Петр Селезнев
Зеркало реальности. Книга 2. Истина в отражении

Записка от автора

Дорогой читатель, благодарю тебя за выбор моего произведения, надеюсь его прочтение принесёт тебе массу положительных эмоций и вызовет к нему интерес.

Для более полного понимания событий, происходящих в этой вселенной рекомендую ознакомиться с первой частью данной трилогии: Зеркало реальности. Книга 1. Осколки будущего.

Действие романа происходит в придуманной версии будущего и не претендует на научную и фактическую достоверность. Любые совпадения с реальностью случайны и созданы для более глубокого погружения в сюжет.

Приятного прочтения!

Пролог

Шло двадцать второе столетие человеческой эры. С момента судьбоносной для всего «Сопротивления» осады «Замка» прошло шестнадцать лет. Удар, который понесли повстанцы, стал тяжелым, но поправимым, поскольку Александр пережил неудачный заход к порталу и не готов был отступить от своей цели отомстить Боровицкому. Вместе с Сергеем они возродили восстание, но уже в новом мире благодаря кладезю открывшихся технологий.

Катастрофы множились, число недовольных лишь росло, пока не достигло точки кипения, и тут, как нельзя кстати, подвернулось «Сопротивление». Дятлов помогал переправлять при помощи своего устройства новых повстанцев через портал, а Пономарев стал их сначала негласным, а затем и полноценным лидером, полностью заменив на этой должности трагически почившего под ударом ракеты от истребителя Пифагора.

Все больше интеллектуальной и финансовой элиты перебиралось в новую реальность, ведь Боровицкий обещал здесь «золотые горы», а также сюда окончательно переехал весь аппарат Правительства, что не могло не сказаться на центрах притяжения людей, желающих откусить кусок от общей кормушки, тем более, когда она была изначально создана с огранкой из самоцветов. В то же время ситуация по ту сторону баррикад становилась с каждым годом все хуже: бедность, безработица, уныние, высокая преступность и большое количество беспризорников – вот все, чего добилась власть.

Антон тоже зря времени не терял и старался развивать новый мир, основываясь на технологиях, любезно оставленных Дятловым до своего побега. На удивление, изобретения, созданные в заточении, опережали даже современные, и ни один из «придворных» ученых не мог приблизиться по уровню к интеллекту Сергея. Единственным, на что они были способны, это адаптация и усовершенствование. Новинок ждать не приходилось.

После ужасной смерти жены от рук повстанцев, которые хоть и не планировали ее убивать, но причинили ему невозможную боль, скребущуюся, как кошки, на сердце, оставляя глубокие, ничем не прикрытые и не восстанавливающиеся отметины на всю оставшуюся жизнь. Утешение он находил в алкоголе и других женщинах, однако для Антона его главной радостью оставалась его дочка. Мария росла слишком быстро, так, что отец и не успевал следить за ее взрослением. Возможно этому мешала вовлеченность в управление страной и попытка удержать всю власть единолично в своих руках, а может быть виной тому его неумение наладить здоровые и человеческие отношения, но общение у них не складывалось, а Боровицкая все дальше отстранялась от Антона, отгораживаясь ежегодно большим воображаемым забором, через который сложнее становилось пробить даже самую маленькую брешь. В свои шестнадцать она была не по годам развита, значительно точнее понимая происходящие в мире процессы, даже лучше многих взрослых, что и стало спусковым крючком для дальнейших событий, изменивших ее жизнь на до и после.

Глава 1. Утро на высоте

Сегодня Мария проснулась неожиданно для себя рано, поскольку ее разбудил внезапный сильный стук в окно. Открыв глаза и обратив внимание в сторону рамы, она заметила, как большая божья коровка размером с земную чайку крутится вокруг своей оси, после чего разворачивается и отлетает куда-то в сторону.

Протерев сонные глаза, Боровицкая нащупала справа от кровати одну из кнопок, и одеяло тут же скрутилось и спустилось к ногам. Девушка, недолго думая, сразу скинула ступни на пол, продевая их в увеличенного размера домашние кроссовки. Почувствовав присутствие хозяина те быстро сузились до нужного размера и автоматически зашнуровались. Это были именно те гравитационные ботинки, изобретенные Сергеем Дятловым для преодоления нетипичного для Земли притяжения, которое не позволяло ходить без совершения прыжков на несколько метров вверх после каждого шага. Именно другая гравитация стала причиной, почему прилетевшая по стечению обстоятельств в стекло божья коровка была таких огромных размеров. В то же время Мария практически всю свою жизнь провела в новой реальности, поэтому такие формы животных ее нисколько не удивляли.

Накинув висящий на красивом резном металлическом стуле шелковый халат, она глубоко вдохнула и подошла к окну, чтобы его приоткрыть. Уменьшив сбоку в меню степень затемнения и отражения, которые и стали причиной столь неудачного утреннего полёта для насекомого, она открыла его настежь.

В лицо повеял тёплый летний ветер, обдувая ее каштановые кудрявые волосы. Девушка была худощава, среднего роста, в меру красива, но никогда не старалась выпячивать это. Боровицкой месяц назад исполнилось шестнадцать, и с каждым годом она все больше и больше походила на мать. От отца ей достались лишь горделивый и целеустремленный взгляд, а также волевой подбородок. Именно эти физиологические данные вкупе с чертами характера делали ее поведение невыносимым для Антона, поскольку молодую версию самого себя он никак не мог терпеть.

Взгляд Марии устремлялся далеко за горизонт, именно там находилась чарующая и интересующая ее нетронутая природа. Спереди же, наоборот, находился приевшийся технологичный квартал из небоскребов. Появились они сравнительно недавно, около пяти лет назад, и представляли из себя в основном правильные геометрические фигуры из стекла и дапия – нового металла, обнаруженного в этом мире, который спустя несколько месяцев, наконец приобрёл своё название. Именно из него был сделан «прототип альфа» к битве с повстанцами, который никак не могли пробить обычные лазерные лучи.

Этот квартал из небоскребов расположился ровно на месте снесённого дворца «Совета королей», который после убийства его членов полностью потерял все свои функции, а также нескольких других соседних земельных участков, откуда открывался лучший вид на дальние и зелёные просторы. Квартира Антона, являющаяся скорее целым домом располагалась в одном из этих зданий на месте также разрушенного его первого жилища в этом мире, поскольку с годами амбиции Боровицкого наблюдать за всеми свысока приобретали все более и более нелепые и странные формы. От входа до крыши его собственность, как, впрочем, и его самого охраняла все та же группа «Гамма», значительно расширившая свой штат и ставшая самой грозной карательной силой в обоих мирах.

Ещё раз глянув в окно, Мария нажала на боковой тумблер, и оно сразу захлопнулось и затемнилось до средних настроек, после чего девушка подошла к кровати и включила функцию уборки. Спальное место тут же разгладилось и сложилось в вертикальное положение, спрятавшись в специальном потайном отверстии в стене, освобождая в комнате дополнительное пространство. После чего Боровицкая пошла в душ, а затем в кладовку с вещами, чтобы специальный робот одел ее и подобрал сегодняшний наряд.

Глава 2. Расстановка приоритетов

Антон проснулся от сигнала, означающего стук в дверь, но модулируемого синтетически с помощью специальной кнопки. Голова раскалывалась, вчера он серьезно выпил, поэтому любой звук, даже самый тихий, мог вывести его из равновесия.

Спал Боровицкий прямо в одежде, поэтому не стал переодеваться. Тяжело дыша и переводя дух, он схватился за голову и направился в сторону входа. Открыв ее, Антон увидел перед собой Марию в красивом белоснежном платье с красными выпирающими бутонами живых цветов, собранными на просторах нового мира, она спешно зашла, закрыв за собой дверь. Осмотрев комнату, та сделала недовольнее лицо, оценила состояние отца, после чего сказала: «Обязательно было так напиваться?» Боровицкий опять схватился за голову и, еле дыша, прошептал: «Говори пожалуйста потише, иначе я умру». «Хорошо», – специально ещё громче ответила ему дочка, дополнительно погремев металлической ложкой по столу.

«И какая же причина сего действия?» – все-таки решила уточнить Мария. Антон скривил зубы от боли, но ответил: «Вчера была годовщина смерти твоей матери, я горевал». «А она, я так понимаю тебя утешала?» – закричала Боровицкая, поддев ближайшей найденной тростью отца нижнее белье проститутки, после чего кинула его ему в лицо. Тот ещё больше скривился, но все-таки сказал: «Ты не понимаешь, ты ее не знала. Она погибла практически сразу, как ты родилась. А я был там в тот день, видел своими глазами, как под ее ногами взрывается фотонный заряд. Эти повстанцы, уроды, отняли ее у меня. Но я отомстил, я перебил их всех до единого, не оставив даже их позорного следа в истории нашей страны!»

На глазах у девушки проступили слёзы. «Да как смеешь ты говорить о ней так, очерняя тем самым единственное мое воспоминание из детства. Я помню, как мы с ней играли в тот день, после чего она резко собралась и уехала с тобой на смерть. Это ты должен был быть в той машине, это тебя должно было взорвать «Сопротивление»! Это ты не обеспечил ей должной охраны, хотя знал об опасности! И вчера, в день ее смерти, ещё больше растаптал память о ней!» На этих словах Мария зарыдала и выбежала из комнаты.

Антон даже не пытался ее остановить. Данный разговор был далеко уже не первым, но это не помешало помимо общего отвратительного состояния осесть ещё и неприятному комку в горле. Боровицкий подошёл к стене с компьютером и попросил у своего ассистента-искусственного интеллекта дать ему какие-то таблетки от похмелья. Из стены практически моментально выехал поднос, на котором лежало две белых капсулы и стакан воды. Антон быстро выпил предложенное, после чего прибор заехал обратно в стену, Боровицкий присел на кровать, стаскивая с себя всю оставшуюся мятую одежду. Пару минут, и головной боли, как не бывало.

Правитель подошёл к окну и нажал на кнопку, аналогичную системе, устроенной в комнате его дочери, но с небольшой разницей. Вместо вида на небоскрёбы из ее комнаты, у него был открыт среднего размера портал из пушки, подвешенной на потолке, как проектор. Данное устройство смогли собрать учёные по чертежам Сергея, поэтому небольшая доработка под имеющиеся задачи не составила труда. Антон прекрасно знал о последствиях для Земли работы орудий, тем более в больших количествах, но ему давным-давно стала безразлична судьба любого человека, кроме него самого и, пожалуй, его дочки. Облако открывало вид на «Замок» с высоты птичьего полёта, поскольку Боровицкому все время нравилось наблюдать с неба за своей столицей. Единственным отличием от разработки Сергея были двухсторонние силовые поля, которые полностью закрывали проход через портал в обе стороны, потому что Антон продолжал несмотря ни на что очень переживать о своей безопасности.

Ещё раз глянув на полуразрушенный и частично безжизненный город благодаря действию большого количества пушек, правитель отправился переодеваться.

Зайдя в роботизированную гардеробную и выбрав деловой костюм, он попросил ассистента назначить «Гамме-1» встречу в тронном зале. Секунда, и искусственный интеллект рапортовал по браслету, что все исполнено. За эти шестнадцать лет после истребления зачатков «Сопротивления» по мнению Боровицкого наступил мир. Где-то на фоне повстанцы делали потуги выбить его из колеи, однако Правитель считал вопрос фактически решенным. Начала отпадать и необходимость в таком количестве наемников. Однако главный из них был хитрым лисом. Он убедил Антона в необходимости сохранения его команды, для поддержания безопасности от внешних угроз, а позднее смог ещё и значительно расширить свой штат, создав альтернативу армии с безупречными солдатами, каждому из которых выдали броню «Прототип альфа», практически неуязвимую. «Гамма-1» регулярно и сознательно внушал Боровицкому о неминуемой опасности, о возможных будущих покушениях, что притупляло его разум и сводило с ума. Именно так спустя десять лет после осады повстанцами «Замка» наёмник стал главным советником Правителя и был, на удивление, назначен им на должность нового премьер-министра. Небывалый карьерный рост от боевика в «горячих точках» до второго человека в стране, но его острый ум и значительное притупление Боровицкого делали своё дело. Более того, как-то раз «Гамма-1» заметил разговор Антона с воображаемым другом – почившим от его же руки заместителем – Борисом Спасским, что натолкнуло наёмника на мысль об открывающихся ему возможностях.

Боровицкий хотел поговорить с ним о делах в стране, о том, что же делать с членами Правительства, которые продолжают даже спустя столько лет совать свой нос в проект «Гравилом», где-то в котором в архивах НИИ лежал файл с губительностью эффекта его работы. Антон давно приказал перерыть весь институт, но ничего не нашёл. Однако знание факта, что Пифагор каким-то образом добыл эту информацию ещё до побега Сергея, заставляло его понервничать, хоть и было успокоение в виде найденных костей около «Замка», которые соответствовали его ДНК.

На этих мыслях Антон окончил переодевание с помощью роботизированных рук, облачился в атласный небесно-голубой костюм и отправился горделивой походкой в тронный зал на встречу со своим заместителем.

Глава 3. Друг

Мария бежала по длинным коридорам небоскрёба в слезах. Она не могла поверить в то, что ее отец может быть не только бесчувственным, но ещё и наплевательски относиться к наследию ее матери. Прикрываясь любовью к ней, он продолжает делать ужасные вещи, и это касается не только повстанцев.

Боровицкая была в курсе, как погибла Анастасия, и что последовало для террористов затем, как по приказу ее отца были перебиты все, кто оказался причастен к подрыву ее машины. Это можно было оправдать жаждой мести, но что происходило потом уже было сложно объяснить. После уничтожения «Сопротивления» Антон долго искал его остатки, были проведены обыски по всем квартирам его членов, в найденном заброшенном помещении НИИ, служившем для них штабом, но не находя источника, куда можно было бы выпустить гнев, Правитель выплеснул его на обычных граждан.

Под предлогом борьбы с повстанцами издали россыпь законов, окончательно меняющих политический режим государства с демократического на тоталитарный. Репрессии недовольных стали обыденностью. За одно лишь слово в адрес Боровицкого, зафиксированное на подслушивающие устройства, вмонтированные в браслеты, арестовали более миллиона граждан. Без разбора их причисляли к членам «Сопротивления» и включали в список террористов. Однако отправляли не в обыкновенные тюрьмы. Всех политических заключённых переправляли в новую реальность, где они занимались возведением нового города для элиты. За неповиновение их сразу расстреливали надзиратели, которые впоследствии были заменены на значительно расширившую свои полномочия группу «Гамма», ведь их начальник хорошо понял, как можно зарабатывать на государственных контрактах. Труд заключённых оказался значительно дешевле роботов, хоть и менее эффективен, поэтому без значительных затрат с нуля на месте разрозненных заводов и домов бывших королей этого мира был возведён технологичный и логически спроектированный город с населением несколько миллионов человек.

С этими мыслями Мария вбежала в лифт, пытаясь пальцами вытереть слёзы вместе с потекшим макияжем. Она и не сразу заметила, что была не одна. Вместе с ней вниз ехал молодой человек – ее ровесник. «Маша, что случилось?» – спросил он, удивленно рассматривая заплаканное лицо. Та повернула голову и резко отстранилась, сразу же покраснев от неудобства. «Привет, Миш, нет, все нормально», – ответила Боровицкая, пытаясь быстро привести себя в порядок. «Точно? Не похоже», – ещё раз решил спросить ее спутник. Им оказался Михаил Писаренко, сын Павла Петровича – студенческого друга Антона, который подсказал ему о предательстве Бориса Спасского, а затем направил в НИИ, открыв для него этот чудесный новый мир в самый нужный для этого момент. Молодому человеку также недавно исполнилось шестнадцать, однако по его высокому росту и телосложению можно было спокойно дать больше двадцати. Приятная внешность в сочетании с добродушным и понимающим характером всегда подкупали Марию, с которой они были знакомы и дружили с самого детства.

Писаренко вместе с отцом жили в том же здании, но на несколько десятков этажей ниже, поскольку это был один из немногих людей, кому Антон все ещё доверял. Мать Михаила умерла десять лет назад от инсульта, однако дома в тот момент никого не было, чтобы ее спасти, поэтому они с Марией были родственниками по общему несчастью.

«Ну так все-таки что случилось?» – ещё раз в надежде услышать вменяемый ответ переспросил он. Боровицкая тяжело вдохнула и сказала: «Отец опять пил, и мы снова поругались из-за мамы». Михаил погрустнел и попробовал ее утешить, но та продолжала отстранённо стоять в стороне и не реагировать. В этот момент лифт остановился и открыл свои двери на первом этаже. «Куда ты сейчас?» – решил поинтересоваться Писаренко. «Куда глаза глядят, ничего не хочу, просто пройтись», – равнодушно ответила Мария, направляясь к выходу из здания. Молодой человек нагнал ее и решил ещё раз попробовать разрядить обстановку: «Знаешь что, у меня к тебе предложение!»

Девушка остановилась и вздернула с интересом одну бровь. «Ты всегда хотела попасть за пределы города и узнать поближе, что представляет из себя настоящая, первозданная природа. Я могу это устроить», – с гордостью заявил Михаил. «Каким образом? Ты же знаешь, что столица окружёна высоком забором под напряжением по периметру, тем более охраняется», – возразила Мария, вновь направившись к выходу. «Подожди, – догнал ее Писаренко, схватив за руку, – вчера на одной из строек около границы заключённый заснул за рулем экскаватора и въехал в забор. Он сразу поджарился, но повредил его, и теперь на несколько дней стройка остановлена пока не восстановят границу. Если мы хотим попасть наружу без разрешения, то сегодня или никогда».

Боровицкая задумалась. Она давно хотела посмотреть, что происходит за территорией города и ежедневно глядела вдаль из своего окна, но никогда ещё не представлялось такой возможности. Когда она просила провести отца экскурсию, он отказался и строго-настрого запретил пытаться туда попасть, поскольку считал, что неизведанные территории представляют опасность.

«Меня папа убьёт если узнает», – улыбаясь заявила она своему другу. «А мы сделаем так, чтобы он не узнал», – довольный возразил ей Михаил.

Глава 4. Разговор с заместителем

Антон уверенной походкой направлялся в тронный зал в своём доме. Он одновременно выполнял функцию и кабинета для встреч, и зала для торжественных церемоний в присутствии журналистов, и комнаты, которая может потешить его раздутое властью эго. Пока до ношения короны и скипетра он не дошёл, но золоченый трон в гордом одиночестве стоял между мраморных колонн в конце длинного вытянутого вдоль больших панорамных окон зала. На фоне общей модерновой стилистики отголоски периода, когда в стране властвовал король в «Замке», выглядели ещё более странно, чем ощущались.

В конце комнаты в грустной позе стоял «Гамма-1» – новый премьер-министр. Завидев издалека Боровицкого, тот выпрямился во весь рост и сделал наигранную улыбку. «Антон Михайлович, как же я рад Вас видеть», – начал бывший наёмник с подхалимства. Правитель смерил его грозным взглядом, после чего ответил: «Семён, давай без этого, и без того тошно». «Как Вам будет угодно, – не унимался «Гамма-1», – по какому поводу собрание?» «Меня беспокоят члены Правительства», – тяжело вздохнув, сказал Антон. «А что с ними? – поинтересовался бывший наёмник, – мне казалось, что все уже решено, недовольные трудятся на общее благо, а остальные примкнули к общей выгодной для нас идее». «В том то и дело, меня беспокоит группа, возглавляемая Самойловым. Уж очень активно они копаются в делах НИИ, особенно в проекте под названием «Гравилом». Полагаю они пытаюсь найти на меня компромат, но там ничего уже нет, я давным-давно все приказал найти и уничтожить», – заявил Боровицкий, явно немного нервничая.

Заметив это, Семён подошёл к столу рядом с троном, нашёл бутылку с алкоголем и два стакана, налил в один из них в два раза больше чем во второй, после чего протянул его Антону. Он уже много лет спаивал Правителя, заставляя делать то, что ему удобно. «Ну так может тогда и не о чем беспокоиться?» – спросил, наигранно улыбаясь, премьер-министр. Боровицкий выпил ещё, после чего, уже явно хуже формулируя фразы, ответил: «А вот меня и тревожит, что почему-то я тебе рассказываю эту информацию, а не наоборот. Для чего тогда такой большой штат шпионов, если они не справляются с поставленной работой?» В этот момент Правитель с усилием ткнул пальцем в грудь бывшему наемнику. Его это явно задело за живое, ведь эти действия в целом ставили вопрос о компетенции, хотя он прекрасно знал и до этого о сообщенной ему информации. «Я в курсе, но решил не сообщать Вам, пока не выведаю точно», – решил он попробовать как-то оправдаться. «Брехня, – сказал уже наполовину пьяным голосом Антон, – не забывай своё место и откуда ты вылез. Ещё один такой прокол и я пожалею, что поднял тебя так высоко. Ты свободен пока что, надеюсь больше мне не придётся это повторять»

После чего уже не такой уверенной походкой он направился в сторону выхода. «Подождите», – окрикнул его «Гамма-1». Боровицкий резко развернулся вокруг своей оси и направился в его сторону. «Слушаю», – спросил Правитель. «Этот разговор касается и Писаренко», – начал бывший наёмник. «И что с ним?» – приподняв бровь, уточнил Антон. Сделав картинно грустное лицо, премьер-министр ответил: «Даже не знаю, как Вам сказать, мои шпионы доложили, что он часто общается с Самойловым, а также они были вместе в здании НИИ. Видимо он тоже хочет что-то вынюхать и Вас подставить».

Боровицкий в гневе тигриным прыжком сократил расстояние между ними, после чего прижал бывшего наёмника к колонне и слегка приподнял: «Ещё раз я услышу клевету на Павла Петровича, вылетишь отсюда вон, я не позволю поливать грязью моего лучшего друга, которому я готов доверить все что угодно. Я знаю, что у вас был конфликт, но это не повод пытаться его голословно обвинять». «Ты меня услышал?» – закричал Антон. «Дддаа» – заикающимся голосом ответил Семён. «Ну вот и отлично» – сказал довольный собой Правитель, отпустив его, после чего шаркающей походкой направился в сторону выхода из тронного зала.

Глава 5. Прогулка по новой столице

Михаил вместе с Марией уверенно направлялись в сторону стройки. Молодой человек всегда знал, как подобрать ключ к ее закрытому ото всех сердцу, и сегодня не стало исключением. Выйдя из их общего дома, они оказались на огромного размера площади с сотнями различных фонтанов. Они били отовсюду: из скульптур, из камней, из импровизированных стен и даже из пола. Между рядами дорожек из аккуратно уложенной мозаичной стилизованной под античный стиль плитки были высажены кустарники – целый сад из всевозможных видов растений. Многие из них, в том числе бадан, ирис, пихта, туя, были завезены из другой реальности, но отлично приживались в новых условиях, вырастая даже больших размеров. Однако львиную долю составляли кустарники и карликовые деревья, выведенные уже здесь из их «диких» собратьев, произрастающих в местных лесах.

От площади точными и прямыми, как будто по приложенной линейке, по лучевой архитектуре расходились три дороги, вдоль которых располагались другие небоскребы, но рангом явно пониже и победнее. Главная идея построения нового города заключалась в том, что дом Боровицкого, самый величественный и высокий, украшенный надстройкой в виде декоративной короны монарха, был центром новой вселенной, откуда начиналась вся жизнь в его стране, а дороги, так или иначе вели к нему. По первому впечатлению все было сделано монументально и идейно. Прослеживался явный почерк идеи архитектора, но присматриваясь, можно было обнаружить большое количество недоработок или несочетаемых элементов, которые уважающие себя дизайнеры никогда бы не использовали. Все пышно, богато, вычурно, но безвкусно, подстать амбициям и внутренним стремлениям и убеждениям Боровицкого спустя продолжительный срок на посту Правителя.

Строение неизменно охраняли наёмники из группы «Гамма», облачённые в броню, которая раньше называлась «прототип альфа», а теперь просто стала «альфой-1». Подростки часто выходили в школу или на прогулки, поэтому их появление за пределами здания не вызывало лишних вопросов.

Всюду то и дело сновали дроны, летали автомобили и перемещались куда-то спешащие и копошащиеся люди в деловой одежде. На одном из рекламных щитов, размещённых на небоскребе справа от главного фонтана, начался рекламный ролик. На видео появился мужчина: «Надоело нанимать клининговые компании? Роботы убирают недостаточно качественно? Не самому же брать в руку пылесос!» В этот момент он взял в руку компактное устройство, посмотрел на него с грустным видом, скорчил лицо и выкинул в сторону. «Есть другое решение! – довольный воскликнул рекламщик, – попросите нас, и мы пришлём Вам заключённого! Всего девяносто кредитов, и он Вам вылижет дом до блеска!» «Но главное! – с гордостью заявил он, поднимая вверх руку с пультом и круглым объемным воротником, – в подарок мы дадим Вам ошейник для них, а также пульт, чтобы им управлять. Беспокоитесь за свою безопасность? Думаете, что он может напасть? Бум! И взрывное устройство в ошейнике активировано!» На экране появились несколько записей, как это происходит. «Какая мерзость!» – заявила Мария. «Не переживайте, – на этот случай Вы тоже застрахованы, и мы бесплатно пришлём дипломированного специалиста, чтобы убрать это безобразие. «Клининг-нью». Новая эра уборки. Наши услуги дешевле роботов и обычных людей!»

Глянув с презрением на эту рекламу, молодые люди направились дальше в сторону намеченной цели. Солнце, а точнее условно поименованная таким образом звезда, постепенно поднималось к своему зениту, касаясь мягкими лучами крыш небоскребов. Температура воздуха также начала подниматься так, что Михаил был вынужден расстегнуть свою джинсовую куртку, чтобы сильно не вспотеть. До стройки оставалось около километра. «В чем состоит твой план? Как мы проберемся на ту сторону?» – прервав молчание, решила поинтересоваться Мария. «Я уже говорил, что стройка на сегодня остановлена, скорее всего завтра начнут чинить дыру в заборе и снова запустят электричество. Охраняют ее от силы пара человек, да и то не факт, брать там особо нечего, заключённых отвезли обратно в тюрьму, а живут тут, сама знаешь, человек который может со своим счетом приобрести пол старой столицы вместе с людьми вряд ли станет лезть через забор на стройку», – широко улыбаясь рассказывал Писаренко. Боровицкая рассмеялась, ее явно развеселила местами странная и немного нелепая манера повествования своего спутника. «Поэтому, – продолжал он, – нам нужно лишь пройти через вход для транспорта, предварительно проверив наличие охраны и пролезть в щель в заборе».

Мария не была до сих пор уверена в продуманности и правильности затеянного, но жажда приключений и давняя тяга к неизведанному автоматически сделала в ее голове из всех минусов плюсы.

В этот момент они как раз подошли к строительной площадке. Она представляла из себя большой площади огороженную территорию с наполовину возведённой дапий-бетонной конструкцией, которая затем должна была преобразиться за счёт стеклянных панелей. Речи о благоустройстве территории на данный момент и в помине не шло. Михаил заглянул через КПП внутрь, чуть подождал, после чего вернулся к девушке. «Вроде бы чисто, можем выдвигаться», – гордо заявил он. Крадущимися движениями пара дошла до искомого места. Там расположился огромный желто-чёрный экскаватор, ковш которого торчал в металлической стене. Она была в этом месте сильно искорёжена, а внизу, рядом с местом касания части строительной техники имелась щель размером около двух метров, в которую могло спокойно пройти несколько человек.

Посмотрев наверх, Мария только сейчас поняла, насколько огромной являлась стена на границе города. В высоту она достигала больше пятнадцати метров, а ширина доходила до двух-трёх. Из окна дома барьер по периметру казался крошечным, но вблизи вызывал диаметрально противоположные чувства. Конструкция явно была надежной, однако даже она не была застрахована он тарана огромной машиной на максимальной скорости, способной выкопать в одиночку за один день котлован под несколько гигантских небоскребов. Из стены торчали механизмы защитных орудий, смотрящих в сторону поля, отключенные вместе с подаваемым на нее электричеством.

Михаил подошёл к отверстию, служившему дорогой в неизведанный для них свет и спросил: «Ну что, ты готова, или струсишь?» «Готова!» – уверенно ответила ему Мария, слегка толкнув парня плечом, первой заходя в расщелину. Писаренко довольный улыбнулся и проследовал за ней.

Глава 6. О дивный новый мир

Подростки не спеша шли по бескрайним просторам лугов с малахитовым зеленоватым оттенком. Издалека он казался таким недостижимым, таким желанным, а сейчас каждую травинку и колосок можно было потрогать руками, ощутить ступнями, если снять гравитационные ботинки, а также глубоко во все легкие вдыхать невероятный аромат пряных от росы трав.

Солнце прошло свою наивысшую точку и сейчас направлялось в сторону заката, касаясь своими ещё тёплыми лучиками вершин небоскребов, отбрасывающих длинные тени на чистые и ещё не тронутые просторы природы. Мария и Михаил шли не спеша, однако ненавистный, ставший для них своеобразной тюрьмой в красивой современной стеклянной обертке город, постепенно оставался далеко позади. Лишь крыши некоторых домов напоминали о том месте, откуда они вышли через отверстие в стене в этот первозданный рай.

Прошло ещё около двадцати минут. Ребята практически целую дорогу молчали, ведь все их внимание было поглощено доселе невиданным зрелищем. Вокруг летали гигантские птицы, огромные насекомые. Вот чайка орлиных размеров села на кристально чистую и зеркальную воду в небольшом пруду. А вот и стрекот кузнечиков в необычной для землян синеватой окраске, перебирающих своими лапками, каждой из которых можно было бы сдвинуть футбольный мяч лишь небольшим движением. Но самое главное – воздух, это чистое дуновение лёгкого ветерка в абсолютной пустоте. Никаких чужеродных запахов, ни манящего и дурманящего кофе по утрам, ни жареной на импровизированных кострах уличной еды, ни, тем более нечистот на окраинах города, которые ещё не успели перевезти на свалку в соседнее измерение. Благо догадывались не начинать загрязнять ещё нетронутый мусором этот мир. Теперь о гигантском мегаполисе на горизонте свидетельствовала лишь безвкусная надстройка в виде короны на здании, принадлежащем Боровицкому.

Померив ее грустным взглядом, Мария развернулась к тому месту, где только что стоял Михаил, однако там никого не было. Резко оглянувшись и посмотрев по сторонам, она также не смогла его обнаружить. «Миша, ты где?» – слегка нервозным голосом спросила девушка. Однако ответа не последовало. Боровицкая испуганным взглядом стала искать хоть какие-то следы, которые могли бы подсказать ей, куда мог подеваться Писаренко, как вдруг из ближайших высоких кустов в траве выскочил молодой человек с криком: «Буууу».

 От неожиданности Мария подпрыгнула на месте. Источником звука оказался сам Михаил, который сейчас склонился в три погибели от смеха. «Дурак», – отругала его девушка, демонстративно замахнувшись в сторону его плеча своей маленькой рукой. «Ты так смешно испугалась, я не могу остановиться!» – продолжал хохотать молодой человек Боровицкая сделала обиженное лицо и направилась одна дальше в противоположную сторону от заходящего Солнца.

С момента их выхода за пределы агломерации прошло несколько часов, а они все больше удалялись в сторону от своего дома. Писаренко нагнал девушку, положив ей руку на плечо, однако она обиженная демонстративно ее скинула, после чего молча продолжила свой путь. Новый для них мир, который был прямо перед глазами все это время, но до коего они не имели возможности добраться, настолько их поразил, что подростки окончательно потеряли счёт времени. Так, не спеша они добрели, наконец, до конца лугов, которые плавно переходили в плотный и дремучий лес.

Развернувшись, они в тумане увидели кромку самого высокого небоскрёба толщиной в спичку. «Нам пора возвращаться, скоро стемнеет, и нас хватятся», – с грустью заявила Мария. Михаил ещё раз глянул в сторону леса, после чего сказал: «Мы столько лет в окно наблюдали за этими полями и мечтали туда попасть, деревья на востоке от города мы и в помине не видели, лишь на юге, и то редкие заросли. Представь, какая там красота, другого шанса уже не будет, завтра забор починят, и мы не скоро сможем попасть сюда. Давай хоть одним глазком посмотрим и сразу назад. До заката ещё далеко, пару часов точно» Говоря это, взгляд его приобрел настолько заинтересованный, интригующий и одновременно жалостливый вид, что девушка просто не могла устоять, из последних сил борясь со своей внутренней жаждой приключений и нисколько не задумываясь по-взрослому об ответственности.

«Только одним», – заявила с облегчением она, направляясь в глубину чарующего и таинственного леса, даже не понимая, к каким последствиям в дальнейшем может привести их ещё детская любознательность.

Глава 7. Тайные игры с оппозицией

Павел Петрович Писаренко к вечеру уже был в подавленном настроении. Этот день его сильно вымотал, а окончательно добить его видимо решил старый друг – Антон Боровицкий, по совместительству Правитель страны и нового мира.

С самого утра Павел мотался по старой столице, начиная от «Боровицкий технолоджи», заканчивая сиротскими приютами. Студенческий друг вновь стал директором компании после смерти Спасского, которая, как решил суд, была самоубийством, хотя, зная, что Антон пошёл в тот день на крышу с ним встречаться, Писаренко не был в этом так уверен.

Затем случились не менее странные смерти Медковича и Зубьева, а потом и королей нового мира, и тогда то Павел Петрович все и понял. Он догадывался, что Антон может быть способен на все ради власти, это было видно ещё со студенческой поры, когда тот везде и всюду хотел быть первым, а когда уступал, всеми возможными способами пытался это исправить. Но убийство, много убийств, нет, он решительно отказывался до последнего себе признаться в том, что это правда, и так и случилось на самом деле.

Совмещение должности директора компании и Правителя страны тяготила Боровицкого, поэтому он нашёл изощренный способ от неё избавиться. Уйдя с главного поста в собственном детище, Антон сохранил за собой мажоритарный пакет акций, юридически сохраняя право управления, однако фактически передал все свои полномочия Павлу Петровичу. Данный поворот событий был для него сначала весьма неожиданным, однако по прошествии нескольких месяцев, он понял, что иначе и быть не могло.

Писаренко имел полный карт-бланш управления компанией, мог назначать любых угодных ему сотрудников на необходимые для него должности, расходовать неограниченные ресурсы, создавать любые проекты, которые он лично посчитает перспективными. Антон даже распорядился, чтобы только он мог вмешаться в процесс принимаемых новым директором решений, а акционеров, как догадался потом его студенческий друг, он просто запугал через своих наемников, ведь у каждого человека есть что-то ценное и дорогое ему, что тот сильнее всего на свете боится потерять.

Потом случились события в Парламенте, осада повстанцами «Замка», и Боровицкий окончательно отстранился от старого приятеля. Его можно понять – он потерял жену, нужно было воспитывать дочку. А это ещё помимо его обязанностей по наведению в стране порядка, как Правителя. От этого трудно не свихнуться и не потерять голову.

Но постепенно, видя, какие зверства происходят в обоих мирах, Павел уже не был так уверен в порядочности своего товарища. Он стал узнавать все больше, и постепенно это знание стало его проклятием. Писаренко ежедневно хотел досконально разобраться в ситуации, пытался понять, где же сокрыта истина, но чем дальше, тем было хуже. Именно по этой причине он связался с главным на сегодняшний день оппозиционером – Самойловым. Его особо не интересовала вся квинтэссенция противоречий политика с Боровицким. Главное, что он владел последней ниточкой на пути Павла в окончательному и бесповоротному осознанию мотивов действий Антона.

Именно осознание того факта, что до той информации, которую Писаренко собирал так долго, рукой подать, и заставляло его под вечер собираться с силами и ехать на один из заброшенных складов.

Тёплый летний вечер дышал ароматом покоя и умиротворения. Солнце опустилось за горизонт, окончательно окатив багровым закатом последние пейзажи вдали. Павел стоял посреди огромной площадки с несколькими десятками заброшенных ангаров. Часть из них пару лет назад снесло ураганом, но один, рухнувший от попадания ракеты выделялся из общего числа невзрачных металлических коробов. Это был ангар PD, принадлежащий «Боровицкий технолоджи», точнее принадлежавший, ведь после осады «Замка» функционал его полностью исчерпался, а отстраивать заново не стали, поскольку, как оказалось, в нем совершенно по заверениям Антона отпала необходимость.

Вокруг до сих пор не было ни души. Это облегчало поставленную задачу, но сильно действовало на нервы Писаренко, поскольку он был уверен, что участившиеся громкие удары сердца были слышны на несколько метров в сторону. В этот момент мужчина заметил, как издалека подъезжает чёрная грузовая машина и останавливается прямо напротив него. Из неё вышли несколько человек в чёрных костюмах с бластерами и заняли позиции. Прошла минута, и один из них поднял руку с браслетом и сообщил: «Чисто, можете выходить». После этого задняя дверца отворилась, и из фургона вылез мужчина средних лет в толстовке, накинув на голову капюшон. Быстрыми движениями, держа папку в руках, он направился в сторону Павла. «Добрый вечер, рад вас видеть», – поздоровался с ним Писаренко. «Добрый, – сухо очень тихим голосом ответил собеседник, – принесли?» «Да, Матвей Александрович, принёс», – живо сказал директор «Боровицкий технолоджи». «Тссс, – одернул его гость, – не называйте меня по имени, покажите». «Простите», – извинился Павел Петрович, доставая из кармана коробочку с десятью ампулами, наполненными зелёной густой жидкостью. «Сначала папку», – одернул он, протягивающего руку Самойлова. Тот скорчил недовольное лицо, выругался, но отдал документы. «Где взяли?» – поинтересовался предприниматель, разглядывая кожаное обрамление с символами Боровицкого. «Как оказалось, некоторые из ученых, работающих сейчас на Правителя могут быть очень сговорчивыми», – заявил Матвей Александрович, внимательно глядя на собеседника. С каждой секундой наблюдения за предметом руке, глаза его становились все более испуганными и дикими, как у зверя, который видит перед собой добычу и готов прямо сейчас наброситься на неё. «У меня дочка болеет, пожалуйста быстрее, я достал, что вы меня просили», – уже лепетал он. Писаренко был честным человеком, поэтому без обмана и новых требований протянул ему коробку. Депутат быстро спрятал ее и трусцой побежал в сторону грузовика, который через минуту уже мчался в сторону от складов, оставив делового партнера в гордом одиночестве.

Улыбнувшись, Павел наконец открыл папку с тем документом, который вчера днём они вместе не смогли нарыть в НИИ. Он был подписан их давним знакомым – Сергеем Дятловым в день смерти Зубьева.

Глава 8. Дремучий лес

Молодые люди охотно бросились в самую гущу лесного массива, четко осознавая, что времени до заката и необходимости возвращаться домой у них было преступно мало. Чем дальше они заходили, тем более плотным становилось расположение искривлённых и тонких деревьев, несмотря на их гигантские размеры в высоту. В среднем каждый экземпляр достигал в своём размахе больше 40 метров. По состоянию коры и общему впечатлению можно было бы сказать, что они чем-то болеют, но невозможно с уверенностью судить об этом.

Пройдя около пятисот метров, солнце за спиной Михаила и Марии окончательно скрылось, спрятавшись за кучно расставленными стволами, как будто их высадил художник-импрессионист в случайном порядке крупными мазками так, чтобы общую картину можно было бы лицезреть лишь поднявшись высоко над ними.

Запаха не чувствовалось, но голова почему-то сильно начала болеть. Более того, чем дальше в лес, тем жарче становилось. Писаренко чувствовал, как по его лбу потекла струйка пота. Ноги тяжелели, идти становилось все труднее. Бурелом и большое количество выпученных наружу и сплетенных между собой корней деревьев также не доставляли большого удовольствия от «легкой» прогулки. Михаил чувствовал, как его пульс стал учащаться, появилось небольшое помутнение. Струйка пота со лба стала затекать в глаза так, что он окончательно перестал что-то видеть. Сняв футболку, молодой человек насухо вытерся, что слегка исправило ситуацию.

Немного взбодрившись, он решил посмотреть на Марию. Та тоже была явно не в себе и шла, сильно пошатываясь. Вдруг над ее головой Писаренко заметил огромного паука чуть больше здешней божьей коровки, спускающегося на толстой паутине. Расстояние между ними стремительно сокращалось, и в тот момент, когда Михаил окликнул девушку, насекомое, услышав резкий и незнакомый ему звук, испугалось и грохнулось прямо ей на волосы. Боровицкая закричала во весь голос, пытаясь скинуть незваного гостя, в то время как тот, почувствовав опасность стрельнул ей в лицо ошмётком паутины, спрыгнул вниз и бросился на утёк.

Писаренко быстро сбросил с себя рюкзак, расстегнул его, достал припасенный на случай опасности бластер, прицелился и выстрелил. Луч пролетел в паре сантиметров от одной из лап насекомого, после чего он кинулся в ближайшие кусты и исчез. Однако данный факт нисколько не успокоил девушку, которая крича во всю глотку и ничего не разбирая на своём пути с замотанным паутиной лицом бросилась на утёк в неизвестном направлении. Молодой человек попытался ее окликнуть, но это не подействовало, поэтому пришлось броситься вдогонку. «Стой, опасности нет, остановись», – кричал ей вслед Михаил, но та не реагировала. На удивление, полностью вслепую Мария бежала несколько минут, пока наконец случайно не вырезалась в дерево. Сильно ударившись головой, Боровицкая сразу упала на землю, держась обеими руками за лоб. В этот момент подоспел и Писаренко, начав срывать плотный слой склизкой паутины с ее лица, но неожиданно встретил сопротивление со стороны Марии, ставшей колотить его руками и ногами. «Успокойся, это я, не делай резких движений», – кричал на неё лучший друг, однако та не реагировала ровно до момента, пока под неприятной консистенцией не показались глаза. Увидев знакомое лицо, девушка перестала кричать и отбиваться и, наконец, расслабилась.

Михаил быстро смог распутать остальную паутину, после чего помог подруге подняться. Около минуты они молчали, после чего она сказала короткое «Прости». «Ничего, я понимаю, как ты испугалась», – ответил ей Писаренко, кладя руку на плечо. «Что это было?» – спросила она, явно смущаясь. «Паук упал на тебя с ветки, он был немного больше тех, что я видел на Земле», – улыбаясь, заявил ей молодой человек. «А выстрел, я слышала кто-то стрелял», – продолжала спрашивать она. «Это был я», – спокойно ответил Михаил, демонстрируя своё оружие.

«Ты что взял с собой бластер», – не поверив своим глазам, отринулась от него Боровицкая. «Ну конечно, идём в неизведанные места, мало ли что может случиться, – абсолютно разумно сказал Писаренко, – только вот где мы? Пока за тобой бежал, совершенно потерял из виду, откуда пришли». «То есть это ещё и я виновата», – рассердилась на него девушка, толкнув в плечо. «Нет, конечно нет», – улыбаясь, возразил ей лучший друг. Гордо подняв вверх волевой подбородок, доставшийся ей от отца, Мария встала и направилась дальше. Недолго думая, Михаил последовал за ней. Он явно чувствовал, что, чем больше они находятся в этом лесу, тем хуже становится его здоровье. В горле стоял непонятный ком, не дававший нормально дышать, ноги все сильнее заплетались, в глазах «бегали» тёмные точки, плавно увеличивающиеся в размерах. Заподозрив что-то неладное, он поделился своим ощущением с Боровицкой, и та, сразу поняв, о чем он, подтвердила симптомы. «Нам нужно выбираться из этого леса, и чем скорее, тем лучше», – заявил молодой человек, пытаясь свериться с картой на своём браслете. Однако геопозиция в отдалении от вышек в городе явно работала неправильно, из-за чего их местоположение постоянно перемещалось в пределах леса с разницей в несколько километров. «Нет, это бесполезно», – подумал он, опуская руку.

Так по велению сердца они шли ещё около двадцати минут, состояние становилось все хуже, но ещё более печальным фактом было осознание, что они явно идут не туда и потерялись. Ноги начинали проваливаться под землю. Из-под мха после каждого шага сочилась вода. Где-то рядом явно начиналась болотистая местность. Вдруг неожиданно для них обоих впереди лес прервался на большую поляну. «Давай подойдём ближе к центру и сверимся с картой, сюда сигнал должен лучше достать», – предложила Боровицкая. Идея была явно разумной, поэтому они быстро направились туда, благо после их появления на поляне, дышать сразу стало легче. Добравшись до середины, молодые люди подняли вверх руки в надежде, что браслеты определят их геопозицию, и их теория оправдалась, на этот раз точка показывала с разбросом в несколько сот метров и можно было примерно, определить, в какую сторону им двигаться. Довольные они закричали и обнялись. Теперь дело было за малым, выйти по прямой в необходимом направлении и добраться до города.

Вдруг сзади послышался сильный хруст и ломание деревьев. Ребята обернулись и увидели перед собой, как из леса высокими и длинными прыжками, круша на своём пути все деревья и кусты, выходит огромного размера подобие смеси тигра и чёрной пантеры. Общий темный оттенок шерсти, перекликался с разнообразными дымчатыми полосками. Гигантские клыки, как у саблезубых собратьев, провокационно демонстрировались всем присутствующим. Его рост достигал около 6 метров в холке, а весил, видимо, как грузовик. В зубах животного лежало без движения, схваченное за шею тело бездыханной куропатки величиной с орла. Завидев издалека молодых людей, тот остановился, разжал челюсти, и жертва упала на траву из его окровавленной пасти.

Глава 9. Старый друг

Павел Петрович стоял на площади в полном одиночестве. Лишь завывающий ветер соседствовал с ним, навевая воспоминания о событиях шестнадцатилетней давности. В руках Писаренко держал распечатанный документ, подписанный электронной подписью Сергея Дятлова, как автора запроса по исследованию, сделанный в день смерти Зубьева. На нем были отчетливо видны результаты, которые прямо свидетельствовали, что все беды: землетрясения, ураганы, наводнения, смерчи – все было вызвано работой устройства под кодовым названием «Гравилом», который, собственно и является порталом в новый мир.

Павел знал о существовании этого документа. В день осады повстанцами «Замка» он видел в записи обращение их лидера, где тот заявлял именно об этих фактах, и обещал разместить под видео этот файл. Однако Правительство быстро подсуетились, и скачать его сумели единицы, а распространить не позволяла программа, внедрённая вместе со системой слежения в браслет каждого гражданина. Именно в этот момент умерла свобода слова. Поэтому Писаренко и хотел так получить доступ к этому файлу, он пытался узнать, действительно ли Антон причастен ко всему, что происходило последние годы. Однако сам бы этот документ никогда не показал, даже своему лучшему другу, поскольку вцепившись уже мертвой хваткой в свой трон, боялся его потерять.

Закрыв папку, Павел поднял руку с браслетом и сказал голосовому ассистенту: «Мне нужно встретиться с Антоном Михайловичем, очень срочно, прямо сейчас». «Хорошо, соединяю по видеосвязи», – ответил помощник. Трубку поднял уже порядком выпивший Правитель: «Привет, чего тебе?». «Нужно обсудить кое-что, прямо сейчас», – расстроенно сказал ему Писаренко. «Хорошо, приходи ко мне в кабинет, поговорим», – ответил Боровицкий, прервав связь.

Через полчаса старые друзья уже стояли в кабинете у Антона. Тот был максимально отрешенным от действительности и смотрел в одну точку. «Прежде чем я скажу тебе то, зачем сюда пришёл, – начал свою речь Павел, – расскажи-ка мне друг любезный, какого черта ты опять пьяный, что с тобой происходит, что ты творишь, во что превращаешь свою жизнь?» «Я делаю ровно то, что хочу, я самостоятельный человек, и не тебе меня учить, как правильно жить», – возразил ему, заикаясь Боровицкий. «Да что ты говоришь? Даже когда тебе было плохо, когда ты узнал о своей болезни, когда умерла твоя жена, когда ты потерял все! Ты был сдержан, уверен в себе, целеустремлён, а главное, знал, чего хочешь и добивался своего. А что сейчас? Ты напиваешься каждый день! Посмотри на себя в зеркало, что это за чучело, сидящее на троне в съехавшей с головы короне! Да над тобой уже смеётся твоя же собственная прислуга! Куда делся тот самый жесткий и уверенный в себе Правитель, который готов был убить за любую оплошность?» – уже кричал на него Писаренко. Антон как будто в глубине души что-то понял и попытался заправить рубашку в штаны и выровнять пиджак. После этого он заплакал. «Паша, каждый день я ее вспоминаю, каждый день, мне очень плохо без неё, раньше мне было плевать, было все равно, даже когда она была жива, но сейчас почему-то я не могу остановиться. Она мне снилась несколько месяцев назад, просила присмотреть за нашей дочкой, с этого момента я и расклеился», – дрожащим голосом пролепетал Боровицкий.

«Я все понимаю, но задумайся, это все не просто так, это началось, как только ты назначил «Гамму-1» премьер-министром, а не несколько месяцев назад. Он пытается всеми силами тебя споить и настроить против своих главных союзников, а потом занять твоё место!» – продолжал кричать на него Писаренко. Все это время он даже не доставал тот документ, с которым пришёл, поскольку понимал, что время явно неподходящее, сначала нужно было привести друга в чувство. «Держи, – сказал он, протягивая Правителю бокал с растворенным средством от похмелья, – нужно собраться». Боровицкий залпом выпил его, и на глазах стало видно, как ему полегчало. Пару минут, и протрезвевший Правитель уже спокойным и рассудительным, как обычно, голосом сказал: «На счёт Семена ты не прав, мы вместе через многое прошли, я могу ему доверять. Тем более он на тебя собирает компромат, а ты на него. Занимайтесь каждый своим делом, а розни оставьте для меня, я сам во всем разберусь, даже не сомневайтесь». «Рад, что ты вернулся. А теперь послушай, возможно то, что он говорит обо мне правда, но я это делаю, чтобы больше узнать в том числе и о его темных делах, так что сегодня я…», – начал говорить Павел, но его прервал резким движением Антон, подняв указательный палец вверх.

«Подожди, позже расскажешь, я хочу сначала позвонить дочке и извиниться, сегодня утром я столько ей лишнего наговорил», – спокойно сказал Боровицкий включая браслет. «Аннушка, – вызвал он гувернантку Марии, – позови Машу, мне нужно ей кое-что срочно сказать». «А ее нет дома», – как ни в чем не бывало ответила служанка. «Как нет? – возмутился отец, – одиннадцать вечера, где она?» «Я не знаю, не пришла, и на звонки не отвечает», – спокойно ответила женщина. «И ты сообщаешь мне об этом только сейчас? Молись, чтобы с ней ничего не случилось, иначе отправишься на рудники, камни добывать, поняла меня?» – закричал на неё Боровицкий, выйдя из себя от гнева и весь покраснев. «Семена сюда быстро!» – продолжал он кричать на голосового ассистента. «А я уже здесь», – заявил, сразу появившись из-за двери бывший наёмник. «Подслушивал?» – ехидно спросил его Павел Петрович. «Ну что вы, как я мог, просто случайно проходил мимо», – также наигранно ответил ему «Гамма-1».

«Хватит, а то оба полетите отсюда! – стукнув по столу кулаком, сказал, ещё больше краснея от злости Антон, – Где моя дочь?» Бывший наёмник достал старую рацию для переговоров между своими сотрудниками и сказал: ««Гамма-8», где дочь Антона Михайловича?» Тот сразу без промедления ответил: «Когда я последний раз ее видел, выхолила из дома вместе с сыном Писаренко, затем не возвращалась». «Где координаты ее браслета?» – продолжал добывать информацию премьер-министр. «В лесу, двадцать километров к северу от границы города, высылаю координаты», – рапортовал наёмник.

«Какого черта они там делают? Снарядить мой корабль, мы срочно летим туда! Если хоть волос упадёт с ее головы, я вас всех переубиваю, а тебя Паша в первую очередь за твоего нерадивого отпрыска!» – закричал что есть мочи Правитель, указав ему на грудь пальцем, и быстрым шагом направился в сторону этажа со всеми кораблями, откуда можно было сразу вылететь из здания.

Глава 10. Беги

Молодые люди стояли на месте, замерев от страха. Прямо перед ними в пятистах метрах находился неведомый им зверь размером с грузовик, который явно, судя по размеру зубов, мог их отведать в качестве перекуса перед основным блюдом. С его клыков каплями текла на траву кровь предыдущей жертвы.

«Не шевелись», – прошептала Мария, взяв Михаила за руку. Тот пытался вытащить из полурастегнутого рюкзака свой бластер, не привлекая внимания. Наконец ему удалось нащупать рукоять, после чего молодой человек притянул его поближе к себе, чтобы в любой момент мог выхватить и выстрелить по цели. «Спокойно, главное не двигаться, так он будет думать, что мы не представляем опасности», – также тихо ответил Писаренко.

Вдруг откуда ни возьмись из пролеска за их спиной вылетел дрон. Обогнув их полукругом, беспилотник резко остановился, а затем повернулся в сторону к тигру, приблизился, молниеносно взмыл вверх и скрылся из виду. Данное движение животному явно не понравилось. Оно взревело во всю свою силу, показав ребятам издалека величину своей пасти.

С другого конца поляны послышались похожие звуки нескольких особей, но явно более тихие и больше похожие на писк. Услышав крик своих детенышей, тигр пригнулся, готовясь к прыжку и атаке.

«Это его дом, он будет защищать своих детей!» – закричала Мария, сразу дёрнувшись в противоположную от него сторону. Зверь издал ещё один недовольный и пугающий рык, после чего молниеносными длинными прыжками направился в сторону подростков.

Михаил достал из-за пазухи бластер, надеясь подстрелить противника. «В такого большого я не промахнусь», – подумал он, нисколько не сдвинувшись с места, прицеливаясь животному прямо промеж глаз. Раздался выстрел, и лазерный луч осветил уже порядком тёмную поляну своим ярко-красным оттенком, прожигая воздух на пути к цели. Попав тигру в голову, он неожиданно отскочил по косой траектории в обратном направлении, попав в ближайшее дерево и срезав крупную ветку. Писаренко застыл от изумления. До этого он никогда не видел, чтобы что-то могло отразить лазерный луч за исключением брони, сделанной из дапия.

Уже подбегающая к кромке леса в стороне их дома Боровицкая резко остановилась и обернулась. Не поверив своим глазам она снова закричала: «Беги!!!». Михаил очнулся от своего шока, развернулся и что есть силы ринулся в сторону Марии. Однако за это время зверь уже успел преодолеть половину расстояния между ними.

––

Антон в сопровождении Павла Петровича и двух наемников из группы «Гамма» во главе с их начальником летели на гиперзвуковом корабле над бескрайними полями за границей города. Этот шаттл был создан из того же универсального во всем дапия, который удивительно включал в свои свойства прочность и антиаллергенность титана, а также лёгкость алюминия. Более того, как оказалось, под ногами в земле он содержался в таких монструозных и невообразимых количествах, что его стали тратить на изготовление безделушек, лишь бы можно было куда-то девать излишки.

Корабль Представлял из себя что-то вроде яйца с кабиной пилота спереди и двумя выезжающими в бок в задней части гиперзвуковыми водородными двигателями. Снизу также были установлены силовые агрегаты, которые отвечали за взлёт и набор высоты. А с лицевой стороны находились их «собратья» с обратной тягой для торможения и снижения. Вся эта чудесная и современная разработка ученых из того же НИИ, где в своё время трудился Дятлов, хранилась в специально отведённом для этого этаже в небоскребе Боровицкого по соседству с восемью такими же аппаратами, но без скоростных агрегатов, а также одним истребителем «восьмого поколения». На крыше стояла спасательная капсула на крайний случай из одноместного полустеклянного шара, которым можно было управлять на небольшое расстояние, чтобы вылететь за пределы города.

Пролетев установленную на его границе стену, «Гамма-1» запустил дрона-разведчика, который должен был направиться в лес и быстро отыскать потерявшихся подростков благодаря своей системе сканирования территории с использованием тепловизора.

Как только они достигли границы массива, бывший наёмник радостно заявил: «Нашёл!» «Где они?» – сразу спросил, придвигаясь к нему ближе Боровицкий. «Вот на той поляне прямо по курсу. Только есть проблема, они там не одни», – ответил, внимательно всматриваясь в экран премьер-министр.

––

Михаил бежал что есть сил. Дыхание его участилось, кислорода критически не хватало. Состояние, облегченное после выхода на поляну, резко стало ухудшаться. Вновь перед глазами стали появляться чёрные точки, он еле держался на ногах и силился, чтобы упасть, голова сильно кружилась. Он чувствовал, как бежит лишь за счёт сил, которые дал ему играющий в крови адреналин, иначе они бы давно покинули его. Впереди себя Писаренко видел, как Мария добежала до кромки леса, но ее шатающиеся из стороны в сторону движения явно свидетельствовали о схожем состоянии. Вдруг молодой человек почувствовал, как будто в горло попал какой-то огромный кусок, закупорив весь проход. Что есть мочи он вдохнул в себя воздух, но ничего не произошло. В глазах окончательно поплыло изображение, после чего мертвым грузом он упал лицом во влажную землю со мхом.

Обернувшись, Боровицкая увидела, что ее друг лежит без движения. «Миша, вставай, только не сейчас!» – кричала ему она, но молодой человек не реагировал. Мария тут же ринулась к нему, практически упав без сил рядом. После начала погони она испытывала все те же самые чувства, как, впрочем, и в лесу. «Вставай!» – кричала она что есть сил, начав сильно бить по спине, но безрезультатно. По щекам покатились градом слёзы от бессилия. А впереди в двухстах метрах летел на них голодный и обозлённый после выстрела зверь, в тот момент, когда из-за края поляны над их головами выскочил белый корабль.

––

После слов главы наемников шаттл ещё больше ускорился. Боровицкий встал у кромки площадки, вцепившись в поручень и открыв боковую дверь. Он с усилием вглядывался вниз в глубину леса, надеясь увидеть дочь живой и здоровой. И вот, наконец, корабль преодолел массив и вынырнул над огромной поляной. Под собой Антон заметил двух лежащих на земле молодых людей, а на небольшом расстоянии от них неимоверными прыжками практически летел огромного размера тигр в необычном раскрасе. «Огонь по той цели! Срочно огонь из всех орудий!» – закричал испуганный Правитель. Корабль резко затормозил, а затем из его днища выехало несколько пушек, направленных в сторону зверя. Секунда, и началась канонада лазерных залпов, которые не наносили животному никакого вреда, отскакивая во все стороны и выжигая деревья в округе.

«Что за? Отставить, не то заденете их», – во всю глотку заорал Боровицкий. «Формальдегид, – сказал ему Павел, – не пробьем». «Откуда?», – хотел спросить его Антон, но вспомнил, что они пролетали над болотами с большим количеством выделений метана, который посредством каталитического окисления фосфатом алюминия, при высокой температуре может становиться формальдегидом, используемым для дубления кожи. Видимо его неимоверное количество плюс неизвестный состав подземных пород, которые могут вступать в неповторимые с земными химические реакции, а также близость к подземным горячим лавовым источникам в этой местности в сочетании с эволюцией подарили этим животным такие невообразимые способности. «Не получится, нужен другой способ», – с дрожью в голосе согласился с ним Боровицкий.

В этот момент расстояние между подростками и тигром стало тридцать метров. Мысли Правителя при виде своей дочки в лапах зверя неслись с молниеносной скоростью. Сбоку он увидел прицепленную к стене компактную версию «Гравилома», собранную по чертежу Дятлова, использовавшего его, чтобы сбежать из своего заточения. Резким движением Антон сорвал его, включил и направил вниз.

––

Мария видела, как тигр к ним приближается. Затем в полубреду она заметила, как по нему открылся огонь с корабля, но ему как будто все было ни по чем. Михаил так и не поднялся, хотя Боровицкая всеми силами пыталась его привести в чувство. Дыхание было сбито, ноги не чувствовались. Бежать сил не было. В глубине души она приняла, что сейчас погибнет, и никто не сможет ей помочь. Расстояние до хищника стремительно сокращалось, он уже был в радиусе своего финального прыжка в нескольких метрах от подростков. Вот он пригнулся, резко отпружинил задними лапами, протянув вперёд когти и раскрыв широко пасть. Как вдруг поляну озарила резкая вспышка света со стороны корабля, после чего прямо перед глазами раскрутилась расширяющаяся воронка, куда и угодил зверь, попав своим прыжком точно в ее центр, после чего она стала стремительно закрываться. Мария почувствовала силу притяжения так, что ее вместе с Михаилом потянуло в сторону портала, однако вдруг он захлопнулся, оставив подростков на месте.

Бросив последний взгляд в то место, откуда секунду назад исходила опасность, и обнаружив пустоту безжизненной пустоши, Боровицкая посмотрела наверх в сторону спускающегося на землю корабля, после чего голова сильно закружилась, и она упала без сознания.

Глава 11. Реанимация

Как только тигр оказался на той стороне портала, Боровицкий быстро выключил «Гравилом». «Спускаемся», – скомандовал он. «Антон Михайлович, здесь все-таки болотистая местность, вязкие грунты, может проверим сначала? А то потом можем и не взлететь», – заявил премьер-министр. Правитель заревел, как дикий зверь, схватил бывшего наёмника за грудки и приподнял, прижав к стенке корабля. «Я что непонятно выразился?» – спросил он. «Спускаемся», – тут же не дожидаясь дальнейших команд, рапортовал «Гамма-3» за штурвалом.

Шаттл начал постепенное снижение, зафиксировавшись на высоте около метра над землей на всякий случай, чтобы не продавить большой массой водянистый грунт. Из-под открытой боковой двери выехал трап, приглашая пассажиров ступить на болотистую местность. Не дожидаясь полной остановки, Боровицкий и Писаренко спрыгнули с него, бегом направившись в сторону своих детей. Те лежали без сознания и не реагировали ни на какие крики и зовы. Антон первым подбежал к своей дочке, сразу став ее трясти, но безрезультатно. Подойдя к сыну, Павел Петрович получил тот же результат. Зло посмотрев на него, Правитель сразу накинулся на того с кулаками. «Это ты виноват, твой сын повёл ее сюда. Без него ничего бы сейчас не было!» – кричал Антон, пытаясь избить своего друга, но тот усиленно отбивался. «Успокойся ты, хватит!» – пытался вразумить его Писаренко, но тщетно.

Мимо них пробежал «Гамма-45» с плывущей на воздушной подушке медицинской кушеткой. Нагнувшись к подросткам, тот сказал: «Девушка ещё дышит, молодой человек нет, но сердце бьется. Нужно срочно грузить и улетать отсюда». Услышав это Боровицкий резко остановился и слез со своего друга. «Извини, – сказал он, – перенервничал, забираем их и улетаем».

Вместе они положили обоих подростков на кушетку, забежали с ней в корабль, после чего трап заехал, двигатели заработали, и шаттл оторвался от земли, оставив внизу два выжженных круга. Вдохнув свежие потоки воздуха, Мария приподнялась, голова ее неимоверно кружилась, перед глазами все плыло, едва различимы были лишь передвигающиеся вокруг силуэты. «Где я?» – едва слышимым хриплым голосом спросила она.

«Не двигайся, лежи, сейчас станет легче», – начал успокаивать ее Антон, сразу оказавшись рядом. «А Миша, что с ним?» – тут же спросила таким же жалобным голосом девушка. «Он лежит, пока не дышит», – ответил отец, отходя в сторону. «Сильное удушение метаном в большой концентрации, – резюмировал Павел Петрович, стоя рядом с сыном, – Антон, скажи пожалуйста, что селензий у тебя с собой». Покопавшись в карманах, он ничего не нашёл. «Здесь есть аптечка?» – сразу спросил он. Премьер-министр поискал в ящиках в стенах и нашёл небольшой чемодан. Открыв его, он обнаружил жгуты, бинт и одну ампулу зеленоватой жидкости в шприце. Это было именно то вещество, которое сделано из экстракта металла, дающего этому миру регенерирующие способности. «Есть одна капсула», – сказал он, подняв вверх руку со шприцом. «Дай сюда», – скомандовал Боровицкий, притягивая ладонь и направляясь в сторону дочки. «Антон подожди, – остановил его Писаренко, – мой сын умирает, а Мария пришла в себя, давай разделим дозировку, он все, что у меня осталось».

Правитель остановился, держа в руке лекарство. «Она у меня тоже», – ответил он, начав вводить лекарство в вену девушки. Вдруг она подскочила как ни в чем не бывало, сказав: «Папа, стой. Мне уже лучше, оставь для Миши». Остановившись на половине, Боровицкий замер: «А вдруг этого тебе не хватит?» «Я доживу до дома, а он нет, папа пожалуйста, я не хочу, чтобы он умер» Антон покраснел от злости, и сказав: «Проклятье!», – вынул иглу и протянул шприц Писаренко. На глаза у того накатились слёзы надежды, и единственное, что он смог выдавить из себя было робкое и тихое: «Спасибо», – после чего ввёл оставшуюся дозу лекарства сыну.

Тот резко открыл глаза и подскочил, начав кашлять. В кабине тут же все выдохнули от облегчения. Как только молодые люди немного отдышались, Боровицкая спросила: «Что произошло?» «То, что вы долго гуляли по болотам и надышались метаном в огромной концентрации, что и привело к удушению», – ответил, сложив руки на груди и сделав серьёзный вид Писаренко. Его сын все ещё продолжал кашлять «Благо мы подоспели вовремя», – продолжил Антон.

«А что это за зверь, и где он сейчас?» – продолжала интересоваться его дочь. «Да кстати, куда ты его отправил?», – решил спросить Павел. «Сейчас он где-то в районе лесов за окружной дорогой столицы, практически естественная среда обитания. Надо будет послать туда вашу группу, отловить его, пока он не сожрал всех жителей окрестных посёлков», – ответил Боровицкий, обращаясь к «Гамма-1». «Хватит вопросов, отдыхайте, летим в больницу, нужно вас высадить на денёк полежать и восстановиться, тем более я не знаю, сколько подействует неполная ампула», – закончил разговор Правитель, направляясь к кабине пилота, чтобы сообщить ему место приземления.

Глава 12. Приглашение

Антон очень уставший зашёл в свою комнату и с размаху плюхнулся на кровать. Он даже не стал снимать одежду, только скинул гравитационные ботинки. Сегодняшний день его невероятно вымотал, тем более что пришлось понервничать за жизнь дочки. А ведь были серьёзные опасения, выживет ли она после отравления метаном или нет, но, к счастью, все обошлось. Сейчас та вместе с сыном Писаренко, к которому он испытывал все больше негативных чувств в связи с фантазиями и умением молодого человека впутать Марию в неприятности, лежали в больнице на лечении. Завтра их должны были уже выписать, благо селензия, а также иных средств современной медицины в учреждении было предостаточно.

Боровицкий не стал ставить будильник, поскольку решил, что все завтрашние дела могут подождать, и сегодня нужно хорошенько выспаться. Часы вдалеке на экране, вмонтированном в стену, пробили полночь. Антон скинул с себя испачканный в глине с болот пиджак и запулил его в другой конец комнаты, после чего нажал на кнопку и из-под кровати по полозьям выехало одеяло, полностью укрыв тело. Пролежав так со смыкающимися от сна глазами, Правитель задремал. Однако сновидения были отнюдь не радостными.

Около шести часов утра Боровицкий подскочил с кровати от резкой боли в спине в области поясницы. Выругавшись про себя и закусив одеяло, чтобы сдержать неимоверный крик, Антон поднялся со спального места и направился в соседнюю кнопку. Там лежала переносная аптечка в виде металлического чёрного чемоданчика размером тридцать на тридцать сантиметров. Открыв его, Правитель обнаружил внутри пять полостей под ампулы со шприцами. Две из них были уже пусты. Три оставшихся занимали колбочки с уже знакомой зелёной жидкостью – селензием. Взяв одну, Боровицкий собрал конструкцию, подтянул штаны и с размаху воткнул шприц себе в бедро, после чего нажал на кнопочку, и жидкость стала закачиваться внутрь ткани. Спина сразу почувствовала облегчение.

Сидя на кресле в гостиной, Антон уже спокойно выдохнул и вытянул ноги вперёд. На шестнадцать лет он забыл, что такое болезнь, но, к его огромному удивлению, она настигла его и в этом мире пару месяцев назад. Сначала это были единичные всплески, однако постепенно появлялись все чаще. К его огромному облегчению пока сыворотки полностью нивелировали эту прискорбную ситуацию. Однако вопрос оставался открытым, как это возможно? Ведь выделяемые в воздух частицы металла должны давать чудодейственную регенерацию, но почему-то этого не происходит.

Погрузившись в свои глубокие размышления, Боровицкий решил позвонить своему лечащему врачу. После долгих и продолжительных вызовов тот все-таки взял трубку. На экране голографического изображения с браслета появился уже изрядно постаревший, приобретший седину и залысины Шульц. «Герман Вениаминович, прошу прощения за столь ранний звонок», – поприветствовал его Правитель. «Антон Михайлович, рад Вас слышать, я так понимаю Вы по поводу анализов, как раз с утра собирался вам звонить». «Какие новости?» – сразу перешёл к делу Боровицкий. «Все печально, болезнь вернулась, и ничего с этим поделать мы не можем», – с грустным видом сказал врач. «Но как это возможно, тем более в этом мире?» – недоумевающе закричал Антон. «Возможно, – спокойно ответил Шульц, – присланный Вами анализ воздуха прямо кричит о том, что содержание селензия в нем стремительно уменьшается. Переселившимся туда в большом количестве люди слишком активно его вдыхают, а нового в необходимом количестве образовываться не успевает».

«И что теперь делать?» – спросил, закрыв от разочарования глаза Антон. «Пока можем гасить симптомы с помощью сывороток, но это недолго, год-два максимум, потом мы вернёмся в точку, с которой начинали. Боюсь Вы уже обманули смерть, но третьего шанса она не даст».

«Я вас понял», – ответил Боровицкий, прервав звонок. Он пару минут сидел в абсолютном опустошении и молчании, после чего резко вскочил и с криком: «Аааааааа!» – поднял кресло и со всей силы швырнул его об стену. На грохот сбежалась охрана. «Что случилось?» – спросил влетевший в комнату «Гамма-23». «Ничего, выйди и закрой дверь», – убийственно посмотрев на него, сказал Правитель. «Точно, может Вам нужна помощь?» – не унимался наёмник. Антон схватил ближайший лежащий на столе бластер и выстрел у него над плечом. «Я сказал ПРОВАЛИВАЙ», – закричал что есть силы он. Охранник поклонился и вышел за дверь.

Выдохнув, Боровицкий пошёл на кухню. Открыв бутылку виски и налив себе бокал, он плавно опустился на пол и заплакал. Давно не было такой безнадёги, даже когда он вспоминал о смерти жены. Закрыв глаза пальцами Правитель стал усиленно их массировать, чтобы прийти в себя. После чего, открыв их, увидел перед собой Спасского. «А мне чего не налил», – спросил Борис, взяв второй бокал в руки и присаживаясь на пол рядом. «Уходи, не до тебя сейчас», – попытался прогнать своего воображаемого друга Боровицкий. «Оооо, только не сегодня. Прямо сейчас я тебе очень нужен, и ты знаешь почему», – возразил ему бывший заместитель. «Хватит алкоголем решать свои проблемы, посмотри на себя, ты практически спился, ещё чуть-чуть, и мы на улице милостыню просить начнём, ты этого хочешь?» – начал читать нотации главный советчик. «И что? Тебе какая разница? Я делаю, что хочу», – возразил ему Боровицкий, делая ещё глоток. «Ты не забыл мой дорогой? Я – это ты. И где бы ты был без меня? Ах да, наверное на свалке истории, я совсем забыл», – стал размышлять Борис.

«Знаешь, а ты мне больше не нужен, сам справлюсь», – возразил ему Антон. «Хорошо, хорошо, прекрасно, – хлопая в ладоши, встал с пола Спасский, – только мой тебе совет начни разбираться с Писаренко и «Гамма-1». Их терки порядком мешают. И ещё, следи за вторым, он стал слишком подозрительным. Как понадоблюсь, зови, ты же знаешь, я никуда не денусь и всегда смотрю на мир твоими глазами». После этого он улыбнулся и растворился в пыль на глазах, как будто и не бывало.

Антон продолжал сидеть, размышляя над словами своего бывшего помощника, после чего встал, поставил на стол бокал с недопитым виски и позвонил Павлу Петровичу. «Доброе утро, – поздоровался тот, – что случилось?» «Нужно срочно поговорить, сегодня», – в приказном порядке без приветствия сообщил ему Боровицкий. «Хорошо, – пожимая плечами, ответил Писаренко, – но у меня встречное предложение, хочу пригласить тебя на экскурсионную прогулку». «Куда?» – с интересом спросил Антон. «На нашу историческую родину», – ответил, улыбнувшись глава «Боровицкий технолоджи».

Глава 13. Экскурсия

Писаренко стоял у входа в портал в ожидании Боровицкого. Они договорились встретиться сразу там, чтобы не тратить время на бессмысленные перемещения по городу. Павел Петрович специально нашёл неприметную толстовку с капюшоном, чтобы не выделяться из толпы своим дорогим костюмом. С этой же целью портал они выбрали на окраине старой столицы, чтобы не появляться прямо из «Замка».

И вот, наконец, на горизонте появился Антон, облачённый в специальный костюм, в который были вмонтированы иглы с селензием, и ставший для него неотделимой частью во время выхода в «Старый» мир ещё с момента событий около Парламента. Обычно во время публичных выступлений он скрывал эту броню под объёмными пиджаками и рубашками, а на лицо надевал маску с защитным герметичным щитом, через который было видно лицо. За годы принятия сыворотки обожженные участки кожи затянулись, сетчатка снова позволяла видеть, однако напоминанием о тех событиях остались рубцы и шрамы.

Но на этот раз Боровицкий не стал закрывать костюм, а в руках держал шлем, полностью скрывающий лицо, в котором он участвовал осаде штаба «Сопротивления». На удивление, каким бы приметным и привлекающим внимание этот образ не был, он обеспечивал полную конфиденциальность. Тем более, что после серии массивных разрушений города для Антона был вполне объективный резон опасаться за свою жизнь.

Подойдя вплотную к Писаренко и поздоровавшись с ним, Боровицкий надел шлем и спросил: «Ну что пойдём?». «Прошу», – сразу пригласил его к порталу Павел, делая рукой соответсвующий жест. Секунда, и вместе они перебрались на ту сторону. Помещение, в котором работал «Гравилом», представляло из себя нечто вроде укреплённого бункера, охраняемого десятком солдат из группы «Гамма». Антон учёл ошибки прошлого, когда «Сопротивление» смогло узнать о предназначении Ангара PD, попасть в него, а затем практически вторгнуться в новый мир. Теперь Боровицкий прятал свои секреты значительно лучше. Бункер был вырыт в тайне, как ответвление одной из веток метро, а для строителей заявлялся, как помещение для сотрудников метрополитена. Проект составил один из аффилированных ученых в НИИ, ведущий разработки лично для Антона. Более того, в отличие от ангара бункер охраняли в два раза больше наемников, облачённых в безупречную и доказавшую свою эффективность «Альфу-1» – венец творений Сергея сразу после «Гравилома».

Выйдя наружу и поднявшись на защищённом от землетрясений лифте на поверхность, старые друзья огляделись, чтобы понять, что за последнее время изменилось. Перед их глазами открылся удручающий пейзаж: полуразрушенный серый город, под ногами вода с плавающим мусором, невероятная вонь гнили и смрада, вдалеке гуляет смерч. Даже здание «Замка», как символа власти, оказалось частично обвалившимся в правом крыле, где одна из башен съехала в высохший ров.

«Чувствуешь запах серы и гари?» – вдруг прервал молчание Павел. «Да, что это?» – ответил внезапно погрустневший Антон. «А это судя по моим данным предвестник скорой катастрофы», – ответил Писаренко, протягивая руку на восток в сторону древнего вулкана, появившегося задолго до основания города.       Ходили легенды, что однажды он уже уничтожил древнюю цивилизацию, расположившую свою столицу на этом же месте. Более того, археологи находили ее останки, но никаких следов крупного поселения обнаружено не было, лишь стены пара десятка домов. Возможно, остальное было скрыто лавой и пеплом глубоко под землей. Однако проверить это уже не представлялось возможным, поскольку метро строить в сторону, где были обнаружены ценные для культуры страны находки, никто явно не собирался.

В части города, где находился вулкан, можно было лицезреть массивные сдвиги слоев земли, которые как нарывы местами вспучились готовые в любой момент прорваться. «А теперь обрати внимание на море», – развернул он Боровицкого, показывая в сторону порта. Антон не мог поверить своим глазам: «Подожди, а где вода? Почему она так далеко?» Он жадно впивался взглядом в каждое место, представляющее из себя ужасающее событие. «Печальное зрелище», – сглотнув, заявил Правитель. «Согласен», – уже привычно ответил Писаренко. Эту картину он наблюдал практически ежедневно. А главное, теперь как никто другой знал, что является ее причиной. «Ты меня за этим сюда привёл?» – решил поинтересоваться Боровицкий. «Не совсем, – замявшись, сказал Павел, – ты перед собой видишь причину, а я хочу показать тебе следствие». Затем он сделал жест приглашая за собой, и Антон, погруженный в свои печальные мысли, направился за ним.

Идти пришлось недолго, около пяти минут. Боровицкий это понял, резко врезавшись в спину остановившегося Писаренко. «Нам сюда», – внезапно заявил он, показав рукой на покосившийся сарай, с проваливающейся внутрь крышей. «И что это?» – недовольный поинтересовался Правитель. «Ну как же так, не узнать место, куда ходил каждый день почти десять лет», – с насмешкой заявил глава «Боровицкий технолоджи». Антон продолжал недоумевающе качать головой. «Хорошо, – решил сделать ему подсказку Павел, – представь, что это здание этажей так пять в высоту, по бокам два крыла с колоннами, резные фигуры наверху, массивная лестница, золотые часы над входом, барокко изо всех щелей, у нас под ногами памятник Пирогову» «Погоди, – вдруг прервал его Антон, – это что наш медицинский университет? Но этого не может быть, где он, куда все подевалось?»

«А это, дорогой друг, все, что ты видишь перед своими глазами, последствия действия «Гравилома», о которых тебя предупреждал Дятлов», – заявил с гордым видом Писаренко, доставая из кармана свернутый листок бумаги с исследованиям. Внимательно взглянув на него, Боровицкий заявил: «Откуда он у тебя?» «Из анонимного источника, – улыбнувшись ответил Павел, – не потрудишься объяснить?» «Ты сам все прекрасно знаешь, и о моей болезни тоже, а тут, скажем так, побочный эффект, небольшая сопутствующая издержка», – сказал, продолжая явно тяжелую и неприятную для него тему разговора, Антон. В голове у него промелькнула мысль, о которой его предупреждал «Гамма-1»: «Неужели Паша собирает на меня компромат и хочет занять мое место?»

Но вдруг его мысли переместились назад к действующим событиям. «Подожди, а это что за сарай?» – спросил он, посмотрев на покосившееся строение. «Пойдём внутрь, и ты все узнаешь», – сказал ему Павел, положив одну руку на плечо, а второй сделав жест, приглашающий посетить так называемую «экспозицию».

Глава 14. Приют

В недоумении, ожидая ответы, Боровицкий направлялся в сопровождении Писаренко в здание полуразвалившегося сарая. Как только они вошли на порог, в нос ударил сильный запах отходов и гниения. Вокруг царила практически полная темнота, лишь вдалеке работала одна лампочка на бензиновом генераторе, издающем неимоверные скрипы и чихающем чёрным дымом каждые несколько секунд. Справа от входа в ванной, если ее так можно было назвать, в одном из кранов капала вода. Легкое постукивание об кафельную плитку создавало небольшое эхо. В глубине слышался детский гам, несмотря на то, что сарай до этого казался заброшенным и абсолютно безжизненным.

С ужасом осматривая все вокруг, Антон промолвил: «Что это за место?» Павел не ответил и сделал лишь характерный жест, приглашающий пройти дальше за ним. По пути они встретили несколько десятков двуспальных кроватей, стоящих местами на голой земле. Участками можно было заметить, как на этих местах дремлют дети возрастом не старше десяти лет. Они лежали практически на голых досках, лишь немногие имели дырявые матрасы с торчащими наружу пружинами. О личных вещах и говорить не приходилось, одеты они были соответствующе. Писаренко шёл не останавливаясь, хотя Правителю казалось, что он видел достаточно.

Как только они добрели до самой дальней комнаты, где горел единственный источник света, Боровицкий еще больше ужаснулся. Это помещение едва ли можно назвать было таким. Стены оказались собраны из того, что было: дерево, куски плит, металлические балки. В стороне от окна находилась большая щель, через которое гулял ветер. Стекла также отсутствовали, от них было лишь одно название. Пол представлял из себя смешение грязи и булыжников. Все эти условия не шли даже ни в какое минимальное сравнение с тем, что представляла из себя даже кладовка для моющих принадлежностей в квартире Антона. Для роботов-пылесосов были созданы более комфортные условия, чем для детей здесь.

Как только ребята завидели гостей, то сразу же подбежали и обступили их. «Дядя Паша», – закричал один радостный кудрявый беззубый мальчик, бросившись к нему на руки. Подсадив его, Писаренко поднял малыша и погладил по голове. «Ну все, – сказал он, опуская того, – я с тобой и всеми вами поговорю чуть позже, сначала нужно провести экскурсию дяде Антону». Дети радостно захлопали в ладоши. Боровицкий схватил старого друга за плечо и отвёл в сторону. «Не хочешь рассказать мне, что это за место?» – спросил он. «Терпение, сейчас все расскажу», – умерил его пыл Павел Петрович. Он достал из ящика стола папку с документами с инициалами «Боровицкий технолоджи». «Что это?» – не дожидаясь ответа, спросил Антон. «А это, мой дорогой друг, один из приютов, финансируемый за счёт средств благотворительного фонда нашей компании», – ответил, разводя руками в стороны Писаренко. «И ты, не спрося у меня, сколько отделил от компании?» – разгневанно спросил Правитель.       «Двадцать процентов, но я на то и директор, ведь так? Тем более этот приют лишь один из сети, развёрнутой по всей стране», – заявил Павел Петрович, расхаживая по комнате и осматривая появившиеся на днях отверстия в стенах и выбитые стекла. «Так вот куда уходят такие баснословные суммы, – заявил с понимающим видом Боровицкий, – тогда почему все в таком ужасном состоянии, как будто это здание построили бомжи, чтобы на ночь переконтоваться, а не одна из крупнейших медицинских компаний во всем мире?» «А потому что они не существует больше месяца, максимум двух, под действием «Гравилома» уже больше десяти раз был уничтожен построенный благотворительным фондом каждый из приютов, мы просто не успеваем отстраивать их качественно заново, приходится довольствоваться тем, что есть», – с грустью в голосе ответил Павел. Даже через маску он почувствовал, как тяжело на душе стало его другу. Сейчас Боровицкий, как никто другой, осознавал всю боль и тяжесть проблемы, причиной которой он сам и являлся. «Я выйду на улицу подышу, не могу здесь находиться, буду ждать тебя там», – сказал он Писаренко, похлопав по плечу, после чего направился в сторону выхода.

Глава «Боровицкий технолоджи» ещё раз все осмотрел, поздоровался с детишками, после чего достал из-под толстовки коробку конфет, гордо подняв ее в воздух и громко спросив: «А что это тут у меня?» Самые маленькие, увидев вкусный подарок тут же ринулись к нему навстречу. «Аккуратней, делитесь друг с другом, не жадничайте!» – сказал Павел, кладя коробку на стол, после чего отошёл в сторону и подозвал к себе Петра. Ему было шестнадцать, и он, как самый старший из них, присматривая за всеми, выступая для них кем-то вроде приемного отца.

«Все хорошо?» – спросил у него Писаренко. «Да, позавчера был сильный ураган, оторвало кусок стены, разлетелись стекла в окне, но в целом никто не поранился, только у Степана небольшой порез от осколка», – уверенно ответил молодой человек. Для них такое явление стало вполне привычным, практически ежедневным делом. «Хорошо, – тяжело вздохнув, заявил Павел, – завтра к Вам приедут из фонда, починят стену, вставят новые окна, привезут обогреватели, еду и медикаменты, разделите все поровну, чтобы всем досталось». «Сделаем», – рапортовал Пётр. «Молодец», – пожал ему руку Писаренко и направился к выходу.

Там его ждал Боровицкий. Как только спутник поравнялся с Антоном, тот спросил главный волнующий его на данный момент вопрос: «Ты сказал – это приют, а кто дети, которые тут находятся, где их родители?» Павел тяжело вздохнул, после чего ответил: «Все их родители погибли от торнадо, наводнений, землетрясений – в общем следствий работы «Гравилома», они сироты, а благотворительный фонд помогает им вместе пережить боль утраты». На глаза у Боровицкого навернулись слёзы, лишь маска позволяла скрыть их от друга. «То есть ты хочешь сказать, что всему этому виной я, а ты расплачиваешься за мои грехи?» – спросил тяжелым голосом он. «Ну, можно сказать и так», – ответил ему Писаренко.

Затем он продолжил, разводя руками вокруг: «Я позвал тебя сюда не только показать все это, но и предупредить. По прогнозам и тому, что видно прямо сейчас, вот тот вулкан начнёт извергаться в течение недели. Столица будет полностью уничтожена если не потоками лавы и пеплом, то накрывшим ее с моря цунами. Люди не выживут. А даже если смогут уйти на достаточное расстояние, то это не жизнь. Сейчас они существуют как паразиты, не более. Помоги мне, возьми хотя бы детей в новый мир, дай им шанс на светлое будущее!»

Антон тяжело вздохнул, с одной стороны, он понимал, что так, как происходит сейчас продолжаться не может, он не должен допустить, чтобы дети проживали в таких условиях. Но с другой стороны, выяснил, что большое скопление людей в новом измерении снижает концентрацию в воздухе селензия, дающего ему шанс на долгую жизнь. Добавь туда дополнительно несколько миллионов, и безболезненный период станет еще короче. «Мне жаль, – с грустью ответил он, – если я заберу их туда, то умру, а я не могу этого допустить, что я оставлю после себя Марии, она все что у меня есть, не могу потерять ее». «Ты уже обманул болезнь, твоя дочь взрослая, тем более ты успеешь ещё с ней пообщаться, а эти дети, у них нет будущего, нет шансов, переступи через себя, пожертвуй одной жизнью ради миллионов других!» – кричал Павел Петрович. В окна повыглядывали дети. Спустя несколько секунд паузы Антон заявил: «Прости меня, но нет, я не могу, единственное, что готов тебе предложить – это завтра прислать группу наемников, они помогут эвакуировать город, а также пятьдесят процентов доходов «Боровицкий технолоджи» направим в благотворительный фонд для их достойной жизни». После этого он, не дожидаясь ответа своего друга, направился назад в сторону портала. Писаренко стоял в полном одиночестве ещё несколько минут, осознавая, что Антона, которого он когда-то знал во времена студенческой жизни и основания компании, больше нет. Вдохнув поглубже воздух, пахнущий пеплом и серой, он тихо сказал: «И на этом спасибо», – после чего тоже направился к порталу.

Глава 15. Смена курса

Возвращался в столицу Боровицкий уже совершенно в другом настроении. Экскурсия Павла Петровича поставила его в ступор. С одной стороны, он был очень на него зол, что тот тратит деньги его компании без предупреждения, что работает вместе с оппозицией, пытаясь нарыть на него компрометирующую информацию, что упрекает его жизнями других людей, которых он видит впервые. Но с другой стороны, доля истины в его словах была. Антон прекрасно понимал, что не существовал бы портал, эти дети никогда бы не страдали и жили бы и воспитывались в семьях в тёплых и уютных квартирах, но такова цена жизни, и, к сожалению, им пришлось ее за него заплатить. Единственное, чем пожертвовал Правитель на данный момент – его жена, однако и этот удар давался нелегко.

Боровицкий зашёл в новый мир, и сразу снял маску. Вдохнув полной грудью местный воздух, он сразу почувствовал кардинальную разницу в экологии. Тяжело переводя дух, Антон пытался успокоиться после увиденного, но сердце продолжало отбивать ритм, как будто хочет выскочить и убежать прочь из его груди. Поднявшись с подземного этажа на улицу, он заметил, как в глаза забрезжил свет. Тёплые лучи только взошедшего солнца не шли ни в какое сравнение с темной и серой, гнетущей и депрессивной атмосферой старой мира.

Подняв руку вверх, Боровицкий вызвал машину. Минута, и с неба спускался белоснежный зеркальный автомобиль на воздушной подушке. Водитель привычно отсутствовал, стоило лишь сказать адрес. Конечно, его дом не мог располагаться ни на какой другой улице кроме Боровицкой. Эго всегда было больным местом, но с годами становилось лишь больше, особенно после занятия должности премьер-министра.

По дороге Антон назначил «Гамма-1» встречу – необходимо было обсудить обещания, данные Писаренко, особенно вопрос финансирования. Правитель понимал, что фонд съедает слишком много денег компании, которая итак многие годы постепенно становилась убыточной без четкого понимая дальнейшего плана действий и существенного сокращения рынка сбыта. Необходимо было выделить государственные деньги, но откуда их взять: либо поднимать налоги, которые пойдут на тех же людей было бы странным, тем более в такой тяжелой для них жизненной ситуации, второй вариант – сократить расходы, в первую очередь на военную сферу, которые разрослись до невиданных масштабов после назначения Семена премьер-министром. Об этом и хотел поговорить Антон.

Встреча была назначена на обед, поэтому времени подобрать нужные слова оставалось предостаточно. Скоротать часы Боровицкий решил в своём кабинете, разлегшись на диване. Закрыв глаза, он расслабился, приняв удобную позу. Правитель настолько устал за последние дни, что задремал за считаные минуты. Перед глазами стоял просторный зал Парламента. Проходя мимо панорамного окна, Боровицкий остановился, не поверив своим глазам. За ним светило яркое солнце. Мягкие облака, слегка касаясь друг друга плыли по небу, отражаясь в реке. Начинающаяся весенняя зелень на деревьях радовала глаз. Никаких землетрясений, торнадо, наводнений и прочих ужасов, с которыми он столкнулся. Вулкан на фоне спал дремучим сном.

Проходящие мимо люди в дорогих деловых костюмах поздравляли его с недавним полноценным назначением на должность после выборов. Статус ВРИО Правителя осталось позади.

Улыбаясь присутствующим, Боровицкий пробирался сквозь толпу к выходу. Что-то сильно его туда тянуло. Достигнув, наконец, желанной двери тот открыл ее, вышел на улицу и вдохнул приятный аромат весенней теплоты. Под ногами лежала красная ковровая дорожка, по бокам ее обступили ненасытные журналисты, желающие сделать удачный кадр, чего бы им это ни стоило. Толпу удерживала охрана, стараясь никого не пускать. Вдруг ко входу приземлилась машина Антона, дверь открылась, и оттуда в шикарном бардовом платье высунула на дорожку ногу в туфлях на каблуках Анастасия. Боровицкий широко улыбнулся, увидев свою жену в ее прекрасном виде, после чего перевёл взгляд чуть ниже, под колесо автомобиля. «Нееееееет!» – закричал он, бросившись навстречу, после чего произошёл взрыв, и Антон проснулся.

«Что нет?» – спросил сидящий рядом за столом «Гамма-1». «Да так, я задремал, кошмар приснился», – ответил, присаживаясь и потирая глаза Правитель. После этого он тоже подсел к столу, став активно перебирать бумаги, как будто что-то искал. Вдруг резко поднял взгляд, сказав: «У меня к тебе разговор, дело важное». Тут он увидел за спиной Семена разгуливающего по кабинету шаркающей походкой Спасского. Антон поднял удивленно брови, и Борис, заметив это, сделал характерный жест благодарности, после чего подошёл к бывшему наемнику, усиленно указывая на него пальцем, затем он рукой изобразил пистолет, который стреляет ему же в голову. Но мёртвый заместитель не унимался, встал за спиной у Правителя, усиленно обращая на себя внимание. Антон резко отмахнулся, расщепив того на атомы.

«Насекомых отгоняете?» – спросил, улыбаясь, «Гамма-1», сразу поняв, в чем причина таких странных действий. «Да, мешают, – решил подыграть ему Боровицкий, – ну что, собственно, начнём?» «Давайте», – ответил премьер-министр, удобно устраиваясь в своём кресле. «Сегодня утром, – начал Правитель, – мне довелось прогуляться по старому миру. То, что я там увидел, повергло меня в ужас. Дети-сироты живут в ужасных условиях, а главное, это все по вине работы пушек и порталов. Поэтому я решил, что урезаю финансирование твоей армии и направляю наемников на ликвидацию последствий природных катастроф и эвакуацию населения».

«Гамма-1» сделал удивлённое лицо, а затем спросил: «Позвольте узнать, экскурсию Вам проводил Писаренко?» «Да, – коротко ответил Боровицкий, – а причём здесь это?» «Нет, просто я предупреждал Вас о его намерениях, а теперь он сделал театральную постановку, чтобы Вы отказались от части охраны. Ведь Павел понимает, что взять денег больше неоткуда быстро и в большом количестве, а так он убивает сразу двух зайцев – ослабить вашу безопасность и заработать, чтобы потом занять место Правителя», – заявил ему премьер-министр. «Молчи, – взревел Антон, – я предупреждал тебя о ваших ссорах и голословных обвинениях, ещё раз услышу, и я за себя не ручаюсь! Делай, что говорят, и не задавай лишних вопросов. В парламенте и Правительстве мои люди, не проблема им внушить мысль о необходимости сложения полномочий премьер-министра».

«Хорошо, – рапортовал «Гамма-1», – я все понял, могу идти?» «Идите, – сухо ответил Боровицкий, – надеюсь Вы сделаете правильный выбор». Бывший наёмник демонстративно откланялся и вышел за дверь. По его лицу явно читался гнев и недовольство. «Пора с этим заканчивать, долго так продолжаться не может», – подумал Семён, двигаясь по длинному и узкому коридору в сторону своего кабинета.

Глава 16. Новое покушение

На следующий день после разговора с «Гамма-1» у Антона было запланировано публичное мероприятие. На сегодня назначено празднование юбилея-пятнадцатилетия со дня реорганизации государства из демократической республики в ограниченную монархию. Все это было сделано для того, чтобы окончательно узурпировать власть в стране, а после смерти успешно передать ее по наследству взрослой и подготовленной к этому самой судьбой дочери, чтобы та продолжала дело отца по освоению нового мира. А главным препятствием была старая форма правления. Конечно, формально полномочия воздвигнутого на трон монарха были ограничены Парламентом и Правительством, но фактически власть была абсолютной. Давным-давно государство имело дело с монархией, поскольку в «Замке» несколько веков правили короли, но затем произошла революция, установившая новый порядок, подобно тому, что случилось во Франции в конце восемнадцатого столетия. К сожалению, аналогично соседям по геополитической ветке исторического развития, республика существовала недолго, и нашёлся новый Наполеон Бонапарт своего времени.

Боровицкий уверенными шагами, отбивая твёрдой поступью каждое движение, двигался в сторону выхода из своего дома, там его уже ожидала машина, готовая доставить на одну из центральных площадей новой столицы. Учитывая то, что Антон увидел на той стороне портала, а также предполагая общее расположение духа жителей старого города к его персоне, в этот раз юбилей он решил отметить на новом месте. Тем более символизм зашкаливал: «новая столица – новое государство – новое устройство – новая жизнь». Прокручивая в голове данную фразу, его особенно веселило, как с помощью повторов он сделает акцент на том, что страна не стоит на месте, а развивается и обновляется, становясь все лучше, что все их жертвы и страдания не происходят напрасно, а идут на благо всего общества. Более того, в качестве заставки перед трансляцией он хотел пустить видеозапись с дрона, пролетающего над городом, но посчитал этот ход излишне пафосным, и боясь вызвать чрезмерное недовольство при виде богатств и изысков нового измерения.

Выйдя на улицу, в лицо подул свежий летний ветерок, всегда создающий ощущение приятной и комфортной теплоты, но в то же время значительно освежая жаркий нагретый воздух. В нескольких метрах уже стоял зеркально белый автомобиль в форме фасолины с огромным отсеком для пассажиров, поскольку был полностью автоматизированным без возможности перехвата управления. Как только Боровицкий подошёл поближе, двери сами распахнулись, из бортовой части выехала небольшая ступенька-пандус для более удобного захода в салон. Забравшись внутрь, Антон сказал адрес, двери закрылись, заработали двигатели снизу, после чего машина оторвалась от земли и полетела в сторону площади. Город не был большим, поэтому пара минут, и транспорт уже приземлялся рядом с импровизированной сценой. Правитель здесь не опасался за свою жизнь, поэтому безопасности было по минимуму – зрители из первого ряда могли спокойно поздороваться с ним за руку без лишних усилий. Из окна автомобиля можно заметить, что площадь, которая занимала около гектара пространства и была окружена белоснежными небоскрёбами, оказалась до отказа заполнена народом, явно начавшим аплодировать, завидев приближение своего короля.

Как только машина приземлилась, и Боровицкий вышел на сцену, люди забились в экстазе, рукоплеская без остановки. Такое количество не присутствовало даже на злополучном праздновании дня независимости, когда сразу было совершено двойное покушение. Правда, стоит отметить, в тот раз на площади не находились люди, обязанные ему здоровьем и такими финансовыми успехами на фоне конкурентов в силу своего технологического и эксклюзивного превосходства за счёт недоступных им материалов.

Подойдя к микрофону, Антон ладонью сделал жест, означающий просьбу замолчать. Звуки аплодисментов тут же прекратились. Сзади него располагался огромный полупрозрачный экран, на который транслировалось крупное изображение его лица. Вдали поставили колонки, увеличивающие звук.       «Дорогие сограждане, – начал Боровицкий, – мне очень приятно видеть здесь не только тех, кто лично пришёл, но и глаза других, кто прильнул к экранам и голографическим изображениям со своих устройств. Сегодня вся страна празднует день образования нашего государства в изменённом формате. Конечно, за это время многое произошло, мы столкнулись с большим количеством как внешних, так и внутренних угроз. «Сопротивление», признанное террористической организацией, не дремлет и продолжает вставлять палки в колеса нашей независимости и безопасности, напомню, что ядерный взрыв в центре столицы, уничтоживший добрую половину города шестнадцать лет назад – их рук дело, поэтому необходимо приложить все усилия для борьбы с ними. За эти годы мы построили новое общество с кардинально другим устройством и идеологией. Сейчас я нахожусь в обновлённой столице нашей Родины, ведь новая столица – новое государство – новое устройство – новая жизнь. Да, пускай я повторяюсь, но делаю это осознанно, поскольку ничего старого не осталось! С сегодняшнего дня мы начинаем двигаться в наше уверенное и счастливое будущее!» Вдруг Правитель резко замолчал, забыв, что хотел сказать дальше. Ведь голословные обещания и популизм – хорошо, но необходимо хотя бы наметить реальные ориентиры развития.

Но, видимо, толпе этого было достаточно. По всей площади поднялся гул и громогласные аплодисменты. Осмотрев ставших ещё более лицемерными и неприятными ему людей, Боровицкий сделал кивок головой и стал разворачиваться в сторону машины, как вдруг неожиданно услышал звук выстрела. Инстинктивно он упал на пол, закрываясь трибуной. Толпа закричала и стала разбегаться в стороны, после чего раздался ещё один выстрел. Подняв руку, Антон испуганный вызвал «Гамму-1». Тот сразу ответил: «Не переживайте, нашли и сняли его, осматриваем окрестности на предмет сообщников. Не вылезайте, ожидайте сигнала». Боровицкий в страхе скукожился за маленьким стендом, боясь пошевелиться. На этот раз защитной брони под рукой не оказалось, а умирать сегодня он явно не планировал.

Минута и раздался новый вызов от бывшего наёмника: «Антон Михайлович, чисто, можете вылезать, он был один». Правитель сразу ответил: «Где он? Хочу посмотреть на нападавшего».

Глава 17. Судьбоносные решения

Антон, отряхиваясь, встал с пола сцены и посмотрел в сторону экрана, находившегося за его спиной во время выступления. В нем ровно посередине примерно в тридцати сантиметрах от головы Боровицкого зияло прожженное лазерным лучом отверстие. По всей видимости это и был первый выстрел, на счастье Правителя неудачный. Затем развернувшись на быстро опустевшую в панике площадь, Антон направился в сторону, где он заметил «Гамма-1» и ещё двоих наемников, склонившихся над телом. Подойдя поближе, Боровицкий обратил внимание, что убитый держал в руке бластер и был одет в старую форму группы «Гамма» ещё до появления брони «Альфа-1». «Опознали?» – сразу спросил он, не дожидаясь информации от бывшего наёмника. «Пока нет, – ответил тот, – хотим по горячим следам отследить, не пытаются ли уйти как можно дальше его сообщники». Тут в браслете премьер-министра послышалось сообщение: «Обыскали все в радиусе километра – никаких предполагаемых соисполнителей не обнаружено». «Хорошо», – ответил Семён, снимая маску с нападавшего.

Им оказался молодой человек с рыжими кудрявыми волосами, возраста около двадцати пяти. «Узнаёшь?» – спросил его Боровицкий. «Да, – ответил «Гамма-1», – из наших, пару дней назад уволили, видимо решил отомстить». «Так какого вы его не устранили?» – с претензией спросил Антон. «Мы переправили его в другой мир, и сказали не пускать больше, но похоже нашёл лазейку через кордон», – заявил, почесывая макушку премьер-министр.

«Допросить всех, кто отвечает за охрану портала, наверняка он связан с «Сопротивлением». Жду полный отчёт о сегодняшнем происшествии у себя на столе через два часа. Уж с этим то вы справитесь, раз с моей охраной не получается», – с ухмылкой сказал Боровицкий, направляясь в сторону своего автомобиля. Как только тот развернулся и ушёл, Семён сделал недовольное лицо, явно передразнивая Правителя и продолжил исследование доказательств и следов преступления.

Через полтора часа отчёт уже лежал на столе Антона. «Ну вот, можешь же когда хочешь», – заявил он, открывая папку. Чтобы не затягивать время, бывший наёмник заявил: «Нападавший прошёл сегодня утром через портал на окраине города». «И как они дали ему пройти», – глянув исподлобья, спросил Боровицкий. «Самое интересное, что те говорят, что поступил приказ его пропустить», – продолжал рассказ «Гамма-1». «Так, и от кого же?» -задавал дальше вопросы Правитель. «От вас», ухмыляясь ответил Семён.

Антон в голос рассмеялся, после чего добавил: «Хитрый, собака. Что ещё удалось узнать?» «Стрелял он из толпы, из своего табельного, которое у него по какой-то причине не забрали. Явно кто-то толкнул во время выстрела, сомневаюсь, что профессионал в такой ситуации мог промахнуться, на худой конец чуть скосить, но совсем мимо – нонсенс», говорил, почти не останавливаясь, бывший наёмник.

«Есть связи в «Сопротивлении»?» – вдруг резко спросил Антон. «Думаю нет, не складывается иначе картина. Они обычно действуют группой, но никак не поодиночке. Прошли эти времена, теперь они подросли и обнаглели», – заявил, явно задумываясь над каждым сказанным словам, «Гамма-1». «Однако есть более интересный момент, – продолжал он, – покопавшись в расшифровке последних звонков, мы нашли один номер». «И кто он?» – нетерпеливо спросил Боровицкий, пододвигаясь поближе к столу. «Мне жаль, но последние его несколько были с Писаренко, даже один длинный – час с лишним», – ответил, сделав очень грустное лицо, бывший наёмник. «Покажи», – грубо сказал Антон.

Премьер-министр протянул ему распечатку, на которой явно было, что нападавший несколько раз звонил Павлу Петровичу. «Понятно, – проглотив ком в горле, сухо продолжил Правитель, – не думал я, что так получится. Но не верю я, чтобы он мог нанять этого убийцу, просто не мог!» «Наверняка у Вас была недомолвка по поводу старого мира, и он решил избавиться от вас, заняв место Правителя», – пытался его убедить в обратном «Гамма-1». Но Антон в мыслях не мог себе такого представить, он даже на долю сомнения не мог предположить, что его студенческий друг на такое способен.

Выдержав молчаливую паузу, Боровицкий вдруг заявил: «Пора заканчивать с ним». Эти слова дались ему нелегко, но он вложил в них не тот смысл, который понял бывший наёмник. Увидев его улыбку, Правитель сразу смог того огорчить. «Я снимаю его со всех должностей в этом мире и директора «Боровицкий технолоджи». Пускай занимается благотворительной деятельностью, но я больше помогать ему ни в чем не намерен. Дополнительные средства выделены не будут, можешь забирать своих людей из того фонда, куда я их направил».

Премьер-министр явно стал более недовольным, чем после услышанной им до этого фразы, но улыбнулся и кивнул. «Кстати, – вдруг продолжил Антон, – зверя поймали?» «Какого?» – не совсем понимая, о чем он, спросил «Гамма-1». «Тигра, которого я выкинул через портал в лес за окружную и приказал найти изловить», – ответил ему Правитель, явно становясь более недовольным. «А, вы про него, – начал выкручиваться из положения, считав взгляд собеседника, Семён, – пока нет, обыскали все, в городе он тоже не появлялся, похоже направился в противоположную сторону, вглубь массива». «Ну и хорошо, – неожиданно заявил Боровицкий, – остановить поиски, хватит на это лишние бабки тратить, вдалеке от города много народу он не сожрет, свободен!» Бывший наёмник одобрительно кивнул, после чего вышел из кабинета, оставив Антона в полном одиночестве, погружённого в свои мысли.

Глава 18. Когда случайная фраза
изменит все

После напряженного и запоминающегося захода с Михаилом в лес Мария несколько дней пролежала в больнице. Постепенно состояние ее становилось все лучше, в большей степени помог укол селензия сразу после отравления метаном. Писаренко пока ещё был в посредственном состоянии, видимо болотистый воздух подействовал на него сильнее.

Каждый из них находился в индивидуальной современной палате со всеми удобствами так, что пребывание в больнице практически не отличалось от домашнего. Сегодня Боровицкую должны были выписать, завтра аналогично обещали сделать и с Михаилом. Этот факт очень радовал девушку, поэтому прямо с утра она начала собирать свои немногочисленные вещи, которые привезли ей из личной охраны отца. Более того, на входе он приставил к ней двоих наемников из группы «Гамма», то ли чтобы охранять ее от опасности, то ли чтобы не дать сбежать из-под присмотра. До Марии дошли слухи, что ее гувернантку Антон отправил в заключение к арестованным гражданам на рудники, а наёмника, который должен был ее везде сопровождать, лично застрелил. Для Боровицкой такие поступки были неприемлемы, и она не понимала, как можно наказывать людей такими жестокими методами, но за свою жизнь девушка была наслышана о том, что эти зверства были ещё цветочками в исполнении Правителя. Самый сок содержался в ягодках.

Как только она переоделась из больничной накидной сорочки в серую толстовку и джинсы, в палату зашёл врач в белоснежном медицинском халате с планшетом в руке. «Мария Антоновна, как Ваше самочувствие», – начал он с вопроса. «Прекрасно», – ответила Боровицкая, не отрываясь от своей сумки. «Я планирую Вас сегодня выписывать, нужно ещё раз произвести осмотр и заполнить бумаги», – продолжал доктор. «Спасибо не стоит», – прервала его девушка, взяв в руку сумку и направившись к выходу. «Подождите, – остановил ее врач, – я Вас никуда не отпускал». Мария подняла узкие брови вверх от удивления, после чего ответила: «Я абсолютно здорова и торчу здесь бесцельно который день, документы можете и без меня заполнить, потом пришлёте их отцу. Я не намерена оставаться ни минуты, могу идти или позвать охрану?»

Доктор вздохнул, перехватил другой рукой планшет, после чего, посмотрев на дверь, за которой стояло два наёмника, сказал: «Можете идти». Девушка сделала демонстративный поклон, после чего подошла к выходу, и дверь отъехала в сторону, спрятавшись внутрь стены, открыв проход к долгожданной свободе.

Как только Мария оказалась на улице, ее с двух сторон обступила охрана в ожидании прибытия личного автомобиля Антона. Минута, и машина приземлилась на крышу больницы. И вот, заработали водородные двигатели, транспорт поднялся в воздух и направился из восточной части города, где располагался современный медицинский центр, в самый высокий небоскрёб в новой столице. По дороге девушка решила включить какую-нибудь передачу, чтобы восстановить пробел за то время, пока она выпала из информационного пространства за эти несколько дней. Из передней панели выехал экран, и включился выпуск дневных новостей. Появилось изображение молодой симпатичной девушки из просторной студии, которая заявила: «Я напоминаю, что час назад во время празднования дня образования нашего государства, на Правителя Антона Михайловича Боровицкого было совершено покушение». «Что?» – не поверив, спросила вслух Мария, прильнув к дисплею. «Ко всеобщей радости, король выжил, его здоровью ничто не угрожает, – продолжала ведущая, – в администрации пока отказались комментировать ситуацию, они проводят расследование. Как только что-то новое станет известно, мы вам обязательно сообщим». На этих словах выпуск новостей прервался.

«Что произошло?» – продолжала не понимать Боровицкая. В этот момент автомобиль приземлялся на крышу их дома. Как только дверь открылась, она тут же стрелой побежала в сторону офиса отца, сразу оторвавшись от своей охраны, не успевающей за молодой и энергичной прытью девушки. Мария быстро спустилась на лифте на предпоследний этаж и добралась до кабинета Антона. За дверью она громко услышала его голос. «Фух, с ним все хорошо», – выдохнула Боровицкая.

«Однако есть более интересный момент, – послышался голос «Гамма-1», – покопавшись в расшифровке последних звонков, мы нашли один номер». «И кто он?» – нетерпеливо спросил отец. «Мне жаль, но последние его несколько были с Писаренко, даже один длинный – час с лишним», – ответил бывший наёмник. «Покажи», – грубо сказал Антон. Дальше следовала пауза, после чего Боровицкий повысил голос: «Не думал я, что так получится. Но не верю я, чтобы он мог нанять этого убийцу, просто не мог!» «Отец Миши нанял убийцу? Нет, это невозможно!» – быстро подумала девушка.

Затем вновь раздался голос премьер-министра: «Наверняка у Вас была недомолвка по поводу старого мира, и он решил избавиться от вас, заняв место Правителя». «Конфликт? Это похоже на отца, но совершенно не сочетается с Павлом Петровичем, он просто не мог сделать что-то в разрез!» – подумала Мария. После непродолжительной паузы Боровицкий заявил: «Пора заканчивать с ним». Эта фраза была для девушки, как гром среди ясного неба. Она закрыла рот, чтобы не закричать, и резко отошла от двери. На глазах проступили слёзы: «Как может он говорить так о своём лучшем друге? Как можно решиться на убийство отца Миши, которого он знает столько лет, и с которым вместе они через многое прошли! Нет, нужно предупредить его об опасности!» Боровицкая понеслась в сторону лифта и, разминувшись в доли секунд со своей охраной, направилась в середину небоскрёба, где располагался офис Писаренко.

Тот смирно сидел в своём офисе в очках, изучая бумаги по благотворительному фонду. В этот момент без стука в его кабинет влетела запыхавшаяся Мария. Павел поднял на неё взгляд, посмотрев на девушку через слегка съехавшие на нос окуляры. «Маша, что случилось?» – спросил он с удивленным лицом. «Павел Петрович, у меня к Вам срочная новость, я должна предупредить Вас», – еле дыша, заявила Боровицкая. Писаренко вскочил с кресла, сразу спросив: «Что-то с Мишей, ему стало хуже?» «Нет, с ним все хорошо, завтра выписывают», – тяжело выдохнув, ответила девушка. «Фух, не пугай так пожалуйста, меня же чуть инфаркт не хватил», – заявил ей испуганный глава «Боровицкий технолоджи», вновь присаживаясь на стул. После непродолжительной паузы он продолжил: «А что тогда?» «Павел Петрович, – слегка запинаясь, начала рассказ Мария, – я только что слышала разговор отца с «Гамма-1», они заявили, что пора с Вами заканчивать, потому что у Вас был конфликт с папой, а у предполагаемого убийцы нашли ваш номер телефона». На удивление Писаренко отреагировал более чем спокойно. Взяв чашку с напитком, он одним глотком полностью осушил ее, после чего сказал: «Все, что ты сейчас говоришь неправда, такого на самом деле не было. Единственный конфликт у меня как раз с премьер-министром, и похоже он дожал твоего отца, чтобы от меня избавиться. Тут уже ничего не поделаешь, если они так решили, то моя судьба определена, где бы я ни находился, они совершат задуманное». По щекам Марии потекли градом слёзы. «Неужели ничего нельзя сделать? Я поговорю с отцом, это неправильно!» – сказала, плача, она. «Не стоит милая, не расстраивайся, это наши вопросы и проблемы, не твои, я сам все сегодня решу и с ним поговорю, не трать нервы на такого старика, как я. Все, иди, я должен успеть закончить свои дела. Спасибо тебе!» Девушка вытерлась, кивнула ему и вышла из кабинета.

В этот момент Писаренко откинулся на спинку кресла и крепко задумался: «Ну вот и все! Пришёл этот момент, момент конца, не успел я сделать, что планировал, но что уж теперь. Нужно успеть оформить все для Миши, пока ещё есть время. Ах да, совсем забыл». Он сразу достал из ящика стола устройство, похожее на модернизированную версию «Послания-1» и начал записывать сообщение: «Привет, я ждал того дня, когда буду говорить с тобой по этому вопросу, но, видимо осталось мне недолго. Не кори себя, пространство и время штука такая, не знаешь, куда повернёт при заранее известном результате. Ну что ж, когда ты смотришь это, меня уже нет в живых, но, надеюсь, у тебя все хорошо. Боровицкий не остановится, а люди в старом мире страдают от голода и сокрушительных последствий «Гравилома». Помоги им! Сделай все, что в твоих силах. Останови это безумие! Я верю, что ты сможешь сделать то, чего не хватило духу мне ради всего человечества! Я люблю тебя!»

После этого он выключил запись, забрал устройство и направился к лифтам на крышу, чтобы отправить через антенну сообщение.

Глава 19. Жертва

Писаренко на следующий день уже успел наведаться в старый мир, чтобы проверить, как проходят дела у приютов в столице. Стены успешно заделали, у опекаемых появились адекватные и бесперебойные источники света и воды, пока что опасность новых разрушений им не угрожала. По прогнозам вулкан затормозил своё извержение, поэтому основная угроза от него теперь исходила в более далекой перспективе, что не могло не порадовать Павла Петровича. Более того, сегодня он посетил сына в больнице и забрал его домой с выписки. Михаил был в приподнятом расположении духа, здоровью его ничего не угрожало, благо они подоспели вовремя, а селензий сделал своё дело. Сейчас Писаренко был занят разговорами со своими заместителями по поводу того, что в ближайшее время Боровицкий обещал им выделить дополнительные средства для фонда.

Как раз в это время в дверь кабинета постучали, после чего она отъехала в сторону, и на пороге появился «Гамма-1». «Я могу войти?» – поинтересовался он, опираясь на косяк. «Да, я попозже Вам перезвоню, – заявил Павел, завершая разговор, после чего с издёвкой ответил, – чем обязан вашему высокому присутствию, премьер-министр?» Семён также наигранно сложил руки в знак благодарности, после чего сказал: «Антон Михайлович желает Вас видеть, прямо сейчас». Для Писаренко после слов Марии это был недобрый знак, но он кивнул, собрал все распечатанные бумаги в папку на столе, закрыл ее, после чего встал из-за стола, ответив: «Ну что, пойдём». Бывший наёмник сделал характерный жест руками, явно пропуская перед собой своего спутника в знак вежливости, а затем они оба вышли из кабинета, запечатав за собой дверь.

Пока мужчины ехали в лифте, наслаждаясь монотонной двухбитной музыкой, Павел решил осмотреть, что из себя стал в последнее время представлять «Гамма-1». Привычную экипировку наёмника он сменил на деловой костюм, сопоставимый с его новым статусом. Вместо гладко налысо выбритой головы – длинная чёлка, уложенная лаком. Цвет лица также стал явно более живым и здоровым, отражая большую расслабленность нежели напряжённость, как раньше. Из старых атрибутов выдавали отсутствие глубоких изменений характера лишь кобура с бластером на поясе, а также два лазерных ножа, прикреплённых в районе военных сапог с внутренней части ноги. Заметив, что Писаренко его осматривает, «Гамма-1» спросил: «Что-то не так?» «Да нет, – ответил Павел, после чего недвусмысленно съязвил, – думал пост премьер-министра прибавляет веса на пузе, а оказывается лишь волос на голове и количество деловой одежды». Бывший наёмник взбесился, захотев что-то стоящее ответить, но в этот момент двери лифта раскрылись, приглашая спутников в коридор, из которого расходилось множество дверей по покоям и рабочим комнатам Боровицкого и его дочки. Заметив, что тот не успел ему должным образом ответить, Павел вышел из лифта, широко улыбаясь, со словами «Ничего, в другой раз». «Гамма-1» проследовал за ним, подумав, что другого раза уже не предвидится.

Компания прошла через весь коридор, зайдя, наконец, в одну из дверей, отворяющую кабинет Антона. Тот уже сидел за столом, явно ожидая гостей и скучая. «О, а вот и вы, – радостный вскочил Боровицкий со своего кресла, – Паша, проходи, садись, есть важный разговор». Писаренко был уже не так уверен в себе, но, не подавая виду, сел на стул напротив. Бывший наёмник развалился на диване в углу комнаты. «А тебя, Семён, я попрошу выйти, это личный разговор, приведи пока сюда Мишу и Машу, хочу поболтать с ними по поводу их выхода за пределы города», – заявил, присаживаясь Антон. Тот сделал озадаченное лицо, но кивнул, и направился к выходу. В этот момент Правитель открыл потайной шкаф в стене, достав оттуда бутылку и потянувшись за бокалами. «Подожди, – вдруг сказал он уже уходящему премьер-министру, – а где мои хрустальные бокалы? Что это за стеклянная фигня?» «Антон Михайлович, уборщица вчера их разбила, – ответил развернувшийся наемник, – я заказал новые, пока со склада были привезены только эти». «Хорошо, можешь идти», – поторопил его Боровицкий, открыв бутылку и разливая содержимое по бокалам». Семён откланялся и вышел.

«Так, ты же понимаешь, что я позвал тебя на разговор не просто так?» – спросил, протягивая выпивку другу Антон. «Ну разумеется», – ответил, сглотнув Павел Петрович. «Давече на меня покушение было, – продолжил Правитель, расхаживая по комнате, – так вот, у предполагаемого убийцы нашли несколько продолжительных звонков на твой номер». «Глупость какая-то, кто он?» – спросил Писаренко, не понимая связи. «Это наш бывший наёмник из группы «Гамма», уволенный несколько дней назад. Когда Семён мне сказал об этом, я не поверил, что ты мог его нанять, просто не поверил, да и сейчас не считаю это правдой, скорее всего кто-то хочет тебя подставить», – заявил Правитель.

В этот момент в кабинете из ниоткуда материализовался Борис Спасский, улыбнувшись Боровицкому. Тот отвернулся в другую сторону, чтобы не обращать внимания на бывшего заместителя. «Так вот, более того кто-то смог подделать мой голос и пропустить наёмника через портал, значит это явно из своих, кому я доверяю», – продолжил Антон. Тут он посмотрел на Спасского, расхаживающего параллельно ему по кабинету. Вдруг он резко остановился, показал пальцем на Писаренко и сделал руками жест, означающий крест.       Боровицкий отмахнулся от него, чем вызвал удивлённое выражение лица у своего друга. «Собственно, я не верю, что это ты, поэтому для вида понизил со всех должностей и урезал финансирование благотворительного фонда. Так предатель, который явно хочет тебя подставить, будет очень доволен и начнёт ошибаться. Пожалуйста, помоги мне найти его, и я обещаю, что сделаю все, что ты меня попросишь для твоих сирот», – закончил свою речь Антон.

Писаренко сначала выпал в осадок, но затем понял, что сейчас выполнить просьбу его друга – реальный шанс помочь детям, страдающим от бед в том мире. «Я согласен», – коротко сказал он, встав со стула.

«Прекрасно, – радостно заявил Правитель, подходя ближе, – давай выпьем за это». Старые друзья чокнулись, после чего Боровицкий глянул на жидкость, которая приобрела странную пенистую консистенцию. «Неееееееет!» – услышал он крик подбегающего сбоку Спасского, когда Павел осушил полностью содержимое бокала. Все ещё держа в руке нетронутый напиток и повернувшись к заместителю, Антон заметил, как тот с грустным лицом растворяется в пыль.

Вдруг Писаренко выронил из рук бокал, держась за голову. «Что-то мне нехорошо», – заявил он хриплым голосом, усиленно потирая горло. «Паша, что случилось?» – закричал Боровицкий, хватая начавшего падать друга. Тот стал кашлять, явно задыхаясь. «Нет, нет, не умирай, что произошло?» – кричал Боровицкий. Писаренко схватил себя за горло и сильно хрипел, лицо приобрело серо-синий оттенок. «Нееееееет!» – орал во всю глотку Правитель, стуча со всей силы другу в грудь. В этот момент в кабинет зашёл «Гамма-1» в сопровождении Марии и Михаила.

Глава 20. Побег

Мария и Михаил стояли на пороге кабинета, открыв рты от удивления. На их глазах отец Писаренко упал на пол и задыхался. Сейчас глаза его смотрели в одну точку, конвульсии остановились, а лицо приобрело мертвенно-бледный оттенок. Над трупом стоял Боровицкий, что-то крича и пытаясь вновь запустить сердце своего друга.

Заметив присутствие детей, тот повернулся к «Гамма-1» и сказал: «Не сейчас, уведи их отсюда». В этот момент, быстро сложив услышанный ей вчера диалог и происходящее перед глазами, Мария выхватила бластер с пояса бывшего наёмника, отошла в сторону и направила его на отца. «Ублюдок! – закричала она. – Ты убил своего лучшего друга!» «Нет Маш, подожди, это не я, опусти оружие, давай спокойно поговорим!» – на нервах после смерти Павла ответил ей Антон. Тут к телу отца подбежал Михаил, пытаясь оживить его. Прощупав пульс и поколотив по груди, не возымев результата, на глаза у него накатились слёзы. «Папа! Как же так!» – кричал на всю комнату молодой человек. «Он мешал тебе, и ты так удобно убил его, когда вы остались один на один!» – продолжала обвинять отца Боровицкая. «Нет, это не я, зачем? Тем более для чего я вас пригласил на место преступления, это же просто нелогично!» – заявлял правитель. Мария не опускала бластер, держа его направленным в голову Антона. «Миша, уходи отсюда, беги к порталу, я тебя догоню», – с грозным и решительным видом заявила она. Писаренко бросил последний взгляд на мёртвого отца, вытер слёзы, побагровел от злости и, направив убийственный взор на предполагаемого убийцу, выбежал из комнаты. В этот момент «Гамма-1» снял лазерные ножи с креплений на своих ботинках и крался в сторону Марии. Увидев это, Боровицкий закричал: «Нет, не трогай ее!» Бывший наёмник сделал недовольное лицо, но отступил. «Послушай меня дочка, я клянусь тебе всем, что у меня есть, что это не я. Я клянусь памятью твоей матери, что это не моих рук дело! У меня не было причин его убивать!» – продолжал орать во все горло Антон.

«Да как смеешь ты приплетать сюда память о матери! Я не верю тебе, ты не оставил в себе ничего святого и способен на это! Я слышала ваш вчерашний разговор, что «пора заканчивать с ним», и сегодня такое. Удивительное совпадение!» – ответила Мария с дрожью в голосе. Руки ее сильно тряслись. Заметив это, «Гамма-1» без оружия стал двигаться в ее сторону. «Отставить!» – вновь одернул его Правитель. «Дочка, ты не слышала, что я говорил дальше, это совпадение! Кому-то удобно меня подставить! Мы найдём и накажем виновных!» – уверял ее Боровицкий. «Накажи себя! Меня ты больше не увидишь!» – резюмировала Боровицкая, стрельнув из бластера чуть выше головы Антона, после чего выбежала за дверь. Ошарашенный Правитель глянул на дыру в стене над своей головой, после чего закричал: «Поймать их, чего встал, грубую силу не применять!»

Мария со всех ног бежала в сторону лифта, сзади она слышала приближающиеся шаги. Добравшись до него, она со всей силы кулаком ударила по кнопке, и двери удачно оставшейся на этаже одной из двух кабин раскрылись, открывая проход. Боровицкая влетела в него, также быстро нажимая на минусовой этаж, где находился один из порталов. Вдалеке она увидела приближающегося «Гамма-1», держащего в руках лазерные ножи. Девушка снова ударила по кнопке этажа, и двери закрылись, отправив лифт с большой скоростью вниз на подземный этаж. Мария выдохнула от облегчения.

Как только она достигла подземной части небоскрёба, то увидела прямо около себя стоящего и ожидающего ее Михаила. «Бежим», – сказала Боровицкая, указывая в сторону портала. В колонках раздался голос Антона: «Задержите сына Писаренко и мою дочь, не применять грубую силу!» Наёмники, стоящие впереди внезапно оживились, встав в оборонительную позу. Молодые люди были уже на расстоянии десяти метров от цели, встретив сопротивление в лице обступившей их с двух сторон группы «Гамма». «Отойдите, – закричала на них Боровицкая, направляя бластер и крутясь вокруг своей оси, – иначе я за себя не отвечаю!» Те задумчиво переглянусь, Правитель запретил им использовать любые способы физического удержания. «Сейчас Вы отступите в стороны, а мы беспрепятственно пройдём на ту сторону, и никто не пострадает», – заявила Мария. От напряжения у неё на лбу вспучилась вена. Охрана продолжала переглядываться между собой, пока, наконец, один не решил отойти в сторону, опустив свой бластер. Остальные последовали его примеру. Девушка также опустила своё орудие, озираясь подходя вплотную к порталу, Михаил следовал за ней.

Вдруг один из наемников подкрался к Писаренко сзади и схватил его за шею, удерживая на месте. «Миша!» – закричала Боровицкая, вновь подняв своё оружие. «Сын у нас, Ваша дочь окружена», – заявил тот по рации. «Закрыть портал», – донеслось с другого конца провода. Говоривший направился в сторону пушки, пытаясь ее отключить. «Только попробуй», – взревела Мария, повернувшись в его сторону с бластером. Однако он лишь усмехнулся и нажал на кнопку выключения. Послышался звук остановки раскручивания устройства, и портал стал стремительно закрываться.

Быстро бросив взгляд в его сторону и поняв безысходность своего положения, Боровицкая, закрыв глаза от страха, выстрелила в ногу наёмника, удерживающего Михаила. Тот взревел от боли, отпустив своего пленника. «Быстрее, прыгай!» – закричала ему Мария, забежав в уже небольшую воронку. Писаренко ускорился. Перед его глазами зеркальный вращающийся круг закрывался слишком быстро. Оставался небольшой зазор в сорок сантиметров на уровне груди. Сзади он услышал, как двери лифта открылись, откуда вышел Боровицкий в сопровождении «Гамма-1».

Михаил через маленькое окошко смотрел, как лицо девушки с другой стороны приобретает все более испуганный вид, постепенно растворяясь в тумане. Сквозь оставшийся незакрытый кусочек портала уже просматривался подземный этаж небоскрёба. «Была-не была», – подумал молодой человек, с разбегу прыгнув в уменьшившееся до невообразимо малых размеров окно, притянувшее его к себе и через долю секунды с грохотом схлопнувшееся.

На месте, где только что находилось зеркало другого мира, просматривалось подвальное помещение без единого следа молодых людей. «Нееееет!» – закричал Боровицкий, ударив со всей силы кулаком по двери лифта.

Глава 21. Технические сложности

Прямо перед глазами Антона находился подвал. За секунду до этого портал закрылся, утянув за собой его дочь и сына Писаренко. А главное, его снова подвели наёмники из группы «Гамма», которые не смогли их задержать, хотя казалось бы, что может быть проще для профессиональных убийц, чем перехватить двух подростков. Но нет, это оказалось им не по силам.

Подойдя к выключенному «Гравилому», Боровицкий крикнул: «Включите его быстро!» Один из наемников подбежал к устройству, нажал на кнопку, но ничего не произошло. Подождав пару секунд, он повторил попытку, но эффект был тот же. «Хватит копаться, включай быстрее!» – торопил его Правитель, но пушка продолжала сохранять безжизненное состояние.

«Кто вас набирает, дай сюда!» – взревел снова Антон, подойдя к «Гравилому», оттолкнув сотрудника. Но устройство так и не заработало. «Аааа!» – закричал Боровицкий, скинув пушку на пол с кронштейна. «Принесите быстро сюда другую!» – скомандовал он, усаживаясь на пол. Несколько минут, и другой образец был в руках Правителя. Он сразу нажал на кнопку питания, «Гравилом» включился, зашатался, но ничего не произошло. «Проклятье!» – закричал король, кинув его об стену. «Почему не работает?» – задал он вопрос одному из наемников, который отвечал за работу устройства. «Похоже сын Писаренко застрял в портале в момент, когда он фактически был закрыт, поэтому оказался между мирами», – предположил тот. «И что теперь делать?» – продолжал спрашивать Антон. «Полагаю, что пока не выйдет оттуда, а данное пространство представляет из себя что-то вроде чёрной дыры, открыть новое окно мы не сможем», – заявил, почесывая голову, один из группы «Гамма».

«И долго это будет продолжаться?» – явно свирепея, сказал Боровицкий. «На данный момент сложно сказать, время там течёт по-другому, может быть пять минут, а может быть годы», – заявил наёмник. «Годы! – закричал Антон, хватая его за горло. – Если с моей дочерью что-то случится, я тебя не просто убью, а отделю по кусочку, а затем перемолю в фарш!» Тот стал задыхаться, глаза закатились наверх, но смог вымолвить: «Есть другие открытые порталы, и наши коллеги с обратной стороны, можно попробовать через них». «Точно! – вспомнил Правитель, резко отпустив свою жертву, – Семён, быстро вызови ближайших к «Замку», и направь их к порталу, Маша должна быть там, вряд ли она уйдёт куда-то без Михаила!»

«Будет сделано», – ответил «Гамма-1», вызывая по браслету своих подчинённых. «Восьмой и двадцатый, внимание, бросайте свой пост и быстро дуйте к порталу в «Замке». Там находится Мария Антоновна, нужно срочно и безболезненно ее задержать. Все понятно?» – скомандовал он. «Так точно», – послышалось с другого конца провода. «Готово», – заявил бывший наёмник, подходя поближе к королю.

Однако тот не обращал на премьер-министра никакого внимания. Взгляд его был устремлён на охранников портала. «И кто допустил из Вас, что Михаил смог вырваться, и подростки удрали? Ах да, вижу», – самодовольно говорил Антон, глядя на ногу одного из группы. ««Гамма-30», подойти-ка ко мне», улыбаясь заявил он. Наёмник, ковыляя, шагнул поближе. Достав с пляса бластер, Боровицкий сказал: «Спасибо за службу», – после чего пустил лазерный луч тому в лоб. Глаза застыли в вопросительном состоянии приближающегося ужаса, после чего безжизненное тело упало на бетонный пол. «Чего стоим? Работаем!» – сразу крикнул король его коллегам. Те быстро разбежались по разным углам, начав имитировать бурную деятельность.

«И ещё, Семён, – заявил, обращаясь к тому Антон, – я хочу знать все про то, чем был отравлен Писаренко, сделай тесты напитка и бокалов, я уверен, что это яд. Пресс-релиз пока не делаем, жду результатов». «Хорошо», – ответил ему «Гамма-1», направившись в сторону кабинета Боровицкого, чтобы собрать анализы. В это время Правитель померил грустным взглядом поваленное им орудие, после чего подумал: «Эх Сергей, где же ты, когда твой гений так нужен!»

Глава 22. Падение в бездну

Никогда бы не мог подумать Михаил, что его прыжок в портал может привести к таким последствиям. Видя перед собой сужающееся окошко зеркала, он заметил на другой стороне испуганное лицо Марии, после чего картинка стала как будто прозрачнее и в расфокусе, и именно в этот момент был совершён тот злополучной прыжок.

За спиной Писаренко почувствовал, как портал закрылся, но перед глазами вместо Боровицкой увидел лишь бесконечную тёмную бездна без единого источника освещения. Та боль, которую он испытал после этого, не могла быть сравнима со случившейся с ним в момент смерти отца, давящая и пугающая, невыносимая и жестокая. Но сейчас все мысли были о другом.

Чем ниже он падал, тем сильнее становилось притяжение и ускорение. Легкие сдавило так, что невозможно стало дышать, а по коже как будто скоблили строительной шкуркой. В глубине души он осознавал, что скоро умрет, но одновременно теплилась надежда на какое-то чудо. Однако шли минуты, а он был живее всех живых, и как будто начал замедляться. Одновременно Михаилу становилось все лучше и лучше. В то же время шансы постепенно угасали. Ни впереди, ни вокруг не было ни единого источника света, как будто ему выкололи глаза, он не мог даже увидеть, что происходит у него под носом, только потрогать собственные части тела.

В голове начался кавардак, внезапно возникали воспитания из детства, потом недавние события в лесу, потом опять детство, и так по бесконечному кругу в различной вариации случайных событий. Писаренко почувствовал, что его сильно мутит, ощущалось, как будто все вокруг крутится с неимоверной скоростью, но он никак не мог этого увидеть.

Михаил уверял себя, что бредит, что ударился головой об пол, а сейчас лежит в подвале небоскрёба Боровицкого без сознания, но с каждой минутой верилось в это все меньше. Он чувствовал, как начал терять сознание, а крик, изданный им в самом начале падения, так и остался на голосовых связках, не вырвавшись из горла. Неожиданно тело посередине пронзила резкая боль, как будто одну половину отделили от другой. В глазах вспыхнул ужас и неимоверные страдания, после чего все резко прошло, как ни бывало. Писаренко почувствовал, как его ноги облепляют миллиарды миниатюрных точек, после чего падение прекратилось, и он начал двигаться в обратном направлении. Сверху раздался хлопок, появился свет округлой формы небольшого окошка, и неведомая сила вышвырнула Михаила из этого круга навстречу солнцу под крик Марии.

Глава 23. Защита портала

Как только Мария выскочила на ту сторону, она тут же обернулась, чтобы посмотреть, далеко ли от нее находится Михаил. Тот бежал со всех ног, но портал закрывался быстрее. В глазах Боровицкой появился страх: «А что если он не успеет?» От большого круга диаметром в несколько метров уже оставался не больше полуметра, он висел, как шар над землей и продолжал закрываться с неимоверно быстрой скоростью.

Мария уже с трудом видела подвал небоскрёба, поскольку воронка закручивалась все сильнее, появился туман, просвечивающий стенку одной из комнат «Замка». По отдельным расплывчатым чертам девушка увидела, как Писаренко с разгона прыгает в зеркало, после чего его отражение оказалось вплотную к выходу из него, но то вдруг неожиданно схлопнулось и пропало.

«Нет, нет, нет, нет!» – закричала Боровицкая, кинувшись на место, где только что находился портал, но нашла там лишь пару отвалившихся от стены кирпичей и большое количество пыли. «Миша! Где ты?» – продолжала орать она так, что обветшавшие исторические стены задрожали. С потолка посыпалась кусками сморщенная от влаги побелка. Девушка бегала из стороны в сторону и продолжала звать друга, но в ответ ей стояла лишь тишина.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.