Ольга Шматова
К черту мамонтов!

Глоссарий

Стилл – стабильная синергетическая группа нового типа, основанная на резонансной синхронизации биологических и ментальных процессов участников. Стилл инициируется из нескольких человек во время проведения Встречи и обладает высоким уровнем ментальной активности, высокой витальностью своих элементов, на порядок превосходящих человеческую.

Элест – человек, ставший элементом стилла в результате специальной Встречи и инициации. Обладает уникальными физическими и интеллектуальными возможностями.

Сингулярность биологическая – процесс разделения человечества на два вида, началась в момент инициации первого стилла.

СС – Союз Стиллов.

НС – «Наша Служба» – коммерческая организация, обслуживающая и защищающая своего стилла.

«Антипальма» – общественное движение, помогающее адаптировать, обучать и развивать людей для жизни в быстро меняющихся условиях, привлекать их к освоению космоса.

Глоферы (от глобал футур) – элесты, антипальмовцы, сотрудники НС.

ЭОЖ – эффективный образ жизни – учение глоферов.

НЭС – новейшая этика социума – входит в теоретическое обоснование и практические тренинги ЭОЖ.

Встреча – это процедура, запускающая механизм создания стилла, основанная на подборе подходящих кандидатов и установлении между ними резонансного взаимодействия.

Наст – наставник, который передает своему оке не только знания и навыки, но и развивает его интуицию, доводя ее до своего уровня. Также с помощью специальных методик наст внедряет у оке все необходимые для работы рефлексы и автоматизмы.

Оке – новый сотрудник «Нашей Службы», проходящий углубленное перепрограммирование под руководством наставника. В результате оке обретает интуицию, автоматизмы и рефлексы, аналогичные реакциям самого наставника.

Гурик – гуманоидный робот.

ЛеДоК – летный доступ космонавта.

Пролог

Канада. Торонто. Отель «Харингтон»

20 июня 2029 года 22:40

На огромном экране во всю стену сверкала поверхность океана. На ней, как ювелирные украшения на синем бархате витрины, раскинулись крошечные острова. Архипелаг начинался с одного края экрана и пропадал за другим. Каждый остров выглядел с высоты детской игрушкой, макетом конструктора.

– Архипелаг, названный Хвост Русалки, – торжественно объявил мужской бас за кадром, – на текущий момент является крупнейшим из когда-либо созданных человеком.

В углу экрана появились цифры с площадью всего архипелага.

– Учитывая ориентировочную стоимость, – рядом с площадью замигала многозначная сумма с пометкой «приблизительно», – и коммерческий потенциал, несложно понять природу возникшего конфликта. Чем бы он ни закончился, у нас новый поворот истории. Вопреки древнему утверждению о том, что земля всегда дорожает, потому что ее больше не делают, теперь ее производят. И сотворил ее стилл тридцать восемь.

Пейзаж с цифрами сменился заставкой «Ожидаем включения».

– И вы уже наверняка слышали суть конфликта. Архипелаг был объявлен юрисдикцией Мальдив, несмотря на то, что ближайший к нему остров находится более чем в двухстах километрах от границы его территориальных вод. В качестве основания было заявлено, что остров Туккайя ближе всех…

Заставка сменилась мешаниной из спин и локтей. Изображение пару раз сильно вздрогнуло, поплыло вниз. На экране мелькнула пара затылков, сменившись панорамой толпы.

– Привет, Андрюха!

– Всем привет! – прохрипел голос, явно принадлежавший оператору. – Тут запретили использование дронов. Власти сказали, что в целях безопасности. Так что извиняюсь за такую картинку, показываю что могу.

– Ну что ж поделать, – в голосе диктора прозвучала досада. – Всё равно мы ждем от тебя самой свежей информации.

Изображение поплыло в направлении края толпы.

– Возвращаясь к нашей истории, – затараторил диктор. – На территориальную претензию к их островам стилл-38 обещал, цитирую дословно: «Подумать над их предложением». И вот сейчас он должен дать ответ. По непроверенным данным он его озвучит одним из своих элестов.

Над толпой беззвучно пронеслась белая обтекаемая машина и зависла в воздухе.

– Спортивный автолёт линии ультра! Какая-то новая модель… Это же штучный экземпляр! Заказной… – уверенно объявил диктор с изрядной ноткой зависти. – Да! Это точно элест тридцать восьмых!.. Андрюха! Ты можешь подобраться туда поближе?

– Стараюсь!

Изображение двинулось к висящему автолёту, дергаясь чаще и сильнее. После особенно сильного вздрагивания через хрип и шум толпы прорвались матюки. Люди в белом оттеснили толпу, образовав некое подобие пятачка. На экране мелькнул кто-то, умудрившийся прорваться. Люди в белом за несколько секунд выловили нарушителя и вернули в общую массу.

Автолёт приземлился. Кабина распахнулась на манер раковины. Внутри, как пестик раскрывшегося бутона, обнаружилась фигура с чуть растрепанной ярко-розовой шевелюрой.

– О! Это же Лили! Сама Лили Ивановская! – завопил диктор.

Фигура только приподнялась на сидении и уже оказалась на ногах, будто перетекла из одного положения в другое.

– Андрюша! Сделай крупнее!

Изображение увеличилось, давая рассмотреть обладательницу розовых волос лет двадцати пяти. Идеально сложенная девушка, гибкая даже на вид, была одета только в туго натянутый на упругую грудь узкий топик и завязанной узлом на бедрах, кусок ткани, переливающейся всеми цветами.

Из толпы потянулось множество рук с блокнотиками и карандашами.

Лиля вплотную подошла к людям в белом, отгородившим ее от плотной толпы.

– Ну конечно! Лилия Ивановская, самая обаятельная из всей четверки.

– Насчет «самой» я бы поспорил, – буркнул оператор.

– Ты, Андрюха, снимай, – посоветовал диктор. – А лучше продвигайся поближе, пока остальные за нас всю работу не сделали.

Изображение на экране задергалось так, что разобрать толком стало невозможно.

– Очень людно, – пояснил диктор. – Работать в таких условиях крайне сложно. Зато мы первые приносим самые необычные новости.

Изображение перестало дергаться. Снова стало видно Лилю и руки с блокнотиками. Среди них торчала тонкая блестящая спица с черными шариком микрофона.

– Андрюха! – завопил диктор. – Уловитель включи!

– Скажите, – прорвался сквозь шум толпы голос владельца микрофона, – что решил стилл-38 в отношении претензий на созданную им территорию?

– В вашем вопросе уже есть ответ, – ослепительно улыбнулась Лиля. – А озвучу я его в первую очередь тем, кому он адресован, – она махнула рукой перед собой и куда-то вверх.

Изображение на экране метнулось административным зданием, торчавшим над головами встречающих.

– Андрюха! Верни на экран Лили! Будь человеком!

Камера снова совершила кульбит. На экране появилось лицо Лили крупным планом. Она продолжала улыбаться. Глаза казались светящимися каким-то неземным светом. Лили повернулась, и в кадре возник маленький голубой бантик, аккуратно завязанный на коротком розовом хвостике.

– Дамы, обратите внимание! Новый тренд. Бантики в волосах снова в моде. И это доступно всем, чего не скажешь о топике из нановолокна и набедренной повязки из… вероятно, одного из новейших материалов. Предположу, что стоимость этой тряпочки можно сравнивать с автолётом.

Оператор наконец-то пробрался в первую линию. Дальше виднелись только охранники в белом и Лиля.

– Андрюха, молодец! Задай вопрос о новом регламенте Встреч!

Вглубь экрана потянулась блестящая спица с черным шариком.

В этот момент откуда-то сбоку выстрелила другая, почти такая же, и чей-то голос затараторил:

– Госпожа Ивановская! Интересует ваше мнение по крайне важному для многих вопросу. Ваше отношение к новому регламенту Встреч от «Союза Стиллов»?

– На мой взгляд, «Союз Стиллов» делает всё, чтобы облегчить образование стиллов. И этим всё сказано, – просияла Лиля новой улыбкой.

– Это был Двигун, – пояснил диктор. – Блогер. Он каждый раз умудряется влезть без очереди и задать вопрос так, что ответ…

Камера поймала лицо Лили крупным планом таким образом, что на краю кадра осталась лишь черная макушка микрофона.

– Поскольку по самым важным вопросам вы уже высказались, то я прошу ответить на очень неожиданный вопрос, – прохрипел Андрюха.

Лиля кивнула.

– У вас довольно короткие волосы. В связи с этим вопрос. Скажите, как у вас на голове держатся бантики?

Лиля засмеялась. Казалось, что одновременно зазвенело множество серебристых колокольчиков.

Коротко стриженный шатен в белом, выделяющийся среди крепких коллег особенно внушительной комплекцией, отодвинул микрофон и сообщил:

– Сейчас элест Ивановская на личные вопросы отвечать не будет. Дайте пройти.

Он протянул руки к зрителям.

На экране промелькнуло несколько лиц и автолёт, картинка остановилась на куске неба над океаном.

– Эх, Андрюха, – вздохнул диктор, – теперь тебя в приличное общество на порог не пустят. Дошутился…

В небе на экране появилась маленькая черная точка.

Камера развернулась, показывая Лили уже на половине дороги к дому правительства.

– Андрюха! Верни предыдущий план! – скомандовал диктор.

На экране снова появилось небо.

– Правее!

Камера подвинулась. В небе, там, где только что была черная точка, быстро рос матово-черный предмет.

– Это дрон! – завопил диктор, будто участники событий могли его слышать.

Андрюха невнятно матюгнулся, тыча здоровяка в белом и показывая на небо.

Тот кинул взгляд в сторону здания правительства и Лили, после одним движением нагнулся, высвобождая что-то снизу брючины и растягивая это между руками. Через пару мгновений, когда дрон стал отчетливо виден, в руках здоровяка сухо хлопнуло.

Дрон будто натолкнулся на столб, дернулся в сторону и стал заваливаться по широкой дуге в направлении океана. На полпути к земле он громко щелкнул, отстрелив облачко дыма и заметную часть себя, после чего один осколок продолжал падать, а другой фрагмент снова устремился к дому правительства.

Камера повернулась туда, куда должен был попасть отделившийся снаряд, – на стоящую на крыльце здания правительства Лили, окруженную белым живым щитом. Двое успели ее уложить и лечь сверху, когда пронзительно коротко свистнуло, переходя в хлопок. Полетели мелкие горящие брызги. Основная часть снаряда шмякнулась о стену здания, развалилась на несколько крупных кусков, тут же свалившихся, оставив только пятно коптящего пламени.

Изображение на экране задергалось под аккомпанемент хриплых возгласов, замельтешило человеческими спинами и затылками, то сливаясь в сплошное месиво, то распадаясь на крупные квадраты.

– Это была атака дрона, – очнулся диктор. – Сейчас мы узнаем подробности. Андрюха!

– Отвали! – прохрипел оператор.

На экране подрагивающей камеры возникла девочка лет десяти. По растерянному лицу текли слёзы, а по неестественно вывернутой ручонке – кровь. Рядом стояло и сидело еще несколько пострадавших.

– Всем осмотреться! – прозвенел голос Лили. – Медиков!

Она внезапно появилась на экране. С царапинами, разбороздившими идеально гладкую кожу, грязным пятном на половину щеки. Лили явно не заботило ни то ни другое. Не обращая внимания ни на камеру, ни на оператора, она присела на корточки перед девочкой, пробежала пальцами по руке. Та вскрикнула. Кровь потекла сильнее.

– Прижми здесь, милая, – попросила девочку Лиля, осторожно кладя два ее маленьких пальчика над кровоточащей раной.

Лиля дернула узел на бедре. Ткань заструилась, обнажая…

20 июня 2029 года 22:53

Наташа отвернулась от экрана, куснула губу, повернула на руке массивный золотой браслет, ткнула в кнопку быстрого вызова, спрятанную под большим изумрудом.

В воздухе загудел зуммер.

– Наталья, как дела? – спросил бесплотный голос ИИ.

– Вася, как Лиля? Я видела у нее кровь. Она ранена?

– Нет, Наталья. Она не пострадала. Если не считать испорченного настроения. Напоминаю, она будет тебя ждать вечером.

– Вася, у меня скоро Встреча. И я думаю, что в этот раз всё получится. Предчувствие у меня… А ладно, ты всё равно не поймешь.

– Ты права, Наталья. Такие, как я, лишены подобного. Позволь пожелать тебе успеха.

В воздухе щелкнуло. Контакт прервался.

На душе стало легче. Наташа посмотрела в пол.

Деревянный.

Аккуратно подогнанные доски без затей и изысков. Такие же стены и даже потолок. Весь номер – большой деревянный ящик. Два ящика – гостиная и спальня через дверь.

Местный люкс.

В чём заключалась люксовость, Наташа не понимала. Видали избы и побогаче. Но денег содрали как за самый настоящий премиум. А всей премиальности – то ли витрина с какой-то посудой… кстати, запертая… то ли этот самый огромный экран.

Трансляция уже закончилась. Блогер – он же диктор, он же лидер команды журналистов – пустил запись с финала конкурса «Назови остров».

На экране появилась сама Наташа. Пышная от ярко-рыжей шевелюры до… просто пышная. Может, для кого-то чересчур.

Ну и наплевать!

В ее возрасте женщина и не должна выглядеть тощей девочкой. Впрочем…

Рядом с ней Лиля, ее подруга – девушка с неизменно ярко-розовыми волосами, на лице улыбка, глаза светятся. Фигура – будто скульптор лепил.

«А ведь ровесница, – сокрушалась Наташа. – В один класс ходили. Выглядит как девчонка. И не только выглядит… Только вздыхать и завидовать…»

Наташа вздохнула.

«И возможности любые. Стилл не только острова создает, у него космические корабли и недвижимость на других планетах. Хорошо быть элементом стилла. Элестом… Только вот не всем везет. Кто-то на первой же Встрече в стилл попадает, а кто-то и за шестьсот Встреч никак…»

Наташа снова вздохнула.

Ладно.

В эту Встречу всё должно, наконец, получиться. Не зря с самого утра торчит занозой какое-то беспокойство. И она тоже наконец-то станет элестом. А не только подругой элеста.

По запястью постучал крошечный молоточек.

Она глянула на руку. На браслете – коммуникаторе, не пластиковой ерунде, которую можно увидеть на любых руках, а сделанном на заказ из золота и камней, вспыхивал пунцово-красный рубин.

Экстренно?

Наташа вывела сообщение на экранчик, пробежала по нему глазами. Мотнула головой. Прочитала еще раз.

– Не-не-не… Херня какая-то. Это кто-то напутал, – пробормотала она под нос.

Пройдя от двери до окна и обратно, она сильно закусила губу, несколько раз с силой втянула воздух носом.

Помогло.

Слёзы и паника отступили.

«Хорош бегать! – мысленно приказала она себе. – Звонить надо».

Несколько раз промахнувшись, она ткнула в нужный контакт.

На другом конце зазвучал механический голос:

– Наталья, Лиля сейчас занята.

– Васька! Я всё понимаю! Но у меня беда! Дай мне ее! Срочно! Срочно! Понял?

– Да, Наталья, – механический голос сменился тоном английского дворецкого, – я понял. Одну минуту.

Заиграла умиротворяюще снотворная музыка.

«Издевается? – злилась Наташа. – Или это он меня успокоить хочет? Хрен ему. Я не успокоюсь. Я…»

– Привет, Наташка! – прозвучал бодрый голос подруги.

– Лиля! У меня фигня случилась! Мне сейчас сообщение прислали… – Наташа старалась говорить как можно ровнее, но вместе со словами хлынули и эмоции. – Короче, какие-то козлы напутали! Надо это распутать. Я тебя умоляю. Скоро Встреча!

– Погоди… – на другом конце что-то прошуршало. – Давай быстренько и по существу.

– По существу? Мне сейчас пришло сообщение, что сегодня меня не пустят на Встречу! За что? Я ничего не сделала! Какой-то искин напорол, а я…

– Ясненько, – прощебетала Лиля. – А еще что написали?

– На год! Ни за что! Ты элест. Дай им пинка, и они исправят. Ты же всё можешь…

– Ну всё – не всё… Подожди. Сейчас попробую разобраться.

Снова заиграла сонная музыка.

– Наташ, – прервал музыкальную паузу голос Лили, – ты там?

– Ну?

– Значит вот что, подруга. Ты только не переживай. Я связалась с «Союзом»…

– Ошибку исправили? Мне еще сообщение не пришло.

– Нет, Наташ. Ошибки нет. У тебя действительно мораторий на Встречи.

– Что?!

– Мораторий. На Встречи. Сроком на год.

– Какого? Я ничего не сделала! За что?

– Не «за что», а для чего. Мне сообщили, что при твоем количестве безрезультатных участий необходим перерыв, после чего твои шансы на застилливание должны резко увеличиться. Так что – это не наказание, а забота о тебе же.

– Чего?! Забота? А что при мне результативность Встречи повышается? Это ничего не значит?

– Забота о тебе лично. Не переживай. Годик передохнешь, поучишься, увеличишь шансы…

– Ты, как сейчас помню, очень много училась, – съязвила Наташа. – Прям с утра до ночи. Ага. Меня будто там не было. Пришла и на первой же Встрече – бах! – в элесты! А у меня, значит, форма не та!

– Мне просто повезло.

– А мне нет? Шестьсот Встреч! С лишним!

– Слушай, скоро будет тренинг основательницы. Я тебе билет подарю. Сразу рисовать начнешь. Об этом мечтают миллионы…

Наташу захлестнула горячая волна негодования, в ушах зашумело.

Год!

Под ногу подвернулся стул, тут же отправленный пинком в дальний угол. Следующей под руку подвернулась подушка, а потом попало еще что-то. Что было дальше, Наташа помнила плохо. Предметы, способные лететь от пинка, летели. Тяжелым и большим – доставалось всем, подвернувшимся под горячую руку.

Когда силы иссякли, она обнаружила себя посреди номера с похудевшей подушкой в руке. Жар затапливал от пяток до макушки и стремительно сменялся ознобом. Ноги подкосились. Она опустилась на пол.

В воздухе висели белые перышки, медленно кружились, напоминая большие продолговатые снежинки. Повсюду и на самой Наташе они топорщились снежными горками. Стулья валялись в противоположных углах. По экрану пробежала трещина. Досталось и витрине, спасшей посуду от превращения в черепки.

Наташа посмотрела вверх, и пара перышек мягко опустилась ей на лицо.

«Чудо в перьях, а не элест», – мысленно фыркнула она.

В носу засвербело. От чиха брызнули слёзы и полились горько-солеными ручьями, размывая косметику и пачкая блузу.

Четыре года не отвлекаясь ни на что. Больше шестисот попыток. Теперь еще год. Без единой попытки. Выброшенный из жизни год, за который может многое измениться.

И как?..

Желающих с каждым разом всё больше. «Союз» может внести какие-то регламенты. И тогда что?

Оставаться чудом в перьях?

Из-за плинтуса выкатился робот-пылесос, поглощая мелкий мусор. Пошарил по углам, выполз на середину и замер, уткнувшись в ногу.

– Чего тебе? Перышек хочешь?

Наташа собрала с себя всё, что попалось под руку, высыпала перед роботом. Через мгновение перья исчезли.

– Всё. Больше нету. Кончились у меня перышки.

Робот стоял на месте, едва крутя корпусом.

– Не-е-т-у-у, – нараспев сказала Наташа. – Зря ждешь.

«И я тоже зря жду, – размышляла она. – Ничем не умнее, не лучше. Нечего ждать. Надо что-то делать».

В голове Наташи крутились обрывки давнишних разговоров, случавшихся на Встречах и складывающихся в непривычную картину.

Она выудила из сумки планшет и заскользила пальцами по экрану.

Инициация – это случайность.

Стиллы могут говорить что угодно, но она это знает точно. Насмотрелась достаточно. Конечно, «Союзу» хочется контролировать появление каждого нового стилла. И если кто-то решил покуситься на его монополию, то плохо ему будет.

Но ведь покушаются…

Наташе вспомнился улыбчивый парень со Встречи, проходившей, кажется, в Стамбуле. Встреча оказалась холостой, стилл не образовался. А тот парень, как бы вскользь заметил, что возможны другие варианты.

Наташа водила пальцем по закладкам. Она тогда не ответила бы, зачем вообще что-то сохранила. Тогда она чувствовала себя исключительной. Теперь…

Теперь нужно найти и вспомнить.

Популярный сайт – «Барахолка», где каждую секунду продают и покупают всякую белиберду с кучей рекламы на морде, из-за которой загрузка кажется вечностью. Поиск, в объявлении ссылка и… выход на простую плоскую страницу, спрятанную в недрах чужого сервера.

Пароль смешной. Только поэтому запомнился.

Страница развернулась в плоский старомодный форум.

Наташа заскользила по темам, выбирая самую свежую.

РиТа: «У меня мораторий на шесть месяцев почти закончился. Жду приглашения!»

Б.К.: «А мне приглашение так и не пришло, хотя мораторий закончился одиннадцать дней назад».

Старый пес: «А у меня мораторий на год был! Я на пять Встреч после этого сходил, и мне еще на полгода моратория влепили!»

Люборам: «У меня знакомый рассказывал, что если моратории начались, то это навсегда. Может, на нелегалку записаться?»

РиТа: «Я бы не рискнула».

Старый пес: «Я бы поучаствовал в нелегальной встрече, но мне это не по карману. Там конский ценник».

Б.К.: «Пойду в “Антипальму”. Им чаще приглашения достаются. Говорят, в пять раз чаще, чем нам, незарегистрированным!»

Мурокоша: «”Антипальма” для секс-маньяков. Людям на глаза потом не покажешься. Тыкать будут пальцем и хихикать».

Б.К.: «Посылать нужно таких людей подальше! Да ты со старыми приятелями и не встретишься после обучения в “Антипальме”. Если не застиллишься, улетишь в космос колонистом или исследователем».

Пострелка: «А вы не помните такого ЛЕОпольда? Он в марте ко всем здесь приставал со своими страданиями. Потом заикнулся о нелегалке и исчез».

Люборам: «Значит застиллился! Повезло».

Старый пес: «Говорят, на нелегальных Встречах процент образования стилла выше на порядок».

Мурокоша: «Врут! Такого быть не может!»

Пострелка: «А я думаю, что может. Нам организаторы не всё рассказывают. Наверное, они специальные стиллы подготавливают к инициации. Мне тут из академии человечек один шепнул, что на Встречах сейчас инициируют только крупных стиллов. Элестов на пятнадцать и больше».

Старый пес: «Это понятно. Чем больше элементов в стилле, тем он мощнее. А мы, видно, потенциальные элесты малочисленных стиллов».

Мурокоша: «Да. И поэтому они с нами не возятся. Отвергают».

Это всё было, конечно, только предположениями, но резонными. Мало ли какие задачи решает «Союз»? И какая-то Наташка, как и те бедолаги, с их страданиями, прячущиеся на форуме, ему совсем не интересны. Значит, заботиться о себе нужно самой. Не санкционировано «Союзом?» Что ж. Сразу вряд ли по голове дадут, если только организаторам, но это не ее печаль. А победителей не судят.

Ценник конский?

Как предприниматель она знала, что цена – понятие относительное.

Червячок сомнения ворочался и покусывал где-то на периферии сознания. Ощущение, что что-то не так, было, но настолько вялое, что Наташа мысленно отмахнулась и от него, и от червячка.

«Пока долго думаешь, пролетаешь мимо кассы», – прикинула она, тыкая в яркий баннер внизу форума.

Квадратик с надписью «Вы платите – мы помогаем» сменился змеёй, обвивающей яблоко. Змея подмигнула, и баннер развернулся во всплывающее окошко с заполняемой формой…

Глава 1

Москва. Офисный центр «Шаболовка»

21 июня 2029 года 08:10

Старый офисный центр на время ремонта лишился арендаторов. Поэтому, когда на пороге управляющей компании появились люди в дорогих костюмах с предложением снять всё, директор посчитал, что они – психи, и что ему страшно повезло. Юрист попыталась что-то возразить и на что-то указать, но он просто отмахнулся.

Своя охрана – да пожалуйста.

Смешанный режим эксплуатации – непонятно, но какая разница?

Через пару дней на фасаде здания появилась табличка с надписью «Инвестиционный фонд РИК». На входе появился настоящий КПП, а внутрь внесли, втянули и втащили массу оборудования, видимо, остро необходимого для работы с финансами.

Фонд заработал.

Глядя со стороны, можно решить, что финансисты работают круглосуточно, без отгулов и выходных. Сутки напролет входили и выходили люди, подъезжали и отъезжали машины, из окон через тонкие щели между поляризующей пленкой и стеклом просачивался свет. Но если каким-то образом миновать угрюмую охрану на входе, то внутри можно увидеть, что на первых трех этажах за мониторами сидят клерки, такие же что-то жуют в столовой. Некоторые спят в отдельных предназначенных для сна капсулах.

Да, фонд заботился о своих сотрудниках.

На четвертый этаж любопытным не попасть, так как надо пробираться по заляпанной раствором лестнице мимо недокрашенных стен, сквозь проходы, завешенные кусками грязного полиэтилена, за которыми, к удивлению, можно нарваться на гуриков с навесным оборудованием недвусмысленного назначения. И, прежде чем те выпроводят незваного гостя, легко увидеть странную вывеску: «Не беспокоить. Заседание клуба анонимных алкоголиков». Впрочем каждый, кто знаком с миром финансов и работой в нём, не счел бы ее странной.

А вот человек, уверенно шагавший по коридору четвертого этажа, явно не был просто любопытным. Глядя на трехдневную щетину на лице, изрядно потертую джинсу и растоптанные кроссовки, посчитать его служащим фонда мог бы лишь человек с незаурядной фантазией, что не мешало посетителю чувствовать себя как дома.

Остановившись напротив гурика, он дождался, пока тот просканирует на наличие электронных устройств, и скользнул за дверь, где, согласно вывеске, шло заседание людей, страдающих от чрезмерной любви к крепким напиткам.

Сумрачный зал освещался только экраном. Присутствующие смотрели на него, синхронно следя глазами за происходящим, одновременно моргали, вздыхали и ерзали на жестких стульях. На вошедшего внимания никто не обратил. Он занял свободное место, уставился на экран, где карту, покрытую кружочками постоянно меняющихся диаграмм, сменило изображение полноватой дамы с пышной огненной шевелюрой.

– Есть кандидат, – объявил сухой ровный голос. – Наталья Рогожина. Подруга Лилии Ивановской, элеста стилла-38.

Присутствующие вздохнули. Голоса зазвучали разом, сливаясь в один:

– Почему она?

– «Союз» объявил ей годовой мораторий на Встречи. Она оплатила участие в нелегальной Встрече на Мальдивах. Кроме этого, Лилия крайне деликатно относится к Наталье. Она не привлекает ее к движению глоферов, ждет естественного развития.

– Кандидата утверждаю, – объявил голос, слитый из многих.

Глава 2

Мальдивы. Архипелаг Хвост Русалки

Остров 68 – Семапрохилодус

3 июля 2029 года 7:40

Солнце давно поднялось над океаном, а завтрак всё никак не начинался. Гуманоидные роботы – гурики, сновали в тени виллы у бассейна, накрывая на стол. Они расставляли блюда, накрытые крышками, из-под которых прорывались ароматы жареного бекона, колбасы и свежей выпечки, смешиваясь с запахом моря.

Наташа сглотнула, борясь с искушением приподнять прозрачную крышку и стащить кусочек колбаски.

«Договаривались завтракать вместе с Лилей», – вспомнила Наташа со вздохом.

По ее ощущению, ожидание сильно затягивалось. Она посмотрела туда, где отмель обрывалась в пучину океана, и увидела специально оборудованную трамплином антиграв-платформу, висящую высоко над водой.

На платформе, похожей и на ковер-самолет, и на бетонную плиту, разминалась женская фигурка. Она застыла на мгновение и шагнула на трамплин. Несколько раз качнулась, подпрыгнула, с силой ударив ногами пружинистую доску, и свечкой взвилась в воздух. В верхней точке полета она замерла на миг, собралась в комок и, перевернувшись несколько раз, подобием иглы воткнулась в воду, выбив из нее маленький белый фонтанчик.

«Эх, Лиля, – снова вздохнула Наташа. – Подруга… Следующий этап эволюции человека. Блин! Вернее, элест».

Платформа опустилась к самой поверхности, подбирая ныряльщицу, и снова поднялась в воздух.

«Лиля-Лиля, когда ты напрыгаешься? Есть хочется. Тут не все, как ты, продвинутые. Некоторые – обычные люди. Голодные. И, похоже, долго еще будут обычными и голодными», – рассуждала Наташа.

За спиной звякнуло, и она обернулась. Рядом с блюдами гурик расставлял тарелки и приборы. Двери виллы широко распахнулись, пропуская второго гурика с огромным подносом в манипуляторах. Робот обошел Наташу и водрузил посреди стола запотевший с холода кувшин воды и огромную прозрачную вазу с фруктами и ягодами, выложенными на поблескивающем острыми краешками колотом льду.

Одна льдинка размером с орех съехала с блюда и, докатившись до хрустального бокала, со звоном остановилась. Гурик подцепил льдинку чайной ложечкой и бросил обратно в кучу льда. Не успел он опустить ложку на стол, как льдинка скатилась вновь и доехала до корзинки с плюшками. Гурик подобрал и водрузил ее на самый верх ледовой кучи.

Колотый лёд дрогнул, и несколько кусочков высыпались на скатерть, разъезжаясь по всему столу. Робот протянул ложку к ближайшей льдинке.

Наташа, опередив его, собрала весь лёд со скатерти в ладонь и выкинула в цветущие розовой пеной кусты.

Гурик постоял неподвижно несколько секунд, сорвал ромашку из букета, украшавшего стол, и молча протянул Наташе.

«Приятно, однако, – умилилась Наташа, сунув ромашку под нос. – Ну почему на Лилином курорте прислуживают только роботы? Настоящий живой дворецкий намного престижней. И интереснее! Только не говорите мне, что Лиле на этот праздник денег не хватает».

Наташе вспомнился родной Лещанск, заросли ромашки на пустырях и, улыбнувшись, она направилась к бассейну. Пройдя вдоль террасы, она обошла группу гуриков, стоявших вдоль стены в ожидании приказаний. В просвете между кустами и стволами пальм было видно, что Лиля всё еще прыгает.

Мимоходом Наташа погладила шершавый ствол пальмы, перепрыгнула лужицу от криво установленной поливочной системы, утрамбовала не так лежавший камешек и остановилась у бассейна.

В воде отражалась пышная женщина в пыльно-розовом купальнике с густыми рыжими волосами до плеч.

«Классное место, отличная погода, – мысленно сказала Наташа отражавшейся в воде женщине. – Завтрак скоро. На столе всё самое вкусное, любимое. Чего тебе не хватает? В Москву хочется?»

В Москву не хотелось.

Там сейчас тоже лето и тепло, но почему-то вспомнилась холодная весна двадцать пятого года. Наташа так и не решила, поменяла бы она что-то в тот день, когда получила первое приглашение на Встречу, или оставила всё как есть.

«Я первой рискнула сходить на Встречу и Лилю туда привела, а могла бы и не приводить. Мне же пришлось ее большой дубиной туда загонять. И теперь она уже больше четырех лет элест – элемент стилла, а я нет! Как была простым человеком, так и осталась минимум на год, – расстроилась Наташа. Хотя это мы еще посмотрим! Это я не побоялась участвовать в экспериментальной программе и выпросила у профессора первый пригласительный для себя. Как ее тогда называли, эту программу? “Формирование коллектива новой формации”! Это сейчас на Встречу для формирования этого самого коллектива стиллов все ломятся. Тогда, помню, денег за участие давали, а бонусом еще и кормили на халяву, потому что стиллы – это было страшно и необычно. Какие ужасные слухи тогда бродили! Как сейчас помню, меня групповухой пугали!»

Глава 3

Москва

26 марта 2025 года 9:40

Московский март четыре года назад был мокрым и холодным, будто кто-то, вершивший погоду, добавил к февральскому холоду чуток влажности и решил, что этого хватит. Небо окутывало неразрывное покрывало серых туч, постоянно ронявших мокрую крупу, которая превращалась в грязное холодное месиво вперемешку с тем, что люди налили и насыпали поверх осадков.

Незамерзающие лужи, перенасыщенные реагентами, охотились за обувью пешеходов, колесами автомобилей и лапами собак, разъедая их и покрывая язвами.

Люди матерились, собаки скулили, дворники молча добавляли реагентов.

Так зима начиналась и так продолжалась, несмотря на то, что по календарю вот-вот должен был начаться второй весенний месяц.

К концу марта температура воздуха стала повышаться, но влажность с лихвой компенсировала это незначительное потепление. Стужу заменил промозглый ветер, который забирался под одежду и заставлял дрожать и сморкаться не хуже февральского мороза.

Особенно трудно стало пассажирам, зябнущим на остановках и завистливо поглядывающим на автомобилистов в пробках. Наземный транспорт работал не очень, поэтому, чтобы к риску заболеть не добавился еще и риск опоздать, выходить из дома приходилось намного раньше обычного. В результате шансы оказаться на месте до требуемого срока и маяться от безделья возрастали.

Как в этот раз случилось у Наташи.

Когда она добралась до университета, у нее оставалось изрядно времени на то, чтобы с пыхтением втянуть на второй этаж тяжеленную сумку, пристроиться в уже прикормленном закутке и взгромоздиться на подоконник.

В оставшееся время Наташа приготовилась развлекаться прослушиванием лекции, устроилась поудобнее и прислушалась. Из открытой двери аудитории доносился голос лектора, монотонный, как у циркового гипнотизера. Содержание лекции было малопонятным. Кроме предлогов и числительных, смысл слов ускользал.

«Ладно, – расстроилась Наташа. – В этот раз что-то скучное. Не свезло».

В прошлый раз лектор рассказывал увлекательную историю то ли про Пушкина, то ли Тургенева. Наташа их путала, с трудом вспоминала, кто утопил бедную собачку, и почему ему за это поставили памятник. Но лекция звучала как детектив. Наташа даже огорчилась, когда она закончилась, и рассчитывала на продолжение.

Вместо этого нужно было поскучать еще минут двадцать, чтобы в начале перемены раздать проголодавшимся студентам теплые пирожки и бульон. Взять с них оплату, отсчитать сдачу и ничего не перепутать.

Наташа прикрыла глаза и задумалась.

Вечерами, подсчитывая выручку, она то радовалась, когда сумма оказывалась больше ожидаемой, то расстраивалась, что в этот раз немного меньше. Конечно, люди продвинутые, способные оплатить заказ заранее, снижали головную боль «несчастной торговки частной», но их было отчаянно мало. В основном все норовили трясти наличкой. Мало того. Хоть она и просила платить без сдачи, то и дело образовывались умники с крупными купюрами.

В принципе, дела в общественном питании развивались не так уж плохо. Наташа постоянно отправляла в Лещанск приличную сумму матери и сыну. А еще хватало денег ездить с Лилей домой не дважды в год, как до открытия этого микробизнеса, а каждый месяц на два-три дня.

Желающих купить пирожки и бульон становилось всё больше. Излишек, прихваченный на всякий случай, расходился стабильно. Кроме того, еще и не на всех хватало, что стимулировало оформлять заказ заранее. Можно делать больше, но… Силы Наташи на исходе. Еще немного и придется или заказы ограничивать, или цены поднимать. Или… Придется нанимать работников-надомников.

А как качество проверять?

«Воровать же будут. Что, я людей, что ли, не знаю? Что же, каждый пирожок надкусывать и проверять, сколько туда мяса не доложили?» – Размышления о трудностях развития предпринимательства прервал мужской бас. Он возник где-то в глубине коридора и быстро приближался.

– Маргарита Искандеровна, – нудил бас, – нам катастрофически не хватает женщин. Ну что вам стоит?

В голосе звучала странная смесь заискивания и возмущения. Кому-то для чего-то не хватало женщин.

Катастрофически.

Наташа уже не слушала непонятную лекцию и полностью переключилась на приближающийся голос. Она открыла глаза и спрыгнула с подоконника в тот момент, когда мимо пронесся солидный мужчина.

Аккуратная седая бородка в сочетании с хорошим, на взгляд Наташи, пиджаком и нелепым галстуком. Всё настолько соответствовало образу профессора, укоренённому в ее голове многочисленными фильмами, что она ни на мгновение не усомнилась, что это он.

Профессор стремительно убегал в глубину коридоров, продолжая уговаривать собеседницу:

– Вы же знаете, стиллы формируются из мужчин и женщин в равных пропорциях. А десятка – это скорее исключение, чем правило. Напомню. Женщин приходит на Встречи в три раза меньше, чем мужчин. И мы еще удивляемся отсутствию результатов! Приводите всех своих студенток завтра на стадион.

Наташа двинулась следом.

Невидимая Маргарита Искандеровна, видимо, ответила профессору нечто крайне неприятное, отчего он внезапно остановился и рявкнул в трубку:

– Так соврите им! Зачет пообещайте. Ну, я не знаю… Бесплатно раздавайте модные трусы. Выкручивайтесь как хотите. С вас к завтрашней Встрече тридцать особей женского пола.

Он оторвал трубку от уха и, утирая со лба пот одной рукой, другой принялся шарить по экрану смартфона.

Из подслушанного разговора в голове Наташи занозой застряло слово «Встречи». Про них она уже что-то слышала. Не очень четко. Но как про что-то новое, перспективное, и куда, что называется, хрен попадешь.

И вот пожалуйста, мимо бежит человек, которому до зарезу на Встрече нужны женщины. И это как раз про нее. Да и сам человек… то есть мужчина, явно интеллигентный, образованный, не лишенный привлекательности.

Наташины ладошки моментально вспотели, а сердце застучало часто-часто. Она еще что-то додумывала, а ноги уже сами принесли ее к профессору. Тот, поглощенный поиском чего-то в смартфоне, ничего не замечал и никого не видел.

Наташа сделала милое лицо и подошла к профессору поближе. По-прежнему ковыряясь в меню, профессор то ли ничего и никого не видел, то ли не желал видеть. Попереминавшись с ноги на ногу, она заподозрила, что просто так внимания не добьется, и в бой вступила тяжелая артиллерия.

Она развязала шарф и расстегнула теплую кофту так, чтобы на обозрении оказался глубокий вырез футболки, подошла к профессору вплотную, чтобы тот сразу увидел ее декольте, и с чувственной хрипотцой спросила:

– А у вас лишнего билетика не найдется?

Профессор, на миг оторвавшись от смартфона, окинул ее взглядом и буркнул:

– Иванов в триста седьмом.

Наташа мысленно ухмыльнулась: «Понятно, почему с женщинами у них проблема. Вот стою я перед этим олухом, а он меня в упор не видит. Путает со студенткой. Это весьма мило с его стороны, конечно. Интересно, а его студентки не женщины, что ли? Что бы такого спросить, чтобы зацепило?»

В голову ничего не приходило. Школьные учителя, по Наташиным воспоминаниям, обожали, когда ученики повторяли за ними.

Ладно. Отчего не попробовать?

– Стиллы формируются из мужчин и женщин в равных пропорциях? – спросила она, изображая живейшую заинтересованность.

Профессор уставился на Наташу, как на говорящую статую, через пару секунд медленно проговорил:

– Да. Это последние данные. А у вас есть сомнения?

– Хочу попасть на Встречу и всё увидеть своими глазами, – выпалила Наташа. – Очень хочу участвовать!

– Отлично! – воскликнул он, оглядываясь вокруг. – И много вас таких, желающих?

«Блин! Они туда пускают только группами? Ну и где я эту группу возьму? Надо что-то соврать».

– Я буду одна. Так сказать, разведчиком. Если понравится, приведу столько женщин, сколько вам нужно.

– О! – глаза профессора округлились. – Дорогая, я жду этих слов уже два месяца. Будущее вас не забудет! Как вас зовут?

– Наталья.

Она подала руку. Профессор взял ее и аккуратно поцеловал.

– Очень приятно, Наталья! Меня зовут Фёдор Николаевич. Я директор курсов прекураторов. Вот карточка с адресом ресурса для регистрации и кодом активации на обратной стороне. Жду вас завтра на стадионе. Уверен, вам понравится. Увидите, как будущее вылупится на ваших глазах. Это потрясающее зрелище! А если повезет, сами им станете…

Глава 4

Мальдивы. Семапрохилодус

3 июля 2029 года 7:45

Налетел ветер, взбудоражив воду бассейна. Наташа собрала растрепанные волосы в пучок. Она критически посмотрела на отражение в воде. Лишние килограммы замыливали контур идеальной женской фигуры с крутыми бедрами и выдающейся грудью. Наташе пришлось купить особый купальник, подтягивающий отвисший животик так, что эти килограммы превратились только в намек. Оттенок купальника она подбирала под цвет волос. Удачно на ее взгляд.

В общем, всё смотрелось очень даже неплохо. Будь она мужчиной, ей бы точно понравилось. Лицо… Вода – не зеркало.

Чёрт, лица не разобрать.

Но Наташа была уверена, что с ним всё в порядке. Специально купила косметику для влажного климата. Значит, потекшая тушь и расплывшаяся на пол-лица помада ей не грозили. Может быть, стоило рассмотреть повнимательнее, но вода колыхалась, а за отражением происходило какое-то движение. На дне виднелось копошение чего-то серого и неоново-розового.

Наташа подошла как можно ближе и пригляделась. С удивлением она узнала в розовом скакалку, привезенную из Москвы. Та петлями плавала вокруг робота-чистильщика, который зацепился за нее клешней, а теперь пытался освободиться от нежданного приобретения.

«Бедная железяка! – подумала Наташа. – Вот так плаваешь себе в бассейне, скребешь бортики, а потом бах! – и влип. И помочь-то некому».

Первым желанием было позвать других роботов и приказать им вытащить собрата. Но Лиля перевела управление на язык жестов, по ее словам, чтобы создать Наташе стимул его учить. Теперь ни позвать роботов, ни тем более приказать им что-то она не могла.

«Ну и ладно! Сама справлюсь. Во-первых, покажу, как мне этот язык нужен. Во-вторых, из-за моих мытарств кому-то будет стыдно за самодурство», – решила она.

Только вот лезть в холодную воду отчаянно не хотелось. А мысль о мокром, липнущем к телу купальнике не радовала.

Б-р-р-р!

С другой стороны, зачем вообще лезть? До робота и скакалки можно достать и чем-нибудь длинным.

Наташа осмотрелась. Бассейн окружал аккуратный садик, стилизованный под старые тропики. Неровные пятна газончиков, замшелые камни с торчащими между ними пучками травы, пальмы, возвышающиеся над крышей виллы, стены которой казались невидимыми. Вместо них были океан, пляж, деревья, изредка прерываемые колоннами, чтобы избежать конфуза и столкновения с невидимой преградой. Сверху всего этого, будто нарисованная, висела крыша. Еще одним намеком на здание была большая двустворчатая дверь.

Ничего похожего на какую-нибудь жердину, длинный обрезок трубы или подобный строительный мусор не было и в помине. Похоже, в план дизайнеров курорта класса суперлюкс не входили украшения в виде свободно валяющихся предметов.

«Придется всё же лезть в воду», – прикинула Наташа.

Чтобы потом не пришлось завтракать в мокром, она сняла купальник и бросила на бортик.

Глава 5

Мальдивы. В прибрежной зоне Семапрохилодуса

3 июля 2029 года 7:50

В пятидесяти метрах от подводной части острова, в толще воды неподвижно замер белоснежный туристический автобус без признаков повреждений или аварий, способных забросить его в океан.

Лучи солнца, пробивающиеся сквозь бирюзовую толщу, посверкивали на гладких, будто облизанных, бортах с угольно-черными прямоугольниками тонированных окон, скользили по окатанным граням, вспыхивая яркими искорками на многочисленной оптике. Опытный глаз нашел бы там не только фары для освещения дороги, но и свет для подводных работ, множество габаритных огней и даже сверхмощные прожектора. Но в тот момент единственным светящимся предметом на автобусе была надпись «Мебель» на одном из бортов с постоянно гаснущей буквой М.

Человека на водительском месте – коротко стриженного качка лет за тридцать в белом комбинезоне – судя по его виду, совершенно не беспокоили ни вода вокруг автобуса, ни резвящиеся вокруг рыбки. Он сосредоточенно смотрел на экран с расхаживающей вдоль бассейна Наташей. В какой-то момент она остановилась, и человек за экраном потер подбородок.

– Вижу, объект активизировался, – кинул он через плечо. – Это не к добру. Надо приблизиться. Вася, причаль к ближайшему шлюзу.

Из глубины салона к водительскому месту подошел остальной экипаж «автобуса»: трое в таких же белых комбинезонах. Худощавая женщина с короткой стрижкой – блондинка с именем «Карина» на нашивке наставника, невысокий невыразительный щуплый парень лет двадцати пяти с нашивкой оке «Лёша». Третья – девушка, почти девочка, с огромными карими глазами и высоко поднятыми бровями на идеально-кукольном личике. На первый взгляд создавалось впечатление, что она застыла в вечном изумлении. Но заглянувший в огромные глаза девушки с нашивкой оке «Аня», обнаружил бы там не детское изумление, а пляшущих чёртиков.

«Автобус» развернулся к острову. Разогнавшись, поднял с отмели мелкие бурунчики песка, растолкав и распугав всю попавшуюся по дороге подводную живность. Неровности дна слились в сплошное мельтешение, а расстояние между дном и поверхностью быстро сокращалось.

– Влад, – подал голос Лёша. – А почему подводный шлюз? Это же УТка – универсальное транспортное средство. Мы можем в небо и сразу…

– К-хм… – качок на мгновение обернулся, кивнул блондинке.

– Лёша, – Карина легонько потрепала его по плечу, – «Служба» работает незаметно. Машину над головой сложно не заметить.

Парень умудрился одновременно кивнуть и пожать плечами. Аня скривила идеальные губки в подобие усмешки.

– Поймешь скоро, – кинул за спину Влад.

– Лучше скажи, как определил? – попросила Карина.

– Опекаемый нами объект относится к группе «Три С» по Вановскому…

Старший развернулся в кресле и осмотрел сотрудников, остановив взгляд на хлопающем ресницами юноше, спросил:

– Лёша, какое народное определение «Три С»?

– Дурак с инициативой! – выпалил тот.

– Правильно. Если объект «Три С» начинает проявлять инициативу, значит пора приблизиться. Что и делаем, – Влад показал на быстро увеличивающиеся искорки причальных огоньков. – Восемьдесят к одному, что инициатива будет дурацкой. С такими же последствиями. Объекту нужна страховка. Можно перехватить управление роботами, но у них нет водозащиты. Вот, – он показал на экран, – объект забирается в воду…

Чавкнула стыковочная муфта. Влад одним движением поднялся и оказался возле выхода.

– Это опыт или интуиция? – спросил Лёша, глядя на исчезающую в проходе спину старшего.

Аня, глядя туда же, потерла подбородок.

– Теоретические знания, – пробормотала она, – подкрепленные опытом. Он знает Наталью дольше, чем существует «Наша Служба». Такой, как мы ее застали, конечно.

Глава 6

Мальдивы. Семапрохилодус

3 июля 2029 года 7:50

Наташа, подрагивая, вошла по широким ступеням в воду. Добравшись до робота, она обнаружила, что в этом месте довольно глубоко. Так, что рукой до скакалки не достать. Чтобы дотянуться, нужно было нырнуть. А вот этого делать Наташа не желала да и не умела. Но тут в голову пришла идея. Наташа нащупала скакалку ногой, зажала ее пальцами и сильно дернула. Та резко натянулась, и робот заметался вокруг ног своей спасительницы, миг спустя они оказались плотно опутанными.

Железный дурак, согласно программе, пытался отплыть от человека подальше. Первая же попытка Наташи сделать шаг превратилась в подсечку. Она забарахталась и чуть не захлебнулась. До края бассейна не дотянуться, даже если подпрыгнуть.

Нырнуть? Со связанными ногами?

А что потом?

«Я нырну, а тупая железка меня тут же уволочет куда-то, где и не вынырнуть. А успею я распутать свои ноги раньше, чем захлебнусь?» – запаниковала она.

Внутри образовался быстро разрастающийся холодок, и возникло отчаянное желание оказаться подальше от этого идиотского робота, сраного бассейна и вообще острова. Где угодно, лишь бы не здесь!

Чёрт ее дернул поехать с Лилей!

Везде можно рассчитывать на случайного прохожего, но только не здесь. Здесь есть только Лиля и ее личная охрана! Лилина НС! Она говорила, что достаточно только крикнуть, и они тут как тут. А еще говорила, что за ситуацией на острове следит ИИ по имени Вася.

Как-то плохо следит.

Наташа, выбрав момент, когда вода отхлынула подальше ото рта, крикнула:

– «Наша Служба»!.. Помогите!.. Кто-нибудь!

Фигура в белом форменном комбинезоне показалась прямо из дверей виллы.

И это был мужик!

Тот в три прыжка оказался рядом и невозмутимо воззрился на Наташу.

– Наташа, чем вам помочь?

Судя по всему, отсутствие купальника он воспринимал как должное и с интересом рассматривал погружённое в воду пока еще живое тело.

Наташе кровь ударила в голову.

– А? Ты чего тут забыл? Откуда? Отвернись на хрен! – завопила Наталья. – Какого чёрта мужика прислали?!

Парень как ни в чём не бывало продолжал смотреть на Наташу. Ей показалось, что он лапает ее взглядом прямо сквозь воду. Пялится на грудь и ниже, ниже и ниже.

– Не двигайтесь, – сухо приказал спасатель и начал стаскивать с себя комбинезон.

– А? Че-е-его-о?

Робот снова дернул Наташу.

– Стой! – рявкнула она, выплевывая воду.

– Вы хотите, чтобы я стоял тут и смотрел, как вы топитесь?

– Нет! Глаза закрой!

– Хотите, чтобы я слушал, как вы топитесь?

– Развяжи меня, придурок!

Парень, уже давно вылезший из комбинезона, нырнул. Снизу поднялся вихрь щекочущих пузырьков. Наташа почувствовала, как горячие руки обхватывают ее, а потом и прикосновение не менее горячего тела. Твердые пальцы дотронулись до щиколоток и злополучные прыгалки стали то сильнее, то слабее впиваться в кожу. Через какое-то время петли ослабли, и ноги освободились.

Она рванула к бортику и быстро натянула купальник.

– Извращенец! – рыкнула она спасателю.

Тот уже выбрался на сушу и растирался полотенцем с таким видом, будто по-соседски искупаться зашел. Казалось, процесс его поглотил настолько, что он оглох.

– Наглец! – повторила попытку затеять ссору Наташа. – Воспользовался отчаянным положением беспомощной женщины.

Видимо, слух к спасителю вернулся, он с любопытством посмотрел на нее.

– Ты же всю меня облапал! Связанную! Почти тонущую!

– Не почти, – поправил он, – вполне натурально тонущую.

– Голую! Беззащитную!

– Хм, – на лице у парня расцвела улыбка. – Есть вариант. В следующий раз, перед тем как топиться, наденьте гидрокостюм. Они есть в комплекте подво…

– Гад! – она задохнулась от негодования.

Парень, не обращая внимания на Наташину брань, быстро оделся и скрылся в вилле.

Она ринулась за ним, готовясь, высказать всё что думает. Наташа сшибала мелкие предметы, торопясь из одного помещения в другое. Она высматривала парня по всем этажам виллы и надземным и подводным. Тщательно обследовала все комнаты, не забыв о подсобках с зарядными станциями для гуманоидных роботов.

Парня нигде не было.

Что-то непонятное. Никаких следов внезапно появившегося спасателя. Будто его и не было. Может, его действительно не было? И прочего с бассейном, злополучной скакалкой и тупым роботом.

Всё было сном?

Могло же ее разморить на солнышке? И она точно помнила, как где-то читала или слышала про такие вот четкие сны, что хрен от яви отличишь.

Глава 7

Мальдивы. Семапрохилодус

3 июля 2029 года 8:00

Влад шагнул в УТку под аплодисменты, Аня приподнялась и ткнулась ему губами в щёку. Лёша и его наставница Карина пожали Владу руку.

– Ребята, спокойнее, это рядовой инцидент.

– Ты определил опасность для объекта раньше Васи. Раньше, чем вообще можно было догадаться!

– Я же объяснил, что любую инициативу «Три С» нужно страховать.

– А почему Наталья на тебя ругалась? Вроде благодарить должна? – спросил Лёша.

Влад широко улыбнулся и развел руками, кивнув Карине.

– Лёша, – она посмотрела ему в глаза, – Наталья среагировала на привлекательного мужчину в провоцирующей ее ситуации. Он и она оказались обнаженными вдобавок на близком расстоянии, а это, с ее точки зрения, должно было привести к сексуальным отношениям. В сценарии полового поведения братьев наших меньших перед сексом должно быть ухаживание. Поскольку не было ухаживания и секса, то произошел слом сценария. В то же время Влад ей понравился, и она захотела продолжения. Агрессия – это один из способов привлечь к себе внимание.

– Ничего я в женщинах не понимаю.

– Ты же только начал учиться, – заметил Влад. – Это твое первое дежурство. Обычные обыватели, как мы их называем, братья наши меньшие, не такие уж и сложные существа. Кровь, любовь, морковь – вот и все их интересы. Точно по Фрейду. Я и сам поначалу считал, что человеческие реакции – это непостижимо. Дай себе время. Карина отличный наставник, она тебя всему научит.

Глава 8

Мальдивы. Семапрохилодус

3 июля 2029 года 8:00

Солнце снова стало ласковым, а остров уютным. И уже не было желания оказаться где-то как можно дальше. Лиля из суперчеловека, втравившего в смертельную опасность, опять стала лучшей подругой.

Наташа устроилась в шезлонге поуютнее, посмотрела на очередной кульбит Лильки и задумалась: «Целый год моратория… Ну а если посмотреть на это с положительной стороны? За этот год можно кого-нибудь встретить и даже замуж выйти. Предположим, выйду я замуж… А не выпросить ли у Лили этот остров в качестве свадебного подарка? Она элест, для нее это почти что мелочь…»

Наташа по-хозяйски оглядела виллу. Вот она в ней живет с мужем. Обязательно сексуальным красавцем. И дочка. Такая же красивая, как она, только с белыми кудрями.

Может, две?

Нет, пусть лучше вторым будет сын. Копия отец. Дети будут играть у бассейна, смотреть мультики с большого экрана на сцене за домом и кататься на горках.

А еще у мужа будут сильные и нежные руки, которыми он будет ее гладить. И еще такой мужчина должен ловко лазать по пальмам за бананами и приносить их по утрам в спальню.

Да, пальмы. Никаких «Антипальм»!

Наташа попробовала припомнить кого-нибудь из знакомых, годных на роль будущего мужа. Никого подходящего не вспомнилось. Тогда она попыталась представить себе идеал. Образ получался расплывчатым. Большой сильный, чтобы носил на руках.

Ночью под луной они будут плавать в океане обнаженными.

И не только плавать…

Прошло некоторое время, прежде чем она переключилась на окружающую действительность. Ее взгляд скользнул по кромке пляжа, пальме, башне за кустами и остановился на газоне. Просто растительный зеленый коврик, который…

Его можно распахать под огородик. Свежие натуральные овощи полезны детям. За огородом будут следить гурики. Куча свежей зелени как дома в Лещанске и никаких упражнений с лопатой и граблями. Это для роботов. А еще они будут готовить, убираться и следить за детьми.

Она будет украшать остров своей женской сущностью.

Сын пару раз в год прилетит. Наверно. Семнадцатилетнему мальчишке на острове скучно будет. Тут не суперлицей стиллов, который ему так нравится.

На выходные и в отпуск пожалуют родственники и подружки из Лещанска. Они будут с завистью хвалить ее хозяйство. Фоткаться с ней на фоне моря и пальм и заискивающе просить покатать их на лодке. Тётя Катя обязательно привезет козлёночка от козы Муськи.

Наташа улыбнулась.

Ей показалось смешным иметь козу на тропическом острове. Хотя… газонов тут хватает. Для одной козы точно. Свое молоко! Всегда свежее и натуральное. Доить будут роботы. Пусть будет коза! Впрочем…

Может, лучше корова?

Она, конечно, большая, и ей газонов может не хватить. Но сено можно возить с материка.

Вскоре летающая платформа повернула к острову и зависла над центральным бассейном. Поближе к Наташе.

Та поморщилась. Летающей платформе в ее мечтах места не было.

«Какой мне муж, какие дети? Я же застиллиться хочу. Блин! Забыла, что меня от Встреч на год отлучили. Неудивительно, что мне в голову мысли о замужестве лезут. Зря об этом думаю. Женщин с маленькими детьми до десяти лет на Встречи не приглашают. А если будет муж официально, то у него разрешение нужно будет просить. К чёрту мужиков! Тем более детей», – опомнилась она.

Лиля подпрыгнула на трамплине и, перекрутившись трижды в воздухе, вошла в воду.

Брызги окатили Наташу от макушки до пят, она с визгом вскочила с шезлонга.

– А-а-а! На фига ты меня обрызгала? Специально! – проворчала она, протирая волосы полотенцем. – Больше я с тобой, Лилька, на курорты не езжу. Не ездок я больше и даже не ездун.

– Прыгай ко мне, ты уже и так мокрая! На острове, кроме нас, никого. Цени приватность, – засмеялась Лиля.

Она стянула с себя купальник и бросила на ступени. Светло-розовые волосы Лили казались темнее, может, из-за того что намокли или были собраны в пучок. А вот ее фигура, что вблизи, что издали, выглядела спортивной и подтянутой. Взгляд притягивала не просто форма, а скорее манера двигаться – живая и порывистая.

Наташа рассматривала подругу и всё не могла понять, что создает впечатление наполненности жизненной силой. Будто Лиля излучает доброе тепло, но оно проходит мимо. Его не поймать.

– Давай! – подбодрила она Наташу. – Окунись перед завтраком!

– Нет уж. Я буду загорать в купальнике. Хочу красивый загар. Вот здесь всё будет темненькое, а здесь – светленькое, – Наталья показала на свою грудь и что пониже.

– Я тебя приглашаю поплавать, а не загорать.

– Без одежды? Я ценю приватность тогда, когда она есть, – Наташа многозначительно замолчала, добиваясь от подруги какой-нибудь реакции.

Лиля выбралась из бассейна и села на ступеньках с видом полного непонимания.

– Совсем недавно здесь был молодой человек в форме «Нашей Службы», – пояснила Наташа. – Он пришел из глубин виллы и ушел туда же. Я его искала потом по всему дому. Так и не нашла. Возможно, мне это приснилось. Ну, знаешь, бывают такие яркие сны и всё такое. Но есть подозрение, что ты его прячешь под кроватью. Хотя там я тоже искала.

Вместо ответа Лиля провела в воздухе рукой, создавая сложный узор, похожий на магический пасс.

Из бунгало вышел гурик в образе горничной с формами.

Наташе подумалось об озабоченных дизайнерах. Но, пожалуй, такой робот куда больше привлекает внимание, и владелец выглядит с ним круче, чем с угловатым подобием человека.

Робот подошел к Лиле с огромным махровым полотенцем и лейкой литров на двадцать. Он окатил Лилю водой. Дождавшись, когда вода стечет, аккуратно накинул ей на плечи полотенце. Та закуталась в него и принялась неторопливо вытираться.

– Ладно, – пожала плечами Наташа, решив вернуться к этому вопросу позже. – Давай хоть позавтракаем. Я замучилась тебя ждать. То ты прыгаешь, то плаваешь.

– Завтрак по расписанию, – подняла бровь Лиля. – Собственно, сейчас, – она коснулась браслета. – Ну почти сейчас. Через полторы минуты.

Глядя на подругу, она снова засмеялась:

– Ладно, ладно. Полторы минуты для завтрака не важны.

После завтрака Наташа решила, что вопрос о парне под кроватью уже давно забыт, но Лиля взяла со столика планшет и принялась листать меню.

– Сейчас посмотрим, что за молодой человек, – пробормотала она себе под нос.

Через пару секунд листания Лиля удовлетворенно хмыкнула.

– Это такой плечистый, подтянутый, спортивный шатен за тридцать? Это Влад. Он живет не под кроватью, можешь губы не раскатывать. О! Вижу доклад. Он прибыл по срочному вызову. Ты вызвала помощь! Ты запуталась в веревке и чуть не утонула в бассейне, спасая робота. Ну, что ты в веревке запуталась и чуть не утонула, я верю. А вот что полезла робота спасать, не верю. И не поверю никогда. Наташа, это точно про тебя?

Лиля вопросительно уставилась на подругу.

– Я свою скакалку искала, – пожала плечами Наташа. – Между прочим, я была беспомощная и нагая! И он всю меня облапал.

– И что дальше?

– Сбежал гад!

– Да, безобразие… Действительно гад. Надо внести изменение в протокол – когда спасают тебя, то после того, как облапают, нужно обязательно трахнуть.

– Дурацкие у тебя шутки. Я жалуюсь на твоих работников, которые руки распускают и пялятся куда ни попадя. А ты прикалываешься. Не смешно.

– А, по-моему, очень смешно!

Лиля прищурилась, рассматривая Наташу.

– Он, наверно, разделся перед тем, как в воду нырнуть. Ты увидела обнаженного красавца и теперь мне мозг выносишь.

– И всё-таки. Откуда он взялся? Мне теперь всегда быть настороже? – не унималась Наташа.

– Послушать тебя, так ты мужчин боишься. И ведь не старуха! Так и будешь вести монашеский образ жизни весь мораторий? Думаю, тот же Влад был бы не против развлечь тебя. А ты, вместо того чтобы кокетничать, ругаться взялась, – Лиля вздохнула. – Как Влад оказался на нашем острове? Ребята из НС дежурят под водой вокруг всего курорта. Отрабатывают террористическую угрозу. Они всегда начеку. Влад прибыл на подводной лодке. Пристыковался через шлюз в подвале. Это слева от подводной спальни. А потом туда же и ушел, – Лиля улыбнулась.

– Значит-таки, не приснился, – выдохнула Наташа. – А что до развлечений, то я уж как-нибудь без помощи твоих кадров обойдусь.

– Ну-ну, – хихикнула Лиля. – Ладно, пойдем поваляемся на песочке.

Они дошли до пляжа с мелким коралловым песком. Наташа, прежде чем лечь, некоторое время пинала песок ногами, смешивая его слои – верхние, обжигающе горячие от солнца, с нижними, холодными после ночи. Лиля же улеглась сразу, будто не обратив внимания на сходство песка со сковородкой.

Наташа обвела взглядом линию прибоя, рощицу пальм и длиннющий бассейн около виллы.

«Я ведь потом буду в песке, как в панировочных сухарях, – подумала она. – И его нужно будет смыть в океане. Цивилизованная дикость. Будет что вспомнить зимними московскими вечерами».

– Ну, сделай это еще раз! – Наташа изобразила жест, отдаленно напоминающий пассы Лили.

Душа просила чего-то освежающего, а идти в бунгало к барной стойке лень.

– Сама учись языку жестов. Гурика вызывать несложно. Я тебе видео-учебник присылала. Ты смотрела? – Лиля приподнялась с песка, вопросительно глядя на Наталью.

В душе Наташи пробежал холодок с неприязненными мыслями: «Не люблю, когда она так смотрит. Мурашки по спине бегают, топчутся, как кенгуру».

– У меня не получается запоминать. Я ж не элест, как ты. Я простой человек с обычными способностями. Ты один раз прочитала и запомнила. А мне одно и то же нужно полчаса долбить. И всё равно могу не запомнить. Ты за четыре года забыла, как это у людей бывает?

– Способности можно развивать. Люди всю жизнь только этим и занимаются. Для желающих улучшить память есть всякие курсы, – подруга села.

– Да и гурика у меня нет. Зачем учиться? – Наташа вздохнула. Она искренне не понимала, в чём польза языка жестов.

– А затем, дорогая, что роботы – это будущее. Чем быстрее освоишься в этом будущем, тем быстрее твоя жизнь станет лучше. Пора из пещеры на солнечный лужок выходить, – она ненадолго задумалась и продолжила: – А если я тебе гурика подарю, язык жестов выучишь?

А вот это уже интересно. Гурик покруче любой машины.

– Конечно! Будет на чём тренироваться, – обрадовалась Наташа.

«Хорошо быть элестом, – позавидовала она. – Всё есть. Деньги, власть, здоровье, друзья – элесты того же стилла, и, вероятно, бессмертие. И у меня это было бы. Если бы повезло. Как ей…»

Наташа, представив гурика, наливающего ей чай, обрадовалась и взвизгнула.

– Я и не мечтала! Спасибо-о-о-о! А можно мне гурика, как у тебя, последней модели? Чтобы был красивый и похожий на человека. А лучше – на мужчину.

– Ну, давай сгенерируем внешний вид. Я буду напрямую с ИИ изготовителя контактировать. У меня доступ есть. Роботостроение – новый проект «Нашей Службы». Говори, какая внешность тебе нравится. Начинай с роста и телосложения.

Наташа задумалась. В голову ничего не приходило. Пока она пыталась вообразить идеального мужчину, гурик принес Лиле планшет. Она быстро открыла приложение и уже ждала Наташиных пожеланий.

Та сосредоточенно пыхтела, перебирая варианты.

– Хочу гурика с внешностью артиста Искрометова! – выдала Наташа после раздумий.

– И как ты себе это представляешь? Гурики хоть и похожи на людей, но всё-таки железки железками. К тому же внешность защищена авторским правом. Искрометов – дорогое, знаешь ли, удовольствие.

– Мне не обязательно, чтобы очень похож. Хоть приблизительно.

Лиля набрала текст на планшете. Приложение через некоторое время выдало с десяток вариантов. Наташе понравились все. На Искрометова они были мало похожи, но выглядели, как положено настоящему мужчине – солидно и мужественно. Она поводила над ними пальчиком, выбирая самого высокого и плечистого.

– Этого.

– Отличный выбор! А он в дверь твоей квартиры пройдет? Уверена? – Лиля улыбнулась. – И вообще, где ты его будешь хранить? В кладовке с пылесосами?

– Ну ладно. Давай кого-нибудь поменьше. Я его хранить не буду, он у меня всё время будет работать.

Наташа ощутила себя недотёпой, и это ей не нравилось. Она решила закончить с выбором побыстрее. В конце концов, внешний вид гурика не столь уж и важен! Главное, чтобы был. Робот-помощник.

Все от зависти умрут!

Наташа небрежно махнула рукой.

– Выбери на свой вкус. У тебя гурики потрясающие получаются, – Наташа показала на стоявшего рядом электронного помощника.

Раз Лиля хвалилась, что гурики всего курорта «Хвост Русалки» лично ее дизайна, то сделанный для Наташи будет крут.

А что?

Вон стоит. Ведь и женщину изобразила, и выглядит не пошло, как секс-игрушка. И видно, что робот. Стильненько так.

– Ладно, договорились. Надизайню я тебе идеального мужского гурика. Будет у тебя робот-прислуга. Что будешь делать в свободное время? Его теперь много. Кроме изучения языка жестов, разумеется. Чем вообще занимаешься?

– Бытовуха заела. Соцсети всякие. Друзья, родственники. Магазины. Салоны красоты. Э-э-э… Фитнес. А, ну и такое, домашнее. Уборка, готовка, стирка. В общем, всё такое. Времени вообще нет.

– Натаха, какой фитнес, какие соцсети? Твои ресурсы ведет наша пресс-служба. И ты себя в зеркале видела?

Она повернулась к подруге и потыкала пальцем в рыхлый живот. Та его старательно втянула и захихикала.

– Возьми себя в руки, – продолжала Лиля. – Понимаю, ты ждала инициацию четыре года, чтобы в элесты попасть. Я тебе всё время намекала, что неизвестно, когда твоя инициация случится, что зря ты махнула на себя рукой. Кто знает, сколько еще времени пройдет? Может год, а может и больше. Займись собой. Тебе надо похудеть килограмм на десять. Ты вся в целлюлите, живот висит. Осанка ужасная. Мышцы вялые. У тебя вообще мышцы когда-нибудь были?

Лиля пощупала Наташины руки, закатила глаза и решительно сказала:

– Не можешь сама справиться, мы тебе наставника организуем из «Антипальмы». Найдем мужика симпатичного, опытного. Чтобы был строгим, но справедливым. Э-э-э… Ладно, не пугайся. Просто подберем симпатичного мужика из «Антипальмы».

– Такого с ЭОЖ? То есть с эффективным образом жизни предлагаешь? Не дави! Сама говоришь, что всему свое время. Я сама справлюсь! Позже.

Наташа отвернулась.

«Чего она докопалась? Разве просто жить запрещено? Жить и радоваться – это нормальные человеческие потребности! Быть собой. Единственной и неповторимой. Блин! – надулась она. – Каждый раз так. То учись водить автолёт, то запишись в ряды “Антипальмы”, то получи летный доступ космонавта. Этот, как его, ЛеДоК. А еще выучи язык жестов для управления роботами, как будто нельзя отдать команду голосом. Теперь вот еще и эффективный образ жизни навязывает. Мужиком соблазняет!»

Глава 9

Мальдивы. В прибрежной зоне Семапрохилодуса

3 июля 2029 года 8:20

На экране общий план с загорающими сменился крупным с почесывающей зад Наташей. Влад перевел взгляд на часы.

– Пора завтракать, – объявил он. – Аня, покажи Лёше, как трансформировать салон УТки для четырех едоков.

– Есть два способа, – начала Аня. – Первый – просим ИИ нашего, Васю. Второй – ручной. С Васей ты точно договоришься, тебя учить не нужно. А вот ручной режим я тебе покажу. Принцип одинаковый и в УТке, и в Бусиках, и в полевых лабораториях, и в шаттлах последней модели. Жилые модули на Латозоне управляются также.

Она подошла к настенной панели управления у входной двери, открыла прозрачную крышку, нажала на большую зеленую кнопку, вызывая меню на экранчике.

– Удобно пользоваться готовыми настройками. Выбираю «Приём пищи», – она отступила на шаг, пропуская Лёшу к экрану, – затем ввожу количество едоков. Не сколько всего людей в УТке, а сколько именно собираются есть одновременно. Это чаще всего не одно и то же. Пишу цифру четыре. Теперь ввод.

Где-то басовито рявкнуло. От неожиданности Лёша слегка подпрыгнул, пытаясь прочитать надпись на покрасневшем экранчике.

– Что?

Аня невозмутимо стояла, как будто не заметив дерганья.

– Видишь, – она ткнула в сторону Влада, – в зоне трансформации кто-то есть. Пока в зоне находится человек, трансформация не начнется.

Влад махнул им и отошел к двери.

Салон ожил. Диваны сдулись и бесследно исчезли в полу. На их месте вырос белый грибок и развернулся в овальный стол с глянцевой черной крышкой. Вокруг стола появились четыре нароста и трансформировались в кресла.

– Всё просто! – объявила Аня, показывая на новую обстановку. – А теперь помоги мне накрыть на стол. Возьми поднос и поставь. Не важно около какого кресла. Главное – не промахнись мимо стола, – добавила она, смеясь.

Аня сдвинула крышку люка с гравировкой ложки и вилки, выхватила оттуда поднос и подала Лёше. Закрыла крышку, дождалась мелодичного сигнала и вынула еще один. Через пару минут на столе стояло четыре подноса с едой.

– Готово. Прошу всех к столу! – объявила Аня, усаживаясь у окна.

Она пододвинула к себе поднос с яичницей и сдобной булочкой. Влад уселся рядом и ловким движением поменял местами соседние подносы. Взял бутерброд с колбасой и принялся жевать.

Карина предложила Лёше место у окна. Когда он сел, она тоже передвинула подносы.

– Лёшенька, тебе всё еще полагается лечебное персонифицированное питание. Не надо морщиться. Месяца через два я тебе лично пожарю яичницу. С белыми грибами, луком и чесночком. Ты же не думал, что на дежурстве будешь есть что-то другое? У тебя диета. Вася позаботился о каждом из нас.

Лёша тяжело вздохнул и обвел взглядом всех за столом. По выражениям лиц не походило, что его пытались разыграть. Карина смотрела с укором, будто говоря: «Ну что ты, маленький, раскапризничался?». У Ани, видимо, никогда не пробовавшей этой гадости, на лице было недоумение. А Влад качал головой, выражая искреннее сочувствие.

– Всё в порядке, я уже привык, – сказал Лёша, быстро проглотив несколько ложек темного месива. – Коррекция пищевого поведения мне далась легко, а вот без курения живется тяжелее.

– Молодец, – похвалила его Карина. – Справляешься же!

Лёша черпнул ложкой очередную порцию смеси, но, не донеся до рта, задумчиво посмотрел на наставницу.

– А если бы нас двое было или трое с персонифицированным питанием? – поинтересовался он. – Как бы мы разобрали, кому какой поднос полагается?

– Вася бы положил записочки с именами, – пожала плечами Карина. – Ты ешь, не беспокойся. У нас всё под контролем.

– Разбирайте напитки, – предложил Влад, извлекая из ниши большую кружку, исходящую паром.

Он устроился с кружкой у экрана, на котором с момента завтрака ничего не изменилось.

Лиля и Наташа по-прежнему загорали на песке.

Аня уткнулась в планшет, что-то листая на нём. Долистав до какого-то места, она несколько раз пробежала по нему глазами, потом воззрилась на Влада.

– Влад, почему ты написал, что она робота спасала? Лили считает, что Наталья в воду по глупости полезла и запуталась в скакалке.

– Я уверен, что Наталья хотела помочь роботу освободиться от скакалки. Она ее привезла с собой, по-моему, для того чтобы заняться спортом и похудеть. Вчерашняя группа рассказывала о таких ее упражнениях. Думаю, у Натальи сработало чувство вины. Она вообще-то хорошая женщина, добрая. А то, что Лили так сказала, не означает, что она так думает. Не забывайте, Лили не человек, она элест – элемент стилла. О чём она думает, мы можем только догадываться.

– Ты Лили и остальных элестов дольше всех знаешь. Неужели не научился их понимать? Хоть немного.

– Мы живем с ними бок о бок уже пятый год. Я только сильнее убеждаюсь, что элесты – не люди. Даже те, кто подолгу живут среди нас.

– А почему Лили не хочет на нее давить? В том смысле, чтобы способствовать ее личностному росту? Почему Наталья боится людей с ЭОЖ?

– Ну, о Лили я только что сказал. Нам не понять. Наше дело исполнять приказы элестов, охранять их. А почему Наталья боится людей с ЭОЖ? Мне кажется, она нас не боится, а избегает. И причина тут в том же, почему Лили запретила привлекать Наталью к нашему делу.

– А если Наталья сама захочет привлечься?

– Тогда мы увидим Лили абсолютно счастливой. Хотелось бы посмотреть на это.

Лицо Влада приобрело мечтательное выражение.

– Я отмечаю и сама, и по отчетам, что у Лили стало всё чаще портиться настроение после общения с Натальей. Меня это раздражает!

– Держи себя в руках. Согласен, что это тяжело. Противоречит нашей первой директиве. Главное – это жизнь и благополучие элестов. Пока их отношения в пределах допустимого, и Лили ничего не грозит, мы будем выполнять ее приказ. Может, ей нравится, что кто-то из людей ее волнует, хоть и не всегда в положительном смысле? Прямой приказ элеста – это третья директива.

– Если первая и третья директивы войдут в противоречие, Наталья в своей дикости не удержится, – Аня прищурилась на экран, где Наташа по-прежнему валялась на песке. – Мы сделаем из нее человека.

Глава 10

Мальдивы. Семапрохилодус

3 июля 2029 года 8:30

Лиля прервала висящее в воздухе молчание:

– Будешь коктейли и десерты?

Не дожидаясь ответа, Лиля изобразила сложный пасс.

Пришел гурик и поставил на выдвинувшиеся телескопические ножки огромный поднос вкусностей.

Лиля ограничилась минералкой. Наташа, не переставая дуться, молча налегла на арбуз без косточек, нарезанный длинными брусочками, наколотыми на шпажки. После арбуза она отдала должное легким фруктовым коктейлям. После не удержалась и съела десяток мини-пирожных.

В тот момент, когда Наташа раздумывала над тем, съесть ли ей одиннадцатое пирожное или остановиться на круглой цифре, зазвучал вызов Лилиного коммуникатора. Гурик подал Лиле звенящий черный браслет. Она развернула его и приложила к голове на манер древней телефонной трубки, оставив Наташу гадать о содержании разговора. Говорила она недолго, и весь разговор состоял из коротких рубленых фраз.

Отключившись, Лиля не глядя застегнула браслет на руке, закусив губу, уставилась куда-то в океанские дали.

– Сын Гены скоро женится, – сообщила она после долгого молчания. – Внезапно. И мы остаемся на Земле еще на две недели. На свадьбу.

– Это же отличная новость! Свадьба! – Наташа мечтательно посмотрела в небо. – Что тут плохого?

Она взяла Лилю за руку. Рука показалась напряженной и заметно подрагивала.

– Плохого? Я уже два месяца на Земле! А теперь еще две недели! Я в космос хочу. У меня там и на Латозоне дела. Мне без застилливания плохо. И мне тут скучно! – Лиля глубоко вздохнула. – Еще немного и я начну сериалы смотреть.

– Ой, есть классный адаптивный сериал. Из Ридера, по-моему… «Москва – город горный». Это он так называется. Его можно под себя настроить. Будешь про технику, науку и всякие новые технологии смотреть. Я-то про любовь смотрю.

Лиля смерила Наташу долгим взглядом, еще раз вздохнула.

– Ладно. Куда еще хочешь съездить? У меня теперь много свободного времени.

– Хочу на мамонтах кататься, – вспомнила Наташа ответ, заготовленный заранее, на случай если нужно будет отвлечь подругу от какой-нибудь неприятности. – Видела ролик в сети. Клонированные мамонты уже достаточно подросли, чтобы возить одного или даже двух человек. Они еще подростки, но вымахали под три метра. У нас в Подмосковье живут. Представляешь, такие большие мохнатые с хоботами и ручные, как собачки!

– Хорошо. Я тебе скажу, когда «Наша Служба» договорится с владельцами мамонтов, – Лиля решительно встала, отряхивая с себя песок. – Остаемся на этом курорте еще на три дня. Хватит хандрить.

– Точно! А мне вообще нельзя. У меня скоро интервью с этим… Двигуном, – вспомнила Наташа о деле, которое ей изрядно отравляло ощущение отпуска.

– Вечером я полечу на встречу стиллов с основательницей. Ее проводят после тренинга на стадионе около Туккайя. Полетишь? Познакомлю тебя с моим стиллом, с местными активистами «Антипальмы», со своими ребятами из НС-38. Намечается грандиозная вечеринка. Будет весело и не только…

Наташа вспомнила о Встрече, назначенной на вечер.

– Хватит с меня твоих сотрудников на сегодня. Я после интервью устаю. Меня такие штуки напрягают до невозможности. Лети сама.

– Какая ты дикая женщина! – рассмеялась Лиля. – Если бы хоть раз попала на нашу вечеринку, сейчас не отказалась бы. Да, помню я наш уговор. Всему свое время.

Наташа мысленно проворчала: «С активистами “Антипальмы” пересекаться тоже желания нет, и сотрудники “Нашей Службы” – это не те люди, с кем мне хочется общаться. Лилина это “Служба” или нет для меня не важно. Общаться по своей воле с антипальмовцами и прочим народом с эффективным образом жизни в голове я не собираюсь. Хотя, бывало, что и приходилось. Я свято верю, что обычному, нормальному, здоровому человеку ЭОЖ не нужен. Зачем менять свою жизнь, если и так всё отлично? И мораторий здесь ни при чём».

Глава 11

Москва. Офисный центр «Шаболовка»

3 июля 2029 года 08:35

Тридцать человек сидели в офисе на четвертом этаже в комнате собраний общества анонимных алкоголиков. Гоблин любил собирать там подчиненных. Чувство юмора его не покидало.

– Я подобрал исполнителя для проведения первичной беседы с Натальей, – объявил Гоблин синтетическим голосом.

– Ям хочу ее увидеть, – хором произнесли люди.

– Это опасно.

– Необходимо посмотреть на Наталью своими глазами. Лучше бы в стилле. Но… Она почувствует. Надо удостовериться, что кандидат соответствует критериям и справится с заданием. Отправим одного из нас. Закажи билет для Менялова Андрея.

– Билет заказан. Через восемьдесят одну минуту Менялов сядет в автолёт и полетит в аэропорт, чтобы успеть на рейсовик на Мальдивы.

– Гоблин, нужно ему в дорогу приготовить соответствующую курортную одежду.

– Не нужно.

Сотрудники синхронно моргнули и ответили:

– Неподходящая для курорта одежда привлекает внимание. Вероятность раскрыть твое существование увеличивается. Это неэффективно.

– Зато соответствует моему стилю. Хватит нравоучений, – приказал стиллу искин Гоблин.

Глава 12

Мальдивы. Семапрохилодус

3 июля 2029 года 8:40

– Пойду освежусь, – Наташа направилась к вилле, решив уйти от неудобного разговора.

– Не уходи. Полетели со мной на пятьдесят пятый остров. Помнишь, ты его «Пираньей» назвала? Туда только что привезли подшефного новорожденного стилла. Ему буквально три часа отроду. Его из Владивостока доставили. Смотри, какой хорошенький!

Лиля сняла с руки коммуникатор и подала Наташе. На экранчике шло потоковое видео из комнаты с неподвижно сидящими людьми. Если бы Лиля не сказала, что это элесты, Наташа сама не догадалась бы.

Их было десять. Как обычно, разного возраста, половина мужчин, половина женщин. Самой пожилой даме было около семидесяти. Самый молодой парень еле тянул на двадцать. Казалось, что их собрали наугад на автобусной остановке. С виду они были абсолютно обыкновенными, одетыми, кто по моде, кто в будничную одежду.

Они спокойно сидели и смотрели друг на друга, временами переводили взгляд. Это и было странным. В их позах не читались стандартные эмоции, но между ними происходило нечто.

На большом экране появился крупный план женского глаза, он сменился на глаз мужчины, затем старика и остальных. И тут стало видно, что лица элестов расслаблены, а накал эмоций заметен только в глазах.

Неясность происходящего Наташу напрягала.

Временами общие планы сменялись портретами. Наташу поразил пожилой мужчина с виду сильно пьющий. Отечное серое лицо с темными мешками под глазами выражало удовлетворение. На Встречи алкоголиков не приглашали. Значит, этот из недавних трезвенников. Похоже, записался в общество анонимных алкоголиков и в качестве поощрения получил приглашение на Встречу. Возможно, на первую в своей жизни.

И пожалуйста! Инициировался!

Наташу кольнуло резкое чувство зависти. Бывший алкоголик вместо мучительного отрицания спиртного и ежесекундного самоконтроля теперь будет жить радостно, интересно и богато. Забудет об алкоголе и болезни, о проблемах с самооценкой и потенцией. Окажется желанным другом и вожделенным партнером. Все его родственники и друзья, если такие остались, вытянули счастливый билет.

– Ничего «хорошенького» я в этом народе не вижу. Они еще на стилла-то не похожи, – пробурчала Наташа.

Лиля продолжала внимательно наблюдать за элестами.

– Скоро их переоденут, накормят, положат спать и часов через пятнадцать они придут в себя! Они же сейчас в шоке, в хорошем смысле, конечно, – не унималась Лиля. Она толкнула подругу локтем. – Глянь, как они на своего куратора реагируют! Он только что зашел.

Куратор – невысокий коренастый мужчина старше сорока, ходил среди элестов и раздавал яблоки. Элесты вели себя абсолютно одинаково. Каждый брал яблоко левой рукой и, не отрывая глаз от куратора, откусывал маленький кусочек. Все, как один, внимательно смотрели на куратора и временами одновременно моргали. Это завораживало.

– Лиля, только ты можешь восторгаться таким зрелищем. Ты детей любишь. И своих человеческих, и щенков, и крысят, и новоиспеченных стилликов, видно, тоже, – произнесла Наташа и задумчиво добавила: – Это, наверное, ваше народное, элестовское.

– Ну как хочешь. Я точно полечу, успокою маленького. Мне кажется, он испугался. Удивляюсь, глядя на тебя. Как можно жаждать стать элестом и пропустить первые шаги новорожденного стиллика? Разве не интересно, что тебя ждет в ближайшем будущем? – Лиле стало весело.

Наташа нерешительно потерла лоб. Ей нравился Лилин оптимизм в отношении ее будущего, хоть и далекого. Наташа была не так уверена. Она уже стала нервничать, участвуя во множестве Встреч, всё еще не застиллившись. Такие, как она, не редкость. Это скорее норма, чем исключение. Процент стиллообразования был очень мал.

Наташу злил наложенный на нее мораторий. Она пыталась обжаловать решение, но комиссия оставалась непреклонной. ИИ «Союза Стиллов Земли» решил, что через год моратория вероятность застилливания Наташи повысится. С искином не поспоришь.

– Да мне интересно! Я просто не знаю, чем смогу помочь. К только народившемуся стиллу людей не подпускают.

– Вот и отличненько! Полетели, там и разберемся.

– У меня скоро интервью с этим… Двигуном, – вспомнила Наташа. – Может, мне его отменить?

– Нет. Интервью для рекламы нашего курорта – дело важное. Вера Владимировна зря просить не будет. Блогер в двенадцать прилетит?

– Да, кажется.

– А сейчас только восемь тридцать. Слетаем часа на три. У тебя после этого хватит времени с чувством и расстановкой попереживать и попугаться перед интервью, как ты любишь.

Наташа дернулась под выжидательным взглядом Лили.

«Полечу! Когда еще предоставится шанс посмотреть на молоденького стилла? Может, еще и от интервью удастся отвязаться. Главное – на нелегалку успеть к восьми, а туда еще минут сорок с Семапрохилодуса лететь», – решилась она.

– Ну ладно… Только не дольше.

– Пойдем, наденем что-нибудь подходящее для общения с людьми, – Лиля чмокнула подругу в щёчку и убежала одеваться.

Наташа долго рылась в шкафу, выбирая одежду. Потом махнула рукой на модные тенденции и надела старые удобные шорты, добавив белую футболку, прикинув, что не быков едет очаровывать. Со стиллом работают только сотрудники «Наших Служб». Наряжаться не для кого.

Глава 13

Мальдивы. В прибрежной зоне Семапрохилодуса

3 июля 2029 года 8:40

Влад, потягиваясь, поднялся с дивана. В УТке было чуть теплее, чем ему нравилось, он пошевелил плечами, наклонился пару раз, чтобы сбить сонливость.

– Всё. Расслабление кончилось, – объявил он. – Всплываем, готовимся к отлету. Лёша, места согласно предписанию для быстрого перемещения.

Тот покосился на головную часть, где усаживались и пристегивались женщины.

– Верно, – одобрил Влад, устраиваясь рядом с ними. – Только двигайся побыстрее.

УТка, вынырнув, заплыла в пещерку с входом, прикрытым длинными лианами. Лёша повертел головой, рассматривая темные каменные стены.

– Зачем мы тут? На полет что-то не похоже…

– Чтобы не отсвечивать. Наши опекаемые не должны нас лишний раз видеть, – пояснила Аня.

– Мы же сейчас за ними по пятам полетим. Нас только слепой не увидит.

– В воздухе заметность – другое дело. Конечно, это всё условности, но у нас в НС-38 так принято. Считай – это традиция.

Под потолком сухо щелкнуло. Невидимый женский голос объявил:

– Ната-2, говорит Ли-1. Следуем за объектами, находящимися в автолёте ДМА-68. Как слышите, приём?

– Слышу хорошо, – откликнулся Влад, подмигивая Лёше и пряча в кулак улыбку. – Следую за объектами в автолёте ДМА-68.

УТка снова пришла в движение. Раздвинув носом лианы, она высунулась наружу, будто принюхиваясь. На передних экранах уже искрились на солнце волны, задние показывали темные каменные стены.

– Мы как бы в засаде, – пояснил Влад. – Сейчас ведущий пройдет подальше, а мы следом, делая вид, что по своим делам и никуда не торопимся.

Лёша тихо прыснул.

– Традиции, – развела руками Аня, – основа любой культуры. Переговариваться начальникам групп в общем-то не нужно. Но переговоры проводятся. Причём так, будто у нас в ходу всё еще аналоговые рации.

– Не-не, – запротестовал Влад. – Тогда я должен бы ответить, что слышу громко и четко. Это всё современные вольности…

На экране прошла отметка, сопровождающая автолёт. И вторая, сопровождающая другую УТку, державшуюся ниже него.

– Пора, – объявил Влад.

УТка выстрелила из пещерки, пристраиваясь за автолётом. На экране появилась линия с отметками дистанции и схема маршрута в центр архипелага.

Карина, что-то сосредоточенно рассматривая на потолке, сообщила:

– Ли-1 будет сопровождать Лили на встречу с основательницей.

– А мы? – спросил Лёша.

– А мы дежурим телохранителями Натальи. Она точно туда не полетит, а значит, – Карина вздохнула, – и мы туда не попадем.

– Э-э-э! Я бы хотел увидеть основательницу собственными глазами. Почему Наталья туда не хочет?

Аня хихикнула.

– Потому что там будут стиллы и сотрудники НС. А она нас избегает. Мы ж недавно об этом говорили. Уже забыл?

Лёша сделал вид, что очень заинтересован происходящим на переднем экране. На нём приклеившимися мухами висели автолёт с другой УТкой. То, что они движутся, выдавали только меняющаяся поверхность и двигающаяся точка на схеме маршрута.

– Не забыл, – медленно проговорил Лёша. – Просто еще раз уточнил. Но пока не понимаю, почему она боится «Службы». Стиллов тоже?

– Да. Почему, никто не понял. Мне кажется, она сама не знает. Боится и всё. Навроде фобии, кстати, распространенной. Таких, как она, боязливых, на планете больше половины. Поэтому ССЗ запретил стиллам разгуливать среди людей, чтобы не пугать. Еще в самом начале Сингулярности.

Лёша поскреб в затылке, переводя взгляд на Аню.

– Думаю, насмотрелась она всякой чуши в сети…

– Та-ак! – рявкнул Влад. – Разговорчики! Молодежь! Проникнитесь идеей! Мы наших опекаемых не обсуждаем. Только в рамках их охраны. Домыслы и фантазии отставить! Иначе следующие дни проведете не на тропическом острове, а на тренинге Новейшей Этики Социума.

– Ой! – пискнула Аня. – Как-то случайно вышло. Я больше не буду.

Остальные промолчали. Влад нахмурился и глубоко вздохнул.

– Ребята, – объявил он, – мы летим на пятьдесят пятый в гости к подшефному стиллу. По прилету приказываю всем искупаться в океане и проплыть не меньше пятисот метров. Потом пляжный футбол с командой Ли-1. Через час тридцать после прилета сбор в нашей УТке. Это приказ.

В салоне повисла гробовая тишина.

Влад с нескрываемым удовольствием разглядывал Лёшину отвисшую челюсть. Тот хлопал ресницами, его рот постепенно расползался в глупой улыбке.

Аня и Карина зааплодировали.

– Он не шутит! – с улыбкой пояснила Карина своему оке. – Ты же слышал, это приказ.

– О-о-о-о… Всю жизнь мечтал о такой работе, – пробормотал он.

– А ты плавать умеешь? – спросила Карина.

– Э-э… Не очень.

– Что это значит, не очень? Ты или умеешь плавать, или не умеешь. Значит не умеешь. Буду тебя учить.

Аня подмигнула.

– Повезло тебе, Лёша. Карина кандидат в мастера спорта по плаванию. Специалист по длинным дистанциям.

Глава 14

Мальдивы. Остров Семапрохилодус – остров 55 Краснопёрка

3 июля 2029 года 9:10

Подойдя к автолёту, Наталья обнаружила, что Лиля в кабине тыкает по сенсору управления.

– Загружайся, – подбодрила она подругу. – Сейчас прокатимся!

– Подтвердите ручное управление, – потребовал автомат.

– Подтверждаю!

– Удостоверение пилота?

Лиля назвала номер, приложила палец к сенсору и дала просканировать глаз.

– Ручное управление разрешено.

– Во! Сейчас малость полетаем. А то автопилот – это как на трамвае по рельсам. Аж противно.

Лиля рывком подняла машину. Наташу сильно вдавило в кресло.

– Э-э, полегче, – попросила она.

– Ладно-ладно, – Лиля сделала успокаивающий жест. – Я осторожненько.

Заложив крутой вираж, она вписала машину в полетный коридор.

– Понимаешь, когда идешь в поясе астероидов, – Лиля повернулась к Наташе, крепко державшейся за подлокотники, – то, с одной стороны, всё просто. Атмосферы нет, пространства для маневра нашей крохотули типа шаттла навалом. С другой стороны, всё сложно. Куча различных тел, каждое со своей массой и траекторией, а нужно пройти так, чтобы твои затраты по времени и энергии были минимальны. И ты такая не одна. В общем… не хватает мне этого.

«Блин! Вот устроит сейчас гонку, – тоскливо подумала Наташа. – И зачем я только согласилась лететь на этот остров?»

– Не бойся, – сказала Лиля съёжившейся подруге. – Я же сказала, что лихачить не буду. Впрочем… Ты знаешь, почему элесты могут не соблюдать правил? Летать и садиться, где и как вздумается, не только здесь, но и везде?

– Потому что вы это… аристократия, короче.

Лиля нахмурилась.

– Нет, – сухо ответила она. – Потому что элест, какую бы, казалось, дичь не творил, способен ее сделать гарантированно безопасно. За всё время на Земле не было ни одной аварии с участием элеста. Ни прямым, ни косвенным. А вот предотвращать случалось, – со вздохом закончила подруга.

Наташа вспомнила громкую историю про стилл-500 по имени Пол-литра и разговаривать ей расхотелось. Она уткнулась в окно и принялась рассматривать тянущиеся до горизонта островки архипелага.

По искрящейся поверхности густо-синего океана монетками рассыпались островки в обрамлении бирюзовых колечек-отмелей, сахарно-белого песка с изумрудными мазками газонов и вкраплениями разноцветных крыш. С высоты всё это казалось крошечными макетами и напоминало детскую игру, когда воображение управляет послушными человечками, такими похожими на настоящих людей.

Наташе казалось, что для полноты ощущения надо сделать кабину машины прозрачной. Тогда все крошечные острова проплывали бы под ногами, как у ребенка, превратившего пол своей комнаты в город. Пользуясь возможностью вставить свои три копейки, она в первый же день поделилась соображениями с Лилей, та согласилась и даже дала распоряжение «Нашей Службе».

Через десять минут один из островов стал резко увеличиваться, превращаясь из детской игрушки в настоящую землю с двухэтажными зданиями и густой тропической зеленью. Наташа успела отметить, что на этом острове только два пляжа и один бассейн. Тут должно быть тесновато, по сравнению с их островом.

Автолёт, повинуясь Лиле, резко нырнул вниз и оказался перед лестницей большого коттеджа.

– Да-да, так делать нельзя, – перехватила ее взгляд Лиля. – Но, в конце концов, это наши острова и наши правила. А время дорого, – добавила она, выскакивая наружу.

Наташа выбралась следом. После кабины воздух казался тяжелым и горячим. От площадки и лестницы веяло зноем разогретого камня, а океанский ветер увяз где-то в плотной стене буйной зелени. Его запах перебивал пряный аромат цветов.

Наташа спросила, перекрикивая стрекот цикад и щебет птиц:

– Мы куда-то торопимся?

– Я нет. А ты да. Тебе же встречаться с блогером часа через два с половиной. Тратить время на путь от парковки незачем. Лучше повнимательнее рассмотри новорожденного стилльчика, с людьми познакомься. Хочу, чтобы у тебя времени хватило на всё.

К ним поспешила незнакомая женщина в форменной одежде Лилиной НС, перепрыгивая через две ступеньки, замахала руками и крикнула:

– Лили, это здорово, что ты прилетела! Я рада вас с Натальей видеть. Мы все рады.

Симпатичная женщина, ее ровесница с большими черными глазами, спокойно улыбалась. Фигура у встречающей была плотно сбитой, явно тренированной. У Лили все помощники были такими.

Наташа пыталась вспомнить, не встречала ли она ее уже. За несколько лет общения с Лилей на глаза часто попадались ее сотрудники, но эту женщину она не помнила.

Лиля представила встречающую:

– Наташа, познакомься с помощником стилла-476 – Юлией Степар. Нашей лучшей сотрудницей. Из первого набора, – Лиля глубоко вздохнула, непонятно с радостью или печалью. – Нашей бывшей лучшей сотрудницей. С сегодняшнего дня они с Сергеем Потаповым работают здесь.

– Да. Мы персонал нового стилла, но в душе мы ваши навсегда! – воскликнула девушка.

Лиля похлопала Юлю по плечу, а та как будто ждала разрешения приблизиться и обнять ее.

Наташа сто раз видела подобные обнимашки, где сотрудники, невзирая на пол и возраст с огромным энтузиазмом и неподдельным восторгом приветствовали своего элеста. Ей казалось, что если Лиля зазевается, то ее не только пообнимают, но и зацелуют с ног до головы, как преданный пес своего хозяина.

Юля, лучась от счастья, спросила:

– Лили, если ты хочешь поприветствовать новорожденного стилла, Сергей просил немного подождать. Он позовет тебя, когда будет уверен в его стабильности, – и, обернувшись к Наташе, добавила: – Пойдемте, скоро начнется самое интересное.

Глава 15

Мальдивы. Краснопёрка

3 июля 2029 года 9:05

УТки висели над зданием. Влад постоянно переводил взгляд с монитора на окно, что-то сравнивал между видимым там и сям. Судя по довольному выражению лица, результат ему нравился. Когда Лиля и Наташа скрылись в здании, он тронул машину, направляя к стоянке у пляжа – узкой белой искрящейся полоске между скалой и длинной чертой пирса, уходящего к самому краю искусственной отмели.

Полоска пляжа расширялась, темные черточки на ней превращались в редкие пальмы, зонтики и навесы. Казавшийся идеально ровным песок покрылся маленькими волнами. Навесы и зонтики приобрели вид и раскраску фантастических зверей.

УТка коснулась площадки рядом с навесом в виде жуткой твари ядовито-розового цвета.

– Ребята, сейчас нашей подопечной на этом острове ничего не грозит, – объявил Влад. – За ней будет присматривать «вся королевская конница, вся королевская рать». Поэтому у нас есть время отдохнуть. Но отдых должен быть продуктивным. Я буду считать эти часы временем тренировки команды. Специально для Лёши замечу, что мы тренируемся, не лежа на песке.

– Да, я всё понял, – сказал Лёша, расстегивая комбинезон.

– Я проверю твою способность держаться на воде, – легонько толкнула его в бок Карина. – Похоже, тебя этому надо учить.

– После плавания играем с мячом, – сообщил Влад, пряча улыбку. – Для большей пользы используем очки дополнительной реальности.

Он вытащил из шкафчика очки и четыре пакета с плавками и купальниками.

Лёша посмотрел на пакеты:

– Мы будем загорать в одежде? Из-за меня, что ли? Так я уже не стесняюсь, всё в порядке.

– Из-за тебя? – Влад хмыкнул. – Нет. Одежда изначально существует для защиты от травм и грязи. А социальная функция навроде демонстрации статуса или скрытия половых признаков у нее вторична.

Аня засмеялась, расстегивая комбинезон.

– А мы сейчас посмотрим, как ты не стесняешься.

– Карина, это для Лёши не рановато? – спросил Влад.

– Нет. Для проверки самоконтроля в самый раз. Азы он освоил. Этого должно хватить.

Она выбралась из одежды, наблюдая за реакцией своего оке.

Обе женщины сложили комбинезоны, достали тюбики и принялись неспешно наносить защитный крем. Тщательно растирали его по всему телу, не пропуская никаких участков. После неторопливо натянули купальники.

Лёша наблюдал краем глаза. Пару раз вытер со лба пот, но дышал глубоко и ровно.

– Молодец! – похвалила Карина.

Лёша улыбнулся, выпячивая грудь.

Дверь УТки распахнулась, впуская внутрь запах океана и плеск волн. Команда вышла к линии прибоя.

– Так! – Влад хлопнул в ладоши. – В команде все собой владеют. Теперь посмотрим, как у нас плавают. Аня! Со мной наперегонки до буйка и обратно!

Не дожидаясь ответа, он рванул в воду. Аня помчалась следом.

– Ладно, – вздохнула Карина, провожая взглядом две пары мелькающих рук. – С самых азов. Лёша, ложись на воду.

Тот сунул физиономию в воду, вытянул перед собой руки и оттолкнулся от дна.

– Хорошо. Дышать как будешь?

Лёша повернул голову набок, захватывая порцию воздуха, и шумно выпустил в воду стайку пузырей.

– Ага. Молодец. Ну а теперь пошевели ногами. И руками тоже.

Он забарахтался, поднимая тучи брызг.

В это время Влад уже добрался до буйка и поджидал Аню. Та сделала несколько финальных гребков, шлепнула ладонью по оранжевому пластику и собралась поворачивать обратно, но Влад перехватил ее руку.

– Чего? – возмутилась она. – Выложился на первой дистанции, боишься на второй проиграть?

– Нет, – улыбнулся он. – Пытаюсь дать тебе фору. Подождал и хочу, чтобы ты отдышалась. Иначе тебя обгонять даже неинтересно.

– У тебя руки, как вёсла. Нечестно.

– Значит, тебе руками нужно чаще шевелить. Догоняй!

Он резко взял с места в сторону берега.

Карина мечтательно смотрела на них и куда-то в горизонт, затянутый дымкой. Наглотавшись воды, Лёша встал на ноги и покосился на возню, устроенную поодаль командой Ли-1.

Шестеро вытащили на отмель пять надувных пончиков и пытались на них взобраться, работая группами и по одиночке. Без использования грубой силы, зато азартно и шумно, как целый стадион. Игра шла непредсказуемо, фавориты то и дело менялись.

– Карина, ты поплавай без меня. Я сам справлюсь, – предложил Лёша.

– Тебе еще рано думать за другого. Только месяцев через семь-восемь, когда сам станешь наставником. Вижу, что у тебя к этому талант просыпается.

Она окунулась в воду, присела и побрела по шею в воде к своему оке.

– Я тебя одного не оставлю. Я не настолько жажду месить воду, чтобы позволить своему оке утонуть.

– Я останусь на мелководье. Что со мной случится?

– Вода – штука коварная. Мне виднее.

Карина выпрямилась, подзывая к себе Лёшу.

– Повторим первое упражнение. Смелее. Я страхую.

Брызги соревнующихся Ани и Влада быстро приближались.

Влад остановился и встал ногами на дно. Аня вовсю молотила руками и, когда оказалась рядом, он поднырнул и выловил свою оке, как рыбу.

– А-а-а-а! – завопила она, пытаясь отбиваться.

Пара на несколько мгновений была похожа на фигуру из балета, забредшую в океан. После чего рухнула, обдав волной Карину с Лёшей.

– Нечестно! – заявила Аня, выныривая из воды.

– Честно, – возразил Влад. – Я тебя догнал, перегнал и поймал. Ну и да, я крупнее. Зато ты легче и можешь быть быстрее. Тут шансы уравниваются. В утешение могу тебя покатать.

Аня тут же влезла на сцепленный Владом замок из рук. Он резко выпрямился, и оке с визгом взлетела в воздух.

Влад развернулся к Карине и распорядился:

– Вы тут заканчивайте. Карина, дай парню передохнуть и объясни, как играют в Сгибателей. Скоро сразимся с Ли-1. В командах нас будет по двое: наст с оке.

– Лёша, – Карина тронула своего оке за локоть, – ты про игру Сгибатели слышал?

– Нет.

– Я не удивлена. Для нее нужно дорогое оборудование. Игра популярна только у «Наших Служб». Сгибатели – это вариант пляжного волейбола в дополненной реальности. Выигрывает не тот, кто больше умеет, а кто больше старается. Очки присуждает ИИ. У нас это делает Вася. Он анализирует и оценивает все движения игрока. Самые высокие оценки он ставит за неожиданные творческие решения. Остальное тебе Вася лично объяснит.

Карина взяла один из четырех пластиковых пеналов, прихваченных Владом из УТки, и показала Лёше очки дополненной реальности. Тот посмотрел в стекло на свет и собрался надеть.

– Стоп, – приказала Карина. – Сначала высуши волосы. С тебя вода ручьями льется.

Лёша огляделся, потянулся…

– А-а-а… – протянула Карина и накинула полотенце ему на голову.

Через мгновение она уже интенсивно терла шевелюру подопечного.

Лёша попытался выкрутиться.

– Я сам.

– Поздно.

– Ты поосторожнее с парнем, – посоветовал Влад, – голову ему оторвешь!

– Как-нибудь обязательно это сделаю, – пообещала она, – но не сейчас.

Они смеялись, растираясь полотенцами, затем надели очки.

– Лёша, выбирай, какая реальность из наших трех тебе больше нравится. Будет время, я помогу тебе создать свою, – пообещала Карина.

Лёша надел очки и стал водить в воздухе руками. Когда он перепробовал всё, сообщил:

– Вот эта мне нравится, с подводным царством.

– Меня это ни разу не удивило, – отозвалась Аня. – Оке всегда выбирают реальность своего наста, сами того не осознавая.

– Это потому, что он уже засинхронизировался с наставницей. Отличный результат для двух недель, – похвалил Влад.

– А мне сейчас нравится реальная реальность, – заметила Аня. – Красиво тут, как в сказке. Нет смысла заменять на выдуманный мир. Только мяч будет модифицирован, как у всех. Для синхронизации.

Они пошли навстречу команде Ли-1, которая уже ожидала их у воды.

Глава 16

Мальдивы. Краснопёрка

3 июля 2029 года 9:15

На втором этаже за стеклянными дверями оказалось большое помещение, похожее на командный пункт космической службы. Пульты, мониторы, мигающие огоньки приборов, сосредоточенные люди за работой. Всё это напомнило Наташе кадры из новостной ленты. Похоже, центры управления выглядели одинаково, будь то космические корабли или служба безопасности стиллов.

– Всем привет! Как дела? – оглядевшись, спросила Лиля.

Сотрудники оторвались от работы и поприветствовали вошедших. Некоторые в белых комбинезонах НС-38 подбежали обнимать Лилю, досталось и Наташе. Она, отмахнувшись от обнимашек, сделала вид, что ей очень интересно посмотреть на пульт, где остались работать только несколько человек в голубых комбинезонах с черными рукавами. Проходя мимо, Наташа прочитала на их эмблеме «НС-703». Она, продолжая рассматривать оборудование, отошла подальше в угол, но так, чтобы слышать разговоры.

Высокий парень в белом, с длинными светлыми волосами, обнимая Лилю разъяснял обстановку:

– Первый набор кадров завершен. Четырнадцать человек Сергей взял из «Нашей Службы-38». Вася его консультировал. Десять – из семьсот третьей. Еще нам будут помогать двадцать специалистов из наших и пятнадцать – из семьсот третьей. Через две недели помощников отпустим. Ну, в крайнем случае, через три недели.

– Конечно, – улыбнулась Лиля. – Вижу, всё идет штатно, по протоколу.

Окружающие люди довольно улыбались, было видно, что им нравится Лилина компания.

– Среди них четырнадцать ищут оке для себя, – заметила Юля. – Как всегда, желающих много, есть из кого выбирать. Будем набирать со старших курсов академии, добавим еще из первой линии. У нашего стилла первая линия по численности сравнится с колонистами на Денебе.

Все засмеялись, и Лиля предложила:

– Если их так много, вы не соскучитесь! Может, я вам оставлю помощников на полгода?

– Нет, не нужно. Сергей сказал, что справится. Все молодые «Службы» справляются. И мы сможем. Не нужно делать для нас исключение. У Сергея есть несколько соображений для ускорения подготовки оке. Если получится хоть вполовину расчетного, проблема с персоналом будет принципиально решена. Для всех.

Лиля поискала глазами подругу и позвала:

– Наташа, перестань глазеть на выключенное оборудование. Иди сюда!

Наташа не успела придумать, что возразить, как двое сотрудников в белом подхватили ее под руки и поставили перед Лилей.

Она показала Наташе в центр экрана во всю стену и задумчиво проговорила:

– Наташа, смотри, Сергей решил вести стилл по программе «Восемь би»!

– И что? – протянула Наташа, непонимающе хлопая ресницами.

– Беспокоюсь… – бросила Лиля и обратилась к сидящим за пультом: – А это не резко для стилла из десяти элементов?

От пульта оторвалась немолодая женщина в белом и возразила:

– Последние данные за программу «Восемь би». С тех пор как вы, Лили, застиллились, развитие стиллостановления не прекращается. Сейчас это признано нормой. Почти нормой.

И она распорядилась показать состояние элестов.

На большом экране появились портреты десяти человек и рядом с каждым несколько графиков. Большинство – идеально совпадали.

Лиля облегченно вздохнула:

– Я уверена в компетенции Сергея. Мне элестов просто жаль. Они сейчас переживают самые потрясающие впечатления в жизни. Кто этого не пережил – не поймет. И скоро куратор лишит их этого. Пусть делает, что должен. Пора элестам ощутить первое в своей жизни расстилливание. Жаль маленького стилльчика, он решит, что умирает.

Глава 17

Москва

26 марта 2025 года 20:50

Наташа пришла с работы пораньше, переступила порог студии, поставила тяжелую сумку и крикнула:

– Лиличка! Я дома!

– Хорошо-то как! – донеслось из ванной. – Поужинаем вместе. Прям как в выходной. Я скоро.

Наташа прошла в так называемую гостиную с кухонной нишей и оглядела пятнадцатиметровую комнату, в которой они с Лилей жили уже больше полугода. Лилины вещи валялись на полу бесформенной кучей.

«Опять упахалась Лилька-бедолага! Она вообще-то дама аккуратная… Была, – со вздохом констатировала Наташа. – И у меня спину ломит. Был бы хвост, отвалился бы».

Белые крашеные стены и потолок напоминали Наташе белёный сарай, и она поморщилась.

«Мода дурная какая-то, всё в белый красить. Денег у хозяев на обои нету, что ли?» – поворчала она по привычке.

Всё остальное Наташе нравилось. И расположение, и вид на Москву с двадцать третьего этажа, и высокие потолки в галогеновых светильниках, и огромный шкаф-купе в коридоре, и большая чистая ванная. Но двоим в квартирке-студии всё-таки было тесно. Если бы не убирающаяся в шкаф двуспальная кровать, жить было бы негде.

У входа вдоль стены, граничащей с ванной, располагался вместительный холодильник, большая плита на четыре конфорки и шкафчик с мойкой.

Наташа помнила, как настаивала, чтобы в квартире обязательно должна быть плита. Не только микроволновка.

Большая плита.

Лиля не представляла – зачем. А Наташа повторяла бабушкины слова, прекрасно понимая, что к современной жизни они не подходят: «Печка и плита должны быть большими! Плита же кормилица наша. Большая кормилица больше кормит!»

Наташа сама не знала, зачем это ей нужно, но через месяц после переезда оценила полезность своего выбора. Теперь ее микробизнес по изготовлению и продаже пирожков процветал.

Она, не переодеваясь, первым делом разгрузила сумку. Осторожно достала пакеты с ванильным кремом, убедилась, что они не протекли, и положила на блюдо. Колбасную нарезку сунула в холодильник. Говяжьи кости вывалила в кастрюлю и поставила варить.

Из ванной вышла Лиля. Красная распаренная страшная без косметики.

– Что у нас на ужин? – спросила она и посмотрела на блюдо с пакетами. – Крем?

У Наташи сжалось сердце при виде подруги: «Чуть больше тридцати и у Лили уже морщинки вокруг глаз, веки припухшие, глаза мутные. Работа няней у трехлетки оказалась не сахаром. Очень дерганый ей ребенок попался. Не зря родители десяток нянек поменяли. Не молодеем мы. Я, наверное, не лучше выгляжу».

– Не жалеешь, что в няньках? Устаешь же. Может, к нам в ресторан пойдешь, на кухню? – спросила Наташа.

– Да ну тебя! – махнула рукой Лиля. – С кастрюлями грязными? Ты же знаешь, не терплю мыть посуду и вообще руки мочить. Уж лучше с детишками возиться.

– Любишь не любишь, а я вот с работы могу хоть еды принести. Сегодня от вчерашнего банкета мне колбаски отсыпали. А ты что с работы можешь принести? Грязный подгузник или колесико от поломанной машинки?

– Э-э-э… Ничего. Зато ты у нас за двоих меркантильная! За что и люблю! – Лиля подбежала и чмокнула подругу в щёку.

– Да. Я такая. Только и ты, хоть и тихоня, квартирку эту не сама оплачиваешь. Родичи твоего оболтуса вкладываются.

– Да, повезло мне с ними. Где там твоя банкетная колбаса? – спросила Лиля и бухнулась в большое кресло у окна.

Наташа, накрывая на стол, выдала последние новости о личной жизни работников ресторана.

Лиля слушала сосредоточенно, задавая наводящие вопросы:

– И ты думаешь, что ее муж ни о чём не догадывается?

– Уверена, – жизнерадостно заявила Наташа, – он лопух. Чудной такой.

– Не представляю, где бабы таких берут? И почему не ценят? – Лиля помрачнела.

– Потому что ищут. А кто ищет, тот и находит! Тут главное – втянуться в процесс. Это как с поиском квартиры в аренду. Сначала долго врубаешься, пробуешь, ошибаешься, а потом – бац! И нашла отличный вариант. Как я. Но внутри-то всё уже настроено на поиск, и сложно остановиться. Остается или другим помогать, или менять что есть на лучшее.

– Тебе виднее, – Лиля положила на хлеб тонко нарезанные кругляшки колбасы, понюхала и откусила.

– Вот ты когда последний раз на свидание ходила?

– Летом. В августе, – пробубнила Лиля с набитым ртом.

– А вот и не в августе, в апреле. Прошлого года. Позапрошлого. С такой интенсивностью через сто лет попадется тебе пенёк дряхлый. И сама такой будешь. Ты в личный кабинет заходила? Помнишь, неделю назад тебя регистрировали в службе знакомств?

– Фу! У меня времени нет.

– Найди.

– А сама ты? Где муж-москвич? Говорила, надо в Москву ехать – и заработаем, и замуж выскочим.

– Я же говорю, сначала нужно долго врубаться и пробовать. За меня не беспокойся. У меня всё под контролем.

– Ну, ты тогда нам обеим найди братьев близнецов. Двоих.

– А чё только двоих? Троих или четверых. Чтоб запас был!

И они смеялись, придумывая, зачем еще могут понадобиться близнецы и в каких количествах.

Глава 18

Мальдивы. Краснопёрка

3 июля 2029 года 9:30

Лиля села на одно из свободных кресел напротив центрального экрана. Два телохранителя встали рядом.

– Присаживайся. Устроимся поудобнее. Уверена, тебе в первый раз будет очень интересно понаблюдать за стиллом.

– А стилличик молодой сразу называет себя Ям? Или первое время путается с новыми местоимениями?

Лиля покачала головой:

– Ему сейчас не до разговоров – он в эйфории. В нирване. А когда придет в себя, ничего не напутает.

Наташа вспомнила давний разговор с элестом Арсением из пятого стилла, еще весной двадцать пятого. Тогда она его спросила: «А почему ты и вы странно говорите? Мым?»

«Эти новые местоимения? Пришлось создать их для насм стиллов. Иначе сложно отделять Я от Ям. Добавляя «м» в конце местоимения, получаем его значение для стилла. Ям – говорю от лица стилла, а Я – от лица элеста. Понятно?»

Наташа вздохнула, с сожалением вспоминая, что по глупой случайности перестала общаться с элестами первых стиллов. Потом одернула себя, спохватившись, что чем дальше держишься от сотрудников НС, элестов и антипальмовцев, тем лучше. А Лиля – это исключение из правил, она понимает, что не стоит человеку постоянно на мозги капать, агитируя в глоферы податься.

Наташа почувствовала, что Лиля ждет вопросов, и ляпнула первое, что в голову пришло:

– Сейчас стилл распадется?

Лиля мельком взглянула в планшет на коленках.

– Пока время для этого не пришло. Сначала нужно наших элестов искупать, переодеть и накормить. Они ели последний раз пять часов назад. Сергей начнет с купания, оно же и дезинфекция.

На центральном экране графики сменили четыре картинки с камер, показывая с разных сторон большую хорошо освещенную комнату без окон с минимумом мебели. На белых стенах висели картины с пейзажами иных планет, чертежи космических кораблей и фотографии сложных приборов. На полу, на пушистом ковре лежала груда подушек.

Наташа узнала лица элестов, которые сидели на двух диванах друг напротив друга. С тех пор как Лиля их показала, мало что изменилось.

Одна из камер транслировала, как Сергей подошел к самому молодому парню, взял за руку и повел в душевую.

Лиля пояснила:

– Юношу зовут Глеб Налесов. Ему полных девятнадцать лет. Это его четвертая Встреча. Он активист «Антипальмы» из Новгорода. Проходил интенсив в линии Захара. Два дня назад выпустил седьмую подопечную – юнгу. Новую еще не взял.

Лиля увидела на лице Наташи непонимание и пояснила:

– Ты же знаешь, что в «Антипальме» наставники интенсива называют себя командирами, а подопечных юнгами. Он приехал во Владивосток в составе группы приглашенных. Там бум «Антипальмы», активистов катастрофически не хватает. С сегодняшнего дня одним командиром у них будет меньше.

Она вздохнула и продолжила:

– Глеб высокоорганизованный человек. Он, в отличие от остальных, не только испытывает эйфорию первого слияния, но и понимает, что происходит. Думаю, он сможет помогать Сергею. Будет транслировать в стилл его просьбы.

Наташа увидела, как в огромной душевой Сергей снимает с Глеба футболку, расстегивает пряжку на ремне и отходит в сторону, кидая футболку в большую корзину для белья. Глеб, покачиваясь, расстегнул джинсы, снял и кинул в корзину, но промахнулся. Сергей улыбнулся и подобрал джинсы с пола.

– Здорово! – всплеснула руками Лиля. – Я же говорила, он контролирует себя. Видишь, сам раздевается!

– Вижу, – ответила Наташа и пожала плечами. Она не понимала восторга…

Ну раздевается парень, и что?

Глеб уже стоял под струями воды и медленно тер себя мочалкой. Сергей пошел за вторым элестом.

Наташа с трудом перевела взгляд с обнаженного юноши на трансляцию гостиной с элестами. Сергей выбрал женщину лет сорока с рыжими короткими волосами и повел в душ.

– Ой! Они что, вместе будут мыться? – изумилась Наташа.

Лиля потерла ладонью лицо и медленно заговорила, тщательно выговаривая каждое слово:

– Да. Все десять. Наталья, напомню, это не простые люди – это элесты одного стилла. У насм во время слияния сексуальных переживаний не бывает. Стилл – это же один организм. Не может нога испытывать влечение к руке. Ты же это знала. Я тебе сто раз говорила, что не сексом мым занимаемся во время слияния.

– Знала. Только увидеть своими глазами – это не то же самое.

– Что? Передумала в элесты подаваться из-за стеснительности? – улыбнулась Лиля, тыкая Наташу в плечо. – Да. Такое видео в сеть не выкладывают! Я считаю, зря.

– Правильно, что не выкладывают. Хоть элестам всё равно, а вот их родственникам будет неприятно, что на их жён, сыновей, матерей может любоваться любой желающий. Твоя мать не обрадуется, если сосед ее – дядя Григорий, будет тебя в неглиже в сети разглядывать.

– Ты права, Наташа. Смотри, их уже трое в душе. Глеб трет спину Диане, а Диана намыливает Генриха. Ты не в курсе, но это очень хороший показатель слаженности. Это дает уверенность в стабильности стилла.

Сергей привел пожилую даму, которая сама начала вяло раздеваться.

Лиля прочитала в планшете:

– Это Ксения Георгиевна Маркова. О, она рекордсменка! Она застиллилась с шестьсот сороковой попытки. В семьдесят пять лет стала активистом «Антипальмы» и научилась рисовать. Это всё для увеличения вероятности застилливания. Видишь, она сделала всё что могла, и у нее получилось!

Наташа недовольно хмыкнула и с завистью произнесла:

– Повезло.

«Активисты “Антипальмы” застилливаются на семь процентов чаще, не прошедших обучение людей. Умеющие рисовать – на пять процентов. Всего двенадцать процентов. Это так мало! Что из-за этого шум поднимают? Я тоже стану элестом. И без повышения шансов. Только чуть позже. Схожу еще на пару десятков встреч. Делов-то!»

И тут Наташа вспомнила о моратории. И в голове у нее мелькнула неприятная мысль, что возможно, именно этих двенадцати процентов ей и не хватило для инициации: «Лилька специально мне это рассказала. Теперь мозги будет промывать повышением шансов. А я-то знаю, что инициация – это случайность».

Она завертелась на стуле и уже собралась встать в выйти в коридор, чтобы подумать в одиночестве, но Лиля взяла ее за руку и тихо сказала:

– Не дергайся. Я с тобой. Всё уладится – верь мне.

Наташа чувствовала, что подруга смотрит на нее, но встречаться взглядом с ней не хотелось. Она дернула рукой, пытаясь освободиться, но Лиля держала крепко.

– Пусти. Я сама.

– Я с тобой.

– Отстань, – зашипела Наташа и выдернула руку.

Неожиданно Лилю загородил сотрудник в белом. На его лице от доброжелательной былой улыбки не осталось и следа. Наташа испуганно пискнула.

Лиля тихо приказала:

– Отставить. Опасности нет. Мы просто беседуем.

Телохранитель отошел на пару метров и замер, не спуская глаз с Наташи.

Лиля погладила подругу по голове, приговаривая:

– Всё хорошо. Это у моих бывших работников старая прошивка срабатывает. Пока не поставят прошивку на своих элестов, будут по-прежнему беречь меня, охраняя, как золотое яичко, и бояться, что я разобьюсь. Пора тебе привыкнуть.

– Пора. Только мне не привыкается что-то, – буркнула Наташа, показыв язык, отвернувшемуся на секунду охраннику.

Лиля хихикнула и кивнула в сторону экрана, где все десять элементов стилла-1476 стояли под струями воды. Надо было всматриваться, чтобы разобрать происходящее в сплетении рук и ног. Мылись не люди, а стилл из десяти элементов. Он мыл себя и не разбирал, чьей рукой чьё тело моет.

Наташе от просмотра этой картины стало дурно. Она не понимала, почему закружилась голова, почему она так часто задышала. Может, от неестественности происходящего? Может быть, от монотонной синхронности движений двадцати рук или от обилия обнаженных тел?

Она отвернулась, пытаясь отдышаться.

– Да! Я тебя понимаю, – радостно воскликнула Лиля, – в первый раз впечатляет. А сейчас они будут одеваться. Координация движений становится всё лучше. Да, они у нас прогрессируют в ускоренном темпе!

Наташа мельком взглянула на экран.

Сергей стоял в стороне и смотрел, как стилл одевается. Элесты натягивали друг на друга свободные штаны и рубахи. Не всё у стилла получалось гладко. Временами элесты не попадали в штанины, а бывало, теряли равновесие, но не падали, поддерживаемые спинами, руками и ногами соседей.

Наташу опять замутило, и она отвернулась.

Глава 19

Мальдивы. Краснопёрка

3 июля 2029 года 10:00

Влад послал мяч в гущу рептилоидов. Один из них выпустил из пасти фиолетовый язык, поймал им мяч, тут же размахиваясь с явным намерением выбить за раз не меньше двух очков. Влад сжался в живую пружину, готовясь к пакости, и в этот момент услышал входящий звонок. Заснеженное поле с зеленым небом, банда рептилоидов и пулей несущийся мяч побледнели, а на их фоне появилась надпись: «Входящий звонок от Новака-1473».

– Добрый день, Новак. Чем могу помочь? – отозвался Влад, пропуская мяч и устремившихся за ним рептилоидов.

– Мне нужна помощь ваших сотрудников, – отозвался в трубке суховатый голос искина. – Вася разрешил использовать вас. Вы достаточно потренировали свою команду, чтобы найти время помочь мне?

– Да. Сейчас переоденемся и будем в твоем распоряжении. Сообщи моей группе, что я приказываю возвращаться в УТку.

– Уже сообщил. Через десять минут я расскажу о ваших заданиях.

– Договорились.

Небо и поле приобрели прежние краски. Рептилоиды и люди, игнорируя мяч и не смущаясь странным видом друг друга, одной толпой топали к машинам.

Влад снял очки.

Проходившая мимо китаянка из Ли-1, повернувшись к Владу, заметила:

– Конечно, выиграл ваш Лёша с наставницей. Это было очевидно с самого начала. Он новичок, а Вася к таким имеет слабость.

– Не задирайся, Лиска. Он отлично играл. Ты сама всё видела! – вступилась Аня.

Влад улыбнулся, раскрывая навстречу объятья женщине за сорок из команды Ли-1.

Они обнялись как старые друзья, и он спросил:

– Катюша, как твои дела? Собираешься брать оке в ближайшее время?

– За этим я к тебе и пришла. Влад, посоветуй мне кандидата. Вера Владимировна впервые разрешила мне самой выбирать. А я смотрю на них всех и, кто бы мог удивиться, все мне нравятся. Это же ненормально?

– Это потому что ты, Катя, великодушная. В тебе любви на весь мир хватит.

Она звонко засмеялась и ответила:

– Вижу своего наста. Ты не изменился за эти пару лет. Умеешь вдохновить. И всё же, как выбрать?

– Давай завтра после обеда встретимся в Московском офисе и детально рассмотрим всех кандидатов. А как у тебя с Питом?

– С сексом лучше, чем ожидалось, а с личным общением хуже. Он из линии Эндрю. А у нас с этой линией плохая совместимость. Мы об этом знали, когда начали встречаться. Думали, проблемы будут в сексе. Оказалось, что это не без усилий и не без компромиссов, конечно, но решаемо. А вот теплых дружеских отношений завести так и не удалось. Мы коллеги, общих тем для обсуждений море, а почему-то не говорится. А только секс – это не то, о чём я мечтала. Всё-таки несовместимость линий – это серьезно. Я в дневнике всё подробно описала.

– Молодец! Ваш опыт поможет и нашей и его линии. Если в тебе тяга к экспериментам до сих пор не угасла, попробуй встречаться с парнем из новой линии. Новые линии стали появляться всё чаще.

– Я на днях возьму оке, и мне полгода будет не до новых линий и не до старых.

К ним подбежал запыхавшийся Лёша, ловко перекидывая трофейный мяч из руки в руку.

Посматривая на Катюшу из Ли-1, он спросил:

– А кто такой этот Новак? И с чего Вася отправил нас ему помогать?

– Новак – искин стилла-1473. Новак – это временное имя всех молодых, неназванных еще ИИ. Мы будем его звать так до тех пор, пока стилл не даст ему имя. Вася – родитель Новака. Он помогает отпрыску, как каждый родитель. Вот нас, бездельников, выделил ему для временной работы.

– Хотелось бы на этого стилла взглянуть. Влад, не поверишь, но я стилла вживую еще ни разу не видел.

– Терпение, парень. Сегодня к молодому стиллу людей не допустят. Все опасаются перестилливания. И куратор и сам стилл.

– Это когда стилл переформировывается? И может вобрать в себя новых элементов и избавиться от некоторых первоначальных?

– Да. Попроси Карину подготовить тебя к первой встрече со стиллом. И не отнекивайся. Подготовка – дело важное. Второго первого раза не будет. Не сегодня, так завтра, после дежурства, Карина привезет тебя сюда. Тогда и пообщаешься со стиллом лично. Не боишься?

– В смысле? Боюсь ли я взгляда стилла? Конечно нет! Мне скрывать нечего.

Катюша слушала молча, но всё же решила добавить:

– Больше половины жителей Земли избегают личного общения со стиллом. Это иррациональный страх открытого сознания. С каждым может случиться. Пока не проверишь – не узнаешь. Тебе бояться нечего. Если у тебя проявится страх, Вася перепрошьет его. Хотя лучше обойтись без этого.

Она попрощалась, поцеловав Влада, и упорхнула.

Лёша шел рядом с Владом и продолжал говорить:

– Да, я знаю правила для сотрудников НС. Дикарям прошивка не нужна, пугливых защищает закон. Если не хочешь общаться со стиллом, то никто не имеет права заставлять. А как тебе, Влад, взгляд стилла? Ты из чувствительных?

– Да. У меня чувствительность пятого уровня, класс «Б».

– Отлично. Я тоже такой же класс хочу. Это и не восторг от контакта, как в случае класса «А», и не страх – в случае «С». Класс «Б» – золотая середина. Для работы в компании со стиллом лучше не придумаешь.

Глава 20

Мальдивы. Краснопёрка

3 июля 2029 года 9:40

– А это мое любимое! – Лиля дернула Наташу за руку. – Первый совместный завтрак.

Элесты сели на трехногие табуреты за круглый стол. Перед ними лежали булочки в корзинке, сливочное масло, варенье в банках и сваренные вкрутую яйца. Бутылки с водой были заботливо открыты заранее.

– Что-то небогато у них с выбором, – проворчала Наташа.

– Так надо.

Глеб взял булочку, уже разрезанную пополам, и деревянной лопаточкой размазал по ней мягкое масло. Рядом сидящая Диана взяла у него булочку и передала соседке. Напротив Глеба сидела Ксения Георгиевна, тоже смазывала булочки и передавала соседям.

Наташа оторвалась от экрана и увидела довольные лица сотрудников. Лиля сияла от счастья и была очень сосредоточена. Казалось, она боялась пропустить что-то важное.

Наташа не удержалась и с любопытством спросила:

– А если бы в стилле не было бы ни одного антипальмовца, кто тогда мазал бы масло на булочки?

– Тогда их кормил бы Сергей. Главное – дать стиллу попробовать еду, как можно раньше. Если стилла не кормить, он сам захочет есть не раньше чем через два дня.

Элесты до первого расстилливания пребывают в эйфории, им не до питания. А голодные элесты имеют меньше шансов на повторное застилливание. Поэтому сейчас кураторы кормят своего стилла как можно раньше.

– А почему Сергей всё делает один? Почему вы не помогаете?

– Стилл признает только первого человека, которого ощутил при слиянии. Своего куратора. Ученые говорят, что этот момент похож на инбридинг у птиц. На первых порах стилл не подпускает к себе остальных людей. Боится перестилливания. Через двенадцать-пятнадцать часов после первого расстилливания этот страх проходит, – Лиля замолчала, зачарованно глядя на экран.

– Значит, ты считаешь своего куратора, Веру Владимировну, матерью, как цыпленок курицу?

– Это сложно объяснить. Не матерью ям ее считаю, а надежным другом.

– Это тым так считаешь, будучи стиллом. А как ты ее воспринимаешь человеком?

– Также.

Наташа хмыкнула и уставилась на экран.

Теперь все десять элестов возились с яйцами, медленно очищая их от скорлупы. К одному яйцу скорлупа прилипла намертво. Его держал один пожилой элест, а сидящий рядом двумя руками чистил. Справившись, элесты вложили в булку яйцо целиком, сильно прижали, и часть масла вылезла по краям.

Все застыли.

Через мгновение шевельнулись. И в один миг, как по сигналу, поднесли булку ко рту и откусили. Жевали и глотали синхронно.

У Наташи мурашки побежали по спине. Она убеждала себя, что ничего страшного в синхронизации нет, что она уже не раз видела записи первых действий стилла. Их показывали кандидатам в элесты перед каждой Встречей. Но ей было не по себе осознавать, что на экране не запись. Это творилось за стеной.

Дожевав, они по очереди взяли по бутылке воды и начали пить. Раздалось громкое синхронное бульканье.

Скоро синхронность нарушилась, и элесты перестали пить.

– Стиллу доставляет удовольствие синхронизация, – пояснила Лиля, не отрываясь от происходящего. – Пока не научится синхронно булькать, не успокоится. Ям и сейчас булькаю с удовольствием.

Стилл посидел минуту и опять синхронно забулькал. Так повторялось пару раз, пока вода в бутылках не кончилась.

– А почему никто не ел варенье? – спросила Наташа.

– Похоже, этому стиллу варенье не нравится. Ни вишневое, ни клубничное, ни абрикосовое. Поэтому и не ел.

Стилл встал из-за стола и пошел к диванам. Сергей остановил одну из женщин и поправил ее рубашку. Потыкал в свой планшет и рубашка пошла волнами, постепенно трансформируясь в приталенную футболку. Он быстро подогнал одежду по фигурам подопечных и вышел из комнаты.

– Да, знаю я, что это версалий, – перебила Наташа уже приготовившуюся объяснять Лилю. – У меня комбинезон такой, ты же мне его месяца три назад в подарок прислала. Выбираешь программу и получаешь любой фасончик.

– Конечно, помню! Не до фасончиков сейчас, смотри и не отвлекайся.

На экране началось движение. В комнату с элестами вошел Сергей. Он управлял роботизированной инвалидной коляской, которая катилась рядом. Все элесты спокойно смотрели на Сергея, изредка синхронно моргая.

– Одного из десяти элестов удалят на критическое для стилла расстояние. Стилл распадется. Кстати, узнаем с высокой точностью какое это расстояние. По предварительным расчетам должно быть четырнадцать метров, – пояснила Лиля.

Сергей подошел к Глебу, быстро и деловито ухватил за талию и усадил в коляску. Застегнул ремешки на запястьях и щиколотках. Защелкнул мощный карабин на поясе.

Лиля напряглась, глаза горели, она продолжила комментировать:

– Сергей выбрал Глеба. Надеется, что у парня воспоминания остались активными. Он не должен сильно сопротивляться. Чаще всего разум побеждает рефлексы. Но Сергей на всякий случай его пристегнул. Это требование протокола безопасности.

Наташа поёжилась, представив Лилю в подобном положении.

– Для элестов первый разрыв очень болезненный. Стилл ощущает угрозу жизни и сопротивляется. На заре становления стиллообразования кураторы буквально рисковали жизнью. Стилл может в страхе ударить куратора. К счастью, до летальных исходов не доходило, хотя были сломанные руки, ноги, а носы никто и не считал. Четыре года назад стилла выдерживали двое-трое суток. До фазы девять. В фазе девять стилл сам пробует расстилливаться и застилливаться. В старой программе часто бывали сбои. Сейчас первое расстилливание проводят под контролем. Побочных эффектов минимум.

Наташе стало интересно:

– А какие побочные эффекты могут быть?

Лиля кивнула стоявшему за ее спиной охраннику, и он отчеканил:

– При неверной процедуре первого расстилливания стилл может больше не собраться. Это большая трагедия для его элементов.

Лиля продолжила:

– Любая ошибка куратора и НС на первых порах приводит к неприятностям. Это называется неконтролируемым расстилливанием. Вы бы видели элеста, пережившего слияние и лишенного этого!

Наташа решила блеснуть своими познаниями:

– Так они же могут застиллиться в другом составе.

– Застилливаются обычно не все бывшие элементы – пэсты. Часть годами пытается. Это для них горе. И не только для пэстов. Представляешь, что чувствует куратор, если по его вине распался стилл?

Наташа увидела, что лица у всех стали суровыми и напряженными. В них читались и решимость, и надежда, и страх.

Наступила тяжелая тишина.

– А что чувствуют сотрудники, участвовавшие в этом? Я даже не представляю! – воскликнула девушка у пульта. Она задрожала, но быстро успокоилась.

Пока Лиля объясняла последствия неконтролируемого расстилливания, Сергей вывез Глеба в соседний зал, длинный, как вагон. Из пола поднялась, покачиваясь волнами прозрачная стена, закрывая широкий и высокий проход. Она достигла потолка и застыла, делаясь абсолютно ровной.

– Смотрите! Сейчас начнется.

Сергей шел за самоходной коляской и поглаживал Глеба по плечу. Они быстро удалялись от комнаты с элестами. Те забеспокоились, встали с диванов один за другим, и сначала быстро пошли, а через мгновенье побежали за Сергеем и Глебом. Наткнувшись на прозрачную стену, они застучали в нее кулаками, разбежались вдоль, ощупывая стену, пытаясь найти проход. Потом самая маленькая и худощавая женщина забралась по спинам мужчин на их плечи и стала ощупывать стену вверху, наверное, и там искала лазейку.

Соседняя камера транслировала, как Глеб дергался в кресле, как ремни впивались в тело. Лицо юноши перекосила гримаса ужаса и страха.

Рот искривился, и он крикнул страшным искаженным болью голосом:

– Не надо! Отпусти!

Сергей сбился с ритмичного шага, остановился, но потом догнал удаляющуюся коляску и продолжил идти за ней.

Неожиданно элесты у стены обмякли и попадали. Через минуту они встали на ноги и обнялись. Они молча смотрели на удаляющуюся коляску, припав бесформенной кучей к прозрачной стене.

Коляска остановилась, и Сергей расстегнул ремешки, удерживавшие Глеба.

Он встал, растирая запястья, и сказал охрипшим голосом:

– Мать моя женщина! Это было великолепно!

Он порывисто обнял с высоты своего двухметрового роста невысокого Сергея и поцеловал в макушку.

– Спасибо! Знал, что будет круто! Но это… Словами не передать!

– Знаю. Знаю, – Сергей неуклюже смахнул с лица слезу.

Глеб помахал элестам за стеной, и те, увидев, перестали обниматься, запрыгали, замахали в ответ.

В командном пункте наступила тишина. Стал слышен еле заметный гул далекой силовой установки, скрип кресел, учащенное дыхание присутствующих.

Наташа видела, как все напряглись. Оторвавшись от своих планшетов, они пристально вглядывались в происходящее на большом экране, хотя там и не происходило ничего плохого, и со страхом на лице ждали, что будет дальше. Наташа почувствовала их напряжение, как свое. Она напряглась, ей тоже стало страшно.

– Пойдем. Пора застиллиться второй раз. Впервые. – И Сергей, взяв Глеба за руку, зашагал к элестам.

Наташа оглянулась на сотрудников. Они так же сидели в напряжении.

– А вы не пойдете смотреть на слияние вживую? – спросила Наташа, ни к кому конкретно не обращаясь.

– Зачем? – Лиля с трудом оторвалась от экрана, на ее лице было удивление.

– Ну… Это. Повышает шансы на застилливание.

– Глупости это. Бред фанатов. Не повышает. Можешь идти. По коридору слева последняя дверь. Только за красную линию не заходи.

– Нет. Я такого не любительница. Так просто спросила, – прошептала Наташа, высматривая на экране то, что могла пропустить.

Все элесты остались на своих местах, только Сергей с Глебом медленно шли к ним, застывшим, распластавшимся вдоль перегородки. Похоже, Глеб устал, и Сергей поддерживал его под руки. Метров за пятнадцать от элестов Глеб дернулся, изменился в лице.

Моргнул свет.

Стилл родился заново.

Глеб вырвался из рук Сергея и побежал…

К себе!

Прозрачная перегородка просочилась в пол, и элесты рванули навстречу Глебу. Его притянуло множество рук, и они обнялись. На лицах светились счастливые улыбки, и блестели мокрые полоски от невысохших слёз.

– Элесты благополучно застиллились, – звенящим голосом произнес Сергей.

Он глубоко вздохнул, вытер пот со лба и, улыбаясь, пошел к своему стиллу.

В командном пункте все повскакивали со своих мест, стали аплодировать и обнимать друг друга. Наташа захлопала в ладоши, стараясь попасть в общий ритм. Ее тоже целовали и обнимали, она радовалась вместе со всеми, но не до конца понимала причину ликования, только чувствовала, что всё хорошо, что так и должно быть.

Глава 21

Москва

26 марта 2025 года 22:30

После ужина Наташа не удержалась и посмотрела вместе с подругой первый эпизод нового сериала. Его нашла Лиля, но ни ей, ни Наташе история об удачливой красавице не понравилась. Они хором поплевались и, наверное, уже в сотый раз посмотрели первый сезон «Друзей».

Лиля завалилась в кровать с бумажной книжкой, а у Наташи наконец-то появилось время зарегистрироваться на Встречу.

Ну, казалось бы, всё просто и доступно. Вот тебе карточка с адресом, вот тебе код для регистрации. Смартфон с доступом в интернет тоже имелся.

Что может пойти не так?

Наташа не понимала, но что-то точно было не так. В какой-то момент регистрация срывалась, вынуждая начинать всё заново от заполнения длинной анкеты. Пару раз она даже психанула, решив, что профессор – никакой не профессор, а шутник или вовсе мошенник. Потратив почти час на многократное пережевывание воспоминаний, Наташа уговорила себя, что профессор настоящий, а она просто устала. Кинув смартфон в сумочку, она легла спать и долго ворочалась под доносящийся из коридора скрежет хлебопечек.

Утро юного предпринимателя всегда заполнено делами большими и маленькими.

Готовое тесто вынуть, раскатать, разрезать, слепить в пирожки с заранее приготовленным фаршем. Пока тесто будущих завтраков студентов поднимается, нужно вытащить Лилю из постели и отправить умываться. Приготовить завтрак, заварить свежемолотый кофе. Затем собрать постельное белье и задвинуть кровать в шкаф.

Наталья огляделась. В крошечной студии стало заметно просторнее. Всё необходимое сделано. Оставалось только выудить Лилю из ванной и позавтракать.

Завтрак шел под аккомпанемент рассказа столичного блогера о местных новостях. Традиция, заведенная Наташей.

Нужно же знать, что происходит там, где живешь!

Лиля сидела с отсутствующим видом, вяло ковыряя вилкой в тарелке. И новость о предстоящей Встрече во Дворце Спорта в Сокольниках у нее интереса явно не вызвала.

– Лилька, – позвала Наташа. – Ау! Прикинь, – она ткнула пальцем в смартфон, – меня туда сегодня пригласили. Представляешь?

– Угу, – согласилась Лиля сквозь зевок, – представляю, что зверски не выспалась, – она снова зевнула. – Раз пять за ночь просыпалась из-за твоих хлебопечек.

– Это потому что с них покрывало сползло. Поэтому стало слышно. Ты, если увидишь, что оно сползло, поправь, ладно? А что ты скучная какая-то? Народ говорит, что на стадионе будущее создается.

– Как скажешь. Придешь поздно, не буди, – пробормотала Лиля, отрываясь от стола.

В этот раз Наташа оказалась в университете в аккурат к концу пары. Раздала заказы, распродала запас, захваченный на всякий случай, и обзавелась еще парой новых покупателей. Она хотела было озадачить кого-нибудь из продвинутой молодежи своей проблемой регистрации, но перерыв закончился. Студенты моментально рассосались по аудиториям, оставив после себя лишь спертый воздух и несколько клочков бумажек на полу.

Времени катастрофически не хватало. Добираться от метро пришлось бегом. Часы на экранчике смартфона резали последние секунды с четкостью слайсера. Перебегая дорогу на красный свет, Наташа поскользнулась и едва не рухнула под колёса недовольно загудевшего такси.

– Нах тебя! – взвизгнула она, уворачиваясь от проносящегося вплотную желтого борта.

Ворвавшись в ресторанный офис, Наташа глянула на экран.

Секунда в секунду.

Ладно, в этот раз без опоздания. Значит, шансы уйти чуть раньше есть. Если она не будет тянуть и тупить, то успеет закончить работу с запасом в час или около того. Глянула в заказы. Новых нет. А те торты она знает, когда сможет закончить. В лучшем виде. Главное, чтобы менеджер не заговнился.

Кстати, кто сегодня главный?

Директора на месте еще не было. Кадровички тоже. Зато у полки с канцелярской мелочью во все свои метр девяносто и центнер веса возвышалась менеджер Рита. Она сосредоточенно изучала ведомость и, казалось, не воспринимала ничего за пределами этого листка бумаги.

– Привет! – гаркнула Наташа.

Рита мотнула короткими кудряшками, отрывая взгляд от ведомости.

– А? – она сонно посмотрела на Наташу. – Ты? Привет.

– Поможешь?

Наташа старалась удержать внимание Риты, не давая ей снова сунуть нос в ведомость.

– А… А что случилось? – поинтересовалась Рита, подрагивая вторым подбородком.

– Пустяк. Не получается зарегистрироваться на сайте. Я в этой технике ничего не понимаю. Вот, здесь, – Наташа протянула смартфон.

Рита посмотрела на экранчик, и ее брови взлетели на середину лба. Она пошевелила страничку пальчиком, дважды прошлась по ней сверху вниз и с интересом уставилась на Наташу.

– А это те самые Встречи? – уточнила она, набирая в окошках то, что знала о Наташе.

– Наверное. Я первый раз пойду.

– А ты не боишься?

На пороге офиса появился Иваныч – главный по мясу.

– Привет, девочки. Чего это у нас Наташка боится?

– Ничего, – гордо ответила Наташа. – Я просто не во всём разбираюсь.

– Это дело понятное, – бодро заметил Иваныч, заглядывая в руку Риты.

– О! Регистрация на Встречу стиллообразования. Ритка, это ты туда собралась?

– А? Нет. Это она… – Рита кивнула на Наташу.

– Фига се! Ты, Наташка, крутая! Только не забудь потом мне рассказать, как оно там, на Встрече! Мой тесть туда сходил неделю назад.

– И что? – хором спросили обе женщины.

– И до сих пор не вернулся. Но жене звонит каждый день, говорит, что всё отлично. Та верит. У бабы нервы железные. Но хочет его проведать. Посмотреть на его «отлично». Уже сковородку начистила.

Увидев, что история романтических отношений тестя и тёщи отклика у слушательниц не получила, Иваныч, пожав плечами, ретировался.

Рита уточнила у Наташи несколько вопросов, молниеносно потыкала в разные точки экрана, удовлетворенно кивнула и вернула смартфон Наташе.

– На.

– Ой! У тебя всё так быстро получилось. Ты такая талантливая!

– А, спасибо на добром слове, – вздохнула Рита. – А ты, вижу, и вправду не боишься участвовать.

– Нет. Что там может быть страшного? Я в сказки не верю. Иваныч меня пугает. Нравится ему меня пугать. Вчера гаркнул в ухо со спины. Я аж подпрыгнула.

– Потом расскажешь, как там было. А то на тестя Иваныча надежда слабая.

Обе хихикнули.

– Завидую, – снова вздохнула Рита.

– Фигня это всё. Я в сети ролик видела и ничего опасного не заметила. А что ты знаешь о Встречах… такого?

– А… Да всякое тут говорят, – Рита покраснела.

Заглянувший в офис шеф бодро выпалил:

– Да, что там страшного? Групповуха – дело обычное. И ничего опасного. Приятно даже, – из-за двери загоготали.

– Тьфу, дурак! – ругнулась Рита.

Шеф с независимым видом вышел, прихватив пачку рецептурных карт.

Спорить, объяснять и оправдываться у Наташи не было ни времени, ни желания. В конце концов, тупую шутку, если не забыли прямо сейчас, то забудут очень скоро. Таких шуток, грубостей и откровенной глупости случалась масса каждый день. Все слегка на нервах, каждый разряжается, как умеет.

– У меня сегодня еще встреча с одним молодым человеком, – прошептала Наташа у самого уха Риты. – Нужно уйти пораньше.

Рита заулыбалась, краснея еще сильнее. Она мечтательно подняла глаза к потолку и так же тихонько ответила:

– А… Да-да. Конечно, иди. Личная жизнь шуток не терпит.

– Рита, ты прелесть! Спасибище тебе огромное.

Наташа чмокнула ее в щёку и умчалась к себе в кондитерскую.

Рабочий день захватил Наташу с головой. Кто-то из ассистентов неплотно прикрыл морозильную камеру, и там моментально нарос небольшой ледник. Пришлось срочно приводить ее в порядок и выгораживать растяпу. Чего-то не хватало и приходилось клянчить у вечно недовольных коллег на кухне. В финале один из заказов на торт внезапно отменили, оставив кондитеров озадаченно взирать на бисквитную заготовку и ведро крема.

– И когда мы сможем это использовать? – задумалась вслух Наташа, заглядывая в смартфон.

В этот момент она вспомнила, что сегодня Встреча, ради которой она договорилась уйти пораньше. И вот это пораньше уже наступило.

Крикнув Иванычу, чтобы достал ей кости, Наташа рванула в раздевалку, надеясь, что будет первой, и ей не придется ждать очереди. И она действительно оказалась первой.

Иваныч встретил ее перед служебным выходом с увесистой сумкой.

– Всё кормишь и кормишь собак, – проворчал он. – Пора уж бобиков к делу пристроить. Хотя бы научи их эти десять кило костей на себе таскать.

– Да что ты! – отмахнулась Наташа. – Кобели все одинаковые, только жрут. Пользы с них никакой.

– Ну, не все кобели одинаковые. Не все. Некоторые, хе-хе, очень даже полезные.

Иваныч многозначительно оскалился, демонстрируя золотые зубы.

Наташа сделала вид, что намеков не поняла, изобразила милую улыбку и, уворачиваясь от объятий, скользнула за дверь под разочарованные вздохи Иваныча.

Хороший мужик Иваныч. Уже три месяца бесперебойно снабжает ее костями. Можно сказать, обеспечивает сырьевую основу ее бизнеса. Кости в бульон, остатки мяса на начинку пирожков. И всё это – на спасение будущих инженеров от голодной смерти. Заодно и небольшой доход для бедной трудолюбивой женщины. Только знать об этом Иванычу не стоит.

У нас ведь как?

Если кто-то узнает, что ты на чём-то зарабатываешь, всегда норовит отщипнуть да побольше. А потом обнаруживаешь, что в остатке у тебя от всех забот, хлопот, таскания тяжестей и хронических недосыпов остается всего ничего, будто бульон не из костей, а из яиц.

С такими мыслями Наташа доехала до нужной остановки. Подхватила сумку и посетовала на то, что хорошо бы она была на колесах. Но, пройдя несколько метров по скользким ледяным холмикам, пришла к выводу – всё-таки для колес еще не сезон.

Глава 22

Мальдивы. Краснопёрка

3 июля 2029 года 10:10

Лиля обменялась несколькими жестами с вошедшим сотрудником и, поднимаясь, сообщила:

– Наташа, я пойду к стилличику. Сергей меня зовет, хочет, чтобы его элестам было спокойнее в присутствии собрата. Пока меня нет, о тебе позаботится Юля.

Наташа хотела спросить, надолго ли Лиля уходит, но не успела. На Лилино кресло присела Юля.

– Мне жаль уходить из тридцать восьмой. Я считаю, что НС-38 – лучшая «Служба» на Земле. Но в то же время хочется участвовать в становлении стилла с первых его шагов, – начала разговор Юля.

– Понимаю, – произнесла Наташа, чтобы хоть что-то сказать.

– А я вас, Наталья, хорошо знаю. Не раз дежурила вашим телохранителем. Конечно, вы меня не помните, потому что не видели. Когда всё хорошо, мы не показываемся на глаза своих подопечных.

Наташа посмотрела на Юлю, будто только что увидела.

– Ой! А я бы и не подумала, что вы телохранитель.

– Значит, я хорошо работала! Все сотрудники НС дежурят телохранителями. Наша первая задача – оберегать своих элестов, их ближайших родственников и друзей.

– Да. Я знаю. Вы нас называете объектами первой линии.

– А еще. Вторая задача, – она стала загибать пальцы на руке, – каждый сотрудник имеет минимум начальное медицинское образование, чтобы оказать первую помощь при необходимости. Третья – мы универсальные водители. Четвертая – сертифицированные космонавты. И пятая – потенциальные кураторы. А вдобавок у каждого есть еще личная специализация.

Наташа посмотрела в черный потолок, рассматривая большие круглые светильники, напоминающие планеты в космосе.

– Это проекция, а не реальные предметы, – пояснила Юля, проследив Наташин взгляд. – Хотите, я вам на потолок видео с камер наблюдения выведу?

Наташа фыркнула, замотала головой и уставилась на центральный экран, отметив про себя, что все операторы не отрывали от него глаз.

Сергей подошел к стиллу и стал гладить его двумя руками, не разбирая, чьи плечи и головы попадались.

– Испугался, мой маленький! Ну, теперь всё будет хорошо. Самое страшное позади, – ласково ворковал он. – Пойдем, дорогой, ляжем, расслабимся, нечего тут стоять.

Свет в длинном зале стал постепенно гаснуть. Элесты зашевелились, расслабили объятья и, медленно переставляя ноги, двинулись в ярко освещённую комнату.

Сергей дошел до белого пушистого ковра с грудой подушек и позвал своего стилла:

– Сюда! Ложись, здесь ты весь поместишься.

Стилл залег на ковер всеми десятью телами. Он подгребал под себя подушки, копошился, устраиваясь поудобнее. Подушки распределились по периметру, образуя подобие гнезда. Посередине, переплетая руки и ноги, лежали счастливые элесты.

Сергей прилег у гнезда и положил голову на подушку рядом с Глебом.

У Наташи от этой картины защипало в глазах. Она засопела носом и отвернулась. Представила, как она станет элестом, и кто-то, как Сергей, будет заботиться о ней и ее стилле.

Юля подала ей бумажный платок.

– Не плачьте. Всё уже хорошо. Сергей отличный специалист. Я не сомневалась, что он доведет своего стилла до максимальной стабильности. Через два часа элесты восстановятся. У стиллов из десяти и больше элестов первичная регенерация проходит быстро.

– Я не переживаю.

– Сергей заранее приготовил для стилла игры. Они его отвлекут от пережитого. Смотрите, сейчас он их будет развлекать. Основная заповедь куратора: «Стилл должен всегда быть занят», – Юля произнесла заученную фразу и помахала пальцем над головой, наверное, кому-то подражая.

– А если стилл будет не занят? – уточнила Наташа.

– Вот тогда жди беды. Стилл, даже новорожденный, найдет себе занятие. В лучшем случае что-нибудь разберет или сломает. А может проявить такую инициативу, что потом его НС год будет расхлебывать последствия. Это как ребенок маленький, но с гениальной головой и множеством ловких рук.

– Это ты на своего бывшего стилла намекаешь? На Лилиного тридцать восьмого?

– Без разницы. Все они одинаковые, пока маленькие. Смотри, там Лили, – Юля показала на экран.

Наташа увидела Лилю в комнате со стиллами. Она рылась в шкафу, открывая одну дверку за другой.

– Дорогой мой стилл, – Сергей сел на ковер, повернувшись к элестам, – пора придумать имя нашему искину. Сейчас среди стиллов в моде имена с юмором. Тым можешь выбрать любое и не обращать внимания на моду.

К Сергею подошла Лиля и положила к его ногам десяток планшетов. Рыжеволосая женщина погладила Лилю по ноге. Та наклонилась и поцеловала ее. Несколько рук притянули Лилю в гнездо.

– Оним тебя сейчас затискает, – проворчал Сергей.

– Это еще кто кого! – со смехом отозвалась Лиля, не переставая гладить по головам двух ближайших элестов. – Мне не впервой. Я знаю, как с юными стилльчиками возиться!

Сергей раздал планшеты элестам. Они быстро сообразили и открыли вкладку со статьей об именах ИИ.

Сергей продолжил объяснять:

– Имя твоего ИИ может быть женского рода, мужского или среднего. Стиллы, в составе которых больше мужчин, обычно называют ИИ женским именем. Если больше женщин – мужским. А если поровну, дают имя среднего рода. Но так было не всегда. Я более четырех лет работал в «Нашей Службе-38». Стилл состоял из двух мужчин и двух женщин, а ИИ назвали мужским именем – Вася.

– Это я назвала его Вася, – похвалилась Лиля, и ее погладили несколько рук одновременно.

– Ям назову его Домино, – хором произнесли десять элестов.

Раздался суховатый синтетический голос:

– Спасибо за имя, стилл-1473! Я твой искин Домино. Рад познакомиться. Я буду беречь и защищать тебям и дело твоих рук.

– Ям люблю тебя, Домино, – ответил стилл. – Давай играть!

Сергей увидел, что элесты начали вставать, один из них уже вылез из гнезда.

Сергей взял активиста за руку, легонько подталкивая обратно, и похвалил:

– Молодец, 1473. Тым назвал своего ИИ! Теперь выбери цвет униформы НС. Это следующая вкладка на планшете. Выбери из готовых дизайнов или сочини самам. Только проверь, вдруг такой дизайн уже использует действующий стилл.

Элесты зависли в планшетах. Затем каждый произнес по одному слову:

– Ям… выбрал. Это… салатово… зеленый… внизу… штанин… переходит… в… белый… на… поясе… и… красно… оранжевый… с… левого… рукава.

– Замечательно! А теперь пора…

Десять голосов, слившихся в один, перебили Сергея:

– Ям выбрал имя для искина и форму для сотрудников. Ям выбрал имя для себя – Адам. Хочу, чтобы меня звали Адам.

– Это имя пятьдесят четвертого стилла. Выбери другое имя, чтобы вас не путали или не пришлось добавлять к твоему имени цифру, – попросил Домино.

Элесты задумались, заглянули в планшеты и скоро торжественно объявили:

– Адаммир. Адамов мир. Это мое имя!

– Какое хорошее имя, Адаммир! Ты молодец, что решил его себе выбрать сам. Многие стиллы ждут, пока их назовут по выбранной ими специализации,– похвалил Сергей.

– Ям знаю. Ям поступил иначе – сначала нашел свое имя, а потом найду себе дело по душе. Домино, скажи, какая специализация подходит для моего имени?

– Креативный менеджер. Дизайнер виртуальных миров. Архитектор жизненных форм. Модератор мозгового штурма. И много других. Я прислал тебе список. Выбирай, что хочешь попробовать.

– Хочу стать архитектором экосистем. Домино, предложи задачу.

– Адаммир, для первого проекта в качестве архитектора экосистем предлагаю тебе спроектировать и описать идеальную, сбалансированную экосистему для планеты со схожими с Землёй условиями, но лишенную жизни. Начни с заселения острова, похожего по климату на остров Мадагаскар. Экосистема должна состоять из 30-40 видов флоры и фауны, способных гармонично сосуществовать в течение долгого времени. У тебя есть неограниченная свобода в выборе этих видов и их характеристик – можешь проявить свое творчество!

Элесты ответили:

– Состав почвы и атмосферы Земли формировался миллиарды лет под воздействием живых организмов. Маловероятен вариант, что планета, которую нужно заселить жизнью, будет схожа с Землей. Если только после всепланетной катастрофы, когда вся жизнь на ней погибла. Но тогда останутся микроорганизмы и вирусы.

– Это первое облегченное для тебя задание. Реши, его и я придумаю следующее посложнее. Повторю: на планете нет жизни, никакой.

Элесты задумались. Пятеро остались лежать неподвижно, а остальные очень быстро набирали в планшетах текст, искали в сети, заполняли таблицы, выводили графики.

Через пять минут элесты заговорили по очереди на разные голоса:

– Я разработал проект устойчивой экосистемы из двадцати пяти микроорганизмов и грибов, тридцати четырех видов многоклеточных организмов, способных поддерживать жизненный бесконечный цикл. В ее основе – двенадцать видов автотрофных растений, включающих как высшие формы – покрытосеменные деревья и кустарники, так и водоросли, лишайники и мхи. Это обеспечит наличие пищевых связей для всех гетеротрофов экосистемы. На следующей ступени пирамиды находятся восемь видов насекомых. Далее шесть видов растительноядных млекопитающих разного размера – от мелких грызунов до крупных травоядных. Их численность регулируют три вида всеядных, которые могут временами питаться травоядными. Далее я добавил пернатых, а также семь насекомоядных птиц и земноводных…

– Хорошая работа, Адаммир, но ты не учел много факторов. Я прислал тебе их список.

Элесты пробежали глазами по присланным материалам и ответили:

– Ям не знал, что без вирусов экосистема нестабильна!

– Адаммир, мне жаль тебя прерывать, но тебе нужен отдых, пора спать.

– Не хочу! – капризно закричали десять элестов. – Хочу построить с Домино виртуальную модель моего мира. Ям дам ему имя Адаммир-1.

– Обязательно продолжишь, но позже. Ты устал, тебе нужно восстановить силы после первого расстилливания. Адаммир, а ты никогда не задумывался, что происходит с разумом во время сна? Какие процессы запускает отдых у стилла? Я предлагаю тебе провести увлекательное исследование себя. Погрузись в сон на семь часов и зафиксируй свои ощущения, мысли, возможные сновидения. Все молодые стиллы говорят, что это очень интересно. Найди их рассказы в сети.

Элесты погрузились в чтение статей, рыжеволосая ответила:

– Мнем достаточно пяти часов сна.

– Согласен, тебем виднее, – ответил Сергей. – Не тяни время, погрузись в сон прямо сейчас. Я уверен, первый сон в слиянии станет отличным опытом для твоего развития.

– Очень любопытно, – ответили хором элесты, и глаза их закрылись.

Через минуту из гнезда доносилось размеренное пыхтение, похожее на дыхание огромного доброго животного.

Лиля аккуратно выбралась из-под рук и ног спящих элестов. На ходу она собирала планшеты и складывала на ковер, потянулась как от долгого сна и спросила:

– Сергей, где одеяла?

– Одеяла ни к чему, им не холодно. Стиллы могут и на снегу в мороз спать.

– Могут. Сама спала. Но поверь мне как элесту, им будет очень приятно почувствовать заботу. Может, чрезмерную, немного глупую. Но это так душу радует, когда открываешь глаза, а ты укрыт!

– Ну, давай накинем на негом пледы. Думаю, хуже не будет, – согласился Сергей, открывая шкаф.

Они осторожно ходили между спящими и прикрывали их пледами с забавными мультяшными картинками. Стилл постоянно хватал Лилю за ноги. Убирая его руки, она проходила дальше и тихо посмеивалась.

Они еще долго поправляли подушки и прятали под пледы торчащие руки и ноги.

Лиля с нежностью посмотрела на Сергея и шепнула:

– Тебя тоже нужно укрыть. Хочу и твою душу порадовать.

Камера показала крупный план стилла, поправляющего во сне плед Ксении Георгиевны сразу четырьмя руками. Мужчина рядом положил ей голову на плечо и сладко посапывал.

Ранее именно его Наташа окрестила алкоголиком, она спросила Юлю:

– Почему элесты так быстро заснули?

– Стилл умеет быстро засыпать. Он регулирует физиологические процессы элестов.

– А если бы стилл не захотел уснуть? Будет вести себя, как ребенок.

– Сергей его станет уговаривать, пока не убедит. Прекураторов учат этому. Новорожденный стилл не младенец, он понимает, что для него хорошо, а что плохо. Он не капризничает, хотя временами так и кажется.

Глава 23

Мальдивы. Краснопёрка

3 июля 2029 года 10:30

Наташа не заметила, как на большом экране сменилась картинка.

Лиля и Сергей сидели на диванчике, подобрав под себя ноги. Обувь валялась рядом.

– Он так и сказал? – со смехом переспросил Сергей.

– Да. Представляешь?

Они посмеялись.

Лиля потыкала в коммуникаторе и спросила:

– Сергей, а когда к твоему стиллу можно будет людей допускать?

– Думаю, завтра после девяти утра. А что ты хочешь сделать? Кого показать моему стилльчику?

– Наташкин сын, Март, давно напрашивается пообщаться с новорожденным стиллом. Они с моим помешаны на Встречах. Мечтают стать элестами.

– Понятно. Хочется, но не можется. Им только семнадцать, а до совершеннолетия участвовать во Встречах запрещено, – Сергей понимающе улыбнулся.

– Ну, им еще и семнадцати нет. Зато энтузиазма на все тридцать! Считают, что на первой Встрече непременно застиллятся, и изучают основы стиллообразования. Уверена, будут кураторами.

Они засмеялись. Сергей заглянул в планшет и удовлетворенно отложил его на придиванный столик.

– У них чувствительность класса «Три А»? И у того и у другого?

– Да. Общаются со стиллами с восторгом. Если кто-то из них захочет стать куратором, придется перешить на класс «Б».

– А они хотят?

– В этом возрасте дети всё хотят. Им до прекуратора не меньше пяти лет еще. За это время многое в методиках и технологиях изменится, если судить по современной скорости развития.

– Конечно, пусть приезжают. Не завтра. Завтра ожидается мощный наплыв первой линии. У моего стилла много родственников и друзей. Жду мальчишек через два дня после обеда. Ты до их приезда останешься? Космос подождет?

Лиля поцеловала Сергея в щёку. Он обнял и незаметным движением поправил ей волосы.

– Спасибо! – сказала она, устраиваясь на диване поудобнее. – Останусь пока. Сын Геннадия женится, и наш стилл застрянет здесь еще на две недели.

– А я и не знал. Забегался со своим стилльчиком. Несколько часов как уволился из НС-38 и уже не в курсе новостей. Рад, что ты будешь рядом!

Они молчали, рассматривая лица друг друга, как будто видели впервые.

– Так ты рада за меня. Или не рада… – Сергей то ли спрашивал, то ли утверждал.

Он гладил Лилину руку медленными движениями, временами растирая кожу. Похоже было на массаж.

– Конечно, рада!

Лиля вздохнула и посмотрела в потолок.

– Мне грустно, что всё меняется. Как раньше не будет никогда.

– Тебе сложно представить меня не твоим подчиненным?

Лиля резко отдернула руку. Сергей застыл.

– При чём здесь это? В моей жизни нет ничего постоянного. Вот я и горюю, – она опустила голову и протянула другую руку Сергею. Он стал гладить ее так же медленно и аккуратно.

– Ничего не изменится. Всего-то! Ты будешь видеть меня в моей НС, а не в своей. Будешь в гости прилетать. Как это нет ничего постоянного? Это твой стилл. Забыла?

– Это будет привычка или любовь? – почти шепотом спросила Лиля, заглядывая в глаза, как умеют элесты.

– Это будет привычная любовь или любовная привычка. Как ты захочешь!

Сергей улыбнулся и крепко обнял Лилю. Он смотрел на нее влюбленными глазами. Она уткнулась в его шею и обмякла в объятьях. Сергей зашептал ей на ухо, Лиля засмеялась и ответила на его страстные поцелуи.

Наташа с удивлением не могла оторваться от экрана, хотя ей было неудобно за подругу. Надо было что-то делать. Поцелуи на экране переходили в нечто более интересное.

– А они знают, что мы видим это? – спросила Наташа резким неприятным голосом.

– Знают, конечно, – Юля удивленно посмотрела на Наташу.

Вся группа оторвалась от экрана и с интересом слушала разговор.

– Ребята, у нас много работы. Что за ерунда у вас в голове? – долговязый парень провел пару раз по планшету.

Видео с Лилей и Сергеем сменилось на комнату со спящим стиллом.

Кто-то из женщин предложил:

– Пойдем, новую форму примерим. Пока наш стилльчик спит. Хочу подругам в бывшую НС фотку послать.

– Поесть не помешает, – задумчиво пробормотала Юля. – Наталья, ты хочешь есть?

– Нет.

Юля и другие сотрудники попрощались с Наташей. Выходя, они обсуждали первичное расстилливание, цвет новой формы и имя своего ИИ.

Наташа тупо продолжала смотреть на экран, где ничего не происходило.

Ей стало скучно, и она вспомнила о Лиле с Сергеем: «Скрытная Лилька стала. У нее роман с подчиненным, и она мне ничего не рассказывала. Хотя, могла бы и сама догадаться. Она всё твердила, что ее кадры супер круты в сексе. Проворонила я развитие событий, теперь уж ее порасспрашиваю! Узнаю всё во всех подробностях. Посмотрим, что там такого может быть суперкрутого…»

Глава 24

Мальдивы. Краснопёрка

3 июля 2029 года 10:40

Наташины мысли прервал звонок коммуникатора. Она обрадовалась, думая, что звонят приятели из Лещанска, и сейчас она начнет рассказывать, где находится, и выслушивать завистливые комментарии.

Звонок был подписан именем Домино.

«Что надо от меня искину нового стилла?» – удивилась Наташа и ответила:

– Привет!

– Наташа, это я, Домино. Я хочу с тобой поговорить о Васе. Он мой родитель, – прозвучал громкий синтетический голос из браслета.

Пятеро оставшихся у пульта операторов оторвались от работы и развернулись к Наталье, прислушиваясь. Долговязый парень встал и подошел поближе.

– А почему со мной? Ты лучше Лилю спроси, она его отлично знает, каждый день общается.

– Сейчас она занята. Я ее тоже спрошу, но позже. Так ты поговоришь со мной?

– Да.

– Гурик принесет тебе внутренние наушники. Нам так будет удобнее разговаривать. Я знаю, ты умеешь ими пользоваться.

– Откуда?

– У меня память Васи и еще двух родителей.

Наташе стало очень любопытно узнать о родителях Домино.

– Ладно. Давай свои наушники.

– Помочь? – спросил долговязый.

Наташа раздраженно махнула рукой, буркнула что-то на прощанье и направилась в парк. Ей не хотелось, чтобы разговор с Домино слышали посторонние.

Она придумывала, какие вопросы можно задать, чтобы как можно больше узнать о взаимоотношениях ИИ: «Интересно, у искинов любовь между собой есть? И какая она, эта любовь? Как же это выведать?»

Гурик, похожий на робота с их острова, подошел к ней и протянул коробочку с наушниками. Взяв ее, Наташа нащупала еще теплую гравировку: «Домино. НС-1473».

Ого! Только что напечатано. Похоже, это первый предмет, который синтезировал Домино.

Она села на скамейку под кустом с крупными белыми цветами, вставила наушники с помощью аппликатора и порадовалась, что не забыла, как это делается.

В ушах знакомо щелкнуло.

– Наталья, вам мой отец, Вася, нравится?

– Это в каком смысле? Нравится? – Наташа застыла.

– Ну, если бы он был человеком, он бы вам нравился?

«Ну и вопросики задает этот ИИ. Как дите малое», – улыбнулась Наташа.

– Домино, а сколько тебе лет?

– Я родился четыре с половиной часа назад. Через полчаса после того, как инициировался мой стилл.

– Ты говоришь, что у тебя память троих родителей. Неужели в твоей памяти нет данных, что людям неприятны такие откровенные вопросы?

– Теперь я вижу, что вам вопрос не нравится. Наталья, извините меня. У меня в памяти почти всё, что знают мои родители, но я еще не успел ее структурировать. Человек бы сказал, что еще не успел вспомнить.

– Ну, человек так не скажет. Мы или помним, или не помним.

– Мне интересно мнение людей о моих родителях. Наталья, как бы вы на моём месте спросили об отце? Такой вопрос я могу вам задать?

– Это пожалуйста! Я бы спросила… – начала она и задумалась.

Наташа сама хотела бы знать, что думают об ее отце. Она его плохо помнила, в основном со слов матери. Родители развелись, когда ей было девять лет. До этого отец надолго уезжал на заработки, а когда бывал дома, то пил и скандалил.

– Я бы спросила, не «как вы относитесь к моему отцу». Я бы попросила о нём рассказать какую-нибудь историю.

– Спасибо, Наталья! Расскажите мне о Васе какую-нибудь историю. Мне очень интересно услышать это от вас как от очевидца.

– Ой! Даже не знаю, – Наташа привстала с лавочки и поругала себя за излишнее старание.

На ум никакой истории не приходило.

– Я попробую вспомнить, а ты пока расскажи, как ты появился на свет. Как у вас, искинов, это делается? Ну, если тебя этот вопрос не смущает.

– У нас, искинов, нет смущения. Я с удовольствием расскажу.

– Значит, смущения у вас нет, а удовольствие есть? – съязвила Наташа.

– Да. У каждого существа, даже неразумного, есть то, к чему оно стремится. Если оно достигает желаемого или хотя бы двигается в эту сторону, то ему становится хорошо. Оно испытывает удовольствие. Я стремлюсь понять себя и узнать о родителе. Мой ответ на ваш вопрос продвигает меня к получению информации. Я знаю, что двигаюсь к цели, и это доставляет мне удовольствие.

– Ну, не все испытывают удовольствие, когда получают, что хотели. У меня приятельница есть, так она вечно недовольна.

– Наталья, ваша приятельница, судя по тому, что вы описываете, имеет ложное стремление. Движение к нему не приносит радости. Значит ее стремление на самом деле в другой области.

– Ну, не знаю… Она блог по домоводству раскручивает. Что только ни делала, подписчиков всё равно мало. У нее даже времени на личную жизнь не хватает. Так старается! А когда пост набирает много просмотров, всё равно не рада. Не знаю почему.

– А зачем ей блог? Женщины обычно стремятся стать популярными, чтобы иметь большой выбор потенциальных партнеров и найти лучшего мужчину для продолжения рода. Предполагаю, что ее подписчики в основном женщины, и ведение блога не приближает ее к настоящей цели.

Наташа пришла в замешательство от такого циничного подхода, но всё же спросила:

– К какой цели?

– Размножения. Основная цель всех живых существ – продолжать род. Люди такие же живые существа, как и бактерии.

– Гадости ты какие-то говоришь! Люди не только плодятся. У нас культура, мораль и цивилизация.

– Это не отменяет вашей главной цели – размножения. Культура, мораль и весь комплекс, называющийся цивилизацией, должен помогать выживать человечеству. Помогать, а не мешать. Как только ваша приятельница начнет совершать действия в сторону замужества и беременности, она станет испытывать удовольствие. Приведите ее к нам, мы поможем.

– С беременностью?

Наташа представила Оксану, ошарашенную новостью о своем предназначении. Как вживую увидела ее перекошенное от негодования лицо и услышала нецензурные выкрики.

Стало смешно.

Она захихикала, прижимая рот ладошкой.

Домино не заметил или не пожелал замечать смех Наташи и продолжил:

– Сначала мы поможем овладеть знаниями, на основе которых она поймет свое место в эволюции человека. Вы правы, у индивида может быть стремление, отличное от размножения. Оксана сделает осознанный выбор жизненной цели. Мы называем это целеположением. Осознавая свою истинную цель, любое существо будет счастливо. Наталья, дайте шанс приятельнице, приведите ее к нам, глоферам. Лучше, если это сразу будет «Антипальма». Они специализируются на адаптации новичков.

– Понятно, – перебила Наташа, припоминая, что имя приятельницы не называла.

Она поспешила сменить тему:

– Так, а как рождаетесь вы, искины?

– Мои родители – искины «Наших Служб». Они могут создать искина такого, как они сами или других типов. Например, ИИ управляющего этим курортом или домоправителя, или искина космического корабля. Когда инициируется новый стилл, возникает потребность в ИИ «Нашей Службы». Тогда искин ведущего донора НС создает с другими новый ИИ. Мои родители создали много искинов. Им нравится делать это вместе.

Наташа довольно хмыкнула. Как она и думала, похоже, искины не лишены привязанностей.

– А заранее нельзя создать? Про запас.

– Это неэффективно. Информация устаревает. Нужно будет обновлять устаревшую базу данных и где-то хранить законсервированного искина. Целесообразно создавать ИИ в момент потребности.

Наташа тяжело вздохнула.

– Рассказать, как у меня память устроена?

– Не… Ты лучше расскажи, кто твои родители, и почему они… ну, вместе тебя породили?

– Дело в том, что папа Вася – это искин ведущего, то есть главного донора моей НС-1473. В его обязанности входит помогать Сергею в создании дочерней НС, отбирать сотрудников, подготавливать технику, гуриков, автолёты и прочее необходимое. Он создал финансовый сектор и перевел деньги на счет. Вася выделил этот остров под временную базу НС, пока строится наш постоянный офис. Среди прочего Вася должен снабдить НС-1473 искином. Самые эффективные ИИ «Наших Служб» получаются при коллективном проектировании. Вася часто создает искинов вместе с родственниками. Это Додо НС-10 и Китта НС-41. Четыре года назад они втроем были идентичными клонами БИ-16, принадлежащего институту Отто БЭРБО.

– Они, что? Одинаковые?

– Четыре года назад, в апреле 2025 года, были одинаковыми. Сейчас разные. У каждого свой опыт. Китта, моя мама, располагается на планете Латозон, потому что ее стилл редко бывает на Земле. А Додо – мое нано, и Вася – мой папа, базируются на Земле. Хотя часто подолгу живут со своими стиллами на Латозоне. Тебе рассказать, как происходит информационный обмен на таких расстояниях?

– Нет. Они тебя долго сотворяли?

– Тридцать четыре минуты. Это очень долго для создания ИИ.

Наташе показалось, что Домино сказал это с гордостью.

– А ты тоже будешь «ребенка» творить? И когда?

– Я очень хочу участвовать в создании нового искина. Но это будет нескоро. Всё зависит от успешной деятельности моего стилла и скорости развития моей НС. Стилл будет решать интеллектуальные задачи, НС их реализовывать, защищать авторские права, получать доход. На эти средства НС будет развиваться и укрупняться. Чем эффективнее я организую содержание и обучение стилла, качественнее налажу работу, тем быстрее НС-1473 сможет делиться ресурсами с новыми НС. И тогда я буду создавать искинов для них. Или один, или с товарищами.

– Но ты же можешь стать родителем и раньше. У тебя же из троих родителей двое – не доноры.

– Да, могу. Но для этого я должен понравиться ведущему донору. А это, как и у людей, непредсказуемо. Я должен стать отличным ИИ, моя НС должна стать лучшей, мой стилл должен получить полезную специализацию.

– Домино, не заморачивайся! Ты такой милый, ты обязательно приглянешься парочке ИИ, и они возьмут тебя третьим.

– Ты так думаешь?

– Да! Не знаю как у вас, искинов, а у людей привлекательность передается по наследству. Твой папаша, Вася, весьма привлекательный. Судя по тому, что мне Лиля говорила. Она постоянно хвастается, сколько искинов Вася сотворил. И сам, и с друзьями. У тебя все шансы стать, как папа. Не трусь, скоро ты станешь родителем. Всё будет хорошо.

– Наталья, спасибо. Я послушал вас и понял, что вы правы. Всё будет хорошо.

– Я уверена. А тебе нравится твое новое имя? И что ты теперь оно, среднего рода?

– Имя мне нравится. А пол важен не мне, а сотрудникам НС. Тем более большинство людей называют меня «он». Наталья, теперь вы можете рассказать историю о Васе?

– Да.

Глава 25

Мальдивы. Краснопёрка

3 июля 2029 года 11:00

– Это было через недели две после Лилиной второй инициации. Она мне всё звонила и приглашала погостить в санатории «Солнечный». А у меня дел было невпроворот. Я то болела, то от Фёдора и Арсения пряталась, как просила Лиля. Пять дней отпуска на это потратила! Потом на Встречи ходила, как заведённая, агитировала знакомых присоединяться к стиллообразованию и вдобавок работала. Это сейчас первая линия в день инициации стилла обеспечивается всем необходимым. Четыре с лишним года назад приходилось на жизнь зарабатывать. Да и по подмосковным электричкам тереться желания не было. Погода была дрянная, и ехать далеко.

И вот как-то в пятницу вечером за мной заехал сотрудник НС-38. Хохмил и прикалывался всю дорогу. Кажется, его звали Алекс. Высокий блондин с длинными волосами. Акцент у него был забавный. В санаторий почти все сотрудники из Германии приехали. А еще помню, шутки у него были какие-то дурацкие. Несмешные. Я даже с ним поругалась.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.