Кира Сорока
Притворись моей, девочка!

Глава 1

– Брат, не надо на меня так смотреть! – ухмыляется Тимур.

– Твою-то мать!! Ты же тачку угнал!.. Чёрт! – я в отчаянии всплёскиваю руками.

– Я взял её на время, – не соглашается он. – Сейчас с этой малышкой все заезды выиграем и сразу вернём!

Дерьмо!..

Если Тим решил, то бесполезно даже пытаться напоминать ему о здравом смысле. Иногда (почти всегда) у моего брата его просто нет. Но я всё-таки стараюсь настоять на своём, гневно цедя сквозь зубы:

– Ты знаешь, что с тобой сделает отец?

– Ни-че-го!.. – нараспев протягивает он. – Он ничего мне не сделает, потому что у меня скоро очень важный бой. Он с меня сейчас пылинки сдувает.

– Отлично. А со мной? – скептически смотрю на брата.

Он любимчик отца. Я – нет. Хотя мы практически абсолютно одинаковые, потому что близнецы.

– А тебя со мной вообще не было, – отмахивается Тимур. – Отец мне поверит.

Между спинками передних сидений появляется счастливое лицо Лерки.

– Ну мы едем или нет?! Врубайте музыку на всю катушку, и вперёд!

Чёрт! И она туда же!

Лера такая же безбашенная, как и Тимур. Они оба без тормозов. Она наша двоюродная сестра, ей шестнадцать. И её нам навязали на все осенние каникулы. Точнее, не нам, а мне. Ведь Тим, вообще-то, очень занят подготовкой к полуфиналу, а потом, надеюсь, и к финалу.

Брат резко жмёт на газ, и машина дёргается вперёд. Под капотом у камаро столько мощи, что сложно сразу справиться. Тимур возбуждённо улюлюкает и вновь топит педаль в пол. Мы пролетаем несколько метров и останавливаемся.

По-любому разобьёмся…

Заметив мой застывший взгляд, брат пихает меня плечом.

– Да ладно! Я же угораю, Тёмыч!

На этот раз он мягко трогается с места, и мы спокойно едем вперёд. Тим прибавляет громкость на магнитоле. Сначала там звучит какой-то неизвестный трек, но он быстро заканчивается. И салон затапливает песня Pump it группы The Black eyed peas.

Лера верещит от восторга, подняв руки вверх, и начинает дрыгаться в бешеном танце. Тимур прибавляет газу, потому что под такую музыку невозможно не сделать этого.

– Расслабься, брат! – перекрикивает он музыку. – Просто отпусти ситуацию. У нас есть только десять дней, чтобы кайфануть. А потом мы снова вернёмся к гестапо-отцу.

Он прав. Наш папаша чокнутый.

Минут через пятнадцать прибываем к месту проведения гонок. И так как мы в Сочи, тачки здесь самые разнообразные. От ржавых тазов до автокаров стоимостью в двадцать лямов.

Лера восторженно приклеивается к окну. И нет, она глазеет не на тачки, а на их хозяев.

– Даже не думай, систер, – осаживает её Тимур, бросив взгляд в зеркало заднего вида. – Через пару лет – пожалуйста. Можешь раздвигать свои прелестные ножки сколько угодно. Но не сейчас.

Она бьёт его по плечу и фыркает:

– Пошляк!

– Реалист, – поправляет её Тимур. – Все вы, бабы, одинаковые.

Я с ним полностью согласен.

– Ладно, ждите здесь, – Тим открывает дверь, собираясь выйти. – Договорюсь о заезде. А ты, Тём, глаз с неё не спускай, – косится на нашу сестру.

Я не горю желанием быть нянькой… Но и под раздачу отца не жажду попасть. Так что…

– Лер, будешь паинькой – и Тим даст тебе прокатиться, – это я говорю уже после ухода брата.

Лерка хлопает в ладошки.

– Хочу-хочу-хочу!

Ведёт себя как шестилетка, ей богу…

Через лобовое стекло наблюдаю за братом. Он подходит к какому-то пареньку, пожимает ему руку, кивает на камаро. Они оба смотрят на тачку.

Видимо, это организатор. В его руках iPad. Мазнув по экрану, пролистывает что-то вниз. Вместе с Тимуром они зависают над гаджетом. Наверное, организатор вносит его в сетку…

Внезапно мой взгляд ползёт в сторону, и я отвлекаюсь от брата. Мимо него проплывает девчонка. Примерно метр шестьдесят, стройная. Грива светло-русых волос замотана в пучок на макушке. Кожаная куртка поверх летнего топа, джинсы. Туфли на каблуке, делающие её ноги ещё длиннее.

Я распахиваю дверь, выбираюсь из тачки по пояс. Лерка дёргает меня за руку.

– Эй, в чём дело?

– Подожди!

Та девчонка попадает в свет фар. Она с подружкой. Они обе садятся в фольксваген-жук. Подружка за руль, она на пассажирское.

Неужели тоже участвуют?

Я плюхаюсь обратно.

– Тём, что случилось? – изнывает от нетерпения Лерка.

Жук трогается с места, ползёт в нашем направлении.

Мне бы в лицо этой девчонке заглянуть – тогда я буду точно уверен.

Фольксваген на медленной скорости проезжает мимо. Я успеваю увидеть профиль девчонки за рулём и совершенно отчётливо – лицо пассажирки. Светло-зелёные глаза, изогнутые брови, вздёрнутый нос. Тонкая верхняя губа и аппетитно-пухлая нижняя.

Это она!

Что она здесь забыла?

Сестра с заднего сиденья трясёт меня за плечо. Повернувшись к ней, бросаю небрежно:

– Ничего особенного, знакомую девчонку увидел.

Сердце в груди стучит как сумасшедшее, но я не подаю вида.

– Она тоже гонщица? – изумляется Лерка и начинает вертеть головой, пытаясь рассмотреть публику. – У вас что-то было?

Я бубню себе под нос:

– Нет, она меня ненавидит.

Но!.. Раз уж она тоже здесь…

Глава 2

Даша

– Я не понимаю, что мы вообще здесь делаем! Этот ужасный рёв моторов… парни, пышущие тестостероном… девчонки, которые, кажется, согласны на всё, лишь бы попасть в салон дорогого спорткара… Нет, правда, Маш! Зачем мы здесь?

– Да ладно, это прикольно, – улыбается она. Кивает вперёд, глядя сквозь лобовое стекло. – Ты посмотри на всех этих красавчиков и на их железных коней!

Господи Боже!.. Машка в своём репертуаре. Мы не виделись пару лет, а она всё о том же… Думает лишь о парнях!

– Я думала, мы с тобой в кино сходим… Или просто посидим в ресторане. А тут такое!

Возмущённо всплеснув руками, тоже смотрю вперёд. Разглядываю все эти крутые красивые тачки. Мерседесы, БМВ… Вон даже камаро есть, жёлтый как Бамблби.

– Мероприятие на кругленькую сумму, да? – замечаю я.

Маша поджимает губы.

– Ну если ты про стоимость машин, то да! Но, вообще-то, гонки нелегальные.

– И что это значит? – я не понимаю.

– В любой момент могут появиться гаишники, – объясняет подруга. – И если вот этим всем плевать, – указывает на корвет, стоящий перед нами, – их мамочки и папочки отмажут от проблем. А вот таким, как мы, придётся рвать когти!

Что ж… Супер!

Машка права, здесь полно мажоров.

У моей мамы своя строительная фирма, она растит меня без отца и очень много сделала, чтобы я ни в чём не нуждалась. Дорогая брендовая одежда, лучший пансион, в котором я сейчас учусь, путешествия в другие страны во время каникул… Но это ничто по сравнению с корветом паренька, которому и двадцати нет.

Корвет, серьёзно?

– Слушай, такая удача, что эти осенние каникулы я проведу здесь, – начинаю подводить подругу к тому, чтобы уехать отсюда. – Мы так давно не виделись… Может, ну их – эти гонки?! Поехали лучше в отель, там шведский стол со всякими вкусностями.

– Я завтра загляну, – отмахивается Машка. – А пока давай лучше посмотрим гонку. Вроде начинается…

Она выбирается из машины, и мне приходится следовать за ней. Первые участники размещаются на линии старта. Какой-то парень вопит в граммофон пошлые шуточки, разогревая толпу. Всех просят отойти от старта и встать на обочине. Зевак здесь много. Человек сто.

Я утаскиваю Машку подальше от трассы и держу её за руку, потому что мне немного страшно. Кажется, что парни и девчонки вокруг смотрят на нас, как на чужаков. Вероятно, это, и правда, так, ведь мы здесь впервые.

Красивая девушка выходит к линии старта и даёт гонщикам команду стартовать. Машины пролетают мимо нас так близко, что непослушные прядки волос, выбившиеся из пучка, буквально сдувает с лица.

– Вау! Круто! – верещит Машка.

Она уже поймала волну этой всеобщей истерии, а я вот почему-то не могу. И меня обуревает какое-то плохое предчувствие.

– Дашка, расслабься! – игриво толкает меня плечом подруга.

Маша старше меня. Вообще-то, она приходится мне дальней родственницей. Племянницей сестры моего покойного отца, если точнее.

Поселив меня в отеле на десять дней каникул, мама погрузилась целиком в свою работу и бегает по делам. Она точно не рассчитывала, что мы с Машкой поедем на нелегальные гонки. Моя мама ей, вообще-то, доверяет. На правах старшей подруги.

– Не могу я здесь расслабиться, Маш! – пытаюсь перекричать рычание проносящихся мимо тачек. – Можно, я в машине тебя подожду? Там спокойнее.

Она поджимает губы. Всегда так делает, когда задумывается.

– Ладно, – протягивает мне ключи. – Вон, видишь того парня? – скашивает глаза на гонщика возле жёлтого камаро. – Мне кажется, он просто огонь! Попрошу его меня прокатить.

И ведь она, и правда, может!

Так… Я в этом не участвую!

Сжав ключ от жука, быстро ретируюсь. Бросив напоследок подруге, что если она не придёт через двадцать минут, я вызову такси и уеду.

Да, возможно, порчу ей всё веселье… Но я, в отличие от неё, ещё несовершеннолетняя. И, в случае чего, за меня будет отвечать мама. А я не хочу для неё проблем!

Быстрым шагом направляюсь к жуку, как раз проходя мимо камаро, стоящего на старте. Гонщик, на которого указывала Маша, высовывается в окно, чтобы дёрнуть проходящую рядом девчонку за юбку.

Ммм… Какой «интересный» парень! Просто фуу!

Довольный своей глупой проделкой, парень ухмыляется той девчонке и провожает её взглядом. Когда она проходит мимо меня, наши с ним взгляды встречаются. И я поверить глазам своим не могу! Синие глаза, рот с кривой ухмылкой на симпатичном лице…

Это мой одноклассник Тимур Соболев.

Что он здесь делает?

И как так произошло, что мы встретились сейчас, в этом городе, за тысячу километров от нашего пансиона?

Быстро опустив взгляд, отворачиваюсь и бегу к фольксвагену. Забираюсь внутрь и, тяжело дыша, осматриваюсь, шаря вокруг взглядом через запотевшие окна.

Он ведь за мной не пошёл?

Может, не узнал?

Чёрт!

Но гораздо больше меня волнует другой вопрос. А его брат Артём тоже здесь?

Господи… Пусть его здесь не будет!

Глава 3

Артём

Я наблюдаю за ней издалека. Они с подругой сначала вместе стояли возле трека, а потом Даша поспешно ушла и забралась в фольксваген.

– Тём! Пошли! У Тимура сейчас гонка! – Лерка тащит меня к старту. – Ты не против, если я поеду с ним?

– Против, – тут же отрубаю я. – Со мной постоишь.

Мы подходим к камаро. Тим уже врубил музыку на полною и, в принципе, готов ехать. Я подхожу к опущенному стеклу, и брат сразу убавляет громкость.

– Тёмыч, у меня для тебя сюрприз! Даже не представляешь, какой! – то ли просто возбуждённо, то ли раздражённо заявляет брат.

Я опережаю его:

– Даша… Рязанова. Да-да, уже увидел.

Стараюсь говорить бесстрастным тоном. Тимур внимательно меня разглядывает.

– Что, даже не бросишься к ней? Неужели смог вытряхнуть из себя всё это дерьмо?

Дерьмом он называет мою увлечённость этой девчонкой. И да, я старательно эту увлечённость из себя вытряхивал. Клещами выдирал.

Не помогло.

– Ну здесь и здесь. Мир, вашу мать, тесен, – произношу спокойно. – Ты там давай осторожней, – киваю на трассу, переводя тему.

Лерка тут же вклинивается между окном и мной и чмокает Тимура в щёку. С важным видом заявляет:

– Не разбей тачку, понял? Я ещё должна на ней погонять сегодня.

Взгляд Тимура становится недоумевающим, а я просто качаю головой. Мол, не парься, этого не будет.

Наконец объявляют новый заезд: корвет против камаро. Пятнадцать миллионов против пяти.

Кто выиграет?

Тимур поднимает окно, ставит громкость на максимум. Мы с Леркой отходим немного в сторону. Девчонка с ногами от ушей и в очень откровенных шмотках даёт отмашку на старт. Тачки с пробуксовкой рвутся с места…

Лерка прыгает на месте, скандируя имя брата. Я просто смотрю на машины и пытаюсь понять, кто лидирует. Кажется, они идут буквально нос к носу.

Здесь всего четверть мили, поэтому гонка очень быстро заканчивается. Чувак с граммофоном подносит рацию к уху, слушает судей на финише, а потом озвучивает результат. Победил жёлтый камаро!

Что ж… Тимур почти никогда не проигрывает.

Обе машины возвращаются к линии старта. Едва её переехав, Тимур выскакивает из тачки и подхватывает Лерку на руки. Кружит её в воздухе, а она хохочет.

Они как Бонни и Клайд, только родственники. Угнали тачку, победили в нелегальном заезде – повод для радости, чёрт возьми!

Так… нужно расслабиться. Но это чертовски сложно сделать, потому что я чувствую зелёный взгляд прекрасных глаз на себе.

Я знаю, что из фольксвагена Дашка наблюдает за мной…

К Тимуру подходят другие участники и какие-то зеваки. Пожимают руку… Я прислушиваюсь, о чём идёт речь. Оказывается, дело не только в гонке. В Тимуре узнали боксёра, у которого скоро бой.

Ооо… Это, похоже, надолго. Мой брат обожает быть в центре внимания!

Усевшись прямо на капот камаро, наблюдаю за беснующейся толпой. Гонки вроде бы ещё не закончены, учитывая количество машин за линией старта. Но, видимо, настало время для музыкальной паузы или что-то типа того. Из пикапа с огромной колонкой в кузове начинает звучать весёленький бит, и народ начинает подтягиваться к нему и танцевать. Даже подружка Дашки уже вовсю там дрыгается.

– Пойдём, Тём! Я тоже хочу! – канючит Лерка, схватив меня за руки.

Но я буквально прирос к капоту камаро. Посижу-ка я лучше здесь, ты ведь не против, Бамблби?

Взгляд зелёных глаз даже с такого расстояния буквально прожигает меня насквозь. Желание подойти к фольксвагену растёт с каждой минутой, но я себя останавливаю.

Не сейчас. Не при брате.

– Тём, ты слышишь? – голос сестры звучит удивлённо и испуганно одновременно.

Я перевожу на неё взгляд, а потом и до меня доходит, что именно она слышит.

Сирены. Они сливаются с громкой музыкой, но всё же выделяются довольно чётко и с каждой секундой всё ближе.

– ГАЙЦЫ! – орёт кто-то.

Все начинают метаться туда-сюда, и я теряю брата из вида. Где он, чёрт возьми? Надо уезжать!

– Садись в тачку! – ору сестре, открывая дверь.

Сам в панике смотрю по сторонам. Вижу, что подружка Рязановой уже бежит к жуку.

Так, ладно… Где Тимур?

Гайцы едут со стороны финиша, получается, что камаро к ним ближе всех. И он краденый, чёрт возьми!

Внезапно Тимур появляется из толпы.

– Тёмыч, бросаем камаро! Погнали, нас подбросят! – машет рукой, указывая на синий мерседес.

Я возвращаюсь за Леркой, которая уже успела забраться в салон. Без лишних слов выдёргиваю её за ворот куртки. Тимур хватает сестру за руку и бежит к мерседесу. Я тоже вроде бегу. Но, бросив взгляд на жук, притормаживаю.

Машина явно застряла, зажатая парой жигулей, которые явно тут бросили. Чтобы выбраться и уехать, Дашиной подружке понадобится не меньше двух минут.

Бросив взгляд через плечо на мигалки гаишников, понимаю, что у жука этих двух минут нет.

ЧЁРТ!!

Ноги сами разворачивают меня обратно к камаро. Пока Тимур сажает Лерку в мерседес, он не может видеть, что, вашу мать, делаю я.

Ключи остались в замке зажигания, и я, быстро прыгнув за руль, захлопываю дверь. Завожу двигатель и замираю в ожидании. Вижу, как Тимур ищет меня глазами и находит. Ошеломлённо всплеснув руками, вроде бы дёргается ко мне, но как раз в этот момент я выворачиваю руль влево. Прямо перед мордой первой патрульной машиной гайцов…

Она врезается в заднее крыло камаро. Меня бросает вперёд. Потом и ещё раз, потому что следующая патрульная бьёт первую, а та рикошетом меня. Третья успевает затормозить.

Морщусь от боли в подбородке. Трогаю языком губу, кажется, она разбита.

И до того, как начинается кипиш с гайцами, успеваю увидеть задние фары жука. Рязанова уезжает.

Глава 4

Артём

– Ну и нахрена ты это сделал?! – гневно рычит Тимур мне в ухо.

Он, конечно, никуда не уехал. Я увидел его, как только меня вытащили из камаро и вжали лицом в капот. Мой брат в такой же позе стоял рядом.

Ладно хоть, Лерки поблизости не было. Видимо, Тимур успел отправить её на том мерседесе…

После недолгих разбирательств нам сковали наручниками запястья и всё-таки посадили в патрульную машину. И теперь везут в участок.

Брат пихает меня локтем.

– Зачем, Тёмыч?

– Отстань… Давай потом.

– Заткнулись оба! – с переднего сиденья рявкает разгневанный гаишник.

– Да ты свой сраный язык сожрёшь, когда узнаешь, с кем связался! – выплёвывает Тимур.

– Вот мажоры ох***… – с издёвкой протягивает гаец напарнику за рулём. – Думают, им всё можно. И тачку угнать. И разбить её.

Да, они уже выяснили, что машина принадлежит не нам. Её хозяин успел сообщить об угоне. Твою мать, мы в жопе!..

Я в жопе!!

Зажмурившись, вмазываю затылком в подголовник.

Тимур прожигает взглядом мою скулу, не собираясь сдаваться. Хочет получить ответ на свой вопрос. Ведёт себя так, словно всё происходящее вокруг его мало заботит.

Ну подумаешь, посидим за решёткой. Ну подумаешь, что отец сотрёт нас (меня!) в порошок. Куда важнее причинно-следственная связь моих поступков, да? Почему я вдруг вытворил такую дичь?!

Я решаю вести себя так же, как он. Повернувшись к нему, беспечно бросаю:

– Да я просто угорал! Ну мы же сегодня веселимся, брат! А что? Тебе можно, а мне нельзя?

– ДТП с гайцами на краденой тачке – это, по-твоему, угарнуть? – цедит он сквозь зубы. – Не беси меня, брат! Я видел, что ты сделал. Помог чёртовой Рязановой свалить в туман.

Значит, видел…

Предпочитаю промолчать и собраться с мыслями, уставившись в окно.

Что будет дальше?

Ночь в камере при любом раскладе.

Нет, потом нас по-любому отпустят, конечно. Такие вопросы наш отец умеет решать даже на расстоянии. Его пока нет в этом городе, он прибудет только к бою Тимура. А это будет только через семь дней. Но его гнев не имеет срока давности, увы. Мне в любом случае придётся ответить за свой проступок…

Короче, дело не в гаишниках, а в моём отце.

Нас привозят в участок. Составляют протокол. Разрешают сделать один телефонный звонок. И, конечно, нашему отцу звонит Тимур. Специально ставит на громкую связь, чтобы сотрудники отдела слышали их разговор.

– Привет, па… – начинает мой брат заискивающим тоном. – У нас тут проблемки.

Сначала в трубке стоит гробовая тишина, а потом отец рявкает:

– Говори!

– Короче, мы чужую тачку разбили, – начинает тараторить Тимур. – Если быть точнее, патрульную машину.

– На чём? – недоумевает отец.

А вот это самый интересный момент разговора. Тимур выдыхает:

– На угнанном камаро.

Мужик, который составляет протокол, выглядит так, словно сейчас заржёт в голос.

Папа молчит. Чуть ли не пару минут. Потом устало произносит:

– Скажи номер участка, я разберусь.

Тимур поворачивается к гаишнику, подносит телефон к его лицу и тот диктует номер отделения. В трубке больше не происходит ничего, видимо, отец сразу отключается.

У нас забирают телефоны и часы, отводят в камеру. К счастью, мы тут одни. Как только за нами закрывается дверь, Тимур вмазывает мне в плечо и рычит:

– Ты – идиот! У меня бой скоро! Меня могут нахрен выгнать! Ты об этом не подумал?

– Ты мог уехать с Леркой, я не просил тебя оставаться!

Я тоже говорю на эмоциях, которые, вообще-то, почти всегда умею контролировать. Но сейчас не тот случай.

– Уехать? – ошеломлённо переспрашивает Тимур. Потом цедит сквозь зубы: – И куда бы я уехал? Как я мог своего идиота-братишку оставить одного расхлёбывать дерьмо, которое он же и создал?!

– Заткнись! – осаживаю его. – Я накосячил, я бы и отдувался. Один. Без тебя!

Отвернувшись от него, подхожу к шконке. Брезгливо присаживаюсь.

– Ты хоть понимаешь, что подставил нас обоих из-за тёлки? Да ещё из-за Рязановой! – выплёвывает брат, скривившись.

– Ты тут ни при чём, – спокойно отвечаю я, наконец взяв себя в руки. – В случае чего, это я угнал камаро. Ты по-любому попадёшь на свой бой!

Тимур криво ухмыляется и ядовито бросает:

– Ясно. Ради Дашки возьмёшь вину на себя и с радостью отгребёшь от отца.

Молча киваю.

Пусть будет так.

***

Примерно через час нас выпускают. Отец решил всё очень быстро, ещё до наступления утра. Как только мы получаем наши айфоны обратно, он звонит Тимуру. И брат на этот раз не включает громкую связь, поэтому я не знаю, о чём они говорят. Брат ограничивается сухими ответами типа «да, я понял» или «да, я тебя слышу».

Закончив разговор с отцом, Тимур вызывает такси, и мы едем в гостиницу. Сообщение от Лерки на моём телефоне, в котором говорится, что она уже в номере, меня немного успокаивает. А вот всё остальное…

– Отец сказал, что разберётся с нами, когда приедет, – небрежно бросает Тимур, когда мы покидаем такси. – Надеюсь, к тому моменту его отпустит.

Но мы оба знаем, что этого не произойдёт.

Эй! Ведь он мне даже не звонит! Все вопросы всегда решаются через Тимура. Он называет его сыном, а меня – только по имени. Давно пора признать, что отец меня не любит!.. Потому что надежд его не оправдываю.

Мы с братом удручённо молчим, пока заходим в отель, пересекаем фойе и замираем у лифта. На часах половина второго. Вся гостиница давно спит. Хотя нет, не вся…

Краем глаза вижу движение на лестнице. Будто кто-то хотел спуститься вниз, но передумал и рванул наверх. И, кажется, я знаю, кто это!.. Успел разглядеть её стройный силуэт и одежду.

Довольно странно видеть её и здесь, в этом отеле. Похоже сама судьба снова сталкивает нас вместе!

Двери лифта открываются, Тимур заходит внутрь. Я остаюсь на месте.

– Ты не едешь? – хмуро спрашивает брат, прежде чем нажать на кнопку.

– Нет, у меня дела, – говорю незаинтересованно, делая шаг назад.

Взгляд брата переполняет ярость.

– Только не говори мне, что Рязанова здесь, в этом отеле!

Пожимаю плечами:

– Откуда мне знать, – разворачиваюсь и направляюсь к лестнице, бросив через плечо: – Да я просто поднимусь пешком до номера.

Тимур выкрикивает мне в спину:

– Мы живем на пятом, бро! Смотри, ноги не сотри!

Очень остроумно, вашу мать!

Конечно, Тим всё понял…

Глава 5

Даша

Господи!

Ответьте мне кто-нибудь, что это было?!

Что вообще в головах у этих Соболевых? И зачем Артём это сделал? Они же просто уехать могли… Но он зачем-то врезался в гайцов.

Я так переволновалась сегодня… Машка привезла меня в отель и провела со мной целый час, но я всё ещё не могу успокоиться.

Подруга уже уехала. Мамы здесь нет. Она осталась в другом отеле за тридцать километров отсюда. Именно там будет строиться новый объект, и она все мои каникулы будет в разъездах. Правда, поклялась, что выкроит один день, чтобы провести его со мной.

Я не обижаюсь, нет. Всё прекрасно понимаю. Она вся в работе. Но иногда мне так одиноко…

Так и не уснув, решаю спуститься вниз и посетить бар. Ничего спиртного, просто выпить колу. Не дожидаясь лифта, иду по лестнице. Когда спускаюсь уже по последнему пролёту, слышу в фойе у лифта знакомые голоса и сразу же замираю на месте. А потом быстро несусь по ступенькам обратно вверх.

Моё сердце буквально выпрыгивает.

Ну этого просто не может быть!!

Братья Соболевы здесь? Вот чёрт!

Из всех отелей именно этот, да? Из всех городов они припёрлись именно сюда? Почему не Гавайи или Бора-Бора, например?

Пульс барабанит в ушах. Сквозь этот гулкий стук я всё же слышу, что двери лифта закрываются. Однако кто-то поднимается по лестнице. Слева от меня открытая дверь номера, и я без раздумий забегаю в него. Неожиданно совсем близко раздаются чьи-то шаги. Кто-то входит следом за мной и включает свет.

Ладно хоть, номер пустой, и мы ничей покой не потревожили…

– Даш, выходи! Я тебя видел!

Его голос звучит очень близко. Так же, как и шаги.

Я посильнее вжимаюсь в боковую стенку шкафа. Это единственное место, где я успела спрятаться.

Не хочу! Не хочу говорить с ним! Не хочу видеть его! Какого чёрта он вообще здесь делает?

– Рязанова, я не стану играть в долбаные прятки! – раздражённо бросает Артём, исследуя гостиную.

Потом проверяет ванную комнату. А я стою в каком-то метре от него. Ему достаточно лишь заглянуть за шкаф. И, кажется, сейчас он меня найдёт.

Затаив дыхание жду… сама не знаю, чего. Я ведь вполне свободный человек и просто могу уйти. Он же ничего мне не может сделать, верно?

Его шаги теперь звучат немного дальше, возле окна. Я выглядываю из-за шкафа и вижу широкую спину Соболева. И решаюсь сбежать, пока он стоит ко мне спиной.

На цыпочках выныриваю из своего укрытия и шмыгаю в прихожую, а потом и за дверь номера. Бегу по коридору второго этажа. Нужно бы пойти к себе, но я боюсь, что он последует за мной, поэтому решаю сначала сбить его со следа.

Спустившись вниз, перехожу на шаг. Относительно спокойно прохожу через фойе в ресторан. Маневрирую между столиками. Там, впереди, вроде бы находится служебное помещение, и, возможно, есть запасной выход. Если я совсем покину территорию гостиницы, Артём подумает, что я здесь не живу.

Вот же чёртовы осенние каникулы! Угораздило меня именно сейчас встретить именно его!

Пока никто не видит, распахиваю дверь и попадаю в узкий коридор. Здесь пахнет сыростью и пищей. Справа, в отдалении, слышны голоса и звон посуды. Наверняка там кухня. Я иду налево.

По пути мне не попадается ни одной живой души, а через пять минут становится даже немного страшно.

Во-первых, потому что освещения здесь ничтожно мало. Да и мрачные холодные стены вызывают крайне неприятное чувство. Решаю повернуть обратно… Вот только кто-то хватает меня сзади и прижимает к себе спиной.

– Ох!! – срывается с моих губ.

Сильные руки смыкаются на моём животе. И раздаётся хриплый шёпот возле виска:

– Ну что, попалась?

– Отпусти меня, Артём!

От всего пережитого голос садится. Пытаюсь разжать его пальцы и выбраться из кольца сильных рук, но у меня не выходит.

– Отпустить? Ты, должно быть, шутишь? Сама судьба свела нас здесь!

Он всё же отпускает меня, но только для того, чтобы развернуть лицом к себе.

– Нет, Рязанова, не отпущу. У нас с тобой есть незаконченные дела.

– У нас нет с тобой никаких дел! – тут же парирую я.

Да, мы учимся в одной частной школе. И с недавних пор он почему-то помешался на том, чтобы сделать мою жизнь чертовски сложной. Прямо проходу не даёт. Но это не значит, что нас что-то связывает.

– Нет, есть! – упрямо заявляет он.

– Какие дела, Артём? – устало вздыхаю я. – Ты же знаешь, как я к тебе отношусь. Ничего, кроме моей ненависти, ты не получишь!

Он и его брат-близнец творят такую дичь в пансионе… В общем, они просто отвратительные избалованные придурки, которым всё сходит с рук.

– От ненависти до любви один шаг, – ухмыляется Артём.

Он держит меня за руку, ещё и наши пальцы переплетает. Я ошеломлённо смотрю на наши руки, а потом в его глаза.

– Какой любви? Ты о чём?

Артём улыбается, и на его щеках появляются ямочки. А потом шепчет:

– Ты, я… Мы должны быть вместе. Хотя бы на эти десять дней каникул.

Вроде в баре не должны наливать несовершеннолетним!

Или он бредит? Может, у него жар?

Подношу руку к его лбу, качаю головой.

– Ты давно у врача был? Температуры вроде нет, но всё же ты проверься. Акклиматизация, знаешь ли…

– Даш, хорош! – перебивает он меня. – Я предлагаю тебе отношения лишь на время каникул.

Возмущённо фыркаю и выдёргиваю руку. И пячусь от него до тех пор, пока не прижимаюсь спиной к стене.

– Зачем тебе это нужно?.. И даже не так! Зачем это нужно мне?

Артём размышляет несколько секунд, а потом упирается руками в стену, вновь загоняя меня в капкан.

Я ему между ног двину, если задумал что-то плохое!

– Скажем так… Ты будешь моей на эти десять дней, а я оставлю тебя в покое в школе. Навсегда!

Сомнительная, конечно, сделка. Ведь в школе я и так прекрасно справляюсь со всеми его выходками.

– Хорошо, тогда я хочу знать, зачем это тебе.

Артём качает головой.

– Я тебе не отвечу. Могу лишь сказать, что мне нужна девушка на один важный банкет, который состоится через неделю. Там будет мой отец.

У меня внутри всё холодеет. Соболев-старший – просто ужасный человек.

– А он тоже здесь?

Артём кивает:

– Пока нет, но скоро приедет. У Тимура будет бой в конце недели. Здесь, в Сочи. Тогда отец и появится.

Да, точно, его брат занимается боксом… Поэтому мозгов ни грамма, все давно отшибли.

– Ладно, мне пора, – я отпихиваю Артёма.

– Куда? – он не отпускает, схватив меня за локоть.

– Ну как минимум собирать вещи, – отвечаю, театрально закатив глаза. – Потому что я здесь не останусь.

– Всё так плохо, да? Так сильно меня ненавидишь? – он опять ухмыляется этой своей дерзкой улыбочкой.

Я цежу сквозь зубы:

– Ты даже не представляешь, насколько.

Артём отдёргивает руку. И вежливым жестом предлагает мне уйти. Но я и сама собиралась это сделать.

Шагаю прочь от него по коридору. Он меня не останавливает. Прохожу ещё несколько метров, потом оборачиваюсь. Артём стоит там же, где я его оставила. Лениво подперев стену и скрестив на груди руки, просто наблюдает за мной.

На нём строгие джинсы и чёрная водолазка. На запястье ролекс. Красивый, самоуверенный, бессердечный…

– Знаешь, хочу дать тебе совет! – выкрикиваю я. – Найди себе другую девушку!

Выражение его лицо совершенно не меняется. Он тихо произносит в ответ:

– Но я хочу тебя…

Глава 6

Артём

Едва я захожу в наш люкс, сразу натыкаюсь на пристальный взгляд брата.

– Не спишь? – бросаю, собираясь пройти мимо него.

Но Тим тут же дёргается ко мне и преграждает путь.

– Ну что? – устало вздыхаю я.

– Ты был с Рязановой? – в лоб спрашивает брат.

– Нет, – я предпочитаю соврать. – Что бы ей здесь делать?

Он смотрит мне в глаза, и на его лице откровенное раздражение. И разочарование. Тимур отворачивается и идёт к дивану. Схватив пульт, бездумно щёлкает по каналам, уперевшись взглядом в плазму. Но я чувствую, что наш разговор ещё не закончен.

– Я разбудил управляющего, – небрежно бросает брат. – Оказывается, Рязанова и её мать заехали в эту гостиницу сегодня утром. Их номер пятьдесят второй.

Даже так?

На этом этаже всего три номера. Три люкса. У нас пятьдесят первый. Выходит, Дашка буквально в шаге от меня.

С трудом сохраняя бесстрастное лицо, делаю шаг к брату.

– Да, я встретил её, и мы немного поболтали. Не вижу здесь ничего такого страшного.

– А я вижу, – он даже не поворачивается ко мне. – Ты мне врёшь! Вот что страшно!

Но он тоже мне врал. На протяжении четырёх лет троллил одну девчонку в школе, выдумывая всё новые и новые причины для этого троллинга. А оказалось, что был в неё влюблён. С уходом той девчонки из нашего пансиона Тимур ожесточился ещё больше.

– Ладно, прости. Я просто знаю, как ты к ней относишься. Вот и не стал тебе говорить.

Тим моментально заводится и вскакивает.

– Не слишком ли много дерьмовых поступков на одну ночь? – рычит мне в лицо.

Сейчас он как никогда похож на нашего отца.

– Я же сказал – прости! – выплёвываю я, отходя в сторону. – И выкинь Рязанову из головы.

Направляюсь к своей комнате, попутно заглянув в спальню, которую занимает Лерка. Она уже спит.

– И почему я должен выкинуть Рязанову из головы? – бросает брат мне в спину.

Прежде чем закрыться в своей спальне, всё-таки отвечаю ему:

– Потому что я с ней уже наигрался. Тема закрыта.

Пусть и ненадолго, но это сдержит брата.

***

С самого утра мне было просто необходимо куда-нибудь спустить пар. Благо в этом отеле имелся спортзал.

Тим уехал на тренировку, когда ещё и девяти не было. Сказал, что вернётся поздно. А Лерка после завтрака вновь завалилась спать. Правда, на этот раз перед теликом в гостиной.

Я же переоделся в спортивку и пошёл в зал.

Выложившись на беговой дорожке и силовых тренажёрах, почувствовал себя немного легче. Но всё равно все мысли были о Дашке, и я ничего не мог с этим поделать.

Меня бесит, что она забралась ко мне в душу.

Бесит, что не хочет быть со мной!

Шагнув в лифт, бью по кнопке пятого этажа. Двери лифта начинают закрываться, но в последний момент их останавливает просунутая в кабину рука с изящными пальчиками.

– Простите, я тоже наверх, – раздаётся знакомый голос.

Двери вновь раскрываются, и Дашка почти отпрыгивает от них, увидев меня.

Оглядываю её с ног до головы. Туфельки, юбка, едва прикрывающая зад, кофта типа худи, распущенные волосы, спадающие по плечам. Ни грамма косметики, что удивительно, ведь в пансионе она всегда выглядела ярче. Но мне так нравится больше.

– А-а, это ты… – бросает она старательно безразличным голосом. – Езжай, я пешком пойду.

Ну и что толку было физически истязать себя в качалке, пытаясь усмирить своих внутренних демонов? Ведь стоит Дашке лишь появиться на горизонте, как эти самые демоны забывают о дисциплине и пытаются выбраться из меня.

– Заходи, нам на один этаж, – настойчиво говорю девушке.

Она упрямо качает головой и недовольно бросает:

– От тебя воняет, Артём. Я с тобой не поеду.

Воняет? Она серьёзно?

Если бы не чувства к этой девчонке, я бы прямо сейчас её грохнул. Тихо зарычав, бросаюсь вперёд, хватаю Дашку за ворот кофты и дёргаю на себя. Она оказывается в кабине лифта, я жму на кнопку, и двери закрываются.

– И чем же от меня воняет? – зависнув над её лицом буквально в сантиметре от губ, едва себя сдерживаю, чтобы не попробовать эти самые губы на вкус.

В Дашкиных глазах нет ни капли страха. Она дёргает за полотенце на моей шее и брезгливо морщит носик.

– По́том, конечно! – фыркает девушка.

Конечно, она лжёт. Ведь я пользуюсь дезодорантом. Но ведь ей так чертовски нравится задевать меня. Постоянно.

– А от тебя пахнет карамелью. Такая сладкая-пресладкая конфетка. Ммм… – начинаю шептать напротив её губ, выбрав другую тактику.

Сила и напор с Рязановой не работают. Это уже проверено. А вот теперь она явно напугана. Косится на цифры над дверью – мы уже на четвёртом.

Я тут же бью по кнопке «стоп».

– Что ты делаешь?! – шипит Даша мне в лицо.

Пытается добраться до кнопки, но я оттесняю её в другой угол.

– Я хочу, чтобы ты согласилась на сделку. Не выпущу тебя, пока не скажешь «да»!

Иду ва-банк, потому что хочу только её.

Наше время чертовски ограничено, лишь эти каникулы. Отец не позволит мне быть с кем-то типа Дашки. У Тимура до недавнего момента была Гордеева. Она такая же, как мы, поэтому подходила ему. С точки зрения отца. Но и брат теперь одинок. Отец сказал, что и слышать не хочет ни о каких отношениях, пока мы не закончим школу. Потом Тим будет пахать в боксе, а я уеду в Принстон. Это уже решено.

– Ты шутишь, да? – Дашка смотрит на меня со злостью. – Что, будешь шантажировать?

– Если придётся, – спокойно киваю. – Да ладно, что тебе стоит, а? Сходим на несколько свиданий. Кино, ресторан. Погуляем по городу, посидим у моря. Я научу тебя, как надо себя вести на важном званом ужине.

– А я типа не умею себя вести? – фыркает она.

Вероятнее всего, умеет, но мне же нужен повод основательно к ней приклеиться. Вот и буду учить её хорошим манерам. Этот план кажется мне идеальным, если честно.

Я обхватываю её лицо ладонями и всем телом прижимаюсь к ней так, чтобы она не могла вырваться.

– Если не скажешь «да», я тебя поцелую, Рязанова. И целовать буду до тех пор, пока кто-нибудь не вскроет лифт.

Кажется, последние фразы наконец производят должный эффект. Её лицо становится испуганным.

– Не вздумай!

Она совершает слабую попытку вырваться, но это невозможно. Я наклоняюсь ещё ниже. Мои губы почти касаются её губ.

– Ладно-ладно! – выпаливает Дашка.

– Я не слышу… – поддразниваю её.

– Да! – отрезает Рязанова. – Да, я схожу с тобой на этот чёртов банкет.

– А ещё?

Она закатывает глаза.

– И буду ходить с тобой на свидания… – протягивает изменившимся голосом.

Отлично!

Желание её поцеловать болью отзывается в сердце. Губы буквально саднит от потребности прижаться к её губам.

– Артём, я же согласилась! Отпусти меня! – теперь её голос звучит твёрдо.

Ещё секунду…

Глубоко вдохнув, впитываю в себя сладость её кожи. Опускаю руки и делаю шаг назад, не сводя взгляда с Дашки. Удар по кнопке вновь приводит лифт в движение. Дёрнувшись вверх, он тут же замирает на пятом. Двери раскрываются. Рязанова вылетает в коридор и несётся к своему номеру. Я улыбаюсь и кричу ей вслед:

– Будь готова к пяти! Я за тобой зайду!

Глава 7

Даша

Вот чёрт!

Заламывая пальцы, я нервными шагами меряю гостиную своего номера. От одной стены до другой двенадцать шагов. И я не знаю, зачем мне сейчас эта информация…

Ужасно нервничаю. И злюсь, что согласилась на эту дурацкую сделку.

Что, я не могла его оттолкнуть?

Начать драться! Кусаться, в конце концов!

Но нет же, я сказала «да»! Чёртово «да» безоговорочно изменило моё будущее, а точнее, ближайшую неделю.

И что мы будем делать на этих свиданиях? Как парочка себя вести?

И мне совершенно не понятно, зачем ему девушка на какой-то там банкет. И я совсем не хочу встречаться с отцом братьев Соболевых. Сейчас он является директором нашего пансиона. Вроде как временно, но пока он там. И в каждого ученика этот мужчина вселяет страх.

Стук в дверь обрывает мои размышления. Смотрю на часы, уже без двух минут пять. Это наверняка Артём. Но открыть я не решаюсь.

– Да-ша!.. – раздаётся его голос из коридора. – Ну это же глупо, не находишь? У тебя не получится спрятаться! Во всяком случае, не в этом отеле. Управляющий знает меня с самого детства и, если что, легко одолжит ключи от любого номера.

Ведь он блефует, верно?

А если нет?

Артём барабанит в дверь, явно не собираясь сдаваться.

Вздохнув, пересекаю гостиную и всё-таки распахиваю дверь. Встречаюсь с внимательным взглядом синих глаз. Они исследуют моё лицо, потом взгляд спускается ниже.

Нет, я не наряжалась. На мне просто джинсы, кофта и кожаная куртка. А вот Артём выглядит на все сто, как бы сложно ни было это признать. В джинсах и куртке типа авиатор он смотрится довольно мужественно.

– Готова? – уточняет он с улыбкой. – Тогда пошли.

Артём идёт к лифту, я закрываю номер и плетусь за ним.

– И что у нас по плану? – спрашиваю без энтузиазма.

– Сейчас кино. Потом ужин, – отвечает Артём, бросив на меня взгляд.

Мы заходим в кабину лифта. С недавних пор я чувствую себя неуютно в замкнутых пространствах. Как только двери лифта закрываются, смещаюсь к стене, чтобы быть как можно дальше от Соболева. Заметив это движение, Артём, будто нарочно, встаёт очень близко ко мне.

– Давай обсудим некоторые детали, ладно? – надавив на его грудь, отталкиваю от себя и перемещаюсь к двери.

– Какие? – Артём подпирает меня сзади.

Я нервно смотрю на цифры на табло над дверью. Третий этаж, второй… И, наконец, первый. Двери открываются, я выскакиваю в фойе. Артём догоняет и шагает рядом.

– Мы встречаемся строго по договорённости, – начинаю загибать пальцы. – Никаких неожиданных визитов быть не должно. Ты не претендуешь ни на какие поцелуи. Не держишь меня за руку. И ведёшь себя скромно, без глупых приколов в виде воровства моего нижнего белья.

Да, такое было. В школе Артём как-то раз украл мой лифчик и угрожал мне, что подкинет его жене физрука.

Мерзкий тип этот Соболев!

– Это всё? – интересуется он, поймав мою руку и переплетая наши пальцы.

Разве я только что не сказала ему, чтобы он так не делал?

Мы выходим на улицу. Останавливаемся. Я пытаюсь выдернуть руку, но он слишком крепко её держит. Его проникновенный взгляд упирается в моё лицо.

– Никаких дурацких правил я соблюдать не буду, – произносит он твёрдым голосом. – Ты согласилась на эту сделку, значит, мы теперь пара на все осенние каникулы. А вернёмся в пансион – обещаю, что даже не посмотрю в твою сторону.

Это было бы идеально!

– И всё же, – я дёргаю рукой в очередной попытке выбраться. Не выходит. – Ты должен объяснить мне некоторые детали.

– Какие? – густая бровь парня вопросительно изгибается.

– Что за банкет? И почему ты должен быть с девушкой?

На его лице появляется какое-то странное выражение, но я не понимаю, чем оно вызвано. Это такой страшный секрет? Или очередной прикол в стиле Соболевых?

– Наше такси, – Артём тянет меня к дороге, так и не ответив. – Пойдём, Рязанова. Сеанс через двадцать минут, не хочу пропустить трейлеры новинок.

Подводит меня к белому рено. Открывает заднюю дверь, ждёт, когда я устроюсь в кресле. Потом обходит машину и садится рядом со мной. Водитель сразу трогается с места. Видимо, Артём заказал такси через приложение, и таксист знает адрес.

На пару минут в салоне повисает молчание, а потом я дипломатично спрашиваю:

– Ты любишь смотреть трейлеры новых фильмов?

Он поворачивается ко мне лицом и отвечает немного настороженно:

– Ну да… Не сказать, что я люблю рекламу… Но трейлеры к фильмам снимают реально зачётные.

– Да, – оживлённо киваю. – Так и хочется остаться в кинотеатре и посмотреть каждый фильм…

– Только они ещё не вышли в прокат, – говорим синхронно и оба хмыкаем.

Между нами появляется явно ощутимая неловкость.

Ну ладно я. Я вообще не знаю, как себя ведут на свиданиях. Но этот парень видел моё бельё! Почему он-то стесняется? А где же вся его самоуверенность? Глупые пошлые шуточки?

Я отворачиваюсь к окну, потому что мне сложно выдержать прямой взгляд Артёма. И тут же чувствую, как он притрагивается к моему плечу. Поворачиваюсь обратно. Его пальцы скользят вниз по моей руке. Артём гладит меня через куртку. Впиваюсь ногтями в обивку сиденья, по позвоночнику пробегает табун мурашек.

Он останавливается лишь на запястье. Потом накрывает мою кисть ладонью.

– Мы похожи с тобой, Даш, – говорит негромко. – И ты поймёшь это, когда закончатся наши десять… точнее, уже девять дней.

Не думаю. У нас вообще нет ничего общего. Подумаешь, любовь к трейлерам! Просто совпадение, и всё.

Я даже не пытаюсь скинуть руку Соболева со своей, ведь это бесполезно.

Через десять минут мы прибываем на место. Артём выходит первым, а я немного замешкалась, пялясь в окно. В итоге он сам открывает мою дверь, быстро обогнув машину. Подаёт руку.

– Пойдём, Рязанова. Нас ждут трейлеры и места для поцелуев.

Промямлив слова прощания водителю, выбираюсь из салона на улицу. И замешкавшись, торможу перед входом в кинотеатр.

– Ты издеваешься, да? – хмуро смотрю на Артёма. – Я же сказала: никаких поцелуев.

Он тянет меня вперёд. Его рука, похоже, на весь вечер приклеилась к моей!

– Кажется, я нашёл причину, почему ты так против того, чтобы поцеловаться со мной, – Артём криво ухмыляется.

Мы заходим внутрь, и он ведёт меня к лестнице, ведущей на второй этаж. Я вяло перебираю ногами, следуя за ним.

– Ну давай, блесни умом, – бросаю с сарказмом. – Дам тебе две попытки.

– Я отвечу с одной, – парирует парень.

Мы подходим к бару, Артём покупает напитки. Не торопится отвечать, кстати.

– Выбирай попкорн, Даш, – хитро прищурившись, кивает на витрину. – Готов поспорить, ты любишь солёный. Не карамельный, не шоколадный… Солёный. Как и я.

Блин. Я бы хотела сказать, что это не так, но… Он прав, чёрт возьми!

К тому же купил фанту. Именно её я предпочитаю пить, если речь заходит о газированных напитках.

Однако я всё равно решаю слукавить, бросив бесстрастно:

– Мне всё равно, какой попкорн мы будем есть. Я не привередливая.

– Да уж, конечно! – фыркает Артём.

Ну и что это значит?

Но Артём тут же поясняет:

– Ты ни с кем не встречаешься. И не встречалась. По-моему ты очень привередливая, да ещё и с завышенной самооценкой.

Такого поворота я вообще не ожидала. Чтобы один из Соболевых говорил мне подобное.

Немного разозлившись, резко отвечаю ему:

– Мне просто никто не нравится! Об этом ты не подумал?

Артём лучезарно улыбается.

– Я же не осуждаю тебя. Я и сам такой. Привередливый, и от скромности не умру.

Тут не поспоришь… А мне нечего ему ответить, потому что он вновь смог высосать из пальца нашу схожесть. И чертовски рад этому.

Артём покупает солёный попкорн, и мы проходим в зал. Он ведёт меня к нашим креслам. Верхний ряд в самом центре. Садимся, и Соболев сразу поднимает вверх подлокотник, разделяющий нас. Ставит мой напиток в держатель. Потом свой. Я прижимаю к груди огромное ведро с попкорном. Закидываю один в рот.

Свет ещё не погас, а значит, мы не опоздали к трейлерам.

Артём так смотрит на меня, что ещё немного – и дыру в лице прожжёт.

– И, отвечая на твой вопрос, почему ты избегаешь поцелуя со мной, – он делает драматическую паузу, – отвечаю: ты просто не умеешь целоваться. Готов поспорить на что угодно, что ты ни разу ни с кем не целовалась.

Я почти давлюсь попкорном. Почти. Он застревает в горле, но я делаю глоток фанты через трубочку и с невозмутимым видом отвечаю Соболеву:

– Не угадал. Целовалась. И не раз.

Хорошо, что в этот момент гаснет свет, и он не видит моих красных щёк. А ещё мы сразу отвлекаемся на то, что происходит на экране…

Глава 8

Артём

Целовалась, серьёзно?

Гаснет свет, я перевожу взгляд на экран. Включают рекламу какого-то фильма, и я пытаюсь на ней залипнуть, но…

Немного жарко и я снимаю куртку.

– С кем ты целовалась? – спрашиваю довольно резко, вновь посмотрев на Дашу.

Она хрустит попкорном и делает вид, что не слышала мой вопрос. Пододвигаюсь ближе и повторяю:

– С кем ты целовалась, Рязанова?

– А? – девчонка невинно хлопает ресницами, поворачиваясь ко мне. – Ты что-то сказал?

– Ты меня слышала, – цежу сквозь зубы.

Мне казалось, я достаточно внимательно наблюдал за Дашей в пансионе. И знаю о ней почти всё. Поэтому либо она лжёт, либо я чего-то всё-таки не знаю.

Да, точно! Летние каникулы! Злосчастные три месяца в году, которые я проводил вдали от Рязановой.

– Артём, отстань, – она отмахивается от моего вопроса. Кивает в сторону экрана. – Смотри, трейлер крутой. Я хочу узнать, что это за фильм.

На экране какое-то кровавое месиво. Наверняка реклама хорорра или чего-то в этом роде. И пока она, уставившись в экран, наблюдает за живописной картинкой, я наблюдаю за ней.

На очередном страшном моменте Дашка вздрагивает и зажмуривается. Потом распахивает глаза, нервно улыбается. В общем, получает эмоции от просмотра.

Я тоже получаю… Пока залипаю на ней.

Следом запускается ещё один трейлер, на этот раз к комедийному фильму. Даша улыбается, тыча пальцем в экран, комментирует, что обожает этого актёра. Я не знаю, про кого она говорит, потому что не смотрю.

Я всё ещё не могу оторваться от её лица.

Последний год я не раз задавался вопросом, какие парни ей нравятся. Могла бы она обратить на меня внимание, не будь мы по разные стороны баррикады? Мы с братом с одной стороны, Даша с друзьями – с другой. Ведь по сути мы с ней были врагами.

– А какой, кстати, фильм будем смотреть? – внезапно спрашивает Даша.

Моргнув, перевожу взгляд с лица девушки на экран. Трейлеры закончились, и сейчас показывают ролик о поведении в кинотеатре.

– Ужасы, – отвечаю с улыбкой и вновь поворачиваюсь к ней. – Ты ведь их любишь, верно?

Она поджимает губы и нехотя признаётся:

– Ну да… Только не говори, что ты тоже.

Да, люблю пощекотать себе нервы. А ещё в подобных фильмах злодей обычно намного хуже моего отца, но главный герой как-то выживает при этом.

Снова улыбнувшись, киваю:

– И это не все наши с тобой совпадения. Уж поверь.

Дашка фыркает и отворачивается от меня.

Запустив руку в ведро с попкорном, загребаю побольше. На экране уже идут начальные титры, и я в качестве передышки решаю глянуть фильмец. Там очередная история туристов, свернувших не туда.

Но едва дожевав попкорн, понимаю, что мне уже не хватает общения с Дашкой. К тому же, у фильма слишком долгое и нудное начало.

Придвинувшись поближе к девушке, устраиваю руку на спинке её кресла. Она бросает взгляд через плечо, заметив это. Я невозмутимо объясняю:

– На случай, если ты испугаешься. Я смогу сразу тебя обнять.

Дашка вновь фыркает.

– Смотри, сам в штанишки не наложи!

Я оскаливаюсь.

Вот же колючка!

Вновь загребаю горсть попкорна. Забрасываю его в рот.

За просмотром и не замечаем, как съедаем его. Забрав пустое ведёрко из рук девушки, ставлю его на соседнее кресло.

Моя рука всё ещё лежит на спинке её кресла, и у меня аж пальцы ломит, как хочется прикоснуться к её плечу. Но когда наступает первый страшный момент в фильме, Дашка его стойко выдерживает, даже не вздрогнув. А вот по залу проносятся испуганные возгласы и нервные смешки.

В течение следующего получаса сюжет фильма начинает накаляться. От волнения Даше становится жарко, и она снимает куртку. Остаётся в тоненькой кофточке с v-образным вырезом. Не слишком глубоким… Но всё же я залипаю на нём.

Очередной неожиданный кошмарный момент всё-таки заставляет Дашку вздрогнуть и вжаться в мою руку.

Наконец-то…

Я прижимаю девушку к себе. Страшный эпизод затягивается. Опасность поджидает главного героя за каждым углом. Да ещё эта музыка… Давящая, нагнетающая ужас.

Даша закрывает глаза рукой. Нервно хихикает.

– Что там, Тём? Он выбрался? Нашёл выход?

Я не знаю…

Тём?..

Мне чертовски понравилось, как это сказала именно она.

– Чего молчишь? Его убили? – она растопыривает пальцы и смотрит на экран в тот момент, когда на героя нападает монстр. Вскрикивает от ужаса: – Ай!!

И сразу же вновь хохочет, видимо, чтобы скрыть то, что действительно испугалась.

Я притягиваю её к себе ещё ближе. Голову прижимаю к своей груди. Для надёжности накрываю её руку, которую она держит на лице, своей, чтобы точно не подглядывала в экран.

– Не смотри, – говорю, понизив голос. – Это просто ужасно.

– Что там? – Даша немного ёрзает в кресле, но не пытается отпрянуть от меня.

Из всех динамиков кинотеатра орёт музыка и слышатся громкие чавкающие звуки. Монстр поедает героя – видимо, он не был главным.

Картинка сменяется, и там уже не происходит ничего страшного. Но я предпочитаю не отпускать Дашу.

– Ещё не всё… Подожди, тебе лучше этого не видеть, – нагло вру ей.

Дашка отдирает мою руку от своих глаз и смотрит на экран. Видимо, поняла, что всё уже закончилось, именно по звуковому сопровождению.

– Соболев! – восклицает возмущённо. Отстранившись, вмазывает мне по плечу.

– Что? – спрашиваю совершенно серьёзно, не сводя внимательного взгляда с её лица.

Даша долго молчит, а потом негромко произносит:

– Ничего.

Устраивается в кресле поудобнее и возвращается к просмотру фильма. И до самых титров больше на меня не смотрит.

Интересно, что так сильно её задело? Что я распускал руки? Или то, что она позволяла мне это делать?

***

Мы покидаем зал, выходим в фойе. Взяв Дашу за руку, тяну её вправо, к сосредоточению огромного количества ресторанов быстрого обслуживания. Подвожу к свободному столику. Вешаю наши куртки на спинки стульев.

– Что ты будешь? – оглядываю ассортимент блюд на витринах. – Пиццу? Бургеры?

– Угадай! – дерзко бросает она, посмотрев на меня с вызовом. – Давай же, Артём. Ты же всё обо мне знаешь! И мы же так похожи!

Она опускается на стул. Продолжает смотреть на меня и, быть может, ждёт, когда я совершу ошибку.

Но этого не будет.

– Ладно, жди здесь, – подмигиваю ей, принимая вызов. – Скоро вернусь.

Подхожу к ресторану с домашней кухней. Заказываю овощной салат, молодую отварную картошку и котлеты на пару. Всего по две порции. И зелёный чай.

Да-да! Именно так. Не какой-нибудь вкусной и чертовски неполезной еды, а то, что обычно Даша выбирает в пансионе.

Она следит за тем, что ест и пьёт. Попкорн и газировка в кинотеатре – исключение из правил. А вообще-то, она немного помешана на правильном питании.

Возможно, здесь мы не слишком похожи, но я готов притвориться, что тоже это люблю.

Расплатившись, несу поднос с нашим ужином к столику. И вижу, как Даша удивлённо вскидывает брови.

– Знаешь, а я уже уговорила себя на пиццу, – бросает она в некотором замешательстве. – Думала, здесь нет ничего, кроме фастфудов.

– Как видишь, есть, – поставив поднос на стол, сажусь напротив девушки. – Налетай, Рязанова. Здесь всё, что мы оба любим.

Посмотрев на меня с недоверием, хватается за вилку. Наколов листик салата, кладёт его в рот. Медленно жуёт, не сводя с меня взгляда.

Похоже, мне тоже придётся это есть… Я начинаю с картошки. Немного недосолено, но, в целом, недурно.

Несколько минут мы ничего не говорим, налегая на еду. И довольно быстро расправляемся с ней.

– Ну ладно… – она откидывается на спинку стула, вытирает губы салфеткой. – Давай начистоту. Ты действительно веришь в то, что мы похожи?

– А почему бы и нет? – я делаю глоток чая и прикладываю тонны усилий, чтобы не скривиться от его вкуса. – Давай начнём с малого. Например, музыка. Что обычно ты слушаешь?

Даша размышляет пару секунд.

– Я обычно не запоминаю исполнителей, – признаётся немного стыдливо. – Просто иногда…

Но не успевает закончить, потому что я перебиваю её:

– Иногда понравилась песня, и ты с трудом находишь её в интернете по строчкам, которые запомнил. А потом слушаешь и слушаешь. Так часто, что к вечеру и слова уже наизусть выучил. А вот исполнителя забыл.

Она кивает.

– Я думаю, так делают миллионы людей.

Может быть, да, а может, и нет. Но всё же я попал в точку.

– Хорошо, тогда ты предлагай, что будем сравнивать, – решаю передать ей инициативу.

Она задумчиво постукивает пальцем по нижней губе. Потом выпаливает:

– Цвет! Любимая цифра! И марка машины.

Неожиданно начинает внимательно оглядываться вокруг, явно в поисках чего-то. Не знаю, что она там ищет…

– Подожди секунду!

Вскочив со стула, несётся к ресторану, где продают пиццу. И возвращается с шариковой ручкой в руке. Падает обратно на своё место, протягивает ручку мне.

– Запиши на салфетке свои предпочтения. Потом я напишу. И мы сравним.

Что ж… Она полна сюрпризов.

Когда я забираю у неё ручку, наши пальцы соприкасаются на секунду, и Даша сразу отдёргивает руку.

Чего она боится?

Меня? Или того, что рядом со мной испытывает?

Я склоняюсь над салфеткой, закрываясь от Дашки рукой.

В первой строчке пишу любимый цвет – чёрный. Он практичный. Стильный. Почему бы и нет? На второй строчке пишу цифру. Это восемь. Бесконечность. Банально, но мне нравится бесконечность.

И, наконец, марку машины. Хм… Да Бог его знает, любимой у меня пока нет. Ну пусть будет ламборджини.

Закончив, сворачиваю салфетку вдвое, передаю Даше ручку. Она тоже закрывается от меня, когда пишет свои ответы.

Это будет интересно… Но я решаю поднять ставки, прежде чем мы обменяемся салфетками и сравним результаты. Подаюсь вперёд и накрываю руку девушки ладонью.

– Если совпадений будет два из трёх, то я хочу какой-нибудь бонус, – выдвигаю свои требования.

Даша на секунду задумывается, но руку не выдирает. Похоже, привыкает понемногу, что я дотрагиваюсь до неё довольно часто.

– Хорошо, – соглашается она и тут же диктует свои условия: – Но если совпадений вообще не будет, бонус хочу я.

– Идёт!

Мы меняемся салфетками. Я разворачиваю Дашкину и читаю её ответы.

Цвет – белый.

Цифра – четыре.

Машина – посудомоечная.

Очень смешно!

Рязанова, и правда, начинает хохотать, прочитав мои ответы.

Ну ладно… Может быть, и не во всём мы с ней похожи. А в чём-то даже противоположности. Но это ведь не значит, что мы не можем быть вместе эти девять дней?

Скомкав в кулаке салфетку, бесстрастно смотрю в самодовольное лицо Рязановой.

– Говори, чего ты хочешь.

– Счёт, – тут же бросает она. – Я хочу расплатиться и за кино, и за ужин.

Неожиданный поворот.

– Ты гонишь? Я же на свидание тебя позвал!

Платить ей не позволю, это даже не обсуждается.

– Но я так хочу! – упрямится Рязанова. – Ты проиграл. Я выиграла. Всё честно! Я могу перевести деньги тебе по номеру.

Достаёт телефон из кармана куртки, смотрит в экран. Я тянусь к её руке и тут же забираю айфон себе.

– Ты смухлевала!

– Когда? – невинно хлопает ресницами.

– Сама же говорила про марку машины. А посудомоечная – не марка. Так что… Никакого бонуса ты не получишь.

– Но…

– И платить не будешь! – не даю ей закончить.

А вообще, бонус причитается мне. Просто потому, что я его очень сильно хочу.

Но не против подождать ещё немного.

– Ты так и не сказал, что это за банкет, – говорит Дашка, когда мы уже едем на такси в отель. – По случаю чего?

– У Тимура будет бой. Приедет отец. И, надеюсь, этот ужин будет в честь победы брата.

– А-а… Ясно. А зачем я там нужна?

Отвечать я не собираюсь… Ведь Даша там действительно не нужна…

Подсаживаюсь поближе. Кладу руку на спинку кресла и осторожно обнимаю девушку за плечи.

– Ты можешь хоть иногда не пытаться контролировать всё вокруг? – говорю совершенно серьёзно.– Давай представим, что мы не знакомы. И мы не одноклассники. Я просто парень, а ты просто девчонка. И мы понравились друг другу. Мы же можем притвориться, верно?

Даша напряжённо молчит, вглядываясь в моё лицо.

Я точно не притворяюсь. А она?

Я ей совсем не нравлюсь? Или она так сильно меня ненавидит, что я никогда не дождусь от неё хотя бы симпатии?

– Притвориться? – задумчиво переспрашивает она. – А тебе этого хватит?

– Более чем, – отвечаю немного резко. – Короче, притворись моей, ладно? Без лишних вопросов и копания.

– Это как-то странно, – бубнит себе под нос Даша и больше ничего не говорит.

И своим молчанием в итоге даёт согласие на всё, что я ей приготовил.

Такси подвозит нас к отелю, мы выходим. Уже десять вечера, но в фойе кипит жизнь. Мы заходим в лифт, и он слишком быстро привозит нас на пятый. А когда двери открываются, лоб в лоб сталкиваемся с моим братом.

Глава 9

Даша

Вот он – дьявол во плоти! Тимур Соболев.

То же лицо, что и у Артёма. Тот же цвет глаз. Вот только взгляд жёсткий и ледяной. А у Артёма чаще всего несколько отстранённый, даже отсутствующий. Правда, сегодня был весёлый.

Братья, вообще-то, внешне очень сильно похожи друг на друга. И кто их не знает, легко может перепутать. В пансионе в самый первый год их тоже сначала путали. И тогда они стали носить разные причёски. Да и одежду выбирали разную по стилю. Тимур носит в основном спортивку. А Артём – футболки поло и джинсы.

Увидев нас, Тимур хмурит брови и делает шаг назад, давая возможность выйти из лифта. Кажется, он собирался куда-то ехать, но явно передумал.

– Брат, – кивает он Артёму, а потом переводит взгляд на меня. – Рязанова.

Я не могу не ответить язвительно:

– Мистер задница!

Тимур прожигает меня гневным взглядом, а я смотрю на Артёма, который, судя по всему, пытается скрыть улыбку.

– Я пойду, – говорю ему.

Он просто кивает, не собираясь отвечать мне. Между двумя братьями явно происходит зрительный поединок. А я между ними как меж двух огней. И мне немного дурно, если честно.

Быстро ретируюсь. Открываю дверь номера и залетаю внутрь. Прижавшись спиной к двери, невольно слышу их разговор:

– Где вы были? – недовольно выплёвывает Тимур.

– С кем? – бесстрастно уточняет Артём.

– Твою ж мать, Тёмыч! Давай без этого цирка! Где ты был с Рязановой?

Я не должна подслушивать… Это некрасиво. Но очень хочу, поэтому остаюсь на месте и вжимаю ухо в дверное полотно.

– Мы просто гуляли, – негромко отвечает Артём, а потом говорит ещё тише: – Не лезь в это, брат. Я сам разберусь.

– Разберёшься с чем? – цедит Тимур сквозь зубы. – Разберёшься так же, как на гонках? Из-за неё снова нас подставишь?

О чём он говорит?

Тимур гневно продолжает:

– Она хоть спасибо тебе сказала за то, что помог ей свалить от гаишников?

Я прижимаю ладонь к губам, чтобы заглушить удивлённое «оох». Сразу вспоминаю вчерашний вечер. Мы с Машкой никак не могли выбраться из затора, ещё чуть-чуть – и не смогли бы совсем. Патрульная машина была так близко… И что сделал Артём? Он врезался в них!

Значит, Артём сделал это для нас? Для меня?

Не могу в это поверить!

В кармане моей куртки звонит телефон. Да так громко, что наверняка его слышно и в коридоре. Оба брата замолкают, я же уношусь подальше от двери. Закрываюсь в спальне. Достав телефон, принимаю вызов. Он от мамы.

Стандартный разговор. О том, как у меня дела, и чем я занималась весь день. А также она сообщает, что приедет, скорее всего, послезавтра, и мы наконец сможем вместе погулять по городу. Потом мама желает мне спокойной ночи, и мы прощаемся.

Но какое там! О спокойствии мечтать не приходится, когда рядом живут братья Соболевы.

Да как меня угораздило-то?!

Одного я всем сердцем ненавижу. А второй… Не знаю… Сегодня моя ненависть к нему значительно поубавилась. Необычное чувство – думать об Артёме без привычного сарказма…

Я возвращаюсь в гостиную, приближаюсь к двери и прислушиваюсь. Кажется, они ушли, потому что в коридоре тихо. Чтобы убедиться, открываю дверь и выглядываю наружу.

Никого.

Что ж… ладно.

Завтра я признаюсь Артёму в том, что слышала их разговор с Тимуром. И скажу ему «спасибо» за его легкомысленный, но очень геройский поступок на тех дурацких гонках.

***

Утро встречает меня хорошей погодой, а точнее – ярким солнцем, бьющим в окно. Будучи в пансионе, сейчас впору было бы надевать шапки и варежки, а здесь, за тысячу километров от школы, так тепло, что днём достаточно лишь футболки с длинным рукавом.

Привожу себя в порядок и решаю прогуляться к морю, прихватив с собой завтрак. В отеле шведский стол, и я, взяв контейнер, кладу туда пару варёных яиц и сандвич с курицей.

Выхожу из гостиницы через задний вход. Здесь самый близкий путь к берегу.

Сначала перехожу узкую набережную, а потом спускаюсь по лестнице. Очутившись на почти безлюдном пляже, шагаю к большим подвесным качелям. Такие здесь через каждые несколько метров.

Забравшись на качели с ногами, открываю свой контейнер. Откусив кусочек сандвича, смотрю на море. Оно немного волнуется, переливаясь всей палитрой голубых, лазурных, синих оттенков. Очень красиво…

Совершенно неожиданно за моей спиной кто-то прокашливается, и я оборачиваюсь. Какой-то парень… Мой ровесник или немного старше меня… И смотрит так, словно собрался заговорить со мной.

Что ему нужно?

– Привет,– говорит он с улыбкой и обходит качели, чтобы встать перед моим лицом. – Как тебе вид?

– Вообще-то, сейчас я ничего не вижу, – реагирую весьма недружелюбно.

Возможно, Артём вчера был прав. Иногда я слишком привередлива.

– А я не про море, – ухмыляется парень. – Я про себя.

Невольно хохотнув, прикрываю рот рукой. Ну ладно, может, он и не так плох, раз за секунду меня рассмешил. Я решаю вступить в игру и осматриваю его с ног до головы.

Светло-русые волосы, серо-голубые глаза… Рост примерно метр восемьдесят. Плечи широкие. Красивая белоснежная улыбка. Одежда на нём, похоже, довольно дорогая.

Очередной мажор, что ли? Нет уж, мне это не нужно.

– Знаешь… – я откусываю сандвич и продолжаю с набитым ртом: – Вид на море намного интереснее. Так что, будь добр – иди, куда шёл.

– Нет, ты, наверное, не разглядела, – он делает шаг ко мне. – Или у тебя со зрением проблемы?

Парень явно злится, что я его отвергла. В одно мгновение с его лица сползает улыбка, а в глазах появляется упрямство.

Ясно. Уходить не собирается. Ещё и садится рядом.

Я бросаю сандвич в контейнер и собираюсь встать. Но этот придурок больно стискивает моё запястье.

– Ай! Ты что творишь?! – с негодованием пытаюсь вырываться.

Страха не чувствую, лишь подкатывающую к горлу ярость.

– Сиди смирно! – тихо рычит он прямо мне в лицо. – Тот парень… Он заплатил мне, чтобы я тебя припугнул.

– Что? Какой ещё парень?

Дёргаю головой, пытаясь обернуться, но незнакомец хватает меня за подбородок.

– Эй, не смотри! Не пали контору!.. Я ничего тебе не сделаю. Ты просто должна ещё немного мне посопротивляться. А потом я уйду.

Господи… Бред какой-то!

– У тебя, вообще, все дома? – возмущённо смотрю на него. Продолжаю попытки освободиться от его захвата. – Скажи, кто тебе заплатил!

– Я его не знаю, – пожимает плечами. – Но сумма солидная.

– Ну да, хватит на шмотки и гель для укладки волос! – выплёвываю с сарказмом.

Теперь я вижу, что весь его образ – фальшивка. И шмотки не брендовые, а только копия. Причём не самая лучшая.

– Слушай, ты такая язва… – оскаливается он. – Жаль, что мне не заплатили за то, чтобы дать тебе хорошую затрещину.

– А ты попробуй!

Начинаю вырываться ещё отчаяннее. В итоге мой контейнер летит на гальку. Сандвич из него вываливается и разлетается на части.

– Упс! Осталась без завтрака, – с издёвкой комментирует парень.

Я сейчас сама ему врежу!

Впрочем, он меня быстро отпускает. И, невозмутимо бросив «ничего личного», уходит дальше по берегу.

Я вскакиваю с качелей и поворачиваюсь в сторону гостиницы.

Кто заплатил этому придурку? Кто?

На набережной – только редкие прохожие, да и на самом пляже поблизости не видно ни души… А вот в дверях отеля я замечаю широкую спину парня, обтянутую знакомой футболкой…

Артём.

Сволочь! Зачем он это сделал? Хотел спасти от приставшего ко мне гада, словно рыцарь в сияющих доспехах? Так что ж не спас?

Я собираю остатки еды в контейнер и, не закрывая его крышкой, оставляю рядом с большим валуном. Возвращаюсь к качелям, вновь забираюсь на них с ногами и смотрю на то, как мой сандвич ест бездомная собака. Здесь на пляже их полно. Нужно принести им что-нибудь ещё… Но желания идти в отель у меня нет.

Телефон вибрирует, оповещая о сообщении. Оно от Артёма.

Номерами мы обменялись ещё вчера, чтобы он каждый раз не ломился в мой номер, и мог просто написать или позвонить.

Пробегаю взглядом по тексту.

«Видел тебя на берегу, никуда не уходи, сейчас буду».

Ой, да не надо уже!

Да пошёл ты, Тёма, лесом!

Вот что я хочу ему ответить, но, скрипнув зубами, пишу: «Приходи».

Я не стану говорить ему, что уже его видела. И что знаю о том, что он сделал! Лучше посмотрю, что ещё у него на уме…

Глава 10

Артём

– Привет, – бросаю я сестре, пересекая гостиную и останавливаясь у спальни брата.

– Его там нет, – тихо говорит Лерка.

– Уже уехал? – поворачиваюсь к ней.

Я только встал. На часах девять утра, а Тимур уже умчался на тренировку. Он пашет, не покладая рук.

– Да, Тим ушёл минут пять назад, – сестра кивает, не сводя взгляда с экрана телека.

Там какая-то передача про животных. В данный момент лев поедает зебру…

– Ты вообще собираешься вставать с этого дивана? – подхожу ближе к Лерке.

Она провела здесь, возле плазмы, весь вчерашний день и, похоже, всю ночь.

– Мне всё равно нечего делать, – она так и не смотрит на меня, продолжая пялиться в экран.

Становится вдруг тревожно от её странного пассивного поведения. Обычно она полна энергией, и не может долго усидеть на месте.

– Лер, что-то случилось?

Пару раз моргнув, она переводит взгляд на меня. Качает головой.

– Нет. Всё просто супер! – в её голосе явный сарказм.

Возможно, Лерка обижается, что мы мало проводим с ней времени. Тимур занят боксом, а я Рязановой. Но почему я должен быть её нянькой?

Решаю больше не приставать к ней с вопросами. Иду в ванную, бросив на ходу:

– Через пять минут пойдём завтракать!

Когда выхожу из ванной, Лера сидит всё там же и в той же позе.

– Я не голодная, – сразу говорит она.

Да что случилось-то?

Подхожу к дивану, сажусь рядом с сестрой. Кладу руку ей на плечи.

– Так, всё, колись. Что произошло? Ты поругалась с Тимом?

– Нет, – выдыхает она.

А я вижу, что у неё глаза на мокром месте.

– Лер… ты меня пугаешь, – притягиваю её к себе. – Мы что-то сделали не то?

– Да при чём здесь вы? – вдруг вспылив, она резко вскакивает. – Поверь мне, мир не крутится вокруг вас с Тимуром!

Лерка несётся к дверям своей спальни. Я подрываюсь за ней. Правда, дверь захлопывается перед моим носом. А сестра выкрикивает:

– Оставь меня в покое!!

Она, конечно, всегда была с характером, и отнюдь не мягким и пушистым. И я зачастую не понимал её странностей. А сейчас совсем ничего не понимаю!

Вероятнее всего, она всё же обижена. И сейчас пытается привлечь к себе внимание.

Тихо стучу в дверь.

– Лер…

– Отвали от меня, Тём! Иди, занимайся своими делами! – выплёвывает она со злостью. А потом добавляет уже более спокойным тоном: – Вечером поговорим.

Что ж… ладно… Но я считаю своим долгом сказать ей:

– Телефон у меня с собой. Звони в любое время.

Лера не отвечает, и я ещё несколько минут мнусь на месте. Потом всё-таки ухожу.

Оказавшись в коридоре, сразу подхожу к номеру Рязановой и стучу в дверь. Но там, похоже, пусто. В этот момент слышу, что лифт замирает на нашем этаже, и оборачиваюсь. Двери разъезжаются в стороны, и выходит Тим. Почему-то в моей футболке…

– Ещё только девять, а ты уже топчешься возле её номера, – бросает брат с недовольством.

Он идёт к нашему люксу, а я шагаю за ним следом. Мой взгляд невольно перемещается к морю за окнами. На берегу на качелях сидит Дашка. Я могу узнать её даже на таком расстоянии.

Так вот она где…

– Ты чего вернулся? – спрашиваю Тимура, проходя за ним в гостиную.

– Кое-что забыл, – отвечает он, не останавливаясь, и направляется к своей спальне.

– Окей… А почему ты в моей одежде?

Тим замирает. Медленно разворачивается и опускает взгляд на футболку.

– В твоей? – удивляется он. – Хм… Да… точно. Значит, ещё и переоденусь.

Подняв глаза, смотрит на меня… И я вижу в его взгляде что-то такое… подлое. Так Тимур смотрит, когда задумал что-то действительно мерзкое.

– Ладно, мне некогда, – бросает он небрежно.

– Подожди… – я подхожу ближе. – Ты не знаешь, что с Леркой?

– Я всё слышу! – подаёт голос сестра из-за двери своей спальни.

И Тимур отвечает одними губами:

– Не парься, я с этим разберусь.

Вот это мне и не нравится!.. Все его, как он сказал, «разберусь» – обычно контролирую я. А сейчас я слишком занят Рязановой…

Тимур скрывается в своей спальне, а я выхожу из номера. Пишу Даше сообщение, что скоро приду к ней. Спускаюсь на первый этаж, иду в ресторан. Закинув в себя много неполезной еды, беру с собой два стаканчика с зелёным чаем и пирог с вишней.

Я не знаю, завтракала ли она, но пирог выглядит чертовски аппетитно.

Покинув отель, иду к морю. Даша сидит всё там же – на качелях. Возле её ног лежит собака.

– Ты уже нашла себе компанию, да? – сажусь рядом с Дашей.

Не могу не улыбаться, увидев её. А вот она, наоборот, выглядит как-то подавленно.

– Я принёс тебе завтрак, – протягиваю Даше бумажный пакет и чай.

Наклонившись, она задумчиво теребит пса за ухом. Потом всё-таки поворачивается ко мне и протягивает руку.

– Что там?

– Вишнёвый пирог.

– Я его не люблю, – отрезает Дашка. – Видишь, Артём, сегодня все чары рухнули, и ты перестал быть таким гениальным пикапером.

– Пикапером? – я пытаюсь рассмеяться. – Вот кем ты меня считаешь?

– Да, это же очевидно, – без тени улыбки кивает Даша.

Забирает чай и пирог. Достав из бумажного пакета лакомство, отламывает кусок и подносит к носу собаки. Пёс, понюхав, выхватывает пирог из руки Дашки. Прожевав, облизывает ей пальцы.

– Вкусно, да? – воркует она с ним.

А на меня даже не смотрит.

Дожили… Теперь я ревную к собаке.

Дашка скармливает весь пирог псу, а сама пьёт чай.

– Спасибо, кстати, – произносит нехотя, по-прежнему не глядя на меня.

Её взгляд устремлён в сторону горизонта, а я снова пялюсь на её профиль. Она красивая, даже очень… Мы учимся вместе пятый год, и она буквально расцвела за это время. Роскошные волосы, красивое лицо. А фигура… Такая, что слюнки текут. Так и сжал бы в объятьях.

– Даш, я не пикапер, – хмыкнув, легонько толкаю её плечом.

Она не реагирует. Но наверняка её напрягает мой пристальный взгляд, потому что Дашка всё-таки поворачивается ко мне. Сначала смотрит в глаза, а потом её взгляд ползёт вниз, на мою одежду.

– Ты переоделся, – замечает она задумчиво.

Но больше ничего не говорит.

Может, сегодня день такой? Магнитная буря? Затмение?

Сейчас Дашка выглядит как Лерка. Так, словно её обидели.

Но я вроде ничего такого не сделал…

– Познакомишь со своим новым другом? – киваю на пса у её ног.

Моргнув, Дашка тоже переводит на него взгляд, и на её губах расцветает немного неуверенная улыбка.

– Он не сказал мне, как его зовут…

– Тайсон! – неожиданно орёт кто-то за нашими спинами. – Тайсон, ко мне!!

Мы оборачиваемся. К нам приближается какой-то мужик с поводком в руке.

– Это Ваш? – Дашка изумлённо взирает на собаку и на его хозяина.

Пёс уже вовсю вьётся у его ног.

– Да, – мужик глухо смеётся, потрепав пса за холку. – Пол утра его ищу. Не бойтесь. Он, вообще-то, неагрессивный.

– Что Вы, что Вы! – восклицает Дашка. – Он составил мне отличную компанию. Мы даже вместе позавтракали.

– Вот попрошайка!

Хозяин собаки расплывается в улыбке. Пристёгивает поводок к ошейнику, который, оказывается, был на шее пса. Но под густой шерстью его тяжело было разглядеть.

– Здорово, что он не бездомный, – с улыбкой говорит Дашка. – И что Вы так быстро его нашли.

– Хорошего дня, молодёжь, – машет нам на прощание мужик. Обращается к псу: – Пошли домой, Тайсон!

Тот, виляя хвостом, уходит с хозяином.

Мы с Дашкой переглядываемся. И если незнакомцу с собакой она улыбалась, то мне явно не собирается. Вздёрнув нос, вновь смотрит на море.

Это злит!

Я вскакиваю с качелей. Встаю перед ней.

– Рязанова, ты не с той ноги встала?

Она равнодушно пожимает плечами.

– Возможно… А что? Такая девушка тебе не нужна? Она должна быть всё время как кукла? Постоянно улыбаться?

– Нет! – отрезаю я. – Мне нужна нормальная. Не кукла. Живая! Но нормальная!

– Значит, я ненормальная. Смирись, Артём!

Если прямо сейчас не уйду, то мы наговорим друг другу лишнего.

– Увидимся позже, – бросаю ей и обхожу качели.

Мне в спину доносится:

– Ты ещё не передумал? Может, откажешься от этой дурацкой сделки?

Развернувшись к ней, отвечаю:

– Не дождёшься. Я не изменю своих планов.

А про себя добавляю: «Нравится тебе это или нет, но на все каникулы ты моя. Со всеми вытекающими последствиями».

Иногда мне хочется быть моим братом, чёрт возьми! Потому что он никогда не задумывается о последствиях своих действий. И всегда прёт напролом. В то время как я полон сомнений.

Но я не он… Хотя… Можно попробовать и его тактику.

Глава 11

Артём

Я же говорил Дашке, что могу взять ключ от её номера. И взял.

Потому что с самого утра она избегала меня.

На звонки и сообщения не отвечала. И по номеру, видимо, передвигалась на цыпочках, потому что там всё время стояла гробовая тишина. Ну и дверь, соответственно, она тоже не открыла.

Поэтому я сам это сделал.

Управляющий не знает, что я спёр ключ, если что. И я стараюсь не думать о последствиях своего поступка.

Оказавшись внутри, тихо прикрываю дверь за собой. Прислушиваюсь. Негромко играет музыка… Вроде бы в душевой. И вода шумит. Значит, Рязанова в душе.

Это будет чертовски интересно…

Я подхожу к дивану и сажусь. Скрестив руки на груди, упираюсь взглядом в дверь ванной. Минуты через две и музыка, и вода выключаются. Но, кажется, Дашка решает допеть песню…

Невольно улыбаюсь, слушая, как она перевирает все слова. Но голос у неё красивый, мягкий…

Дашка перестаёт петь, и через минуту дверь распахивается. Рязанова в одном полотенце, которое обмотано вокруг её стройного тела и закреплено над грудью, выплывает в гостиную. Волосы и плечи мокрые. Глаза опущены вниз. И пока она меня не замечает.

Идёт к спальне, уже почти заходит внутрь, но вдруг останавливается как парализованная. Медленно поворачивается ко мне.

А я совершенно серьёзно, без улыбки, бросаю:

– Бу!!

Она отпрыгивает. Начинает прикрываться руками.

– Ты офонарел, Соболев?! Какого чёрта ты здесь делаешь?!

Рванувшись, пытается скрыться в спальне и захлопнуть дверь, но я вскакиваю и в два прыжка оказываюсь рядом. Выставив ногу, не даю двери закрыться. А потом и вовсе врываюсь внутрь.

Наступаю на неё до тех пор, пока Дашка спиной не врезается в шкаф. Она выставляет руки перед собой, которые тут же упираются в мою грудь.

– Давай только без глупостей! – грозно говорит она.

Испуг уже сменился раздражением. Но я и дальше собираюсь её пугать. Сомкнув руки на талии девушки, прижимаюсь теснее. И шепчу возле виска:

– Ты такая красивая, Даша… Едва в руках себя могу держать.

– Господи… Что? Да пошёл ты!! – пытается меня оттолкнуть. – Что ты себе позволяешь?!

– Я позволяю себе то, что хочу! – отрезаю я. – Ты же здесь совсем одна! Никто тебе не поможет, ты ведь понимаешь?

Она ничего не отвечает. Я немного отстраняюсь, чтобы заглянуть в её лицо. У Дашки дрожат губы, а во взгляде реальная паника.

Я перегнул палку…

– Ты не посмеешь, – выдыхает она.

Наклоняюсь к её уху, задев губами щёку девушки. Она вздрагивает, когда я начинаю шептать:

– Конечно, не посмею… Но не уйду и не позволю тебе одеться, пока ты не расскажешь мне, что произошло.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.