Си Эд
Пепельные сердца

Пролог. Наставник и ученик.

– Давным-давно, в далекой древности кто-то отворил Великие Врата Миров, откуда в наш мир хлынули бесчисленные легионы порождений тьмы. И дабы спасти сей мир от демонов, предводитель рыцарей ордена света по имени – Шрайк объединил свои силы с повелителем договоров – небесным королём – Айносом, чтобы раз и навсегда запечатать эти врата.

Рассказывая историю, мужчина внезапно закашлялся и ненадолго прервался. Взяв протянутую ему чашу с водой, он сделал несколько глотков и лишь затем, не спеша продолжил.

– Началось великое противостояние, где земля оросилась кровью тысячей утраченных жизней, вознеся горы трупов до небес. Само небо окрасилось алым, а тучи заплакали кровавыми слезами. Ценой жизней бесчисленного количества подданных Айноса и Шрайка, демонов всё же смогли оттеснить обратно к вратам. Однако в решающий момент запечатывания врат один из повелителей демонов нанёс королю Айносу дюжину смертельных ранений прямо в источник праны, его жизненной энергии. Поняв, что его дни сочтены, Айнос передал Шрайку остатки своих сил и знаний, чтобы он завершил начатое. Наделённый могуществом и мудростью Айноса, Шрайк в тот же час обернулся величайшим драконом света. Изрыгая из пасти саму суть стихии света, он прогнал всю тьму обратно во врата и запечатал их навеки. И тем самым завершил возложенную на него миссию…

– Ну и? Почему Вы замолчали, наставник? Что же было дальше? – с интересом спросил юноша в лохмотьях, сидя возле костра.

Но его наставник не обращал на его слова внимания, покуда его разум был встревожен тем, что юноша, чуть не оборонил миску с похлёбкой на землю во время рассказа. Предостерегая своего ученика, он сказал:

– Ты смотри это, не вырони свой ужин. Ешь не спеша и аккуратно. Потеряешь свою порцию, будешь спать голодным. Я ведь уже говорил тебе, что добавки не будет.

– Ох да, простите наставник, – широко улыбнулся юноша.

Аккуратно отложив миску в сторону, он вновь принялся, капризничать.

– Ну всё. Можете больше об этом не волноваться. А теперь продолжайте историю, наставник.

– Может, на сегодня хватит? Нам ведь завтра рано вставать и продолжать путь.

– Ну уж нет. Мне же не заснуть, если не узнаю продолжение. А ведь Вы сами пообещали мне днём, что расскажете хорошую историю.

И как бы мужчина ни отнекивался, юноша продолжал донимать его расспросами и уговорами и в конце, он все же согласился.

– Ну, тогда устраивайся поудобнее и внимательно слушай.

– О! Наставник, погодите немножко, – внезапно высказался юноша.

– Ну что на этот раз? – устало спросил мужчина, глядя на то, как его собеседник, вновь взяв миску с едой, начал быстро ухлестывать похлёбку.

Доев свою порцию, юноша быстро ополоснул посуду холодной водой и побежал в сторону леса. Немного погодя он притащил заранее заготовленные им ветки, а затем и небольшую копну сена. Аккуратно расстелив одно, потом другое, он в миг смастерил себе подобие кровати, улегся и укрылся плащом, который на днях подарил ему наставник. Обустроившись поудобнее, юноша навострил уши и наконец-таки сказал:

– Ну всё, я готов. Можете начинать.

– А не слишком ли ты хорошо обустроился? – с ухмылкой спросил его наставник.

– А что? Я что-то не так сделал? Вы же сами говорили, устраиваться поудобнее, разве нет? – с удивлением переспросил его юноша.

– М-да, и то верно, – почесав затылок согласился мужчина.

– Ну же, наставник, не томите, продолжайте уже историю. Я и так из кожи вон лез весь день, помогая вам с добычей ингредиентов. И всё потому, что хотел услышать от Вас историю на ночь. Я не могу спокойно спать, пока не услышу какой-нибудь рассказ. Ведь мама всегда рассказывала мне что-нибудь перед сном, вот я и привык засыпать под её ласковый голос.

– Ну, я тебе ни мать и ни отец, – отчуждённо выразился мужчина, перемащивая дрова в костре.

– Но Вы же мой наставник, а значит, не чужой человек.

Услышав ответ юноши, мужчина мельком даже радостно улыбнулся, а его ученик продолжил капризничать.

– Ну же, прошу, давайте уже рассказ, наставник. А то такими темпами и утро может настать.

– Хорошо-хорошо, – согласился мужчина.

Смотря на звездное небо, он продолжил уже начатую историю.

– После смерти небесного короля Айноса началась борьба за его трон. У короля не было наследников, как таковых, его трон пустовал на протяжении десятилетий. И вот со временем начали появляться те, кто захотел занять его трон, дабы самим править магической крепостью, что парила в небе, называемой простым людом Небесной Твердыней.

– О! Злодеи появились? – с любопытством спросил юноша, перебивая рассказ наставника, за что он осуждающе посмотрел на своего ученика.

– Ах, да-да-да, – промямлил юноша, скрещивая указательные пальцы перед губами. – Всё, молчу.

Его наставник повел бровью и, посмотрев на него суровыми глазами, якобы намекнул, что такое больше не должно повториться, а затем продолжил:

– … И хоть претендентов на трон было много, однако самый верный ученик короля Айноса, архимаг Нейрил, выступил против каждого из них. Все утверждали, что небесный король Айнос погиб, но Нейрил каждый раз категорически отрицал эти факты. Архимаг свято верил, что его наставник и король не умер, и что однажды он вернется на своё законное место. А когда он услышал пророчество о своем короле от одного просвещенного пророка, он воодушевился и выступил против всех узурпаторов, посягавших на трон его короля. Ведь в пророчестве говорилось: «Повелитель договоров – небесный король Айнос возродится! И, вернувшись на своё законное место, он станет светочем надежды для всего мира волшебства и магии». Веря в это пророчество как в нечто святое, Нейрил противостоял в борьбе за наследие своего наставника. Защищая престол, Нейрил оборвал не мало жизней всех тех, кто осмеливался называть себя небесным королём. И вскоре имя архимага прогремело по всему свету, а сам он стал известен как Лучезарный Нейрил, поскольку за столетия жизни, он отточил магию настолько, что достиг высшего понятия глубин волшебства. Каждое его заклятие, будь оно простым или высшим, стало излучать сияющий лучезарный свет.

Взбудораженный рассказом, юноша вскочил и приподнимая руку вверх, хотел было что-то спросить или высказать, но благо вовремя опомнившись, улегся обратно, ожидая дальнейший рассказ.

– Первое время Нейрил руководил Небесной Твердыней самостоятельно, но вскоре после очередного предсказания от пророка о своем короле он собрал вокруг себя группу выдающихся представителей волшебства и магии и обучил их по одной стезе своих познаний. Вместе они образовали совет восьми, поскольку в продолжении пророчества было сказано: «Лишь одному из восьми выдающихся представителей Небесной Твердыни дозволено узреть истину, что приведёт к королю». И по решению совета они оставили трон пустовать до тех времён, пока один из них не приведет законного короля на его престол. Сами же построили огромную Белую Башню, которая стала местом для совета откуда совет Лучезарных и по сей день руководит Небесной Твердыней, представляя всю мощь магической крепости, за что их нарекли Лучезарными регентами Небесного короля.

Рассказывая историю, мужчина заметил, что его ученик уже еле сдерживался, чтобы что-то спросить и высказать. Пытаясь не смотреть в его сторону, мужчина продолжил:

– С момента создания совета каждый год один из Лучезарных отправлялся в странствие по миру на поиски своего короля. Так прошли годы, десятилетия и даже столетия, времена сменялись, появлялись всё новые и новые страны и государства, которые рано или поздно погрязали в коррупции, междоусобицах и войнах. И каждую из этих стран медленно, но верно поглощала великая империя, которой правил бессмертный император Мередор. Но, как бы там ни было, дела людей на земле не особо-то волновали совет Лучезарных, ведь их родина была в безопасности, паря высоко в небесах. А их главной проблемой были поиски. За всё это время, за бесчисленными количествами странствий и скитаний по всему свету Лучезарным так и не удалось найти и ниточки, ведущей их к королю, а состав совета менялся, и не раз, и не два, а целых семьдесят раз. И вот, несколько тысячелетий спустя, только Нейрил оставался неизменным представителем совета восьми, но отчужденный и забывающий облик своего короля за тысячи лет, а совет уже не верил в пророчество, но никто не осмеливался это высказать Нейрилу. И поэтому поиски короля стали, скорее, скитанием, а не поисками.

Тут юноша, не выдержав, спросил:

– Наставник, так Вы Лучезарный?

– Что? Откуда… – растерявшись, спросил мужчина.

– Так Вы сами это упоминали, при нашей первой встрече. Говорили, что мне не стоит Вас бояться, ибо Вы Лучезарный маг. Но тогда, я даже и понятия не имел, что это значит и не придал этому особого значения.

– Вот как? А я и забыл про это за месяц странствий с тобой. Как же беспечно с моей стороны ляпнуть такое.

– Так значит, Вы ищете своего короля? А могу ли им быть я? Ведь Вы сами говорили, что ведёте меня на парящую в небе магическую крепость.

– Нет-нет. Ты не можешь быть небесным королём, это просто невозможно. Ха-ха-ха.

Слыша усмешку наставника, юноша надул щеки и пробубнил:

– Ну и жестокий же Вы, наставник Роланд. Мне что, и помечтать нельзя?

– Ой, прости-прости. Я просто не ожидал, что ты такое ляпнешь, – обмолвился Лучезарный маг Роланд.

И тут юноша, вновь воспряв духом, спросил:

– О! Постойте-ка. Если Вы Лучезарный маг, то это значит, что Вы немерено сильны, да? А кто сильнее Вы или Нейрил? И куда вообще делся Шрайк? А еще…

Не выдержав поток вопросов, Роланд быстро произнёс заклинание сна: «Кальвиус!» – и юноша, тут же камнем упав на свою самодельную кровать, заснул.

– Наверное надо было с самого начала, так поступить. Хотя нет, это чересчур дико, даже для меня. Но всё же, как же хорошо… Покой и тишина.

Глубоко вздохнув, Роланд радостно посмотрел на горизонт любуясь ночным простором.

Глава 1. Осколки воспоминаний.

***

Мне часто снится один и тот же сон. В этом сне сплывают как хорошие, так и плохие моменты из моего прошлого. И вот, в очередной раз этот сон накрыл меня с головой.

В сумерках мы с мамой возвращались домой, не спеша спускаясь с гор, при этом собрав полную корзину лечебных трав и растений. Не уверен, сколько тогда мне было, лет десять или же одиннадцать? Точно и не вспомню. Но тот день накрепко отпечатался в моей памяти.

Ночь медленно опускалась на долину, окутывая её своей тёмной вуалью и легкой осенней прохладой. Но как ни странно, этой темноты, я не боялся. Ведь моё солнце, моя мама была рядом со мной и, держа меня за руку, тепло улыбалась.

Сколько себя помню, я всегда ходил за ней по пятам и пытался помогать ей во всём. Но всё же всю тяжелую работу она, конечно, же брала на себя, отдавая мне лишь маленькие поручения.

Мама занималась зельеварением и создавала различные лечебные эликсиры и снадобья, поэтому от неё всегда приятно пахло цветами и растениями, что мне очень сильно нравилось.

Она каждую ночь радостно рассказывала мне о моём отце. А говорила она о нём с такой теплотой и любовью, что я невольно представлял его этаким могучим рыцарем, которые иногда приходили защищать нашу деревню от монстров и разбойников.

Сам-то я особо не помнил своего отца, но, по словам матери, унаследовал его глаза бледно-янтарного цвета, а также его пышные пепельные волосы. В своих рассказах она часто подмечала то, каким талантливым он был. Говорила, что он обладал некой таинственной силой, благодаря которой мог обернуть день в ночь и наоборот.

Мне нравились её рассказы, ведь в них она говорила, что однажды мой отец придёт и заберёт нас отсюда, из этой проклятой деревни, в которой нас считали за прокажённых и даже за осквернённых.

Нередко бывали случаи, когда на нас злобно поглядывали со стороны, а иногда местные даже бросались камнями и палками стоило нам показаться в деревне.

Будучи ребёнком, я не понимал, почему эти люди такие злобные и жестокие, когда моя мама вылечила стольких из этой деревни. Но они всё так же продолжали сторониться нас и обзываться за спиной.

Они называли маму ведьмой и даже грешницей, а меня и вовсе считали исчадием ада. Хоть я и был ребёнком, но их слова так сильно ранили меня, что я до сих пор иногда, слышу их разгневанные голоса, сопровождающиеся бранными словами.

Поначалу я только плакался, ябедничая маме, что взрослые не пускают со мной играть своих детей, называя меня белым демоном. На что мама, гладя меня по голове, ласково говорила:

– Ну какой же ты демон. Посмотри, какой ты хорошенький. В твоих глазах лучится солнце, а волосы пышные и мягкие, словно облачко. Никакой ты не демон, ты ангел, что озарил мою жизнь.

Её слова и тёплая улыбка всегда успокаивали и подбадривали меня, и я вовсе забывал о том, почему плачу.

Вскоре я перестал ходить в эту деревню в попытках играть с детворой, ведь эти злобные люди никогда не пускали своих детей. Поэтому друзей как таковых у меня не было. Весь мой мир был ограничен окраиной деревни и высокими горами, куда мы часто ходили за цветами и травами так же, как и сегодня. Я вовсе не был против такой жизни, ведь мама всегда была рядом. Но всё же она хотела уйти отсюда, туда, где был мой отец.

И вот, когда мы спускались с горы в очередной раз, повсюду в деревне мелькали маленькие яркие огоньки, которые медленно пританцовывали в ночном просторе.

– Мама, мама, посмотри. Там такие красивые огоньки, – сказал я на радостях взглянув на маму.

Но вопреки моему веселому голосу мама вовсе не обрадовалась. Её лицо побледнело и даже исказилось этаким страхом. На мгновение она так сильно сжала мою ладонь, что я невольно застонал от боли.

– Ой, прости, сынок. Я сделала тебе больно? – заволновалась она.

– Нет, пустяки.

Я улыбнулся ей, пересилив боль, и она тут же с облегчением выдохнула, положив руку к сердцу.

– Кайлеб, сынок, послушай маму. Сейчас нам надо идти очень тихо и осторожно, хорошо? Ты ведь меня понял?

– Да, хорошо, – не спрашивая причину, тут же согласился я.

***

Проснувшись с первыми лучами солнца, я оглянулся по сторонам, наставника рядом не было. «Он что, вообще не спит?» – подумал я, слегка позёвывая.

Умывшись и позавтракав, я собрал свои вещи и пошёл искать Роланда. Заметил я его, конечно, не сразу, хоть он и был не особенно далеко от нашего лагеря. Он бродил возле небольшого озера и что-то разглядывал.

Направляясь к нему, я обратил внимание, что он выглядел весьма взволнованным и даже обескураженным.

Заметив моё присутствие он, обернувшись ко мне, сказал:

– О! Кайлеб. Так ты проснулся?

– Да, и давно, – расплылся я в самодовольной улыбке.

Но Роланду сейчас явно было не до разговоров. Показывая мне странные следы лап возле водоёма и след огромных когтей на поваленных деревьях, он сказал:

– Нам надо поторопиться. Эти твари уже рядом. Они выследили нас. Сегодня или завтра они точно нападут. Ведь в тёмном лесу солнечного света попросту нет. Свет не просачивается туда из-за высоких вековых деревьев. А это им только на руку.

– Но чьи это следы? И что за твари такие нас преследуют? – поинтересовался я.

В ответ была лишь строгая команда:

– Нам пора выдвигаться! Я всё объясню тебе по дороге. Ну же идём!

Глава 2. Тёмный лес.

Долго ли коротко ли мы шли по тёмному лесу, постоянно оглядываясь по сторонам, я точно уже и не знаю, поскольку я окончательно потерял ход времени. Здесь, среди плотно заросших вековых деревьев, было совсем не понятно, день сейчас или вечер. Как вообще в этом лесу можно было понять, куда мы идём и сколько времени уже в пути. А мой наставник постоянно к чему-то прислушивался, прислоняя ухо к часто встречающимся на пути серым деревьям. Что именно он там слышал, я так и не смог понять.

– Наставник Роланд, думаю, уже вечереет. Нам стоило бы уже остановиться и разбить лагерь. Что скажете?

– Нет. Сейчас только полдень, но ты не переживай! Половину пути мы уже успешно прошли. Осталось ещё столько же.

– Аааааа, – устало выдохнул я, осознав, что придётся идти дальше. – Полдень? Половина пути?.. И как Вы смогли всё это определить? Неужто Вам деревья это подсказали? – бросил я колкую шутку, однако Роланд тут же молча согласился со мной.

«Да ладно! Что, правда, что ли? Он что, друид? Странно… разве наставник не был магом?» – подумал я, приподняв брови от удивления.

– Вы это что, серьёзно? – переспросил я.

– Конечно. Это ведь волшебный лес, и, само собой, деревья тут тоже волшебные. Ну или хотя бы особенные.

– Вот оно что! Теперь-то я всё понял.

– Ну и что же ты понял?

– Ну-у…

Тут Роланд чуть призадумался, а затем, строго посмотрев на меня, спросил:

– Ты ведь не подумал, что я какой-то там друид, неправда ли?

– Да чтоб мне пусто было. Нет, конечно, – соврал я, скрестив пальцы руки за спиной.

– Ну, тогда ладно, – сказал он и снова прислонился к очередному серому дереву, начиная прислушиваться.

И тут внезапно Роланд настороженно произнёс:

– Они идут! И уже почти догнали нас. Нам надо поскорее найти укрытие.

Голос наставника был встревоженным и даже напуганным, но я не совсем понимал, кто или что нас преследует.

Взбудораженно оглядевшись по сторонам, Роланд вдруг прямо просиял от радости.

– Смотри, Кайлеб, тут растёт ивовая хура! Нам необычайно повезло, кажись, госпожа удача всё ещё с нами. Здесь-то мы и можем укрыться от этих тварей.

Ухватив меня за котомку, как какого-то котёнка, он поспешил в сторону высокого, чёрного и очень ветвисто-колючего дерева. Осторожно доведя меня до ствола, он тут же обернулся и, вытянув руку вперёд, произнёс:

– Оккультатио вентус.

После его слов тут же отовсюду подул сияющий зелёным цветом ветер и начал резвиться там, где недавно стояли мы.

– Это должно спутать им следы, а теперь…

Прикоснувшись к дереву, Роланд закрыл глаза и начал очень быстро что-то бормотать себе под нос. И хоть на этот раз я и не разобрал его слов, но это явно было очередное заклинание. Вдруг дерево озарилось и засияло зелёным цветом, подобно тому странному зелёному ветру. Наполненное этим свечением дерево будто бы ожило, оно заскрипело и затрещало, а после и вовсе обвилось вокруг нас в кольцо, как гремучая змея, что почуяла опасность.

– Наставник… – я хотел было кое-что у него спросить, однако он тут же на меня цыкнул, издавая приглушённый звук.

– Тихо! Они уже тут, – прошептал он.

Немного погодя послышалось потрескивание ветвей и шуршание сухих листьев, после чего последовало тихое рычание. Роланд посмотрел на меня и медленно приставил палец к губе, тем самым намекая, что сейчас нужно быть тише воды и нише травы. Затаив дыхание, я устремил свой взор через колючие ветви дерева и попытался разглядеть существ, что так неистово преследовали нас. И вот мгновение спустя я всё же смог мельком рассмотреть одного из них.

Внешне эта тварь была похожа на смесь нескольких существ: лань, волка и орла. И как бы странно это ни было, но её позвонковые кости, насквозь пронзая плоть монстра, сильно выпирали из его тела. Даже густая длинная белоснежно-кровавая шерсть не могла скрыть эти заострённые кости. Его телосложение в основном было волчьим, а вот голова больше напоминала череп лани, с небольшими острыми рогами, однако пасть всё же была как у волка с кучей острых, словно бритва зубов. Глаз в глазницах и вовсе не было, виднелись лишь тусклые тлеющие свечения красного оттенка. А на спине монстра красовались аккуратно сложенные крылья, того же окраса, что и шерсть.

Но даже при таких ужасных очертаниях в нём было что-то манящее, что-то умиляющее мой взор. Казалось, если приглядеться, он, хоть и по-своему, но был более чем прекрасным созданием. Поэтому я, смотря на него, несколько позабылся и тихо произнёс:

– Как красиво!

Тут-то эти монстры и услышали меня. Обернувшись в нашу сторону, они начали злобно рычать, показывая свой жуткий оскал.

– Твою ж мать! – взбудоражено произнёс Роланд и тут же ухватился за корень дерева, внутри которого мы скрывались.

Монстры устремились в атаку, а Роланд начал отбиваться от них, извивающимся как змей деревом. Каждый из монстров отличался особой прытью, за которой заколдованное дерево не поспевало.

Стоя позади наставника, я почувствовал себя несколько виноватым, ведь если бы не я, то монстры могли потерять наш след, а мы продолжили бы свой путь.

Я сорвал несколько созревших плодов с дерева и начал бросаться ими в тварей, чтобы хоть как-то помочь наставнику. И тут плоды вдруг начали взрываться, и более того, одного из монстров даже задело этим взрывом. Я воодушевлённо посмотрел на своего наставника, однако радости в ответ не увидел. На его лице было волнение, а может, и тревога. Впопыхах он что-то крикнул мне, однако я не расслышал его.

– Что Вы сказали?

– Живо брось этот плод. Немедленно.

И тут раздался очень громкий и резкий звук, из-за которого я перестал что-либо понимать. В ушах стоял дикий звон, который мешал, услышать дальнейшие крики наставника. Резко теряя равновесие, я начал падать камнем вниз головой. Абсолютно всё вокруг меня начало размываться и терять свои очертания. Мои веки потяжелели, и я постепенно начал закрывать глаза, пока мои очи не накрыла тьма…

Глава 3. Сон.

Я вновь погрузился в этот сон…

***

Огоньки плавно резвились по всей деревне, кружась в медленном танце, а затем один из огоньков, увеличиваясь, воспылал ярче всех. Глядя на эти огоньки, я так радовался, думая, что к нам в деревню пришли феи из маминых рассказов, но мама почему-то была не в восторге.

Держа меня за руку, мама слегка усилила свою хватку, а затем, нервно цокнув, сказала:

– Вот ж гады, чтоб им пусто было!

Я всё гадал, почему мама вдруг ни с того ни с сего, переменилась во взгляде и начала ругаться. Сколько себя помню, она всегда была очень спокойной и доброй, однако сейчас мама выглядела весьма разгневанной и, более того, очень сердитой, так что я не решился спросить у неё, в чём всё-таки дело.

До деревни было уже рукой подать, но мы слегка замедлили движение, начиная подкрадываться. Тихо и бесшумно приблизившись к нашему дому, мы узрели безумие, что творилось в деревне. И тут-то я понял, что все эти огоньки были отнюдь не феями – это были факелы на руках у разбойников, а самый яркий из огоньков был загоревшимся домом.

Согнав всех местных жителей в центр деревни, разбойники глумились над бедными крестьянами, которым нечем было защититься. Сами же разбойники с ног до головы были экипированы в крепкие кожаные доспехи и у каждого в руках было по железному или стальному мечу.

Разбойники таскали женщин за волосы и прилюдно порочили их на глазах у всей деревни, а тех, кто пытался заступиться за них, тут же жестоко убивали, рассекая им плоть сверкающим лезвием меча. Но некоторые всё же воздерживались от убийств, однако участь тех бедолаг, оставшихся в живых, была не лучше быстрой смерти. Их жестоко избивали и калечили забавы ради. Казалось, им это даже нравилось, они учиняли такое зверство и ликовали. Их бранные словечки разрывали ночную тишину, проносясь по всей округе.

– Нелюди! – буквально шёпотом, с презрением высказалась мама.

Хоть она и пыталась казаться сильной рядом со мной, но её дрожащая, как осиновый лист, рука буквально передавала мне чувство её страха перед ними.

Пока разбойники глумились и потешались над бедными людьми, мы незаметно проскользнули в наш дом. Зайдя внутрь, мы тут же обнаружили, что вся наша мебель и вещи перевернуты вверх тормашками.

– Кто-то явно здесь что-то выискивал, – прошептала мама, начиная копаться в разбросанных вещах.

Она рьяно и упорно что-то искала среди всей этой горы разбросанных вещей, а я тем временем начал поглядывать на улицу через небольшую щель в двери, следя за разбойниками.

Я смотрел на всё это зверство, но у меня не дрогнул и нерв. То ли присутствие матери придавало мне спокойствия, а то ли из-за того, что я уже, будучи ребёнком, был таким чёрствым. Я и сам не понимал почему, но я вовсе не боялся. «Со мной что-то не так?», – подумал я продолжая следить за происходящим.

И тут один из разбойников, который сильно отличался от других своим внешним видом и крутым нравом, начал орать на старосту нашей деревни, недовольно пиная мешки с пшеницей.

– Эй старик, ну что за дела? Неужели это весь ваш урожай? Вы что, не готовитесь к зиме? А?!

– Ну-у так… еще с десяток дней… до… начала сбора урожая, – трясясь от страха, кое-как выговорил избитый до посинения пожилой человек.

Приложив ладонь ко лбу, разбойник слегка откинул голову назад и тяжело вздохнув, посмотрел на старосту.

– То этой ведьмы нет дома, то вы не можете найти её гримуар. Да даже урожая нет…

Староста опустил голову подобно ребёнку, которого отчитали, и ничего ему не ответил, боясь последствий.

– Ты что, старый… –резко повысил голос разбойник. – Думаешь, я с тобой тут шутки шутить буду?

В мгновение ока сверкающий кинжал вонзился старосте прямо в сердце. Совершив своё гнусное злодеяние, разбойник, отбросил тело старика на землю и сказал:

– Ай-яй-яй… Какая ж досада. Итак, – резко хлопнув ладонями, он оглянулся по сторонам. – Кого же мне выбрать в качестве нового старосты?

Выискивая кандидата на роль старосты, он почесал себе затылок.

– М-да. Выбор-то у нас не велик. Из взрослых тут только женщины да старики. Что ж ладно… – разбойник начинал играть в считалочку, указывая то на одного, то на другого. – Ты! – остановился он на одном пожилом человеке. – Отныне ты будешь здесь всем заправлять. От своего имени торжественно назначаю тебя старостой этой деревни! Надеюсь, ты нас не разочаруешь? Ты ведь понимаешь, что от тебя требуется, не так ли?!

– Д-д-да! – послышался неуверенный ответ.

– Ну что ж. Раз уж ты у нас новоиспечённый староста, дадим тебе урок воспитания, чтобы ты как следует всё запомнил.

Громкий свист раздался по округе, привлекая внимание остальных разбойников.

– Эй, парни! – крикнул он своим ближайшим подельникам. – Избейте его, да как следует. Втолкуйте этому старому пердуну, что с нами шутки плохи.

– Как прикажешь, Ален, – высказал один из разбойников, подзывая своих собратьев. – Ну, пойдём.

Тут же к новоназначенному старосте подошли четверо разбойников и начали бесцеремонно его мутузить. Я нервно сжал кулаки. Но что я мог им сделать? Обозвать? Кинуть чем попало? Правда была таковой, что я мог лишь тихо наблюдать за их зверством, со стороны, охваченный чувством досады из-за своей немощности.

Тут ко мне подошла мама и, крепко приобняв, словно на прощание сказала:

– Кайлеб, сыночек, иди и спрячься в чулан. Не бойся! Эти нелюди сюда не придут.

– А как же ты? – взволновался я.

– Мне нужно идти и хоть как-то попытаться помочь этим бедным людям.

– Что? – изумлённо, с нотками страха произнёс я.

Впервые в жизни я испытал страх, но этот страх был не моим, а точнее, я страшно боялся не за себя, а за жизнь своей матери.

– Не надо, мама, они же убьют тебя! – сказал я, ухватившись за неё, и, чуть было не плача, добавил: – Давай вместе спрячемся… Не выходи туда, прошу, там опасно!

– Прости, сынок, но я не могу спокойно сидеть, когда страдают ни в чём неповинные люди, причём из-за меня.

– Мама? – тихо прошептал я.

– Пора бы мне уже оправдать своё прозвище. Не зря же все местные называют твою маму прокажённой ведьмой.

На миг я оцепенел от удивления. В карих глазах мамы промелькнула искра синего света.

Опомнившись, я умоляюще протянул к ней руку и тихо сказал ей вслед: – Мама постой! – но мама уже не слышала меня.

Держа в руках толстую красную книгу, она тут же выбежала из дома…

Глава 4. Терзание.

Проснувшись в холодном поту, я ухватился за грудь, пытаясь усмирить своё учащённое сердцебиение. Последствие дурного сна всё никак не отпускало. Лишь тогда, когда я, опустив голову, посидел, уставившись в одну точку, я смог хоть как-то успокоиться.

Придя в себя, я тут же вспомнил, что случилось ранее. Совсем недавно на нас напали некие монстры в огромном тёмном лесу. Помнится мне, что я как-то умудрился потерять сознание, прямо в разгар противостояния.

Я быстренько осмотрел своё тело, но не нашёл ни единого пореза или шрама. Удивительно, но со мной всё было в порядке.

И тут внезапно откуда-то со стороны послышалось сбившееся дыхание. Оборачиваясь на звук, я заметил, что вся округа возле меня была выжжена до основания. Неподалёку виднелись тлеющие угольки, видимо, это были те самые монстры, что напали на нас в тёмном лесу. Пробегаясь дальше взглядом, я заметил дивную поляну, зарастающую средь выжженной земли. Там росли необычайно редкие и красивые цветы. Они сияли, словно драгоценные камни, и устремляли свои бутоны к лежавшему без сознания человеку. Я пригляделся и тут же признал своего наставника.

Волнуясь за его жизнь, я подбежал к нему и ужаснулся. Большая часть его туловища полностью обгорела, сильнее всего пострадали руки. Они обгорели настолько, что виднелись даже кости, а из открытой раны текла алая кровь.

Его раны были весьма плачевными, но благодаря сотворённой им магии Роланд всё же умудрился остаться в живых. Эта чудо-поляна медленно, но верно излечивала его обожжённое тело. Кровь постепенно свернулась и остановилась. Я так сильно радовался, однако совсем не долго. Тело наставника начало зарастать корнями и покрываться мхом, а затем показались ростки светящихся цветов.

Я с ужасом опустился на колени перед моим наставником, и начал срывать всю эту растительность, боясь, что он сольётся воедино с этой поляной. Но всё было тщетно. Сколько бы я ни срывал растения, они тут же оплетали и покрывали всё его тело вновь.

И тут наставник пробудился.

– Кайлеб? – буквально прошептал он, будучи без сил. – Не стоит пытаться срывать эти цветы, это бесполезно.

Услышав его речь, я замер от страха, думая, что это могут быть последние мгновения моего наставника. Я так хотел извиниться перед ним, но слова комом застряли в горле, а в глазах навернулись слёзы.

– П-простите…

Роланд через силу посмотрел на меня, а я, собрав волю в кулак кое-как сказал:

– Простите меня, пожалуйста, наставник.

Естественно, я был рад тому, что он всё ещё жив, но в то же время я понимал, что это именно я был виновником его бед и ран. В моей голове всё так сильно перемешалось. Чувство радости и чувство вины сменяли друг друга, будто бы день сменялся ночью, и наоборот.

Я чувствовал себя просто отвратно, но тут наставник, мельком улыбнувшись, сказал:

– Не вини себя Кайлеб, не надо. Ты ни в чём не виноват, – донеслись до моих ушей тихие добрые слова.

– Но ведь… это из-за меня эти существа заметили нас, и из-за меня вы так сильно пострадали. Это всё моя вина… – я тут же опустил голову, пытаясь спрятать взгляд. – Я… я снова сделал это. Мне нет прощения! – причитал я, проливая слёзы. – Всё именно так, как и говорили селяне. – Я мерзкий демон, приносящий лишь несчастье!

– Говорю же тебе, не вини себя понапрасну! – внезапно, пересиливая боль, разгневанно повысил голос наставник, но тут же, успокоившись, он продолжил. – Я сам виноват, что не успел тебе рассказать о чарующих свойствах этих тварей. Я, бывает, иногда забываю то, что должен был тебе поведать. Кхе-кхе…Такой себе из меня учитель! – послышалась лёгкая самокритика с последующей усмешкой.

– Это не правда! – тут же возразил я сквозь слёзы.

Роланд мягко улыбнулся и сказал:

– Видишь ли мальчик мой, всех этих монстров одолел отнюдь не я, а именно ты! Ты спас меня! – произнёс Роланд хриплым голосом.

– Я спас Вас? – удивлённо переспросил я, начиная смотреть то на наставника, то на тлеющие обугленные тела монстров.

– Как твой наставник, я полностью провалился, поскольку я не только подверг тебя опасности, но даже не смог защитить тебя, как подобает взрослому. Так что это я должен просить у тебя прощения, а за одно и поблагодарить тебя!

Я почувствовал некое облегчение, и чувство вины, терзавшее меня всё это время, слегка отступило.

– В одиночку я никак бы не смог одолеть всех этих тварей, ведь как-никак это порождения магии, а магией таких тварей практически невозможно убить! Да и к нанесению физического урона они очень устойчивы.

– Порождения магии? – поинтересовался я, вытирая слёзы.

– Именно! Знаешь ли, в природе не существует таких жутких монстров. Этих созданий сотворили именно мы, маги.

Раньше я бы и не поверил, что таких существ могут сотворить маги. Ибо я свято верил, что любую жизнь могут созидать только Боги, но, смотря на чудо-поляну, обвившую тело наставника, я не усомнился в его словах. Ведь эту поляну сотворил некто иной, как мой наставник.

– Можете мне поведать эту исто… – я запнулся.

«Хорошо, что я вовремя опомнился. Наставнику сейчас и без того тяжко. Ему, наверное, больно даже разговаривать, а я лезу к нему с расспросами об историях. Не стоит его донимать, пускай отдохнёт», – проскользнули мысли у меня в голове.

И всё же я слегка нахмурился, но старался не подавать вида, поэтому натянул фальшивую улыбку. Однако наставнику, кажется, было вообще наплевать на всё.

Искренне улыбнувшись мне, он сказал:

– Конечно. Вытри свои слёзы и присаживайся поудобнее.

Я не мог поверить своим ушам – «Он что реально собрался рассказать мне историю, чтобы меня не терзало чувство вины?»

– Наставник, не стоит, я пошутил, – отмахнулся я.

Но Роланд лишь строго сузил глаза, так же как он обычно это делал, намекая не перебивать его.

– Ровно три тысячелетия назад, в период второй войны за престол короля Айноса, лучезарные, ведомые своим предводителем, регентом короля – архонтом Нейрилом, создали тварей, способных к саморазвитию, чтобы те без труда выслеживали любого, в ком кроется хоть крупица маны. Из-за их прожорливости лучезарные прозвали этих тварей – пожирателями маны, а Нейрил почему-то дал им имена Круулы. Все подумали, что старику, видимо, вспомнились его прошлые соратники и, не придали этому особого значения. В сказаниях говорится, что эти твари попортили планы многим узурпаторам трона небесной твердыни своими внезапными нападениями посреди ночи. Однако же, они погубили не мало ни в чём не повинных магов. Но Нейрил закрыл глаза на это, ибо эти твари были ценной боевой единицей в войне за престол. И вот когда война закончилась триумфальной победой, Нейрил вознамерился избавиться от этих созданий. Вот только он не учел того, что Круулы могут почувствовать опасность, исходящую от него. Буквально за день до задуманного Нейрилом все пожиратели маны сбежали из его темницы. Спустившись с небесной твердыни на землю, эти существа скрылись по лесам и горам и затаились ровно на три столетия чтобы увеличить свою популяцию. И вот однажды они вернулись и заполонили этот мир. И теперь монстры начали свою охоту за всеми, в ком есть хоть крупица магии.

– Так значит эти существа следовали за Вами, а не за мной?

– Именно! Теперь-то ты понял, что ты ни в чём не виноват, ведь у тебя нет и крупицы магии, ты бы никак не мог стать их целью, не будь меня рядом.

– Так-то я понял, однако всё же обидно слышать такое, знаете ли, – улыбнулся я.

– Ну, знаешь…

Роланд расхохотался, а вместе с ним и я начал смеяться.

– Что ж, думаю нам сегодня уже не удастся дойти до города, поскольку мы потеряли уйму времени. Кайлеб, будь так добр, пожалуйста разбей тут лагерь, а я поставлю барьер по периметру.

– Хорошо, – тут же согласился я, а затем, в недоумении посмотрев на него, спросил: – Наставник, а как Вы поставите барьер по периметру, будучи в таком состоянии? – Но он уже не слышал меня.

Закрыв глаза, Роланд концентрированно что-то произносил, а затем, внезапно остановившись, начал срывать с себя всю эту растительность.

И вот что удивительно: когда он сорвал всю эту зеленую массу с себя, под ней оказалось полностью исцеленное тело. Магия наставника, хоть и медленно, но исцелила его, да так, что даже шрама не осталось.

Глава 5. Бессилие.

На следующий день, мы очень долго и нудно шли по тёмному лесу. Мне казалось, что он вообще не имеет конца и края. «Если бы загробный мир существовал, то он явно мог быть похож на этот лес, весь такой мрачный и унылый», – подумал я, кое-как следуя за наставником.

И тут Роланд, шедший впереди меня на несколько метров, внезапно остановился глубоко вздохнул и радостно сказал:

– Мы уже близко. До окраин леса рукой подать.

«Мне ведь не послышалось? Он сказал, что мы близко?» – возликовал я.

Позабыв об усталости, я устремился вперед и даже обогнал Роланда, который, улыбаясь мне вслед, не спеша последовал за мной. Удивительно, но только сейчас я понял, что вековые деревья стали попадаться нам реже и что лес постепенно начал преобразовываться в обычную чащу.

Вокруг становилось всё светлее и светлее. Радость от того, что я наконец смогу узреть ясное солнце, воодушевила меня, и я побежал так быстро, что мне казалось, я мчусь на перегонки с ветром. Не замечая ничего вокруг и того, что лежит под ногами, я на ровном месте, нелепо споткнувшись о небольшой камень, и упал на землю.

Переведя дыхание, я с улыбкой лежал на мягкой зелёной травке, смотря на верхушки деревьев, откуда просачивался яркий тёплый свет. Резко присев, я дожидался своего наставника, который не спеша и осторожно шёл по моим следам.

Я смотрел, как ветер игриво качал ветви и кроны деревьев. Чувствовал, как легкий порыв бережно теребил мои волосы и одежду. Раньше я ни сном, ни духом и представить себе не мог, как блаженно может быть это чувство, просто ощущать свежий тёплый ветер после сырого застоявшегося воздуха.

Закрыв глаза, я начал прислушиваться к своему окружению. Где-то издалека доносился мягкий шум ручейка, птицы весело щебетали и пели свои песни. Всё вокруг казалось таким тихим и спокойным, но приятный момент не продлился долго. Вдруг где-то вдали послышалось громкое поскуливание, что резко нарушило мой покой. Я встал и начал прислушиваться, но так и не понял, откуда именно доносится этот умоляющий о помощи жалостливый плач животного. Озадаченно приподняв брови, я с вопросом посмотрел на наставника, как бы намекая, чтобы он помог мне разобраться с этим делом.

Наставник скривил недовольную мину, но я продолжал жалостливо смотреть на него, показывая жестом смирения помочь мне. Недолго думая, он покрутил головой, устало посмотрел наверх исподлобья и, тяжело вздохнув, развернулся и пошёл в сторону. Он махнул мне, рукой подзывая последовать за ним, и я с радостью побежал.

Мы начали углубляться в чащу, а плач животного доносился всё более и более громко и чётко. А затем перед нами возникла картина, на которую невозможно было смотреть без сострадания. Детёныш магзверей, что напали на нас в лесу, попал в охотничью ловушку и был проколот сразу в нескольких местах острыми шипами торчащими из огромного бревна.

Осмотрев зверька, Роланд сказал:

– М-да, раны весьма серьёзные. Увы, но этому несчастному созданию уже не помочь, задеты жизненно важные органы.

Смотря на бедное животное, я проникся состраданием к нему.

– Разве Вы не говорили мне, что Круулы очень устойчивые к физическому урону?

– Взрослые особи – да, они очень устойчивые и живучие. Но вот про детёнышей отдельный разговор. Шкура и мех у неокрепших детенышей недостаточно пропитаны маной, так что их можно легко ранить даже обычным ножом.

И тут зверёк, истекая кровью, жалостливо посмотрел на меня, он буквально умолял спасти его.

– Думаю, детёныш вот-вот испустит свой дух, – обронил Роланд, положив руку мне на плечо. – Не стоило ему следовать за нами с самого утра.

– Так он шёл за нами? И Вы это знали?

– Да! И, вероятнее всего, он последний из той стаи, поскольку все крупные особи включая его родителей погибли в том нападении. И, оставшись один в тёмном лесу, он решил последовать за нами.

– Так это ведь я виноват в смерти его родителей! – с ужасом осознал я.

Наставник не ловко замолчал, а меня начало трясти от одной лишь мысли об этом.

– Неужто нет способа спасти его? – спросил я, посмотрев в глаза Роланду.

– Увы, но нет. Я мог бы исцелить его будь у меня достаточно сил на сотворение сложных обрядов. После нападения его сородичей, у меня практически не осталось маны, мне нужно ещё кое-какое время чтобы полностью восстановиться. Так что… Мне очень жаль.

– …

Я замолчал. Моё бессилие, одновременно угнетало и терзало меня. Ведь я не мог спасти этого зверька.

Глава 6. Видение.

С одной стороны, стая Круулов сама напала на нас, но, с другой, эти магические животные просто искали пропитание для своего потомства, а мы просто защищались. Но как бы там ни было, чувство вины не покидало меня, ведь это я был повинен в смерти родителей этого детёныша.

Тихо приглаживая зверька, я нечаянно заляпал руку его кровью. Глядя на эту кровь, мне сразу же вспомнились те жуткие моменты из моего прошлого, и я начал тихо проливать горькие слёзы.

Смотря на то, как я плачу, наставник явно почувствовал себя неловко и недовольным голосом сказал:

– Ладно уж, так и быть. Попробую спасти этого зверька остатками своих сил. Но учти, сейчас мои возможности ограничены, так что многого не жди!

Услышав его слова, я прямо-таки засиял от радости и широко улыбнулся ему. Роланд улыбнулся в ответ и тут же начал копошиться в своих вещах.

– Помнится был один способ, не требующий затрат большого количества маны, благодаря заготовленному свитку. Но этот обряд особенный, поскольку он напрямую свяжет вас воедино. Где там был у меня этот свиток с заклинанием, что некогда передал мне мой друг Октиан. А вот же он! Нашёл!

Роланд достал из сумки синий свиток. Можно сказать, он был компактным, даже крошечным, потому что легко уместился бы на детской ладони. Но вот когда наставник, проведя пальцем по рисунку, отклеил печать, свиток в один миг преобразился в размерах. Он стал чуть ли не выше и шире самого Роланда. От удивления я вздрогнул, а наставник с невозмутимым видом начал изучать содержимое, пробегаясь взглядом по нему, бубня себе под нос.

– Так-так-так. Нужно это, потом то да сё. Всё понятно.

Обернувшись ко мне, наставник громко произнёс:

– Кайлеб, возьми своего зверька и немедленно подойди ко мне!

– Есть! – моментально ответил я и потянулся освобождать зверя из ловушки.

Детёныш даже не сопротивлялся и уже казался безжизненным. Если бы не слабое дыхание, то я бы подумал, что уже всё, однако он держался из последних сил, борясь за жизнь.

После того как я вынул его из ловушки с шипами, что пронзили его тело, я быстро подбежал к наставнику и присел рядом с ним. Положив зверька себе на колени, я старался прикрыть ему раны, из которых быстро вытекала теплая кровь несчастного.

И тут наставник без предупреждения проколол мне указательный палец правой руки острым предметом и, выдвигая мою руку к свитку, капнул туда немного крови. Затем он выдернул из моей головы парочку волос и бросил их туда же. После он взял зверька на руки и, аккуратно положив его на свиток, попросил меня смотреть ему в глаза, слегка придерживая его веки.

Я смиренно сделал всё так, как и просил Роланд. И тут наставник начал произносить странные, неведомые мне слова, они доносились из его уст как некая диковинная песнь на чужом наречии. Но то было моим заблуждением. Как оказалось, он читал заклинание.

В один миг всё в моих глазах заискрилось и закружилось, в голове – туман, в ушах – звон и звуки природы, а затем… тишина и мрак. После недолгого затмения я услышал еле уловимый писк, который сопровождался тихим рычанием и воем стаи. И вдруг меня ослепило ярким светом, после которого перед моими глазами предстал мир, который впервые узрел детёныш Круулов, только-только появившись на свет.

Я смотрел на всё глазами магзверька. Кругом невысокая трава, за которой виден просторный горизонт с расстеленными в дали небольшими кронами деревьями. Ясная синева неба, где порхали разноцветные бабочки, противостоя слабому дуновению ветра. Рядом любящая заботливая мать, что бережно и нежно умывает своё чадо и метающийся туда-сюда крупный самец Круулов, бросающий любопытные заинтересованные взгляды. Видимо, это отец детёныша и вожак стаи. Неподалёку возле большого озера резвились и игрались совсем ещё юные особи. Я буквально почувствовал на себе радостные моменты первых неуклюжих шагов, вкус тёплого молока, а также сырое мясо, что буквально таяло во рту, переливаясь гармонией вкуса. Но удивительней всего было то, что это мясо наполняло тело некой энергией, придающей силы крохотному телу. Видимо, это и была поглощаемая мана из плоти магического животного, которое пало жертвой грозной стаи.

После все события из жизни зверька начали очень быстро проноситься перед глазами вплоть до момента как он впервые узрел жуткое демоническое существо, похожее на человека, с которым неистово сражались его родители и стая.

Демон был окутан белоснежным пламенем, что сжигало всё, к чему он прикоснётся. А каждое нападение стаи на это существо кончалось неудачей, поскольку плоть существа не прокусывалась, а демон с разъярённым видом сжигал его собратьев простым касанием и разрывал их плоть на куски. И когда демон расправился с ними, он заприметил скрывающегося за деревьями зверька, чьими глазами я наблюдал происходящее. Мать детёныша тут же набросилась на демона, защищая своё потомство и вцепившись в его горящую руку, заживо обгорая, пыталась утянуть его подальше от своего чада. Она буквально перетянула всё внимание демона на себя, но всё же он схватил её и буквально разорвал ей пасть. Увидев расправу над матерью, зверёк жалобно заскулил, и демон вновь бросил на него взгляд, но тут на него обрушились огромные ветви живого дерева и начали яростно бить. А когда демон оказался под грудой ветвей, из-под них начали вырываться белые языки пламени, что сжигали всё вокруг. И перед тем как отступить перед пламенем надвигающимся на него, зверёк заприметил силуэт человека от которого исходил яркий зеленоватый свет. Он, как и его стая, остался там, за белым пламенем противостоя демону.

Следующей картиной, что предстала перед моим взором, было раннее утро. Зверёк вернулся на тоже самое место, и, найдя обгорелые кости своих родителей, метался вокруг них и тихо поскуливал, подобно плачущему ребёнку, потерявшему всё самое дорогое в жизни. Улёгшись рядом с останками матери, зверёк почувствовал легкое дуновение там, где ветра не было испокон веков. Последовав за ветром, будто бы за духом матери, он обнаружил в дали двоих людей, идущих куда-то в неизвестность. Неведомый ветер исчез, но на глазах у зверька появилась тонкая еле видимая нить, она была подобна туману, не осязаемая, но видимая. Эта нить исходила от молодого человека, который кое-как следовал за более взрослым человеком. Зверёк нерасторопно чуть приблизился к людям, и тут я увидел самого себя и наставника. Неожиданно наставник обернулся и сурово посмотрел прямо на зверька, а тот сразу же отбежал на приличное расстояние. Скрываясь, детеныш беспечно последовал за нами, вплоть до того момента, пока он по неосторожности не задел ловушку за которой последовала резкая боль отдающаяся по всему телу.

И тут видение резко оборвалось, зверёк испустил свой дух.

Глава 7. За гранью.

Держа в руках безжизненное тело зверька, я с грустью приглаживал его мягкую шерстку. Мой разум захлестнула печаль, и я, сам того не осознавая, начал скорбеть по нему. Горькие капли слёз падали из омута моих глаз, медленно омывая пушистый мех зверька.

И тут наставник сказал мне:

– Кайлеб. Не надо плакать. Ведь для нас, магов, смерть – это лишь начало пути.

– Как это? – я посмотрел на своего наставника с вопросом.

– Сейчас ты сам всё поймёшь.

Внезапно свиток, на котором лежало тело зверька, резко засиял синим светом, а затем меня накрыло странной густой дымкой. За мгновение эта дымка окутала всё вокруг, и я уже не мог ничего разглядеть перед собой, а из-за того, что ускользающий голос наставника послышался откуда-то издалека, мне даже показалось, будто бы этот густой туман разделил нас.

– Найди его прежде, чем облака обернутся грозовой тучей, а иначе, ты потеряешься и не найдёшь обратного пути ещё очень долгое время, – кричал он мне.

– О чём это Вы, наставник? – крикнул я ему вслед.

– Я верю в тебя. Ты справишься!

– Наставник? – попытался я вновь крикнуть, но его голос пропал среди густого белого тумана, похожего на облака.

«Да что тут происходит?» – подумал я, пытаясь осмыслить происходящее.

Я нервно повёл рукой перед собой, пытаясь отогнать надоедливый туман, что мешал моему взору. И, как ни странно, это сработало. Этот туман послушно начал расступаться по моей воле, образуя узкий коридор, тянувшийся до самого края горизонта. И я даже побледнел от увиденного… Я и представить себе не мог, что я находился средь белоснежных облаков. Передо мной предстал абсолютно новый, иной мир.

Этот мир скорее был похож на духовный мир, нежели на материальный, поскольку очертание своего тела я чётко представлял и чувствовал, однако видеть мог лишь прозрачный силуэт, будто проекцию. Можно ли сказать, что это была моя душа? Вряд ли это так! Скорее, это было некое моё восприятие разумом себя самого, ведь однажды наставник пришёл в ужас, говоря: «Кайлеб, мальчик мой. Да у тебя нет души». Да что, собственно, вообще представляет собой душа? Некая бессмертная субстанция, что лежит за гранью? Или же это сила, что движет самой жизнью? А может, это что-то потустороннее или вообще что-то иное, что даже невозможно вообразить? Ответов как таковых у меня не было. Но как бы там ни было, сейчас меня это и не особо волновало, поскольку надо было спешить, а то я тут мог и потеряться, судя по словам наставника.

Новый мир, что находился высоко на небе среди белых и пушистых облаков, а мой привычный мир, в котором я жил и рос, остался где-то там…, наверное, внизу. Поначалу я даже боялся ступить небу, думая, что могу провалиться с огромной высоты, ведь под ногами, не было твёрдой земли. Преодолевая свой страх, я медленно и осторожно начал передвигался по созданному мной коридору. Но затем, когда я понял, что словно плыву по небу, страх начал понемногу отступать, ну или, по крайней мере, так казалось.

Повсюду до самого горизонта вокруг виднелись странные, возникающие из ниоткуда силуэты. Эти силуэты по своей форме напоминали мне образы различных существ и животных от мала до велика. Они будто бы состояли из плотного воздуха, а обретали силуэт с помощью облаков, которыми они окутывались словно одеждой, кожей или шерстью и так далее.

Обретая форму, эти странные существа или сущности, некоторое время поддерживали её, но затем они расплывались и исчезали, будто бы растворяясь в воздухе, так же неожиданно, как и возникали. И так раз за разом, цикл за циклом.

Сначала мне даже казалось, что все эти существа, или сущности, тихие и мирные создания, поскольку они не обращали на меня особого внимания, но вскоре меня заприметили другие, серые создания. Они отличались от тех, что встречались мне ранее, и даже пытались войти со мной в некий контакт. Они преграждали мне путь и то и дело пытались толи заговорить, толи зарычать, но их тихих и неуловимых голосов я так и не услышал. Затем некоторые из этих существ стали агрессивно себя вести и даже попытались на меня напасть, но их очертания тут же растворялись в воздухе, стоило им только приблизиться ко мне. И лишь спустя несколько неудачных попыток нападения, я заметил, что после каждого их нападения белые облака мало-по-малу начинали окрашиваться в тёмно-серый цвет, и с каждым разом этот феномен становился всё более и более отчётливым.

Я пытался не обращать на них особого внимания, но то, что облака, да и всё моё окружение окрашивались в унылый тёмно-серый цвет, мне отнюдь не нравилось. Поэтому я поспешил, начиная всё быстрее и быстрее продвигаться вперед, в поисках того несчастного детеныша Круулов.

Вскоре облака полностью окрасились в тёмно-серый цвет, и небо резко потемнело. Отовсюду показались ещё более странные тёмные создания, рык которых доносился до меня как грозный грозовой грохот. И вдруг все они начали неистово нападать на меня, из-за чего становилось всё темнее и темнее, а таких сущностей всё больше и больше, пока они не заполонили всё вокруг. Страх окутал меня, ведь их атаки мало-помалу начали причинять боль. Но, невзирая на неё, я всё равно продвигался всё глубже, в самую гущу этих тварей, пытаясь отыскать того бедного детеныша.

Я снова и снова оглядывался по сторонам, но так и не мог найти своего зверька. Тревога не покидала меня, поскольку внезапно я ощутил, как дождь омывает моё бренное тело. Но почему я ощущал это? Ведь ливень из грозовых облаков должен был обрушиться вниз, а не вверх. А тем временем атаки тёмных созданий становились всё более яростными.

В какой-то момент я понял, что сильно изнеможён. Крайняя усталость влилась в моё тело, будто бы оплетая меня жгучими шипами терновых лоз, и идти дальше не осталось сил. Между тем я чувствовал, как тёмные неистово разрывают меня на кусочки. Мои веки обессиленно опустились, разум медленно погрузился во тьму. И вот тут что-то ярко сверкнуло в непроглядной тьме. Казалось, меня вдруг схватили и понесли куда-то в даль с невероятной скоростью. Затем эта неведомая сила, что уволокла меня, резко отпустила, и я в один миг оказался уже над этим бушующим грозовым циклоном. Тёплый солнечный свет озарил меня, да так ярко, что я видел его сквозь закрытые веки. Этот свет будто бы даровал собой исцеление, ведь он приятно согревал раны, что достались мне от атак тёмных. Набравшись сил, я наконец-таки открыл глаза и тут же узрел, что я предстал перед ним! Величайший из всех ныне живущих драконов с толикой любопытства глядел прямо на меня. Это был дракон, чья сущность сама по себе являлась олицетворением источника света во всех мирах… Хранитель мира – Шрайк!

Глава 8. Хранитель мира.

Хранитель мира Шрайк воистину величайший дракон света. Его образ был соткан из десятков тысяч ярких солнечных лучей, посему казалось, что он существует как в материальном, так и духовном мире. Он был подобен свету – то, к чему нельзя прикоснуться, но можно узреть и ощутить. Шрайк был тем, кто мог принять любой облик и размер, однако же, видя перед собой испуганное дитя, он принял свой прежний облик, облик рыцаря света, коим был раньше.

– Ну, здравствуй дитя тьмы! – заговорил он мягким добрым голосом, словно пытаясь успокоить меня.

Несмотря на всё его величие, в его глазах отражалась некая доброта, будто бы яркий тёплый свет исходил из глубин его души. И хоть я немножко растерялся, услышав слова «дитя тьмы», но всё же я, как подобает, поприветствовал его.

– Славься, о великий хранитель мира! – произнёс я, смиренно склоняясь перед ним. – Это величайшая честь предстать перед Вами.

– Поднимись, дитя, не стоит падать передо мной ниц, – тут же самоотверженно молвил он, изобразив тёплую улыбку. – Я не монарх и не король, я просто свет, что озаряет этот мир. А перед светом все равны.

И как только я поднялся с колен, он спросил:

– Так как тебя зовут, дитя?

– Кайлеб, – с губ слетели скоротечные слова.

– А фамилия? Род?

– Увы, но я ничего не знаю.

– Вот как, понятно, – он сделал небольшую паузу перед следующим вопросом. – Скажи мне, дитя, а как ты попал сюда? И что вообще привело тебя в мир духов?

– Ну-у… – промямлил я.

– Знаешь ли, здесь довольно-таки опасно, даже для тебя. Ведь эти небеса полны как светлых, так и тёмных духов, что не страшатся ни людей, ни демонов, ни даже богов.

Собираясь ответить на его вопрос, я немножко отклонился от темы, поскольку его слова пробудили во мне интерес.

– Духи?

– Да! Это те создания, коих ты встретил по пути сюда. Они живут на небесах, и им нет ни счёта, ни конца, а также их невозможно ни убить, ни ранить. Им глубоко наплевать на все законы людские и даже на законы мироздания.

– Да что же это за твари такие? Их вообще можно как-то одолеть?

– Увы, но нет! – ответ прозвучал довольно-таки быстро, но затем он добавил: – Однако же они не злые и не хорошие, ведь им чуждо само понятие добра и зла. А причина, по которой они на тебя напали, в том, что им просто не понравилось, что ты, будучи живым, забрёл в мир духов. Ведь, по сути, ты совершил вторжение. А вот спас тебя один из моих друзей. Обернись же, ригель уже жаждет познакомиться с тобой.

Шрайк указал пальцем куда-то позади меня. Ожидая увидеть нечто жуткое и страшное, я, сглотнув остатки своей храбрости, медленно и неуверенно обернулся. Но мои опасения были напрасны и сразу же улетучились, когда я узрел невероятно красивую птицу, что походила на семейство соколиных. Размером она была едва ли больше вороны, однако её внешний вид завораживал и пленил. Эта птица была поистине сказочной, ведь она сидела на солнечном луче, словно на какой-то ветке. Ригель была из ряда мифических, подобно фениксу из маминых сказок. Она источала бушующую силу, однако её элементом было вовсе не пламя, а молния. Потоки молнии, искрясь, проносились по телу птицы, раз за разом подчёркивая её аспидно-голубое оперение, затем переливались в белоснежно-белый в области брюха и темнели в верхней части головы.

Ригель с интересом поглядывала прямо мне в глаза, а затем, расправив крылья, издала тихий клекочущий звук.

– О! А ты ей понравился, – радостно произнёс Шрайк. – Не бойся, можешь подойди, кажись, она не против.

Ригель так завораживала, что я и сам хотел подойти к ней, но после слов хранителя меня прямо-таки потянуло к этой дивной птице. Подойдя по ближе, я бесстрашно протянул руку и начал гладить её от головы до спины. И хоть я касался проносящихся по её телу искр молний, но боли, как ни странно, не испытывал, чувствовались лишь легкие покалывания.

– Дитя, а ты и вправду изумителен! Я ещё тогда удивился тому, что ригель внезапно ринулась спасать тебя. Но я и представить себе не мог, что она будет так покорно себя вести с кем-то, кроме меня. Будь кто другой на твоём месте, он не то что прикоснуться к нему, но даже истинное обличие, скрывающееся за молнией, не смог бы узреть.

– Вот как. Спасибо тебе, ригель, что спасла меня, – поблагодарил я птицу, продолжая её поглаживать.

– Кстати, дитя, ты так и не ответил на мой вопрос. Как ты попал в мир духов и что же всё-таки привело тебя сюда?

– Ой, простите, – опомнился я.

– Да ничего страшного, просто ответь.

– Я очутился здесь из-за действия некого магического свитка. А прибыл я с целью найти дух детеныша Круулов, что недавно погиб на моих руках. Я хочу спасти его!

– Ох уж эти маги, пытающиеся объять необъятное и постичь непостижимое, – тяжело выдохнул Шрайк. – Ну в общем и целом я тебя понял. И знаешь что, я даже помогу тебе.

Когда я услышал ответ, у меня, наверное, глаза заблестели от радости.

– Спасибо, спасибо Вам большое, хранитель! – сказал я на радостях, но тут же услышал некое ограничение.

– Вот только искать этого детеныша придётся тебе самому, а я могу лишь указать путь и по завершении, вернуть тебя в твой мир. Извини, большим помочь не смогу.

– Ох, да ну что Вы. Это уже неоценимая помощь такому, как я. Благодарю.

– К такому, как ты? О чём ты говоришь, дитя?

– Ну я про то, что Вы говорили, что я дитя тьмы! Да я и сам понимаю, что я чудовище!

– Ах ты про это… М-да, ляпнул я, не подумав. Слушай, мне всё равно, дитя ты света или тьмы! Поэтому тебе не стоит обращать на это внимание.

– Но ведь я…

И тут Шрайк перебил меня.

– Видимо, ты, дитя, тоже запамятовал о том, что я говорил: перед светом все равны! Не так ли?

– И правда, – согласился я, слегка улыбнувшись.

– Важно лишь то, что у тебя внутри, – указал он мне на область сердца.

– Если речь идёт о моём сердце, то ещё ладно. Ведь сердце у меня есть, а вот души нет, – приуныл я.

– А почему ты считаешь, что у тебя нет души? – колко спросил он.

– Дело в том, что это мой наставник однажды пришёл в ужас, говоря, что у меня нет души.

– И как же зовут твоего наставника, что ляпнул тебе такую глупость?

– Роланд… Роланд Гримальди. Он лучезарный маг стези жизни, вроде как, если я ничего не путаю. Но он не со зла, я уверяю Вас.

– Хм. Роланд Гримальди. Ах да, вспомнил. Высокий, светлокожий, с тёмными кудрями на голове. А глаза узкие да ещё болотно-зелёного цвета.

– Да, именно так! А как Вы узнали?

– Так все выдающиеся маги перед получением титула Лучезарного проходят обряд просвещения перед моим алтарем. Я помню каждого из них, начиная ещё с тех времён, когда впервые был создан совет Лучезарных.

– Понятно.

– Запомни вот что, Кайлеб. Душа – это то, что невозможно разрушить или утратить. Даже Боги и демоны, специализирующиеся на душах, не могут отобрать твою душу. А страх твоего наставника, скорее всего, был вызван тем, что он не обнаружил ментальную оболочку твоей души там, где она должна быть. Ведь твоя душа сильно сжалась до едва заметного состояния.

Услышав радостную весть о том, что у меня всё же есть душа, я чуть не заплакал от счастья.

– Ну, пора тебе оправляться в путь, – сказал Шрайк, вручая мне нечто ярко светящееся.

– Что это? – поинтересовался я, поглядывая на неизвестный предмет.

– Это материализованная частичка моей чешуи, смотри не потеряй её. Это очень ценный предмет. Поглотив всего одну такую чешуйку, ты можешь на определённое время обрести такую мощь, что не снилась ни одному магу ни в снах, ни в мечтах. Однако же я даровал её тебе по другой причине. Ведь с помощью неё ты сможешь вернуть жизнь тому существу, если найдёшь его дух.

Обретя такой подарок, я, на радостях не удержавшись, попытался обнять Шрайка, однако мои руки прошли сквозь его тело. Я и позабыл, что Шрайк целиком и полностью состоял из частиц света.

Я с небывалой грустью опустил руки, осознав, что не смогу выразить свою радость. А вот Шрайка кажется это раззадорило, и его теплая улыбка тут же заразительно передалась мне. Мы просто стояли и радостно смеялись, и от грусти не осталось и следа.

Затем Шрайк, коснувшись моего лба, сказал:

– Дарую тебе око истины, с ним ты найдёшь то, что ищешь, и сможешь узреть всё, что сокрыто от глаз.

После его слов я почувствовал резкую жгучую в области левого глаза, но продлилось это всего миг, затем боль утихла, как будто её и не было.

– Ну всё, можешь вступать.

– А как я?.. – хотел было спросить я у Шрайка о том, как добраться до назначенного места, но тут птица ригель внезапно увеличилась в размерах. Расправив крыло, она опустил его вниз, якобы намекая, что мне нужно взобраться на неё. Я изумлённо посмотрел на мифическую птицу, а потом и на хранителя, а Шрайк в ответ лишь молча улыбнулся мне.

Взобравшись на ригеля, я ухватился за неё и сказал хранителю:

– Спасибо Вам, Шрайк, за….

Не успел я закончить предложение, как тут же сверкнула молния, и ригель унесла меня куда-то вдаль.

Глава 9. Фамильяр.

Вспышка света, и мы переместились из обители Шрайка обратно к черным облакам. И как только мы оказались средь грозовых облаков, тёмные вновь начали собираться вокруг нас, возникая со всех сторон. Эти создания уже были готовы напасть, но тут ригель вновь устремился вперёд, и мы опять мгновенно переместились. И только сейчас, когда птица молниеносно перелетела с одного места на другое, я понял, что ригель и была той, кто создаёт молнии в облаках.

Находясь средь грозовых облаков, я всё гадал, где и как мне найти свою цель – детёныша Круулов. И тут мой левый глаз внезапно начал нервно подёргиваться. Его щипало как будто туда попала соринка, и я сразу же начал тереть веко. А когда раздражение более или менее ослабло, я уже мог видеть сквозь тёмные облака. Там, где-то вдали, где не бушевала гроза, тлел ярко-белый свет. Я прищурился, гадая, что за свет это мог быть. И в этот момент я узрел объект моих поисков. Это был он – тот, кого я искал, маленький и пушистый детёныш Круулов.

«Так глаз истины показывает, то что я хочу?» – подумал я, изумившись силе глаза.

И пока я всматривался, тёмные вновь собрались возле нас. Они буквально заполонили всё небо, так, что даже казалось, будто сама гроза состоит только из тёмных.

– Ригель, пожалуйста, полетели вперёд, туда, за грозовые облака, – крикнул я ей в страхе.

Услышав мою просьбу, ригель тут же устремилась вперёд, но внезапно я почувствовал острую боль. Как оказалось, тёмные напали раньше. И ладно бы они напали только на меня, но они осмелились напасть и на ригеля. Тёмные вырвали птице несколько перьев и даже повредили ей крыло, из-за чего молния ригеля померкла, и мы резко остановились, так и не долетев до нашей цели, а ведь оставалось всего ничего.

Из-за полученных ран ригель уменьшилась до крошечных размеров, теперь она легко могла уместиться на ладони. А тем временем тёмные вновь начали своё неистовое нападение со всех сторон. Я прикрыл ригеля ладонями, чтобы тёмные не смогли причинить ей вреда, и устремился вперёд. Я отчаянно пытался защитить себя и птицу, но мне это практически не удавалось, поскольку определённого способа избавиться от них не было. И тут я вспомнил слова Шрайка. Хранитель говорил мне, что как только я достигну своей цели, он поможет мне вернуться обратно. Я в спешке посмотрел вперёд и увидел детёныша круулов, который хотел пробраться к своим родителям, но его к ним не пускала некая преграда. Я присмотрелся и, благодаря силе глаза, понял, что эта пелена состояла из душ самых разнообразных существ.

– Эй, малыш, иди сюда! – крикнул я, подзывая его.

Услышав мой крик, детёныш обернулся ко мне, завилял хвостом, как будто признал меня, и расправил крылья. Он летел ко мне, а я бежал к нему навстречу. И как только детёныш проник в грозовые облака, на него тут же напали тёмные. Подвергаясь атаке, мы спешили друг к другу как могли. Моё астральное тело ныло и стонало от боли, но я не пытался обращать на это внимания и продолжал идти вперёд, поскольку маленький и беззащитный детёныш преодолевал все те же тяготы что и я.

И вот, когда мы наконец достигли друг друга, прорвавшись через бесконечные ряды тёмных, в моих руках оказались сразу два беззащитных существа. Не теряя времени, я достал чешуйку Шрайка и сжал её в ладони, и тут же дух детёныша вместе с ригелем переместились в неё, а я со всей силы закричал:

– Хранитель, спаси нас!

Луч света тут же пронзил облака, и я почувствовал, как моё сознание растворяется в этом световом потоке, что устремлялся куда-то вниз.

И в следующий миг, когда я открыл глаза, я увидел огромное дерево, склонившееся надо мной. Своим массивным размером дерево укрывало меня от проливного дождя. Я попытался встать и сразу же ощутил земное притяжение своим подлинным телом.

«Получилось! Я смог! Я благополучно покинул мир духов», – обрадовался я, крепко сжимая в ладони чешуйку Шрайка.

– С возвращением! – донёсся до моих ушей знакомый и родной голос.

Обернувшись, я увидел своего наставника Роланда, сидящего возле небольшого самодельного алтаря.

– Я вернулся, – улыбнулся я ему.

– Ну что, ты смог найти детёныша? – поинтересовался наставник.

– Да! Он здесь, – я показал ему чешуйку Шрайка.

– Немыслимо! – изумлённо выпучил он глаза. – Неужели это материализованная чешуя дракона света? Хранителя мира?

– Ага, – гордо ответил я. – Это подарок от самого Шрайка.

– Можно? – протянул он руку с любопытством.

– Да, конечно! – вручил я ему чешуйку.

Когда Роланд взял чешуйку в руки, у него сразу же заблестели глаза, после чего он передал её обратно мне.

– Невероятная сила! Только что, это чешуйка восполнила весь мой запас маны, и более того, я чувствую, что мощь, исходящая из этой чешуйки, даже не ослабла, ни на йоту. Сколько же могущества кроется в этой маленькой чешуйке!

Я удивлённо похлопал глазами, покуда даже не понимал, как вообще ощущается мана.

– Ну, ладно. Давай уже вернём твоего будущего фамильяра к жизни.

– Давай! – обрадовался я.

– Подойди к подготовленному мной алтарю и положи эту чешуйку на тело круула, после, коснись рукой вон той метки, что находится в нижней части свитка.

Не мешкая, я сделал всё так, как велел наставник, и тут он сказал.

– А теперь закрой глаза и представь в уме имя, что ты дашь. И, кстати, эта самка.

В голове крутились много различных имён, что я мог бы даровать ей, но почему-то мне вспомнилась бездомная кошка, которую часто кормила мама. «Айрис» – определился я с именем.

Когда я открыл глаза, передо мной в воздухе парило имя, что я представил, сотканное магическим свечением, а Роланд, будто бы не замечая этого, сказал:

– А теперь не отрывая руку от метки, повторяй слова за мной.

Наставник отошёл от меня на несколько шагов, и я начал повторять за ним слова.

– Услышь, услышь, услышь, мой неумолимый зов. Трижды к тебе взывая, я призываю тебя в свой мир. Имя мне Кайлеб. Я тот, кто живёт на земле обетованной, и я тот, кто ходит под куполом небесным, созидая под горнилом солнца… Так внемли же моим словам! Отныне и вовеки, я твой господин, а ты моя слуга! Воля моя дарует тебе новую жизнь с посмертным именем. Имя тебе Айрис! Под этим именем ты будешь мне служить, а я, как твой господин, дарую тебе приют в своей тени и разделяю с тобой свою жизнь. Если ты согласна, то отзовись на своё новое имя и предстань передо мной!

После слов заклинания раны Айрис стали затягиваться, она начала дышать, но вдруг что-то пошло не так. Её тело начало источать некую тёмную дымку и шерсть будто бы потемнела, а затем её тело сотрясли судороги.

И тут наставник воскликнул.

– Кайлеб, ты уверен, что в этой чешуе, помимо духа детёныша круула, ничего не находилось?!

В этот момент я вспомнил, что в эту чешую затянуло и ригеля. Я мысленно представил, что хочу заглянуть внутрь чешуи, и сразу же узрел, что там находится благодаря силе глаза истины. Моему взору предстали сразу три духовных создания, что дрались между собой: дух детёныша круулов, мифическая птица ригель и тёмное создание, которое каким-то образом попало внутрь этой чешуйки.

– Кайлеб, отойди! – рявкнул Роланд, начиная созидать некое заклинание.

Я хотел было послушаться наставника, но что-то внутри подсказывало мне, что я ни за что не должен сейчас бросать моего будущего фамильяра.

Айрис резко встала на лапы, зарычала, а затем резко вонзила зубы в кисть моей руки. Они дошли прямо до костей, боль была ужасной, но почему-то я не злился на неё. Пересиливая боль я, чуть ли не плача, начал гладить её по голове.

– Ну-ну, Айрис, тише-тише! Успокойся, девочка моя. Это же я, тот, кто даровал тебе твоё чудесное имя. Твой друг Кайлеб, – успокаивал я её.

Тут она, словно поняв, перестала проявлять агрессию. Её мех вновь стал белоснежным и лишь на хвосте, как кисточка, осталась черная шерсть, а по всему её телу начали появляться искры молнии, точно также, как и у ригеля.

Айрис начала разжимать пасть, но тут я увидел, что Роланд собрался запустить в неё магический снаряд, намереваясь защитить меня. Не думая о себе, я тут же обнял её, подставив спину под магический снаряд наставника, следом почувствовав, как моё тело пронзает нечто острое и холодное…

Глава 10. Часть 1. Кошмар.

***

Я вновь очутился внутри своего сна…

Зловещая тёмная ночь, маленькая деревня и разбойники, которые истязали местных…

Как только мама выбежала из дома, я тут же, подойдя к двери, начал искать её взглядом, глядя через небольшую щель в двери. Но как бы я не пытался искать маму, она будто бы растворилась в ночном мраке. Страшась за её жизнь, я схватился за дверную ручку и хотел выбежать наружу, но неподалёку прозвучал громкий свист, остановивший меня. Я замер. Выйди я сейчас, то мог бы подвергнуть опасности не только себя, но и маму, намеревающуюся спасти жителей. Я вновь прислонился к щели и начал наблюдать за происходящим.

– Эй, Ален, – обратился один из пьяных разбойников к явному главарю. – Может, всё же прихватим с собой парочку девиц?

Главарь обернулся, взглянул похотливо на юных дев, и ответил:

– Если только двоих! Во-он тех, – указал он на выбранных им девушек кинжалом, очищая яблоко. – Одну мне, другую вам. Только учти, светленькую я заприметил себе!

И тут новоиспечённый глава деревни, харкая кровью от недавних побоев, подполз к главе разбойников и взмолился, повалившись у его ног.

– Прошу Вас, милостивый господин, сжальтесь, это моя дочь. Она замужем и ждёт дитя. Умоляю, не трожьте её, пожалуйста.

– Хм, – якобы призадумался главарь, откусывая кусок от очищенного яблока. – А где же её избранник? За кого она вышла и от кого понесла? Пусть покажется, а то его совсем не видно!

– Хахаха, – донеслись отовсюду издевательские насмешки.

– Просто сейчас её мужа нету в деревне, – пояснил старик. – Он командир рыцарей, что заезжает в нашу деревню по пути к дальней заставе. Недавно моя дочь обвенчалась с ним в местной часовне. А через три солнца, по возвращению в столицу, он вместе со своим отрядом должен вернуться к нам деревню, чтобы забрать свою жену в столицу.

– О-у! Так она жена командира рыцарей?! Вау! Тогда это совсем другой разговор, – доедая своё яблоко, главарь обратился к остальным разбойникам. – Эй, парни. Мы ведь умеем обращаться с благородными дамами, верно?!

– А-то! – высказались несколько разбойников.

– Да как же так?! – ошарашенно уставился старик на главаря.

Ухватив старика за седые волосы, Ален шепнул ему на ухо.

– Не волнуйся, старик. Мы вернём твою дочь в целости, но отнюдь не в сохранности, вместе с её подружкой, разумеется.

– Ах ты сволочь! – внезапно набросился старик на главаря, намереваясь его задушить. – Я убью тебя!

Но как бы старец не хотел его убить, но главарь разбойников оказался ему не по зубам. Будто ожидая внезапного нападения, он перехватил руки старика до того, как тот смог что-то сделать. Резким движением он скрутил старика и поверг его на землю, а затем начал его пинать, пинать, пинать и пинал до тех пор, пока тот не потерял сознание.

– Ублюдок! – сказал Ален, глядя на старика, и плюнул ему в лицо.

Подправив своё обмундирование, Ален крикнул своим людям.

– Ну что вы там копаетесь? Закругляйтесь уже.

– Да-да, щас, – сказали двое разбойников, избивая до полусмерти очередного мальчугана, осмелившегося встать на защиту сестры, которую уволокли разбойники.

И тут один из них, слегка дёрнувшись, резко упал на землю. Второй оглянулся на первого и, увидев сквозную дыру в области сердца своего подельника, начал без умолку кричать от страха. Эти крики тут же притянули взгляды местных и разбойников. На их глазах второго разбойника резко подняло в воздух некой невидимой силой.

– Нет! Нет-нет-нет! – взмолился разбойник, пытаясь освободиться.

Будучи уже в воздухе, он, в панике, начал махать руками и ногами, в результате чего выронил свой меч. И вдруг позади него появилась таинственная тёмная фигура.

Держа в руках некую книгу, от которой исходило ярко-красное свечение, эта фигура подошла к повисшему в воздухе разбойнику, читая странные слова.

– … апогея тёмного писания. Стих двенадцатый. Путь в бездну.

Услышав эти слова, разбойник взвыл от боли. Я же, не в силах оторвать взгляда от кричавшего, повисшего в воздухе человека, увидел, как сотни изуродованных тел, походивших на людские, начали тянуться к нему, возникая из ночного мрака. Буквально за доли секунды, эти жуткие существа разорвали тело разбойника на кусочки, отделяя плоть от костей. Совершив своё деяние, они внезапно исчезли, так же, как и появились.

На мгновение во всей деревне воцарилась тишина. Все молчали и ошарашенно смотрели на таинственную фигуру. И только тогда, когда главарь разбойников крикнул, мёртвая тишина была нарушена.

– Убить ведьму! – взвыл Ален, выставляя меч перед собой.

Услышав приказ, разбойники тут же опомнились и, схватившись за оружие, ринулись вперёд. Неизвестная фигура быстро вбежала в догорающий дом, и я на мгновение увидел её очертания. Эта явно была женщина, облачённая в чёрное одеяние. И что-то мне не давало покоя в облике этой женщины. Меня начали терзать смутные сомнения. И тут я вспомнил, что главарь разбойников, назвал эту женщину ведьмой…

Я не хотел в это верить! Это не могла быть она! Ведь моя мама всегда была доброй и ласковой. Той, кто была готова помогать бедным и больным, не прося взамен ничего; той, кто всем сердцем ненавидела насилие и убийство. От неё всегда веяло неким светом, что мне казалось, будто она ангел. Но та женщина, которую я увидел сейчас, была тёмной и пугающей. Она выглядела в точности так же, как и описывали ведьм в жутких листовках, что приносили рыцари и паломники. И я испугался. Но всё же, в глубине души, я осознавал, что это была она – моя мама…

Глава 10. Часть 2. Ужас.

Разбойники быстро окружили догорающий дом, в который забежала мама, но, опасаясь зайти в огонь, метались вокруг него. Однако языки пламени, вспыхнув, поглотили осмелившихся подойти близко, остальные в панике бросились назад.

– Мне что, всю работу за вас надо делать что ли?! – вскипел от ярости главарь разбойников. – Бездари!

– Так ведь, – возмутился крупный разбойник, указывая на останки соратников, которых поглотило пламя.

– Бесполезные оболтусы! – вспылил Ален, готовясь войти в дом. – Живо зарядите свои арбалеты и ждите! Если вы упустите ведьму, когда я её выкурю, я с вас лично шкуру спущу!

С этими словами главарь разбойников надел маску, встроенную в его плащ с капюшоном, взял в руку кинжал, а затем бесстрашно полез в огонь. Дальнейшее, что происходило в пылающем доме, я не ведал. Но, когда дом вновь вспыхнул языками пламени, из него выбежала мама.

– Вот она, парни! – взвизгнул один из разбойников. – Ален её порезал!

Я как никогда прежде взволновался за маму, но, пытаясь хоть что-то разглядеть через узкую щель на двери, но ничего не мог увидеть. Не стерпев, я осторожно приоткрыл скрипящую дверь и наконец узрел её. Несмотря на свою рану на руке, мама прижимала к себе свою книгу как нечто сокровенное, будто она была ценнее самой жизни.

Прозвучали щелчки курков, разбойники разрядили с арбалетов болты выстрелом и снаряды со свистом устремились к своей цели. Но стоило маме взмахнуть руками, как вокруг неё образовалась некая алая преграда, что защитила её от снарядов.

После того как это произошло, она, не теряя ни секунды, вновь раскрыла книгу и начала читать странные слова, что я не мог разобрать сразу. Разбойники стояли как вскопанные, опасаясь этого заклинания, и тут из пылающего дома выбежал Ален. Упёршись в колени ладонями, он пытался отдышаться свежим воздухом. Переведя дух, главарь поднял взгляд на маму и с ужасом закричал.

– Идиоты! Кхе-кхе. Что вы встали как истуканы! Не дайте ей дочитать заклинание! – он дико закашлялся. – Помешайте ей произнести слова из писания, любой ценой!

Разбойники поспешили выполнить приказ, а мама побежала, но при этом ни на секунду не переставая читать заклинание. Но, как бы быстро она не бежала, один из разбойников сумел догнать её. Он взмахнул мечом, и лезвие устремилось ей в спину. Я с испугу закрыл глаза ладонями. Но всё же волнение за маму заставило меня раскрыть пальцы рук. Глаза сами по себе начали выискивать маму посреди мрачного ночного силуэта деревни, а когда я нашёл её взглядом, то изумился настолько, что затаил дыхание. Как бы это не было странно, мама была в полном порядке. Каждый раз, когда разбойники пытались зарубить её размашистыми ударами, она подставляла под удар руку, и разбойники не могли не то что отсечь ей конечность, но даже поцарапать не могли.

– Придурки! – донёсся вновь крик Алена, который уже более или менее оправился от последствий пребывания в пылающем доме. – Не махайте мечом понапрасну, идиоты! На ней же магическое одеяние! Оно поглощает силу ваших ударов, простым мечом его никак не одолеть!

– И как нам тогда быть? – крикнул кто-то из разбойников в суматохе.

– Да просто повалите её на землю и рубите там, где одеяние ведьмы не покрывает её тело!

Услышав слова главаря, крупный разбойник схватил маму и тут же повалил её на землю, но трогать её никто не стал. Видать было уже поздно, покуда всё это время мама не переставала читать книгу и заклинание начало действовать.

– … апогея тёмного писания. Стих двадцатый. Мрак.

Разбойники будто обезумели после слов мамы. Один за другим они начали нести полную ахинею. Первый верещал, что видит жуткое чудовище, выглядывающее из облаков. Второй опровергал слова первого и твердил, что видит толстых бесов, танцующих вокруг них. Третий же утверждал, что повсюду лесные духи. А тот, который поверг маму на землю, и вовсе пытался стряхнуть с себя плотоядных червей, ползущих к нему отовсюду. Абсолютно все разбойники несли что-то своё и вдруг они на миг умолкли. И после секунды тишины это началось…

То, что они себе навоображали, обрело свои формы и очертания. И прямо у всех на глазах эти жуткие существа начали нападать на своих жертв, принявшись их заживо разрывать и поедать.

Крики агонии заполонили округу, постепенно превращаясь в мольбу. И вся эта жуть продолжалась целую минуту. Расправившись со своими жертвами, эти существа растворились во мраке ночи.

«Неужто столь жуткие существа и вправду могут быть среди нас?», – подумал я, дрожа от страха. «И неужто это моя мама сотворила нечто столь ужасное?».

За одну ночь моя добрая и ласковая мама стала походить на очень страшную ведьму из листовок, на которых я очень боялся смотреть. Я опасался своей матери и не хотел даже выходить к ней. Но стоило мне услышал её ласковый голос, как меня тут же окутало ледяным спокойствием, и страх покинул моё сознание.

Глава 10. Часть 3. Потеря.

– Всё! Можете больше не бояться. Их нет, – сказала мама, обращаясь к напуганным до чёртиков жителям деревни.

Я слегка толкнул дверь, и она, со скрипом старых петель, медленно отворилась. Мама обернулась на звук и, увидев меня, ласково улыбнулась, направившись ко мне. Но откуда-то со стороны донёсся противный хриплый голос, заглушающий плачь женщин и детей. Это был он, тот самый зловредный старичок, которого я ненавидел больше всех на свете. И хоть мама всегда учила меня почитать старших, но его я не мог уважать. Этот старичок всегда пытался клеветать на нашу семью, распространяя плохие слухи о нас. Тоже самое случилось и сейчас.

– Ведьма! – крикнул он, указав пальцем.

– Что ты такое говоришь?! – обернулась к нему мама, возмутившись.

– А-ааа! Не подходи к нам, ты, бесовка! Ой, проклянёт, ей богу, проклянёт!

Старик продолжал твердить своё, мол она чудовище, намеревающееся погубить всю деревню, и испуганные люди тут же встали на его сторону.

– Да как вы не поймёте! Я же только что вас спасла! – попыталась она достучаться до разума людей. Но тщетно.

И тут кто-то из толпы крикнул:

– Катись вон, ведьма! И дьяволёнка своего прихвати!

Услышав то, как люди начали обзывать меня, мама рассердилась как никогда.

– Только посмейте ещё раз назвать моего сына дьяволёнком! – угрожающе воскликнула она.

– Вот! Видите, видите?! Она начала показывать своё тёмное начало! – кричал старик, обвиняя мою маму.

– Безумцы! – произнесла она, глядя на разъярённую толпу местных, и нервно покачала головой.

– Встаньте же, люди! Давайте прогоним ведьму из нашего поселения! – подзывал старик людей.

И тут прозвучал щелчок, после которого грудь старика пронзил стальной болт арбалета.

– Да заткнись ты уже, пердун старый! – донёсся знакомый низкий голос у меня со спины. – Уши уже вянут. Коль такой смелый, зазывал бы людей встать против нас, а не против своей спасительницы!

Жители ошарашенно переглянулись и бросились кто-куда, а когда я попытался побежать к маме, меня внезапно кто-то схватил. Не в силах вырваться из мёртвой хватки, я, обернувшись через плечо, увидел главаря разбойников, а затем и острый серебряный кинжал, что прижался к моему горлу.

Мама остановилась на полпути, боясь, что Ален может меня поранить, и тогда разбойник произнёс:

– Хоть ты и могущественная ведьма, но всё же в душе ты самая обыкновенная женщина! Ты наивна и глупа, как и остальные! Неужели ты думала, что бывший охотник за головами может прийти на поиски фолианта тёмного писания не подготовившись?! – Ален снял перчатку и показал белое кольцо, украшающее его указательный палец. – Смотри! Это кольцо-оберег "Апотропей". Одно из десяти магических колец, что некогда даровал небесный король Айнос всем великим домам, дабы они стали его соратниками.

– Неужели?! – встревожилась мама. – Как ты заполучил это кольцо?

– Долгая история! Но всё так, как ты и подумала! Ни одно проклятие не повергнет владельца этого кольца! Так что твоя книга против меня бесполезна!

Мама пробежалась взглядом будто бы что-то выискивая, а Ален, заметив это, произнёс:

– Ах да, за старика, не благодари! Поскольку изначально этот болт предназначался тебе, но этот старпёр так меня выбесил, что я просто не удержался.

Мама протянула руки в нашу сторону и нож сильнее впился мне в горло – так, что пошла кровь.

– А-а-а! – произнёс Ален, покачивая головой. – Плохая идея! Я ведь знаю, что каждая из шести ведьм шабаша тёмной луны умеет невербально колдовать. Хоть заклинания базовые и простые, но всё же, раз они относятся к магии разрушения, то они смертельны.

Мама была вся на нервах, и злая как чёрт, такой я видел её впервые.

– Да что тебе нужно?

– Фолиант тёмного писания, – сказал он, качнув головой. – Знаешь ли, эта книга стоит кучу денег! Если продать её, то можно жить подобно королю всю свою оставшуюся жизнь.

– Хорошо! Так и быть, я отдам её тебе, только отпусти моего сына, – швырнула она свою книгу, и та упала на дорогу, так и не долетев до разбойника. – Забирай фолиант и уходи!

Ален, сощурив глаза, посмотрел на книгу, потом на маму, и сказал:

– Думаешь, я дурак?! Ты ведь не дашь мне спокойно уйти, да?! Я ведь знаю, кто ты на самом деле, и что ты отдала, чтобы заполучить эту книгу! А точнее, кого ты принесла в жертву…

– Заткнись! – рассвирепела мама. – Не смей! Ни слова больше!

– Ох как страшно! Боюсь-боюсь. Хм. Кстати, говорят, что матери крайне опасны, когда угрожаешь их детям, – Ален резко схватил меня за шиворот, и, приставив кинжал к основанию шеи, добавил. – Может, проверим? Насколько правдивы эти слухи?

– Мама! – взмолился я, поняв, что дело худо.

Я чувствовал, как острие клинка упиралось в мою плоть. Секунды тишины, а затем всё случилось в мгновение ока.

Ален швырнул кинжал в маму, а она в свою очередь запустила в него магическую стрелу из руки. Почуяв опасность, Ален тут же прикрылся мной от магии, и мама сразу же перенаправила стрелу вверх. Но когда она отбросила своё заклинание, лезвие кинжала, что кинул Ален, вонзилось в тело мамы сквозь её магическое одеяние, которое не могли поцарапать даже мечом. С торчащей рукоятью клинка в рёбрах, мама упала на землю.

В этот миг мой мир померк. Со слезами на глазах, я смотрел на то, как мама корчилась в агонии, пытаясь надышаться. Мне хотелось разделить её боль, обнять и вобрать в себя её страдания, но тщетно. Главарь разбойников не собирался меня отпускать. Отчаянно пытаясь вырваться, я кое-как развернулся и прокусил его указательный палец, и сразу же почувствовал сильную боль. Ален со всей дури ударил меня в висок, и я тут же упал около мамы.

– Вот же ж мелкий паразит! – произнёс он, потряхивая рукой.

Но поняв, что он, остался последним, кто стоит на ногах, Ален победоносно ухмыльнулся, решив, что он победил.

– Какая жалость. Такая могущественная ведьма и пала из-за того, что у неё безнадёжный сын. Хотя, наверное, ты думала, что защитишься от моего клинка своим одеянием так же, как и от мечей моих ребят? Но ты просчиталась! Клинок-то необычный. Это мощнейший артефакт, что был создан специально против вас, тех, кто использует магию!

Мама пыталась что-то ответить ему, кашляя кровью. Её слова стали обрывистыми и невнятными.

– Глуп.ц, ты прои.рал!

– Что? – Ален приставил ладонь к уху, пытаясь прислушаться к ней.

Корчась от боли, мама указала на мою ладонь, на которой он увидел своё магическое кольцо.

– Ах ты, – спохватился Ален сжимая кулаки. – Тебе конец, гадёныш!

Намереваясь расправиться со мной, он сделал шаг в мою сторону и в следующую же секунду застыл от страха. Его лицо помрачнело, а взгляд наполнился ужасом. Ухватившись за голову, Ален начал кричать, что души усопших, которых он погубил, пришли за ним.

– Кхе-кхе! – прокашлялась мама, глядя на него. – Рано или позд.о, но, п..клятие тёмного писани. всё .авно настига.т свою цель!

Через миг видение главаря разбойников тоже материализовалось, как и у остальных разбойников. Сотни усопших накинулись на Алена и жестоко расправились с ним.

Мама обессиленно протянула ко мне руку и посмотрела на меня с невообразимой печалью. Из её глаз текли слёзы. Она пыталась что-то сказать. Но смерть беспощадна и беспристрастна ко всем, однажды она приходит к каждому.

Держа её руку, я взмолился.

– Мама… Прошу, не покидай меня, – по моим щекам покатились горькие слёзы. – Не оставляй меня… пожалуйста.

Но она не хотела давать ложных обещаний. Ласково улыбнувшись в свои последние мгновения, прежде чем покинуть этот мир, мама сказала следующее:

– Кайлеб, сыно., послу.ай! Ты нечт. больше., чем ты о себ. дума.шь, – её голос начал ослабевать, а глаза закрываться. – Ра.ыщи свое.о отц. и займи св.й закон.ый трон. Ведь ты сын самого…

Она умерла, так и не сказав самого главного – имени моего отца.

Глава 11. Хакон

Я внезапно проснулся посреди ночи от страшного сна. Вокруг было очень темно и не видно не зги. Голова страшно гудела, словно по ней прошёлся табун лошадей. Пролежав ещё какое-то время, я понемногу пришёл в себя, и понял, что я будто к чему-то прирос. Моё тело целиком было оплетено какой-то растительностью, что сковала меня. Испугавшись того, что я сливаюсь с природой, резко сел, срывая с себя корни и мох. И тут я вспомнил, что точно также исцелялся и мой наставник, после нападения круулов в тёмном лесу. Но отличие было в том, что его окутывали волшебные растения со светящимися цветами, а моё тело сковывали высохший мох и сухая трава.

Срывая с себя всю эту мёртвую растительность, я наткнулся на что-то мягкое и пушистое в области ног. Мои руки буквально провалились в густую тёплую шерсть. Было приятно ощущать пушистый мех, но я провёл рукой дальше и на этот раз наткнулся на широкие крылья с пальцеобразными маховыми перьями. Мне стало любопытно, и интереса ради, я провёл рукой ещё и тут, наткнувшись на мордочку с кучей острых зубов, «что это?», – подумал я, пытаясь понять, кто лежал на моих ногах. И в следующий миг, благодаря силе глаза истины, подаренной мне хранителем мира, я узрел её. Это была она – Айрис, мой комочек счастья, мой первый фамильяр.

Айрис, свернувшись калачиком, удобно расположилась на мхе на моих ногах и смотрела на меня добрым и нежным взглядом. И только сейчас я понял, что у неё появились разноцветные глаза. Ей так они так подходили, а ведь раньше у неё, как и у всех круулов, не было глаз в глазницах. В них виднелось лишь тусклое магическое свечение, что создавало иллюзию, будто в глазницах что-то да есть. А теперь же на её мордочке красовались два ярко-радужных глаза, отличавшиеся между собой переливающейся гаммой цветов. И пока я гладил своего фамильяра по голове, откуда-то со стороны донёсся добрый и тихий голос наставника.

– Проснулся, наконец?

– Наставник, – обрадовался я, пытаясь понять где он.

И снова, благодаря глазу истины, я узрел его в кромешной темноте. Роланд сидел, опираясь спиной на крупную скрученную ветку какого-то дерева, скрестив руки на затылке.

– Хакон, мальчик проснулся и с ним всё в порядке! Больше нет нужды укрывать его, – обратился Роланд к кому-то. – Раскрой, пожалуйста, свои ветви, и, проводи нас до окраин леса.

После слов наставника я почувствовал, будто сама земля начала устремляться вверх. Казалось даже, что кто-то или что-то очень крупное поднимает нас. Затем, подобно цветку, вокруг нас с треском начали раскрываться ветви дерева, постепенно открывая нам яркий небосвод звёздного неба. И через мгновение я узрел и понял, что мы на самом деле оказались высоко над землёй, а перед нами предстал огромный деревянный лик. Он словно был высечен на вековом дереве и походил на сморщенное лицо старика. Я конечно удивился такому, но, когда на этом лице появилась улыбка, а глаза открылись, я вздрогнул от страха.

– Кайлеб, это неприлично, – зашептал Роланд. – Ведь всё это время, пока ты мирно спал и исцелялся моей магией, Хакон укрывал тебя от ливня и даже поддерживал тепло внутри своей ладони, чтобы ты поскорее очнулся. Тебе стоило не пугаться его, а поблагодарить.

А ведь правда, место где мы находились чем-то напоминало ладонь человека, а лик перед нами был похож энта – ожившее дерево из маминых сказок.

– Спасибо Вам, – кое-как я выговорил слова благодарности, поскольку всё ещё не отошёл от шока. – Благодарю за заботу.

Энт ничего не ответил, он вновь ласково улыбнулся, а затем, устремив взгляд вперёд, медленно качнулся и сделал огромным шаг.

С резкими порывами ветра, что теребили мои волосы, мы продолжили своё путешествие под широкие и размашистые шаги энта Хакона.

Глава 12. Деревня

Ранним утром, когда солнце ещё не показалось на горизонте, Хакон доставил нас до окраин леса и опустил нас на землю. Перед своим уходом энт сорвал с головы веточку с желудями и протянул её мне. Я вопросительно посмотрел на Роланда, и тот кивнул, дав своё согласие. Взяв в руки веточку, я поблагодарил Хакона за его подарок, и он, медленно развернувшись, вернулся в свой лес.

– Тебе повезло, это очень вкусные и питательные жёлуди, – сказал Роланд, будто бы завидуя. – Съев всего один такой, можно обходится без еды и питья целых три дня.

– Так их всё-таки можно есть!? – удивился я.

Мне уже не терпелось попробовать хотя бы один из трёх желудей, но наставник, остановил меня:

– Жёлуди, конечно, полезны как пища, но не стоит торопиться. Они могут пригодиться и в бою. Если влить в них магическую силу и бросить на землю, то за секунды перед тобой может вырасти огромное дерево. Это весьма полезно особенно для побега.

– Вот как, – удивился я, ещё раз поглядев на подарок Хакона и затем убрав его в рюкзак наставника.

– О! Солнце уже встаёт, – приставил руку ко лбу Роланд. – Ну что, пойдём дальше?

Я позвал Айрис, но она устало зевнула, поглядывая на утреннюю зарю и нырнула в мою тень, будто в воду, и так и не вынырнула обратно.

– Что? – изумился я, не веря своим глазам. – Наставник, Айрис… она нырнула в мою тень. Как такое возможно?

Я волновался за неё, поскольку произошедшее было за гранью моего понимания.

– А ты вспомни слова заклинания, что ты читал, когда заключал контракт с своим фамильяром, – пояснил Роланд.

– Ах да. – опомнился я. – А ведь правда! Я вроде читал нечто подобное. Мол я дарую ей приют в своей тени.

– Ну вот, – сказал наставник, а затем на его лице появилась радостная улыбка. – Ну, продолжим наш путь?!

Перед нами раскинулись просторные зелёные луга, а чуть поодаль виднелись пшеничные поля, за которыми стояла маленькая деревушка. Солнце пекло так, что я начал завидовать Айрис, спящей в моей тени. «Там наверняка прохладно и комфортно», думал я, следуя за наставником. Мы прошагали около часа, а затем, спустившись с возвышенности по протоптанной тропинке, мы успешно дошли до окраин деревни. И Роланд, обернувшись, радостно сказал:

– Вот мы и добрались. Это деревня Нирн. Веселое местечко, я тебе скажу. Тут всегда полно народа, а улицы оживлённые, поскольку Нирн стоит на развилке трёх торговых путей. А люди здесь добрые и гостеприимные. Представляешь, у них тут каждый день как праздник. И знаешь, тут пекут отменные блинчики, м-мм, – ностальгируя, наставник засиял от радости. – Со сметанкой и ягодами, мясом и грибами, м-мм, а запах такой сладкий и манящий. Эх, скорей бы уже полакомиться. Таких блинчиков ты нигде больше не попробуешь! Я ручаюсь!

Мы двинулись дальше под хвалебные слова наставника об этой деревне. И тут я увидел нечто странное: шкура волка была прибита к крупной сосне, а откуда-то со стороны запахло гнилью. Я попытался сказать об этом наставнику, но он продолжал воспевать оды этой деревни. Но как только мы вошли в неё, лицо наставника тут же помрачнело. Реальность оказалась не такой, какой мы ожидали. Перед нами раскинулась длинная, серая и унылая деревня с пустыми улицами и мёртвыми деревьями. А вокруг не было ни души.

– Наставник? – обернулся я к Роланду, пытаясь понять, туда ли мы попали.

Но тот не ответил ни слова. Широкая улыбка больше не украшала его лицо. Он был встревожен и даже напуган. В его глазах засиял некий зелёный блик, а лицо побледнело.

– Кайлеб, бежим отсюда, – прошептал он, схватив меня за руку. – Живо!

Роланд потянул меня обратно, но мы тут же упёрлись в невидимую преграду.

– Барьер?! – произнёс Роланд, ощупывая преграду. – Чёрт, я просчитался!

Тут же позади нас раздался незнакомый мужской голос.

– Слишком поздно! Вам не стоило вообще заходить сюда. Но раз уж вы зашли в деревню, то обратного пути, увы, нет!

Мы обернулись на голос и увидели, что неподалёку от нас, в тени одного из домов, стоял одинокий мечник.

Глава 13. Странник.

– Этот барьер – твоих рук дело? – поинтересовался Роланд, отодвигая меня за свою спину. – Если да, то ответь: кто ты такой и что случилось с этой деревней?

Оказавшись за спиной наставника, я тут же накинул на голову капюшон. Мечник молча приблизился к нам и остановился в паре шагов от нас. Он смотрел, будто оценивая риск при нападении, и только затем ответил вопросом на вопрос:

– А вы, как я погляжу, одни из этих надоедливых Лучезарных магов, я прав?! – мужчина держал меч наготове, будто собираясь пустить его в ход. – Скажите, господа, что вас привело сюда?

– Ответь на мой вопрос, и я отвечу на твой! – пригрозил ему Роланд.

Наставник щелкнул пальцами, и его ладони тут же засияли зелёным светом. Мечник и Роланд молча переглянулись ещё раз, а когда я выглянул из-за спины наставника, мечник удивлённо посмотрел на меня и произнёс, – всё-таки это ребёнок? А я-то думал… – и он медленно опустил свой меч.

– Ладно, так уж и быть. Я отвечу на твой вопрос, а затем ты ответишь на мой, – произнёс он, убрав меч в ножны.

Роланд опустил руки и тяжело выдохнул.

– Этот барьер поставил один безумный волшебник, чтобы запечатать зло, поселившееся здесь, – объяснял мечник. – А я обычный странник, которого заперли в этой деревне против моей же воли.

– Значит, ты тоже не в курсе, что здесь произошло и что за нечисть тут поселилась? – задал очередной вопрос Роланд.

И тут мечник, вновь потянулся к рукояти меча и произнёс:

– Нет, мужик, мы так не договаривались. Ответь-ка и ты на мой вопрос.

– И правда. Что ж, пожалуй, начну с приветствия. Всё так, как ты и подумал. Я – Лучезарный маг, а зовут меня Роланд Гримальди, а это мой ученик Кайлеб. Пришли мы сюда, покуда наш путь лежит через торговую провинцию Флейт, а она как раз-таки за этой деревней.

– Понятно, – взгляд странника смягчился, и он уже не казался таким угрожающим, как раньше. – Так значит вы тоже простые странники, как и я?

– Да, мы тут проездом, – подтвердил Роланд.

– Эх, поспешил я с выводами. Я-то думал вы оба по мою душу пришли, отомстить за безумного волшебника. Вспылил я мальца, – странник почесал затылок, изобразив на лице смятение. – Как-то глупо получилось, да? Что ж, приношу свои извинения, за то, что нагрубил вам, не разобравшись. Но в знак своего раскаяния, могу дать ответ на твой вопрос.

– Было бы весьма кстати, – подметил наставник.

– Скажу честно, я не знаю, что за нечисть тут обитает, но я тут уже седьмой день торчу. Я успел натерпеться от безумного волшебника, что поставил этот барьер. И мне пришлось оборвать его жизнь.

– Можешь рассказать поподробнее? – поинтересовался наставник.

Тот кивнул.

– Когда я только приехал в эту деревню и спокойно себе отдыхал, сюда же явился отряд рыцарей, сопровождаемый волшебником, что начали тут всем заправлять. И пока рыцари читали указ местного наместника, волшебник успел поставить барьер. По словам рыцарей, этот барьер работает так, что можно войти, но невозможно выйти, пока зло не будет повергнуто. Они всё твердили, что нет нужды паниковать, и что они тут быстро управятся, и барьер тут же уберут. Но в первую же ночь эти горе-спасители потеряли сразу двоих, а волшебник и вовсе обезумел, и начал атаковать всех подряд, поджаривая невинных людей до хрустящей корочки. Поэтому мне пришлось убить его, отрубив голову. Я думал всё наладиться и барьер падёт, но после смерти волшебника ничего не изменилось. Только рыцари приуныли, а нечисть всё так же разгуливает по округе, поедая по одному человеку каждую ночь. Ну а после появились вы…

– А как звали того волшебника? – спросил Роланд.

– Вроде Тормунд Серая Грива или как-то так, – не вдаваясь в подробности, ответил странник.

– Тормунд Серая Грива, значит? – наставник поник, произнося это имя.

– То есть ты его знал? – поинтересовался он, приподняв брови.

– Да. Когда-то он был одним из моих преподавателей в академии.

– Надеюсь, ты не будешь мстить за него? – странник бросил настороженный взгляд.

– Да нет. С чего бы? – прозвучал грустный, но спокойный голос наставника. – Судя по твоему рассказу, он обезумел, когда столкнулся со злом. А ты просто спас жителей.

– А что, если я соврал тебе о том, как он умер?

– Я бы сразу это понял. Знаешь ли, у меня есть особый дар. Я могу распознать ложь в любой её форме. В твоих словах не было лжи.

Пока Роланд общался со странником, я обратил внимание на соседний двор. Там, возле покосившегося дома, притаилась молодая девушка в лохмотьях, которая с украдкой поглядывала на нас.

Глава 14. Сара

– Наставник, на нас смотрит какая-то девушка, – обратился я к Роланду.

– Где? – начал он оглядываться по сторонам.

– Да вот, на соседнем дворе, возле тех перевёрнутых повозок, – указал я ему на место, где притаилась девушка.

– А, это должно быть Сара, – произнёс странник, вмешавшись в разговор. – Эта юная дева была рабыней у одного торговца сладостями, который согласился подвезти меня сюда в обмен на охрану его повозки в пути. Вот только её хозяин погиб от рук того волшебника, и с тех пор она молча ходит за мной по пятам и пытается помочь чем-нибудь, куда бы я не пошёл, и что бы я не делал.

– Возможно, она посчитала тебя своим спасителем, – рассудил Роланд. – Ну или должницей?

– Да я спас её так же, как и остальных жителей. Мне и простой благодарности хватило бы. Но она ничего не говорит и просто молча следует за мной на расстоянии. Я даже пытался объяснить, что она ничего не должна, но она продолжает ходить за мной. Я даже спокойно уединиться не могу для нужды, поскольку она вечно рядом.

– А может быть она напугана? И ей просто страшно быть одной? – высказал я своё мнение. – Ну сами посудите, по округе бродит чудовище и бежать ей некуда. А когда явится монстр, никто из местных ведь не вступится за неё, поскольку они не станут рисковать своей жизнью ради рабыни. Она тут никого не знает, а с Вами ей уже приходилось странствовать, хоть и недолго. К тому же, Вы её однажды уже спасли, и не только от волшебника, но и от её рабовладельца! Думаю, именно поэтому ей куда спокойней с Вами, чем с другими. Точно так же, как и мне с моим наставником.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.