Марс Пушкин
Ведьмина гора

 Приказ войскам Юго-Восточного фронта № 213 от 03.11.1919 г. Саратов.

(На фото свастика красноармейцев)

Приложение к приказу войскам Юго-Восточного фронта с. г. №213

Описание

Ромб размером 15 х 11 сантиметров из красного сукна. В верхнем углу пятиконечная звезда, в центре – венок, в середине которого "люнгтн" с надписью "Р. С. Ф. С. Р.". Диаметр звезды – 15 мм, венка 6 см, размер "люнгтн" – 27 мм, буква – 6 мм.

Знак для командного и административного состава вышит золотом и серебром и для красноармейцев трафаретный.

Звезда, "люнгтн" и лента венка вышиты золотом (для красноармейцев – желтой краской), самый венок и надпись – серебром (для красноармейцев – белой краской).

Подробнее: на "Википедии" и  http://www.kommersant.ru/doc/17338

"В ту туманную, лунную ночь,

Злой и страшный, как огненный пращ…

Завернув душу в кожаный плащ,

Я бежал, что бы сердцу помочь!"

Из письма А. Мордашову.

1 глава. ГОН .

 Они бежали … Стая собак, приняла бы всё это, за гон. Стая волков, решила бы – обложили флажками. Невысокий крепыш, в чёрном коммуфляже, резко развернулся  к здоровенному детине, но прокричал для всех: – ПАХАН, БЕЙ ПЕРВЫМ! ЧУРКИ ТЕБЯ УВИДЯТ, ОБДРИЩУТСЯ! – Толпа, вытолкнула новобранца скинхеда вперёд.

– Не сцы, Паша, Русские  круче всех!

Треснул воздух, волна бойцов упала как цунами: стеклянные палатки, лопались мыльными пузырями, прохожие и «курчавые» гости столицы, нервной тараканьей трусцой метнулись в метро. В самом пекле побоища, моложавая бабуля с двумя абсолютно новыми кастрюлями,  гыгыкала:

– Я, Маскхву посля войны адстроила, шо, для етих тварёв чарнажопых? Бейте, хлапцы, атродья чурекская! – размахнувшись, в экстазе задела кастрюлей, чернокоммуфляжного  борца за нацию. " Хлапец ", так саданул пенсионерке – скинхедке, что очухалась она, только в подземном переходе, и  тогда поняла, какой головокружительный бобслей, исполнила на своих кастрюлях.

– Во, тварюги хвашисткия! Пошто, мьрязь, защитняце  Маскхвы тавар абхкарябили, людёв нявинных забижають? Во, Путин Валодька  вас всех угомонить в сартире! Усё прехзяденту отпишу!!!

В толпе, выныривающих из метро горожан, спешил домой профессор, биохимик Семён Исаакович, мечтающий создать анти шоковый препарат, моментального действия. Его изощрённый ум, продолжал решать формулы и уравнения. Люди, лавой огибали машущую кастрюлями бабушку, антифашистку. Профессора, тонущего в своих вычислениях, вынесло прямо на бабушкин-«Абхкарябанный тавар». Рухнув, вместе с металлической товаркой на мраморный пол, Семён  Исаакович прозрел!  «Чудодейственное зелье», яркой формулой, высветилось у него в голове.

– Это, спасёт миллионы!!! – вскакивая, прокричал он, уже успевшей возненавидеть его бобслеистке. – Простите великодушно, давайте я, вам, помогу.

С улицы донеслись звуки далёкой сирены, в переход ворвалась бритоголовая молодёжь. Невысокий крепыш, подлетел к старушке.

– Чё за проблемы… Мать!?

Путистка, криво улыбнувшись, скосившись в сторону учёного, прошипела:

– Да, вот, падла  жидовская, товар искхарябал. миллионами хвалився, Сталина отравили – Молчали бы, чаво кохзыряять. Убить мало «пархатого»! Всю страну распрохдали!

– Русские, не продаются! Ну, чё старый, хочешь возместить ущерб? – крепыш двинул плечом. Чёрное кольцо сжалось, из старого дерматинового дипломата, полетели пробирки, смешиваясь с темно – красным, синяя вакцина, становилась загадочным лиловым, так и не успевшим никого спасти – лекарством.

 Плыли красные облака. Зло, гудели моторы громадных  бомбардировщиков, помахивая свастиками на крыльях. "Война! Неужели… Война?"

Гул нарастал, меняя диапазон и тональность. Паша вскочил сонно, посмотрел на телефон, гудящий мелодию, мигающий разноцветными огоньками… в полусне поднял трубку и сразу же, вспомнил вчерашний погром .

– Куда мотать, у меня нет дачи ? Ты чё, Короткий, я здесь не при делах … Какая ментура?

Да я этого профессора в глаза не видел. Да мы наверху колбасили чёрных. Не будут разбираться?

Ты же прогонял, менты за нас. Старуха правозащитника, свидетель, в суде от еврейской  диаспоры?

Ну и где спрятаться? Знаешь, у меня родаки есть, в одной глухомани – поездом долго, на моторе пять шесть часов. Да ты чего? Днём с огнём – ищи свищи. Там своих переловить не могут … Ты, меня за лоха не держишь, точно я в списках? Вроде, вступил недавно…

2 глава.  В ЯМУ.

"Джип", напористо прижимал мелкие, отечественные машинки к обочине,  обгоняя, рвался к лесному, бесконечному горизонту. Короткий, вёл машину агрессивно и нагло:

– " Фатер " свои колёса зажал, пришлось " мутер " постращать: МОСАД – САМОСАД, еврейской расправой … Как, спецом по ящику  избитых айзиков  показали, – якобы нас всех найдут, засудят … Тут же, джип дала, тут – же!

Смотри, ГАИ! А, втюхивал про глухомань. Я удивлялся, как у ментов фуряги с затылка не сдувает. Теперь пробило, – чуб тракториста мешает …

Тормозит … Бабла хочет срубить, по лёгкому. Дадим соточку, пусть подавится …

– ГУТЕН ТАГ, ГЕР МАЙОР! … Запрещённого, ничего нет… По местам боевой славы, отцов и дедов … Экскурс … Машина  понравилась?…

Мерин, он и в Африке – Мерин… Ха – ха – ха – …

Слишком сытая … Ха – ха – ха – …

В Москве, все такие … У ментов ещё покруче …

Все жить хотят … Да-да … И,  вам тоже, спасибо! …

Это же надо? Смотри, денег взял, сразу, как брат родной. Пахан,  далеко ещё до " фатер лянда "? Кстати, у тебя чё, там за родня, близкая или так себе?

– А, то! Мама от туда родом, дед там похоронен, прадед там погиб, когда с фаш…, с немцами, сражался. Вот, смотри, сейчас мост будет. Здесь, его танк подбили, он в реку свалился.

– Да,  у немцев всё классное было: и форма, и оружие, и идеи … Если бы не зима и америкашки …

Ты, Паш, не переживай. Твоего ГРОС ФАТЕРА коммуняки одурманили, вот он и полез за зря …

Тогда никто не знал, что коммунистов евреи придумали, декабристов – французские жидо масоны вывели: они от испанского короля к Робеспьеру во Францию смылись.

А когда мы наполеоновскую шайку моченули Александр их к нам и приволок. Я уже не говорю про революцию и Ельцина.

– Короткий, а ты уверен, что сам русский, у тебя то же волосы не светлые? Я думаю, если покопаться в генах, у каждого можно найти кое – что, даже у испанского короля, да и у самого Гитлера.

– Дело не в генах, а в способе мышления. Они, живут за счёт других, – всё поделили, стали нефтяниками и банкирами, устроили приватизацию, захватили заводы … Они, что, когда – ни будь этим владели?

Почему, им достались самые доходные места? Они, что, больше  всех работали? Почему, не досталось другим? Чем, ты и твои родители хуже? Они, если что, в Израиль смоются, а нам куда бежать? Нас, наши правители обманули и бросили … Где, русские  нужны?

Страна, как проститутка, в дешёвом борделе корчится, народ от безысходности  спился и проворовался. За, это твои предки погибли? Такую жизнь, они мечтали построить, воюя под  Троцко – ленинскими, еврейскими комиссарами.

Европейцы, не дураки, они сразу – "КАПИТУЛЛИРЕН ". Смотри,  как  живут, и у нас всё на халяву покупают.

– Ты вроде тоже, неплохо живёшь.… Тот же евро ремонт, три раза в год за границей отдыхаешь, зелёные водятся, а не работаешь, одет цивильно, все фирменное. Откуда? Ты же вроде не еврей и не европеец? Короткий, ну признайся …

– Занудил, шутник…

Я ему идеи движения толкаю, а он мне про частности. Знаешь, Павлуша, наша организация не любит сомневающихся: сегодня ты в жидовское ИГО не веришь, завтра чурок начнешь жалеть.

-Короткий, кончай базар! Ты, же знаешь, я чёрных не буду щадить. Они, брату в Чечне ножом … Ну, в общем, ты в … курсе…по телевизору, день и ночь крутили …

Смотри, красота какая, какие места … Вот, за это и стоило воевать!

Воздух, прозрачный до синевы, слепил тёплыми июльскими  лучами. Изумрудный сосновый лес, наползая тенями на дорогу, растворял прохладцей  перегретый под солнцем  асфальт.

Спуски и подъёмы раскрывали, казалось, бесконечные поля, пахнущие медуницей и ромашками; птицы подныривали вдоль дороги  маленькими самолётиками; стайки бабочек – капустниц белыми цветами порхали над травой.

Дорога пошла вверх, круто приняла вправо и вынырнула над колоссальным воронкообразным ландшафтом, внутри которого, виднелся город.

– Если здесь остановиться и крикнуть, услышим тройное эхо. Кстати,  никто так и не узнал из-за чего такой эффект. Одним словом – какая- то аномалия. Говорят «Ведьмина гора».

Вечерком с девчонками приедем, покричим. Слышь, Короткий! Ты что кричать  будешь –  бей жидов..?

3 Глава  "Игде – Я" ?

"Джип" нырнул, как ужаленный трутень в улей небольшого городка. Короткий, сигналил на шмыгающих через дорогу зачухонных горожан и приговаривал :

– Смотри вот "они» – твои разговорчики про справедливость, вот посмотри хотя бы на этого Кента, да у него даже трусов не осталось в штанах спит. Споили суки народ до конца, а сами в золотые унитазы срут!

Здесь, что все такие, ну дырища, теперь верю не "разводил" Павлуша… десь, не только нас не найдут, здесь все себя потеряли! Неужели так по всей стране? Мраки, хоть один продвинутый или трезвый найдется? Смотри бюсты, это коммунистам наваяли. Смотри, смотри  Ленин к ним лицом повёрнут, а чё памятники к памятникам!!! – ПППОЕХАЛЛИ! Посмотрим! ЛЛЮБЛЛЮ, я эти заморохи!!!…

"Джип",  на московский манер заскочил на тротуар и покатил по аллее. Павел, ещё не привыкший к таким крутым действиям бритоголовых собратьев прохрипел:

– Короткий, ты в своём уме, это же аллея ГЕРОЕВ!!!… Может, выйдем…Ну ТОРМОЗИ …тормози… слышь!!!…

-Да… тормози!? – АЛЛЕЯ говоришь, а это что, опять синагога?.. Или я сплю… это ещё, что за еврейские проделки?

Машина подъехала к четырём беломраморным колонам с перекладиной наверху. На всех плитах золотом поблёскивали фамилии партизан и расстрелянных немцами евреев.

-ТАК -ТАК- ТАК-ТАК -выскакивая из машины взвыл Короткий – Цыля… Изя… Моисей… Хая… Либенсон… Шнейдер… Гольдман… Исаак… Фима… Ты смотри, Жертвы Фашизма – А!!!А, где наши жертвы  Русские, – прописаны? У нас, что одни неизвестные солдаты?! Почему их жертвы сюда к Героям пристроили, поближе к вечному газовому огню? Им, что от этого теплее?

 Ну, чё молчишь правнучек погибшего Героя?.. Что? Дошло до тебя, что Русских даже и в гробу в жопу загоняют?… Да думал здесь отдохну Павлик – так нет, еврюки, везде свой порядок навели…

 Да, если наши жертвы,  – написать на каменьях, всех Кавказских гор не хватит!!!…

Ладно, не кисни, про брата вспомнил… его имя, точно никогда не напишут, тем более здесь… Но мы, всё исправим, поехали к родне…

Короткий оглянулся, вокруг уже успела собраться толпа свободных и нищих граждан России. Они смотрели поблекшими, измученными глазами, на громадную иностранную машину, горящую чёрным лаком у потухшего вечного огня. Самые смелые прислонились к колоннам покуривая и поплёвывая на асфальт.

– Что народ? – тихо и странно прошипел Короткий – Безмолвствуешь?…

А Россию, топят, жгут и обворовывают!…В Вас убили гордость и достоинство…

Все кому не лень, приватизировали созданное и построенное Вами!!!

Кучка, наглых и жадных евреев правит Россией!!! Пользуется тем, что создавали, Наши отцы и деды…

Оратор, вскочил на подножку Мерседеса – Гелентвагена, как Ленин на бронепоезд, посмотрел на Павла, продолжил.

– Прадеды и братья умирали и умирают ни за что! А Диктаторы от демократии, купаются в золоте и деньгах!!!

 Услышав про деньги от толпы отделился и подплыл к машине посиневшей – зелёный алконавт.

"Умирающе" посмотрел на молодого "Фюрера», поднял над головой пустую бутылку из под водки и завопил:

– Нарёд хоча зрэлищу с хлебмам! –  и уже тише  –  Хлапец дай на пузырь, мы щас с рабятами ету яврейскую канхструхцыю в маменты рязберём, на трахтуары-к хатам.

Но, сделка не успела состояться: вдоль дороги просигналив остановился милицейский  Уазик. Два молодых вооружённых автоматами милиционера подошли к Гелентвагену:

 -Здравствуйте рабяты! Из Израилю приехали, прэдков навястить? – Короткий, медленно покрылся красно-синими пятнами под стать алкашу, кстати уже потихоньку ковыряющему чёрным ногтём мраморные прожилки памятника.

– Как там у вас с арабами, никак не памиретеся? – продолжал милиционер – Да, жарковато в Израилю стало … Наши явреи зря туды смылися, шо вам здеся не живётся? Ну можа климат крепковато посуровче, зато с нами весялее … Хы … хы …!

Эй Витюха, ты шо монумент колупаешь, хош прикладом по челюсти!? Так, кыш все отсюды, дайтя рабятам поскарбить..! Ладно хлапцы памянайте прэдкав, а мы паехали. – " НАША СЛУЖБА ЗАМАРЫЛА ДО КАНЦА … ХА..ХА.! В Израилю «наших» встретите, привет перядайтя от Мишина, пущай в гости прикатывають … Другу детства маяму – Бахрову Сямёну … Дурачок, чаго укатив на чужбину!?

Паша молча сел в машину, включил радио. Пел Капзон: "Не думай о секундах свысока! Наступит время…".

Короткий завёл мотор, выключил приёмник, заикаясь спросил:

– ПППашшуля, у тебя закккурить не найдётся..?  Ннет.. Нну и не стоит начинать … – сказав, рванул на задней передаче джип, задымились колёса, взмыла к небу испуганная стая воробьёв – ППахан, здесь есть магазин лакокккрасосочных товаров или что – нибудь в этом р – р – роде?

Из магазина " Хозтовары " Короткий вынес два больших пакета с красной и чёрной краской. Бросил в багажник:

– Так – то вот, "Каждому своё" –  " Жить стало лучше, жить стало веселее! ". Краски раскраски, посмотрим в другом цвете на историческое наследие.  Скажи, я, что действительно на еврея похож или мусора прикалывались? Ну, чё молчишь!? Ладно, где твои лесные братья живут?

4.Глава. "РОДНЯ".

Через громадный деревянный жёлтого цвета забор виднелась крыша добротного дома, на самом острие  восседал с топором в руке интеллигентного вида мужчина. Посмеиваясь в бороду и усы, то ли тёплому солнышку, то ли своему положению всадника крыши, мягко спросил:– Откуда и куда путь держите,  «надежда» России?

 Павел попытался открыть рот, но так и не успел: приятный человек, помахивая топориком, продолжал " вещать " для стоявших  у ворот гостей:

– Вижу путь далёкий, избрали вы детки, да видимо нелёгкий, пыльный и ухабистый,  рассердила вас дороженька? А на что серчать то: веточка в лесу обидится, если снег её надломит? Нет? И вы обиду спрячьте, сердца раскройте, Господь праведный путь и укажет; а пока не укажет – блуждать будете. Ищите детки дорогу, ох ищите!

Ищите да обрящите… Жалко занят делом, я бы слез, да помог, ан нельзя Господь осерчает, что крыша протекает!

– Паш, у твоей родни, у всех крыша подтекает, или только у этого зодчего!? Ты, его тормозни, я с голоду подыхаю. –  Короткий, двинулся к воротам, не дождавшись Пашенного ответа, дёрнул за створку: -Слышь, чё, " Христосик "? Спустись с небес, открой родне Иерусалим!

 Бородатый плотник, мило улыбнувшись, повеселел от такого сравнения, воспел:

– Чудную, благую весть, слышу с «полей моих». Каждый входящий, брат мой, но не каждый входящий, друг мой. Вы, голуби  летите, везде ждут вас, открыты врата мира для вас! Вам, ли не знать того!

Не тратьте силушку свою, понапрасну. Сила наша, как водица, прохудится сосуд,  истечёт кровушкой. Дух, ослабнет, воля покинет, как безумный ветер, в поле блуждать станет!

 А врата, здесь ни причём, крыша вот, поважнее. А, так бы я спустился да помог… Почему бы, братьям своим не помочь, коль нужду испытывают?! " Неисповедимы пути Господни " и нет в том вины вашей, что на свет белый народились, да передо мной предстали.

 Врата мои закрыты, зато, сердце распахнуто. Жаль, крыша покоя не даёт, так бы понёс благую весть по миру тленному, в каждую душу, вошла бы идея божья!

– Короткий, да оставь, оставь ты в покое ворота, поехали, – садясь в машину, позвал Паша – не пустит он нас, " Куркуль " конченный. Здесь, храм недавно расписывали, так он себя Христом нарисовал, а жену и детей своих с родителями, святыми изобразил. Заводи!

 На рынке купим мясо, в лес сгоняем, у лесника Василия шашлык поджарим … Там, речка рядом, курган, весь город, как на ладони, красота!

– Вот Иуда, за падло, что не в Москве, по ушам мне проехался своей еврейской идеологией, я бы ему показал, как крыши делают!

-Какой же он еврей, он же родня мне, троюродный брат, по матери?

-Сам говорил, в каждом можно, чего нибудь раскопать. Вдруг и в вашем роду, кто нибудь затесался, типа Бориса Абрамовича? Сладко поёт, да жёстко стелет. Топориком, хрясть с крыши, под пение вечных псалмов, там и узнаешь, правду о своём родстве. Ну чё? Шучу я, шучу....

Сегодня ночью, я так пошучу и повеселюсь, что все бездомные собаки на вой изойдутся! Утром, у всего городишки, крыша потечёт, от моих художеств! Я, им устрою, поминки» наших евреев». Вон рынок, беги за мясом, жрать охота. Боюсь, сам охотится начну.

5. Глава "ЖАРЬ ПО ЧЁРНОМУ".

Затарившись продуктами, похрустывая  яблоками, поехали к леснику. На выезде из города, обалдели от вида панорамы,  лесных бесконечных ковров. В безумной мерцающей дымке,, сверкал купол церкви, увенчанный крестом.

Подъезжая к мосту, остановились у танка "Т-34"гордо вздёрнувшего дуло орудия. На облупившемся, бетонном постаменте, грязным суриком, кто-то намалевал. – "Ни..то не ..абы..  ни что,....забыто!  1941-…945   Вечна..  ..лава."

Подошли поближе, люки танка, козырьками прикрываясь от солнца, исподлобья всматривались в посетителей, – «Вдруг у них пилы по металлу, или молотки? Что бы, отбить, оставшийся кое-где на постаменте, гранит". Но, тёплые руки коснулись брони, застонала сталь, от боли прожитой войны. Превозмогая тяжесть воспоминаний, орудие запело, заманив в себя ветерок, "Броня крепка и танки наши, быстры".

До самой сторожки молчали. Проехав через пролесок, мимо забора из жердин, въехали во двор лесника. Громадный, в два этажа рубленый дом, словно Илья Муромец, возвышался над лесом. По не вытоптанному мху, здоровый кобелина, гонял выскользнувшего из загона кабанчика.

– Цезарь! – позвал Павел-Ко мне, иди ко мне! – собака развернувшись, на все сто восемьдесят градусов, чуть не рухнув, прыгнула на друга детства. Виляя хвостом, прижимая длинные уши, овчарка попискивая, танцевала вокруг, стараясь лизнуть Пашино лицо.

Увернутся, было невозможно. Весь обласканный собачьей слюной, смеясь и прыгая будто ребёнок, оттаскивая за щёки собачью морду, он, не заметил, как подошёл дед Василий. Лесник засмеялся, отзывая овчарку:

-Иди, гоняй хрюшу, совсем гостей замучил, своею любовью! Господи, хотя бы посигналили, машина тихая. Я, то собрался по угодью, за грибами прошвырнуться. Слышу, Цезарь скулит, вот и вернулся.

Ну, что на отдых прикатили? Родни дома нет, у меня оставайтесь. Баньку протоплю, самогончик – первачок имеется… Куря, зарежу, давайте в дом. Здесь половчее, чем в городе?

-Че, правда, то, правда! – выдавил Короткий, доставая сумки из багажника, мысленно поедая телят, поросят, кур и все грибы, ещё не собранные дедом Василием. – В городе, ни крыши, ни дома, ни бани, одни памятники.

 Русская баня по «чёрному», представляла собой,  рубленную из сосны избу. Внутри, скамьи, вдоль стен, маленькие окна, похожие на амбразуры дзота. В центре, каменная открытая печь с валунами наверху.

 В жестяном корыте, холодная вода, возле печи оцинкованный бак, горячей. Тесаные брёвна, ослепили чёрным налётом вековой сажи. Дубовые веники, хлестали безжалостно молодую кожу, выколачивая шести сот километровую, дорожную усталость.

Всё, улетучилось- плохое настроение, тревоги, чувство голода, далекие страхи. Всё слетело, вместе с листвой от веников. Покрывшись красными пятнами, обмотавшись полотенцами, выскочили на улицу. Еловососновый коктейль, пьянил не хуже самогона. Воздух, волшебным нектаром, затекал в каждую клеточку, щекотал чудесными запахами ноздри. Лесник, хозяйничал у вкопанного в землю стола.

– Что? Поддали жару басурмане? Теперь, промойте мозги. Ещё по одной первачка, я огурчиков притаранил, шашлык ваш поспел. Хорошая закусь, можно и выпить.

 Короткого, никогда в жизни не пившего самогон, опьянили необузданные заводской фильтрацией, спирты. Побелев и разулыбавшись, от непонятного состояния, он сметал со стола пищу, как  московская снегоуборочная машина. Достав малосольных  огурцов, лесник придвинул их к Короткому.

– Не торопись, ежь спокойнее. Лесная жизнь, спокойствия, размеренности требует, как природа. Дыши, медленно, смотри быстро, двигайся мягко на звериный манер…

Лес, суеты не любит, живет своими законами, а законы нужно исполнять. Земля эта, израненная! Раны её, долго заживать будут! Народ здесь шальной, исстрадавшийся! Фашист, его не сломил, а какая силища у немца была,…а то-то?

 До сих пор, по лесу идёшь да приглядываешься....То, винтовочка у сосёнки, прислоненная, То, каска рогатая валяется, а то и блиндаж потайной со скелетами… Так-то вот.… Здесь, дивизия «СС» располагалась, фрицы партизан, боялись пуще Сталина.

 Жизнь идёт, всё забывается. Мир изменился… У людей отобрали идеи, цели, веру, как хочешь, так и живи. Вместо своих героев, появились заморские, это получается, мы ни на, что неспособны, что ли? Где же были их герои, когда мы, чуть ли не голыми руками, фрицев давили? Европу очистили… Адольфа, в его тысячелетнем Рейхе, пеплом по ветру пустили.

Ждали они… Ждали, пока мы русские, грязную работу сделаем! А сейчас, по их фильмам, да книжкам, получается войну, они выиграли?

Павел засмеялся.

– Да, это уж точно, «голливудской туфты» посмотришь, мозги раком станут. Скоро, Юрия Гагарина, запишут, в первые американские космонавты.

Короткий, положив огрызок огурца, посмотрел на Пашу:

– Кстати, в Интернет,  на файлах была информация о том, что  германия во время войны, уже имела пилотируемые ракеты. Просто, их космонавт сгорел, на подлёте к Нью-Йорку. Получается, что в космос, первыми вышли немцы. А, америкашки и русские… Мы, прибрали к рукам их разработки.

 Дед Василий, обрадовавшись дискуссии, расставил стаканчики, налил ещё по одной, продолжил:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.