Яна Евтушенко
Поиграй со мной!

1

«Ту-дух, ту-дух», – стучали колеса электрички. Прижавшись щекой к грязному окну, Лика с тоской смотрела на пейзаж, скользящий за стеклом: плоские зеленые поля, потемневшие от старости бревенчатые дома, картофельные гряды, обрамленные кривыми заборами из штакетника. Над горизонтом в мареве молочного тумана висело солнце. Оно сильно припекало, несмотря на раннее утро. От жары у Лики ломило виски. Или от недосыпа – бабушка вечно ездит на дачу на первой электричке! Лика взъерошила коротко стриженные, слипшиеся от пота волосы, и хмуро покосилась на соседнее место.

Бабушка, откинувшись на спинку сиденья, читала потрепанный томик стихов Пушкина. Рукой она придерживала коробку, из которой выглядывали худосочные стебли помидорной рассады. В проходе между рядами сидений крутилась Соня: она беспрестанно пересаживалась с места на место, пыталась прыгать на одной ноге и тоненьким голоском пела песенки своей кукле Эльзе. Почувствовав Ликин взгляд, Соня широко улыбнулась:

– Лика! Поиграй со мной и Эльзой в «Спящих королев»! – и, не дожидаясь ответа сестры, выудила из плюшевой сумочки-собачки, висящей на плече, колоду карт.

– Соня, не ори, голова раскалывается, – поморщилась Лика.

Электричка неслась мимо пустой станции. «Вадимово», – успела прочесть Лика на длинном станционном щите. Вадимово… Интересно, приехал ли Вадик на дачу? Прошлым летом она не взяла у него номер телефона из-за своей дурацкой стеснительности, и в соцсетях не нашла странички. Но в этом году она не будет такой раззявой!

– Лика! – Соня дернула Лику за рукав футболки. – Я все разложила. Здесь королевы, тут мои карты, тут карты Эльзы, а тут – твои! Ну, давай, ходи!

– Соня! – разозлилась Лика. – Я не хочу играть в игры для малышни! Отстань, не видишь, я не в настроении!

– Не для малышни! – топнула ногой Соня. – Я большая! Баб Галя, скажи ей, что я большая!

– Девочки, – шикнула бабушка, захлопывая книгу, – тише, на вас все смотрят!

– Кто смотрит, помидоры? – съязвила Лика. – Или тот дед? – она кивнула на сиденье у тамбурных дверей, где клевал носом пожилой мужчина в брезентовой куртке и зажатым в кулаке пучком удочек: единственный, кроме них, пассажир в вагоне.

– Анжелика, немедленно смени тон, – возмутилась бабушка. – Не пойму, что с тобой делается в последнее время! Вырядилась в драные джинсы и футболки с монстрами, хамишь, не слушаешься! Раньше была милой девочкой-принцессой, юбочки носила…

– Как я? – перебила Соня. – У меня есть корона, волшебная палочка и красивое платье! – Соня продемонстрировала бабушке и Лике свой оранжевый сарафан, разрисованный синими пингвинами. – У Эльзы тоже есть корона, и она умеет колдовать! Мы с ней настоящие принцессы, правда, баба Галя?

– Правда, правда, – согласилась бабушка и вновь переключилась на Лику: – откуда это ослиное упрямство, почему бы не составить компанию сестре? Дома ты в этих «Королев» целыми днями играла!

– Хорошо, – сквозь зубы процедила Лика и повернулась к Соне: – где мои карты?

Электричка со свистом затормозила у платформы. «Гнилуши», – проскрежетал репродуктор название станции и с хрустом подавился. Бабушка подхватила пузатый рюкзак, коробку с рассадой и, поманив сестер, заспешила к выходу из вагона.

От станции до садоводческого товарищества «Серебряные пруды» нужно было идти полчаса пешком вдоль шоссе. Бабушка бодро шагала по песчаной, заросшей одуванчиками и кочками мятлика, обочине. За ней вприпрыжку шла Соня. Она поминутно останавливалась и подбирала с земли камешки. Лика плелась сзади. Новые кроссовки натирали ноги, лямки рюкзака врезались в плечи, волнами накатывала головная боль. Воздух на улице был сухим и горячим. Лика ощущала, как пот тонкой струйкой стекает по спине и щиплет кожу. Они миновали поселок, теперь по обе стороны от шоссе стеной стоял еловый лес. Тени деревьев лежали на обочине густой массой. В прохладной тени Лике стало значительно легче. Она с удовольствием вдыхала сырой запах, которым тянуло из леса, и прислушивалась к странным шорохам и птичьим крикам.

– Лика! – издала радостный вопль Соня. – Гляди!

На ладони у девочки лежал зеленый стеклянный камешек, выпавший, вероятно, из детского колечка или короны.

– Какой классный! Чур, будет мой! – Лика засунула находку в карман шортов.

– Ты всегда такая вредная! – надулась Соня. – Забираешь у меня самые хорошие сокровища! В следующий раз не дам тебе, что нашла! – она показала Лике язык и побежала за бабушкой.

2

Дед Иван стоял коленями на свежевскопанной грядке и сажал лук. За раскидистыми ветвями яблонь и густыми кустами смородины Лика не сразу его заметила, зато Соня с визгом бросилась на дедушку сзади и обняла его за шею. Дед от неожиданности выронил луковицу.

– Ах ты, коза! – улыбнулся он, хватая внучку за ноги. – А ну, брысь с грядки, весь лук мне подавишь! – дед Иван принял у бабушки коробку с рассадой: – К десяти ждал вас, электричка, что ль, раньше приехала? Ладно, вы там сами колупайтесь, а я лук досажаю. – Взгляд деда упал на Лику: – И эту привезли? Юлька сказала, в городе ее оставит! Куча проблем от девки, намучаешься ты, бабка, с ней!

Лика закатила глаза и побрела к дому. Облупившаяся входная дверь вела на кухню. Лика вошла внутрь. Подошвы кроссовок прилипали к засаленному линолеуму. Кухонный стол был уставлен немытой посудой, на плите в кастрюльке плесневели остатки супа. Лика присела на корточки, стараясь коленкой не касаться пола, и начала расшнуровывать кроссовки. В кухне появились бабушка с Соней.

– Баба Галя! – в Сонином голосе звенела обида. – Деда Ваня мне сказал, Ната на море улетела! А с кем мне играть?

– С Ликой, – отмахнулась бабушка, разгребая на столе место для рюкзака.

– Бабушка! – возмутилась Лика: еще не хватало посвятить это важное лето присмотру за младшей сестрой. – У меня нет времени с ней играть!

– И чем ты так занята? – насмешливо спросила бабушка.

– Я… – Лика чуть не проболталась о своих планах насчет Вадика, но вовремя спохватилась: – Я книгу пишу!

– Тот «роман», который я читала на днях? «Королевство Грез»? – бабушка вынула из кармана джинсовки исписанные листы в клетку и помахала ими перед Ликиным носом. – Лика, это не книга, а какое-то недоразумение. Много стилистических ошибок, главная мысль не выражена. Иллюстрации угловатые, плоские. И тема: пони, принцессы… Тебе тринадцать лет, будь серьезнее! Чтобы стать писателем, нужно учиться в школе на «отлично», получить высшее образование, иметь талант, в конце концов!

– Талант как у тебя? – приподняла бровь Лика.

– Как у меня! Не забывай, я состою в литературном объединении нашего города, мои стихи второй год печатают в местном альманахе! – бабушка вернула Лике листы, и взяла из рук рывшейся в рюкзаке Сони, яблоко: – Сонечка, принцесса моя, яблочко грязное, дай я помою.

Лика фыркнула – Альманах! Если бы его кто-нибудь читал, кроме пенсионерок из этого самого литературного объединения! – и вышла из кухни. В доме стоял запах пыли и чеснока. Везде лежали пакеты и коробки со старыми вещами. Лика со злостью пихнула ногой пакет с поеденной молью маминой шубой и полезла на второй этаж в мансарду, где они с Соней жили в летние каникулы.

В комнате стояла духота: солнце успело нагреть крытую рубероидом крышу. Лика распахнула форточку, села на кровать и вывалила из рюкзака вещи. Из вороха черных футболок, джинсовых шорт и кожаных браслетов с шипами она вытащила ручку, украшенную стразами, и блочную тетрадь с единорогом на обложке. На желтом пластиковом разделителе страниц было красиво выведено: «Королевство Грез. Роман в трех частях». Лика разъединила кольца тетради, надела на них отданные бабушкой листы и перечитала написанный косым почерком текст:

Розовый замок построили на крутом берегу Голубой реки. Новый король взошел на трон и поселился там со своей женой и двумя дочерями, принцессой Анжеликой и принцессой Софией. Возле замка была деревня. Ее жители обожали королевскую семью. Неподалеку от реки рос Дремучий лес, где принцессы катались верхом на собственных единорогах и пони. Принцессы любили гулять и в королевском саду. В нем росли розы всех сортов и апельсиновые деревья, которые опыляли феи. На обед и ужин Анжелике и Софии подавали эклеры и пончики, а на завтрак – восхитительные оладьи! Принцессы любили друг друга и жили дружно и счастливо.

Лика долистала до красного разделителя с наклейкой «Мой личный дневник», пожевала кончик ручки и написала: «Башка раскалывается, бесит абсолютно все. Погода жаркая. Соня липнет как слайм – не отдерешь. Дед полный идиот, вообще не фильтрует, что говорит. Бабка Галя… даже говорить не хочется. Стихи она пишет, видите ли. Да кто бы читал ее отстойные рифмы! Одна радость: скоро-скоро я увижу Вадика!» При воспоминании о Вадиме в груди у Лики потеплело. На лестнице послышался шум. Лика захлопнула дневник и спрятала в рюкзак, который постоянно носила с собой: интерес к дневнику проявляла Соня – просила «дать смотреть сказку». Но сестра не умела читать и непременно отнесла бы тетрадь бабушке, а у бабушки хватило бы совести прочесть и не предназначенные для чужих глаз дневниковые записи.

В комнату, тяжело дыша, ввалилась Соня. Она волокла большой пакет с конструктором.

– Лика! Поиграй со мной! – Соня с грохотом высыпала разноцветные детали на пол. – Давай строить замок для пони и принцесс! Розовый, с башенками!

Лике и самой хотелось собирать из конструктора замок, к тому же головная боль поутихла, а негодование по поводу поведения родных она выразила в дневнике. Пообижавшись на Соню пять минут для приличия, Лика соскользнула с кровати на пол.

– Ладно, уговорила! На ковре будет Розовый замок, Голубая река и деревня, а на столе – Дремучий лес! Находи для меня розовые детали и коричневые.

Стены замка росли на глазах.

– Ой, Лика, какой красивый получается! Вот бы туда попасть! А конюшню ты будешь строить? Для пони и единорога! Жаль, он у нас только один, – вздохнула Соня, вытаскивая из кучи конструктора фигурку белого единорога с золотой гривой.

– Зато много пони! – подбодрила сестру Лика. – Конюшню позже соберу, сначала замок доделаем! Дай мне флаги.

Сестры украшали башни фиолетовыми флагами, когда с первого этажа дома донесся голос бабушки:

– Лика, твои ребята пришли!

Лика швырнула флаги на пол, схватила рюкзак и строго посмотрела на Соню:

– Не вздумай сказать моим друзьям, что я играю в конструктор! Я для таких игр слишком взрослая!

– Взрослая? Тогда почему ты смотришь мультики про пони? Они идут по детскому каналу!

– И об этом никому ни слова! – сверкнула глазами Лика.

3

На дороге перед участком стояла длинноногая светловолосая девочка-подросток в коротком платье и босоножках на платформе и любовалась своим отражением в экране смартфона.

– Марго! – просияла Лика, бросаясь к подруге. – Привет! Как дела? Как наши? Кто приехал?

– Приветик! – Марго убрала смартфон в сумку на груди. – Все здесь: Тошик, Борян, он редко выходит, отец работой в огороде грузит, Вадик, – хитро прищурилась Марго, но Лика никак не отреагировала. – Парни поздно встают, я от скуки чуть не лопнула, решила за тобой зайти. Двинули на площадку?

– Соню возьмите с собой! – высунулась из калитки бабушка. – Ей одной скучно!

– Бабушка, – заныла Лика, но радостная Соня уже выпорхнула с участка и взяла Лику за руку.

***

«Детской площадкой» местные называли заброшенный участок в начале Первой улицы товарищества. На дальней его границе, утопая в бурьяне, высилась деревянная беседка с рассохшимися скамейками и столом. Поодаль от нее, между двух торчащих из травы столбов, была натянута волейбольная сетка. В беседке пряталось от припекающего солнца двое подростков. Антон, рыжеволосый, с россыпью веснушек на переносице, перебирал струны гитары, настраивая инструмент. Вадим, высокий и тощий, развалился на скамейке и тасовал замусоленную колоду карт. Лика остановилась у входа в беседку. Ноги у нее стали ватными, руки вспотели. Соня убежала к сетке, где приметила на песке бадминтонные ракетки и воланчик.

– Всем приветик! – ослепительно улыбнулась Марго.

Покачивая бедрами, она вошла в беседку и выразительно посмотрела на Антона.

– Кого я вижу! – воскликнул Антон, отставил гитару и подвинулся, давая Марго сесть. – Я думал, ты до обеда будешь дрыхнуть после вчерашнего.

– Я, Тошик, в отличие от тебя и Вадика, за четыре часа спокойно высыпаюсь, – Марго ткнула Антона под ребра, он расхохотался и ткнул ее в ответ.

В беседку влетела Соня.

– Я победила тебя лунным лучом, ужасная Пони Теней! – провозгласила она, размахивая ракетками.

Марго и Антон переглянулись и прыснули. «Соня, положи на место!» – прошипела Лика, отчаянно краснея. Соня послушно грохнула ракетки на стол и села на скамейку. Вадим тасовал карты, глядя в пол. Лика дергала лямки своего рюкзака. «Давай, – подбадривала она себя, – спроси у него что-нибудь!» Язык еле ворочался, во рту пересохло, но все же Лика выдавила:

– А что вчера было? – Ребята удивленно уставились на нее, и Лика смущенно добавила: – Ну, в смысле Антон, ты сказал, «после вчерашнего»… Вы куда-то ходили?

– Вадик нас вечером на Поляну водил, – Марго игриво стрельнула глазами в сторону Вадима.

– На поляну? Где это, в лесу? Никогда не слышала о таком месте. Может… – Лика запнулась, – Вадик, может, вместе сходим, покажешь?

– Неохота тащиться… – протянул Вадим. – У Марго на телефоне куча фоток. Или сама сходи, не заблудишься, там близко, на краю болота. Знаешь, где остатки деревни Заболотье и ель поваленная? В лесную калитку у пруда заходишь, поворачиваешь направо… Главное, как некоторые, не забояться елок и ежиков, – радостно оскалился Вадим, выставляя напоказ кривые передние зубы.

– Не елок и ежиков, а твоих историй про нечистую силу! – надула губы Марго.

– Что за истории? – оживилась Лика, отчаянно стараясь завладеть вниманием Вадима.

– В Заболотье семья жила, – скучным голосом начал Вадим, видно, ему неинтересно было рассказывать во второй раз, – мать с отцом и их пятилетняя дочь…

– Мне тоже пять лет! – объявила Соня. – У нас в садике я самая старшая! А Эльза говорит…

– Соня! – оборвала сестру Лика. – Нельзя перебивать взрослых!

– Однажды в день летнего солнцестояния у них собрались гости, – продолжил Вадим. – Они сели за стол, но не успели приступить к еде, как створка окна приоткрылась, и от резкого порыва ветра погас огонь в печи. «Это дыхание призрака из другого мира», – прошептал один из гостей по фамилии Колдун, пока испуганная хозяйка разжигала печь вновь. Хозяин дома заспорил: «Призраков не бывает!» и Колдун сказал: «Я докажу их существование, открыв врата в другой мир!» Он начертил на полу мелом круг, расставил по краю круга зажженные свечи, в центр положил любимую игрушку хозяйской дочки – тряпичную куклу Меланью и произнес слова на незнакомом языке. Дочка с плачем кинулась в круг за игрушкой, пламя свечей взметнулось вверх, а когда опустилось, ни куклы, ни девочки в центре круга не было. Колдун зловеще улыбнулся и сказал, что тряпичная кукла – ключ к вратам в другой мир. Тот, кто дотронется до куклы, будет вхож в другой мир и сделается стражем врат. Через год, отыскав себе преемника, он получит вечную жизнь, а если не отыщет – рассыплется в прах. Девочку так и не отыскали, а в окрестностях с тех пор каждый год пропадают большие и маленькие дети, и в местах, где они пропадают, люди видят их призраков с тряпичной куклой в руках…

Заслушавшись Вадика, Лика ясно представила себе обстановку деревенского дома, встревоженных мужчин и женщин, столпившихся у мелового круга, тряпичную куклу…

– Лик, прием! – Марго щелкнула пальцами перед носом у подруги.

Картинка рассыпалась, и Лика увидела перед собой серые скамейки беседки и хихикающих над ней ребят.

– Вадик, из этой легенды классная книга получится… – начала Лика, но Соня, сжавшаяся на скамейке в комок в обнимку с Эльзой, пискнула:

– Не рассказывай больше! Эльза говорит, что ей страшно!

– Соня! – рявкнула Лика. Опять эта малышня вмешивается в ее отношения с Вадиком!

– Не обязательно так орать, у меня аж уши заложило, – Антон притворно потер ухо. – Вадик, сыграем в бадминтон? – и мальчишки с ракетками направились к волейбольной сетке.

– Лик, правда, ты чего раскричалась? – спросила Марго. – История реально жуткая, но мы ж не в лесу ночью! Лучше послушай, что я тебе расскажу! – Марго покосилась на Соню: девочка достала из сумочки-собачки коробочку с серебряными блестками и увлеченно мазала ими лицо Эльзы, – и придвинулась поближе к Лике: – Знаешь Коляна?

Марго открыла на смартфоне фотографию, демонстрирующую ее и молодого мужчину в тельняшке на фоне дачного дома. Лика не нуждалась в фото, Коляна она помнила с прошлых каникул: двадцатилетний небритый кровельщик с синяками под глазами, который за всю жизнь ни одной книги не прочел, жил в «Собачьей слободе», садоводческом товариществе за лесом. Лика была не в настроении слушать сплетни Марго, но ссориться не хотелось, и она буркнула:

– Ну?

– Он пригласил меня на свидание! – гордо сказала Марго.

– В пивной ларек? – сострила Лика.

– Много ты понимаешь! Видела его мышцы? Ты просто завидуешь: на меня обратил внимание взрослый мужчина, а на тебя Вадик, и тот не смотрит! – Марго одарила Лику пренебрежительным взглядом и отправилась к играющим в бадминтон мальчишкам.

4

Лика проснулась от жары: солнечные лучи светили сквозь расшторенное окно прямо на кровать. Простыня была мокрая, пижама прилипла к телу. Голова ныла. Лика приложила ладонь ко лбу, чтобы унять головную боль и провела пальцем по экрану телефона: одиннадцать утра. Лика скосила глаза вправо: на Сониной кровати комком валялись одеяло и подушка, но сестры след простыл. Значит, завтрак готов. Хочешь-не хочешь, придется вставать…

Лика с трудом поднялась, и, зевая, открыла шкаф в поисках чистой одежды. Снова бабушка здесь хозяйничала! Как она достала копаться в вещах, все перекладывать! Лика выдернула из аккуратных стопок белья обрезанные джинсовые шорты и свободную черную футболку, повязала на талию черный балахон с монстром и эмблемой любимой рок-группы «Анархия». Взглянула в зеркало – локон на макушке топорщился, как ни причесывай, на подбородке сиял прыщ, – вздохнула, забросила на плечо рюкзак с дневником и спустилась на первый этаж.

Кухню наполнял аппетитный аромат оладий. Бабушка стояла у плиты и, орудуя лопаткой, складывала золотистые оладьи на блюдо. На подоконнике гнусавило радио: «Аномальная жара в пригороде к середине июня усилится. Ожидаемая температура в конце недели – 38 градусов. Не находитесь на открытом солнце после полудня, надевайте головной убор…» Соня хозяйничала за столом. Она неумело зачерпывала ложкой клубничное варенье из банки, «кормила» чумазую от блесток Эльзу, оставляя у куклы на щеках красные следы, шлепала варенье на оладью и запихивала ее целиком в рот.

Лика скривилась, открыла холодильник и, покопавшись там, спросила:

– Бабушка, куда моя сметана делась?

– Сметана? – наморщила лоб бабушка. – А, вчера вечером закончилась, дед Соню щами со сметаной на ужин кормил.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.