Анхен Вест
Писанина с чердака

Мини- сочинение по картине Крачковского «Восход Луны. Цветущие миндали»

…Как много чувств, как много впечатлений дарят нам картины великих творцов, гениев искусства и просто замечательных людей, умеющих найти удивительное даже в самом обычном…

Так легко и нежно трепещут от легкого бриза лепестки цветов миндали!

Как убаюкивающее шумят волны моря, разбиваясь о стену на берегу!

О, как чудесна Луна, взошедшая на небосвод ранним вечером, когда все живое готовиться ко сну!..

Так хочется встать под миндалями и замереть на время, наслаждаясь спокойствием и гармонией этого маленького мира, представленного художником.

Вдохнуть уставшими от городского воздуха легкими свежий, чистый воздух моря, ощущая при этом аромат цветов миндаля…и унестись в мир грез, позабыв обо всем…

Смотреть на нежное и почти безоблачное небо,.. Луну, такую холодную, но кажущуюся теплее от того, что на душе расцветает нежная нега упоения.

Это чудесно и волшебно, что существуют такие картины! Хочу сказать: «СПАСИБО!!!»,– художникам, и пронести это слово через века, надеясь, что они его услышат…

Вечереет

(по картине Т. Кинкейда «Зимние сумерки»)

Вечереет. На город потихоньку наползает сумрак, и зажигаются фонари. Идет снег…

А ты идешь, такой маленький, в этом сумраке под фонарями. Под ногами лежит снег, такой мягкий и пушистый; и ты, наступая на него, проваливаешься. И снег, ожив на секунду, издает скрип под твоей маленькой ножкой. А сверху, с неба, то же падают белые бабочки снега. Они летят, танцуют в свете фонаря свой танец и тихо ложатся наземь.

По улице проходят люди, кто-то едет в карете и все кутаются и прячутся от холода. А ты идешь и тебе тепло, но не от того, что одет лучше, или мама с нянечкой закутали теплехонько. Нет, не поэтому. Ты идешь за руку с мамой, такой сильной, высокой и красивой; и тебе не холодно. Ты знаешь, что она защитит тебя от всего и от этого на душе и по всему телу разливается тепло: приятное, тягучее.

А дома ждет тебя чай с вареньем и теплый камин, у которого мама будет читать сказки, как и все другие вечера. И будет опять летать по комнате дракон, или рыцарь в латах будет скакать в поисках возлюбленной, или лесные зверюшки будут разговаривать как люди…

Это потом, а сейчас ты, маленький, идешь рядом с мамой, и она улыбается тебе своей светлой улыбкой, и тебе тепло.

А на улице смеркается, и город окутывают сумерки… Холодные зимние сумерки…

Про них

Короли убогого трона

Кричат, что для них нет никого важнее народа!

Ну, а по-сути, что же в итоге:

Им наплевать на многих!

Им нет дела до страданий низших,

Они кормят «с ложечки» высших,

И кричат, что хотят больше,

Набивая кошели все толще!

Грабя, заверяют, что все будет лучше.

И все больше увязают в пороков гуще.

А нам плати, что б отмыть их чище,

Не думая, что они убийцы…

Расселили заразу сразу,

Продавая нам проказу.

Хотят все больше и больше,

Набивая кошели толще…

Они все видят и все знают.

Предлагают вместо рая кандалы ада.

И им верят, не порицая,

А тех, кто видит все, ненавистью сжигают.

Короли расселили заразу,

Раздавая обещанья, как бутерброды с маслом.

Гребя лопатами прибыль с икрою,

Бросая в печь ненависти дров еще больше,

Смотря со смехом на людей страданья,

Надев маски прискорбия и страданья…

Расселили заразу сразу,

Продавая нам проказу.

Хотят все больше и больше,

Набивая кошели толще…

Я устаю смотреть на все это,

Ищу ответы, бродя по гетто.

Надеюсь когда-нибудь увидеть солнце,

И сказать себе «Все стало лучше и проще,

Не надо бороться за кусок хлеба,

Не надо прожигать жизнь как сигарету,

Не надо бояться чувства раскрыть

И в новый мир без страха вступить»…

Надеюсь увидеть счастье на лицах,

Увидеть в небе радости птицу,

Увидеть улыбки и в глазах тоже,

Но этого нет…

Мы заложники, Боже!…

Расселили заразу,

Подавая нам проказу.

Хотят все больше и больше,

Набивая кошели свои толще…

Хотят везде и все сразу,

Не видя страданий,

Не видя реалий,

А ведь надо проще становиться,

Выпустить на волю радости птицу…

Тод

Вопреки всем россказням, что про него говорили, он шел своей дорогой, пускай не легкой, опасной временами, но он шел. За его спиной ходили сплетни (при чем самые отвратные), угрозы и прочая ерунда, что тешила жалкие умы и давала ему силы.

О, Тод, мой милый Тод! Как же они ошибаются в тебе, просто не понимая! Все они не видели криков в твоем молчании, и не слышала шепота в крике. Они не видят самого простого и очевидного в этом безудержном мире. Проще сеять заразу злобы, нежели помочь павшему.

Но ты не такой Тод! Мой дорогой Тод! Ты помогаешь там, где не просят, улыбаешься миру глазами, а не только губами, ты несешь свет во тьме этого обреченного на вымирание мира, хоть перенес не малую беду, что выжгла душу.

Тебя и любят и ненавидят одинаково горячо. Но ты неустанно идешь своей дорогой. И в толпе друзей тебе порой одиноко, как волку.

Тод, я знаю, ты справишься! И дойдешь до каждой из целей, а пока передохни, посиди в парке, смотри на мир широко открытыми по-детски, но уже более мудрыми по годам глазами.

Я тоже буду рядом – ветром, тихо щекочущим тебя и бегущим прочь. Я буду играть листьями на зеленых деревьях и мыльными пузырями, что так забавят детей малых.

Я буду рядом, и в каждом порыве ты услышишь: «Я с тобой!»

Тод – мужчина лет тридцати, а может и больше, одинокий как в личном, так и в общем, хотя пара – тройка друзей скрашивали это отчаянье. Он не дурен собой, а многие его считают симпатичным. Спортивного телосложения, но далеко не груда мышц. Шатен с глубокими карими глазами, точеным с небольшой горбинкой носом, не узкими ,но и не пухлыми губами. Он одет в джинсы темно-синего цвета, клетчатую рубашку и кожанку, а на ногах красуются кеды. Это любимый его стиль в одежде и пусть не по моде.

Этим утром он сидел в парке, как всегда после суточной смены. Ах, да! Совсем забыла сказать, Тод был врачом «Скорой помощи» (в этом мире будущего прибыльная, но не самая популярная работа).

И вот он сидел один, смотря как люди, спешат кто куда. Утро было теплым и солнечным. Тод потягивал кофе, немного щурясь от отблесков с листьев деревьев. Домой ему не хотелось, там пусто вот уже как три года. И пока ничто не могло заставить его так просто придти туда.

Три года… не столь малый, но и не столь великий кусочек жизни. Но те события, что произошли три этих года назад, сделали свое дело.

Три года назад произошла катастрофа в масштабах жизни Тода и автоавария в мировой.

Но давайте спустимся еще на года четыре назад в такой же июньский теплый день, какой обещает быть сегодня. Тогда наш еще не совсем зрелый, но уже не юный Тод встретил свою любовь. Она была прекрасна для него как ангел. Невысокая ,милая, со светлой кожей блондиночка с прекрасными голубыми глазами.

Они познакомились в этом самом парке случайно ,когда она пробегая с подружками не заметила как ослабла застежка на часах и они упали, а он сидя на лавочке, как и сейчас, видел эту картину и по какому-то полчку пошел поднять их, затем нашел эту толпу смеющихся девушек и спросил, кому они принадлежат. А дальше как в сказке любовь с первого взгляда. Через какое-то время свидания тет-а-тет, потом знакомство с родителями, посиделки в общих компаниях. Через год он предложил жить вместе, а еще через время быть его единственной.

О, какое это было счастливое время для него! Работа была не в тягость, домой он летел как на крыльях. Казалось, это будет вечно! Жизнь била ключом. А тут уже и дети появились – двойняшки. Мальчик и девочка.

Тод был безумно счастлив, хоть порой и было нелегко. Но его трудности никогда не пугали и сейчас он смотрел на них как на мелочи и радовался каждому дню, каждому новому достижению своих детей ,улыбке его милой жены. Жизнь была сочной и окрашенной миллионами красок!

И вдруг все это оборвалось…

Был поздний вечер. Тод с семьей возвращался домой с пикника. Дети лепетали на заднем сиденье, его жена и он подпевали радио. Этот вечер не предвещал ничего плохого. Они уже подъезжали к своему городку, когда откуда ни возьмись выскочил грузовик. Тод пытался его обогнуть, но тщетно. Лязг тормозов, скрежет металла о металл, крики и тишина. Почти в бессознательном состоянии Тод вызвал спасателей и пытался свою семью из помятой машины. Первыми он вытащил, не без малых усилий детей, потом попытался любимую жену, но это было не возможно. Ее зажало по грудь в кабине. Он не смотря на свои раны и состояние пытался раздвинуть металл и спасти ее. А она на последнем вздохе говорила, чтобы оставил ее.

Никто не знает сколько они ждали спасателей в таком состоянии, но когда те подъехали. То увидели мужчину плачущего и держащего за руку бездыханное тело женщины, зажатой в машине. Чуть поодаль двух детишек, тоже бездыханных. Тод даже не заметил доставая их, что они стали ангелами на небе, так он испугался и старался бережно извлекая их из машины.

После этих событий он еще месяца три лежал в больнице, ходил к психологам, а потом вернулся на работу. Но в его душе осталась огромная дыра, она не могла затянуться и болела, болела… Он изменился, перестал быть таким как прежде.

Тод ставил цели и добивался их, шел напролом иной раз. Люди стали шептаться, что он стал психом и многое другое ,хотя в работе все также он был одним из лучших.

Они, эти люди, не понимали его горя, хотя всем видом пытались сказать: «Мы сочувствуем». И так три года, три долгих года…

Он помнил ее последние слова, которые она сказала, и вот сидя в парке утром он их слышал: «Я всегда буду с тобой». Их нес ветер, шептали листья…

И вдруг он почувствовал легкость от этих слов, какой раньше не было. Как будто камень с души свалился. «Что это?» – подумал он.

А она летая ветром возле него и видя удивление на его лице, улыбнулась. Он услышал ее слова и сбросил груз вековой печали, чтобы жить дальше ради нее, за нее. Просто жить и радоваться, как с ней. Вот чего она хотела все это три года, смотря на него и его муки…

***

Грозовыми реками течет раскат.

Время бесчинно стирает память.

Все, что было сотню лет назад,

Мы бесследно потеряли.

Забудутся имена и города,

Но обелиски и стены стоят.

В душу пустыми глазницами глядят,

И ухмыляются предки.

Не вечна жизнь, как дуновение ветерка:

Была и нет- сотерта и сокрыта.

Мы бились над камнем тысячи лет,

Но не даст он вечности силу.

На Бога надеетесь?

Что же, пусть так;

Я по своей тропе,

Где сила человека дороже,

Где человек строит свою жизнь.

Из апреля в май.

Подул игривый, легкий весенний бриз. Солнце залило все пространство теплыми лучами света. Тоненькие, нежные желтые лепестки открыли свои объятия стрелам ультрафиолета. Мелкие букашки тоже уже выбрались из своих укрытий и заполнили пространство между травинками. Деревья, с легкими хлопками, открыли почки и подарили миру нежную зелень. Птицы щебечут во всех уголках о том, что зимние вьюги прекратили свой хоровод.

Все оживает и радуется новому времени – началу скорого жара лета, когда зной будет уже обжигать землю.

А пока все только пробуждается, разминается и блаженствует в золотой неге солнечного ореола.

На смену утреннему теплу, крадучись, подходит дневной жар, еще слабый и неуверенный. Он берет свой разбег каждое утро и нехотя уходит на боковую вечером, чтобы с утра пораньше слать свои горячие поцелуи Земле. А насупившийся холод пробует еще отбить себе простор по ночам.

Жар с каждым днем всё явственнее кричит ро себе. И не поймешь – то ли он пугает, то ли радует.

Нежные желтые лепестки одуванчиков тянутся за своим большим братом Солнцем, восхваляя его.

На клумбах начинают себя показывать тюльпаны и ирисы, заботливо посаженные людьми.

Как медведь из валежника, из-под земли лениво выбирается майский жук, сонно шевеля усами. Но и он скоро согреется и расправит крылья на встречу майскому лету.

Музыка.

По городу лилась музыка. То тихо, то громко; то как весенний освежающий ветерок, то как жаркий летний зной. Она обдавала всеми красками людей, проходивших близко, или где-то гуляющих в парках и скверах этого маленького городка, в этой далекой нам стране.

Она подхватывала легкие листья и несла их ветром по тротуарам и дорогам. Или резкими порывами с силой распахивала ставни домов. Она как чудо, как видение, как взрыв водородной бомбы! И она не прекращалась.

Каждый вечер в одно и то же время она начинала свой забег по улицам и душам людей; и так же внезапно в полночь заканчивала свой штурм, взятие своей Бастилии и…одерживала победу.

Никто не мог быть равнодушен в эти вечера. Люди выходили на улицу, гуляли, танцевали. Старушки, звеня посудой на кухне, открывали окна и стояли, смотря на вечерний небосвод. Они мечтали. Мечтали о юных годах .когда девчушками бежали в парк и играли, и танцевали до упаду, пока совсем не останется сил. И время казалось им бесконечно беспечным.

А музыка все лилась и пенилась, как море. Звенела и гудела, как колокола. Холодила, как мороженое, и обжигала, как кофе.

Все в это время жило. Да, жило под звуки чудной музыки старого музыканта, который несмотря на года имел душу ребенка, и превращал ее в музыку. Музыку для всех…

В ожидании.

Минуты тянулись мучительно медленно. Казалось, вся жизнь проходит за эти короткие мгновения для всех этих людей, спешащих по своим делам. Но не для неё. Время было её пыткой, мукой, одним из кругов ада.

Ей бы сорваться и побежать со всей этой серой массой, раствориться в ней, а не сидеть и считать каждую секунду. Но она продолжала, изредка смотря на часы, то перед собой в пустоту.

Она бы почитала что-нибудь пока ждёт, но не взяла книгу с собой.

Стрелка перевалила за назначенное время уже минут на десять. Как всегда…

"И почему только я боюсь опоздать?! Ладно, ещё пятнадцать минут подожду и уйду!"

Зашла в интернет, посмотрела новости…минут пять "убила"..

" Ненавижу ожидание! Да ещё эти люди. Проходят, смотрят, как на экспонат Кунсткамеры. Они что живой девушки ни разу не видели!"

Девушка сидела на скамейке в проходом сквере в одиночестве. Люди проходили мимо кто куда. Кто-то смотрел, кто-то нет. Ну да, на улице зима, а она, хоть и в длинном пальто, но сидит на лавочке. Да ещё и без шапки, в наушниках. Ох, молодежь!..

"Ещё минутка и уйду."

Она сидела уже достаточно долго и это её нервировало. Да ещё и не лето на дворе.

"Ох, эти парни! Пунктуальность явно не их конек."

А время неумолимо шло вперёд…

Девушка ещё раз взглянула на часы, достала телефон, набрала короткое сообщение, поднялась с насиженного и уже теплого места и пошла в своём направлении.

У кого-то в кармане запищал телефон. СМС. Она не дождалась. Обидно… Хотя сам виноват, не надо было обещать. Но следующий раз он обязательно сдержит слово и подойдёт. Он видел как девушка пришла и ждала его, но побоялся подойти и заговорить, хотя до этого, через монитор все было идеально, смело.

Сейчас, да, не решился. Но следующий раз, он решил для себя, такого не будет.

Встреча.
1.

Их встреча не была предопределена заранее, она была скорее случайностью, нежели поворотом судьбы и никто не мог сказать наверняка чем все закончится и когда.

Они встретились в обычный весенний вечер, когда было прохладно и моросил неприятный дождик, в кафе. Он, уставший после рабочего дня, зашел выпить пива, необыкновенно живительного и бодрящего, такого во всем их городе нигде не сыщешь. Она, после вечерних лекций, которые посещала после работы, зашла выпить чашечку кофе с изумительно вкусным пирожным. Он увидел ее не сразу, просто пробегая глазами по свободным столикам, которых как на зло не осталось. Сначала он думал остаться у барной стойки, но что-то толкнуло его подсесть к ней.

– К вам можно? – его голос раздался как будто из далека и был на удивление приятен.

– Да, пожалуйста. – она ответила не сразу, подняв на него свои большие голубые глаза.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.