего, видимо, у них не осталось иного выбора, кроме как согласиться на подобную сделку. Ее с детства держали подальше от подобного из-за очень плохого здоровья.

Муж точно соглашение не мог подписать, но, к сожалению, подпись родителей намного весомее. Они участвовали в моем Цикле Жизни и Смерти, поэтому имеют больше влияния на мою жизнь.

Старик выдержал паузу в ожидании, пока девушка смирится с будущим, после чего продолжил:

– Итак, пока мы назначаем тебя в морг Десятого участка. Тебе будет дана необходимая документация. Ее нельзя никуда передавать либо давать кому-то почитать. Нарушение этого запрета влечет за собой ненужные последствия. Хочу сказать одно, второй принц очень желал остановить твоих родственников, поэтому я заинтересован держать тебя подальше от церковных дел. Если бы не его вмешательство, то… боюсь, ты бы сидела в Центральной.

Старик, явно уставший от внутренних дрязг и распрей, вздохнул. Удивительно было лишь то, что он говорил все это довольно спокойно и неторопливо. Видимо, он хотел, чтобы девушка спокойно обдумала ситуацию и не устраивала истерик.

В это время перед ней на стол положили знак свободного священнослужителя. Он давал право вести деятельность за пределами церкви и некоторую свободу действий. После чего ей также положили на стол перечень возможных доступов и, конечно, подписанную ее мужем бумагу. Теперь ее Цикл принадлежит Церкви, и она обязана следовать ее правилам и выполнять поручения. Еще давалось одеяние, которое нужно было носить только по специальным дням.

– Ах да, совершенно забыл. К вам временно будет приставлен младший прислужник, который поможет адаптироваться. Где Эйдан? За ним же послали.

Старик осмотрел комнату, потом взглянул на священнослужителя, который привел сюда Мию, и тот пожал плечами.

– В общем, как только мы его найдем, то вышлем к вам. А пока… Пока могу предупредить вас. Будьте осторожны в своих действиях. Вам сейчас может казаться, что происходящее только вредит вам, но, возможно, вы найдете в Церкви ваше предназначение. Кто знает… – Он правда вздохнул и уткнулся в бумаги, по его лицу было видно, что разговор ему не принес никакой радости.

Девушка же, выйдя из кабинета, пару минут простояла в шоке, понимая, что сейчас произошло.

Почему муж так поступил?

Мия никогда не могла подумать, что у него найдутся причины раскрыть ее секрет. Больше всего удивляло, что он совершенно ничего не рассказал ей вчера, хотя подходящий момент был. Ей совершенно не хотелось устраивать ссор и истерик. Мия придумывала огромное количество оправданий его действий. Ей все же хотелось верить, что его поступок был необходим. Страх остаться одной заглушал боль в сердце.

Все было слишком туманно и странно, ведь расклад мог быть намного хуже.

Возможно, второй принц знает ответ на этот вопрос. Да и почему старик упомянул его? Вероятно, именно в нем причина, неужто придется встретится со старым другом, чтобы узнать, что принес этот ветер?

Глава 2. Монстры

Все происходило слишком стремительно в жизни Мии. Через пару дней ее уже знакомили с новыми возможностями и привилегиями должности. Ей необходимо было выучить огромное количество свежей информации и работать с ней в морге. Из-за постоянных дел она часто задерживалась допоздна, отчего вызывала негодование мужа. Ей до сих пор было непонятно его лицемерие, так как он сам все это устроил. Супруг продолжал этот спектакль, играя в ревность к новой работе жены. Мие оставалось только подыгрывать, пытаясь понять его мотивы.

Разбираться во всем этом бардаке ей приходилось одной. Церковь, семейные дела, поместье и ярость родителей легли ей на плечи. Мать и отец ненавидели, когда их планы портили. Сокрытие дочери от Церкви было слишком дорогим и трудозатратным делом, а все их усилия пропали в один миг.

Правда, были и плюсы. Королевские дрязги, казалось бы, перестали ее касаться, как только она получила значок священнослужителя Цикла. Все знакомые, которые хотели каким-то образом переманить ее на свою сторону в большой игре, вообще перестали писать письма и искать встречи. Это принесло успокоение. В рамках закона Первых семей, она полностью отказывалась от своей Второй семьи и становилась на сторону Церкви. Странно, что священнослужители, являясь элитой общества, старались не вступать в браки с главными семьями. Все же непредвзятость Церкви не была лишь наивным слухом рабочих. Она всегда была скрыта от общества за своими уставами.

Новый статус принес и ответственность. Теперь Мия была ограничена в информации, которую могла рассказать близким. Также ей стоило сильнее контролировать свою речь в обществе. Все сказанное могло серьезно повлиять на ее дальнейшую судьбу.

В распоряжении Мии был послушник, за которым тоже стоило бы приглядывать. Молодой парень, слишком испуганный и тихий. Правда, благодаря ему в морге было не настолько скучно и уныло.

Через месяц она уже освоилась в новой должности и осознала свои возможности. За все это время ее обучили пользоваться предметами, необходимыми в морге, и немного посвятили в основы Цикла. Остальные интересующие ее вопросы просто игнорировали. Возможно, не было нужного звания.

Сейчас Мия находилась в морге, записывая в документах результаты вскрытия нового тела. Она уже убрала душу умершего парня в Коробку Смерти, поэтому параллельно следила за Джеки – послушником, который мог напортачить с бланком. Что он и сделал уже третий раз.

– Джеки, ну сколько раз говорить, здесь нужно созвездие умершего, а тут – созвездие, под которым он умер. Так сложно? – Возмущенный голос Мии прозвучал даже непривычно звонко. Паренек испуганно посмотрел на нее, потом на бланк и глупо улыбнулся, почесывая голову. Девушка ответила на это только вздохом и, забрав бланк, стала самостоятельно заполнять его.

С Коробкой Смерти нельзя было допускать никаких ошибок. Именно она была способна запирать душу на время, чтобы в дальнейшем была возможность либо отпустить ее в Цикл, либо запустить в Лампу Душ. Неизвестно, почему она называлась Коробкой Смерти, но выглядела она как небольшой шарик, покрытый рунами и линиями. Размер этого шара был таким, что туда спокойно мог поместиться кулон с душой. Как на самом деле работало устройство, девушка не знала и не могла понять. Найти нужную информацию ей не удалось и в библиотеке Преподобного. Она могла только догадываться, что именно руны не дают душе выйти из этого шарика.

Джеки очень медленно учился, хотя Мия точно была уверена, что показывала ему заполнение много раз.

– Вот, смотри… Может, тебе примечание сделать? – Девушка задумчиво посмотрела на листок в руках и, довольно кивнув, отложила тот. После чего повернулась к мальчишке и играючи ударила локтем в бок.

– Не кисни, научишься.

Паренек смущенно посмотрел на девушку и кивнул, после чего уселся на свое место. Она мало знала о нем, да и не хотела давить. Джеки был очень молчаливым и замкнутым в себе мальчиком, пришел он только на следующий день, как Мия получила звание. Прошлого прислужника, по неизвестной причине, поменяли.

Все было обыденно и спокойно сегодня. Закончив заполнять документы, она сложила все в отдельный угол и удовлетворенно посмотрела на отличную работу.

Дверь распахнулась так внезапно, что Мия подпрыгнула на стуле и чуть не выронила ручку. В глазах вошедшего детектива была паника. Он очень быстро произнес:

– Миссис дэ Кроил! Хм… – Он пытался, кажется, успокоиться, чтобы правильно донести мысль. – Простите за внезапность, но у нас тут экстренный случай, вы нужны. – Он быстро глянул на мальчишку и продолжил: – Лучше одна.

Девушка кивнула, схватив сумку с нужным инструментарием и свой плащ, выдвинулась за детективом.

Они сели в дилижанс и поехали по адресу, который она не успела расслышать. Весь путь старый детектив провел молча, нервно вытирая пот со лба. Иногда он поглядывал в окно, пытаясь понять, насколько они были далеки от нужного места. Нервозность детектива стала передаваться и Мие. Ей было совершенно неизвестно о произошедшем, а спросить она побоялась.

Время тянулось невероятно долго, каждый проезд и каждая улица стали невыносимым путем на встрече истинной загадке. Они, наверное, даже не доехали до окраины города, когда лошади остановились и кучер попросил выйти.

На улице моросил мерзкий дождик, который еще больше нагнетал атмосферу. Девушка невольно еще сильнее укуталась в плащ и проследовала за детективом. Это был скромный и небогатый дом, в котором было не больше трех спален. Перед ним росло прелестное дерево с белыми яблоками, которые не так часто увидишь в Первом городе. Все выглядело довольно мило, даже на входе наблюдался миниатюрный коврик с надписью «Добро пожаловать». Внутри дома все было слишком обыденно. Везде были фарфоровые статуэтки с разными героями сказок, а на книжных полках из темного дерева стояло огромное количество фантастических историй. В целом в помещении было тепло, поэтому девушка сняла капюшон. Двое полицейских стояли внутри и перешептывались, но из-за шума барабанящего дождя было непонятно о чем. Они явно были обеспокоены происходящим. Офицеры неуверенно посмотрели на Мию, после чего перевели взгляд на детектива. Тот ответил на их немой вопрос коротким кивком.

Дверь открылась, и из-за нее повеяло жутким сладким запахом, отчего у девушки почти сразу сработал рвотный рефлекс. Мия могла бы уже привыкнуть к подобному запаху на работе, но обычно трупы не гнили так быстро. Кулон при смерти забирал в себя душу, чтобы люди не превращались в ходячих мертвецов, из-за чего тела разлагались намного дольше. Чтобы подобный запах появился, понадобилось бы две недели или даже больше.

Мия стремительно выбежала на улицу и очистила желудок пару раз, после чего, пытаясь прийти в себя, присела на скамейку.

– Наверное, стоило предупредить. Я совершенно забыл, что вы из… – Кажется, детектив хотел сказать что-то про ее семью, но, посмотрев на знак Церкви, замолк. Он понимал свою вину, но дело было слишком щепетильным, поэтому он весь путь сюда пытался просто молчать. – Я думал, Церковь посвятила вас в детали, – добавил он после паузы.

– А я думаю, что стоило сказать, что там… невероятная вонь.

Редко кто мог услышать возмущенный голос Мии, но эта ситуация выбила ее из обычного состояния спокойствия, впервые за долгое время. Она никогда не боялась трупов или их запаха, но тут было что-то другое. Девушка не понимала почему, но от этого места у нее шли мурашки по спине, а интуиция говорила бежать.

– Вам стало лучше? Может, водички? – Мужчина подал ей бутылку воды и, достав сигарету, закурил. Легкий дым окутал лицо детектива, который задумчиво уставился на пасмурное небо. Они сидели на крыльце в полной тишине, лишь дождь своими каплями нагнетал обстановку.

– Я вам противна, я знаю. – Голос девушки прозвучал тихо.

Детектив вздохнул и сказал:

– Люди друг другу всегда противны. Разве нет? Поэтому происходят убийства, поэтому существуем ты и я. А остальное… остальное не столь важно.

Он говорил это, не отрывая взгляда от неба, словно там и правда что-то было, но, посмотрев туда же, девушка увидела лишь тонкий луч, который пытался пробиться сквозь пасмурное небо. Это было и правда красиво.

– Детектив Пайк, а почему вы выбрали эту работу?

Мия повернулась к нему, чтобы убедиться, что тот услышал ее слова сквозь усиливающийся дождь. Детектив же, сделав еще одну затяжку, ответил:

– Я ничего другого не умею. Умею только, как собака, идти по следу, но знаешь… У тебя жизнь дерьмовее моей. По тебе видно, что ты бежишь от чего-то и боишься.

Можно сказать, он попал прямо в цель, с детства Мия постоянно боялась, но только себя. А ведь все то, что она хранила в своей голове, могло напугать любого. Она много раз представляла, как скидывает мать с лестницы, как протыкает ножом сестру, которая провела ее во дворце голыми ногами по стеклу. Как убивает многих, кто был ей так ненавистен. Гнев и боль уже давно стали ее проводниками, а страх – оковами. Она – лишь монстр, который пытается держать себя в руках и перестать думать о страшном.

Мия перевела взгляд на детектива и кивнула:

– Я боюсь, вы правы. Опыт и знания дают вам отличную возможность, чтобы понимать людей. Завидую.

Мужчина лишь улыбнулся и, потушив сигарету, заявил:

– Все мы чего-то боимся, но страх – это лишь временная мера.

Его улыбка была странной и пугающей, словно ему были известны ее мысли. В глазах не читалось презрения или сожаления, они просто устало догорали свою жизнь в этом богом забытом мире. Неизвестно почему, Мия доверяла ему.

Ей понадобилось минут пять, чтобы прийти в себя и продолжить работу.

В комнате лежал труп юной девушки. Она не так давно вошла в брачный возраст и уже носила огромное количество украшений. Именно по ним можно было понять, что семья ее не из Первого города. Они были слишком яркими и дерзкими, когда в столице больше любили сдержанность. По всей видимости, девушка прибыла сюда на учебу, либо чтобы вступить в брак. Выглядела она ухоженно, волнистые каштановые волосы лежали в прическе, которая даже не растрепалась. Ногти были выкрашены в ярко-красный.

Ощущение, что она просто уснула. Мия медленно осматривала труп, чтобы не упустить ни одну деталь. Внешних повреждений не было. Окоченение говорило о том, что девушка умерла не так давно, часов восемь назад. Кулон был еще на ее шее. Аккуратно сняв его, Мия поместила его в Коробку Смерти. Было странно, что тело так спокойно отпустило его. Кулон обычно с трудом снимался с тела, нужно было приложить усилия. Это очень напрягало Мию, о подобном в обучении она не слышала. Ей было непонятно, почему детектив решил, что тут совершили преступление. Пока не заметила следы у двери. Они шли от входа до умершей и потом вновь обратно. Ощущение паники и страха все не отпускало Мию, со временем ей даже стало казаться, что за ней следят. Выйдя из этого дома, она села в дилижанс и направилась в участок. Труп она распорядилась отправить в морг.

Глаза Джеки были расширены, а взгляд напуган. Он смотрел несколько секунд на кулон и снова на Мию, которая непонимающе на него уставилась.

– Он пустой. Вы его роняли? – Послушник непонимающе смотрел на нее. Она резко выхватила у него кулон, решив, что тот ошибся при осмотре.

– Как он может быть пуст, если я его, черт возьми, взяла прям с места преступления? Мне же Преподобный голову оторвет.

Ее возмущению не было предела, казалось, что сегодня каждый хотел вызвать у нее побольше эмоций и вывести из себя. Подойдя к столу, она достала Линзу Душ и посмотрела на кулон, но сияния в нем не было. Сейчас это было просто украшение со знаком Оленя. В полном шоке, Мия медленно опустила его на стол и перевела взгляд на паренька. Тот же, понимая, что не ошибся, подошел ближе и стал испуганно говорить:

– Никто же не может их открыть. Как душа-то пропала? Если вы не открывали, тогда кто?

Его испуганный взгляд устремился на девушку, которая задумчиво смотрела на кулон. Она пожала плечами и в полной растерянности ответила:

– Если бы я знала. Я еще подумала, что он слишком легкий, когда снимала его.

Паренек еще больше запаниковал и стал нервно покусывать губы. Кажется, он сейчас понимал, насколько плохо может быть Мие при потере души, та же просто сидела, смотря на кулон. В ее голове была тысяча возможных ситуаций, как могла пропасть душа, но все это было все равно на грани фантастики для ее мира. Такое могло случиться, только если кто-то снял бы кулон, но, как было ранее сказано, его можно было снять только со специальным кольцом на пальце, которое покоилось на руке девушки. Еще был вариант, что кулон был поврежден, поэтому Мия приподняла тот и осмотрела. Все было на месте, каждый символ, каждый камень и каждый краешек был цел. Это выглядело крайне странно, так как через другую сторону Линзы было видно, что он должен быть рабочим. Загадка в ее голове никак не решалась, поэтому, вернув кулон в Коробку Смерти, она направилась в церковь.

– Останься тут, напиши отчет по телу. – Девушка указала на умершую. – Я схожу к Преподобному. Нужно узнать, что могло произойти с кулоном. От молчания будет только хуже.

Парень кивнул и посмотрел на труп девушки. Он, видно, все еще не мог смириться, что его назначили в морг. Не все могли привыкнуть к подобной работе.

Мия вышла на улицу, противная сырость витала везде. Сейчас была середина осени, поэтому часто шли дожди. Уже кое-где зажигались электрические фонари, а небо все еще было затянуто. Быстрыми шагами девушка двинулась вперед, когда в первый раз тошнота подступила к ее горлу. Чуть сбавив темп, она попыталась отдышаться и вновь увеличить скорость ходьбы. Второй раз приступ возник, когда она уже была на полпути, но теперь добавилась головная боль. Она остановилась и попробовала сосредоточиться на дыхании. Вдох, выдох, и вроде бы становилось лучше. До церкви оставалось лишь пара шагов, когда разум помутнел и все потухло в ее глазах. Единственное, что она могла почувствовать, – как ее кто-то подхватил.

* * *

Девушка лежала в небольшой комнате с бежевыми стенами и нежными полупрозрачными белыми шторами. Ее черная копна волнистых волос рассыпалась по белой подушке и окружала ее, словно темный ореол. Сознание приходило к ней не сразу, а глаза еще плохо воспринимали яркий свет. Она упала прямо перед входом в церковь, и ее успел подхватить и отнести внутрь прихожанин. Конечно, священники не повезли ее в больницу, а оставили у себя, но на то была причина.

– Где я? – прозвучал в пустоту хриплый после пробуждения голос девушки. Она и правда не понимала, где сейчас находилась, так как больничные стены всегда в этом мире были выкрашены почему-то в небесно-голубой цвет. Мия побывала там не раз из-за таких обмороков, поэтому отлично все это знала.

– Вы в церкви, миссис дэ Кроил. Как вы себя чувствуйте? – Голос доносился откуда-то из-за угла и был, конечно, ей знаком.

Когда мужчина вышел к ней в зону видимости, девушка сразу подтвердила свою догадку. Перед ней стоял Преподобный Торн, который являлся сейчас ее куратором. Он смотрел на нее спокойным и холодным взглядом, кажется, его совершенно не волновал обморок. Его накидка выглядела сегодня проще, чем обычно, тут виднелась потертость тканей, и даже где-то золотые вставки не так сильно блестели. Видно, ее визит был все же неожиданным, раз Преподобный был в парадной форме.

Как себя чувствовала Мия? В ее теле, на удивление, ощущалась легкость. В голове же оставался легкий туман, как будто после долгого крепкого сна.

– Отлично. А что произошло? Почему я тут? – Девушка приподнялась и осмотрелась, вокруг нее не было медицинских принадлежностей, просто комната. Ее даже не переодевали, не ставили капельницы, не давали таблетки, казалось, что она немного поспала здесь. Мия не помнила, что до этого переутомилась.

– Ваше тело… Ох, это долгий разговор. – Он обернулся и крикнул: – Принесите мне стул.

После этих слов в помещение зашел паренек, который внес и аккуратно поставил стул. Убедившись, что Преподобному ничего больше не нужно, он ушел за дверь. Священник сел. Он, поправив свое одеяние и поблагодарив послушника, посмотрел на девушку. Казалось, Преподобный еще несколько минут пытался подобрать правильные слова, чтобы понятно объяснить произошедшее.

– Итак, я думаю, что стоит объяснить смысл созвездий. Как ты знаешь, они находятся под каждым из Циклов. Это не особо важно, потому что главное – их значение. Чем ближе они к циклу Перерождения, тем ближе к силе, что он открывает. Тело, родившееся ближе всех к Циклу Перерождения, то есть под созвездием Лиса, созвездием Сова или созвездием Каир, сильно связано с душой, так как она резонирует с Циклом.

Он нахмурился и посмотрел на свой кулон, который выглядел точно так же, как у Мии. Правда, отличался тем, что был украшен созвездием Каир – милым животным, похожим в большей степени на кота, но имеющим внушительные размеры. Это животное водилось только в самых глубинах мира и о нем известно было только Первому из Цикла, как и о лисах, и совах. Он сам описал их и даже зарисовал, неизвестно зачем. Сказать честно, их никто никогда не видел на этой планете.

– Чем крепче душа связана с Циклом, тем больше она поглощает из него. Это сложно объяснить, и со временем ты сама поймешь. Честно сказать, я ужасный учитель. – Он улыбнулся и неловко посмотрел на девушку. Рукой размяв свою шею, продолжил: – Твой кулон отличается ото всех. Я думаю, ты заметила, что иногда ты можешь его снять и что в нем стоит красный камень. Он уникален.

Мужчина пальцем указал на свой, в котором тоже виднелся красный, почти не обработанный, кристалл. Удивительно, что она до этого времени даже не задумывалась, почему подобных кулонов, как у нее, ей не приходилось видеть. Также его слова навеяли туманные воспоминания из детства, как однажды она уронила кулон в песок. После чего нянечка каждый раз перед играми проверяла, хорошо ли кулон сидит на цепочке.

Преподобный продолжал свой рассказ, кажется, это был и правда очень долгий разговор:

– Дело, правда, далеко не в нем. Вся суть именно в тебе, кулон только помогает тебе принимать Эфир. Мы называем его так. Злые духи, призраки, ожившие мертвецы, все они выделяют этот Эфир. А мы можем собирать его в свои тела и укреплять дух. В целом, ты должна была обучаться с детства, если бы не твоя семья. – Он, нахмурившись, посмотрел в окно, после чего, кажется, задумался, смотря на танец ветра в летящих занавесках. А Мия тем временем приходила в себя после полученной информации.

Все оказалось далеко не так просто, как казалось на первый взгляд. Ее семья все время боролась с Церковью за частичку власти и отобрала у той драгоценный ресурс, который был необходим для продолжения их дела. Тогда картина мира становилась более ясной. Девушка никогда бы не смогла выйти замуж за второго принца только потому, что ее душа изначально при рождении уже принадлежала Церкви. Скажем так, она была одной из них с самого начала, просто ее прятали. От последней мысли у нее на лице возникла странная улыбка и с губ сорвался смешок, на что обратил внимание Преподобный. Он хранил еще много секретов, которые, возможно, будет рассказывать со временем. Мия была уверена только в том, что Преподобный с каждым разом открывал для нее новые подробности, но делал это очень аккуратно, стараясь, видно, уберечь ее от собственного разума.

– Чего вы хотите от меня? – Голос прозвучал неуверенно, будто в поисках какой-то цели.

– Я хочу, чтобы ты научилась понимать себя и свои возможности. Церковь поможет тебе, как сможет, но наша власть не абсолютна. – Преподобный встал со стула и, отодвинув тот, подошел ближе к кровати. – Сначала нам придется разобраться с тем, что ты принесла с собой. Я дам тебе пару минут, чтобы подняться.

Священник положил на кровать рядом с ней кулон, который она принесла с места преступления, давая ей понять, что нужно было делать дальше. Пора вставать, спящая красавица.

Мия встала не сразу, она решила осмотреть комнату, в которой лежала. Удивительно было то, что тут почти все было сделано из белого дерева. Это дерево было роскошью, которую позволяли себе только король и королева. Она, встав с кровати, невольно касалась деревянных поверхностей. Это дерево вроде бы ничем не отличалось от темного, но завораживало своей уникальной структурой. Такое нечасто можно увидеть, а ей даже посчастливилось потрогать такое изделие. Больше всего ее впечатлило зеркало. Его рамка была сделана в неизвестной технике, которую впервые видела Мия, она, словно пена, касалась краев зеркальной поверхности, где-то волны накрывали чуть меньше, а где-то выходили за дозволенную остальным границу. Кажется, оно было сделано вручную, кое-где можно было заметить мелкие недостатки. Остальная комната была выполнена в таком же стиле легкой волны. А самое странное, что в ней совершенно не было золотых деталей. Мия вышла из комнаты, охваченная восхищением от увиденного.

– Комната удивляет, да? – Преподобный с улыбкой встретил ее у дверей, заметив ее переполненный приятным удивлением взгляд.

– Она будто из другого мира. Казалось, в ней я увидела солнце. – Ее голос был наполнен нотками радости и восхищения. От услышанного улыбка рисовалась сама по себе на лице Торна и становилась все больше при взгляде на очарованную девушку. Он был словно довольный кот, которого только что покормили и погладили.

– Вы знаете историю нашей церкви? Да будет вам известно, что когда-то она была центральной, пока не построили эту громадину посреди города.

Он отлично знал, что ответ будет отрицательными, так как это было известно лишь единицам в этом городе, да и те не доживали до такого возраста, чтобы помнить.

– Нет, мистер Торн. Эта церковь всегда стояла почти на окраине города, поэтому я не знала, что она была первой из построенных.

– Это не удивительно, но раньше это была церковь Первого из Цикла. Она была построена им. Каждый кирпичик был сложен и возведен им. А комната, в которой вы только что находились, принадлежала ему. – На лице священника играла легкая и такая теплая улыбка, словно он сам вспоминал Первого из Цикла.

Мия была удивлена услышанным. До этих слов ей казалось, что эта церковь ничем не отличается от других. Только через несколько минут размышлений она поняла, что только тут на входе были нарисованы все созвездия в правильном порядке и расстановке.

– Каким он был? Первый… – Девушка перевела взгляд на священника, пытаясь понять причину его восхищения этой личностью. Мия крайне мало знала о нем.

В церковных книгах говорилось, что Первый был тем, кто построил стены, кто смог вернуть человечество и дал возможность на выживание. Церковь до сих пор прячет от всех его лик и даже его имя.

– По сохранившимся записям, которые оставил еще мой прапрадед, он был целеустремленным и волевым мужчиной, пришедшим из другого мира. Покрытый вуалью тайн своей силы. – Его лицо все так же неизменно сияло теплой улыбкой воспоминаний. – В целом мало что осталось о нем известно. Он пропал пятьсот лет назад. Кроме пары дневников моих родственников и той комнаты, которую, похоже, обходит само время, почти ничего не удалось сохранить…

Только сейчас пришло понимание о скоротечности времени. Наверное, Первого из Цикла давно бы забыли, если бы о нем не осталось строк на страницах книги «Цикл Семи Созвездий». В этом многотомном писании были указаны почти все исторические моменты с возрождения человечества. Мия мало уделила этому внимание. Ее заинтересовали только самые первые страницы, где упоминалось возведение первой и второй стен. Она не могла даже представить возможностей Первого из Цикла.

Мия не замечала, как ноги сами вели ее за Преподобным. В его кабинете, как всегда, царили чистота и порядок. Священник проследовал к своему столу, после чего достал документы и движением руки пригласил девушку сесть.

– Редко подобные преступления происходят в Первом городе. Обычно этим занимается инквизиция, но сейчас она позарез нужна в Пятом и Шестом городах. Скажу одно, я даю тебе эту информацию, чтобы ты была в курсе и по возможности осторожна.

Он одним движением открыл папку и развернул к Мие. Там было небольшое досье на человека. Взяв в руки бумаги, она бегло вчиталась в текст. Там была лишь информация об убитых. Они так же теряли свою душу после встречи с преступником. Перевернув страницу, Мия открыла досье самого убийцы. Это была жизнь обычного паренька из Седьмого города.

– Как ты понимаешь, здесь указана информация, которую ты не можешь разглашать. Мы стараемся держать в неведении общество. Со знанием подобного люди начнут бояться друг друга. – Он говорил это слишком спокойно, все еще внимательно смотря на девушку. Мия пока совершенно не понимала, о чем идет речь. После чего продолжила изучать текст. Из него стало понятно, что этот человек был из Седьмого города и в суматохе ему выдали не то созвездие, указав неправильную дату рождения в бумагах. Обычный человеческий фактор, который мог произойти с кем угодно.

Парень работал все это время в пекарне и спокойно жил во Втором городе, совершенно ничего не подозревая. От дальнейшей информации у девушки побежали мурашки по спине и от ужаса стали холодеть пальцы рук. Его настоящим созвездием была Лиса, проблема была в том, что после смерти его душа не ушла в Цикл перерождения, а осталась поглощать другие. У этого парня было больше пятнадцати жертв среди обычного населения. Пока его не поймала инквизиция. Следующее дело в этой папке было таким же, но теперь другое созвездие – Сова. Все люди в этой стопке бумаг были с тремя созвездиями Церкви. Читая дальше, Мия все больше осознавала, насколько важно отслеживать людей, похожих на нее. Их души были уникальны именно в том, что могли пожирать другие, не оставляя возможности на Цикл. Ее взгляд, наполненный ужасом, поднялся на Преподобного, который еще внимательно наблюдал за ней.

– Понимаю, для тебя это шок. Каждый раз, показывая этот документ, я ловлю себя на мысли, что в каждом из нас прячется монстр. – Он вздохнул, после чего встал со стула и проследовал к книжному шкафу, что стоял в паре метров. Он взял оттуда книгу и так же, как и бумаги до этого, положил перед ней. Мия узнала эту детскую сказку про Ледяную, которая убивала злых людей, когда сама являлась настоящим монстром. Девушка понимала, что хотел сказать Преподобный. Для великого добра необходимо зло, а для великого зла необходимо добро. Это была история про них, они были контролируемым злом, которое было необходимо для этого мира.

– Но почему? Почему, если мы настолько опасны, нас просто не убивают при рождении? – Девушка произнесла это совершенно растерянно, смотря на страницы бумаг. Преподобный улыбнулся и сел обратно на стул.

– Если бы все было так просто. Именно такие души, как мы, могут делать кулоны. Как бы другие ни пробовали, у них это не выходит. Мы не зря разделяемся внутри церковной системы. Те, кто может творить, как раз и занимаются кулонами, другие могут разрушать, они входят в инквизицию. А последние – созидать, это те, кто может пользоваться двумя привилегиями, и те, кто носит красный кулон. – С его лица еще не спала улыбка, он просто спокойно смотрел теплым взглядом на девушку.

Мысли Мии метались из стороны в сторону, пытаясь познать новую для нее реальность. Она всегда была монстром для себя, но впервые осознала, что это правда. Девушка всегда хранила в себе жуткие мысли, что преследовали ее с детства, не давая им вырваться. Ей не хотелось уподобляться матери, что, обретая силу, становилась более бесчеловечной. Только ее страхи спасали ее от безумного будущего.

Когда наконец в голове все устаканилось, девушка подняла взгляд. На столе ее уже ожидал стакан воды. Кажется, осознание новой информации заняло у нее некоторое время.

– Что я должна делать? – неуверенно спросила Мия.

Преподобный, продолжая делать вид, что очень увлеченно читает, ответил:

– Ничего. Быть аккуратной. Я же в самом начале сказал, что информация тебе больше для знаний. Жди инквизицию.

– Но ведь люди погибают.

Старик на этот раз перевел взгляд на нее и вздохнул, будто и правда сейчас предстоял самый сложный разговор в его жизни.

– Я понимаю всю досаду произошедшего, но, к сожалению, рисковать своей преемницей я не собираюсь. Оставь свой юношеский максимализм и пойми, что ты… прости, но слаба.

– Но я ведь могу просто помочь, например, детективам… – В ее голосе читалась та самая глупая молодая уверенность, несущая после себя много проблем и приключений.

Ее остановил от продолжения разговора строгий взгляд старика. Этот взгляд был наполнен одновременно осуждением и добротой отцовского сердца. Он понимал, насколько глуп и неопытен его ребенок, но опыт приходит с ошибками. Именно этот взгляд всегда заставлял сердце видящего его замереть. Это напомнило отца. Мия редко вспоминала его. Он вечно был занят делами и уделял мало внимания быту. Она не помнила, когда последний раз с ним разговаривала. Кажется, это было на приеме у Третьей семьи. Он позволил себе проронить пару слов в присутствии дочери и уйти в общество его друзей. Сколько себя помнила, Мия никогда не получала от него тепла и добрых слов. Это всегда были лишь наставления на будущее и сухие формальности.

Девушка вновь вернулась к документам. Ей нужно было запомнить детали, чтобы помочь детективу.

* * *

Полученная информация не давала покоя даже ночью. Муж, уставший от назойливых разговоров во дворце, спал, а Мию мучали сомнения. Все было слишком странно.

Первое, что смущало, так это поведение Преподобного. Он с легкостью давал информацию новичку. Всем было отлично известно, что Церковь всегда была помешана на сокрытии своих тайн. Многие священники даже со своими семьями не обсуждали дела. Они не доверяли никому, кроме своих братьев и сестер. Эту паранойю в них воспитывали с самого детства. Мия же выросла в обычной семье, и нельзя сказать, что была полностью верна Церкви.

Второе, в документах, что были предоставлены Церковью, описанные случаи преступлений радикально отличались от того, что она видела. Ее разум вновь и вновь вспоминал комнату, где сидела умершая. Девушка будто уснула во время чаепития с кем-то. Ее волосы были собраны в аккуратную прическу, а на глазах виднелась тушь. Обычное поведение девушки, которая встречалась с молодым человеком.

Зачем им встречаться тайком?

Все складывалось крайне странно, было даже ощущение, что она что-то опять упускает. Хождение кругами по балкону не помогало ей успокоиться. Спустившись вниз, Мия пошла к кухне, чтобы заварить себе травяной чай. Неторопливо налила его в чашку.

Там были кружки с чаем?

Она отчетливо помнила две кружечки, что стояли по краям стола. Они были сделаны из дорогого фарфора с изысканным рисунком цветка.

Чашки были пусты!

Видимо, они с преступником были знакомы, раз разговор длился, пока их чашки не опустели.

Но почему жертва не кричала? Душу не так просто поглотить.

Тут же перед ее глазами возникли воспоминания о погибшей, у нее на лице не было страха или боли, и правда было ощущение, что она просто уснула. В церковных документах у всех жертв было выражение страха на лице.

Он ее усыпил?

Кажется, сейчас картина стала строиться в голове Мии.

Парень отравил девушку травяным настоем, после чего вылил жидкость и забрал ее душу? Поэтому никто не слышал криков и ничего не мог заподозрить.

Цепочка мыслей лихорадочно продолжалась в ее голове. Сейчас, кажется, единственное, за что они могли зацепиться в деле, – то, что человек ей был знаком. Такие девушки обычно мало куда ходят. Она могла встретить его в магазине либо познакомиться в библиотеке, а может, все же на танцах. Единственное развлечение на выходных для молодежи.

Правда, Мия никогда туда не ходила, так как была рано выдана замуж, а после занималась делами поместья и параллельно училась. Ей были чужды обыденные радости горожан. Для нее весь мир строился вокруг мужа и родственников.

Она поняла, что ее мир стал настолько опираться на возможности Церкви, такие как Зеркало Душ и Линза Душ, что криминалистика ушла на задний план. Уже сто лет в полицейских участках не было людей, занимающихся снятием отпечатков и поиском яда в кружках.

Яд остался в ее теле.

Она лихорадочно вспоминала, как должно измениться человеческое тело после действия яда. В академии было лишь пара упоминаний по ним. Все сводилось к тому, как их лечить, а не как выявлять.

Девушка направилась в сторону домашней библиотеки. Огромная комната, в которой стены представляли собой стеллажи, а посередине стояло два небольших темно-коричневых дивана. Включать свет Мия не стала, она, подсвечивая ручным светильником, ходила от стеллажа к стеллажу в поисках ответа.

Ночь оказалась короткой и очень напряженной. Подходящих книг оказалось слишком мало, поэтому пришлось информацию собирать по крупицам. Яд, который подходил по всем признакам, выделялся из одного растения. Сирэнзия – синий цветок, представляющий собой небольшой кустик в виде белых цветущих облачков. Мия видела подобную только в Шестом и Седьмом городах.

Опять не центральные города, как…

Ее размышления прервали мужские руки и томный, еще сонный голос:

– Чем моя принцесса занята?

Кажется, Виктор заметил отсутствие жены в спальне и уже обошел в ее поисках все поместье.

– Уже утро? – Ее удивленный взгляд проскользил в сторону окна, где только появлялись первые еле видимые лучи солнца. Она совершенно потеряла счет времени, увлеченная новой информацией. Мужчина, тепло улыбаясь, обнял ее за талию и стал сонливо рассматривать книги, которые, словно лучики солнца, были разложены вокруг жены.

– Ты что, решила меня отравить? – Его голос был наполнен легкой игривостью, которая перешла бы в смех, если бы не мужская сдержанность.

– Это дело, которое расследуют в полицейском участке, где я прохожу практику. Мне просто стало интересно. – Она осеклась и прикусила губу в полной неуверенности, что она сейчас может сказать ему. – Убитую оставили без души. Это сделало дело крайне интересным и дало задуматься о времени, когда мы справлялись без Зеркала Душ с подобными случаями. Я поняла, что, возможно, в деле участвовал яд. Вот решила про него прочитать.

– Так и что нашла? – Он заинтересованно нахмурился, продолжая осматривать книги вокруг.

– Мы редко пользуемся ядами, даже в лечебных целях. Они не изучены и о них очень мало информации. Единственный легкодоступный – из сирэнзии, но говорят, что волосы жертвы должны пахнуть просто отвратительно. А у нее они пахли… Чем-то сладким? – Она вздохнула и от усталости завернулась в его объятия. Ей очень хотелось помочь с этим делом, но пока у нее были только догадки.

Муж просидел, задумавшись, пару минут и сказал:

– Слушай, а я видел отравленную в Седьмом городе. Знаешь, что самое странное? Я чувствовал от всего тела неимоверную вонь. Знакомый инквизитор сказал, что волосы ее при сожжении сладко пахли, словно карамель, а для меня это было словно жженое мясо с кислинкой. – Он говорил это совершенно спокойно и равномерно, словно это было совершенно обыденное дело.

Именно эти слова заставили Мию задуматься. Теперь она точно знала, что люди, принадлежащие Церкви, без исключений, являются особенными. Возможно, этот яд также был уникален в своем роде и менял структуру от души человека. Возможно, в этом и была разгадка остального, а возможно, у нее просто разыгралась фантазия. Девушка сорвалась с места и, напоследок поцеловав мужа, побежала переодеваться с криками:

– Ты просто умница! Люблю тебя!

Она торопилась. Бежала сломя голову, чтобы поделиться идеями с детективом. Ей почему-то казалось, что он так же, как и она, не будет спать всю ночь, поглощенный интересным преступлением.

На самом же деле ей пришлось прождать его около часа. Наконец детектив появился у своего кабинета и совершенно искренне удивленными глазами встретил Мию. Ему потребовалось не так много времени, чтобы понять, зачем она пришла к нему. Одним легким и непринужденным движением он пригласил ее в кабинет. В комнате был обычный деревянный стол и стул. Присесть было некуда, так как единственное место занял детектив.

– Ну что, юный сыщик, что же такого ты узнала? – В его голосе читалась легкая насмешка, что задело гордость Мии.

– Я не юный сыщик, но хочу помочь вам в расследовании этого дела.

Он лишь с легкой улыбкой смотрел на возбужденную девушку и внимательно слушал. Она решила начать с самого главного – яда, что она представила основным оружием убийства. После перешла к своим догадкам и выводам. Лицо детектива не менялось на протяжении всего ее рассказа. Стоило ей только закончить монолог, как детектив начал театрально хлопать.

– Ну, это, конечно, браво. Вот это дедукция, и как я до этого не додумался? – Он засмеялся в полный голос и, все так же улыбаясь, сказал: – Нет, надо отдать тебе должное за яд, это правда хорошая заметка. Сейчас у меня хотя бы есть идея, куда двигаться. Как минимум мы знаем, что человек разбирается в ядах.

– Возможно, он приезжий, – дополнила, перебив его, Мия. Она явно была не рада, что ее приняли больше как шутку. Правда, было бы странно, если бы детектив с огромным стажем работы до этого не догадался сам.

– Сомневаюсь, что он приезжий. Возможно, переехал в детстве. Но это не дает никаких зацепок. Итак, юная миссис Поль, я понимаю, что вы не собираетесь рассказать мне, почему Лампа Душ не работает. Видимо, это секреты Церкви. Поэтому вы предлагаете мне работать по старинке? – Его голос прозвучал крайне уверенно.

Девушка только сейчас осознала, что вчера после «поездки» совершенно пропала, не сообщив о том, что Лампа Душ бесполезна в этом деле. Совершенно поглощенная своими новыми знаниями, даже не удосужилась зайти. Виноватая улыбка расплылась на лице девушки, после чего та проговорила:

– Нет, я была в Церкви из-за этого дела, поэтому задержалась… На весь день.

Повисла тишина, так как детектив явно ожидал какой-либо еще информации. Поняв, что ее не будет, удрученно вздохнул. Он взял сигарету со стола и прикурил от своей зажигалки.

– Получается, ты временно заменяешь инквизицию. Мне не понять, что преследует Церковь в этом деле, но нам придется работать вместе. Мне нужно сделать отчеты и указать то, что Лампа Душ бесполезна и что мне придется расследовать дело по старинке. – Он вздохнул, понимая, насколько много еще предстоит сделать.

Сейчас необходимо было отправить отчет, а потом ожидать положительный ответ с разрешением на дальнейшее расследование. Больше, конечно, его волновала Мия, которая была неопытна. Доверия к Церкви у детектива не было. Они вечно все скрывали от людей. Этот случай не стал бы исключением. Сделав еще одну затяжку, он сказал:

– Хорошо, я не могу знать, что тебе дала Церковь, но вчера в архиве я обнаружил похожее дело. Так же пропадали души. Ты права, но люди на их месте корчились от боли перед смертью. Ты же понимаешь, что у нас другой случай? Кто-то убивает людей и ломает их кулоны, чтобы остаться незамеченным. Это продуманные ходы, а не убийства на эмоциях. А значит, наш монстр неглуп и знает правила, по которым играет.

Разве убийца все продумал? Но почему оставил следы?

Это мысль пролетела в голове Мии, но озвучивать она ее не стала. Возможно, ей нужно чему-то научиться.

Глава 3. Благословение Цикла

Музыка лилась по поместью, заставляя каждого в нем прислушаться к ритму. Все в доме замерли, наблюдая за движениями его хозяйки. Мия танцевала, как обычно, полностью отдаваясь эмоциям, что испытывала в данный момент. Все уходило на второй план, оставляя ее один на один с музыкой. Ее тональности и перепады становились внезапным вдохновением рук, а ноги лишь отстукивали ритм мелодии. Каждый мог насладиться танцем, который, пожалуй, стоил сцены, а может даже оваций. Ее рука легким движением ветра поднялась вверх, устремившись к потолку, но, словно полная сомнений и переживаний птица, устремилась вновь вниз, очерчивая собственный узор. Все тело, укрывая, последовало за этой порхающей рукой и словно стремилось защитить ту от собственной глупости. Вновь рука вылетела из объятий тела и сделала небольшой круг. Ноги девушки двигались в такт этому прекрасному полету. Переливающиеся движения сами собой строили огромный танец, который говорил о многом и ни о чем. Для некоторых это был полет бездумной бабочки, для других – птицы, что и правда боится летать. Тонкие ступни лишь иногда и, кажется, на мгновение отрывались от пола и снова кружили в умопомрачительном полете. Все становилось слишком легким, чтобы не парить, прыгая все выше к потолку и, касаясь только кончиками пальцев, скользить по нему. Воздушным потоком становилась все пространство, что окружало девушку, каждое ее движение ноги и руки было магическим заклинанием, рунами, которые она непринужденно чертила. Даже легкое движение вправо сопровождалось ритмичным перемещением рук, выглядящим словно вода из пролитого стакана.

Когда музыка затихла, осталась только безумная улыбка счастья на лице. Мия звонко смеялась, все еще пытаясь отдышаться от сумасшедшего ритма танца. Именно сейчас она была счастлива и полностью спокойна. Обыденность, которая для нее превращалась в магию и волшебство. К ней, воодушевленной и уставшей, неуклюже приближался муж, который неаккуратно пытался, почти топчась на месте, подстроиться под ритм. Сейчас это было больше похоже на танец двух безумно стесняющихся людей, но оттого становилось еще теплее на душе.

Такие вечера девушка устраивала только, когда знала о скором отбытии мужа. Ей безумно хотелось, чтобы в его душе оставались только счастливые моменты с ней.

В этом помещении также танцевал Эдуардо со своей женой, несколько новых пар слуг и, конечно, подруга с ее мужем. Каждый раз сумасшедший вечер заканчивался костром на поляне их поместья, легким алкоголем и смехом. Мие казалось, что так она сможет показать мужу, как его ждут дома, что каждое мгновение с ним было желанным и прекрасным. Конечно, ее муж, как военный, держал рамки приличия и старался не проявлять лишних эмоций при других людях, и даже эта непринужденная атмосфера не могла растопить непоколебимую силу его воспитания. Поэтому их танец был не слишком близок и откровенен, чтобы быть на грани приличия. Это было больше похоже на обычное покачивание в ритм, только Мия иногда улетала в собственный круговорот событий. Каждая подобная секунда стоила тысячи плохих, именно так казалось ей. Наивная глупая девочка, верящая в прекрасную и непринужденную жизнь и каждой клеточкой своего тела стремящаяся именно к такой. Светлой и парящей, кружащейся в круговороте вечных неважных дел, где нет власти и проблем. Все должно быть просто, только мы усложняем свою жизнь. Только мы…

– Поднимем же бокалы за такой прекрасный вечер. Надеюсь, что в следующим году мы опять увидимся и вновь будем танцевать. – Голос мужа Екатерины – подруги Мии – прозвучал безумно искренним и счастливым. Он одним движением приподнял свою супругу и выпил бокал вина залпом. Они все сделали глоток и продолжили движения музыки. Пусть бы этот вечер был бесконечен и прекрасен всегда.

Но все имеет свой конец, так и этот вечер остановили. В комнату залетел один из слуг, которым сегодня не повезло работать, и, пытаясь отдышаться, подошел к Мие. Он немного наклонился к ней и на ухо прошептал:

– Госпожа, Церковь просит вас срочно явиться к вашему попечителю. Еще один труп.

Его голос прозвучал словно гром среди ясного неба, он заставил проснуться от легкого непринужденного счастья. Это было правдой, что девушка сейчас совершенно забыла, сколько всего произошло за эту неделю. Реальность напоминала как минимум об уже трех телах после первого происшествия, которые не так легко стало со временем скрывать. Видно, последняя капля все же упала в переполненный чан, а без специального человека вылить его нельзя было.

Мия лишь кинула безумно извиняющийся взгляд на мужа и, приобняв, пошла в сторону спальни. Она все еще играла роль милой ничего не знающей жены. Надо было переодеться и отправиться по делам.

На улице было зябко, кажется, опять срывался дождь, но зато не было противного тумана, из-за которого всегда было не по себе. В дилижансе уже девушка открыла письмо, которое передала Церковь. В нем говорилось о проблемах в Шестом городе и просьбе временно взять на себя обязанности инквизитора и разобраться с этим делом. Странно, но она уже не удивлялась подобному раскладу дел. Шестой и Седьмой города активно готовились к внезапной волне мертвецов, что донесла разведка. Поэтому муж срочно отправлялся назад, а инквизиторы были заняты, так как составляли военную мощь Церкви. Мию беспокоила лишь эта быстрая перемена в решении Преподобного, видимо, это дело было и правда важным.

Цоканье подков по брусчатке слегка усыпляло и даже успокаивало. А ехать предстояло еще целый час. Можно было немного подремать или хорошенько обдумать происходящее.

На входе в участок уже знакомый детектив ждал, нервно закуривая сигарету. По его лицу можно было понять, как сильно он устал. В морге девушку уже ожидал новый труп, что очень взволновал детектива.

– Они среагировали? Правда? Я уже думал, полгорода убьют, пока они примут решение. – Его голос был полон сарказма. Детектив с улыбкой смотрел на девушку, отлично понимая, зачем она приехала.

– Девушки всегда приходят с опозданием. – Мия в ответ тоже улыбнулась, после чего проследовала в свой кабинет.

Тело уже лежало на секционном столе. Это вновь была девушка, но сейчас ее волосы переливались золотом. Красивое лицо завораживало взгляд, а тело было слишком утонченным, чтобы принадлежать рабочему классу. У Мии защемило сердце от увиденного. На ее лице была гримаса ужаса, но даже она не портила прекрасные черты лица.

Видимо, перед смертью она кричала, отчаянно зовя на помощь, но та прибыла слишком поздно. С ее смерти прошло лишь пара минут, когда ее нашли. Окоченение наступило четыре часа назад, примерно это время потребовалось, чтобы получить письмо от Церкви, а потом вызвать Мию. Убийца уже не тратил время на ухаживания и не пытался отравить, кажется, тут жертва даже старалась сопротивляться. На руках были свежие синяки и неглубокие царапины, которые говорили, что жертва вырывалась.

В дверь постучались. Это мог быть только один наглый мужчина, лет сорока, с вечно хмурым лицом и сигаретой в зубах. Детектив, не получив одобрения, просто зашел в кабинет и, прокручивая в пальцах сигарету, молча наблюдал за действиями врача.

– Вскрытие ничего не показало, но и при сжигании волоса теперь не было никакого запаха.

– У него либо закончился яд, либо терпение. Ты как думаешь? – Голос Мии прозвучал очень тихо, будто она пыталась кого-то не разбудить.

– Церковь стала реагировать на происходящее. Это меня больше удивило. По всей видимости, все же скрывать эти происшествия стало сложнее. А насчет убийцы… Я думаю, терпение.

Его голос был, как обычно, низким и хриплым, как это бывает у людей, которые не расстаются с никотином с самого детства. Он приблизился к трупу и очень грустно вздохнул:

– Представь, какая она была красивая. Обидно, что эта сволочь именно таких убивает, но, конечно, рыженькую жалко больше всех.

Это пошатнуло Мию, которая внимательно зашивала. Конечно, тяжело было отстраниться, когда умирали такие молодые и прекрасные девушки. Хотя в ее мире к смерти относились как к продолжении жизни. Но что тут продолжать, если ты ее только начал? Удивительно было то, что Мия никогда не представляла себе, как будет тяжело работать с подобными случаями.

– Слушай, я че-т ляпнул не подумав. Обычно же вы, церковные, помешаны только на душе, а тело для вас мусор. А ты… – Кажется, он пытался подобрать слово, то ли мягче, то ли проще, но за него это сделала девушка.

– А я врач, который должен лечить тело. И священник, который должен уважать душу. А вот личность я могу не уважать. – Она сказала это с долей иронии и подняла взгляд на детектива.

Повисло неловкое молчание, которое прервала сама Мия.

– Я все же думаю, что он потерял терпение. Он похож на зверя, каждый день жертв становится все больше. На сегодня это уже вторая. Сомневаюсь, что это было запланировано. Его монстр, кажется, побеждает его.

– Монстр? Ты думаешь, что он пожирает души? Или… – Слово «знаешь» не сорвалось с его губ, но они оба поняли, о чем идет речь. Детектив, еще больше нахмурившись, отошел в сторону записного стола.

Мия спокойно завершила работу с телом. Минуты молчания дали двум сторонам обдумать разные грани понимания ситуации. Мужчина никогда не мог предположить, что человек может извлечь душу из другого. Его предположения строились на логике, что человек знает структуру кулона и понимает ее, возможно, это один из представителей Церкви. Но сейчас картина рисовалась страшнее. Самое ужасное, что все это время он думал не в том ракурсе и не осознавал серьезность проблемы.

Тем временем девушка сняла перчатки и, помыв руки, посмотрела на собственный отчет. После удивленно ахнула:

– Ее привезли почти прямо с танцев. Если не ошибаюсь, до них еще пара часов оставалось? Зачем ей приезжать так рано?

– Выбрать партнера, что за глупый вопрос?

Сначала он совершенно не осознал, что сказал, но через секунду понимание догнало его. Щелкнув пальцами, мужчина тут же понял, куда стоит направиться сейчас. Единственным местом, в котором собирались подобные дамы перед танцами, было небольшое кафе. Правда, время уже было неподходящим для посещения.

– Сомневаюсь, что там кто-то есть.

– А где ее подруги? Почему ее не стал никто искать? – Мия уже смотрела отчет очевидцев с места преступления, после чего подняла вопросительный взгляд. Ее правда удивляло, что вокруг не оказалось ни одной подруги.

– Ты правда хочешь поехать к родственникам? Обычно я списываю это на стажера. Не люблю долгие разговоры. – Детектив лениво зевнул и осмотрелся в поисках пепельницы.

– Здесь курить нельзя. Оставь родственников мне. Церковь успокоит быстрее, чем хмурый прокуренный тип в кожаном плаще. Ты вообще знаешь, что выглядишь в нем как извращенец?

Кажется, это задело мужчину до глубины души, отчего тот обиделся. После чего так же ядовито ответил:

– Знаешь, иногда у меня ощущение, что ты старушка, которая пытается сойти под молодуху. Уж простите мне мою маленькую слабость, мадам. Без таких вещей можно свихнуться в нашем и без того безумном мире.

От него последовал лишь сухой мужской смех. Он быстро удалился из морга, оставив недоумевающую девушку один на один с собой.

Люди привыкают ко всему. Удивительно, но это самые способные для выживания животные. Как возможно жить вообще в таких условиях вечной тьмы и хаоса? Пришел Первый, построил стены с помощью своих неизвестных возможностей. Он останавливал толпы мертвецов, пока люди пытались собраться вместе и просто начать заново жить. Большая заслуга принадлежит именно фермерам, которые обнаружили плоды икуса. Эти плоды чаще всего росли в большом количестве Эфира, разрушительного для разума человека. Даже тут люди придумали, как их собирать. Это отличное удобрение, на котором всходил урожай в три раза быстрее, а самое главное, питательнее. Так появился Третий и Шестой города. В свое время люди истощили все запасы икуса в Третьем городе, поэтому Церковь заняла много денег у короны и построила Шестой город. Рядом с ним находились шахты, что выделяли огромное количество Эфира, но не были опасны на определенном расстоянии. Там стали выращивать икус, тем самым обеспечив все города пропитанием.

Третья семья испокон веков занималась выращиванием икуса и владела Третьим городом. Именно к ним в дом сейчас направлялись детектив и Мия. Девушка оказалась дочерью семьи ла Поль, одной из самых крупных веток Третьей семьи. Они много веков проживали в Первом городе и осуществляли доставку продуктов и их распределение. Мия отлично общалась с представителями этой семьи. Они разительно отличались от привычной знати Первого города. Родители этой семьи уважали труд и образование больше, чем манеры, поэтому ее молодые представители были нелюбимы в светском обществе за свою простоту.

Предстоял сложный разговор. Мия прекрасно знала, что о ее новом статусе известно не всем, поэтому оделась в униформу Церкви. Сейчас на ней была белая рубашка, синий немного приталенный пиджак и расклешенная юбка в пол, украшенная лишь легкими нитками золота. На костюме висел значок высшего священника с изображением созвездия Лисы.

Детектив только ухмылялся и подкалывал ее всю дорогу. Он очень старался разрядить обстановку. Умершая являлась им пятой дочерью, которая должна была поступить в академию в ближайшее время. Удивительно то, что она ходила на танцы, видно, подобное родители упустили из виду. Если все же у девушки было сопровождение, то это была либо служанка, либо дочь другой знатной семьи. Последнее все бы усложнило. Подобные мероприятия для высшего общества считались слишком вульгарными и неподобающими.

– Ты же знаешь, как говорить о подобном? Не надо думать, что из-за твоего внешнего вида они будут к тебе благосклонны.

Эти слова детектива вызвали на лице девушки лишь улыбку.

– Я смотрю, ты со знатными дел не имел? Они никогда не покажут эмоций и не пойдут против Церкви в открытую. – Она посмотрела на мужчину, который от ее слов еще больше нахмурился. Редко детективам выдавалась возможность напрямую опрашивать влиятельные ветви Первых семей.

– Слушай, если ты родилась в богатой семье, чего там не осталась? Чего не жила беззаботно со своим мужем? – Он, кажется, говорил серьезно, пытаясь, возможно, понять девушку. Так как на некоторое время они стали напарниками, надо понимать, с кем имеешь дело.

– Думаешь, у меня был выбор? Я принадлежала Церкви с рождения, моя семья просто отсрочила это на максимальное количество времени. И не ради моего счастья, нет, они просто играли в политику. Вот такой мой мир. Хочешь на мое место? – Она издевательски посмотрела на мистера Пайка.

Подобными семьями занималась королевская полиция, которая подчинялась только Первой семье и королевскому двору. Однажды семья Мии встречалась с этим подразделением полиции. Это суровые и беспристрастные представители знатных семей, которые прекрасно понимают, как нужно работать с высшим обществом.

Дилижанс наконец остановился перед изящными воротами.

Поместье представляло собой роскошное переплетение зданий, где обитала вся семья ла Поль. Она насчитывала больше тридцати человек в первом городе, а еще некоторые из их представителей были в Третьем городе. В целом, если посчитать всех с приставкой «ла», то выходило больше ста. Когда Вторая семья насчитывала всего двадцать человек, раскиданных по разным городам. Детектива и Мию встречал глава семьи, который, по всей видимости, уже знал печальные новости. Их проводили в главный кабинет, где с понурым видом и стаканом чего-то горячительного сидел глава ла Поль Джейсон.

– Почему Церковь вмешивается в дела Первых семей? – Его голос прозвучал безумно устало, но при этом спокойно. Он совершенно не поднимал взгляда на вошедших.

– Вы прекрасно знаете, что я не могу ответить на данный вопрос. Даже если бы это было в моих силах. – Мия пыталась говорить спокойно и не слишком быстро.

Джейсон поставил на стол стакан и кинул наконец взгляд на пришедших, в ту же секунду его глаза округлились.

– Мия дэ Кроил? Почему… – Он бегло осмотрел форму, в которой она тут «блистала», как выразился детектив, после продолжил: – Какого черта тут происходит?

– Джейсон ла Поль, рада вас видеть. Приветствую от имени Церкви Смирения. – Ее голос прозвучал сухо и беспристрастно.

– Знать теперь просто так берут в Церковь? – Он уже с иронией смотрел на Мию.

– Ох, это бы уменьшило конфликт между Семьями и Церковью. К сожалению, нет. – На ее лице возникла легкая улыбка. – Все не так просто.

– Зная твою семью, я не капли не удивлен.

Мужчина достал второй стакан и, поставив на стол. налил туда алкоголя, после чего предложил его Мие. Отказываться сейчас не хотелось, ночь предстояла долгая. Джейсон сменил предыдущего лидера не так давно, поэтому по возрасту был почти равен Мие.

– Ты знаешь, как я отношусь к вашей семье, но это даже для них поступок не из лучших. Тебе известно, что Рон у нас тоже с рождения ушел в Церковь. Прятать от нее было бы глупо, да и зачем? Он всегда при еде и крове, а главное – при цели в жизни. – Он вздохнул очень тяжко, видно, ему и правда было жаль.

– Ну, что я могу сказать, приходится быстро учиться. А в целом, я нашла в этом только плюсы. Меня совершенно перестали трогать родственники.

Джейсон даже улыбнулся этим словам, понимая, насколько они правдивы. Ему тоже приходилось довольно сложно. Чем больше груз ответственности, тем тяжелее жить.

Их разговор прервал детектив, который, видно, не очень интересовался подобными фамильярными беседами, да и дело не позволяло отлагательств.

– Я, конечно, все понимаю. Семейные посиделки – это весело, но у нас дела.

Кажется, он сам забыл свои слова, которые произносил в дилижансе. В целом Мия и пыталась расслабить главу семьи, чтобы спокойно переговорить о случившемся. Она прекрасно понимала сейчас, какое разочарование в себе испытывает Джейсон. Отпив немного из стакана, Мия начала:

– Прости, я бы хотела поболтать, но время не располагает. Расскажи мне, что произошло и как она сбежала?

Конечно, семья умершей уже знала ответ на этот вопрос. Как только новости о смерти их потомка дошли до них, они тут же перевернули все поместья, но нашли виноватого. Их любимая дочурка часто сбегала из дома в поисках развлечения. Танцы были прямым протестом против правил Первых семей. Конечно, перед детективом и Мией поставили ту самую служанку, которая сразу же упала на колени и стала молить о пощаде:

– Прошу, она просила меня отвезти туда. Ей хотелось пообщаться с друзьями. Я правда не знала, что так произойдет! – Ее голос дрожал от страха. Получить разрешение у Церкви на это не составило бы труда, так как девушка и правда провинилась. Самое главное – она не пришла в полицию, не пришла в Церковь, а пришла домой и спряталась.

Детектив подошел к ней с откуда-то взявшимся стаканом воды и попытался ее успокоить. Когда девушка отдышалась и была готова отвечать на вопросы, детектив начал допрос:

– Что ты видела? Что произошло?

– Убийца появился из ниоткуда. Было… Было темно, понимаете? А потом огромная вспышка зеленого, я… я правда не понимаю. А потом, потом госпожа стала кричать… Я… Я… я испугалась! – На последних словах девушка начала рыдать, ее голос все так же дрожал от страха.

Я бы тоже убежала.

Эта мысль промелькнула в голове Мии. Она всегда так делала, когда не могла справиться с собственными эмоциями.

– Ты помнишь, как он выглядел? – спокойно спросил мистер Пайк, все еще стараясь не давить девушку.

– Черные волосы и зеленые глаза. Мне казалось, что они даже светятся в темноте. – Она подняла взгляд на Мию и продолжила: – Я плохо помню одежду, но точно знаю, что одет он был во все черное. А еще был значок, но я не увидела какой. Он просто блеснул в свете фонаря.

– А может, у него были шрамы или еще какие-то примечательные знаки? – продолжал допрос детектив.

– Нет, я больше ничего не помню. – Она вновь начала плакать и закрыла руками лицо.

Детектив вздохнул и удовлетворительно кивнул:

– Я думаю, большего мы не получим. – Он встал в полный рост и посмотрел на Мию. – Нам повезло, что она хоть что-то запомнила. Хотя было не так темно.

– Я думаю, мы закончили. – Девушка посмотрела на Джейсона, который допивал уже второй стакан. – Еще раз хочу извиниться за столь поздний визит.

– Если это поможет найти убийцу, я готов на все. – Он рукой показал слугам проводить служанку из комнаты и продолжил: – Я отдам ее вам. Вдруг она что-то вспомнит. Она больше не нужна нашей семье, я ее уже уволил. Дальше ею займется только закон.

– Конечно, мы отвезем ее в Десятый полицейский участок. Как только у нас будут новости по поводу убийцы, мы тоже сообщим. Благодарю за помощь. – Она поклонилась Джейсону и проследовала на выход. Предстоял еще долгий путь обратно.

Дилижанс спокойно двинулся в сторону полицейского участка, отдаляясь от поместья. Все же у Мии часто всплывали нотки легкой зависти, семья ла Поль заботилась друг о друге, даже стремилась защитить.

– Может ли наш преступник быть из знатной семьи? Многие из них носят значки на одежде, подчеркивая свой статус.

– Сомневаюсь, что кто-то бы надел подобный знак отличия на танцы. Он бы точно не упустил это из вида. – Ее голос прозвучал отстраненно, она все еще была поглощена мыслями.

– У всех бывают ошибки…

Его фразу прервал толчок. От удара вскрикнула служанка, которая сидела рядом. Детектив отодвинул шторку на небольшом окошке и от удивления успел только вскрикнуть:

– Твою мать!

Затем последовал еще один удар. Он был такой силы, что перевернул транспорт на бок. Мия от неожиданности вывихнула себе запястье, упав неудобно на руку. Ее придавил своим весом Детектив. Служанка же от страха вцепилась руками в дверцу и, повиснув, стала громко визжать. Окно дверцы лопнуло, осыпав все внутри тысячами мелких осколков. Снаружи во тьме виднелся лишь силуэт и пара светящихся зеленых глаз. Мия, кажется, увидела в этих глазах потоки яркого зеленого пламени. Детектив, извернувшись, вытащил свой терцероль и попытался прицелиться, но ему помешал истошный вопль. От крика детектив выронил пистолет, схватившись за уши, а Мия вовсе потеряла сознание.

Через пару минут, когда звон в ушах прошел, а сознание вернулось в норму, обнаружилось, что служанки уже не было в дилижансе. Они сразу попытались выбраться наружу. Пропажа нашлась сразу. Ее тело лежало рядом с дилижансом, в паре метров. Повсюду были следы крови и гари. Одна ее рука была обожжена до кости. Одежда была изодрана, а на лице застыла гримаса ужаса. Мия буквально ощущала, как в воздухе медленно движется поток чего-то жуткого и холодного. Похоже, это было чувство того самого Эфира, о котором говорил Преподобный.

Шок овладел телом Мии, что до сих пор не могла поверить в происходящее.

Это невозможно.

Кто бы мог подумать, что кто-то осмелится напасть посреди города на полицейский дилижанс?

Настолько отчаянный поступок мог прийти в голову только безумцу.

Мия присела рядом с обгоревшим телом девушки. Она стала лихорадочно искать кулон умершей и отыскала его лежащим на брусчатке. Но было поздно, даже капли течения души не ощущалось в бледном камне. Детектив положил руку на плечо Мии и что-то пытался сказать, но понял, что сейчас не время. Испуганные глаза девушки многое говорили о сковавшем ее разум страхе.

Невозможно, чтобы при мне просто так умер человек и я ничего не смогла сделать. Все просто ужасный кошмар, стоит только проснуться…

Но наваждение не заканчивалось. Руки Мии в какое-то мгновение просто остановились, и взгляд устремился на мужчину. Тот лишь опустился к ней и обнял. Ей потребовалось еще пару минут, чтобы прийти в себя. Больше всего пугала эта странная тишина вокруг, кажется, девушка сейчас отлично слышала даже собственное сердцебиение. Не было слез и эмоций, кроме сковывающего шока от произошедшего. Люди в ее мире воспринимали смерть как должное, как необходимость жизни. Сейчас все было по-другому, словно понятия поменяли и правила игры переписали. Девушка только сейчас поняла, что каждым вдохом борется, чтобы продолжить Цикл жизни. Осознание пришло настолько естественно, что не вызвало каких-то вопросов.

Мия отстранилась от детектива и наконец осмотрелась. Рядом с их дилижансом был расположен еще один, который, кажется, относился к торговому району. Именно он сбил их с дороги и повалил. Рядом с ним лежало несколько почти разложившихся трупов.

Откуда они тут?

Удивительно, в воздухе было столько Эфира, что казалось, он обжигал слизистую носа Мии. Только сейчас к ним подошел другой полицейский, который, задыхаясь после долгого бега, сказал:

– Мы его упустили. Я не знаю, что у него за фокусы, но нашу гончую он поджарил. Черт возьми, что происходит? Сюда уже прорвались мертвецы из-за стен?

Детектив поднялся и пошел в сторону перепуганного офицера. Девушка же осталась на месте. Ей казалось, что сейчас Эфир странным образом тек в направлении от дилижанса, и она могла это почувствовать. Мия поняла, что это можно использовать. Она быстро вскочила и двинулась к детективу со словами:

– За мной, я могу его отследить. Я иду по его следу.

Мужчина просто молча кивнул и, выдав пару приказов офицерам, последовал за девушкой.

Она шла по следу странного холодного потока, который могла ощутить лишь она. Удивительно было то, что детектив молчал весь путь, пока они не добрались до обгоревшей собаки. Тушка лежала на брусчатке с множеством следов гари вокруг. Мия продолжала идти вперед. Они прошли почти два района, пока след не прервался. Он тонкой дорожкой остановился около моста. Через него можно было пройти в два места: Святую Больницу Цикла и Центральный Монастырь Цикла. Она не могла определить, куда именно направился преступник. На улице была глубокая ночь, вокруг не было людей, и только в редких окошках можно было увидеть свет. У них едва ли было время опрашивать свидетелей.

– Остановись, – мягко сказал детектив, видя растерянность Мии. – Поезжай домой, продолжим завтра. Сейчас мы его все равно не остановим. Уже поздняя ночь, тебе надо отдохнуть и прийти в себя.

– Ты прав, сегодня мы его не поймаем. – Ее голос задрожал, так как в голову врезались воспоминания о случившемся.

Тело служанки, тушка собаки и зеленые горящие во тьме глаза. Странная дрожь охватила ее тело. Только сейчас Мия поняла, насколько на улице было холодно, даже изо рта выходили небольшие клубы пара.

Пожалуй, пора домой.

Только через часа два девушка добралась до дома. Солнце уже пыталось пробиться через тучи. Мия очень устала, но надо было еще попрощаться с мужем. Он только встал и уже собирал последние вещи, но, увидев жену, обомлел. Он никогда в жизни не видел ее в таком состоянии. Ее лицо было бледным, она вся дрожала, словно хрупкий листик на ветру. Он быстрыми шагами двинулся в сторону Мии и скрыл ее в своих объятиях. Теплота мужского тела позволила ощутить себя в безопасности, зарывшись лицом в его крупную грудь, девушка зарыдала.

– Она погибла. Я виновата, что вытащила ее из поместья. Это моя вина.

Муж похлопывающими движениями по спине пытался успокоить свою жену.

– Ты не виновата. Это случилось бы, не с тобой – так с другими. Все, успокойся.

Девушка плакала еще минут пять, когда в комнату зашел Эдуардо. Тот, впал в ступор от происходящего, секунду обдумывал варианты помощи и сообразил принести травяной чай. Через пару минут кружка была уже в руках у Мии.

– Он напал на дилижанс. Сжег свидетеля. Я… я правда не понимаю, как такое могло произойти. Как его могли упустить? – Ее голос еще дрожал от долгих слез и немного хрипел от усталости.

– Убийца смог напасть на полицейский дилижанс? Ох, он просто невероятный везунчик. – Муж нахмурился и злобно посмотрел в окно, чтобы не пугать Мию своим гневом.

– Не просто сбежал, а смог не оставить за собой следов.

– Что, прости, ты сказала до этого? Сжег? Зеленым пламенем? Как мертвецы из-за стены? Они пробрались? – Он от беспокойства даже встал с кресла и начал ходить, словно маятник, по комнате.

– Я тебя не понимаю. – Девушка стала следить за его траекторией похода по комнате, это странно успокаивало, а может, все же сработал чай.

– Ты никогда не была за стенами, откуда тебе знать… Когда я еще был капитаном, у меня был старый друг. При вылазке мы должны были исследовать местность около близлежащей горы. Все шло хорошо, пока на нас не вышел небольшой отряд мертвецов, среди них… – Он задумался, кажется, пытаясь подобрать слова. – Мертвец, который стал поливать нас зеленым пламенем. Тогда друг и погиб. Он сгорел, а еще это пламя отравило двоих ребят.

Повисла тишина. Кажется, Виктору сложно далась эта история, после нее он сразу потянулся за стаканом и бутылкой, которая, как всегда, стояла у него на столике. Это была его странная традиция.

– Я ничего не понимаю. Мертвец не смог бы проникнуть из-за стены, да еще и в Первый город.

Муж еще больше нахмурился и сделал глоток, после чего, потерев виски, внимательно посмотрел на Мию, как будто пытался что-то разглядеть. После того, как она попала в Церковь, он словно постоянно хотел что-то сказать. Наверное, сейчас, когда перед ним сидела перепуганная жена, ему удалось преодолеть свою мужскую гордость.

– Прости. Я давно должен был рассказать тебе, но меня вынудили подписать ту бумагу. У меня не было выбора. – Он сделал еще один глоток и перевел взгляд вниз, чувствуя весь груз своей вины.

– Не стоит себя винить. Я понимаю, почему ты так сделал. Не хочу прожить свою жизнь, обвиняя всех вокруг. Спасибо, что сказал.

Мия всегда не понимала, почему он так боялся Церкви и почему избегал любой встречи с ней. По всей видимости, она что-то знала об их семье. Видимо, этот секрет был дороже собственной жены.

Нельзя было сказать, что Церковь стала для нее какими-то оковами. Сейчас она чувствовала даже больше свободы, чем было прежде. Да, каждый шаг там был похож на испытание, но это дало ей возможность жить, а не существовать. Даже сейчас девушка отлично понимала, что, отойдя от бури эмоций и чувств, ей хочется вернуться в гущу событий.

Последние слова Мии повергли в шок Виктора, тот, кажется, даже разозлился.

– Почему ты, даже узнав о предательстве, спокойна? Тебе все равно на причину? Все равно на нас? Даже не волнует, что я выбрал не тебя в этом вопросе? – Его взволнованный голос становился громче с каждым задаваемым вопросом, кажется, еще чуть-чуть, и он перейдет на крик. Он сжал руку в кулак, пытаясь себя успокоить.

– А что ты хочешь от меня? Чтобы я кричала и возмущалась? Устраивала истерики, плакала? Может, ушла от тебя из-за этого? Я могу задать тебе столько же вопросов, на которые ты не сможешь ответить. Так зачем играть в эту странную игру?

– Почему ты всегда логична? Разве сложно показать себя? Тебе настолько все равно? – Его эмоции сейчас сложно было выразить простым языком, это гнев, который перетекал в некую боль, которую можно было понять только такому мужчине, как он.

– Я всегда стараюсь быть для тебя доброй и ласковой женой. – Она совершенно непонимающе смотрела на него. – Что еще я должна сделать?

– Любить, Мия, просто любить. – Он, словно отчаявшись, поставил стакан на стол и посмотрел в окно. – Ты всегда ведешь себя словно кукла, которая пытается быть идеальной для меня. Мне нужны от тебя чувства, пойми.

– Любовь и чувства? Я тебя вижу раз в год, а бывает и реже. Я все время одна в этом поместье. – Она нахмурилась и опустила взгляд. – Я всегда была одна. Ты никогда не выбираешь меня.

– Я выбрал тебя в самом начале. Каждый год просил поехать со мной в Седьмой город, но у тебя всегда тысяча отговорок.

– Ты знал про мою болезнь. Я плохо себя чувствую в Седьмом городе. – Она прикусила губу, понимая, что сейчас он уже знал правду.

– Вся твоя болезнь – это ложь. Ты священник, возможно, инквизитор в будущем. Я видел, что они могут. Хотя бы сейчас не надо мне лгать.

Мия всегда знала, что правда однажды выйдет наружу. Сейчас она не могла подобрать нужные слова, чтобы объяснить весь ее страх в прошлом. Все ее силы держались под строгим запретом, ей всегда внушали, что она может быть опасна для людей. Поэтому ей нужно держаться подальше от Седьмого города.

– Извини за то, что соврала. Я не знала, как сказать.

Одно слово могло сломать многое и столько же побороть. Мия просто подошла к своему крупному мужчине и обняла его, понимая, что ему сейчас было тоже нелегко. Сейчас хотелось только маленького покоя и тишины.

* * *

Ее сон прервал Эдуардо, который, ворвавшись в спальню, расшторил все окна со словами:

– Пора вставать, уже даже не обед, скоро вечереет. Если ты хотела превратиться в спящую красавицу, у тебя не выйдет, пока я тут.

– Заткнись. – Ее голос прозвучал хрипло.

– Я бы оставил тебя, но детектив внизу ходит по дому и все трогает. Я боюсь, он что-то сопрет, а достанется мне.

С этими словами он подошел к кровати и начал пристально смотреть на делающую спящий вид девушку. Ей понадобилось пару минут, чтобы сообразить, о каком детективе идет речь. Подняв голову, она посмотрела на Эдуардо и разочарованным вздохом обозначила, что встанет. Как же сложно было подняться после такого сложного дня. От усталости неприятно ломило все тело.

Поднявшись, Мия накинула халат и направилась вниз. Там ее встретил очень бдительный Эдуардо, который пристально смотрел на мистера Пайка. Тот же с милой улыбкой попивал чай. Завидев ее, он приветливо кивнул и тут же съязвил:

– Миссис дэ Кроил, у вас всегда слуги настолько долго смотрят на гостей? Мне кажется, он сейчас прожжет дырку. Я свободный человек, но меня не привлекают мужчины. – Он показушно сделал глоток и так же вальяжно поставил чашку на стол. Гостевая зала залилась смехом Мии, которая смотрела на гневное лицо ее слуги. Он на глазах становился пунцово-красным, пытаясь сдерживаться.

– Ему можно высказаться. От него не убудет, – сказала Мия, проходя к столику, где сидел детектив.

– Мистер Пайк чуть не угробил большую вазу, которую вашему мужу в благодарность за службу дал сам король. Потом захотел попробовать вино из совершенно новой бутылки. А самое главное, чуть не убил собаку в нашем дворе, потому что, видите ли, он не любит их. – Было видно, что, рассказав все это, он наконец чуть успокоился.

Мия же совершенно спокойно и медленно намазывала на хлеб паштет. Затем налила себе немного чаю. Она прекрасно понимала, что детектив не поступил бы опрометчиво в ее поместье. Он не был глупым и бездумным человеком, просто дразнил бедного Эдуардо, который нервничал из-за каждого ковра в этом доме.

– Когда уехал Виктор? – спросила Мия, откусывая бутерброд.

– Он уехал чуть раньше обеда, чтобы попасть на поезд. К сожалению, на утренний он не успел.

Мия просто кивнула на его слова, ей так и не удалось его проводить. После чего она наконец напрямую обратилась к детективу:

– Ну, что удалось узнать? Его кто-то видел?

– Да, видели человека, который вбежал в церковь примерно в это время. Поэтому я тут. – Детектив тяжело вздохнул, после чего поставил чашку на стол и продолжил: – В целом мы многое обнаружили. Был священник, который ходил в кафе для встреч перед танцами. Удивительно, но первая жертва его знала и даже тесно общалась. Они иногда заходили туда днем. Многие видели, что они ссорились в последнее время.

– Видно, убийство по эмоциям, – прервала его Мия.

– Я тоже так предполагаю. Так вот, дальше я выяснил, что также люди видели его с последней жертвой. Они как раз собирались на танцы. В целом, я понял, что он из главной церкви. А без тебя меня, ну… я думаю, понимаешь, куда пошлют. – На его лице расплылась хитрая наглая улыбка, словно кот пытался стащить ветчину со стола.

– Я не знаю ничего о главной церкви. Не знаю, есть ли у меня вообще туда какой-либо доступ. Возможно, меня тоже пошлют. – Мия пожала плечами и внимательно посмотрела на детектива.

– Не попробуем – не узнаем, – сказал Пайк.

Главная церковь представляла собой одно из самых массивных и объемных строений в городе. Ее построили очень давно. Она внушала нескрываемое чувство восхищения. Внешне здание на первый взгляд выглядело так же, как и другие церкви. Отличие же заключалось в трех арках на входе, что были полностью витражированы изображением Цикла. Купола даже в дождливую погоду четко передавали рисунок на них.

Мия вновь надела свою парадную одежду. Больше для себя, чем для окружающих. Зайдя в основное здание, она осмотрелась. Внутри все было в большем масштабе, чем в церкви ее куратора. Каждый из людей приветствовал Мию взглядом. Он означал у некоторых восхищение, у других – лишь легкое покаяние.

Удивительно, что люди все еще продолжали верить в лучший мир. Цикл должен был произойти, но только ты решал, будет он правильным и поможет живым, либо будет испорчен и станет проводником для Смерти.

Мия сразу последовала в общий зал, где мужчины и женщины ставили свечи. Она сложила обе ладони перед Циклом Понимания и поклонилась. Так могли делать только священнослужители. Сейчас ее молитвы были направлены в сторону мужа. Предстояла долгая битва.

Детектив стоял неподалеку и просто наблюдал за девушкой. Ее заметили сразу. Как только она зашла в церковь, ее уже ждали два послушника, готовые проводить к священнослужителю. Закончив молитву, Мия двинулась в сторону ожидающих, подзывая к себе детектива.

– Проводите меня к священнослужителю, который сможет ответить на мои вопросы. Думаю, вы знаете, зачем я здесь, – сказала девушка, внимательно осматриваясь по сторонам. Все же было невежливо входить без приглашения.

По пути были все те же деревянные стены и долгие залы, которые перетекали один в другой. Здесь все было масштабнее. Много послушников, священнослужителей, которые останавливались и кланялись Мие. Детектив с удивлением смотрел на все это, недоумевая от запутанной структуры здания и комнат. Наконец их привели к старшим священнослужителям, которые встретили девушку легкой улыбкой.

– Простите, сегодня Преподобный встретить вас не может. Я старший священнослужитель Ротер Шэгрил, мой брат Лостер Шэгрил, мы приветствуем вас, Преподобная дэ Кроил. Мы думаем, участие Его Святейшества и не понадобится. Мужчина с вами? – Они недоверчиво осмотрели детектива, давая понять, что разговор далее будет касаться церковных дел.

Мия отлично понимала эти неприкрытые намеки и что его надо отрезать от некоторой информации.

– Скажем так, ему нужна комната подозреваемого. Далее мы поговорим наедине. – Девушка кивнула мистеру Пайку, давая знать, что ему просто надо следовать за провожающим. Священнослужители согласились, после чего продолжили:

– Кто вам нужен? Мы знаем о деле, но не знаем подробности. Инквизиторы сейчас на границах, там серьезные проблемы… Вспышки болезни. – На последней фразе они переглянулись, как будто что-то недоговаривали. Девушка стала описывать подозреваемого. Она рассказала все, что могла услышать от свидетелей. Узнав достаточно, священнослужители синхронно кивнули. Один из них сразу направился в даль коридора, второй по пути стал рассказывать:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.