Инна Федералова, Раушан Бакиров
Помеченные Сварогом

ГЛАВА 1

Стая голодных волков стремительно настигала свою жертву. Могучие руки судорожно раздвигали ветки, хлеставшие по лицу. Казалось, вся окружающая природа заняла сторону хищников. Ватные ноги, словно в каком-то кошмарном сне, лишившись сил, перестали слушаться. Взять в одну руку палку и отбиваться до последнего! Камень! Бросок, ещё бросок – мимо; свирепых преследователей подобный выпад ничуть не напугал. Остаётся бежать. Открылось второе дыхание, рывок. Яма! Проклятье! Откуда она взялась на этой тропе? Кто и зачем её здесь вырыл? Хотя это уже не имеет никакого значения…

Святозар лежал на дне, тяжело вдыхая воздух могучей грудью. Перед глазами с тоской пронеслись счастливые моменты жизни, которую, вероятно, настиг конец. Разорванное белое одеяние, промокшее от пота, облегало мускулистую фигуру, светлые, длинные локоны прилипли к лицу. Волки уже не торопились. Они стояли у края ямы. Святозар не мог подняться. Ушиб на ноге невыносимо заныл, отдав дрожью по всему телу. Он нащупал рукой палку, оставалось готовиться к последнему бою.

Первым в яму спрыгнул самый крупный хищник, видимо, вожак стаи. Оскалив клыки, волк медленно, растягивая время, направился к жертве. Остальные последовали вслед за вожаком. Собрав остатки сил, Святозар размахнулся палкой, однако зверь ловко перехватил её пастью, разломав пополам. Вот теперь конец. Провалилась последняя попытка напугать самого сильного и заставить всю стаю обратиться в бегство. Вожак вплотную приблизился к жертве. Из пасти разило целой гаммой мерзких запахов, а с клыков капали слюни. Святозар выдохнул и закрыл глаза, смирившись со своей судьбой. Прошло мгновенье. Еще одно. Почему они тянут время? Он робко убрал ладони с лица и открыл глаза. Волки уже не выглядели озлобленными. Глаза вожака словно приобрели смысл и выражали мудрость. Хищники по-прежнему окружали свою жертву, но их настрой поменялся, они больше не рассматривали обычного крестьянина, как пищу. Но что они увидели в нем? Пока ответа на вопрос не существовало. Бросив прощальный взгляд, волки покинули Святозара.

Студёная вода из родника придала сил. Парень умылся, жадно испил воды и медленно присел у дерева, убрав мокрые волосы с лица. Мудрые глаза волка, вероятно, надолго останутся в памяти. Однако все же нельзя было подолгу рассиживаться. Целью похода в лес являлась добыча добротных поленьев для готовки изысканного ужина, что кухарки подадут на хозяйский стол. Сердить его совсем не с руки. Нет, Святозар совсем не страшился помещика, наказать могли кухарок, за поздний ужин. Регулярные порки крепостных за малейшие проступки никак не могли найти хоть какое-то смирение в сердце свободолюбивого парня. Сам же Святозар телесным наказаниям ни разу не подвергался. Хозяин поместья испытывал перед ним необъяснимый страх. И, отпугивало его даже не могучее телосложение богатыря по духу, но крепостного по статусу парня. В хозяйстве хватало и более крепких мужчин, однако в нем таилось нечто иное, нечто не из этого мира, то, что отсутствовало у рабов. По крайней, так казалось помещику, который старался даже не засматриваться в непокорные глаза Святозара. За проступки он ограничивался устным замечанием, зато мог отвести душу за нещадной поркой других крепостных. Совесть парня не позволяла допустить подобного, поэтому он поспешил в поисках своего топора.

Но тревожные мысли никак не покидали разум. Он требовал собрать пазы воедино. Страх господина, отторжение от воскресной службы в местной церквушке, непокорность, таинственные сны, от которых после пробуждения в памяти остаются лишь обрывки с привкусом тоски по неизведанным краям. А сегодня вдобавок ко всему и случай с хищниками. Что же творится в душе? Возможно, действительно священные писания верны? Не дьявол ли искуситель овладел телом и душой несчастного раба божьего? Но сквозь сомнения и смуту в уме прорезался тихий внутренний голос, который дарил успокоение.

Святозар отправился дальше, вглубь леса. На опушке виднелись только ровные молодые берёзки. Им предстоит пройти ещё долгий жизненный путь, они свежи и прекрасны, они тянутся к бескрайнему синему небу! Разве можно лишить их этого стремления ради хозяйского ужина? Он снова оглядел место своих недавних приключений. Все произошло совсем у края леса, почти у поля, где работали крестьяне. Волки редко выбираются так близко к людям, только если не гонимы сильным голодом. Однако в этой стае все хищники казались довольно упитанными. Не заострив на этом внимания, Святозар пустился в поиски высохших деревьев.

После нескольких минут упорных поисков, попался сухой упавший дуб. Святозар с тоской оглядел могучее дерево. Что могло стать причиной его падения? Возможно, бурелом! В далёком, почти позабытом прошлом, во времена своего беззаботного детства, ему приходилось слышать о том, как старики тихонько шептались об этом загадочном явлении. «Леший снова сердится», «лесные духи злятся, позабыли мы о них» – причитали пожилые люди. Эти слова почему-то врезались в его память на долгие годы. Сейчас подобные мысли никто не смел выражать вслух. Возможно, новое учение оттеснило из памяти людей свои исконные традиции. Но Святозар больше склонялся к мысли, что селяне боятся помещика и злобного священника, служащего в местной церквушке, нежели забыли свои учения.

Прогнав свои мысли, он приступил к работе. Вскоре на земле возникла огромная вязанка дров. Святозар могучей рукой закинул поленья на спину, а в другую взял топор. Взволнованные кухарки обрадовались его появлению. Вывалив дрова, Святозар отправился к себе домой.

После дневных приключений ему потребовалось время, чтобы привести себя в порядок. Помощник владельца поместья лишь угрюмо посмотрел ему вслед, но не осмелился сказать хотя бы слова.

ГЛАВА 2

Святозар, как и все селяне, родился в семье крестьян. Крестьяне по наследству переходили в распоряжении господ. Будучи рабами, они не могли покинуть поместье. Им с ранних лет приходилось шесть дней в неделю трудиться на хозяина. Воскресенье крестьяне просыпались рано, чтобы отслужить церковную службу, а затем поработать в своём хозяйстве.

Святозар рано лишился родителей, что не являлось редкостью. Изнурительный труд практически не оставлял простолюдинам шансов на долгую жизнь. С шести лет его растил дядя. Двоюродные братья парня рано ушли из жизни. Повзрослев, он сколотил свою избу, но не забывал о родном человеке, который поставил его на ноги.

Вернувшись домой, он снял разорванную рубаху и выбросил. «Возможно, люди правы, мне стоило бы жениться» – пронеслась мысль при виде бардака, царившего в избе. Женских рук в доме явно не хватало. По традиции, крестьянин только в редких случаях мог выбрать себе супругу. В основном решал помещик, когда, кому и с кем венчаться. Порой союз возникал и между молодыми, которые искренне любили друг друга, но опять лишь с позволения хозяина. Принудительная женитьба пока не грозила Святозару, по той же причине, по которой жестокий феодал или его помощники не секли парня – его побаивались все. Хоть и девичьей ласки молодому мужчине сильно не хватало, жениться он не торопился. Все никак не находилось девицы, что оказалась бы близка сердцу. Соблазнительных красавиц в селе хватало, однако ни одной из них не удалось растопить сердце статного красавца. Не помогало и ворчание пожилого дяди, который перебирал имена девушек, готовых идти с парнем под венец хоть завтра. Но Святозар лишь отмахивался от советов добрых людей.

Субботний вечер плавно перетекал в ночь. За окном раздавался неугомонный хор сверчков. Летнее небо сияло мириадами ярких звёзд. Рабочий люд в это время уже укладывался спать. А молодой холостяк курил табак и любовался то искрами, что задорно разлетались под котелком с похлёбкой, то ночным небом. После дневной суеты мысли пришли в порядок. Настигло умиротворение, некое необъяснимое блаженство, которое не описать словами. Но всё-таки, мысль об утренней службе в церквушке не дала возможности насладиться волшебным вечером в полную меру. Не любил он проповеди сурового церковника. Его угнетала эта атмосфера. Прогоняя мысли о завтрашнем дне, наконец, ему удалось уснуть.

Запах ладана, угрюмые лица селян, бесконечно долгая проповедь – Святозару хотелось скорее покинуть церковь.

– Снова гибнет скот, гибнет урожай в полях! – зловеще произнёс священник.

Народ оживился, от своих раздумий отвлёкся и Святозар. Старик с едва уловимым удовольствием оглядел людей.

– О, рабы Божьи, ваша вера в Господа ослабла! Злобная ведьма, живущая в мрачных лесах, чувствует вашу слабость! Она жаждет овладеть вашими душами! Молитесь Господу, просите прощения! Просите защиты небесной! А если же встретите в том лесу ведьму в образе дивной красавицы, не поддавайтесь искушению. Она слуга лукавого. Ее истинный лик безобразен! Ее чёрные одеяния украшены жилами человеческими и костями младенцев. Дом её – обитель тёмных сил!

Вскоре проповедь подошла к концу. Святозар, как и все крестьяне, шёл в подавленном и мрачном состоянии. Разум стали терзать сомнения. Что если, вправду его душой стала овладевать злая сила? Но делиться с кем-то своими мыслями он не решался, даже с дядей – с самым близким в своей жизни человеком.

Но хотелось хотя бы косвенно поговорить об этом. Святозар догнал своего дядю.

– Дядь, тебе помощь нужна сегодня по хозяйству? Могу поработать у тебя, вечером займусь своими делами.

– Ты лучше займись поиском невесты для себя. Рук женских в избе явно не хватает!

– Ты опять за свое? Разве можно брать в жены девушку, что не мила сердцу? Разве будет счастлива она? Буду счастлив я? Так не бывает! – шепотом произнес Святозар, чтобы люд, разбредающийся по домам, не услышал такого небрежного общения со старшим. Но на самом деле небрежности здесь и не было. Он искренне любил и уважал родного дядю, который заменил ему и отца, и мать.

– Вот женит тебя хозяин насильно, узнаешь, что так бывает! Вырос детина, а жениться не хочет! Молва среди людей дурная стала ходить! – возмутился он в ответ и в шутку легонько стукнул его в лоб, едва дотянувшись до него. Святозар усмехнулся и прижал к себе могучей рукой щуплого и пожилого дядю.

Впереди шла Любава – одна из самых прекрасных девушек села. Она словно уловила разговор мужчин и бросила кокетливый взгляд на Святозара. От чего парень пришел в смятение и неловко улыбнулся в ответ. Дядя Всеволод уже собирался в тысяча первый раз начать сватать Любаву, но Святозар вовремя вспомнил, о чем ему хотелось побеседовать.

– Дядюшка Всеволод, а рассказ батюшки он правдивый? Ее кто-нибудь видел? Ведьму-то эту?

– Тише ты! – испугался набожный Всеволод и стал оглядываться по сторонам, но когда понял, что никто не слышит, продолжил, – Что за вольнодумство, Святозар? Конечно, правда!

– Так никто ее не видел? – продолжался упрямиться парень.

– Помню, в молодости случай произошел в нашем селе. Пропал наш кузнец. Ушел собирать грибы. Прошел день, его нет. Второй настал. Жена стала волноваться. Собрались искать его, обошли все ближние леса. Нашли следы, они привели к болоту. Там мы обнаружили избу, старую такую. Нашли там кузнеца, сидел под деревом. Был не в себе. Так и остался юродивым до конца своих дней. Ходил по улице и бубнил невнятную ерунду себе под нос.

– Но ведьму так никто и не увидел?

– Нет! Сожгли мы ту избу и покинули скорее эти проклятые места. Мой тебе совет – не броди ты глубоко в лесу. А коль встретишь ведьму, сразу же отводи глаза и читай «Отче наш»! – с этими словами Всеволод закончил диалог и отправился к себе домой.

Святозар остался в смятении. Лесная избушка, которую сожгли много лет назад, и ведьма, существующая лишь со слов батюшки. Но страх все же глубоко засел в сердце. Он решил однозначно нужно избегать темных лесов.

ГЛАВА 3

Стоял жаркий летний день. Время полевых работ находилось в самом разгаре. Солнце поднялось высоко над полем. Палящие лучи стали нестерпимы. Надвигалось время полуденница – духа полей. По крестьянской традиции полагался отдых, дабы тот не свел с ума смельчака, проигнорировавшего обычай. Каким-то чудом подобное древнее верование уживалось среди православных селян. Поэтому они отправились прятаться в тени ближайших деревьев. Однако и без суеверий продолжать работу в летний зной под палящим солнцем, оказалось бы безумной глупостью, опасной для здоровья.

Мужчины разлеглись на траве. Кто-то курил махорку, кто-то немного задремал под деревом. Вскоре жены принесли долгожданный обед – чёрный хлеб, нехитрую похлебку и квас, остуженный в сыром погребе. Многим женщинам не с кем было составлять свою свору маленьких детишек, пока их мужья и старшие сыновья трудились в поле. Поэтому домохозяйки тащили их с собой. Пока жены накрывали обед, детишки гурьбой резвились около леса.

Святозар с улыбкой на лице наблюдал за семейной идиллией большинства селян. К нему постепенно стало приходить осознание того, что ему тоже хочется семейного благополучия, женской заботы и топота детских ножек в избе. С этими мыслями он направился в лес. Там на ветке висело вяленой мясо, обмотанное в ткань, а роднике остужался квас – весь его обед. Готовить для него было некому.

Святозар забрал свои пожитки и уже собирался обратно на поляну к остальным мужчинам, но вдруг услышал сдавленный детский стон. Под деревом лежал четырёхлетний Ваня. Его мама Анасья, как обычно оставила его играться с остальными ребятами. Но видимо, на этот раз он отбился от остальных и умудрился залезть на дерево.

Малыша лихорадило, его глаза стали закатываться. Не оставалось сил даже стонать от боли. Наступила предсмертная агония. Святозара трясло от страха. Он онемел. Он оказался не в состоянии помочь ребёнку, или хотя бы позвать других. Парень лишь стоял и смотрел, как душа покидает тело маленького дитя.

Но внезапно онемение ушло. Святозар почувствовал прилив невиданной ранее силы. Руки наполнились некой вибрирующей энергией. Не отдавая себе отчёта в своих действиях, он приложил ладонь к голове умирающего малыша. В следующий миг ребёнок уселся на траву и удивлённо захлопал глазами.

– Ванечка, ты почему ушёл так далеко? Беги к маме! – произнёс Святозар, стараясь держать себя в руках.

Мальчик убежал. Казалось, он ничего не понял. Святозар посмотрел на своё отражение в роднике и увидел побледневшее лицо. Он умылся, захватил обед и вернулся к мужикам на поляну.

– Там в лесу случилось нечто странное, – стал рассказывать Святозар, но вовремя понял, что о подобном не стоило бы никому говорить, – я не могу объяснить.

Парень замолчал. Односельчане угрюмо сверлили его взглядами, ожидая разъяснений.

– Что вы все уставились на меня? – нервы Святозара стали сдавать, – В лесу случилось нечто необъяснимое. Это меня напугало!

– Иди домой, тебе стало плохо! Помощник нашего хозяина сегодня уехал в город, он не приедет в поле! – наконец произнес Кузьма, – один из самых возрастных мужиков, – А вы оставьте уже в парня в покое, а то полезли со своими расспросами!

Святозар вернулся домой. Первым делом он побежал в баню и стал обливаться холодной водой. Парень обмотался полотенцем и уселся в предбаннике. Хаотичные мысли постепенно стали приходить в порядок. Он стал анализировать произошедший случай. Привидеться подобное не могло. Слишком уж отчётливо врезалась в память картина с умирающим мальчиком. Святозар отправился в избу и не заметил, как провалился в сон.

Настал новый день. Вчерашняя история стала забываться. Сменялись дни. Утомительный и тяжёлый труд редко позволял заострять внимание на чем-либо ином, кроме отдыха. Чудесное исцеление ребёнка в лесу стало стираться из памяти, превращаясь в размытые воспоминания. Ум решил избавиться от ненужных терзаний и запрятал их в самые потаённые уголки подсознания.

Святозар, как и все мужики, на протяжении многих лет продолжал заниматься тяжёлым крестьянским трудом. День за днем он наблюдал, как жены заботливо приносили на поле обед своим мужьям, как резвилась вокруг них гурьбой детишки. А он продолжал пребывать в одиночестве. Продолжал питаться вяленым мясом, готовка которого не требовало много времени и усилий. Он запивал свой нехитрый обед квасом, студёным в холодной родниковой воде. Да и мужики стали смотреть на него с неким осуждением и непониманием. Прямых вопросов могучему и мужественному Святозару, которого побаивался даже помещик, никто не задавал. Но в выражении их глаз читалось немое: «Почему ты до сих пор один? Что с тобой не так?». Под гнётом этих мыслей и своих грёз о семейной жизни, он стал все больше и больше задумываться о Любаве.

Он встретил её у общего колодца. Накинув коромысло на плечи, она появилась вслед за ним.

– Во дворе колодец забился сором, забыл закрыть на ночь! – первым решил заговорить Святозар, смутившись её кокетливого и мечтательного взгляда.

– У меня тоже! – заулыбалась Любава, продолжая любоваться плечистым и могучим парнем, выйти замуж за которого мечтала вот уже пару лет. – А ты почему не на поле?

– Дурно мне! – отмахнулся парень.

– А не мог бы ты у меня во дворе почистить колодец, пока отец с братьями трудятся там? – попросила Любава, – Мне нужно успеть приготовить ужин к их возвращению.

Парень согласился и направился вслед за девушкой. Недолго повозившись, он понял, что проблем с колодцем нет.

– Тут чисто! – развёл он руками.

– Ой, прости! Видимо, показалось! – изобразила смущение Любава, – А может, зайдёшь? Утолишь жажду студёным квасом в столь жарку погоду? Я ещё пирогов напекла!

– Любавушка! – ответил Святозар. – Негоже заходить к девице, в отсутствие отца или братьев. Пойду я!

– Подожди немного! – ответила девушка и убежала в избу. Затем она вынесла парню корзинку с пирогом. – На, возьми с собой, поешь дома! Не то питаешься одной и той же едой!

– Спасибо, Любава! – заулыбался Святозар. Его охватило умиление. Девушка смущённо опустила голову, постояв некоторое время на крыльце, она вернулась в избу.

Уходя, парень заметил за забором Мирослава, такого же статного и крепкого парня, как и он сам. Все это время он наблюдал за ними. Мирослав бросил на него взгляд, переполненный ревностью к Любаве. Святозар невозмутимо взглянул в ответ, затянувшись махоркой. Поклонник девушки не проронил ни слова. Схватив вязанку дров, он направился в трапезную помещика.

ГЛАВА 4

Стоял воскресный летний денёк. Святозар помогал по хозяйству дяде. Всеволод предложил племяннику устроить перекур. Они уселись под яблоней и молча затянулись самокруткой.

– Да вот, дядя, думаю, может вести Любаву под венец? – первым нарушил молчание Святозар.

– Да ладно? – воскликнул Всеволод, – Неужели созрел детина! Конечно, веди! Сколько тебе можно говорить? Еще чуть-чуть и заберёт её в жены Мирослав. Все, сегодня же иду к её отцу! Будем готовиться к свадьбе, попросим разрешения у помещика и получим благословение батюшки! Господи, радость-то какая!

– Дядя, тише, пожалуйста! Ты чего разогнался-то так? – Святозара смутила чрезмерно эмоциональная реакция дяди, – Я ведь ещё окончательно не решил, хотел всего лишь посоветоваться с тобой.

– А что тут думать? Что советовать? Я тебе уже два года талдычу, что нужно брать Любаву в жены! Красивая, хозяйственная, что тебе ещё не хватает? У твоих ровесников уже дети по двору резвятся, а ты до сих пор ходишь холостяком!

– Ладно-ладно! Только прошу, ты уж сегодня не ходи к её отцу. Дай мне пару дней, всего пару дней!

Мужчины продолжили работу. Таким счастливым своего дядю Святозар ещё не видел. Мужичок, переполненный радостью, позабыл об усталости. Незаметно наступил вечер. После холостяцкого ужина парень отправился к себе домой.

Настала ночь. За окном пели сверчки, а небо переливалось мириадами ярких звёзд. Святозар по обыкновению любовался ими, в то время, когда остальные селяне давно уже спали в своих избушках после утомительного рабочего дня. Ему не спалось. Звёзды дарили спокойствие и умиротворение. Порой он в них находил безмолвные подсказки на свои вопросы.

Святозар стал размышлять о Любаве. В голове возник образ самой прекрасной девицы села. Она любит его, это очевидно! Хозяйственная любящая красавица – чего большего нужно, в конце концов, для счастья любому мужчине? Приняв окончательно решение жениться на Любаве, Святозар стал проваливаться в сон под пение неугомонных сверчков.

Когда уже сомкнулись веки, его разбудил тихий стук в дверь. Он прислушался, стук повторился, стало быть, не причудилось. Парню стало слегка не по себе, но все же он отворил дверь. На пороге стояла зарёванная Елена – соседка, живущая неподалёку.

– Святозар, ты прости, что беспокою в столь поздний час, но дело неотложное! Прошу тебя, пойдём к нам, мы нуждаемся в твоей помощи!

– Что случилось? Почему я? Чем могу помочь? – у парня возникло много вопросов, он растерялся. Но Елена не стала ничего объяснять, сославшись на то, что он сам все увидит.

Святозар вошеё в избу. На столе горела свеча, отбрасывая по стенам тени от домочадцев. Они окружили маленького мальчика Васю, которому едва исполнилось восемь лет.

Младший сын Елены лежал на печи. Его лихорадило и бросало в жар. Ребёнок бредил и стонал. Отец, практический лишённый надежды, прикладывал на лоб сына полотенце, намоченное холодной водой. Старшие братья угрюмо и неподвижно наблюдали за муками младшего брата. С появлением Святозара все оживились.

– Нам больше не к кому обратиться! Мы знаем, что это ты спас Ваню, сына Анасьи! Она рассказала нам об этом, когда узнала, что наш ребёнок сильно захворал. Лекарь поил его настоем из трав, а батюшка окропил святой водой, но ничего не помогло. Он умирает! – озвучил свою просьбу глава семьи и тут же залился горькими слезами.

– Я сам не понял, как мне удалось спасти Ваню в тот раз… Но я сейчас попытаюсь! – растерянно ответил Святозар.

Он подошёл к ребёнку и приложил к нему свою ладонь. Но ничего не произошло. Присутствующие разочарованно опустили глаза и замолкли. Святозар пытался снова и снова. Тем временем ребёнку становилось только хуже. Наконец он почувствовал уже забытый прилив неведомой силы. Очередной раз могучая ладонь легла на голову ребёнка. Василий присел и оглядел всех непонимающим взглядом. Семья бросилась к нему с объятиями. Убедившись, что болезнь бесследно отступила, они стали слёзно благодарить Святозара. Пообещав сохранить все в тайне, они собрали ему домой гостинцев.

Он вернулся в свою одинокую избушку. Взбудораженные нервы, смятение, страх и целая гамма других чувств не дали ему уснуть. Если и присутствовала от спасённой жизни невинного дитя, то она зарылась где-то глубоко под тяжёлым гнетом и абсолютным непониманием происходящего.

Стало светать, но сон так и не одолел уставшего Святозара. Внезапно возникли мысли о Любаве, о которой пришлось уже забыть в свете последних событий. Пока не ушло намерение о женитьбе и не пропала симпатия к Любаве, нужно было совершать первый шаг к новой семейной жизни.

Но нарастающая тревога вновь напомнила о себе. Она не давала покоя и возможности сосредоточиться на своих планах. Она терзала и грызла изнутри. Она окутала его мир пеленой. Случилось нечто выходящее за рамки привычного, нечто неправильное, то чего не должно происходить в обыденной жизни простого крестьянина. Но оно произошло, ворвалось без всякого разрешения. Как теперь обуздать свой страх и принять свой дар? Или проклятие?

Вскоре солнце озарило деревню. Начался новый день. На улице послышались грубоватые голоса помощников феодала, распределяющих работу между крестьянами, и робкие разговоры самих крестьян. А Святозар продолжал лежать на холодной печи и не желал вставать. На пороге возник помощник с хлыстом в руке.

– А ты чего разлегся? – он постарался выдать более строгий тон, но сам едва не съеёился от пристального взгляда хозяина дома.

– Хвораю, сам не видишь? Не тревожь меня!

– Сходи к лекарю, а как полегчает, приступай к работе! – ответил мужчина и спешно покинул дом.

Настал вечер, парень так и пролежал на печи целый день. Солнце уже ушло за горизонт, когда Всеволод зашёл в гости к племяннику.

– Слышал, что ты опять захворал? – начал с порога старик, – Не вовремя! Ты не лежи долго, поправляйся, нам еще к Любаве нужно идти свататься! Да и если до помещика дойдет, что ты часто стал хворать и грубить его помощникам, добром это для тебя не закончится.

Святозар промолчал. Он сидел на деревянной, лавке скрестив на груди могучие руки. Его отрешенный и угрюмый взгляд устремился в окно. А длинные светлые локоны спадали до широких плеч. Белое одеяние облегало мускулистое тело. Оно, конечно же, было ему к лицу, но все же, Святозар больше напоминал могучего воина, нежели простого крестьянина. Ему бы подошли кольчуга и огромный тяжелый меч. Крепкое телосложение и бунтарский дух – Всеволод восхищался нравом племянника, несмотря на набожность и покорность перед господами, вбитую в сознание с самого детства.

– Ну, чего ты молчишь? На тебе лица нет! Что стряслось?

– Дядя, пока венчание откладывается, хорошо? Мне не до этого! – нехотя ответил парень, – Мне некоторое время нужно побыть одному, прости!

Расстроенный Всеволод не стал дальше изводить племянника вопросами и лишь молча покинул избушку.

Сменялись дни, сменялись ночи. Шли обильные дожди, дули яростные ветра, нещадно палило солнце. Жизнь у всех селян, кроме Святозара, продолжалась своим чередом. Его дар никуда не делся, более того, раскрылся сильнее. Как удалось ему позже выяснить, тот мальчишка, что упал с дерева и уже умирал, ничего не забыл. Он обо всем поведал родителям, но те утаили тайну Святозара, пока не захворал другой ребенок, уже у соседей. Молва в крошечном селе разошлась быстро. Люди стали приходить к нему тайком по ночам, приводили детей, избавлялись от тяжа недугов сами.

Само собой по умолчанию, между Святозаром и селянами сложился негласный договор – батюшка и помещик не должны знать об этом ничего. Сам парень стал больше проводить время в лесу, черпая силы у природы. Он старался чаще ходить за грибами, ягодами и дровами. А если приходилось работать в поле, мужики его добродушно прикрывали, не выдавая, что вместо полевых работ, он прохлаждался в лесу. Ведь в селе не осталось ни одной семьи, которая не обращалась бы к Святозару за помощью.

Что касается Всеволода, то он с огромным страхом воспринял дар родного племянника. Он боялся за его грешную душу, полагая, что в него вселился бес. Проводил бессонные ночи, молясь Господу о спасении близкого человека. Он частенько подменял Святозару обычную воду на святую, следил за тем, чтобы племянник посещал церковную службу по воскресеньям. И убедившись, что он не одержим бесом, успокоился, приняв его способности за божий дар.

Одним солнечным летним днем Святозар сидел на лавочке возле своей избушки и стал свидетелем весёлой шумной свадьбы. Народ шел по улице. Люди веселились на славу, пели и плясали, озорная мелодия гармони раздавалась на всю округу. Прекрасная Любава в свадебном наряде шла под руку со своим женихом. Он поймал её мимолетный грустный взгляд и ехидную улыбку статного Мирослава, который давно охотился за первой красавицей села и, наконец, добился своего.

Святозару стало тоскливо. Ему в этот миг показалось, что его дар все же является проклятием, который разрушил его личную жизнь. Но не оставалось ничего иного, как смириться со своей новой ролью.

ГЛАВА 5

Утро выдалось прекрасным. Начался первый день августа. Обычно в последний месяц лета работы у крестьян становилось меньше. Позади оставались два самых тяжелых и плодотворных месяца, а до сбора урожая было еще рано. Селяне могли уделять больше времени своему хозяйству.

Хозяин поместья Михаил Вильяминович сидел за летним столиком, ломящимся от разнообразных яств, и наслаждался пением птиц в своем приусадебном саду. Вокруг сновали прислуги, которые своевременно уносили грязную посуду и подавали новые блюда прожорливому помещику.

Он страдал от безделья, наевшись вдоволь и заскучав в тишине сада, стал придумывать себе развлечение. Взгляд упал на юную девицу, которая совсем недавно появилась в хозяйской кухне. Она старалась работать быстро, шустро уносила грязную посуду и протирала стол. Когда она в очередной раз вернулась к столу, он схватил кнут и ударил ее по спине. Хлыст врезался настолько сильно, что порвал платье и вызвал невыносимую жгучую боль. Девушка упала и зарыдала. Толстый помещик засмеялся мерзко и громко, обнажив золотые зубы.

– Иди сюда! – прорычал Михаил Вильяминович, наконец, насмеявшись вдоволь. Служанка быстро поднялась на ноги и покорно встала у стола, вытирая слезы.

– Знаешь за что? – ехидно спросил помещик.

– Не знаю! Простите, если рассердила вас чем-то!

– Как тебя зовут?

– Василиса!

– Василиса, я ударил тебя просто так, ни за что! Привыкай, здесь может и просто так прилететь. Ведь я хозяин, я могу поступать, как мне вздумается! Верно?

– Разумеется, – тихо и робко ответила девушка, покорно склонив голову. Новый удар хлыстом пришёлся по плечу юной служанки. Она всеми силами старалась не заплакать вновь, и продолжала стоять, молча опустив глаза вниз.

– Ладно, ступай Василиса! – сказал помещик, подобное развлечение не принесло ему радости в этот раз, и он положил кнут на скамейку.

Девушка убежала прочь. Забившись в углу подсобного помещения, она зарыдала от боли и обиды. Остальные служанки, более старшего возраста, уже свыкшиеся с подобным обращением, поспешили утешить девушку и промыли водой раны.

А феодал продолжал сидеть в саду и дальше страдать от безделья, пока не появился один из самых приближенных помощников –советник Тихомир.

– Михаил Вильяминович, позвольте, я к вам с вопросом!

– Что у тебя там стряслось, Тихомир? – спросил барин.

– Как же нам быть с холопом Святозаром? Не слишком ли он вольно себя ведет? Он мне издавна не нравится. Возможно, нам следует избавиться от него!

– В этом парне что-то есть! Он мне нравится, оставим его!

– Нравится? А я думаю, что вы его боитесь! Все его побаиваются. В нем таится нечто зловещее и могущественное! – возразил советник.

– Я? Боюсь холопа? – рассмеялся Михаил Вильяминович, но вдруг неожиданно ударил хлыстом по лицу своего помощника, – Ты как смеешь разговаривать подобным тоном со мной? Пошёл вон отсюда, пока не отправил тебя землю пахать вместе с холопами!

Тихомир был сильно напуган. Помещик его не бил никогда, словно какую-то челядь, но он и сам ранее не позволял себе подобной дерзости. Не дожидаясь повторных ударов хлыстом, он убежал прочь. Михаил Вильяминович остался наедине с собой. Он не хотел признаваться даже самому себе, что прозорливый помощник прав.

Лето близилось к концу. Святозар бродил по лесу, наслаждаясь последними теплыми деньками. Работ на поле стало значительно меньше. Крестьяне могли уделять больше времени своему земледелию. Одинокому холостяку жить стало еще легче. Конечно, он не забросил свой огород зарастать бурьяном, но и собой нужды в нем не испытывал. Теперь сельский знахарь, способный прикосновением руки вернуть здоровье даже умирающему человеку, стал местным любимцем и никогда не оставался голодным.

Благодаря сплоченности крестьян, слава Святозара так и осталась вне ведома хозяина и батюшки. Уж они-то не стали бы терпеть в поместье колдовство и язычество. Возможно, многих крестьян держать язык за зубами заставляла не доброта душевная, а банальный страх. В тот миг, когда подобная весть дошла бы до грозного священника, то жестокого наказания не избежал бы не только Святозар, но и каждый, кто изменил церкви и обратился к колдуну.

Святозар пробирался через кусты и меж деревьев, наслаждался ароматом цветов и пением птиц, тем самым усиливая незримую связь с природой и обретая новые силы. Помимо того, что приходилось лечить людей, он спасал и зверей. Вот и сегодня ему попался медведь, угодивший в охотничий капкан. Лапа зверя кровоточила, он потерял много сил, жажда и голод одолели его окончательно. Завидев издалека человека, хищник издал рык. Но когда Святозар оказался совсем рядом, медведь успокоился и бросил взгляд полный надежды. Добрый парень оцепил капкан. В следующий миг он приложил руку на израненную лапу зверя. Она зажила, раны бесследно затянулись. Святозар не испытал смятения, как это случалось ранее. Только радость и умиротворение наполнили его сердце. Он давно обуздал свои страхи и перестал воспринимать свой дар, как некое проклятие.

Взгляд медведя выражал благодарность, он даже приклонил голову в знак почтения, а затем покинул своего спасителя. Парень давно свыкся с пониманием, что звери, птицы, ветер, деревья, вся природа обладают некой необъяснимой силой и мудростью, скрытой от других людей. Он проводил взглядом животное, которое скрылось в лесной гуще, и продолжил свой путь по знакомым тропам.

Эти хождения вводили его некое медитативное состояние. Личность словно растворялась на некоторое время в бесконечном океане бытия, наступало единение со всем миром. Но подобное наваждение происходило совсем недолго и стремительно ускользало, оставляя приятное необъяснимое послевкусие.

Но сегодня пешая медитация затянулась надолго. Святозар потерял счёт времени и очнулся, когда солнце уже спряталось за кронами высоких деревьев. Несмотря на летнее время, в лесу заметно похолодало. Места оказались совершенно незнакомы. Парень легко сориентировался по угасающему закату и прикинул путь до своего села.

Преодолев минут десять пути, он услышал тихое пение. Раздавался девичий голос. Парню стало не по себе, он стал прислушиваться. Но вскоре страх сменился блаженством. Лес словно наполнился волшебным пеньем богини из неведомых миров. Замерли деревья, птицы, звери и даже сам ветер, боясь упустить хотя бы один миг волшебства.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.