Эдуард Успенский
Волшебник Бахрам. Сказочные истории

Художники Б. Тржемецкий и Г. Соколов

© Успенский Э. Н., насл., 2023

© Соколов Г. В., ил., насл., 2023

© Тржемецкий Б. В., ил., насл., 2023

© ООО «Издательство АСТ», 2023

Волшебник Бахрам

Волшебник Бахрам – властелин подземного мира (в пределах Душанбинской и Кулябской областей) – был недоволен. Его буквально переполняли знания и умения, а показать их было некому. Никто не мог сказать: «Друзья, я видел на свете немало могущественных джиннов и зловещих колдунов. Но все они не могут сделать и десятой доли того, что умеет делать славный старина Бахрам».

Он умел перемещаться в подземелье, переходя из пещеры в пещеру сквозь стену. Мог оживить любой рисунок. Мог летать под землёй на ковре-самолёте. Мог играть на любом музыкальном инструменте. Прекрасно играл в шахматы. Он видел алмазы и рубины сквозь толщу земли. И никто этого не ведал, и никто не мог повосхищаться им.

Мало того, ему некому было передать свои знания!

Жуть!

Он сидел в своём любимом бирюзовом зале, освещённом невидимыми источниками света, на своём любимом бирюзовом троне, покрытом персидским ковром. Сидел под крепким шёлковым балдахином (мало ли, вдруг землетрясение или камнепад) и страшно переживал:

– Хоть бы какой заблудший ангел сюда залетел! Хоть бы какой негодный мальчишка провалился! Я бы его немедленно поймал, сделал любимым учеником, запер бы за решётку и начал обучать. Лет через двести у меня был бы хороший наследник.

Бахрам не любил откладывать дело в долгий ящик. Он протянул руку, взял золотой колокольчик с балдахина и позвонил.

– Амфилохий!

Тотчас же в пещеру, топая босыми ногами, протирая заспанные зелёные глазищи, ввалился здоровый верзила в малиновых трусах и с кувалдой.

– Я здесь, господин!

– Амфилохий! Ты что делаешь? Спишь?

– Никак нет, господин! Я не сплю. Я кувалду протираю! Сильно засорилась. Заржавела совсем. Здесь, под землей, однако, всё сильно ржавеет.

– Хорошо сказано, однако, – согласился Бахрам, – что всё ржавеет. А не кажется ли тебе, Амфилохий, что мы с тобой тоже сильно заржавели?

– Не кажется, господин. Люди не ржавеют.

– Это верно, Амфилохий, светлая голова. Тогда я по-другому скажу. А не кажется ли тебе, Амфилохий, что мы с тобой здесь сильно обросли мхом?

Амфилохий опять не согласился:

– Не кажется, господин. Люди мхом не обрастают.

– Н-да.

Бахрам долго молчал, потом произнёс:

– Скучный ты, Амфилохий, вот что. Иди-ка ты на своё место и добывай алмазы. И кувалда твоя мхом не покроется.

Но через пять минут он снова позвонил в колокольчик.

Амфилохий снова пришлёпал, волоча за собой кувалду. С ней он никогда не расставался. Видно, любил её.

– Чего тебе, господин?

– Вот чего. Ты, Амфилохий, умойся поосновательнее. Приоденься и поднимись наверх, на поверхность земли.

– Зачем? – испугался Амфилохий.

– Отыщешь там мальчишку поприличнее, запихнёшь его в мешок и принесёшь сюда. Будет у меня ученик.

– А умываться-то зачем?

– Чтобы мальчишку твоей чумазостью не напугать.

– Хорошо, господин. Слушаюсь и повинуюсь.

И пошёл верзила с грустью умываться. Делать нечего, воля господина для раба – всё равно что воля Аллаха для господина.

– Э-хе-хе, – сказал сам себе Бахрам. – Вот точно так же две тысячи лет назад один подземный слуга вылез наружу, пришёл на большой городской базар, нашёл меня в очистках, сунул меня в мешок, принёс меня сюда и отдал на обучение великому джинну Самархану.

Потом он подумал и добавил:

– А что? И не зря. Ведь вырос я и стал человеком. Мои бедные родители, которые меня никогда не видели, смело могут мной гордиться.

* * *

В это время третьеклассница Маша Скрипкина с портфелем в руках, не торопясь, прогуливаясь, шла в сторону, противоположную от школы. Она шла прогуливаясь, потому что прогуливала.

Её легко понять. Ей уже поставили две двойки по природоведению. Не хватало только третьей.

Дело в том, что Маша была сугубо городской житель, и во всякую природу не верила, и учить природоведение не хотела. А учительница Мария Ивановна очень хотела, чтобы она учила природоведение.

И вот нашла коса на камень.

Маша была упрямая, как маленький бычок. А Марья Ивановна была упрямая, как… В общем, Марья Ивановна тоже была упрямая.

Марья Ивановна не нашла к Маше правильного педагогического подхода. Ей бы надо было взять Машу в лес за город, показать ей всякие подснежники, букашки. Попросить родителей, чтобы они купили Маше птичку или рыбку. Посадить с Машей лук в банке на окне. Глядишь бы, Маша всё поняла про природу.

А Марья Ивановна воспитывала Машу двойками. Маша взяла и сбежала. Она шла и бурчала про себя:

– Камни, кирпичи – вот лучшая природа. В крайнем случае, фонари.

Вдруг канализационный люк перед ней открылся, и из него высунулась здоровая курчавая голова размером с большой котёл для плова.

– Салям алейкум, – сказала голова. – Ты кто?

Надо сказать, что Маша была одета в лёгкий современный костюмчик: рубашка, курточка, портфель и тёмные брючата.

– Я – Маша, – ответила Маша. – А вы кто?

– Я – Амфилохий, – ответил джинн из канализации.

– А что вы там делаете? – спросила Маша. – Водопровод ремонтируете?

– Я на задании, – сказал курчавый джинн. – Меня послали искать ребёнка.

– У вас ребёнок потерялся?

– Нет ещё. У нас его пока ещё нет. Нам нужен толковый ребёнок. Ты, например, толковый ребёнок?

– Когда как, – ответила Маша. – Дома я – толковый ребёнок, а в школе не очень. Но если я дома уроки делаю, я не очень толковый ребёнок. А когда мы в школе не учимся, а играем, я опять толковый ребёнок.

«Совсем меня запутал этот мальчик, – подумал Амфилохий. – Надо хватать его и бежать. Всё равно не могу из люка вылезти, плечи не пускают. Лучше потом обменять его, если что не так».

На всякий случай он спросил:

– А ты считать умеешь? Или читать?

– Умею, – сказала Маша.

– Ну вот сколько будет, если… если прибавить… если поделить…

Он никак не мог придумать, что к чему прибавить и что на что поделить, потому что сам был неграмотным.

– Тьфу ты! – сказал он.

Он просто вытащил мешок, схватил Машу за шкирку и запихнул её в него.

– Эй ты, лопоухий! – кричала Маша. – Ты что делаешь?

– Не Лопоухий, а Амфилохий, – отвечал джинн. – Я ребёнка нашёл.

– Ты не того нашёл! – кричала Маша.

Она сердилась, кусалась, колотила его по спине ногами, но он упрямо тащил её вниз по подземным переходам.

* * *

И вот в пещеру великого подземного Бахрама вступил довольный Амфилохий с мешком.

– Вот, – вытряхнул он Машу на пол, – принёс, хозяин.

Маша плюхнулась на толстый ковёр, как тощая весенняя лягушка – всеми четырьмя лапами. Но быстро вскочила и приняла позу знаменитого японского каратиста Вань-Дзань-Дзень-Фу. (Ноги вперёд, корпус назад с поворотом направо, руки прижаты к груди, левый локоть направлен на противника.)

Любой нормальный человек, увидев такую решительно-агрессивную позу, сразу бы отступил. Но Бахрам был темноват в этом смысле.

Он осторожно, спиной вперёд, сполз со своего трона и принялся разглядывать Машу, обходя её вокруг.

– А что, ничего! – сказал он. – Не самый худший экземпляр. Спасибо тебе, Амфилохий.

– Сам ты экземпляр! – сказала сердитая Маша.

– Ещё и ругается! – поразился Бахрам. – Любой другой ребёнок, сын самого шаха или эмира, был бы рад сюда попасть. Здесь столько алмазов и рубинов! Да здесь одной яшмы можно набрать на пять тысяч верблюдов!

– Не нужны мне ваши верблюды!

– А мрамор, а базальт, а сланцы! А нефть! Знаешь, сколько здесь нефти? Не меньше миллиона бухарских кувшинов.

– Не нужны мне ваши кувшины!

– Смотри, – сердито сказал Бахрам. – Если будешь себя плохо вести, не успеешь мигнуть – мы тебя отправим обратно.

– А я и хочу обратно, – сказала Маша.

– Тогда мы тебя отправим в рудники! – решил Бахрам. – Чтобы не потакать.

– Я хочу к маме! – сказала Маша.

– С этим покончено, – решительно объяснил Бахрам. – Я теперь тебе и мама, и папа! И бабушка, и дедушка. Ясно?

– Господин, а я ей кто? – спросил Амфилохий.

– А никто! – отмёл его притязания Бахрам. – Так, пятая вода на киселе! Может, троюродный дедушка или сосед по кишлаку.

Амфилохий обиделся на соседа по кишлаку, взял свою кувалду и удалился в далёкую пещеру добывать пять тысяч кувшинов яшмы.

– Я есть хочу! – хныкала Маша. – Я пить хочу! Я к маме хочу! Я в школу хочу.

– Так, – сказал Бахрам. – Выполняем в порядке поступления.

Он хлопнул в ладоши:

– Амфилохий!

Амфилохий опять прибежал:

– Чего изволите, господин?

– Принеси сюда мою волшебную завтракательную скатерть.

– Ты что, господин?! – воскликнул эмоциональный джинн. – Там, на земле, давно уже день, а ты завтракать! Ребёнку обедать пора.

– Тогда принеси обеденную скатерть.

– Слушаюсь, господин.

Бахрам обратился к девочке Маше:

– Скажи, подросток, чего ты хочешь?

– Я есть хочу! Я к маме хочу! Я в школу хочу!

Она добавила ещё:

– А! А! А! А!

Это «а-а-а-а» таким гулким эхом разнеслось по пещере, что снова прибежал испуганный Амфилохий:

– Это что, обвал?

Бахрам схватился обеими руками за голову:

– Ой, какой позор! Мальчик! Наследник рода! Будущий владелец подземелья! А плачет! Нет, я не вынесу этого!

– Я не мальчик, – сказала Маша. – Я – девочка!

– Чего? – удивился Бахрам.

– Девочка!

– Чего? Чего? – поразился кувалдовый джинн.

– Ничего, ничего! – ответила Маша и ещё пуще заревела.

– Амфилохий! – завопил Бахрам. – Бездельник! Шайтаново отродье! Я тебя в белую лягушку превращу! Отправляйся на землю и поменяй этого ребёнка на другого. На мальчика!

– Ни за что, господин! – вдруг упёрся Амфилохий.

– Это почему ещё?

– Потому что она мне нравится!

Девочка Маша вдруг перестала плакать:

– А у вас есть лягушки?

– Есть, – ответил оторопевший Бахрам. – Белые подземные лягушки.

– Белых подземных лягушек не бывает! – сказала девочка Маша.

– Бывает, – топнул ногой Бахрам. – У нас их там целое озеро.

И тут же он сказал Амфилохию:

– Раб, ты не будешь менять эту девочку на мальчика. Она мне тоже нравится.

Девочка Маша опять поразила Бахрама:

– Белых лягушек не бывает! Рабов тоже не бывает!

– Почему не бывает? Как не бывает?! С каких пор? – удивился Бахрам.

– А так. С таких пор. Их отменили.

– Кто отменил? – закричал Бахрам. – Кто посмел?

– ООН, – ответила девочка. – Вот кто.

– Кто он такой, этот Оон?

– ООН – это она, – объяснила Маша. – Это Организация Объединённых Наций. Она за свободу всех людей.

– Этот Оон, который она, наверное, очень добрый джинн, – сказал Амфилохий.

– Мы этого джинна не знаем и знать не хотим! – рассердился Бахрам. – А ты, мальчик, который девочка, садись обедать!

Амфилохий принёс волшебную скатерть и развернул её на мраморном столе в центре зала.

– Хоть бы скатерть постирали! – сказала девочка.

– Ассалам бассалам! – сказал Бахрам. – Помалкивай.

На скатерти вмиг появились вкусные восточные блюда. И плов, и шашлык, и всевозможные сласти.

– А я всё равно не буду с вами есть, – сказала Маша. – Я буду уходить. Я к маме пойду и к Марье Ивановне. Это моя учительница про природу.

Она взяла со стола два пирожка и направилась к выходу из пещеры.

– Ты никуда не пойдёшь! – старческим голосом закричал Бахрам. – Стой!

– Нет, пойду, – обернулась Маша. – Моя мама волнуется.

– Ассалам бассалам! – наколдовал волшебник. И сверху на Машу опустилась сталактитовая решётка. Маша оказалась в красивой круглой клетке.

– Дядя Амфилохий, – попросила Маша со слезами на глазах. – Объясни ты этому пенсионеру, что моя мама без меня будет переживать. Или сломай решётку.

– Не могу, – так же со слезами на глазах ответил Амфилохий. – Мы без тебя тоже будем переживать.

– Всё, – рассердилась школьница. – Раз так, я ухожу в себя.

Она сняла со спины портфельчик, достала нелюбимый учебник живой природы и стала его изучать.

Бахрам начал ходить вокруг клетки и заглядывать в страницы учебника.

– Маша, это что у тебя? Что там нарисовано?

– Ничего, – отвечала Маша, отворачивая от него книжку.

В Машином учебнике был нарисован соловей.

– Маша, покажи.

– Не покажу.

– Ах, так! – рассердился Бахрам. – Хочу, чтобы эта картинка ожила и оказалась у меня в пещере! Ассалам бассалам!

Он хлопнул в ладоши, и тотчас же птичка ожила, вспорхнула со страницы учебника и вылетела из клетки.

Маша в недоумении стала осматривать книгу со всех сторон и листать страницы. А соловей тем временем уселся на спинку трона Бахрама и радостно запел. Весенняя трель перечеркнула пещеру, как молния.

– Это просто услада моих ушей! – воскликнул счастливый колдун. – Какая восхитительная птичка! Девочка Маша, как зовут это прекрасное создание?

– Ворона! – ответила сердитая Маша.

– Ворона! – с наслаждением повторил Бахрам.

Он даже закачался на стуле и с удовольствием по-восточному зацокал языком.

Амфилохий тем временем тоже заглянул в Машин учебник. Он увидел на картинке пейзаж средней полосы России и пасущуюся на первом плане корову. И тоже пришёл в полный восторг:

– Господин, господин! – закричал он. – Здесь есть ещё одна восхитительная птичка. У ней такие перья на голове! А сзади верёвка! Наколдуй её для меня!

– С удовольствием, мой верный раб! Ассалам, бассалам! Пусть вся эта картинка окажется у нас в пещере.

И произошло чудо. Пещера преобразилась. Средняя полоса въехала в подземелье. Теперь красивый бирюзовый трон стоял среди душистой зелёной травы и цветов. Рядом склонилась берёза. Несколько ореховых кустов выросло у стен пещеры. Сам собой возник телеграфный столб с гудящими проводами. И что самое удивительное, в пещере появилось маленькое озерко. И в это озерко с удивлением смотрела большая, на редкость рыжая корова. Вдруг она подняла голову и громко произнесла:

– Му-му-му-му-му-му!

– Ах, какая прекрасная птичка! – сказал Амфилохий. – Просто услада моих ушей! Девочка Маша, как зовут это прекрасное создание?

– Крокодил! – сердито ответила Маша из-за решётки.

– Кро-ко-дил! – с удовольствием повторил Амфилохий. – Какое красивое имя!

Корова тем временем помычала, помычала, успокоилась и начала есть траву. А Маша увидела телеграфный столб с гудящими проводами и подумала: «Как жаль, что я не слушала уроков. Я бы могла собрать телефонную трубку и позвонить маме».

Подземный чародей был счастлив:

– Смотри, Амфилохий, сколько радости нам принесла эта девочка. Мы в благодарность за это никогда не расстанемся с ней.

От такой новости Маша заревела изо всех сил.

– Не плачь, Маша, не надо, – стал успокаивать её Амфилохий. – Ты скоро забудешь маму. И папу забудешь.

Чародей Бахрам тоже стал успокаивать девочку. Он подошёл к её клетке и тихо сказал:

– Дорогая Маша, отрада моей души, я тоже плакал первую тысячу лет. Только я плакал украдкой. Чтобы никто не видел.

Он захотел погладить Машу по голове, но Маша чуть не укусила его за руку и сердито сказала:

– Не трогайте меня! Никакая я вам не отрада!

– Ну и пусть! – сказал Бахрам. – Не девочка, а собачка! Раз так, я ухожу. Я пойду купаться в эту большую ванну.

Бахрам снял с себя свой цветастый восточный халат и остался в больших, по грудь, красных трусах.

Он долго стоял перед водой, поёживаясь и раздумывая – прыгать или нет. Наконец решился, наклонился и…

…И большая рыжая корова вдруг подняла голову, подбежала и стукнула его лбом прямо в старческую маленькую попку. Бахрам так и влетел рыбкой в середину озерка. Раздался жуткий плеск, и во все стороны полетели разные ругательные слова:

– Шайтан-байтан! Буль-буль-буль! Тьфу!

Потом над водой показалась голова Бахрама. Он закричал:

– Амфилохий!

– Чего изволите, господин?

– Как чего? Достань меня отсюда. Этот шайтан с рогами спихнул меня в воду.

– Это не шайтан с рогами, господин, это крокодил – отрада моей души.

Амфилохий подошёл к озерку, наклонился, протянул Бахраму свою мощную руку и…

…И вдруг корова разбежалась и своим чугунным лбом стукнула Амфилохия в его большую мускулистую попищу. Послышался звук, будто столкнулись два паровоза, и Амфилохий плюхнулся в самую середину озера рядом с владельцем подземных сокровищ.

Корова уселась на траву, как собака, на задние ноги, и обалдело покрутила головой.

– Так вам и надо, – ехидно сказала девочка Маша из своей клетки. – Будете знать, как детей воровать.

– Глупая девочка, – сказал из воды Бахрам. – Мы тебя украли для твоего же счастья. И мы сами теперь счастливы.

– Вот и сидите теперь счастливые в воде. Вам теперь оттуда не вылезти.

– Это почему? – спросил удивлённый Бахрам.

– Не скажу, пока не сломаете решётку.

– Сломать решётку?! Вот ещё! – сказал Бахрам.

Он осторожно выбрался на берег. Корова подняла на него глаза. И как только он вновь принял позу ныряльщика, она стала разбегаться в его сторону. Увидев приближающуюся корову, Бахрам быстро сиганул в воду сам.

– Чего от меня хочет это животное? – жалобно сказал он, сидя в середине озерка. – Освободите меня от него.

– Освободите меня от вас, – сказала Маша, – тогда скажу.

– Ну, хорошо, – согласился волшебник. – Ассалам бассалам! Бассалам, ассалам!

На глазах изумлённой Маши решётка, её окружавшая, исчезла. Но Маша не заметила, что появилась другая решётка, закрывшая выход из пещеры.

– Почему этот крокодил на нас кидается? – спросил Бахрам.

– Потому что вы в красном. А крокодило-коровы терпеть не могут красный цвет. Они его бодают.

Бахрам быстренько вылез на берег и подбежал к своему шикарному восточному зелёному халату. Он закутался в него и запел:

– Ассалам, бассалам —

Верьте мне напополам.

И тут Маша увидела новую решётку. Она не выдержала и снова заплакала:

– Вы обманщики! Я к маме хочу! Я к Марье Ивановне хочу.

Бахрам понял, что надо переходить к делу. Что надо Машу чем-нибудь занять. Он сказал:

– Вот что, Маша, жить мне осталось недолго: каких-нибудь лет триста… ну пятьсот! Не будем зря терять времени. Сейчас я немного отдохну, потом принесу волшебную книгу. Мы по ней будем заниматься. Эта книга об основах чародейства и волшебства, о живой и неживой природе.

Бахрам произнёс всё это торжественно и с пафосом. Но как только Маша услыхала о живой и неживой природе, она ещё горше заплакала.

– А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! – ревела она во весь голос.

– Не плачь, Маша, – попросил её Амфилохий. – А то я тоже заплачу.

И в самом деле он не выдержал и тоже заревел:

– А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!

Волшебник Бахрам жутко рассердился:

– Эх, вы, рёвы-крокодилы! – сказал он. – Я не могу этого слышать. Я забираю всю эту благодать и ухожу в соседнюю пещеру! Ассалам – бассалам!

Он сказал эти волшебные слова и мгновенно исчез. И вместе с ним исчезли лужайка, озеро, берёзки, кусты. И конечно, исчезли поющая «ворона» и мычащий «крокодил». Маша и Амфилохий остались одни в пустой пещере.

– Вот тебе раз! – сказал Амфилохий. – Была вода, была трава, были пытички прекрасные, а теперь опять изо всей природы одна кувалда осталась.

Но Машу это не расстроило. Она приступила к распропагандированию подземного раба Амфилохия.

– Дядя Амфилохий, – спросила она, – ты давно работаешь у волшебника Бахрама?

Амфилохий резко задумался. Потом он загнул все пальцы на руках и один палец на ноге и сказал:

– Вот сколько!

– Двенадцать лет? – спросила Маша.

– Ага, – сказал Амфилохий, – двенадцать лет и одна тысяча годов. У нас недавно юбилея была.

– Так, – сказала Маша. – А в отпуске ты был?

– Что это такое – отпуск? – спросил Амфилохий.

– Каждому трудящемуся нашей страны положено два дня в неделю отдыхать. И один месяц в году у него каникулы, то есть отпуск. Он тогда совсем не работает.

Маша достала карандаш, тетрадку и стала что-то высчитывать. Она долго упрямо что-то на что-то умножала, что-то на что-то делила и про себя говорила:

– В одной неделе одно воскресенье. В одном месяце четыре недели! В одном году двенадцать месяцев. Ух, сколько недель получается!!!

В конце концов она закончила свои совершенно невозможные расчёты и заявила:

– Дядя Амфилохий, тебе положено приблизительно восемьдесят лет отпуска.

Потрясённый Амфилохий заинтересовался:

– Скажи мне, девочка Маша, а что люди делают в отпуске?

– Что делают? – переспросила Маша и ответила: – Ходят в походы, катаются на велосипеде, читают книги. Да просто лежат.

– Всё, – сказал Амфилохий. – Ухожу в отпуск.

Он положил себе под голову кувалду и улёгся на дно пещеры.

Через минуту послышался его богатырский храп, и по стенам посыпались камни.

Мгновенно на уровне роста человека раздвинулась часть каменной стены и появилась голова Бахрама:

– Я тебе дам «ухожу в отпуск»! – громко закричал он. – А ну-ка, Амфилохий, вставай и за работу!

– Не встану! – не просыпаясь ответил Амфилохий.

Тогда Бахрам при помощи своего колдовства два раза приподнял его и шлёпнул об пол пещеры.

Получилась вмятина, но Амфилохий не проснулся.

– Дайте человеку поспать, – сказала Маша. – Он имеет право спать восемьдесят лет.

– Он не имеет никаких прав, – закричал Бахрам из стены. – Он имеет только одно право – хорошо работать. Сейчас я сделаю так, что ему приснится сон про наводнение. И он сразу проснётся! Ассалам, бассалам!

Во сне Амфилохий стал перебирать руками. Видно было, что он куда-то плывёт. На то и даётся отпуск – плавать и загорать.

– Не получилось, – обрадовалась Маша. – Он умеет плавать. Он воды не боится.

– Ах, не получилось! Ах так! – закричал Бахрам. – Ничего, сейчас получится. Он воды не боится, зато он боится мышей. Так сейчас ему приснятся мыши! Ассалам, бассалам!

И точно. Амфилохий задёргался, запрыгал. Его сонное лицо подёрнул ужас. Он начал просыпаться. Но Маша быстро нашлась. Она громко замяукала, как пять больших кошек, и мыши быстро убежали из сна Амфилохия.

– Ну, ничего! – кричал разгневанный Бахрам. – Я ему сейчас покажу! Пусть ему приснится пожар! Ассалам, бассалам!

Получилось. Амфилохий заворочался, замычал. Из него даже пошёл лёгкий дым. Он быстро проснулся и сказал:

– Чего изволите, господин?

– Иди работать.

– Слушаюсь, любимый господин. Тьфу!

Амфилохий взял кувалду и нехотя потопал в дальнюю пещеру добывать алмазы для своего ненавистного господина. Сквозь сталактитовую решётку он прошёл, как через сухой камыш. Только шорох слышался.

– А ты, девочка, слушай. Я уже тебе говорил, что жить мне осталось недолго, каких-нибудь пятьсот, триста лет. И я не должен терять ни минуты. Я буду передавать тебе знания. Сейчас мы с тобой начнём занятия.

– Амфилохий! – крикнул он. – Принеси мне волшебную книгу.

Амфилохий возник откуда-то.

– Слушаюсь, господин.

Он ушёл и скоро принёс в пещеру к Маше книгу размером с небольшой японский автобус.

Волшебник Бахрам с трудом торжественно поднял обложку книги, как поднимают крышку концертного рояля, и Маша ахнула. Она никогда не видела такой красивой книги.

Рисунки в книге были как живые. Яркие невиданные цветы сладко пахли, экзотические длиннохвостые птицы светились всеми невозможными цветами.

– Нравится? – спросил Бахрам.

– Очень, – ответила Маша.

– А мне можно посмотреть? – спросил Амфилохий.

– Можно, – великодушно согласился джинн. Видно, он очень гордился своей книгой.

– Тот, кто владеет этой книгой, может раздвигать стены. Находить золотые жилы, озёра с горящей смолой.

– Вот бы нашим геологам такую книгу! – сказала Маша. – У меня мама геолог.

– Вот когда я умру и отправлюсь в страну отошедших джиннов, ты сможешь позвать сюда свою маму и показать ей эту книгу, – разрешил Бахрам.

– А когда ты уйдёшь в страну отошедших джиннов? – спросила Маша.

Джинн подумал, позагибал пальцы и горестно ответил:

– Ждать осталось недолго. Лет через триста я туда отправлюсь. Я и так слишком загулялся на этом свете.

«Ничего себе загулялся, – подумала Маша. – Да он ничего, кроме этих камней, и не видел».

– Моя мама сюда ни за что не пойдёт, – сказала она Бахраму. – Здесь пусто и скучно.

– Тогда Амфилохий принесёт твою маму. Амфилохий достанется тебе по наследству.

– А далеко находится эта страна отошедших джиннов? – спросила Маша.

– Не знаю, – ответил Бахрам. – Ещё ни один отошедший джинн оттуда не возвращался.

– Может, и не стоит туда ходить, – сказала Маша. – Может, лучше пойти на землю к людям.

– Ни за что! – сказал Бахрам. – Когда я маленьким нищим мальчишкой жил среди людей, я ничего хорошего от них не видел. Только побои и ругань.

– Бедненький Бахрамчик! – Маша погладила волшебника по голове.

– Я не бедненький и не Бахрамчик! – возмутился чародей. – Я великий маг и волшебник, властелин подземных тайн Бахрам-ака!

Тут с потолка пещеры послышался шум, посыпались камни, и какая-то блестящая железная штука, вращаясь, стала опускаться в пещеру.

– Караул! – закричал Амфилохий. – Бежим!

– Стой! – закричал Бахрам. – Не беги просто так! Беги в мою подземную кладовую и принеси сюда мой самый твёрдый в мире алмазный поднос! Будем задерживать эту железную штуку!

– Не надо! – закричала Маша. – Не надо задерживать эту железную штуку! Это бур. Его опустили сюда геологи. Они ищут подземные ископаемые: нефть, золото, алмазы. Они ищут самое ценное. Они меня ищут. Не надо им мешать.

Амфилохий убежал куда-то и вернулся с алмазным подносом. Он подставил его под наконечник постепенно опускающегося бура. Бур упёрся в этот поднос сверкающим наконечником и забуксовал, не в силах его преодолеть.

– Не надо им мешать! – повторила Маша.

– Надо, надо им мешать! – сказал Бахрам. – Потому что под нами целое озеро с горючей смолой. И оно нас затопит.

– Моя мама мне говорила, – сказала Маша, – что они в Кулябской области никак не могут пройти известковый слой. Так значит, это вы им мешаете!

– Я же тебе говорю, – сказал Бахрам. – Нельзя этот бур вниз пускать. Там чёрное озеро. Оно как вдарит сюда. Мы все потонем.

– Но это же нефть! – сказала Маша. – Она очень нужна людям!

– Девочка Маша, – сердито сказал Бахрам. – Людям всё нужно! И нефть, и алмазы, и мрамор. Я сторож подземных богатств, а не раздавальщик. Всё, я опять ухожу от вас. Моя прекрасная поющая ворона скучает без меня.

Он вдруг растаял в воздухе, исчез в каменных стенах. Потом снова возник:

– Маша, захочешь изучать волшебную книгу, позовёшь меня!

И он опять исчез. В подземелье сразу потемнело, и откуда-то потянуло сыростью.

– Дядя Амфилохий, – сказала Маша, – бежим отсюда.

– Девочка Маша, мой замечательный хозяин догонит нас. Он поймает нас и накажет. Он превратит нас в мышей или в белых лягушек. И ещё заставит нас кланяться и квакать ему хвалебные песни.

– А почему мы должны ему квакать хвалебные песни? За что?

– А за то, что он превратил нас в лягушек, а не в скорпионов. Или в мелкие камушки.

«Так вот откуда здесь, под землей, белые лягушки! – подумала Маша. – Целое озеро белых лягушек. Этот Бахрам очень опасный. C ним надо держать ухо востро, а то допрыгаешься или доквакаешься!»

– Дядя Амфилохий, – стала она убеждать раба. – Он нас не догонит. Он не успеет. Мы быстро убежим. А наверху наука нам поможет. Наука говорит, что колдовство – это пережиток, что его нет. Я сама слышала об этом по телевизору.

– Девочка Маша, – сказал Амфилохий. – Это не простой вопрос. Это очень сложный вопрос. Я должен всё обдумать.

– Как долго ты будешь думать? – спросила Маша.

– Я очень быстро думаю, – ответил силач. – Я шибко очень умный. Я буду думать два дня.

Целых два дня Маша не бунтовала, не сердилась и не кусалась. Она читала свои учебники, сама, без учителя, решала задачки, сама себе ставила отметки. В основном пятёрки. Она завтракала, обедала и ужинала с Амфилохием, а Бахрам не показывался.

Два дня кувалда Амфилохия стучала неровно, с большими перерывами. Он, наверное, очень сильно думал или спал.

Наконец Амфилохий сказал Маше:

– Я готов попробовать убежать. Только надо на время задержать Бахрам-аку.

– А как?

– У него в книге есть одно волшебное заклинание. Оно превращает человека в камень на пять минут. Ты должна узнать это заклинание.

– Но я не умею читать по-арабски, – сказала Маша.

– А там есть картинки, – сказал Амфилохий.

– Ладно, – сказала Маша. – Я попробую.

Она стала звать:

– Бахрам! А Бахрам, иди сюда! Бахрамчик! Бахра-А-А-А-мище!!

Джинн Бахрам тут же возник из темноты.

– Чего тебе, девочка Маша?

– Бахрам-ака, давай изучать твою волшебную книгу.

– Хорошо, – сказал Бахрам. – Давай изучать.

Он хлопнул в ладоши и сказал:

– Ассалам, бассалам.

Вся пещера сразу преобразилась. Снова возникла живая природа, поющий соловей и мычащая корова на привязи. Волшебник предусмотрительно принял меры – корова паслась на цепи.

– Девочка Маша, этот зверь всё время мычит. Что он хочет? У меня от него разболелась голова.

– Он хочет, чтобы его подоили, – догадалась Маша. – У вашего крокодила в вымени полно молока.

– А как его достать? – спросил Бахрам.

– Наверное, его надо подоить.

– Ты умеешь это делать? – спросил волшебник.

– Нет, – отвечала Маша.

– Я умею, – неожиданно сказал Амфилохий. – Пока меня не украли и не запихнули сюда в пещеру, под землю, я, кажется, жил в кишлаке, где было много таких крокодилов. И я знаю, как их доят.

– Так дои скорей это безумное животное! – закричал Бахрам. – У меня от него голова сейчас лопнет!

Амифлохий стал доить корову и угощать всех вкусным молоком.

Маша начала изучать волшебную книгу.

А Бахрам заснул. Из-за мычащей крокодильской коровы он не спал два дня.

Маша сидела и листала, листала волшебную книгу. Листала почти полдня. Наконец она нашла то, что нужно.

– Дядя Амфилохий, дядя Амфилохий! – позвала она. – Вот картинка, как превращать человека в камень. Я нашла её. Надо одну руку положить на эту книгу, другой дотронуться до этого человека и что-то сказать. А что сказать, я не понимаю. Вот видите, у человека изо рта вылетает арабское слово.

Амфилохий уставился в книгу и долго шевелил губами.

– Нет, – сказал он, – поздно. Караван ушёл. Я не умею читать.

Потом он подумал и вдруг предложил:

– А ты, Маша, перепиши это слово на бумажку, а потом спроси у Бахрама.

– Ой, какой ты хитрый, – сказала Маша. – Как здорово придумал!

Амфилохий от застенчивости стал махать кувалдой во все стороны, как будто он разгонял вечерних комаров.

Маша достала из портфеля ручку и тщательно списала непонятное арабское слово.

* * *

Бахрам-ака проснулся довольный и счастливый. Всё у него ладилось: голова прошла, соловей пел и замечательная девочка Маша сидела и изучала волшебную книгу.

– Бахрам-ака, а Бахрам-ака, – позвала его Маша, – скажи, как произносится вот такое слово и что оно значит?

Бахрам посмотрел на слово и сказал:

– Это слово «Курза-арх-кха, ракха-бех». Это одно из главных волшебных слов. А означает оно вот что: «Великий джинн Курза-арх-кха, сделай, как я тебе велю».

Хитрая девочка Маша немедленно дотронулась одной рукой до волшебной книги, другой до Бахрама и произнесла:

– Курза-арх-кха, ракха-бех! Сделай Ба-храма на пять минут каменным.

Бахрам-ака от удивления вытаращил глаза и в ту же минуту окаменел. Получилась статуя «Великий джинн Бахрам-ака Неповторимый стоит и смотрит в даль вытаращенными глазами». Работа скульптора Маши Скрипкиной.

Маша тотчас же схватила Амфилохия за руку:

– Дядя Амфилохий, бежим!

– Бежим, – согласился Амфилохий. – Дай только вещи собрать.

Вещей у него было немного – одна кувалда. Он схватил её, и они бросились вон из пещеры.

Когда Бахрам-ака очнулся от окаменения, ярости его не было предела:

– Они убежали! Они бросили меня. Они посмели оставить меня одного! Я им покажу!

Он снял со своего халата золотой пояс, бросил его на землю и сказал:

– Ассалам, бассалам!

Пояс сразу превратился в юркую змею, дышащую огнём.

– Мой огнедышащий пояс, – повелел Бахрам, – догони этих подлых беглецов и преврати их в пепел.

Пояс бросился в погоню.

– Стой! – закричал Бахрам. – Не надо превращать их в пепел. Верни их сюда. Этого будет довольно.

И пояс зигзагами полетел вперёд выполнять приказание.

Тем временем Маша и Амфилохий приближались к выходу на землю. Им осталось миновать одну небольшую пещеру и один долгий коридор, чтобы подобраться к тому люку, из которого недавно собственной персоной высовывался наружу Амфилохий, чтобы украсть Машу.

Как раз в эту пещеру шофёры из местного гаража недавно слили отработанное масло.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.