Мила Чер
Случайный обмен

Глава 1

Антон

– Алло, Антон?! – услышал он в трубке телефона голос своего агента, – ты где?

– Дома, у родителей, где же мне ещё быть?! Ты же сам знаешь, что я в отпуске, – с некой леностью ответил парень, потягиваясь в постели. – А чего такого сверхъестественного приключилось, что ты мне звонишь? Да ещё и в такую рань.

– Вот не надо врать мне, – последовал ответ, – я всё посчитал, у вас там уже девять утра.

– Ладно, говори уж что хотел. Зная тебя, ни за что не поверю, что ты просто так решил набрать мой номер, с пожеланиями доброго утра.

– Правильно, не дождешься и не надейся. Вот будешь на пенсии, тогда может быть и соизволю без необходимости набрать тебя, а сейчас только по делу, – перешёл тот к более насущным вопросам.

– Не томи.

– Собирай свои монатки и дуй обратно в Папеэте.

– Совсем смотрю на жаре голову напекло?! Или как? Сходи к врачу, таблеточку выпей что ли.

– Там срочно понадобился твой катамаран. Все остальные уже зафрахтованы.

– И что это не может подождать? Через двадцать пять дней у меня заканчивается отпуск и я буду весь в Вашем распоряжении, – Антон совершенно не хотел сейчас срываться и возвращаться к работе. Ради этого он, практически, два года не сходил на берег. Но и это было сейчас не главным. Он собирался сделать родителям подарок на юбилей и затеял ремонт на даче. Хотя назвать его просто ремонтом было нельзя – полная перестройка. Там сейчас жуткая разруха и бросать всё в самом разгаре он не хотел.

– Какой подождать, ты обалдел? Магнат с материка решил своим отпрыскам сделать подарок на помолвку, покатать по всем островам на катамаране и снял его на месяц. Леон орёт, как резанный, и требует, чтобы ты прилетел первым же рейсом. Он уже аванс взял, притом оплата прошла явно с приличным кешбэком. Антон, не тупи. Ты же знаешь боса, кинешь его – сам уволит и отрекомендует так, что никто больше на работу не возьмёт по твоему профилю.

– Олег?! – Парень уже негодующе, – отмажь меня. Ну пожалуйста, ты же можешь. Просто сейчас совершенно никак.

– Всё, разговор закончен, – агент был не умалим, – билеты я уже купил, на почту скинул. Там же найдёшь и примерный маршрут. Надеюсь ты глупостей не наделаешь и через два дня будешь на месте. Оплата двойная, а отпуск свой потом сможешь догулять. Люда, между прочим, согласилась сразу и ждёт тебя на борту.

– Ладно, но только билеты туда-обратно тоже за счёт фирмы, – Антон решил совсем обнаглеть, если уж такие дела, – и через месяц он меня отпустит, а не наберёт снова кучу заказов.

– Эти вопросы вообще не обсуждаются. Я с Леоном уже договорился.

– Окей, но это в последний раз.

– Всё, ждём.

Парень после разговора нехотя потянулся за ноутбуком и, быстро пролистав почту, остался явно довольным. Пять тысяч триста двадцать миль! Попутные ветры и течения на всём пути. Океанский простор, экзотическая красота побережья! Антон любил свою работу и с удовольствием её выполнял. По сути он считал, что это отпуск, ради которого многие годами пашут на работе – целый месяц на его любимом катамаране, целый месяц отдыха. Такого желанного, такого нужного именно сейчас отдыха! С родителями правда не хорошо получилось, но ничего – заработает и ещё краше ремонт сделает.

Антон потирал руки от радости. Ничего, что часть пути совпадает с периодом дождей, возможны встречи со штормами и даже ураганами. Так даже интересней. И как несказанно рада будет Люся! Она ведь осталась на островах, наотрез отказавшись ехать на родину.

– Может хоть оттает, – промелькнула шальная мысль в его голове. А затем ещё и ещё.

***

Во время учебы в университете на экономическом факультете Антон очень увлекся плаванием. Сначала – обычным, а затем, познакомившись с аквалангом, отдал предпочтение подводному.

Уже значительно позже, после окончания универа, он часто ездил на юг, не упуская там возможности понырять. И вот вынырнув однажды в сумерках на поверхность воды возле Толстого мыса, расположенного на выходе из Геленджикской бухты, Антон неожиданно попал под киль легкой парусной яхты. Удар пришелся в голову, и кто знает, чем бы это всё закончилось, если бы не решительные действия молоденькой девушки, управлявшей той самой яхтой. Та, мгновенно погасив парус, бросилась за ним в воду. Сразу же нашла его и, с трудом вытащив на поверхность воды и отстегнув акваланг, быстро привела парня в чувство, фактически затолкав на борт.

Антон потом, отдышавшись и окончательно придя в себя, бросился искать акваланг, благо глубина была небольшая. Но, по прошествии более двух часов поисков, совершенно стемнело и их пришлось вернуться на причал.

– Может быть завтра нам больше повезёт? – Виновато улыбнулась девушка, – приходите на причал утром. Пораньше… Я Вам постараюсь помочь.

Скорее всего, эта улыбка и всё решила тогда? Она была как открытие, как волнующее неповторимое откровение… Люсе было тогда всего двадцать два, – улыбнулся своим тёплым воспоминаниям парень, вглядываясь в морозные узоры на стекле, в его родном Тобольске была глубокая осень, уже почти зима. Ладная фигурка, миленькое личико со слегка пухлыми алыми губами, чуть вздернутым носиком и большими изумрудными глазами, открыто и радостно смотрящими на него. Из-под резиновой шапочки торчала светлая прядь, а на розовом купальнике озорно улыбался голубой дельфинчик…

– А ты студентка? – Девушка лишь молча кивнула, смущённо добавив, – уже поздно, пора на причал, а то будут волноваться.

А затем, взяв по веслу, они молча гребли к берегу, улыбаясь друг другу, словно ополоумевшие. Уже на выходе Антон, обернувшись, спросил:

– Если я приду завтра к восьми, тебе как, не рано будет?

– Нет, в самый раз. У меня каждый день подъём ровно в шесть, пробежка, зарядка, затем водные процедуры, – помахала она ему тогда на прощание рукой и снова улыбнулась. – Может быть, Вас всё-таки в медпункт проводить?

– Не переживай, я в норме. И большое спасибо за помощь, – слегка смутившись, промямлил он тогда в ответ, вспомнив, что так и не поблагодарил девушку за спасение.

В ответ та тоже растерялась, под пристальным взглядом парня.

– Какое спасибо? Я ведь сама виновата…

Тогда Антон даже забыл спросить имя девушки, а может и не решился. Он и сейчас не мог себе в этом признаться. Однако её мягкий, грудной, с милыми переливами голос слышался ему потом весь оставшийся вечер.

На следующее утро он не мог дождаться встречи, прибыв на причал яхтенного клуба ещё вначале восьмого, прихватив с собой запасной акваланг. Девушка уже была на месте и готовила свой спортивный швертбот¹ к выходу в море. Первое, что он сделал тогда, так это узнал её имя.

Людмила, Люда – это чуть позже она стала Люсей.

В этот раз на Толстом мысу им повезло почти сразу, Антону потребовались всего три попытки. Акваланг он нашёл между камнями, повезло, тот слегка зацепился лямками и его не унесло течением. Даже сейчас, по прошествии стольких лет, он помнил, как же ему не хотелось тогда расставаться. Ситуацию спасла Людмила, неожиданно спросив:

– Может быть, Вы хотите покататься? У меня есть ещё пару часиков свободного времени, – она словно читала мысли Антона.

– Точно? А что, можно? – Он и сам искал повод подольше остаться с девушкой, но не находил, а тут такое предложение.

– Естественно. Вдвоем даже лучше и гораздо веселее. Но я Вас предупреждаю, на спортивной яхте просто пассажиром быть нельзя, – озорно подмигнула она ему.

– Всё что прикажешь. И хватит мне выкать, а то я чувствую себя дряхлым дедом, а мне всего-то двадцать семь.

– Ладно, уговорил. А теперь вперёд. По моей команде будешь поворачивать руль в нужную сторону, а всем корпусом отклоняться в противоположную. Это понятно?

– Есть, мой капитан! – задорно ответил Антон.

Как только Люда подняла парус, тот с грохотом хлопнул, наполнившись ветром, и судно полетело, словно буревестник над морской гладью.

– Лево руля! – звонко и радостно закричала девушка, грациозно порхнула за правый борт, разрезая ладонями очередной пенистый бурун. А яхта, поймав ветер, моментально набрала скорость, и понеслась к центру залива.

– Право руля! Так держать! – Людмила снова скомандовала, когда нос яхты пересёк незримую линию, а сама же, почти неуловимым движением, передвинула парус и юркнула на левый борт, – нравится?

Антон только кивнул головой, сдерживая радостное дыхание от охватившего его невероятного восторга. У него не было слов от восхищения, когда ты, на борту крошечной яхты с лёгкостью побеждаешь водную стихию, а твои лёгкие наполняет встречный морской ветер.

– А-а-а! Это просто прелесть, как же классно, – закричал он в ответ.

– Так, не расслабляемся. У нас три минуты отдыха, а потом очень крутой разворот. На сто восемьдесят градусов. В первый раз выполнить его очень трудно. Но с таким прилежным учеником, я надеюсь, мы справимся.

Лицо девушки светилось радостью, весёлым задором, а лёгкий морской бриз развеивал ей волосы. Антон залюбовался такой картиной и чуть не пропустил мимо ушей новую команду:

– Право руля! – неожиданно раздалась над самым его ухом звонкая команда девушки. – Еще сильнее, до отказа!

Крыло паруса резко метнулось влево, затем вдруг зависло, но лишь на мгновение, словно обессилев, и, оглушительно хлопнув, вновь наполнилось ветром. Корпус яхты при этом резко накренился, и она сама, готовая каждую секунду перевернуться вверх килем, почти лежала на боку.

– Лево руля!

– «Неужели опрокинемся?» – промелькнуло в голове у Антона и он, не ожидая новой команды, навалился, отводя рукоятку руля в среднее – нейтральное положение.

– Супер! Всё правильно. Да ты прирождённый яхтсмен, – похвалила тогда его девушка, усаживаясь рядом на корме.

Затем были прогулки по набережной, поцелуи при Луне, общая мечта, обучение управлению яхтой, катамараном и наконец переезд во Французскую Полинезию.

***

История их первой встречи пролетела у него в голове, как будто это было вчера, и вызвала улыбку на его лице. Правда, в последнее время, их отношения стали слегка натянутые. Антон хотел более спокойной жизни: осесть где-нибудь на небольшом островке, благо их здесь было «выбирай не хочешь», купить дом, завести детей, лишь изредка развлекая туристов. Люся же —планировала перебраться во Францию, желательно в Париж, но можно и в городок поменьше, в его предместьях, и уже там задуматься о семье. Нет, Антон, как мужчина, её устраивал полностью: работящий, не гулящий, заботливый, в постели тоже неплохой партнёр, однако торчать всю оставшуюся жизнь на островах в её планы не входило.

– «Ничего страшного. Милые бранятся, только тешатся. Бывало и похуже», – Антон с горечью вздохнул, вспомнив последний их разговор, а затем быстро откинул одеяло и побрёл в душ, добавив – «пора и честь знать». День предстоял длинный и тяжёлый. Надо было как-то объяснить родителями свой внезапный отъезд, собраться самому и успеть в аэропорт. А времени на всё про всё осталось всего четыре часа,

– Ну, что же, пора в путь дорогу. Нас ждут великие дела, – сказал он себе уже выходя из душа, запивая на ходу бутерброд свежим кофе и натягивая брюки. А чуть позже, ещё раз окинув взглядом квартиру с порога, двинулся навстречу приключениям.

Глава 2

Мишель

– Пап, спасибо. Я тебя обожаю, – прощебетала Мишель, задорно хлопая в ладоши, обнимая и расцеловывая седовласого мужчину, – вот умеешь ты удивить.

– Ну ты же знаешь, как я тебя сильно люблю, доченька, – тот в ответ обнял девушку и нежно поцеловал её в лоб, – мы с тобой давно об этом мечтали. Вот ты за нас двоих её и исполнишь. Правда не знаю, как отнесётся к моему подарку твой жених, надеюсь его не сильно шокирует месячное морское путешествие? Извини не выдержал. Хотел сделать тебе сюрприз прям на торжестве, но ты, как обычно, заставила сделать это раньше.

– Это, как раз, к лучшему, иначе я бы в обморок грохнулась, прямо на вечеринке. А по поводу путешествия не переживай, я скрашу его будни на судне, даже если мой Марсельчик там заскучает, – девушка радостно кружилась по столовой, предвкушая будущее плавание, – какой ты всё-таки молодец, я ведь там смогу наконец закончить своё исследование о появлении и развитии местных языков: туамотуанского и паумоту. О таком я даже представить себе не могла. Всё, решено – достаю свои тетрадки и после путешествия засаживаюсь за диссертацию. Теперь то я её точно закончу.

– Я в тебе даже не сомневаюсь. И вот, что скажу. Зная твою дотошность – это будет лучшее исследование в данной области, а защита – одна из ярчайших. Эти старые Сорбоннские снобы будут повержены наповал.

– Ой, не перехвали меня раньше срока, – смущённо ответила девушка, – однако в одном с тобой можно согласиться, я очень постараюсь.

– Пап, а может ты отложишь свою работу и махнёшь с нами? А? – наивно моргая ресницами спросила девушка, – ну хотя бы на недельку. А там, мы высадим тебя в каком-то местном порту, и ты улетишь к своему любимому и ненаглядному бизнесу.

– Дочь, ты же знаешь, сейчас это не реально.

– Ох, ну ладно. Понимаю, – Мишель немного расстроилась, но мысль о предстоящем и таком желанном путешествии взяла верх, – тогда позволь мне откланяться, дел просто невпроворот. У меня же совершенно ничего нет, а на месяц только купальников надо не меньше десяти.

– Давай моя хорошая, беги, а я пойду прилягу, отдохну.

Жан-Пьер Дюбуа, седовласый мужчина лет шестидесяти пяти, владелец целой сети торговых центров, разбросанных по всему Европейскому союзу, тяжело поднялся с кресла и побрёл в свой кабинет. Он очень плохо себя чувствовал: четвёртая стадия рака желудка давала о себе знать с каждым днём всё чаще и чаще, и фактически не оставляла шансов на выздоровление. Ему предстояло за оставшееся время, которого было крайне мало, сделать многое и терять он не мог ни секунды. Вот и сейчас надо было ещё раз глянуть документы по новому контракту – он всегда это делал самостоятельно, когда оставалось лишь поставить подпись, не доверяя никому. Может эта привычка и позволила Жан-Пьеру достигнуть таких высот. Сейчас он успешный владелец бизнеса с многомиллиардным оборотом, есть что оставить дочери после смерти, главное постараться обезопасить его.

Мишель – единственная, поздняя и с таким трудом доставшаяся ему дочь. Роды были очень тяжёлыми, после которых врачам, увы, не удалось спасти жену и Жан-Пьеру пришлось растить дочь самому. Оттого девочка росла всячески окутана его заботой и любовью, занималась чем пожелает и никогда не знала никаких проблем. А когда выросла, стала сильно похожа на свою мать. Он даже не сказал дочери о своей болезни, не желая её расстраивать перед свадьбой. Главное до неё дотянуть.

И вот теперь ему предстояла очередная тяжёлая операция с, как минимум, почти месячной реабилитацией. Продолжать и дальше прикрываться командировками было уже очень подозрительно, вот и родилась идея отправить дочь куда-нибудь подальше. Французская Полинезия, где у них имелась небольшая вилла, была самым идеальным местом, тем более ещё в университете Мишель загорелась изучением полинезийских языков. В её детстве они практически все каникулы проводили на Таити и она довольно свободно могла общаться с местными на их родном языке, чем приводила тех в неописуемый восторг. Правда, в связи с внезапной болезнью, организовать путешествие в период учёбы не удалось и девушка отложила своё исследование в долгий ящик. А тут ещё и повезло – как нельзя кстати подвернулась помолвка с Марселем.

Помолвка, конечно же, Жан-Пьера в восторг не привела. Нет, он, как отец, желал дочери счастья, поэтому с тяжёлым сердцем принял её выбор. Напор дочери, в совокупности с прогрессирующей болезнью и необходимостью срочного оперативного вмешательства, сыграли здесь значительную роль. Пришлось, скрипя сердцем, дать своё согласие на их брак. Сам Марсель, как и дочь, оказались не совсем теми людьми, которым можно было оставить свой бизнес. Мишель – достаточно ветреная девочка с прекрасным, но сугубо филологическим образованием, её спутник – и вовсе актёришка местного разлива, играющий второстепенные роли в захудалом и не очень форматном театре. Да они моментально промотают всё состояние, доставшееся ему с таким трудом. В этом сомнений не было. Поэтому сейчас он и пытался всевозможными способами сделать так, чтобы в будущем дочь ни в чём не нуждалась, но и не могла всё растранжирить слишком быстро. Именно для этого Жан-Пьеру требовалось время и пришлось соглашаться на операцию, проведению которой он изначально сопротивлялся.

– Кристиан, – позвал он своего помощника, закончив работу с бумагами, – это отправь юристам, пусть всё переделают, свои правки я там оставил. И скажи водителю, что через пять минут выезжаем.

Мужчина тяжело вздохнул и направился к себе, дабы переодеться. Ему предстояло пройти последние исследования перед операцией, а на дому их сделать, увы, было невозможно.

***

– Ты куда меня тащишь? – возмущённо и немного упираясь спросил Марсель. Молодой человек, с крайне ухоженными чёрными волосами, которые от количества использованного геля даже слегка поблёскивали на солнце, достаточно прямым носом и немного вытянутым лицом, – у меня через два часа репетиция в театре.

– Дорогой, какой театр?! – Мишель не отпускала руку парня, волоча того в торговый центр, словно на аркане, – я же тебе пять минут назад сказала, папа организовал нам путешествие по островам на шикарной яхте. Только я, ты и океан. И сейчас мне очень нужны твои советы, чтобы выбрать себе хоть что-нибудь. Ты не представляешь, как там жарко, основная одежда – купальник, парео и капелина. Пару туник и сарафанов тоже не помешает. И этого ничего у меня нет.

– Малыш, – парень попытался было сопротивляться, но с Мишель такие фокусы не проходили, она привыкла получать всё чего хотела. А самое главное быстро и без лишних разговоров.

Уже внутри торгового центра девушка расслабилась. Шопинг был её любимым занятием. Нет, зависимостью накупить кучу шмоток и навсегда о них потом забыть, лишь развесив в шкафу, она не страдала. Это была другая пленительная привычка, заполучить что-нибудь эксклюзивное, необычное, эдакое такое, которого ни у кого не было. И настоящее требовало денег и времени. С деньгами в их семье, сколько она себя помнила, никогда проблем не было. Да, отец рассказывал, что когда-то, они не могли себе многое позволить, но те давние времена её детства были далеко позади и она о них не помнила.

С наличием свободного времени девушка, в общем-то, также трудностей никаких не испытывала. Сразу после окончания университета отец пытался привлечь её к управлению бизнесом, но все эти попытки Мишель с треском провалила. Как оказалось, экономика – это явно не её вид деятельности. Тогда он придумал номинальную должность – заместитель генерального директора по общим вопросам. А так как в фирме отца, в принципе, никаких общих вопросов не было, то Мишель появлялась там только на советах Директоров или общих собраниях акционеров, которые проходили довольно редко.

Ей больше нравилось сидеть и копаться в словосочетаниях, выискивать параллели языковых групп, сопоставлять их. Ради этого Мишель даже затеяла курсы изучения французского языка, принимая на них, правда, не всех подряд, а того тех, кто был носителем необычных языковых культур, особенно полинезийской группы. Сейчас у неё набралось материалов не одно исследование. Отцу пока ничего не говорила, хотела обрадовать. Осталось только объединить материалы в одно целое и подкрепить практическими примерами.

Так что здесь всё совпало. Она и сама хотела предложить отцу слетать отдохнуть в Фааа на их семейную виллу, поправить здоровье. Тем более они туда не ездили уже больше шести лет. Однако как-то не представилось случая. В последнее время он много работал и не очень хорошо выглядел. Хотела, а потом всё так неожиданно закрутилось, завертелось. Она встретила Марселя. Совсем случайно подруга затащила её на не совсем обычную театральную постановку. Нескладный молодой человек Мишель тогда не сразу заинтересовал. Да она даже не обратила на него внимание. У него и роль-то была мизерная. Если бы по предложению подруги они после постановки не пошли гулять, то ничего бы и не было. Но тёплый летний вечер, полная Луна и стихи при звёздах возымели своё действие. Они договорились встретиться завтра, а потом ещё раз и ещё. И вот на днях помолвка.

– Ну, как я тебе, – девушка уже второй час бегала из одного фешенебельного бутика к другому, терзая своего молодого человека расспросами, при этом не выбрав ни одной вещи. И вот сейчас снова крутилась в модном голубеньком сарафане, демонстрируя свою хорошенькую фигурку.

– Любовь моя, – со вздохом ответил, – давай уже купим что-нибудь и пойдём в местный ресторанчик. Я очень проголодался.

– Ты меня совершенно не любишь. Тебе на меня всё равно, – надув губки сказала Мишель упорхнула в примерочную.

Платье ей и самой очень понравилось, но должна же она была немного повредничать.

– Девушка! – позвала Мишель девушку-консультанта магазина и так бегающую на пределе своих возможностей, пытаясь угодить богатой клиентке, – упаковывайте. Мы это берём и то платье, которое я меряла перед этим, тоже, – а затем, повернувшись к своему молодому человеку и мило ему улыбнувшись, добавила, – пошли уже, покормлю своего Котика.

Глава 3

Антон

– Мам, пап! – Антон смущённо посмотрел на родителей, – не обижайтесь, но мне нужно срочно на работу. Шеф понабрал заказов выше крыше и теперь не справляется. Звонил агент, просил, кричал, умолял немедля вернуться.

– Антош?! – Покачав головой ответила Ирина Сергеевна, мама парня, даже пролив кофе от таких новостей, – мы тебя и так последние четыре года не видели. То ты учился, затем уехал на заработки. Да и отпуск ещё не закончился. Может откажешься? – С надеждой спросила женщина.

– Мамуль, это ненадолго, – он попытался её успокоить, нежно поцеловав в щёку, – всего один месяц. Сделаю один рейс по островам и снова к Вам. За ремонт дома аванс я отдал. Маринка всё знает, справится. А затем вернусь и сам всё доделаю.

– А мне ты значит доверяешь меньше, чем сестре? – Возмутился отец, – даже контроль перепланировки дома ей доверил.

– Пап, ты всё не так понял. Просто дом – это подарок Вам с мамой. Я хочу, чтобы Вы туда зашли и ахнули.

– Петь! Отстань от сына со своими вечными претензиями. Если Антоша сказал, что Маришка справиться. Пусть так и будет.

– Вот всегда ты противишься мне. Всю жизнь, – заворчал он, как обычно, – да делайте вы, что хотите. Пойду, футбол лучше гляну.

– Не переживай, отойдёт. Ты же знаешь его, поворчит, поворчит и успокоится.

– Ладно мам, мне пора, самолёт через два часа.

– Беги уже, – женщина обняла сына и похлопала того по спине, – как долетишь, позвони.

– Обязательно. Пап, пока, – крикнул Антон уже на бегу, времени у него действительно было в обрез.

***

Как Антон не торопился, но в аэропорт он прибыл едва-едва не опоздав. Быстро расплатившись с таксистом, пришлось срочно отыскать наличные, как назло банковское приложение зависло и деньги с карты перевести было невозможно, он ринулся бегом к стойкам регистрации.

– О, да у Вас трансфер на Таити, – улыбнулась девушка –администратор на стойке регистрации, – там сейчас хорошо, солнце, пальмы, тёплый океан, а у нас зима на носу.

Уже стоя у стойки регистрации он успокоился. Всё – успел. Расслабился.

– Ой, девушка, не завидуйте, – сказал Антон ей в ответ, немного отдышавшись, – там сейчас начнётся сезон штормов. Хорошей погоды ждать ещё минимум как пару месяцев.

– В любом случае теплее, чем здесь.

Парень, улыбнувшись, забрал посадочный талон и двинулся на посадку. Надо было успеть пропустить ещё пару рюмочек в баре. Летать он боялся до дрожжей в коленях, вот и приходилось хоть как-то успокаивать нервы. Антон готов был на обычном хлипком плоту пересечь океан в самый сильный шторм, только не самолёт, а тут целых три перелёта: сначала из родного Тобольска до Москвы, затем пересадка в Париже и уже только потом Папеэте. И на этом спасибо Леону, что не пожалел денег на прямой перелёт. Видать точно тому приспичило, в любом другом случае этот скупердяй лишнего франка бы не потратил.

Уже после взлёта, когда самолёт набрал высоту, Антон залез в ноутбук, чтобы более подробней изучить маршрут предстоящего путешествия. Раньше на это попросту не было времени.

Согласно описанию, обоих пассажиров своего катамарана он должен будет забрать на Таити на пристани в городе Фаа, далее лёгкая прогулка по Наветренным островам. Он там всё знает и может пройти с фактически закрытыми глазами, даже несмотря на вероятные плохие условия плавания. Затем чуть сложнее – Подветренные острова с остановкой на Бора-Бора, и в конце – архипелаг Туамоту, исторически называемый Опасным архипелагом из-за опасностей для мореплавания: он просто кишит низменностями коралловых островов, заметить которые можно только с небольшого расстояния, особенно в плохую погоду, а также обилия мелких островков и мелей. Хорошо, что у их катамарана осадка небольшая.

– Ничего, прорвёмся, – прошептал Антон, захлопывая ноутбук, – где наша не пропадала.

– Вы что-то сказали? – поинтересовалась сидящая на соседнем кресле женщина.

– Нет, нет. Это я так обрадовался новой работе.

– Работа – это всегда хорошо, а если она новая, то вдвойне, ведь это ещё и новые возможности.

Антон, ответив женщине кивком, закрыл глаза, решив немного поспать, тем более предстоящие двое суток предстояли быть крайне напряжёнными.

***

– Алло, мам. Я добрался, уже на месте. Вы как там? – Антон набрал номер телефона родителей сразу, как только шасси самолёта коснулись поверхности взлётно-посадочной полосы в международном аэропорту Таити Фааа.

– Сыночек, у нас всё хорошо, – услышал он слегка заспанный голос на другом конце телефона, – как сам, как добрался?

– Отлично. Всё мам не могу больше говорить, разрешили выход, перезвоню позже.

Антон, выбравшись в зал прилёта, огляделся по сторонам, в глубине надеясь, что Люся его встречает. Билеты брал агент, так что она точно должна быть в курсе о дате и времени прилёта. Тут без сомнений, ведь она второй и единственный член экипажа, помимо капитана. Значит об их незапланированном рейсе девушка была оповещена.

– Месье Антуаа, добрый день, – окрикнул его на местный манер полинезиец, работающий у Леона уже более пяти лет.

Антон прекрасно знал Тоухе, а встречающего звали именно так, поэтому даже не удивился его появлению в аэропорту. Собственно, он встречал Антона и Людмилу ещё в первый раз, когда они только устраивались на работу.

– Йо-ра-на, – парень вначале поздоровался с Тоухе на местном, а затем, уже перейдя на французский, спросил с надеждой, – а Людмила не приехала?

– Она ожидает Вас на судне, – улыбнувшись ответил тот и пригласил к выходу.

Местные особой разговорчивостью не отличались: радушием – да, а поговорить по душам – это точно не их конёк. Оттого, наверное, на таитянском языке «те роа» всего шестнадцать букв и лишь чуть больше тысячи слов.

– Как Каеа, дети? – поинтересовался Антон.

– Мауру ’уру, майтаи, – усмехнувшись ответил Тоухе, – все живи и здоровы.

Остров встретил Антона небольшим дождём, и довольно тёплой погодой, характерными для этого времени года. Как ему это всё нравилось. Он даже специально остановился, чтобы насладится моментом, почувствовать запах океана. Чуть более четырёх лет назад ступив на этот радушный берег, встретивший его ослепительно белым песком, безлюдными дикими пляжами, пышным цветением тропической природы, ласковыми водами лагун и великолепием подводного мира, он влюбился в него по уши. Такого ощущения неземного покоя и безотчетной радости бытия он больше нигде не встречал. А оттого и не хотел никуда уезжать, облюбовав его и решив бросить тут якорь, если конечно это будет реально.

В голове Антона не укладывалось, как этого не понимала Люся. Для него эти острова были кусочком рая на земле. В мечтах парня был небольшой домик на берегу, жена, пара детишек, бегающих по шикарным пляжам, наслаждаясь солнцем и океаном. Он уже видел себя с утренней чашкой кофе, сидя на открытой веранде и любуясь видами поросшей зеленью горы Орохена, высочайшей точки Таити и всей Французской Полинезии, и это если надоест вид на бескрайний океан, на который можно смотреть вечно. Но уж если сильно заскучает, то столица Таити, всегда готова раскрыть свои объятия. А она между прочим является развитым туристическим центром. Правда, это единственное место на острове, напоминающее о существовании суеты цивилизованного мира, но которого, по мнению Антона, было вполне достаточно, чтобы иногда время от времени развеяться.

– Месье, мы подъезжаем, – Тоухе оторвал парня от нахлынувших мыслей, – Вас куда вести в дом или на пристань?

– Рули на пристань, – немного поразмыслив со вздохом добавил он, – поздороваюсь со своей ласточкой, а то почти месяц её не видел.

Он завидел свой парусный круизный катамаран издали, лишь только они въехали на причал. Антон очень любил своё судно, относился к нему, как к своему ребёнку, и мог узнать из сотен тысяч. Это была отличная парусная яхта с тремя пассажирскими каютами, корпусом из стеклопластика, имеющая сертификацию CE (A), то есть предназначена для выходов в открытый океан.

В ней, на его, конечно же, слегка предвзятый взгляд, всё было идеально предусмотрено: кокпит² на одном уровне с салоном, имеющий лаунж зону и большую зону для загара по правому борту; отличное пространство для принятия солнечных ванн; очень функциональный салон; большие и светлые каюты, благодаря большим иллюминаторам по бортам. А сама конструкция предусматривала мачту и гик³ ниже, чем у обычной флайбриджной версии⁴, что, в свою очередь, значительно уменьшало качку, делало доступ к гику легче и позволяло улучшить управление катамараном.

– Спасибо, – Антон поблагодарил парня, когда они подъехали поближе, – дальше я сам. Езжай домой, а то твоя вахине будет ругаться.

Тоухе лишь улыбнулся. У Каеа, его жены, действительно был достаточно скверный характер и об этом на фирме не знал разве что ленивый. В этой связи парня жалели практически все, а не только мужская половина, чему тот было очень даже рад и при любом удобном случае с удовольствием пользовался.

– О, кого я вижу, – услышал Антон недовольный голос Людмилы, подойдя почти вплотную к катамарану, – наш капитан явился, не запылился. Нет, ну а что, не царское же это дело готовит судно к выходу в море. Для такого имеется персонал пониже уровнем.

– И я очень рад тебя видеть, – вздохнув ответил он, – надеюсь даже на то, что ты хоть немножко соскучилась?

– Ага, надейся и жди.

– Вот чего ты заведённая такая. Сейчас быстро всё вдвоём подготовим.

– Да сделала я уже всё, чай второй день уже тут палубу драю, – сбавив обороты уже более миролюбиво сообщила Людмила, – ладно, иди сюда, обниму своего любимого Антончика. И давай рассказывай, как там на родине.

– Покормишь, расскажу, – решив вконец обнаглеть, поставил он условие.

– Пошли уже. Будет тебе и первое, и второе, и десерт.

Глава 4

Мишель и Марсель

Мишель росла в большом шикарном загородном доме. Её всё время окружали гувернантки, домработницы, кухарки, а вот друзей почти не было. Только одна подружка, да и та появилась совсем недавно. И она компенсировала их своими мечтами. Это были тихие, светлые грёзы. Мишель убегала в свою комнату или в парк, который окружал их дом, искала там одиночества, чтобы оставаться наедине с моими невероятными мечтами о суженом. В её детском воображении он принимал самые разные обличья. То она представляла его себе высоким светлоглазым блондином, то жгучим черноглазым брюнетом, бросающим на неё страстные взоры. Она краснела сама перед собой, смущаясь своим же фантазиям, но они ей так нравились, так нравились…

А Марсель так и вовсе был первым парнем, с которым она начала встречаться. До этого её девичье сердце ещё не знало любви. У Мишель не было так называемого периода взросления, как у нормальных детей: первая школьная любовь, парень, который провожал до дома, – всё это пролетело мимо. А тут вдруг её словно вырвали из блаженной дрёмы. В голове заклубились какие-то невероятные картинки. Теперь по вечерам, когда она возвращалась домой, после встреч со своим парнем, Мишель часто сидела и мечтала. О любви, о Марселе, с которым вскоре свяжет свою жизнь, о их будущей общей судьбе…

А оттого девушка весьма серьёзно относилась к подготовке будущей помолвки. Место для торжества она нашла довольно быстро. Уютный загородный клуб с большой и ухоженной территорией содержал друг отца. Ей очень нравилось там бывать: отец играл в гольф, а она гуляла вокруг, мечтая о своём будущем. Так что Мишель не пришлось долго искать место и уговаривать хозяина, тот и сам был рад оказать ей такую услугу.

– Мадмуазель Диана, – девушка носилась по залу, проверяя последние приготовления к одному из самых волнительных моментов в её жизни – помолвке. Ещё более волнительным может быть только свадьба. Но она ещё через полгода и к ней подготовиться времени полным-полно, – через пять часов в этом месте будет сотня гостей, а здесь ещё совершенно ничего не готово.

– Не переживайте, – девушка-декоратор, занимающая организацией торжества, попыталась успокоить Мишель, – в соответствии с ранее выбранной Вами концепцией оформления торжества в стиле эко, мы сделали акцент на нейтральность и натуральность. И классический зеленый цвет тут смотрится просто роскошно. Главный акцент в стилистике мы отдали полевым цветам и множеству зелени, а дополнительный декор выбирали в виде упаковки из натуральных тканей. Основные цвета растений – белый и кремовый с добавлением синего.

Мишель специально подобрала место для помолвки загородом, чтоб на природе: ровно подстриженная зелёная лужайка, белые шатры, натуральная мебель из бамбука и ротанга, берег озера. Компания её отца уже много лет участвовала в экоинициативах и часть средств всегда отправляла на благотворительность. Так что провести помолвку по-другому у неё и в мыслях не было.

– Мы отказались от срезанных цветов, – продолжила девушка, семеня за Мишель и пытаясь успеть ей всё рассказать, при этом ничего не упустив, – для декора используем растения в горшках. После окончания торжества гости смогут забрать их домой в качестве сувенира.

– Прекрасная идея, мне очень нравиться, – девушка остановилась призадумавшись, – потом они, глядя на них, будут вспоминать о нашей с Марселем помолвке. Вы меня удивили и порадовали.

– Это моя работа мадмуазель, – ответила Диана на похвалу, – а вот сюда хорошо впишутся в стиль плетёные корзины, стеклянные вазы и сундуки. Стиль подразумевает нахождение на единение с природой и мы отказались от использования пластика и других вредных для природы материалов.

– Церемонию объявления о нашем с Марселем решения проведём прямо на свежем воздухе, вон у того раскидистого дерева. – Мишель ускорила шаг и уже там, представляя всё в своей голове, продолжила, – на ветвях развесьте баночки со свечками или тканое полотно. Цвета выберите на Ваш вкус. И никаких сложных и замысловатых форм! Дизайн максимально простой. Ткани только натуральные: хлопок, лён, шерсть, рогожка. Никаких сложных рисунков – только естественные цвета, лучше с минимальной окраской. Вместо атласных лент используйте бечевку и джут.

– Хорошо, я Вас поняла. Не переживайте, всё будет сделано в лучшем виде, – девушка уже в который раз попыталась успокоить клиентку, прекрасно понимая её состояние, – стойки с напитками и закусками декорируем композициями из зелени и мха.

– Отлично. Прошу Вас, ускоряйтесь. Я за платьем. Надеюсь хоть оно будет готово к намеченному сроку, – Мишель ещё раз осмотрела место и, довольная своим выбором, побежала по делам дальше. На сегодняшний день, а особенно вечер, у неё были огромные планы. Теперь главное не попасть в пробку. Салон, в котором девушка заказала своё платье, находился в центре города и надо было умудриться туда успеть к намеченному сроку.

Больше всего времени при подготовке к торжеству у неё ушло, конечно же, на выбор платья. Как и многие девушки, Мишель всегда мечтала на собственной помолвке быть прекрасной принцессой, а к свадьбе превратиться в очаровательную королеву. А потому найти подходящее платье непростая задача, особенно когда ты сам не знаешь, что именно хочешь. Первоначально девушка представляла в своей голове его с эдакими кружевными рукавами, воображая себя лёгкой и воздушной, но когда она одела такое платье, то рукава оказались жуть какими неудобными. Потом она сделала для себя вывод, что у платья обязательно должен был кружевной верх, так сказать, «маечкой», чтобы грудь была закрыта. Снова не то.

Это длилось около недели: выбор, примерки, разочарования.

Так что платье своей мечты она долго и придирчиво выбирала из тысячи разных моделей, но не найдя подходящего, наконец решила его сшить, чтоб именно то, которое бы полностью удовлетворяло всем её требованиям. В итоге оно получилось классического кроя, без лишних элементов, нежного оливкового цвета. Платье отличалось пышной юбкой и обтягивающим фигуру лифом. Стройная Мишель выглядела в нём просто потрясающе. А свой образ она решила дополнить накидкой из вязаного кружева.

– Оно Вам прекрасно идёт. В нём Вы словно ангел, – хозяйка пошивочной лично вышла к примерке.

– Согласна. Мне платье тоже очень нравится, – Мишель, улыбаясь, кружилась перед зеркалом, словно юла, – буду Вас теперь рекомендовать всем. Правда, у меня не так много подружек, но если вдруг поинтересуются, то обязательно.

– Спасибо. Этого уже достаточно.

– А знаете, что? – Девушка загадочно прищурилась, – закажу-ка я у Вас ещё одно платье, но готово оно должно быть через два дня. Мы с моим женихом улетаем в путешествие на острова в Тихом океане. Успеете?

– Постараемся.

– И да, я хочу, чтобы свадебное платье сшили тоже Вы.

– Будем очень рады Вам помочь.

***

С каждой минутой приближался тот самый момент, о котором Мишель давно мечтала. И девушка, в ожидании этого действия, довольная порхала от одного места к другому, тщательно проверяя последние приготовления. Где-то ближе к семи часам вечера начали собираться первые гости.

– Мишель, дорогая! – Жан-Пьер, видя метания дочери, приобнял, чтобы её успокоить, – всё будет хорошо. Я уверен, что ты продумала и предусмотрела всё до мелочей.

– Спасибо пап, – девушка поцеловала отца в щёку и, подхватив под руку своего парня, пошла ко входу, – мы пошли гостей встречать.

– Давайте. А я пойду под шумок вашего торжества, кое чего обсужу с нужными людьми, – Жан-Пьер был человеком деловым и терять время даром не привык.

Встретив лишь только третью пару гостей будущего жениха стало немного потряхивать. Прибывали такие лица, о которых он раньше узнавал лишь из экрана телевизора или ленты новостей, а иногда они ему улыбались с обложек журналов.

– Марсель, да не дергайся ты так, а то и я рядом с тобой ещё сильнее начинаю волноваться.

– Ага! Ты же сказала, что будет небольшая вечеринка. Только близкие родственники и друзья семьи, а тут такие люди приглашены.

– Ну извини. Папа настоял. Я ничего не могла поделать. Но если честно, то я не соврала – это действительно близкие друзья нашей семьи.

– Пойду немного выпью для храбрости.

– Смотри не переусердствуй.

Зал постепенно заполнился, а многие гости разберись по лужайке, очень позитивно оценивая интерьер, убранство территории. Мишель это чувствовала по улыбкам, по тому как они рассматривали расставленные то тут, то там цветочные тумбы, присаживались на скамьи из необработанного дерева, заглядывались на уединённые декоративные ширмы из тростника.

А затем полились звуки подходящей к случаю музыки, как и положено, трогательной до слёз. Мишель её лично выбирала.

– Дорогие гости! – услышала она голос отца, приглашающего всех собраться у огромного векового дуба, для важного сообщения. Конечно же гости прекрасно знали повод, но интрига всё равно выдерживалась до последнего.

У девушки ноги мгновенно налились свинцом. Она, с трудом перебирая ими, двинулась к микрофону, выискивая глазами своего жениха.

– Марсель ты обалдел?! – Мишель посмотрела на своего жениха в ужасе, – зачем так нализался?

– Д-да как-то само п-получилось, – парень был довольно прилично пьян. Нет, на ногах он ещё более-менее держался, но язык заплетался прилично, – п-прости, я н-не х-хотел.

– После объявления помолвки я тебя придушу, – девушка зло прошипела ему на ухо, – а сейчас без самодеятельности. Просто по моей команде опустишься на колено и протянешь кольцо. Не вздумай мне испортить торжество.

– М-малыш, – с дурацкой улыбкой на лице в ответ произнёс Марсель, – не злись. Я же не пью, п-почти с-совсем, а тут т-такое. Вот и п-перен-нер… – Дальше парня хватило лишь на то, чтобы пожать плечами.

– Друзья! Сегодня мы собрались с вами на прекрасное торжество, – Жан-Пьер, видя затруднительное положение молодых, решил взять продолжение мероприятия в свои руки, – моя дочь, Мишель, которую вы все прекрасно знаете, и её молодой человек, Марсель, хотят нам с вами кое-что сообщить.

– Да, мы Марселем решили пожениться, – девушка нервно улыбнулась и дёрнула парня за руку.

Тот был несколько выпивши, но не дураком, и со своей ролью справился вполне сносно. Правда Мишель пришлось немного ему помочь, придерживая, чтобы он не завалился на бок, однако руку с кольцом парень выбросил вперёд достаточно уверено.

– Поздравляю! – объявил отец, заполняя затянувшуюся паузу, – приглашаем всех на фуршет по такому прекрасному поводу. А я со своей стороны дарю молодым месячный круиз по островам. Надеюсь они там отдохнут, наберутся сил и мы с вами вскоре встретимся на их свадьбе.

– C’est génial!⁵ C’est super!⁶– Неожиданно для всех на объявление Жан-Пьера отреагировал Марсель.

– «Прибью, завтра», – про себя прошипела Мишель, вслух же, улыбнувшись, добавила, – приглашаю всех к столу.

Глава 5

Антон и Людмила

Антон придвинул поближе к себе лист бумаги и перечитал ещё раз:

– Требования к паруснику: может быть любого типа… с неограниченным количеством мачт и парусов. Длина его, однако, не должна превышать двадцати метров, а водоизмещение – пятидесяти пяти тонн. Это вообще, что? – он посмотрел на Людмилу, которая и предоставила ему лист бумаги, лишь только они забрались на катамаран, – такое ощущения, что мы не в путешествие собираемся, а на аукцион выставляемся.

– А! Это Леон прислал, – стоя руки в боки сказала девушка, – олигарх, который нас зафрахтовал, именно так прислал требования к судну, на котором планирует совершать круиз. Ну, это нас с тобой, пожалуй, меньше всего касается. Под них более-менее подошёл лишь наш катамаран, вот тебя и дёрнули из отпуска. Вначале даже хотели Эжена нанять на рейс, но я отказалась. Сказала без своего ненаглядно в море ни ногой.

Антон лишь улыбнулся на такое признание Людмилы, в слух же добавил:

– Да, ответственно планирует свой отдых. Чувствую мозги он будет нам делать мама не горюй.

– Это точно – та тоже вздохнула, прекрасно понимая, что придётся попотеть, дабы путешествие прошло без проблем, – ладно, утро вечера мудреней, давай покормлю тебя для начала. Баньки, увы, нет, так что попарить не смогу, но вот байки уложить… – Людмила резко сменила тон и, уже не сдерживаясь, бросилась на шею Антону. Её губы в порыве страсти накрыли губы Антона, яростно и жадно. – Я соскучилась. Укатил, бросив меня тут на произвол судьбы, сволочь такая.

Людмила, не прекращая целовать, попутно сдёргивала с себя остатки блузки, желая прикоснуться оголённым телом к его груди.

– Ладно, уговорила, начнём с десерта, – Антон также времени даром не терял. Шорох ткани, падающей на палубу, звон пряжки ремня, теперь и он остался лишь в плавках. – И я соскучился… – Его грубые поцелуи сменялись нежными, слегка касающимися, сводящими девушку с ума.

Казалось он издевался над ней: то ласково хватая в долгом поцелуе вначале верхнюю губу, затем переходя к нижней, то давая на секунду мнимую свободу, лишь для того, чтобы ворваться всё глубже. Он знал, Люся любит эти страстные игры, от них она ещё больше заводится, а от того и не торопился. Они ещё успеют нагнать своё. С каждой секундой в Антоне появлялось что-то звериное: просыпающаяся агрессия и всепоглощающая страсть. После долгой разлуки он с трудом сдерживался, чтобы не накинуться на неё прямо здесь, на открытой верхней палубе. Отдельные отдыхающие, бродящие вдоль набережной, уже начали на них обращать внимание, поглядывая украдкой.

– Так, иди-ка сюда, – Антон подхватил девушку на руки и потащил её в каюту. Силы, а главное терпение, сдерживаться у него были на исходе.

Уже в каюте, развернув девушку спиной и притянув к себе, Антон поцеловал её в шею, медленно перейдя к мочке уха, не забывая второй рукой проникнуть под кромку промокших практически насквозь трусиков. Людмила, чувствуя набухшую силу мужчины за спиной, плавно задвигалась бёдрами, начав бессовестно одновременно тереться о его пальцы и то, что жестко упёрлось сзади.

Антон меж тем гладил возбуждённую плоть девушки, не проникая внутрь, а лишь обводя пульсирующее лоно по кругу, слегка надавливая, и заводя её до исступления. Та же, в нетерпении, слегка развела по шире ноги, как бы приглашая его пальцы внутрь. Но он не торопился, жадно целуя шею, переходя на плечи, спину, проводя влажным языком между лопаток, доводя девушку до неистового бешенства.

– М-м-м, – вырвался сдавленный стон с её губ, когда его палец в очередной раз нежно проскользнул между ног девушки.

Антон лишь улыбнулся, они ещё не приступили к главному блюду сегодняшнего десерта, а Люся уже готова сгорать дотла и воскрешаться вновь. Девушка буквально плавилась в его руках, он это чувствовал и с ещё большим азартом продолжал свои ласки, сводя ту с ума.

Не прекращая осыпать девушку поцелуями, Антон спустил её трусики на пол и, расстегнув бюстгальтер, зашвырнул подальше. За ним туда же полетели и его плавки.

А затем, надавив ладонью между лопаток, Антон заставил девушку опуститься на койку и резко вошёл, не давая ей привыкнуть.

– «Точно скучал», – удовлетворённо отметила Людмила про себя, заводясь от этой мысли ещё больше, – «значит надо и самой поторопиться, а того гляди прямо сейчас взорвётся».

Антон, понимая, что надолго его не хватит в таком темпе, опустил свою руку между расставленных ног девушки и, сменяя грубые движения нежными, задвигал ими верх-вниз, помогая той взбираться на вершину страсти.

– Да… – от этого девушка, жадно хватая воздух, изогнулась и выдохнула так, словно уже взобралась на Эверест, осталось только спрыгнуть вниз и почувствовать невесомость свободного падения.

Хорошо, что они не успели открыть иллюминаторы, иначе сейчас бы вся набережная сопереживала и прислушивалась к их неистовым крикам и стонам.

– О боже! Пожалуйста, не останавливайся! – Людмила перешла почти на крик, запрокидывая голову назад.

Шлепок. Ещё, громче. Антон взвинтил темп, находясь, на грани, на бесконтрольной скорости, впиваясь пальцами в пунцовые от его шлепков ягодицы, натягивал девушку на себя снова и снова. Та же, в своё очередь, ничуть не смущаясь, сквозь непрекращающиеся стоны и, подаваясь бёдрами ему навстречу, чуть ли не кричала:

– Да, да! Сильнее! Ещё, ещё!

Взрываясь, достигли пика почти в унисон. Вначале она, сжав кулаки и стягивая покрывало под себя, затем он, оказываясь максимально глубоко, и удерживая её двумя руками, чтобы не вырвалась раньше срока. Со стороны выглядело это максимально эффектно, будто сотни электрических импульсов пронзили два слитых воедино тела. А затем оба, выдохшиеся и довольные, рухнули на измятую постель.

– Как же хорошо, – Людмила первая нарушила томную тишину, повернувшись к Антону и положив голову ему на плечо, затянула старую песню уже давно ставшую предметом их раздора, – давай после круиза вместе съездим куда-нибудь, например, в Прованс, и присмотрим там себе домик или квартиру.

– Люся! Ты снова за своё?! – настроение у Антона резко пошло ко дну, – во-первых, денег у нас на квартиру и уж тем более на дом во Франции нет. И ты об этом прекрасно знаешь.

– Ну мы просто посмотрим, слегка развеемся, – не сдавалась девушка, повернувшись к нему и преданного глядя в лицо, – разведаем обстановку, чтобы потом не тыкаться потом словно слепые котята.

– Хватит смотреть на меня таким умоляющим взглядом, – парень взял её лицо в ладони и нежно поцеловал в губы, – я всё равно не могу. Я родителям обещал, что после морского круиза вернусь и доделаю ремонт дома. И это второе.

– Знаешь, что, дорогой?! – Людмила с раздражением отстранилась от парня и, поднявшись, полезла за своим бельём, разбросанным по каюте, – иди-ка ты в задницу. Понял?! Не хочешь, сама съезжу.

– Люсь! Ну не злись, – Антон попытался сгладить ситуацию, – следующий отпуск проведём вдвоём. Зуб даю.

– И что мне потом с тобой делать, с ложечки кормить?

– Это ещё почему?

– Боюсь, с такими клятвами скоро без зубов останешься.

Парень спрыгнул с койки и постарался приобнять девушку, нервно натягивающую бельё, однако получил только локтем в живот.

– Обалдела что ли? – лихорадочно хватая ртом воздух произнёс Антон, – так и убить не долго.

– Такого убьёшь? – Людмила наконец-то справилась с нижним бельём и, покидая каюту, уже в дверях бросила, – ужинать сегодня будешь в одиночестве.

– А ты куда?

– Вначале в душ, а потом по набережной пройдусь. Может встречу кого-нибудь более сговорчивого.

– Ну и… – Антон махнул рукой и, лишь увидев, что девушка ушла, добавил, – вали куда хочешь.

Быстро сполоснувшись под душем Антон вышел на палубу, схватив по дороге пару бутербродов, обнаруженных на камбузе⁷. Ему нравилось вечернее дыхание океана, его запах, слегка солоноватый вкус, тут на свежем воздухе даже думалось и то лучше. А подумать было над чем, или если быть точнее, то над кем: о них с Люсей. В последнее время их постоянные ссоры лишь нарастали, словно снежный ком. А как хотелось, чтобы у них всё получилось и наладилось.

Родители Люды погибли давно, оставив её совершенно одну в этом большом и не очень дружелюбном мире. Были, конечно, тётка с мужем, которые взяли на себя бремя её воспитания. Однако оно было настолько специфическим, что она сбежала от них в день своего же совершеннолетия. Люда о своей жизни в чужой семье редко рассказывала, так лишь когда нахлынет. Нет, о злой мачехе и всеми обижаемой золушке говорить не приходилось. Но и огромной любви там тоже не было. Все больше терпели друг друга, чем любили: тётка из-за опекунских денег, а Люда – чтобы не попасть в детский дом.

Так что, когда Антон уезжал к родителям, её это очень сильно коробило. Он вначале даже не подозревал, что же с его любимой девушкой происходило, стоило ему лишь намекнуть об отпуске на родине. Та буквально моментально из любящей и нежной женщины, превращалась в сущую мигеру, недовольную всем и вся, выгрызающую ему мозги вплоть до основания черепа.

Антон вздохнул, рассматривая понемногу появляющиеся огни вечернего города.

– Ладно, домой не хочет, можно понять. Но вот чего ей здесь не хватает? – Антон со злостью ударил о борт катамарана.

Папеэте, несмотря на свой островной статус, являлся типичным столичным городком, не миллионником конечно, но в нём прекрасно уместились куча привлекательных мест, а не только пляжи и подводные богатства. Имелся интереснейший музей чёрного жемчуга, в котором можно было узнать всё о его свойствах, истории, значении, и куда они иногда заглядывали, ведь там можно купить уникальные украшения. Ещё одним сокровищем можно считать музей Поля Гогена, сохранивший его картины, личные вещи и мемуары. Был даже в наличии обязательный для каждой страны исторический музей, содержащий, среди прочего, и экспонаты, относящиеся к эпохе открытия островов европейцами, а также в достаточном количестве храмы, соборы, и даже китайская пагода.

Но особого внимания заслуживал местный рынок, куда многочисленные ремесленники и умельцы привозили свои изделия из перламутра, раскрашенные в невероятные оттенки парео, необычные сувениры и безделушки. А роскошных букетов из тропических цветов там выставлялось столько, что некоторых прилавков и самих продавцов не было видно. В этом же месте можно было купить диковинные фрукты и овощи, совершенно незнакомые европейцам.

И всего этого Люда хотела его лишить.

Антон ещё раз вздохнул и пошёл спать в каюту. В дом, который они вместе снимали, он решил сегодня не идти.

Глава 6

Мишель и Марсель

Вечером, когда они вернулись домой, Мишель очень не хотелось снимать свой наряд, не хотелось расставаться с тем чувством, которое царило в ней весь этот день, не хотелось позволить серым будням ворваться в её жизнь и украсть этот прекрасный миг… Прекрасная музыка, куча гостей и она в центре внимания, её даже не сильно опечалила выходка Марселя. С ним она разберётся позже, когда отоспится. Счастье просто распирало её и лишь небольшое чувство горечи удручало от того, что так быстро всё пролетело, и остается лишь последний заключительный этап – свадьба.

Девушка глянула на скорее валяющееся, чем лежащее тело своего жениха с неким пренебрежением, и тяжело вздохнув ушла к себе, спать. В таком виде он ей не нравился. Да и день действительно был напряжённым и теперь её организм требовал отдыха.

– Доброе утро, Луиза, – Мишель махнула домработнице, спускаясь по лестнице, широко зевая и запахивая на скорую руку наброшенный халат.

– Bonjour, моя хорошая. Как спалось? – Дождавшись, когда девушка спустится на первый этаж, спросила та в ответ.

– Устала немного после вчерашнего. Но сейчас чувствую себя хорошо. Сон самое животворящее средство на свете.

– То-то я смотрю, что ты сегодня поздновато поднялась, оказывается лечилась, – пробубнила Луиза недовольно, – отец уже давно уехал на работу, ничего так и не съев. Ты то хоть завтракать будешь? А то крутишься, вертишься с утра пораньше и никому ничего не надо.

– Конечно же буду. – Мишель нежно обняла женщину, – Чем порадуешь сегодня? Я голодная, готова съесть всё, что ты приготовила.

– Ой, подлиза. Ничего необычного не готовила: булочки, круассаны с вишнёвым вареньем, ещё тарталетки, смазанные сливочным маслом.

– Тащи всё.

– Ладно, накрываю на стол. Зови своего женишка, а то с утра прихожу, а тут тело лежит, почти бездыханное. Я чуть в обморок не завалилась.

– Чёрт!!! – Мишель потёрла ладошкой лоб, – точно, Марсель же сегодня на ночь остался у нас.

– Ну, здесь больше подходит притащили и бросили, чем остался, – Луиза развела руками и пошла к себе, на кухню, – он там в дальнем углу, на коврике.

– На каком коврике? Луиза! – У девушки глаза полезли на лоб, – он же на диване лежал?!

– Наверное нашему аристократическому диванчику было неприятно такое к себе отношение, вот и вытурил твоего женишка.

– Я ничего не понимаю? Кому неприятно, кто вытурил?

– Ой, девочка моя, – женщина тяжело вздохнула, – прости меня, в глаза тебе никто не скажет. А я скажу. Вот не нравиться мне жених твой. Ну что это за мужик? Помолвку отец оплатил. Ладно, чёрт с ней с помолвкой, кольца и те за твой счёт. Я понимаю сейчас у вас нравы другие, но я человек старых традиций. Мужик должен обеспечивать семью.

– Лузя, – Мишель всегда так обращалась к женщине, когда ей не нравилось то, что та говорила, – прекрати. Я не хочу этого слышать. Марсель актёр и у него всё ещё впереди.

Луиза была в их доме с самого рождения девушки. Она практически заменила ей мать, выкормив своим молоком, поэтому женщине здесь было позволено многое, почти всё, даже нравоучения. Жан-Пьеру тогда очень повезло. Для Мишель, после смерти матери, нужна была няня, а Луизе, потерявшей ребёнка, – дочь. Просто именно в тот момент так сошлись звёзды, которые и сплели их судьбы в одну нить, которую они не разрывали между собой уже более двадцати пяти лет.

До того, как стать няней для девочки, Луиза работала учительницей в частной школе. Она была та самая учительница, возле которой всегда крутились ученики, старались принести прекраснейший букет цветов, слушали её рассказы с упоением, не сбегали, а наоборот бежали на урок в припрыжку. Луиза очень любила детей. А когда она ушла из школы, то всю любовь обратила на Мишель. И не только любовь, она отдала девочке всю себя. Может поэтому Мишель не только закончила школу, а затем и университет круглой отличницей, но выросла девушкой с неплохим вкусом и хорошим воспитанием. Да, характер у Мишель был не подарок и если она что-нибудь вбила себе в голову, то ничем не вышибешь, однако назвать её взбалмошной – язык не поворачивался.

– Марсель! Ты как? – Вскоре послышался из-за угла озабоченный голос девушки.

– М-м-м, – ответом послужил ей голос парня. Это оказалось всё, что тот смог выдавить сейчас из себя.

Мишель за ночь явно остыла. Это вчера вечером в её голове закрались нехорошие мысли, что возможно они поторопились в своём решении пожениться, а может и того хуже – не подходят друг другу. Сегодня же все эти думы напрочь вылетели у неё из головы, стоило девушке глянуть на мучающегося сильным похмельем парня. А тому было действительно плохо. Очевидно, что к такому пробуждению он был откровенно не готов.

– Вот объясни, зачем ты так напился вчера, чуть весь праздник не испортил. Скажи отцу спасибо. Вот у меня, лично, было желание прибить тебя.

У парня сил хватило только на то, чтобы приподняться и положить голову на коленки девушки.

– Ох. Права Лузя, на все сто процентов права. Балбес он и Гвиане с головой не дружит, – Мишель, погладив Марселя, попыталась помочь тому подняться, – пошли уже, покажу где душ. Несёт от тебя за тысячу лье. Луиза за стол в таком виде точно не пустит.

– Мими, – крикнула ей вдогонку женщина, увидев, как они направляются на второй этаж. Луиза часто её так называла. Это повелось у них ещё с детства, когда девочка впервые попыталась ответить на вопрос, как её зовут, – чистое полотенце в кладовой, сама найдёшь или помочь?

– Не переживай, я всё знаю.

Пока Мишель хлопотала, ухаживая за своим женихом, Луиза начала накрывать на стол.

– Вы когда улетаете? – с мокрыми глазами спросила женщина, у вернувшейся на кухню девушки.

– Не реви. Мы же не на вечные века уезжаем. Через месяц уже вернёмся. А дома будешь лицезреть меня ещё два дня, – Мишель приобняла женщину и положила голову на плечо, – и давай сегодня вечером посидим, посплетничаем?

– Как ты не понимаешь, – хмыкая носом продолжила Луиза, – мы же не расставались с самого твоего рождения. А тут целый месяц. Да ещё и с кем? Ай! – женщина раздосадовано махнула рукой, а завидев спускающегося парня добавила, – садитесь, завтракайте.

***

Последующие два дня для Мишель пролетели, как один миг. Девушка была полностью поглощена сборами. Месяц, если говорить о путешествии, срок немалый. Это в обычном жизненном цикле тот или иной месяц пролетает так, что его и не заметишь. Здесь же всё по-другому. Мишель прекрасно понимала, что как только они взойдут на борт катамарана, и выйдут в открытое море, то пользоваться можно будет только тем, что она взяла с собой. На островах пополнить необходимые запасы мелких женских аксессуаров будет практически нереально. На Таити, в столице, ещё можно кое-чего найти, а чем дальше, тем с этим будет всё сложнее.

– Мими, дорогая моя! – Луиза озадаченно наблюдала за сборами воспитанницы, – ты решила с собой прихватить весь свой гардероб? А в придачу ещё и зачистить пару магазинов косметики. Бутик в Папеэте намереваетесь открывать или как?

– Лузь! Ну ты хоть мне плешь не проедай, – Мишель, не обращая внимание на стенания женщины, продолжила выкладывать вещи, которые она планировала взять с собой, – с Марселя толку никакого, а тут ещё и ты. Хорошо хоть отец не вмешивается.

– Он просто этого не видит. И это хорошо, иначе его сердце бы не выдержало.

– Ну вот что здесь лишнего? – Девушка подошла к кровати, выхватывая первую попавшуюся вещь из хаотично разложенной одежды и показывая её Луизе, чтобы доказать её необходимость, сказала, – всего десять платьев и это заметь на целый месяц.

– И где ты в них собираешься дефилировать, а главное перед кем?

– Да хоть бы перед Марселем.

– Ой, держите меня семеро, – засмеялась женщина в ответ, – да он с тобой только ради денег твоего отца. Не будет их – не будет и его. Так что можешь расслабиться и перед ним особенно не наряжаться.

– Снова затянула свою старую песню, да? Хочешь поссориться со мной перед поездкой? – недовольно проворчала Мишель в ответ.

– Ой, ладно, делай что хочешь. Пойду лучше на кухню, делом займусь.

– Луиза! Не обижайся. Лучше посмотри какие шикарные платья мне пошили. И знаешь где? – Девушка заговорщицки улыбнулась.

– Даже не догадываюсь, – делая вид, что ей это совершенно неинтересно, ответила Луиза.

– У мадам Желины, – выпалила Мишель, – она мне ещё платье на помолвку шила. Правда красивое?

– Не то слово, – Луиза лишь махнула рукой и пошла по своим делам. Женщина прекрасно понимала, что сейчас любые её слова девушка будет воспринимать в штыки, а значит и продолжать разговор не имело совершенно никакого смысла – словно горох о стену.

– Ну и ладно, – негодующе крикнула девушка вслед удаляющейся женщине, а затем уже более спокойно добавила в пустоту, – у меня сегодня, между прочим, ещё дел по горло. И на всякие разговоры с тобой я его тратить не намерена. А вечером так и вовсе встреча с Катрин.

Весь оставшийся день Мишель был посвящён окончательным сборам – это если говорить в общем и целом, а при условии перехода на частности, то в основном в попытках запихнуть свои вещи в четыре чемодана. Больше попросту у неё не было, а ехать выбирать и покупать новые девушке было недосуг. Часть вещей с первого раза, конечно же, не влезла и Мишель пришлось несколько раз перебрать свой багаж. Но девушка не сдавалась и в поисках наиболее оптимального решения проводила процедуру упаковки —распаковки несколько раз, закончив лишь только ближе к восемнадцати часам. Явно довольная собой и проделанной работой. Четыре чемодана, стоящих в углу и забитых под завязку, были тому свидетелями.

За всё это время они с Луизой так ни разу и не встретились. То ли она специально избегала Мишель, то ли это была просто случайность, не понятно. Однако факт оставался фактом. Та даже не позвала, на ставшим с детства их традицией, полдник. Ни тебе фруктов, тонко нарезанных и разложенных в строгом порядке в соответствии с их вкусом от нейтрального до сладкого, ни печенья, такого мягкого и тающего во рту, ни даже просто чая с кусочком горького шоколада. Но у Мишель тоже характер был будь здоров, ещё не понятно кто из них упёртее. Пришлось давиться завалявшимся кусочком утреннего сыра.

Уже вечером, выбегая из дому и торопясь на встречу с подругой, девушка поняла, что пора поговорить. С утра времени скорее всего не будет. Там суета, беготня, в попытке не опоздать в аэропорт, а уезжать на столь длительный период, находясь в ссоре с близким человеком она не хотела. Ведь недосказанность и намеренное избегание друг друга приведут к ещё большим проблемам. Когда они вернуться, начнётся новый виток подготовки к свадьбе, так что уж лучше сейчас.

– Лузь! Ну прости меня, – Мишель ради этого даже вернулась обратно в дом, – ты же меня знаешь? Погорячилась слегка. Помолвка, отъезд, сборы – я вся на нервах.

– Ох-хо-хо-х, – женщина обвила свою воспитанницу огромными ручищами и прижала к себе, – я не обиделась. Просто не хотела тебе мешать. Ни о чём не думай. Беги по своим делам. Но сильно не задерживайся, завтра тебя, моя хорошая, ждёт действительно напряжённый день.

Глава 7

Антон и Людмила

Встав с утра пораньше, Антон принялся за свою любимую работу: подготовку катамарана к выходу в море. Он накинулся на неё с превеликим удовольствием, пытаясь выкинуть из головы вчерашнюю ссору с Людмилой. Проделывал Антон это каждый раз после вот таких нервотрёпок. Единственное что его напрягало, участившееся их количество в последнее время. И с этим надо было что-то делать.

– Ладно, пойду готовиться, – тяжело вздохнув сказал он сам себе. За более чем четыре года Антон прекрасно уяснил, море халатности не прощает, а потому, какими бы не были передряги, тщательная проверка рабочих узлов яхты – залог удачного путешествия. Тестирование – мероприятие чрезвычайно важное и ответственное, которое он не доверял никому и всегда проводил лично, ведь именно от него зависит безопасность пассажиров на борту судна.

– Руатаата! Йо-ра-на, – проверяя крепёж мачты, поздоровался он с капитаном соседней рыбацкой шхуны, а заодно и хорошим товарищем. Он частенько снабжал их свежими морепродуктами.

– О, Антуаа! Приветствую тебя. Как отдохнул? Родители здоровы? – Поинтересовался тот в ответ, не прекращая готовиться к выходу в море. У него сейчас самое горячее время, уже к обеду необходимо доставить на рынок улов, иначе потом могут и не взять. А оттого и времени не терял, продолжая маневрировать и одновременно разговаривать с Антоном.

– Всё хорошо, спасибо. Если в улове будет что-нибудь интересное, мы с Люсьен первые в очереди. А так как обычно.

– Все непременно, – ответил тот отчаливая от пирса, – наслышан, что ради этого круиза тебе отпуск отменили. А я даже не слышал такого слова, – улыбнувшись продолжил он, – мне нужно каждый день кормить семью. Но я не жалуюсь, я люблю океан.

– Удачи, – крикнул парень вслед удаляющейся шхуне.

– Антуаа, привет! Когда твою красотку в очередь ставить на заправку водой. Люси сказала, что как только появишься, то почти сразу под заправку встанешь, – позвали его с другой стороны причала.

– И ты будь здоров! К вечеру, выбери там для нас времечко.

– Окей, договорились. Буду ждать, – на яхте конечно же был неплохой опреснитель, производительностью в сто литров ежечасно, но если есть возможность заправиться чистой водой, не используя бортового оборудования, то почему бы и нет.

Антон улыбнулся, он начал оживать.

Он любил свою работу за её безумный кайф, особенно когда завтра в море, за адреналин, бьющий фонтаном, а что касалось трудностей – да, непросто делать всё одновременно. Решать вопросы с запчастями, вовремя обслуживать судно. Выбивать, выкраивать дополнительные средства у скупого владельца, но он привык и к этому. А всё потому, что ощущения в открытом океане, когда ты болтаешься на волнах и вокруг никого, не сравнить ни с чем.

Вот и сейчас он с удовольствием начал менять масло в двигателе, а в прошлый раз настоял на покупке нового паруса, потому что старый градом порвало. Антон так привык, он должен быть уверенным, что всё работает надёжно и яхта дойдёт при любой погоде туда, куда запланировано. Привык брать на себя ответственность за людей на борту, да и за сам катамаран в целом. Все должны быть живы, здоровы и пройти по тому маршруту, который запланирован и остаться довольными. На нём ведь ответственность за всё происходящее на борту.

– Вот где её носит? – Антон злился на отсутствие Людмилы. Им было пора выдвигаться в город для закупки и загрузки катамарана всем необходимым, – ещё и трубку зараза такая не берёт. А тут такой список подготовили в пол, мне одному не справиться.

«Жду на входе в Marche dе Papeete⁸ через двадцать минут», – Антон набрал смс и двинулся на выход, предварительно вызвав такси и убедившись, что Людмила его сообщение прочитала.

– Au marché⁹, – бросил Антон таксисту, вновь пытаясь дозвониться Люсе, однако та упорно не отвечала.

Торговый район, выросший на месте небольшого китайского поселка, где собственно непосредственно и располагался рынок, находился практически в центре столицы, неподалеку от побережья. Сейчас Антон туда направлялся, попросив водителя выбросить его вначале квартала. Захотелось пройтись, вспомнить местную атмосферу после отпуска, поздороваться с местными продавцами, так сказать напомнить о себе.

Открывался рынок крайне рано, около четырёх утра, поэтому он не боялся прийти к закрытым воротам. Антон прекрасно знал, что с утра и до самого его закрытия в шесть часов вечера, здесь шла бойкая торговля, понаблюдав за которой трудно удержаться и не принять в ней участие. Пару раз он и сам вклинивался в эту игру, не удержавшись от соблазна. Потом впоследствии Люда ещё несколько дней хаяла его за ненужные покупки.

Он пришёл ко входу специально немного опоздав. Однако девушки нигде не было. Антон даже несколько раз проверил торговый ряды рядом со входом, пытаясь найти её. А затем раздражённо махнул рукой, решив начать подбор требуемых товаров самостоятельно.

– Ага, заждался? – услышал он знакомый голосок сзади.

– Ещё раз позволите себе ослушаться капитана судна, спишу на хрен на берег, – зло процедил он свозь зубы, – это понятно?

– Ой, какие мы злые с утра. Какой по счёту раз списывать будешь? Бумаги не жалко? – с ехидцей ответила ему девушка.

– Вот доведёшь меня до белого каления, точно исполню обещанное.

– Да проспала я, – Людмила так жалобно посмотрела на него, что кот из одноименного мультфильма обзавидовался бы, – вчера была на нервах, выпила немного лишнего. Вот сегодня с трудом и встала.

– Ой, хватит на меня так смотреть. На, бери список и пошли работать.

На рынке Папеэте можно было приобрести всё, что душе угодно. Тут в беспорядке толпились многочисленные лавочки и магазинчики, а то и просто открытые лотки, с которых покупателю предлагали самый разнообразный товар, начиная от морепродуктов и заканчивая национальными костюмами из ярких тканей и даже сувенирами. У Антона, когда он бывал там, каждый раз глаза разбегались в разные стороны от такого изобилия. Тысячи людей толкались на рынке, покупали-продавали. Ругались и спорили. А их внешний вид позволял безошибочно определить уровень достатка и род профессии. Различие резало глаза.

– Привет Антуаа… Здравствуй друг…, заходи сюда у меня новый товар, – Антон только и успевал смотреть по сторонам.

– И тебе не хворать… Будь зрав.., – повсеместно отвечал он на приветствия. Было заметно, что его здесь знают и он не впервые приходит на рынок. Оно и понятно, Антон перед выходом в море всегда был желанным покупатель, ведь брал всё оптом и много.

– Ей, заходи к нам. Сегодня свежий ананасовый брют завезли, твой любимый.

– Нету времени, дела. Может чуть позже загляну.

На первом этаже рынка примерно половину всех секций занимали торговцы цветами и фруктами, а вторая половина была отдана под мясные и рыбные ряды. Второй этаж с Людмилой они даже не рассматривали. Там в основном – мир местных ремёсел, где тутошние мастера и рукодельницы наперебой предлагали свои произведения: очаровательные деревянные и каменные фигурки, плетеные коврики и соломенные шляпы, отличную деревянную посуду и национальные барабаны, уникальные ароматические масла и картины таитянских художников, и еще множество всяких интересных и забавных мелочей.

Меж тем лишь только они зашли внутрь, как их глазам открылось изобилие товаров. Продавцы выкрикивали, рекламируя свою продукцию, на нескольких языках, а с дальнего угла ветер доносил запахи рыбного рынка, запах моря, свежей рыбы.

– Так первостепенное, что нам необходимо – это запастись фруктами и овощами, – Антон решил нацелить Людмилу на нужный лад, а то девушка уже намылилась идти в рыбные ряды, – сегодня с утра Руатаата пошёл в море, так что морепродукты возьмём у него. Во-первых, будут свежие, а во-вторых, перегружать можно будет прям с борта на борт.

– Ты видел какой там перечень? – не согласилась девушка, – у Руатааты точно не всё будет.

– Я имел ввиду дорада, тунец, попугай¹⁰. Рыбу в общем берём у него.

– А лобстеров, креветок, крабов, улиток ты где возьмёшь? – Людмила тыкнула ему список, – здесь пол списка между прочим этим забито.

– Ладно, потом зайдём и туда.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Швертбот (нем. Schwertboot – «лодка с мечом», англ. dinghy) – тип конструкции парусной яхты, характеризующийся наличием шверта и отсутствием балластного фальшкиля.

Вернуться

2

Открытое или полузакрытое помещение в средней или кормовой части палубы катамарана для рулевого.

Вернуться

3

Гик – горизонтальное рангоутное дерево, одним концом (пяткой) подвижно скреплённое с нижней частью мачты парусного катамарана.

Вернуться

4

Флайбриджная версия катамарана предусматривает наличие открытой площадки, мостика, на крыше ходовой рубки катамарана с дополнительным постом управления, а также местами отдыха для пассажиров.

Вернуться

5

Это прекрасно! Это круто!

Вернуться

6

Это восхитительно! Это невероятно!

Вернуться

7

Камбуз (нидерл. kombuis) – помещение на судне, соответствующим образом оборудованное и предназначенное для приготовления пищи (кухня).

Вернуться

8

Центральный муниципальный рынок города Папеэте.

Вернуться

9

– На рынок.

Вернуться

10

Рыба-попугай.

Вернуться