# Баллада о Бородинском сражении 1812 года

Орис Орис

Сборник стихов и песен из цикла «Исторические произведения» о событиях одного из важнейших в истории сражений – битве под Бородино, где сошлись две величайшие на тот момент армии – русская под командованием Кутузова и французская под предводительством Наполеона. «Тот, кто пошёл на нас с войной,Останется в земле сыройИ поплатúтся головойЗа боль, разруху, слёзы…»Сборник написан в уникальном для исторических произведений стиле – от лица непосредственных участников событий. Описание их переживаний, мотивов выборов, деталей окружающей обстановки – всё это создает эффект эмоционального вовлечения и позволяет сухим историческим фактам предстать в виде захватывающих живых историй.

## Предисловие


Действия боя раскрываются последовательно шаг за шагом, как будто перед нами оживший холст, представший со всеми действующими лицами. Вот схватка на левом фланге, геройская защита, смертельные раны… Вот конница пошла в наступление под яростным огнём противника… Подробности боя раскрывают всю неприглядную картину происходящего кровавого боя, где перед болью и смертью оказываются все равны. Но жертвовать своей жизнью пришли все по разным причинам.

Мысли и воспоминания о былых победах, побудивших Наполеона напасть на Русь и вселявших уверенность в успех и в этой кампании, уже не столь радужны. Русичи оказались непростым орешком. Схватка под Бородино истрепала армию Наполеона. И русская зима приготовила ему свои сюрпризы, а оставленная Москва была готова стать большой могилой для вчерашнего непобедимого полководца.

Мысли рядового русского солдата накануне битвы о мирной жизни, в которой видится только радушие и дружественность со всеми, говорят о бессмысленности войны. В своих врагах он видит вроде таких же обычных людей, но война разделила всех на врагов.

Мысли рядового французского солдата, тоже мечтающего о процветающей жизни. Но человечность в нем затмила алчность и жажда наживы, даже кровавой ценой. И вроде вот уже впереди Москва, до которой рукой подать. Только один бой. Но почему приходится себя уговаривать?

Молитва Кутузова перед образами о защите земли русской и победе над врагом дополняет образ русского человека, всем сердцем любящего свою Родину и отдающего все свои помыслы ей на служение.

Данная книга является 5-й в цикле книг, написанных Орисом Орис под общим названием «Исторические вехи Доблести и Славы России». Данный цикл был написан автором с целью возродить в сознании молодёжи священную историческую память о завоевании Русью и Россией своей государственности, свободы в борьбе с внешними и внутренними врагами, а также героизме народа в годы тяжёлых испытаний во имя справедливости и светлого, независимого будущего последующих поколений.


Следующие баллады данного сборника звучат в авторском исполнении:

Баллада о Бородинском сражении 1812 года

Баллада о русском солдате, размышляющем накануне Бородинского сражения

Баллада о Кутузове накануне сдачи Москвы французам

Баллада о бое под Бородино, изложенная русским солдатом

## БАЛЛАДА О БОРОДИНСКОМ СРАЖЕНИИ 1812 ГОДА


Пшеничная крупа дымит в железной банке,

А рядом щи кипят в потёртом котелке.

Духмяный аромат несётся над полянкой,

Ползя на левый фланг по Каменке реке…


…Село Бородино на берегу Колочи

Как будто спит в огнях дымящих костерков,

Что жгут себе бойцы во тьме безлунной ночи,

Сдувая едкий дым с копчёных котелков…


Костры горят везде: с Утицкого кургана

«Стекают» вдоль реки в Семёновский Родник,

Где греются полки драгунов и уланов,

Готовя палаши и жала длинных пик…


26 августа. К концу подходит лето.

Но ночи холодны. Семёновский овраг

Покрыл густой туман в преддверии рассвета,

Так что в село легко проникнуть может враг…


Вдали – Москва-река… Чтоб не было к ней бреши,

Где речка Колоча соединилась с ней,

Прикрыли левый фланг три укрепленья – флеши,

А в них – пехотный полк гвардейских егерей…


В Семёновском селе – пять конных эскадронов,

Драгунский, кирасирский, казачьих два полка,

Ещё пехотный полк – четыре батальона,

Готовых взять врага на лезвие штыка…


Французы жгут костры и за Утицким лесом,

И на пять миль вокруг, вдоль речки Колочи…

И, судя по кострам, – с огромным перевесом

Удар в любой момент готовы нанести!..


Никто не спит. Туман два берега окутал.

И будят петухи тех, кто забылись сном…

Внезапно дружный залп из вражьих ста орудий

Накрыл гвардейский полк шрапнелью и огнём…


В пороховом дыму летают ноги, руки…

Казалось, сотни пуль в любом углу найдут!

И разрывали плоть шрапнелевые «мухи»,

Нам показав, что ждёт всех грешников в аду…


Как только залп затих, за дымовой завесой,

Как в поле саранча, правее от реки,

На левый русский фланг из Утицкого леса

На нас, примкнув штыки, шли польские полки…


В селе Бородино, не слыша громких стонов

Всех тех, кто в плоть поймал шрапнель или картечь,

Между горящих изб, служивших нам заслоном,

Мы, егеря, смогли в укрытия залечь…


Свой штуцер, штык, кремень я приготовил к бою,

И обнажил палаш, вбил шомполом заряд…

Всё то, что нужно мне, всегда ношу с собою:

«С чем жил, с тем и умру», – солдаты говорят…


Под барабанный бой, хлебнув вина от страха,

Шеренгами во фланг, шагая в полный рост,

Месье пошли на нас психической атакой,

Чтоб взять Бородино и вытеснить на мост…


Мы встретили врага, в проход загнав их узкий,

Так, что войти в село французы не смогли!

Два егерских полка и гренадёр французских

Шагали на Москву, да только смерть нашли!


Но оттеснив к реке драгунов и уланов,

Заставив отступить казачий эскадрон,

Французы с высоты Утицкого кургана

Багратиона флеш картечным жгли огнём…


Повсюду горы тел, повсюду – крики, стоны…

А рукопашный бой второй уж час подряд

Не может разойтись… Войска Багратиона

Дерутся до конца, не отступив назад…


Топчась по тем, кто пал, скользя в крови по трупам,

Боясь споткнуться, пасть, наткнуться на кинжал,

Я Господа молил, чтоб всех, кто так преступно

Всё это развязал, – Он в Духе возрождал!


Ведь сотни скользких тел валялись подо мною:

И вперемежку все – саксонцы, прусаки

И русские стрелки, что шли неровным строем,

Стреляя по врагу и выставив штыки…


На флешах – смрад и дым, огонь и крики боли,

Убитым нет числа и стон со всех сторон…

И отозвал назад войска Барклай де Толли,

Когда в бою сражён был сам Багратион…


Узнав, что левый фланг наш потрепали круто,

Кутузов срочно к нам направил свой резерв.

Артиллерийский полк и корпус Багговута

Устроили врагу картечный беспредел.


Плевав на горький дым, на громкий свист картечи,

Курган атаковал полк наших гренадёр,

И, потеснив врага, смог сесть ему «на плечи»,

Гоня его к ручью, в смертельный коридор…


Лейб-Гвардии Литовский, Измайловский полки,

Накрыв огнём шрапнели Семёновский овраг,

Из всех трёхсот орудий вдоль Каменки реки

Не дали кирасирам пройти на левый фланг…


Вгрызаются в песок тяжёлые мортиры,

Летит шрапнельный град в французские полки,

И жалобно трещат драгунские мундиры,

Наткнувшись на скаку на русские штыки…


Хоть много раз бойцы дивизии Фриана,

Кавалерийский полк французских кирасир,

Пытались завладеть вершиною кургана,

Но эскадроны жглись под ядрами мортир…


Весь склон и высота завалены телами

Тех, кто сквозь шквал огня пробиться не сумел:

Французские стрелки, поляки с прусаками

Покрыли весь курган горой кровавых тел…


Идёт кровавый бой!.. Все топчатся по трупам,

И каждый штык в тебя вонзиться норовит…

И тошнотворный смрад от липких конских крупов

Смешался со зловонием запёкшейся крови…


И сразу не понять, кто ранен, кто убитый,

Чья голова лежит в крови вся, на песке…

Чья в сапоге нога?.. Чей медальон раскрытый,

Так бережно зажат в оторванной руке?…


И сотни лошадей, повергнутые наземь,

В агонии храпят, повыкатив глаза…

И наравне лежат в кровавой скользкой грязи

Графья и мужики, бароны и князья…


К двенадцати часам кавалерийский корпус

С полками казаков и дерзко, и умно,

На правом берегу устроив дикий хаос,

Топили в Колоче бригаду Орнано.


Построившись в «каре», лейб-гвардия пехоты,

С утра вступивши в бой с бригадой кирасир,

«Железных удальцов» брала на пики слёту,