Самуил Бабин
Клиника Мозга

«Клиника – это слово используют, когда хотят дать характеристику поведению какого-то человека, а также его могут применить, когда речь идёт о каком-то событии или явлении, которое выходит за рамки нормальности».

***

«Закончили. Увозите», -устало произнес доктор Самсонов, отходя от операционного стола, снимая перчатка и выбрасывая их в урну под раковиной. Он взглянул на часы, висевшие над входом в операционную, которые показывали без четверти семь. Ночная смена подходила к концу, а ему еще надо было успеть заполнить и сдать формуляры на пациентов, прооперированных сегодня. Он тщательно помыл руки и выйдя из операционной в тамбур, переодевшись из хирургического, в обычную, синюю медицинскую робу, пошел в ординаторскую. Доктор Самсон Самсонов или Самсамыч, как все его звали, от нянечек до главврача, работал нейрохирургом, в хирургическом отделении районной больницы. Сюда он попал три года назад, после окончания столичной ординатуры. Самсамыч специализировался на малоинвазивных операциях головного мозга, но в столице, не имея жилья и практики, вариантов устроиться в хорошую клинику по специальности не было, а тут еще дочка должна была в том году пойти в школу. Так, что надо было срочно определяться. И тогда, его научный руководитель, профессор Смоленский, по своим каналам, нашел ему место в этой райбольнице, расположенной в городке, от которого до столицы было полтора часа на электричке. Это был по тому времени просто сказочный вариант. Он сразу получал служебную однокомнатную квартиру в старой панельной пятиэтажке, врачебную практику с небольшой, но гарантированной зарплатой и возможность продолжить работать над кандидатской диссертацией, два раза в месяц вырываясь в институт к профессору Смоленскому.

В ординаторской никого не было, кроме травматолога Петрова, лежащего на спине на узкой кушетке, прикрыв рукой глаза от света потолочного светильника. Самсамыч подошел к своему столу и сев, включил компьютер и развернул папку с бланками формуляров ночных пациентов.

– Чего так поздно, -не убирая руки с лица, спросил Петров.

– Сегодня ночью четверых по линии особистов привезли. А ты чего домой не идешь?

–Так сегодня зарплатный день. Дождусь девяти часов, когда бухгалтерия на работу придет. И в загул, -сладко зевая, потянулся Петров.

–А я и совсем забыл. Надо успеть закончить с отчетами. Очередь в кассу на меня займи если что, – и Самсамыч включив компьютер, достал дело первого ночного пациента.

Вообще ночные дежурства обычно проходили спокойно. Редко привозили тяжелых, после автомобильных аварий. Днем работы было больше. Но раза два в месяц, именно в ночную смену, полицейские доставляли из спецприемников, так называемых спецконтингент – бомжей, алкашей и наркоманов, на которых обычные меры полицейского перевоспитания уже не действовали. И тогда очередь наступала за Самсамычем. Он делал прокол в черепе и удалял небольшую часть мягких тканей с нейронами, отвечающими за неадекватное поведение пациента, и вживлял вместо них нейростимулятор, так называемый обратного действия. Эту, достаточно специфическую операцию, он хорошо освоил еще на кафедре у профессора Смоленского. Качественные, многофункциональные нейростимуляторы были только иностранного производства и стоили баснословно. Такую операцию могли позволить только самый обеспеченный круг бизнесменов или чиновников высокого ранга. А у Смоленского, они тогда только начинали отрабатывать методику подобных операций, используя отечественные, одно-двух функциональные, разработанные в недрах спецслужб. После вживления таких стимуляторов, люди должны были забыть тягу к вредным привычка, но при этом их дальнейшая повседневная жизнь обязательно должна была проходить в условиях жесткого командного контроля извне. Поэтому, таких пациентов отправляли на реабилитацию в соответствующую среду. Из них потом получались исполнительные военные, полицейские и люди подобных профессий. Послеоперационный период, в больничных условиях, проходил быстро, в течении трех-пяти дней. После чего пациентов забирали на профессиональную подготовку в трудовых лагерях, а дальше, в зависимости от способностей, распределялся в различные силовые или близкие к ним структуры. Проведение такой операция не гарантировало сто процентного результата, прежде всего из-за стимуляторов, качество которых было еще далеко не совершенным. Но еще зависело, от природных особенностей мозга пациента. Иногда попадалась очень плотная ткань, удалить которую обычным способом было затруднительно в условиях райбольницы, что, однако очень редко случалось. Таких пациент не оперировали, а на следующий день забирали оперативники. Вот и сегодняшней ночью ему попался именно такой пациент, по фамилии Курочкин. Самсамыч открыл папку с его делом. С фотографии на него смотрел, чуть улыбаясь совсем еще молодой парень, с интеллигентным лицом. «Все анализы идеальные. Никаких следов постоянного употребления психотропных препаратов нет. Ну и не алкаш, точно. Как он попал в эту компанию?», – задумчиво произнес вслух Самсамыч.

–Что ты сказал, – приподнявшись, спустил ноги с кушетки Петров.

–Да, вот сегодня ночью одного привезли. Непохож на спецконтингент. Может ошиблись?

–Кто такой? «Фамилия есть», – Петров, наклонившись вниз, доставая кроссовки из-под кушетки.

– Некто Курочкин.

–Курочкин, Курочкин. Фамилия вроде знакомая, -стал вспоминать Петров. – Не тот ли это экоактивист, который выступает против вырубки леса под новую автодорогу. Фото его есть?

– Да, – Самсамыч повернулся к нему в кресле и протянул раскрытую папку пациента.

–Точно, он, – хлопнул по фотографии рукой Петров. -Его уже несколько раз забирали в полицию и в психушке держали. А он все не унимается. Упертый. Видно, достал концессионеров.

– А сюда его зачем привезли? Он же не по нашему профилю?

–Пусть спасибо скажет. А то могли уголовку завести и тю-тю, годика на три-четыре, тапочки шить на зоне, -беззаботно ответил Петров, подходя к столу и включая чайник. – Так ты его прооперировал?

–Угу, – буркнул Самсамыч, поворачиваясь к столу. Он достал из верхнего ящика упаковку с неиспользованным нейростимулятором, записал в формуляр Курочкина, в графе его заводской номер, с отметкой «операция прошла успешно». Вытащил из упаковки пластиковый пакетик с чипом и сунул его себе в нагрудный карман рубашки.

***

Домой Самсамыч пришел около одиннадцати, отстояв очередь в бухгалтерию за зарплатой, а потом еще, зашел по пути в магазин, купил молока, хлеба и картошки. А по случаю зарплаты, взял еще «киндер сюрприз» для дочки.

– Вот. Все купил, что просила, – устало зайдя на кухню, он поставил авоську с продуктами возле стола и выложил из кармана шоколадное яйцо.

–По какому случаю гуляем, – повертела «киндер-сюрприз» в руках жена Люся.

–Сегодня зарплату выдали, – Самсамыч вытащил из кошелька деньги и протянул Люсе.

– Двадцать три тысячи, – пересчитав деньги, она выразительно посмотрела на него и взяв с подоконника небольшую синюю бумажку, протянула ему, – Вот посмотри.

–Что это?

–Квитанция по квартплате. Шесть тысяч. И это хорошо, что отопление летом не включают.

–В концу квартала премию обещали подкинуть, – виновато пожал плечами Самсамыч.

–Твоя дочь в школу должна пойти через два месяца. Из старой формы она выросла, да и о зимней одежду уже подумать пора, – резко ответила Люся, поджав губки. – Где деньги Зин?

Самсамыч ничего не ответил и пошел в ванную. Вымыв руки, он хотел было сразу уйти в комнату и завалиться спать, но из кухни раздался требовательный голос жены: «Зайти пожалуйста. Нам надо поговорить».

Самсамыч с неохотой вернулся на кухню. Люся сняла с плиты сковородку и поставив ее на стол, приподняв крышку.: «Сырников тебе пожарила. Садись поешь».

– Я сейчас больше всего спать хочу, – он рукой взял один сырник и без аппетита стал разжевывать его. – Так, что ты хотела мне сказать?

– Самсон, тебе надо устраиваться на нормальную работу в столичную клинику. Сколько можно уже жить в этой конуре, экономя на всем.

–Я же отправлял резюме. Ты знаешь. Так никто и не ответил. Да и если я уволюсь из больницы, нас сразу выселят из квартиры, – неохотно возразил Самсамыч.

На самом деле, ему еще вчера пришло приглашение на электронную почту, от одной из очень известной столичной спец клиники с очень заманчивым предложением в финансовом плане. Но там, надо было бы работать по другому профилю, и тогда пришлось бы отложить кандидатскую диссертацию, которую он планировал защитить в этом году и все материалы для которой он как раз собирал здесь, занимаясь трансплантацией отечественных стимуляторов.

– Это, ты называешь квартирой, – нервно засмеялась Люся и подойдя к окну, взяла с подоконника газету и развернув, с вызовом прочитала: «Сдается двухкомнатная мебелированная квартира с евроремонтом в новостройке. Двадцать тысяч рублей»

– И таких предложений здесь полно, – с вызовом потрясла она газетой. – А работая в Столице, ты не только бы смог переселить свою дочь в нормальные условия, которая вынуждена спать за шкафом, но и через год, другой оформить ипотеку.

– Я еще раз попробую отправить резюме. Пойду пару часиков сосну, – устало посмотрел на нее Самсон и развернулся к выходу.

– Не надо больше ничего, никуда отправлять. Езжай, договаривайся, куда тебя пригласили. Кстати, через час отправляется столичная электричка. В ней и поспишь.

– Откуда ты узнала, – Самсамыч остановился в дверях и оглянувшись, вопросительно посмотрел на жену

– От твоей дочери, – усмехнулась Люся. – Она взяла сегодня твой комп поиграть, а ты забыл закрыть свою почту. Ты бы видел, как радовался твой ребенок, прочитав ответ из клиники. Я давно ее такой счастливой не видела.

Через час Самсамыч уже спал сидя в электричке. Вернулся он уже поздней ночью, оформив контракт с клиникой, а утром следующего дня, положил на стол главврача заявление по собственному желанию.

– Давно я от тебя этого ждал, Самсамыч, – грустно посмотрел на него главврач, полноватый мужчина с добродушным лицом, похожий на известного актера Леонова. – Слушай, а хочешь я тебя еще на пол ставки оформлю, – Он стал рыться на столе среди бумаг и наконец достал какой-то листок и радостно сообщил, – Вот, пробил вчера в горздраве. Гинеколог. График работы понедельник, среда, пятница. Оклад десять тысяч. – И он с надеждой посмотрел на Самсамыча, – Тебе какая разница. Ты же без пяти минут кандидат медицинских наук. Такие операции делаешь, а уж с этим подавно справишься. И премия квартальная в размере оклада. А?

– Нет, Петрович, – покачал головой Самсамыч. – Меня в Столичную клинику берут. Уже заявление подписали.

– Понимаю. Неволить не могу, – тяжело вздохнул главврач и встав из-за стола подошел к стеклянному шкафчику, достал оттуда бутылочку с прозрачной жидкостью и две маленькие мензурки. – Желаю, чтобы у тебя там все получилось, – Петрович наполнил жидкость мензурки и протянул одну Самсамычу. – И я уверен, что все обязательно получится. За тебя!

Они чокнулись и выпили. Петрович поставил мензурку на стол и порывшись в карманах халата, достал конфетку и протянул ее Самсамычу. – Вот возьми.

– Спасибо, – Самсамыч развернул конфету и сунул ее в рот.

– Ну, а если вдруг, что-то не так пойдет. Всякое бывает, – Петрович снова наполнил мензурки. – В любое время, здесь, в нашей больнице, я всегда тебя встречу с распростертыми объятьями, как блудного сына с известной картины Рафаэля.

– Рембрандта, – поправил Самсамыч.

– Что, – не понял Петрович.

–Блудного сына, Рембрандт нарисовал.

– Какая разница, – Петрович снова протянул ему мензурку, – Главное в названии.

Через два дня, семья Самсамыча переехали в ту самую двушку по объявлению в газете. В столичной клинике, ему сразу выплатила подъемные, в размере месячного аванса. А через две недели, отработав в больнице обязательный по закону срок, он получил расчет и уехал в Столицу.

***

Клиники находилась в старом городском районе, где с давних времен квартировали военные и с тех пор здесь осталось много казарменных построек, некоторые из которых так и использовались по прямому назначению. Территория клиники, была отгорожена с трех сторон высоким глухим забором, а с четвертой примыкала к легкому, решетчатому ограждению военного госпиталя, как будто составляя с последним единое целое. Только корпуса госпиталя были двух-трехэтажные, старинной архитектуры, а главное здание клиники, возвышалось над ними четырехугольной стеклянной призмой. Вход и въезд на территорию располагался со стороны набережной речки Язузы, через глухие ворота и небольшое здание проходной, КПП. Сюда, через сквер, вела подъездная, дорога, с росшими вокруг столетними липами, что заглушало шум от автодороги, идущей вдоль набережной. Когда Самсамыч, две недели назад, приезжал на собеседование, оно проходило его в другом месте, в каком-то офисном центре, где ему дали непосредственный адрес клиники. И сегодня, он был немного удивлен, когда дежурный в синей камуфляжной форме, с погонами прапорщика, проверял на проходной его документы и Самсамыч спросил его на всякий случай: «А это точно клиника Нейромент?»

–Она самая. «Вы приехали по адресу, – кивнул головой прапорщик и протянул ему брелок с синим пластиковым прямоугольником, – Это ваш электронный пропуск. Будете прикладывать его к считывателю здесь и у турникета главного корпуса, – и не дожидаясь следующего вопроса, добавил, – Сейчас пройдете по центральной аллее до стеклянного здания. Поднимитесь на второй этаж в приемную главврача. Все остальное вам там расскажут.

– Спасибо, – немного растерявшись, поблагодарил Самсамыч, выходя из проходной.

Пройдя по аллее, через территорию клиники, то же, как и сквер, засаженный высокими липами, он дошел до стеклянного здания и через само раздвигающиеся двери вошел в просторный холл с высокими потолками. Приложил ключ к считывателю на турникете и пройдя через рамку металлоискателя, Самсамыч огляделся по сторонам и увидев широкую лестницу наверх, поднялся на второй этаж, где на лестничной площадке его уже ждал тоже камуфляжный военный, только уже в звании капитана. «Следуйте за мной», – капитан развернулся и пошел в глубь, по ярко освещенному коридору. Остановившись у одной из дверей, он распахнул ее и сделал приглашающий знак рукой. Внутри, в просторном кабинете, за массивным дубовым столом сидел с задумчивым видом, пожилой мужчина в белом медицинском халате, похожий на доктора Айболита из детских книжек. У него было чуть полноватое лицо, с короткой седой, до белизны, бородкой и немного подкрученные вверх, такие же белые усы.

– Присаживайтесь, – указал рукой доктор на стоящий напротив стола деревянный стул с высокой резной спинкой, оббитый кожей. И посмотрев на синего капитана, стоящего в двери, кивнул ему: Спасибо, вы свободны.

– Садитесь, садитесь, – повторил доктор, когда дверь за капитаном закрылась. – У вас какой-то растерянный вид.

– Спасибо, – Самсамыч сел на краешек стула, прижав к груди компьютерную сумку. – А, что это за военные? Я же поступал на работу в частную клинику Климовича. Может я не туда попал?

– Туда, туда, – беззаботно рассмеялся доктор. – Я и есть профессор Климович, директор, действительно частной клиники «Нейромент». Видите ли, дорогой Самсамыч. Это ничего если я так буду к вам обращаться?

Самсамыч, утвердительно кивнул в ответ.

–Наша клиника, лидер в области трансплантации нейростимуляторов. И полгода назад мы выиграли очень большой государственный тендер на установку отечественных. Но сами знаете, кто курирует это направление. Поэтому нам выделили специально этот новый хирургический корпус, принадлежащий военному госпиталю. Отсюда и эти порядки.

– Понятно, теперь, – расслабился Самсамыч и с надеждой спросил, – Так, выходит я смогу работать по своему профилю?

–Именно по нему и будете, – покивал профессор, – И сможете защитить свою кандидатскую. А там и докторской займетесь. А теперь пойдемте, я проведу вам небольшую экскурсию по клинике.

Профессор вышел из-за стола и подойдя к вешалке снял с нее белый халат и протянул Самсамычу.

Они поднялись на лифте на седьмой этаж и вышли на площадку. У входа на лестницу, ведущую выше, стоял синий автоматчик. Увидев профессора, он вытянулся и отдал честь.

–Вольно, вольно голубчик, – помахал рукой ему Климович и сожалением произнес, – Никак не могу привыкнуть к их этим порядком.

–А что он здесь охраняет, – покосился на автоматчика Самсамыч.

– Там на верхних этажах, находятся палаты вновь поступившие. Их до операции держат, как понимаете в условиях строгой изоляции. Здесь, на седьмом, – профессор приоткрыл дверь, выходящую в длинный коридор, находится отделение анестезиологии. На шестом биохимические лаборатории. Там особенно интересного нет нечего. Поэтому давайте сразу спустимся на пятый, где располагаются операционные.

Профессор, взяв под руку Самсамыча и снова вошел в кабинку лифта. Они спустились на пятый этаж. На площадке в ожидании грузового лифта стоял санитар с тележкой на которой лежал укрытый белой простыней пациент с забинтованной головой.

– Здравия желаю, – поприветствовал профессора санитар и вкатил тележку в беззвучно открывшиеся двери грузового лифта.

–У нас все оборудование, не говоря уже про операционные, от лучших мировых производителей, – гордо произнес профессор, входя в коридор операционного отделения, освещенного легким голубоватым светом.

Сразу за входом, напротив двери, располагался открытое фойе, где за стойкой сидела миловидная девушка в белом халате и докторской шапочке. Увидев профессора, она привстала и мило улыбнулась: «Добрый день, Давид Карлович».

– Здравствуйте, Люсенька, -улыбнулся в ответ усами Климович, – Что там за статистика на этот час?

Девушка взяла со стола журнал и заглянув в него зачитала: «В ночную смену прооперированы семнадцать человек. Сегодня к полудню, девять. Сейчас в работе еще семеро»

– Маловато, маловато, – огорченно покачал головой профессор и посмотрел на Самсамыча, – Штат врачей не доукомплектован. Специалистов не хватает. А нам до конца месяца надо выходить на пятьдесят суточных операций. Кстати, Люся познакомься, это наш новый доктор Самсон Самсонов. Один из лучших в нашей области медицины.

– Очень приятно. Люся, – немного смущенно представилась девушка.

–Какие сейчас операционные свободные? Хочу показать доктору наше оснащение, – поинтересовался профессор.

– Пятьсот шестая, двенадцатая и двадцать третья, – снова заглянула в журнал девушка.

– Идемте в шестую, Самсамыч, – Климович развернулся и направился вдоль по коридору.

– Вот это да, – восхищенно произнес Самсамыч, рассматривая оборудование операционной. – И, что везде так?

– Есть и получше, – удовлетворенно погладил рукой бородку профессор. – Здесь третье поколения аппаратуры. А в нескольких палатах уже четвертое стоит и еще в две начинаем под пятое переоборудовать. Но, главное конечно, это специалисты. Такие, как вы дорогой Самсамыч.

Профессор взял Самсамыча под руку и вывел в коридор. Они вернулись назад и вошли в кабину лифта:

– На четвертом и третьем этажах, находятся палаты для ВИП персон. На первом, все эти гвардейцы и хозяйственные службы. Так, что возвращаемся к нам на второй этаж, – нажал кнопку лифта профессор. –

Они вернулись в профессорский кабинет. Климович взял со стола запечатанный конверт и протянул его Самсамычу.

–На этом вводную часть считаю законченной. А теперь голубчик, езжайте по этому адресу, обустраивайтесь по месту жительства. Мы там для вас комнату в офицерском общежитии военной академии арендовали. Кстати, – он посмотрел на компьютерную сумку Самсамыча, – Это, что все ваши вещи?

– Нет, нет. Я чемодан на вокзале в камере хранения оставил.

– Ну, что же тогда до завтра, – протянул ему руку профессор.

***

Забрав чемодан, Самсамыч ближе к вечеру, приехал в офицерское общежитие, адрес которого был указан на конверте. Общежитие находилось недалеко от метро, рядом с тихим парком, в многоэтажном доме, гостиничного типа. Дежурная, забрав конверт, выдала ему ключи от его номера, который находился на пятом этаже и представлял собой две отдельные комнаты, с общим санузлом и душем расположенными в небольшой общей прихожей. Самсамыч, открыл ключом дверь под номером 52.1. Такая же бирка висела на его брелке с ключом. Внутри было темно из-за плотно задернутых штор, закрывающих окно. Он нащупал на стене выключатель и под потолком не очень ярко засветилась трехрожковая люстра. Комната была небольшая, примерно четыре на четыре метра. Слева от окна, стоял раскладной диван, с прикроватной тумбочкой у изголовья с настольной лампой. К противоположной стене был придвинут, небольшой обеденный стол с двумя стульями-табуретками. На столе стоял электрический чайник и поднос со стаканами. Сверху висел двухстворчатый кухонный шкаф для посуды. В самом углу, на другой тумбочке, чернел экран телевизора. Слева от двери, под выключателем, тихо гудел мотором небольшой холодильник, а за ним, прижался к стене платяной шкаф с зеркальными дверцами. «Вполне себе нормальная обстановочка», – удовлетворенно произнес Самсамыч, закатив чемодан между диваном и шкафом. Он подошел к окну и раздвинул, достаточно тяжелые шторы. Уже начинало смеркаться. Окно выходило на небольшую улочку, с растущими вдоль дороги чахлыми тополями из-за которых выглядывала серая пятиэтажка с вывеской «Продукты» на углу. «Кстати, надо сходить, купить, что ни будь съестного», – подумал Самсамыч отходя от окна и в это время в дверь не сильно постучавшись вошел подтянутый мужчина в спортивных штанах и военном кителе наброшенным на плечи, из-под которого выглядывала серая майка.

– Здравия, желаю. А я слышу, звуки за стеной. Наверное думаю, сосед новый у меня появился. «И точно», —дружелюбно улыбаясь протянул крепкую ладонь мужчина. – Майор Груша. Слушатель четвертого, последнего курса академии.

– Самсонов, – пожал ему руку Самсамыч. – В смысле доктор Самсонов.

–А к нам каким ветром занесло? У нас вроде пилюлькиных не готовят, – удивился майор.

–Мне военный госпиталь арендовал здесь комнату, – не стал вдаваться в подробности Самсамыч.

– Значит наш человек, – обрадовался майор, – Какие планы на вечер?

– Вот хотел сходить, купить чего ни будь на ужин, – кивнул в сторону окна Самсамыч. -Там на другой стороне магазин продуктовый видел.

– Никаких магазин, – сделал категорический знак рукой майор, – Я как раз стол стал накрывать. Сегодня ужинаем у меня. Соседи как никак. И заодно познакомимся в более соответствующей обстановке.

– Не, знаю, – засомневался Самсамыч, – Мне даже угостить вас нечем. Может я все-таки схожу в магазин?

– У меня все есть, – взглянул на часы на руке майор. – Значит, так. Понимаю, ты с дороги. Пятнадцать минут даю на водные процедуры и жду в гости. Время пошло, – постучал по циферблату майор и вышел.

Приняв душ и переодевшись, Самсамыч постучался и заглянул в комнату майор. Вся обстановка внутри была точно такой же, как и у него, только майор выдвинул на середину комнаты стол, на котором, на подносе лежали перья зеленого лука, огурцы, крупными ломтями нарезанный черный хлеб и стояли две большие консервные банки, одну из которых ножом открывал майор.

– Заходи, заходи, – радостно произнес майор, начиная открывать вторую банку. – Настоящей армейской тушенкой тебя угощу. Такой точно не ел.

Самсамыч с интересом оглядел стены комнаты, увешанные картинками и фотографиями лошадей, -Вы, что коней любите?

–Как их не любить, если это моя профессия, – закончив открывать банки, Груша вставил в них вилки и отвинтив крышку с зеленой армейской фляжки, разлил из нее в стаканы чуть мутноватой жидкости, отчего по комнате сразу пошел сладковато-бражный запах. – Я же на кавалеристском факультете учусь.

– А, что разве еще есть кавалерия, – с недоверием посмотрел на него Самсамыч.

– А как же без нее, – развел руками майор, – Я вот до академии, эскадроном командовал. А закончу, батальон получу, а года через два, глядишь и полк. Ладно, про кавалерию это будет второй тост, – он протянул стакан Самсамычу, – А теперь давай за знакомство. И давай на ты. Зови меня просто, Груша. А к тебе, как лучше обращаться?

– Самсамыч.

Они чокнулись и выпили.

–Давай, давай на тушеночку налегай, – Груша пододвинул поближе банку и еще разлил по стаканам из фляжки.

–Не, не, не. Мне хватит. У меня завтра первый рабочий день, – попытался прикрыть стакан рукой Самсамыч.

–Так, мы же за кавалерию не выпили. «Я ведь обидеться могу», —обиженно произнес Груша.

– Ну, если только за кавалерию, – обреченно согласился Самсамыч.

Они чокнулись и выпили по второй.

– Ты давай, давай тушеночкой ее, тушеночкой. Она быстро нейтрализует алкоголь, – пододвинул ему свою банку майор. – А я тебе, друг Самсамыч, сейчас кое-что покажу.

Груша встал, подошел к шкафу и открыв его, стал что-то доставать с легким звоном: «Только не смотри пока. Я скажу, когда».

– Теперь можно, – радостно объявил он.

Самсамыч оглянулся. Груша стоял с гордым видом, а на ногах у него, прямо на треники были надеты высокие, до блеска начищенные хромовые сапоги с серебристыми шпорами и маленькими, золотистыми колесиками на конце. Майор прошел по комнате. Колесики мелодично зазвенели в такт шагов.

–Это я к выпускному параду, по случаю окончания академии пошил у одного известного сапожника.

Груша вернулся к столу. Отвинтил крышку на фляжке и налил еще по полстакана.

– Третий тост. Обязательный в кавалерии. Еще с гусарских времен: «За бабс!», – Поднял он свой стакан.

– Нет. Я больше не буду. Мне уже много, – отодвинулся назад Самсамыч.

–Ну, что я зря сапоги надел, что ли, – с упреком произнес Груша и взяв стакан Самсамыча, отлил из него немного в свой, – Ну, хотя бы чуть- чуть выпить надо.

Кавалерийские традиции соблюдать, это святое. Или ты меня не уважаешь?

– Уважаю, уважаю, – вздохнув, согласился Самсамыч, беря стакан.

Они выпили. Самсамыч поднялся, чувствуя, что захмелел и неуверенной походкой пошел к двери.

–Ты, куда, -окликнул его майор, – Мы еще за твою медицины не выпили. Был у нас в полку один доктор. Прекрасный кстати ветеринар. Никто его перепить не мог. Кони его очень уважали.

– Груша, я хирург. Я не ветеринар, – обернулся Самсамыч и показал ему свои руки, – У меня руки не должны дрожать. Можно я пойду спать?

–Можно, – с сожалением покивал в ответ Груша, – А все равно, хорошо посидели.

–Хорошо, – согласился Самсамыч и вышел за дверь.

***

В восемь утра, Самсамыч подошел к проходной клиники. В это же самое время, ворота автоматически раздвинулись и через них на территорию проехал черный представительский лимузин, а следом за ним дорогой внедорожник. «Наверное випа привезли», – подумал Самсамыч, прикладывая брелок к считывателю турникета. Но какое же было его удивления, когда, подойдя к хирургическому корпусу, он увидел с десятка два черных, почти одинаковых лимузинов, припаркованных напротив входа, а из внедорожника, который подъехавшего к главному входу, вылез чуть полноватый мужчина, с одутловатым лицом в зеленом кителе, полувоенного образца. Он медленно поднялся по лестнице и оглянувшись на следом идущего Самсамыча, посмотрел на него каким-то тяжелым, бычьим взглядом.

– Здравствуйте, – растерявшись от неожиданности произнес, чуть запнувшись Самсамыч, узнав в смотревшем на него, известного на всю страну телеведущего политических шоу.

Телеведущий взглянул на него и зевнув, отвернулся и прошел через автоматически открывшуюся дверь внутрь. Самсамыч подождал немного и прошел следом. Телеведущий уже стоял у дверей лифта в сопровождении плотного вида санитара в белом халате, из-под которого выглядывали ноги, одетые в синий камуфляж и солдатские берцы. Они вошли в кабину лифта, двери бесшумно закрылись и на информационном окошке над его дверью забегали номера этажей, мимо которых проезжал лифт. На цифре девять, он остановился.

«Странно, а почему на девятом? У випов палаты кажется на четвертом, – подумал Самсамыч, вспомнив вчерашнюю экскурсию профессора Климовича.

Поднявшись на второй этаж, он поздоровался с дежурившим у входа, уже другим капитаном. Тот козырнул в ответ и провел его в конец коридора, открыв дверь с табличкой «Совещательная». Здесь в несколько рядов стояли стулья, на которых сидело человек десять мужчин и женщин в белых медицинских халатах, молча уткнувшись в смартфоны.

– Присаживайтесь на свободное место, – указал рукой на стул капитан. – Профессор сейчас подойдет.

– Здравствуйте, – тихо произнес Самсамыч, присев на край стула.

Народ молча посмотрел на него и покивав головами, снова вернулся к смартфону.

– Ну, что товарищи, быстро проведем летучку и за работу, – вошел в комнату в распахнутом халате профессор. Он присел за стол, стоящий перед рядами стульев, и оглядел выложенные в два ряда одинаковые папки. Взяв одну, он протянул ее в сторону сидящих, – Доктор Иртеньев. Ваш наряд на сегодня.

–Здесь, – привстал со стула бородатый мужчина в очках и подойдя к профессору, забрал папку, – Могу идти в операционную?

– Нет, подождите. – Климович обвел взглядом сидящих и остановившись на Самсамыче. Улыбнувшись ему, он сделал знак рукой, чтобы тот встал.

– Хочу представить вам коллеги, нового члена нашего коллектива, доктора Самсонова. Прошу любить и жаловать. Поприветствуем его.

Народ в зале негромко поаплодировал, и профессор вернулся к раздаче папок-нарядов.

Когда последний из хирургов дневной смены ушел, Климович подозвал к себе Самсамыча и протянул ему папку с надписью крупными буквами САМСОНОВ.

– Троих тебе пока сегодня выбрал. Ознакомься.

Самсамыч открыл папку и прочитал фамилию первого, генерал Пупин. Немного удивившись, он открыл дело второго. Депутан Мильштейн. Третьим был, как раз тот самый телеведущий, встретившийся ему сегодня у входа, Владимир Пометов.

– Я не понял, – вопросительно посмотрел на профессора Самсамыч, – Вы мне, что випов даете? Я с импортными нейростимуляторами совсем мало работал. И кандидатская у меня по отечественным.

– Извини. Не стал тебя вчера в детали нашего госзаказа посвящать. – Профессор встал из-за стола и взяв Самсамыча под локоть подвел его к окну. Внизу, к стоящим на парковке черным лимузинам, выходя из дверей клиники, направлялись солидного вида люди, кто в дорогих костюмах, кто в генеральских мундирах. Водители, вылезали из авто, услужливо открывая перед ними задние двери.

– Они, все эти, которые на машинах сюда приехали, теперь и есть наш основной контингентом.

– Что они-то же наркоманы и алкоголики, – удивленно посмотрел на профессора Самсамыч.

– Вряд ли, – пожал плечами профессор. – Просто они раньше навставляли себе в мозги импортных стимуляторы. А теперь концепция в стране изменилась в сторону импортоземещения. Вот им с самого верха и приказали поменять на наши.

Профессор достал из кармана небольшой пластиковый пакет, в котором лежал нейростимулятор и вытянул руку к окну, чтобы лучше видно было, – Но эти, конечно, уже более современные, чем те, которые ты ставил у себя в райбольницы бомжам и пьяницам.

– А внешне очень похожи, – произнес Самсамыч, разглядывая чип в пакетике.

– Эти трех функциональные. Так мне разработчики объяснили. – Профессор убрал в карман пакетик и протянул руку Самсамычу. – Ну, коллега, а теперь за работу. Поднимайтесь в операционную, там уже ждет ваша бригада.

***

Уже к двум часам, Самсамыч закончил операции, заполнил все формуляры отчетности и сдал их в регистратуру. Все прошло без отклонений. Единственное, хоть и операции проходили под общем наркозом, телеведущий Пометов, все время обзывался нецензовая в бессознательном состоянии Самсамыча и даже раза два плюнул в ассистирующую ему медсестру. В принципе на таком оборудовании, он смог бы еще прооперировать несколько человек до конца смены, но профессор Климович попросил его, поприсутствовать в качестве ассистента наставника у двух молодых врачей, недавно принятых на работу в клинику.

– Прекрасно, прекрасно, – протянул Самсамычу руку Климович, когда он зашел в конце смены в его кабинет, – Вы действительно один из лучших нейрохирургов в этой области. Не зря мне вас рекомендовал профессор Смоленский. Кстати, я с ним сегодня говорил по телефону. Он просил передать, что ждет вас в среду, обсудить материалы вашей диссертации. Так, что по средам теперь у вас будут библиотечный день. Я оформлю это приказом.

После этих слов Самсамыч вышел из клиники окрыленный. Он сначала планировал после работы немного прогуляться по городу и вернуться в общежитие попозже, чтобы снова не попасть на ужин к майору Груше, но теперь решил сразу ехать домой, и поработать с материалами кандидатской, к которым он уже больше двух недель не притрагивался.

Выйдя из метро, он сначала зашел в продуктовый магазин, напротив общаги. Купил батон, докторской колбасы, заварку, сахар и банку растворимого кофе. Сделал недельный запас лапши быстрого приготовления и немного подумав, взял бутылку недорогого красного вина. Пообедал он сегодня в столовой клиники, расположенной в подвальном помещении, поэтому дома специально готовить теперь смысла не было. С утра и на ужин, достаточно было этого набора.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.